Ни фига ж себе странности!"После спектаклей любил посидеть с друзьями в ресторанах. Меня с собой брал не всегда - его друзей я раздражала, а меня сердило, что они гуляют за его счет. Однако Саша мог меня, девчонку 13 - 14 лет, разбудить звонком среди ночи и сказать: «Ира, забери меня». Я записывала название ресторана и мчалась в ночь. В советские годы с машинами на дорогах было туго. И я, бывало, подолгу искала попутку. А когда добиралась, выяснялось, что Саша с компанией уже переместился в другой ресторан. Могла полночи ездить - телефонов же сотовых не было! - наконец, приезжала к нему домой. Наивно спрашивала у его мамы: «Что с Сашей? Не звонил?» А она не пускала на порог. И я стояла до утра под окнами."На гастролях нас Сашей селили в разных номерах - тогда нерасписанных запрещено было селить в одном номере. А утром коллеги - так, чтобы я услышала, - обсуждали: мол, видели, как Пороховщиков ночью в свой номер какую-то девицу тащил. У меня сразу слезы на глазах... Помню, Безруков-старший брал на гастроли маленького тогда Сережу Безрукова, который тыкал в меня пальцем и спрашивал: «Ты проститутка?»... Но и Саша мне причинял боль. Он меня в гостиницах представлял поклонницей, и, бывало, во время милицейских облав меня вышвыривали из его номера. Однажды ночью стучу к нему в номер. Горничная решила, что я донимаю знаменитого артиста, вызвала милицию. Меня забрали в «обезьянник», где просидела ночь в отчаянии: «Почему он меня не разыскивает? За что?!»Это с 13-летним ребенком он так. Мразь.