ЭпилогПраздничный звон колоколов торжествующе плыл над площадью, над разодетой толпой,  стройными шпилями церкви и таял в чистом высоком небе. Белые голуби переполошенно  снялись с черепичной крыши, полетели вслед за волшебными звуками - но так и не смогли угнаться. Свежий апрельский ветер раздувал пышные платья и вуали, рвал лепестки с нежных бутонов, крал широкие шляпы, уносил восторженные вскрики и смех......Лили не чувствовала под собой ног. Ее бросало в жар, в озноб, она боялась упасть в обморок, споткнуться, наступить на подол, выронить кольцо или букет... Чудесное подвенечное платье - шелковое, нежного сливочного оттенка, с искусно расшитым жемчугом лифом и длинным шлейфом - внезапно показалось жестким и неудобным; корсет - затянутым слишком туго, а воздушная фата будто липла к лицу и только мешала. Непоколебимая, казалось, уверенность в своем предстоящем семейном счастье вместе с Келвином предательски оставила ее в самый решающий момент. Светлый небосклон будущего Лили омрачило тягостное предчувствие, что она не справится, что она обязательно совершит что-нибудь ужасное, что непременно окажется плохой приметой для ее замужества. В глазах потемнело, она тяжело повисла на руке отца. Словно издалека, донесся родной голос:- Лили, Лили, дочка...С усилием открыла глаза.- Лили, ты в порядке?Прошептала пересохшими губами:- Нет. Папа, мне плохо... И страшно...- Чего ты боишься, милая моя?- Я боюсь... Я боюсь, что все пойдет не так. Что я что-нибудь напутаю или испорчу. Или Келвин испортит. Он может. Что это станет роковым для нас. И наша жизнь не сложится так, как я хочу. Как мы оба того хотим.Отец совершенно простецки почесал тщательно причесанную голову, крякнул. Осмотрелся по сторонам, нашел взглядом какую-то дверь и потащил Лили туда. Втолкнул внутрь - это оказалась небольшая каморка. Полка с потрепанными книгами, стол, деревянная лавка. Усадил Лили, осторожно подобрав шлейф; сам сел напротив, крепко стиснул ее ладони.- Лили, посмотри на меня.Лили подняла на отца налитые слезами глаза.- Лили, ты веришь мне? Ты поверишь всему, что я скажу?Девушка удивилась неожиданному вопросу.- Конечно, папа. Мне и в голову не могло прийти, что ты способен солгать.- Тогда слушай. Не знаю, рассказывала тебе мать или нет... Одним словом, во время нашего венчания я наступил ей на ногу. Сильно. И порвал подвенечное платье.- Не может быть...- Я так волновался, что нечаянно толкнул священника. Он упал. Мне повезло, что у него оказалось хорошее чувство юмора. И он обратил это в шутку.Лили слушала, открыв рот.- А еще я уронил обручальное кольцо.Лили в ужасе ахнула.- Два раза. Я думал, что провалюсь под землю со стыда. Что невеста тут же сбежит из-под венца от такого недотепы, как я. Что все гости будут смеяться над нами и показывать пальцем. Что наша свадьба войдет в историю, как самая дурацкая и нелепая свадьба на свете.Девушка, замирая, шепотом спросила:- И... что?Отец рассмеялся:- Сама видишь. Мы все-таки обвенчались и много лет счастливы друг с другом. У нас прекрасная семья и замечательные дети. Сегодня я веду под венец младшую дочь. Я до сих пор нежно люблю свою жену. Никакие приметы и конфузы не смогли помешать нашей любви и желанию быть вместе. И ты ничего не бойся. Ваше будущее счастье - в ваших руках.- А как же вы справились с... этим всем, на свадьбе?- Это все твоя мама. Она помогла мне побороть ужас, смятение и стыд. Представь, сколько сил и мужества потребовалось ей, юной хрупкой девушке, чтобы преодолеть свой собственный страх в такой день. Да еще поддержать меня, трясущегося от волнения. Приободрить. Утешить. И твердо ответить "Согласна!" Громко, чтобы все слышали.