Виртуальная реальность и виртуализация реальности

Виртуальная реальность и виртуализация реальности

Баксанский О. Е.

В последние годы благодаря широкому развитию и внедрению технологий multimedia широкое распространение получили исследования в области создания специальных эффектов, способных оказывать целенаправленное воздействие на органы чувств человека. 

Органы чувств являются тем механизмом, с помощью которого человек создает свои представления и приобретает знания об окружающей среде. Иными словами, органы чувств являются инструментом построения образа повседневной реальности. Адекватность этого образа определяется тем, насколько хорошо он соответствует действительности, критерием чего может служить успешность или неуспешность адаптации человека к внешнему миру. Реальность — это то, что реально существует и обнаруживается благодаря воздействию на органы чувств. 

Если же органы чувств, которых традиционно выделяют пять — зрение, слух, вкус, осязание и обоняние, — подвергнуть систематическому воздействию определенного рода искусственных стимулов, то благодаря этому мозг будет воспринимать некоторые непривычные и нетипичные образы, которые в совокупности также будут составлять образ некоторой реальности. Это будет именно реальность, так как она создается путем воздействия на человеческие органы чувств и воспринимается с их помощью головным мозгом. Эту реальность принято обозначать термином «виртуальная реальность». Ее следует отличать от патологического восприятия реальности, составляющего предмет исследований психиатрии и медицины и связанного с нарушением либо психических функций человека (иллюзии, галлюцинации и т. п.), либо с повреждением или неправильным физиологическим развитием самих органов чувств. 

При восприятии виртуальной реальности человек всегда в состоянии дать себе отчет в том, что данная ситуация не существует реально, а есть результат специфического воздействия на его сенсорные органы. При патологическом же восприятии человек уверен, что мир именно таков, каким он его воспринимает. При этом разница между патологическим и «реальным» восприятием реальности в значительной мере чисто количественная: мы считаем воспринятый образ мира нормальным, а действия человека по адаптации к окружающему миру адекватными, если они соответствуют статистически усредненной картине мира и социально принятым нормам деятельности. Естественно, образ реальности и степень адекватной адаптации к ней культурно-исторически обусловлены и меняются с течением времени. Как показывают исследования, восприятие человека контекстно (ситуативно) обусловлено, то есть привычная (опознаваемая) ситуация предрасполагает к соответствующему восприятию включенных в нее элементов, создает систему определенных ожиданий, предпочтений и установок. 

У человека существует определенный набор моделей и эталонов для восприятия явлений окружающего мира. Рамки и предписания этих моделей и эталонов накладывают свой отпечаток на восприятие, а значит, и на то, как мы воспринимаем окружающую нас реальность. Например, восприятие леса первобытным человеком, для которого лес представлял естественную среду обитания, явно отличается от восприятия леса современным городским жителем, выехавшим в лес для отдыха. Таким образом, предшествующий опыт в значительной мере определяет восприятие реальности «здесь-и-теперь». Иными словами, можно сказать, что человек воспринимает окружающий мир не таким, каков он есть объективно, а измененным, подстроенным и модифицированным согласно его опыту, представлениям, ожиданиям, установкам и стереотипам. Другими словами, получается, что психика человека виртуализирует реальность в указанном выше смысле: мы видим мир не таким, каков он есть, а таким, каким ожидаем увидеть, то есть реальность «не реальна», а «ожидаема», «конструирована». 

Многочисленные психологические эксперименты подтверждают это предположение. В частности, при чтении книг, газет на страницах неоднократно попадаются орфографические ошибки, но человек зачастую не замечает их. Более того, даже если его попросить специально найти присутствующие опечатки, ему будет нелегко сделать это из-за того, что навыки, выработанные в процессе обучения чтению, в значительной степени направлены на быстрое восприятие смысла прочитанного путем восприятия слова в целом, а не по буквам. И только в том случае, когда налицо явное расхождение между ожидаемым и воспринимаемым, наше внимание концентрируется на данном несоответствии для его детального анализа и последующего включения в уже существующие или вновь вырабатываемые схемы восприятия реальности. Подобные эффекты были подробно исследованы гештальт- психологами. 

