Глория раскинулась на кровати и предавалась ленивой истоме и сладко текучим мыслям. Предмет её мыслей, молодой Сильвио, только что вышел из душа. «Недурён, да, недурён. Немножко глуп, но с такой фигурой можно не думать о мозгах. Впрочем, на то он и манекенщик.» Сильвио нежно улыбнулся ей. Улыбка напомнила ей только что пережитые мгновения: жаркий полдень Тосканы, стекающий по коже шёлк платья, затягивающая близость губ, сила безупречно красивых рук,  полушёпоты-полувздохи, влажная от испарины кожа. «Очень хорош», - прошелестело в голове опять – «но пора возвращаться, Энио, наверное, скоро вернётся с работы.»«Эй, Мария! Мария! Пресвятая Дева! Да, где она?! Карнавал в разгаре! У неё лучшая самба! Алонсо! Ты видел её?! Мария! Мария!» Крики удалялись, затихая вдали. «Бум, бум, бум» - ритмично вздрагивал Рио. «Ах, ах, аах» - вторила ему Мария, мулатка, исполнительница лучшей самбы в квартале. Чёрные кудри разметались по подушке, сочные губы ловили воздух.  Над ней «трудился» известный всему Рио бабник. Теперь и красотка танцовщица не смогла устоять перед харизмой смуглого мерзавца. «Бум, бум, бум – ах, ах, ах, ах». Скотина знал, как обращаться с женщиной. Казалось, что его губы и руки сразу везде. Он целовал грудь, сжимая её талию, а в следующий миг он сосал её рот. «Ах, ах, ах» - ускорялась Мария, бёдра подавались навстречу. Роскошная её задница, гордость квартала, подлетала вверх, в первобытной пляске, в дикой самбе. «Бум, бум, бум» - настаивал Рио и добавлял экспромтом восторженные крики толпы. «Ах, ах, ах, ах, ах, аааааа» - взвилась над городом лучшам музыка карнавала.«О’Нил! Приди в себя!  Встреча с клиентом через пятнадцать минут! Поднимай свою ирландскую задницу и надевай этот чёртов костюм!  Что за дрянь ты принял? Причём здесь секс?!  Я трахалась с тобой и уже одета! Не успеваешь натягивать штаны, носи чулки. Ха-ха! «Старбакс» по дороге, выпьем кофе. Да, О’Нил, я предпочитаю «Contex», а не это барахло из Чайна-таун. И научись, наконец, его натягивать на конец! Ха-ха. А так ты был неплох, май дарлинг, я довольна.»Это был 5-ый за день. 5-ый белый, а у белых всегда такие неудобные члены. Слишком уж они большие и толстые. Да, положим, бабка научила её и 2-х её сестёр всем тонкостям любви, но у бабки не было ни одного белого за всю жизнь! У неё же эти белокожие членомонстры случались ежедневно! Тут нужно не утягивать влагалище, а расширять. Этот Густав из Швеции приезжает в Паттайю уже второй раз. И повадился ходить трахать её каждый день. Сегодня он натёр ей между ног так, что пришлось бежать в аптеку за антисептиком. Как они отращивают себе такие кабачки?! Или это гормоны в пище? Самое обидное, что сексом они заниматься не умеют: ущипнут за миниатюрную грудь, облапят за задницу и всаживают свои овощи. Всаживают так, что приходится закусывать губы, чтобы не закричать. Иной раз кажется, что рожаешь. А они пыхтят как тук-туки, а потом, воя как раненные слоны, кончают, устраивая ей потоп в матке. Ладно, хватит сердить богов, нужно идти подмываться, вдруг случится шестой.Белёсые Витькины ресницы закрывали его белёсые же глаза. Выгоревший рыжий чуб тоже казался бесцветным. Он лежал на спине, закинув голову и всхрапывал. Его шея была вся в разводах от стекающего пота. Подмышками расползлись тёмные круги. Что правда, то правда, «газик» разогрелся на солнце и в нём уже было как в бане. У Катюни устала и заболела спина, но она не шевелилась, боясь нарушить Витькину сиесту. Ситцевое платье замялось, лифчик съехал куда-то набок, одна босоножка была на месте, вторая пропала, попав под страстную Витькину ногу. Катюня скосила глаза влево. Сердце её застрекотало, как маманин «Зингер».  Шофёр председателя булькнул горлом и захрапел в два раза сильнее. Катюня лежала и тихо плакала от счастья – она нашла своего принца.