Оливия смущенно посмотрела на подругу, но та лишь молча прижала палец к губам и покачала головой. Кивнула на окно, и обе девушки снова затаились, обратившись в слух. А любопытный разговор тем временем продолжался.- Она нам сочувствует… Как же, как же. Эта мерзкая тетка наверняка меня даже не вспомнила!- Почему – мерзкая?- А потому. Летом, когда в замке готовились к свадьбе, я продавала ей цветы. И эта скупердяйка чуть ли не зубами держалась за каждый лишний пенни. Ох, как же мне хотелось вцепиться ногтями в ее крысиную мордочку! Или разодрать это мышиное гнездо на ее голове…- Мышиное гнездо? Разве так говорят?- Это я так говорю. Потому что воронье гнездо мышиного цвета. Не волосы, а черт знает что. Та, другая, она хотя бы хорошенькая, и одета дорого и со вкусом…  Когда-нибудь я тоже буду заказывать себе такие изысканные платья. Оливия же – вылитое пугало, только на поле ставить. А как она мило улыбалась, сидя передо мной, какие сладкие песни пела! Я ждала, что еще минутка – и она разрыдается, бросится мне на грудь и объяснится в любви.- Ну и черт с нею. Пришла и ушла. Даст бог, она расскажет твоему женишку о тебе только самое лучшее.- Надеюсь. Я так старалась расположить ее к себе, просто из кожи вон лезла! А ты заметила, мама, как она шныряла глазами по сторонам? Я думала, от любопытства у нее уши вытянутся, как у кролика. Совершенно ясно, она заявилась сюда, чтобы вынюхивать и шпионить. И я совсем не верю в ее благие намерения.- Ты права, Бекки. Права, как всегда. Эта женщина – себе на уме.- И зачем она просила меня закрыть окно? – задумчивый голос Ребекки раздался совсем близко. - Наверное, хотела взглянуть на мой живот, - она снова рассмеялась.- Кстати, как ты будешь выкручиваться, когда всем станет ясно, что ты вовсе не беременна?