*нудно*...почитайте штоль... рассказег сказали в д/с написакать, там конкурс проходит "игрушка моих родителей". нада игрушку с детства родителя/лей и рассказ к ней в один лист, не более 4000 символов. наваяла, терь отнесу завтра.(многабукав).......555 слов о детстве…«Мне было пять, точнее сказать, приближалось мое пятилетие; советское, обычно-привычно-скромное детство. Как и все девочки, я мечтала о Кукле. Не просто о кукле, а о Кукле, «ходильной», красивой, большой, с пышными  волосами и в нарядном платье.  Ну, а какие куклы могли были быть в далеком 82-м, в Норильске, средь сугробов, двух магазинов и сплошного дефицита? Но каким-то неимоверным, волшебным, сказочным образом она у меня появилась, аккурат в день моего пятого рождения, 27 декабря, под Новый год. Мама уже спустя много лет рассказывала мне, как купила ее в Детском Мире, когда была в командировке, в Москве, отстояв трехчасовую очередь на улице и еще столько же в магазине. Кукла!…вот это да, самая настоящая , самая красивая на  свете  Кукла. Она была такая чудесная, такая необыкновенная, такая…настоящая Ходильная Кукла, истинная девчоночья мечта. Я  играла-то с ней особенно, бережно переставляя с кровати на стол,  далее на пол и включала ее механизм, каждый раз с замиранием сердца и трепетно наблюдая, как она ходит и говорит «ма-ма». Моя самая близкая подруга Ирина, с которой бок о бок прошло всё наше  детство, прошла наша юность и ныне проживаем свои «года среднего возраста» искренне мне завидовала тогда, тем самым  давая мне повод важничать в играх и расставлять  приоритеты в игре «дочки-матери». Обе мы с Иркой ходили в «Золушку», у нас была самая добрая и самая замечательная воспитатель Зинаида Макаровна, с которой мы делились своими тайнами и, конечно же, хвастались своими игрушками. Я тогда хвасталась Куклой, а Ирка, важно стоя рядом, поддакивала моим рассказам взахлеб, дополняя сбивчивые эмоции вздохами восхищения …Помнится, Ирка заболела…страшно и надолго. Я страдала, плакала, жалела ее как могла. Наконец-то Ирке разрешено было вставать с постели -  я помню хорошо тот день, мы договорились поиграть и я принесла ей Куклу…мы  играли до вечера, пропустив  «спокойной ночи», без привычного чаепития с оладьями. Восседая на ее диване, я думала, что смогла бы раз и навсегда расстаться со своей красивой игрушкой, лишь бы Ирка поправилась. Как-то быстро  всё произошло… Ирку родители увезли к бабушке, «на материк», поправлять здоровье, а мы с моей красавицей Куклой долго тосковали, я всё придумывала рассказы для Ирки  и мечтала поскорей с ней встретиться, чтоб рассказывать  и рассказывать о том, как мы скучали.Уже будучи взрослыми, в погоне за счастьем в кошельке, в повседневной жизни своей, в этом круговороте нас в природе, в суете, в черствости суждений, в безразличии чужому горю либо в сопереживании и помощи…мы забываем о нем, о своем детстве. А оно дома, на антресоли, где-то там, в пакете,  лежит такое тихое теперь и невзрачное, потертое и потрепанное, разрисованное и где-то порванное,  а тогда казавшееся ярким и идеальным.  Мы забываем о нем, а оно так и продолжает тихонечко лежать на пыльной полке, молча. И каким-то нелепым образом, каким-то незатейливым рассказом сыну в сад…когда щемит сердце от найденного вдруг самого любимого хоккея настольного, от ржавого железного грузовика, от  потертого плюшевого зайца–медведя, от полукрылого самолета, от затертой елочной игрушки, такой милой и почему-то дорогой сердцу, от юлы, покривившейся за столько лет скитаний по чуланам, от самой лучшей в мире Куклы...становится тепло-тепло, потому что доставая это добро,  дом наполняется воспоминаниями о детстве; и теперь уже с уверенностью можно сказать, сквозь десятки лет, что это воспоминания о самом счастливом и беззаботном времени…Кстати, надо позвонить Ирке, узнать, как там ее сын поживает и заодно спросить, куда она подевала своего огромного пупса в красивом голубом кружевном конверте.»