Муж мой с тобой согласился бы сейчас. Вспоминая вторые наши роды он говорит, что самое страшное началось в тот момент, когда за мной закрылась дверь в оперблок, а он остался в приёмном покое. Ни схватки, когда я висела у него на руках и он напоминал мне, чтобы я дышала и не зажималась, ни моё ползанье с рыком на четвереньках из сортира в ванную, ни кровь, ни воды, его совершенно не тяготили. А когда нас разделили, накатило чувство тревоги и беспомощности. Мне было проще, я к тому времени уже была с головой в процессе, а мужчине должно быть очень тяжело.Наши друзья, когда рожали дочку, договорились, что папа будет присутствовать только до потуг, а потом выйдет в коридор. Он не смог выйти. И не жалеет