Модераторы, пожалуйста, не переносите этот топ в другой раздел типа "Заграницы"."МЫ ИДЁМ К ВАМ".Зацените (далее всё - цитата):Ольга Смирнова 14.09.2009 Дети: приказано уничтожить, или Ювенальная юстиция в действии.Защита прав ребенка на Западе как способ разрушения семьи и общества.В редакцию Русской линии поступило письмо нашей бывшей соотечественницы, ныне проживающей в Норвегии. Ольга Смирнова пишет о распространении весьма опасной практики разрушения семьи и традиционных норм общежития, которая реализуется так называемым Комитетом по защите прав детей (Barnevern) в Норвегии. Эта практика носит отнюдь не локальный характер, – речь идет о поистине коварной и пагубной тенденции всеевропейского масштаба. Автор рассказала нам историю своей семьи и поделилась важными наблюдениями, снабдив свое письмо переводом ряда публикаций норвежских СМИ. Я ходила с двумя детьми в открытый детский садик – платное учреждение, где мамы смотрят за своим ребёнком сами. Администрация детсада заявила на меня в Barnevern, что я "в депрессии", а мой старший Андреас не всегда смотрит в глаза взрослым, когда с ним разговаривают. В Норвегии принято часто улыбаться, показывая свой позитивный настрой и благополучие (даже если этого нет), таков их менталитет. Я пояснила, что дело в различии в культуре поведении, и депрессия здесь ни при чем. Нелегко было избавиться от Barnevern. Они ходили к нам домой и в детский садик, наблюдать за моим сыном. Они решили за нас, что Герман (младший) пойдёт в садик с одного года, и ещё пытались заставить нас принять назойливые и наглые "советы" Veiledning. Говорили, что Андреас (в 2,5 года!) отстаёт в языке, стесняется взрослых и чтобы привлечь внимание детей постарше забирает у них игрушки. Поэтому администрация детского садика и Barnevern решили, что он должен быть под их присмотром. Мы с мужем наняли адвоката. Он объяснил нам, что мы должны добиваться освобождения из-под "опеки" социалистов. Наша участковая медсестра сказала только хорошее о нашей семье и показала, что развитие Андреаса для ребёнка его возраста вполне удовлетворительно. Она предложила, что сама походит к нам 6-8 раз с "советами", и мы с мужем решили, что уж лучше медсестра, чем надзиратели Barnevern. Но и после этого нас продолжали запугивать и говорили, что подадут жалобу в областную администрацию. Это дело длилось почти 6 месяцев. Я пережила очень тяжёлое время, в постоянном страхе, что детей могут забрать… Barnevern – это своего рода общество "защиты" детей. Оно забирает детей в бедных семьях, у матерей-одиночек. Их не волнует, что лишение маленького ребёнка родителей всегда является для него большим шоком, что это разрушает детскую психику. Граждане Норвегии имеют очень большие выгоды от гражданства и хорошо защищены экономически. Например, после развода государство оплачивает обучение женщины; оплачивает услуги адвоката бедной семье; инвалиды получают хорошее пособие и т.д. Казалось бы, с правами человека здесь все в порядке. Однако они грубо нарушаются, причем начиная с детства. Так, в Норвегии детей с детства учат жаловаться друг на друга в различные инстанции. Сидят, например, на уроке два норвежских мальчика, лучших друга, и первый списывает у второго. Второй подходит к учителю и говорит, что его друг списывает, а на перемене мальчики, как ни в чём не бывало, идут вместе пить кофе. В Норвегии так называемые социалисты пытаются воплотить в жизнь идею о том, что все должны одинаковыми. Все дети должны ходить в детский садик с года, дети должны быть хорошо адаптированы к социальной среде, хорошо воспитаны. Если ребенок отличается от других, выделяется из общей массы (даже если стеснительный, или непоседливый), принимается за работу Barnevern. Эти социалисты уверяют, что умеют формировать детей. Это их логика: легче формировать маленького ребёнка, чем подростка, который уже испорчен. Причины для подачи жалобы в эту организацию могут быть различными. Например, если родители "заставляют" ребёнка убирать в комнате и выносить мусор, это называется принудительным использованием детского труда. Эта организация имеет весьма широкие