Говорят, что это так рассердило Гарри, что какое-то время он подумывал поехать прямо из аэропорта в Сандрингем, чтобы без предупреждения наведаться к королеве. В конце концов он отказался от этой идеи, но то, что он в принципе обдумывал такой шаг, было признаком его отчаяния.Учитывая, что пара объявила о своих планах снять с себя обязанности 8 января, а королевская семья собралась, чтобы обсудить все это пятью днями позже, 13 января — на так называемый саммит в Сандрингеме — кажется, что семейное расписание было более гибким, чем казалось изначально.Конечно, Гарри и Меган могли раздражать; они уже привели в ярость королевскую семью, опубликовав свое объявление о Мегзите 8 января с минимальным предупреждением, когда все разговоры шли о выпуске совместного заявления. Но дворец также продемонстрировал изначальную непреклонность, которая должна была привести их в бешенство. Гарри и Меган чувствовали себя загнанными в угол, непонятыми и глубоко несчастными. Если остальная часть института не сможет это оценить, даже если их требования были необоснованными, переговоры об уходе не смогут закончиться успешно. Можно смело предположить, что Сассексы расценили бы переговоры как провал. Они хотели найти компромисс, при котором часть года они могли бы жить за границей, но при этом выполнять некоторые королевские обязанности дома. Такой компромисс не был найден. Вместо этого они потеряли свои королевские обязанности, свои патронаты, военные назначения Гарри, свою охрану, свой доход от принца Уэльского и, во всяком случае, для официальных целей, свои титулы Их Королевских Высочеств. Они потеряли практически все, кроме свободы делать именно то, что они хотят.Королевская семья потеряла всеми любимого члена семьи и увидела возникновение раскола, в результате которого самоизгнанные Сассексы все еще бросают колючие критические замечания через Атлантику. Институту потребуется много времени, чтобы оправиться от обвинений, выдвинутых парой в их интервью с Опрой Уинфри, в том числе намеки на расизм в королевской семье. Никто в королевской семье — с обеих сторон — не мог быть рад тому, что Гарри не присутствовал на памятной службе по своему деду, герцогу Эдинбургскому, в марте 2022 года.