Я не стала вякать, потому что яндекс сказал так: «Слово о полку Игореве», откуда и взята эта фраза, – одно из древнейших произведений русской литературы. А вопрос, заданный читательницей, мучит литературоведов и прочих филологов, без преувеличения сказать, далеко не одно столетие, однако к единому мнению на сей счёт никто так и не пришёл. Действительно, в контексте всего предложения: «Боян бо вещий, аще кому хотяше песнь творити, то растекашется мыслию/мысию по древу, серым волком по земли, шизым орлом под облакы», наряду с волком и орлом уместнее выглядит белка-мысь, скачущая по дереву, нежели какая-то там абстрактная мысль.Не стоит, тем не менее, недооценивать и способность древнего автора к метафоричности. Если в тексте речь идёт о животных, то это вовсе не означает, что певец-гусляр, заводя песнь, начинал лазать по деревьям и скакать по полям. Надо полагать, что тут подразумевается его повествование, стремительно переносящее читателя из одного описываемого места событий в другое. Таким образом, употребление метафоры растекания мыслию по древу здесь более чем оправдано.Истина же, как ей и полагается, где-то рядом. Существует точка зрения, согласно которой в оригинальном тексте присутствовали оба слова: и мысль, и мысь, причём писались они одно над другим. «…Растекашется мыслию-мысию по древу». Это премного смущало переписчиков: так как в рукописном виде эти слова мало отличались друг от друга, то было похоже на то, что одно и то же слово записано дважды, и в какой-то момент было решено оставить только одно из них, что и породило нынешнюю неопределённость. Эта теория мне представляется наиболее вероятной.