*** Aquarell ***Было прекрасное сентябрьское утро. Старшая дочка проснулась рано и, как ни в чем не бывало, потащила меня на кухню с вполне обоснованным желанием посмотреть мультик и схомячить пару творожков «Агуша». Я развалила свой безразмерный живот на кухонном диванчике и пыталась заснуть под звучное « Лунтик, ты чего такой грустный? – Кузя, это потому, что мой необъятный живот скоро будет волочиться по полу и вынести я это не в силах…» Очнувшись от невероятного диалога героев мультика, я с трудом сообразила, что ничего такого мультяшный Лунтик Кузе не говорил, а это сказало мое уставшее от беременности сознание или полусознание. Я блаженно прикрыла один глаз, другой же быстро проверил ребенка, невинно уплетающего творожок и не подозревающего, что его мама уже на грани и до рождения сестрички остается совсем немного времени. Только я «почти заснула», как меня навестил кошмар: мне приснилось, что я съела пару диких, красивых мухоморов и желудок намеревался выразить свой искренний протест против такого меню. Через секунду я уже стояла над раковиной в ванной и исполняла пожелания желудка. К сожалению, это было не во сне. Потом эта прелесть повторилась снова. «Неужели опять эта кишечная гадость?», - возмутилась я. Только недавно ею переболели и я и дочка и повторение этого кошмара перед родами значило для меня апокалипсис всей вселенной. Итак, рвота была почти непрерывной. Был срочно вызван муж. Счастливый ребенок был увезен к бабушке, которая сутками без устали готова с ним играть, а обескураженная беременная мама отправилась с папой в роддом, в который планово должна была лечь только завтра. Кстати, все описанные выше события резко произошли после звонка врачу, который предположил стремительное открытие шейки матки, что и могло спровоцировать такую рвоту. Выглядело это примерно так. Пауза… У мамы в руках мобильник… Папа и старшая дочка играют в игру «Морская фигура замри»… Вердикт врача… Пауза… Мама стала электровеником, папа стал электровеником №2, старшая дочка стала смешариком на пике воодушевления…Поездка была идеальной, - на каждой кочке оставалось мое «ой-ой-ой-ой-ой» и проклятие мужа (разрешите без уточнений). Так мы доехали. В приемном покое 29го роддома мне выдали гламурный халат, вероятно, из последней коллекции какой-нибудь модной знаменитости. Муж тактично заметил, что наш пододеяльник имеет такую же расцветку как и этот халат и это будет напоминать мне о родном доме. Оформили меня быстро. Все было весьма замечательно, я с нескрываемым удовольствием заполнила все бумажки, которые мне подсунули, с особым вдохновением ставя галочку напротив буквы «ж» в графе «пол поступающего в роддом». Рвота к тому времени остановилась и я чувствовала себя превосходно. Но над каждым родблоком надо в законодательном порядке повесить табличку: «Забудь удовольствие, сюда входящий». Определили меня в предродовую за неимением мест в патологии: врач меня посмотрела и сказала, что пока полежим в патологии, интересно, говоря «полежим» она имела в виду меня с ребенком, или хотела сама поваляться вместе со мной и отдохнуть от трудовых будней?..Ну ладно, значится так: лежу я в предродовой и слушаю песню, идущую из родблока напротив. Содержание такое: «Дайте мне родить, дайте мне анестезию! Бо-о-о-о-о-о-о-о-ольно! Изверги, мне бо-о-о-о-о-о-ольно.» Вдруг потом на эту песню нахлестывается другая, вполне реальная песня со словами, вполне реальными: «Степь да степь кругом, путь далек лежит, в той степи глухой, замерзал ямщик» Оказалось, девочка где-то прочитала, что петь во время схваток очень полезно или еще там чего-то. Ладно, думаю, хоть песню выучу, а то никогда не слышала, какие слова там после этих первых строчек. Только первая певица мне все время мешала, потому что пела громче. В итоге получалось нечто подобное:И, набравшись сил, чуя смертный час«А-а-а-а-а-а!» Галина Степановна, я умираю!»Он товарищу отдавал наказ««Люди-и-и-и, убейте меня-я-я-я-я-я!»В общем и целом предродовая мне понравилась, по крайней мере, было весело. Даже врачи прыскали от смеха, когда песни девчонок накладывались друг на друга. Жалко, конечно, ту, которая «умирала», но такова наша женская доля, тут уж ничего не попишешь.Через час меня перевели в патологию, там было намного скучнее и я затосковала по родблоку, в который меня (небо услышало мою тоску) благополучно перевели через день с начавшимися схватками, отошедшей пробкой и раскрывавшейся шейкой. Вот лежу я в родблоке и думаю: я, вот, песню про ямщика уже выучила, может запеть? Недаром же у меня диплом вокалистки. Но потом передумала, я же академическая вокалистка, мне надо что-то из Риголетто спеть, арию Джильды, например, или, на крайний случай, арию герцога, ну, помните: сердце красавиц склонно к измене… Но потом я благополучно передумала, представив, как будет выглядеть это со стороны. Врачам акушерам гинекологам только и не хватало оперного пения в гуще родовых событий. А вдруг Риголетто кому-то не нравится?.. В итоге я решила так: будет очередная схватка, буду над ней, над болью, издеваться, мол: «и это все, на что ты способна? А я-то думала!.. и т.д. Почему-то моему, беременному в последней стадии мозгу, показалось, что так будет проще переживать эту боль. Но природа издевательств не терпит, вскоре мне стало так больно, что весь юмор и позитивное настроение на роды успешно было сожрано тупой изнуряющей болью, во время которой ни шутить ни думать о чем-то было невозможно. Все стало туманным и беспросветным. Так продолжалось до того момента, пока не выглянула на свет Божий моя Нина. Когда я ее увидела, я поняла, что она мне ехидно подмигнула одним глазом, вроде как сказала: «Ну что, мамуля, бал продолжается! Давай не подведи, твой ход, я уже сделала ход королем, теперь твоя очередь!» Боль ушла, задор вернулся, мне хотелось затянуть Риголетто во всю мощь своего драматическаго сопрано!