Гендерная социализация

ИЗ КНИГИ – ВВЕДЕНИЯ В ГЕНДЕРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

(Изд-во Аспект-Пресс, М., 2005)



Ю.В. Градскова



ГЕНДЕРНАЯ СОЦИАЛИЗАЦИЯ



«Социализация» является одним из центральных понятий таких дисциплин, как социология, психология, политология. Хотя каждая из них вкладывает в это понятие особый смысл, в целом можно сказать, что под социализацией понимается совокупность всех социальных процессов, благодаря которым индивид усваивает социальный опыт и в результате общения и деятельности приобретает определенные нормы и ценности, позволяющие ему функционировать в качестве члена общества.

Данное понятие связано с категориями «статус» и «дифференциация». Во всех известных обществах существует неравенство (дифференциация) людей по отношению к богатству и власти. Поэтому социализация в конечном итоге становится процессом приобретения того или иного общественного статуса (скажем, студента, домохозяйки, рабочего). Статусы могут меняться в течение жизни, но их набор в жизни отдельного человека обычно ограничен. Наиболее легко при этом изменяется статус, связанный с возрастом (очевидно, что невозможно бесконечно поддерживать статус студента или «мамы малыша»), сложнее меняются статусы, связанные с обладанием богатством и знатностью, хотя и они при определенных условиях (продвижение по службе, женитьба, боевые заслуги, неожиданное наследство и т.д.) могут эволюционировать. Однако та «часть» статуса человека, которая определяется его принадлежностью к тому или иному полу, чаще всего бывает неизменной на протяжении всей жизни. Распределение в обществе статусов, связанных с полом человека, и их иерархия в социальном пространстве и получили название гендерной стратификации.

Данная глава учебного пособия посвящена конкретному аспекту социализации — усвоению и изменению различий в представлениях о статусах, нормах, ролях и ценностях, соответствующих биологическому полу индивида. Иными словами, нужно ответить на один из главных вопросов курса: как люди становятся «мужчинами» и «женщинами» и что это означает в разных культурах?




Биологический пол и гендерная идентичность



На первый взгляд, в основе иерархии статусов мужчин и женщин лежат их физиологические и психологические различия. Однако насколько существующая гендерная стратификация соответствует «природным» различиям мужчин и женщин, а насколько она является результатом воспитания и общественного регулирования? Начнем рассмотрение этого вопроса с понятия «биологический пол».

Исторически биологический пол индивида определялся по наружной форме гениталий и в соответствии с этим назначался гражданский пол, согласно с которым воспитывался ребенок. Между тем определение биологического пола не столь тривиальная процедура. В настоящее время учитываются не только внешние половые признаки, но и хромосомное и гормональное строение организма. В частности, отсутствие второй Х-хромосомы и ее замена Y-хромосомой ставит мужчину в биологически невыгодную позицию — у мужчин чаще встречаются заболевания, связанные с гормональным развитием, а некоторые из них (например, гемофилия или дальтонизм) свойственны только мужчинам.

В процессе развития зародыша происходит и дифференциация головного мозга, в связи с чем в период полового созревания мужской и женский организмы начинают вырабатывать соответствующие гормоны, под влиянием которых у подростков появляются вторичные половые признаки. Однако ни один из этих процессов не является односторонним. Например, гипоталамус, отдел промежуточного мозга, отвечающего за деятельность желез внутренней секреции и связь нервной и эндокринной систем, не только дифференцируется под влиянием мужских гормонов — андрогенов, но и сам может воздействовать на эндокринную систему.

С другой стороны, несмотря на биологические различия на всех трех уровнях, женский и мужской организмы с данной точки зрения идентичны по меньшей мере на 85%. Можно сказать, что сходства между мужским и женским организмами намного больше, чем различий.

