Пражский лингвистический кружок

Пражский лингвистический кружок

(Пражская школа функциональной лингвистики)



Содержание:

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ УСТАНОВКИ ПРАЖСКОЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ

ОТЛИЧИЯ ОТ МЛАДОГРАММАТИЗМА

Выбор исторической стадии при изучении языка

Отношение к сравнению родственных и неродственных языков

ПЛК ОПИРАЛСЯ НА СОССЮРА И БОДУЭНА ДЕ КУРТЕНЕ, НО НЕКОТОРЫЕ ИХ ПОЛОЖЕНИЯ НЕ РАЗДЕЛЯЛ:

Отношение к проблеме синхронии и диахронии в исследовании

Проблема «языка» и «речи»	

ФОНОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ Н.С. ТРУБЕЦКОГО	

ФОНЕТИКА И ФОНОЛОГИЯ

УЧЕНИЕ О СМЫСЛОРАЗЛИЧЕНИИ	

ПРАВИЛА ИДЕНТИФИКАЦИИ ФОНЕМ

ТЕОРИЯ ОППОЗИЦИЙ

Оппозиции

I.	Одномерность – многомерность оппозиции	

II.	Пропорциональные – изолированные	

III.    По отношениям между членами оппозиции	

Привативные оппозиции: один член оппозиции характеризуется наличием, а другой – отсутствием признака	

Градуальные – признак градуируется	

Эквивалентные (равнозначные), где каждый из членов оппозиции наделен самостоятельным признаком	

Постоянные и нейтрализуемые оппозиции	

ПОНЯТИЕ ФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ	

ИССЛЕДОВАНИЯ ПРАЖЦЕВ ПО ГРАММАТИКЕ	

ЗНАЧЕНИЕ ИССЛЕДОВАНИЙ ПРАЖСКИХ ЯЗЫКОВЕДОВ ДЛЯ СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКИ	

ЛИТЕРАТУРА	





Историческая справка

Одним из основных направлений структурной лингвистики является Пражская лингвистическая школа. Центром деятельности Пражской лингвистической школы был Пражский лингвистический кружок, возникший в 1926 г. и существовавший до 1952 г. Творческий расцвет относится к 30-м гг. 

Среди представителей этого кружка следует отметить В. Матезиуса (Матезиус (Mathesius) Вилем (1882-1945)), чешский языковед. Глава Пражского лингвистического кружка. Основные труды по общему языкознанию и английскому языку. Один из основоположников функциональной лингвистики), Б.Трнка, Б. Гавранека (Гавранек Богуслав (1893-1978), чешский языковед. Работы по чешскому языку, сравнительной грамматике и сравнительно-историческому изучению литературных славянских языков. Разрабатывал функционально-структуральную теорию. Представитель Пражского лингвистического кружка), Я. Мукаржовского (Мукаржовский Ян (1891-1975), чешский эстетик, литературовед. Член Пражского лингвистического кружка, один из основоположников структурализма. Труды по истории литературы, поэтике, теории кино), В. Скаличку, И. Вахека и других чешских ученых. Отличительной особенностью кружка являлась тесная связь с западноевропейскими и русскими учеными — Р. О. Якобсоном (Якобсон (Jakobson) Роман Осипович (1896-1982), российский и американский языковед, литературовед. С 1921 за границей. Один из основателей Московского, Пражского, Нью-Йоркского лингвистического кружков, один из основоположников структурализма в языкознании и литературоведении. Основные труды по общему языкознанию, славянским языкам (главным образом русскому), поэтике), Н.С. Трубецким (Трубецкой Николай Сергеевич (1890-1938), князь, российский языковед. Сын С. Н. Трубецкого. Один из теоретиков Пражского лингвистического кружка. Разработал принципы фонологии и морфонологии как особых лингвистических дисциплин. Славист и компаративист. Изучал культуру и языки народов Северного Кавказа. Исследования о русской литературе), С.И. Карцевским, К. Бюлером (Австрия), Л. Блумфилдом (США), А. Мартине (Франция) и др. Творчески связанными с Пражской лингвистической школой были советские ученые П.Г. Богатырев, Г.О. Винокур, Е.Д. Поливанов, Б.В. Томашевский, Ю.Н. Тынянов. 

