Ники непроизвольно прикрыла украшение ладонью. Прикосновение собственных пальцев к коже показалось ей болезненно неприятным. Она отдернула руку и вдруг, сама не зная зачем, быстро отстегнула брошь, оцарапавшись острой булавкой, и зажала ее в кулаке. Луиза, глядя на ее суетливые движения, усмехнулась:- Прелестная вещь, не правда ли? Мастерская Эспри, работа самого Вэйкелина. Стоит безумных денег. На лепестках фиалок - девяносто восемь сапфиров, сердцевинки выложены редкими желтыми топазами, лента букета - изумруды. Вас не удивляет, что мне так хорошо известны детали?Ники промолчала, тупо разглядывая собственные сжатые пальцы с проступившими под тонкой кожей костяшками. Мимолетно удивилась - почему они перестали дрожать? И нет, она уже ничему не удивляется. У каждого человека есть отпущенный ему предел, за которым уже ничего не остается - ни удивления, ни страха, ни боли. Похоже, свой она уже перешагнула.- Поверьте, мисс Скофилд, у меня было достаточно времени изучить ее. Сказать, что я была в изумлении, когда вместе с очередным письмом получила от Франсуа этот подарок - ничего не сказать. И дело не в том, что он скуп, или я не люблю украшения, или подарок был плох - нет, все не так. Мой муж очень щедр, но в своих подарках никогда не ограничивался такой банальностью, как драгоценности. Это было совершенно на него не похоже. Вот после этого, поразмыслив как следует, я и поехала в Англию. И представьте себе мое удивление и отвращение, когда на груди Линды Эванс я увидела точно такую же брошь! Недолго думая, господин Моро просто заказал для своих женщин два совершенно одинаковых подарка. Пикантно, не правда ли, мисс Скофилд? Девушка снова ничего не ответила. Она вспоминала тот день, когда Мишель подарил ей и Свити одинаковые золотые браслеты. Неужели у судьбы просто не осталось новых историй, и жизнь идет по кругу, и все повторяется снова и снова?