Ники сглотнула и с трудом вытолкнула:- Я слушаю. Я так понимаю, вы спаслись?- Да. Я пнула этого урода несколько раз – сильно, от души. Развернулась и побежала прочь, припустила со всей мочи. Выскочила из переулка и налетела на него, едва не сбив с ног.- Про кого вы говорите?- Это был он, Тори Перкин. Шесть футов росту, плечи молотобойца, рыжие волосы и глаза, словно небо в ясный день. Красавчик, каких поискать…- Вы знали его, Торина? Вы были с ним знакомы?- Кто ж его не знал. Этого лихого парня знал весь город, Торина и его закадычных дружков. Ох, много они дел натворили – грабили в наглую, средь бела дня, и поймать из никто не мог. И в то же время он знал меру – никогда не отбирал последнего, на творил непотребств, не проливал крови. Я его не защищаю, говорю так, как есть.- И что, Тори Перкин спас вас от того... мерзавца? От того старика?- Мерзавец - мягко сказано. Ходили слухи, после его смерти в том сарае нашли много ужасных вещей - то ли отрезанные головы, то ли целые трупы. Детские трупы… Не знаю, правда это или нет. Сама знаешь, люди любят приукрашивать. - Какой ужас… Ужас!!- Он пытался догнать меня, но Тори его остановил. Рядом с ним было двое его дружков – один из них был тот самый Брюстер, которого ты видела. Конечно, в ту пору он был помоложе, да выглядел получше… впрочем, неважно. Брюстер поймал меня за шиворот и крепко держал, чтобы я не убежала. Торин спокойно спросил, какого дьявола здесь происходит. «Какого дьявола» - была тогда его любимая присказка, прости, господи, безжбожника… Это потом, через несколько лет, он остепенился и исправно посещал церковь. Крестился он в католичестве, а потом, видишь, поменял веру... Старик принялся орать и брызгать слюной, он вопил, что я-де – его девчонка, племянница, что я провинилась, а он решил меня проучить. Торин спросил, правда ли это. А я от страха даже говорить не могла, только мычала. «Правда, правда»! – отрезал старик и протянул руку, чтобы снова меня схватить. Торин остановил его: «И как же ты собирался ее наказать»? Тот выругался и выпалил: «Выпороть, известно как! Ступайте своей дорогой, дайте нам разобраться по-семейному»! Тогда я завыла в голос, мне стало дико страшно оттого, что эти люди поверят ему и отпустят. И отдадут меня тому старику.