А он мне ничего не рассказывает, мы же вместе были. Ну разве то, что я не помню - как он дочку первый раз увидел, еще некупаную, и это было просто чудо какое-то, что вдруг раз - и вот тебе человечек лежит и подхныкивает. Как он видел сквозь стекло, как акушерки дочку подхватили, когда она родилась наконец. Как к нему в коридор вышли, поздравили - а он в этот момент себя совершенно обессиленным чувствовал. Себя похвалить любит, какой он молодец и не испугался ничего (думаю, просто не успел. Я ему сказала о схватках, когда они раз в восемь минут были, до этого терпела, думала, ложные). У нас, кстати, после родов отношения намного лучше стали, чем до (до мы вообще раздельно жили уже некоторое время). На физиологическую часть родов ему было наплевать, он так беспокоился за меня и ребенка, что ничего особо и не видел. Да, собственно, и видеть было нечего, он же не проверял, не пора ли тужиться, а в последний момент я попросила его выйти, тоже уже писала об этом. Не потому, что боялась, что на него это как-то подействует, а потому, что всякое может быть, и разрывы, и вообще. Да и в момент потуг он мне ничем бы не помог, а вот в схватках именно его присутствие и знание, что если я пойму, что не могу больше их выдерживать, могу его о помощи попросить, чтобы за врачом сбегал, который проверит, все ли ок, мне очень помогало. Ну и вообще его присутствие ободряло очень сильно, а то одной бояться страшно.