Ники припомнила – на Шарлотт поверх кофты всегда была надета теплая меховая безрукавка, вышитая шнуром, на плечах лежал платок. Она кивнула, а ее собеседница продолжала, как ни в чем не бывало:- Потом мне повезло. Неслыханно повезло! Одна прачка взяла меня в помощницы.- Это вы называете везением? – вырвалось у Ники.Шарлотт неодобрительно поглядела на нее и дернула бровью:- Ты не представляешь, какое. Работенка, конечно, не из легких, я столько полных ведер перетаскала, думала, мои худые руки когда-нибудь отвалятся или переломятся пополам. Или отвиснут до земли… А мои пальцы, мои ладони! Вечно ярко-красного цвета от кипятка, плохого мыла и щелока, трещинами и кожей, стертой почти до костей… Но зато, девочка, тепло! Тепло и вдоволь горячей воды, чтобы помыться. И возможность постирать свои лохмотья. Наверное, ты не задумывалась, какое это наслаждение – надеть чистую одежду на чистое тело и лечь спать в тепле? То-то и оно… Потом моя благодетельница ушла служанкой в богатый дом, и меня попыталась пристроить туда же. Мне снова повезло – меня взяли на кухню. Конечно, сначала мне пришлось снова таскать воду, щипать кур, чистить лук и скоблить котлы, но со временем я многому научилась. Стряпать, жарить, варить и печь. Делать соусы, фаршировать утку, готовить пудинги… Это был хороший дом. Хозяева были зажиточными, но из простых, они не отличались благородным происхождением, и кухня была, конечно, не слишком изысканная. Но мою стряпню хвалили. Не скрою, заслуженно. Я прожила там несколько лет. Конечно, за то время меня откормили, и из тощего цыпленка получилась вполне себе… - Шарлотт с сомнением оглядела себя и расхохоталась. Ники тоже улыбнулась.