Ничто так не вдохновляет, как видеть, как люди выходят на улицы, чтобы потребовать свои свободы, и ничто так не пугает диктаторов, которым они бросают вызов. В Беларуси, среди сцен, напоминающих восстания 1989 года, люди выходят сотнями тысяч после откровенно сфальсифицированных выборов, не обращая внимания на угрозу государственного насилия. В российском городе Хабаровске десятки тысяч людей неделю за неделей маршируют в знак протеста против ареста местного губернатора и введения московских правил. Владимир Путин потрясен. Иначе почему Алексей Навальный, борец с коррупцией и самый популярный соперник Владимира Путина на посту президента России, лежит отравленный на больничной койке в Берлине?Режимы, которые правят страхом, живут в страхе. Они боятся, что однажды народ перестанет терпеть их ложь, воровство и жестокость. Они пытаются держаться с помощью пропаганды, преследований и покровительства. Но все больше похоже на то, что у Владимира Путина заканчиваются трюки, а у Александра Лукашенко, его беспокойного союзника в Минске, заканчивается дорога (см. статью). Вот почему, несмотря на кремлевские опровержения, они снова возвращаются к дубинке и шприцу. И именно поэтому, когда протесты продолжаются, они, должно быть, задаются вопросом, Может ли государственное насилие обеспечить их режимы.Оба лидера пришли к власти, обещая избавление от хаоса, последовавшего за распадом Советского Союза. Владимир Путин предложил своим гражданам сделку: держитесь подальше от политики, и вы получите порядок и лучшую зарплату. Господин Лукашенко пообещал преемственность советского образца. Владимиру Путину повезло, что цены на нефть взлетели после его прихода к власти. Обычные россияне выиграли (хотя и не так сильно, как закадычные друзья режима). Владимир Путин построил мафиозное государство, Александр Лукашенко-старомодную диктатуру. Оба мужчины стремятся проецировать образ силы через ручные средства массовой информации—на этой неделе господин Лукашенко сам снял, как он носится на вертолете и размахивает АК-47, чтобы противостоять предполагаемому западному заговору с целью его свержения. Однако ни один режим не может реформировать себя сам. Они могут использовать государственное телевидение, чтобы провозгласить виртуальные перемены, но они борются, когда дело доходит до реальной вещи.Начнем с экономики. В Беларуси сохранилась тематическая Парковая версия старой советской системы. Когда господин Лукашенко пошел собирать поддержку среди рабочих, он улетел на государственный тракторный завод, как какой-нибудь новоявленный Ленин. Экспорт страны в основном состоит из калийных удобрений и нефтепродуктов, очищенных от российской нефти, которая раньше была дисконтирована. Россия отличается от Беларуси. Его экономика более открыта и менее монолитна. Однако господствующие высоты промышленности и финансов находятся в руках олигархов из доверенного кремлевского круга. Таким образом, Владимир Путин не смог развязать конкуренцию и динамизм, не нарушив отношений, которые удерживают его у власти. Он не смог диверсифицировать свою деятельность в сторону от углеводородов, поэтому недавний двойной шок от низких цен на нефть и covid-19 заставил экономику пошатнуться. Поскольку ремни затягиваются, ему нечего предложить, кроме национализма и ностальгии.Этот коктейль теряет свою силу. На протяжении двух десятилетий Владимир Владимирович вспоминал о воображаемом прошлом славы, изобилия и уверенности во времена Советской и царской империй. Его режим-Пионер дезинформации. Она изобрела фабрику троллей и создала медиа-среду, где, как выразился один комментатор, “ничто не истинно, и все возможно”. Тем не менее предложение господина Путина выглядит усталым рядом с предложением господина Навального, чьи популярные видео на YouTube столь же искусны, как и у режима, но резонируют с растущим чувством разочарования. Они также основаны на исчерпывающих исследованиях коррупции режима-и, таким образом, в реальности.И Путин, и Лукашенко не только не смогли добиться экономического и культурного обновления, но и не смогли обновить свои режимы. Ни у одного из них нет подходящего преемника. Г-н Лукашенко взялся выгонять своего 15-летнего сына, совсем недавно в боевом снаряжении. Владимир Путин не может легко найти себе преемника, чтобы это не расстроило фракции, которые он должен поддерживать. В этом году он попытался решить проблему, изменив Конституцию, чтобы позволить себе остаться у власти до 2036 года, когда ему исполнится 84 года. Но это тоже был признак усталости. Господин Навальный, напротив, был занят организацией голосования оппозиции на региональных выборах, которые состоятся 13 сентября. Возможно, его убрали со сцены, потому что, если бы Россия увидела такое народное движение в Беларуси, он был бы самым вероятным его лидером.