Томас прошагал в полутьму конюшни - теплую, густую, наполненную крепким животным запахом и негромким стуком копыт. Мария, оставшись стоять в дверях, молча наблюдала за его едва различимым силуэтом. Томас подошел к стойлу, где находился его конь, приблизился - тот дружелюбно фыркнул, опознав хозяина. Мужчина поднял руку - конь потянулся к ней мордой, тронул мягкими губами, осторожно взял предложенную горбушку. Томас бережным движением погладил его по шее, потрепал густую остриженную черную гриву. Конь вопросительно взглянул на него и негромко заржал - пронзительно и жалобно. Томас ссутулился, еще раз похлопал по гнедой спине, развернулся и, не оборачиваясь, быстро зашагал к выходу. От яркого света после полумрака конюшни у него и у Марии заслезились глаза. Девушка украдкой сморгнула слезы, делая вид, что щурится от солнца, и беззвучно выбранила сама себя - ведь дала же себе слово не плакать сегодня. Хотя бы при Томасе. Тот взглянул на нее, тихонько вздохнул, но ничего не сказал. Потянул за локоть:- Я хочу еще кое-что тебе показать.