Судебно-психологическая экспертиза

2



Оглавление



Введение

1. Психологические основы судебного процесса по уголовным и гражданским делам

2. Судебно-психологичекая экспертиза

Заключение

Использованная литература


Введение



Судебная деятельность как процесс реализации правосудия по уголовным и гражданским делам наполнена глубоким психологическим содержанием. Это обусловлено тем, что с одной стороны, действуют основополагающие принципы судопроизводства (гласность, коллегиальность, непосредственность и непрерывность судебного разбирательства, неизменность состава и суда и состязательный характер процесса познания по делу, независимость судей с подчинением их только закону, принятое групповое решения жюри присяжных), а с другой стороны – влияет обстановка в зале судебного заседания, сама процедура исследования доказательств и вынесения приговора (тактика допроса свидетелей, изучение вещественных доказательств, материалов дополнительной или повторной экспертизы, судебного прения и пр.). Все это активно влияет как на раскрытие индивидуально психологических особенностей всех участников судебного процесса (судьи, прокурора, защитников, потерпевшего, свидетелей, подсудимого, судебной аудитории), так и на проявление специфических социально – психологических феноменов, связанных с закономерностями межличностного и группового взаимодействия людей. 


1. Психологические основы судебного процесса по уголовным и гражданским делам



Судебная психология – раздел юридической психологии, где изучаются психологические аспекты судебного разбирательства, проблемы судебно – психологической экспертизы. 

Судебная психология в качестве предмета включает изучение психологических фактов, закономерностей и механизмов, влияющих на осуществление судебного процесса и соответственно проявление активности всех лиц, в нем участвующих, а также разработку научно обоснованных рекомендаций по повышению эффективности правосудия. 

При любом виде дел процесс познания в суде, как правило, проводится открыто и состязательно, судья должен создать все необходимые условия для глубокого и всестороннего познавательного исследования доказательств в соответствии с требованиями процессуального законодательства (УПК, ГПК). Как председательствующий он обязан для установления истины:

- проявлять максимум внимательности, активно воспринимать и запоминать информацию;

- задавать только логически продуманные, этически выдержанные вопросы;

- активно устранять попытки внушающего или манипулятивного воздействия на участников процесса, чтобы вызвать у них психические состояния, которые могут вести к даче ложных показаний.

Существенную помощь суду в объективном исследовании доказательств различных обстоятельств дела может оказать психологически грамотное проведение допроса, в том числе с участием в нём в качестве наблюдателей экспертов-психологов. Данные специалисты могут обратить внимание судей и сторон правосудия на проявления субъективных искажений в восприятии, сохранении и репродукции конкретных обстоятельств разбираемых событий, на выявление бессознательных заблуждений и сознательной лжи.

При всех формах допроса обвиняемого для их успешного проведения используются тактические подходы и психотехнические приемы, разработанные судебной психологией и криминалистикой на основе обобщения эффективной судебной практики. Наиболее часто используются такие приемы, как сопоставление, уточнение, детализация, (конкретизация), контроль, напоминание, наглядность. 

При допросе обвиняемого всегда важным является не то, чтобы он подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии, а актуально, чтобы им на суде были даны объективно правильные показания по делу. В этой связи, несмотря на характер поведения подсудимого, связанный с признанием или нет им вины, общая тактическая схема допроса должна строиться по следующему алгоритму: установление психологического контакта, от нейтральных фактов к узловым обстоятельствам дела в ходе свободного рассказа и далее к перекрестному или «шахматному» допросу. Поэтому только на заключительных этапах используется постановка перед подсудимым неожиданных вопросов или вопросов «издалека», по форме кажущихся несущественными, но все дальше и глубже заводящих подсудимого в «ловушку», пока он не окажется в затруднении в силу противоречивости данных им же самим показаний, - эти и другие приемы позволяют судьям и прокурорам вскрывать ложность даваемых показаний и изменять подсудимому свою позицию в части освещения тех или иных обстоятельств рассматриваемого дела. Это происходит потому что, что постановка перед подсудимым с учетом особенностей его личности и текущего психологического состояния детальных вопросов, ответы на которые не были ни им, ни его защитником заранее продуманы, а также вопросов, направленность которых ему не ясна, всегда затрудняет быстрое ориентирование, не позволяет должным образом продумать и дать выгодный для себя ответ. Полезным для выявления лжи является также проведение в суде дополнительного и повторного допросов, которые позволяют тщательно конкретизировать и детализировать, уточнить и сопоставить показания.

