Насчет менталитета, катализатора и русских баб за границей - обожаю книгу Довлатова "Иностранка". Читали? Там главная героиня (русская эмигрантка) тааак строит своего поклонника, что уроки брать надо!  Если не читали - обязательно прочитайте, обожаю эту книгу Отрывочек: Тут снова  позвонили. Теперь уже звонок раздался с лестничной площадки.Одновременно повернулся ключ в замке.     Затем в образовавшуюся щель протиснулась громоздкая и странная фигура.     Это  был  мужчина  лет  пятидесяти в  коричневой  футболке  с  надписью"Хелло!"  и  узких гимнастических штанах.  На  голове  его  белела  марлеваяповязка. Правая рука лежала в гипсе. Ногу он волочил, как старое ружье.     Я с некоторым облегчением  вздохнул. Мужчина явно выглядел не хищником,а  жертвой. На  лице  его  застыло выражение  страха, горечи  и укоризны.  Вкомнате запахло йодом.     - Полюбуйся-ка на это чучело, - сказала Муся.     Увидев меня, Рафа несколько приободрился и заговорил:     -  Она меня избила, сэр! За что?.. Сначала  она била меня  вешалкой. Новешалка сломалась. Потом она  стала бить  меня зонтиком.  Но и  зонтик  тожесломался.  После этого  она  схватила  теннисную ракетку. Но и ракетка черезкакое-то время сломалась. Тогда она укусила меня.  Причем моими собственнымизубами. Зубами, которые она вставила на мои деньги. Разве это справедливо?..     Рафа скорбно продолжал:     - Я обратился в госпиталь, пошел к хирургу.  Хирург решил, что я был  влапах террористов.  Я  ответил: "Доктор!  Террористы не  кусаются!  Я был  урусской женщины..."     - Заладил, - сказала Муся.     Рафа продолжал:     - Я  ее люблю. Я дарю  ей цветы.  Я  говорю ей  комплименты. Вожу ее поресторанам. И  что же  я слышу в ответ?  Она говорит,  что я паршивый старыйнегритос.  Она требует денег. Она...  Мне больно это  говорить, но  я скажу.Сегодня она плюнула на моего тигренка...     Я приподнял брови.     - На моего веселого парнишку...     Я не понял.     - Короче,  она плюнула на  мой  восставший член. Не знаю, может быть, вРоссии это принято? Но мне стало обидно...     Я спросил у Муси:     - Что же все-таки произошло?     - Да ничего особенного. Мне понадобились деньги, за  квартиру уплатить.А он говорит - нету. Тебе,  говорит,  вечно  нужны деньги. А  я  говорю,  тыничтожество. Я десять лет была женой  великого артиста, русского Синатры. Тыему ботинки чистить недостоин. Ты, говорю,  паршивый черномазый сифилитик. Аон говорит - я тебя люблю. Смотри, как я тебя люблю. И вдруг, ты  понимаешь,стаскивает брюки. А я говорю - плевать мне на  твое сокровище. И плюнула емуна это дело. А он мне говорит - ты сука. А я беру пластмассовую вешалку... Ив результате, происходит драка...     - Учтите, - вставил Рафаэль, - я не  сопротивлялся.  Я  только закрываллицо. Она меня загнала в угол. И я был вынужден ее толкнуть...     Рафаэль  производил  впечатление  скромного  и  незлобивого   человека.Вызывал если не жалость, то сочувствие. Застенчиво присел на кран дивана.     Я сказал Марусе:     - Думаю, вам надо помириться.     И еще:     - Предложи ты ему чашку кофе.     - Я бы предпочел стаканчик рома.     - Еще чего?! - сказала Муся.     Тем не менее вытащила из холодильника плоскую бутылку.     Образовалась  довольно  странная компания. Женщина  с  подбитым глазом.Изувеченный ею латиноамериканец. И я, неизвестно почему здесь оказавшийся. Ав центре - начатая бутылка рома.     Маруся говорила Рафаэлю:     - Ты посмотри на Серджио. Он - выдающийся  писатель. Естественно, что унего проблемы  в смысле денег... А ты? Ведь ты же - зиро,  ноль! Так хоть бызарабатывал как следует!..     В ответ на это Рафаэль беззлобно повторял:     - О, факен Раша! Крейзи рашен вумен!..     Я твердил Марусе:     -  Он  мне  нравится. Оставь  его в покое. К тому же от него есть прок.Смотри, как ты заговорила по-английски.     Маруся отвечала:     - Для того язык и выучила, чтобы ругать его последними словами...     Мы   немного   выпили.  Маруся  вскипятила  чайник.  Рафаэль  сиял   отудовольствия. Даже когда я спотыкался об его вытянутую ногу.     Забыв   про    все   свои   увечья,   латиноамериканец   явно    жаждалблагосклонности. Он  смотрел  на  Мусю преданными и  блестящими глазами. Всеноровил коснуться ее платья...