Перепев

Перепев 

Перепев – комический литературный жанр, в произведениях которого для сатирического, реже юмористического описания явлений современной действительности авторы используют резко несоответствующие им литературные формы, заимствованные из широко известных, классических сочинений.

Жанр П. был впервые выделен и описан русскими филологами XX в. Было замечено, что среди многочисленных произведений, традиционно относимых к жанру пародии, значительную долю составляют те, в которых при комической имитации формы сочинения-источника его идейно-тематические и стилистические особенности, а также фигура его автора осмеянию (которого следовало бы ожидать) не подвергаются. Например: “Узнают людей коронных / По кокардам и усам,/ Старых пьяниц забубенных - / По краснеющим носам, / А писак низкопоклонных – / По журнальным похвалам” (Б.Алмазов, “Из Анакреона”). Очевидно, что автор не преследовал цель “снизить”, осмеять одноименное пушкинское стихотворение; он совершал сатирический выпад в сторону отрицательных черт жизни русского общества середины XIX в.

С пушкинским взглядом на пародию как на “искусство подделываться под слог известных писателей” (ст. “Англия есть отечество карикатуры и пародии”) можно идентифицировать не только взгляды отечественных филологов XIX в., но и консервативные представления об этом жанре, сохраняющиеся в современной зарубежной науке. Ю.Тынянов был первым, кто, рассматривая вопрос о границах жанра пародии, выступил против “формальных аналогий” как принципа классификации пародии и смежных с нею явлений и предложил разграничение их по “функциональному признаку”, по “направленности”. Направленность смеха на источник стилистической имитации он обозначил термином “пародийность”, а внелитературную направленность – термином “пародичность”, которая есть “применение пародических форм в непародийной функции” (ст. “О пародии”).

Пародические произведения наука 1920-1930 гг. именовала “политическими пародиями”, “перифразами”, “пародическими использованиями”, но позднее в ней утвердился предложенный И.Ямпольским термин “П.”.

Сочинения в жанре П. отличны от пародий не только тем, что не задевают смехом имитируемые образцы. Если пародист создает комический художественный образ чужого стиля, то автор П. “фотографирует” чужой стиль, достигает комического эффекта механическим присоединением к собственному словарю “осколков” цитат из широко известного текста. Цель пародии – в гиперболизирующем “снижении” черт оригинала, цель П. – в подтверждении “высоты” источника, в опоре на эту “высоту”. 

Неслучайно при создании П. писатели обращаются к наиболее популярным, “хрестоматийным” произведениям: читатели опознают каждое из них как эталон, а “полуцитаты”, аллюзии обращают читателей к смыслу копируемого произведения. Невольно соотнося известные литературные образы с теми новыми, что представлены в П., читатель вынужден судить о сатирически изображенной действительности в соответствии с законами того мира, который был создан, может быть, даже вымышлен, автором классического сочинения. Современность оказывается “сниженной” перед лицом прошлого.

Последнее сближает П. с травестией. Но травестия, в отличие от П., всегда “снижает” свой образец; стилистическая манера автора источника в ней не “дополняется” описывающей новые реалии лексикой, а в целом подменяется. Направленность комизма в травестии не имеет яркого выражения: она задевает смехом как изображаемую современность, так и объект имитации. П. соотносим и с бурлеском. В бурлеске пародически используются жанр или стиль, которые были или являются широко распространенными, в то время как П. пародически воспроизводит форму конкретного литературного произведения.

История жанра П. в русской литературе началась в XVIII в. с “Переложения псалма Ломоносова” И.Хемницера, в котором сатирик воспроизвел ломоносовское “Преложение псалма 14” почти дословно, изменив лишь отдельные слова таким образом, чтобы пафос известного стихотворения обернулся сатирой на нравы русского общества. На рубеже XVIII-XIX вв. пользуются популярностью пародические оды С.Марина, являющиеся перелицовками од Ломоносова и Державина; особенную известность приобрела разошедшаяся по Петербургу в списках “Пародия на оду 9-ю Ломоносова, выбранную из Иова” (1801), сатирически описывавшая военные порядки при Павле I. 

Эти пародические сочинения, демонстрирующие новый способ перелицовки, стали образцами для авторов тех П. “зависимого” типа, что появились в начале XIX в. В “зависимом” П. стиховая форма, как правило, не подвергается изменению, исходные грамматико-синтаксические связи внутри каждого стиха обычно сохраняются, в каждой строке новая лексика лишь дополняет “неполные” цитаты из чужого текста, а потому и общая сюжетная канва популярного источника в целом не деформируется. Перевес нового над старым полностью осуществляется на уровне смысла.