Отравление господина Навального свидетельствует о том, что когда у этих режимов заканчиваются идеи, они прибегают к насилию. И все же Беларусь показывает, как трудно орудовать насилием. Г-н Лукашенко пытался жестоко репрессировать протестующих, арестовывая их и подвергая пыткам, но до сих пор это придавало им смелости и еще больше подрывало его авторитет. Воскресные массовые протесты подавили его угрозу применить против них силу. Возможно, он был готов убивать людей сотнями или тысячами, но он не может позволить себе потерять лояльность своих сил безопасности. Владимир Путин признает, что тупая сила, применяемая против народа, может спровоцировать дальнейшие протесты—именно поэтому Кремль в значительной степени оставил демонстрантов в Хабаровске нетронутыми в надежде, что они потеряют интерес. Но если бы протесты начали распространяться с Дальнего Востока, Владимир Путин столкнулся бы с аналогичной ситуацией. Он может арестовывать и запугивать элиту сколько угодно. Людей, в достаточном количестве, труднее контролировать.Что могут сделать с этим другие страны? Ответ начинается с защиты принципа прав человека. Германия правильно предложила господину Навальному убежище. Его врачи могут объяснить, что с ним сделали-и поверить обычным россиянам. Европейский Союз и Америка должным образом отказались признать результаты украденных выборов господина Лукашенко. Их отказ может быть раскручен пропагандистами в Минске и Москве как свидетельство того, что протесты-это тайная операция Запада, но люди на улицах в это не верят. Внешние державы должны предупредить Россию о том, что любое применение силы в Беларуси будет сопровождаться жесткими санкциями. Господина Путина и господина Лукашенко не будут сдерживать моральные, правовые или дипломатические нормы, но если они прольют кровь, чтобы остаться на своем посту, то должны быть последствия.Как долго продержатся эти два мрачных режима, остается только гадать. Ретроспективной автократий, можно цеплять на долгие годы. Владимир Путин и Александр Лукашенко не одиноки в захвате власти и обещании возвращения к воображаемой эпохе утраченной славы. Но картина ясна. Хотя поначалу это может быть приятно, но со временем люди, по словам одного белорусского протестующего, “устают от них”. И именно тогда диктаторы должны бояться.■Nothing is as inspiring as seeing people take to the streets to demand their freedoms—and nothing is as terrifying for the dictators they are defying. In Belarus, among scenes that recall the revolts of 1989, people are turning out in their hundreds of thousands after a blatantly rigged election, heedless of the threat of state violence. In the Russian city of Khabarovsk tens of thousands march week after week to protest against the arrest of the local governor and the imposition of Moscow’s rules. Vladimir Putin is rattled. Why else is Alexei Navalny, an anti-corruption crusader and Mr Putin’s greatest popular rival for the Russian presidency, lying poisoned in a Berlin hospital bed?Regimes that rule by fear, live in fear. They fear that one day the people will no longer tolerate their lies, thieving and brutality. They try to hang on with propaganda, persecution and patronage. But it looks increasingly as if Mr Putin is running out of tricks, and as if Alexander Lukashenko, his troublesome ally in Minsk, is running out of road (see article). That is why, despite the Kremlin’s denials, they are falling back on the truncheon and the syringe. And it is why, as the protests roll on, they must be wondering whether state violence can secure their regimes.Both leaders came to power promising relief from the chaos that followed the collapse of the Soviet Union. Mr Putin offered his citizens a deal: stay out of politics and you will get order and better wages. Mr Lukashenko promised Soviet-style continuity. Mr Putin was lucky that oil prices soared after he took over. Ordinary Russians benefited (though not nearly as much as the regime’s cronies). Mr Putin built a mafia state; Mr Lukashenko, an old-fashioned dictatorship. Both men seek to project an image of strength through tame media—Mr Lukashenko had himself filmed this week whizzing around in a helicopter and brandishing an ak-47 to face down the supposed Western plot to overthrow him. However, neither regime can reform itself. They may use state television to