ИНТЕРВЬЮ ОТ 2.10.22«Я готов защищать Россию от распада, развала и уничтожения»— Игорь Иванович, частичная мобилизация в России продолжается уже около недели. Мы видим немало возрастных, оторванных от своих домов и семей резервистов. Насколько боеспособным может быть такое пополнение?— Насколько можно рассчитывать на боеспособность мобилизованных, я не знаю. Полагаю, что тот уровень руководства войсками, который продемонстрировало значительное количество военачальников РФ в ходе данной спецоперации, вообще не позволяет нам надеяться на нормальную итоговую победу. Независимо от того, какие силы и средства будут у них в распоряжении — большие или маленькие. Однако наши военачальники все-таки разные: есть и те, о ком очень хорошо отзываются. Например, мои боевые товарищи очень хвалят генерала Михаила Теплинского (с июня 2022 года командующего Воздушно-десантными войсками — прим. ред.). Поэтому все будет зависеть от того, куда попадут мобилизованные — к каким людям, в какие подразделения и как будет продвигаться их подготовка.— В марте в интервью «БИЗНЕС Online» вы заявили, что «России требуется частичная мобилизация минимум на 300 тысяч бойцов». Прошло около полугода, и о частичной мобилизации 300 тысяч объявили уже президент Владимир *** и министр обороны Сергей Шойгу. Теперь вы рассуждаете о том, что по-хорошему требуется мобилизовать примерно миллион человек. Так неужели миллион может быть призван в рамках текущей мобилизации — до конца декабря?— Я не располагаю информацией подобного рода. Я лишь предполагаю, что миллион — это то количество, которое нам необходимо для, скажем так, победы над Украиной, если в этот конфликт не вмешается кто-нибудь еще. 300 тысяч мобилизованных будет достаточно лишь для того, чтобы установить паритет на фронте.— А какова вероятность вмешательства НАТО?— Пока невысокая. Но опять же все будет зависеть от того, насколько успешно наши войска будут вести военные действия. В этом случае можно сказать четко: чем менее успешно российские войска будут сражаться, чем больше они станут нести потерь и чем больше побед одержит ВСУ, тем быстрее будет расти шанс на вмешательство НАТО. Полноценную *** с Россией альянс вести не хочет, а вот в добивании, как это Соединенные Штаты всегда предпочитали делать, вполне может поучаствовать.— Что бы вы посоветовали сейчас людям, которые готовы защищать свою Родину, но испытывают определенное недоверие к действиям государства? Своевременно ли сейчас проводить разделительную черту между государством и Родиной?— Тот человек, который хочет защищать Родину, как правило, не спрашивает, какое у него государство. Я, к примеру, никогда не скрывал своего чрезвычайно критичного отношения к работе некоторых наших государственных деятелей самого высшего эшелона, включая российского президента. Тем не менее для меня вопрос о защите Отечества от внешнего врага ясный на 100 процентов. А Украина в настоящее время является нашим смертельным внешним врагом, поскольку она представляет собой инструмент в руках стратегического врага России. Кто бы ни командовал или кто бы ни руководил сейчас ситуацией и как бы критично я к нему ни относился, я готов защищать Россию от распада, развала и уничтожения. Ведь именно эти задачи обозначили наши «дорогие западные партнеры» в качестве своих целей в этом конфликте. Распад страны и ее разделение приведут к серии гражданских войн на территории, которая сейчас называется Российской Федерацией. А это, в свою очередь, повлечет за собой резкое падение уровня жизни у всего населения — даже не в разы, а в десятки раз. Жертв будет в десятки, а может, и в сотни раз больше, чем в текущем военном конфликте. Против всего этого я готов сражаться независимо от того, какие у меня будут командиры и какое политическое руководство. Хотелось бы, конечно, чтобы руководство взялось за то, что у других людей называется головой, и начало принимать адекватные меры и самоочищаться. Впрочем, даже если этого не произойдет, я считаю, что защищать Родину надо. Шанс на победу у нас есть, и его следует использовать.