Оливия встала и подошла к очагу. Тронула стоящие на каминной полке безделушки, делая вид, что поправляет их. Ники следила за ней, заинтересованно подняв бровь.- Ты что, хромаешь? Ты повредила ногу?- Э-э-э… да. Ничего страшного, уже все в порядке. Представляешь, я свалилась с лестницы!Оливия счастливо рассмеялась - Ники и Диггори с недоумением переглянулись. Ники помедлила и вкрадчиво продолжила:- Где ж ты ухитрилась так удачно упасть? Уж не в доме ли Томаса Беркли? И почему тебя это так радует?В этот момент Ники едва ли не впервые в жизни увидела, как Оливия краснеет. Молодая женщина замялась и промямлила:- Да, в доме… у Томаса. В «Вязах». Постой, а ты откуда об этом знаешь?- Ты меня удивляешь, Оливия. Ты же сама писала мне о том, что гостишь у Томаса.- Кажется, да. Верно. Я думала, ты в отъезде и не получала моих писем.- Дядя пересылал все письма мне в Ливерпуль.- Куда?!- В Ливерпуль. Я провела там больше двух месяцев.- Боже праведный, Ники, что ты там делала? Хотя чему я удивляюсь. После Франции, надо полагать, Мерсисайд для тебя находится в соседнем дворе. - Что Мерсисайд, я чуть не сбежала в Индию!Диггори зачарованно повторил:- В Индию!- Бог ты мой, Ники! Вот это размах. Ты умеешь не размениваться по мелочам.- Знаешь, я как-то не очень огорчилась, когда это путешествие отменилась. Пришлось мне ограничиться Ливерпулем.- Свити поехала вместе с тобой?- Нет, она осталась у нас, в Лестере.- Мистер Эванс вроде бы упоминал, что она хворает.- Да. Ужасная простуда. Я еще не видела Свити после отъезда из дома. Надеюсь, она уже поправилась.- А сюда-то ты как попала?