Роль семьи в развитии детской тревожности: психосоматический аспект

Содержание



Введение

1 РАЗВИТИЕ ДЕТСКОЙ ТРЕВОЖНОСТИ: ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

2 ВЛИЯНИЕ НА СЕМЬЮ СОМАТИЧЕСКИХ БОЛЕЗНЕЙ РЕБЕНКА

3 ОТНОШЕНИЕ РОДИТЕЛЕЙ К БОЛЕЗНИ РЕБЕНКА

4 ЧАСТО БОЛЕЮЩИЙ РЕБЕНОК В СЕМЬЕ

5 БЕДА В СЕМЬЕ: ДЕТИ И ПОДРОСТКИ С СОМАТИЧЕСКИМИ ЗАБОЛЕВАНИЯМИ

Библиографический список




Введение



При переосмыслении некоторых психолого-педагогических концепций с учетом национальных традиций, современных требований и международных тенденций приоритет получают проблемы семейного воспитания, эмоционального и нравственного развития ребенка в условиях семьи. Образовательные учреждения для детей дошкольного и школьного возраста стали более открытыми для родителей: проводятся в их присутствии показательные занятия, массовые мероприятия, праздники, успешно осуществляется в ряде учреждений педагогика сотрудничества, неплохо зарекомендовавшая себя. Возрастает активность родителей: они вмешиваются в школьную политику, а иногда и полностью определяют ее, предъявляют учреждениям заказ на обеспечение дополнительных образовательно-воспитательных услуг для ребенка. Вместе с тем многие проблемы семейного воспитания и работы с семьей остаются актуальными.

Принципиально новым для теории и практики специальной педагогики является усиление психологического аспекта коррекционного воздействия на основе учета единства биологических, психологических и социальных свойств личности ребенка. Перечисленные принципы составляют основу для воспитания, обучения и коррекционного воздействия, они вызывают необходимость изменений акцентов в системе комплексного воздействия на ребенка, дополнения ее новыми положениями, сочетания традиционных и новаторских подходов.

Накоплен значительный опыт психокоррекционной работы, разработаны ее основные принципы и методы, но программ психокоррекционного воздействия, ориентированных на разные категории детей с отклонениями в развитии и разные семьи, в которых они воспитываются, пока недостаточно. Психологи и педагоги в полной мере системой работы над личностью ребенка не владеют, связь практического психолога и дефектолога обеспечивается слабо. О необходимости комплексного воздействия говорится чаще, чем это наделе реализуется.

Изучение семей выявляет их экономический, социокультурный уровень, особенности семейного микроклимата, условия воспитания ребенка и ряд других важных для выбора стратегии и тактики работы с семьей и с ребенком вопросов. Микросреда семьи и семейное воспитание влияют на ребенка, на формирование его личности. От уровня общей и психолого-педагогической культуры родителей, их жизненной позиции, их отношения к ребенку и имеющимся у него проблемам, от степени участия родителей в коррекционном процессе во многом зависят успехи диагностической, учебно-воспитательной, коррекционно-развивающей и лечебно-оздоровительной работы.

Дефицит общения в семье приводит к незрелости эмоционально-волевой сферы ребенка, к отставанию в развитии, в интеллектуальной деятельности. Иногда при изучении семей и семейных отношений выявляются изоляция ребенка, его игнорирование, отчуждение, выраженное доминирование родителей или, наоборот, ребенка, который становится деспотом и тираном в семье; гипо- или гиперо-опека, соперничество между детьми, детьми и взрослыми, принимающие размеры детско-родительских конфликтов, агрессия внутри семьи, тревога, страх и т. д. Чрезмерный родительский контроль подавляет активность и самостоятельность ребенка, вырабатывает и закрепляет у него инфантильную систему поведения. Чрезмерные проявления родительской любви могут нанести ребенку не меньший вред, чем равнодушие к нему взрослых.

Наблюдения и другие специальные исследования выявляют дисгармоничное и искаженное семейное воспитание, разные эмоциональные реакции родителей на отклонения в развитии детей, их трудности. Семья не всегда понимает своеобразие личности ребенка, неадекватно расценивает его психические возможности, завышает или занижает их. У некоторых родителей отмечается негативное отношение к рекомендуемым оздоровительно-воспитательным мерам воздействия, неверие в успех работы с ребенком, сомнения в целесообразности что-то изменить.

У одних родителей нет ни желания, ни возможности заниматься с ребенком — это, как правило, семьи с низким социально-экономическим статусом, неблагополучные семьи, с недостаточным культурным развитием. Другие родители имеют выраженное желание работать с ребенком, но не имеют при этом соответствующих материальных и бытовых условий. Есть родители, которые хотят заниматься с ребенком, следовать всем указаниям специалистов, имеют соответствующие условия для этого, но не знают конкретно, что могут и должны делать. У родителей, даже в относительно благополучных семьях, порой отсутствуют достаточные нания, умения и навыки, необходимая подготовка для коррекционной и профилактической работы с ребенком.

