Социальный статус

Реферат

«Социальный статус»


Понятие социального статуса



Рассматривая социальные системы, современные социологи разработали концепции, согласно которым люди не могут рассматриваться в качестве элементной базы общества. Люди, скорее, проживают в этих системах подобно жильцам многоквартирного дома, которые въезжают в квартиры, расположенные на разных этажах его, покидают их, переезжая в другие квартиры, расположенные этажом выше или ниже, ил вообще — в другие дома. Взаимное расположение этих квартир (верхние этажи — нижние этажи) никоим образом не изменится от того, кт именно занимает их в данный момент. Хотя, в принципе, конкретны жильцы в период своего обитания в квартире, конечно, могут придать ей свои индивидуальные черты, произведя по своему вкусу ремонт, держа ее в порядке или неисправности.

Примерно так же обстоит дело и с социальными системами. Они образуются в результате упорядочивания различных социальных позиций: одни позиции расположены в этой системе выше, другие ниже, третьи располагаются примерно на одном и том же уровне. Соответственно относятся друг к другу и люди, занимающие эти позиции: к одним они обращаются как к высшим, к другим — как к низшим, к третьим — как к равным. Чем же определяется взаимное расположение этих социальных позиций? Ответ на этот вопрос, по сути дела, содержится в самом переводе термина status — это, по-латыни, правовое положение. Другими словами, статус человека — это совокупность его прав и обязанностей по отношению к другим людям, обладающим иными статусами. Обратим внимание на двойственность этой связи: мои права в отношении другого человека оборачиваются его обязанностями по отношению ко мне, и наоборот.

Вряд ли можно считать наиболее общим и исчерпывающим такое определение статуса, которое дает, к примеру, В. Сапов: «положение личности, занимаемое в обществе в соответствии с возрастом, полом, происхождением, профессией, семейным положением». Нам думается, что перечисление всего, «в соответствии с чем» определяется тот или иной статус, вообще неуместно: человек имеет свой отдельный статус в каждой социальной сфере жизнедеятельности, к которой он причастен (более того, сам этот «набор» непрерывно изменяется на протяжении его жизни). Мы изменяем свой статус даже в течение одного дня. Проснувшись, мы идем завтракать со своими родителями, находясь в статусе сына или дочери; выйдя на улицу, мы вплоть до автобусной остановки сохраняем за собой статус пешехода; сев в авторе, приобретаем статус пассажира; войдя в двери своего института, вплоть до окончания занятий остаемся в статусе студента... Словом, всякий раз, когда мы оказываемся в составе какой-то общности людей, объединенных общими целями и совместной деятельностью, мы приобретаем определенный статус (точнее, нас наделяют им окружающие).

Совокупность всех статусов, характеризующих на данный момент личностные и социальные позиции одного и того же человека, называется статусным набором. Можно считать, что именно сочетание, комбинация всех прав и обязанностей в известной мере характеризует индивидуальность человека, его неповторимое место в системе общественных отношений. Однако всякий раз любой конкретный статус любой сфере жизнедеятельности и в каждой из общностей характеризуется определенными правами и определенными обязанностями В контексте данного вопроса представляется более приемлемым дать, определение, которое отталкивается от дефиниции Н. Смелзера: статусом называется позиция человека в большой или малой социальной группе, определяемая его правами и обязанностями в отношении других, сопряженных социальных позиций. (Смысл понятия «сопряженные» в данном контексте приобретет более четкие очертания при рассмотрении понятия социальных институтов, о чем мы будем говорить позже.)

Права и обязанности — это всегда две стороны одной и той же социальной связи. Например, права, которые дает родителям их статус в отношении их детей, имеют своей оборотной стороной не только и не столько обязанности детей по отношению к родителям, сколько их же, родителей, обязанности по отношению к детям.

Отметим два важных момента, связанных с понятием социального статуса.

Во-первых, совокупность всех статусов в любом обществе организована в иерархические ряды. Другими словами, статусы находятся в соподчиненности друг другу, а значит, соотношение их, как правило, выражается в понятиях «выше-ниже». Статусы, как правило, не равны друг другу и отражают неравенство людей.

Во-вторых, понятие статуса всегда относительно. Понятие статуса неприменимо к человеку, пока он находится один, сам по себе, вне связи с другими людьми. Для того чтобы это понятие обрело смысл, требуются, по меньшей мере, два человека, статус одного из которых неизбежно будет отличаться от статуса другого. Так что можно смело утверждать, что Робинзон не имел никакого статуса, пока на острове не появился Пятница.

