Когда мне было года 4, бабушка взяла меня на работу на прогон спектакля "Без вины виноватые" с новыми костюмами, не с кем было меня оставить. Это был театр им. Пушкина, на Тверском. Присутствовал на прогоне сам худ. рук. Толмазов, очень строгий дяденька, не допускавший присутствия посторонних за кулисами. Пока бабушка с коллегой ковырялась с костюмами, я проковыляла на сцену, встала у кулис и стала наблюдать происходящее. Когда Толмазов меня заметил, спросил :"Деточка, ты как здесь оказалась, что тебе?", я, не долго думая, ответила :"Я чай пить иду" (мне у бабушки всегда чай наливали с печеньем и сажали за столик с гримом, чтоб под ногами не путалась). Толмазов как заорет за кулисы: "Кто там  свободен, дайте ребенку чаю!" Свободен оказался Леонид Марков, с ним и его печеньем я чай и пила в гримерке, пока меня бабушка не нашла. Очень смешной дядька оказался. А дед у меня был отоларинголог. Поэтому я нежно любила соседа-ровесника Виталика, у которого постоянно образовывались серные пробки в ушах, которые я любила выковыривать пинцетом. Он терпел стоически поначалу, а потом стал от меня прятаться. Я его  уговаривала хоть на какую-нибудь медицинскую процедуру, ну "хоть операцию сделать".