из "Крокодила": Когда Господь Бог создавал белорусский народ, у него, по всей видимости, многого уже не оставалось под рукой. Кончились чудесные семена жожоба,     подаренные другим народам, иссякли водопады, были розданы лианы, ксилит,   карбамид и шлемы с рогами для придания смертным особенного, устрашающего   вида и зверского характера. Творец соединил тогда утреннюю росу, овраги,   клевер и зайцев. От удивительного сочетания этой невинности произошли на   свет белые руссы, чистые, незамутненные, пристойные руссы, люди босые,     простоволосые, предпочитающие смятению и дерзости хоровод, свистульку и    лесные орехи.                                                                            Из полезных ископаемых белому русскому народу досталась картошка, из       исконных занятий — жарка котлет, подметание в доме, выгул порося, порка    детей, рыдание, драка, поиск справедливости в мире, карабканье и           стругание. Нельзя сказать, что на этой основе из белорусов вышло           агрессивное захватническое государство, способное подчинить себе мир.      Незамутненные руссы до сих пор не колонизировали планету, не вышли к морю, не познали смысла вращения Земли, не открыли закона тяготения, не изобрели пороха и мыла. Однако ж и простой народной смекалки им было не занимать.   Чего стоит, например, главное современное техническое достижение,          сокровище белорусских людей — ветряной фотоаппарат. Он хотя и работает на  вате, зато при нажатии на кнопку человек получает большое удовольствие.                                                                               Не получились из чистых руссов и барыги, толстопузые купцы, слышащие в     окружающем мире не крик журавля, не треск падающей шишки, а только лишь    звон медяков. Корысть, извлечение прибыли, производство прибавочной        стоимости — все эти понятия, стоившие миру кровопролитий и нравственных    страданий, счастливо обошли родину белых руссов стороной. Денежный         промысел и по сей день считается здесь предосудительным, постыдным         занятием.                                                                                                                                          Я лично знаю двух предпринимателей из маленького, не развращенного         цивилизацией белорусского города Шклова. Они иной раз останавливаются у    меня дома, когда приезжают в Москву обтяпывать свои грязные делишки. Они – это муж и жена, пользующиеся у себя на родине репутацией больших           хитрованов. Их бизнес поражает соотечественников своим коварством. Ведь    муж и жена экспортируют в Россию главное стратегическое богатство города   Шклова, фактически местную нефть, то есть, говоря откровенно, огурцы,      которые родятся здесь с особенной охотой. Положив сорванные огурцы в       автомобиль, потомки белых руссов пускаются в свой скорбный торговый путь, покорно платя дань за свои пороки на каждом дорожном посту. Продав зеленых пупыристых детей отеческой земли на чужбине, муж и жена получают за это    проклятые пеньонзы, которые, конечно же, жгут им руки. К счастью, выгоды   хватает только на то, чтобы на другой год снова вырастить огурцы и снова   сорвать их.                                                                                                                                           Конечно, обидно, что жажда наживы пустила свои сорняковые ядовитые корни   именно что в Шклове. Ведь как раз отсюда произошел и вышел к людям добрый  исполин,сын луны и утеса, белолицый красавец, великан с усами, жесткими,  как терновник, пасечник и флотоводец, военрук и философ, космонавт и       велосипедист Александр Григорьевич Лукашенко, президент Республики         Беларусь, батька людей. Очевидцы рассказывают, что в момент появления      Александра Григорьевича на свет в Днепре пели русалки, а земля немного     вздрогнула и в воздухе случилось тревожное колебание. Не думаю, что люди   врут, ибо как же могло быть иначе?                                                                                                                    Александр Григорьевич Лукашенко — несомненно, самое лучшее и прекрасное,   самое чистое и незамутненное из того, что создала белая русская земля. Он  самый прекрасный из ее огурцов, плод высочайшей природной мудрости. Его    голова способна многое понять, его руки могут возбуждать ветер, его ноги   вызывают приливы и отливы вод. К тому же у него есть коньки, лыжи и        клюшка, а это, согласитесь, немало. Многие, возможно, увидят в этом        перечислении некую издевку, даже и сарказм, но сделают это напрасно. Лично я не могу даже и думать об Александре Григорьевиче без искреннего          изумления и восторга. Потому что я совершенно убежден: он олицетворяет     собою все то тайное, непознанное и недостижимое, что потерял и никак не    может найти для своего спокойствия мой русский народ.                                                                                                 Ведь русский народ, как известно, это одичавшие белорусы, которых Господь  за склонность к водке и ношение бороды лишил разума, совести и огурцов.    Именно с этого момента иные белые русские вынуждены были стать просто      русскими, начать скитаться, подличать, просить свободы слова, танцевать    убогую присядку, сморкаться в кулак и строить деревянные сельские туалеты. Русских опутали своими коварными сетями евреи, немцы, киргизы и прочая     заезжая дрянь. Обезумевшая, потерявшая корни нация то и дело затевала      войну, клала в тайге рельсы, поворачивала реки вспять и нацеливала на      природу других стран ядерные ракеты-убийцы. В результате этих долгих       страданий счастья как не было, так и нет, нет коньков, клюшки и лыж.                                                                                  Что делать нам теперь, когда разрыв еще более страшен? Когда русских людей  иих подлинную незапятнанную сущность разделяют границы, убеждения, деньги и власть? Как добру соединиться со злом, чтобы явить миру новую белизну,   чистую, как клевер, и невинную, как зайцы? Нет ответа.                                                                                                Вот я другой раз и думаю: как же все-таки несправедливо и сложно, дорогие  товарищи, устроен наш мир. Нету в нем покоя. Обидно это, хоть плачь.                                                                                  Сергей Мостовщиков, Главный редактор журнала «Крокодил»