Наутро Анна еле смогла разлепить веки. Голова раскалывалась, во рту стоял отвратительный привкус, тело казалось тяжелым и неповоротливым. Комнату заливал непривычно яркий, праздничный свет. Анна поморгала, с трудом подняла руку, бессильно уронила на лоб.Утро. Или уже день? Который час? Полдень?! Боже... Она ужасная хозяйка. Бросила гостей одних, а сама разлеглась, как... Анна не смогла придумать, как кто - мысли отказывались подчиняться. Попыталась сесть - и с жалобным стоном рухнула обратно в подушки. Нет. Она никуда сегодня не пойдет. Она проведет этот день в постели. Интересно, похмелье - это уважительная причина, чтобы не показываться гостям? Надо подумать. Другой интересный вопрос - как она вчера дошла до спальни? Точно. Томас. Томас отвел ее.  Сначала напоил, потом отвел. Подвигала руками, ногами... Она раздета до белья. А кто освободил ее от одежды? Томас, конечно, наглец, но навряд ли он осмелился... Анна подползла к краю кровати и свесила голову. Так. Туфли аккуратно стоят на ковре. А вот платье... Несчастное платье было вывернуто наизнанку и перекручено так, словно пыталось задушить само себя. Несколько пуговиц валялось вокруг. И чулок. Сиротливо ютился на полу рядом с платьем. Анна крепко задумалась – а где же второй? Еще раз пошевелилась и с удивлением обнаружила второй чулок на ноге. Потянулась было снять, но заленилась и оставила так. Перекатилась обратно на подушку и недовольно поморщилась - что-то мешало лечь поудобнее, впивалось в затылок. Подняла руку, нашарила помеху и поднесла к глазам.Письма.Письма... Монро.Анна рывком села и схватилась за голову, вспомнив события вчерашнего вечера.Монро приехал. И он ни в чем не виноват. Ни в чем. Боже, если бы не Томас... она так никогда бы и не узнала. А если бы узнала - когда-нибудь потом - наверное, было бы уже слишком поздно... А сейчас? Сейчас еще не поздно? Анна снова легла, бездумно отвернулась к окну, положив письма на грудь. Хочет ли она их прочесть? Сейчас, когда знает правду? Нерешительно тронула бумагу, развернула...