Как раз только в суровое совеццкое время и можно было узнать про это стихотворение - в нынешнее-то Есенина наверняка и без упреков в жестокости изучать не будут. Просто за ненадобностью выбросят.А еще в то страшное время  я узнала про не менее жестокой стихотворение Асадова:Хозяин прогладил рукоюЛохматую рыжую спину"Прощай, брат, хоть жаль мне, не скрою,Но все же тебя я покину"Швырнул под скамейку ошейникИ скрылся под гулким навесомГде шумный людской муравейникВливался в вагоны экспрессаСобака не взвыла ни разуИ лишь за знакомой спиноюСледили два карие глазаС почти человечьей тоскоюСтарик у вокзального входа сказал:"Что, оставлен, бедняга?Эх, будь ты хорошей породы,А то ведь простая дворняга…"В вагонах, забыв передрягиШутили, смеялись, дремали,Тут видно о рыжей дворнягеНе думали, не вспоминалиНе ведал хозяин, что следом,По шпалам из сил выбиваясьЗа красным мелькающим светомСобака бежит задыхаясьСпоткнувшись кидается снова,В кровь лапы о камни разбитыИ выпрыгнуть сердце готовоНаружу из пасти открытой.Не ведал хозяин, что силыВдруг разом оставили телоИ стукнувшись лбом о перилаСобака под мост полетела…Труп волны снесли под коряги…Старик, ты не знаешь природыВедь может быть тело дворняги,А сердце - чистейшей породы.А еще был издан  (и не кем-нибудь, а Детгизом!" ) рассказ про пограничного пса по кличке Алый. Рассказ  заканчивался так: "Жалко мне тебя,  Кошкин..." - подумал было  Алый , но не сумел додумать, почему он жалеет Кошкина.  Алый  вздрогнул два раза и умер.     А Кошкин никак не мог понять, что  Алый  умер. Он гладил его и говорил:     - И колбаса там будет, и сало, и коржики..." (с)Над этим финалом в 8 лет тоже честно отревела, помнится.