С Ксенией я познакомилась два года назад в живом журнале. У нас была общая тема: мы обе - приемные мамы. Только у меня один ребенок «рожденный сердцем», а у Ксении их семь. Это не считая кровных пятерых детей. Два года общения. Два года, когда Ксения делилась успехами ребят, сетовала на проблемы, делилась опытом их решения. Даня, Маша, Кирюша, Настя, Вика… О каждом было что написать. Я читала о том, как дети впервые появились в доме с типичным наследием детского дома – истощенные, больные, асоциализированные, отстающие на несколько лет в развитии от сверстников. О проблемах воровства, обманов и потребительского отношения к окружающим. И всего год спустя – словно о совершенно других детях. На фотографиях я видела счастливую ухоженную детвору: красавицу-отличницу Машеньку, Кирилла и Артемку, которые начали осваивать аккордеон, читала о ласковой и заботливой Викусе, и о Ярославе, которому тяжело давались его первые крючки и закорючки… И за все эти два года Ксения ни разу не упомянула, на фоне всех этих радостей и огорчений у нее уже много лет идет непрекращающаяся борьба за здоровье старшей дочки Кати – одной из пятерых своерожденных детей. У девочки в детстве был обнаружен сколиоз, который с годами, невзирая на лечение, лишь прогрессировал. Сейчас Кате 24 года. Девчоночью фигурку уродует горб, а искривленный позвоночник сдавливает внутренние органы, из-за которых каждый вздох сопряжен с постоянной болью, кроме того, подавляются функции желудка и печени. Без оперативного вмешательства прогнозы неблагоприятные – с годами тело будет деформироваться все больше и больше, объем грудной клетки уменьшаться, ограничивая функции внутренних органов, отнимая десятки лет непрожитой жизни.И если 8 лет назад помочь девочке было еще невозможно – медицина постсоветской Украины просто не имела таких ресурсов, то сейчас, хоть и с некоторыми рисками (все-таки взрослая уже девушка, и позвоночник не такой гибкий, как раньше), операция стала возможна. Эта операция сродни той, что полгода назад делали Тупикиной Ане из топика «Помогите жить» - в позвоночник вставляются металлические имплантанты, которые выравнивают спину, дают больному разогнуться и нормально и безболезненно дышать. Если сколиоз не осложнен другими, более сложными заболеваниями – после операции есть надежда зажить нормальной жизнью. К счастью, Катин сколиоз не осложнен той страшной и неизлечимой болезнью, которая есть у Ани, поэтому девочка не нуждается в особом уходе, который ей могли бы обеспечить лишь в Финляндии или, по крайней мере, в Уфе. И поэтому стоимость ее лечения не 100, не 50, а всего 10 тысяч долларов. 4 тысячи – сама операция, остальное – постоперационнй уход и восстановление. Вроде небольшая сумма, если ты живешь в Москве, но для маленького городка под Донецком, где средняя зарплата – не более 300 долларов – просто неподъемная. Ксения не просила помощи. Она надеялась, что ее семье с двенадцатью детьми дадут хоть какой-то кредит. Она думала продать машину, которая в таком большом семействе – жизненно необходимый предмет. Но главное: что бы они ни сделали – денег на операцию им все равно не хватит. И тогда Оксана создала подзамочный пост в живом журнале, в котором просила помолиться за свою исстрадавшуюся дочь. А на мое предложение обратиться сюда, растерялась: как же так, ведь тогда мы отнимем деньги у других детей… Но разве Катя – хуже других? И разве не заслуживает спасения девочка, чья мама сама уже спасла семь жизней, и возможно, счет этим жизням еще не окончен (какое-то время назад Ксения писала, что в настоящее время у нее идет борьба с опекой еще за одного проблемного ребенка с кучей диагнозов, закрывающих ему дорогу в семью)? Очень прошу, кто может – помогите дочке Ксении стать нормальной здоровой девочкой!