Каждый получил сладкий удар в пах и стонали они с христианским, в то же время и в унисон. Наконец, не в силах больше терпеть, резко нажал на эльфа штаны и гладил жадно круглый, розовый после бани, смертельно vozhdeleemy задницу. Оба прибиты большие тремор. Петри - мучительно больно страсти,который вот-вот погаснет, Кристиан на четкое понимание, что на этот раз это не поможет, любой аргумент. Смерть угроза? смешнее, чем вы можете себе представить, во всяком случае, это обещание покончить с собой. Жестокое наказание? так как эльф плевать на это, рада, что выполнила все пытки и будут готовы платить за исполнение мечты все, что они хотят,зная, кроме того, что ничего по-настоящему невыносимым его словам, христианские не удовлетворены.Запор же! - На всякий случай пробормотал король. Его спина была освещена, и голова кружилась и вино, и ощущение нереальности происходящего.- Да, конечно, запор, господин мой, - прошептал сломанной блюдо,чтобы справиться с жиром ящик и снова упал в него за спиной. Только я, ваш увенчанный весь народ супруга, тоже есть определенные права! - Сладко засмеялся он, дрожа от нетерпения руками poshlepyvaya на шелковистые упругие ягодицы.Каждый удар сладко отдавался у него в паху, и стонали они с Кристианом одновременно и в унисон. Наконец, не в силах больше терпеть, эльф резко спустил ему штаны и жадно огладил круглый, розовый после бани, смертельно вожделеемый зад. Обоих заколотило крупной дрожью. Петри — от мучительно болезненной страсти, которая вот-вот будет утолена, Кристиана от четкого осознания того, что в этот раз ему не помогут никакие аргументы. Смертью угрожать? смешнее не придумаешь, все равно, что обещать убить самого себя. Жестоким наказанием? так эльф плевать на это хотел, с радостью встретил бы любые истязания и готов будет заплатить за исполнение мечты всем, чем угодно, зная к тому же, что ничего такого уж невыносимого Кристиан ему не устроит.- Запорю же! - на всякий случай выдавил король. Спина его уже горела, а голова кружилась и от вина, и от ощущения нереальности происходящего.- Да, непременно запори, мой повелитель, - прерывающимся шепотом ответил Петри, схвативший с комода смазку и снова пристроившийся к нему сзади. - Только я, твой коронованный при всем народе супруг, тоже имею кое-какие права! - сладостно рассмеялся он, пошлепывая дрожащими от нетерпения ладонями по упругим шелковистым ягодицам.