- Хочешь сказать, она жадная?- Жадная, скупая, бедная, бережливая – не знаю. Я-то торговалась с нею исключительно по привычке – Анна велела не экономить ни на чем. Ну и для развлечения, разумеется. Так вот порой мне казалось, что Ребекка делает то же самое.- Что? Я тебя не понимаю.- Торгуется из-за цветов не потому, что ей нужно сберечь лишний пенни, а исключительно от скуки. И чтобы немножко досадить мне и повеселиться над этим. Будто ее вовсе не интересует, сколько денег она выручит за свои цветы. И я видела, эта плутовка умеет не выпускать из рук своего!- Оливия, а ты не выдумываешь?- Я?! – Оливия едва не оскорбилась.- Я не говорю, что ты делаешь это нарочно. Просто эта Ребекка тебе не нравится, и поэтому твоя память услужливо выдает только неприятные воспоминания, связанные с нею.- А тебе что, нравится?!- Нет. Мне тоже. Я ее не помню и сегодня видела ее первый раз в жизни. И, если честно, она не показалась мне таким уж чудовищем. Просто молоденькая девчонка, смущенная, растерянная и испуганная. - Ты мне не веришь, - карие глаза уставились на Ники с горьким упреком.- Разумеется, верю. Просто нам – тебе! - стоит попытаться отложить в сторонку личную неприязнь и оставить только беспристрастные умозаключения.- Хорошо.- Ты будешь говорить или я?- Давай я попробую.Оливия поднялась с кресла и стала неторопливо расхаживать по комнате. Попутно прихватив со стола длинный карандаш, сделала привычное движение рукой, будто накручивает на него несуществующий локон. Провела пальцами по аккуратной, совершенно гладкой прическе, с досадой поморщилась и швырнула ни в чем не повинный карандаш обратно на столешницу. Откашлялась и продолжила: