Теперь дни потекли совершенно по-другому - новые, хлопотливые, исполненные смысла и нетерпеливого ожидания дни. Ники и Свити спешно паковали вещи - Джон и Джиневра Сомерсеты только всплеснули руками, узнав, что их дочь снова собирается в дальний путь. Уильям Эванс утешал их и клялся, что будет присматривать за Свити так же, как за родной племянницей. Сам он перед отъездом улаживал какие-то свои нескончаемые дела, вновь писал множество писем, раздавал указания прислуге. Решено было не брать собственную карету, ибо было неизвестно, как долго троим путешественникам придется пробыть в Ливерпуле. Кажется, уже все было решено, все оговорено на сто кругов, но каждый час возникали новые и новые вопросы. Словом, жизнь кипела.- ...Итак, Ники, давай обсудим еще разок.- Давай, дядя. Мы выезжаем…- Выезжаем послезавтра. За это время карету починят, вы со Свити вполне успеете уложить свои вещи, а я – потихоньку выгрузить обратно половину из них.- Дядя, ты прямо как мистер Сомерсет, - с упреком произнесла девушка.- А как же иначе! С вами, знаешь, держи ухо востро. Того и гляди, чтобы впихнуть в карету еще один тюк с платьями, вы, не моргнув глазом, вполне можете ссадить меня самого.- Перестань ворчать. Тебе не идет.- А как ты хотела? Я, дряхлый хромой старик- Ах, не кокетничай. Ну какой же ты старик? Ты вполне еще привлекательный мужчина, в полном расцвете лет.- Мерси. Я надеялся это услышать.- Напрашивался на комплимент?- А как же! Разве от тебя дождешься… Так, не перебивай меня! Что я говорил? Ради единственной непутевой племянницы срываюсь с насиженного места и любимого насиженного кресла, собираюсь мчаться неизвестно куда, неизвестно зачем! Должен же я получить хоть какую-нибудь компенсацию? Дай хоть поворчать всласть. Оторвусь за все те месяцы, когда тебя не было дома.