На море мы были вечно голодные, постоянно выпрашивали у поваров ржаные сухарики. Потом в тихий час сбегали из лагеря и рвали дикую алычу и варили из нее компоты. Потом девчонки нашли дерево с кедровыми орехами. Мальчишки сшибали шишки, и мы ели незрелые орехи. А чтобы было не сильно горько, мы их в соль макали. Вообще ассоциация с детства с южными лагерями это борьба за еду и за море. Родители потом в шоке все время пребывали от наших рассказов, потому что по тем временам путевки были очень хорошо оплачены. Потом кто-то из знакомых работал в одном из таких лагерей, говорил, что его кормили очень хорошо. Детей, получается, обирали, а чем дальше от начальства, тем больше произвол.