Как всегда всё упирается в определение. Очевидно, что для Толстого счастье – это некое состояние блаженства, тихой радости, внутренней свободы, которое тем больше, чем меньше человек имеет. И уж совершенно точно такое счастье не имеет ничего общего с понятием «иметь», а скорее с «быть». Кто-то выше писал, что определенный характер предполагает совершение определенных поступков, результатом которых и является счастливая жизнь. Я это понимаю как правильное устройство души, которое имеет следствием правильную жизнь. Правильная жизнь же далеко не всегда предполагает такую жизнь, при которой нас всё устраивает, но зачастую требует жертв и страданий, для того, чтобы наши действия были в соответствии с нашими убеждениями. В разные времена и в разных контекстах это может называться честью, спасением души, долгом и т.п. Личное же, эгоистическое приобретение благ для самоудовлетворения не может иметь отношения ни к смыслу жизни, ни к понятию блаженства, но к feeling good. Это самоудовлетворение кратковременно и подвержено внешним условиям, в отличие от блаженства, которое практически непоколебимо.