Революционно-демократические проекты социальной утопии в учениях А.И. Герцена и Чернышевского

Революционно-демократические проекты социальной утопии в учениях А.И. Герцена и Чернышевского.

К идеям и конструкциям общинного (народнического, “крестьянского”)  социализма одновременно пришли многие социальные философы, однако приоритет здесь принадлежит Александру Ивановичу Герцену (1812--1870). Именно он воспринял сельскую  общину как главный опорный элемент в здании будущего русского социализма. 

1 ноября 1861 г. Герцен выдвигает лозунг “В народ!”, ставший на десятилетия призывом для патриотической молодежи к деятельному участию в освободительном движении. 

Социализм Герцена народнический и вместе с тем индивидуалистический --  так оценивает взгляды Герцена Бердяев. Его вера в крестьянскую общину во многом объясняется тем, что русский мужик, даже в крепостном состоянии, более личность, чем западный буржуа, поскольку соединяет в себе личное начало с общинным. Правда, он не делает при этом различения между личностью и индивидом, между человеком и гражданином.  Однако хорошо чувствует и передает опасность мещанства, торжествующего и угрожающего образованному меньшинству. Первый русский западник пережил глубокое разочарование в западном мещанстве, и это склонило его к сочувствию анархизму,  а не демократии. 

“Государство и личность, власть и свобода, коммунизм и эгоизм (в широком смысле слова) -- вот геркулесовы столбы великой борьбы, великой революционной эпопеи”,-- писал Герцен  в период идейных поисков перспективных форм организации  человеческого общежития. Он пришел к выводу, что таких форм можно выделить только две -- монархию и республику. При этом речь идет не о формах правления, а именно о формах организации общежития, в которых действительно обеспечивается  дело народа (республика), общее благо. Поэтому он проводил  различение политической и социальной республики, считая подлинной республикой только социальную. Монархия в отличие  от республики требует священного и неприкосновенного авторитета, который несовместим со свободой людей и независимостью  разума. 

На общий ход дискуссий о социальных возможностях общины большое влияние оказали публицистические выступления Николая  Гавриловича Чернышевского (182*--1889), особенно две его статьи -- “Критика философских предубеждений против общинного владения” (1858) и “Экономическая деятельность и законодательство” (1859). 

В первой из них сделан вывод о том, что существование первобытной общины в условиях высокой ступени цивилизации, какая достигнута в текущем столетии, не помеха для ее вхождения  в эту цивилизацию, потому что в общинном владении присутствует “высшая форма отношений человека к земле”. Более того, общинное владение обеспечивает, писал Чернышев- ский в другой статье годом раньше, каждому земледельцу обладание землею и “гораздо лучше частной собственности упрочивает национальное благосостояние”. Такое владение в состоянии наилучшим образом обеспечить успехи в сельском хозяйстве, поскольку общинная собственность “соединяет собственника,  хозяина и работника в одном лице”. Все это позволяет  сделать вывод о возможности ускоренного социального развития при помощи общин* 

В статье “Экономическая деятельность и законодательство” автор дает контрастирующее сопоставление внутриобщинной правовой ситуации и правительственного регламентирования с помощью законов. В общинном поземельном владении отсутствует “ вмешательство всякой центральной и посторонней администрации”.  Здесь внутреннее регулирование, которое можно назвать разумным законодательством, дает бесспорность и независимость правам частного лица. Оно же благоприятствует развитию прямоты характера и качеств, нужных для гражданина.  Оно поддерживается и охраняется силами самого общества. Таким образом, внутриобщинное регулирование самодостаточно,  в нем гораздо больше разумности, нежели в правительственной  регламентации, поскольку оно вырабатывалось поколениями  на основе правового обычая или соглашения. 

Выход из такого положения один -- в обеспечении союза и братства между людьми. Люди должны соединиться в общества, имеющие общий интерес, сообща пользоваться силами природы и средствами наук. В земледелии братство это должно выразиться  в переходе земли в общинное пользование, а в промышленности --  в переходе фабричных и заводских предприятий в общинное достояние компании всех работающих на этой фабрике  или на этом заводе. 

После первых шагов по осуществлению крестьянской реформы  Чернышевский приходит к выводу о неспособности самодержавно-бюрократической организации к реформированию  и начинает ориентироваться на крестьянскую революцию. В прокламациях к крестьянам, в обращении к русским конституционалистам  у него представлен широкий комплекс предложений  и рекомендаций относительно необходимых перемен в устройстве общества и государства: свободная от бюрократического  гнета и опеки крестьянская община, местное представительное  управление и самоуправление, самостоятельный и праведный суд, ограничение царского самовластия, управление  на основе законов. 

В отличие от Герцена Чернышевский--убежденный демократ.  Он вступает по этому вопросу в  спор с Чичериным, который утверждал, что “демократия похожа на абсолютизм в том отношении, что очень любит бюрократию и централизацию”. Чернышевский возражал против этого и полагал, что демократия  по своему характеру противоположна бюрократии. Например,  администрация в условиях демократии должна находиться в подчинении у жителей того округа, делами которого она занимается, и это связано с тем, что каждое село и город, каждая область независимы в своих делах; подобно тому и каждый гражданин должен быть независимым в делах, касающихся его одного. 

Герцена и Чернышевского чаще всего относят к разряду революционных демократов и одновременно таких социалистов- утопистов, которые являются ближайшими предшественниками  социалистических (пролетарских по марксистской термино- .логии) демократов. Однако, если воспользоваться словарем самих аттестуемых, их можно было бы назвать создателями “теории об улучшении народного быта” (выражение Чернышев- ского, использованное в характеристике учения Сен-Симона), в которой речь шла об улучшении в интересах народа существующей  системы отношений и учреждений. Оба мыслителя проявили  при этом незаурядную универсальность и представили в обоснование своих радикальных политических и социальных программ развернутую аргументацию не только философского и социологического, но также культурологического, политэконо- мического и правоведческого характера. 

Определение “революционный” более всего подходит к народническому  движению 70-х гг., в котором основными разновидностями  людей, и теоретизирующих, и действующих в духе радикального “улучшения”, стали бунтари-бакунинцы, впере- довцы, террористы и конституционалисты.