Странностей в случившейся трагедии с массовой резней в Израиле накопилось достаточно много, чтобы они начали всплывать после того, как первый шок от случившегося прошел. Так же, как это было после теракта 911, так же, как это происходило после взрывов домов в России. Везде одна и та же схема: вначале шок, страх и ужас, затем — относительно трезвая оценка произошедшего и вопросы, которые официальная точка зрения старательно обходит стороной либо вообще запрещаются.Здесь то же самое. Главный вопрос заключается в том, что массовый прорыв террористов вообще никак не вписывается в стандартные протоколы несения службы в этой локации. Расходится видео с девушкой-сержантом, которая рассказывает о своей службе на периметре с сектором Газа, и она искренне недоумевает, как вообще могло произойти то, что произошло, учитывая, что даже попытка приблизиться к охраняемой зоне ранее вызывала экстренное реагирование. Собственно, поэтому основной рисунок всех предыдущих обострения был дистанционным — более-менее массовый пуск самодельных ракет, быстрый ответ и на этом почти всё. Действия боевиков «на земле» были редкими, очень несистемными и совершенно не похожими на то, что произошло в этот раз.Варианта два: либо это полный провал, который не является системным, но при этом целиком укладывается в такое должностное преступление, как халатность, либо мы имеем дело с израильским вариантом «рязанского сахара» или теракта 911 — то есть, циничном и заранее спроектированном кризисе, который будет использован далее для каких-то действий.Халатность не выглядит правдоподобной, так как это преступление индивидуальное. Такое может случиться с конкретным исполнителем, но система тем и отличается, что она срабатывает вне зависимости от действий или бездействия какого-то ее элемента. В этот раз провал носил именно системный характер — не сработал ни один предохранитель. Армия появилась на месте с очень сильным опозданием. И, как водится, немедленно возникли героические истории — скажем, про генерала, которому позвонил сын, спрятавшийся в подвале дома с женой и детьми, после чего генерал прыгнул в машину и с женой, попутно прихватывая знакомых, прибыл в поселок, взял командование над теми, кого нашел и зачистил его от боевиков. Очень героическая история, и героизм — лучшее свидетельство полнейшего провала самой системы. Либо — её сознательного отключения.Я уже не один раз писал, что героев очень любят пустоголовые пропагандисты и терпеть не могут начальники-руководители. Чем героичнее герой — тем сильнее управленческий косяк, который привел к акту героизма. И тем больше вопросов появляется к тому, кто так накосячил.А в субботу героизма в Израиле было хоть отбавляй. И везде. Так что вопросы, безусловно, возникают. И на них нужно отвечать.Ответ появится в самое ближайшее время. Тянуть с ним все равно не выйдет. Если это провал — вопросы по нарастающей начнут задавать вплоть до самых высших должностных лиц. И не только армейских. Если это что-то проектное, то мы должны увидеть, в чем проект заключался. Взрывы домов привели к обоснованию разрыва Хасавьюртовского мира, а чтобы вопросов вообще не возникало, очень удачно и синхронно с ними боевики Басаева и Хаттаба атаковали Дагестан. Теракт 911 не менее удачно пришелся на период жесточайшего обвального кризиса доткомов, грозящего похоронить экономику Штатов или как минимум опустить ее в тяжелую депрессию. А у американцев фантомная боль связана как раз с депрессией, и 3 тысячи погибших — не такая уж и высокая плата за то, чтобы ее удалось избежать.Что именно может быть следствием субботних событий, мы скоро (очень скоро) можем узнать. И если события имеют проектный характер, то там могут внезапно возникнуть и иные, внешние по отношению к случившемуся, субъекты. Но в тривиальную схему обычного обострения, как казалось поначалу, всё происходящее вписывается всё меньше.ИСТОЧНИКhttps://stalingrad.life/