Двадцать первое декабря- Расскажи мне, Мария.- Что рассказать?- Все. Как ты жила... без меня. Как приехала сюда.- Ох, Том... ты думаешь, можно рассказать в двух словах? Боюсь, у меня не получится.- Расскажи.- Это все было очень... странно. Анна прислала письмо. Звала меня в гости. Так настойчиво, что это казалось непонятным и подозрительным. Сначала я вежливо отказалась - если честно, не хотелось никого ни видеть, ни слышать... А тем более ехать туда, где... где...- Воспоминания, Мария.- Да. Воспоминания о том, как я была счастлива - с тобой. Целый день. Один прекрасный день.- А что было потом?Мария рассеянно наблюдала за ярким солнечным лучом, осветившим туалетный столик, зеркало, вспыхнувшим на каких-то флаконах и вазочках. Провела рукой по волосам:- Потом... потом Анна прислала совсем уж странное письмо. Она призналась, что ты находишься у нее, и она пишет мне втайне от тебя; что тебе очень нужна помощь, и что она не вполне уверена, но ей кажется, что я для тебя очень, очень много значу; и, если я не хочу упустить единственный шанс на счастье, то мне определенно стоит приехать. И поверить тебе. И тревожные намеки - что с тобой не все ладно, и нужно спешить, очень, очень спешить, пока не поздно... Это было такое путаное, такое удивительное письмо; совершенно нелогичное, обрывистое и очень ... чудное. Настолько чудное, что...- Что ты решила все-таки поехать и убедиться своими глазами.- Нет, Том. Тогда у меня еще не было достаточно сил, чтобы... чтобы...- А что же тогда?