Я отстёгиваю удерживающие ремешки. Выдёргиваю иголку от капельницы. Отрываю от себя липучку с датчиками. Встаю на ноги. Голова болит и кружится. Делаю шаг, затем ещё один. Вроде бы всё в порядке. Начинаю судорожно шарить по всем закуткам в поисках чего-либо тяжёлого. Наконец мне попался увесистый пестик. Я встаю с ним в руке, за дверью и жду шагов. Вскоре они зазвучали. Такие торопливые с акцентом на каблук. Дверь открылась, и сестричка впорхнула в ловушку. Я, изо всей силы, оглоушила её сзади своим орудием, завёрнутым в полотенце. Она рухнула, как подкошенный сноп. С неимоверным трудом, мне удалось её приподнять и завалить на своё тёпленькое местечко. Затем сняла с неё всю одежду, ну как всю, под халатом у неё было только нижнее бельё. Потом я достала пилу… и вновь проснулась…Ночник по прежнему горел своим малым и ровным светом. Сестрички не было в палате. Толи она приходила и вновь ушла, толи так где-то и запропала, уйдя на поиски огня. Я вспомнила, как было во сне, и точно так же отстегнула ремешки. Затем встала. Полотенце так и висело на спинке стула. Я обмоталась им. Вышло слишком эротично, для передвижения по коридору. Стала искать, чтобы ещё на себя напялить. В небольшом шкафчике, лежал в свёрнутом виде зелёный халат, точно такой же, какие носят люди в операционных. Он даже завязывался с тыльной стороны. Я приложила его к себе, накинула одну полу на другую, и изловчившись с выворотом рук, стала завязывать его у себя на спине. Покончив с этой сложной процедурой, я, как была босиком, так и выскользнула в коридор. Свет был везде приглушен. За стационарным постом, ни кого из дежурных не было. Из одной не то палаты, не то ординаторской доносились голоса и девичий смех. Я так поняла, что все из дежурной смены сосредоточились там. Мне же было срочно необходимо домой. Пестик! Вот что не давало покоя моей ушибленной голове. У нас, среди кухонной утвари, была антикварная ступка с подобным пестиком. Не зря мне приснился этот страшный сон… Именно им, меня и саданули по маковке. Теперь было важно, остался ли пестик на своём кухонном месте, или же пропал безвозвратно. И то и другое обстоятельство должно было стать необходимым и достаточным результатом расследования. Повинуясь некому инстинкту, я спустилась на лифте не на первый этаж, а на нулевой, то есть в подвал. Затем я перешла в другой корпус, и поднявшись по лестнице, аккуратно подобралась к выходной двери. Никого из охраны поблизости не было. Дверь оказалась закрыта на обычный засов без замка. Отодвинув его, я наконец-то вырвалась на свободу. Совсем рядом, за углом здания, стояли две машины скорой помощи. Одна совсем без водителя, в кабине же второй маячил сонный мужчина. Я подошла к нему, и сказала через открытое окно: «Пожалуйста, срочно помогите в приёмном, там нужна мужская сила!» Заворчав что-то в ответ, он вышел из кабины и засеменил ко входу. Я тихо приоткрыла дверцу. Затем забралась на водительское сиденье. Ключи болтались в замке зажигания. Недолго думая, я завела машину и выдвинулась в сторону больничных ворот. Сидящий на вахте сторож, даже не взглянув в мою строну, нажал на кнопку. И створки ворот мелено разъехались в стороны. Я выжала сцепление, врубила скорость и поддала газу. Фургончик понёсся по тёмным улицам спящего города…