Спойлер - плохие вещи, можно не читать.Гиппиус в порядке воспоминаний о времени перемен: 26 (13) Октября, вторник. — Рука не подымалась писать. И теперь не подымается. Заставляю себя.Вот две недели неописуемого кошмара. Троцкий дал приказ: “гнать” вперед красноармейцев (так и напечатал “гнать”), а в Петербурге копать окопы и строить баррикады. Все улицы перерыты, главным образом центральные. Караванная, например. Роют обыватели, схваченные силой. Воистину ассирийское рабство! Большевики вывели свой крейсер “Севастополь” на Неву и стреляют с него в Лигово и вообще во все стороны наудачу. В частях города, близких к Неве, около площади Исаакия, например, дома дрожали и стекла лопались от этой умной бомбардировки близкого, но невидимого неприятеля.Впрочем, два дня уже нет стрельбы. Под нашими окнами, у входа в Таврический сад, — окоп, на углу, в саду, — пушка.О том, что мы едим и сколько это стоит — не пишу. Ложь, которая нас окружает... тоже не пишу.4 Ноября (22 Окт.) вторник. — Дрожа, пишу при последнем свете мутного дня. Холод в комнатах туманит мысли. В ушах непрерывный шум. Трудно. Хлеб — 300 р. фунт. Продавать больше нечего. На стройку баррикад хватают и гонят всех, без различия пола и возраста, устраивая облавы в трамваях и на квартирах. Да, этого еще никогда не было: казенные баррикады! И, главное, все ни к чему.