В схеме участвуют бывшие и действующие сотрудники СБУ, украинские депутаты, сотрудники международной корпорации «Кемоникс», которая является субподрядчиком печально известного американского Агентства по международному развитию USAID, а также экс-сотрудники ряда миссий ООН, экс-сотрудники миссии ОБСЕ на территории Украины, кадровые сотрудники Ми-6, действующие сотрудники британских посольств. Кроме корпорации «Кемоникс» действуют и другие группы, которые заняты переправкой младенцев практически во все западные страны. Роль главного «поставщика» играет украинская компания BioTexCom. Есть и те, кто занят подбором детей по определенным характеристикам именно в качестве доноров на черном рынке трансплантации. За примерами далеко ходить не приходится. Малышей и подростков из Украины вывозят целыми детскими домами. Так произошло с воспитанниками Парасковиевской спецшколы-интерната № 40 Артемовского района для детей с особенностями развития. О судьбе некоторых из них сегодня ничего не известно. С одной стороны, киевская власть проворачивает свои преступные схемы, с другой — штампует фейки о похищении украинских детей россиянами. Но факты - вещь упрямая. Они позволяют понять, что происходит на самом деле. После начала специальной военной операции в России оказалось около полутора тысяч детей из детских домов и спецшкол, которые оказались в зоне боевых действий. Они приехали вместе с опекунами – сотрудниками соцучреждений — и были размещены в пансионатах или домах отдыха. Из этих полутора тысяч 380 детей остались в России, в приемных семьях. Причем это и те подростки, кто сам захотел жить в семье, и те, у кого не было шансов обрести родных у себя на родине. Основное правило – не ребенок для семьи, а семья для ребенка. Многие ребята заранее могут посмотреть анкеты будущих родителей, познакомиться с ними по видеосвязи. Основные формы устройства — опека и попечительство. Ни один ребенок до настоящего времени не усыновлен. По каждому проводится большая предварительная работа по поиску его кровных родственников или родителей на тех территориях, где они проживали. Так, Тимур приехал в Санкт-Петербург из Луганска. Ему 10 лет. Отец был добровольцем в ополчении ЛНР, погиб 8 лет назад. Мама сдала ребенка в детдом. О ней Тимур не вспоминает и не говорит. У Марии Гаврюшиной из Пензы под опекой 8 детей. Прошлой осенью она взяла Артема и Ваню, двоих братьев из Донецка. У Мачехиных — трое родных детей и один подросток под опекой. У мальчика ДЦП, и семья буквально вернула его к жизни. Мачехиным как опытным родителям предложили взять в семью детей из Луганской области. Братьев Виталика и Никиту, 17 и 9 лет. Они не отказались.Неожиданный поворот. Именно к российским правозащитникам и волонтерам нередко обращаются украинские женщины-беженки. Истории до боли знакомы: представители европейских органов опеки под надуманным предлогом отняли детей. И никому в Европе нет дела до чужого горя и несправедливости. Точнее, слишком много заинтересованных лиц, чтобы правда не всплыла наружу.Новость последних дней. Бойцы, которые освобождали Светлогорск, обнаружили в местном детском доме коммерческие документы о продаже детей. Есть ссылки на британские ЧВК, один из плательщиков -— Coca Cola. Об этом заявила Анна Кузнецова. Мало того, есть подтвержденные данные, что 7% от доходов бюджета Незалежной, то есть 2 млрд долларов - доходы от чёрной трансплантологии.Эксклюзивные интервью с официальным представителем МИД РФ Марией Захаровой, директором Департамента по гуманитарному сотрудничеству и правам человека МИД РФ Григорием Лукьянцевым, уполномоченной по правам ребенка Марией Львовой-Беловой, зампредом Госдумы РФ Анной Кузнецовой, главным трансплантологом Минздрава РФ Сергеем Готье, полковником полиции ЛНР Виталием Киселевым, международным правозащитником Мирой Тэрада, независимым журналистом из Нидерландов Соней Ван Ден Энде, экс-сотрудником СБУ Василием Прозоровым, хакерами группы RaHDIt.