В дни памяти жертв Холокоста ФСБ рассекретила уникальные архивные документы по Освенциму, большую часть которых составляют допросы надзирателей, многие из которых были поляками, сообщили СМИ.Как передает РЕН ТВ, архивные документы до последнего времени хранились под грифом «совершенно секретно». Внутри – дела надзирателей лагеря смерти Освенцим, без права реабилитации.  В протоколах допросов абсолютного большинства надзирателей лагерей смерти звучит почти одна и та же фраза. Вот, например, из показаний Елизабет Газелов: «Сколько случаев было избиения, сказать не смогу, так это было обычным явлением и носило систематический характер». То есть, охранники не могли даже сосчитать своих жертв. Избитых, измученных и потом безжалостно уничтоженных.  Из показаний Альфреда Скшипека: «С 1943 года немцы начали массовое уничтожение людей, так что уже имеющихся три крематория не успевали проводить удушение намеченных жертв и сжигание трупов, поэтому в январе-феврале 1943 года началось строительство крематория номер 4». Узников, например, набивали по 50 человек в маленькую комнату и перекрывали кислород, пытали каплей воды, травили собаками, почти не кормили – только брюква и маленький кусок хлеба на весь день. Подчас даже более изощренными были женщины-надзиратели. Элизабет Хассе описывает одно из любимых развлечений: «За плохую работу, не почитание обслуживающего персонала, найденные письма, – были наказаны заключенные так называемым «спортом», когда узники должны были в воскресный день бегать несколько часов с грузом на расстояние 700-800 метров». Учитывая, что лагерь смерти был на территории польского города, здесь было немало надзирателей-поляков, которые пытались выслужиться перед фашистами.   Большинство надзирателей попадали сюда заключенными, но становились капо, то есть, добровольными помощниками, зачастую более жестокими, чем нацисты. Один из таких – Альфред Скшипек – бывший активист националистической организации Млада Польска. Сначала боролся с фашистами, но как только попал в концлагерь, – сразу пошел на сделку. Получал посылки из дома, а потом его даже стали выпускать за территорию. За это он следил за другими заключенными, активно используя кусок резинового шланга вместо дубинки и составлял списки тех, кто больше не может работать, а значит – не достоит жить.  «Я считаю, что они пожестче немцев были, поляки. Они вот заставляли бегать, потом кладут на землю, потом катает по земле, потом бегать заставляли на корточках. И в это же время идет избиение», – вспоминает узник Освенцима Евгений Ковалев. https://vz.ru/news/2020/1/22/1019513.html