Перед специалистами стоит задача найти пути взаимодействия с родителями, расширить их знания, помочь им понять своеобразие личности ребенка и правильно определить пути воспитательного воздействия. В последние годы развивается система психологического консультирования, где проводится работа с ребенком и семьей, но роль педагогов-дефектологов при этом недостаточна, а родители порой даже не имеют информации о наличии такой службы.

Педагогическими коллективами дошкольных и школьных учреждений проводится просветительская работа, в разной степени эффективная, специалисты оказывают помощь родителям в определении индивидуальных особенностей развития детей, выявлении тех психических процессов и функций, от которых в первую очередь зависит обучение ребенка. Проводится разъяснительная работа, вырабатывается настрой на совместную деятельность по преодолению имеющихся у ребенка отклонений в развитии, поведении и затруднений в обучении. Оказывая психологическую поддержку семье, важно правильно оценить возможности ребенка, дать рекомендации о путях его дальнейшего развития, определить систему коррекционно-воспитательного воздействия, выбрать адекватные для данного случая методы.

В системе психотерапевтической и психо-коррекционной работы с семьей используются разные средства. Варианты семейной психо-коррекционной работы разрабатываются в зависимости от категории семьи и имеющихся у ребенка проблем, с учетом эмоциональных инвариантов внутрисемейных отношений. В семье должен быть обеспечен здоровый психологический климат, должны выполняться рекомендации лечебно-оздоровительного и воспитательного характера, обеспечивающие полноценное развитие личности ребенка.

Важными являются вопросы питания, режима дня, двигательной активности ребенка, система его закаливания, общения с ним. Наряду с воспитанием гигиенических навыков для социальной адаптации важно приучать ребенка к доступной для него деятельности, к развитию навыков самообслуживания, к труду. Должна проводиться целенаправленная работа по развитию диалогической и монологической речи, по организации игр детей и с детьми. Семья — значимый фактор развития творческих способностей ребенка. Музыка, пение, танцы, рисование, спорт — каждый из этих аспектов имеет и воспитательное, и коррекционно-развивающее значение.

Роль семьи значима для ребенка любого возраста, а каждый этап развития ребенка диктует свою специфику работы семьи с ребенком и психотерапевтической работы с семьей. На всех этапах работы: диагностирующем, реконструктивном и поддерживающем — большое значение имеет взаимоинформирование специалистов и родителей об особенностях развития и личности ребенка, совместный с родителями и специалистом анализ конкретных ситуаций, связанных с воспитанием ребенка, это поможет выбрать правильный стиль поведения взрослых, общения их с ребенком.

Работа с семьей направлена на стимулирование их обращения в консультацию, в медицинское или педагогическое учреждение — к врачу, психологу, педагогу. Семейная психотерапия — ролевая и психоаналитическая — включает психопропаганду, коррекцию внутрисемейных отношений, профилактику эмоциональных и других нарушений у членов семьи. С родителями проводятся собрания, индивидуальные и групповые беседы, практикуется их посещение на дому, прямая и косвенная психотерапия направляется не только на ребенка, но и на семью с учетом ее особенностей. За рубежом большую работу в этом плане проводят ассоциации родителей, дети которых имеют сходные проблемы. Эти общественные объединения координируют сотрудничество родителей, врачей, психологов, педагогов, повышают психолого-педагогическую культуру родителей, вооружают их специальными знаниями, умениями, навыками.

Для совершенствования организации психологической помощи семье, а следовательно, и детям через семью, для повышения ее эффективности представляется наиболее важным активное привлечение родителей к работе педагогических коллективов дошкольных учреждений и школ, к работе психологов; разработка специальных программ работы с родителями, подготовка для родителей специальной литературы в помощь семейной психокоррекции и психопрофилактики, разработка приемов индивидуальной работы с родителями проблемных детей, обучение родителей конкретным приемам психокоррекционной и воспитательной работы.

Дальнейшее обоснование теоретических, организационных и методических основ психологической работы с семьей повысит ее значимость в системе воздействия на детей и подростков. А использование коррекционно-воспитательного и психопрофилактического потенциала семьи в системе воздействия на подрастающее поколение повысит результативность психолого-педагогической работы в целом.


1 РАЗВИТИЕ ДЕТСКОЙ ТРЕВОЖНОСТИ: ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ



Распространенность феноменов тревожности в детской популяции, ее негативная роль в развитии являются темой многочисленных работ психологов, клинических психологов, педагогов, врачей. Интерес к данной проблеме со стороны представителей различных областей практики обусловлен влиянием тревоги на многие аспекты развития ребенка: физическое и психическое здоровье, развитие эмоциональной сферы и общения, учебную деятельность и т. д. Роль тревожности в возникновении широкого круга патологических явлений и как составляющей клинической картины разного рода расстройств, психосоматических, и психических, традиционно подчеркивается в психологической и медицинской литературе. Актуальность данной проблемы обусловлена распространенностью невротических и психосоматических расстройств, явлений школьной дезадаптации в детской популяции.

