Автор - Ольга Туханина– Эй, господин! Вы, вы. Ну-ка немедленно прекратите ненавидеть геев!!– Что?– Геев, говорю, перестань ненавидеть! Сию же секунду!– Почему вы ко мне на «ты»?– А как с тобой ещё, если ты геев ненавидишь? Выкать прикажешь? За что мне тебя уважать, гниду?– Пустите меня, что вы себе позволяете?!– То позволяю, что мне правами человека положено. Всемирной декларацией, слыхал? По конституции!– Да вы мне пиджак порвете!..– И не только пиджак! В глаза смотри, мракобесная тварь! Я требую, слышишь, ТРЕБУЮ, чтобы ты прямо сейчас дал геям их законные права!!– Я?– А кто? Дед Пихто, что ли? Видишь, они страдают. Они хотят семью и детей.– А я тут причем?– А  ты им мешаешь. Их простому человеческому счастью. Ты завидуешь им. От них хорошо пахнет, а от тебя козлом воняет.– Я на ферме работаю. Я с работы иду.– О, оно и видно. Уже бухла набрал. Алкогольное быдло.– У супруги завтра день рожденья.– Вот видишь, у тебя есть супруга. И штамп в паспорте. А у них нет. Это справедливо, по-твоему? Они ведь тоже работают. Один скульптуры из дерьма лепит, а второй пишет о них искусствоведческие трактаты. Их вся Европа знает. Они налогов платят в сто тысяч раз больше, чем ты. Они, между прочим, миллионеры оба. А прав у них нет. Это как?– Да плевать мне на них!– Вот же дрянь, даже не стесняется! Ты зачем плюешь на них? Ты, поди, и в лифтах гадишь, угадал?– У меня пятиэтажка без лифта. Можно, я пойду?– Пойдешь, пойдешь. Скоро пойдешь. По статье пойдешь, понял? За разжигание. Ты сейчас во мне нетерпимость разжег.– Слушайте, отстаньте от меня, ради Бога!– О, вот и Бога вспомнил. Говорю же, православный мракобес. Ну, признайся, что ты думаешь о геях?– Я вообще о них не думаю.– А почему? Трудно пять минут в день подумать о геях?– Честно? Трудно. Неприятно. Физиологически.– О, так ты что, когда о геях думаешь, половой акт представляешь, что ли?– Ну… а что представлять? Геи – это кто? Когда мне о филателистах говорят, я марки представляю. Когда об альпинистах – горы. А тут что надо?– Оскара Уайльда, дубина стоеросовая! Культуру! Древнюю Грецию!– Богиню Гею?– Ты что это, хрен моржовый, иронизировать взялся? Ты же не гей, чтобы иронизировать. Тебе это не доступно. Ты тупой обыватель. От тебя нужно одно: перестань ненавидеть. Это скучно. А должно быть весело.– Извините, мне не очень весело.– Потому что ты ненавидишь.– Наверное. Ненавижу, когда на улице за рукав хватают. Я устал. Хочу домой, пива выпить и сериал по «ящику» посмотреть.– Не удивлён. Вот и зомбоящик нарисовался. Промытые мозги, чего с тебя взять. Ты раб. Скот. Ты свободным людям воздух портишь. Ты сам себя не сделал. Ты не читаешь «Афишу».– Читаю. Там же о киношках пишут.– О киношках на заборе пишут, дурень! В «Афише» пишут о кинематографе! Не читай её больше, не для тебя писано. Зомбоящик лучше смотри! Дуроскоп свой.– Так я и хотел. Можно?– Ладно, так и быть. В восемь двадцать по первому сериал о геях.– Я переключу канал.– А на втором ток-шоу с геями.– Тогда я шашлычок пока пожарю, а телик потом.– А потом будет передача о вегетарианстве. Тебе, наконец, в лицо скажут с экрана, что ты трупоед, жрёшь мясо убитых животных.– А у меня спутник есть.– А на спутнике чайлдфри. Они тебе мигом объяснят, что твоя жена – детная свиноматка.– Тогда я не буду смотреть телевизор. Посмотрю в окно.– А там гей-парад разгоняют. Возмущен?– По барабану.– Нет, всё-таки какая же ты мерзкая равнодушная тварь. Никто не вступится за тебя, когда тебя будут бить палкой по голове.– А почему меня будут?– Потому что ты раб. Надо выколачивать из тебя рабство. Фашист, сталинист, целователь сапог, путинофил, душитель! Вот, видишь, я тебя на мобильник сфотографировал. Сейчас в твиттер отправлю. Пусть граждане полюбуются на твою гомофобную отвратительную харю. Завтра мы всё о тебе выясним. Телефон, адрес, место работы. Мы спуску тебе не дадим. Гражданское общество тебя закопает!– Простите, там, кажется, ваш друг с камерой уже ушёл.– Да? Действительно. И давно?– Не знаю. Минут пять назад.– Черт, целых пять минут зря распинался. Слышь, короче, вопрос к тебе есть. Ты чего меня ни разу не ударил? Хотелось ведь, а?– Ну…– Хотелось. И чего не стал?– Не знаю. Неловко как-то.– А вот что я должен сказать, чтобы ты меня ударил?– Да как-то… Сразу так… Больно, наверное, мне сделать.– Так?– Ой-йёёё! На!– Полиция! Мракобесы геев бьют!