Голос, раздавшийся над ухом и заставивший ее вздрогнуть, вновь был ясным и спокойным:- Мисс Скофилд, вам, наверное, интересно, чем же закончилась та история? – Дождавшись невыразительного кивка, женщина усмехнулась: - А закончилась она весьма неожиданно. Стоя у окна, я ждала, пока мисс Эванс придет в себя - я хотела добавить к нашему разговору еще пару слов, прежде чем покинуть этот дом. Вскоре раздались быстрые шаги, дверь распахнулась и в комнату ворвался... Франсуа. И он был настроен весьма решительно. Четким, не терпящим возражений тоном, он заговорил. Говорил о том, что не может связать себя узами брака с Линдой, потому что у него уже есть женщина, которую он любит всем сердцем, которая является смыслом его жизни. Что он совершил ужасную ошибку, что очень виноват перед ними обеими, и ему горько от этого, ему жаль Линду, но он не в силах оставить свою любимую. Он заявил, что пришел сюда в последний раз, и что ему невыносимо трудно произносить это вслух, но, если Линда не оставит его в покое, то он будет вынужден принять не очень приятные меры по отношению к ней. Ему не хочется, чтобы та пострадала, да ведь она сама не оставляет ему выбора поступить иначе. Он говорил все то же, что незадолго до этого говорила Линде я сама, только другими словами. Луиза с каким-то растерянным удивлением взглянула на Ники.- Сначала я не поверила своим ушам. Я ничего не понимала. А потом меня осенило - солнце светило ему в глаза, а я стояла спиной к окну, так, что Франсуа мог видеть только мой силуэт. И он принял меня за Линду! Это с ней он говорил, а не со мной! Через минуту ванная открылась, и оттуда выползла сама Линда - дрожащая, бледная до прозрачности, с покрасневшими от слез глазами. Франсуа замолчал на полуслове, с изумлением переводя взгляд с нее на меня и обратно. Тогда я молча выступила ему навстречу, и он все понял без слов. Видели бы вы его глаза... Все, что он мог бы мне сказать, было в этом взгляде - изумление, узнавание, стыд... Горечь, боль, осознание вины и мольба о прощении. Я шагнула к двери, оглянулась и сказала ему всего два слова: "Пойдем отсюда". Мне вдруг расхотелось говорить с Линдой. Увидев ее, такую жалкую и напуганную, я решила, что с нее достаточно и того, что она уже получила. В полном молчании мы покинули этот дом. По дороге Франсуа даже не пытался говорить со мной - видимо, по моему лицу он видел, что это бесполезно. Потом мы все-таки объяснились, и этот разговор был весьма тягостным для нас обоих. Я сказала, что собираюсь немедленно уехать домой, к детям. А он пусть остается и заканчивает свои дела. Здесь у него будет достаточно времени, чтобы обдумать произошедшее - целых полгода. И у него, и у меня... Он не останавливал меня, не просил остаться или простить его. Единственное, что он произнес - это то, что он страшно жалеет о случившемся и надеется на то, что когда-нибудь я все же найду в себе силы принять его. И что он любит меня.- И вы... Что же вы сделали? - прошептала Ники.