полномочия. Основанием для того, чтобы забрать ребёнка от родителей, может быть мнение одного человека – классного руководителя, врача, медсестры, заведующей детсадом, работника самого Вarnevern, если вы им не понравились, просто даже случайного человека, недоброжелателя… Они говорят о соблюдении прав человека и заботе о детях. Но они не понимают или не хотят понимать, что если ребёнка забрали от родителей, травма детской психике уже нанесена, и это уже никакими средствами не вылечишь… Обычно Barnevern вызывает родителей на встречу письменно. Они должны бросить всё и немедленно явиться, иначе их забирает полиция, где бы они ни находились. Затем в Barnevern заводится конкретное дело. Начинается сбор информации, звонки в различные инстанции. Сотрудники Barnevern ходят наблюдать за детьми в школу, детский садик, опрашиваются врачи, учителя, работники детского садика, медсестры по контролю за детьми (которые определяют детское питание, контролируют рост, вес ребенка и т.д.). Ходят также на дом и надзирают за тем, как родители воспитывают детей. Причем приходят без звонка, без предупреждения; могут неожиданно постучать в дверь, а если не пустите – значит, оказываете сопротивление властям, а это повод для того, что забрать у вас детей. Еще Barnevern заставляет родителей принимать программу Veiledning – это "давание советов" по воспитанию детей. В таком случае они ходят домой раз в неделю и ставят воспитание ваших детей под полный и неограниченный контроль; заявляются в детский садик, школу, всюду, куда ходит ребёнок. Это может продолжаться годами. У многих матерей в Норвегии есть двое, трое, четверо детей. Если кто-то из соседей доносит в Barnevern на мать-одиночку, которая лишь выглядит уставшей, к ней в дом приходят и делают произвольные выводы о том, что дети ее не слушают, она не справляется. Сначала забирают у неё детей на одни выходные в месяц, а со временем могут и вообще забрать и отдать в приёмные семьи. Если родители вдруг ссорятся, то это тоже одна из причин, чтобы забрать детей. Одна дама невзлюбила в детском садике мою знакомую и донесла в Barnevern, что её сын якобы плохо воспитан. А они работают с детьми, как со взрослыми, оценивая их достоинства и недостатки. Они пытались найти в мальчике недостатки, доказать, что родители не занимаются его воспитанием и что детей нужно забрать. Мать была вынуждена сбежать с семьёй в Южную Норвегию из-за боязни потерять детей. Проблемы с Barnevern неоднократно возникают у живущих в Норвегии выходцев с Украины. Одна из причин в том, что они дают детям конфеты в середине недели, а в Норвегии принято давать конфеты только в выходные. Соседи, школа, детский садик жалуются в Barnevern, что родители портят детям здоровье и зубы. Когда у маленького ребёнка высокая температура и он простужается, у нас принято вызывать скорую и лечить. А в Норвегии большинство родителей детей от простуды не лечит – "само пройдёт". Поэтому здесь могут заявить на вас в Barnevern, что вы детей "залечиваете". Были случаи, когда у наших украинских граждан забирали детей и отдавали в приёмные семьи, потому что они не хотели идти на сотрудничество с Вarnevern и оказывали сопротивление. На одну русскую семью соседка написала жалобу о том, что она использует свою дочь как домработницу, "незаконно использует детский труд". Это соседка подглядела, что дочь (7 лет) выносит мусор из дома, пылесосит в своей комнате, а также застилает свою постель и вытирает дома пыль. Одна норвежка поругалась со своим сожителем. За ее ребёнком смотрела прабабушка. Прабабушка позвонила в полицию. На следующий день их вызвали на встречу в комитет, и после этого стали ходить с наблюдениями. У ребёнка были колики, а мать "выглядела уставшей". Комитетчики сказали, что ребёнка заберут на время, чтобы она отдохнула, но её обманули и ребёнка не вернули. Случаи коликов бывают разные, мой старший сын от 5 недель до 3 месяцев вообще не спал и часто кричал. Если в такой сутуации какой-то "доброжелательный" сосед подал жалобу о коликах вашего ребёнка, то вы можете его потерять. Татьяна приехала в Норвегию из Сочи и вышла замуж в Осло. Муж