Он не уходил всю ночь. Вновь забрезжило утро. У меня было ощущение того, что я нашла нечто такое, что безуспешно искала все эти годы. Общение с Новым Мужем замкнуло систему. Прадед в молодости явился мне в образе Первого Мужа. В долине он был в том возрасте, в котором расстался с жизнью на этом свете. И вот новое воплощение в самом зрелом виде. Как это всё романтично и сказочно. Как мелко выглядит суета вокруг жилых метров, квартирных переделок, и наносных романов с преподавателями. Жизнь, это совсем другое. Жизнь это познание сущности смерти и преодоление этого барьера внутри себя. Я ни грамма не боюсь смерти, так как знаю, что там есть долина, и множество других долин, наполнение которых зависит от собственного нравственного мира. Мне многое открылось в ту ночь и в то утро. Наконец проснулся и он. Очень странным взглядом отметился на мне. Затем попытался вновь заснуть, но ничего не вышло. Он сел в постели и сказал то, чего я от него почти ждала:- Мне приснился мой отец!- Он ловил рыбу?- Откуда ты это знаешь?- Тоже была у него на рыбалке…- Он говорил мне про тебя…- Видишь, я это не придумала.- Так сходят с ума?- Так вершатся судьбы!- Интересно на небе, или ещё где?- В долине…- Она прекрасна, я её видел.- Я же говорила, кстати, где твой Доктор, а то меня уже начинает колотить!- Да, да… сейчас он будет, и сразу же пошлю за другим!Он вскочил, и накинув халат, поспешил за дверь. Я осталась со своим сушняком во рту. Нащупала, было, бутылку, но вина в ней уже не было. За ночь, как-то всё рассосалось. Вошла Берта:- Bon matin!- Salut Berthe!- Si bien tu dormais?Этот вопрос заставил меня покраснеть… Я ведь действительно «хорошо спала»! Однако Берте ответила скромно и вежливо:- Merci parfaitement bien!- Que tu souhaites au petit déjeuner ?Вот это меня порадовало, насколько поняла, она интересуется тем, что я желаю на завтрак. Ранее ставили перед фактом, вернее перед тарелкой. Ветер перемен добрался и сюда… Сейчас бы музыку какую, а то совсем невыносимо слышать стук в ушах… Ах да, нужно ответить Берте:- La nourriture pour ton jugement. Mais l'absolument bon café! – Про кофе, как мне показалось она особенно поняла! Берта ушла исполнять заказ. Меня буквально стало выгибать и выворачивать. Наконец явился Медицинский Друг Семьи. В конце концов, если бы не он, то не суждено мне было бы испытать удовлетворение от супружеских привязанностей. Он кивнул, и сделал укол с особым почтением. Сразу подумала, что ему накинули жалованье, и мужчина теперь его отрабатывает. Стало легче, но долина опять оказалась закрыта. У нового средства не хватало пикселей, или чего ещё, в чём это дело измеряется. Вернулась Берта. Принесла икру, масло,  взбитые сливки, фруктовое ассорти, и конечно же кофе. Проигнорировав всё остальное, я жадно схватила чашку. Берта плеснула в неё из кофейника. Напиток был очень даже себе ничего, или так мне показалось после кофейной засухи. Я выпила одну, потом ещё и ещё одну, пока кофейник не выдал сплошную гущу. Я перевернула чашку на блюдце и дала гуще сползти вниз. Берте показала жестом, чтобы не трогала. Пока чашка подсыхала, я уже с удовольствием обрадовалась здоровенным плодом манго. Он был таким сочным, что я просто вся им уделалась и Берта с материнской заботой вытерла меня салфеткой. Я села и взяла в руки чашку. Образовавшиеся «зеркала» сулили, что всё будет хорошо. Рядом со мной фигурировали две женщины. Одна светлая, а вторая чёрная. Но светлая, была, скорее всего, душой, и именно её я приняла за Берту. Вторая же будучи светлой, но с тёмной душой, как бы уравновешивала доброту, но с явной угрозой её опрокинуть. Освещённая и прямая дорога открывалась в случае преодоления какого-то мощного барьера, который выступал в паре с вредной тёткой. Короче гадание, чего с него взять?