я к нему относилась, скажем, нормально, не переставала дышать, но нормально, но после того, как он признался в любви к Кадырову, всё хорошее отношение к нему как рукой сняло, зато появилась какая-то брезгливость к этой особи человеческого рода, именуемой Безруковым.