Среди множества разнообразных статусов, которыми обладает один и тот же человек, выделяют главные (или ключевые) — те, что решающим образом определяют его социальные позиции в обществе. Чаще всего эти статусы — особенно в современных обществах — связаны экономической, политической и профессиональной деятельностью. Но не только. В расово-сегрегированном обществе, например, главный статуc может определяться цветом кожи. В теократическом государств чрезвычайно важно вероисповедание, а также та позиция, которую занимает человек в церковной иерархии. Главный статус обычно определяет весь образ жизни человека, круг его общения, престиж в глазах окружающих и те жизненные шансы, которыми он располагает.

Какие-то статусы мы приобретаем от рождения — та же самая раса, принадлежность к определенной национальной общности, наконец, статус сына или дочери. Такие статусы называются приписанными, или аскриптивными. Это понятие — «аскрипция» (или дословно — приписывание) означает, что определенные качества индивидов заданы в большей степени тем положением, в котором эти индивиды рождены (и над которым они фактически не имеют контроля), нежели их собственными достижениями. Приписанные статусы особенно важны в традиционных — кастовых и сословных — обществах, где человек рождался принцем или нищим, т. е. мог при появлении на свет получать принадлежность к очень высокой или очень низкой статусной группе. Получение аскриптивного статуса — по определению — не зависит от самого человека, его желаний и действий.

Следует отметить, что аскриптивный статус не совпадает с прирожденным. Прирожденными, строго говоря, могут считаться только три социальных статуса: пол, раса, национальность. Это ситуация, в которой социальное положение определяется исключительно биологическими факторами. Вплоть до самого последнего времени изменить их было в принципе невозможно. Однако в связи с последними достижениями медицины выяснилось, что в результате серии чрезвычайно сложных хирургических операций оказывается возможным изменить не только цвет кожи (и специфические черты лица, определяемые расовой принадлежностью), но и пол. Так что вопрос о прирожденности этих статусов также приобретает некоторую неопределенность.

Определенным набором статусов обладает система родства. Причем только часть этих статусов являются аскриптивными — т. е. теми, что выражают ту или иную степень кровного родства (отец, мать, сын, дочь, брат, племянник, кузен и т. п.). Целый ряд родственных статусов - являются приобретаемыми. Так, женившись, мужчина приобретает не только статус мужа собственной жены, но и получает в родственники всю ее кровную родню.

Вообще, большую часть статусов из своего статусного набора человек, конечно, завоевывает, прилагая к этому какие-то усилия. Для того чтобы приобрести статус студента, необходимо пройти вступительные испытания в вуз, а чтобы удержать (подтвердить) этот статус, приходится два раза в год сдавать экзаменационные сессии; достижение статуса специалиста с высшим образованием потребует немало потрудиться над дипломным проектом и подготовкой к государственным экзаменам. Такие статусы именуются достигаемыми (или приобретенными). Исторический анализ жизнедеятельности обществ, находящихся на различных уровнях развития, показывает, что в статусных на борах членов традиционных социумов преобладают аскриптивные статусы, а по мере развития обществ повышается удельный вес достигаемых. Это отражает рост общей социальной мобильности.

Признание со стороны окружающих обладания человеком тем или иным статусом (иногда даже отождествление его личности с этим статусом) называется идентичностью. При этом независимо от того, получена ли идентичность от рождения или же достигнута в результате затраченных усилий, она в любом случае усваивается индивидом через процесс взаимодействия с другими людьми, окружающими его. Именно другие идентифицируют его особым образом. Только если идентичность подтверждена другими, она становится реальной для самого индивида, считающего, что он обладает ею. Другими словами, идентичность — это продукт взаимодействия идентификации и самоидентификации.

Например, сегодня все чаще появляются материалы о трансвеститах (причем не только в специальной литературе, но и в широкой прессе) — индивидах, которые идентифицируются как мужчины, но которые предпочли бы быть женщинами (или наоборот). Они готовы испытывать на себе любые виды хирургических вмешательств для того, чтобы «реконструировать» свой организм с точки зрения желаемой новой идентичности. Однако сущностная цель, которой они стремятся достичь, состоит в том, чтобы по крайней мере некоторые другие приняли эту новую идентичность, т. е. идентифицировали их с этой точки зрения. Невозможно очень долго быть чем-то или кем-то только для себя. Речь идет о том, что при идентификации нашего статуса другие должны сказать нам, кто мы есть, другие должны подтвердить нашу идентичность. Хотя, конечно, имеются случаи, когда индивиды настойчиво твердят о своей идентичности, которую больше никто в мире, кроме них самих, не признает как реальную. П. и Б. Бергеры называют таких индивидов «психотиками», считая, что они «являют собою маргинальные случаи» самоидентификации.

