лучший способ подогреть интерес к фильму - его запретить. или объявить режиссера персоной нон грата на каком нить громком фестивале посмотрю Аушвиц непременно, если разыщу, и - уже загодя - считаю, что фильм этот определенно - событие в мире кино. каким будет его судьба - в долгосрочной перспективе - покажет время. здесь же процитирую г-на Корецкого: "Невероятно, но это — одна из самых адекватных картин о Холокосте."и далее - "характеры, интересы и биографии остались за условными воротами Освенцима (в фильме концлагерь не имеет даже КПП, все декорации максимально халтурны и условны). Сюжета тоже нет: смонтированные в ритме конвейера эпизоды показывают повторяющиеся стадии производственного процесса: выгрузка заключённых, их сортировка, отправка в камеры, засыпка Циклона-Б, выгрузка новой партии, опять сортировка, агония, медосмотр, оценка изьятых часов, зубов, ювелирных изделий — и всё по новой. Камера рыщет по лагерю овчаркой, её характерная кетаминовая пластика и низкий горизонт превращает зрителя в геймера. Евреев играет бесчувственная, похожая на механизмы массовка. Нацистов — профессиональные актёры, изображающее смертельную скуку измученных бюрократическими проволочками функционеров: товарняки приходят всё чаще, мясо закончилось, супа тоже мало, две печи крематория вышли из строя, бараков не хватает, как дети, как жена? Один из самых сильных кадров фильма: Уве Болл в эсесовской форме скучает у дверей газовой камеры, в которую барабанят умирающие. Это, действительно, не «Список Шиндлера», а скорее «120 дней Содома». Унылость низкобюджетной исторической реконструкции обрамлена унынием немецких школьников, которых Болл с пристрастием допрашивает " Кто такой Гитлер?«, «Чем ему не угодили евреи?». Школьникам тягостно, они не знают ответов, наглядно опровергая миф о повальном чувстве вины немецкой нации. Нет никакой вины — есть неонацисты из соседнего класса.Смотреть это невыносимо скучно, но тут скука кажется единственно возможной интонацией: на фоне «Освенцима» особенно ощутмима вся непристойность голливудских фильмов о концлагерях, с их хэппи-эндами, одним махом сводящими всю запредельность концлагерного опыта к непростым жизненным обстоятельствам. Более того — скука, которую неизменно ставили Боллу в вину, начинает казаться художественным приёмом. Её парадоксальное присутствие в экшенах обычно объясняют профнепригодностью Болла-режиссёра но, боюсь, этот случай гораздо сложнее. <skip> Это провал в кино — но безусловное достоинство в… современном искусстве"апд. плюс синхронизация, йолы  отказ дистрибьюторов от покупки для широкого проката фильма о Холокосте некоего режиссера Гросса - из выдуманной реальности Линор Горалик и Сергея Кузнецова  НЕТ, йолы, нет-нет-нет