Над Бабьим Яром памятников нет.Крутой обрыв, как грубое надгробье.Мне страшно.          Мне сегодня столько лет,как самому еврейскому народу.Мне кажется сейчас -                    я иудей.Вот я бреду по древнему Египту.А вот я, на кресте распятый, гибну,и до сих пор на мне - следы гвоздей.Мне кажется, что Дрейфус -                          это я.Мещанство -           мой доносчик и судья.Я за решеткой.            Я попал в кольцо.Затравленный,           оплеванный,                   оболганный.И дамочки с брюссельскими оборками,визжа, зонтами тычут мне в лицо.Мне кажется -             я мальчик в Белостоке.Кровь льется, растекаясь по полам.Бесчинствуют вожди трактирной стойкии пахнут водкой с луком пополам.Я, сапогом отброшенный, бессилен.Напрасно я погромщиков молю.Под гогот:      "Бей жидов, спасай Россию!"-насилует лабазник мать мою.О, русский мой народ! -                       Я знаю -                               тыПо сущности интернационален.Но часто те, чьи руки нечисты,твоим чистейшим именем бряцали.Я знаю доброту твоей земли.Как подло,        что, и жилочкой не дрогнув,антисемиты пышно нареклисебя "Союзом русского народа"!Мне кажется -             я - это Анна Франк,прозрачная,          как веточка в апреле.И я люблю.         И мне не надо фраз.Мне надо,        чтоб друг в друга мы смотрели.Как мало можно видеть,                     обонять!Нельзя нам листьев                  и нельзя нам неба.Но можно очень много -                      это нежнодруг друга в темной комнате обнять.Сюда идут?        Не бойся — это гулысамой весны -             она сюда идет.Иди ко мне.          Дай мне скорее губы.Ломают дверь?           Нет - это ледоход...Над Бабьим Яром шелест диких трав.Деревья смотрят грозно,                      по-судейски.Все молча здесь кричит,                      и, шапку сняв,я чувствую,          как медленно седею.И сам я,       как сплошной беззвучный крик,над тысячами тысяч погребенных.Я -   каждый здесь расстрелянный старик.Я -   каждый здесь расстрелянный ребенок.Ничто во мне           про это не забудет!"Интернационал"             пусть прогремит,когда навеки похоронен будетпоследний на земле антисемит.Еврейской крови нет в крови моей.Но ненавистен злобой заскорузлойя всем антисемитам,                 как еврей,и потому -          я настоящий русский!