- У меня есть... один вопрос. Ты можешь ответить мне честно?Бровь Мишеля удивленно дрогнула. Он обернулся, помолчал и нехотя произнес:- Конечно, могу.- Только не сердись, ладно?Это была невеселая поездка. Свити и Мишель сидели рядышком на одном сиденье, но отодвинувшись и отвернувшись друг от друга, и смотрели в окна кареты. За ними ничего интересного не происходило - да если бы и происходило, рассмотреть это было невозможно - снова зарядил бесконечный унылый дождь. Стекла запотели, и Свити бездумно разглядывала висящие по сторонам аккуратные плотные серо-зеленые шторки и вытканные на них узорчатые полосы и цветы. Пахло сыростью, деревом и мокрой кожей, дождь барабанил по крыше кареты, плясал в лужах. Звонкий стук подков по мостовой сменялся хлюпаньем по грязи, затем - дробным деревянным перестуком. Девушка не могла сказать с уверенностью, где они едут; да это ее сейчас и не занимало. Она тайком радовалась нечаянной отсрочке своего неприятного и тягостного дела, и одновременно огорчалась размолвке и мучилась сознанием собственной вины. Несколько раз она порывалась заговорить с сидящим рядом с нею мужчиной, но тот выглядел таким мрачным и расстроенным, что она не решалась. Украдкой  посматривая на его хмурое лицо и голубые глаза, которые сейчас казались совсем светлыми - то ли от злости, то ли оттого, что в них отражался тусклый пасмурный день, она негромко произнесла:- У меня есть... один вопрос. Ты можешь ответить мне честно?Бровь Мишеля удивленно дрогнула. Он обернулся, помолчал и нехотя произнес:- Конечно, могу.- Только не сердись, ладно?Он продолжал смотреть на нее, вопросительно и сердито. Свити поколебалась и решилась:- Мишель, скажи мне... Ведь дело не только в том, что ты не хочешь, чтобы я ехала к Дэймону. Есть что-то еще, верно?