России не привыкать быть тюрьмой народов и жандармом Европы. Но другие народы не собираются к этому привыкать. Режим хочет, чтобы и внутри Россия была тюрьмой, над которой надзирает жандарм. Тюрьмой, где нет ни свободы, ни надежды, ни терпимости, ни достоинства. Иногда это даже может не выглядеть тюрьмой, но в конечном счете все равно тюрьма. Похоже, мы привыкли к тюрьме до такой степени, что, когда нам открывают глаза на то, что мы живем в тюрьме, мы ужасаемся, как ужаснулось общество письму Надежды Толоконниковой. Или обижаемся, как обиделась российская делегация в ООН на беспощадные, но совершенно справедливые слова Саакашвили. Разве мы не знали всего этого? Знали превосходно. Но притерпелись, принюхались, забылись.Однако жандарм, надзирающий над нами, не Путин вовсе. Что бы он там себе ни воображал, Путин -- тоже заключенный, как и все мы. Дважды заключенный даже, ведь он еще и внутри красной стены сидит. А жандарм-надзиратель живет внутри нас. Мы сами -- свой жандарм. Мы сами выстраиваем вокруг себя стену. Мы сами не пускаем себя на свободу. Мы сами не делаем усилия к своему освобождению, потому что это трудно, как правильно говорит Саакашвили, а оставаться заключенным легко. Будем ли мы ждать, когда свобода придет потому, что рухнет империя-тюрьма, или освободимся раньше и сами разрушим тюрьму народов? Ради собственного блага и блага всего мира.Лживые опросчики общественного мнения, провалившиеся на всех последних "выборах", сообщают нам: <<60 процентов респондентов уверены, что людям в стране сегодня достаточно имеющейся у них свободы, для 15 процентов ее мало, а для 17 процентов, наоборот, -- слишком много>>; <<наше исследование по Москве показало, что в Москве эти показатели, в том числе, доверие к Путину, к "Единой России" даже насколько выше, чем в целом по России>>; <<уровень протестности в Москве значительно ниже, чем в среднем по России, невероятно низок по сравнению с крупнейшими городами миллионниками>>. Если они врут нам во время предвыборных кампаний, можно ли им верить в остальном? Я лично не верю им ни на грош. Мы не можем быть до такой степени рабами. Так что пусть г-н Дмитриев возьмет пачку бумаги со своими опросами, раздерет ее на мелкие кусочки и съест свои опросы, клочок за клочком. А я ему водички подам из милосердия -- запить, чтоб не подавился.