Следует различать социальные и личные статусы одного и того же человека. Личный статус — это позиция, занимаемая человеком в его непосредственном окружении, оценка, которую дают ему его родственники, коллеги, друзья. Различные люди, обладающие одинаковым социальным статусом, могут иметь разные личные статусы, и наоборот. Можно было бы провести и такое различие: личный статус — это положение, которое человек занимает в малой (как правило, первичной) группе а социальный — позиция, занимаемая им в большой социальной общности. Социальный статус носит в значительной степени безличный (формальный) характер, тогда как личный статус всегда подчеркивает индивидуальные качества человека.

Различие социального и личностного статуса всегда отчетливо просматривается в степени авторитета и влияния, которыми обладает человек в структуре коллектива той формальной или неформальной организации, к которой он принадлежит. Скажем, в ходе исследования рейтинга преподавателей, которые проводятся в виде опроса студентов, выставляющих им оценки по целому ряду профессиональных качеств, предлагается составить ранжированный список данных преподавателей. Этот список возглавляют лидеры — преподаватели, получившие самые высокие оценки (рейтинг), а замыкают аутсайдеры — преподаватели, оцененные студентами ниже всех. Другими словами, одни преподаватели имеют более высокий статус, а другие — более низкий. Однако речь здесь идет исключительно о личном статусе, ибо социальный статус у всех преподавателей, входящих в список рейтинга, конечно же, одинаковый. И, конечно же, личностный статус является в гораздо большей степени достигаемым, нежели социальный (за исключением, может быть, того особого статуса, которым мы наделяем своих близких родственников).

И точно так же, как каждый из нас обладает целым набором социальных статусов, наша жизнедеятельность характеризуется и определенным комплексом статусов личных. Это связано с тем, что на протяжении своей жизни мы одновременно (точнее попеременно) принимаем Участие в жизни множества малых групп своих семей, компаний друзей, Учебных и производственных коллективов, спортивных команд. При м в каждой из них у нас устанавливается свой особый личностный статус - высокий, средний или низкий.

Мы уже говорили, что социальные статусы — это что-то вроде пустых ячеек. Люди, которые заполняют эти ячейки, неизбежно привносят в них свою индивидуальность. В конце концов, любые права и любые обязанности можно соблюдать с большей или меньшей степенью добросовестности или охоты. Другими словами, прочность социального статуса в какой-то степени нередко зависит от личного статуса человека. Но и личный статус в немалой степени определяется уровнем статуса социального.



Социальная роль как динамический аспект статуса



Мы уже говорили о необходимости признания того или иного статуса человека со стороны его ближнего (а иногда и дальнего) социального окружения. Это означает, что всякий раз, когда человек занимает определенную социальную позицию, его поведение, вероятно, будет зависеть не столько от того, каково его собственное представление о таком поведении в данном положении, сколько от того, чего именно ожидают от обладателя этой позиции окружающие его люди. Характер поведения, ожидаемый от обладателя того или иного социального статуса, называется социальной ролью.

Например, конкретный школьный учитель должен исполнять роль «учителя», которая соотносится с определенным ожидаемым поведением — со стороны учеников, школьного руководства и родителей, -независимо от его личных ощущений и чувств. Благодаря этому становится возможным обобщение профессионально-ролевого поведения учителя вне зависимости от индивидуальных характеристик тех людей, которые занимают эту социальную позицию.

Социологическая важность понятия роли состоит в том, что она демонстрирует, каким образом и с помощью каких механизмов индивидуальная деятельность испытывает на себе влияние общества и, благодаря этому, следует регулярным установленным образцам. Исполнение нами определенных ролей упорядочивает социальную жизнь, потому что делает поведение людей предсказуемым. Далее мы рассмотрим, как социологи используют роли в качестве своего рода элементарных структурных единиц, из которых конструируются социальные институты. Например, школа как социальный институт может быть рассмотрена как система взаимодействия ролей учителей и учеников которые будут общими для всех школ.

В теории социальных ролей достаточно широко представлены два основных подхода.

