http://www.youtube.com/watch?v=rQuExgINlSQ Из-за поворота мелькнули долгожданные огни. Свити, измученная долгой дорогой, промокшая, уставшая, голодная, словно заново обрела силы и пришпорила почуявшую близкий отдых лошадь. Еще немного - и вот она за воротами родного дома, спешивается, откидывает с лица насквозь пропитавшийся дождем капюшон, радостно отвечает на приветствия слуг. Крикнув, чтоб не запирали ворота - должен еще подъехать нанятый человек с багажом, помчалась к своим. Ее, конечно, уже ждут - мама, папа и сестры - юная Клер, расцветающая нежной красотой, и совсем еще маленькая Агнес. Скорее, скорее обнять всех! Уткнуться в пропахший дымом жилет отца, расцеловать розовые щечки сестер, почувствовать себя опять несмышленой девочкой в теплых материнских объятиях...Влетев в просторную гостиную, Свити кинулась к родным и замерла на полпути. Никто не двинулся к ней с радостным приветствием. Отец, съежившийся, будто ставший ниже ростом, едва поднял на нее больные глаза и отвел взгляд. Мать с поджатыми губами, комкала в руках платок. Из-за ее спины выглядывали молчащие дочери. Свити нерешительно направилась к ним:- Я приехала! Я так соскучилась... Мама, папа, что происходит? Вы в порядке?..Сзади донеслось деликатное покашливание. Из массивного кресла рядом с камином поднялась высокая фигура, направилась к застывшей девушке. Густой голос любезно произнес:- Здравствуйте, дорогая Свит. Рад видеть вас в добром здравии. Свити невежливо уставилась на богато одетого незнакомца - широкие плечи, темные волосы, эспаньолка, черные прищуренные глаза. Красивый мужчина. Поверх неяркого одеяния - массивная золотая цепь. - Вы несказанно похорошели с нашей последней встречи. Вы позволите? - приблизился уверенным шагом, озябших пальцев коснулись твердые горячие губы.Даже с промокшими волосами, следами усталости на бледном лице, в грязном дорожном плаще она действительно была чудо как хороша - крутые русые волны, настороженный прищур ярких голубых глаз, пухлые чувственные губы. - Что здесь происходит? - Свити обвела взглядом присутствующих. Глаза остановились на непонятном госте. - Кто вы?- Жаль, что вы меня совсем не помните... Сэр Дэймон, к вашим услугам. И, надеюсь, ваш будущий муж.Свити непослушными губами повторила:- Что, черт побери, здесь происходит?.. Свити находилась в каком-то странном оцепенении, пока ей помогали раздеться, наливали теплую воду, вытирали, расчесывали мокрые волосы. Мать, отослав младших дочерей в их спальни, взялась приводить старшую в порядок после утомительной дороги. Чувствуя бережные касания щетки, Свити словно сквозь вату слышала успокаивающий голос: "Милая, никто не вправе тебя заставить. Ты сама будешь принимать решение. Сэр Дэймон слишком торопит события..." И пугающие, непривычные сухие слова: "Закладная на поместье... долги... кредиторы... Дэймон выкупил расписки... срок истекает... сам предложил... вроде неплохой человек..." Свити подняла на мать пустые глаза:- Почему вы мне ничего не рассказывали?- А что ты могла сделать, милая? - мать ласково погладила ее по щеке.- У меня много друзей... Они бы помогли...Перед взором, словно наяву, проплыла череда любимых лиц - Ники, Мишель, Анна... Мария, Лили... - Доченька, ты не понимаешь. Это совсем другие деньги. Это не платье и не колье. Это целое поместье... Как бы ты просила об этом?Свити представила себя - умоляющую, жалкую, просительно заглядывающую в лицо... Вздрогнула от отвращения - нет, ни за что!..Задумчиво покусала губы:- А у нас есть какие-нибудь... сбережения? Мы можем что-нибудь продать? Обстановку, драгоценности?..Мать вздохнула.- Свити, неужели мы об этом не думали... Все, что у нас есть - это только имя. И, как видишь, иногда от имени мало толку... И мы не единственные, кого разорил мор... Свити съежилась, вспомнив события той страшной зимы - падал скот, умирали люди - целыми семьями, год выдался суровым и неурожайным, да и то, что едва созрело на полях и в садах - некому было убирать... Всем тогда пришлось очень, очень тяжело - Свити даже пришлось самой стирать и готовить, заботиться о Клер и помогать матери с совсем еще крошечной Агнес. Но, казалось, жизнь уже давно вернулась в прежнее благополучное русло, и те жуткие времена были забыты, как страшный сон.