Когда писала сегодня сообщение о том, что тупо промотаюсь три часа, ошиблась. Шесть часов. Шесть часов мы с гномом промотались из очереди в очередь. Пришли к заведующей, которая, как и ожидалось, вытаращила глаза - а почему ко мне. Отправила нас к зав. отделения химиотерапии. Там мне сообщили. Вот сейчас внимание. Тагриссо пока нет. Ибо торги проведены, потом 2 недели на подпись, 10 дней на поставку. Сейчас поставщик лекарство еще не предоставил. Когда оно поступит, то будет вот что. Каждый день (выходной, праздничный, морозный, жаркий - похер какой и похрен как вы себя чувствуете) вы собираете ребёнка, собираете себя, вызываете такси (около 150р) и едете в онкодиспансер, читай, учреждение, наполненное больными, печальными людьми, каждый со своими болячками (да-да, у вас ослабленный иммунитет и вам рекомендовано избегать скопления людей, особенно, в периоды повышенной опасности заражения гриппом, но нам на это насрать), шляетесь с ребёнком (а чо, пусть и он сразу цапает всякую дрянь) часа два, глотаете таблетку, вызываете такси (150р опять) и едете домой. Внимательно прочитали? В голове нарисовали? КАЖДЫЙ ДЕНЬ. И абсолютно не е@ет, что априори вы не самый бодренький человек. Поднимаете свою больную жопу, берёте подмышку ребенка (тоже как то пох, здоров он или болен в этот момент) и едете за таблеткой. Вот этот концлагерь называется лечением. Да, совершенно верно, вот эта ежедневная еботня, это посещение негативного по энергетике места, это общение с больными и умирающими людьми. К черту хорошие эмоции, к черту отдых, к черту всё - сдохни, но сожри таблетку. Каждый день. Я давно так не ревела в голос и с соплями. Я не понимаю, что это за блядство и как это исправлять, кому писать, что делать. Я не знаю. Занесла домой вымотанного Гнома, положила его спать, села и сижу реву от злости и бессилия. Казалось бы вот, почти добилась, вот вот уже. И тут бац, да вот *мат*. Ты, во-первых, должна будешь 9000 минимум отдать на одно только такси с ребенком то. Ну а чо, девять тыщ не полмиллиона, да. Правда, через пару месяцев такого лечения я скорей всего крякну. Но кого это волнует, право слово. Нет у меня щас ни слов, ни адекватных эмоций, ни мыслей. Я не знаю, что делать.