Я Николаев Иван Инокентьевич с 1955 года работал на заводе №938, в дальнейшем переименованом в ОКБ им. Камова в качестве испытателя самолетных двигателей. В конце 1958-го года мне предложили испытать снегоход "Север - 2", в так называемых полевых условиях на Северном Урале. В частности проверить на морозоустойчивость систему подачи топлива , обогрев кабины, на парусность в условиях сильных ветров, выявление мелких недоделок в конструкции, которая на тот момент была очень сырой. Посути это был кузов автомобиля "Победа" установленный на лыжи с пределанным к нему самолетным двигателем АИ - 14РС. В экипаж назначили меня, и водителя професионала Святненко Генадия, (отчество непомню), кажеться Георгиевич, еще была группа техников для зборки разукомплектованного "Севера". Выехали в январе где - то числа 23, 24 - го. Отправили нас по спец протоколу в город Ивдель вместе со снегоходом. Встречали нас военные, внутренних войск, целым конвоем. Снегоход, официально, предназначалься как почтовый для районов крайнего севера, а не официально, по заказу МВД еще и как автозек для тех же районов. Узнав, что мы должны выйти по Лозьве на реку Северная Сосьва, военные предложили нам, стартовать не с Ивделя, а с поселка поселения Вижай, откуда мы и стартавали 1 февраля в 16 00 по указаной воеными дороге, но что то пошло не так, направление строго север дорога недержала и мы стали уходить на запад в сторону Уральских гор. Быстро стемнело, мы решили с Генкой идти круглосуточно, двигатель решили не глушить , а то замёрзним стояночная печка жрала топливо не меньнше чем сам двигатель. Часам к 10 вечера поняли, что совсем заблудились. Отправив Генку спать, я попробовал разобраться. По видемому выходило, что мы перемахнули Уральский хребет и находились, либо у горы Хозья-Талахчаль, либо возле горы Холатчахль, альтиметр застыл на 850 м, недумал что он понадобиться, так просто дырку закрыл существующую на приборной доске. Решил пока держаться этой высоты и искать ближайший перевал. Через пол часа стал объежать гору в восточном направлении началься буран лобовой ветер был настолько сильным что пришлось двигаться на полном реверсе и под небольшим траверсом, попыталься превязаться к местности удачной привязкой посчитал высоту 880 м, . Недоехав немного вскочил в яму задней правой лыжей, удар был достаточно сильным, но мягким. Мне показалось я услышил какой то шум или даже крик, в следущий момент был силный хлопок, так хлопает парусина на сильном ветру, машину кинуло в бок. Пока я выравнивал проснулься Гена. - Чего там случилось? - Вроде в яму провалились, . Я грешным делом подумал, не вскочили ли мы в берлогу. Генка успокоил, - чего медведю на такой высоте делать? Вскоре вышли к скальным останцам высоты 880, потом начали спускаться по Ауспии. Меня сменил Гена. Ночью мороз очень усилилься, стекла обледенели, металические части снегохода стали покрываться инием, притом, что отработаное тепло двигателя забирали полностью на отопление, тепла явно нехватало . Выйдя утром осмотрел машину, под правой задней лыжей между самой лыжей и прибитой к ней второпластовой пластиной нашёл кусок смёрзшейся ткани, зеленого цвета. Далее шли в долине реки Обь, рядом с зимниками. Заправились в Берёзино какой-то дрянью,карбюратор и фильтр очистки топлива приходилось прочищать чуть ли не каждые 4 часа но ничего. Дошли до Салехарда, где нас встретили солдаты внутрених войск. Под их конвоем направились в Лабытнанги, там разобрали сани и грузовиком довезли до поселка Харп, где загрузили в поезд. Где-то через месяц, я узнал о пропавших туристах а еще поже узнав место гибели и сверив с картой, ужаснулся, думаю, мы вполне могли их зацепить. Этот случай, по сей день мучит меня, хотя прошло уже много лет.  03.02 1990 подпись