Мне крайне редко снятся сны, а сейчас нет ни снов, ни предчувствий, ни мыслей связных о том, какие вообще возможны сейчас варианты развития событий. Вероятно, это психологическая защита... Когда я думаю о том, что мобилизованные, которые всю прошлую осень-зиму-весну жили в палатках, останутся там, где они сейчас, на неопределённый срок, возникает лишь одна простая мысль о том, как сильно мне хочет увидеть суд над теми, кто таким прекрасным образом всё организовал (пусть они живут подольше, пусть живут долго-долго). Но этот будущий суд никак не связан с возвращением мобилизованных, при том, что именно возвращение мобилизованных меня в первую очередь волнует.