Общие положения внедрения в системе оперативно-розыскных мероприятий
Автор: Адзер Константин Иванович (Студент, ФГБОУ ВО "Кубанский государственный аграрный университет имени И.Т. Трубилина")
Тип документа: Другое. Аудитория: Студенты и преподаватели юридических специальностей. Дата публикации: 22.11.2017
Описание: Материалы выпускной квалификационной работы.

Адзер Константин Иванович 
 студент 3 курса факультета заочного обучения ФГБОУ ВО «Кубанского государственного аграрного университета имени И. Т. Трубилина»

Система оперативно-розыскных мероприятий и место в ней оперативного внедрения

В соответствии со ст. 1 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» вся эта деятельность, согласно воли законодателя, осуществляется исключительно посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий. Следовательно, суть сыска - в проведении оперативно-розыскных мероприятий.
Теория и практика становления, формирования и развития сыскной деятельности и опыт преподавания курса оперативно-розыскной деятельности показывают, что «для успешного (следовательно, и законного) осуществления оперативно-розыскных мероприятий оперативный сотрудник любого российского правоохранительного органа прежде всего должен твердо знать ответы на два вопроса: что такое оперативно-розыскное мероприятие и как его организовать и тактически грамотно провести».1
Следует отметить, что рассматривая оперативно-розыскные мероприятия, следует учитывать три наиболее значимых аспекта в понимании их сути и содержания:
1. Материально-процедурный, который раскрывается через категории «оперативно-розыскное мероприятие» и состав «оперативно-розыскного мероприятия».
Процессуально-процедурный, который раскрывается в процессе так называемого сыскного (полицейского) доказывания в уголовном розыске (или оперативно-розыскном процессе).
Организационно-тактический.
Полагаем, что первые два аспекта оперативно-розыскных мероприятий, их юридическую сторону, следует раскрывать исходя из уголовного, уголовно-процессуального права и оперативно-розыскного законодательства, а третий - с позиции теории оперативно-розыскной деятельности и криминалистики.
Следует отметить, что в действующем российском законодательстве отсутствует определение «оперативно-розыскные мероприятия», нормы законодательных актов по данному вопросу достаточно противоречивы. В Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» речь в основном идет об оперативно-розыскных мероприятиях (см. ст. 6 и др.), хотя в некоторых его статьях употребляется термин «действие» (см., например, ч. 2 ст. 5 и ч. 2 ст. 16).
Указанное обстоятельство и с учетом того, что данные мероприятия в соответствии со ст. 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» уполномочены осуществлять десять правоохранительных органов и спецслужб, не может не отражаться на восприятии практиками сущности и содержания оперативно-розыскных мероприятий. Проблема единообразного понимания и толкования оперативно-розыскных мероприятий и, следовательно, законности оперативно-розыскной деятельности перестает быть сугубо научной, она актуальна не только для конкретного оперативного работника, но и для каждого, кто вовлечен в сферу функционирования оперативнорозыскных органов, кто становится субъектом оперативно-розыскных правоотношений.
Вместе с тем, при рассмотрении понятия «оперативно-розыскные мероприятия» необходимо учитывать и следующие два аспекта:
В научном аспекте, так как в формирующейся общей оперативно-розыскной теории проблема сущности и содержания оперативно-розыскных мероприятий хотя и не нова, однако единого понятия до настоящего времени не получила.2
В практическом аспекте, так как при рассмотрении оперативно-розыскной деятельности с предметно-практической стороны и в зависимости от уровня организации различают три ее основных составляющих: оперативнорозыскные  действия, оперативно-розыскные мероприятия и оперативно-розыскные операции. При рассмотрении оперативно-розыскной деятельности с информационно-познавательной стороны то, что законодатель определил как «оперативно-розыскные мероприятия», понимается как методы (способы) получения фактической информации, необходимой для принятия решений в оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности (по конкретному делу оперативного учета, уголовному делу и т. п.).
