О нашистах, жертвах наводнения и психологах МЧСЯ приехала сюда с Селигера в автобусе с волонтерами, которые сами изъявили желание поехать. Нашисты приезжают, как правило, маленькими группами, но потом живут в одном лагере, в центре города, на единственном сухом месте, отдельно от других волонтеров. Честно говоря, я не  знаю, чем они занимаются: в затопленных районах их не встретишь, еду они не раздают, среди психологов их нет. Такое ощущение, что они живут какой-то своей жизнью, где есть фрукты, овощи, молоко, веселье. Единственное место, где есть свет - около штаба "Наших", плюс пара домов-фонарей. Остальная часть города в темноте. Правда, на фоне остальных проблем, отсутствие электричества полная ерунда.Лагеря с нашистами не дают вещи. Люди берут порошок, они его вырывают назад. Нужны генераторы и мойки "Керхер". Появились бабушки, которые берут с пунктов раздачи все: бритвы, предметы женской гигиены. Когда просишь брать их только необходимое, начинают ругаться.К местному запаху мы уже привыкли: он чувствуется, но уже не тошнит, как в начале, хотя он только усилился.Жертв здесь намного больше, чем указывают в официальных данных. Оценки местных жителей расходятся — от 3 до 7 тысяч погибших. Все морги, которые находятся здесь и в соседних городах, заполнены трупами. Погибших очень много, и еще не всех достали. Например, единственный уцелевший мост полностью завален, никому неизвестно, что под этими завалами. Говорят, что в нижнем водохранилище до сих пор плавают трупы. Те трупы, которые обнаруживают сейчас, опознать невозможно: вчера нашли один, поняли, что это человек только, когда наткнулись на кости. Уже поздно.По-прежнему тяжелая ситуация с трупами животных: они никого не интересуют, МЧС отказывается их вывозить. Они лежат вдоль дорог, у кого-то плавают во дворах. Я от кого-то услышала телефон организации, которая по идее должна этим заниматься, но дозвониться никак не могу.С лекарствами все также туго: вакцин против стафилокока и других инфекций не было вчера, нет сегодня. По знакомству нас сегодня записали в очередь в больнице со словами: "Будут вакцины - сделаем". Сейчас, например, мне в глаз попала какая-то грязь, я промыла, но поняла, что лучше сходить продезинфицировать: прибежала в один медпункт, во второй, в третий, - ничего нет, только перекись водорода осталась.  Сотрудники МЧС ничего не делают. Видела пару человек, которые откачивали воду. В основном, они стоят на перекрестках, регулируют движение.У людей серьезные психологические травмы. Кто-то держится бодрячком, старается работать, чтобы отвлечься. У тех, кого я встречала, травмы действительно сильные: кто-то перестал говорить, кто-то отказывается ходить в туалет. Вчера мне рассказали, что мальчик, которого отвезли в Москву, увидел лужу и тут же впал в истерику, кричал, что все умрут. Местные рассказывали, что вчера к ним пришел какой-то психолог от МЧС, после разговора с которым всем стало только хуже. Один парень рассказывает, что привел туда мать в более-менее адекватном состоянии, а на обратном пути она уже билась в истерике. Что эти психологи делают с людьми? Непонятно.Арина Печеник с Кубани. Из блога.http://www.snob.ru/profile/25846/blog/50796