С этой точки зрения, процесс познания представляет собой не что иное, как процесс виртуализации реальности: чем больше мы ее познаем, тем все более сложные схемы реальности мы вырабатываем для охвата с единых оснований как можно большего числа известных явлений и процессов. Данные схемы становятся все более обобщенными и абстрактными, а процесс их конкретизации и реального наполнения все более опосредованным и индивидуально зависимым. Поэтому получается, что эффекты виртуальной реальности, получившие широкое распространение в настоящее время благодаря развитию и совершенствованию технологий multimedia, представляют собой ги- пертрофированные эффекты виртуализации реальности, свойственные естественному процессу познания реальности любым человеком благодаря связи познания с реальными условиями существования человека в мире. Для обоснования последнего утверждения представляется целесообразным проанализировать философский подход к анализу данной проблематики. Еще Платон проводил различие между «истинным знанием» и «мнением». Если первое относится только к миру духовных сущностей (идей), то второе используется для познания чувственных вещей, которые изменчивы и непостоянны. Ф. Бэкон считал, что истинному знанию препятствуют «призраки», от которых следует освободиться. Это призраки рода (заблуждения, которые коренятся в самой природе человека, в его страстях), пещеры (заблуждения, навязываемые человеку непосредственной средой окружения), рынка (заблуждения, происходящие из-за общения людей друг с другом), театра (заблуждения на основе усвоенных ранее неверных идей, идущих согласно Ф. Бэкону от ложных философских концепций). «Очищение» разума предполагает обучение тому, как избегать влияния призраков. Р. Декарт является автором знаменитого утверждения cogito ergo sum. Но апелляция к разуму не исключает другого важнейшего принципа — принципа сомнения. Оно возникает потому, что на разум влияют «иллюзии и чувства», человеческие страсти. С точки зрения R Декарта, смысл познавательного акта состоит в том, что человек должен научиться «расчленять» вещи для их познания. Важными элементами познавательного процесса являются сам познающий субъект и используемый метод познания. 

Т. Пэббс предположил, что для более глубокого понимания сущности познания следует обнаружить связи между людьми, осуществляющими процесс познания, поскольку люди передают друг другу знания, во- площенные в слова. Только тогда, когда слова («метки», понятия) явля- ются достоянием многих, и то, что изобретено одним, может быть пере- нято другим, наука может развиваться на благо и ради спасения всего рода человеческого. Дж. Локк рассматривал разум в связи с практическим поведением человека, то есть как «практический разум». Он предложил интересную социальную типологию людей в отношении к применяемым ими способам познания: — одни люди редко рассуждают, они поступают и думают так, как им указывает пример других, — другие люди искренне следуют разуму, но скованы узкой точкой зрения, самомнением, отгорожены от позиций других. Философы подметили исходное противоречие: с одной стороны, процесс познания реально осуществляется человеком, но, с другой стороны, смысл и содержание понятий, особенно научных, выводит за пределы актуального человеческого опыта. Пытаясь разрешить это противоречие, И. Кант провозгласил сознание родовым, общечелове- ческим образованием. Индивидуальное же сознание есть приобщение к всемирно-историческому потоку знания через систему категорий и понятий, выработанных последним. У И. Канта был поставлен четкий акцент на активную природу по- знания. Познающий субъект выступает в данном случае как активное начало. 

В XX веке проблематика познания не утратила для философии своей актуальности. В. Виндельбанд различал два типа наук — «науки о природе» и «науки о культуре» — на основании способов познания, применяемых в них. Одни науки — естественные — отыскивают зако- ны, другие — науки о культуре — описывают отдельные факты. Первый тип мышления В. Виндельбанд назвал «номотетическим», то есть постигающим законы, второй — «идеографическим», то есть описывающим особенное, единичное. 

Постепенно происходило расширение спектра проблем познания, что прежде всего коснулось проблемы четкого обозначения идеи детерминации познания социальными факторами. По мнению М. Шелера, общество не вмешивается во взаимодействие индивида с познанием, но лишь определяет выбор объектов познания. Общество не столько определяет познание, сколько делает его возможным. Человеку свойственны некоторые ценности, заданные определенной культурой, которые он должен реализовать в процессе познания. Социальные усло- вия играют роль «шлюза», обеспечивающего соотнесение ценностей с реальной действительностью. Согласно М. Шелеру необходимо коррелировать единичные идеи отдельного человека и стиль мышления эпохи, ее «этоса» как совокупности ценностей культуры. 

По мнению К. Маннгейма, зависимость знания от социума есть всегда искажение его, так как оборачивается зависимостью от определенной идеологии. При анализе любых продуктов духовной деятельности обязательно надо учитывать намерение субъекта деятельности, через которое человек вписывается в систему социальной реальности. Для Р. Мертона знание — это «психическая продукция», которая имеет две базы: социальную и культурную. Он предложил термин «самодостаточность пророчества», которым обозначил степень вклада, вносимого людьми в создание таких жизненных обстоятельств, которые подтвердят их ранее существовавшие гипотезы об окружающем мире. «Картинка» каждой созданной человеком ситуации определяет образ его поведения в этой ситуации. Главный вопрос для каждого состоит в том, чтобы понять, с какой степенью объективности человек участвует в «творчестве мира». 

