Нас заставляют думать, что это плохо, но быть страной бензоколонкой очень даже хорошо. Сауды вместе с эмирами ОАЭ, Катара или Кувейта не смогут не согласиться с данным высказыванием. А у нас с ними схожие запасы углеводородов в земле. Было бы ещё нас в 10 раз меньше на в 10 раз меньшей территории, то жили бы мы заметно лучше, но надеюсь этого никто не желает.Однако правда заключается в том, что Россия — не страна бензоколонка. Помимо широкого ряда ресурсов, у нас есть атом, космос, агро, фарма, суда, авиация, автомобили, химия, информационные технологии и много всего остального. Доля нефтегазового сектора в ВВП России равна всего 15% — и это ещё одно «разоблачение». Нефтегаз составляет внушительную долю экспорта и основую часть доходов в федеральный бюджет, но не основную часть экономики, что часто путают или не понимают.Да, многого у нас нет, но в мире не существует полностью самодостаточных стран. При этом мне трудно представить столько злорадства к самим себе в какой-​либо другой нации. Немцы не производят смартфонов, но они гордятся автомобильной промышленностью. Мы же презираем себя за то, что не делаем смартфоны и никогда не похвалим за достижения, например, в атомной промышленности.«Яндекс» выпустил браузер, который сегодня имеет весомую долю рынка, а его называли бессмысленной и банальной копией Chrome. Появление «Мой Офис» встретили как банальную реплику продуктов Microsoft. Aurus сочли дешевым закосом под Rolls Royce и так почти во всём.Поймите, я не высказываюсь против здравой критики, но у нас осуждается любая попытка потеснить иностранный бренд. Даже экономика у нас не такая — маленькая и неправильная.Для подобного образа мышления есть подходящее определение — провинциальный синдром. Это, прежде всего, устойчивая и не требующая обоснований вера, что все самое лучшее оно «там», а «тут» если и есть что-​то приличное, то оно всё равно хуже. Проблемы начинаются тогда, когда этот синдром переходит в более типичную для нас параноидальную стадию. Когда мы уже не можем трезво оценивать себя. Когда всё, что у нас, — плохо. Но это большое заблуждение и больных надо лечить, что я и попытался сделать данным текстом.