Я не могу доверять маме, потому что все, что я скажу, будет впоследствии использовано против меня; обид нет, но не могу забыть раздражения на меня, словно на мне вымещали свои обиды, не могу до сих пор понять, как можно говорить, что любишь, а делами доказывать обратное. Мы общаемся, но для меня это выполнение долга, не более того. Мы действительно чужие.