Г Маркузе ввел понятие «одномерного человека» — человека, смотрящего на мир через призму «одномерного сознания», сформированного для него средствами массовой информации и подчиненного существующим социальным нормам. «Одномерное сознание» есть результат господства над человеком чуждых ему сил, и его социальная детерминированность препятствует подлинной свободе в познании мира. 

Если философы сосредоточили свое внимание на обсуждении самого процесса познания, то Ж. Пиаже обратился к исследованию тех механизмов, с помощью которых осуществляется этот процесс. С его точки зрения, развитие интеллекта или формирование логического мышления рассматривается в зависимости от нарастающей активности субъекта во взаимоотношениях с внешним миром. Ж. Пиаже определяет интеллект как особый обмен информацией между внешним миром и субъектом, причем интеллект обладает адаптивной природой. Поэтому познание не есть статическая копия реальности, задача интеллекта — структурирование отношений между средой и человеком. Уже восприятие предполагает понимание, осмысление и истолкование воспринятого, оно покоится на принятии решения и всегда предполагает выбор, в ходе которого человек сопоставляет полученную информацию с некоторыми находящимися в памяти эталонами. X. Виткин вводит различие между когнитивным и перцептивным стилями. Под когнитивным стилем понимается способ протекания интеллектуальной деятельности индивида. Предполагается, что каждому человеку свойственен более или менее устойчивый способ применения познавательных навыков, а также достаточно постоянная система вовлекаемых в процесс восприятия эмоций и установок. Применительно к восприятию говорят о перцептивном стиле, выделяя два типа индивидуальности: «полезависимые» и «поленезависимые». Одни люди в большей степени воспринимают объекты как таковые, другие имеют тенденцию «привязывать» их к полю. «Полезависимые» более неопределенны в оценках различных событий и обстоятельств. «Поленезависимым» свойственны самостоятельность в суждениях, игнорирование мнений других. 

По мнению Дж. Келли, человек, действуя в мире, является пленником своих интерпретаций этого мира: человеку часто важен не столько сам объективный факт, сколько значение, ему придаваемое. Именно в этом смысле можно говорить, что человек конструирует, творит мир. В процессе жизни индивид вырабатывает для себя целую систему «конструктов». При помощи конструктов человек сравнивает между собой явления и процессы объективного мира. Поскольку у каждого человека своя собственная система конструктов, это сравнение осуществляется по разным основаниям, то есть существует определенная иерархия значимых признаков. Конструкт, таким образом, направляет анализ воспринимаемого. Люди различаются между собой по количеству вырабатываемых конструктов. Одни, обладающие большим количеством конструктов, являются «когнитивно сложными», они видят мир многомерно, во всех его проявлениях и оттенках. Другие, обладающие небольшим количеством конструктов — «когнитивно простые». Они воспринимают мир в «черно-белом» свете и не умеют адаптироваться к реальным событиям и явлениям1. 

Л. Леви-Брюль отмечает, что при исследовании познания индивида необходимо анализировать культуру, к которой этот индивид принадлежит. Сама же культура характеризуется совокупностью существующих в ней общих взглядов или «коллективных представлений». Эта идея получила свое воплощение и разработку в теории социальных представлений С. Московичи. «Категория социального представления обозначает специфическую форму познания, а именно знания здравого смысла, содержание, функции и воспроизводство которых социально обусловлены. В более широком плане социальные представления — это свойства обыденного практического мышления, направленные на освоение и осмысление социального, материального и идеального окружения. Как таковые они обладают особыми характеристиками в области организации содержания, ментальных операций и логики. Социальная детерминированность содержания и самого процесса представления предопределены контекстом и условиями их возникновения, каналами циркуляции, наконец, функциями, которым они служат во взаимодействии с миром и другими людьми»2. Исходным для концепции С. Московичи выступает констатация специфичности законов и логики обыденного познания по сравнению с законами и логикой научного познания. Научное или «стандартное» (по терминологии С. Московичи) мышление ищет и постигает истину, вырабатывая строгие правила и критерии логического вывода, позволяющие назвать это мышление «рассуждающим», то есть способным к самоконтролю. Обыденное или «нестандартное» мышление, свойствен- ное «человеку с улицы», не получившему специальной профессиональной подготовки, направлено не на решение отвлеченных проблем, а на обслуживание потребностей «каждого дня». Правила и закономерности такого мышления кажутся людям само собой разумеющимися, они свободно ими пользуются в зависимости от требований момента. 

