Не по порядку.Томас и Келвин быстро шагали по темному коридору. Рядом торопливо семенил сухонький старичок-управляющий. Бормотал виновато:- Вот такая беда, сэр...- Вы не пробовали вытащить его силой?- Пытались, сэр... Это оказалась неважная идея.- Что так?Управляющий окликнул рослого парня, несущего факел. Осветил мрачное лицо, украшенное огромным синяком.Келвин, с одобрением рассматривая фиолетовую скулу, поинтересовался:- Чем это он его?- Бутылкой, сэр.Довольно хмыкнул:- Вот это мой брат.Томас озабоченно спросил:- Он хоть что-нибудь ел за эти дни?- Почти ничего. Только попросил... окорок. Сказал вот так: "Я бы не отказался от кусочка окорока". Сюда, сэр...Мужчины шагнули за низкую темную дверцу. Темное помещение винного погреба тускло освещалось светом единственного факела. Прислушались - за длинными полками с бутылками слышалось невнятное бормотание, вздохи. Келвин двинулся было вперед, но Томас удержал его за рукав, прижал палец к губам, покачал головой. Мужчины осторожно высунули головы из-за угла... Монро сидел на холодном каменном полу, прислонившись к высокой бочке. Когда-то белая рубашка была измарана темными пятнами. Вокруг валялись осколки, стояли пустые и откупоренные бутылки. Происхождение мутных луж на полу выдавал крепкий винный запах. Монро был совершенно, невообразимо, оглушительно пьян. Напротив него на бочонке взгромоздился большой вяленый окорок, сверху был накинут грязный камзол - в полутьме напоминало человеческую фигуру. Мужчина заплетающимся языком продолжал свой монолог:- А знаешь, что меня поразило, в самую душу? Она такая... маленькая. Хрупкая. Слабая. И в то же время сильная. Невероятно сильная. Своими ручками она забралась в мое сердце, стиснула - вот так! крепко-крепко. И не отдает... И это больно, чертовски больно... Ты понимаешь? - добавил, обращаясь к окороку.Тот молчал. Монро, не дождавшись ответа, продолжил.- А я оказался ей не нужен. Она вернула кольцо. Вернула кольцо... - повесил голову на грудь, повздыхал печально. Отхлебнул из бутылки, скривился, выплюнул:- Слишком сладко. Она не любит, когда сладко. Как она сказала? - похоже на фальшивые поздравления. - пьяно захихикал. - И впрямь. А самое лучшее - это мерло! - важно поднял палец. - Где мерло? Ну-ка, иди сюда...- нашарил другую бутылку, сделал хороший глоток, блаженно улыбнулся. - Я теперь всегда буду пить только мерло. И вспоминать ее... Горько вздохнул.- Ах, как я пил это вино... из ее губ, с ее груди. Я готов был делать это вечность... А вот она не захотела. - Застонал, схватившись за голову: - Анна, Анна... Что ты сделала со мной? Приворожила, околдовала... - Неожиданно взревел: - Ведьма!!Схватил ближайшую бутылку, яростно швырнул о полку - на пол потоком хлынули осколки и вино. Вцепился в волосы, застонал: - Боже, боже, что я такое говорю... Какая же она ведьма? Она прекрасная, чистая фея... Нет, фея - это не то. Фея - это крестная Золушки. А Анна - это Золушка. Да. Обманщица, шутница, притворщица... Она притворялась, все время, что была со мной... Или нет? - добавил совершенно трезвым голосом. Икнул, продолжил мрачно:- Нет, это я виноват, я во всем виноват. Я дурак. Мне нужно было сказать ей в глаза, что люблю ее. И тогда бы она непременно... И что тогда? А может, она отказала бы? Ну и пусть.... Зато я бы точно знал. А так... Томас вполголоса спросил управляющего:- И как долго это продолжается?- Четвертый день, сэр. Мы взывали к нему, упрашивали, умоляли, но он никого не слушает.Келвин сердито зашептал:- Что же вы не послали за мной? Нужно было сообразить.Тот виновато потупился:- Уже собирались, сэр. Такое случилось впервые, я растерялся... Монро повздыхал, завозился, устраиваясь поудобнее. Оглядел себя, сморщился, безуспешно попытался стряхнуть засохшие винные пятна с рубашки. Бессильно махнул рукой, приложился к горлышку. Доверительно шепнул окороку:- А как красиво я придумал с письмом и кольцом! Я молодец. Только вот она... не оценила. Даже не снизошла, чтобы отдать мне кольцо лично. Прислала этого мальчика... Дир... Дри.. Диггори. Хороший парень. Да.