стал выпивать, и она уехала с трехлетним ребёнком к матери на север страны. Ей положено от государства пособие и оплата обучения. Для этого она должна написать не одно письмо и написать грамотно. Но она не знает норвежских законов и языка. К ней пришли из Barnevern и забрали ребенка: комитет по правам детей решил, что у неё нет дохода, она не знает язык – значит, ребёнок будет жить в приёмной семье. Недавно по телевидению показывали, что саамского ребёнка (народность, живущая в Норвегии), находившегося в саамской приёмной семье, отобрали и поместили в норвежскую приёмную семью из-за его "плохого поведения". Ребёнку три года! Саамский и норвежский два совершенно различных языка! Где та грань, где заканчивается хороший ребёнок и начинается плохой, я не понимаю… Что можно считать поведенчискими проблемами в 3 года, я тоже не понимаю. Этот комитет по защите прав детей против биологических родителей. Их задача – найти, за что отобрать ребёнка. Сначала они после получения жалобы ходят с проверками домой, в детский садик, школу, – это так называемая стадия исследования, которая длится от 3 до 6 месяцев. Потом они стараются вцепиться за семью, в ребёнке ищут только негативное, ища любые поводы для его разлучения с семьей. Затем передают дело в специальную комиссию областной администрации, где в рапортах сплошь негативные отзывы и ложно преподнесенная информация. Оттуда может прийти указание навязать семье "воспитательные советы" (Veiledning). Если раздача "советов" длится несколько лет, это, как правило, заканчивается лишением родительских прав. Все норвежцы нанимают адвоката, подают жалобу губернатору. После этого часто преследования прекращаются. А если и это не помогает, то многие убегают в Испанию. Об организации Barnevern в прессе только негатив. Профессор университета в Бергене Марианэ Сколань (61 год) была свидетелем во многих делах и говорит, что знакома с проблемой изнутри. М.Сколань была приглашена в газету "Moss Dagblad" высказать своё мнение о норвежском Комитете по правам детей, за работой которого она следит много лет. По ее словам, они совершают ошибки в 99 процентах дел. Как правило, комитет выбирает тех родителей, которые многого не понимают и поэтому дают собой управлять. И еще за работу в Barnevern платят хорошие деньги, поэтому его работники очень старательны. Многие дети становятся депрессивными, когда прибывают в приёмный дом. Здесь они также бывают подвержены издевательствам. Все данные статистики говорят о том, что многие из них портятся, вырастают с криминальными наклонностями, злоупотребляют алкоголем и принимают наркотики. Большое количество заключённых выросли в приёмных домах. "Дети не верят никому в этом обществе взрослых, – говорит Марианэ Сколань. – Они замыкаются в себе и думают: "Как я буду вести себя в обществе, которое так со мной поступило?". Эти люди из Комитета виноваты во многих сломанных жизнях"… Проблемы с алкоголем, преступность и насилие становятся причиной постоянного увеличения числа детей и подростков, которые принудительно помещаются в учреждения Комитета. Так, например, в 2001 году от родителей были изолированы 6 215 детей. Всего в этом году комитету пришлось разбираться в судьбе более чем 33 тысяч детей. Другими словами, на каждую тысячу детей в мероприятиях комитета были задействованы 23 ребенка. Исследователи считают, что в Норвегии от 10 до 20 % детей и подростков растут и развиваются в неудовлетворительных условиях, что является причиной серьезных психологических проблем, страха и депрессии. В спецзаведениях Barnevern 90 процентов подростков становятся наркозависимыми! В нескольких норвежских интернет-изданиях опубликовано интервью с 17-летним подростком. Его жизнь в Barnevernet началась, когда ему было 13. Он жил в коммуне возле Бергена и у него было плохое поведение в школе. Ему поставили диагноз "гиперактивность", и подросток был отобран у родителей и помещён в спецзаведение Комитета. Под здешним попечительство он начал курить гашиш. "Это как большой нарколагерь. Люди приходят сюда, чтобы купить, продать или употреблять наркотики", – говорит 17-летний! По его