1.Дикий обычай оставлять ребенка с матерью не только плодит взрослых мужчин без мужского начала. Он сам по себе является мощнейшим генератором разводов. Женщина знает, что разрушение семьи для нее — не катастрофа.2.Стандартное шовинистическое возражение о том, что женщины у нас более ответственны, не выдерживает проверки на практике. Мне не раз приходилось по работе общаться с работниками комиссий по делам несовершеннолетних. В них тоже, как правило, работают женщины. Но они, в отличие от своих коллег в судах, матерей-одиночек, как правило, ненавидят. Потому что видят последствия. Потому что понимают – очень часто, отстаивая при разводе свое право на ребенка, женщина руководствуется вовсе не соображениями его будущего и даже не любовью, а всего лишь материнскими амбициями: как это так, меня лишат ребенка?! Что обо мне подумают другие? Когда же амбиции удовлетворены и приличия соблюдены, начинаются суровые будни. Статус матери-одиночки оказывается не выше, чем статус матери, чей сын живет с отцом. Ребенок становится обузой, женщина начинает метаться, предпринимая отчаянные попытки устроить свою личную жизнь. В доме появляются «дяди» – один, второй, третий. Хорошо, если есть бабушка. Хорошо, если дядя задержится на всю оставшуюся жизнь. Хорошо, если он окажется человеком достойным или хотя бы адекватным. А если нет? Принимает ли суд во внимание такой сценарий будущего? Нет, не принимает. У меня есть знакомый из не самой дикой страны мира – Южной Кореи. Для него в свое время такое положение вещей в России стало шоком. На родине знакомого к этой проблеме подходят более взвешенно: учитывают все обстоятельства, выносят обдуманные решения. Там тоже чаще всего ребенка оставляют с матерью, но соотношение все-таки не два процента к 98, как у нас, а что-то вроде 30 к 70. И еще мой приятель никак не может понять одной социальной рекламы, которая висит в московском метро. «Государство начинается с семьи», – гласит цитата из Фрэнсиса Бэкона. Афоризм иллюстрируется среднестатистической российской семьей, изображенной при помощи матрешек. Самая большая – это матрешка-мама. Рядом, значительно пониже, – матрешка-папа. Ну и еще штук пять маленьких матрешек – это дети. Глупый кореец не понимает, почему матрешка-мама больше матрешки-папы. Он считает, что они должны быть равными.(с)пизженно туд http://www.vz.ru/columns/2009/9/15/327743.html