Поговорить с Шарлотт было много желающих, но далеко не всем из них доводилось присесть за ее стол – сначала им предстояло пробиться через стоящего в дверях Бенджамина. Он был неизменно вежлив с посетителями, но при этом неприступен, как гранитная скала. Однажды какая-то женщина влетела в трактир и, уперевшись в его широкую грудь, принялась отталкивать его и истерично кричать: «Шарлотт! Где Шарлотт? Мне непременно нужно ее увидеть!» - Ники тотчас же вспомнила день, когда она приехала в Ливерпуль и свое первое появление в трактире. Повинуясь незаметному знаку матери, Бенджамин ловко оттеснил ее в сторонку, усадил на свободную лавку и сунул в руки кружку с водой. Женщина непонимающе крутила головой, вытирала рукавом взмокший лоб и красные щеки. Когда Шарлотт осталась одна, она кивком подозвала гостью. Та, видно, уже успокоилась, и заговорила с ней тихим, просительным голосом. Ники не было слышно, о чем они беседовали, но, уходя, женщина держала Шарлотт за обе руки и горячо за что-то благодарила. Иные незваные гости были вовсе не такими смирными – какой-то старик, стоя в дверях, принялся грязно поносить Шарлотт и осыпать ее затейливыми проклятьями. Та даже бровью не повела, зато Бенджамин в мгновение ока вытолкал крикуна за порог и захлопнул дверь перед его носом. Еще в трактире Ники ни разу не видела пьяных – с гуляками, которые заглядывал в трактир с улицы и желали добавить по кружечке, Бенджамин расправлялся столь же решительно, а если кто-то из посетителей вдруг выпивал лишнего и начинал слишком громко разговаривать, махать руками и задирать соседей, просто не наливали ни капли, как бы он не просил…Вечерами, когда трактир пустел, старший Перкин усаживался за стол рядом с матерью. Вместе они разбирали бумаги, подсчитывали выручку, обсуждали минувший день. Закончив работу и наведя порядок на столах, Билли и Бруно присоединялись к ним. Из кухни приходила усталая Дениз, быстро кормила детей и уводила из наверх – спать. Потом она возвращалась, Шарлотт убирала бумаги и деньги, и все вместе садились ужинать. Ники к тому времени уже успевала перекусить, но с удовольствием подсаживалась к ним за стол - пила чай, грызла сухарики и орехи, болтала и смеялась. Билли и Бруно затевали игру в карты, но чаще всего проигрывали матери или Дениз. Дениз нравилась Ники – приветливая, спокойная, немногословная, она редко открывала рот, но если уж что-то говорила, то от ее острых шуток все взрывались хохотом. Она выходила из-за стола раньше других – ей еще нужно было ставить тесто назавтра и встать затемно, чтобы успеть напечь хлеба к открытию трактира. Пару раз Ники предлагала ей свою помощь, но та наотрез отказывалась. «Не принимай близко к сердцу, девочка!» - смеялась Шарлотт: «Дениз даже меня к тесту не подпускает…»