Дядя Уильям, как обычно, живо интересовался ее делами, пересказывал последние новости и сплетни, передавал приветы от Сомерсетов. Иногда он вкладывал в письмо еще одно – для Шарлотт, и Ники было приятно подходить к ней, протягивать аккуратно сложенный запечатанный листок и наблюдать за ее непроницаемым с виду лицом. Еще дядя пересылал Ники редкие письма от подруг - Оливии, Анны, Джанет, Марии... Сама Ники им не писала – не хотелось объяснять, каким немыслимым ветром ее занесло в Ливерпуль, и потому ответы для них отправляла через дядю. А вот Свити… Свити так и не написала Ники ни одного письма. Дядя упоминал, что Свити все хворает. Но Ники, конечно, догадывалась, в чем тут дело - похоже, в этот раз подруга обиделась на нее всерьез и надолго. Ники чувствовала себя виноватой перед нею – и за то, что так ничего ей не рассказала, и за свой побег из дома… Тем не менее, она исправно передавала приветы Свити в каждом письме к дяде. Когда наступили холода, дядя Уильям отправил племяннице теплые вещи, и среди них – добротную, подбитую густым мехом накидку, которая очень пригодилась Ники и надежно защищала ее от пронизывающего ледяного ветра. Спрашивал, не нужно ли выслать денег  - Ники подумала и отказалась. В поездку она взяла довольно много, но за все время, что она прожила у Шарлотт, она не потратила и пяти фунтов. Через неделю после своего приезда девушка подошла к своей грозной хозяйке и, смущаясь, предложила ей плату за проживание и стол. Та денег не взяла, лишь ожгла ее презрительным взглядом: «Дома ты тоже берешь плату со своих гостей?» Ники поежилась и отошла, и больше не пыталась заводить разговор о деньгах. А трактир Перкин, как со временем выяснилось, был недешевым местом. Конечно, в нем было изысканно убранных комнат с ваннами, как в дорогих лондонских гостиницах, и французских деликатесов к столу тоже не подавали. Зато здесь было чисто, тихо и безопасно, а кухня радовала простыми, но сытными и очень вкусными блюдами. Свежайшая, еще ночью плававшая в море рыба, наваристые похлебки, мягкое жирное мясо и умопомрачительная выпечка, выходящая из-под ловких ручек Дениз – все это привлекало в трактир многих посетителей. Ники даже здоровалась со многими из них, и они ее узнавали и приветливо кивали при встрече.