Рязанов в своих лучших фильмах доводит свои житейские или анекдотичные истории до притчи в финале. Истории потихоньку обрастают иносказательностью, у них появляется философский подтекст.  Под обёрткой комедийной истории Рязанов прячет серьёзнейшие драматургические конфликты. Каждый раз его герои делают какой-то сложный выбор. Мучительный нравственный выбор в комедийном повествовании это парадокс, который так же заставляет зрителя внимательно следить за историей. Чтобы житейская история дошла до притчевого объёма, нужны дополнительные элементы. Они считываются зрителем уже ассоциативно, параллельно с основным повествованием. Второй и третий план повествования. Всё это в фильмах Рязанова присутствует в изрядном количестве. На уровне текста – подтекст и хорошо прописанные диалоги /первый и второй план/. На уровне актёрского воплощения работают мастера своего дела, так же доносящие первый и второй план режиссёрского замысла.На уровне визуальных образов - внятные и быстро считываемые метафоры, символы, аллюзии /второй и третий план/. На уровне аудио-образов – запоминающиеся мелодии и нужные музыкальные акценты /второй и третий/. Три плана повествования запускаются одновременно.