Подавляющее большинство исследователей тревожности указывают на роль семьи в генезе и закреплении детской тревожности. Распространенность и тяжесть течения расстройств, связанных с повышенной тревожностью, а также тяжесть их последствий для физического и психического здоровья детей обусловливают необходимость создания системы грамотной психологической помощи детям и их семьям, направленной на диагностику, профилактику и коррекцию повышенной тревожности и связанных с ней особенностей семейной системы.

В области психологических исследований эмоционального развития многими авторами подчеркивается негативная роль устойчивой личностной тревожности в психическом развитии. Однако здесь, в отличие от медицинской литературы, следует отметить отчетливую тенденцию рассматривать тревожность как явление, которое не является сугубо патологическим. Исследователи отмечают, что существует определенный оптимальный уровень тревожности, необходимый для эффективного функционирования, в то время как чрезмерно низкие и высокие значения свидетельствуют о неблагополучии и могут являться патогенными. Таким образом, встает вопрос о различении нормальных и патологических механизмов включения тревожности в психическое развитие, определении крута нормальных и патологических феноменов, отражающих действие тревожности. Распространенность феноменов тревожности в норме определяет необходимость рассмотрения данной проблематики при исследовании нормального развития (в том числе психосоматического развития).

Современный взгляд на роль семьи в развитии детской тревожности необходимо включает в себя анализ механизмов, опосредующих действие тревожности на психическое развитие. Уже в философии экзистенциализма, а позднее — в трудах психологов-экзистенциалистов существует идея о том, что способность совладать с нормальной, конструктивной тревогой является необходимым условием нормального личностного развития. Д. А. Леонтьев отмечает, что введенная П. Тиллихом категория мужества-трусости является определяющей в отношении к переживанию тревоги. «Мужество быть» включает способность осознавать и принимать тревогу. Недостаток мужества приводит к вытеснению тревоги, применению невротических защит, что определяет переход нормальной тревоги в патологическую. Ключевым является вопрос о личностных ресурсах сопротивления, овладения тревогой. А. М. Прихожан указывает, что подобное понимание проблемы тревоги лежит в основе современных подходов к психологической помощи детям, для которых характерна повышенная тревожность. Современные модели психологической помощи таким детям опираются прежде всего на формирование эффективных стратегий совладания с переживанием тревоги и кризисными ситуациями.

Эта линия прослеживается и в психоанализе, в том числе в работах А. Фрейд и М. Кляйн: тревога рассматривается как фактор психического развития в тесной связи с анализом защитных механизмов. Применение более или менее совершенных и зрелых механизмов защиты свидетельствует о силе или слабости Эго и может служить показателем для прогноза дальнейшего развития. Соотношение силы тревоги и силы Эго во многом определяет, следует ли рассматривать тревогу как невротическую или как «объективную». Интересен взгляд П. Хайманн на роль механизмов защиты: «Вероятно, что психический процесс, снимающий те или иные конфликты и страхи, порождает другие, так что достигается лишь относительная свобода от беспокойства, относительный покой души. Такова психическая жизнь; затишье не может длиться долго, особенно в период роста и развития. Спокойствие, привилегия старых и мудрых, часто идет рука об руку с остановкой процесса».

С данной точки зрения фундаментальным значением для развития обладает не факт наличия тревоги, а особенности динамики ее переживания, которые определяются ресурсами личности, позволяющими совладать с тревогой. Таким образом, для исследования роли семьи в развитии (и преодолении) детской тревожности и разработке коррекционных и психотерапевтических программ необходим анализ семьи как фактора развития механизмов, опосредующих действие тревожности. В большинстве работ, посвященных изучению механизмов, опосредующих действие тревожности, уделяется определенное внимание той роли, которую в их развитии играет семейная среда.

Существенным потенциалом для анализа данной проблемы обладает культурно-исторический подход, в частности, в психосоматическом аспекте — культурно-исторический подход к психологии телесности (В. В. Николаева, А. Ш. Тхостов, Г. А. Арина). Центральным понятием данного подхода является понятие психосоматического развития, которое определяется как «процесс закономерного становления механизмов психологической регуляции телесных функций, действий и феноменов». В контексте культурно-исторического подхода смысловые структуры и эмоциональные переживания рассматриваются как формы внедрения психологической регуляции в телесные феномены, что определяет значение эмоционального развития для становления телесности. По мнению авторов, на ранних этапах онтогенеза ведущую роль играет «совместноразделенная эмоция», сопровождающая основные моменты телесного развития. Нормальное развитие обеспечивает, прежде всего, совместная радость. Замещение радости родительской тревогой может стать причиной возникновения психосоматических отклонений.

Первоначально психосоматический феномен появляется во взаимодействии в диаде «мать—ребенок». Этап коммуникативного смысла телесных феноменов —первый в психосоматическом развитии. Можно предположить, что взаимодействие в диаде, а на последующих ступенях развития более широкий спектр характеристик семейной системы опосредует действие тревожности на психосоматическое развитие ребенка.

