Как Таджикистан прожил 30 лет после распада СССР? 50-летний таджикский бизнесмен Исломджон Сафаров разливает по пиалам зелёный чай. «Брат, честно тебе скажу: СССР был великим государством, и ты не найдёшь здесь ни одного человека нашего возраста, считающего иначе». Это чистая правда — ностальгия по Советскому Союзу в Таджикистане ещё популярнее, чем в России.«Эх, как прекрасно мы жили!» — причмокивают губами старики в кишлаке Ворух возле киргизской границы. — Пенсии на всё-всё хватало!». «О-о-о-о, там было замечательно! — расхваливает советское прошлое бывший десантник Талаб в Бохтаре. — Рай настоящий, зря мы его зарезали... то есть разрушили». «СССР — сказка, где гражданам бесплатно давали квартиры и машины, кто может представить себе такое?» — восторгается 20-летний студент в Душанбе. «Вы же то время не застали». «Родители рассказывают».Немудрено, что на референдуме 17 марта 1991 года 96,2% населения (!) Таджикистана проголосовали за сохранение СССР. «Россия нас бросила, показала, что Средняя Азия ей не нужна, — вздыхает торговец на рынке Худжанда (бывшего Ленинабада). — Поэтому нам всем пришлось научиться выживать».Пожалуй, в девяностые годы Таджикистан сильнее всех пострадал от распада Советского Союза.«Сейчас так уже не видно, — вспоминает пенсионерка Шахзода Султанова. — А ещё лет двадцать назад у всех базаров хватало безногих калек — просили милостыню. Страшно было мимо проходить».Гражданская война между «вовчиками» (радикальными исламистами) и «юрчиками» (сторонниками светского пути), как называли противников в народе, шла в 1992-1997 годах. Целые города (как Курган-Тюбе) были разрушены, Душанбе брали штурмом — погибли 150 000 человек, в подавляющем большинстве — мирные жители.Я иду по улице, и всюду вижу огромные портреты президента Эмомали Рахмона, правящего Таджикистаном уже 29 лет, — на магазинах, на госучреждениях, на многоэтажках. Улыбающийся, машущий рукой, в окружении аксакалов, и даже пробующий плов. «Я понимаю, тебе это может показаться странным, — объясняет инженер Шахриёр Бободжонов, — но в Средней Азии всегда существовало сакральное почтение к власти. Ты посмотри, как обстояли дела при Ниязове в Туркмении, Назарбаеве в Казахстане, Каримове в Узбекистане — сплошь улицы имени президентов, портреты и памятники. А Рахмон хотя бы мир обеспечил, жуткую войну прекратил. У нас так отчаянно по всей стране кровь лилась, что, боюсь, таджики сами себя бы истребили».Некоторым нашим гражданам Таджикистан представляется нищим государством вроде Афганистана, где голодные оборванцы ютятся в убогих лачугах. Это вовсе не так. Я еду в Худжанд из Душанбе по великолепному шоссе, сквозь туннели в горах. Прежде путь по «убитой» дороге занимал часов восемь, нынче доедешь за три часа. Совсем маленькие города (вроде Исфары или Бохтара) очень чисто убраны (улицы просто вылизаны), старые дома хорошо отремонтированы, построено множество новых зданий. Когда-то лежащий в руинах, устланный трупами Курган-Тюбе нынче сверкает огнями, в красивых парках и на новеньких площадях гуляет народ, чайханы переполнены посетителями. Всюду стройки — воздвигаются небоскрёбы, банки, мечети.«Всё это на китайские кредиты... миллиарды долларов взяли, а чем отдавать будем? — задаётся вопросом пожилой учитель литературы Абдулло Мансуриев. — Уже и так 40% из наших займов Китаю должны. И сколько красивых старинных зданий в Душанбе снесли!» «В соседних республиках тоже займы берут, только дороги у них раздолбаны, а деньги разворованы, — возражает ему коллега по работе Равшан Мухаммедов. — Здесь хоть видно, куда эти доллары пошли, глаз радуется».На базаре Мерхгон в Душанбе и на рынке Худжанда больше продавцов, чем покупателей. Ещё бы — цены довольно высокие (как и в России, в Таджикистане всё резко подорожало по причине пандемии), средняя зарплата в столице — 7 000 рублей в месяц, в регионах — 5 000 рублей в месяц. Люди не скрывают, что им здорово помогают деньги, присылаемые из России родственниками — строителями, монтажниками, таксистами, дворниками: около 1,5 миллиона таджиков уехали в РФ на заработки. За год они отправляют родне $2 миллиарда, на это семьи гастарбайтеров и живут.«У нас в день зарплаты в России — столпотворение, — не скрывают в одном из банков в Душанбе. — Люди стоят на улице в очереди, в здании уже не помещаются». С Россией у таджиков завязано очень многое. «Нас мало кто понимает, кроме русских, — считает финансист Нурулло. — И конечно, нам проще вести бизнес с Россией. Но вы таджиками не интересуетесь. Базу военную поставили, и всё, остальное вас не касается. А жаль. Масса хороших товаров — те же курага, орехи или фрукты были бы для граждан России значительно дешевле».Я общаюсь в Таджикистане на русском языке, и почти везде меня отлично понимают, правда, в основном люди за сорок. Таджикская молодёжь учит русский в школе, после выпуска не все говорят хорошо: я стараюсь общаться медленнее, выбираю слова попроще. Официальный алфавит в стране — введённая в 1940 году кириллица: в отличие от соседних Туркмении, Казахстана и Узбекистана, перешедших на латиницу. Несколько лет подряд в республике вяло обсуждают переход на арабскую письменность, но дальше бесед дело не идёт.