- А если я не... Мать прервала девушку на полуслове:- Никто тебя не заставит выходить замуж против своей воли. Мы... обратимся к родственникам - моим или папиным... может быть, кто-нибудь согласится нас приютить...Ники словно видела себя и свою семью со стороны - горстку несчастных, жалких, придавленных горем людей, прячущих глаза, вымаливающих кров и кусок хлеба, словно не обвыкшийся на паперти нищий. Боже, да они теперь и есть нищие!!! Кому, кому они нужны на целом свете? О своих спесивых родственниках Свити слышала мало приятного. Остатки древнего знатного рода, бедные, как церковные мыши, они предпочитали страдать от голода, но не марать своих рук работой, кичась при этом фамильной честью и чистотой крови. Лишь немногие из них старались хоть что-то сделать - один из троюродных братьев Свити пошел служить простым наемником, да так и сгинул в бою неизвестно где; другой занялся скотоводством; отец тоже пытался как-то выживать... Их презирали, называли "торговцами", осквернителями рода, о них не принято было упоминать... И к этим людям им придется идти на поклон?Свити с ужасом начинала осознавать, что то, что предлагает сэр Дэймон - единственный приемлемый выход для всех них. Разве что броситься ему в ноги и умолять простить долг? Долг, стоимостью в целое поместье?.. Может, этот Дэймон и человек потрясающих моральных качеств или святой, наделенный щедростью и состраданием, но по нему этого точно не скажешь. Кстати...- Кстати, мама.... Откуда он меня знает? - Он знает всех нас. Мы встречались несколько раз на приемах, когда могли себе это позволить; это было довольно давно, ты не помнишь. Он и раньше обращал на тебя внимание, восхищался твоей красотой и манерами. И шутливо говорил отцу, что не прочь взять тебя замуж. Ты тогда была еще девочкой, и никто всерьез не воспринял его слова. Видимо, он на самом деле неравнодушен к тебе. - Мама... - Свити поколебалась, потом выпалила: - Мама, мне кажется, или... тебе самой хочется, чтобы я вышла за этого Деймона?- Ну что ты, девочка. Мне очень горько, что ты так думаешь обо мне. Я бы дала отрезать себе руку или продала сама себя в рабство сарацинам, лишь бы вы - моя семья - не страдали. Я только хочу быть честной с тобой, хочу, чтобы ты знала все. Любой исход будет для нас трудным. Будем мы жить на подачки родни или ты выйдешь замуж за нелюбимого - мы в обоих случаях будем винить себя за принятое решение. Поэтому нужно делать выбор с открытыми глазами. И с открытыми картами. Свити залилась краской стыда, застонала, упала лицом в колени матери:- Боже, мама, прости, прости меня... Я правда, не хотела...- Ну-ну, не надо, не стоит. Для нас настали тяжелые времена. И нам нужно быть сильными и с достоинством встречать невзгоды. Ах, как мне жаль, что не посватался к тебе раньше какой-нибудь славный молодой человек, которого бы ты любила и с которым была бы счастлива связать судьбу... Тогда хоть тебя не коснулось бы эта беда... Прости, я зря это сказала... Ладно, давай собирайся, скоро ужин.- Я не голодна. Я не выйду к ужину.- Свити, не в этом дело, не думай только о себе. У нас в доме человек, от которого зависит наша судьба; он ведет себя достойно и почтительно. Он хочет еще раз обсудить условия и принять наш выбор. Давай относиться к нему с уважением. Это наш долг, вне зависимости от того, какое решение мы примем.Свити потерянно прошептала:- Хорошо, мама...