Существует психологическая специфика и в допросе свидетелей и потерпевших. Так, учитывая, что при судебном разбирательстве показания вновь даются, как правило, после значительного промежутка времени от первичного допроса на предварительном следствии, а так же в условиях гласности, обусловленной присутствием судебной аудитории, то суду требуется учитывать возможные искажения: или из-за процесса забывания, присущего человеческой памяти, или из-за особенностей ролевого личностного поведения (например, феномена «публичности поведения»). В этой связи, если свидетели не могут вспомнить какие-либо интересующие суд факты, то их с учётом закономерностей функционирования памяти (ретроактивное проактивное торможение) следует допрашивать с учётом обстоятельств, непосредственно предшествовавших этим фактам или следовавших за ними. В случае же ролевого поведения свидетелей, потерпевших, которые не хотят предстать перед судебной аудиторией в «неприглядном виде», их избранные поведенческие стереотипы могут быть разрушены за счёт тактики и приёмов ведения перекрестного или «шахматного» допроса, а так же убеждения в важности следования гражданскому долгу, нравственным и общечеловеческим ценностям.

Особую сложность представляет и допрос малолетних и несовершеннолетних свидетелей и потерпевших. Малейшие нарушения в тактике допроса (его затяжной характер, влияние внушающих воздействий и пр.), а также несоблюдение его процессуальных прав (например, возможности присутствия родителей, воспитателей) может вести к неадекватностям в показаниях или даже ложно-ситуативной интерпретации интересующих суд фактов.

Планирование и организация судебной деятельности носит творческий характер, состоящий в выборе наиболее эффективных процессуальных действий, их систем, степени и последовательности использования. 



2. Судебно-психологическая экспертиза



Судебно-психологическая экспертиза (СПЭ) – это специальное психологическое исследование, проводимое сведущим лицом – психологом – в отношении человека или ситуации. СПЭ назначается определением суда (судьи) при наличии общего (процессуального) и специального (психологического) оснований для получения судебного доказательства по делу, а именно заключение эксперта-психолога.

СПЭ обычно является комплексным психологическим исследованием с использованием весьма широкого перечня методов. В каждом отдельном случае выбор методов исследования определяется характером поставленных судом перед экспертизой вопросов.

В процессуально-содержательном плане различают следующие типы экспертиз:

1) по месту проведения (амбулаторная, стационарная, в суде);

2) по формально-процессуальному аспекту (первичная, дополнительная, повторная);

3) по процессуальному положению подэкспертного (экспертиза обвиняемого, экспертиза потерпевшего, экспертиза свидетелей и т.д.).

Результаты экспертной работы (в том числе и комиссионного характера) оформляются в виде заключений (или актов), которые должны включать в себя: введение, описание результатов исследования и их обсуждение с формулировкой ответов на вопросы, поставленные судом перед экспертизой. Во введении указывается время и место проведения СПЭ, дается ссылка на постановление органа, явившееся основанием для проведения экспертизы, указывается фамилия и судебный статус подэкспертного, а также краткие обстоятельства дела. Далее перечисляются источники сведений, использованных экспертизой: изученные материалы дела, методы клинико-психологического, психодиагностического и экспериментального исследований. Этот раздел имеет важное процессуальное значение, т.к. доказательную силу результаты экспертизы получают только в том случае, если для их получения были использованы специфические, только данному виду экспертизы присущие методы исследования.

Изложение результатов экспертизы традиционно начинается с данных психогеографического исследования, подчеркивая те сведения, которые имеют непосредственное отношение к решению поставленных судом перед экспертом вопросов. Формулировка ответов на поставленные вопросы должна осуществляться на основе результатов конкретного обследования и делаться в целенаправленной форме, закономерно отражающей все предшествующие обсуждения и не вызывающей сомнений в резюмирующем обобщении.

С целью установления истины в судопроизводстве чаще всего назначаются следующие виды СПЭ, учитывающие специфику субъектного состава дел:

1) экспертиза по установлению эмоциональных состояний;

2) экспертиза по выявлению способностей стороны в полной мере осознавать значение своих действий и/или в полной мере руководить ими;

3) экспертиза по определению способностей потерпевших, свидетелей правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них правильные объяснения, показания;

4) экспертиза по определению личностных особенностей сторон в деле (психологическое портретирование);

5) исследование особенностей профессионального функционирования людей в человеко – машинных системах;

6) экспертиза по определению содержания и иерархии основных мотивационных линий личности;

7) экспертиза по наличию или отсутствию у лица в период, предшествующий смерти, психического состояния, предрасполагавшего к самоубийству.

