Почти каждый день, включая телевизор или радио, просматривая дайджесты печатных публикаций, я наталкиваюсь на призывы оправдать и отпустить Ходорковского – с извинениями и возвращением ему неправедно отнятых 15 миллиардов долларов личного состояния (на крайний случай – половины этой суммы).Меня эти призывы не волнуют – еще в ходе первого процесса над опальным олигархом я достаточно внимательно читал материалы его дела. Меня волнует, что уже в который раз горластое истеричное меньшинство успешно навязывает свою точку зрения нам – «молчаливому большинству». Нас сначала берут «на горло», а потом внушаемая часть публики сама начинает верить, что это и есть общественное мнение.Вот уже и известные петербургские писатели направили президенту письмо в защиту Ходорковского. Они – в своем праве, но, признаться, я был потрясен. Деятели культуры – Чехов, Короленко, Толстой – нередко выступали в защиту невинно осужденных крестьян, разночинцев. Благодаря Эмилю Золя мировой резонанс получило «дело Дрейфуса», французского офицера, который был обвинен в шпионаже с учетом того обстоятельства, что он – еврей родом из Эльзаса, входившего в ту пору в состав Германии. Но еще никогда в истории мастера культуры не защищали человека, который, идя по трупам, сумел за пять лет в нищей стране стать мультимиллиардером.Да, он играл по тем правилам, которые действовали в те годы, – это любимый аргумент его защитников. Ну, если уж он и его поклонники так чтят те «сырые» законы, которые позволили ему за срок, когда обычный человек не успеет на машину накопить, стать олигархом, на что же обижаться, когда его по таким же сырым законам посадили? Одно вытекает из другого. И кому, как не писателям, знать о вечных законах равновесия и воздаяния?Может, они внимательней, чем я, изучали материалы его дела и пришли к выводу о его полной невиновности? Возможно. Но мне кажется, что они просто поддались истеричному настрою идейных защитников Ходорковского.Есть два «полемических приема», против которых у нас (то есть у «молчаливого большинства») нет противоядия. Это, во-первых, истерия, во-вторых – требование права меньшинств ставить выше прав большинства.Помню, как в 1991 году на стихийном митинге перед Мариинским дворцом на меня напала какая-то тетка: «Коммуняки проклятые, до чего вы страну довели!»Я, кстати, ни дня не состоял в КПСС, просто в тот день был в костюме и галстуке, к тому же стоял молча, ничего не скандируя. Но объяснять что-то экзальтированной даме было бесполезно, она была безоговорочно уверена в своем праве судить всех, кто не разделял ее настроения.С год назад я встретил точную копию этой дамы на куда более малочисленном митинге противников «Охта-центра» – там было от силы несколько десятков человек. И она вновь визгливо кричала мне в лицо: «Что вы делаете?! Вы убиваете наш город!» – и я вновь понимал, что спорить с ней, приводить какие-то аргументы бессмысленно. Она в ответ будет только громче выкрикивать оскорбления. Уверен, что встретил бы эту даму (или ее клона) и на митинге в защиту Ходорковского – по иронии судьбы, за освобождение «узника совести» и против газпромовской высотки выступают практически одни и те же люди.Признаться, я так и не научился противостоять истеричному напору, как, впрочем, и многие из нас. И те же защитники Ходорковского беззастенчиво этим пользуются.С защитой прав меньшинств все еще сложнее. Если старый добрый либерализм на первое место ставил свободы и права большинства людей, то пришедший ему на смену неолиберализм требует не просто уважения прав меньшинства, а предоставления этим меньшинствам всевозможных преимуществ. Геи должны иметь права на проведение демонстраций сексуальной направленности – потому, что они меньшинство. Малые народы имеют особый статус в государстве – тоже потому, что они малые. Большой народ не имеет право на национальную идентификацию – это неполиткорректно, зато малые (или считающиеся таковыми) могут демонстрировать свои национальные особенности как угодно.Что в итоге? Проект «Охта-центра» похоронили. Ходорковского или вот-вот выпустят, или – есть версия – обменяют. Столкновения на национальной почве, спровоцированные «особым отношением» к представителям малых народов, уже идут. Чего истерики и неолибералы добьются завтра? Запрета для родителей делать замечания своему ребенку (это цель пропагандируемой у нас ювенальной юстиции)? «Деоккупации» Грузии? Запрета на употребление слова «русский»? У них все это может получиться, если «молчаливое большинство» и дальше позволит им выступать от своего имени.// Владимир Новиковhttp://nvspb.ru/stories/kto-uslyshit-molch...lshinstvo-44086