Нетривиальность подхода С. Московичи, его динамический характер связаны с интерпретацией роли научных знаний в становлении повседневной картины мира. Бурное развитие средств массовой коммуникации в условиях научно-технического прогресса существенно модифицировало каждодневную жизнь человека. Основой и источником суждений здравого смысла все в большей степени становятся научные по происхождению знания, усвоенные и трансформированные в качестве ориентиров обыденного опыта. Этот современный здравый смысл практически перестал быть добытым и разделяемым членами сообщества знанием «из первых рук», передававшимся преимущественно устным путем. Он представляет собой совокупность умственных образов и связей, являющихся побочным продуктом науки, и с этой позиции может быть квалифицирован как знание «из вторых рук», распространяющееся главным образом письменным путем и выступающее почти исключительно в образной форме. Оформившаяся в середине XX века когнитивная психология сделала предметом своего исследования изучение познавательных процессов с точки зрения приобретения, преобразования, репрезентации, хранения и воспроизведения знаний и их воздействия на поведение. 

Первоначально когнитивная психология ориентировалась на исследования в области создания искусственного интеллекта на базе развивающейся вычислительной техники. Однако исследование механизмов познавательных процессов очень быстро вышло за пределы компьютерной модели. 

Немалая роль в становлении когнитивной психологии принадлежит Дж. Брунеру3. Исходное его положение состоит в том, что всякое восприятие предполагает акт категоризации: все, что воспринимается, приобретает свое значение в зависимости от того, с каким классом перцептов группируется, то есть к какой категории относится. Категории (по Дж. Брунеру) представляют собой правила, по которым человек относит предмет к определенному классу. Кроме того, в восприятии репрезентирована реальность, то есть оно в большей или меньшей степени соответствует действительности («то, что мы видим, должно оказаться тем же самым и при ближайшем рассмотрении»). Соответствие реальности опирается на следующее гипотетическое основание: восприятие — не просто репрезентация, но построение «модели мира». Индивид подходит к ситуации восприятия не как tabula rasa, но с определенными ожиданиями, предположениями относительно того, как взаимодействовать с воспринимаемым объектом, поэтому Дж. Брунер вводит центральное понятие своей концепции — гипотезу, которая выступает как регулятор перцептивной деятельности, «подсказывает», каким образом следует осуществить категоризацию, то есть к какому классу отнести объект. Всякий акт восприятия включает проверку гипотезы, ибо в ходе восприятия человек решает как категоризовать объект. Принятое решение будет обозначать, хороша или плоха была гипотеза. 

Исследования Дж. Брунера и его последователей позволили сделать вывод о том, что при принятии перцептивного решения значительно повышается вклад субъекта восприятия: он постоянно дает оценку воспринимаемому, что связано с конкретными жизненными обстоятельствами. Восприятие есть всегда процесс принятия решения, который основан на использовании отличительных признаков. Использование признаков позволяет осуществить переход к выбору категории, которую можно определить как набор правил, по которым воспринимаемые явления можно определить в один класс. Категории различаются по легкости («готовности»), с которой объект можно к ней отнести. Эта готовность зависит от ожидаемой вероятности явления и от активности воспринимающего субъекта. У этой «перцептивной готовности» можно указать две функции: — минимизация неожиданности внешней среды, — максимизация успеха восприятия. Конечно, на пути умозаключений человек может совершать ошибки. Восприятие будет правильным («истинным») лишь в том случае, когда воспринимаемый стимул отнесен к соответствующей категории, что зависит от того, насколько «готовность» категорий отражает вероятность события. У Найссер4 настаивает на том, что при изучении процессов познания мира необходимо больше внимания уделять деталям того реального мира, в котором обитает человек, а также структуре информации, описывающей мир, а помимо этого, следует учитывать навыки человека и возможности их изменения. Тот факт, что на полноту восприятия человека оказывает влияние его опыт, навыки и знания, означает факт предвосхищения информации в каждом познавательном акте. Такое предвосхищение осуществляется при помощи схемы, которая является посредником между прошлым опытом и восприятием. Основная функция схемы как раз и состоит в предвосхищении событий или изменений во внешнем мире. Сама же когнитивная активность определяется как «активность, связанная с приобретением, организацией и использованием знаний». По сути схема представляет собой аналог «когнитивной карты», которая представляет собой целостную информацию о некотором событии. Используемый У. Найссером термин «схема» перекликается с термином «картина мира» Э. Гуссерля или с «моделью мира» в семиотике. Схемы или их аналоги направляют познавательную активность субъекта, помогая определить, «куда смотреть» и «что слушать». 

