может, и гиперопёка... Но всё-таки позволю себе понастаивать на мысли, что предательство матери (в любом проявлении) в глазах мальчика является ключевым моментом в формировании юного мизогина. И если с жестокой и властной женщиной контуры насилия более очерчены и более прозрачны, с любвеобильной эти контуры, на мой взгляд, намного расплывчатей. Я могу понять, что при первом варианте мальчик уже в раннем детстве начинает испытывать психологический дискомфорт, который потихоньку оформляется сначала в ощущение, потом в понятие, что его предают нелюбовью. А во втором случае как? Понятно, что и там, и там растёт тиран. Только вот замесы получаются разные. Во втором случае это будет капризный и избалованный тиран, не знающий ни в чём отказа, ни лимитов. Крышняк от такого обязательно съедет. Что, собственно, и наблюдаем. А если к этому добавить внезапный уход самого близкого и родного человека, который единственный (!) в глазах формирующегося мизогина его понимал, принимал и любил со всеми потрохами, всё прощал и позволял (даже моральную жестокость в свой адрес). Не это ли самое сильное предательство, которое он мог бы совершить, "бросив" сына на произвол судьбы, не спросив у него, а хотел ли он так? Может, я не правильно излагаю мысль, может, я не права вообще на этот счёт, но спинным мозгом чувствую, вот прямо физически ощущаю, что многое закрутилось именно после этого "внезапного ухода". Мальчику на тот момент было... 20 лет. Вот с этого ухода он и начал расти, взрослеть. А до этого... словно застыл на каком-то мальчуково-подростковом уровне. Я до сих пор сталкиваюсь с его внутренней незрелостью. Всё время этот мальчик проявляет себя. Именно мальчик. Капризный избалованный тиран. С жутким наслоением тараканов, связанных именно с внезапным уходом матери в полном расцвете сил и лет.