Ники быстро шла, почти бежала по улице, едва поспевая вслед за Гарри; мальчик обернулся и нетерпеливо махнул ладошкой, подгоняя отставшую спутницу. В сумерках лицо его казалось серым, словно он был болен или не спал всю ночь. «Наверное, я сама сейчас выгляжу не лучше…» - вяло подумала Ники. Уже рассвело, но невидимое глазу солнце еще не поднялось, и лежало где-то городом и невысокими холмами, неохотно расталкивая вокруг себя густое марево тусклого, нездорово-бурого света. «Небо красно поутру – пастухам не по нутру» - вспомнилась вдруг старая пословица. В холодном утреннем воздухе висели тяжелые клочья тумана, пахнущего сыростью и вчерашним прогорклым дымом. Из-за этой пелены дома вокруг казались больше, чем на самом деле – высокие, безмолвные призраки со слепыми темными окнами и закрытыми ставнями. Легкий ветерок потянулся к морю, увлекая за собой туман, и от этого на миг показалось, будто дома тронулись с места и закачались, словно лодки на волнах. Ники изумленно моргнула,  отгоняя наваждение, и прибавила ходу, догоняя легконогого Гарри. По раннему времени улицы были пусты, и сонную тишину нарушали лишь их торопливые шаги. По мере приближения к порту звуков прибавилось – голоса, приглушенные расстоянием, становились громче; где-то далеко закричал петух, другой, лениво забрехали собаки. Сквозь нарастающий гомон донесся звон колокола - еле слышный, совсем прозрачный, он запутался в вязком сыром воздухе и растаял… Через несколько минут они уже были в порту. Туман исчез, заполнились людьми и улицы расступились, давая волю широкому простору, наполненному сотней привычных звуков, запахов, красок. Корабли, причалы, набережная еще накрывала тень, но солнце уверенно поднималось все выше и выше, окрашивая высокие мачты и верхушки парусов в резкие розовые, багряные, рыжие тона - Ники замедлила шаг, не в силах отвести глаз. Наверное, в другой день подобную картину – яркие, светящиеся мазки на фоне моря, неба и облаков – можно было бы назвать величественной и прекрасной, но в это утро сине-серое небо в грязных клочьях облаков позади сияющих парусов было таким мрачным и зловещим, что зрелище навевало лишь тоску и неясное чувство тревоги.- Эй, мисс! – с упреком крикнул мальчишка. – Мы идем к «Надежде» или будем стоять здесь и пялиться на паруса?