Вводя понятие «схемы», У Найссер вводит в процесс восприятия не просто активность человека, но и целый ряд внешних обстоятельств, устанавливаемых не просто прошлым опытом индивида, но и всей культурно-исторической средой. Культура представляет собой разработку возможностей, предоставляемых физическим миром. Многое об этом можно узнать, оставаясь пассивным наблюдателем, однако гораздо больше можно открыть благодаря человеческой познавательной активности, которая информирует о реальности, в которой человек живет. Образование позволяет индивиду увидеть больше альтернативных воз- можностей. Перейдем теперь к рассмотрению вопроса о том, какие структуры и механизмы мозга ответственны за создание именно виртуализирован-ных картин реальности. Эксперименты, начатые Р. Сперри и продолженные его учеником М. Газзанига, а также Дж. Боугеном, позволили наметить пути к решению этого вопроса и пролить свет на специализацию каждого полушария головного мозга человека. Основной сферой специализации левого полушария является логическое мышление. До недавнего времени специалисты по исследованию деятельности мозга считали, что у большинства людей именно это полушарие является доминирующим. Однако результаты исследований, проведенных в последние годы, показывают, что фактически оно доминирует в основном при выполнении следующих функций5: 

Обработка вербальной информации: Левое полушарие мозга ответственно за языковые способности, оно контролирует речь, а также способности к чтению и письму. Оно также запоминает и хранит факты, имена, даты и их написание в символьной форме. 

Аналитическое мышление: Левое полушарие осуществляет функции логики и анализа, именно оно анализирует все факты. 

Буквальное понимание слов: Левое полушарие способно понимать исключительно буквальный смысл слов. Последовательное мышление: Обработка информации в левом полушарии осуществляется последовательно по этапам. 

Математические способности: Числа и символы также относятся к компетенции левого полушария. Логический и аналитический подходы, которые необходимы для решения математических задач, также являются продуктом работы левого полушария. 

Контроль за движением правой половины тела. С точки зрения результатов последних исследований основной сферой специализации правого полушария является интуиция. Как правило, правое полушарие не считается доминирующим. Оно отвечает за выполнение следующих функций: 

Обработка невербальной ин- формации: Правое полушарие специализируется на обработке информации, которая выражается не в словах, а в символах и образах. 

Параллельная обработка ин- формации: В отличие от левого полушария, которое обрабатывает информацию только в четкой последовательности, правое полушарие может одновременно обрабатывать много раз- нообразной информации. Оно способно рассматривать проблему в целом, не применяя анализа. Правое полушарие также рас- познает лица, и благодаря ему человек оказывается в состоянии воспринимать совокупность разрозненных черт как единое целое. 

Пространственная ориентация: Правое полушарие ответственно за восприятие месторасположения и простран- ственную ориентацию в целом. Именно благодаря деятельности правого полушария человек имеет возможность ориентироваться на местности. 

Музыкальность: Музыкальные способности, а также способности воспринимать музыку зависят от правого полушария, хотя, впрочем, за музыкальное образование в значительной степени несет ответственность и левое полушарие. Понимание метафор : 

С помощью правого полушария человек оказывается в состоянии понимать смысл метафор и результаты работы воображения. Благодаря ему можно понимать не только буквальный смысл того, что люди слышат или читают, но, к примеру, и такую сентенцию, как «схватить за хвост». 

Воображение: Правое полушарие дает возможность мечтать и фантазировать. Кстати, именно правое полушарие является инициатором задания вопроса «А что, если...». 

Художественные способности: Именно в правом полушарии заложены способности к изобразительному творчеству. 

Эмоции: Хотя эмоции и не являются продуктом функ- ционирования только правого полушария, оно, как показывают исследования, связано с ними более тесно, чем левое. 

Мистика: За мистику и религиозность отвечает именно правое полушарие, в котором не властвуют безгранично законы формальной логики. 

