Вернее, попытался ударить - его кулак не достиг цели, Келвин перехватил его руки.- Пусти! Бей уже или отпусти меня, слышишь?!Он сопротивлялся, рычал, дергался, впившись побелевшими от ярости глазами в лицо того, кого называл другом, пытался освободиться, но могучие руки Келвина не позволили ему этого сделать. Тот обхватил Томаса мертвой хваткой, вдавил в свою грудь. Томас  вырывался, но вскоре затрясся и притих, бессильно уронив голову ему на плечо. Келвин, не разжимая объятий, пробасил вполголоса:- Ну-ну, Том, не стоит. Неужели ты думал, что мы поверим? Думал, что нам будет легче проститься с тобой вот так - обидевшись, разочаровавшись, поминая тебя недобрым словом?Повторил:- Ты думал, что мы поверим... всему, что ты тут наплел?Томас молчал; его тело била дрожь. Келвин продолжал говорить - негромко, успокаивающе:- Ты такой дурак, Том. А я-то всегда считал тебя умным. Ну вот что ты наделал - наговорил всем гадостей, как маленький. Девушку обидел почем зря... А ведь она вправду тебя любит, Том. Приехала ночью - усталая, замерзшая, и сразу кинулась искать тебя...Анна тихо произнесла:- Тебе так страшно, Томас?Тот, не переставая дрожать, кивнул. Постепенно успокаиваясь, поднял голову и хрипло прошептал:	- Все, Келвин. Пусти, прошу тебя.