Мать ободряюще кивнула ей, поцеловала в лоб и вышла. Свити, скрючившись, лежала на кровати и проклинала саму себя. Как она могла быть такой эгоистичной? Почему не интересовалась делами семьи? Почему никогда не задумывалась, откуда у них деньги? Когда прошла та страшная зима, она вздохнула с облегчением, не задаваясь вопросом - как они смогли встать на ноги так быстро? Она думала только о себе, она наслаждалась жизнью, общением с друзьями, любовью... Боже, боже, Мишель, любимый Мишель! Она же теперь никогда не сможет его обнять - станет ли она нищей приживалкой в чужом доме или хозяйкой против воли - в своем собственном. А сбежать к нему и бросить семью на произвол судьбы - нет, это будет самым настоящим предательством... Свити горько разрыдалась, обливая слезами драгоценный браслет - единственное, что осталось у нее на память о любимом... Но запасы слез, как известно, небесконечны. Дрожа и всхлипывая, Свити откинула с лица еще влажные волосы, вытерла глаза. Она знает, что нужно делать. Она слишком долго думала только о себе, забывая о самых близких людях. Она отдыхала и развлекалась, когда отцу, может быть, нужна была ее помощь, а матери - хотя бы поддержка. Она смеялась и веселилась, когда ее семья готовилась к расставанию с родным домом. Она нежилась в объятиях любимого мужчины, когда ей нужно было просить у Анны советов по ведению дел. Она...Хватит.Сейчас у нее есть очень реальный шанс сделать для своих близких что-то по-настоящему важное, правильное и ценное. Что-то, что одним взмахом перечеркнет все ее грехи и погасит долги.Она должна.И она сделает это. Свити спустилась к ужину тщательно прибранная, щеки разрумянились от холодной воды, волосы гладко причесаны. И лишь покрасневшие глаза выдавали недавние страдания. С легкой улыбкой кивнула сэру Дэймону, заняла место рядом с ним. Ужин прошел в молчании, лишь гость время от времени пытался заговорить, но беседа не клеилась. Наконец ужин был убран, девочек отправили к себе, а взрослые перешли в гостиную. Все понимали, что сейчас и начнется тот разговор, ради которого они собрались, но оттягивали неприятный момент.Свити не выдержала первой. Она повернулась к гостю, и посмотрела на него в упор:- Сэр Дэймон, какое предложение вы сделали моему отцу? Сами видите, я приехала поздно и не знаю всех подробностей. Поскольку дело, как я понимаю, непосредственно касается меня, я хотела бы услышать все из первых уст.Тот откашлялся, усмехнулся:- Мне нравится такая прямота. Хорошо, мне тоже легче говорить откровенно, без околичностей. Ваше поместье заложено, долговые расписки находятся у меня - я их выкупил. Я - единственный кредитор. Я прошу у вашего отца вашей руки и в качестве свадебного подарка аннулирую все долги. Это, вобщем-то, все.- Вы могли бы сказать еще откровеннее - я вас покупаю.Дэймон оскалился в широкой улыбке:- Вы нравитесь мне все больше. Вы не только красивы, но и умны - позвольте мне и здесь быть честным. Но мне режет слух такая формулировка. Называйте, как хотите. Мне больше по душе - "свадебный подарок".Родители потерянно молчали, понимая, что только от решения их дочери зависит их дальнейшая жизнь. Свити помедлила.- Каковы ваши условия, если мой отец... если я... соглашусь?- Условия просты. Если вы и ваш отец даете свое согласие на брак, одновременно с брачной записью я уничтожаю расписки. До того времени их действие приостанавливается, это соглашение будет заверено нотариусом в присутствии свидетелей. Так что в наших общих интересах не тянуть с церемонией.- А если я откажусь?- Это ваше право. У вас есть выбор. Если вы откажетесь, я вступаю во владение принадлежащей мне по закону собственностью.- Очень хороший выбор. Богатый.- Есть еще вариант...Свити вскинула глаза на своего собеседника:- Интересно, какой же?- Ну, вы не единственная дочь в этой семье...Свити непонимающе нахмурилась... задохнулась от ужаса, выкрикнула шепотом:- Нет! Клер, нет... ей же всего пятнадцать!!Отец, побледнев, рванулся вперед. Дэймон примирительно выставил ладони вперед:- Успокойтесь, пожалуйста... Я не собираюсь убивать ваших дочерей или есть их живьем. Я всего лишь делаю предложение. Они рано или поздно вышли бы замуж. А я не самая плохая партия, поверьте. Просто я деловой человек и привык выражать свои мысли предельно понятно.Свити глухо повторила за ним:- Предельно понятно... Решительно вскинула голову:- Сэр Дэймон, вы дадите нам немного времени? Я хотела бы поговорить с отцом и матерью.