Ники враз забыла про жуткий череп и ахнула:- В России! Подумать только! А что вы там… Ой, простите, наверное, я не должна спрашивать вас об этом.Луиза рассеянно махнула рукой:- Ничего. Так, были кое-какие… дела.Ники опустилась на скамью, покрытую темной мохнатой шкурой. Не удержалась и запустила пальцы в жесткий мех – прикосновение было странным, грубым и нежным одновременно. У Свити глаза заблестели от нетерпения:- И как там? Там действительно так холодно, как говорят? А по улицам ходят дикие звери?Луиза усмехнулась:- Зверей на улицах я не видела. Их Петербург - вполне европейский город, с дворцами, мостами и каналами. А Москва - старая столица - пришлась мне по душе намного больше. Есть в ней что-то такое… самобытное, яркое, непривычное нашему глазу. Разноцветные церкви, большая крепость с белой каменной стеной, башенки, очень красивые. Ярмарки и гуляния - такие шумные, пестрые, что рябит  в глазах и можно оглохнуть от звона колокольчиков, совершенно диких дудок и криков толпы. Но это в самом деле очень забавно. Особенно зимой! Какое удовольствие пройтись по хрусткому искрящемуся снегу! Дышать вкусным морозом, щуриться на бездонное голубое небо! Кусать теплый калач, оскальзываться на льдинках и смеяться над собой! А катание с высоких ледяных гор! Это ужасно весело и очень страшно - когда летишь вниз, дух захватывает, а воздух свистит в ушах и такой холодный, что застревает во рту, и остается только кусать его зубами, и грызть, как льдинку. А когда ты съезжаешь на землю, то ударяешься о нее с такой силой, что из тебя вылетает дух, и на миг будто снова возносишься в воздух! Свити зачарованно выдохнула:- Боже, Луиза... Вы так... изумительно рассказываете! Я словно увидела все своими глазами. Словно побывала там вместе с вами!Луиза довольно кивнула:- Я знаю толк в удовольствиях. Поверьте, это не менее захватывающе, чем вычурные балы и приемы во дворцах. Вы только представьте, какое это наслаждение - гулять, гулять, замерзнуть хорошенько, а потом долго отогревать руки о кружку с горячим напитком... - Луиза напряженно пощелкала пальцами: - Не помню, как он называется. Это не глинтвейн, и не грог, но что-то совершенно потрясающее. Ты делаешь глоток, сначала у тебя согреваются руки, затем губы, а потом и все внутри обжигает веселое пламя, и становится совсем жарко, и ты уже пьян этим грогом, этим морозным воздухом, небом и солнцем, и криками! И даже хочется плясать эти сумасшедшие танцы, когда все берутся за руки и несутся по кругу. И кричать - громко-громко! Просто так, от радости, от удовольствия!..Франсуа ухмыльнулся:- Ты и кричала.