В семье происходит означение как тревожных определенных телесных проявлений, формируются стратегии совладания с тревогой, даются модели симптоматического поведения, придаются значение и смысл телесным феноменам, отражающим действие тревоги. Можно предположить, что каждому возрастному этапу психосоматического развития присущ особы й характер опосредующей роли детско-родительских отношений в соответствии с задачами и содержанием этого этапа.

Опираясь на положения теории семейных систем, можно сказать, что означение психосоматического феномена происходит благодаря его встраиванию в функционирование семейной системы. Вряд ли можно выделить какую-либо специфическую для феноменов тревожности функцию. Как и любой симптом, тревожность может иметь морфогенетическую и морфостатическую функцию; маскировать другие эмоции (прежде всего, гнев, а также вину, интерес, любовь и др.), получать широкий спектр коммуникативных значений, выполнять охранительную функцию, сигнализировать о неблагополучии другого члена семьи, быть средством манипуляции другими членами системы и др.

Многие феномены, например жалобы, извлечение вторичной выгоды из телесных симптомов, наделение их коммуникативным смыслом, не являются сугубо патологическими и наблюдаются и в здоровой популяции. Важной проблемой для выяснения механизмов встраивания тревожности в психосоматическое развитие, и в том числе механизмов симптомообразования, является установление качественных различий в функционировании феноменов психосоматического развития, которые присутствуют как в нормальном, так и в отклоняющемся развитии, исследование характера опосредующей действие тревожности роли детско-родительских отношений в нормальном онтогенезе и в случае различных вариантов психосоматического дизонтогенеза (отставания, регресса, искажения).

Применение культурно-исторического подхода в практике психологической помощи семьям, имеющим детей с повышенной тревожностью, обеспечит большую глубину психологической диагностики и ее соответствие психотерапевтическим задачам. Г. А. Арина, В. В. Николаева подчеркивают необходимость психосоматического синдромного анализа в психологической диагностике в области психологии телесности и определяют модель психотерапии, отвечающей методологическим основаниям психологии телесности как «психотерапию знаково-символического опосредствования». С нашей точки зрения, психологическая помощь должна быть направлена на выявление и коррекцию смыслов и функций, которыми наделены феномены, отражающие действие тревожности.




2 ВЛИЯНИЕ НА СЕМЬЮ СОМАТИЧЕСКИХ БОЛЕЗНЕЙ РЕБЕНКА



Родители по-разному реагируют на болезнь ребенка. Обычно отцы не склонны драматизировать ситуацию, в то время как матери часто впадают в депрессию, испытывают чувство вины. Поэтому у матерей, как правило, проявляется больше психических симптомов в связи с болезнью ребенка, чем у отцов. Многое говорит о том, что модель реакции родителей непосредственно сказывается на психологической адаптации ребенка.

Большинство исследований показывает, что появление у ребенка хронического заболевания может повлиять на функцию семьи, особенно в случаях с болезнями, которые трудно поддаются лечению, например нестабильно протекающий диабет, тяжелая астма или рак. Обычно отношения в семье ухудшаются.

Как больному ребенку, так и его родителям, особенно в период стресса, необходима связь с обществом. Обычно она ухудшается, когда ребенок заболевает. Зачастую это связано с психическими проблемами семьи, особенно при болезнях, вызывающих социальные ограничения, например муковисцидозе, тяжелой аллергии или ревматоидном артрите.

Во время болезни родители нередко забывают о других своих детях. В то же время у них, даже если нет очевидных психических симптомов, часто наблюдаются низкая самооценка, беспокойство и неуверенность.



3 ОТНОШЕНИЕ РОДИТЕЛЕЙ К БОЛЕЗНИ РЕБЕНКА



Уже было сказано, что представления ребенка об окружающем мире и, в частности, о болезни отражают мировоззрение родителей. В еще большей мере это относится к чувствам. Среди возникающих у родителей чувств могут быть переживания вины за развитие заболевания, негодование из-за поведения ребенка, приведшего к болезни, отчаяние в связи с кажущимся или реальным плохим прогнозом, безразличное отношение в связи с отрицанием болезни или ее серьезности. Подобные переживания родителей чаще всего вызывают у больных детей аналогичные чувства, которые ложатся в основу ВКБ. Родительский гнев еще более усиливает и без того имеющееся у большинства детей чувство вины за свое поведение, вызвавшее болезнь. Примером может служить отношение родителей к кожному заболеванию ребенка, которое не только влияет на его оценку болезни, но и может быть точной копией. При тревожно-мнительном отношении родителей к любому соматическому неблагополучию ребенка и чрезмерно заботливом воспитании, как правило, у последнего возникает нереалистическая ВКБ с ипохондрической гипернозогнозией и пессимистическими представлениями о будущем. Отрицание родителями серьезности заболевания способствует формированию ВКБ гипонозогнозического типа.