Отпил еще, утерся грязным рукавом.- Сперва я думал, что найду силы забыть ее. Та француженка... Эдит, Рашель? - не помню... Я не смог. Как представил ее... И все. Ну и ладно. Не нужен мне никто. И я никому не нужен... - Монро пьяно зарыдал, закрыв лицо ладонями. Отчаянно заорал на все подземелье:- Анна!!!... - только эхо заметалось под каменными сводами. Вытер глаза, высморкался и продолжил:- Я не выдержал. Я сдался. Я написал Анне сразу же, как прогнал эту... Рашель. И потом еще писал. И еще, и еще... А ответа нет! - горько пожаловался окороку. - Хоть бы строчку прислала - так, мол и так, не хорош ты для меня, Монро... И что мне теперь делать? Вот скажи! Поселиться в этом подвале до конца дней? А что, отличная... - воодушевленно заозирался по сторонам. Но, видно, отличная идея ему сразу же разонравилась. Обиженно покачал головой, снова протянул руку за вином, но никак не мог ухватить горлышко. Поймав, наконец, ускользающую бутылку и нежно прижав к себе, Монро уныло продолжил беседу:- Я не знаю, что мне делать. Может, впервые в жизни. Раньше все было просто - я решил, и я сделал. И никогда не сомневался. Я всегда знал, как будет правильно. А сейчас у меня голова раскалывается от мыслей и так болит. И вот здесь... болит. - постучал бутылкой по груди. - Я устал от этой боли. Боже, как я устал... Мне бы... мне бы какой-нибудь знак. Дай мне знак!... Келвин не выдержал и, не обращая внимания на сердито дергающего его за рукав Томаса и управляющего, вытаращившего от изумления глаза, тихонько провыл:- Слу-у-ушай... Слу-у-ушай, Монро... Вот тебе зна-а-ак...Но Монро не оправдал его ожиданий. Напрягся, перехватил бутылку поудобнее, рявкнул:- Кто здесь? Я же велел, чтобы меня не трогали! Проваливайте отсюда!Трое еле успели пригнуться - стеклянный снаряд просвистел над их головами и вдребезги разлетелся о каменную стену, обдав их брызгами. Томас хмыкнул, решительно шагнул к Монро. Ногой отпихнул стоящие в опасной близости бутылки, рывком поднял шатающееся тело под мышки. Тот вырывался, затейливо бранился - Томас только выдохнул и изумленно присвистнул. Келвин легонько прижал локти Монро, заговорил успокаивающе:- Тише, братишка, тише. Все хорошо. Пойдем.- Никуда я не пойду! Мне и тут очень... Келвин? То... Томас? Какого черта?!.Не обращая внимания на угрожающие выкрики, проклятья и ругань, Келвин без усилий взвалил брата на плечо и потащил к выходу. Управляющий кинулся открывать дверь, невозмутимый Томас шагал позади. Большую деревянную бочку, стоящую во дворе, осенние дожди наполнили ледяной водой до самых краев. В эту-то бочку Келвин и окунул Монро чуть ли не по пояс. Тот вынырнул, фыркая и отплевываясь, тяжело дыша. Прохрипел:- Келвин! Я тебя...Стоящий рядом Томас отер ладонью воду, сбегающую по бледному лицу Монро, убрал со лба прилипшие волосы, внимательно всмотрелся в осоловелые глаза. Коротко кивнул Келвину:- Еще.Тот крепко взял брата за шею и снова сунул его голову под воду. Бодрящее купание продолжалось. Томас скучающе оглядел сбежавшуюся посмотреть на невиданное зрелище дворню - всех как ветром сдуло. Старичок управляющий тихонько покашлял за его спиной:- Что я могу сделать, сэр? Чем помочь?- Камин растопить пожарче. Пару одеял. Суп или бульон, есть что-нибудь?- Есть... похлебка, сэр, но ее варили для прислуги, и навряд ли...- Отлично, пусть будет похлебка. Да, горячей воды, побольше. И чистую одежду.- Сейчас же все сделаем. Старательно удерживая бьющееся тело, Келвин грустно покачал головой, вздохнул:- Как его зацепило-то... Выходит, он любит Анну. И действительно делал ей предложение. Что же им помешало? Вот бы разгадать...