словам, в организации об этом знают и это их не волнует. "На дому родители бы не разрешили этим заниматься. А здесь свобода" (!!!) "Ежедневные контакты с работниками учреждения ограничиваются их одноразовым вечерним посещением квартиры, где я живу, – для того, чтобы убедиться в том, что все дома, – рассказал мальчик. – Речь не всегда идёт о гашише. Несколько месяцев назад умерла девушка от передозировки. Она начала употреблять героин в спецзаведении детской организации". Комитет по защите прав детей – серьезная международная организация, имеющая неограниченные полномочия и хорошо отлаженный механизм действия. В перечне мероприятий, призванных защитить права ребенка и улучшить условия их содержания – довольно широкий выбор средств: от помощи психологов, преподавателей, материальной и консультативной поддержки до лишения родителей прав на ребенка и помещения ребенка в другую семью. За последние шесть лет в среднем около 400 детей каждый год в результате действий Комитета передаются на "попечительство" государства. Как отмечается в одной из российских публикаций, из структуры, изначально призванной помогать родителям, Barnevern превратилась в карающий меч, от которого невозможно избавиться на протяжении всей жизни. Благодаря ее деятельности многие семьи оказываются разрушенными. Послесловие РЛ. Кажется, мы уже понимаем, о чем говорил несколько десятков лет назад знаток глобализационных процессов Сбигнев Бзежинский ("В 2000 году признают, что Робеспьер и Ленин были мягкими реформаторами" ). Тоталитарные режимы прошлого – образцы демократии, по сравнению с живыми концлагерями, растущими сегодня на полях "просвещенной Европы". Кажется, мы уже ничему не удивляемся. Не удивляемся публичным манифестациям педерастов на улицах городов "христианской Европы", да и православной России уже тоже. Не удивляемся, когда слышим об извращенцах, публично хвастающих креслом мэра или епископским саном на Западе. Не удивляемся заявлениям римских понтификов, призывающих глобализаторов к большей активности. Не удивляет нас и описанная выше тенденция насилия на детьми и уничтожения семьи. С одной стороны, как будто независимы от нас эти растущие по геометрической прогрессии процессы, и мы уже не в силах остановить торжествующую поступь "прогресса", сметающего на своем пути остатки традиционного христианского общества. Но никакая "объективная тенденция" и никакая разрушительная стихия не означают, что в этом падшем мире дети рождаются заведомо ущербными и поврежденными. В воле родителей определить для ребенка его зависимость от социальной среды и степень информационного воздействия на его сознание. Мы живем в информационную эпоху, где стираются грани духовной, национальной и культурной самобытности народов, а процесс обмирщения христианства во всем мире принимает необратимый характер). То есть Родина и Церковь, как абсолютные ценности, уже завтра будут сданы человечеством в архив. Это означает, что единственным институтом некогда традиционного общества останется семья, – как малая Церковь и малая Родина. В этом году Украина присоеденилась к Европейской Ковенции по правам ребёнка, а Российской Федерацией было ратифицирована Европейская социальная хартия. Нет нужды объяснять, что скрывается за этими формулировками и чего добиваются лоббисты принятия этих документов законодателями. Слава Богу, ментально мы сильно отличаемся от западноевропейцев, и вышеописанная практика вряд ли приживется на русской земле. Однако симптомы достаточно тревожные. (К извращенцам мы тоже достаточно нетерпимы, а они уже ходят по нашим улицам). Пусть закон принят. Если юридическое постановление духовно безграмотных политиков противоречит духу правды – для нас, русских и православных, он не закон. У нас всех есть общая задача. Родителей – оберегать детей от чуждого влияния и плохого примера; государства – оберегать родителей, семью от ложных ценностей и тлетворного информационного воздействия; Церкви – оберегать государство от духа секуляризации и слепого законотворчества. С нами Бог! Подготовил Александр Жучковский , Русская линия http://www.rusk.ru/st.php?idar=114552