Искусство Рихтера в воспоминаниях современников
Автор: Минакер Ирина Семеновна (преподаватель фортепиано, МБОУ ДОД ДМШ №13)
Тип документа: Статья. Аудитория: Преподаватели и ученики музыкальных школ. Дата публикации: 21.11.2015
Описание: В статье затронуты аспекты развития духовности, на примере жизни и творчества великого музыканта и пианиста С. Т. Рихтера.

  Минакер Ирина Семеновна
  МБОУ ДОД ДМШ №13 г. Казани
  Преподаватель фортепиано, концертмейстер.
 
Искусство Рихтера в воспоминаниях современников
   В своей статье  я бы хотела затронуть тему наиболее проблемную для современного человека - тему духовности. Духовность в наши дни совершенно потеряла свое предназначение, утерян ее смысл. Многие даже не понимают содержание этого слова. Человек несется по замкнутому кругу, не понимая, что его ждет тупик, если он не осознает что смысл жизни – это не только погоня за материальными благами, а нечто гораздо большее. 
   Ярким олицетворением духовной личности является величайший пианист Святослав Рихтер. 
  Рихтер, Святослав Теофилович (20.3.1915, Житомир, - 1.8.1997, Москва). Русский пианист с немецкими корнями. Детство и юность провел в Одессе, где учился у своего отца, пианиста и органиста. Отец обучил сына лишь самым элементарным основам  музыки, и много лет музыкальное развитие одаренного ребенка протекало совершенно свободно.  В возрасте 22 лет, формально, будучи самоучкой, он  поступил в Московскую консерваторию, где учился у Генриха Нейгауза.
  Святослав Рихтер - одна из самых значительных и впечатляющих фигур музыкально-исполнительского искусства 20 в. Для нескольких поколений советских и российских музыкантов и любителей музыки Рихтер был не только выдающимся пианистом, но и носителем высочайшего артистического и нравственного авторитета, олицетворением современного универсального музыканта-просветителя.
  Гипнотическая сила воздействия великого музыканта связана с уникальным, безмерным богатством его духовного мира. Музыка для Рихтера - самая главная "святыня". Только, исходя из нее формируются его творческие принципы. Сам образ жизни артиста издавна скорректирован так, что всё - решительно всё - делается им для музыки и ради неё. В круговороте жизни - "города, поезда, самолёты, люди…" - он никогда не знал, принципиально не хотел знать суетности житейской, "мирской", околомузыкальной. И высказывание "большой артист - прежде всего - большой человек" подходит в полной мере и к Рихтеру. Только такой человек может так самоотверженно служить искусству, и только человек с огромным духовным "багажом" способен, подняться до такого внеличного, философского взгляда на жизнь.
 Его концерты оказывались не выступлениями, а поступками, его интерпретации заставляли думать и догадываться о пафосе служения и смысле предназначения, о цели существования, о непреходящем, вечном  в частной, отдельной, бренной и кратковременной нашей жизни, о самом важном и драгоценном.
  Рихтер очень редко общался с журналистами и неохотно давал интервью. Но при этом очень много осталось воспоминаний современников, музыкантов, которым довелось работать вместе с великим музыкантом. Среди них Лев Наумов - замечательный музыкант, а также Вера Горностаева – пианистка, педагог, высказывания которых мне бы хотелось привести ниже.

