И в то же время Ники чувствовала себя ужасной лицемеркой. Потому что она не только внимательно слушала и запоминала откровенные наставления матери (хоть и демонстративно делала вид, что попускает их мимо ушей), но и неукоснительно им следовала. И не забывала делиться этими тайными знаниями с подругами. Знания в самом деле были полезными - пока никто из них не сталкивался с «досадными последствиями»… Склонила голову и прошептала еле слышно:- Да, мама.- Не слышу!Девушка не выдержала и вскочила с банкетки:- Давай я и принесу свои украшения. У меня есть чудесные серебряные гребни. Мне кажется, они очень тебе подойдут, больше, чем мне.Мать милостиво кивнула:- Хорошо. Давай посмотрим.Ники достала из своей шкатулки шпильки и гребни и принялась закалывать волосы матери, стараясь, чтобы прическа получилась хорошо. В это время мать лениво перебирала ее украшения. Достав тяжелое ожерелье с изумрудами, она приложила его к груди:- Какая красивая вещь.- Ты можешь забрать его себе, если хочешь.- Хорошо, Николь. Заберу. Я буду беречь его и надеюсь, что оно не потеряется, как те, другие, которые ты дарила мне раньше.Ники покраснела и, запинаясь, прошептала, глядя в пол:- Мама, ты вполне можешь... заложить его. Или продать. Тебе вовсе не нужно притворяться, будто ты потеряла украшение или его украли.Женщина, нимало не смутившись, рассмеялась:- Ты всегда отличалась сообразительностью, Николь. Ты умница. Что ж, спасибо.