Не хочу рассказывать, вот читайте (небольшая моя ремарка - здесь слэш вообще не очень был нужен, но ...) часть 1:Ссылка, но там вот уже как неделю надо регистрироваться: http://www.diary.ru/~sherlockbbc/p173751700.htmНазвание: ПодделкиАвтор: ShadiФандом: ШерлокЖанр: АУПейринг: Шерлок/ДжонСаммари: ПостРейхенбах. В этом фике Шерлок сталкивается с двумя проблемами: люди вокруг него оказываются не теми, кем кажутся, а всем кажется, что Шерлок - не тот, кто он есть.Джон сидел в кресле, пил чай и читал, когда услышал, как щёлкнул замок входной двери. Потом он услышал тихий рокот улицы, ещё щелчок и шаги на лестнице. Должно быть, миссис Хадсон решила подсластить его одиночество бисквитами или эклерами. Джон отложил газету, взял чашку и поднялся, чтобы помочь домовладелице, но потом увидел в дверном проёме чёрные кудри и бледное лицо, а потом Шерлок зашёл в комнату, и он увидел его всего целиком.Пальцы Джона разжались, чашка упала на пол с глухим стуком и не разбилась; коричневые капли забрызгали ему штаны. На Шерлоке было новое пальто – похожее на то, что он носил раньше, тоже длинное и тёмное, но без игривой красной петлицы на лацкане. То пальто, пропитавшееся кровью, пришлось выкинуть.– Шерлок… – сказал Джон и подавился слюной, сделал два шага к нему навстречу, протянул руку, чтобы до него дотронуться, и Шерлок молниеносным движением схватил его за горло, развернул и прижал к стене.Руки Джона инстинктивно метнулись вверх, но он остановил их усилием воли, опустил и расслабился, обмяк в шерлоковской хватке. Шерлок жив, он пришёл сюда, конечно, он всё знает, естественно, он всё знает. Джон не ждал этого, но немного хотел, чтобы это произошло. Шерлок, конечно, не будет его убивать – по крайней мере, не сразу.– Ну, что ты хочешь сделать? – спросил Джон. – Ты же пришёл не для того, чтобы меня убить.– Что если я так и поступлю?Джон улыбнулся уголками рта и сказал, что был бы очень, очень разочарован, если бы Шерлок так поступил. Шерлок на секунду сжал его горло сильнее (Джон раскрыл рот и подумал, что никогда не видел такой пустоты в его глазах), а потом отпустил.Немёртвый консультирующий детектив снял пальто и бросил его на стул, потом рухнул в квадратное чёрное кресло, сложил руки в молитвенном жесте и уставился в пространство. Джон потёр шею, убедился, что всё в порядке, и вздохнул.– Я готов выслушать всё, что ты хочешь сказать, – сказал доктор Ватсон, устраиваясь на ручке своего потертого кресла.Шерлок за последние две недели, прошедшие с его ненастоящей смерти, прокручивал этот диалог в своей голове столько раз, что уже запутался во всех возможных вариантах его развития, столько раз, что все достойные произнесения фразы слились в его голове в белый шум. Он впервые за долгое время не знал, что ему сказать.– Хорошо, я начну, – предложил услужливый Джон. – Какого чёрта ты жив? Я видел, как ты падал с крыши, и видел, как ты лежал на асфальте в луже крови.– Ты не видел, как я приземлялся.– А, – понял Джон. – Тогда порази меня своей дедукцией и расскажи, когда ты догадался, кто я.– Где-то между тем моментом, когда я увидел фотографию Мориарти на бумагах Ричарда Брука, и тем моментом, когда он вышиб себе мозги.– Ричард был талантливым сукиным сыном. Получил бы Оскара, если бы не начал работать на меня.– Я так полагаю, ты поставил его в такую же ситуацию.– У него была большая семья, а у меня – много снайперов, – Джон пожал плечами, помолчал секунду, а потом добавил: – Для стимула я прислал ему пару детских пальцев. Но мы отвлекаемся: ты не знал до самого конца.