И вскрикнул беззвучно, словно получив смертельный удар в грудь, слева, прямо под ребра, и содрогнулся от невыносимой боли. Яркий солнечный свет сменился непроглядной ночью. Вернее, не ночью, а тусклой непроглядной мглой, как та, что царила за темным окном. Мгла была осязаемой, плотной и мерзкой на ощупь, как влажная холстина, обволакивала, душила, слепила глаза. Пальцы сжались так сильно, что Вероника сдавленно ахнула. Диггори торопливо выпустил из рук мягкие  ладони и отвернулся, боясь посмотреть ей в глаза.Вероника.Ребекка.Его желаниям не суждено сбыться. Его мечты – прах, легкий светлый пепел, пролитые над могилой слезы, увядшие головки цветов. Смерть, ночь, темная, черная, непроглядная вечность.Он не может жениться на Веронике, потому что должен жениться на Ребекке.