В процессе развития человеческого организма каждая последующая дифференциация основывается на предыдущей. Поэтому половая принадлежность индивида даже в чисто биологическом смысле — сложная, многоуровневая система, складывающаяся в процессе индивидуального развития. Гендерный статус человека связан не только с биологическим полом, но и с его представлениями о своем поле, о том, что для него самого означает «быть женщиной» или «быть мужчиной». Эти представления и называются гендерной идентичностью.

Особенно показательными примерами сложной взаимозависимости между биологическим полом и гендерной идентичностью являются описания исследований гермафродитов.

Эксперименты американского исследователя Дж. Мани (60-е годы) показали, что в случаях нарушения соответствия между гормональными, хромосомными и внешними морфологическими особенностями организма развитие индивидов может происходить как по принципу преобладания воспитания, так и по принципу решающего воздействия половых гормонов. В первом случае, и 7 индивидов с женским хромосомным и гормональным полом мужскими гениталиями, четверо (после операции) воспитывались как девочки и сформировали женскую идентичность, а трое других воспитывались как мальчики и смогли развить в себе мужскую идентичность и сексуально функционировать как мужчины. В другом случае, однако, из 18 генетических мужчин, появившихся на свет с гениталиями, похожими на женские, и воспитанных как девочки, 16 осознали себя мужчинами и приняли мужскую идентичность.

Таким образом, совокупность биологических признаков пола можно рассматривать лишь как предпосылку отнесения индивида к тому или иному сообществу. Еще более показательным примером является описанный американским антропологом Гарольдом Гарфинкелем случай Агнес.

Агнес до 18-летнего возраста воспитывалась мальчиком — с рождения у нее были мужские гениталии. В 18-летнем возрасте она решила сменить пол, так как ощущала себя женщиной и мужчины были более привлекательны для нее как сексуальные партнеры. Однако после изменения биологического пола (хирургической операции) перед ней встала новая задача — стать женщиной, не имея «сертификатов женственности», т.е. не пройдя школу женского опыта. Она постоянно боялась, что ее «разоблачат». Этот пример показывает, что наличия биологических признаков и идентификации себя с «женщиной» оказалось недостаточно для подтверждения женского гендерного статуса. В настоящее время все большее количество исследователей приходят к выводу скорее о культурной, нежели биологической детерминации гендерной стратификации. Вследствие этого именно социализация — постижение в процессе взаимодействия с окружающим как прямых (выраженных в законах, нормах), так и косвенных (неявных, бессознательно усваиваемых из сказок, песен, жестов и т.д.) требований культуры по отношению к людям в связи с их биологическими признаками пола — дает ключ к решению проблемы гендера.



Стереотипы мужского и женского поведения в различных культурах



Из социологии и этнографии известно, что гендерные роли (набор ожидаемых образцов поведения для мужчины или женщины) распределяются в разных обществах не одинаково, а в зависимости от их экономического развития и общественного устройства. Психология же говорит о том, что далеко не все психические свойства мужчин и женщин зависят от их половой принадлежности.

В обществах, часто называемых «первобытными» или даже «примитивными», существовала развитая система женских и мужских ролей, а также сложные обряды и традиции обозначения мужского и женского пола. Мужчины и женщины строго различались по своей одежде, украшениям, стилю раскраски тела и т.д. Для включения подрастающего поколения в систему полоролевого разделения труда были выработаны сложные обряды инициации — посвящения в «мужчину» или «женщину».

Однако даже в регулируемом ритуалами обществе не все так просто. Во-первых, мужские и женские роли (а с ними и представления о том, что носитель каждой из них должен делать и каким быть) существенно варьировались от одного сообщества к другому.

На это обратила внимание антрополог Маргарет Мид. В работе «Пол и темперамент» (1935) она рассмотрела особенности общественных стереотипов, касающихся типично мужских и типично женских свойств у нескольких племен Новой Гвинеи. В результате исследования было установлено, что у племени арапешей и у мужчин и у женщин преобладали женские роли и ценились женские черты характера. Они совместно трудились и воспитывали детей. И мужчины и женщины второго племени — мундугоморов — отличались воинственностью и агрессивностью, причем мужчины племени могли вступать в брак со своими дочерьми, а матери — со своими сыновьями. У представителей племени тчамбули гендерные роли распределялись противоположно привычным нам: женщины ловили рыбу, занимались ткачеством, торговали; мужчины украшали себя и обдумывали праздничные церемонии.