– Почти до самого. Впрочем, я с самого начала знал, к чему ведёт вся эта история.– И ты подстроил своё самоубийство.– Убедительно вышло, правда? Ещё я нашёл одно небольшое видео с нашим общим знакомым.– О, их много, мы же должны были как-то подкрепить его историю.– Да, но это было видео с кастинга. Восьмилетней давности. Какой должна быть хорошая ложь, чтобы в неё поверили? – спросил Шерлок.– Правдивой.– Да. Либо Джим, точнее Ричард, восемь лет назад был актёром, а потом переквалифицировался в преступника-психопата, либо он так и остался актёром, которого кто-то нанял, а так как этим кто-то не был я… Устраивать такой масштабный спектакль имело смысл только тому, кто меня знает, а круг моих близких знакомых весьма ограничен. В скольких человек целились твои снайперы, когда я стоял на крыше? – Шерлок говорил медленно, взвешивая свои слова, в несколько раз медленнее, чем он обычно говорил, излагая свои дедукции.– В двоих, – ответил Джон.– Вы с Мориарти появились в моей жизни одновременно.– Я специально выстрелил таксисту в плечо.– Чтобы он рассказал мне про тебя, – сказал Шерлок и поймал взгляд Джона: – Я не видел бревна в собственном глазу.– Если хочешь что-то спрятать, спрячь это на виду.– Я не могу понять вот чего: как ты умудрился проворачивать всё это за моей спиной? Как я мог ничего не заметить? Я же следил за тобой. Я перерыл все твои вещи. Я взломал твой компьютер. Майкрофт тебя проверял.Джон соскользнул с ручки кресла и устроился в нём, откинувшись на подушку с английским флагом.– Шерлок, ради бога. Ты следил за мной? Иногда ты даже не замечал, что меня неделями не было дома. И тебя не так уж интересовало, где я был. Конечно, в квартире ничего не хранится, ну а Майкрофт ничего не мог найти, потому что самая лучшая ложь – правдивая ложь. Я врач, я был в Афганистане, у меня есть мозгоправ и сестра-пьяница. Просто это не всё. Но вообще-то я разочарован, я всё равно в тебе разочарован, Шерлок. Тебе ни разу не приходило в голову, почему меня так часто похищают?Шерлок вспомнил, как Джон вышел из-за угла бассейна в зелёной куртке, и как он на секунду подумал – теперь оказалось, правильно, – что Джон – это Мориарти, но потом Джон расстегнул куртку, а под ней оказался семтекс. А потом появился Джим, то есть Ричард, в Вествуде, с дурацкими интонациями и символичной мелодией на телефоне. Такого не бывает в реальной жизни.А ещё Джона похищали китайцы, и он убивал их, чтобы спасти его и Сару.И ещё его постоянно похищал Майкрофт, но однажды оказалось, что Майкрофт – это Ирэн, но всё это тоже было подстроено. О господи.– Зачем? – спросил Шерлок.– Когда ты правильно ответил на этот вопрос, я прочитал тебе небольшую лекцию о морали и даже обиделся на тебя. Затем, чтобы вспоминать «у меня нет друзей, есть только один друг». Или чтобы вспоминать, как ты приходил ко мне в спальню.Джон запрокинул голову и застонал:– О, Джон, Джон, Джоооооон, о боже, Джон…Шерлок смотрел на него немигающим взглядом.– Как же я тебя поимел, Шерлок. Зачем? Ради вот этого выражения на твоём лице.– Теперь ты это всё получил.– Да. Что ты сказал Майкрофту?– Ничего.– Тогда у нас есть несколько вариантов.– Первый такой: я прямо сейчас вырываю тебе глотку, – недобро усмехнулся Шерлок.– Достойный вариант, – кивнул Джон. – Или я ухожу, и мы больше никогда с тобой не встречаемся. Я бы сказал, что мы затеем новую игру, но я не стану этого делать.Джон встал с кресла, поднял с полу кружку и отнёс её на кухню. Включил воду, начал мыть посуду и продолжил говорить, повернувшись к Шерлоку спиной.