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что «законодательное определение оперативно-розыскных мероприятий отсутствует, а теория и практика в данном вопросе во многом противоречивы».3 3Базируясь на положениях формирующегося уголовно-розыскного права А. Ю. Шумилов дает следующее определение оперативно-розыскных мероприятий «как общественно-значимое умышленно и конфиденциально (в организационно и тактическом аспекте) совершаемое предусмотренное Федеральным законом «Об оперативнорозыскной деятельности» оперативно-розыскное активное деяние (действие, мероприятие или операция), посредством совокупности которых осуществляется оперативно-розыскная деятельность».4
Нам представляется, что в данном определении А. Ю. Шумилов допустил смешение оперативно-розыскных мероприятий с действиями и операциями, что не внесло ясности в понятие «оперативно-розыскные мероприятия».
В криминалистической литературе первоначальные следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия выделяются как структурный элемент частной криминалистической методики, хотя это и не всегда мотивировалось. В 1959 г. Р. С. Белкин объяснил, что «такое выделение первоначальных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий в решении задач уголовного судопроизводства в процессе расследования».5
В развернувшейся дискуссии по этому вопросу не затрагивала определения понятия «оперативно-розыскные мероприятия». Позиции спорящих сторон различались в зависимости от того, «признавали ли они теорию оперативно-розыскной деятельности частью криминалистики или самостоятельной областью научного знания. В первом случае в разделе криминалистической методики считается необходимым излагать, по возможности, подробно вопросы тактики оперативно-розыскных мероприятий начального этапа расследования. Во втором случае дается лишь перечень типичных оперативно-розыскных мероприятий с акцентом не на их содержание и тактику, и на сочетание с ними следственных действий».6
Таким образом, «если в процессе дискуссии было определено четкое понятие первоначальных следственных действий»7, то вопрос о понятии «оперативно-розыскных мероприятий» остался открытым.
В русском языке под термином «мероприятие» понимается «Организованное действие или совокупность действий, имеющих целью осуществить что-то».8 «Организованное действие или совокупность действий, направленных на осуществление определенной цели»9. Везде употребляется слово «организованный».
Слово «организовать» произошло от греческого «organon» и французского «organiser». Organon буквально означает «орудие, инструмент», a organiser переводилось на русский язык как «устроить, соединить в одно целое, упорядочить что-либо, придать чему-либо планомерность». В русском языке, как указывает, например, С. И. Ожегов, слово «организованный» означает или «планомерный, отличающийся строгим порядком, единством», или «дисциплинированный, действующий точно и планомерно».
По нашему мнению, сущность понятия «оперативно-розыскное мероприятие» наиболее соответствует следующему определению:
Оперативно-розыскное мероприятие - это структурный элемент оперативно-розыскной деятельности, представляющий собой, преимущественно конфиденциально, организованную деятельность оперативно-розыскных сил, средств и методов, в соответствии с оперативно-розыскным законодательством, направленную на решение задач борьбы с преступностью.10 
Оперативно-розыскные мероприятия - это оперативные действия, осуществляемые для получения, исследования и проверки информации, имеющей доказательственное значение. Они носят познавательный и разведывательный характер и имеют оперативно-правовую природу.
Нормы оперативно-розыскного законодательства, регламентирующие производство оперативно-розыскных мероприятий, создают определенную модель деятельности оперативного сотрудника и несут в себе конструктивное начало. Они образуют правовой институт - оперативно-розыскные мероприятия, Выступая в качестве познавательно-удостоверительного действия, оперативно-розыскные мероприятия одновременно являются правоприменительным актом и представляют определенную систему оперативно-розыскных правоотношений.
Институт оперативно-розыскных мероприятий - это система правовых предписаний, определяющих: сферу и объект оперативно-розыскного мероприятия; его цели и задачи; основания и условия его проведения; круг участников и их правовой статус; механизм реализации ими своих прав и обязанностей; порядок осуществления и правила производства разведывательных познавательно-удостоверительных действий; способы и формы их фиксации; меры принуждения и ответственности, которые применяются в случае нарушения предписаний закона.