В связи с тем, что по многим из указанных видов экспертиз в контексте конкретного типа дел (уголовных, гражданских и пр.) еще существует ряд дискуссий методолого – теоретического и методологического характера (например, какие именно задачи могут и должны решать СГТЭ; как соотносить данные СПЭ с категориями, используемыми в законах и др.), то остановимся на практике проведения конкретных психологических экспертиз в суде более подробно. 

В отношении первого из указанных видов экспертизы – установления эмоциональных состояний – споры среди юристов и психологов ведутся, прежде всего, в аспекте сути правового термина «состояние внезапно возникшего волнения» (ст. 104, ПО УК РФ). Так, юристы обычно настаивают на необходимости исследования возможности возникновения лишь в момент преступления у человека состояния аффекта - внезапно возникающего кратковременного состояния крайнего психического перевозбуждения и бурных реакций, характеризующихся сужением сознания. Психологи же считают, что, помимо различных типов аффектов, следует исследовать возможное наличие других негативных эмоциональных состояний (дистресс, флустрация, кризис и пр.), которые могут влиять на способности человека к осознанию своих действий и управлению ими. 

На различных стадиях исследования/установления так называемых фактов первой и второй степени должны решаться следующие задачи:

- выявление предрасположенностей к аффекту, основных, связанных со сложившимися свойствами личности, и актуальных, вызванных имевшимся неблагоприятным функциональным психофизиологическим состоянием (из-за постоянной интоксикации, переутомления, эмоционального потрясения, бессонницы и пр.);

- определение вида воздействия внешнего раздражителя (например, провоцирующих действий потерпевшего) и в целом роли окружающей среды как фактора поведения;

- анализ действий субъекта во время возникновения негативного эмоционального состояния и после него;

- анализ отношения самого действовавшего лица к своим действиям.

Решение этих задач позволяет эксперту – психологу сделать выводы и о том, повлияло ли (и если да, то каким образом) эмоциональное состояние на способность лица в конкретной ситуации осознавать фактическое содержание своих действий и на его возможности в полной мере осознанно руководить ими. В случае установления состояния физиологического аффекта подэкспертный признается судом вменяемым и соответственно несущим юридическую ответственность. В случае обнаружения патологического аффекта требуется дополнительная судебная экспертиза, чтобы выявить лежащие в его основе психопатологические изменения личности (например, маниакально – депрессивный синдром, различные навязчивые идеи, осознаваемые субъективно как реальные, и пр.). При обнаружении аномального аффекта, вызванного патологически измененными закономерностями развития из-за определенных внешний воздействий (алкоголь, наркотики, интоксикация), уже требуется проводить комплексную психолого – психиатрическую экспертизу.

При установлении в СПЭ других эмоциональных состояний (например, дистресса, кризиса, флустрации и пр) эксперт может воспользоваться правом экспертной инициативы (ст.77 ГПК), чтобы профессионально квалифицировать и их возможные негативные последствия в плане влияний на способность лица в определенной мере отдавать отчет в своих действиях и сознательно руководить ими. 

При назначении судом второго из указанных выше видов экспертизы – в отношении установления способности испытуемого (например, как взрослого, так и несовершеннолетнего) в полной мере осознавать значение своих действий и/или в полной мере руководить ими – на разрешение эксперту обычно ставятся следующие вопросы:

- не характеризуется ли испытуемый отставанием в психическом развитии, не связанном с патологией психики;

- имеются ли у него иные (и какие именно) особенности в развитии эмоционально – волевой и других сфер личности (например, повышенная внушаемость, склонность к фантазированию и пр).

В практике СГТЭ часто возникают случаи необходимости исследовать способности потерпевших правильно воспринимать характер и значение совершенных с ними действий и оказывать сопротивление. Жертв изнасилования можно при СПЭ относить к следующим трем специфическим группам:

1) группе случайных жертв (здесь всегда есть определенная оборонная позиция по отношению к агрессору);

2) группе неосознанно провоцирующих сексуальное поведение преступника (это женщины, легко устанавливающие случайные знакомства, демонстрирующие при общении личную сексуальную опытность, но застигнутые врасплох развитием событий);

3) группе жертв, сознательно провоцирующих сексуальное поведение преступника с предполагаемой целью в последний момент выйти из сложившейся ситуации (но это им, однако, часто сделать не удается).

Психологически обоснованное (после результатов специального обследования) отнесение взрослых потерпевших по делам об изнасиловании к одной из указанных групп предоставляют суду возможность более адекватно вскрывать истину.