Заболевание ребенка в подавляющем большинстве случаев переживается семьей как исключительное событие. Современные семьи, как правило, малодетны, и поэтому болезнь единственного или даже одного из двух-трех детей превращается в драму. Повышенное беспокойство родителей объясняется просто. К единственному ребенку, за которым, как думают родители, вряд ли последует другой, возникает очень глубокая привязанность. В нем видят не только продолжателя рода, но и того, кто исполнит все несбывшиеся мечты самих родителей и исправит их ошибки. С ним связываются надежды на поддержку в старости. Для многих, таким образом, утрата единственного чада не просто потеря близкого, но и крушение надежд. Неудивительно, что в такой ситуации ребенку с малолетнего возраста создаются оранжерейные условия воспитания, он оберегается от реальных и выдуманных опасностей и трудностей. В этих случаях изнеживающее эгоистическое воспитание сочетается с избыточной озабоченностью и опасениями относительно будущего этого ребенка. Нередко, лишая ребенка активности и инициативы, родители усугубляют его незащищенность, неприспособленность к реальной жизни, хотя при этом крайне тревожатся о его благополучии. Особенно это касается отношения к возможным или уже возникшим заболеваниям.

На это отношение родителей сегодня влияет и много других обстоятельств. Первое — невысокий уровень собственного здоровья многих родителей, их частые болезни, переживания, связанные с тяжелыми недугами близких. Будучи людьми слабого здоровья, родители переносят тревогу за свое благополучие и даже жизнь на ребенка. Кроме того, они нередко опасаются, что из-за своих болезней они будут неспособны воспитать своего сына или дочь. Второе — информированность населения об опасностях тех или иных заболеваний и средовых вредностей. Средства массовой информации и в особенности неловкие усилия санитарного просвещения привели к тому, что некоторые люди не столько укрепляют здоровье или хотя бы предупреждают болезни, сколько пребывают в страхе перед возможностью заражения или заболевания. Постоянно опасаясь неправильно накормить, заразить, не уберечь, перегрузить ребенка, родители в действительности не создают условий для закаливания и физических нагрузок, чем не способствуют укреплению сопротивляемости организма ребенка. Третье — убежденность родителей в своих знаниях или незнаниях о конкретной болезни или детских болезнях вообще. В зависимости от наличия или отсутствия этих знаний одни родители с уверенностью лечат детей сами, другие «исправляют» назначения врачей, а третьи, считая, что подход к их ребенку неправильный, водят ребенка от одного специалиста к другому.

Недостаточные или искаженные представления родителей о врачевании иногда сказываются и на поведении самого ребенка во время болезни. Все указанные обстоятельства проявляют себя различно в зависимости от индивидуальных психологических особенностей родителей. Крайне тревожные, сосредоточенные на здоровье родители создают в семье атмосферу страха, неуверенности, ожидания тяжелых болезней, а при их появлении и плохого исхода. Эгоистичные, стремящиеся жить напоказ, из всего извлекать для себя преимущества родители даже болезнь ребенка будут использовать для привлечения внимания к себе. Очень уверенные в своих силах и возможностях, самонадеянные зачастую недостаточно внимания уделяют ребенку вообще и во время болезни в частности.

Атмосфера, складывающаяся в семье во время болезни ребенка, во многом зависит от того, как его воспитывают. Если ребенку до болезни не хватало заботы и внимания, то и во время его болезни в такой семье не обеспечат всем необходимым. В то же время некоторые родители, поняв, что они до болезни ребенка недостаточно окружали его заботой, мало уделяли времени, перестраиваются и создают все ему необходимое. В тех же семьях, где ребенок окружен чрезмерным вниманием, где пытаются предупредить каждое его желание, где восхищаются любым его поступком, соответственно во время болезни забота усиливается. В этих случаях приходится предупреждать, что своими добрыми намерениями родители могут нанести вред ребенку. К сожалению, это недостаточно учитывают при излишнем укутывании от предполагаемого охлаждения, при организации слишком утомительных для больного чтений, просмотров телепередач или других развлечений.

На ситуацию, возникающую вокруг больного ребенка, иногда влияют отношения, которые складываются у родителей с медицинским персоналом. Уважение к знаниям лечащего врача и доверие ко всем его назначениям делают мать не только незаменимым сотрудником в лечебном процессе, но и создают атмосферу надежды, веру в скорый благополучный исход болезни. Ребенок чувствует настроение родителей, получающих необходимое руководство по его лечению. У него у самого улучшаются настроение и общее состояние, когда о нем заботятся родители, верящие не только в отдаленный успех, но и осознающие правильность всего того, что ему назначается.




4 ЧАСТО БОЛЕЮЩИЙ РЕБЕНОК В СЕМЬЕ

ребенок семья тревожность соматическая болезнь

Актуальность вопроса изучения психологических особенностей часто болеющих детей связана с высоким уровнем заболеваемости детей в нашей стране (в чем сходятся исследователи проблемы А. А. Баранов, В. Ю. Альбицкий, Т. М. Коценко, А. Г. Румянцев, В. Н. Касаткин и мн. др.). В национальном докладе о здоровье населения России отмечено, что число абсолютно здоровых детей снизилось до 10%, часто и длительно болеющие дети составляют 70 и 75%, а 15—20% имеют хронические заболевания. Часто болеющие дети (ЧБД), таким образом, являются самой большой группой детей, нуждающихся в системной медико-психолого-педагогической поддержке.

