ФГБНУ "Научно-исследовательский институт вакцин и сывороток им. И.И. Мечникова" – это одно из старейших научных учреждений России, один из лидеров развития медицинской биотехнологии. В 2019 году Институт отметил 100-летний юбилей. За это время в Институте разработано, усовершенствовано и внедрено в практику более 150 препаратов для профилактики и диагностики вирусных и бактериальных инфекций, аллергических, аутоиммунных и эндокринных болезней.Зверев Виталий ВасильевичНаучный руководитель Института, академик РАН– Вы говорили о том, что надёжную вакцину нельзя создать быстрее, чем за два года, потому что она должна пройти определённые этапы. Люди, мало что понимающие в вирусологии, микробиологии, слышат с голубых экранов о завершении клинических исследований, проведении тестирования вакцины от COVID-19. Но вы говорите о предклинических, клинических испытаниях и о двух годах. Сегодня нас готовы вакцинировать уже спустя 7-9 месяцев после вспышки. Как вы это всё прокомментируете?– Два года – это я сказал с огромным оптимизмом. Если всё будет получаться, если всё будет хорошо, и все органы, которые занимаются регистрацией препарата, пойдут навстречу. Это самый оптимистичный прогноз. Смотрите, вначале нужно провести испытание на животных. Если препарат, в том числе и вакцина, будет вводиться не однократно, а несколько раз, то нужно ещё изучать и хроническую токсичность, то есть наблюдать животных, на которых мы испытываем препарат, ещё в течение полугода, потом исследовать их органы и так далее.Что касается клинических испытаний. Существует три фазы. Первая – когда берётся небольшое число добровольцев, на них изучается безопасность и в какой-то степени эффективность. Потом вторая фаза, когда уже число добровольцев везде по-разному. Например, в Китае в первой фазе уже участвовало 500 человек. У нас вакцина испытана на нескольких десятках военнослужащих. Ну, во-первых, это нехорошо, что на военнослужащих, потому что по Хельсинкской конвенции мы не имеем права испытывать вакцину на военнослужащих. Во-вторых, после каждой фазы в течение 180 дней, а это полгода, эти пациенты должны наблюдаться. Смотреть, что происходит в их организме. Третья фаза уже включает эпидемические исследования, то есть возможность встречи вакцинированных людей с инфекцией, потому что мы же не можем на людях провести эксперименты, привив их, а потом попытаться их заразить коронавирусом. Этого же делать никто не будет. Поэтому всё это занимает определённое время.Как показывает практика, как показывает опыт, нельзя пренебрегать всеми этими вещами. Когда мы только начинаем ими пренебрегать, случается то, что случилось с первой полиомиелитной живой вакциной, когда десятки людей заболели. То, что случилось с вакциной против лихорадки денге, когда погибло 600 детей на Филиппинах. То, что случилось при первом варианте ротавирусной вакцины, когда были инвагинации кишечника у детей, когда вакцина была недоисследована.И сейчас я не знаю, хорошая это вакцина, плохая, – никто сказать не может. Но вакцина сделана по новой технологии, то есть это векторная вакцина на живом вирусе, на аденовирусе. Эти вакцины себя нигде ещё не показали, не зарекомендовали ни как надёжные, ни как безопасные. Поэтому исследования, на мой взгляд, не проведены, те, которые должны быть проведены для массовой вакцинопрофилактики.Кого собираются прививать в первую очередь? Врачей, учителей. Есть такой фильм «Эта весёлая планета», когда космонавты из другой галактики прилетают на Землю под Новый год и попадают на праздники. У них есть один член экипажа, наименее значимый. На нём всё проверяют. Другим нельзя ничего пробовать, а на нём всё пробуют. У нас что, врачи и учителя – это как раз та часть общества, на которой можно ставить эксперимент? Нет же.Мы объединили первую и вторую фазы клинических испытаний, а третья фаза у нас, получается, это уже массовая вакцинация. Такого не бывает, такого нельзя делать, на мой взгляд. И никто не знает, насколько эта вакцина и безопасна, и насколько она эффективна. А векторные вакцины нельзя вводить многократно, потому что к вектору тоже вырабатывается иммунитет. Здесь уже понятно, что будут вводить два разных вектора, делать двойную вакцинацию. А сколько будет иммунитет? А если он будет всего несколько месяцев? И как его оценивают, этот иммунитет? Если только по наличию антител к вирусу, то это тоже неправильно, потому что есть ещё клеточный иммунитет, насколько он сработал? При этом вирусе это очень важно, потому что вирус кодирует белки, которые действуют как раз на клеточный иммунитет, подавляют систему интерферона. В общем, на мой взгляд, просто испытания ещё не доведены до конца, и рано эту вакцину регистрировать, и рано её применять широко на людях. Я бы этого делать не стал.А что касается детей, то, во-первых, у детей и взрослых вакцина работает по-разному, то есть у детей иммунитет развивается по одному пути, у взрослых по другому. Поэтому мы когда детей прививаем от кори, у них иммунитет на всю жизнь. А когда мы прививаем взрослых, то у них иммунитет на год. И наверное, надо подумать, прежде чем детям вводить аденовирус-векторную вакцину с геном коронавируса. https://www.sechenov.ru/pressroom/news/vitaliy-zverev-ya-za-vaktsinu-ot-covid-19-no-proverennuyu-i-bezopasnuyu-/