Свити мечтательно вздохнула:- Как красиво! Мне очень нравится этот дом. Чудесное место.Ники, с любопытством рассматривая дом, заметила:- Мне кажется, или он действительно похож на ваш дом в Авиньоне?Свити вопросительно взглянула на братьев:- Похоже на то, верно? Мне тоже так показалось. Мишель неопределенно пожал плечами:- Наверное. Прошу сюда. Привет, Карл.Важный лакей в синей ливрее распахнул перед ними высокие двустворчатые двери и с почтительным поклоном отступил в сторону. В просторном холле их встречала широкая лестница светлого мрамора с голубой ковровой дорожкой, ведущая наверх. Братья протянули девушкам руки:- Идемте. Нас уже ждут.***Мысленно перекрестившись, Свити храбро кивнула, но с нерешительностью остановилась перед первой ступенькой. Отчего-то вспомнился давний рассказ матери, который в свое время произвел весьма тягостное впечатление на юную Свити. В одну из редких минут откровенности с подросшей дочерью Джиневра вспоминала о том, как она отправилась в дом жениха, чтобы быть представленной его родителям в новом качестве – будущей невестки. Она уже приняла предложение молодого Джона Сомерсета, и, хоть и была наслышана о тяжелом и властном нраве будущей свекрови, совершенно не чувствовала себя готовой к этому знакомству. И больше всего ей отчего-то запомнилась широкая лестница из светлого камня. Весь дом – огромный, мрачный, запущенный из-за недостатка средств на его содержание, словно давил на плечи, пытаясь заставить ее ссутулиться и склонить голову. Но Джиневра Бедфорд, тогда еще совсем молодая девушка, уже сделала выбор и дала себе слово выстоять перед любыми вопросами и нападками и достойно выдержать неминуемое испытание.