  Вспоминает Лев Наумов:
 «У Рихтера были удивительные руки — не «пианистические», а похожие на руки скульптора, огромные; они вызывали представление не о нежном, тонком искусстве музыки, а о глыбах мрамора или глины. «Просто играть!» Когда я бывал на концертах Рихтера, у меня всегда, вместе с восторгом, возникало странное ощущение: все казалось таким простым и ясным, как будто срывался занавес или какой-то покров, и оставалась истина, которая должна быть перед лицом каждого исполнителя. И после концерта я бежал к роялю и думал: «Вот теперь-то мне все понятно, вот сейчас сыграю так же!» Ничего подобного! Рихтеровское  исполнение пробуждало вдохновение и в то же время затрудняло работу, поднимая исполнительскую планку на небывалую высоту. Чтобы играть «просто», надо быть Рихтером». 
  Хотя Святослав Теофилович не хотел преподавать — он в большой степени был педагогом на сцене. Его исполнение открывало такие горизонты, такие новые области, что каждый задумывался. Рихтер никогда не играл привычно. Любую вещь, даже самую заигранную, он исполнял не так как все. Он как будто переворачивал все вверх дном, а на самом деле сочинение становилось чище, более увлекательным и как будто новым, точно оно и не заигрывалось вовсе. 
  В его репертуаре  произведения различных композиторов - от Мусоргского до Скрябина и от Чайковского до Шостаковича - из русских авторов, от Баха до Бартока и от Шумана до Шимановского - из зарубежных.
  Все, к чему бы не прикасался Рихтер, он делал максимально, с полной отдачей, и от других требовал того же, не любил халтуры.
   Из воспоминаний Веры Горностаевой: 
 «Он не любил ничего суетного. Не любил тратить жизнь на пустяки. Если вы приходили к нему в гости, то попадали в сценарий, им заранее подготовленный. Обычно как это бывает? Застолье, сидим за столом в течение трех часов, потом расходимся, ничего не приобретя. Я помню много приглашений к Рихтеру, и каждая встреча обязательно была с каким-то замыслом. Это всегда было связано с произведениями искусства — музыкой, живописью, театром. Скажем, устраивается выставка картин Пикассо. Там были и вещи, подаренные Пикассо (Святослав Теофилович был с ним знаком). На столе лежала уникальная книга, все ее рассматривали: «Кармен», иллюстрированная Пикассо. Чего только не придумал Слава, чтобы выставка состоялась и была на высоте. Над каждой картиной он сделал маленькое освещение, как в музее. И я помню, как мы пришли, и как он нас водил, и как он сиял, и как подобрал музыку, подходящую к Пикассо. Это было действо. Вы уходили из его дома с ощущением абсолютной незабываемости этого вечера.»   
  Будучи совершенно повернутым спиной к политике, будучи всегда вне режима, вне власти, он себя гениально оградил от этого. Ему нелегко было идти этой дорогой.  Сколько раз на него бросался режим. И сколько раз он становился жертвой разных провокаций со стороны режима, который хотел использовать его как свой лейбл, как свой эталон, чтобы показать свои достижения. И он всегда от этого уходил. Он был смиренен и кроток. Он, например, смиренно и кротко отдавал свои «проценты» Госконцерту.  Госконцерт получал за него гигантские деньги, а ему оставалось крайне мало, по сравнению с остальными, особенно чудовищным был разрыв у него. Но между тем, когда выяснилось, что в Америке тяжело больна раком его мать (Святослав сыграл  там  около тридцати концертов), он весь гонорар оставил ей. И приехал пустой. Пришел в Госконцерт и сказал: «Я не привез ничего». «Как? Что?!» Он сказал: «Моя мать умирает от рака, и я оставил все деньги ей». Он не позвонил, не спросил, не согласовал. Там где-то наверху, в КГБ, совещались, выясняли и сделали вид , что ничего не случилось. 
  Рихтера отпевали в православной церкви. Многие удивились: «А он что, был православный? Или он...» В отличие от тех, кто размашистым жестом крестится в объективы телевизионных камер, он этого не делал никогда. Он никогда не ходил «крестом наружу», и вообще никто не знал эту сторону его жизни. Но можно было догадаться по многим признакам, что он верующий человек: по тому, что не злословил, по бескорыстию немыслимому, которое его отличало. По тому, что ничего не скопил — в последние годы жил за границей у друзей. И не было у него никакого капитала, у великого пианиста, в отличие от других великих... 
 Вся его жизнь была пропитана религиозностью осознания своей миссии, понимания посланного тебе времени, понимания того духовного пространства, в котором ты должен жить, — вот этого и никакого другого! И в это духовное пространство он не впускал ничего, чуждого ему. 
 Со смертью Рихтера ушло... Юрий Башмет точно сказал: «охранная грамота истины в искусстве». Хотелось и хочется ему во всем подражать. Ему — во всем. Он выполнял поручение, как это звучит в Книге книг: «Талант, гений, дар божий — это есть поручение Бога». И это поручение он выполнил без единой ошибки. Он никогда не  отступил от позиции, выбранной им. Даже имя его символично — Святослав. Теперь понятно, что его назвали правильно.
Слушая записи Рихтера, понимаешь, что прикасаешься к великому, недосягаемому. Его игра поражает своей глубиной и масштабностью. Все мелочное отходит на последний план и кажется ничтожным, хочется быть выше тех насущных проблем , которые нас окружают.
Музыка ,  которую исполняет Рихтер- это и есть вся его жизнь, его история и бесконечная любовь к людям, которым он и оставил свое непревзойденное искусство.

                             Использованная литература: 
1. Борисов Ю. По направлению к Рихтеру. М.: Рутена, 2000.
2. Дельсон В. Святослав Рихтер.М., 1961.
3. Музыкальное исполнительство и современность: вып.2. М.: Московская государственная консерватория, 1997.
4. Нейгауз Г. Размышления, воспоминания, дневники, избранные статьи, письма к родителям. М.: Сов. комп., 1983.
5. Чемберджи В. В путешествии со Святославом Рихтером. М.: РИК "Культура", 1993.