Дорога тянулась сквозь блеклое, пасмурное пространство бесконечным полотном. Подкованные копыта лошадей звонко цокали по промерзшей земле; мимо степенно проплывали совершенно одинаковые пейзажи, и краски были утомительно однообразны - блекло-серые, бурые, выцветшие белые от нерастаявшего снега. Ники настроилась на долгое, ожидание, и терпеливо справлялась со скукой. Спала, насколько позволяла тряска; дремала, смотрела в окно. Благоразумно решив, что пирожки заслуживают того, чтобы их оценили по достоинству и съели горячими, Ники с аппетитом сжевала три штуки, едва не мурлыкая от удовольствия и запивая остывшим чаем из подаренной Перкинами фляги. Спохватившись, стукнула в оконце - Джонни тут же остановил карету, и девушка щедро поделилась с ним стряпней Дениз. Кучер поблагодарил пассажирку и степенно съел пару пирожков. Они немного поболтали ни о чем, стоя на обочине, поглядывая в пустое пасмурное небо и привычно-беззлобно ругая погоду. Подкрепились и снова двинулись в путь.