из другого интервьюДругое дело — папины отношения с одной очень из-вестной актрисой. Красивой, талантливой, умной, доб-рой женщиной. Это были три года абсолютного празд-ника. Три года безмятежного счастья и сумасшедшейлюбви. Красивый роман и замечательный творческийсоюз. Папа уважал ее мнение, она ездила с ним в Гре-цию, когда он ставил спектакль, сидела на репетициях. Аза полгода до его смерти они в последний раз вместе хо-дили в театр. Конечно, об их романе знали... Наверняка,и ее супруг, иностранец-миллионер. Вспоминаю смеш-ную и трогательную историю. Едем с отцом в машине, ивдруг он говорит: «Надо позвонить». Мобильных теле-фонов еще не было, он вышел и очень скоро вернулсяудрученный: «Представляешь, позвонил ей, муж снялтрубку и почему-то повесил». «Вот действительно! — го-ворю я. — И что это он трубку повесил? Может, ему ненравится, что ты с его женой спишь?» — «Да, наверное..»Папа очень хотел на ней жениться. Помню, мы с му-жем пришли к нему. Отец торжественно произносит:«Так, дети, это ваша мама». Она: «Что? Какая я мама? Ты сума сошел, Олег!» А когда отец умер, было так страшно.Я в пять утра легла, а в шесть пришла она с огромнымбукетом цветов и, разбрасывая их по квартире, все при-говаривала: «Вы его убили, не так лечили»... Тогда-то этаженщина и призналась, почему не вышла за отца за-муж: «Я же ответственный человек. Понимала, что нетолько Ефремова на себя возьму, но и тебя с детьми, Ми-шу с его проблемами. А все я бы не потянула». Спраши-ваю: «Сейчас не жалеешь?» — «Если бы я с ним была, онпо крайней мере был бы жив и здоров»