Анна прислушалась - Томас и Оливия осторожно расспрашивали Свити о том, что с нею случилось по дороге и в доме несостоявшегося мужа. Свити, уставившись ничего не выражающим взглядом на свои ладони, покорно отвечала на вопросы. Медленно, подробно, ничего не скрывая. Когда она говорила о том, как Дэймон напал на нее и ударил по лицу, раздался горестный вопль. Мишель, оскаленный, с искаженным яростью бледным лицом, уронил на пол согнутую вдвое вилку, отшвырнул ни в чем не повинный стул и вылетел в соседнюю комнату. Оттуда послышались звон и грохот. И снова. И еще... Анна только вздрогнула, моргнула, но не проронила ни слова. Через минуту мужчина вернулся и молча упал в свое кресло. Свити, вжавшая в голову в плечи, тихонько спросила у Оливии:- Что с Мишелем? Отчего он так себя ведет?Та длинно вздохнула, поколебалась и произнесла:- Он страдает, Свити. Ему очень плохо.- Почему?- Он... он очень любит тебя. Он видит, что с тобой не все в порядке и переживает. Он злится оттого, что кто-то посмел причинить тебе боль. Ты понимаешь, что он тебя любит?Свити не ответила. Погладила браслет, тронула розовые рубцы под ним и надолго задумалась. Посмотрела на своих подруг. На мужчин. Она помнила все - как они веселились летом здесь, в замке. Как она встретила Мишеля. Как они повздорили с Ники. Из-за него, этого мужчины, который только что крушил мебель за стеной. Оливия сказал - он любит ее, Свити. Ожог под браслетом. Она... она сделала это сама. Почему? Потому что... кажется, тоже любила его. Да, все верно. Только Свити никак не могла это почувствовать. Словно весь мир был отделен от нее какой-то пеленой, призрачной завесой. Все, что было в прошлом, что происходило сейчас - будто случилось с кем-то другим, не с нею. Будто она смотрела на себя со стороны. Чужими глазами. Пелена была вполне ощутимой, реальной - казалось, ее можно было потрогать руками. Потрогать... и, наверное, взять за край и отвести, отбросить в сторону. Только для этого нужно было найти силы, набраться храбрости - порою завеса казалась угрожающей и страшной, словно плыла по воздуху, приближаясь, прикасалась неслышно, будто могла ее задушить... И мужские лица, проступающие сквозь нее, принимали отчетливые очертания Дэймона, Джимми. Ухмылялись, грозили, глядели укоризненно, или бесстрастно, или гневно...- Джимми!Свити вскочила со стула, потрясла головой, надеялась, что это ей просто послышалось.- Джимми!Девушка помертвела. Зажмурилась. Судорожно сглотнув, облизала сухие губыСнова тот же беспощадный голос:- Джимми! Иди сюда, скорей!В ушах зазвенело. Свити, не открывая глаз, сделала шаг назад, другой, третий, пока не уперлась спиною в стену. Горло сдавил спазм, она придавленно всхлипнула, не в силах сделать ни глотка воздуха. Кошмар вернулся. Они все обманули ее - сказали, что Джимми мертв. А он вовсе не умер. Он отыскал ее. И пришел сюда, за ней...