***- Вы…В первую минуту Диггори даже не понял, что говорит Вероника. И сейчас, когда она произнесла самые прекрасные на свете слова, зазвучавшие в его ушах райской музыкой, сладким бальзамом пролившиеся на его израненную душу, он боялся поверить, поверить до конца, что это правда; что все, что происходит сейчас в этой полутемной комнате,  - не сказка, не сон, не греза, а происходит на самом деле. Оказывается, он тоже обманывал себя. Как бы он ни уговаривал себя, не старался выбросить, выдрать из сердца свою несчастную неразделенную любовь; как бы ни пытался признать правоту Вероники, не старался забыть ее – это не помогло. Он был уверен, что почти справился, но стоило ей вернуться, как все вернулось на свои места, и чувства, похороненные глубоко в душе, запылали с новой силой.Сердце застучало в ушах – отчетливо и громко; щеки, согретые одним прикосновением маленькой ладони, запылали лихорадочным жаром. В груди сладко похолодело, как случается, когда тебе очень страшно, или наоборот – очень, очень хорошо. Облизав вмиг пересохшие губы, он прошептал:- Вы согласны?!Та кивнула, с улыбкой наблюдая за его счастливым лицом:- Я согласна, малыш.- Вы согласны! – Диггори с такой силой сжал хрупкие ладони женщины, что та вздрогнула.- Надеюсь, предложение еще в силе? – Вероника кокетливо склонила голову. – Ну же, не разочаровывай меня. Да, тогда я тебе отказала. Но потом… я много раз вспоминала твои слова. Твои признания. Твое клятвенное обещание любить и ждать меня, пока я не передумаю – год, два, десять… И я передумала. Надеюсь, ты не сердишься на меня за то, что заставила тебя страдать? Прости, но тогда я была совершенно уверена, что поступаю правильно. Как видишь, все могут ошибаться, и я – не исключение.- Вероника… - выдохнул юноша. – Вероника, вы.. вы не представляете,  что со мною делаете!