Мечты: Контроль движений левой половины тела. Указанная картина специализации полушарий головного мозга справедлива для 95% людей. К ним относятся практически все правши. Специализацию же полушарий у левшей, которые составляют примерно 10%, определить несколько труднее. На основании исследований можно предположить, что у большинства из них такая же специализация, как и у правшей. Но в некоторых случаях (примерно 5%) оказывается, что языковые способности и пространственная ориентация контролируются разными полушариями, то есть часть этих способностей контролируется правым полушарием, а другая — левым. Мы живем в обществе, в котором больше ценится логическое мыш- ление, и люди с доминированием левого полушария обычно добиваются большего успеха. Ребенок с доминирующим левым полушарием, который успешно выполняет арифметические действия, старательно учит уроки и отличается прилежностью, получает в школе отличные оценки. А ребенок с доминирующим правым полушарием, который предпочитает мечтать, глядя в окно на облака, или сочинять разные фантастические истории, вместо того чтобы учить уроки, считается пло- хим учеником, потому что его стремления не поощряются господствую- щими социальными представлениями. При этом дети с раннего возраста замечают, что следование обще- принятым нормам поощряется больше, чем творчество. 

Известно, что мышцы атрофируются, если в течение продолжитель- ного времени они не испытывают нагрузки. Аналогичным образом ослабевают способности правого полушария, если они остаются нево- стребованными. Однако ослабление способностей не означает, что их невозможно восстановить, и первый шаг на этом пути состоит в том, чтобы ознакомиться со спецификой деятельности и функционирования каждого полушария. Какова необходимость различной специализации полушарий голов- ного мозга? 

Эволюция мозга шла в том направлении, чтобы обеспечить макси- мальные адаптивные возможности человека применительно к его среде обитания — физической и социальной. И тот факт, что эта эволюция закрепила различную специализацию полушарий, свидетельствует о том, что для адекватной адаптации к внешней среде одинаково необхо- димо оптимальное сочетание как логического взгляда на мир, так и создания его образной реконструкции, находящей свое выражение в применении виртуализированных картин реальности. Можно указать и биологическую причину. Последовательно логически мыслить можно только при условии владения всем необходимым объемом информации в условиях достаточного времени для совершения необходимых умозаключений согласно законам формальной логики Аристотеля. Для решения такой аналитической задачи специализировалось левое полушарие головного мозга. И именно такой путь интеллектуальной деятельности получил социальное одобрение и поощрение в современной культуре. 

В реальных же ситуациях жизнедеятельности биологических объектов им очень часто приходится принимать определенное решение в условиях дефицита как информации, так и времени на ее обработку. Именно эти условия являются типичными предпосылками включения интуиции, приводящей к инсайту (озарению), молниеносной вспышки правильного решения, которое возникло вроде бы ниоткуда, вне и без всякой логики. Такой путь нахождения решения не допускает жесткой формализации, а значит, и обучения его использования, поэтому он не получает должного освещения и внимания в современной рационалистической культуре. Но сама по себе эта способность мозга сохранилась, хотя и остается в значительной степени невостребованной в настоящее время, давая знать о себе лишь очень немногим людям в редкие минуты озарения. И различные эффекты виртуальной реальности потому и получили такое широкое распространение, что позволяют удовлетворить невостребованные потенциальные возможности ни много ни мало целой половины головного мозга человека, хотя и неосознанно. Но как раз не вербализуемость, а образность и является отличительным признаком специализации правого полушария. Других способов выражения оно просто не имеет. Подводя итог изложенному, можно заключить, что виртуализация реальности является естественным и необходимым механизмом нормального познания, направленным на приобретение знаний, понимание и объяснение, а также предсказание явлений окружающего мира. В основном этот процесс осуществляется в правом полушарии головного мозга, а свое логическое оформление и обоснование, аналитическую последовательность и непротиворечивость получает в левом полу- шарии. 

Научное исследование и использование современных технологий multimedia может явиться мощным инструментом для раскрытия эвристических и творческих возможностей головного мозга, так как эти технологии позволяют развивать интуитивные способы познания реальности, потенциально заложенные в мозге, но подавляемые логической доминантой современной культуры. 

Список литературы

1 Андреева Г. М., Богомолова Н. Н., Петровская Л. А. Современная когнитивная психология на Западе. Теоретические ориентации, М., 1978. 

2 Донцов А. И., Емельянова Т. П. Концепция социальных представлений в современной французской социальной психологии, М., 1987. С. 23. 

3 БрунерДж. Психология познания, М., 1977. 

4 Найссер У. Познание и реальность, М., 1981. 

5 ZdenekM. The Right-brain Experience, ACorgiBook, London, 1983, P. 29.