Супруги везли с собой через границу старую мать Волконского, которая не могла передвигаться и была уже частично в деменции, что неоднократно и до самой границы ставило их в самое критическое положение."Безконечно мучительно тянутся минуты ожиданія. Ни читать, ни думать, ни разговаривать мы не въ состояніи. Послѣдняя ставка поставлена. Мы стоимъ у по- слѣдней черты. Перейдемъ - ли?... Должно быть, и мыслей никакихъ не было, только одно напряженное ожиданіе, одинъ трепещущій вопросъ: да или нѣтъ? Да или нѣтъ — выпустятъ или задержать?Всякая пытка приходить къ концу. Долгожданный толчокъ — поѣздъ трогается. Медленно, медленно, ближе и ближе къ границѣ...Маленькая грязная рѣчка. Нѣсколько солдатъ съ ружьями. Мостикъ... Смотрю на П. П., но онъ не смотритъ на меня: его глаза устремлены туда — назадъ — въ Россію... Вотъ онъ перекрестился. Мы въ Эстоніи.Падаю на колѣни, лицомъ на сундукь. Рыданія подступаютъ къ горлу."Свекровь Софьи кн. Вера Волконская, ур. кн. Львова в молодые годы, портрет кисти К. Маковского