Вот такую самую вероятную историю слышала от подруги и сама, можно сказать, краешком в ней поучаствовала.  Началась она лет цать назад на просторах то ли России, то ли Украины - не важно. В некоем очень нецентральном городке, где, однако, был филиал какого-то ВУЗа более крупного городка, жила-была, скажем, Маня. Училась она то ли на бухгалтера, то ли на воспитателя дет.сада  в этом самом филиале, где, окромя всех, не стремившихся в центральные alma-mater-ы, обучались студенты из далеких и нищих стран, которым тогда еще могучий СССР активно помогал. Долго ли, коротко, но вышла Маня замуж за, скажем, Хосе, родом, как из имени видно, из страны испаноговорящей, но совсем не из Испании. Был он немного старше Мани годами и курсом, обучение закончил раньше и решил, что усе, хватит ему зим, слякоти и холодов, пора на родину поближе  к солнцу и фруктам. Не знаю, бодалась ли Маня за свое обучение или думала, что за мужем будет как за каменной стеной, но оказалась она в одной из стран знойной ЛатАмерики без специальности, без языка, зато с маленьким ребенком на руках. До кучи оказалась она далеко не в столице, а в пригороде небольшого городка, от столицы где-то в сутках пути  по горным серпантинам, ежели на автобусе. В общем, почти за каменной стеной, да не за той. Семья мужа ей почему-то совсем не обрадовалась. Муж по прибытии на родину вдруг забыл про любовь-морковь, денег давать ей и не начинал, домой стал приходить все позже и позже, а погодя стал Маню поколачивать, припоминая что у этих странных русских "бьет значит любит". Хотела было Маня уйти, может и в Росию - Украину вернуться, но мы ж помним, что большие самолеты, что пересекают окиян, садятся только в больших аэропортах, в столицах строеных. А как до той столицы добраться, ежели денег нет даже на маршрутку до местного автовокзала? В общем, все как и положено в завязке мыльной оперы. Вторая часть будет чуток оптимистичнее. Маленький городок чем хорош? Там все про всех все знают. Случилось так, что в том же городке, только в другом пригороде проживала Манина соотечественница. Судьба ее была поначалу сходн с Маниной, однако была она из тех, кто ласт не склеивает, и к моменту этой истории назовем ее Таня, пройдя стандартный набор мытарств, язык выучила,  работала на весьма неплохой работе, с мужем отношения поддерживала нейтрально-положительные, уже, правда, подумывая о разводе, а по поводу мужниной семьи не заморачивалась вовсе.  Дошла до нее Манина история и решила она страдалице помочь. Я примерно в это время с Таней позакомилась и вторую часть сериала выслушивала от нее лично. Узнала она Манин адрес, приехала к ней, говорит, мол, собирайся, милая. Буду я тебе доброй феей, в одночасье дворца не обещаю, но, коли пожелаешь, жизнь тебе наладить помогу. Ага, бывают еще такие феи в этом мире. И забрала Маню с ребенком к себе. Для начала Таня прошлась по своим знакомым и знакомым знакомых и сорганизовала Мане какую-то нехитрую и непыльную работу, языка сильно не требовавшую, вроде office lady – чай – кофе сорганизовать, печенюшки в вазочку подложить, в переговорной тряпочкой промахнуть после того, как народ напереговаривается. Не слишком почетно, но ведь не уборщицей же на автовокзале? Хотя, когда прижмет, то и туда, наверное, пойдешь, чтоб себе копейку или песету заработать и квартирку снять в пригороде, прямо противоположном тому, где муженек обрыдлый проживает. Таня тем временем продолжала колдовать и (вот, чудо) договорилась в местном колледже, что Маню возьмут на курсы языка без оплаты. Как раньше говорили, вольным слушателем – только ходи да учись. Ах, да, у Мани же еще ребенок маленький был. А у Тани была служанка, и за небольшую денежку, Таней уплаченную, та служанка стала за дитем приглядывать, пока Маня на работу и учебу отлучалась. Тут мы и закончим эту вполне радужную серию. Дальше сценарий мог бы развиваться только по оптимистической восходящей. Маня бы работала, сняла бы жилье,  выучила язык, доучилась  и нашла работу по специальности, обрела бы независимость и уже там бы решала, оставаться в бананово-ананасном  пригороде или возвращаться в свой нецентральный городок, али, может, где по дороге в большом городе зацепиться. Так, по крайне мере, мечталось Тане. Но Маня была то ли ленива, то ли не слишком умна, то ли еще чего, только с чего то она решила, что то, как с ней случилось, и не чудо вовсе, да и вообще фея, конечно, неплохо поработала, но могла бы и получше и побольше