Мой воспитанник, если так можно выразиться. Я, как многие девочки в школах, проходила практику в старших классах - помогала учителям начальных классов в пришкольном летнем лагере. Там был мальчик, Женя Марьин. Мы друг к другу привязались. Он был очень бойкий, шумный, учителя рады были, что он ходит за мной хвостиком. Потом практика закончилась, а после каникул мы пошли проведать "своих" ребятишек в крыло началки. Там мне сказали, что Женьку за неделю до 1 сентября сбила машина.Мой дед, он умер в 67 лет. Долго болел. Смерть наложила очень сильный отпечаток, потому что умер у меня на глазах. Я помогала организовывать похороны, отец работал, бабушка была в шоке. Мне было 18 лет. Три ночи сидела у его тела. Почему-то мне казалось это важным. Очень важным.Мой однокурсник. Умер после эпилептического приступа. Было очень тяжело, потому что мы с ним хорошо общались, он уговаривал меня записаться в его группу на археологическую практику, но я отказалась (внезапно, из-за приступа иррационального ужаса). Мы поехали в разные группы, потом я узнала, что он умер. Мне было 18 лет. Почему-то мне долгое времяказалось, что я могла бы его спасти, если бы поехала...Сын наших знакомых. Умер через сутки после рождения. Я тогда ждала сына, мне не говорили целый месяц, боялись, что я тяжело это восприму, узнала только через 3 дня после родов. Было очень больно за них. Чувствовала себя виноватой в своем счастье.