Я, наверно, как-то туманно выразилась, что готово Ну не то чтобы эпизод готов, на полуслове оборвано, но пара страниц все-таки нацарапались:Войдя в спальню, Яри первым делом потянулся к табаку. Юный маг топтался на пороге, ощущая, как голова сама втягивается в плечи, и растерянно смотрел на него. Но чародей не удостоил его ни словом, ни взглядом, и по его холодному лицу совершенно ничего нельзя было прочесть. Нет, что-то в нем явно изменилось, расслабилось, сдвинулось к лучшему, но не так, как он, Теему, надеялся. Да неужто он ждал, что Яри вернется, сыпя шутками, торжественно заключит его в объятья, и всё будет совсем как прежде? Ощущая, как сердце бьется уже где-то в горле, Теему медленно вошел и уселся на постель в скорбной позе, понурив голову.Повисшее молчание было таким тягучим и зловещим, что из него, казалось, можно было лепить разные фигуры для ярмарочных представлений ужасов. Теему трижды набирал воздуха в грудь, но только на четвертый раз осмелился выпалить:- Яри, он жив?Величайший слегка оживился, уставился на него пронзительными глазами, поизучал бледное напряженное личико, как ученый рассматривает подопытного кролика, и понимающе усмехнулся. Выдержав очередную паузу, он выразительно затянулся и выпустил рой дымных черепов.- Яри! - жалобно воскликнул Теему, неверяще моргая.- Я уже второе тысячелетие как Яри. Так тебя интересует, жив ли твой любовник?- Яри!!! - третий раз вырвалось у юноши. - Вот зачем ты... Он мне... никто! Хочешь, препарируй мой мозг и убедишься, что это так! - от обиды у него защипало в глазах.- Тогда отчего меня сшибает этой липкой волной страха от едва не писающегося мальчика? - непринужденно осведомился чародей.- Но... он же друг моего друга. Вот и всё. Я бы и за Хати не меньше волновался. Не хочу, чтобы Робсе страдал. Вот и всё! А Робсе будет просто убит, никогда он не станет прежним. Хельге ему больше, чем брат, ты же знаешь.- Так ты мечтаешь, чтобы друг твоего друга, скрепивший вашу... кхе... крепкую мужскую дружбу не на словах, а на деле, оказался живехонек?- Ну... мне главное, чтобы ты не мучился. Если тебе непременно надо было его... ну... кровью смыть то, как он с тобой поступил... со мной, то есть... - чуть заикался юный маг. - Если настолько пострадала твоя гордость, что никак нельзя было иначе... То пусть. Я это пойму. Лишь бы тебе стало легче. Все-таки главнее тебя для меня нет ничего на свете. А чувства Робсе идут уже потом. Он сам рыцарь и способен тебя понять. Хельге понимал, на что шел, знал и о таком возможном исходе. И Робсе знал и, тем не менее, его поддерживал. Всё по-честному... - всхлипнул Теему.- Ты просто хочешь, чтобы всё оставалось как раньше, - покачал головой Яри. - Вечеринки, веселье, пикники — чтоб всё было по-старому. Не надо снова клясться мне, что ты ни капельки не влюблен в Хельге — я паранойей не страдаю и чувствую тебя насквозь. Если бы я в тебе хоть каплю влюбленности к нему ощутил, я бы сейчас пребывал в глубочайшем запое. Конечно, он тебе симпатичен, как и всем при дворе, тебе его жалко, но и только. И ты закономерно боишься, что тебя после его кончины будет грызть совесть. Но главная причина в том, что слишком уж ты подсел на эту придворную беззаботную разгульную атмосферу, отсюда и страх. А без Хельге всё будет не как прежде, ведь так? Перестанет шутить Робсе, всё сделается натужно и уныло... Недоделанным станет, как твой с ним, эээ... грех, - он сотворил из дыма особо большой и жуткий, слепо ухмыляющийся череп, в чертах которого Теему с ужасом увидел что-то от Хельге.- Угу... Ох, что же теперь будет... - Теему вытер глаза и сжался на постели в горестный комок.- Это уж зависит от поведения твоего бывшего, надеюсь, поклонника, - невозмутимо бросил Яри, принимаясь за новую самокрутку.- Что? - встрепенулся Теему.