Это был удивительный вечер. Наверное, самый удивительный из всех, что ей довелось пережить, решила Ники. Мелькнула ленивая предательская мысль - что даже ее прошлогоднее путешествие, приключения с похищением и спасением Свити, чудесная сказка любви Анны и Монро, немыслимая, невероятная история Томаса Беркли и его призрачного родственника, сэра Патрика - сегодня все это меркло, казалось выдуманным и ненастоящим. В канделябрах тихо потрескивали свечи; нагретый воск плыл, сочился светлыми каплями и застывал в причудливых фигурах. Камин прогорел, жар от подернутых сизым пеплом углей согревал просторную полутемную комнату. Завороженно слушая мелодичный голос хозяйки, рассказывавшей очередную захватывающую историю - жуткую, любопытную, смешную - девушка рассматривала портрет, висящий в простенке между высокими уходящими под потолок шкафами. На ней были изображены двое, мужчина и женщина. Они были похожи на чету Моро, но... С картиной что-то было не так. Ники никак не могла взять в толк, что именно. Портрет, явно написанный рукой искусного мастера, с тщательно проработанными деталями и смелыми мазками был очень, очень хорош. Хоть и исполненный в темных, скупых цветах, он выглядел весьма живым и люди на картине смотрели прямо в глаза зрителю. Ники озадаченно склонила голову к плечу, отступила на шаг, подошла ближе...- Как вам портрет? - спросил ее неслышно приблизившийся Франсуа.Ники смущенно улыбнулась:- Картина превосходна. Только я не пойму, что... Кто эти люди? Это... нет, это не вы с Луизой. Они похожи на вас, как родственники. Как родители. Кто они?Луиза, с интересом слушавшая разговор, усмехнулась:- Это в самом деле мы с Франсуа. Только здесь нам по семьдесят лет. - Лукаво взглянула на мужа и пояснила недоумевающим девушкам: - Один голландский художник, не очень известный... писал портреты. Он был немножко безумным и считал, что запечатлевать на полотне молодость и красоту - занятие бессмысленное. Красота увянет, юность пройдет... и что естественный итог жизни, награда за прожитые годы, приобретенный опыт, знания и мудрость - этот тот облик, которого человек достигает только к старости. Он любовался стариками, писал их без счета и сам мечтал поскорее достичь преклонного возраста. Странно, правда? Но это безумие было вполне невинным. Многие его заказчики, убеленные сединами, получили прекрасные портреты - он действительно был мастером своего дела. Еще тот художник развлекался тем, что заключал пари. Он утверждал, будто способен предвидеть, как люди будут выглядеть в старости - с молодых людей он писал портреты дряхлых стариков и заявлял, что его картины показывают будущее, правдивое будущее. И при этом не брал денег за работу. Нет, он назначал заказчику срок - двадцать, тридцать, сорок лет - и предлагал встретиться и сравнить портрет и постаревший к тому времени оригинал. И утверждал, что сходство будет столь изумительно и велико, что потрясенный владелец картины сам заплатит за нее столько, сколько захочет автор.