секретарь Совета Безопасности РФ в 1996—1998 годах, вспоминал следующее о предвоенном Грозном:А в Чечне творился произвол. Грозный, город по преимуществу русский, переживал тяжелейшие времена. Русские, татары, армяне, евреи совершали исход во многом под жестким нажимом этого произвола. Теряли все, квартиры, состояние, имущество, машины. Из этого самого крупного города Северного Кавказа ушло, о сотнях тысячах надо говорить. По крайней мере, в адрес Бориса Николаевича Ельцина, меня, как председателя ГД поступило письмо, подписанное 40 тысячами человек, где конкретно перечислялось то, что творится в Чеченской республике. Читать это было тяжело. Мои помощники сами выходцы оттуда, с Терека, Николай Савченко, Леонид Майоров, станица Курская, станица Георгиевская. Привезли это письмо, по сути со слезами на глазах. Письмо это было частично только опубликовано в «Российской газете» тогдаопять процитирую про 90-е года Чечнягородах разразилась почти всеобщая безработица, мужчины ходили с автоматами, закон исчез, бесчинствовали местные вооруженные отряды, свирепствовали их междоусобицы, воцарились страх, грабежи, убийства, похищение в рабство и работорговля в открытую, прямо на улицах Грозного, отрезание голов, питье стаканами крови, публичные казни. Ещё с 1990 г. целые аулы ходили грабить проходящие поезда, теперь движение по железной дороге вообще прекратилось. Нарастали разбойные набеги на Ставрополье, похищение его жителей в рабство и в заложники, захваты автобусов с пассажирами и вертолетов, а завершилось военным вторжением в Дагестан и террористическими взрывами в российских городах. Около 30 тысяч русского населения Чечни было вырезано, более 200 тысяч, бросив квартиры и имущество, бежали