Камилла Шенд родилась 17 июля 1947 года. Ее сестра Аннабел родилась двумя годами позже, а ее ныне покойный брат - еще через два года после этого. У нее была счастливая и стабильная жизнь, которую она описывает как «идеальную во всех отношениях». Это то, что принесло ей огромную пользу, что поможет сделать ее превосходным консортом. Ее мать Розалинд обладала легким характером и сочетала свободу с любовью, за исключением манер и самодисциплины. Она с юных лет заставляла Камиллу присоединяться к их званым обедам, несмотря на то, что Камилла говорила матери, что находит их очень скучными.Розалинд стояла на своем и утверждала, что это хорошая возможность для нее попрактиковаться в ведении беседы. Камилла рассказывала, что ее мать говорила ей: «Как только наступит тишина, говори! Мне все равно, о чем ты говоришь - о своем волнистом попугайчике или о пони, но продолжай разговор». Камилла призналась, что то, чему она научилась у своей матери, было ценным качеством для члена королевской семьи: «Я никогда не могла не говорить. Это в подсознании - не молчать». Ее также воспитывали, чтобы «верить в то, что нужно упорно трудиться и не сдаваться».Камилла никогда не собиралась пленять принца. Ей было 24, когда они подружились с Чарльзом, которому тогда было 22. У них было много общего, и они понимали друг друга. Чарльз чувствовал, что может доверять ей, чувствовал себя комфортно в ее компании и сказал, что она «единственная женщина, которая меня действительно понимает».Они расстались через 18 месяцев по нескольким причинам, включая тот факт, что жена наследника должна была быть девственницей, а у Камиллы была «история».Тем не менее, именно к Камилле он всегда обращался за поддержкой, в том числе после смерти Дианы, принцессы Уэльской: в самые мрачные часы он мог рассчитывать на ее поддержку.Марк Болланд, который в то время был заместителем личного секретаря принца Чарльза, вспоминает: «Он был очень расстроен и огорчен. [Когда] я разговаривал с Камиллой, ее первой и основной реакцией было спросить, как мальчики, и она, очевидно, была очень, очень обеспокоена за Уильяма и Гарри. На том этапе она еще не познакомилась с ними. Она, конечно, беспокоилась о принце Чарльзе, но прежде всего ее реакция была реакцией матери».