С этим невозможно спорить. >>>>>>>>И вот теперь прошло время. Это все прошло. Я выросла. И что-то смогла. И мама живет теперь в Москве. Мама не ждет пенсии, мама хорошо ест. У нее есть любимые и нелюбимые суши. Она красиво одета. У нее идеальный ремонт и квартира в центре. Она ставит условие врачам, когда ее привозят на скорой в реанимацию: «Я сначала покурю, а потом уже мы пойдем». Спорить нельзя, даже если орут мигалки и врачи смотрят на нее тревожными глазами. Она выходит еле-еле из машины («Да не надо мне помогать!»), поскальзывается на льду, падает и лежит. Мы с врачами смотрим на нее сверху, и я говорю: «Мама, давай уже определимся: в гастроэнтерологию, как планировали, или в травму».Я привыкла к ней. С мамой нельзя спорить, маме ничего нельзя говорить. Очень странно спорить с кувалдой. Она вырастила меня (такую умную), она сама врач и знает лучше. Я часто смотрю на нее и говорю: «Эта женщина отнимет у меня мать».