Ребекка тем временем продолжала:- Родственники дали нам достаточно времени, целых два года. Нам повезло найти маленький домик в Дадли - плата за него совсем скромная.- На что же вы живете?- По завещанию нам с матушкой достался крошечный капитал - несколько сотен фунтов. Дохода с него еле хватает, чтобы покрыть ренту и каждодневные нужды. К сожалению, мы не можем трогать основную сумму - только проценты... Еще мы выращиваем и продаем цветы. И то, что сумеем заработать и скопить за лето, потом растягиваем до следующей весны. - Ужасно.- Раньше мы пытались наниматься на другую работу, но у нас ничего не выходило. К труду в поле мы оказались совершенно не приспособлены. Матушка сказала, что нужно заниматься тем, что получается лучше всего. А она очень любит... любила копаться в своем саду. Она знает поистине удивительные секреты о выращивании цветов! Раньше у нас был роскошный розарий - скажу это без ложной скромности. Наши розовые кусты цвели с мая и до поздней осени. Мы ими очень гордились.- А я еще удивлялся, откуда у вас взялись розы - в начале лета.- Это все моя матушка. Ее заслуга.Ребекка мимолетно улыбнулась и замолчала, рассеянно задумавшись о чем-то. Диггори с удивлением разглядывал ее лицо, словно видел его в первый раз. Согретые нежным румянцем щеки, яркие губы, красивый разрез глаз с пушистыми ресницами. Опустил взгляд ниже, на тонкие руки, сложенные на переднике. Царапины от розовых шипов на них давно зажили и кожа выглядела гладкой и нежной. Надо же, какая несправедливость, снова подумал он. Такая славная девушка - и такая ужасная судьба. Осиротеть, да еще лишиться крыши над головой, и зарабатывать себе на кусок хлеба тяжелым трудом... Он снова вспомнил Келвина и решительно произнес: