Развитие права и первый общерусский судебник 1497 года

Московский открытый социальный университет























Контрольная работа



по Истории Государства и Права России



на тему: Развитие права и первый общерусский судебник 1497 года.
Развитие права



Источники права. Важнейшим источником права был первый общерусский Судебник 1947 г. Но он не охватывал многих вопросов (государственного, брачно-семейного права и т.д.)

	Следующим важнейшим законодательным актом этого периода был так называемый Царский Судебник 1550 года, который развивал положения Судебника 1497 года. Так он подтверждал порядок перехода крестьян в «Юрьев день», увеличивал «пожилое», усиливал наказание за нарушение права феодальной собственности на землю; еще более ограничивая права наместников, регламентировал размеры и порядок взимания ими разнообразных пошлин и сборов. В дальнейшем Судебник 1550 года непрерывно дополнялся царскими указами и боярскими приговорами, причем дополнения записывались каждым приказом по своему ведомству отдельно, в результате чего составились указанные книги приказов. Законодательство было чрезвычайно сложно и запутанно. Назрела необходимость проведения кодификации.

	После подавления восстания 1648г. правительство обещало упорядочить законодательство, провести ряд реформ и создать «суд праведный». Во исполнение этого в июле 1648 г. по приказу царя Алексея Михайловича была создана комиссия под председательством князя Н.И. Одоевского, которая и подготовила проект нового Уложения. Для его обсуждения и утверждения в январе 1649г. был созван Земский собор. Собор внес некоторые изменения в проект и утвердил его. С 29 января 1649 года новый законодательный акт, получивший название Соборного Уложения, вступил в действие. Источниками Уложения были судебниками, указы и боярские приговоры, указные книги приговоров, «градские законы греческих царей» (то есть византийское право), Литовский статус, новые постановления, внесенные составителями Уложения и выборными – членами Собора, отвечающие растущим классовым требованиям дворянства и посадских людей.

	Соборное Уложение царя Алексея Михайловича состояло из 25 глав, включавших 967 статей. После утверждения его подписали все участники Собора, что придавало ему особую авторитетность. Уложение представляет собой крупный шаг в развитии русского права. Оно являлось большим достижением и в технико-юридическом плане. Наконец, это первый законодательный акт, который был напечатан типографским способом.

	Уложение удовлетворило требование дворянства об отмене «урочных лет» для сыска беглых крестьян и тем самым юридически оформило окончательное закрепощение крестьян. В угоду верхам посадов этот документ ликвидировал «белые места» и закрепил посадское население за тяглыми сотнями.

	В нем содержался ряд новых положений уголовного, судебного, гражданского права, большое внимание уделялось регламентации и укреплению феодального землевладения.

	Во второй половине XVII в. новые царские указы и боярские приговоры по-прежнему записывались в указанные книги приказов. Их сборники составили «новоуказные статьи».

	В отдельных регионах использовались и некоторые другие источники: на Украине – гетманские универсалы, а в городах так называемое магдебурско-хелминское городское право, в мусульманских регионах источником права являлся шариат. Повсеместно использовалось также обычное право.

	Особое место среди источников права занимают источники канонического (церковного) права. Важнейшим из них был так называемый «Стоглав» – сборник из 100 постановлений церковно-земского Собора 1551 года (в его работе кроме церковных иерархов участвовали царь, князья, бояре, думные дьяки). Собор занимался церковными вопросами: борьбой с порочным поведением части духовенства (пьянством, развратом, взяточничеством, ростовщичеством монастырей), организацией церковного суда и порядком его деятельности, церковными догматами. Но наряду с этим в нем содержатся нормы поземельного, финансового права, действие этих норм распространяется не только на духовных лиц, но и на мирян. Особо следует отметить нормы брачно-семейного права, поскольку эта область правоотношений регулировалась преимущественно каноническим правом.

	Система права в XVIXVII вв. существенно отличалась от современной. Важнейшими отраслями феодального права крепостное право и поземельное право.

	Феодальное поземельное право. В условиях феодального общества поземельное право является, пожалуй, важнейшей отраслью права. Оно отличалось большим своеобразием. Характерные черты феодального поземельного права, которые отличали его от поземельного права любого иного типа, и прежде всего буржуазного права, состояли в следующем. Во-первых, феодальное право собственности на землю было сословным и закрепляло монополию феодалов на землю. На этой монополии фактически базировался феодальный строй. Ведь именно монополия феодалов на землю предопределяла феодальную поземельную ренту (в разнообразных ее видах) и повинности крестьян в пользу феодалов. Именно земля, населенная крестьянами, выплачивающими ренту, была средством обеспечения военной и государственной службы дворянства.

	Иными словами, феодальное право монопольной собственности на землю являлось как бы стержнем, на котором держалось все феодальное общество и государство.

	Во-вторых, феодальное право собственности на землю носило условный характер. Оно предоставлялось под условием несения службы и прежде всего военной. Конечно, вотчину можно было передать по наследству, продать, купить, подарить. Но вместе с переходом права на нее к новому собственнику переходила и обязанность несения службы. При отказе от службы вотчина могла быть «отписана на государя» и передана иному собственнику, который будет нести службу.

	Как известно, право собственности состоит из трех элементов: права владения , пользования и распоряжения. И, если право владения и пользования безусловно принадлежало конкретному собственнику, то право распоряжения «делилось» или (по словам академика А.В. Венедиктова) «расщеплялось» и распределялось по ступенькам феодальной иерархии между конкретным собственником и верховным собственником всей земли в государстве – царем, который рассматривал всю территорию страны как свою огромную вотчину. Именно иерархическая структура земельной собственности и соответствующая ей феодальная военная иерархия создавала необходимую силовую структуру, которая давала возможность феодальному классу охранять свою монопольную собственность на землю, прикрепить крестьянина к земле и осуществлять внеэкономическое его принуждение – заставлять его выплачивать поземельную феодальную ренту и нести повинности. Поскольку крестьянин, сидящий на земле феодала (в отличие от наемного работника на капиталистической фабрике), имеет в своем владении средства производства (землю) и орудия труда (инвентарь и рабочий скот), то, чтобы заставить его нести повинности и платить поземельную ренту, необходимо внеэкономическое принуждение, которое выражается в различных формах от простой зависимости и обязанности несения повинностей (с возможностью перехода к иному владельцу) вплоть до крепостного права. И это третья характерная черта феодального поземельного права. Следовательно, право феодальной собственности на землю неразрывно связано с господством над сидящим на этой земле населением. Земельные и политические отношения теснейшим образом переплетены в системе феодального права и прежде всего в поземельном праве. Отсюда и вытекает право вотчиной юстиции.

	В XVIXVII вв. различались следующие виды землевладения: земли государственные или черные, дворцовые, и земли, которыми владели отдельные феодалы на вотчинном и поместном праве.

	Черные земли находились в пользовании черносошных крестьян, которые несли государственное тягло, то есть платили налоги и отбывали разнообразные повинности в пользу государства. Черносошные крестьяне довольно свободно распоряжались своими участками (продавали, закладывали, делили и т.п.), но при переходе участка к новому владельцу к нему же переходили и все повинности. К XVII в. черные земли в центре государства были почти полностью захвачены феодалами и сохранились лишь на севере и других окраинах.

	Феодальное государство в лице царя, являясь верховным собственником земли, использовало фонд черных земель для удовлетворения требований феодалов.

	Дворцовые земли – собственность царя и царской земли. В XVII в. весьма значительное количество этих земель было роздано представителям придворной знати и дворянству.

	Вотчина – феодальная земельная собственность, переходящая по наследству. В XVII в. различались вотчины родовые – полученные по наследству, выслуженные – пожалованные за службу (в 1628 г. они были приравнены к родовым), княженецкие и купленные. В связи с развитием товарно-денежных отношений предметом оборота в некоторой степени становится и земля. Купленную вотчину можно было продать, заложить, подарить и завещать любому лицу. Она могла перейти по наследству к жене вотчинника. Но раз перешедшая такая вотчина становилась родовой. Распоряжение родовыми и выслуженными вотчинами было более ограниченно. Боковые родственники, если родовая вотчина была продана без их согласия, имели право выкупа в течение 40 лет.

	Родовые и выслуженные вотчины сохранялись за родом мужа. Жены их не наследовали. Однако Уложение разрешало в случае отсутствия поместий выделять вдовам во владение часть выслуженной вотчины до их смерти, пострижения в монастырь или вторичного выхода замуж, после чего вотчины возвращались в род мужа. Но несмотря на ограничения, право распоряжения и родовой, и выслуженной вотчинами было весьма широким.

	В несении военной службы вотчинники были уравнены с помещиками. Размеры службы были регламентированы указом Ивана Грозного от 1556 г., а затем Соборным Уложением и целым рядом царских указов.

	Уже к началу XVII в. образовалась развитая система поместного права. Владеть поместьями могли только служилые люди, которые получали поместный оклад по чинам за службу и только на время службы. Кроме того, величина поместья зависела от качества земли. Помещики не могли свободно распоряжаться своими поместьями. Но дворянство упорно добивается приравнения поместья к вотчине.

	Уже в начале XVII в. помещики получили право «припускать» своих сыновей к участию во владении поместьем и передавать поместья (в случае отставки по болезни, увечью и т.д.) своим сыновьям. С 1611 года стали выделять часть поместья вдовам и дочерям на прожиток. Дочери могли передавать поместья свои женихам  при условии несения последними службы. Так, фактически поместье уже передавалось по наследству. Тем самым стиралось важнейшее его отличие от вотчины. Уложение 1649 года закрепило этот порядок. По Уложению уже можно менять поместье на поместье, поместье на вотчину и наоборот. Требовалось лишь согласие на это правительства.

	Под видом мены часто скрывались запрещенные купля-продажа и дарение поместий.

	Таким образом, в XVII в. идет процесс юридического сближения поместья и вотчины.

	Одним из крупнейших землевладельцев была церковь. Патриархи, митрополиты, епископы раздавали земли своим дворянам и детям боярским. Церковные владения считались неотчуждаемыми.

	Обязательственное право. В XVIXVII вв. должник отвечает по своим обязательствам имуществом, а не личностью, как это было ранее. В 1561 г. указом царя Ивана IV запрещалось должника выдавать за долги кредитору в полные холопы, а только разрешалось отдавать «головой до искупа». Отвечали по обязательствам супруги друг за друга, родители – за детей, крестьяне – за своих феодалов.

	Взыскание обращалось сначала на дворы и «животы», потом на вотчины и поместья, а также на крестьян (указы  15 января 1626 г. и 17 ноября 1628 г.).

	Законодательство XVII в. предусматривало определенные формы заключения договоров. Обе договаривающиеся стороны должны были свободно выразить свою волю.

	Договоры, навязанные силою, считались недействительными. Пострадавший должен был сообщить суду о факте принуждения в течение недели.

	По целому ряду сделок требовалась письменная форма договора, по некоторым – особые формы документов: «крепость», «кабала». Последние были официально зарегистрированы письменными договорами, которые обязательно подписывались сторонами. По указу 7 июня 1635 г. судам запрещалось принимать дела по займам, поклажам и ссудам, если не имелось письменных документов. С XVI в. грамоты на полное холопство, служилые кабалы, отпускные грамоты, купчие на лошадей обязательно должны быть «крепостными». С 1558 г. такая же форма стала обязательной для купчих на недвижимость, а также для договоров поклажи.

	По Уложению всякие акты («заемные кабалы, записи или иные какие крепости») должны были писаться площадными подъячими при свидетелях. По более важным делам (купчие и закладные на вотчины и дворы) свидетелей должно быть пять-шесть человек, по менее важным – два-три человека.

	«Заемные памяти» до 10 руб., сговоры, свадебные, духовные записи могли писаться на дому, но обязательно подписывались сторонами или за них священниками. Мена, сдача поместий и вотчин, купля-продажа и заклад вотчин обязательно регистрировались в Поместном приказе. При несоблюдении этого условия сделка считалась недействительной.

	Неисполнение договора влекло за собой уплату неустойки. С 1623 г. возмещение убытков за неисполнение договора истребовалось особым иском.

	Среди договоров в XVIXVII вв. чаще всего встречались договоры мены. Меной прикрывали и куплю-продажу, и дарение церкви поместий. Договор мены заключался в «крепостной» форме.

	Если покупатель приобретал вещь, на которую продавец не имел право собственности, он должен был возвратить вещь законному собственнику и доказать свое незнание того, что продавец не имел на вещь права собственности.

	Договор займа заключался в письменной форме. Уложение запретило взыскивать проценты, однако множество дел свидетельствуют, что проценты взимались (20% годовых).

	Получил развитие договор личного найма (особенно в связи с появлением мануфактур). Он заключался в письменной форме. Договор найма для домашних услуг назывался «житьей записью» и подлежал обязательной регистрации в Холопьем приказе. Он заключался на срок не свыше пяти лет. Нанявшийся обязан был слушаться хозяина, «краж не чинить, воров не подводити, зернью не играть, табак не курить… » Хозяин имел право нанятого «смирять всяким смирением», т.е. наказывать.

	Уголовное право было мощным орудием в руках господствующего класса феодалов для подавления эксплуатируемых масс. Оно носило открыто устрашительный характер. При помощи уголовного права поддерживался известный порядок и внутри самого класса феодалов: подавлялись их самоуправные действия, которые вредили интересам господствующего класса в целом.

	С созданием Русского централизованного государства, с ростом классовой борьбы уголовное право претерпевало серьезные изменения. Меняется само понятие преступления. Если по Русской Правде преступлением считалась «обида», то есть нанесение кому-либо морального или материального ущерба, то в Судебнике 1497 года под преступлением понимается прежде всего посягательство на господствующий феодальный правопорядок, за которое преследует не потерпевший, а государство. Судебник ввел понятие государственного преступления. Понятие преступления получает свое дальнейшее развитие в Судебнике 1550 года, в царских указах и боярских приговорах и особенно в Соборном Уложении 1649 года, по которому преступлением признавалось не только какое-либо посягательство на феодальный правопорядок, но и вообще всякое нарушение указа царя. Уложение как бы подвело итог развитию русского уголовного права в XVIXVII вв.

	Соборному Уложению известны преступления умышленные и неосторожные, хотя четкого различия между этими понятиями еще нет. За умышленное преступление полагалось самое тяжкое наказание, а за случайное во многих случаях виновный вообще не карался. Малолетние (до 7 лет), которые передавались родителям (для «вразумления» розгами), и душевнобольные («бесные») или вовсе освобождались от наказания, или оно значительно снижалось.

	Русское право этого времени знает и понятие соучастия, которое разделялось на различные виды: прямое соучастие, пособничество, подстрекательство, содержание притонов и т.д. Соучастники, как правило, несли одинаковую ответственность с главными виновниками.

	За неоднократность совершения преступления («рецидив») наказание увеличивалось. Так, если за первую кражу полагались отсечение правого уха и тюрьма на два года или ссылка, то за третью кражу следовала смертная казнь. Отсечение ушей, носа, клеймление выделяло осужденного преступника. При отсутствии регистрации по числу ушей судили о рецидиве.

	Соборное Уложение знало также понятия крайней необходимости и необходимой самообороны. При необходимой обороне можно было защищать как жизнь, так и имущество. Соответствия обороны средствам нападения не требовалось. Слуги были обязаны охранять своих господ и их имущество.

	Наказание имело своей целью прежде всего устрашение. В целом ряде статей Соборного Уложения прямо говорится: наказать так «чтобы на то смотря, иным неповадно было так делать». Поэтому виновных подвергали наказанию, как правило, на городских площадях, при стечении народа, под звон колоколов. Среди наказаний видное место занимала смертная казнь, применявшаяся очень часто (по Уложению – в 35 случаях). Казнь была обычной (повешение, отсечение головы) и особо мучительной (колесование, четвертование, сожжение, закапывание живьем в землю и т.д.). Наказанием была торговая казнь, или битье кнутом. Зачастую она означала замаскированную смертную казнь. Затем шли членовредительские наказания (отсечение руки, ноги, носа, уха и т.д.), болезненные наказания (битье батогами, плетьми), заключение в тюрьму. Заключение в тюрьму было большей частью краткосрочным (неделя, месяц, год). Иногда применялось и более длительное и даже пожизненное заключение. Очень часто срок его вообще не устанавливался в приговоре. В ряде статей Уложения говорится : «вкинути в тюрьму» или «вкинути в тюрьму до государева указа». Заключенные должны были кормиться за счет родственников или милостыни. Ссылка применялась гораздо чаще чем тюрьма. Ссылали в южные и окраинные города и в Сибирь. Иногда сосланных заставляли служить в качестве стрельцов, пушкарей и т.д. Широко практиковались денежные штрафы и конфискации имущества. Первые применялись главным образом в делах о «бесчестии» (личном оскорблении) и за упущения по службе, другая – назначалась за политические преступления и пособничество уголовным преступникам. Имели место также церковные наказания: отлучение от церкви, покаяние, лишение христианского погребения и т.д. Часто церковные наказания присоединяли к государственным. Вообще законодательные памятники XVIXVII вв. Не дают четкой градации наказаний. Часто за одно и то же преступление по разным законам полагалось различное наказание.

	Сословный феодальный характер уголовного права XVXVII вв. ярко проявлялся в неравенстве наказания за одинаковые преступления людям различных сословных групп. Так, если дворянин затащил к себе на двор какого-либо человека и избил его, то виновного по Уложению полагалось бить «кнутом по торгам и вкинути в тюрьму на месяц, да с него же взыскать бесчестье и увечье» в пользу потерпевшего. За то же преступление крестьянину полагалась смертная казнь. Сословное неравенство суда ярко проявилось в таблице штрафов за бесчестье. Размер «бесчестья» за оскорбление феодалов – бояр, окольничих и др. – равнялся годовому окладу их денежного жалованья (оно доходило у бояр до 400 руб.). За оскорбление крестьянина взыскивалось «бесчестье» в 1 руб., а за оскорбление действием 2 руб.

	Среди преступлений на первом месте стояли преступления против церкви. Это объясняется той ролью, которую играла тогда религия, бывшая важнейшим идеологическим оружием и опорой феодализма. Большинство средневековых движений против феодализма имело религиозную окраску, принимало форму «ересей» и в той или иной мере было направлено и против господствующей церкви. Уложение знает такие преступления против церкви, как богохульство, совращение в мусульманство, ереси, «чернокнижие», колдовство и др. Все они карались смертной казнью (большей частью сожжением).

	Важнейшими преступлениями, которым в законодательстве уделяется исключительно большое внимание, являлись государственные преступления. В Соборном Уложении государственные преступления считаются оскорблением «царского величества» и объединяются понятием «слова и дела государева». Им специально посвящена II глава Уложения, в которой говорится о заговорах, измене, шпионаже, бунте, покушении на царя. В Уложении не упоминается оскорбление царя словом. Однако судебная практика того времени знает массу таких дел. За «царское бесчестье» били кнутом, батогами, вырезали язык. Не только оконченное деяние или покушение, но даже голый умысел по таким преступлениям карался смертной казнью с конфискацией имущества. Так же наказывались лица, знавшие о готовящемся государственном преступлении и не донесшие о нем властям. Родственники государственных преступников подлежали ссылке.

	Следующими по важности считались преступления против порядка управления и суда: подделка денег, государственных документов и печатей. Фальшивомонетничество в связи с тяжелым финансовым положением государства принимало порой массовый характер. Поэтому оно очень жестоко каралось – смертной казнью путем вливания в горло расплавленного металла.

	Нужно отметить также нарушение государственной монополии на продажу вина («корчемство»), льна, сала и пр. Сюда же относится незаконное взимание пошлин («мыта»), неразрешенный переезд через границу, бегство «ратных людей» из полков, грабежи «ратных людей» в походе и т.д.

	Среди преступлений против частных лиц самым тяжким считалось убийство. За него, как правило, следовала смертная казнь. Особо опасным считали убийство слугой своего господина. В этом случае не только покушение, но и голый умысел наказывался отсечением руки. Тяжким преступлением было убийство родителей и мужа. Жену, убившую мужа, закапывали живьем в землю. Однако за убийство жены следовало более мягкое наказание (кнут). Это объяснялось приниженным положением женщины. За отсечение руки, ноги, носа и т.д. полагалось сделать то же самое преступнику и оштрафовать его на 50 руб.

	Уголовное право состояло на страже собственности и в первую очередь феодальной собственности на землю. Эти наказания были усилены Судебником 1550 года и последующим законодательством.

	Среди имущественных преступлений различали разбой, грабеж и татьбу (кражу).

	В XVIXVII вв. число разбоев было чрезвычайно велико. Они до известной степени явились одной из форм социального протеста крестьянства против феодального гнета. В Соборном уложении за первый разбой полагалась смертная казнь, если он сопровождался убийством. Если же убийства не было, то казнь назначалась на второй разбой.

	Грабеж – явный насильственный захват чужого имущества, совершенный (в отличие от разбоя) непрофессиональными преступниками. За грабеж потерпевшему полагалось вознаграждение в размере двойной цены захваченной вещи, а преступник карался по усмотрению суда. Наказывался он гораздо мягче, нежели разбой.

	Татьба (кража) – тайное похищение чужого имущества. Татьба, сопровождавшаяся убийством, наказывалась смертью. Также карались церковная татьба (кражи церковной утвари). Квалифицированной татьбой считалась кража холопов и похищение коня на службе. За это назначали отсечение руки

	Первая татьба без убийства наказывалась отсечением левого уха, тюрьмой на два года и ссылкой, вторая – влекла за собой отсечение второго уха, тюрьму на четыре года и ссылку, третья – смертную казнь. В Уложении упоминается и мошенничество, т.е. похищение посредством обмана, оно наказывалось, как и первая татьба.

	Уложение также указывает на истребление чужого имущества. Самым тяжким видом такого преступления был поджог чужого двора. Поджигателя Уложение предлагало связать и бросить в огонь. Поджог нивы или леса влек за собой только возмещение убытков.

	Судебный процесс. Как и в предыдущий период, суд осуществлялся царем, Боярской Думой, приказами и местными органами управления. Наряду с государственными судебными органами существовал церковный суд. Действовала также вотчинная юстиция.

	С возникновением централизованного государства изменяются и формы судебного процесса. Получает развитие розыскной или инквизиционный процесс, который вначале применяется лишь по важнейшим делам, затрагивающим интересы феодального государства. Появление розыскного процесса было неразрывно связано с изменением понятия преступления. За посягательство на господствующий правопорядок преследует уже не потерпевший, а государство. В отличие от состязательного в розыскном процессе стороны из субъектов процесса превращаются в объекты исследования для суда. Суд расследует дело, сам добывает доказательства, пытает обвиняемого, оговоренных, подчас даже свидетелей, устраивает очные ставки, производит повальные обыски и т.д.

	В розыскном порядке дело начиналось по инициативе суда. Даже если поступало заявление – «челобитная» – потерпевшего, то преследовало преступника государство. Прекращение дела примирением сторон не допускалось. Преступник арестовывался «недельщиком», «приставом» (должностным лицом при суде) и доставлялся в суд, где судья «пытал» и «расспрашивал» обвиняемого. Если обвиняемый оговаривал после пытки кого-либо, то оговоренного тоже доставляли в суд, ставили на очную ставку с обвиняемым и подвергали пытке. Собственное признание обвиняемого являлось главным доказательством, и поэтому оно вымогалось при помощи самых жестоких средств.

	Другим доказательством были показания свидетелей. Свидетелем мог быть любой очевидец события. Не могли быть свидетелями холопы портив своих господ, жена против мужа и дети против родителей. Предпочтение оказывалось знатным свидетелям.Большое значение придавалось очной ставке. Важную роль играл «извет» – донос, особенно по делам политическим. Доносителей, как правило, тоже задерживали, допрашивали, ставили на очную ставку, а нередко и пытали. «Извет», подтвержденный пыткой, был решающим доказательством. Он считался обязанностью подданных, так как за недоносительство по делам политическим и о разбоях полагалось наказание.

	Применялся также «повальный обыск», то есть поголовный опрос жителей данной местности о подозреваемом или подсудимом.

	Кроме того, суд пользовался письменными доказательствами, среди которых особое значение имели документы, заверенные в приказах, у воевод и у площадных подъячих.

	В розыскном порядке разбирались лишь самые важные дела: измена, шпионаж, убийство, поджоги, квалифицированная кража (татьба), разбой, споры о холопах, о поместьях, о побегах крестьян, «ведомых лихих людей».

	Остальные дела разбирались в прежнем состязательном процессе, который характеризовался тем, что инициатива в нем всецело принадлежала сторонам. Дело начиналось только по заявлению истца. Стороны имели право выставлять в суде вместо себя своих представителей и наймитов. По «челобитной» пристав доставлял в суд ответчика или брал его на поруки. При неявке ответчик признавался виновным без разбирательства дела.

	Виды доказательства допускались такие: 1) собственное признание; 2) показания свидетелей; 3) письменные доказательства; 4) «поле»; 5) присяга; 6) жребий. Нужно тольо отметить, что если свидетель не являлся (по Уложению – после 3-й неявки) или давал ложные показания, то с него взыскивалась сумма иска, судебные пошлины и убытки.

	Большое значение придавалось таким формам доказательств, как «ссылка в послушестве». «Ссылка из виноватых» – указание на определенных свидетелей с обязательством подчиниться решению суда, если они покажут против сославшегося. «Общая ссылка» – ссылка обеих сторон на одних и тех же свидетелей. «Ссылка в пос лушестве» – отвод свидетелей по мотивам их зависимости и дружбы с противной стороной.


Судебник 1497 года



В сентябре месяце 1497 года Великий князь всей Руси Иван Васильевич со своими детьми и с боярами установи, как судить боярам и окольничим.

[1] Суд осуществляется боярами о окольничими в присутствии дьяков. Судьям запрещается брать за производство суда и ходатайств взятки, а также решать дело несправедливо из-за мести или дружбы со стороной.

[2] Судья обязан принять всех обратившихся к нему истцов и разобрать дело, если оно не превышает компетенции данного судьи. Если дело не подсудно данному судье, он должен доложить об этом великому князю или послать истца к тому судье, в компетенцию которого входит разбор данного дела.

[3] Со стороны, признанной судом виновной, взыскивается боярином и дьяком судебная пошлина: боярину 2 алтына, дьяку 8 денег, если цена иска в деле равна рублю.

Если цена иска выше или ниже рубля, боярин получает по соответствующему расчету.

[4] О пошлинах за судебный поединок.

Если стороны в процессе судебного разбирательства придут к примирению до начала поединка, с них взыскивается пошлина из расчета 2 алтына с рубля боярину, а дьяку по 8 денег. От уплаты окольничему, дьяку и недельщику пошлин за судебный поединок стороны освобождаются.

[5] Если стороны придут к примирению во время судебного поединка, с них взыскивается судьями пошлины по тому же расчету, а также четвертая часть в пользу окольничего и недельщика и 4 алтына с деньгою дьяку. Недельщик взыскивает дополнительно 2 алтына за скрепление сделки сторон о поединке или за организацию его.

[6] Если судебным поединком решаются споры, вытекающие из обязательств по договорам займа или по делам о личном оскорблении, то с побежденного боярин и дьяк изыскивают пошлины в размере, равном сумме иска, окольничий и недельщик – полтину, а дьяк четверть. Недельщик взыскивает также за скрепление сделки сторон о поединке или за организацию его 4 алтына.

[7] Если судебным поединком решаются дела о поджогах, или убийстве, или разбое, или воровстве, то с побежденного берутся требуемая другой стороной сумма иска и пошлины: окольничему полтина и доспехи, дьяку четверть, а недельщику полтина и за скрепление сделки сторон о поединке или за организацию его 4 алтына. Побежденный подвергается также наказанию и «продаже» по усмотрению судьи.

[8] О воровстве. Если обвиненный в воровстве, разбое, убийстве, злостной клевете или в ином каком «лихом деле» окажется ведомым лихим человеком, он карается смертной казнью, а из его имущества удовлетворяется иск. Оставшаяся часть имущества поступает судьям. Пошлина и «продажа» делятся судьями: боярину 2 алтына, а дьяку 8 денег. При отсутствии у лихого человека имущества для удовлетворения иска он не может быть выдан стороне для отработки или до выплаты долга, а должен караться смертной казнью, которая осуществляется тиуном Московского великого князя.

[9] Совершивший убийство господина, крамолу, церковную кражу или святотатство, кражу, сопровождавшуюся убийством, передачу секретных сведений или оговор невиновного, поджог города с целью предать его врагу, а также ведомый лихой человек карается смертной казнью.

[10] О ворах. Если вор впервые совершит кражу, кроме кражи церковной или сопровождавшейся убийством, и никаких доказательств о совершении им ранее краж не будет, он карается торговой казнью, подвергается «продаже» по усмотрению судьи, и с него взыскиваются убытки, понесенные истцом. При отсутствии у виновного имущества для возмещения убытков, понесенных истцом, он подвергается битью кнутом и выдается истцу в холопство до уплаты или отработки нанесенных им убытков, а взыскания судьи не производятся.

[11] Вор, совершивший кражу вторично, карается смертной казнью, а из его имущества возмещаются убытки, понесенные истцом. Оставшаяся часть имущества поступает судье. При отсутствии у такого вора имущества, с которого можно взыскать убытки, понесенные истцом, он не выдается истцу до отработки или выплаты долга, а карается смертной казнью.

[12] Обвинение кого-либо в воровстве со стороны пяти-шести добрых людей из числа детей боярских или черносошных крестьян, подкрепленное присягой, в случае, если будет доказано, что обвиняемый воровства ранее не совершал, влечет для него обязанность удовлетворить предъявленный истцом иск без разбора дела по существу.

[13] О поличном. Если пойманный впервые с поличным будет признан под присягой пятью-шестью добрыми людьми вором, совершавшим кражи неоднократно, он карается смертной казнью, а из его имущества возмещаются убытки, понесенные истцом.

[14] О воровском оговоре. Кого оговорит вор, того допросить: если оговор подтвердится доказательствами, оговоренного пытать для выяснения обстоятельств воровства, если доказательств по обвинению в прежнем воровстве не будет, то оговору вора не верить и передать оговоренного поручителям до окончания расследования.

[15] О правой грамоте. За выдачу правой грамоты взыскивается пошлина из расчета с рубля: за приложение печати – 9 денег, за подпись дьяку – алтын, за написание документа подьячему – 3 деньги.

[16] О докладном списке. Докладной список скрепляется печатью боярина и подписывается дьяком. За список взыскивалась пошлина из расчета с рубля: боярину за приложение печати по алтыну, дьяку за подпись по 4 деньги, подьячему за написание решения вышестоящего суда по 3 деньги.

[17] О правой грамоте по холопским искам. За выдачу правой или отпускной грамоты взыскивается пошлина из расчета с человека боярину за приложение печати по 9 денег, дьяку за подпись по алтыну, а подьячему за написание грамоты по 3 деньги.

[18] Об отпускной грамоте. Отпускная грамота без боярского утверждения и без подписи дьяка, а для городов – без утверждения наместником, пользующимся правом решать наиболее важные дела, является недействительной за исключением грамоты, написанной собственноручно, господином холопа.

[19] О неправомерном разбирательстве дела. Решение, вынесенное судьей без надлежащего разбора дела в суде, признается недействительным, а ответчику возвращается все взысканное с него. При этом судьи ответственности не несут, а истец может передать дело в суд на новое рассмотрение.

[20] Указ о наместниках. Наместникам и волостелям, не имеющим права решать особо важные дела, запрещается решать дела о выдаче холопа или рабы и выдавать правые (в отношении своего господина), беглые или отпускные грамоты без утверждения вышестоящей инстанции.

[21] О суде великого князя. При осуществлении суда великим князем или детьми великого князя судебные пошлины с виновного взыскиваются в том же размере, что и при разборе дел боярским судом, т.е. из расчета с рубля 2 алтына.

[22] О правой грамоте. За выдачу правой грамоты взыскивается пошлина из расчета с рубля: печатнику великого князя или детей великого князя за приложение печати – по 9 денег, дьяку за подпись по алтыну, подьячему за написание грамоты по 3 деньги.

[23] С холопа и с рабы за выдачу правой грамоты взыскивалось печатнику с человека по 9 денег, а подьячему за написание грамоты с человека по 3 деньги.

[24] О докладном списке. Докладной список, утвержденный великим князем или детьми великого князя, скрепляется печатью великого князя или детьми великого князя. С докладного списка взыскивается пошлина из расчета с рубля: печатнику за проставление печати – по 9 денег, дьяку за подпись по алтыну, а подьячему за написание решения вышестоящего суда – по 2 деньги.

[25] О бессудной грамоте. За выдачу бессудной грамоты взыскивается пошлина из расчета с рубля: печатнику за приложение печати и дьяку за подпись по алтыну, а подьячему по 2 деньги.

[26] О срочных грамотах. За выдачу срочных грамот взыскивается пошлина дьяку за подпись по 2 деньги. За изменение срока явки сторон в суд пошлина взыскивается из расчета: дьяку за подпись с рубля по 3 деньги и подьячему за написание новой срочной с рубля по 2 деньги. Если изменение срока происходит по просьбе обоих сторон, то связанные с этим пошлины (в том числе – «хоженое» недельщику) уплачиваются сторонами поровну, а если по просьбе одной стороны, то уплата всех пошлин возлагается на нее. Срочные грамоты хранятся у дьяков.

[27] О бессудных грамотах. В случае неявки в суд ответчика в назначенный срок, наступление которого устанавливается непосредственно дьяками путем рассмотрения срочных грамот, неявившийся признается виновным без разбора дела, и явившейся стороне подьячим выдается бессудная, а не срочная грамота. Бессудная грамота выдается на восьмой день после назначенного срока.

[28] О приставных грамотах. За оформление приставной грамоты по делу с ценой иска в один рубль из суммы езда взыскивается по алтыну в пользу печатника за приложение печати и дьяка – за подпись. При увеличении или уменьшении суммы езда пошлины взыскиваются из того же расчета. Приставная по делу, в котором цена иска меньше суммы езда, дьяком не подписывается. Приставные подписываются дьяком обязательно в присутствии недельщиков. Сумма езда не зависит от того, сколько истцов участвуют по долям в оплате езда, и определяется в зависимости от расстояния до города, указанного в приставной грамоте.

[29] Пошлина недельщику за вызов в суд в пределах Москвы устанавливается в размере 10 денег и увеличивается вдвое, если недельщик производит расследование по делу. За поручительство вознаграждение брать запрещается. Сумма езда зависит от расстояния и увеличивается вдвое, если недельщик производит расследование по делу.

[30] Указ о пошлинах недельщику за выполнение обязанностей вне пределов города. Пошлины устанавливаются в следующем размере: от Москвы до Коломна полтина, до Каширы полтина, до Хотуни 10 алтын, до Серпухова полтина, до Тарусыа 20 алтын, до Алексина 25 алттын, до Калуги рубль, до Ярославца полтина, до Вереи полтина, до Боровска полтина, до Вышегорода полтина, до Кременска 20 алтын, до Можайска полтина, до Медыни 25 алтын, до Вязьмы полтора рубля, до Звенигорода 2 гривны, до Воротынска 40 алтын, до Одоева 40 алтын, до Козельска рубль с четвертью, до Белева то же, до Мезецка 40 алттын, до Оболенска полтина, до Дмитрова 10 алтын, до Радонежа четверть, до Переяславля 20 алтын, до Ростова рубль с четвертью, до Вологды 2 рубля с полтиной, до Белоозера 2 рублля с полтиной, до Устюга 5 рублей, до Вычегоды 7 рублей, до Двины и до Колмогор 8 московских рублей, до Владимира рубль с четвертью, до Костромы полтора рубля, до Юрьева рубль, до Суздаля рубль с четвертью, до Галича 2 рубля с полтиной, до Мурома полтора рубля, до вотчины Стародубских князей полтора рубля, до Мещеры 2 рубля, до Нижнего Новгорода 2 рубля с полтиной, до Углича рубль, до Бежецкого Верха полтора рубля, до Романова рубль с четвертью, до Клина полтина, до Кашина рубль, до Твери рубль, до Зубцева и до Опок рубль, до Хлепни 40 алтын, до Ржева рубль с четвертью, до Великого Новгорода 2 московских рубля с полтиной.

[31] Поездка с приставной грамотой и выдача ответчиков на поруки осуществляется лично недельщиками. Им разрешается посылать с приставной грамотой только лиц своей фамилии, а не людей, нанятых для выполнения какой-либо работы. Во время поездки с приставной грамотой запрещается брать вознаграждение за поручительство. Указ о недельщиках. В том городе, где проживает недельщик, ему запрещается выполнять служебные обязанности по всем делам, а также посылать вместо себя каких-либо лиц.

[32] Убытки, причиненные волокитой, и расходы, связанные с оформлением срочной, правой или бессудной грамот, взыскиваются выигравшим по суду дело со стороны, признанной судом виновной.

[33] Недельщикам запрещается просить и брать вознаграждение как для судей за разбор дела, так и в свою пользу за поручительство.

[34] Недельщик, которому поручено опросить вора, должен вести допрос добросовестно, не заставляя вора оговаривать кого-либо, и сообщить результаты допроса великому князю или судье. Недельщик, посланный для ареста вора, обязан производить арест добросовестно, не потакая никому. Запрещается отпускать арестованных воров, брать с них взятки, а также арестовывать посторонних людей.

[35] Недельщику запрещается без обращения в вышестоящую инстанцию отдавать на поруки или подвергать «продаже» воров, находящихся у них под арестом.

[36] В случае передачи вора на поруки любое дело должно передаваться в суд без волокиты. Запрещается волокита при выдаче крестьянам бессудных грамот или при перенесении срока явки в суд, а также получение чего-либо за выдачу бессудных грамот. Если срок явки в суд откладывается без согласия обеих сторон, то недельщик получает с них одну пошлину («хоженое»). По взысканию езда устанавливается поручительство до окончания расследования дела. После решения по делу езд взыскивается со стороны, признанной судом виновной. Если истец или ответчик не поедет в суд лично, а пошлет вместо себя кого-либо для изменения срока явки  в суд, то недельщик взыскивает пошлину («хоженое») только одну и с того, кто послан изменить срок.

[37] Указ наместникам о городском суде. Недельщик или заменяющий его человек, приехавший с приставной грамотой в город или волость, обязан предъявить приставную грамоту наместнику, или волостелю, или их тиунам. Если обе стороны подсудны суду того же города или волости, то недельщик обязан доставить их к наместнику, волостелю или их тиунам.

[38] При осуществлении суда боярами или детьми боярскими, пользующимися правом решать наиболее важные дела, должны присутствовать представители местной администрации (дворский, староста) и верхушки посадских людей и черных крестьян («лучшие люди»). Без этих лиц не могут осуществлять суд и наместник и волостель. Наместникам, волостелям, их тиунам и людям, сборщикам пошлин запрещается за производство суда брать взятки для себя или своего господина.

За производство суда, если истец докажет свой иск, взыскивается с виновного пошлина, размер которой установлен грамотами. При отсутствии грамот пошлина взыскивается в размере суммы иска. Если истец не докажет своего иска и будет признан виновным, с него взыскивается пошлина: наместникам 2 алтына, а тиунам 8 денег, если сумма иска равна рублю.

Если сумма иска выше или ниже рубля, пошлина взыскивается по соответствующему расчету. Размер езда и пошлин, взыскиваемых доводчиком за вызов сторон в суд, расследование дела, производство суда и организацию судебного поединка, определяется грамотами. При отсутствии грамоты пошлина в пользу доводчика с тиуном в случае примирения сторон взыскивается в размере половины суммы иска. Если судебным поединком разрешаются дела по обязательствам из договоров займа или дела о личном оскорблении, то пошлина взыскивается в размере, равном сумме иска. Если судебным поединком разрешаются дела о поджогах, убийстве, разбое или воровстве, то побежденная сторона обязана уплатить требуемую другой стороной сумму иска. Помимо этого, побежденная сторона подвергается наказанию и «продаже» по усмотрению наместника.

[39] Указ о ворах. Если обвиненный в воровстве, разбое, убийстве, злостной клевете или в ином каком лихом деле окажется ведомым лихим человеком, он карается смертной казнью, а из его имущества удовлетворяются убытки, понесенные истцом. Оставшаяся часть имущества поступает наместнику и его тиуну. При отсутствии у обвиняемого имущества для удовлетворения убытков, понесенных истцом, он не может быть выдан стороне до отработки или выплаты долга, а должен караться смертной казнью.

[40] О правой грамоте. За выдачу правой грамоты боярином или боярским сыном, которым предоставлено право решать наиболее важные дела, а также их тиунами взыскивается пошлина за приложение печати из расчета с рубля по 2,5 алтына, а дьякам за написание правой грамоты из расчета с рубля по 3 деньги. За выдачу правой грамоты тиуном взыскивается за приложение печати пошлина из расчета с рубля по 2,5 алтына в пользу тиуна и его господина и дьяка из расчета с рубля по 3 деньги. За выдачу правой ил отпускной грамоты с холопа или рабы взыскивается пошлина боярином или сыном боярским, пользующимся правом решать наиболее важные дела, за приложение печати по 2,5 алтына с человека, а дьяком за написание грамоты по 3 деньги с человека.

[41] Тиуну, исполняющему обязанности судьи, запрещается выдавать холопу правые или отпускные грамоты без утверждения господином.

[42] Об отпускной грамоте. Отпускная грамота, выданная без утверждения ее боярским или наместничьим судом, пользующимся правом решать наиболее важные дела, а также без подписи дьяка, является недействительной, за исключением отпускной, написанной собственноручно господином холопа.

[43] Наместникам и волостелям, не имеющим право решать наиболее важные дела, а также тиунам великого князя и бояр, которым представлено право решать все дела, запрещается без согласования с вышестоящей инстанцией отпускать холопов и рабынь на волю и выдавать отпускные грамоты, а также выпускать из-под стражи воров и убийц, передавать в холопство до отработки или выплаты убытков, наказывать и выпускать из-под стражи лихих людей.

[44] О приставах. Пристав, находящийся при суде наместника, за выполнение своих обязанностей взыскивает пошлину в виде хоженого и езда, размер которых устанавливается грамотами. При отсутствии грамот размер хоженого в городе устанавливается в 4 деньги, а езда из расчета за версту по деньге. При расследовании дела размер пошлин увеличивается вдвое.

[45] По требованию пристава, посланного по искам к наместникам, волостелям, боярам или детям боярским и их тиунам или тиунам великого князя и доводчикам, последние обязаны своевременно явиться на суд, а при неявке лично послать кого-либо вместо себя.

[46] О торговцах. Если кто-нибудь купит что-либо на рынке, за исключением лошади, не зная того, у кого купит, а о покупке будет известно двум или трем добрым людям, то, если при претензии на купленное с чьей-либо стороны эти люди подтвердят, что спорная вещь действительно была куплена при них на рынке, покупатель считается оправданным и освобождается от присяги.

[47] Если кто-нибудь купит что-либо на чужой земле, а другое лицо предъявит претензии на эту вещь, то, если два свидетеля или два-три добрых человека надлежаще подтвердят, что вещь действительно куплена при них на рынке, то покупатель считается оправданным и освобождается от присяги. При отсутствии свидетелей дело разбирается судом.

[48] О свидетельских показаниях. Если свидетель показывает против ответчика в делах о личном оскорблении, грабежах, или по обязательствам из договоров займа, дальнейший порядок решения спора зависит от воли ответчика: либо он вступает в судебный поединок с послухом, либо, начав поединок, под присягой согласиться добровольно на уплату суммы иска. Истец в последнем случае считается выигравшим дело без принесения присяги, а ответчик обязан уплатить пошлины за судебный поединок и освобождается от наказания. Если ответчик до начала судебного поединка под присягой добровольно согласится на уплату суммы иска, он  платит пошлину судьям, а от уплаты пошлин за судебный поединок освобождается.