Во-вторых, в этом обществе существовали люди, которые не вписывались в строгое полоролевое разделение. Так, в книге Игоря Кона «Лунный свет на заре» (1997) приводятся примеры института людей «среднего», или «промежуточного», пола, распространенного у 113 племен Северной Америки, народов Сибири и Дальнего востока (чукчи, алеуты и др.), Индонезии, Африки.

«Пяти-шестилетний мальчик зуньи, обнаруживший склонность к домашней работе и общению с женщинами, понятия не имеет об абстрактных нормах гендерного поведения, он просто проявляет свои естественные склонности. Однако его семья и община замечают это, и когда в 10—12 лет он выбирает себе одежду, он уже осознает символическое значение этого акта. Если бы не его природные склонности, зуньи бы не признали ребенка "двух-духовным"».

Современные исследования показывают, что любому из существовавших до сих пор человеческих обществ было присуще какое-то разделение труда между полами, специфические для мужчин и женщин виды деятельности и социальные функции. Однако гендерное разделение труда предполагает не просто дифференциацию тех или иных социальных функций, а определенную иерархию этих видов деятельности и категорий людей, которые их осуществляют. При этом мужские занятия вне зависимости от их содержания оказываются более престижными, чем женские. Почему это происходит?

Однозначного ответа на этот вопрос не существует. По мнению Кона, социальную зависимость женщин можно связать с биологической зависимостью женского организма от функций продолжения рода (беременность, рождение, кормление грудью), так как все эти функции препятствуют женщине удаляться далеко от своего жилища. Помимо этого можно выделить еще психологическую зависимость, которая возникает у девочек в процессе социализации, когда они наблюдают своих матерей и когда их обучают «домашней деятельности» в противоположность «внешней» активности мальчиков.

Однако разнообразие конкретных условий хозяйственной жизни способствует огромному многообразию гендерных иерархий в мире. По данным антрополога Ф. Фридль, и среди охотников-собирателей, и среди земледельческих народов относительное могущество женщины возрастает, если женщины участвуют в добывании пищи, а также во внедомашнем распределении и обмене благ. Отсюда она делает вывод, что местопребывание детей, распределение ответственности за выхаживание младенцев и т.п. зависит от отведенных обществом женщинам производственных задач, а не наоборот. Таким образом, набор желаемых черт для мальчиков и девочек, занятия и навыки, которым отводится центральное место в процессе образования и обучения, также будут различаться.



3. Теории и механизмы социализации



В современной социологии отсутствует однозначное мнение о формах и механизмах социализации. Все теории, однако, сходятся на том, что к важнейшим механизмам относятся идентификация и типизация. Первая из них предполагает имитацию ребенком поведения взрослых представителей своего пола, а вторая — активное участие взрослых в процессе воспитания, т.е. применение принципа поощрения и наказания. При этом мальчики поощряются за те поступки, которые в данном обществе принято считать мужскими, и осуждаются за женские («Ну что ты плачешь, ты же мальчик, а не девчонка!»). В свою очередь, девочки получают поощрение за то поведение, которое считается женским: к таковому относится аккуратность, внимание. Воспитанная в девочках с раннего детства привычка заботиться о других становится впоследствии отличительной чертой большинства женщин и потому представляется как бы врожденной. Известная феминистка К. Гиллиган в книге «Этика заботы» пишет, что женщины в Америке чаще жертвуют на благотворительность, покупают большую часть подарков и поздравительных открыток, и даже чаще улыбаются.

Социализация начинается раньше, чем мы привыкли считать. Чтобы доказать это, американский социолог Энтони Гидденс провел следующий опыт. Группе женщин был показан маленький ребенок, одетый в розовый чепчик и завернутый в розовое одеяло. Комментарии женщин записывались на пленку. Чаще всего среди них звучали такие: «какая миленькая!», «какой нежный голосок!», «просто красавица!». Затем этой группе женщин был показан ребенок, одетый в голубой чепчик и голубое одеяло. Среди записанных комментариев преобладали: «Сразу видно, будет сильный мужчина!», «Плачет смотрите как, басом! Добьется своего!». Удивлению женщин не было предела, когда после окончания эксперимента им объявили, что оба раза им был показан один и тот же ребенок.

Идентификация по принципу пола — одна из первых и наиболее устойчивых из всех, которые делает человек. Это происходит с 18 месяцев до трех лет. В 3-4 года ребенок определяет пол окружающих его людей по телесным признакам и поведенческим свойствам, но верит в его обратимость. В 6—7 лет происходит окончательное осознание своей половой принадлежности.

Существует множество теорий социализации. Одни не уделяют большого внимания различию в социализации мальчиков и девочек, в то время как другие ставят различия в приобретении мужской и женской идентичности в центр своего внимания.

Одна из наиболее известных теорий мужской и женской социализации — теория австрийского психолога Зигмунда Фрейда, подчеркивающая большое значение биологического фактора. По его мнению, на ранних этапах развития ребенка можно выделить три наиболее важные стадии, которые будут определять его психическое развитие и социальную адаптированность: оральную (до 1 года), анальную (1—3 года) и генитальную (4—6 лет). Основным психологическим механизмом усвоения гендерной роли является идентификация ребенка с родителями, а центральное место в формировании гендерной идентичности играют события генитальной стадии, когда мальчик начинает ассоциировать себя с отцом (на основании внешнего строения половых органов — наличия пениса). Мальчик в этом возрасте испытывает бессознательное половое влечение к матери и стремится устранить родителя одного с ним пола («Эдипов комплекс»). Девочка в это время осознает отсутствие пениса, с чем связывается ее ощущение ущербности (комплекс кастрации). Девочка понимает, что никогда не сможет уже стать такой, как отец, и должна поэтому смириться с ролью будущей матери. Мальчик, в свою очередь, тоже переживает комплекс кастрации — ощущение некой опасности, могущей лишить его существенного преимущества перед женщиной. Переживания генитальной стадии вызывают и у мальчиков и у девочек чувство вины и приводят к бессознательному конфликту. Разрешение этого конфликта ведет к формированию «правильной» гендерной идентичности.

Теория Фрейда подверглась обстоятельной критике как со стороны представителей других направлений в психологии, так и со стороны так называемого феминистского психоанализа. Так, например, было показано, что следование традиционным моделям поведения не является гарантией психологического благополучия ни для мужчин, ни для женщин: по данным Е. Маккоби и К. Джеклин, высокая феминность у женщин часто коррелирует с повышенной тревожностью и пониженным самоуважением. Дети, поведение которых строже всего соответствует требованиям их половой роли, часто отличаются более низким интеллектом и меньшими творческими способностями.

Другие подходы к проблеме приобретения гендерной идентичности были сформулированы в рамках теории социального научения французского психолога Жана Пиаже. Особое значение она придает механизму типизации — формированию «правильных» представлений о своем поле в результате активного воздействия родителей: выбор имени, различия в одежде и игрушках, поощрения и наказания. Однако и эта концепция оставляет в стороне множество моментов, представляя ребенка лишь как объект влияния родителей, не имеющий своего внутреннего мира и полностью изолированный от социального окружения (друзья, СМИ, другие взрослые и т.д.).

