Полдня Оливия и Диггори провели в библиотеке и кабинете, разбирая старые бумаги. Многие сведения из истории семьи Беркли Оливии были уже известны, что-то оказалось для нее новым. Диггори, как мог, припоминал подробности, которых не было в письмах, пересказывал то, что слышал от Анны, сэра Патрика, Келвина и отца. Но этого было мало, очень мало, и самого главного, к сожалению, отыскать так и не удалось – найти человека, хоть немного подходящего на роль отца Томаса Беркли. К разговору о самом Диггори и том, что творится в замке, они больше не возвращались. Но Оливия, то и дело поглядывая на мрачное лицо юноши, на сведенные брови и горькие складки возле губ, для себя твердо решила, что непременно узнает, в чем тут дело. А когда узнает – обязательно придумает, как ему помочь.За разбором бумаг юноша и его гостья вполне мирно беседовали на отвлеченные темы, и за поздним ужином болтали почти по-приятельски. Оливия уже поняла, о чем ей не стоит упоминать – о замке, о злобном призраке, об Анне и Монро - и последнее удивляло ее больше всего. Во время разговора Диггори даже улыбнулся пару раз – не вымученно-приветливой, а вполне человеческой улыбкой – когда рассказывал о визите Дэниела, и от души посмеялся, описывая их нешуточную драку на шпагах. А потом упомянул грандиозные жизненные планы своего друга, вскользь заметил, что и сам одно время собирался уехать из дома, попутешествовать, посмотреть мир. И снова погрустнел и замкнулся в себе. Оливия, поразмыслив, решила, что он, судя по всему, поссорился не только с дедом, но и с теткой (или ее мужем), может быть – из-за своего решения покинуть Беркли. Анна, видимо, твердо стояла на том, что место племянника – дома, в родовом замке, и запретила ему уезжать. А тот, конечно, надулся в ответ. И его можно оправдать – ясное дело, такому молодому мужчине, всю жизнь прожившему за этими стенами, хотелось бы сменить обстановку, увидеть новые места, познакомиться с разными людьми. Но и Анну понять легко – ей настолько дорог Беркли, что для нее должно казаться немыслимым, что замок будет стоять пустым, покинутым своими хозяевами, и что с ним будет дальше…