Опять начались "мои бабки". Я не хочу пускаться в рассуждения про вашу бабку, уж простите - не вижу никакого смысла. Второе - болела АЛЯ, та самая любимая дочь, которую Цветаева спасала. Почему она не могла ее забрать в тот же день, почему "завтра"? Сами додуматься не можете? Куда забрать больного ребенка? В комнату, где температура воздуха около нуля? С кем ее оставлять, чтобы достать еды и дров? Цветаева искала угол, куда она могла бы приткнуться с больным ребенком, когда нашла у Жуковских - сразу же забрала. Насчет нелюбимого ребенка - все, в чем можно ее обвинить, так это в неумении лицемерить на публику. Полно матерей не отличаются умением любить детей одинаково. Про пресловутую послеродовую депрессию я вообще молчу - вы можете гарантировать, что у Цветаевой ее не было? Это сейчас медицинский диагноз, а тогда - просто нелюбовь к ребенку. Абсолютно очевидно, что ее саму мучает эта нелюбовь, она пытается найти в себе проблески любви и винит себя за то, что не может их удержать.Куда она бы забрала младшего ребенка, какающегося по три раза за ночь, при сильно больном старшем?Говорить о том, что у нее была возможность кормить обеих, была возможность спасти обеих, нужно  было бы ради детей вагоны разгружать, можно, конечно, но это будет лицемерием, если вы сами не прошли через те же испытания, что прошла Цветаева. И да, я считаю, что она прошла через большие испытания, чем ваша бабка, просто потому, что для простой неграмотной крестьянки мир не рухнул после революции, она уже была приспособлена к той реальности - изба, огород, какая-то мелкая скотина, все это осталось, плюс крестьяне, рабочие стали "правящим" классом, а интеллигенция - гонимым и презираемым. Представьте себе на минуту этот переворот в жизни - от дочери человека, подарившего Москве музей изящных искусств, до презираемой страной "интеллигентки" без угла в собственном городе.