В последнее время разработаны новые теории гендерной социализации, стремящиеся преодолеть недостатки более ранних теорий. Американский психолог Нанси Чадороу, например, создала на базе психоанализа свою теорию с акцентом на том, что на генитальной стадии развития наибольшие сложности и страдания испытывают мальчики, а не девочки. Это связано с тем, что первоначально все дети идентифицируют себя со своей матерью, лишь в возрасте 4—6 лет мальчики оказываются вынужденными, сменить идентификацию, что приводит к таким проблемам, как их гиперактивность, неусидчивость, большая подверженность заболеваниям. В то же время развитие девочек, которые постепенно лишь укрепляются в первоначально выбранной идентификации, оказывается более спокойным и стабильным.

Сандра Бем предположила, что усвоение гендерной идентичности происходит успешно не только в том случае, если приобретается идентичность, соответствующая «своему» (биологическому) полу, но и когда в результате социализации индивиды, как женщины, так и мужчины, приобретают смешанные, андрогинные черты (успешное сочетание как традиционно мужских, так и традиционно женских качеств). В 1974 г. она предложила тест измерения максимального психологического благополучия, исходя из) соответствия личности маскулинному, феминному или андрогинному типу. В результате проведенных экспериментов было выяснено, что наиболее благополучными являются индивиды обоего пола с высокой степенью маскулинности, меньшее подтверждение получила андрогинная модель.

Несмотря на невозможность в настоящее время сделать однозначные выводы о содержании этапов приобретения женской или мужской идентификации, очевидно, что процесс этот сложен и многообразен. На сроки и формы его протекания влияет неповторимое в каждом отдельном случае сочетание внешних по отношению к индивиду факторов — институтов социализации.



4. Институты социализации



Группы или отдельные личности, которые оказывают преобладающее влияние на формирование норм и ценностей подрастающего человека, называются институтами социализации. К ним относятся семья, школа, внешкольные детские общественные и религиозные организации, сверстники, средства массовой информации.

Семья. Многочисленные современные исследования мальчиков и девочек подтверждают важность первых (и часто неосознанных) установок родителей по отношению к ребенку в зависимости от его пола. Именно в семье закладываются основные группы гендерных стереотипов. К таким стереотипам относят те или иные психологические характеристики (качества), которые приписываются ребенку в зависимости от его/ее биологического пола (например, мужчины агрессивны, независимы, самоуверенны; женщины — эмоциональны, покорны, нежны). Еще одной группой стереотипов является закрепление семейных и профессиональных ролей в соответствии с полом (для женщин признаются важными семейные роли, а для мужчин — профессиональные).

Выше мы уже приводили пример различного отношения к девочкам и мальчикам начиная с первых дней жизни. Еще один пример приведен в работе Людмилы Поповой, исследовавшей проблемы одаренных девочек:

«В ходе социализации с момента рождения, начиная с маминой реакции на крик, с постоянного желания держать дочку как можно ближе к себе, на вербальном и невербальном уровне девочке внушается неуверенность в своих возможностях справиться с ситуацией, необходимость в опоре, поддержке другого человека... Таким образом, уверенность в себе, внутренний контроль не становятся значимыми ценностными ориентациями: девочка, девушка, женщина часто сомневается в том, что она может и должна делать».

Исторически во многих европейских культурах считалось, что мать должна уделять максимальное внимание ребенку в первые годы его жизни, в то время как отец в большей степени отвечает за социализацию более взрослых детей. Также известно, что чаще всего матери предпочитают непрямые формы воздействия, а отцы в большей степени ориентированы на физические наказания. Пример родителей, их экономические и эмоциональные взаимоотношения друг с другом, формы распределения домашних обязанностей также влияют на процесс идентификации, способствуя формированию сложной, а нередко и противоречивой картины представления о своем и «не своем» гендере.

Однако сколь неизбежной ни казалась бы передача гендерных стереотипов в семье, именно здесь заложены огромные возможности для формирования благополучной и сбалансированной в гендерном отношении личности. Например, имеются данные о том, что и в течение двух первых лет жизни у мальчиков развивается! устойчивая привязанность к отцу, если он проявляет заботу о сыне. Увеличение разнообразия игрушек у девочки, замена части кукол развивающими конструкторами и играми способствуют улучшению ее логического мышления, а следовательно, и повышению уверенности в себе, увеличению возможностей профессиональной го роста.