Более сложный характер носит экспертиза несовершеннолетних потерпевших, т.к. здесь требуется глубоко изучить как возрастные особенности психики жертвы, так и осуществить тщательный анализ особенностей воспитания, уровня осведомленности в области половых отношений и понимания их социально – биологического значения. Однако даже самое полное понимание несовершеннолетней потерпевшей характера и значения совершаемых с ней действий не говорит о столь же полной способности оказывать сопротивление. В этом отношении первостепенное значение имеют исследования эмоционально – волевой сферы потерпевшей, ее способности противостоять ситуации угрозы, психологического давления и т.д.

Центральными вопросами третьего из вышеуказанных видов экспертизы – установления способности лица (стороны, свидетеля) правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них правильные объяснения, показания - выступают следующие: 

- какими индивидуальными сенсорными (т.е. органов чувств), а также иными психофизиологическими и личностными особенностями характеризуется испытуемый;

- мог ли он с учетом выявленных особенностей в данной ситуации восприятия адекватно воспринимать и оценивать имеющие значение для дела конкретные обстоятельства;

- обладает ли субъект требуемой чувствительностью определенных органов чувств (например, зрения, слуха и т.д.), чтобы воспринимать определенные раздражители;

- если испытуемый страдает каким – либо сенсорным нарушением, компенсирует ли его другие полноценные органы чувств, и если, компенсируют, то позволяют ли они правильно воспринимать интересующее суд обстоятельство;

- имеются ли у лица другие психофизиологические особенности, влияющие на правильность восприятия, запоминания и воспроизведения информации, и если имеются, то каково это влияние на каждый из названных механизмов обработки информации (восприятие, запоминание, воспроизведение);

- мог ли испытуемый, с учетом выявленных психофизиологических, сенсорных и личностных особенностей, давать правильные объяснения (показания) по обстоятельствам, интересующим суд.

Ответы на приведенные вопросы, полученные в ходе судебно – психологической экспертизы, являются, с одной стороны, своеобразным выводом о доказательной силе полученных при судебном разбирательстве объяснений или показаний, а с другой – заключением о способности испытуемого правильно воспринимать внутреннее содержание события, действия (понимать его значение). В отношении последнего суд (особенно гражданский) при рассмотрении механизма восприятия происходившего свидетелем должен принимать во внимание возможное проявление феномена «атрибуции (т.е. приписывания) ответственности». В его основе лежат факторы личностного или ситуационного сходства наблюдателя (свидетеля) с причинителем ущерба. Так, если свидетель не исключает личностного сходства с последним (причем неважно по каким критериям – возрасту, полу, манере поведения, взглядам и пр.), то свидетель склонен причинение вреда случайности, а не винить в это м действовавшего субъекта, т.е. он к нему становится как бы снисходительным. Совершенно обратным будет оценочный результат при наличии ситуационного сходства (т.е. свидетель осознает нечуждость и для ситуации, в которой был причинен ущерб и в которой он сам мог тоже отказаться), а поэтому свидетель приписывает действовавшему субъекту большую ответственность. 

Раскрытый выше механизм проявления симпатии (сочувствия) или приписывания большей ответственности свидетелем к деятелю, совершившему правонарушение, ослабевает по мере роста серьезности причиняемых последствий.

Четвертый из указанных видов экспертизы – исследование личностных особенностей – направлен на воссоздание общего психологического портрета личности сторон. Эксперт на основе диагностического и библиографического обследования испытуемых характеризует их личностные особенности (ценностно – мотивационные, познавательные, эмоционально – волевые, коммуникативные и прочие), которые могут влиять как на способы принятия решений (в том числе и конфликтных, экстремальных и других ситуациях), так и в целом на поведение. Такого рода экспертиза может давать полезный доказательный материал, прежде всего, по таким делам, которые требуют учета личности сторон. Например, в гражданском судопроизводстве последнее актуально при квалификации спорного правоотношения при оценке прав по делам, затрагивающим брачно-семейные конфликтные взаимоотношения, о разрешении споров о праве на воспитание детей и т.д.

Пятый вид экспертизы, связанный с выполнением профессиональных функций в области управления современной техникой, решает следующие основные вопросы:

- о наличие испытуемого в момент выполнения указанных функций специфического психического состояния (операционального стресса, эмоциональной психической напряженности и пр.);

- о психологических особенностях воздействовавшей на испытуемого профессиональной ситуации;

- об особенностях функционирования познавательной сферы испытуемого в конкретной ситуации (имелись ли индивидуальные возможности для реагирования, выработки решения и т.д.);

- о специфике проявления волевых процессов в конкретной профессиональной ситуации действия (способность реализовать принятое решение собственными волевыми усилиями, способности к осознанному и последовательному выполнению намеченного и т.д.)

