МАМА- ОНА... ТОЛЬКО ОДНА!!!! 363 дня...Бабушка стояла и смотрела вдаль. Морщинистые ручки сжимали палочку. В свете фонаря были видны ее глаза, в надежде смотрящие на дорогу. Она вздрагивала, когда мимо проезжали машины и пыталась заглянуть в салон.– Вы кого-то ждете? Вам помочь? Может, улицу перейти? – спросила я.– Сыночка, Димочку. Он приехать должен. Я вот тут ему пирожков напекла горяченьких! С луком и яйцом, как он любит! – старушка улыбнулась, доверчиво, как ребенок.– Ой, да не слушайте вы ее! Никто к ней не приедет! Сын-то думать про нее забыл, больше года уже не было! А она все ходит сюда, ждет! Не нужна ты ему, разве не видно! – с раздражением сказала проходившая мимо женщина лет 65-ти в очах и в пуховике.Бабушка как-то сразу съежилась и заплакала, неловко утирая слезы рукой.– Ну вы вообще! Вам не стыдно совсем? Вы зачем такое говорите? – возмутилась я.– А я правду говорю! Если я детей нормальных вырастила, так они ко мне ходят. И относятся хорошо. Иди домой, Ивановна. Не стой тут. Не приедет Димка твой, не позорься! – пробурчала незнакомка и потопала дальше.– Не год! Слышишь, Валя, его 363 дня нет! Не прошел год еще! – закричала бабушка ей вслед.Я не знала, что делать и сказать. Семейные дела, это штука такая, не зная ситуация, можно и встрять куда. Опять-таки пожилой человек, вечер, оживленное движение.– Давайте, я вас до дома провожу. Может, ваш Дима завтра приедет. Сейчас поздно уже. Он, наверное, с работы вернулся, устал и… Вдруг дела у него еще? – пробовала отвлечь я бабушку разговором.– Да… Да, внученька, ничего, что я тебя так называю? Дела, наверное. Он же у меня бизнесом занимается. Вот и некогда, поди. Завтра же приедет, как ты думаешь? – старушка заглянула мне в лицо прозрачно-голубыми глазами.И такая в них надежда была, что я только и смогла ответить, что да, завтра приедет этот самый Дима. Пошли. Бабушка все рассказывала, как она сильно скучает. И что сын у нее заботливый, постоянно ей присылает с курьером то продукты, то деньги. И звонит так-то. Только уже недели три, как тишина. И не было его давно. Она даже специально повесила календарь, где зачеркивает дни и все ждет, когда приедет. И каждый вечер печет пирожки.– Он когда звонит, все обещает, мол, мам, завтра точно вырвусь. Вот я и пеку помаленьку. Чтобы он сразу поел. Димочка мой всегда говорит, что самые лучшие в мире мои пирожки! И чаек любит с мятой. Он один у меня, сыночек. И внучат двое, только они учатся, звонят, бывает, но редко. Дело-то молодое, не до бабки старой. Я ж все понимаю. Димочку бы увидеть. Я ж его одна воспитывала, муж-то мой погиб рано. Подняла на ноги, выучила. Высшее образование дала. А Валька это, не слушай ее. У нее дети-то, не больно такие, как расписывает. За пенсией только и приходят. Это ж тоже не дело, – бабушка шла, опираясь на палочку и постоянно оглядывалась.Наверное, думала, что там может догонять ее Дима. Проводила до квартиры. Она пригласила войти, отнекивалась, но уговорила.Дома хорошо, большая плазма, уютная современная мягкая мебель чередовалась с вязанными половичками и салфеточками. Новый чайник на кухне, микроволновка, блендер. А старушка вдруг села на стул и заплакала:– Вот, Димочка все присылает.А мне не надо ничего этого!Лишь бы сам приехал, не надо мне подарков, сыночка бы увидеть, как он там?– Давайте телефон, позвоним вашему сыну! – решилась я.Раздалось: "Абонент недоступен". Ну вот. А бабушка все смотрела с надеждой. И я решилась.– Ваш сын где живет? – спросила.Оказалось, на машине час от нас.– А знаете, мне по делам надо. Ну, тоже туда. Хотите, я к нему заеду? – спросила я.– Ой, правда? Так, я сейчас. Вот, пирожки эти, носочки я ему связала теплые, он на рыбалку любит ездить. И шарфик! Ой, а меня Марья Ивановна зовут, уж прости, старуху, даже представиться забыла! – заметалась по квартире старушка, собирая вещи.– И скажи, что мама его ждет! Даже если некогда совсем, я и еще 363 дня подожду, только пусть обязательно приезжает! – махала мне рукой Марья Ивановна с балкона. Подруга Люся оказалась не столь оптимистична.– Вот тебе это надо? Может, у бабули маразм? И сын этот постоянно ездит? Вот зачем мы попремся в чужой город? А если там, ну проблемы в семье? Мы же крайние останемся! Нет, ну оно тебе надо? – пыталась отговорить меня от поездки Люська.– Вот именно. Если. А вдруг что случилось? Нет, ну представь, твоя бы бабушка ждала вот так. Ну она и завтра пойдет на эту дорогу! Поехали, ты ж давно говорила, что хочешь по магазинам пройтись! – уговаривала я.