- ...родственница.- Что?- Это была его родственница, какая-то там племянница. Гостила у Монро вместе с родителями. Диггори пытался тебе сказать.Анна тупо повторила:- Что? Я не понимаю.Томас терпеливо объяснил:- Та девушка, с которой ты видела Монро летом - это всего лишь его племянница.Открыла глаза - перед нею оказалась гладкая поверхность двери. Темное отполированное дерево, мелкие прожилки складываются в неправильный узор. Округлое пятнышко от сучка, небольшая трещина... Прошептала:- Ты что, читаешь мои мысли?- Нет. Но сообразить, в чем дело, было нетрудно. Правда, понадобилось много времени, чтобы выяснить всю правду. Узнать то, что вы, два дурака, оказались не в состоянии сказать друг другу. Не молчать, не доверять свою судьбу ненадежной бумаге, не замыкаться в одиночестве, не уходить в запой... Просто сказать. Вслух, глядя в глаза, ничего не домысливая и не скрывая.Девушка нервно рассмеялась:- Это неправда. Это не может быть правдой... Это слишком хорошо, чтобы...- Монро познакомил ее с Диггори. И они понравились друг дружке - так он утверждал. Анна нервно икнула и зачем-то сказала:- Я не уходила в запой.- Монро уходил. Анна, Монро не предавал тебя. Он любил тебя и продолжает любить.- Погоди. Почему... почему Диггори не сказал мне?- Ты же не дала ему и рта раскрыть. Я уже говорил.- Почему... Мо... Монро не объяснил мне?- Что именно? Отчего ты приехала к нему, развернулась и уехала? Откуда он мог знать? Он даже тебя не видел.- Он... он мог написать.- Он писал, Анна, проснись уже! Кстати, где его письма?..- Я... я велела их...- Что, Анна?- Их нет. Писем нет. Боже, Томас, я бы все отдала, чтобы эти письма не были сожжены...- Ты хотела бы знать, что было в тех письмах?Анна потрясенно повторила:- Я бы все отдала... Боже мой, Томас...Из-за двери донесся шелест разрываемой бумаги. Томас негромко откашлялся и начал говорить...