- Дорогая Свит, никто вас не заставляет принимать решение сию же секунду. Я не собираюсь торопить и подгонять вас.- Я не хочу затягивать. С вашего позволения...Свити твердым шагом вышла из гостиной, за ней неслышно проследовали родители. - Доченька, я так виноват перед тобой... Перед всеми вами... если бы не я... - на глазах отца стояли слезы, губы тряслись. - Ты бы не стояла перед таким выбором... Мне так жаль... Я старался, бог мой, как я старался...- Папа, успокойся. - Свити повернулась к отцу, обняла нежно. - Ты не виноват. Так сложилась жизнь. И знаешь, мне кажется, все выходит не так уж плохо! - она постаралась ободряюще улыбнуться. - Да чего уж тут хорошего?Свити откашлялась, заговорила, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно и весело.- Мне уже не семнадцать лет, и даже не двадцать. В невестах я засиделась. Приданого у меня нет, только хорошее имя. Навряд ли ко мне посватался бы кто-то достойный, разве что какой-нибудь толстый старый вдовец с красными щеками. Или я сбежала бы с каким-нибудь нищим красавцем... Но я не хочу, не хочу жить в нищете!! - почти выкрикнула шепотом. - Я не хочу никогда больше стирать и готовить себе самой! Я хочу быть хозяйкой в собственном доме! И этот... Дэймон, кажется, не самый плохой кандидат в женихи. Он нестарый, привлекательный, судя по всему - умный. Ну и богатый, если, не моргнув глазом, готов расстаться с целым состоянием ради моих прекрасных глаз. - последние слова Свити выплюнула, презрительно скривив губы. - Так что, я полагаю, нам не стоит тянуть с ответом. Папа, - голос смягчился, - все хорошо. Все будет хорошо. Я выросла, я давно взрослая, и в состоянии позаботиться о себе. Поверь, все будет хорошо! - повторила с нажимом. - Пойдемте, не будем заставлять нашего дорогого гостя ждать. Я дам ему свое согласие. И вы поддержите меня.  http://www.youtube.com/watch?v=Vvzri86FxMIThe Beatles - Michelle Дэймон поднялся, когда Свити с родителями вернулась в гостиную. Она не стала медлить, и прямо сказала:- Сэр Дэймон, я принимаю ваше предложение. Папа, скажи.- Сэр Дэймон, я даю согласие на ваш брак с моей дочерью Мэрион Свит. Да благословит вас господь.Дэймон в два шага пересек гостиную, порывисто сжал руку Свити:- Свит, дорогая! Я так рад, так рад... - Сэр Дэймон...- Да, дорогая?- Скажите честно - за каким чертом вам сдалась я, или моя сестра, или наша семья?...Дэймон усмехнулся.- Милая Свит, я мужчина и неравнодушен к женской красоте. И уму, хоть это и редкость. Ваша семья знатна и благородна, женщины вашего рода всегда слыли редкостными красавицами. Я хочу жениться и хочу, чтобы моя будущая супруга стала украшением моего дома и моей родословной. Меня не смущает ваша бедность - моего состояния хватит на двоих. И потом... с тех пор, как увидел вас, я мечтал, чтобы именно вы перешагнули порог моего дома в качестве хозяйки. Вы не обманули моих ожиданий и оказались достаточно благоразумной и рассудительной.- Вы понимаете, что я не люблю вас?Усмехнулся:- Боже упаси, мне этого и не нужно... Любовь и брак - совершенно разные вещи. Я надеюсь, вы это поймете.Припал к руке к руке с поцелуем. Заметив дорогой тяжелый браслет, приподнял бровь.- Красивая вещица... Фамильная? Или...Свити отрезала:- Это подарок.Дэймон свел брови. Обернулся к отцу.- Я так полагаю, следует немедленно послать за нотариусом? Чтобы уже завтра мы cмогли оформить наше небольшое... соглашение по всей форме. А сейчас - прошу меня извинить, спокойной ночи.Проходя мимо Свити к двери, приблизился, выдохнул на ухо:- Дорогая Свит, позволю себе дать маленький совет - не стоит дразнить мужей подарками других мужчин... Мужья, знаете ли, этого не любят, и в гневе могут наделать глупостей...Та ничего ему не ответила, только стиснула зубы покрепче.Свити, полностью одетая, долго лежала в темноте с открытыми глазами, ожидая, когда все заснут. Пора! Прислушалась, тихонько встала, нашарила туфли, бесшумно вышла из комнаты. Миновала спальню родителей, спустилась по лестнице, выскользнула за дверь.