Оливия не выдержала:- Прости нас, Диггори. Мы больше не станем об этом говорить.В действительности ей хотелось обсудить еще очень, очень многое – поговорить про Веронику, например. Спросить, помог ли ему сэр Патрик. Извиниться за то, что обвиняла Диггори в эгоизме по отношению к тетке. Узнать, почему Анна не приезжает в Беркли. Предложить помощь, в конце концов… Но она благоразумно решила промолчать, рассудив, что для одного дня мальчик достаточно настрадался.- Хорошо. Спасибо, - так же тускло ответил он. – Кстати, могу я просить вас об одном одолжении? Мы можем сохранить всю эту некрасивую историю в секрете?- Конечно, - виновато откликнулась Ники. – Мы ничего не расскажем ни Анне, ни Монро.- Ему я, может быть, и расскажу когда-нибудь, - скупо усмехнулся юноша. – Посмеемся вместе за бокалом вина, перемоем косточки мисс Грэхем. Монро непременно скажет: «Я ведь тебя предупреждал…» Он в самом деле сразу дал понять, чтобы я остерегался Ребекки. А я его не послушал.- Больше никто ничего не знает?- Никто.- А Лесли? А священник? А прислуга?- Лесли, как мне кажется, всегда знает больше, чем следует. Но никогда этого не показывает. Преподобному Парсону я не сообщал, зачем собирался навестить его. Надо бы отправить записку, извиниться…