- Я... я не могу носить другие платья. У меня связаны с ними плохие воспоминания.- Откуда у тебя эти старушечьи тряпки?- Это траурные. Я носила их целый год после смерти Питера.- Неужели воспоминания об этом годе для тебя приятнее тех, других?Анна прошептала:- Томас, ты жесток. Ты сейчас делаешь мне больно.- Послушай. - Томас швырнул шпагу Оливии, нежно взял Анну за руки и внимательно посмотрел в глаза. - Иногда нужно сделать немного больно, чтобы вылечить болезнь. Чтобы раны зажили. Поверь мне. Пожалуйста.Неожиданно перехватил ее ладонь покрепче и повел вокруг себя, словно в танце - накидка свалилась с ее плеч на снег. Воскликнул, радостно улыбаясь:- Анна, посмотри, как ты прекрасна  в этом жемчужном цвете! Какая нежная у тебя кожа, какие сияющие глаза! Ты просто красавица!Анна вспыхнула:- Прекрати смущать меня! Немедленно! Я не могу позволить себе так выглядеть при... - покосилась на толпу слуг. Те смотрели на них, открыв рты. Анна вырвала руки, ткнула пальцем ему в лицо:- Ты сумасшедший!- Да, да, да! - Он неожиданно подхватил ее за бока и закружил в воздухе. Анна несолидно взвизгнула и рассмеялась. Томас присоединился к смеху. Задыхаясь, опустил ее на землю и сказал:- Анна, скажи, тебе на самом деле приятнее носить траур, чем эту красоту? - с удовольствием поправил кремовое кружево манжеты. - Ответь честно!Анна ошарашенно взглянула в смеющееся чумазое лицо. Задумалась.- Да. Нет. Пожалуй.... пожалуй, нет. Это действительно хорошее платье. И оно идет мне. Шло...- Спасибо за признание. Тогда сделай еще один шаг. Переступи через себя. Распрощайся с мрачным прошлым. Сделай усилие, попытайся сотворить новые воспоминания. Живи, Анна, живи! Дыши полной грудью! И начни с малого...- Что ты имеешь в виду? Я плохо тебя понимаю.Томас отошел на пару шагов, наклонился и подобрал с земли черное платье. Последнее. Протянул ей, серьезно глядя в глаза.- Держи. Ты знаешь, что нужно сделать.- Ты хочешь... ты хочешь, чтобы я?..- Да. Сама. Своими руками.