Теоретические взгляды представителей Пражского кружка нашли свое отражение в «Тезисах Пражского лингвистического кружка» (1929), предложенных 1 съезду славистов в Праге, а также в многочисленных публикациях трудов кружка. С 1935 г. кружок стал издавать журнал «Slovo a slovesnost».

На формирование лингвистической теории пражских языковедов большое влияние оказали некоторые взгляды Ф. де Соссюра (например, положение о том, что язык – частный случай семиотических систем), а также русская лингвистика, представленная работами И.А. Бодуэна де Куртенэ, Ф.Ф.Фортунатова, А. А. Шахматова.

 Основные положения соссюровской концепции языка в работах пражских языковедов подверглись существенному переосмыслению и в ряде случаев получили дальнейшее развитие.

Основная идея «Тезисов» - представление о языке как о функциональной системе, т.е. как о «системе средств выражения, служащей какой-либо определенной цели». 



Методологические установки Пражской лингвистической школы

Отличия от младограмматизма

Выбор исторической стадии при изучении языка

Младограмматики считали, что чем древнее историческая стадия, тем ценнее, т.к. вскрывает глубокие исторические корни и историю развития. 

ПЛК опровергал это и утверждал, что лишь современный язык может дать полную, ничем не измененную, упрощенную картину языковой системы.

Отношение к сравнению родственных и неродственных языков

Младограмматики выработали сравнительный метод, но привнесли в него большое        ограничение: сравнение лишь родственных языков (от 1 праязыка). 

ПЛК: сравнение языков имеет большое значение, но при структурном изучении языков могут сравниваться и не родственные языки. Языки могут сравниваться, например, по наличию того или иного явления.

Этот подход дал теорию типологии языков, само понятие языкового типа (раньше – «языковая семья», т.е. родственные языки). Была разработана теория «языковых союзов», общностей, которые влияли друг на друга в процессе исторического сосуществования. Это могут быть и неродственные языки, но в процессе развития у них появляются общие черты. Например, ПЛК описал «балканский языковой союз».



ПЛК опирался на Соссюра и Бодуэна де Куртене, но некоторые их положения не разделял

Отношение к проблеме синхронии и диахронии в исследовании

Соссюр противопоставлял синхронию и диахронию абсолютно и не терпел компромиссов. 

ПЛК,  отвергал эту противопоставленность, вводя понятие эволюции в синхронное описание. Например, при описании языка обращается внимание на архаические элементы, на продуктивные и непродуктивные явления. Развивая идею системной организации языка, пражские структуралисты отвергли соссюровское представление о непреодолимости преград между синхронией и диахронией. В «Тезисах Пражского лингвистического кружка» отмечалось, что нельзя воздвигать непреодолимых преград между синхроническим и диахроническим методами. Вместе с тем пражские языковеды подчеркивали преимущество синхронного анализа, поскольку изучение современного состояния языков представляется единственным критерием, дающим исчерпывающий материал и позволяющим составить о языке непосредственное представление. Бодуэн де Куртенэ еще в 1876/77 учебном году в подробных программах Лекций, читанных в Казанском университете, выдвинул положение о тесной связи синхронии и диахронии, подчеркивая исторический характер системы языка. Пражские структуралисты целиком восприняли это положение Бодуэна, подчеркивая, что синхроническое описание языков не исключает целиком понятия эволюции.

Признание тесной связи синхронии и диахронии привело пражских языковедов к целому ряду важных положений. Основатель Пражского лингвистического кружка В. Матезиус выдвинул метод «аналитического сравнения» языков, согласно которому в синхронном плане сравниваются лингвистические системы родственных и неродственных языков с выявлением тенденций их развития. Любопытно отметить, что мысль о сравнении родственных и неродственных языков встречается в работах русского языковеда В. А. Богородицкого, ученика Бодуэна де Куртенэ, который в 20-х. гг. XX в. говорил об «аналогическом» сравнении грамматических явлений в родственных и неродственных языках.

Эти идеи в дальнейшем положили начало типологическому изучению языков.

Изучение сходных явлений в родственных и неродственных языках, генетически относящихся к разным языковым семьям, позволили пражским ученым разработать понятие языкового союза в противоположность понятию языковой семьи. Под языковым союзом они понимали группу географически смежных неродственных (или не близкородственных) языков, обладающих сходными, чертами в синтаксической, морфологической и фонологической структурах.

Наконец, фонетические и другие явления языка стали изучаться в зависимости от исторического развития языковой системы. 

Проблема «языка» и «речи»

Соссюр разводит язык и речь. Язык – система, существующая автономно, независимо от речи. 

Пражские структуралисты восприняли и творчески переработали также соссюровскую концепцию языка и речи. Й. Коржинек полагает, например, что «соотношение между языком и речью представляет собой просто отношение между научным анализом, абстракцией, синтезом, классификацией, т. е. научной интерпретацией фактов, с одной стороны, и определенными явлениями действительности, составляющими объект этого анализа, абстракции и т. д.,— с другой» (12, 307). Матезиус считал речь непосредственно данной, и язык, по его мнению, обладает идеальным бытием и познается лишь вторично. С языком мы сталкиваемся либо при отклонениях от нормы, либо при систематическом и абстрагирующем анализе. Скаличка полагал, что язык составляет объект структурной грамматики, а описательная грамматика регистрирует факты речи. 

Т.о., ПЛК: соотношение между языком и речью представляет собой просто отношение между научным анализом (абстракцией) и некоторыми явлениями действительности. Речь представляется как непосредственная данность, язык – как результат научной абстракции.  Таким образом, облегчается процедура исследования, такой подход дает хорошие результаты в конкретных исследованиях, например, такой метод применялся Н.С. Трубецким при создании фонологической теории.



Фонологическая концепция Н.С. Трубецкого

Фонетика и фонология

Бесспорной заслугой Пражского кружка перед мировым языкознанием является создание фонологии как научной дисциплины. В. Матезиус писал, что «плодотворность и гибкость  новой точки зрения проверяется прежде всего на звуковой стороне языка, и фонология становится ведущей дисциплиной в области функциональной, а также структурной лингвистики, подобно тому как историческая фонетика стала главным полем деятельности и гордостью исследования младограмматиков».

На фонологическом уровне соссюровское разделение языка и речи весьма подробно разработал Н.С. Трубецкой в книге «Основы фонологии» (1939 г., перевод 1960). Взамен декларативных утверждений о ситемности языка (Соссюр) Н.С. Трубецкой наглядно это продемонстрировал на примере изучения одного из языковых уровней. Трубецкой отталкивался от тезиса Соссюра о двухстороннем характере знака (знак – двухсторонняя сущность, единств оозначаемого и означающего). Взяв этот тезис за основу, Трубецкой показывает, что изменение одной стороны приводит к изменению другой. Трубецкой исходит из положения о различии звуков речи и звуков языка. Звуки речи должна изучать фонетика, пользуясь методам естественных наук. Звуки языка должны описываться в лингвистике. «Учение о звуках речи, имеющее дело с конкретными физическими явлениями, должно пользоваться методами естественных наук, а учение о звуках языка в противоположность этому — чисто лингвистическими методами. Мы будем называть учение о звуках речи фонетикой, а учение о звуках языка — фонологией». «Никогда не следует забывать,— подчеркивает Трубецкой,— что в фонологии основная роль принадлежит не фонемам, а смыслоразличительным, оппозициям. Любая фонема обладает определенным фонологическим содержанием лишь постольку, поскольку система фонологических оппозиций обнаруживает определенный порядок или структуру». Фонема как член оппозиции не совпадает с конкретным звуком, под которым Трубецкой понимает «совокупность всех, как фонологически существенных, так и несущественных, признаков, которые обнаруживаются, в той точке звукового потока, где реализуется фонема». Конкретные звуки являются лишь материальными символами фонем, фонема может реализоваться в ряде различных звуков. Такие физически различные звуки, в которых реализуется одна и та же фонема, Трубецкой называет вариантами фонемы.

