Фашистка Наташа наш крест или что?Afanassy | Дом 2 | Март 23, 2010 |Радость ты наша! заорали телезрители, многостаночница ты ебаная! Это они увидали на экране Собчак. Час назад она по пятому что-то говорила, а теперь тут. Это наша пострелка, решили телезрители, она везде поспела. Больше они сегодня Собчак не видели.Кондрат вздохнул и начал нести обычную ахинею. Ну че, говорит, ну тянет Глебку и Надьку к другдругу прямо в шкаф. Ну, фашистка Наташа прибыла откуда-то, а вы думали, что больше не увидите её? Ей и микрофон новый оборудовали, и лампочку ей в жопу из светодиодов ленинградского завода лично Чубайс вставил, сегодня он об этом Путину доложил, от этого уже второй день Афанасий то в пробке стоит у Шпалерной, то Московский перейти не может. Как фашистка прибыла – сразу объявила Либерману форменную войну, а я что говорил? Либерман и фашистка - понятия несовместные, даже Растопыров тут бессилен, хоть Либерман и Нектарий.Дальше показали, что заводские зачем-то в полном составе на дачу приехали. Вася очень рад, сказал Кондрат, он и кепку по такому случаю одел. Этот Вася всё время кривляется, что он типа шутить умеет и остроумный. Поэтому смотреть на него просто сил не хватает, такой противный этот Вася со своей башкой в виде кастрюли. Он тупой кривляка.А фашистка Глебку называет почему-то клубникой, хотя того теперь по фамилии употребляют. Жемчужный гандон, сказали телезрители, с усиками, вернее, мишенью на причинном месте типа затылка головы, спит, не раздеваясь, и во сне облизывается. Короче, сказав слово клубника, фашистка с трудом стала забираться на гандона в буквальном смысле. Залезла прямо спереди ему на шею, Глебка стал задыхаться, т.к. рот его оказался наглухо закрыт одним местом фашистки, еще свободным от высокотехнологичной аппаратуры. Инновации впереди, солидно сказал из кустов Комиссаров, средства выделяем. А носом гандону дышать трудно, этот артист с дефектом носа.Приступай, скомандовала Наташка. Глебка замычал. Тут подошла Надька и стала для виду стучать кулаком в фашистку, оккупировавшую Надькиного одношкафника. Побила и ушла в комнату красить лицо, попала-то только в Глебку. Ой, что мы делаем! фальшиво запричитала фашистка, ой, зачем ты меня так посадил! Ой, не подумала я, ой, забылась! Побежала к Надьке и говорит: да я, не подумав, так поступила, я олько хотела Глебке новую лампочку показать! Мне её на 50 лет гарантии вставили, хочешь такую же? Надька очень хотела, но знала, что ей никогда лампочку ни в жопу, ни в другое место не вставят, это только блатной фашистке. Это я не со зла, движухила фашистка, а так просто – не подумав! Искренне сожалею. Но Надька гордо игнорировала все извинения.Наверное, я просто отвыкла от дома2, вздохнула фашистка. Телезрители обомлели. Вот это да! после некоторой паузы закричали они, это чем же она там за забором занимается, если таким способом отвыкла?! Нам теперь даже представить её моральный облик ужасно, раньше просто страшно было, а теперь даже подумать боимся, что нам еще после 23 час она покажет! Это же, блядь, где мы были мы не скажем, а что делали покажем получается!Пошла фашистка опять на кухню, по дороге встретила Глебку. Он стоял с недоумевающим видом, было понятно, что гандон ждет, что фашистка позовет его в шкаф. Не позвала, сволочь. Приступай, приступай, ворчал Глебка, возвращаясь ни с чем в кухню.А к Надьке пришла полуголая двоечница Даша, которую на днях выперли из вуза. Не бывать ей депутатом или начальником каким, туда только троечников берут, а Даша не смогла тройку получить. Далеко ей до Оленьки с красным дипломом. А я представляю себе декана или кто там выпирает, с каким удовольствием они сообщили печальное известие Даше, как неприкрыто они улыбались, злорадствуя, что не дали хорошей девушке образование получить. Теперь ей один путь - в артистки острого жанра, там образования не требуют. Но, кстати, некоторые телезрители стали Дашу защищать. Не двоечница она, стали они говорить, у неё вообще нет ни одной отметки, её не имели права выгонять, у ней нет плохой успеваемости, у ней нет успеваемости, а это разные вещи! Вон, Гриша Перельман из-за физкультуры золотую медаль тоже не получил, а вон чего придумал. Наша Даша тоже гений, но в своей области вместе с Женей, у кого хотите в клубе спросите! Но какой же мудак этот физкультурник в 239 школе! При мне нормальные были, пятерку не жалели хорошим ребятам.