могу отрывок из статьи привести. Правда, очень схематично жизнь человека.Алексей Маслов. Поэты в Пскове долго не живут...(отрывок из статьи, 2001г.)________________________________Прежде всего от меня лично про автора статьи. Алексей по образованию актер, работал в кукольном театре, писал статьи для местной прессы, стихи, рассказы, сказки. Издавал свои книжки, они продавались в магазинчике на улице Пушкина. Несколько его стихов вошли в анталогию русского верлибра. Тоже умер молодым.__________________________________Еще в конце времен советских при городском доме культуры возникло литературное объединение «Сириус», когда группа наивных подумала, что в условиях реальной конкуренции сможет соперничать в провинции с монстром по имени «Союз писателей». Одним из первых туда пришел и Юра Баленко. Явился он божьим промыслом без псковской прописки с верой в то, что древний русский город станет тем Парижем, с которого он начнет покорять мир. Но если Тулимонас был «гумилевцем», то Баленко пошел путем Франсуа Вийона. Он быстро проявил себя как талантливый миниатюрист в прозе и белом стихе, однако, вскоре предпочел бардовское направление. Его песни были не про «палатку» и «милую мою». Он попытался занять ту нишу, которую сам придумал. Примерно, ее можно назвать так: если бы Высоцкий реинкарнировался в Розенбаума, но в ходе процесса вновь вернулся на Землю, то это и был бы то, к чему стремился Баленко.Отдав в пути творческого становления должное «молдавскому красному», Баленыч закодировался от алкогольной зависимости. Специалист по заклинаниям сработал отлично, но примерно через полтора года Юрке, похоже, стало невообразимо скучно вести правильный образ жизни. Ну, купил он кожаную куртку, снял квартиру, пристроился на работу, ну и что… Сначала Юра стал «меценировать»: дарил друзьям в большом количестве книги, покупал в коммерческих отделах ставшие дефицитными сигареты.В это же время он поступил в местное культ-просвет училище на отделение «режиссер народного театра» и даже устроился в областную филармонию, став обладателем афиши сольного концерта. Однако вскоре случилась «история в неурочные часы». Потом еще одна, и еще – все в стенах общежития того самого училища, которое должно было культурно просвещать. И Юру поперли. Аналогично события развивались и в филармонии. Не единожды Баленко после концертов гулеванил в кабаках районных центров – народ его уважал, а, следовательно, считал своим долгом подносить. Из профессиональных артистов Юру в конце концов отчислили. Денег стало мало, с квартиры он вынужден был съехать, паспорт после какой-то гулянки потерял, а восстановить его практически не представлялось возможным – без прописки, при месте первой выдачи в самостийном Тарту. Ночевать приходилось в местах достаточно случайных, приглашения на концерты стали поступать лишь экономически невыгодные. Постепенно Баленыч стал «главным жителем Бейрута» - кофейни, младшего брата питерского «Сайгона». Не угостить его чашечкой кофе или как минимум пятидесятиграммовкой при наличии небольших денежных средств считалось просто неприлично. Тем не менее, рождение песен и стихов не прекращалось, их знали уже и в Питере, и в Москве. Словом, он стал широко известен в узких кругах.Умер он нелепо, но… В общем, он попытался вновь обрести хоть какой-то социальный статус. Не собираясь прекращать умирать от жажды над ручьем. Проработал на частом кирпичном заводе в десяти километрах от Пскова неделю, а в начале второй у него случился эпилептический припадок – последнее одного из многочисленно полученных ударов по голове от местных покемонов. Мужики в смене на предприятии, где документов для трудоустройства никто не спрашивал, подобрались соответствующие. Что такое первая медицинская помощь знать не знали, а взломать дверь в кабинет бухгалтера, где находился единственный на весь заводик телефон, не решились. Хоронили Юру в складчину. Крест над его могилой стал поистине языческо-православным: на нем всегда болтаются «фенечки», оставляемые бывавшими на могиле хиппарями и автостопщиками.Разрозненных его текстов, обнаруженных не только в Пскове, хватило на книгу. Правда, дело затянулось из-за желания приложить к текстам песен ноты, которые, естественно, он не записывал. А поэты… Поэты в Пскове долго не живут.