Необходимо обратить внимание и на тот факт, что выводы западных авторов строятся на основе исследований семьи, включающей в себя преимущественно представителей двух поколений — детей и родителей. При обращении к российской действительности необходимо учесть и такой (к сожалению, малоизученный) фактор семейного воспитания, как бабушка. Более чем в половине российских семей оба родителя работают, поэтому роль бабушки весьма) специфична: она оказывается транслятором народной культуры.

Школа. Несмотря на существование единой школьной системы, с едиными общими требованиями к знаниям и поведению мальчиков и девочек, можно заметить значительные различия в предлагаемых в школьной литературе образцах поведения для мальчиков и девочек, а также в конкретном отношении педагогов к представителям двух полов.

Так, Л. Попова на основании проведенного исследования показала, что у большинства педагогов существуют базирующиеся на культурных стереотипах установки в отношении таких присущих девочкам качеств, как «усидчивость», «внимательность», «стремление к зазубриванию материала», и в свою очередь уверенность в том, что мальчикам присущи такие качества, как «небрежность», «сообразительность», «склонность к построению логических цепочек». Следствием этого является меньшая требовательность к дисциплине мальчиков в сочетании с предоставлением им больших возможностей для обдумывания ответа. От девочек обычно ожидается повышенная аккуратность в письменных работах, им предоставляется меньше времени на обдумывание при ответе на устные вопросы.

Не меньшее значение имеет сама организация учебного процесса в школе (кому — мальчикам или девочкам чаще поручают раздавать тетради или мыть пол) и особенно оформление школьных учебников. Казалось бы, подача материала в школьных учебниках является гендерно-нейтральной, однако даже в учебниках по точным наукам можно встретить стереотипные представления о женских и мужских ролях. В статье Л. Поповой и Н. Орешкиной, проанализировавших в 1995 г. российские учебники для начальной школы, говорится:

«На иллюстрациях в 66% изображены только мальчики и мужчины, тогда как только девочки и женщины присутствуют на 13,6% картинок. ...В подавляющем числе иллюстраций, рассказов, упражнений женские персонажи наделены стереотипными характеристиками — их спасают, защищают, поучают».

Сверстники. Данному фактору гендерной социализации пока уделяется меньшее внимание, чем влиянию семьи и школы. Вместе с тем очевидно, что девочка/мальчик стремится быть принятой(ым) не только родителями, но и сверстниками, а это принятие непосредственно связано с усвоением распространенных в той или иной группе гендерных норм и стереотипов.

В подростковом возрасте, когда авторитет родителей несколько меркнет, наиболее важными субъектами для подражания и определения «норм» жизни становятся сверстники. Нередко многие мальчики мечтают стать «крутыми», на деле утверждая себя в этой Роли употреблением спиртного и курением.

В результате взаимодействия указанных выше институтов социализации к 17—18 годам формируется индивид, который не просто идентифицирует себя с мужчиной или женщиной, но и уверен в том, как он должен вести себя в различных обстоятельствах (и как должны относиться к нему представители противоположного пола) в качестве мужчины или женщины. Иными словами, в результате социализации индивид приобретает определенный набор гендерных ролей и стереотипов. По мнению большинства современных социологов, социализация человека на этом не заканчивается, она продолжается, правда с меньшей интенсивностью, в течение всей жизни. По мере приобретения жизненного опыта мужчины и женщины могут в значительной степени изменить свои представления о маскулинности/феминности и скорректировать свое поведение. Большую роль в этом процессе, называемом процессом ресоциализации, могут сыграть такие факторы, как путешествия, вступление в брак, членство в политической или общественной организации. Ярким примером подобной ресоциализации может служить массовое изменение представлений о женской судьбе, отраженное в советских фильмах 30-х годов, главные героини которых совершают головокружительный скачок от покорной мужу неграмотной крестьянки к руководителю колхоза или депутату.