Лили слушала, затаив дыхание, и словно наяву видела молодую красивую пару. Тонкая девушка под белой вуалью уверенно шагает по проходу церкви, опершись на руку отца. Взволнованный юноша - рослый, широкоплечий, так не похожий на ее невозмутимого отца - ожидает свою невесту у алтаря, нервно сжимает пальцы, переступает с ноги на ногу. Подается ей навстречу, на лице - ожидание, страх и... любовь.- Папа, а каким ты был в молодости?Отец ухмыльнулся.- Не поверишь, дочка, я был копия твоего Келвина. - Не может быть!- Правда. И если мы действительно похожи, то ему сейчас очень, очень страшно. Еще хуже, чем тебе. Так что, думаю, тебе стоит взять пример со своей матери. И поспешить на помощь будущему мужу. Отцу твоих будущих детей и моих внуков. Ты вся в маму, Лили - отважная, храбрая и сильная. Ничего не бойся. Пойдем. Нас, наверное, уже потеряли, - встал, протянул дочери ладонь. В дверях Лили неожиданно остановилась.- Папа...- Что, дочка?Тонкие руки в белых перчатках обвились вокруг крепкой мужской шеи.- Спасибо, папа. Я так тебя люблю...***Гости, сидящие на длинных скамьях церкви, шушукались и переговаривались вполголоса. Невеста задерживалась. Хлопнула дверь, и все головы повернулись ко входу - но нет, это была не Лили. Красивая золотоволосая молодая женщина в нарядном платье начала пробираться по рядам, шепотом извиняясь на каждом шагу. Вытянула шею и завертела головой, озираясь. Вспыхнула счастливой улыбкой, углядев Анну, помахала ей рукой. Подмигнувший ей жизнерадостный старик (дядя Ники, припомнила она), тучная дама сурового вида, родители Свити... Люди, люди, люди. Наступив кому-то на ногу, виновато бормоча, в  сотый раз извинившись, неловко упала на свободное место возле Монро. Тот сидел на скамье рядом с Анной, дальше - отвернувшийся к Томасу незнакомый мужчина - видно было только крепкую шею, густые русые волосы и плечо, туго обтянутое нарядным камзолом. Томас внимательно слушал его, согласно кивая; приветственно улыбнулся девушке. Мария, державшая его за руку, просияла при виде новой гостьи. Та радостным шепотом торопливо здоровалась со всеми.- Вероника! - Анна перегнулась к ней через Монро, обняла и расцеловала в щеки. - Я уж думала, ты не приедешь. Так расстроилась. Очень хотела с тобой повидаться. До последнего не верила, что ты пропустишь эту свадьбу.- Ну что ты, как я могла! Ты же меня знаешь - я никуда не могу доехать без приключений. Представляешь - карета сломалась на полпути. Картина - лес, до ближайшего жилья миль двадцать, вокруг ни души, только этот кучер - полный болван. Хоть кричи. - Как же ты выбиралась?- О, это целая история. Ты сейчас помрешь от смеха...На них гневно зашикали сзади.- Ладно, я расскажу тебе потом. Ффух... главное, успела. - Девушка крошечным кружевным платком осторожно промокнула щеки; помахала на себя - Так торопилась. Устала ужасно. Я даже толком никого не успела рассмотреть.- Потом поздороваешься. Все приехали, все. Здорово. Что-то Лили долго нет, я уже начинаю волноваться. Смотри, Келвин так нервничает, бедняга. Надеюсь, ничего не случилось. Ты видела Ники? А Свити? Слышала, что с нею стряслось? Я так переживала. Совершенно дикая история, просто сюжет для романа...Вероника слушала невнимательно, продолжала вертеть головой по сторонам.- ... В конце концов Дэймона нашли и взяли под стражу. Сейчас он в Лондоне, ждет суда. Вероника, ты меня слушаешь? Эй, ты со мной, ты здесь? Кого ты все высматриваешь?