Однако категория ЧБД в настоящее время незаслуженно выпадает из сферы научно-практических исследований (в отличие от детей, страдающих определенными хроническими соматическими и психическими заболеваниями). Имеющиеся в литературе данные освещают в основном медико-физиологические аспекты проблемы ЧБД (В. Ю. Альбицкий, А. А. Баранов, Е. И. Андреева, Б. К. Мусина, С. М. Гавалов, Н. М. Лысенко и др.). Сведений, касающихся психолого-педагогических вопросов, крайне мало, несмотря на то, что в медицинской литературе указывается на недостаточную эффективность традиционных оздоровительных и общеукрепляющих мероприятий и ставится вопрос о необходимости профессиональной психологической помощи этой категории детей (В. К. Таточенко, В. Ю. Альбицкий, А. А. Баранов и др.). Такая необходимость связана, по мнению медиков, с наличием в анамнезе у большинства ЧБД острых и хронических психотравмирующих ситуаций.

Известно, что состояние здоровья ребенка воздействует на развитие его личности. Значимость работы в первую очередь определяется задачами психологической практики при работе с больными детьми. При психологической коррекции негативных особенностей личности развития больных детей необходимо знать и учитывать специфику возможных отклонений при наличии заболеваний.

В психологической литературе приводятся некоторые данные, указывающие на отличия часто болеющих детей от их здоровых сверстников по ряду индивидуально-психологических характеристик (Арина Г. А., Коваленко Н. А.). Так, для них характерны выраженная тревожность, боязливость, неуверенность в себе, быстрая утомляемость, зависимость от мнения окружающих (прежде всего, от мнения мамы). Они могут подолгу играть с одной и той же игрушкой, обходясь без общества других детей, однако им необходимо присутствие рядом матери, за которой они «ходят хвостиком».

При адекватной и даже несколько завышенной вербализованной осознанной самооценке у часто болеющих детей существует негативное эмоциональное самоотношение, иногда доходящее до аутоагрессии. При этом психологическим контекстом такого самоотношения является сравнение с матерью: «Она такая хорошая, а я, такой плохой, ее недостоин». Для 62% часто болеющих детей характерно приписывание себе отрицательных эмоций, таких как горе (печаль), страх гнев (злость) и чувство вины.

Вместе с тем группа часто болеющих детей не является однородной с медицинской точки зрения. По частоте заболеваний внутри нее выделяются две подгруппы:

• относительно часто болеющие (ОЧБД) — дети, болеющие ОРВИ 4-5 раз в год;

• истинно или очень часто болеющие дети (ИЧБД) — болеющие ОРВИ более шести раз в год. Для них характерно, помимо высокой частоты заболеваний, их более тяжелое и продолжительное течение.

Можно предположить, что эти две подгруппы различаются не только по своему соматическому состоянию. Прежде всего, они находятся в несколько различной социальной ситуации развития и разном психологическом климате. В первом случае часто болеющий ребенок, как и большинство его сверстников, посещает детский сад (хотя и с некоторыми перерывами), живет «общественной» жизнью, участвует в играх и занятиях наравне с другими детьми. Во втором случае ребенок в основном замкнут в кругу своей семьи. В большинстве случаев эти дети находятся на учете в какой-либо клинике. Сама постановка ребенка на учет в клинику, которая требует значительных усилий и временных затрат, может свидетельствовать о ярко выраженной озабоченности матери здоровьем своего ребенка. Можно полагать, что такая озабоченность вызвана особым отношением к ребенку как к больному, ослабленному, нуждающемуся в специальном медицинском обслуживании и тщательном уходе.

Подобная «охранительная» позиция матери, скорее всего, будет способствовать формированию специфических черт личности ребенка, которые могут провоцировать развитие психосоматических заболеваний.

В качестве источников психологических особенностей часто болеющих детей можно рассматривать несколько:

• частота переносимых заболеваний;

• условия жизни;

• особенности семьи;

• методы воспитания и т. д.

В пользу влияния условий жизни говорит тот факт, что истинно часто болеющие дети редко посещают дошкольные учреждения, гораздо чаще их жизнь замкнута в кругу семьи. Следовательно, основное социализирующее воздействие они испытывают со стороны матери. В литературе хорошо описаны особенности матерей часто болеющих детей и специфика их внутрисемейных отношений .

Среди этиологических факторов частой заболеваемости детей были указаны специфические деформации в системе отношений между детьми и родителями и некоторые личностные особенности последних, прежде всего матерей. Основываясь на результатах наблюдения, Е. Шарова утверждает, что около 80% родителей часто болеющих детей реализуют стиль семейного воспитания по типу гиперопеки. Общение с ребенком становится схематичным: на все случаи жизни даются прямые советы, разъясняются варианты поведения. В результате ребенок не нарабатывает собственного опыта взаимодействия с людьми, не учится принимать решения, отвечать за свои поступки. Действуя строго по правилам, предложенным взрослым, он перестает исследовать жизнь, не ищет границы собственных возможностей. Таким образом, нивелируется стремление к самостоятельности. Примерно половина родителей ЧБД, по наблюдению Е. Шаровой, предъявляет к своим детям явно заниженные требования.

