У меня были. Я не могла заниматься тем видом  секса,  который хотел муж, для меня это  было насилие. Меня в 11 лет изнасиловали, а супруг, ну надо  же, в конце-концов решил, что именно такой секс ему больше всего  нравится. Я его  попросила один раз ТАК со мной не делать.Попросила во второй раз.В третий раз выслушала, что он больше не будет и объяснила прямым текстом, что вот таким образом я была изнасилована, поэтому меня это  ретравматизирует. И что  я работаю над  этим с психологом, но ему придется подождать, пока я это не починю.  И я даже не против, чтобы он завел для этого любовницу,  если ему так уж  уперлось. В традиционном сексе я ему не отказывала.В ответ я услышала, что  такая негодная женщина ему не нужна, раз я не хочу секса именно  в том виде, который хочет он, он найдет себе здоровую  и бла-бла-бла. И нашел  ведь  Теперь  он - счастливый мужчина новой женщины, а я получила индульгенцию, чтобы развестись  со своим венчаным мужем. Если до  этого  разговора я потратила уйму сил, времени и денег на работу с психологом  по нормализации отношений в семье и прочим ритуальным танцам, то моя женская негодность в его  глазах  все упростила невероятно. Есть  более страшные вещи, чем сексуальное отвержение партнера. Насилие над  собой в постели страшнее. Потому что при  отвержении партнера ты теряешь  только  партнера,  а отвергая себя, ты теряешь себя. У меня просто  опыт жестче, чем у вас,  я ушла по этой дороге дальше, поэтому и выводы другие.