В практике судебно – психологических экспертиз прежде всего наследуются случаи возможности возникновения различных психических волнений, препятствующих нормальному осуществлению профессиональных функций в атомной энергетике, авиации, на автомобильном, водном и железнодорожном транспорте, в работе операторов АСУ и т.д. Здесь важным является выяснение сведений о степени профессиональной подготовленности, эмоциональной устойчивости, самообладании, смелости, решительности и т.д.

В рамках данного вида экспертиз часто приходится решать вопрос об обоснованности риска. Поэтому при экспертном исследовании всегда должны, во – первых, устанавливаться цель рискованного поведения и ее соответствие общественным ценностям, а во- вторых, оцениваться способность субъекта с учетом интеллектуальных и характерологических особенностей к достаточно полному осмыслению ситуации, возможностей ее развития и ожидаемых последствий.

Шестой из указанных видов экспертизы – по определению содержания и иерархии основных мотивационных линий личности – предполагает ответы на следующие вопросы:

- какова психологическая структура основных побуждений личности (ценности, идеалы, смыслы, потребности, мотивы, установки и т.п.);

- какова была направленность мотивационной сферы личности по действию в интересующей суд той или иной ситуации.

Результаты данного исследования могут иметь определенное доказательственное значение при выявлении судом форм вины и их отграничения друг от друга (простая неосторожность, грубая неосторожность, умысел). Однако предлагаемый экспертом- психологом вывод по мотивации испытуемого - это лишь раскрытие психологической стороны мотивации, а поэтому в суде юристы должны его перекодировать в терминологию мотива как социально – оценочной категории, с помощью которой поведение (уже совершенные действия) оценивается в ретроспективе как позитивное или негативное с юридической точки зрения. Последнее – процесс достаточно гносеологически сложный, т.к. при целостном функционировании мотивационной сферы из раскрытой в заключении эксперта структуры мотивации трудно выбрать единственный мотивационный фактор, ведущий к противоправному деянию.

Седьмой вид экспертизы, связанный с самоубийством, обычно назначается в том случае, когда требуется проанализировать поведение лиц, состояния психики которых до смерти не вызывали сомнения в их психологической полноценности и не сопровождались каким – либо образом демонстрируемым желанием покончить с жизнью. Достаточно наглядный пример сложности подобного типа экспертиз приводится: «Мать 12-летнего мальчика, вернувшись с работы, обнаружила труп сына, висящий на брючном ремне на ручке кухонной двери. Отношения в семье были неконфликтными, психических отклонений у мальчика не наблюдалось. Изучение материалов дела, а также личностное – биографическое исследование позволило эксперту установить, что мальчик в последнее время был охвачен желанием развить в себе сильную волю, но, по-детски воспринимая возможность самовоспитания, совершил опасные для жизни действия. Следствием одного из таких опытов по воспитанию сильной воли и стала случайная смерть».

Крайне важна роль данной СПЭ при разбирательстве в суде (а часто уже на предварительном следствии) случаев тщательной инсценировки убийства под самоубийство. Здесь вопрос о психическом состоянии лица перед смертью нередко является ключевым для расширения зоны поиска и обоснованности различных судебных версий.




Заключение



Рассмотренные виды СПЭ, естественно, не исчерпывают весь их реальный реестр. Так, в последние годы в мировой практике судом все чаще стали назначаться экспертизы для решения таких вопросов, как эмоциональное и интеллектуальное воздействие на зрительную аудиторию (особенное на детей и подростков) фильмов ужасов, боевиков или порно фильмов. Это актуально в тех случаях, когда к уголовной ответственности привлекаются лица, которые создают, демонстрируют подобные фильмы или занимаются их распространением. В отечественной практике в последнее время возрастает востребованность на проведение и таких видов СПЭ, как экспертиза социально – психологических особенностей членов преступной группы, психолингвинистическая экспертиза и др. Представляется, что с расширением правовой практики и дальнейшим развитием психологической науки будут углубляться и перспективы применения как в целом судебно – психологической экспертизы, так и использования в ней более разнообразных методов психологического исследования.


Использованная литература



1. Юдина Е.В. Юридическая психология. М., 2005 г;

2. Шиханцов Г.Г. Юридическая психология. М., 1998 г;

3. Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 2000 г;

4. Дулов М.И. Судебная психология. М., 2006г;

5. Матвиенко Е.А. Судебная речь. М., 2005 г;

6. Столяренко Л.Д. Основы психологии. М., 2004 г;

7. Коченков М.М. Судебно – психологическая экспертиза. М., 2005 г

2