В то же время Ники прекрасно понимала, что хватается за последнюю надежду как утопающий - за хрупкую соломинку.  Она не пыталась обманывать себя, не строила иллюзий и не мечтала понапрасну. Она всего лишь хотела узнать правду, и, исходя из того, что узнает, понять, как ей действовать дальше. Был ли хоть крошечный шанс того, что Франсуа Моро не является ее отцом? Но этого не узнать, если сидеть, сложа руки. И если такой шанс все же существовал, то Ники не собиралась его терять - напротив, она намеревалась использовать его в полную силу. Хотя бы потому, что ничего другого ей просто не оставалось.Конечно, ответ на вопрос - кто же является истинным отцом Ники - в первую очередь могла дать сама Линда. Ники, поразмыслив хорошенько, решила отправиться к матери, и в тот же вечер написала ей письмо с просьбой принять ее в ближайшее время. Утром она отправила письмо, и следующие несколько дней пребывала в нетерпеливом ожидании. Но ответ так и не пришел. Ники отправила еще одно послание, а потом не выдержала и, отпросившись у дяди, спешно собралась и поехала к матери, благо та жила не очень далеко. Свити она с собой не позвала. Приехав в дом Линды, Ники застала там только двух заспанных горничных и пожилую экономку, которую знала с детства - та сообщила девушке, что хозяйка в отъезде, куда уехала - неизвестно и когда вернется, тоже не сказала. Ники, ужасно расстроившись, побродила по пустому дому, рассматривая старые портреты незнакомых ей людей. Поужинала в одиночестве, переночевала в чужой непривычной постели и утром отправилась обратно домой. Перед отъездом Ники написала записку, в которой просила мать по возвращении домой связаться с нею как можно скорее. Но то ли Линда так и не вернулась, то ли вовсе не спешила удовлетворить просьбу дочери, письма не было.