Пока он не просил денег, я была готова выслушивать его истории и быть жилеткой. Не хотелось мне выяснять всех обстоятельств. Меня это мало касается. Где сидит, по какой статье, кто адвокаты и где был суд, меня вообще не интересовало. Всё, чем я готова была помочь, это слать передачки и письма со словами поддержки, потому что в жизни всякое бывает, а у него кроме нас и брата больше никого нет. Но тут дело приняло другой оборот, к которому я не совсем была готова. Поэтому я тут.