Мне  с детьми  легче,  они  непосредственны  в  своих  эмоциях,просты  и  естественны,  не  довольны-  скажут,  довольны-  тоже  озвучат,  нет  у  них  хитрости,  в  том  понимании,  как  у  взрослых.  Мы  взрослые  делаем  их  трудно перевариваемыми,  наш  цинизм  отзывается  звоном  стекла,  разбитого  нашим  ребенком.  Разве  не  узнаем  мы  во  лжи  ребенка  нашу  собственную  ложь?  Затрещиной  мы  пытаемся  выбить  из  ребенка  свою  собственную  жестокость  и  удивляемся,  когда  он  превосходит  нас  в  ожесточении.  Во  многих  из  нас  умер  ребенок,  мы  не  помним  какие  были  мы,  и  от  этого  говорим  на  разных  языках.  Но  не  все  так  плохо,  таких  меньшинство!