Голова нестерпимо болела, особенно её затылочная часть. Мои движения были скованы и заторможены. Мозг, вроде как отдавал команды, но исполнители не шибко торопились их исполнять. Долгое время пыталась дотянуться до приборного щитка, что находился возле изголовья. Думалось, что если его вырублю, то заодно и с головной болью. Так и не дотянулась. Потом обнаружила, что на мне нет никакой одежды, кроме бинта на голове. Стало как-то не ловко за себя в голом виде. Начала поиск подходящей одежды. Вначале в поле моего зрения попало полотенце, висящее на стуле. От вытянутых кончиков моих пальцев до него, не хватало сантиметров 50. Я попыталась перевалиться на правый бок, но тщетно. Что-то удерживало в статус-кво. Оказалось, что в левую руку впилась иголка от капельницы, а так же к голове были подсоединены датчики. Сама же была зафиксирована какими-то ремнями. Вот, думаю, обложили сволочи! Тут пришла бабушка в белом халате. Стала что-то говорить нараспев, и единственное, что я сумела выудить из её речи, было слово «следователь». Потом она ушла, а её место занял какой-то мешковатый подросток, с едва пробивающими усиками. Он начал меня о чём-то расспрашивать. Я, меланхолично отвечала, не улавливая смысла вопросов. Он делал записи в блокноте, и как мне показалось, ещё и включенным диктофоном.  Потом я вырубилась, а когда очнулась вновь, в палате была ночь. На стене горел ночник. На стуле, вместо полотенца сидела, вернее дремала, положив голову на столик, молоденькая врачиха, или медсестрёнка. Из кармана её халатика торчала пачка сигарет. Я поизвивалась и наконец удачно, сумела сдвинуться вправо ладони на две, а то и на три. Максимально вытянув руку, дотронулась до её ноги. Девушка вздрогнула и вскинула голову. Потом проверила всякие там проводки, капельницу, и вновь погрузилась в сладкий сон. Подождав минут пять, я повторила попытку, взяв поправку относительно первой. Теперь мне удалось дотронуться до пачки. С третьего захода, пачка перекочевала в мои пальцы, но те не удержали трофей, и всё полетело на пол. От досады я хлопнула рукой по постели, и девушка вновь проснулась. Осмотрев меня со всех сторон, она кажется, догадалась, что я не сплю…- Как самочувствие? - Спросила она зевая.- Спасибо, неплохо! - Ответила я максимально вежливо.- С такой-то дырой в голове, и неплохо? - Вновь она, и вполне искренне.- А что, большая дыра? – я взволнованно.- Я не видела, но «нейрики» сказали, что с орех.- Какой орех?- Я не знаю точно, но сказали именно так.- Зачем же они вводят больную в такие недоразумения? Ведь одно дело грецкий, а совсем другое какой ни будь кедровый, или фисташка…- Согласна, но я не переспрашивала, а то вдруг сказали бы про кокос. – Она усмехаясь.- В кокос бы моя голова сама зашла. – Я, тоже смеясь. - Я пойду, перекурю? – Спросила она.- Курите здесь! – отвечаю.- Нельзя по инструкции!- Да пусть она идёт, куда подальше эта инструкция!Она стала искать сигареты, но те как в воду канули… - Может выпали? – Спрашиваю.Она опускается на колени и ищет под кушеткой. И, наконец, вскакивает с искомой пачкой в руках. Но вот засада, нет зажигалки. Она шарит глазами по сторонам, ничего подходящего не находит, и отправляется на поиски в коридор…