В 1850-1860 гг. русская литература переживает увлечение жанром П. К “зависимому” П. обращаются не только звезды сатирической журнальной поэзии (Д.Минаев, В.Курочкин, П.Вейнберг, В.Буренин, Б.Алмазов); пародические стихи сочиняют Н.Некрасов, И.Тургенев, М.Салтыков-Щедрин, Л.Толстой.

К этому времени П. “зависимый”, т.е. имеющий тесную связь со своим источником, уже воспринимался как застывшая форма, и потому ощущалась необходимость развития жанра. 

Пути эволюции П. лежали в сторону смежных форм пародийной литературы. В середине XIX в. появляются три новых разновидности П. Первую следовало бы назвать “пародической пародией”, так как ее образцы совмещали функции двух жанров (так, в романе-фельетоне Д.Минаева “Война и мир” на уровне сюжета пародируется роман Л.Толстого, а на уровне стиховой формы пародически используется лермонтовское “Бородино”). 

Вторая разновидность – немногочисленные П. “с привлечением”, которые смещались в сторону бурлеска: при подражании одному источнику в них в виде отдельных реминисценций привлекался тематически или стилистически однородный материал из другого источника (“Наш Демон” Н.Добролюбова соединяет в себе пушкинские стихи “Демон” и “Ангел”, “Просьба” Д.Минаева контаминирует “Молитву” и “Тучи” Лермонтова). В XX в. эта форма превратилась в П. “смешанный”, в котором равно представлены несколько источников и смысл которого “складывается” из их смыслов (А.Еременко, “Ночная прогулка”: “Вон уже еле слышно сказал комиссар:/ “Мы еще поглядим, кто скорее умрет…” – контаминация стихотворений “Нет, не спрятаться мне от великой муры…” О.Мандельштама и “Коммунисты, вперед!” А.Межирова).

В те же годы возникла и в XX в. наиболее часто использовалась третья жанровая форма – П. “вольный”, каждый образец которого может соотноситься не с целым текстом источника, а с его частью, уравниваясь с ней смысловым объемом и таким образом представляя весь смысловой объем чужого текста. Для “вольного” П. – в этом его близость стилизации – характерно заимствование сюжетного мотива или смыслового элемента, выраженных в отдельной строке оригинала, и дальнейшее тиражирование, обыгрывание их в рамках целого текста. Так, В.Маяковский в стихотворении “Кто он?” тиражирует начальный стих из “Лесного царя” Гете в пер. В.Жуковского: “Кто мчится,/ кто скачет,/ такой молодой <…>/ Кто мчит/ без разбора/ сквозь слякоть и грязь <…>/ Кто мчится,/ кто скачет/ виденьем крылатым <…>/Кто мчится,/ и едет,/ и гонит,/ и скачет…” К настоящему времени “вольный” П. развился настолько, что современному автору достаточно минимального насыщения собственного текста приметами чужого стиля для воссоздания в читательском сознании контрастного образа известного сочинения.

П. – жанр по преимуществу стихотворный, но существуют и его прозаические образцы. Например, в России 1920-х гг. авторы политических фельетонов активно эксплуатировали сюжетную канву рассказов А.Чехова, а также комедий и повестей Н.Гоголя.

Безусловно, пародические произведения можно встретить не только в истории русской литературы. В европейских литературах эффект пародического использования часто возникал в тех случаях, когда писатели, ориентируясь на чужое песенное творчество, сочиняли произведения “на мотив”, примером чего может служить “кантата” Р.Бернса “Голь гулящая”, в которой монолог каждого из персонажей имеет форму текста какой-либо популярной песни. Западные представители комической поэзии перепевали хрестоматийные произведения лучших национальных поэтов. Так, в Германии XIX-XX вв. многократному пародическому использованию подвергались стихотворения И.В.Гете “Ты знаешь край…”, “Ночная песнь странника” и др.

В XX в. пародическое использование как стилистический прием распространилось не только в литературе, но и в других видах искусства - в живописи и музыке.

Список литературы

Арго А.М. Политическая пародия. М., 1925

Брадис Л.В. Сатирический перепев в творчестве поэтов “Искры” // Ученые записки Калининского ГПИ, 1963, т.36

Новиков В.И. Пути и перепутья перепева // Новиков В.И. Книга о пародии. М., 1989

Семенов В.Б. Перепев как литературный жанр // Филологические науки, 1995, №3

Тынянов Ю.Н. О пародии // Тынянов Ю.Н. Поэтика. История литературы. Кино. М., 1977

Эвентов И.С. Сатирические перепевы // Вопросы литературы, 1976, №4.