Ну вот, чуток родила в муках:Он молча водрузил шар на стол, пододвинул для Петри кресло, а сам встал позади него.- Не передумал? - спросил он, настраивая шар на нужное время.- Не передумал, - ответил Петри нарочито холодным тоном.- Уши твои за тебя говорят, - усмехнулся Яри. - Хорошо, мне такие не достались. Как-то плохо представляю себе грозного властелина с такими вот умильными ушами.- Пытаешься меня успокоить, как ребенка? - процедил эльф. - Вот уж не стоит.- Ты очень мужественен, Петри, нельзя не признать. Но только в том, что касается твоих страданий. Но что касается Кристиана, то расклеишься ты быстро. А то я тебя не знаю. Может, сначала выпьешь?- Успеем, - поджал эльф губы. В шаре, где сцены в доме Кристиана быстро сменялись, повинуясь чародею, наконец возникла сцена, которая заставила Петри податься вперед и широко раскрыть глаза. Проворный кнут инквизитора остановил пытавшегося сбежать аптекаря, больно ударившегося о ступеньки. Но это показалось цветочками по сравнению с дальнейшими событиями. От вида пыточных инструментов лицо эльфа жалобно скривилось, как у несправедливо обиженного ребенка, и он вцепился в руку Яри.- Что, не нравится? Сам же сделал все для того, чтобы увидеть в действии все эти милые занятные штучки. Вот и смотри теперь! - сказал чародей ледяным тоном, не допускающим возражений. Петри понял, что ему удалось-таки взбесить его, и даже если он решит сейчас прекратить просмотр, Яри ему не позволит. Магией заставит сидеть в кресле и смотреть все до конца.- Но зачем же они с ним... так? - хрипло спросил Петри, косясь на обагренную кровью шею полуэльфа. - Разобрались бы просто, по-мужски.- Ха, ты правда считаешь, что они довольствовались бы тем, что убавили красоты его личику, и мирно простились? Голубчик, они ведь чудом не расстались тогда с жизнью. Будь у меня хоть одна лишняя секунда, я бы расплавил цепочки их противомагических медальонов и превратил обоих в кровавую морось. И Кристиан отлично знал, что его хитроумный многоходовый план мести может окончиться гибелью его приятелей. А ты — морду набить. Радуйся, что эти ребятки весьма благородны, и слово «честь» для них не пустой звук, в отличие от моего обожаемого отпрыска. Будь они более мстительны, чем диктует им их честь, от Кристиана остались бы рожки да ножки. Да, рожки у него ветвистые, на зависть любому благородному оленю, мой друг эльф, и не кривись так. А твой бывший приятель Робсе вполне мог бы лишить его нескольких пальцев или глаза. Или ушей. Мог возжелать раздробить его белую ножку с помощью этого симпатичного башмачка. Или хотя бы повырывать ему холеные ноготки. А уж как эта славная инквизиторская братия умеет выкручивать жилы и сдавливать тисками все, что торчит...- Прекрати! - возопил Петри, вцепляясь в его руку ногтями при виде того, как Хельге с Робсе подвешивают Кристиана на крюки. Уши у него стали совсем белыми и будто прозрачными, и в них стали заметны жилки.- Что, нехорошие воспоминания накрыли? Вспомнил, как мой добрый сынуля тебя на крюк подвешивал? И что, злорадство ничуть не взыграло? - невинно поинтересовался Яри.- Да как тебе могло такое в голову прийти? - возмутился Петри. - Я же говорил тебе - я хотел тогда, чтобы он меня наказал. Чтобы посильнее бил и подольше с крюка не снимал...- Да знаю я, что такого мазохиста, как ты, еще поискать... Знаешь, хитрюга, как держать его в своей власти. Потому что знаешь его как облупленного... все его слабости и повадки...В этот момент кнут со свистом опустился на спину Кристиана, и Петри зажмурился. Он вздрагивал от каждого удара и нервно кусал губы.- Нет уж, смотри! Давай, смотри, раз требовал. Не ты ли кругами носился и истерил? - глаза Яри зло сузились, а пальцы вцепились в эльфийские плечи. - Глазища растопырь и смотри давай!