А "книга про любовь", которая там упоминается - это "Хозяйка гостиницы" Грековой. Готовить она научилась  у Никодимыча, повара командирской столовой. Этобыл  мрачный, возбудимый старик, непризнанный  гений,  жертва бутылки. Людейвообще он терпеть не мог,  но для Верочки делал  исключение. Куражился передней, распускал хвост,  поражая обилием  знаний.  Рецепты в нем роились,  какрифмы в  душе поэта. Он  научил  Верочку жарить мясо "на святом духу" (самоежесткое  становилось мягким и сочным); солить не сразу, шаляйваляй, а  в триприема ("для начала", "для разгону" и "для радости" ), и не солью сыпучей,  ажидким  рассольцем  (бутылку  с рассолом,  обросшую  изнутри кристаллическиммхом,  он годами  хранил в шкафу).  Колдовал  со всякими  приправами перцем,кардамоном,  мускатным  орехом. Учил  ее, что блюдо мало состряпать  -- надо"поднять",  а  чем  поднять? Это само блюдо  знает.  Капельку уксуса,  мазокгорчицы,  четверть  ложечки  сахарной пудры... А то  и  вовсе  уже странное:лоскут свиной  кожи, вареный-перевареный, от старости весь в трещинах; и вотнезаменим был этот лоскут, когда требовалось "поднять" курицу. Между прочим,курицу  Никодимыч варил  не  как-нибудь,  а "с  хрусталем" для этого служилавсегда одна и та же тяжелая граненая, косо оббитая хрустальная пробка  ("Были графин, -- бормотал Никодимыч, -- все у  нас было, а что осталось?" ).  Этупробку он однажды, в порыве великодушия, подарил Верочке: "Ты молодая, а мневсе равно умирать".  Она приняла подарок благоговейно и потом всегда,  когдаслучалось варить курицу, клала пробку в кастрюлю... Асам Никодимыч, говорят,вскоре после их отъезда из Зауралья умер...