А чего стоило его предложение о совместном написании книги! Мало того, что он чувствовал себя виноватым перед Оливией за то, что не дал ей воплотить в жизнь свои мечты – и это после всего, что она натворила! Впридачу он с готовностью собрался отказаться от славы в ее пользу, щедро предложив ей переписать ту несчастливую книгу вместе. Как он сказал – «Нашу книгу…» Когда Лоусон произнес эти слова, у Оливии буквально прошел мороз по коже, так… лично это звучало. И эти его вопросы… Почему она не согласилась сразу, в ту же минуту? Как, как ему надо было объяснить, какие выражения подобрать, чтобы он понял – это действительно невозможно?! Как он себе это представлял? Меньше, чем через неделю, ему надо будет предстать перед очами епископа, получить его благословение и отправиться в свой ненаглядный Девоншир, или куда там еще. Лоусон не сможет отлучаться надолго – ведь он будет занят в церкви, надо будет проводить службы, венчания, крещения, отправлять другие нужды многочисленных прихожан. И где в таком случае они смогли бы писать их общую книгу? У него дома? В том самом доме, где, вполне вероятно, вскоре появится его, Лоусона, жена? Боже, о чем он говорит? Неужели он в самом деле не понимает?!.Она скрипела зубами, тихонько стонала от бессилия и отчаяния, моргала глазами в который раз пыталась сосредоточиться на разбросанных по столу бумагах. Так она провела остаток дня, трусливо отказалась от ужина и попросила мисс Стик подать ей чай в кабинет. Пока та сервировала маленький столик, они немного поговорили. Экономка мимоходом обронила, что нынче днем доставили багаж господина Беркли. Еще возчик сообщил, что сам хозяин приедет завтра днем. Эта новость так взбудоражила Оливию, что все ее душевные метания враз отошли на задний план, и она рьяно принялась за дело. «Завтра», - сказала она себе. – «Уже завтра. Всего один день и…»