Дом спал, нигде не видно ни огонька, только далеко на отшибе - в кузнице - неярко светились окна. Свити, дрожа от ночной прохлады, быстро добежала до приземистого строения, решительно стукнула в дверь. Через минуту послышались тяжелые шаги, дверь, скрипнув, нехотя отворилась. На пороге стоял кузнец Джонатан - неразговорчивый, хмурый мужчина; здоровенный, с темным лицом и огромными загрубевшими руками. Он часто работал по ночам, его сторонились, побаивались и считали колдуном - впрочем, как и всех кузнецов.Джонатан молчал, бесстрастно глядя на хозяйскую дочь, явившуюся к нему среди ночи. Свити робко откашлялась:- Здравствуйте, Джонатан. Извините за поздний визит. Вы позволите мне войти?Кузнец молча посторонился, дав ей пройти. Запер дверь. Сел за низенький грубо сколоченный стол в углу, жестом указал ей на стул. Повернувшись к Свити, вперил в нее черные глаза под нависшими густыми бровями. Свити присела, поежилась. Снова откашлялась и продолжила:- Джонатан, мне нужна ваша помощь. Вот...Высыпала на стол несколько монет. Кузнец продолжал молча смотреть на нее. Свити поколебалась, потом решительно протянула вперед правую руку.- Этот браслет. Его нужно заковать... запаять так, чтобы его невозможно было снять с руки. Все звенья.Опять молчание. Кузнец глядел прямо ей в глаза - ни на монеты на столе, ни на протянутую руку. Наконец, глухо произнес:- Мисс, вам нужен ювелир, а не кузнец. Свити бессильно выдохнула:- Пожалуйста... помогите мне... - глаза налились слезами.Мужчина покачал головой.- Металл нужно будет раскалить. Вы можете получить ожог.Свити почти обрадованно - только бы не передумал! - выпалила:- Это ничего, ничего! Я потерплю. Пожалуйста, Джонатан... - умоляюще заглянула в темные провалы глаз.Кузнец взял ее руку жесткими пальцами, покрутил так и этак, хмыкнул, еще раз покачал головой. Встал из-за стола, направился к жарко горевшему огню, прихватив по пути какие-то инструменты, больше напоминавшие пыточные орудия. Свити не смотрела, чем он занимается. Она поглаживала браслет - тяжелые широкие звенья, ажурный цветочный узор, крупные камни цвета крови... Ей казалось, что сейчас в этом браслете сосредоточилась вся ее прошлая жизнь: золото - это прежнее благополучие, цветы - красота и веселье; - рубины - конечно, ее страстная любовь. Мишель, Мишель... Прижала украшение к губам: "Ты навсегда останешься в моем сердце... А твой подарок всегда будет со мной..."Из раздумий ее вывел низкий голос:- Мисс, у меня все готово. Вы не передумали? Будет горячо...- Я тоже готова. И я не передумала. Что мне нужно делать?... Кузнец расстегнул браслет, маленькими щипцами аккуратно скусил замочек. Обернул девичье запястье лоскутом грубой кожи:- Убережет от ожога.Свити молча кивнула, ожидая - поскорее бы все закончилось.Оказалось не так уж и страшно - толстая кожа надежно защищала руку, было довольно горячо, но не больно. Только пахло ужасно - паленым.Наконец, кузнец выпрямился, отер мокрый лоб - видно, тонкая работа оказалась не такой уж простой.- Все готово. Свити повернула руку с браслетом - застежки уже не было, звенья были накрепко спаяны друг с другом. Браслет стал теснее, и теперь уж точно не соскользнет случайно с руки. - Замечательно получилось. Я могу идти?- Нет, нужно подождать, пока металл остынет. Посидите немного.- Спасибо вам, Джонатан.Кузнец отодвинул от себя кучку монет, оставил одну.- Не за что. Работа нетрудная. Теперь браслет можно снять, только распилив его. Или отрубив вам руку. - начал складывать инструменты.