Опасения Ники не оправдались. Море было совсем спокойным - гладким, как шелковая простыня. Никакой качки, легкий свежий ветер, чайки, высокое голубое небо... В самом деле, чудесная поездка. Шхуна оказалась великолепной - небольшой, изящной и легкой. И развивала приличную скорость. Мишель и Анри, извинившись, покинули девушек, заявив, что на корабле две пары рук никогда не будут лишними. Ники с удовольствием вдыхала соленый воздух, жмурилась на солнце, любовалась белоснежными облаками и с любопытством обошла весь корабль. Она трогала шершавые пеньковые канаты, свернутые в тугие кольца;  затаив дыхание, прислушивалась к скрипу снастей и хлопанью парусов над головой. С трудом удержалась от желания громко позвонить в начищенный медный колокол и едва не свалилась за борт, пытаясь разглядеть - есть ли под бушпритом резная фигура. Все было непривычным, новым и очень интересным, и прогулка действительно начиналась просто чудесно...Ники радостно вздохнула, почувствовав на талии обнимающие ее теплые руки. Не оборачиваясь, попыталась  прислониться к знакомому плечу, и не вышло - мешала широкополая шляпа, защищающая ее лицо от палящих лучей. Девушка засмеялась, сняла шляпу и отшвырнула прочь. С наслаждением помотала головой, позволяя ветру свободно играть с выбившимися из прически локонами. Низкий голос негромко промурлыкал ей в самое ухо:- Надень шляпу. Твое нежное личико может обгореть на солнце.Ники развернулась в удерживающих ее объятиях и с улыбкой взглянула в любимые синие глаза:- Ничего. Я не боюсь. Удовольствие поцеловаться с тобой того стоит. Анри засмеялся в ответ и потянул ее под тень паруса.- Так лучше?- Лучше. С тобой везде лучше.- А так? - Анри легко прикоснулся теплыми сухими губами к ее виску. Ники негромко застонала и откинула голову, почувствовав, как настойчивые поцелуи спускаются по ее щеке к подбородку, неторопливо исследуют шею, добираются до кружевной каймы на низком вырезе... И снова поднимаются вверх. Жадно поймала их губами и ощутила привычную слабость в коленях. С трудом выдохнула:- Так гораздо, гораздо лучше. Вкрадчиво провела пальцами по смуглым щекам:- Скажи... здесь же есть... каюта или еще что-нибудь?Анри с сожалением вздохнул:- Каюты есть, но они слишком маленькие и неудобные. И недостаточно хороши для тебя. Подожди немного. Совсем скоро мы будем на месте.Ники тоже сделала глубокий вдох.- Хорошо. Постараюсь не вспыхнуть за это время.Мужчина ухмыльнулся:- Уверен, не сгоришь. Я не дам тебе этого сделать, не переживай.- А в какой стороне этот ваш остров? - Его уже можно разглядеть. Видишь, вон там? - Анри указал ей рукой куда-то на горизонт. Ники прищурилась:- Нет, ничего не вижу.- Ну же, смотри внимательнее. Вон то пятнышко...- Эта крошечная точка? Это и есть остров?! Я думала, он большой!- Он не очень большой. Зато красивый. Скоро мы прибудем туда и ты убедишься своими глазами. Совсем скоро. И я позабочусь о том, чтобы ты не воспламенилась. Я усмирю твой огонь... - Анри крепко обнял Ники, прижимаясь к ней сзади и недвусмысленно выдавая свое желание, и снова принялся медленно целовать высокую шею. Ники, не дыша, вбирала в себя ощущение прикасающихся к ней уверенных пальцев, вырисовывающих круги на ее груди, стягивающих кружево все ниже и ниже…Неподалеку послышался звонкий смех:- Эй, господа! Простите, мы, часом, вам не мешаем?Ники хрипло пробормотала, не открывая глаз:- Вовсе нет. Можете выйти, если вас это смущает.- Спасибо за предложение. Выйти куда - за борт?Свити, уютно устроившаяся в объятиях Мишеля на раскинутом на палубе пледе, ехидно скалилась, глядя на подругу. Сброшенные туфельки валялись рядом. Нежно-голубое шелковое платье прекрасно оттеняло ее глаза и русые волосы, уложенные в небрежную прическу, а рубашка Мишеля на его фоне казалась совсем белоснежной. Ники снова мимоходом удивилась. Если они со Свити, даже выбрав самые простые и легкие из своих платьев, в перчатках, шляпах и с кружевными зонтиками - казались одетыми для приема, то братья в их свободных светлых рубахах и таких же полотняных, чуть ли не рыбацких штанах - казались очень уместными, очень подходящими ко всей этой картине - голубое небо, темно-синяя вода за бортом, белые облака, белые чайки и белые паруса над головой. Белые рубахи, белозубые сдержанные улыбки, загорелая кожа. И глаза - голубые, как небо, и синие, как море... Мишель усмехнулся, не сводя глаз с Ники, и медленно провел губами по груди Свити. Прикусил пуговичку, крепко стиснул выглянувшую из-под платья ножку в тонком чулке. Ники почувствовала, как ее платье медленно, но верно спускается по плечам, позволяя теплому ветру ласкать обнаженную кожу. И, не отрываясь, продолжала наблюдать, как Свити, повернувшись в объятиях Мишеля, проводит руками по смуглой коже; наклоняется над ним все ниже и ниже, задирает тонкую рубаху и осторожно целует многочисленные шрамы на груди и животе мужчины, повторяя языком очертания прихотливого узора. Внезапно девушка подняла голову, откинула русые волосы и негромко позвала: «Ники! Ники!»Ники забормотала:- Что, что? Ты хочешь, чтобы мы...Свити рассмеялась и кивнула...