Ну вот и похоронили нашего Лёшеньку. Так он не похож на себя был. Губки гораздо меньше, чем при жизни, при жизни они такие пухленькие были, волосы, будто не его.Батюшка, который отпевал, говорил довольно странные, неприятные вещи. Потом крестик на полу нашёл, сказал, что если кто специально подбросил, то он ему в 12 раз больше вернёт. Хоронили в Подмосковье, когда ехали, на довольно узкой поселковой дорожке встречная машина забуксовала, наши мужчины выходили помогать откапывать и толкать, иначе не разъехались бы. В автобусе так и говорили, что не хочет кто-то Лёшеньку так рано хоронить. От ворот кладбища наши мужчины гроб несли, сначала четверо, потом шестеро, скользко было и тяжело.Кладбище очень хорошее, будто в лесу. Тихо на нём и спокойно было, прям умиротворение какое-то. На самом деле, всё прошло мягче, чем я ожидала. Я ночью глаз не смогла сомкнуть, и нервы будто притупились. В самые ответственные моменты я просила Бога помочь маме Антонине пережить. Потом недолго побыли на поминках. всё таки мне до сих пор не верится. Мы когда уходили (часть компании: я, муж, подруга и друг), мама Лёши сказала: Ну вот, девчонки, теперь и поиграть уже не придёте, а так хорошо собирались.И это слова прям зависли в голове. Приходили мы к Лёше не рано в гости, сидели примерно до 23-00. Я всех часто одёргивала, тише, родителей потревожим. А оказалось, что мы им совсем и не мешали.Лёша, Лёшенька... Внутри нас что-то изменилось с твоим уходом. Пока ехали на кладбище, я разговаривала с Лёшей просебя. Просила прощение, что-то другое говорила.Кому не сложно, помолитесь об Алексее и его родителях: Антонине и Михаиле.Спасибо.