Я именно об этом! Сейчас был эпизод с этой воцерковленной родственницей, назовем ее Маша. Моя другая родственница, пусть Саша, которая Маше не родственница, попала в больницу с неясным прогнозом. Зато в абсолютно ясном сознании. Звонит мне Маша и говорит, чтобы я Саше в больницу вызвала батюшку для исповеди и причастия. Саша на дух не переносит это все. Особенно, когда на "это все" случился бум.  Ее в детстве крестили старшие родственники тайком от родителей и на этом ее общение с религией закончилось, насколько я знаю. Если я предложу ей сейчас все это, она решит, 1. Что я сошла с ума 2. Что она умирает и это всем очевидно. Маша мне доказывала, что так надо. Я взяла с нее слово, что она не будет звонить Саше сама. И тут я вспоминаю, что когда мой отец заболел в последний раз, был один день, Маша точно знала, что я не появлюсь в больнице и почему-то она в тот день пробыла там почти весь день, хотя в этом не было никакой необходимости. Скорее, наоборот, она моего отца сильно напрягала своим присутствием. Она ему знакомый, но не самый близкий человек. Я тогда еще удивлялась, что можно в больнице так долго делать, когда ничего не надо.  Но ни о чем таком не подумала. А сейчас вспомнила. Отец был не совсем в сознании, разговаривал, но не всегда понимал, какое сейчас время. Потом отец умер и мне стало не до того. У меня от отца были четкие инструкции насчет кремации, он распорядился за несколько лет до этого. И тут снова появляется Маша и призывает меня нарушить волю отца потому что "ты не понимаешь, это очень важно, когда будет второе пришествие ..." и т.д. Для меня это выглядит как дикое нарушение границ, а Маша, как мне кажется, считает это своей миссией