- Думаю, мы все узнаем. Пусть только придет в себя. Кстати, по-моему, уже достаточно. Тебе не кажется? Ты его утопишь. Вынимай.Келвин наконец отпустил Монро. Тот тяжело глотал воздух, ухватившись за бочку. Отдышавшись, откинул с лица мокрые пряди; пробормотал, трясясь и клацая зубами:- Черт тебя подери, Келвин. Я впервые пожалел, что встретился с тобой. Тот милостиво похлопал его по плечу:- Ничего. Ты еще скажешь мне спасибо, братишка. Хотя нет, можешь не благодарить. Я всегда готов помочь тебе. Только позови...Монро содрогнулся. Томас сдержал усмешку:- Ну что, ты пришел в себя? Помнишь, кто мы?- Шли бы вы к дьяволу, оба... Я в порядке, в порядке! - Монро угрожающе выставил ладони вперед, видя, что Келвин примеривается снова ухватить его за шиворот. - Пойдемте в тепло. Я чертовски продрог. Завернутый в одеяло мокрый Монро устроился у камина прямо на полу, на толстой мохнатой шкуре. Дрожа и шмыгая носом, он торопливо ел дымящуюся похлебку из простой глиняной миски. Келвин, подперев щеку ладонью, с умилением наблюдал за ним. Сидящий в кресле Томас довольно ухмылялся, покачивал ногой. Монро пробормотал с набитым ртом:- Смейтесь, смейтесь надо мной... инквизиторы.- Ну что ты, Монро. Мы вовсе не смеемся. Мы просто радуемся, что тебе лучше.- Что привело вас сюда? Что-нибудь случилось?- Да, Монро, случилось. Случилось с тобой. Мы решили, что тебе нужна помощь. И, как выяснилось, не ошиблись.Тот тоскливо вздохнул:- Не нужна мне помощь. У меня все замечательно. И я сам справляюсь со своими проблемами. Но все равно спасибо.Келвин хмыкнул:- Я вижу, как ты справляешься.Томас заговорил - терпеливо, старательно подбирая слова:- Монро. Давай я расскажу тебе одну историю, только ты меня не перебивай, хорошо? А Келвин мне поможет. Сначала мы расскажем тебе все по порядку, а уж потом ты будешь возражать и кричать.Тот уныло кивнул:- А придется кричать? Мне уже заранее не нравится. О чем эта история? - мельком удивился в миску: - Надо же, как вкусно... И почему мне раньше такого не подавали?..- Эта история о двух влюбленных.Монро скривился:- У меня сейчас нет сил слушать сказки о любви.- Не перебивай. И ешь.- Ладно. - покорно кивнул.Томас начал рассказ:- Однажды в прекрасном замке встретились двое - мужчина и женщина. Они полюбили друг друга - уж не знаю, с первого ли взгляда, со второго... Женщина - веселая, умная, красивая. Любительница пошутить. Слабая и притом стойкая. Мужчина - сильный, мужественный, благородный. И тоже веселый и... умный - добавил с сомнением. - Мужчина так полюбил женщину, что решил сделать ей предложение. Он написал ей и с письмом послал кольцо...Монро вскинулся, протестующе поднял руку с ложкой:- Пожалуйста, не нужно...Келвин перебил его:- Нужно, нужно! Ты слушай дальше. Мужчина оказался настолько самонадеянным и легкомысленным, что отправил свое послание с первым встречным. Хочешь знать, что случилось с тем письмом?Монро только молча хлопал глазами.- Так вот. Мужчина вручил письмо самому ненадежному человеку, горькому пропойце. Еще, полагаю, и денег дал?Растерянный кивок был ему ответом.- Пьяница тут же пропил деньги, а про письмо даже и не вспомнил.Томас подал голос:- Письмо нашлось совершенно случайно. Анна получила его почти через месяц.Келвин навис над братом, голос его загремел:- Диггори рассказывал, что Анна проплакала все это время после твоего отъезда. Весь проклятый месяц. А когда обнаружила в письме кольцо, то сразу надела его и плакала еще горше. И тут же собралась в дорогу и они с Диггори помчались к тебе. Вот скажи мне, кто ты после этого?!Монро, выронив пустую миску, с ужасом вцепился в волосы.