После смерти тетки и дяди моя семья перебралась в их большой дом - так было удобнее, и отец хотел жить поближе к фабрике; а наш старый дом стоял пустым, мы еще не успели продать или сдать его. Мои родители предложили отдать его нам с Линдой. Не сказать, что моя невеста была в восторге от такого решения, но меня оно вполне устраивало. Я любил этот дом, в нем прошли мое детство и юность, я провел много радостных дней в его стенах и уже рассчитывал обрести там свое новое счастье.Вскоре пришел день венчания. Когда Линда, стоя у алтаря, ответила священнику "да", я вновь почувствовал себя окрыленным - разве не этого я желал так долго, так страстно? Моя невеста - нет, уже моя жена! - улыбалась мне торжествующей улыбкой из-под белоснежной фаты, и я широко улыбался в ответ. Наша свадьба была очень скромной; из гостей, кроме родителей, присутствовали лишь немногие родственники и близкие друзья. Вечером, когда праздничный свадебный обед подошел к концу, гости еще раз принесли нам свои поздравления и разъехались. Родители, благословив нас, тоже покинули наш дом, оставив нас с Линдой вдвоем. В тот час, когда мы наконец остались наедине, я взял Линду за руки и горячо заговорил о том, как я люблю ее, как я рад тому, что мы наконец обвенчались. О том, что мы обязательно, непременно будем счастливы - много, много лет, до самой старости. Что сегодня мы забудем старые обиды и грехи и начнем все заново, новую жизнь, с новой чистой страницы. А она...- Что она? Что она сказала?Она весело расхохоталась мне в лицо, а отсмеявшись, пропела своим нежным голоском: "Ты был прав, Дэвид. Во всей Англии, наверное, не сыскать второго такого дурака, который добровольно решился на то, чтобы принять обратно изменившую ему женщину, жениться на ней да еще признать своим чужого ребенка. Боже, какой же ты глупец! Такой милый, наивный, но - глупец."