Когда мама умерла, мне было 15, а ей 39. Все случилось так быстро, когда ей диагноз поставили, было невыносимо страшно и тяжело, у нее был рак кишечника. После первой операции ей вывели стому, она с ней жила около 3 месяцев, очень комплексовала по поводу калоприемника, замкнулась, никуда не выходила. Дома было так тяжело, что я старалась как можно меньше быть дома. Потом ей сделали повторную операцию, убрали стому, и она воспряла, отец тогда взял длинный отпуск, и они уехали на дачу, как она хотела. Осенью они вернулись в Москву, ей стало хуже очень скоро, умирала она дома под препаратами, которые плохо помогали от боли, она сильно мучилась, меня тогда забрала к себе бабушка, папина мама, чтоб я не видела ее тяжелого состояния. Мне кажется, моя подростковая психика как могла защищалась. Я очень мало общалась с мамой во время ее болезни, мне все время хотелось куда-то сбежать из дома. Осознание и острая боль утраты пришли не сразу, где-то через полгода после ее смерти меня накрыло конкретно, я не выходила из дома, ни с кем не хотела общаться, перестала учиться и стала очень бояться за отца, что с ним что-то случится. Если он задерживался на работе или уезжал в командировку, я сходила с ума, плакала. С тех пор до сегодняшнего дня у нас повелось регулярно созваниваться. Пока мобильных не было, он звонил мне с работы раза по три-4 в день. Сейчас тоже раза 2 в день звоним друг другу, хотя острый страх давно прошел. А мама... я уже давно старше ее. Почти стерлось из памяти, осталась грусть, иногда, когда вспоминаю какие-то моменты, всплакну.  Но все же, в силу возраста, видимо, более болезненно я перенесла смерть бабушки, хотя было мне тогда уже к 30. Тяжело это все. Не хватает и мамы, и бабушки, и тревожно за отца.