Хвала Господу, проклятых часов с боем в гостиной не оказалось - видно, милосердная хозяйка велела вынести их вон. Остались только небольшие изящные часы на каминной полке, шедшие совершенно бесшумно. Мария сначала хотела попросить у Анны позволения убрать и их, но передумала - решила, что так будет еще хуже и она будет гадать о том, сколько же осталось времени до полуночи... Жарко полыхал огонь в камине, горело несколько свечей и комнату наполнял неуместно уютный полумрак. Друзья, рассевшись по диванам и креслам, негромко переговаривались, но общий разговор не клеился и время от времени в комнате повисала тягостная тишина. Диггори с Дэниелом попробовали было сыграть в шахматы, да так и не закончили партии, надолго задумавшись явно не об игре. Анна неестественно бодрым голосом распорядилась сервировать стол здесь, но все отказались от ужина и слуги принялись бесшумно убирать принесенную посуду. Анна, засуетившись, зачем-то кинулась помогать им, неуклюже смахнула на пол стопку тарелок, выронила из рук весело зазвеневшие ножи. Присела, трясущимися руками начала собирать приборы и рассыпала вновь. Монро подошел к ней, решительно отобрал ножи и усадил девушку на диван рядом с собой. Она сникла и затихла, прижавшись к его плечу. Лили пару раз под каким-то предлогом выходила из гостиной и потом возвращалась, пряча покрасневшие глаза. Келвин шумно вздыхал, целовал ее в висок и ничего не говорил. Близнецы вполголоса обсуждали полученное утром письмо от родителей; Ники и Свити, устроившись в их объятиях, молча смотрели на огонь в камине, иногда украдкой поглядывая на Томаса. Оливия, понуро съежившись в кресле, нервно складывала надорванный бумажный листок. Время истекало - минута за минутой, равнодушно и неумолимо.