Оперативно-розыскное законодательство при осуществлении оперативно-розыскной деятельности предусматривает проведение следующих оперативно-розыскных мероприятий: опрос граждан; наведение справок; сбор образцов для сравнительного исследования; проверочная закупка; исследование предметов и документов; наблюдение; отождествление личности; обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; прослушивание телефонных переговоров; снятие информации с технических каналов связи; оперативное внедрение; контролируемая поставка; оперативный эксперимент.
Система оперативно-розыскных мероприятий предполагает такие оперативно-розыскные формы осуществления разведывательно-познавательных мероприятий, которые включают все необходимые и допустимые методы познания и в своей совокупности дают возможность получения необходимой информации для решения задач уголовного судопроизводства.
С учетом материально-правового характера оперативно-розыскные мероприятия должны соответствовать следующим принципам:
Законности - это означает, что оперативно-розыскные мероприятия имеют нормативно-правовую основу данного вида государственной юридической деятельности. При их проведении посредством правовых норм регулируются общественные отношения между государством (его представителем) и гражданами в связи с необходимостью защиты жизненно важных интересов личности, общества и государства от преступных посягательств. И только те мероприятия, которые непосредственно указаны в оперативно-розыскном законодательстве могут и должны быть признаны законными.
Общественно-социальная значимость - способность и объективная действенность оперативно-розыскного мероприятия защитить указанные в уголовном и оперативно-розыскном законодательстве объекты от преступных посягательств.
Конфиденциальность проведения оперативно-розыскных мероприятий - означает, что сведения об используемых или использованных при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятиях силах, средствах, источниках, методах, планах и результатах оперативно-розыскной деятельности, о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, и о лицах, оказывающих им содействие на конфиденциальной основе, а также об организации и о тактике проведения оперативно-розыскных мероприятий составляют государственную тайну и подлежат рассекречиванию только на основании постановления органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.
Социально и правовой защиты - означает, что должностные лица органов, осуществляющих проведение оперативно-розыскных мероприятий и лица, содействующие органам в проведении этих мероприятий, распространяются гарантии социальной и правовой защиты и они находятся под защитой государства.
Адекватность - означает необходимость наступательного осуществления оперативно-розыскных мероприятий, которые бы упреждали действия преступников и носили адекватный характер противодействия криминалу, оперативного и эффективного достижения целей в решении задач оперативно-розыскной деятельности.
По процедурно-процессуальным признакам оперативно-розыскные мероприятия могут быть разделены на следующие категории:
Направленные на получение доказательственной информации (опрос граждан) и от материальных объектов (обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, прослушивание телефонных переговоров, снятие информации с технических каналов связи).
Направленные на получение, исследование и проверку доказательственной информации (сбор образцов для сравнительного исследования, проверочная закупка, исследование предметов и документов, наведение справок, наблюдение, оперативный эксперимент).
Направленные на обеспечение безопасности органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.
Первоначальные и последующие.
В зависимости от условий проведения оперативно-розыскных мероприятий они могут подразделяться на такие, которые осуществляются:
На основании судебного решения.
На основании мотивированного постановления руководителя оперативного аппарата, в случаях, не терпящих отлагательства, с обязательным уведомлением суда (судьи) в течении 24 часов, и обязательно получения судебного решения на их проведение в течение 24 часов.
На основании заявления лиц, в случае возникновения угрозы их жизни, здоровью, собственности, или с их согласия в письменной форме на основании постановления, утвержденного руководителем оперативного аппарата, с обязательным уведомлением суда (судьи) в течении 48 часов.
На основании постановления, утвержденного руководителем оперативного аппарата.
С использованием информационных систем, видео- и аудиозаписи, кино- и фотосъемки, видеосъемки и других специальных и технических средств, не причиняющих ущерб жизни и здоровью людей и вред окружающей среде.
С подключением к стационарной аппаратуре предприятий, учреждений и организаций независимо от форм собственности, физических и юридических лиц, представляющих услуги и средства связи, с использованием оперативно-технических сил и средств органов Федеральной службы безопасности и органов внутренних дел в порядке, определенном межведомственными актами или соглашениями между органами, осуществляющими оперативнорозыскную деятельность.
