С лицом измученным и серым,на белой смятой простыне,как жертва бешеной холеры,лежит коленками к стене.Протяжно стонет, как при родах,трясётся градусник в руках.Вся скорбь еврейского народазастыла в суженных зрачках.По волевому подбородкуструится пенная слюна.Он шепчет жалобно и робко:«Как ты с детьми теперь одна??..»В квартире стихли разговоры,ночник горит едва-едва.Темно. Опущены все шторы.У мужа… тридцать семь и два…