– Я пошёл на войну, чтобы умереть, Шерлок. Обстоятельства не позволили. Потом я наткнулся на тебя, и это развлекло меня на какое-то время. Но сейчас я думаю о том, чтобы последовать за Ричардом. У меня больше денег, чем я смогу потратить, больше, чем смогут потратить мои дети, если они у меня когда-нибудь будут, и их дети, и их… Мне всё надоело.– О, ради всех святых, Джон! Ты что же, ждёшь, что я буду отговаривать тебя от самоубийства?– Конечно, нет, – сказал Джон, выдавливая средство для мытья посуды на губку, – просто, как мне кажется, мы должны поговорить честно, и я говорю честно. Я отличный сценарист, Шерлок, но не заставляй меня натягивать на себя маску Мориарти.– Хорошо. Твоё самоубийство. Может, сделаем это вместе? Я – по-настоящему на этот раз. Отличная получится история.– Прекрати. Есть ещё третий вариант. Я остаюсь здесь, и ничего не меняется.Шерлок встал с кресла и привалился к дверному косяку, и смотрел на Джона, складывающего мокрые тарелки на расстеленное рядом с раковиной полотенце. На привычного Джона в тёмных штанах и глупом вязаном свитере, стоящего в одних носках и складывающего мокрые тарелки на полотенце. Как будто не было последних двух недель, как будто он не уходил из квартиры и не узнавал страшные секреты, и не умирал не по-настоящему.– Ты не можешь здесь остаться.– Почему нет? Кто-то же должен платить по счетам, покупать продукты и подавать тебе мобильный телефон.Шерлок молчал.– Должен признаться, без тебя было скучно. С другой стороны, никто не стрелял в стену и не устраивал истерик от безделья.Шерлок молчал. Он не знал, как ему расстаться с Джоном, и совсем не знал, как примириться с мыслью, что Джона, которого он знал, не существует. Перед ним в одежде Джона и его носках стоял другой человек, опасный и страшный человек, пытавшийся его убить. Но если взяться перечислять зависимости Шерлока, то на первом месте в списке окажется адреналин, а стоило Холмсу представить, что он живёт под одной крышей с этим НеДжоном, этим неизвестно кем, и у него начинало сильнее биться сердце и расширялись зрачки, и – да, он хотел этого. Почему нет, его жизнь – это просто ставка, и он хочет попробовать почти всё.– Третий вариант.Джон домыл последнюю тарелку и закрыл кран. Обернулся и посмотрел на Шерлока. Вроде то же лицо, но совсем не то.– Чай или кофе?– Чашку чая, пожалуйста.Джон налил воду в чайник и включил его.– Всё будет по-прежнему, Шерлок. Всё будет как всегда.Всё было как всегда, но, конечно, ничто не было по-прежнему. Шерлок снова начал курить. Плохие новости для лёгких, но дышать всё равно скучно. Ему казалось, что в последнее время его жизнь резко обесценилась, как будто он ушёл на войну. Или, может, забыл с неё вернуться. Джон не счёл нужным читать ему нотации и регулярно вытряхивал пепельницы, которыми Шерлок уставил всю квартиру. Его тоже не слишком заботило состояние собственного здоровья, да и вообще его наличие.Шерлок никуда не ходил. Майкрофт обещал позаботиться об опровержениях и о полиции. Пожурить всех плохих людей, рассказать всем хорошим, что Шерлок тоже – хороший. В любой другой ситуации Шерлок бы сошёл с ума от актов благотворительности его злейшего врага, но сейчас ему было всё равно. У Майкрофта есть деньги, у Майкрофта есть связи, пусть Майкрофт поработает на своего младшего брата. Порадует маму. В конце концов, ему пришлось потратить немало времени на то, чтобы заслужить себе репутацию эксцентричного гения – репутацию, которую Джон разрушил за, прости господи, несколько суток, – и он не знал, как доказать всему человечеству, что он не подделка. И не знал, нужно ли ему это, хочет ли он что-то кому-то доказывать. Шерлок точно знал, что он хочет назад свою жизнь: свою работу и своего Джона. Но Джон взаправду оказался подделкой, и теперь по его – их общей – квартире ходил настоящий Джон, которого он совсем не знал. Но это был хотя бы какой-то Джон, пусть убийца и насмешник.