***После того, как ему разрешили читать, Бобби постоянно приставал к Оливии и Кейну с вопросами, что означает то или иное слово. Оливия, как могла, объясняла ему, стараясь делать это так, чтобы мальчик действительно понял, и ей нравилось его любопытство – она сама в детстве была такой же и постоянно изводила отца вопросами. Иногда она отвечала быстро, не задумываясь, иногда приходилось напрячь память или лезть в справочники. Частенько Лоусон приходил ей на помощь и объяснял мальчику непонятные слова. Он вообще оказался разносторонне образованным и начитанным человеком, и иной раз девушка испытывала легкую зависть, когда слушала его объемные, но простые и понятные пояснения – у нее самой не всегда выходило так гладко и красиво. Бобби каждый раз истово благодарил его и смотрел на мужчину восхищенными глазами. А еще у мальчика оказалась превосходная память – он с первого раза  запоминал прочитанное и новые слова, и зачастую оказывал Оливии вполне серьезную помощь, с легкостью отыскивая нужные ей книги. В тот день, когда Лоусон читал вслух стихи, Бобби стоял рядом с ним и зачарованно слушал, открыв рот. Вздохнул и мечтательно произнес:- Как красиво… Как песня, правда, мисс Оливия?- Правда. Это поэзия, Бобби. Сонет.- Красиво… - снова вздохнул мальчик и без запинки повторил:Они цветут, не радуя сердец,И вянут, отравляя нам дыханье.А у душистых роз иной конец:Их душу перельют в благоуханье.Когда погаснет взор очей твоих,Вся правда перельется в стих.И, глядя на изумленные лица взрослых, смущенно спросил:- Что?Оливия очнулась первой:- А… Ничего, Бобби. У тебя отличная память. Только в конце ты немножко напутал:Когда погаснет блеск очей твоих,Вся прелесть правды перельется в стих.- Спасибо. Теперь я запомню, как правильно.Вечером, отправившись в кухню за своей обычной чашкой чая, из-за приоткрытой двери Оливия услышала, как Бобби вслух читает стихотворение тетке. Та ахала, восхищалась и просила его припомнить что-нибудь еще, и Бобби почти без запинки повторил все, что днем услышал от Лоусона. Девушка улыбнулась, постучала в дверь и вошла. Мальчик смутился, а она ободряюще кивнула:- Ты молодец, Бобби. Молодец.***Однажды Бобби совершенно измучил ее вопросами. Оливия тщетно пыталась сосредоточиться на длинном списке, в котором отмечала разложенные на полке книги, и расспросы мальчика ее порядком отвлекали.- Мисс Оливия, что такое «тезис»?Она рассеянно ответила, не отрывая взгляда от листа бумаги:- Тезис - это утверждение, которое нужно доказывать.Мальчик понятливо кивнул:- Ага. Утверждение. Спасибо, мисс Оливия.Через четверть часа:- Мисс Оливия, мисс Оливия, а слово «аргумент»? Что оно значит?- Если вкратце - это доказательство.- Понятно. Спасибо, мисс Оливия. Через минуту:- А «арбит»?- Может, арбитр?- Да, верно, арбитр.- Арбитр – это судья. Судья, который решает некий спор.- Спасибо большое, мисс Оливия.Еще через пять минут:- Мисс Оливия, а что такое «принцип»? И вот еще – «материя», «авторитет», «инскрипция» и…«Инскрипция» Оливию добила окончательно. Она с досадой отшвырнула список, в котором безнадежно запуталась, и беспомощно взвыла:- Господи, Бобби, что ты еще отыскал на свою и мою голову? Что ты читаешь?Он застенчиво показал ей обложку:- Вот. «Опыты о законе природы». Сочинение господина Джона Локка.- Опять философия! И как, ты что-нибудь в этом понимаешь?- Не очень.- Не очень?- Если честно, то совсем ничего.- Зачем же ты тогда это читаешь?- Мне нравится. Непонятно, но книжка интересная.- Ему нравится! Эх, тебе бы… Погоди.Она подумала, наморщив лоб, окинула взглядом бесконечные ряды книг, отошла к одной из полок и вернулась с увесистым томом:- Почитай-ка лучше вот это. Думаю, творчество Джонатана Свифта тебе будет гораздо понятнее и больше придется по нраву.Бобби взял книгу в руки и с любопытством прочел название – «Путешествия в некоторые удалённые страны мира в четырёх частях: сочинение Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а затем капитана нескольких кораблей». По мере того, как он читал, приветливая улыбка сползла с его лица. Бобби потрясенно взглянул на девушку – тем взглядом, которым смотрят на сошедшее с небес божество. Он выдохнул с протяжным стоном и, уткнувшись носом в книжку, слепо убрел в дальний угол, даже забыв поблагодарить Оливию. Весь остаток дня его было не видно, не слышно – ни Оливия, ни Лоусон не смогли его дозваться. Поздно вечером, когда пришла пора запирать библиотеку, ужинать и идти спать, они так и не сумели оторвать чуть не плачущего мальчишку от чтения. И лишь грозная миссис Маг, пришедшая им на помощь, смогла увести Бобби из библиотеки.