Различие между звуками речи и звуками языка заключается в том, что означающее в речи – это конкретный звуковой поток, физическое явление, а означающее в языке – это правила, согласно которым упорядочивается звуковая сторона речевого потока. Отсюда следует необходимость найти эти правила, описать систему.

Учение о смыслоразличении

Трубецкой в качестве центрального понятия берет понятие  функции, и функции смыслоразличения.

Звук выполняет смыслоразличительную функцию:

[т]от – [к]от

Выводится понятие «противоположение» («оппозиция»). Оппозиция [т] и [к] в русском языке является фонологической или смыслоразличительной, она дифференцирует значения двух слов языка.

Минимальная фонологическая единица – это фонема. Фонема – минимальная значащая единица языка, которая служит различению смысла слов в данном языке.

Фонема – теоретический конструкт, извлекаемый в результате теоретического анализа, т.к. реальное живое слово – нечто большее.

Правила идентификации фонем

Одна из задач – описание инвентаря фонем конкретного языка. Для этого есть определенные правила идентификации фонем:

Если 2 звука языка встречаются в одной и той же позиции и могут замещать друг друга, не меняя при этом смысла слова, то такие звуки являются факультативными вариантами одной и той же фонемы:

конечно

[ч] – [ш]

Если два звука встречаются в одной и той же позиции и изменяют значение слова или изменяют его до неузнаваемости, то эти звуки являются реализацией разных фонем:

тот – кот

тетя – тятя

рак – как

Если два акустически или артикукуляторно родственных звука никогда не встречаются в одной и той же позиции, то они являются комбинаторными вариантами одной и той же фонемы:

год [о]

года []

годовой [ъ]

Теория оппозиций

Когда установлен полный состав фонем данного языка, мы подходим к анализу системы фонем с точки зрения ее структуры (упорядоченности). Для этого мы описываем те противоположения (оппозиции), в которые входи каждая фонема. Это описание для каждой фонемы дает полное описание фонологической системы.

Оппозиции

Одномерность – многомерность оппозиции

Одномерная  оппозиция (основание для сравнения, присущее только двум сравниваемым элементам и никаким больше):

[т] и [д] - единственная пара дентальных смычных

Многомерная оппозиция

[д], [б], [г] – основание для сравнения  - смычность

Пропорциональные – изолированные

Отношения между членами оппозиции тождественны или нет отношениям между членами другой оппозиции:

1) [п] относится к [б] как [г] к [к], [д] к [т]. Т.е., основание для сравнения повторяется;

2) [п] и [ш].

По отношениям между членами оппозиции:

Привативные оппозиции: один член оппозиции характеризуется наличием, а другой – отсутствием признака:

[д] – [н] – все одинаково, кроме назальности.

Градуальные – признак градуируется:

степень подъема у гласных.

Эквивалентные (равнозначные), где каждый из членов оппозиции наделен самостоятельным признаком:

[п] – [ш] – один губно-губной, другой – губно-зубной.

Постоянные и нейтрализуемые оппозиции:

[глухие] – [звонкие] в русском - нейтрализуемая оппозиция (явление оглушения – озвончения), а в немецком и английском эти оппозиции постоянны.

Понятие функциональности

Одним из важнейших положений в концепции Пражского лингвистического кружка является понятие языковой функции. ПЛК подходит к анализу языковых явлений с т.з. той функции, которую оно выполняет (младограмматики не использовали понятие функции).

