Сами придумывали единицы. Раньше туда брали детей, которые сами ВЫУЧИВАЛИ эти методы.  Потому что САМИ дома много что нарешивали.  Они искали детей не с математическим мышлением, а горевших математикойСпособных к математике детей намного больше.И им тоже можно создавать матшколы.  Но для них система Константинова не подходит."Константинов ценит школьников, которые любят учиться, страстно любят математику (или другую область деятельности), и которые упорно добиваются своего, несмотря на разочарование и случайные неудачи на пути в достижении своих интересов и увлечений (а не отличников и победителей престижных математических конкурсов). Мне кажется, что представление Константинова об идеальном ученике было реализовано при отборе воспитанников в математические школы. Все абитуриенты, которые не вылетели и дошли до конечной, шестой, стадии вступительных испытаний, зачислялись независимо от результатов экзаменов, т.е. того, сколько задач кандидат решил или не решил. Дело было не в количестве решенныхзадач, а в том, мог ли интерес ученика в математике сохраниться несмотря на разочарование отколичества нерешенных задач. Идеальный ученик — тот, кто хочет учиться и способен “постоянно думать о нерешенной задаче”.Сейчас подумалось, что вот самый простой критерий отбора учеников. Правда он будет работать лишь до тех пор, пока о нем не узнают мамы. На четвертом собеседовании спросить ребенка про нерешенную задачу из первого.  Хотя бы просто, помнит ли он ее.  Ну и в идеале - решил ли.  (разобрал ли?). Если да - можно брать. Если нет - это не математик.