Последствия этого домашнего насилия были бы другими, если бы она знала язык и имела работу. Последствия, понимаете? Это не избавило бы ее от побоев, нет, но это дало бы ей возможность выйти из этой ситуации с наименьшими потерями.  И ей, и ребенку. Вот сейчас она сидит тут, в России, прячется. И до 18 лет ребенка она будет прятаться и трястись, что может приехать отец и выкрасть дочь. А могла бы сидеть во Франции, вся в шоколаде.