Нифига подобного, просто я вечно спохватываюсь и подрываюсь что-нибудь исправлять-улучшать, чтобы не такая гнусная страничка была А обМорочег все ж сотрясение схватил.Эмми долго сидела, глотая слезы и оцепенело глядя в проем распахнутой двери, и в висках ее стучало: «Вот и все...» То, что люди скажут, когда поймут, что Юккис бросил ее беременную, ее сейчас совсем не беспокоило. Единственным желанием было повернуть время вспять. Только вот даже великому Яри это не под силу. Вот как мимолетная слабость может жизнь перевернуть. О том, простит ли ее Юккис, Эмми и помыслить не могла — сама себя прощать не собиралась, и только и могла, что тихо всхлипывать от презрения к себе под аккомпанемент хлопающей от сквозняка сломанной дверцы шкафа.Спустя четверть часа лицезрение неподвижного тела Морока и его окровавленного лица заставило ее подняться, вытащить из пострадавшего шкафа бутыль с ромом и хлебнуть из горла. Всё меньше ребенку повредит, чем если она будет на грани обморока от потрясения. Намочив ромом краешек полотенца, она сунула его под нос полутроллю. Ноздри его затрепетали, он разлепил здоровый глаз, с трудом сфокусировал на Эмми мутный взор и промычал:- Вот и помогай соседям... оооох, блядь... башка моя...Он снова на минуту вырубился, пока Эмми лихорадочно соображала, что же ей теперь делать. Не оставлять же его у себя, в самом деле. Перед ним ей было еще стыднее, чем перед самой собой. Злясь на него, на себя и на Юккиса, что явился невовремя, она омыла его лицо влажной тряпкой, отчего оно, впрочем, не стало выглядеть менее жутко. Не открывая глаз, Морок поморщился, изобразил кривую улыбку и потрогал кончиком языка место выбитого зуба.- Уж лучше самое суровое похмелье, едрить меня за ногу... вот тебе и травки для свинины... теперь Яри придется меня травками отпаивать... И все-таки сиськи у тебя на загляденье! - хохотнул он, и Эмми запоздало вспыхнула, осознав, что напрочь забыла зашнуровать платье.Пока она, закусив губу от досады и тяжко всхлипывая, прятала грудь, он застонал и попытался сесть, а Эмми даже не попыталась ему помочь.- Язык проглотила, соседка? Кончай реветь, ты дочь викинга или фифа городская? Попадались нам такие, так и норовили пещеры затопить... ох и трещит башка...Он медленно встал, но тут же зашатался, и Эмми пришлось поддержать его, чтобы он не рухнул на пол.- Ничего, до дома доплетусь... огородами... может и не увидит никто...- Тебе помощь нужна, - выдавила Эмми, отводя глаза.- Да уж не помешает. Беги к Яри, пусть заберет меня из дома моего, - в слабом прерывистом голосе Морока прорезались властные нотки вождя. - Я ему наплету кой-чего. Проверь, чтоб соседка за забором не паслась.- А если Юккис... - Эмми болезненно скривилась, произнося его имя, - уже у Яри?- Да вряд ли... стыдно небось сразу к папке бежать, поджав хвост... скорей всего, в кабаке уже заседает...Через пять минут Морок, пошатываясь, побрел к дому Петри, а Эмми, наспех ополоснув холодной водой зареванное лицо, бросилась к Яри. Чародей не удивился ее появлению, уже привыкнув к тому, что именно она, а не Юккис, приносит в последнее время съестные припасы, но увидев, что она запыхалась и странно встревожена, насторожился.- Что-то с Юккисом?- Нет... с Мороком... он сам объяснит. Поспеши к нему, пожалуйста... - пролепетала она, не поднимая глаз, и, сославшись на оставленный в печи ужин, исчезла за дверью.Яри хмыкнул и громко позвал Теему, который чинил в лаборатории кресло, высунув кончик языка от усердия.- Будешь смеяться, Чудо, но у нас очередной болезный намечается на нашу голову. Не успели последнего страдальца выпроводить, как нате вам новенького. А то вдруг заскучали уже. Вот оно, наказание мне за былые грехи... А ты чего улыбаешься так ехидно?- Ты так вечно ворчишь витиевато, что смех разбирает. Нет чтоб просто, без затей, выматерился.- Давно ли ты от слова «жопа» куксился, любовь моя? Как-то, знаешь ли, за тысчонку лет ругательства теряют свою остроту. Ставь на огонь усыпляющий отвар. Ах да — етить тебя колотить, если не пошевелишься. Так доходчивее?- Лучше етить, чем колотить! - Теему одарил его озорной улыбкой и нехотя побрел к очагу. - А кто болезный-то у нас на этот раз?- Наш зеленолицый друг.- И почему я ничуть не удивлен? - хихикнул Теему.- Да я тоже отчего-то от изумления не корчусь, - ответил Яри, с кислым видом создавая портал.