Лили чуть не плакала.Она не знала раньше, что можно плакать от счастья. Глядя на склоненную перед ней голову Келвина, целующего ее пальцы, никак не могла поверить, что это происходит с ней, происходит на самом деле. И кто бы мог подумать, что в этом огромном громогласном человеке скрыто столько нежности!После того внезапного поцелуя на лестнице они проговорили почти всю ночь. Ее рыцарь открыл свои чувства - оказывается, он влюбился с первого дня знакомства, но страшился ее холодности. Боже, как она была слепа! Келвин, как будто наверстывая упущенное за предыдущие встречи, говорил, говорил, говорил... Спешил, захлебывался, неуклюже подбирал слова... Пока они возвращались из башни в гостевые покои, он бросался перед ней на колени, подхватывал на руки и принимался кружить, пытался петь, пару раз поорал в темноту - от избытка чувств (надо думать, в замке нынче появится новая легенда о каком-нибудь "воющем призраке" )... Лили, смеясь, принимала его признания, и так легко и радостно было возвращать ему слова любви. В какой-то маленькой гостиной присели на диванчик, опять говорили, и почти под утро так и уснули - держась за руки. И в том же положении встретили новый день.- ...Что?- Я говорю, Лили, дорогая, понимаю, что все это очень стремительно и так не делается, но я готов ждать сколько угодно. Я буду петь вам серенады (Лили содрогнулась), я завалю вас цветами и подарками. Могу даже кого-нибудь убить в вашу честь. Я сделаю все, как полагается, я закажу кольцо, отправлюсь к вашему отцу. Слыхал, что он суров нравом, но я докажу ему, что достоин его дочери, и мне не надо никакого приданого за вами, и...Лили остановила этот бурный поток, положив пальцы на губы.- Ничего этого не нужно.Келвин испуганно замолчал.-  Я согласна.