С использованием помощи должностных лиц и специалистов, обладающих научными, техническими и иными специальными знаниями, а также отдельных граждан с их согласия не гласной и негласной основе.
Гласные и негласные.
В зависимости от оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, их сущности и содержания, они могут классифицироваться на определенные категории (группы), которые объединены общностью соответствующих признаков.
Фактически категоризация оперативно-розыскных мероприятий осуществлена в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» на основании двух основных признаков - допустимости их осуществления в оперативно-розыскной деятельности в зависимости от степени тяжести выявленного преступления и ограничения их проведения в этой деятельности, о чем непосредственно указано в ч. 7 ст. 8 Федерального закона «Об оперативнорозыскной деятельности».
В системе оперативно-розыскных мероприятий, путем буквального толкования действующего оперативно-розыскного законодательства, в зависимости от характера и степени его социально-общественной значимости, можно выделить следующие категории:
Не ограничивающие конституционные права человека и гражданина, проводимые для получения необходимой информации, для принятия определенных решений в рамках административно-режимной и оперативно-розыскной деятельности (о допуске к сведениям, составляющим государственную тайну, о допуске к работам, связанным с эксплуатацией объектов, представляющих повышенную опасность для жизни и здоровья людей, а также для окружающей среды, о допуске к участию в оперативно-розыскной деятельности или о доступе к материалам, полученным в результате ее осуществления и др, см. п.п. 1-4 и п. 6 ч. 2 ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».
Не ограничивающие конституционные права человека и гражданина, проводимые для решения задач уголовно-правового характера в процессе расследования и раскрытия преступлений (опрос граждан, наведение справок и др.).
Ограничивающие конституционные права человека и гражданина, проводимые для решения задач оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности (прослушивание телефонных переговоров, контроль почтовых отправлений и др.).
Особые оперативно-розыскные мероприятия, связанные с проникновением в криминальную среду сотрудников оперативных аппаратов, проводимые по делам оперативно-розыскного производства, когда иными методами решить задачи оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности затруднительно или невозможно (оперативное внедрение). Указанное мероприятие направлено на раскрытие тяжких и особо тяжких преступлений и на их предупреждение.
Отнесение того или иного оперативно-розыскного мероприятия к определенной категории имеет достаточно четко установленные в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» юридически значимые основания для правоотношений, возникающих в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности.
Как уже отмечалось, что если суть сыска заключается в проведении оперативно-розыскных мероприятий, то оперативное внедрение - вершина сыскной деятельности. Интересы борьбы с преступностью, а особенно с ее организованными проявлениями требуют упреждающих оперативно-розыскных мероприятий с целью получения информации о преступных действиях и замыслах организованных групп. Практика показывает, что без внедрения в преступные организации соответствующих источников информации изобличить преступную группу не представляется возможности. Именно в оперативном внедрении проявляется творчество руководителей оперативных аппаратов, профессионализм, искусство и артистизм исполнителей, связанный с большим риском, так как исполнители этого мероприятия рискуют жизнью.
Кроме опасности разоблачения и расправы со стороны преступников существует еще одна - риск привлечения к уголовной ответственности за участие в преступлениях, совершенных группой. Внедряемый иногда вынужден в них участвовать, иначе ему перестанут доверять. В результате чего теряется смысл его присутствия в преступной среде.
Выход из этой ситуации некоторые ученые видят в соблюдении двух правил поведения внедренного сотрудника: во-первых, не принимать личного участия в тяжких преступлениях; во-вторых, не искушать членов группы провоцирующими преступление действиями.11
Однако это только советы, которые не гарантируют внедренного сотрудника от уголовной ответственности даже за совершение незначительных преступлений По нашему мнению, нужны правовые гарантии, закрепленные в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве, о которых речь пойдет в следующих параграфах главы.
