- Вижу, вижу. Только…- И этот олух, естественно, счел неудобным не представить своему родственнику своего «друга». Ха-ха! Мальчишка на свою голову слишком хорошо воспитан. А потом…- Потом он затащил тебя в постель? Быстро же он забыл свою молодую женушку. Говорила я тебе – все мужчины одинаковые, и всем только одного и нужно.Пальцы Ники с такой силой сжали плечо Оливии, что та едва не вскрикнула, но подавила вопль. Она накрыла руку подруги своей и легонько похлопала ее. Ники, не обращая на это никакого внимания, смотрела вверх, на освещенное окно ненавидящим взглядом.- Как выяснилось, не всем, - Ребекка горько вздохнула. – У меня ничего не вышло. Я улыбалась этому Грэю, как родному, я скромно опускала ресницы и слишком низко наклонялась над столом, убирая посуду. Я едва не задевала его грудью, проходя за его креслом, я задумчиво покусывала губы, чтобы они казались пухлее и притягательнее, я все перепробовала, все! Все уловки и хитрости. А он смотрел на меня так, будто ничего не замечал – спокойно, приветливо, равнодушно. Нет, что я вру… К сожалению, он все замечал и все понимал. Это Диггори, сидевший в трех футах от него, ничего не видел. А Грэя будто забавляла моя игра. И, знаешь, это так волнует, так заводит! Вот почему мне нравятся более зрелые мужчины, а не сопливые юнцы вроде этого щенка Беркли.- Умоляю, избавь меня от подробностей.- Как я была зла, матушка, ты не представляешь! Диггори Беркли отверг меня. Монро Грэй не поддался на мои уловки. Я что, так глупа или дурна собой?! Я была готова разреветься от досады. Потом я не на шутку разозлилась - на них обоих. А потом мне в голову пришла замечательная мысль, и я немного утешилась. Кстати, матушка, эта твоя маковая настойка – совершенно ненадежная вещь!