Литературный портрет

Литературный портрет

Г. Шпайер 

Портрет в литературе — одно из средств художественной характеристики, состоящее в том, что писатель раскрывает типический характер своих героев и выражает свое идейное отношение к ним через изображение внешности героев: их фигуры, лица, одежды, движений, жестов и манер. В пространственных изобразительных искусствах — живописи, рисунке, скульптуре — изображение внешности персонажей — единственное средство построения художественного образа. В том случае, когда целое произведение посвящено характеристике отдельной личности, П. является особым жанром, который носит именно это название и который стоит иногда в центре художественного течения или отдельного творчества художника-портретиста. Из изобразительного искусства название П. перешло в теорию литературы. 

В художественной литературе как искусстве словесном П. является только одним из средств характеристики, употребляемом в композиционном единстве с другими подобными же средствами: развертыванием действия в сюжете, описанием мыслей и настроений героев, диалогом действующих лиц, описанием обстановки и т. д. Своеобразной системой таких средств характеристики и создается в литературе художественный образ, а П. оказывается тем самым одной из сторон художественного образа. Среди всех других способов изображения П. отличается особой зрительной наглядностью и вместе с пейзажем  и бытовыми описаниями придает произведению особую силу изобразительности. 

Являясь одной из сторон художественного образа, П. включает те основные моменты, которые существенны для образа в его целом. В П. героя, как и во всем его образе, существуют и общие типические черты и индивидуальные. С одной стороны, литературный герой изображается в большинстве случаев как социальный и исторический человек, представитель определенной общественной эпохи, определенного класса и классовой группы; его наружность, движения, манеры характеризуют обычно ту социальную среду, которую писатель в своем произведении обобщает и идеологически оценивает. С другой стороны, литературный герой является отдельной личностью, неповторимой индивидуальностью, отличающейся от других членов своей среды; выбором и сочетанием индивидуальных черт его П. писатель  также выражает свое идейное отношение к той социальной группе, представителем которой является герой. Напр., рисуя в последней главе «Евгения Онегина» образ Татьяны-княгини, Пушкин дает ее П., в котором раскрыты типические, социально-групповые черты, характерные для светского дворянского общества: «Она казалась верный снимок du comme il faut». Но на основе этих типических черт поэт подчеркивает индивидуальные особенности поведения и манер Татьяны, выделяющие ее из светской толпы, возвышающие ее образ в сознании читателя: «Она была не тороплива, / Не холодна, не говорлива; / Без взора наглого для всех, / Без притязанья на успех, / Без этих маленьких ужимок, / Без подражательных затей, / Все тихо, просто было в ней». Эти черты свойственны Татьяне, потому что она выросла не в испорченной светской среде, а в усадебной простоте и непосредственности, которые так высоко ценил Пушкин. П. литературных героев бывает следовательно различен и исторически меняется в зависимости от того, какая социальная действительность в нем типизируется, какое идейное отношение к типическому герою выражает в нем автор. Но и портрет литературных героев, представляющих одну и ту же социальную среду, бывает различным у разных писателей вследствие различного идейного отношения их к этой среде. Ср. напр. портрет Рахметова в «Что делать?», подчеркивающий силу и мужество будущего борца за «дело народное», с портретом Губарева в «Дыме» Тургенева, где все индивидуальные черты героя, его фигура и лицо выражают резко-отрицательное, сатирическое отношение писателя-либерала к вождю революционной эмиграции. 

В различных литературных родах и жанрах П. меняется со сменой художественных методов, стилей и литературных направлений. На разных этапах литературного развития, в различных его моментах П. отличается степенью своей типичности и степенью своей индивидуализации на основе идейного его содержания. В творчестве писателей, тяготеющих к натурализму с его социально-бытовыми обобщениями или к реализму, раскрывающему более глубокие социальные противоречия, П. героев отличаются обычно реалистическим правдоподобием и типичностью. Герой изображается как типичный представитель своей среды, в ее обычных, повседневных бытовых отношениях и обстановке; в П. героев чаще всего подчеркиваются повседневные бытовые черты, не имеющие в себе ничего исключительного и необычайного. В творчестве же писателей, отличающихся теми или иными оттенками романтизма, фантастики, очень часто можно видеть отталкивание от обыденного и бытового. Герои изображаются как исключительные личности, в необычных, редко встречающихся обстоятельствах, и в П. их много необычайного, преувеличенного, а иногда и фантастического. Это уже не бытовой, а романтический портрет, встречающийся преимущественно в романтических поэмах, балладах и лирике. Однако не всегда у писателей-реалистов портрет отличается сохранением черт внешнебытового правдоподобия. В некоторых  произведениях писателей-реалистов, пронизанных романтикой или сатирической настроенностью, доходящей до гротеска, мы находим типический П. типических героев, показанных в гиперболизированных бытовых связях или же вне их. Таковы П. щедринских градоначальников из «Истории одного города», в которых гипербола и фантастичность индивидуальных фигур ярко раскрывают глубокое типическое обобщение художника. 

В зависимости от характера литературного стиля меняется содержание портрета и самое место, которое ему уделяется. Отсюда весьма различные формы П. в истории литературы — от богато разработанного П. до почти полного отсутствия его (напр. у символистов). 

