Меня не удивляют сравнения тяжелобольного ребенка с камнем и сковородкой. Если даже врачи называют таких детей "растение", то что взять с обычного человека. Большинство так и думает..Вначале я считала, что все можно исправить, если заниматься с ребенком. Но исход реабилитации зависит не от веры родителей в излечение, и даже не от сил и денег, вложенных в ребенка. Да, все это необходимо, но в первую очередь важна степень поражения мозга. Причем на раннем этапе никто не может сказать, что и насколько поражено, потому что мозг до сих пор загадочная вещь.И я занималась, прочитала кучу литературы, писала слова на карточках и показывала ребенку, кубики Зайцева, читала стихи, и ждала-ждала отдачи, а ее не было. Ни в год, ни в два, ни в три. Пока я не поняла, что мне САМОЙ уже нужна помощь. Невозможно биться головой об стену, по крайней мере я не могу. Я больше не разговариваю с ребенком, который меня не понимает, и ничего от него не жду. Могу просто ухаживать, сцепив зубы. И вовсе я не герой, и даже не хорошая мать. Наверное, было два пути-положить всю жизнь на алтарь старшего сына, при этом скорее всего лишиться мужа и возможности родить еще. Или морально отойти от него и жить дальше. Я выбрала второе. Никогда не скажу, что не сдам его в специализированный интернат. Мне бы очень не хотелось это делать, и пока есть силы этого не будет, ну а там кто знает. Тут писали мамы особых детей, но они их любят. А я нет, все сгорело. Я чувствую себя матерью только младшему сыну, но при этом меня мучает вина перед старшим.