Вероника выдохнула виновато и прошептала, покраснев:- Прости. Анна, скажи... А где мой мальчик, мой малыш Диггори? Он не приехал на свадьбу? Я знаю, что последние месяцы он провел у Келвина, неужели тот его не пригласил? Вон те дерзкие юнцы на задних скамьях - явно из его свиты, но малыша я что-то не... Монро над ухом Вероники совершенно неприлично заржал в голос. Протянул руку и кулаком пхнул в плечо мужчину, разговаривавшего с Томасом. Тот сердито обернулся, и Вероника обомлела...Русые волосы. Яркие зеленые глаза. Твердо очерченные скулы, прямой нос, квадратный подбородок. Диггори. Тот же Диггори. Только исчезли юношеская припухлость щек и нежность кожи. Пропали неуверенность и щенячий восторг во взгляде. Плечи развернулись и стали шире. Шея окрепла. На щеке розовеет заживший шрам. Спокойствие и достоинство в глазах. Боже, Диггори, малы... Нет, уже не малыш. Вероника смотрела во все глаза и не могла поверить, не могла признать в красивом, сильном молодом человеке робкого юношу, который несколько месяцев назад пылко признавался ей в любви, страдал и таскал цветы охапками. Тот, увидев ее, выдохнул:- Вероника...Широкая счастливая улыбка разлилась по его лицу, знакомый жаркий румянец вернулся на щеки и он повторил зачарованно:- Вероника, вы!..Вероника покачала головой, прижав ладонь к губам, прошептала потрясенно:- Не может быть... Диггори! Мой малыш...Но поговорить им не дали - опять грозно зашипели со всех сторон:- Тише, тише!.. Проявите уважение - невеста идет.Гости замолкли, дружно поднялись со своих мест и повернули головы ко входу. Широкие резные двери распахнулись, и...***Лили уверенно шла к алтарю по проходу между скамьями, крепко держась за локоть отца, улыбаясь ему. В чудесном белом платье, со сверкающими из-под фаты глазами, нежным румянцем она казалась еще прекраснее, чем обычно.  Со всех сторон на нее смотрели радостные лица - Томас и Мария, Ники, Свити, Мишель, Анри... Оливия, Жанна, Линн, Вероника, Шейла, Джанет, Диггори... Анна и Монро - они тоже скоро обвенчаются, через пару месяцев, и теперь очередь Анны примерять фату. А она, Лили, приедет к ним  свадьбу вместе со своим мужем. И они станут больше, чем подругами - сестрами. Мама, Теодор, Марк и Мэгги. Родные. Друзья. Любимые. Мимолетно подумала - если вдруг она споткнется и полетит к алтарю вверх тормашками, все эти люди не станут над ней смеяться - нет, ей даже не дадут коснуться пола, ее подхватят десятки заботливых рук. Как хорошо. Как спокойно. Она идет навстречу своей судьбе. Подняла глаза - рядом со священником стоял Келвин, серьезно смотрел на нее. Ее любимый. Ее мужчина. Судорожно сжимает руки, переступает с ноги на ногу - нервничает. Ничего. Он такой сильный, он всегда защитит ее, укроет от всех бед и невзгод. Она уверена. А если он будет волноваться, что что-то пойдет не так - уже она, Лили, позаботится об этом. Она позаботится о Келвине. Не даст ему пасть духом и испортить себе самый прекрасный день... Последнее нежное пожатие отца - и ее рука ложится на твердую ладонь жениха. Он осторожно поднимает вуаль, и вот его лицо совсем рядом. Звучат слова клятвы - громко и четко. Пальцы Келвина дрожат и... еле успевают подхватить выскользнувшее кольцо. Голубые глаза с ужасом смотрят на Лили. В ответ она уверенно протягивает левую руку, улыбается и ободряюще шепчет:- Не бойся, это очень хорошая примета. На долгую, счастливую жизнь.На долгую, счастливую жизнь.К О Н Е Ц