Свити похолодела: "Ну конечно же, его все равно можно снять! Как я раньше не сообразила! Этот чертов Дэймон так или иначе равно принудит меня избавиться от браслета!..." Свити готова была расплакаться. Глаза остановились на затейливом цветочном узоре... Девушка украдкой оглянулась на кузнеца, подождала, когда тот отвернется; быстро, ломая ногти, выдрала из-под браслета кожаный лоскут, закусила губу и...... и с силой прижала нежное запястье к раскаленному металлу, вдавливая ажурный рисунок в свою кожу. И уже теряя сознание, услышала чей-то дикий крик - ее собственный?... Свити очнулась от жгучей боли. Сначала даже не поняла, что с ней и где находится; увидев склоненную над ее рукой черную с сильной проседью - перец с солью - голову, полутемную жаркую кузницу, вспомнила все. Она почему-то была мокрая - лицо, рука до плеча, подол платья. Рядом на полу в луже воды валялась пустая кадушка. Кузнец, бормоча ругательства сквозь зубы, мазал ее запястье какой-то вонючей мазью. Обвязал чистой тряпочкой - стало чуть легче. Но боль все равно была такой, что слезы катились, не переставая. Свити, судорожно вдыхая сквозь зубы, еле смогла подняться, оперлась на протянутую широкую ладонь. Собрав все силы на то, чтобы устоять на дрожащих ногах, еле выдавила:- Джонатан, спа... спасибо вам огромное. Вы не представляете.... что... вы для меня сделали. Простите... что доставила вам... неудобства. Я... я пойду. Всего доброго...Кузнец молча глядел на нее бесстрастными черными глазами. Неожиданно он очень мягко, по-отечески, коснулся своей лапищей ее волос, глухо прогудел:- Ну что ты, девочка... Что же ты делаешь...И Свити не выдержала, обессиленно разревелась на груди этого угрюмого человека, ощущая на спине и плечах неловкие, бережные поглаживания... Кое-как добравшись до своей спальни - вроде никого не разбудила! - Свити рухнула на кровать. Болела голова, запястье мучительно жгло, очень хотелось пить. Прижав горящую щеку к прохладной подушке, сказала себе устало: "Ну вот и все. Все дела закончены, долги розданы. Я готова." Резко села, чуть не хлопнула себя по лбу: "Боже, я опять думаю только о себе! Ну как, как я могла забыть?.."У нее был шанс сделать счастливыми еще двух людей. Шипя и охая, Свити слезла с кровати, прошлепала к маленькому бюро, достала бумагу и чернила. Ругала себя последними словами - надо было сообразить, сначала написать письмо, а уж потом палить себе руку! Света от одной свечки было маловато, но достаточно, чтобы разглядеть - буквы, медленно выводимые непослушными пальцами, выходили кривыми и неразборчивыми, складывались в пьяные строчки: "Дорогая, любимая подруга!..." Утром прибыл нотариус. Пока ему разъясняли условия сделки, пока он с важным видом раскладывал свои письменные принадлежности, тщательно составлял бумагу в двух экземплярах, бесконечно спрашивая и уточняя, Свити безучастно стояла в стороне. Расписался отец, за ним сэр Дэймон, свидетели. Нотариус с поклоном протянул ей перо: "Мисс, ваша очередь..." Свити молча взяла перо, с трудом дважды нацарапала свое имя. Нотариус скрепил документы своей подписью, прижал печатью сургуч. Сэр Дэймон, не отрываясь, смотрел на Свити, точнее, на ее руку. Когда отец вышел провожать довольного нотариуса, Дэймон неслышно подошел к девушке. Свити, равнодушно глядевшая в окно, вздрогнула, услышав прямо над ухом его негромкий голос:- Дорогая Свит, я вижу, вы по-своему воспользовались моим советом о мужьях и чужих подарках.Свити подняла глаза и едва не отшатнулась, наткнувшись на горящий яростью взгляд. Глухо произнесла:- Я пока что не ваша жена. И вы мне еще не муж.Снова уставилась в окно.Вернулся отец.- Сэр Дэймон, Свити, вы еще не думали, где и когда мы будем проводить свадебную церемонию? Каковы ваши пожелания?Дэймон оторвал испепеляющий взгляд от Свити:- В нашей семье есть традиция - не устраивать пышных торжеств. И вообще придерживаться замкнутого образа жизни. У нас не принято устраивать балы и приемы. Я не намерен рушить сложившиеся устои. Венчание будет происходить в моем доме, присутствовать будут только священник и свидетели. Прошу простить, но таков обычай. Вы с семьей сможете приехать к нам позже, я напишу. Через пару недель я пришлю карету за своей невестой. Полагаю, этого времени будет достаточно на сборы. Сейчас я вынужден откланяться и покинуть ваш гостеприимный дом - дела. Передайте мою благодарность за радушный прием супруге. Всего доброго.Поклонился, холодно кивнул Свити, и вышел.