proclaim virtual change, but they struggle when it comes to the real thing.Start with the economy. Belarus retains a theme-park version of the old Soviet system. When Mr Lukashenko went to gather support among the workers, he flew off to a state-owned tractor factory like some latter-day Lenin. The country’s exports largely consist of potash and petroleum products refined from Russian oil that used to be discounted. Russia is different from Belarus. Its economy is more open and less monolithic. Yet the commanding heights of industry and finance are in the hands of the oligarchs in the Kremlin’s trusted circle. Mr Putin has thus been unable to unleash competition and dynamism without upsetting the relationships that keep him in power. He has failed to diversify away from hydrocarbons, so the recent double shock of low oil prices and covid-19 has sent the economy reeling. As belts tighten, he has nothing to offer but nationalism and nostalgia.That cocktail is losing its potency. For two decades Mr Putin has invoked an imaginary past of glory, plenty and certainty in the days of the Soviet and tsarist empires. His regime is a pioneer of disinformation. It invented the troll factory, and has created a media environment where, as one commentator put it, “nothing is true and everything is possible”. Yet Mr Putin’s offering looks tired next to that of Mr Navalny, whose popular YouTube videos are as skilful as the regime’s, but resonate with a growing sense of frustration. They are also grounded in exhaustive research into the regime’s corruption—and thus, in reality.As well as failing to bring about economic and cultural renewal, both Mr Putin and Mr Lukashenko have failed to renew their regimes. Neither has a plausible successor. Mr Lukashenko has taken to trotting out his 15-year-old son, most recently in combat gear. Mr Putin cannot easily groom a successor lest it upset the factions he must keep sweet. This year he attempted to solve the problem by changing the constitution to allow himself to stay in power until 2036, when he will be 84. But that, too, was a sign of exhaustion. Mr Navalny, by contrast, has been busy organising opposition votes for regional elections to be held on September 13th. He may have been removed from the stage because if Russia had seen a popular movement like that in Belarus, he would have been its most plausible leader.Mr Navalny’s poisoning is evidence that when these regimes run out of ideas, they resort to violence. And yet Belarus shows how hard a tool violence is to wield. Mr Lukashenko tried savage repression by arresting and torturing protesters but, so far, it has emboldened them and further undermined him. Sunday’s huge protests overwhelmed his threat to use force against them. He might have been willing to kill people in their hundreds or thousands, but he cannot afford to lose the loyalty of his security forces. Mr Putin recognises that blunt force used against the people could fuel further protests—it is why the Kremlin has largely left the demonstrators in Khabarovsk untouched in the hope that they will lose interest. But were the protests to start to spread from the far east, Mr Putin would face a similar calculus. He can arrest and intimidate the elites all he likes. The people, in sufficient numbers, are less easy to control.What can other countries do about all this? The answer begins with defending the principle of human rights. Germany has correctly offered asylum to Mr Navalny. Its doctors can explain what was done to him—and be believed by ordinary Russians. The European Union and America have properly declined to recognise the results of Mr Lukashenko’s stolen election. Their refusal may be spun by propagandists in Minsk and Moscow as evidence that the protests are a covert operation by the West, but the people in the street do not believe it. Outside powers should warn Russia that any use of force in Belarus would be followed by severe sanctions. Mr Putin and Mr Lukashenko will not be restrained by moral, legal or diplomatic norms, but if they spill blood to stay in office there must be consequences.How long these two dismal regimes will survive is anyone’s guess. Backward-looking autocracies can cling on for years. Mr Putin and Mr Lukashenko are not alone in taking power and promising a return to an imagined era of lost glory. But the pattern is clear. Although this may feel good at first, the people eventually become, in the words of one Belarusian protester, “sick of them”. And that is when dictators should be afraid.■