Артемис, с Вашей философией по жизни, боюсь, жен декабристов не понять никогда. Вы не умеете жертвовать ради мужчины, не обижайтесь, но я думаю, что и любить Вы не умеете.Я еще по теме ВОВ поняла, что Вы с историей явно не в ладах. Но для Вас простительно, если у Вас нет российского гражданства и Вы живете, предположим, в Латвии или на Украине. Так вот, для тех, кто не знаком с историей, вкраце расскажу. Жен декабристов никто никуда насильно не отправлял. Более того, со стороны Николая Первого им чинились препятствия для того, чтобы они ехали за своими мужьями (вот мужей в принудительном порядке отправляли) в Сибирь. Им не давали разрешений, их мурыжили посредине пути, не давая пропуска для дальнейшего проезда, их запугивали, их пытались подкупить и т.д. и т.п. Но истинно любящее сердце не знает преград. Они, жены декабристов, все это преодолевали и ехали за своими мужьями. Их героизм потряс не только российское но и европейское общество. Эти смелые женщины отказывались и от сословных привилегий (а это очень большая жертва для человека, который с детства привык расти в определенном кругу), они оставляли деньги и все состояние, некоторые из них жертвовали возможностью видеться с детьми (детей категорически не пускали в Сибирь за их отцами вместе с матерями, это было сделано намеренно, дабы многих жен этот фактор остановил)... "Наконец, им предоставили положение о жёнах ссыльно-каторжных и о правилах, на которых они допускаются на заводы. Во-первых, они должны отказаться от пользования теми правами, которые принадлежали им по званию и состоянию. Во-вторых, они не могут ни получать, ни отправлять писем и денег иначе, как через заводское начальство. Далее, свидание с мужьями дозволяется им только по воле того же начальства и в том месте, которое им же будет определено".— Е. П. Оболенский. Мемуары декабристов. Северное общество. Составление проф. В. А. Фёдорова, М.: Издательство Московского университета, 1981, с. 104Вот краткое описание жизни одной из них - Екатерины Ивановны Трубецкой:"Трубецкая сняла домик на Благодатском руднике. В декабрьскую стужу, когда заключенных гнали на работу, она передала им однажды все теплые вещи, даже тесемки от своих меховых сапожек — пришила их к шапке-ушанке одного из каторжников. Потом отморозила ноги, долго болела. Много ей пришлось тогда пережить: издевательства и грубость конвоиров, насмешки начальника нерчинских заводов Бурнашева и горного офицера Рика, оскорбления генерал-губернатора Восточной Сибири Лавинского. Но духом она никогда не падала; на душе было светло, радостно: она снова с мужем! Два раза в неделю! Трубецкая покупала на свои деньги для заключенных продукты, писала от их имени письма домой (каторжникам не разрешалось вести переписку)". А Вы говорите работу бросить невозможно! Смешно.