«Сейчас русский язык в Таджикистане фантастически популярен, — утверждает филолог Рахим Муродов. — На нём говорят больше людей, чем при Советском Союзе!» Да, подтверждаю. Когда я в 1992 году был в командировке в Таджикистане, в горных кишлаках мне редко могли ответить по-русски, сейчас сложностей поменьше. Люди всегда стараются отдать детей именно в русскую школу, куда присылают учителей из России.В 1989 году в республике насчитывалось 388 тысяч русских, а к 2019-му осталось лишь 35 000 — русского человека на улице в Таджикистане встретить почти невозможно. Большинство наших соотечественников покинули республику в период гражданской войны. «Меня никто не обижал и пальцем не тронул, — заявляет мне 88-летняя пенсионерка Лидия Крижанова из Душанбе. — Но я понимаю людей, кто уехал — бои шли и народ погибал, было чудовищно: боевики-исламисты без разбора всех убивали — и русских, и узбеков, и таджиков. Я старая совсем, могилы родных навещать за городом не могу. Но мои соседи и другие таджики ездят на русское кладбище, убираются там».«Я слышу в России — а, хотели отделиться, вот сами теперь и расхлёбывайте!» — жалуется мне на встрече в кафе Саид, приехавший повидать семью — он работает таксистом в Новосибирске. — «Но это неправда, брат! Мы не желали от вас уходить. Ничего больше не вернуть, поэтому вот строим своё государство — так, как умеем.».Осенью в советском Таджикистане на несколько месяцев закрывались институты и техникумы: на хлопковых полях работали студенты всех курсов. Помощников колхозам выделяли все учреждения. Хлопок был главной заботой республики и главной проблемой, о которой открыто заговорили в перестройку. В долинах ухудшилась экология, люди жили бедно, нарастали социальные противоречия и радикальные исламские настроения. Именно хлопокосеющие районы в центре и на юге страны стали потом очагами гражданской войны.С тех пор «белого золота» на полях заметно убавилось: посевные площади в 1,5 раза меньше, чем в 1991 г., а сборы уменьшились в 2 раза. 80% сырца производят фермерские хозяйства: колхозы и совхозы распущены. Главные сборщики хлопка — женщины. Заставлять бесплатно работать студентов и школьников теперь запрещено президентом страны. А большинство мужчин месяцами вкалывают в России. «В прошлом году я собрала за сезон 3 т хлопка и заработала 2,4 тыс. сомони — по 0,8 за 1 кг. Считаю, что это неплохо. В нашем кишлаке нет другой работы, кроме как у фермера», — рассказывает сборщица Матлюба. В сегодняшних российских деньгах такой трёхмесячный заработок равен 15,2 тыс. руб.Обычная выручка самого фермера в том же 2020 г. составляла 5,5–6 сомони за 1 кг при его себестоимости в 6,7 сомони (0,6 долл.). При этом мировая цена на хлопковое волокно колеблется в последний год от 1,4 до 1,9 долл. за 1 кг. И большая часть дохода от его производства оседает в карманах зарубежных компаний, которые через местные таджикские предприятия кредитуют дехкан и диктуют им свои цены.«Вот земли у нас полно, а обрабатывают её неохотно, — делится мнением бизнесмен Фирдавс Бобокалонов. — Почему-то большинству не нравится земледелием заниматься. Доходит до абсурда: муж своей жене в кишлак из России деньги пришлёт, и она нанимает узбеков-мигрантов на огороде работать, сама ленится. Это вообще как? Люди с фруктовыми садами огромные деньги зарабатывают. От нас дыни, персики, гранаты в Узбекистан везут, хотя там и своих хватает. Качество потому что классное, всё экологически чистое. Но нет, некоторые декхане телевизор смотрят, а на экране Россия — роскошная, красивая, вся в огнях. И им кажется, что лишь там и богатство, не надо в горных кишлаках прозябать, поедем скорее на стройки, чтобы знакомые от зависти померли».«Да, брат, у вас зарплаты упали, рубль ниже стал к доллару, — жалуется 32-летний Мирзо. — Но Москва — это крутизна. Я такси водил, мне друзья завидовали. Домой возвращался с подарками, мои дети в таксистов во дворе играли: „А, вырастем, тоже уедем в Россию работать, разбогатеем“».Понимаешь, жизнь в России для молодых людей у нас много значит, поскольку это дикие понты. Он приезжает к себе на родину в фирменных кроссовках, в дорогой куртке, с айфоном, неделю поит-кормит друзей в ресторане, и все в восторге: о Аллах, вот как в России-то бабло делают, миллионером можно стать! Никому не приходит в голову, что человек за неделю потратил деньги, которые заработал за год: теперь ему надо снова на морозе кирпичи таскать. Как исправить такой менталитет? Я не знаю.https://aif.ru/politics/world/my_nash_ray_zarezali_kak_tadzhikistan_prozhil_30_let_posle_raspada_sssrhttps://aif.ru/politics/world/gde_vyrosli_gory_problem_kak_tadzhikistan_stal_postavshchikom_migrantov_v_rfhttps://aif.ru/politics/world/nashi_deti_igrayut_v_taksistov_pochemu_tadzhikskie_migranty_rvutsya_v_rossiyu