Короче, пришла Даша и говорит: у Глебки с фашисткой был секс по телефону, т.к. натуральный фашистский секс особо жестокий, практически Майданек. Да еще эти лампы вечные в жопе горят, не переставая беречь электроэнергию. Натуральный коллайдер.А на заводе Маша уже назначила Римму свидетельницей на свадьбу, по такому случаю девки пошли рекламировать салон свадебных платьев, и Римма одела такую коротенькую юбочку, что стала вылитая Пугачева в её худший период, который уже не кончается.А на даче стали красить стену в радикальный зеленый цвет, от такого цвета в глазах становится красно, Инна на зеленое посмотрела немного, чего-то у неё в башке повредилось, и она говорит: а вы знаете, что я способна родить здоровеньких детишек? Даже не догадываемся, сказали телезрители, но в виду иметь будем, мы вообще-то приветствуем презервативы.Тем временем на заводе Жанна говорит Римме в короткой юбочке: у вас фиктивная парочка с Даней, вы играете в игры. Какие игры! возмутилась Римма, я сплю с ним в одной кровати! Конечно, он загадочный мужчина, но мы с ним из комнаты не выедем. Никаких загадок вроде, удивились телезрители, полиграфычи же всё, вроде рассказали?Тут в дом2 приехала Оленька, которая теперь старается и за прораба, и за Собчак. Фашистка, говорит Глебке с укоризной, только сюда приехала, она еще не привыкла опять к нашим пуританским нравам, но твои мозги-то где? У фашистки в пизде! не выдержали телезрители-поэты. Да, так и подтвердила Даша без образования, как можно сесть промежностью Глебке на шею, когда у него есть любимая Надька? Фашистка сделал вид, что обиделась типа как на Мюнхенский сговор в лице товарища Сталина, ушла, но тут же вернулась для агрессии. А Оленька сразу её поддержала, как товарищ Сталин Гитлера нефтью и зерном. Она, говорит, не специально села пиздой на шею Глебке, поэтому она не виновата. Незнание законов не освобождает от ответственности, не к месту вспомнили телезрители, села – отвечай!Отошла фашистка в сторонку, налила в глаза свежей водицы из бутылки, откуда Либерман хлебал и говорит: откуда в людях типа Даши столько злости? А вот когда и тебя из вуза попрут, объяснили телезрители, тогда и узнаешь.Дальше показали ужасную сценку, как малютке Огибалову меняли подгузники. Женя стоял рядом и орал рекламу про эти подгузники, ничего святого у ребят. От жениных криков младенец тоже иногда начинал орать. Очень приятный младенчик, толстенький такой, ножками дрыгает, за что ему такие мучения. Под конец сценки Женя вообще благим матом заорал: мы будем жить в отдельном доме, мы - семья! И ребенок заплакал, очень Женя его испугал. Нервным будет.Надька же в это время убеждала Глебку заселяться. Мы, говорит, не выдержим, нас тянет к другдругу в шкаф, нельзя нам расходиться по общагам. Мы ведь еще и кино вместе смотрим, нельзя нам разъезжаться, тянет нас. Ну давай, без особой уверенности сказал Глебка, глядя в пол. Комната не будет нам мешать бороться и быть сильными, стала рисовать перспективу Надька, ну иди сюда, давай поцелуемся. Ну давай, уныло пошел целоваться Глебка, его не тянуло, зато Надьку за двоих. Естественно, сказала Надька, поцеловавшись, мы с этим жить не можем, но про это никому не скажем. Так и сформулировала что-то нам неизвестное. Чего, чего это? забеспокоились телезрители, про что не скажем? Это после рекламы, сказал Кондрат.Но тут я стал смотреть школу, больше ничего не знаю. До чего же мне это кино нравится! Какой Германика тонкий человек! И режиссер, по всему видно, очень хороший. Как это на первом канале такой сериал выпустили? Не могу понять.