А Макс настоящий мужчина! Как стойко он держится! )))"... Мы заехали перекусить в город Давид, где в кафе, в котором к вечеру оставалась только курица, Максим почувствовал себя вдрызг разболевшимся. Он лежал на скамейке и громко стонал, привлекая к себе внимание посетителей кафе. Помимо того, что у него поднялась температура, и его знобило, у него болело все тело, а особенно ноги, что в условиях поднимающейся температуры воспринималось обостренно. Когда он поднялся из-за стола для того, чтобы дойти до машины в его сторону повернулись все посетители ресторана, ибо их глазам предстало незабываемое зрелище. Согнувшись в три погибели, с трудом волоча ноги и хромая по ресторану передвигался белый мужчина с красным обожженным солнцем обветренным лицом. На лице у него читалась мука и страдание, которое, очевидно, доставлял ему каждый шаг. Мужчина стонал при каждом движении и держался за столики. Мы сидели в машине и, глядя на Максима, покатывались со смеху. Не до смеха было только мне, потому что было очевидно, что в таком состоянии Максим не сможет вести машину, и основным водителем буду я. Андрей дал Максиму какой-то убойный иммуностимулятор, и была надежда, что Максиму вскоре полегчает. А пока наш капитан со стонами умостился на переднем сиденье и, съежившись, заснул. Вскоре к нему присоединились и остальные. Только я вела машину по ночной дороге. Через пару-тройку часов Максим проснулся, и, казалось, действительно почувствовал себя лучше. Он сменил меня на пару часов, потом за руль снова села я."