В специальной литературе оперативное внедрение рассматривается как важная составная часть агентурной работы, которое основано на легендиро- ванном вводе сотрудников оперативных подразделений органов внутренних дел и лиц, оказывающих содействие, в криминальную среду и объекты в целях разведывательного сбора информации.12 В основном это оперативное мероприятие рассматривается как метод борьбы с организованной преступностью.13 Характеризуя место оперативного внедрения в системе оперативно-розыскных мероприятий следует руководствоваться значением этого мероприятия для практики борьбы с преступностью, его разведывательной направленностью, прежде всего, на противодействие совершению тяжких и особо тяжких преступлений. Об этом свидетельствует и практика становления и развития оперативного внедрения.
Обострение классовой борьбы в России, возникновение хорошо замаскированных революционных организаций заставило царское правительство создать в 1880 году специальный полицейский аппарат - отделения по охране общественной безопасности и порядка (в революционной среде их называли охранкой). Сначала они были организованы в Москве, Петербурге, Варшаве, а с 1903 г. - по всей стране.
Правовые основы деятельности охранных отделений определялись Положением об охранных отделениях, согласно которому на них возлагалось «негласное расследование по делам о государственных преступлениях».14
Охранные отделения вели борьбу с революционными организациями и их членами, устанавливая за ними как наружное, так и внутреннее наблюдение, путем внедрения своих агентов в революционные организации.
Хотя наружное наблюдение широко использовалось в деятельности царской полиции, однако в одном из правовых актов Министерства внутренних дел прямо говорилось, что «оно представляется средством большею частью вспомогательным, а потому при отсутствии освещения со стороны внутренней агентуры оно лишь в исключительных случаях может дать самостоятельный материал для выявления (преступного - выделено нами А. Р.) сообщества. Поэтому наибольшую выгоду из наружного наблюдения можно получить только при строгом сообразовании его с указаниями внутренней агентуры».15 Таким образом, главную роль в работе охранных отделений играла внутренняя агентура, задачей которой было внедрение в преступные и революционные организации для получения информации об их деятельности.
Одной из важнейших задач негласных агентов являлось проникновение в революционную среду. Департамент полиции на начальников охранных отделений «приобретение и сбережение внутренней и секретной агентуры как единственного вполне надежного средства, обеспечивающего осведомленность». В директивах Департамента полиции специально отмечалось, что «секретного сотрудника, находящегося в революционной среде ... никто и ничто заменить не может».16
Организацию внутреннего наблюдения осуществлял агентурный отдел (или отдел внутреннего наблюдения) с секретным делопроизводством. Это было главное подразделение охранного отделения. Отдел наружного наблюдения и канцелярия играли вспомогательную роль. Основными категориями сами не принимали активного участия в деятельности революционных организаций, а давали информацию на них. Провокаторы, как правило, были членами революционных организаций и уведомляли полицию о планах деятельности этих организаций. На их вербовку обращалось главное внимание. Именно они представляли наибольшую ценность для охранных отделений.
В охранных отделениях была разработана соответствующая система работы с секретными сотрудниками, основанная на принципе конспирации. Агентов никогда не называли по фамилии, а лишь по кличке. Каждый агент работал с определенным офицером, которому передавал секретную информацию. Этот офицер, начальник охранного отделения и директор Департамента полиции знали настоящую фамилию агента. Встречи секретных сотрудников с офицерами полиции происходили на конспиративных квартирах охранного отделения, которые содержались специально подобранными для этих целей лицами. Иногда агент посылал письменное донесение по специальному адресу.
Агентам - провокатора, являвшимся членами революционных организаций, предписывалось активно участвовать в деятельности этих организаций и даже в подготовке и осуществлении террористических актов. Наиболее ярким в этом отношении примером является деятельность эссера Азефа, который 16 лет состоял платным агентом охранного отделения и был инициатором (а во многих случаях участником) 28 террористических актов.