Литература русского феодально-крепостнического дворянства конца XVIII века утверждала существовавший порядок и через литературный П. Так, в одах Державина портрет Екатерины II рисуется как утверждение политического строя крепостнического государства. Живые индивидуальные черты Екатерины II в этом портрете Державина не интересуют. Им подчеркивается божественность, величественность, мощь, роскошь. Державин выбирает и соответствующую позу: императрица спускается с облаков, как жрица или богиня («Видение мурзы»). П. выступает как элемент образа и дополняет общую державинскую характеристику Екатерины II. Это же утверждение дворянского государства определяет П. крестьян у Державина. Он изображает напр. крестьянок как всем довольных, счастливых и здоровых девушек, проводящих время в веселых танцах под свирель пастушка, — у них «сквозь жилки голубые льется розовая кровь» и т. д. («Русские девушки»). Литература прогрессивного дворянства и зарождающегося капитализма стремилась разоблачить такое изображение феодальных отношений, в частности и в области П. Крылов в повести «Каиб» высмеивает крепостнические идиллии и дает иной П. пастуха-крестьянина: «на берегу реки запачканное творенье, загорелое от солнца, заметенное грязью»; портрет Крылова правдивее портрета Державина, он раскрывает противоречия действительности, которые Державин стремился скрыть. В отличие от феодально-крепостнической литературы с ее обобщенным, неиндивидуализированным портретом Пушкин, отражая в своем творчестве тенденции и элементы буржуазного развития, разрабатывает иной социально-психологический, индивидуальный П. Изображая человека в развитии, в связи с общественной средой, Пушкин и внешность показывает в развитии и ее социальной характерности (Татьяна — уездная барышня, Татьяна — княгиня, Пугачев — бездомный скиталец, Пугачев — вождь крестьянского войска). Притом у Пушкина черты внешности человека в его П. теснейшим образом связаны с внутренним миром его переживаний, его отношением к жизни (фигура скучающего Онегина, П. романтика Ленского, портрет Ольги, раскрывающий ее примитивность, и др.). 

Литература революционной крестьянской демократии 60—70-х годов дает нам яркие примеры социально заостренного П. Так, Чернышевский  в образе Рахметова («Что делать?») утверждает внешний облик крестьянского революционера: физическая сила, выносливость, простота и демократизм внешности раскрываются в романе как свойства, сближающие с людьми труда, как необходимые в грядущих революционных боях. Тяжесть хищнической капиталистической эксплоатации Некрасов раскрывает через П. крестьянина-белорусса («Железная дорога»). Резко сатирические портреты буржуазии он же дает в «Современниках», «Железной дороге» и др. 

Буржуазно-дворянская литература стремилась опорочить деятельность крестьянских революционеров и давала их П. антипатичным, отрицательным или даже карикатурным (портрет Марка Волохова в «Обрыве» Гончарова, портреты революционеров Маркевича). 

Буржуазно-дворянская литература эпохи империализма давала мистически-искаженное отражение действительности. Символисты поэтому культивировали изображение человеческой личности, оторванной от общества, полной асоциальных переживаний, ощущавшей неустойчивость действительности. Отсюда реальный портрет занимает в поэзии символистов ничтожное место. Внешний облик человека выступает лишь как знак чего-то непознаваемого, тайного, а не как облик реального человека: «Шлейф, забрызганный звездами, / синий, синий, синий взор. / Меж землей и небесами / вихрем поднятый костер /. Жизнь и смерть в круженьи вечном, / вся — в шелках тугих — / Ты — путям открыта млечным, / скрыта в тучах грозовых» и т. д. (Блок). 

Литература наиболее агрессивных кругов предвоенной империалистической буржуазии (акмеизм) выдвинула новый образ положительного героя — завоевателя, смелого покорителя колоний — и соответствующий эстетизированный его П. (Гумилев). 

Пролетарская литература, критически овладевая наследством прошлого, вносит в П. свое новое. Дает реальное изображение человека в единстве его индивидуальных и социальных особенностей, раскрывает подлинную его сущность с точки зрения интересов пролетариата. Отсюда например многосторонность портрета у Горького, отмечающего и классовые, и профессиональные, и национальные, и др. черты. Давая портрет купца Щурова («Фома Гордеев»), Горький отмечает в его облике и черты, характерные для купца определенной среды и эпохи, и возрастные и другие особенности, но сквозь все эти черты прежде всего выступает представитель буржуазии. Горький заостряет внимание читателя на внешности Щурова в тот момент, когда в ней ярче проявляется собственник. Давая внешний облик Павла («Мать»), Горький утверждает силу, выдержанность и энтузиазм революционера. Пролетарская литература, отражая многообразие нашей социалистической действительности, все же отстает в деле отражения и утверждения нового внешнего облика человека, который формируется в процессе строительства социализма. П. человека нашего времени, радостный и здоровый облик его, еще недостаточно разработан советской литературой. 

Список литературы

Bruns J., Das literarische Porträt der Griechen, Berlin, 1896 

Kircheissen F. M., Die Geschichte des literarischen Porträts in Deutschland, Bd I, Lpz., 1905 

Franz A., Das literarische Porträt in Frankreich im Zeitalter Richelieus u. Masarins, Chemnitz, 1906 

Лессинг Г., Лаокоон или о границах живописи и поэзии, Собр. сочин. Лессинга, т. VII—VIII, СПБ, 1904, новое изд., Изогиз, (Л.), 1933 

Бурхгардт Я., Культура Италии в эпоху Возрождения, т. II, СПБ, 1906, стр. 60—69 

Переверзев В., Творчество Гоголя, М., 1914 (неск. изд.) 

Белецкий А. И., В мастерской художника слова, гл. IV («Изображение внешности лиц»), написанная М. О. Габель, в изд. «Вопросы теории и психологии творчества», т. VIII, 1923 

Дружкина В. А., Портретная живопись в романе «Война и мир» (Методологический этюд), сб. «Толстой и о Толстом», вып. II, М., 1926 

Давидович М. Г., Женский портрет у русских романтиков первой половины XIX в., в сборнике, «Русский романтизм», под редакцией А. И. Белецкого, Л., 1927 

Фриче В. М., Социология искусства, изд. 3, Гиз, Москва, 1930.