Г. А. Арина и Н. А. Коваленко более глубоко рассматривают особенности материнского отношения к часто болеющему ребенку и выявляют некоторые психологические механизмы формирования в нем специфических деформаций. По их мнению, почти всем матерям часто болеющих детей присуще «отвергающее с элементами инфантилизации и социальной инвалидизации» родительское отношение: матери эмоционально отвергают ребенка, низко ценят его личностные качества, видят его более младшим по сравнению с реальным возрастом, иногда приписывают ему дурные наклонности. На поведенческом уровне такое отношение проявляется либо в постоянном одергивании ребенка, либо в чрезмерной опеке и постоянном контроле любого действия ребенка. Авторы делают вывод о наличии особого стереотипа отношения матерей ЧБД к своему ребенку, в котором неосознаваемое эмоциональное отвержение ребенка сочетается с тенденцией к авторитарному контролю всей психической и телесной жизни ребенка.

Исследование, предпринятое А. А. Михеевой, еще более уточняет представление о специфике материнского отношения к часто болеющему дошкольнику. В большинстве случаев, когда ребенок болеет 4—5 раз в году, он явно отвергается матерью, не соответствует ее ожиданиям; мать не принимает болезни ребенка, хочет видеть его здоровым и предъявляет довольно высокие социальные требования. В случаях же, когда ребенок более шести и более раз в году, отвержение ребенка матерью не осознается, хотя и присутствует; на первый план выступает симбиотическая связь, а болезнь служит способом ее поддержания. Это вызывает отношение к ребенку как к «маленькому неудачнику». Социальные требования к нему сводятся до минимума по причине уверенности в том, что он в силу своего физического состояния не может обойтись без участия и опеки матери.

Рассматривая психологическую структуру полных семей, воспитывающих часто болеющего ребенка, Г. А. Арина и Н. А. Коваленко говорят о том, что она имеет следующий вид: активная, доминантная мама с «привязанным» к ней ребенком и отставленный в сторону отец. «Вытеснение» отца связывается авторами с тем, что традиционно мать несет тотальную ответственность за все, что происходит с больным ребенком; эта ответственность постепенно распространяется на все жизненное пространство семьи. Таким образом, болезнь заостряет изначальную дефицитарность психологического участия отца в воспитании ребенка. Интересно, что образ отца у часто болеющего ребенка в большинстве случаев идеализирован, наделен особыми положительными качествами и вызывает преимущественно положительные эмоции. Отношение же к матери противоречиво: часто болеющие дети не чувствуют эмоциональной близости с ней, воспринимают ее неуравновешенной, незрелой, чувствуют некоторую ее отгороженность, закрытость. При этом общее отношение к матери остается высокопозитивным, признается значимость ее поддержки и заботы, неумение обходиться без ее помощи даже при осуществлении простых актов самообслуживания.

В целом следует отметить, что данных, касающихся отношения часто болеющего ребенка к своим родителям, значительно меньше, чем данных, раскрывающих особенности родительского отношения. Многие ученые отмечают, что определенные личностные черты матери (тревожность, невротичность) способны вызвать серьезные нарушения в ходе психического развития ребенка. Неадекватное, неоднозначное отношение к ребенку со стороны матери эти авторы в большей степени связывают с личностными особенностями матерей, чем с самой болезнью ребенка. По их мнению, для матерей часто болеющих детей характерна прежде всего высокая личностная тревожность, которая отражает внутреннюю конфликтность и напряженность матери, а болезнь ребенка является возможностью отреагирования собственных проблем. Причем обнаружена прямая связь между выраженностью личностной тревожности матери и частотой ОРЗ у ребенка. Большинство матерей часто болеющих детей склонны в ситуации фрустрации давать экстрапунитивные реакции (своя доля ответственности за совершенный поступок отрицается или преуменьшается). Известно, что данного типа реакции являются компенсацией собственной уязвимой позиции. Матерям часто болеющих детей присуще низкое самопринятие и негативное самоотношение. В их эмоциональной жизни преобладают отрицательные эмоции (страх, обида, злость, неудовольствие и беспокойство). Чувство вины (неосознаваемое или осознаваемое) связано для большинства таких матерей с болезнью ребенка, однако ответственность за выздоровление возлагается на других (врачей). В результате между ребенком и матерью складываются неадекватные взаимоотношения, которые проявляются в том, что при отвергающем, инфантилизирующем отношении матери ребенок становится зависим от нее, нуждается в ее внимании и поддержке. Отмечено, что социальная ситуация развития больного ребенка характеризуется следующими особенностями:

• дефицитарностью общения детей со сверстниками;

• отсутствием условий для реализации ведущего вида деятельности — игры;

• ограниченностью общения детей кругом семьи;

• неблагоприятными личностными проявлениями родителей;

• наличием у родителей непродуктивных установок по отношению к ребенку и применением неэффективных стилей воспитания;

• тревожно-конфликтной психологической атмосферой в семье.

