В рамках цивилизационного разлома, переход к иным финансовым и макроэкономическим пропорциям, поиск альтернативных финансовых партнеров и создание параллельных к США кластеров затрудняется тем, что вся современная архитектура финансовой системы обращается вокруг США, а экспансия в Китай имеет ряд ограничений. Монополия США чрезвычайно устойчива, а чтобы ее раскачать – потребуется много времени и усилий.Мировые валютные резервы составляют 12.6 трлн долл на 1 квартал 2022, но 93.9% сосредоточено в долларах и в валютных зонах американских сателлитов.Расклад следующий: доля доллара в международных валютных резервах 58.9%, доля евро - 20%, иены – 5.36%, фунты стерлингов – 5%, канадские доллары – 2.5%, австралийские доллары – 1.9%, швейцарские франки – 0.23%. Доля долларов снижается с 2015 года с 66% до 59%. Доля евро стабильна последние 5 лет. В японские иены перетекали капиталы с 2015 по 2019 - увеличением доли с 3.5% до 6% и снижение с 2020, фунты без существенных изменений. Но важно другое – валюты нейтральных стран последовательно наращивают свою долю с 2016 года – тогда занимали 3% от международных резервов, сейчас свыше 6%. Флагманом является Китай – в 4 кв 2016 доля юаня была 1%, спустя год 1.23%, в конце 2018 уже 1.9%, через год - 1.94%, в конце 2020 - 2.29%, в конце 2021 почти 2.8%, а по итогам 1 кв 2022 доля выросла до 2.88%, уверенно превышая канадский доллар.С 2 кв 2022 экспансия юаня увеличится в международных резервах. Если раньше емкость и ликвидность рынка были сдерживающим фактором, теперь Китая один из самых ликвидных рынков, но изолирован от нерезидентов. Финансовая система закрытая, юань имеет ряд ограничений на свободную конвертацию, прозрачность низкая. Начало положено к фрагментации мирового валютного пространства. Этот процесс длительный, сложный, но неизбежный. Закат долларовый империи необратим, как когда-то закат пережила Великобритания после Второй мировой. В этот раз будет несопоставимо больнее, потому что переход лидерства происходит в иное измерение.