- Здравствуйте, Ребекка. Это я, Оливия. Надеюсь, я не помешала?- Нет. Проходите, пожалуйста. Присаживайтесь, - девушка неловко поднялась из кресла. Оливия натянуто улыбнулась:- Простите за то, что пришла без приглашения.- Чувствуйте себя как дома. Она подошла ближе, и Оливия наконец разглядела ее лицо – бледное, напряженное, казавшееся в полутьме совсем прозрачным. Ребекка, как и ее мать, тоже взирала на нее с изумлением, и в то же время с отчаянием, граничившим с уверенностью.- Вот сюда, мисс, пожалуйста.Оливия неловко опустилась на предложенный ей стул.- Благодарю вас, миссис Грэхем.- Мама, сделай нам, пожалуйста, чаю.- Хорошо, доченька. - Тебе помочь?- Я сама. А ты отдыхай, отдыхай.Женщина оглянулась на Оливию и со смущенной улыбкой пояснила:- Она такая слабенькая последнее время. И совсем ничего не ест.- Нет, мама, я все же помогу. Извините, Оливия.Ребекка бросила на мать виноватый и благодарный взгляд и отошла к полкам с посудой. Гостья неловко кивнула и, пока женщины хлопотали у огня, украдкой оглядывала внутреннее убранство дома. В жилище оказалась всего одна комната с тремя окнами. У стены напротив входа виднелся каменный очаг, покрытый темными разводами копоти; над огнем висел маленький котелок. У одного из окон приткнулся небольшой стол, два стула да ветхое креслице, накрытое домотканым половичком. Скудно заполненные посудой деревянные полки, внушительных размеров сундук у стены, спрятавшаяся за полотняной занавеской кровать и рассохшийся, видавший лучшие времена гардероб у входа составляли всю убогую меблировку. Бедность внутри дома выглядела еще печальнее и отталкивающе, чем снаружи, зато ее с лихвой окупала безупречная, свежая чистота. Гладкие доски пола были тщательно выметены и вымыты, стоящая на полках посуда сверкала ясными бликами, медный котелок был начищен до блеска. Светлые льняные занавески на окнах топорщились от крахмала; и краешек простыни, робко выглядывающий из-под грубого покрывала, казался холодным и хрустким, как январский снег. Еще в доме было на удивление много цветов и растений. Они росли в самых разнообразных горшках, ящичках и даже треснувшей плошке, возвышались на полках рядом с тарелками и мисками, глубоких подоконниках, столе и даже на полу. В одном из горшков Оливия с удивлением разглядела цветущие розы. Цветки, бутоны, ростки, зеленые листья, миниатюрные приземистые кустики и даже былинки, торчащие из пустых горшков, немного сглаживали унылое впечатление от невыразимой бедности, царившей в доме. Из-за их запаха воздух в доме казался густым, терпким и сладким, как в оранжерее.