Время словно остановилось. Казалось, воздух загустел и стал прозрачным, как после летнего дождя. Казалось, можно затаить дыхание и услышать, как медленно капают секунды. Казалось, это происходит не с нею, не здесь, не в комнате - а на какой-то искусной картине, которую можно разглядывать долго-долго, поражаясь все новым и новым деталям, мастерски выписанным рукой старательного художника. Казалось, это мнгновение будет длиться вечность...  Ники съежилась и застыла на месте, оглушенная нечеловеческим ревом. Медленно подняла глаза. Увидела в дверном проеме нависшего над ней мужчину. Скорее, великана с перекошенным уродливым лицом, налитыми кровью глазами. Из распахнутого рта стекает струйка слюны, в поднятых огромных руках - тяжелое деревянное кресло. Не в силах пошевелиться, она с вялым любопытством наблюдала, как кресло начинает неторопливое движение вниз - точно ей на голову. Краем глаза уловила движение - Мишель, стоя на коленях у окна над телом Свити, повернул лицо в ее сторону. Слишком далеко. Анри, с ужасом глядя на эту картину, рванулся к ней. Но тоже... слишком далеко от нее. Слишком далеко. Слишком медленно. Не успеть... Она снова подняла глаза. Она видела все детали - отчетливо и резко. Вздувшиеся вены на напряженных руках, обломанные короткие ногти. Грязные рукава, редкие волоски на бледной коже. Побагровевшую шею в распахнутом вороте. Порванную гобеленовую обивку на кресле. Искусную резьбу на подлокотнике... Все ближе и ближе... Узор на дереве словно притягивал взгляд, не давал оторваться... Ники с досадой подумала, что будет очень глупо, если последним, что она увидит в этой жизни, будут грязные руки этого мужика. И что гораздо приятнее было бы перед смертью бросить взгляд на Анри. На Свити, которую они так долго искали и наконец нашли. На Мишеля. И что неплохо было бы его все-таки простить...