Первый подход связан с именем Дж. Мида, который впервые систематическим образом использовал в начале 30-х годов понятие роли и которого считают предшественником теории символического интеракционизма. Он описывал роли как продукт взаимодействия между людьми, которое носит экспериментальный и одновременно созидательный характер. Мидовская социальная философия изначально проявляла интерес к тому, каким образом дети осваиваются в обществе и развивают свои социальные сущности («самости») путем принятия ролей, т. е. как бы примеряя на себя в своем воображении роли других отцов, матерей, учителей, врачей. Взрослые в своем поведении, как предполагалось, тоже используют «примерку» на себя ролей других людей для разработки своих собственных ролей. В соответствии с теорией символического интеракционизма каждая роль включает в себя взаимодействие с другими ролями; например, роль «учителя» невозможно понять без роли «ученика», и она может быть определена только как ожидаемое поведение наставника в соответствии с ожидаемым поведением ученика. Процесс взаимодействия означает, что люди, исполняя свои роли, всегда проверяют сложившиеся у них представления относительно ролей других, и реальные реакции людей, действующих в ролях других, подкрепляют такие концепции или ставят их под сомнение. Это, в свою очередь, ведет людей к тому, чтобы поддерживать или изменять собственное ролевое поведение.

Второй подход был впервые описан Р. Линтоном. Впоследствии этот подход стал составной частью функционализма — одной из наиболее влиятельных школ современной социологии. Функционализм рассматривает роли как сущностно предписанные и во многом статические (т. е. неизменяемые) ожидания. Эти предписания коренятся в туре общества и находят свое выражение в социальных нормах, которые и вводят поведение в русло ролей. Подход культурных предписаний признает, что роли могут часто определяться в связи с другими ролями, однако не считает, что сам процесс взаимодействия может создавать новые роли или модифицировать уже существующие. Хотя, конечно, индивиды могут получать информацию о содержании своих ролей и о том, насколько успешно их исполнение, в ходе взаимодействия с людьми, исполняющими другие роли.

Каким образом социальное окружение заставляет людей правильно выполнять свои роли? Этому служит механизм санкций. Когда кто-то, имеющий определенный статус, ведет себя таким образом, что это расходится с нашими ожиданиями, мы, разумеется, проявляем тем и иным образом свое неудовольствие, раздражение, гнев; и наоборот, если люди исполняют свои роли как должно, мы проявляем свое одобрение, поощрение. Тем самым ближний и дальний социум направляет людей в русло, желательное для общества в целом, по крайней мере, для ближайшего социального окружения.

Сколько-нибудь эффективное изучение социальных ролей при огромном их разнообразии в обществе требует хотя бы самой общей их классификации. Такого рода попытку предпринял в начале 50-х годов Т. Парсонс. Он выделил пять основных параметров, с помощью которых может быть описана любая роль.

	Уровень эмоциональности. Существуют роли, исполнение которых подразумевает максимально бесстрастное (и беспристное) поведение — работников правоохранительных органов, например. В то же время если столь же эмоционально сдержанно будет вести себя ваша жена (муж), то, вероятно, ваша реакция на это будет не самой положительной.

	Способ получения. Учитывая, что роль есть поведение, ожидаемое от обладателя определенного статуса, мы вправе ожидать, что характер статуса окажет свое влияние и на характер роли. И в самом деле, рисунки некоторых ролей обусловливаются приписанным характером их статуса; другие же роли приобретаются вместе с приобретаемым статусом (конечно, и те и другие роли их обладателям приходится «разучивать», чтобы правильно исполнять).

	Масштаб. Некоторые из ролей довольно жестко ограничены определенными аспектами взаимодействия. К примеру, если преподаватель вуза при оценке уровня знаний студента на экзамене будет проявлять интерес не только к тому, как студент усвоил пройденный материал, но и принимать во внимание степень его религиозности или политические убеждения, то это будет означать, что он выходит за рамки роли, а значит, исполняет ее неправильно. В то же время, например, рамки отношений между ролью отца и ролью сына раздвинуты гораздо шире, поскольку родителей должны заботить самые разнообразные стороны жизни их детей.

Степень формализации. Исполнение многих ролей в значительной степени формализовано, т. е. носит заведомо безличностный актер. Таковы практически все роли в большинстве формальных организаций — особенно бюрократических, военных и полувоенных. Здесь правила поведения четко очерчены и предельно обезличены, а диапазоны импровизации невелики (хотя, как показывает теория организаций, и не исключены полностью). Другая крайность — это слабо очерченные роли, такие как отца или друга, где диапазон личностной импровизации гораздо шире. Вряд ли следует ожидать, что инспектор ГИБДД обязан вникать во все обстоятельства вашей личной жизни, которые привели вас к данному конкретному нарушению правил дорожного движения; если же он будет относиться к одним нарушителям с большей снисходительностью, чем к другим, мы оценим такое исполнение роли как некорректное. И наоборот, исполнение роли друга потребует от вас гораздо более внимательного отношения к слабым и сильным сторонам того, с кем вы взаимодействуете; здесь гораздо большее значение, чем в первом случае, имеет личный статус обоих партнеров.

