Кляня мадам Моро последними словами, Ники тяжко вздохнула и приступила к неизбежному, неприятному, отложенному на потом. Оттягивать дальше было некуда, Ники коротко выдохнула, на миг зажмурилась и попыталась произнести вслух то страшное, что произносить было никак нельзя.Линда, ее мама, когда-то была любовницей Франсуа Моро. Франсуа - отец Ники.Анри и Мишель – ее братья.Снова стало трудно дышать, и страшно захотелось плакать. Ники сглотнула подступившие слезы, от которых противно защипало в носу, жалко откашлялась и снова погрузилась в мрачные мысли.Еще следовало понять, действительно ли все сказанное Луизой было правдой? Почему Ники сразу поверила ей, окончательно и бесповоротно? Она же не наивная пятнадцатилетняя девушка, которую легко обмануть. Конечно, Луиза Моро может сколь угодно долго твердить, что никогда не лжет, но Ники вовсе не обязана ей верить. Нет, она поверила не поэтому. Ники прекрасно знала ответ, но боялась признаться самой себе.Она не приняла бы за правду слова Луизы Моро, но поверила собственной матери. Брошь. Пару недель назад Линда сама призналась в том, что брошь ей подарил отец Ники, и это произошло задолго до знакомства Ники с семьей Моро и нынешнего тягостного разговора с Луизой. Луиза никак не могла предвидеть это признание или каким-то образом повлиять на ход событий. Так где же правда?..Ники немножко подумала, прикидывая так и эдак. Думать было противно и странно - будто она размышляет не о себе, а о ком-то другом, какой-то чужой, незнакомой девушке со своей собственной, не имеющей никакого отношения к Ники судьбой. Для Луизы Моро не было никакой выгоды в том, чтобы ее муж действительно оказался отцом Ники. Разве что это было весомой причиной для разрыва Ники и…Анри.