наколдовать. На работу-то вставать надо, да на автобусе ехать. С понедельника по пятницу. И там таки работать, да еще и милой быть, как в этой стране заведено. В колледже курсы хоть и бесплатные, да ведь учить-то надо самой. За деткой служанка присматривает? Да ведь она ж muchacha del campo, деревенщина по нашему, разве ж она ее городскую детку образует? Да и еда, что на стол подавалась, стала казаться простой и пресной – хотелось чем-то полакомиться. И стала Маня на работу опаздывать, учебу пропускать, ребенка и того забросила – ежели что, служанка попу ему подтирала. Тут Таня загрустила, потому как, с одной стороны, стала понимать, что погорячилась, а, с другой, Маня со своей ленью и отсутствием комплексов, стала ее тяготить. Муж Танин изначально от этой затеи был далеко не в восторге, что не добавляло радости в Танину семейную жизнь. Я, признаюсь, тоже ее в этом колдовстве не поддерживала и занимала позицию, что помогать надо тому, кто сам себе помогает. И, коли дева сама себе помочь не желает да еще и на шею норовит усесться, то везла бы ты ее, Танюша, туда, откель взяла. Но мне-то хорошо было рассуждать, т.к. отношения мои с мужем были в ту пору замечательные, свекры меня привечали, гишпанский я загодя до переезда  выучила в достаточном для первоначальной жизни объеме, а на дне чемодана лежал все еще действительный билет до Шереметьево. Таня же была девушкой с повышенным чувством ответственности и следовала принципу «ты в ответе за тех, кого приручил», мол, раз уж взялась опекать, то доводи начатое до конца. И решила она предпринять еще одну попытку спасения утопающей. Позвонила в российское посольство, объяснила ситуацию и поинтересовалась, нельзя ли оказавшуюся в беде россиянку с дитем отправить обратно на родину. Мы все страшилки про российские посольства слыхали. Но Таня, видать, была сильна в колдовстве. Бюджет у консульства на такие мероприятия был, может очень небольшой, но был. Консул, человек не совсем загрубевший на димпломатической работе, подумав, сказал, что целиком билет посольство, разумеется, оплатить не сможет, но, скажем треть или чуть больше – сумма для них подъемная. Обрадованная Таня составила такой план дальнейшего колдовства по спасению Мани: треть денег даст посольство, треть можно насобирать пожертвованиями – это было вполне в обычаях той стороны, ну а треть надо Мане таки заработать. И все это Мане вечерком, придя с работы, изложила. Первый пункт нашу Золушку устроил полностью – дело было уже сделано, деньги посольством обещаны и напрягаться не требовалось. Второй вызвал некое неприятное подозрение, что пожертвования сами с неба не сваляться и надо будет попотеть, чтоб народ разжалобить и денежку в копилку насобирать. С третьим пунктом было совсем тяжело, потому как работать Мане хотелось все меньше и меньше. В общем, как бы старательно фея-Таня не колдовала, ленивая Золушка-Маня все ее кареты превращала в тыквы прям влет, даже не съездив на бал и не дождавшись полуночи. Так бы, может, эта история и тянулась, да только бес попутал Маню съесть за дневным кофием бутерброд со швейцарским сыром. На работу в тот день она решила совсем не ездить, сидела в Таниной гостинной - смотрела телевизор. И в какой-то момент решила, что чашечка кофе с бутербродиком великолепно дополнят эту идиллию. Вы спросите, причем тут швейцарский сыр? А вот причем. Сыр в той стране был почему-то дорог и не слишком доступен, а уж настоящий  швейцарский сыр шел за весьма дорогое лакомство. Танин муж накануне, решив побаловать жену и дочь, не поленился съездить в единственный в том городишке магазин, торговавший всякими экзотическими продуктами и купить к субботнему завтраку кусочек настоящего дырчатого сыра. А теперь этот сыр исчез. Полностью. Потому что был очень вкусным и, съев один бутербродик, Маня съела другой, а потом решив, что чего уж там этому кусочку сохнуть в холодильнике, доела и его. Тут и сказочке конец. Танин муж в пятницу вечером не обнаружив заветной упаковочки в холодильнике и допросив служанку, самолично покидал Манины пожитки в чемодан и отвез Маню туда, откуда его жена-фея забрала ее  месяц или чуток больше назад. Мы сидели в Таниной гостинной и поглощали кофе с восхитительными лепешками – арепами с сыром, которые нам подавала с пылу-жару служанка. Таня с облегчением взыхала, что история эта для нее завершилась и божилась, что никогда больше не будет колдовать, не испросив, хочет ли «золушка» поехать на бал.