Помимо революционной среды агентура внедрялась в различные профессиональные общества и организации. По разработанной в 1914 г. Инструкции, кроме внутрипартийной агентуры, предусматривалось создание тюремной агентуры (из числа лиц, содержащихся под стражей, которым за «усердие» сокращались сроки тюремного заключения) и сельской агентуры из членов различных крестьянских артелей, обществ, а также вспомогательной агентуры из числа непартийных крестьян, вербуемые из содержателей и прислуги постоянных дворов, частных владельцев мелких лавок и т. д.
В Инструкции выделялась профессиональная, железнодорожная и просветительная агентура. В 1913 г. для тщательного негласного наблюдения за сотрудниками газет была создана газетная агентура.
После создания Департамента полиции была организована заграничная агентура с центром в Париже. До 1883 г. парижское отделение царской охра- ники состояло всего из пяти-шести агентов. Каждый из них работал по специальному заданию. В большинстве своем это были люди, утратившие связи со своей средой и поэтому сравнительно легко шедшие на сотрудничество с полицией (эссеры, анархисты, русские интеллигенты).17
В дореволюционной России оперативное внедрение с целью получения сведений о преступлениях и преступниках широко применялось и сыскной полицией. Так, начальник Санкт-Петербургской сыскной полиции И. Д. Путилин (1886-1889) “в свободные часы переодевался в костюм чернорабочего или босяка, или в иной и посещал дворы, притоны, трактиры и вертепы, где околачивалась всякая бесприютная и преступная петербургская перекатная голь и нищета. В особенности пригодилось ему это умение переодеваться и играть роли при раскрытии знаменитой в свое время фабрикации фальшивых ассигнаций в Богородском уезде Московской губернии, организованной в широких размерах братьями Пуговкиными,
И.Д. Путилину приходилось здесь играть роль дьякона, «якобы высланного из Москвы на послушание ... Дело удалось блестяще».18
Широко применял данный метод в работе Московской сыскной полиции и другой знаменитый российский сыщик А. Ф. Кошко, начальник Московской сыскной полиции, который к 1917 году заведовал всем уголовным розыском Российской Империи. В тот период «при каждом Московском полицейском участке состоял надзиратель сыскной полиции, имевший под своим началом 3-4 постоянных агента и целую сеть агентов-осведомителей, вербовавшихся по преимуществу из разнообразных слоев населения данного полицейского района».19
Организационно-правовые начала института штатных негласных сотрудников в послереволюционной России идут от Инструкции по организации секретной агентуры в учреждениях уголовного розыска № 372/с от 02.11.1921 года. Согласно этой инструкции секретные разведчики составляли основу агентурного аппарата, которые наряду с наружным наблюдением выполняли также функции агентов. Они были включены в штаты секретных частей уголовного розыска губернского, уездного и районного управлений милиции. По Инструкции секретной части уголовного розыска № 550/с от 1923 года секретными разведчиками назывались состоящие на службе в уголовном розыске секретные сотрудники, не входящие официально в его штат.
По способу деятельности разведки подразделялись на наружную и внутреннюю. Сотрудники внутренней разведки должны были быть «хорошо знакомы с нравами и обычаями преступной среды, среди которых они должны вращаться, уметь внушить к себе доверие преступных лиц и вызвать их на откровенный разговор, в то же время сохраняя конспирацию».
С середины двадцатых годов из-за отсутствия правовых гарантий в случае причастности сотрудника, введенного в преступную группу, к противоправным действиям разрабатываемых, к методу внедрения прибегали крайне редко.
