Примерно совпадая по времени с последовательностью изменений на данном уникальном месте, разворачивалась история одной семьи, а именно семьи Троцкого Льва Давидовича, он же Лейба Бронштейн.Отец Троцкого был жестким хозяйстенником, крупным землевладельцем с десятками работников, имел кирпичный завод недалеко от Киева.  "Все мускулы были напряжены, все помыслы направлены на труд и накопление." - Троцкий о родительской семье. Работа, хозяйство, кирпич, мука, синагога, накопление. Жизнь отца Троцкого основывалась на устоявшемся, традиционном порядке.Сын же превратился в бунтовщика и главидеолога мировой революции, в пожар которой, по его замыслу, должны были быть брошены Россия и ее народ как хворост для разгорания. Троцкий сам явился источником и проводником чудовищных идей - какой-то огромной мифической антиутопии, которая должна была быть построенна на зачищенных руинах взорванной страны."К загнившей ране было приложено каленое железо." Троцкий. (Мой дед Лев Троцкий и его семья, Ю.Аксельрод). "Сережа сидит в тюрьме…  прошло уже почти полгода… Бедный мальчик… И бедная, бедная моя Наташа… Внешним образом у нас в доме все по-прежнему. Но на самом деле все изменилось. Я вспоминаю о Сереже каждый раз с острой болью. А Н. и не «вспоминает», она всегда носит глубокую скорбь в себе". (Троцкий, по Аксельрод). Следующее поколение семьи - сын Троцкого Сергей Седов - в свою очередь политикой не интересовался и был обычным человеком, учился, работал. Но еще совсем молодым был казнен и поскольку его жизнь оборвалась так рано, его жизнь, как и жизнь безвременно потерянных других молодых людей той эпохи, можно представить как пустой фундамент под что-то, что могло бы быть построено, но никогда не появилось.