Ребекка, как назло, долго стояла на пороге, зябко кутаясь в свой старенький пледик. Стояла и смотрела вслед гостье, пока та не скрылась за поворотом дороги. Тихонько хмыкнула, потопталась на месте и вернулась в дом, плотно притворив за собой дверь. Ники снова замерла, молясь про себя и от души надеясь, что Оливии удастся вернуться незамеченной. Что было на руку, так это то, что на ту сторону дома, что смотрела на дорогу, не выходило ни одно из окон. А дверь, насколько Ники уже могла убедиться, двигалась с оглушающим скрипом. Но, похоже, ни Ребекка, ни ее мать больше не собирались выходить на улицу. Изнутри загремел железный засов, дверь издала тихий жалобный стон, поддаваясь его напору. Ники потомилась еще немного, осторожно вытянула вперед одну ногу, покрутив ступней, потом другую. Аккуратно, стараясь не шуметь, подобрала под себя платье и полы накидки. Луна снова скрылась за облаками, и девушка не знала, радоваться этому или огорчаться, размышляя, стоит ли ей выбраться обратно за ограду и поискать подругу. Как вдруг от забора к ней двинулась низкая, еле различимая в темноте тень. Ткнувшись в плечо сидящей на корточках Ники, Оливия еле слышно прошипела сквозь зубы:- Вот черт. Кажется, я порвала платье.Ники только теперь сообразила:- Ты что, ползла сюда на четвереньках?Та прошелестела ей в ухо:- Только от забора. Боялась, что меня увидят.Оливия принялась отряхивать от грязи ладони. - Балда. На эту сторону окна не выходят, только дверь.- Не хотела рисковать. Послушай, Ники. Если ты расскажешь хоть одной душе…- Никому не расскажу, клянусь. Лучше объясни мне вот что. За каким дьяволом ты попросила закрыть окно?- Сама поймешь…- Тс-с-с!