/Сидит совсем одна и плачет, что обидно, трезвыми слезами, потому что гости не пришли/Тому,кто менянайдёт! ©В продолжение линии Т+мМ вплела начало королевской+чорномагиццкой, органично? Под утро Туомас вернулся в таверну одеться и забрать немногочисленные вещи. Мейю пошла с ним, невзирая на его попытки объяснить, что ей лучше подождать его в лесу. Она влюблённо смотрела на него и с укоризной шептала «Туомас…», а потом просто шла следом, и он пока не знал, что с этим делать. Здесь, в глуши, это не так опасно, но ему нужно было в Бодом – а он уже и подумать не мог, что отправится туда один, - и опасался, что его спутница привлечёт к себе внимание стражников на городских вратах. В столице теперь неспокойно – говорят, в народе зреет недовольство королём, которое может вылиться в мятеж, и стража лютует, чуть не душу вытряхивая из тех, кто покажется им подозрительным. Только бы пройти в ворота, думал Туомас, а там братья помогут, подскажут. Не в качестве владельцев похоронного бюро, конечно. Бюро – прикрытие для непосвящённых. Братья и ещё несколько чёрных магов состояли в секте (официально они предпочитали называть себя Советом), бывшей в фаворе у короля. А по сути это король в силу своей порочности попал в их сети.	Еле убедив Мейю остаться в комнате, Туомас спустился позавтракать. Заспанная хозяйка, в перерывах между сладкими зевками не забывавшая приветливо улыбаться, собрала симпатичному постояльцу узелок с едой, оставшейся с вечера, и наскоро пожарила ему яичницу с ветчиной. Монеты, выложенные мужчиной на стойку, она прибрала в карман передника, ощутив их приятный холодок и радуясь не менее приятному позвякиванию и не подозревая, что монеты существовали только в её обманутом магией воображении. Пожелав доброму господину счастливого пути, женщина ушла досыпать. Спустя некоторое время она сквозь сон услышала удаляющийся цокот копыт, а днём в конюшне недосчитались одной лошади.