- Я дурак. Я последний дурак. Боже, что я натворил!.. - простонал горько, торопливо заговорил:- В письме я признался Анне в любви и попросил ее руки. Я загадал, если она наденет кольцо, когда выйдет провожать меня - это будет знаком ее согласия. Мне казалось, я все придумал так романтично и красиво! Я хотел сделать свое предложение особенным, особенным для нее... И когда я увидел, что на ее руке нет кольца, я решил... я решил, что... Дьявол! Что я наговорил ей! Она, видно, вообразила, что я к ней охладел. Я даже не поцеловал ее на прощание. Бедная Анна... Бедная моя любимая, ненаглядная, самая прекрасная... А я - безмозглый осел.- Да, братец, вот здесь я не буду с тобой спорить. Ты прав как никогда. Я сейчас разрываюсь - пожалеть тебя или надавать по шее. Еще в детстве я поклялся, что всегда буду защищать Анну. А ты - ты, мой брат! - причинил ей такую боль. Меня останавливает только то, что есть надежда все исправить. А жених без зубов или со свернутым носом ее не очень устроит.Монро не слушал его, продолжая стенать:- Я мог быть счастлив все эти месяцы... Не было бы этих тоскливых одиноких вечеров. Я мог бы целовать ее каждый день и говорить слова любви. Боже, мы даже успели бы обвенчаться! И я сам, вот этими вот руками разрушил свое и ее счастье...Келвин ехидно заметил:- Теперь я уже сомневаюсь, что ты действительно стал бы счастьем для нее. С этакой сообразительностью...Монро взглянул на него так серьезно и печально, что тот смутился:- Я действительно хотел сделать ее счастливой, Келвин. Я бы смог. Я бы бросил все к ее ногам и бросился бы сам. Я мечтал носить ее на руках каждый день, пока не постарели бы мои кости. Но и тогда я бы продолжал боготворить ее. Я люблю ее, Келвин! Как ты не поймешь? Ты знаешь ее гораздо дольше меня, с самого ее рождения. Неужели ты не видишь, что это за женщина?Тот сконфуженно кашлянул.- Конечно, я вижу. Но... не так, как ты. Не твоими глазами. Питер был мне вроде брата, и Анну я всегда воспринимал как сестру. Младшую сестру. Томас подал голос из кресла:- Мне бы хотелось узнать окончание истории. Что было дальше? Анна и Диггори приехали к тебе. Потом она велела племяннику вернуть тебе кольцо. Это все, что нам известно. Что между вами произошло?Монро растерянно покачал головой:- Я и сам не знаю. Я ее даже не видел. Привратники передали мне, что приезжали двое. С Диггори я встретился. Нетрудно было догадаться, что с ним была именно Анна. Я обиделся, что она не захотела перекинуться и парой слов.Келвин пробормотал:- Ничего не понимаю. Она ехала к тебе, но даже не увиделась с тобой, и тут же передумала. Что же изменилось, черт побери?- В самом деле, Монро. Тогда рассказывай по порядку, как это было, в мелочах и со всеми подробностями. Как ты встретил Диггори, о чем вы говорили, слово в слово?- Да чего там рассказывать... Диггори подъехал, я представил его Элизе, он...- Погоди. Какая Элиза?- Моя племянница Элиза. Как раз в то время ее родители провели у меня несколько дней. Я повез ее на прогулку, показать поместье. С ней весело, и я обрадовался возможности хоть немного отвлечься. Диггори подъехал к нам на лугу, я познакомил его с Элизой, он вернул кольцо и больше я его не видел.Томас хмыкнул:- А Элиза, разумеется, красивая и молодая?Монро поправил его:- Молоденькая. Совсем еще девочка. И да, она хорошенькая. Какое это имеет значение? Она же моя родственница.Томас поднялся из кресла, прошелся по комнате. Развернулся к Монро, скрестил руки на груди:- Тут и думать нечего. Анна увидела тебя с красивой девушкой, решила, что ты забыл о ней и отправила Диггори возвращать твое злосчастное кольцо. Ты понял? Она не виделась с тобой, но она в и д е л а тебя. И она знать не могла, что та девушка - твоя племянница.- Не может быть... Диггори должен был сказать ей!- Совершенно необязательно. Во-первых, он сам юный неопытный мальчик и мог просто не сообразить, не придать этому значения. А во-вторых...Келвин подхватил:- А во-вторых, Анна разозлилась. Крепко разозлилась. И не хотела ничего знать о тебе. Знаешь, что она сказала Диггори? Я запомнил - меня это удивило и поразило. Она сказала ему так: "Если я услышу еще хоть слово о Монро, я тебя ударю!" Кому бы это понравилось? А по возвращении она отправила парнишку ко мне, и больше общаться им не доводилось.