Работы не было никакой. Вообще. Совсем. Не было шансов, что кто-то поверит ему после статей Китти Райли. Так что пусть обо всём побеспокоится Майкрофт, он – британское правительство, он всё может – ну вот пусть и делает.Шерлок никуда не ходил. Лежал на диване и смотрел глупое телевидение, легко отгадывая, кто из гостей ток-шоу поддельный, а кто – настоящий. Он читал книги, умирал от тоски и курил сигареты.Джон приходил домой только спать. Шерлок знал, что он работает врачом, но также знал, что у него мало смен. Он не знал, куда ещё уходил Джон, и не хотел знать.Шерлок утратил способность читать Джона, как открытую книгу. Раньше он смотрел на его нахмуренные брови и знал, что Джон забыл позвонить сестре. Синяки под глазами означали ночную попойку в компании Стэмфорда. Что-то ещё обозначало что-то ещё. Теперь Шерлок смотрел на него, и в его сознании проносился бесконечный ряд вопросительных знаков – что-то подобное он испытал, глядя на обнажённую Ирэн, да только Ватсон всё больше ходил в одежде. Шерлок не знал, куда ходит Джон, догадывался, конечно, но молчал и стряхивал сигаретный пепел в одну из пяти пепельниц в их большой комнате.Миссис Хадсон, в первый день напившаяся своих успокоительных трав и уставшая обнимать Шерлока, теперь, почувствовав напряжение между ним и Джоном, неправильность, непрежность происходящего, сочла разумным не попадаться им на глаза. И больше не ходила в квартиру b, не кормила их бисквитами и эклерами, не ругалась на человечину в холодильнике (её там сейчас, впрочем, не было) и на общий беспорядок. Наверное, это пройдёт.Шерлок и Джон не разговаривали, ничего не делали вместе, никуда не ходили вместе. Если Шерлок сидел в большой комнате – а он почти всегда там сидел, – Джон запирался в спальне. Если Джону удавалось прорваться к телевизору, в спальне запирался Шерлок. Они, однако, завтракали вместе.Джон вставал чуть раньше, и когда сонный Шерлок выползал, зевая, из своей комнаты, он ставил перед ним чашку чая или – иногда – кофе, сахарницу, молоко. Намазывал джем на тосты и передавал ему тарелку. Или разогревал молоко и заливал ими хлопья, и ставил перед Шерлоком. Джон и раньше делал ему чай, но никогда не кормил его завтраком. Всё было по-другому. Всё было неправильно.На четвёртый день Джон заговорил.– Мы плохо стараемся, Шерлок.Шерлок откинулся на стуле и сделал вид, что глубоко задумался.– Дай прикинуть. У меня нет работы, и даже мой сайт заддосили. Ты оказался ненастоящим, Мориарти оказался ненастоящим, но весь мир считает, что ненастоящий – я. Понятия не имею, кто в этом виноват, наверное, просто не повезло. Прости, что я плохо стараюсь.– Я не имею никакого отношения к твоему сайту.– Ну, конечно, где были мои дедуктивные способности.– Сходи к Лестраду, Шерлок. Майкрофт должен был уладить все формальности. Или сходи к Молли, возьми у неё какие-нибудь кишки или глаза…– Детские пальцы…– …если хочешь. Поставь какой-нибудь отвратительный эксперимент. Хватит сидеть дома и упиваться жалостью к себе.Шерлок подавил желание ударить этого Джона чем-нибудь острым и тяжёлым – прямо по губам, чтобы разбить их и раскрошить ему зубы, – поднялся на ноги, сказал, что не голоден, и захлопнул за собой дверь своей спальни.