Ещё 27 числа было это сообщение и почти было понятно, почему его мать похоронила рядом с отцом.Aug 27 at 10:31ГОЛОВАНОВ5:54https://t.me/romagolovanov/13019В своей глубине мы народ хлеба - мы живём в мистерии хлеба. Мы видим себя как колос пшеницы, в основании которого лежат умершие предки, которые находятся на погосте. И когда мы умрём - мы сами упадём в эту землю. И мы станем истоком колосьев для других людей. И в этом отношении погост, кладбище для русского человека было совершенно не тем, чем оно стало сегодня. Сегодня это унылое, печальное местом, где люди, которые смеялись, шутили, балагурили, делали карьеру, ходили по малозначимым встречам - вдруг туда рухнули. Раньше это было место жизни.Кладбище - это место как поле - там были посеяны семена наших предков. И когда тело погибшего на войне человека удавалось доставлять на родную землю - это считалось замыканием круга хлеба. Таинство хлеба продолжалось - оно восстанавливалось. И, соответственно, когда он оказывался в родной земле - пусть даже не своей родной деревне или не на своём родовом кладбище, но в своей земле - он уже был посеян не мимо плодородной Матери-земли. Он был посеян в возделанную почву, политую кровью других русских людей. Это таинство хлеба на войне и в критических ситуациях в русской душе обнажается. Мы гораздо глубже и фундаментальнее, чем мы кажемся. И для Евгения Пригожина понятие русское - было очень ценное.