Свити склонилась ближе и осторожно поцеловала неподвижные, плотно сжатые губы сидящего рядом с ней мужчины. Потом еще разок, и еще… Пока они не шевельнулись чуть заметно, отвечая на ее настойчивый поцелуй. Мишель медленно поднял руки, коснулся волос девушки, ее щек, шеи, плеч… Она почувствовала, как теплая волна поднимается откуда-то изнутри, из самого сердца, растекается по телу, согревает озябшие пальцы до самых кончиков. Щеки загорелись; напряжение, стиснувшее плечи и грудь, наконец отпустило и дыхание стало ровным и спокойным. Свити вздохнула еще раз – глубоко и свободно - и отстранилась, поправляя волосы:- Все будет хорошо, вот увидишь. Ну что ж, я готова ехать, теперь я в этом уверена. Давай поскорее отправимся…Вернее, попыталась отстраниться – но у нее ничего не вышло. Не дав ей договорить фразы, Мишель снова поймал ее губы своим ртом и закрыл яростным, требовательным поцелуем. Свити глухо застонала – такой вдруг сладкой, волнующей оказалась эта грубая, почти звериная ласка! Он продолжал целовать ее, а она почти задыхалась от нехватки воздуха. Еле сумев вырваться из крепких объятий, она сделала жадный вдох и задрожала, почувствовав у самого уха тихое рычание:- Моя. Моя…Мишель продолжал повторять эти слова, невесомо касаясь губами ее пылающей щеки, задевая носом ухо, осторожно прикусывая зубами маленькую розовую мочку. Вплетая пальцы в густые русые волосы девушки и легонько натягивая их так, что ей пришлось выгнуться ему навстречу и запрокинуть голову, подставляя ненасытным губам беззащитную шею. - Моя.Он вкрадчиво проводил ладонями по ее шее, плечам, вырисовывая большими пальцами узоры на ее груди, так, что тепло внутри ее тела вдруг превратилось в опаляющий жар, сердце понеслось вскачь, а воздух отчего-то стал густым и тягучим. Он дразнил ее, оставляя влажные поцелуи в ямочке под шеей и дуя на нее, отчего кожу на миг будто подергивало инеем, а по спине бежали мурашки. Он стискивал ее в объятиях, сжимал и гладил, и Свити не находила в себе сил сопротивляться этому беспощадному напору. Краем сознания она понимала, что карета, едущая по людному городу, с кучером, сидящим за стенкой в паре футов от них – не самое лучшее для этого место. Понимала, но ничего не могла поделать.- Моя!