http://ne-matros.livejournal.com/543720.htmlЕсли уж насильник и жертва вошли в порочный круг, они бегают по нему, как ослики на мельнице. Круг разделён на три фазы.Фаза первая: эскалация напряжения.Начинаются чуть более интенсивные, чем обычно, вспышки эмоциональных и вербальных оскорблений, например. Жертва может реагировать на них спокойно, разряжать обстановку, подбадривать, или отвечать тем же. Что характерно, в это время оба, и насильник, и жертва, стремятся оправдать такое поведение насильника чем угодно: стресс, нехватка денег, плохая погода.Жертва искренне верит, что если она будет вести себя мягко и нежно, вспышки насилия затихнут или их можно будет купировать. Что это пока ещё «ничего страшного», «ну нервничает человек» или «выспится – пройдёт».Продолжительность этой фазы широко варьируется для различных отношений, от недель до лет. Однако с ростом напряжения попытки жертвы быть няшной и пушистой работают всё меньше. Именно на этой стадии жертва наиболее часто пытается найти поддержку и помощь, сначала у близких, а потом и со стороны. На этой же стадии обычно обращаются за помощью в кризисные центры.Фаза вторая: инцидент острого насилия.Здесь случается бабах. У кого какой излюбленный способ насилия, тот такой и применяет по максимуму, достигнутому на данный момент, плюс ещё немного напряжения, просто чтобы мощнее торкнуло.Припадок настолько явен, что отрицать его не получается ни у насильника, ни у жертвы (почему «не получается» - в постах про поведение жертвы и насильника). В этот момент насильник понимает, что да, он совершает насилие, а жертва понимает, что это именно насилие, а не «побуждение к хорошему поведению».Жертва обычно жопой чует приближение пиздеца, страх, напряжение и депрессия растут, и жертва даже может катализировать наступление пиздеца для снятия напряжения. Потому что жить в ожидании «когда и откуда грянет» - так себе удовольствие, если честно.Эта фаза самая короткая, от двух до «всего лишь» двадцати четырёх часов. А вот дальше начинается самое интересное: насильник слегонца отрезвляется, понимает, что поступил, как мудак, и начинает отрицать серьёзность инцидента или минимизировать её (включаются психологические защиты насильника: «я не могу быть таким плохим»).Жертва в это время, если успевает до наступления третьей фазы и если позволяет состояние, может обратиться в полицию, кризисный центр или травмпункт. Фаза третья: «медовый месяц».Если жертва не успела (боялась, например) обратиться в полицию или куда-то ещё за помощью в конце второй фазы, её подстерегает третья. Название у фазы говорящее: насильник преображается в любящее голубоглазое существо, может даже раскаиваться в содеянном, ну или просто держится от жертвы подальше, изредка мирно отвечая на реплики. Он может обещать «больше никогда-никогда», или наоборот обвинить жертву «довел(а) до срыва». Насильник может липнуть к жертве и уверять, что без неё/него не жизнь, что он/она очень хочет, чтобы он/она был(а) рядом, он/она так скучает. Жертва, ясен пень, от «неожиданности» начинает слегка таять. Ну вот же, он(а) показывает, что любит, заботится, или по крайней мере не бьёт. Значит, отношения ещё можно спасти!!111 Ради детей, ради имиджа, ради общественного мнения. Дура(к) я буду, если разорву отношения с человеком, который вот же раскаялся, скучает и стремится помочь. Дальше привычка, лень, зона комфорта или боязнь перемен, whatever, берёт верх, и жертва говорит себе «ну ладно, не так всё страшно, будем дальше посмотреть».Кроме того, все помнят про изоляцию и прочие милые манипуляции насильника с деньгами жертвы или её свободой? Про вечную депрессию жертвы? Обычно хрен сбежишь, несмотря на все праведные возмущения обсуждателей в духе «раз не уходит, значит, тупая/тупой».Тем временем механизм насилия шпилит дальше. В глубине души насильник понимает, что одержал «победу» над жертвой, и хочет «закрепить успех»: в ход идёт всё то же старое доброе психологическое насилие (чтобы жертва не особо воспаряла духом) и экономическое (чтобы не на что было воспарять).Для жертвы, даже несмотря на потихоньку снова начинающееся насилие, эта фаза – напоминание о тех безоблачных днях, когда отношения только начинались и все ещё были счастливы. Первая фаза ещё не началась, до второй тем более далеко, плюс нюанс: жертва не понимает, что насилие идёт фазами, и ничто её не спасёт от продолжения банкета. Кажется, что вот то произошедшее – единичный случай, больше такого не повторится, тем более, если насильник обещал про «никогда-никогда». Возникает иллюзия, что вот так мирненько всё останется и дальше.Это время, когда труднее всего уйти от насильника, заслуженно послав его фхуй.Если подсел на насилие, и никакого иного спасения от своей собственной реальности не видно (чаще всего видно, но лень что-то делать), возникает желание попробовать ещё. Ощущение контроля и власти доставляет.