А я нигде не утвержала обратное.  Наш спор с Катюнчиком и начался с того, что она написала, что автор дочку не любит, а я с ней не согласилась.  Ни я, ни другие  никогда не утверждали, что автор не совершала ошибок, и что ей не нужно искать пути их исправления.  То, как она пишет о дочери, говорит не о нелюбви, а о глубокой депрессии, в которой автор находится.  Вы пишете с позиции когда-то обиженного ребенка. А я пытаюсь себя поставить на место автора, который уже много лет живет в этом кошмаре и безнадежности. Все призывы к великой материнской любви несмотря и вопреки - это все прекрасно, однако, дай бог, чтобы эти прекрасные чувства не столкнулись с суровой реальностью, когда собственные дети войдут в чудный подростковый возраст.  Тут с благополучным-то подростком такую гамму чувств и эмоций переживешь, а что уж говорить о тех, у кого дети менее благополучны? Поэтому те, кто уже пережил или переживает подростковый возраст собственных чад, высказываются гораздо более сдержанно, чем те, кто кипит благородным негодованием по отношению к автору.