– Ага. Всю жизнь мечтала тащиться в другой город по магазинам. У нас будто своих нет. Ладно, поехали! -поворчав, Люська согласилась.Однако назавтра по указанному адресу в чужом городе никто не открывал. Люська смотрела с немым укором. Мол, я же предупреждала. И тут распахнулась соседняя дверь.– Чего долбитесь? На работе он! Где-то в шесть уехал, я как раз с собакой пошла, – проговорила женщина в полотенце на голове и длинном махровом халате.– Нам очень срочно надо. Мы от мамы его, – объяснила я.В общем, удалось разжиться адресом магазинов. Тот самый Дмитрий, как выяснилось, их парочку держал. Нашли. Продукты.– Слышь, а у него тут свое производство по ходу. Колбаски там, хлеб, мясное, рыба фаршированная. Ну круто! Пошли, купим домой! – Люська уже приготовилась взять корзинку.– Какие колбаски? Пошли поговорим вначале! – я потянула ее за рукав.Спросили хозяина, нам показали дорогу к кабинету. Если честно, воображение рисовала отморозка полного. Чья мама мучается, а он тут живет припеваючи. Постучались. Уставший мужчина. С такими же красивыми, прозрачно-голубыми глазами, как у матери. Часто моргает. Я подошла и молча выложила пирожки, носки и шарф.– Это от Марьи Ивановны. Вашей мамы, – только и смогла сказать.А вот Люську понесло…– Совести совсем нет, а? Она же каждый день вас ждет! Вы вот тут… Процветаете, а она… А она же может под машину угодить. И в любую погоду идет. Пироги эти печет. Да такому сыну вообще ничего печь не надо. Сердца у вас нет! – проорала подруга на одной ноте.Он встал, отошел к окну. Взъерошил волосы, провел по лицу. Повернулся. Слезы в глазах. Ну, не все потеряно, значит. Мужчины обычно не плачут.– Эх, мама, мама. Как же так… Да, я виноват. Сам виноват. Каждый день ей обещал, что вырвусь и все никак. Проблем много. Малому бизнесу тяжело выживать. А у меня же люди, я за них тоже в ответе. Это ж рабочие места, у всех семьи. Все посылал ей… Но… Эх, неужели год почти пролетел, – прошептал Дмитрий.– Мужчина! Тут езды час! Какой бизнес? Какие поставщики? Вы в уме вообще? У меня мама умерла, я бы к ней сейчас пешком пошла, в тундру, в космос, хоть куда! Но ее нету! Я себе каждый день простить не могу, что бегала то к друзьям, то на дискотеки, а она меня все ждала, волновалась, у окошка допоздна сидела. Чай ставила. Теперь хоть куда могу пойти, да не хочу! Потому что мамы нет! Жизни нет! У меня будто ноги, руки оторвали и сердце вырвали! Рай у ног матери, не слышали такого? А вы… Дурак вы! – прокричала Люська и упав на стул, зарыдала.В общем, Дмитрий пообещал приехать. По магазинам мы не пошли, не то настроение. Вернулись в город. Пробурчав: "Обманет, гад. Ну ничего, я тогда к нему еще съезжу!", – подруга отбыла домой, где ее ждали старенькая бабушка и отец.А я пошла с собакой. И снова увидела Марью Ивановну. Сбоку к ней подходила та самая Валентина с какой-то подругой. Я поняла, что тетеньки готовятся опять сказать старушке пакость и хотела пойти к ним.И тут… Огромный черный джип резко затормозил. Замерли Валентина с подругой. Оттуда выбежал Дмитрий, неловко вытаскивая букет роз. Подбежал к матери и… упал на колени. В грязь и слякоть, прямо в своем деловом костюме.– Мама… Мамочка, прости меня. Мама, я так… Я так тебя люблю, прости мама. Никогда, никогда больше это не повторится, я буду приезжать часто, я тебя с собой заберу, прости, мама! – он обнимал колени Марьи Ивановны, не обращая внимания на недоуменные взгляды прохожих.– Сыночек, миленький, встань, ну чего ты! Я же знала, что ты приедешь, ждала, встань, родной, я на тебя погляжу. Похудел как! Вот, я тебе пирожков настряпала! – приговаривала Марья Ивановна, когда они обнявшись, шли к машине.Дмитрий действительно забрал маму к себе. Все у них хорошо.Если у вас есть родители, никогда не забывайте их навещать. Звоните, пишите, а еще лучше – всегда приезжайте.Могут быть новые мужья и жены. Могут встретиться новые друзья. Но никогда и никто не заменит мать и отца.Это самые дорогие сердца, что есть в этом мире. Это те самые дорогие старики, которые каждый день ждут своих взрослых и вечно занятых детей.Не бросайте их. Жизнь крутится и никуда не уйдут дела и проблемы. Но главное, чтобы никогда не перестали биться сердца мамы и папы. Потому что без них мы никто.Пока живы родители, мы – дети! А не сироты с грузом боли и проблем. Только их руки и сердца – наш рай на земле…=======================================================На еве столько хрени пишут каждый день. Захотелось создать добрый и полезный топ!)