- Так Диггори сейчас живет у тебя?!- Да. Постигает нелегкую науку выживания, учится сражаться с врагами... и с друзьями.- Ну вот... и ему досталось...- Не переживай за него. Я в нем уверен. Анну жаль - Диггори говорил, что она очень изменилась после поездки к тебе. Озлобилась на весь свет. Стала черствой и бездушной.Монро неверяще покачал головой:- Не может быть... Я не могу поверить! Анна - такая нежная, теплая, веселая? Стала злой и черствой? Это какая-то ошибка, видно, Диггори что-то напутал!Келвин сочувственно похлопал брата по плечу:- Не хочу тебя огорчать, но это так и есть.Монро вскочил, чуть не упал, запутавшись в одеяле:- Так что же я сижу! Мне сейчас же нужно ехать к ней, к Анне! Объяснить ей все, покаяться, попросить прощения за свою глупость и самонадеянность! Она же простит меня? - с надеждой обернулся к друзьям.Томас откашлялся:- Боюсь, расстрою тебя, Монро. Но тебе лучше не показываться сейчас ей на глаза. Думаю, она прогонит тебя прочь.Монро бессильно опустился на пол, схватился за голову:- Так что же делать? Что делать?!Томас уверенно заявил:- Я сам поеду к Анне.Келвин кивнул:- Мне составить тебе компанию, Томас? Я готов.- Нет, я отправлюсь один. Я и раньше собирался провести у Анны время, оставшееся до... до конца года. А теперь у меня есть еще более веская причина повидать ее. Теперь, когда мне известно все, я постараюсь что-нибудь придумать, Монро. Я найду выход. Доверься мне.Монро умоляюще взглянул на друга:- Томас, я прошу тебя. Я заклинаю тебя, я взываю - помоги мне. Я навечно останусь твоим должником. Все, что мне нужно - это вернуть Анну. Вернуть ее любовь и доверие. Пожалуйста, Томас...- Прекрати. Я же сказал - сделаю все, что в моих силах. Я и сам хочу, чтобы Анна была счастлива. А раз уж ей выпала нелегкая судьба связаться с тобой - что ж, делать нечего, остается только покориться... Келвин, отправляйся домой. Ты, Монро, останешься здесь. И ждите от меня известий.Дверь распахнулась, слуги начали вносить тяжелые блюда и кубки. За ужином продолжали беседовать о друзьях, знакомых, обсуждали новости, прошедшую охоту, гостей...Томас кашлянул:- Келвин, прости за вопрос. Что произошло между тобой и Лили? На охоте я постоянно встречал ее в обществе какого-то юнца. И, как мне показалось, их отношения были не вполне подобающими для девушки, связанной обещанием.Келвин сухо обронил.- Ничего не произошло. Лили расторгла помолвку. И она вольна вести себя, как пожелает.Монро охнул. Томас сочувственно похлопал Келвина по плечу:- Извини.Тот стряхнул его руку.- Давайте не будем это обсуждать.- Я все равно уверен, что она вернется к тебе.- Пожалуйста, Томас... Пусть делает что хочет. Лишь бы была счастлива. Только мне не очень понравился тот хлыщ. Как бы он не причинил ей вреда...- Ну разумеется. Кто бы тебе понравился рядом с ней...Ледяная улыбка примерзла к загорелому лицу. Келвин ровным голосом повторил:- Не будем это обсуждать.- Прости, прости нас. Может быть...- Нет.Монро горестно вздохнул, подпер почти высохшую голову кулаком:- Эх, что ж нам так не везет... Где мы нагрешили?.. Томас, ну может, хоть у тебя все хорошо? Как ты?- Боюсь, и мне нечем тебя порадовать...Мужчины, утомленные событиями дня, отдали должное обильному сытному ужину и вскоре начали зевать. Монро уже похрапывал, привалившись к подлокотнику. Сонный Томас, вспомнив что-то, растолкал его:- Монро, не спи, послушай. Что ты там говорил про письма?Тот потер глаза, непонимающе уставился на него:- Какие письма?- Я слышал, как ты твердил про письма. К Анне.- Да. Я писал ей. Несколько раз. Но ответа так и не дождался.- Непонятно... - Да, непонятно. И очень больно и горько - мучиться неизвестностью, неделями ждать ответа и не дождаться...- Мы разберемся с этим, Монро.- Спасибо тебе, Томас.