КРИСТОФ ВАННЕР, корреспондент Welt: На мой взгляд, в этом несложно было узнать резкий выпад против Запада, заключительный расчёт с США. Российский президент использовал эту трибуну, где он был уверен в том, что весь мир его слушает — мы все тоже слушали и передавали в прямом эфире на протяжении 45 минут — тираду ненависти. Ничего подобного я ещё от Владимира ***а не видел, с такой жёсткостью и такой продолжительностью — тут есть над чем задуматься. Здесь мы имеем дело с конфронтацией, которой я в прошедшие годы никогда не ожидал. Всё сильно обострилось, и от этого действительно становится не по себе.Я думаю, для ***а важно, в первую очередь, чтобы с ним обращались на равных, чтобы восстановить многополярный мир и каким-​то образом избежать гегемонистских притязаний США, о чём он постоянно говорит. Это похоже на своего рода комплекс, который выработался у лидера Кремля и у российских элит за последние десятилетия. Как он неоднократно повторял, после распада Советского Союза США вели себя так, будто хотели быть друзьями с Россией, но в конечном итоге только использовали её в своих целях и пытались преуменьшить её значимость и даже разделить её на части. Такой позиции придерживается российский президент, сегодня он сказал об этом снова, и он уже многократно подчёркивал это. Он пытается как-​то вырваться из этой ситуации и найти для России место в мире. И то, что произошло сегодня с таким напором — это действительно поражает, потому что это были 45 минут объявления вызова. На мой взгляд, иначе это интерпретировать невозможно.ТЕЛЕВЕДУЩАЯ: Совершенно верно, Кристоф. Мы здесь, в студии, на время лишились дара речи из-за некоторых высказываний президента ***а. Особенно запечатлелось в памяти, разумеется, заявление о том, что граждане этих оккупированных регионов, которые теперь стали российскими регионами, — что, с точки зрения ***а, они теперь российские граждане, причём навсегда. Что-​либо иное, по-​видимому, можно исключить, даже если сейчас мы будем следить за дальнейшим ходом ***.КРИСТОФ ВАННЕР: Российский президент пока не сказал, что будет происходить дальше непосредственно в отношении этой *** на Украине. Однако я думаю, что теперь последуют ультиматумы в адрес украинского руководства, в частности, с требованием освободить эти области, причём в кратчайшие сроки. В противном случае будут происходить массивные удары. И здесь ходит много слухов о максимальных ударах по критической инфраструктуре Украины, о масштабном ракетном ударе по электростанциям, электрическим подстанциям, тепловым электростанциям, дамбам — всё это можно предполагать, и всё это в ближайшем будущем действительно может произойти.Это моя личная интерпретация. Я не знаю, что Владимир *** сделает следующим. Как уже было сказано, как западные репортёры мы не можем заглянуть внутрь Кремля, у нас туда нулевой доступ. Единственное, что мы можем делать, — это слушать, что говорит ***, и опираться на опыт, чтобы вывести из этого какие-​то суждения. Это не всегда удаётся: российский президент умеет удивить, в последнее время он непредсказуем — мы видим это каждый день по этой операции на Украине. Что бы ни случилось дальше, я думаю, там не будет ничего хорошего