Тринадцатое покушение на Зе*ленскогоФантасмагорияПетров и Боширов понуро смотрели в стол. На зеленом сукне, припорошенном в правом углу пеплом от «Герцеговины флор», лежал свежий номер газеты The Independent.- Это что такое? - спросил уже в третий раз сами понимаете кто.- Газета? - наконец несмело предположил Боширов.- Иностранная, - поддакнул Петров.- Хватит дурочку валять, не у Симоньян на интервью! - рявкнул хозяин кабинета. - Читали?Так точно...- Ну и как вы это объясните? Двенадцать покушений на Зе*ленского!Откуда этот Уиппл, биограф Байдена, цифру взял?- Так он же пишет: украинцы рассказали. А вот про первое, - Баширов переглянулся с Петровым и продолжил, - про первое глава ЦРУ Бернс рассказал, когда ездил Зе*ленского предупреждать о наступлении 24 февраля. Но Зе*ленский же все равно не поверил...- Вы мне тут статью не пересказывайте! Это же какой удар по имиджу! Дурак любой посчитает: пока книжку этот Уиппл написал, пока издательский цикл... Получается все двенадцать покушений Зе*ленский за полгода пережил! Раз в две недели! Позорники!- Ну не было же ничего! Мы-то что... Там шпили только во Львове есть, а во Львов Зе*ленский только раз и приезжал. Что мы могли сделать? - Боширов не стерпел несправедливого упрека.- А первое покушение вы сами отменили, в качестве жеста доброй воли, когда Бернс догадался..., - шепотом напомнил Петров.Начальник выразительно посмотрел на Петрова, выдохнул из ноздрей дым папиросы, зло затоптал бычок в пепельнице.- Господи..., - устало пробормотал он и машинально перекрестился на портрет Дзержинского. - Вас кот Скрипалей вообще ничему не научил? Ну не замочи британцы животину, никто бы уже про это дело не вспоминал. Кому ваша правда - было не было - сейчас нужна, когда миром правят эмоции? А двенадцать покушений, это вам не одиннадцать. Культурный код: сказка «Двенадцать месяцев», «Двенадцать подвигов Геракла», Блок опять же - «Двенадцать»! Запоминающаяся цифра, не сотрешь. Что делать будем?- Перебор, - задумчиво сказал Петров.- Что? - хором спросили начальник с Бошировым.- Но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз, - фальшиво пропел Петров.- Гений! - воскликнул начальник, а Боширов с уважением посмотрел на напарника. - Тринадцать - это то, что надо. Это же чертова дюжина, сатанизм на Украине, подарок пропаганде. Впрочем пусть сами думают, как отработать. Кому поручим, чтобы уж наверняка сорвалось?- А давайте «спящего» разбудим? С оперативным псевдонимом «Люся», - предложил Боширов. - Ну, Арестовича, который девочку-конфетку Люсю Зайцеву в кино играл. Он там все равно уже ни соврать нормально не может, ни правды сказать. Вон, про ракету в Днепропетровске, что ее сами же хохлы сбили, ляпнул, а теперь увольняется... Можем актив потерять.- Ладно, свободны, - голос начальника потеплел. - Буду думать.Когда Петров и Боширов вышли, он закурил очередную «Герцеговину», выдохнул дым и тот, завиваясь хитрыми узорами, стал складываться в знакомую фигуру Арестовича. Потом она трансформировалась в кота, а потом из окна потянуло и от кота остался один дымный хвост, медленно таявший в воздухе.«Хвост виляет собакой», - по ассоциации вспомнил начальник. Взял лист бумаги, красный карандаш и с нажимом написал: «Операция «Тринадцать»: неважно, что было, важно во что поверят». Свежий номер The Independent отправился со стола в мусорную корзину.Дмитрий Поповhttps://www.mk.ru/politics/2023/01/17/trinadcatoe-pokushenie-na-zelenskogo.html