Наиболее близким к нашему времени этап возрождения штатных негласных сотрудников имел место с 1970 года по 1979 год, когда на базе БХСС проводился эксперимент по использованию инспекторов в негласной работе. Прикрепление инспекторов (негласных сотрудников) к штатам оперативной службы с содержанием за счет средств ст. 9 Сметы расходов МВД СССР, с одной стороны, а с другой, их оперативное подчинение руководителям подразделений БХСС составило организационную особенность данного эксперимента. Практика показала такой подход удачным. Деятельность инспекторов (негласных сотрудников) регламентировал приказ МВД СССР № 0035 от 14.09.1970 года «О проведении эксперимента по использованию инспекторов (негласных сотрудников) в оперативно-розыскной работе аппаратов БХСС», а также приказ МВД СССР № 0011 от 12 марта 1971 года, объявивший Временную инструкцию об использовании инспекторов (негласных сотрудников) в оперативно-розыскной работе аппаратов БХСС. Приказами были установлены жесткие правила конспирации и ограничение круга лиц, допущенных к этой работе. На должности инспекторов допускалось подбирать лиц из числа наиболее проверенных агентов. Следующим приказом МВД СССР № 0023 от 20 июня 1974 года перечень задач, стоящих перед негласными сотрудниками, был несколько расширен. Разрешалось «тайное проникновение в служебные помещения, где разрабатываемые лица хранят документы по приему и расходованию товарно-материальных ценностей, с целью осмотра рабочих мест участников хищения, обработки химическими веществами, фотографирования или временного изъятия документов, которые могут быть уничтожены преступниками». Данными нормативными актами предусматривалось, что основными задачами негласных инспекторов являлись выявление, сбор и фиксация оперативно значимой информации. Им запрещались без разрешения руководства МВД, УВД непосредственное участие в создании условий такой информации либо непосредственный агентурный контакт с целью разработки лиц, подозреваемых в подготовке или совершении противоправных действий. Указанием МВД СССР № 1/7017 от 10.11.1978 года была предпринята попытка расширить использование негласных инспекторов, сделать эту практику повсеместной. Отмечалось, что в ходе эксперимента высокая эффективность их работы подтвердилась, а затраты на содержание оказались минимальными, так как зарплату, получаемую по месту их внедрения, они возвращают в МВД, УВД. В связи с этим представляется целесообразным за счет дополнительных ассигнований из средств ст. 9 ввести негласных сотрудников в каждом МВД, УВД, увеличив их общую численность до 500 человек. Однако указание осталось невыполненным, а эксперимент впоследствии был прекращен.
Следующим значительным шагом по сравнению с ранее существовавшей нормативно-правовой базой создания института профессиональных разведчиков явилось принятие 12 августа 1995 года Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».
Возвращение к использованию штатных негласных сотрудников органов внутренних дел для решения задач борьбы с преступностью обусловливается тем, что в современных условиях резкого изменения социально-экономической и криминальной ситуации в России ученые и практики, занимающиеся вопросами организованной преступности, констатируют ее значительный рост и масштабность.
В Директиве Министра внутренних дел Российской Федерации «О задачах ОВД и внутренних войск на 1998 год» определены основные направления деятельности оперативных подразделений, направленных прежде всего на повышение результативности агентурно-оперативной работы, укрепление оперативных позиций в криминальной среде, в первую очередь, в организованных преступных группах и сообществах, наиболее криминализированных областях экономики, эффективное использование агентуры, работающей на контрактной основе, создании специализированной внутренних дел поставлена задача по активизации работы по приобретению и использованию легендированных предприятий, деловых учреждений, фирм и иных объектов с оснащением их современными техническими средствами.20
Эти меры МВД России предполагают более широкое использование возможностей по внедрению в преступную среду штатных секретных сотрудников.
Изучение практики работы специализированных подразделений по борьбе с организованной преступностью уже сейчас показывает, насколько значительным может стать это направление для разоблачения расхитителей, взяточников, коррумпированных лиц, пресечения деятельности глубоко законспирированных организованных преступных групп.
К сожалению, негативное влияние на состояние оперативного внедрения, его более широкое и успешное использование в изобличении в преступной деятельности членов организованных преступных структур и их лидеров оказывает отсутствие необходимых знаний и навыков у сотрудников оперативных аппаратов, его осуществляющих, а также явный недостаток научных и методических рекомендаций по организации и тактике применения данного метода, особенно на долговременной основе.
Таким образом, современное состояние преступности, необходимость активизации борьбы с ее организованными формами настоятельно требуют от органов внутренних дел поиска новых, нетрадиционных форм организации оперативно-розыскной деятельности.
