По поводу Нобелевки и женщин:Часто говорят, дескать, если женщины такие же умные, как мужчины, то почему так мало женщин-лауреатов Нобелевской премии. Этим непонятливым можно, например, привести такие три истории – в качестве самообъясняющей иллюстрации.История первая. Время: конец 19-го – начало 20-го веков. Действующие лица: Милева Марич и Альберт Эйнштейн, сначала любовники, затем супруги, а еще позже – бывшие супруги. Оба учатся в одном вузе (Милева – единственная женщина на курсе и всего пятая за всю историю университета). Они вместе занимаются, обсуждают научные идеи, помогают друг другу… И вот тут – насчёт помощи – самое интересное. Эйнштейну и в голову не могло прийти, что он может и должен разделять бытовые заботы с женой. Хотя ежели наоборот – чтобы она профессионально помогала ему в том, что он не любил, и что у него получалось плохо – это пожалуйста. В частности, хорошо известно (главным образом из их переписки), что «всю математику» для знаменитых статей Эйнштейна (включая и ту, за которую ему потом дали Нобелевку), «сделала» Милева. Однако удел женщин тогда был – не заниматься наукой, а рожать детей и вести хозяйство, на что ей и пришлось положить свою жизнь...История вторая. Время: 50-е годы 20-го века. Действующие лица: будущие лауреаты Нобелевской Джеймс Уотсон и Фрэнсис Крик, получившие её за открытие двойной спирали ДНК, их кореш МорисУилкинс и его коллега, физик-экспериментатор, Розалин Франклин. В отличие от Милевы Марич, она сознательно отказалась от «женского счастья» и решила целиком посвятить себя тому, что ее интересовало больше всего на свете – науке.Именно Розалин сделала рентгенограммы, посмотрев на которые Крик заметил, что форма ДНК напоминает винтовую лестницу. Но принесла показать свои изображения Крику вовсе не Розалин, а Уилкинс. В международном бестселлере «Двойная спираль», в которой Уотсон рассказывает об истории открытия пространсвенной модели ДНК, он называет Франклин ассистенткой Уилкинса, и эта ошибка не случайна – тот так к ней и относился. И в этом он мало чем отличался от остальных. В частности, женщинам тогда не было даже позволено пользоваться столовой для сотрудников. Надо понимать, что дело тут не только в практическом неудобстве – ходить обедать к студентам или «в город», а в том, что женщины были отстранены от коллегиального неформального общения.Понимая важность этих рентгенограмм, Крик и Уотсон предложили Уилкинсу стать их соавтором. У него хватило порядочности отказаться, хотя потом он высказывал сожаление – что не дал таким образом прославиться своему институту. Впрочем, Розалин Франклин не смогла бы получить Нобелевку, даже если бы к ней отнеслись справедливо – она умерла от рака, спровоцированного рентгеновским обучением, в 1958 году, за три года до выдвижения Крика и Уотсона. Ей было 37 лет...История третья. Время действия: 70-е годы 20-века. Действующие лица: аспирантка в области нейробиологии Кэндис Перт, её научный руководитель Соломон Снайдер и два других его аспиранта – Джон Хьюз и Ханс Костерлиц. Надо сразу сказать, что у Кэндис довольно гнусный строптивый характер и довольно необычные для учёного представления. Будучи аспиранткой, она, в общем, вопреки воле своего научного руководителя решила заняться поиском специальных рецепторов в мозгу, «настроенных» на приём сигналов от опиатов. И нашла! Это была настоящая бомба. Но продолжать работать вместе они не стали – надо понимать, по обоюдному согласию. С тех пор Перт занимается, вообще говоря, чёрти-чем, но это для нашей истории не важно. Важно то, что, продолжая начатое ею, два друих аспиратна Снайдера открыли эндорфины – «внутренние», «естественные» опиаты, которые организм вырабатывает сам себе, без того, чтобы колоться или нюхать. За это открытие им троим была пожалована премия Ласкера. Она имеет репутацию пред-нобелевской для биологов. В отличие от покорной Милевы и невезучей Розалин, Кэндис устроила большой кипиш по поводу того что её имя не было включено в команду лауреатов, а главное, добилась того, что её признали аторитетом в этой области, без рекомедации которой нельзя было давать Нобелевскую премию Ну, и ясный пень, рекомендацию без себя она не дала...Да, она наверное поступила не очень благородно, и американская наука из-за неё возможно стала менее признанной (на одну нобелевку). Зато теперь есть надежда, что очередная «команда мальчиков» будет более аккуратно себя вести по отношению к «помогавшей» им «девочке»... Ну, и, глядишь, пройдёт какой-то срок, и уже не надо будет спрашивать: «где они, женщины-лауреаты?...»http://turtle-t.livejournal.com/27764.html