«М. Фаворов― Сезон впереди. Она к нам пришла в момент выхода из прошлого года сезона. А сезон коронавирусных инфекций это пик обычно ноябрь, начало декабря. А мы сейчас где? Мы в сентябре. Давайте в ноябре и поговорим. Сколько у нас будет.Ю. Кобаладзе― Спасибо, вы нас утешили.М. Фаворов― Извините, это совершенно не входит в мои должностные обязанности. Вас утешать. В южном полушарии, которое прошло сезон, то есть они находились в наше лето в своей зиме, так вот, катастрофа была совершенно непропорциональных размеров. В Бразилии были моменты, в некоторых городах трупы лежали на улицах, некому было убирать. В Перу умерло 50 тысяч человек… Как типа нашей Московской области. И то же самое в Чили закрыли и держали 4 месяца, вообще никого не выпускали. То есть вот что мы можем получить. Но нам повезло. В северном полушарии. Мы же вошли раньше. Допустим, в Москве от 13 до 30% переболевших. Это уже говорит о том, что вирусу с такой скоростью, с какой он перемещался от человека к человеку в Перу, будет в Москве трудно. Но извините, у нас есть Воронеж, в котором не было такого… То есть говорить о том, что мы можем сказать, что он будет у нас меньше или больше – давайте поговорим в мае. Это первое. Второе. Очень много изменилось. Это правильно. Изменилось, например, за это время лечение тяжелых больных. Если, грубо говоря, среднее потолочное опять, но достаточно обоснованное, в начале эпидемии из тяжелых, которым нужно было дышать аппаратом, умирало 7 из 10, то сейчас наоборот – 7 из 10 выживает. Таким образом летальность в определенной мере идет под контролем. То есть мы можем вполне рассчитывать на то, что такой катастрофической смертности как была при испанке – не будет. Но я буду очень рад, если это так.»Интервью целиком здесь https://echo.msk.ru/programs/sorokina/2709277-echo/