Мотивация. Исполнение различных ролей обусловлено разными мотивами. Вряд ли мы будем ожидать, что бизнесмен затрачивает свои деньги, время и энергию, руководствуясь соображениями процветания своей общины или обогащения нанимаемых им работников; главная его цель — извлечение максимальной прибыли (прежде всего — с целью дальнейшего вложения средств в Дело для извлечения еще большей прибыли и т. д.). Политик руководствуется в своих действиях расширением объема личной власти. Работники же органов социального обеспечения ставят Целью достижение благополучия своих клиентов. Все эти мотивы, разумеется, причудливо переплетены в сложном социальном взаимодействии: где-то они отчасти совпадают по своей направленности, где-то противоречат друг другу. Вообще из всех критериев классификации ролей критерий мотивации наиболее трудно поддается учету и анализу.

Таким образом, любая социальная роль представляет собой сложное, комплексное сочетание конкретного выражения всех перечисленных характеристик. Дальнейшая разработка теории ролей в социологической теории второй половины XX века привела к существенным добавлениям в нее новых характеристик. Например, Эрвин Гоффман ввел понятие ролевой дистанции. Он обозначил ситуацию субъективно отделения от роли ее исполнителя, когда тот не может «сжиться» с нею, не чувствует себя при исполнении данной роли достаточно комфортно. Так, в «Записных книжках» А.П. Чехова описан набросок сюжета, в котором действуют университетский профессор, с отвращением и скукой относящийся к преподаванию и по ночам с упоением занимающийся переплетанием книг, а также посещающий его переплетчик, большой любитель учености, который тайно по ночам занимается наукой.

В этот же период разрабатываются концепции ролевого конфликта, которые многозначно описывают целый ряд типичных ситуаций.

Ролевой конфликт может произойти в тех случаях, когда индивид обнаруживает, что он должен исполнять в одно и то же время две или более ролей, причем каждая из них выдвигает несовместимые с другими исполняемыми ролями требования. Такое нередко происходит, например, с работающими женщинами, которые должны удовлетворять одновременно ролевым ожиданиям служащей, жены и матери, роли которых могут вступать друг с другом в конфликт.

	Бывают ситуации, когда индивид определяет рисунок своей роли иначе, нежели те, кто находятся в связанных с нею ролях. Это происходит, например, в тех случаях, когда у учителя складываются свои собственные представления о том, как должно выглядеть профессиональное поведение педагога, а эти представления оспариваются родителями или местными руководителями системы образования.

	Может сложиться и так, что чья-то роль оказывается на пересечении внимания двух или более статусных групп, чьи ожидания относительно того, как именно должна исполняться эта роль, противоречат друг другу. В такой ситуации может оказаться, например, мастер, на которого направлены конфликтующие ожидания со стороны менеджеров и со стороны рабочих.

Люди с течением времени вырабатывают свои способы преодоления ролевого конфликта. Существует несколько довольно распространенных способов, которые обобщил Роберт Мертон. Среди них, например, установление для себя степени важности различных ролей — с тем, чтобы в ситуации конфликта отдать предпочтение тому, что представляется более важным; четкое разделение различных сфер жизнедеятельности, где исполняются роли, между которыми возможен конфликт; наконец, шутка.

Еще одной проблемой, которая интересовала социологов в последние годы, была свобода индивидов в ролевом творчестве — в возложении на себя ролей и их исполнении. По современным представлениям, эта свобода достаточно широко варьируется — прежде всего, зависимости от того, какие возможности для импровизации допускает соответствующий ей тип статуса. Можно, к примеру, сравнить исполнение социальной роли с действием в античном театре масок. В представлении актеру нужно произнести определенный текст; на лицо его надета неподвижная маска, соответствующая характеру исполняемого персонажа. Сегодня роль этого персонажа исполняет один актер, в завтрашнем представлении — другой, который наденет ту же маску и будет произносить тот же текст. Однако голос актера отражает его индивидуальность, движения — манеру его игры, а кроме того, актер вполне может несколько отступать от дословного произнесения текста роли, хотя и не имеет права искажать его смысл. Словом, любая социальная роль допускает возможности импровизации. И, вероятно, определенный отпечаток на характер этой импровизации будет накладывать общая ролевая система, которой обладает данный индивид в соответствии со своим специфическим статусным набором.

Итак, для чего же нужны статусы и роли, какую социальную функцию они выполняют? Они упорядочивают отношения между людьми и делают их поведение предсказуемым. Не будь такой предсказуемости, жизнь превратилась бы в хаос.