О возможности царской семьи покинуть страну в начале ареста в Царском селе:Баронесса София Буксгевден, Начало конца - конец: "Мысль о том, что им придется покинуть свою страну, приводила императора в такое же отчаяние, как и императрицу... императрица не захотела даже слушать госпожу Нарышкину, когда последняя стала говорить, что в случае, если их величествам представится возмож­ность беспрепятственного выезда за границу, они могли бы отправиться в путь, оставив детей под при­смотром самой Нарышкиной и графа Бенкендорфа. А после окончательного выздоровления детей мы с графом Бенкендорфом отвезли бы их родителям. Граф Бенкендорф много раз высказывал мысль о необходимости принять предложение выехать за границу — если только оно будет сделано. Он остро чувствовал, что нынешнее затишье долго не про­длится. И все же она [Александра] на всякий случай расспрашивала меня о Норвегии, заявив, что, если их все-таки «выставят» за границу, она предпочла бы отправиться именно туда."Пьер Жильяр, При дворе Николая II:"Судя по всему, наше заточение в Царском Селе не обещало быть долгим... Но проходили дни, а наш отъезд все откладывался... А мы были всего в нескольких часах езды поездом от финской границы, единственным препятствием была необходимость проезда через Петроград. Если бы власти действовали решительно и тайно, не составляло бы большого труда провезти императорскую семью до одного из финских портов, а оттуда – в любую зарубежную страну. Но они боялись взять на себя ответственность, и никто не хотел скомпрометировать себя."Гражданин Николай Романов