Раз со мной никто не собирается апщаццо, поплетусь, рыдая, дрыхнуть.Вот накорябала чуточку.Кристиан и Петри резвились на полянке еще с полчаса, а Теему тем временем отсиживался в воде, и на душе у него было так скверно, что нет-нет да и проскакивала мысль — а не утопиться ли? Вот же достанется тогда Кристиану от Яри за то, что не уследил! А уж как Яри будет горевать, ох и повоет-порыдает над его бездыханным телом!Юный маг глотал слезы, находя утешение в макабрических размышлениях, исполненных щемящей жалости к себе. От озноба у него застучали зубы, и тогда он решил, что, наверное, еще лучше было бы не потонуть, а заболеть, тяжело, как Петри, чтобы Яри, мучаясь угрызениями совести, забрал его к себе и окружил заботой, поя его чаем с малиной  и теплым молоком, сутками напролет держа его в объятьях и развлекая пиратскими историями. Теему громко шмыгнул носом, досадливо топнул ногой по каменистому илу, распугав мальков и головастиков, и твердо решил заболеть. В конце концов, чем он хуже Петри? За ним, между прочим, сам король упорно увивается, не говоря уж о Ялмари, самом великом и ужасном правителе от начала времен.Настроение у Теему капельку улучшилось, и он принялся тренировать красивый гребок, вспоминая, как это делал Кристиан. Не к лицу возлюбленному королей и императоров бултыхаться по-собачьи. Но тут его окликнул настырный аптекарский голосок:- Эй, Ваше Лягушатие! Околеешь ведь, на пупырышки изойдешь!- Почему это я лягушатие? - оскорбился Теему, с неудовольствием взирая на вернувшихся на одеяло запыхавшихся любовников.- Потому что лапками дрыгаешь ну точно как лягушонок! И ножками своими по воде колотишь, будто масло взбиваешь! Смотреть тошно!Петри, обвивая руками вспотевшую талию Кристиана и с упоением водя губами по его плечу, с готовностью захихикал, и в его серебристом смехе, пронизанном томными нотками только что пережитого наслаждения, было столько направленного на полуэльфа обожания, что Теему поморщился. Он отчаянно ревновал Петри к Кристиану, Кристиана — к Петри, и клубок густой тягучей ревности за эту неделю прочно пустил корни где-то у него в груди, липко обволакивая сердце. С ним-то они оба были чисто из похоти и любопытства, и этот очевидный факт никак не давал юному магу покоя.- Научи меня, раз такой умный! - с вызовом крикнул Теему.- А что, научи его как следует плавать, Кристиан! - весело воскликнул эльф, вгрызаясь в очередной пирожок. - Уверен, что никто в округе лучше и красивее тебя не плавает, ну так показал бы мальчику, как надо. Тебе ведь не жалко?Лесть это была или искреннее восхищение эльфа, влюбленного во все, что было связано с аптекарем, Кристиан задумываться не стал. Подбородок у него горделиво задрался, плечи расправились, а крепкие белые ноги будто сами пошли к воде. Петри любовался им сквозь полуприкрытые веки и тихо вздыхал от ощущения безбрежного счастья.