Ники, не ожидавшая такого поворота, взглянула на нее с недоумением:- О… вас? Пожалуй, немного. Анри и Мишель не очень охотно рассказывали о том... чем вы занимаетесь. Так, в общих чертах.  Чаще они говорили, что вы верные и любящие супруги. Как они выразились - что никогда не встречали такой всепоглощающей любви. Что вы очень дорожите друг другом.- Что ж, пожалуй, это верно. Все так. Мы были верны друг другу. За одним маленьким исключением... Только раз, всего один раз Франсуа сделал ошибку. Это произошло много лет назад, когда я была так же молода, как вы сейчас. У нас уже родились дети - Люку было восемь, близнецам шел шестой год. В то время я чувствовала себя абсолютно, неприлично, блаженно счастливой в окружении своих любимых мужчин, одного большого и троих маленьких. Я была молода, красива и здорова; я с уверенностью смотрела в будущее и даже вознамерилась навсегда отойти от дел - уже тогда мы были очень богаты и могли позволить себе бездельничать до конца жизни. Луиза рассеянно тронула лежащую на столике книгу, открыла ее и тут же захлопнула. А Ники, глядя на темную обложку, вдруг представила себе картину. Вернее, рисунок, гравюру, очень старую. На гравюре были изображены люди - мужчина, женщина и трое детей рядом с ними...- Но вскоре Франсуа подвернулось одно весьма заманчивое дельце, слишком аппетитное, чтобы мы могли от него отказаться. Разумеется, он посоветовался со мной, мы долго обдумывали это предложение, и сомневались - стоит ли за него браться. Ведь условия были таковы, что Франсуа пришлось бы уехать из страны и покинуть семью, очень надолго, по меньшей мере на год. Но потом мы приняли решение и согласились. Сколько раз я впоследствии жалела об этом... - Погодите, мадам Моро! Прошу меня извинить, но все же осмелюсь напомнить, что мы с вами знакомы всего сутки. Зачем вы мне все это рассказываете? Ведь это... такие личные вещи. Не уверена, что я готова к подобной откровенности, и что вы сами не станете потом жалеть о своем порыве.- Не переживайте за меня. Во-первых, я никогда не жалею о сделанном; а во-вторых, это не порыв, а хорошо обдуманное и взвешенное решение. Просто слушайте дальше. Так вот, Франсуа уехал. В Англию. Там он выдавал себя за богатого торговца, вернувшегося в страну из колоний. Ему во что бы то ни стало нужно было завоевать доверие одного влиятельного человека, а на это требовалось время и деньги; дело касалось поставок оружия и снаряжения для королевского флота. Не стану называть имен и утомлять вас подробностями, да и не в них суть. Франсуа провел в Англии больше шести месяцев, пока я сидела дома, в нашем поместье в Авиньоне, и с утра до вечера возилась с мальчишками. Я очень скучала по мужу и писала ему длинные письма, подробно рассказывая обо всем, что с нами происходит. Я грустила в разлуке, ведь раньше мы никогда так надолго не расставались.  Он тоже писал мне, правда, не так часто. Понятно, что наши послания друг другу приходили с огромной задержкой... Я уже подумывала временно перебраться в Англию вместе с детьми и подыскать жилье где-нибудь в глуши, чтобы быть ближе к мужу, но при этом не мешать его планам. Как вдруг... Все изменилось.