Частично я понимаю, у моей бабушки, куда я ездила на лето, был такой же уклад, потому что она вела хозяйство: готовила, накрывала на стол, убирала, мыла посуду. В детстве мне было нормально: всё, как в детском садике. В 12 лет мне уже было как-то странно, в 13 я билась смертным боем за право САМОЙ, когда это нужно МНЕ, сделать себе на завтрак бутерброд с сыром и налить кофе, помыв потом чашку. Потом, на обед, так же, не разводя колхоз, а единолично налить себе супа, и В ОДИНОЧЕСТВЕ И ТИШИНЕ его съесть. Семейный ужин меня не бесил, мне нравилось. Бабушка была из тех, кто пишет «Реестр расположения вещей», и раскладывает одежду по комплектам. Но меня любила, и мой анархический бунт достиг цели. Если бы не достиг, я бы перестала к ней ездить.