- Посмотрим, говорю, как твой дражайший дружок дружка оправится после кары и заживет отныне женолюбом, как когда-то.- Ох! Яри! - шумно выдохнул юный маг и расплылся в растерянной улыбке. - Ты ведь не шутишь?- Конечно, шучу. Как раз сейчас Хейкки выметает его веником и совком.Теему хихикнул и блаженно растянулся на постели.- И тебе даже не интересно, насколько страдал твой дружок? - иронично осведомился Яри.- Эээ... ну если я совру, что не интересно, ты ж почувствуешь?- Бессмысленнее разве что Петру учить курить. Хорошо, я поведаю тебе просто для того, чтобы этот страдалец не занимал все твои мысли, а то ведь так и будешь гадать, что именно я с ним вытворял, и ни о чем больше думать не сможешь. А потом и инквизитора задолбаешь вусмерть. Самим-Ламоа ты же небось уже выучил как букварь?Он произнес названия заклинаний на древнеэльфийском, и Теему пораженно ахнул. Пока он изучал своды потолка, пытаясь переварить услышанное, Яри успел магией выгнать дым в окно и теперь сидел, царственно сложив руки на груди.- И... как он? - пролепетал Теему, ощущая, как горлу подкатывается леденящий ужас.- Ничего. Держался по-мужски. С прирожденным несгибаемым достоинством. В этом ему не откажешь.- А почему все-таки ты его не прикончил? Из-за Кристиана? Тоже ведь хотел, чтобы всё оставалось по-старому и ничто не омрачало ваши отношения?- Не только из-за этого. То, что я не хотел огорчать столько симпатичных мне людей, это одно. Понадобилось бы — огорчил без сожаления. Тут уж какая чаша весов перевесит. Но мне импонировало, что твой сластолюбец взаправду готов был отвечать за содеянное. Не надеялся выкрутиться и отвертеться, а спокойно ожидал любого конца. Ждал меня и готовился к смерти. Дал указания Хати, где и как его хоронить, с Робсе попрощался... И я решил, что очень уж банально и неинтересно будет оправдать его ожидания. Будто я марионетка с заранее отведенной ролью. А народ всегда любил меня в том числе и за оригинальность. И именно то, что Хельге готов был умереть за ночь с тобой и пошел на это, поумерило мою ярость. Я понял его. И осознал, как чудовищно много у нас общего! - глухо рассмеялся он. - Между нами всё было по-честному. Я принял должную плату. За три оргазма — три пытки. Ты уже знаешь, какие. Именно во столько я оценил наслаждение, которое способно даровать твое тело. И не считаю эту плату чрезмерной. В итоге я остался вполне удовлетворен. Про моё удовлетворение вы ведь оба забыли тогда! - издал он циничный смешок.- Ну не надо так, умоляю... - страдальческим голосом произнес Теему, потирая пылающее лицо. - Я о тебе ни за что никогда бы не забыл.- А о чем ты тогда думал?- О том, что раз я стер с лица земли варварский форт и сбросил в пропасть и испепелил кучу народу, то теперь мне можно всё на свете. Такая прям... разнузданность нашла... ну как тебе объяснить... - он бессильно мял свои пальцы. - Настоящее всемогущество ощутил всем нутром, а оно ох как голову кружит! Разве с тобой такого не было когда-то давным-давно?- Даже я не считаю, что мне можно всё на свете. Хотя мне — да, можно! Но ты думаешь, что меня считают Величайшим только потому, что я самый могущественный засранец на свете и одним взглядом убиваю толпы и рушу дворцы?- Ты знаешь, что нет. Ты во всём самый-самый на свете... И мудрейший, и справедливейший, и талантливейший...- О, ну началось! - хохотнул Яри. - Улучил момент, чтобы начать меня облизывать? Авось и растаю?- Да что ты несешь? - оскорбился Теему. - Я от чистого сердца! Ты еще и самый безжалостный в речах... Не говоришь, а кинжалом тычешь... И в ране его эдак поворачиваешь... - взрыднул он.- Я просто самый честный, - невозмутимо поправил его чародей. - После нашего Кая, конечно.- Тогда честно ответь — теперь ты доволен? - с надеждой спросил Теему.