"Кроме меня с десятилетним сроком была здесь только еще одна — баба Настя, шестидесятипятилетняя старуха из подмосковного колхоза. Каким чудом ей выпал такой крупный билет в этой лотерее, сказать трудно. Даже камерная молва становилась в тупик, не зная, как сочетать зловещие слова о "троцкистской террористической организации" с мягкими чертами морщинистого лица бабы Насти, с ее горестными старушечьими глазами истовой богомолки.— А что, доченька, слышь-ка, ты тоже, стало быть, трахтистка?— Нет, баба Настя. Я самая обыкновенная женщина. Учительница. Мать своим детям. Всю эту небыль следователи и судьи выдумали. Они, наверно, вредители. Потерпим, баба Настя. Я думаю, разберутся...Баба Настя мелко кивает старушечьей головой, до самых бровей обвязанной платком.— Так-так... Вот и про меня, вишь ты, наговорили. И прописали: трахтистка. А ведь я — веришь, доченька, вот как перед истинным — к ему, к окаянному трактору, и не подходила вовсе. И чего выдумали — "трахтистка"... Да старух и не ставят на трактор-то..."http://lib.rus.ec/b/19052/read