Однако проживание семьи в прекрасном Зимнем дворце было прервано расстрелом сотен людей войсками, т.н. Кровавым воскресеньем. Бывший начальник царской орханы А.И. Спиридович сообщает в своих воспоминаниях Записки жандарма, что организатор шествия Гапон работал под крылом охранного отделения полиции. По Спиридовичу: "На квартире Зубатова [по вики, С.В. Зубатов - "крупнейший деятель политического сыска и полицейский администратор"] шли совещания   с   лицами,   увлекшимися   идеей  поставить  рабочее профессиональное движение в России и шедшими на совместную работу с Зубатовым,  за которым оставалась,  однако,  скрытая закулисная роль  негласного  руководителя. На  совещаниях  участвовали ...священник  Гапон, который должен был начать работу среди рабочих в Петербурге. ...Раза два был  на этих  беседах  и  я." - не скрывает Александр Иванович.Сестра Николая 2 Ольга вспоминает в книге Последняя великая княгиня: "За несколько дней до трагических событий Hики получил полицейский рапорт. В субботу он позвонил Мама в Аничков дворец и велел ей и мне тотчас же уехать в Гатчину. Сам он с Алики находился в Царском Селе. Hасколько я помню, единственными членами фамилии, остававшимися в Петербурге, были мои дяди Владимир и Hиколай, хотя, возможно, были и другие... Мы с Мама хотели, чтобы он оставался в Петербурге и встретил эту толпу. Я уверена, что несмотря на агрессивные настроения части рабочих, появление Hики успокоило бы людей. Рабочие передали бы ему свою петицию и разошлись по домам."