Там на самом деле он мог оставить только свою долю, а не мамину. Мама все время говорила, что ты свою сыну, а я тогда свою дочери. Но подразумевалось, что все брату, т.е. никто видеть и замечать не хотел, что между супругами тоже делиться поровну, вместе нажили.