Современный и исторический опыт применения оперативного внедрения секретных сотрудников в криминальную среду в нашей стране и за рубежом продемонстрировал состоятельность и эффективность данного метода в борьбе с преступными проявлениями.
В современных условиях полиции многих зарубежных стран широко используют оперативное внедрение в борьбе с организованными преступными формированиями.
Руководители полицейских служб, объясняя причины слабой результативности борьбы с организованной преступностью, указывают на неэффективность «традиционных криминалистических методов» разведки, для глубокого проникновения в среду преступников.
В США в целях обеспечения руководителей правоохранительных органов информацией, которая давала бы возможность обнаруживать, а в некоторых случаях и прогнозировать организованную преступную деятельность, осуществляется так называемая «полицейская разведка». «Использование секретных осведомителей или тайных агентов, - говорится в одном из решений Верховного Суда США, - есть законная и правильная практика правоприменяющих органов, оправданная интересами граждан. Фактически, без использования таких осведомителей многие преступления остались бы без возмездия и правонарушители избежали бы привлечения к ответственности. Часто применяются они и для предупреждения серьезных преступлений».21
Среди негласных сотрудников, занимающихся сбором оперативной информации, которая способствует раскрытию наиболее опасных, сложных и замаскированных преступлений, самая важная роль отводится секретным сотрудникам, входящим в кадры криминальной полиции. Федеральное бюро расследований прибегает к помощи секретных агентов в криминальных расследованиях с 1977 г. Конгресс США признал, что использование ФБР тайных агентов и проведение с их участием операций, является законным и важнейшим методом выявления и расследования «беловоротничковой» преступности, коррупции, организованной преступности и других видов противозакон ной деятельности, представляет собой наиболее эффективное средство, позволяющее полностью раскрыть и разоблачить преступную организацию. В ФБР считается, что возможность тайного агента, проникшего в преступную организацию, собирать улики и разведывательную информацию, имеет неоценимое преимущество по сравнению с другими расследовательскими приемами.22
Этой категории лиц уделяется большое внимание и в полициях других стран. Оперативная деятельность в Германии основывается на использовании так называемых «прикрытых сотрудников» в криминогенной среде. В Германии считают, что борьба с преступностью может быть эффективной лишь при условии их хорошей законспирированности.
Обеспечение безопасности внедряемых сотрудников - одна из главных задач полиции. Аналогичные методы используют “бригады сыска и захвата” (БРИ) французской полиции, сотрудники которых осуществляют наблюдение за преступной средой изнутри.
В Швейцарии наряду с обычными агентами в криминальную среду внедряют штатных сотрудников полиции, именуемых «кротами». Подразделениями глубоко законспирированных сотрудников, специально подготовленных для работы в преступном мире, располагает Венгерская полиция. Так же действуют специальные и полицейские службы других стран.
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что оперативное внедрение как оперативно-розыскное мероприятие является вершиной сыскной деятельности в организации и проведении которого наиболее ярко проявляется профессиональное мастерство и искусство оперативного сотрудника и внедряемого лица. Сотрудников, внедренных в криминальные никто и ничто заменить не может, так как они являются «сердцем и мозгом» агентурной работы. Современные проблемы борьбы с преступностью требуют более активного использования оперативного внедрения в практической деятельности оперативных аппаратов органов внутренних дел, а следовательно его дальнейшего правового и организационно-тактического совершенствования.
В трудах ученых, занимающихся проблемами оперативного внедрения, принято различать следующие стороны этого оперативно-розыскного мероприятия: а) правовую; б) организационную; в) тактическую; г) психологическую; д) актерскую.
Прежде чем охарактеризовать указанные аспекты оперативного внедрения, необходимо исследовать гносеологическую сущность, методологическое значение, понятие и содержание оперативного внедрения, о чем речь пойдет в следующих параграфах настоящей работы.
Процесс решения организационных вопросов оперативного внедрения должен завершаться составлением правила его проведения, который подписывается участниками проводимого мероприятия.