[49] Если ответчик, который должен участвовать в поединке со свидетелем, является престарелым, малолетним, имеющим увечья, или попом, или монахом, или монашкой, или женщиной, он может выставить наймита. Свидетель заменить себя наймитом не может.

Причиненные оправданной стороне или ее свидетелю убытки возмещаются признанным судом виновным.

[50] Если свидетель не явится в суд, независимо от того, мог ли он дать показания по делу или нет, с него взыскивается сумма иска и все убытки о пошлины. Если неявка свидетеля вызвана неверным указанием приставом срока, свидетель мог предъявить иск к приставу.

[51] Если свидетель дает показания против истца, последний признается проигравшим дело.

[52] Если истцом является женщина, или малолетний, или престарелый, или больной, или имеющим увечья, или поп, или монах, или монашка или свидетели будут давать показания против этих лиц, то такие лица могут нанять наймитов. Истец и послухи могут приносить присягу, а наймит обязан биться. Против чужого наймита истец или ответчик может выставить своего наймита либо биться сам.

[53] Если сторона вызовет другую через пристава в суд по делам об оскорблении словом или действием или по обязательствам из договоров займа и если обе стороны не захотят судиться, они могут примириться, доложив об этом судье. В этом случае судья не подвергает их продаже, взыскивая с них лишь езд и хоженое.

[54] Если наймит уйдет до окончания обусловленных работы или срока, он лишается своего вознаграждения.

[55] О займах. Если купец поедет торговать и займет у кого-либо деньги на товар, а в пути у него этот товар погибнет не по его вине – потонет, сгорит или будет отнят войском, то, выяснив дело, боярин приказывает дьяку великого князя выдать купцу грамоту об уплате суммы, взятой взаймы, в рассрочку и без процентов.

Если кто-либо, взяв что-нибудь для торговли, пропьет или погубит взятое без условий, не зависящих от воли человека, то он выдается истцу в холопство до отработки или уплаты долга.

[56] Холоп, попавший в плен к татарам и бежавший из плена, становится свободным, освобождаясь от холопства своему прежнему господина.

[57] О переходе крестьян. Крестьянам разрешается переходить из волости в волость, из села в село лишь в течение одного срока в году: за неделю до осеннего Юрьева дня. За пользование двором крестьяне платят в степной полосе рубль, а в лесной – полтину. Если крестьянин проживет у господина год, то при уходе он платит четверть  стоимости двора, если два года – половину стоимости двора, три года – три четверти, а за четыре года он уплачивает стоимость всего двора.

[58] Об иностранцах. При исках иностранцев друг к другу порядок решения спора устанавливается по воле ответчика: он может принести присягу в том, что он не виноват, или, присягнув, добровольно уплатить сумму иска. Причем истец получает уплачиваемое после принесения им присяги.

[59] Попа, дьякона, монаха, монахиню, церковного старосту и вдову, находящихся на иждивении церкви, судит святитель или его судья. Если судится светский человек с духовным, то суд должен состоять из духовных и светских представителей. Если вдова не находится на иждивении церкви, а живет своим хозяйством, она не подлежит духовному суду.

[60] Если человек умрет, не оставив завещания, то при отсутствии у него сыновей все его имущество и земля передается дочери, а при отсутствии дочери наследует ближний его рода. (…)

[62] О межах. Если кто-нибудь перепашет межу или повредит межевые знаки у боярина и монастыря на земле великого князя или у великого князя на боярской и монастырской земле, или у боярина на боярской или монастырской земле, или у монастыря на боярской земле, он подвергается битью кнутом и с него взыскивается рубль в пользу истца. Если перепашет или перекосит межу крестьянин у крестьянина своей же волости или села, то волостель или посельской взыскивает с виновного штраф в 2 алтына и вознаграждение в пользу потерпевшего от перепашки в зависимости от человека и количества перепаханного по своему усмотрению.

[63] Разбирательство дел о землях. По искам о земле боярина к боярину, монастыря к монастырю, боярина у монастырю или монастыря к боярину устанавливается исковая давность в три года. По искам о земле чернотяглого крестьянина к чернотяглому, или помещика к помещику, получивших землю от великого князя, или чернотяглого или сельского крестьянина к помещику, или помещика к чернотяглому или сельскому крестьянину также устанавливается исковая давность в три года. По искам о землях великого князя к боярам или монастырям устанавливается исковая давность в шесть лет. Спорные земли передаются до суда под наблюдение пристава.

[64] За пересмотр дел с виновного взыскивается пошлина в размере 2 гривен; с суммы иска меньше рубля пошлина не берется. Пошлина не берется с судных списков, с холопов и по земельным делам. Пошлина берется за каждый судебный поединок. Если кто-нибудь докажет, что судный список основан на ложных фактах, и потребует нового расследования, назначается пересмотр дела. В этом случае с виновного взыскивается подвойским пошлина в размере 4 денег.

[65] Если в городе будет два наместника или в волости два волостеля, они и их тиуны изыскивают пошлины, установленные Судебником, в размере, определенном на одного наместника, волостеля или тиуна, и взысканное делят пополам.

[66] О полной грамоте. Холопом становится человек, продавший себя в полное холопство, поступивший в тиуны или ключники в сельской местности, независимо от того, оговаривает он свою свободу или нет. Холопство распространяется на его жену и детей, живущих вместе с ним у одного господина. Дети, живущие у другого господина или самостоятельно, не становятся холопами. Поступление в ключники в городе не влечет за собой холопства.

Холопом становится тот, кто женится на рабыне, или выходит замуж за холопа, или передается в приданое или в силу завещания.

[67] О взятках и свидетельских показаниях. Надлежит объявить по рынкам в Москве, во всех городах Московской и Новгородской земли и во всех волостях о запрещении истцам и ответчикам обещать судьям и приставам взятки за разбирательство дела, а свидетелям давать показания, не зная дела, повелев им говорить правду. В случае обнаружения впоследствии ложности показания свидетеля с него взыскивается все убытки и расходы, понесенные потерпевшим.

[68] О пошлинах за судебный поединок. По прибытии на поединок окольничего дьяка они выясняют у истцов и ответчиков, кто является их стряпчими и поручниками. Установив это, они приказывают последним находиться у места проведения поединка, но без доспехов, дубин и жердей. Если у места проведения судебного поединка находятся посторонние люди, то окольничий и дьяк удаляют их. Если эти люди откажутся уйти, с них взыскивается вся сумма иска и пошлины, а сами они передаются на поруки и предаются суду великого князя.