Вследствие этого психическое развитие протекает не всегда благополучно.

Применение специально разработанного комплекса мер психологического воздействия позволит изменить психологическое содержание факторов, влияющих на формирование личности детей с негативного психологического содержания на позитивное.

155

Не останавливаясь на описании самой технологии психокоррекционной работы, можно обозначить систему «психологических мишеней»:

• патогенные стереотипы негативного реагирования матери;

• расщепленный психологический комплекс ответственности;

• противоречивое в поведенческом, когнитивном и эмоциональном аспектах отношение к ребенку;

• дефектное представление о распределении ролей в семье.

В работе с ребенком необходимо создать психологические условия для становления его собственного «Я», независимо от чужого мнения, для обретения им уверенности и самостоятельности при решении встающих перед ребенком проблем.



5 БЕДА В СЕМЬЕ: ДЕТИ И ПОДРОСТКИ С СОМАТИЧЕСКИМИ ЗАБОЛЕВАНИЯМИ



Известно, что свыше 10% детей и подростков в современном обществе страдают соматическими болезнями, причем у 5% из них психические и эмоциональные расстройства, возникшие на почве длительного течения соматической болезни или ее выраженности, становятся хроническими.

Пребывание подобных детей в семье создает много сложностей, которые условно могут быть разделены на две группы: первая — как семья влияет на состояние больного ребенка; вторая — каким образом состояние хронически больного ребенка меняет психологический климат в семье. Отсюда и часто практические задачи, стоящие перед психологами и врачами: добиться того, чтобы семья помогала хронически больному ребенку или подростку поскорее выздороветь или лучше адаптироваться и чтобы пребывание этого пациента в семье не вызывало в ней частых, шумных и уж тем более неразрешимых конфликтов. Мнения ученых тут расходятся. В частности, многие полагают, что современная психиатрия еще не может дать исчерпывающие ответы на подобные вопросы. Это объясняется относительной молодостью детской психиатрии и педиатрии — этим наукам не более ста лет, и они еще не накопили соответствующего опыта.

Несмотря на то что было высказано много здравых и практически важных мыслей, реализация их очень затруднена — в первую очередь из-за непонимания родителями необходимости более бережного отношения к детям и критического восприятия своих недостатков (с целью, понятно, их ликвидации).

Астма — одно из частых хронических соматических заболеваний, она бывает у 5—7 процентов детей и подростков. В последнее десятилетие заболеваемость астмой увеличилась. Хотя прогноз достаточно хороший, болезнь обычно означает длительное течение, постоянные посещения врача. Считается, что по сравнению с другими хроническими болезнями астма чаще вызывает психосоциальные нарушения у детей и подростков, но на самом деле риск не настолько велик. Большинство детей с хронической астмой нормально адаптируются в психосоциальном плане. В некоторых случаях болезнь может вызывать страх и беспокойство, ухудшение отношений с ровесниками, уменьшение физической активности. Но исследования связи между уровнем проблем, вызванных астмой, и психосоциальной функцией детей дали противоречивые результаты. Эмоциональные и поведенческие проблемы ребенка чаще связывали с плохим уходом. Дети, которые умерли от астмы, обычно пребывали в состоянии тяжелой депрессии, у них были конфликты с родителями и плохой самоконтроль. Нарушения функции семьи могут быть следствием нагрузки и стресса из-за болезни ребенка.

Чтобы уменьшить беспокойство и страх ребенка, которые могут возникнуть в связи с астмой, усилить его контроль за симптомами болезни, используется психологическое лечение. Профилактическое лечение направлено на раннее выявление значимых эмоциональных нарушений, более эффективное использование лекарств, снижение числа приступов, увеличение объема информации, которая может быть полезной в случае, если человек будет искать помощи.

Установление взаимопонимания между жителями и ребенком может также улучшить психосоциальную ситуацию больного, смягчить симптомы астмы, уменьшить число дней, проведенных в больнице, и связанные с этим расходы. Лечение, проводимое под руководством и наблюдением медсестры, обучение больного самоконтролю, осознание проблем, вызванных болезнью, увеличение компетенции семьи — все это может оказать эффективную помощь ребенку. Даже оздоровительные обучающие программы для детей с астмой и их семей могут снизить количество приступов и продолжительность заболевания. С помощью психологических методов, профилактических мер и фармакологических средств можно добиться хороших результатов лечения.




Библиографический список



1. Банщиков В.М., Гуськов В.С, Мягков И.Ф. Медицинская психология. М.: Медицина, 2008

2. Буянов М.И. Ребенок из неблагополучной семьи. М., 2009

3. Валерьянов К.С. и др. Клиническое обследование матерей, имеющих детей с органическими нарушениями ЦНС // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. М., 2009. Т. XV. Вып. 5.

4. Малпер А.Р. Состояние и тенденции развития обучения и воспитания глубоко умственно отсталых детей//Дефектология. 2010. № 3.

5. Мастюкова Е.М. Ребенок с отклонениями в развитии. М., 2010