В Обращении Президента к Федеральному Собранию мне было интересно все, что касалось поддержки российского бизнеса, стимулирования инвестиций и защиты венчурного инвестиционного процесса. Президент обоснованно хочет обеспечить стране более широкий горизонт для планирования инвестиций и предлагает не менять налоговые условия для бизнеса в течение шести лет, что совершенно правильно. Если проект крупный и значимый для страны, налоги должны оставаться неизменными двадцать лет, если это СМБ-предприятие, то оно должно иметь трехлетнюю льготу по налогу на прибыль. Чтобы этот налоговый вычет применялся чаще, Путин предложил компенсировать регионам 2/3 выпадающих доходов от применения инвестиционного налогового вычета. По мнению Путина, реформа контрольно-надзорной деятельности, которая должна завершиться в этом году сделает работу бизнеса проще, и я очень на это рассчитываю, как и многие другие крупные бизнесмены.Кроме того, президент внес в Госдуму поправки по применению ст. 210 УК РФ (Организация преступного сообщества или участие в нем) по экономическим составам, пояснив, что правоохранительные органы впредь будут обязаны доказать, что «компания изначально умышленно создавалась с незаконной целью». Вероятно, это распоряжение тоже снимет с бизнеса лишний груз, улучшит инвестиционный климат и предотвратит бегство капитала и кадров за рубеж.Путин сказал также, что нужно изменить порядок контроля работы институтов развития, при котором неудачный стартап рассматривается как растрата государственных денег, объяснить правоохранителям, что в технологическом бизнесе это нормальная ситуация.Длинные деньги и доступность кредитов для реального сектора экономики были важны всегда и для любого бизнеса, как и настройка господдержки прямого и венчурного финансирования. Я очень рассчитываю на то, что по всем вышеупомянутым пунктам ситуация тоже улучшится.Право на риск – это суть любого предпринимателя, но если неудачная реализация идеи будет автоматически означать уголовное преследование, боюсь, что тех кто будет предпринимать что-то на благо своей отрасли и страны у нас просто не останется. То есть, существующие правовые и финансовые условия нужно менять, как я уже не раз говорила.Гибкий механизм экспериментальных правовых режимов для более быстрой и простой разработки и внедрения в России новых технологий (искусственного интеллекта и многих других), современное регулирование оборота больших данных – те темы, о которых я тоже стараюсь говорить на каждой значимой площадке. Я рада, что президент отметил их в этом году как приоритетные.Очевидно и то, что нужно поддерживать высокотехнологичный экспорт и, безусловно, расширять спрос на инновации внутри самой страны. В этой связи я считаю крайне правильным ускорить цифровую трансформацию реального сектора экономики, тем более, «цифра» там очень нужна. При этом действительно стоит установить требование, чтобы национальные проекты осуществлялись главным образом на основе программных продуктов отечественного производства. Цифровой и технологический суверенитет страны – одна из важнейших задач, наш национальный приоритет. Над этим нужно серьезно работать.В-третьих, президентом была предложена масса важных поправок в Конституцию. При этом он не увидел необходимости в принятии новой Конституции России, но предложил закрепить приоритет нашей Конституции в российском правовом пространстве. Это важно, но комментировать подробно эти вещи я пока не буду – будет всенародное обсуждение и референдум.Наталья Касперская