Понятие функции языка у пражских лингвистов основывается на учении немецкого языковеда К. Бюлера о языковых функциях, изложенном им в работе «Теория языка. Структурная модель языка» (1934). По мнению Бюлера, психические способности человека—мыслить, чувствовать и выражать волю— породили три функции языка — коммуникативную (функцию сообщения), функцию .выражения и функцию обращения. Этим функциям соответствуют три типа высказываний - повествовательный, восклицательный и побудительный. Коммуникативная функция связывается с интеллектуальным мышлением и способом общения. Ей противопоставлена функция выражения (аффективная, эмотивная, эмоциональная функция), которая истолковывается психологически как контакт «заражения» слушателя с помощью интонационно-фонетических средств. Отвергнув психологическую трактовку понятия функции, пражские лингвисты развили представление о языке как функциональной системе, определяя язык как систему средств выражения» служащих определенной цели. Термин «функция» пражские ученые понимают не в математическом смысле как выражение строгой зависимости, а как целевую установку речевого высказывания. Введение понятия функции привело к установлению так называемой телеологической (т. е. целевой) точки зрения, согласно которой любое языковое явление следует оценивать с точки зрения, к которой оно направлено. Этот функционализм, обоснованный в 20-х гг., был подтвержден в 1958 г. в тезисах, представленных Б. Гавранеком, К, Горалеком, В. Скаличкой и П. Тростом IV Международному съезду славистов: «Лингвистическая концепция Пражской школы имеет две особенности, которые обе одинаково важны и соответствуют тому новому, что внесла Пражская школа в лингвистику. Это, прежде всего, структурность: пражские языковеды вводят в лингвистическую проблематику проблему структуры — проблему структурного характера языка и взаимосвязанности его частей. Во-вторых, и об этом не следует забывать, пражская лингвистика является функциональной. Термин «функция» означает здесь, разумеется, задачу, а не зависимость» (38, 250). Таким образом, структурность и функциональность являются двумя характерными особенностями Пражского лингвистического кружка. Вот почему этот кружок еще иногда называют Пражской школой функциональней лингвистики, деятельность которой была многогранной и разносторонней.

В отличие от Соссюра, заявившего, что единственным предметом лингвистики является язык, изучаемый в самом себе и для себя, пражские лингвисты признают социальную природу языка, подчеркивая необходимость изучения не только языковых элементов, но и многообразных связей, существующих между языком и  объективной действительностью. В статье «Язык и стиль» (1942) Матезиус писал, что для «задачи наименования элементов действительности и задачи выражения актуального отношения говорящего каждому языку и каждой эпохе свойственны свои средства выражения, отличающиеся от аналогичных средств другого языка и другой эпохи не только внешним видом — формой, но и смысловым содержанием, эмоциональной окраской». Наиболее полно взгляды пражских лингвистов на проблему соотношения внешней и внутренней лингвистики выразились при изучении структуры литературного языка; состоящего из ряда частных систем, обладающих ярко выраженным социальным и функциональным характером.

Функциональный подход был плодотворно применен к исследованию проблем литературного языка и культуры речи. Решению этих вопросов способствовали также практические задачи, стоящие перед чешскими лингвистами, которые были вызваны особенностями развития чешского литературного языка.

 Поскольку существуют разные функции речевой деятельности, то им, считают пражские языковеды, должны соответствовать функциональные языки. «Различие между функциональным языком и функциональным стилем,— пишет Б. Гавранек в статье «Задачи литературного языка и его культуры» (4932),— заключается в следующем: функциональный стиль определяется конкретной целью того или иного высказывания и представляет собой функцию высказывания, то есть «речи» (parole), в то время как функциональный язык определяется общими задачами нормативного комплекса языковых средств и является функцией языка (langue)».

Утверждение пражских лингвистов о том, что «каждая функциональная речевая деятельность имеет свою условную систему — язык а собственном смысле», вряд ли правильно, так как до уровня «языка» поднимаются различные функциональные стили: поэтический, фамильярный и т. д., а о поэтическом и о литературном языке говорятся как о различных языках, отличающихся от общенародного языка. Идеи пражских языковедов о противопоставлении литературного языка общенародному языку в определенной степени пробудили интерес к изучению той специфической роли, которую играет язык в литературном художественном произведении.

Функционализм участников Пражской школы сказался в теоретическом обосновании проблемы культуры языка. Под культурой языка пражские языковеды понимают заботу о стабильности, устойчивости литературного языка, который должен избавиться от всех ненужных колебаний. Поддержка стабильности тесно связана с выработкой стилистического богатства языка, способного без труда выражать самые разнообразные оттенки значения. Все это требует, в свою очередь, сохранения своеобразия языка, т. е. усиления тех черт языка, которые обусловливают его специфику. Борьба за культуру языка предполагает сознательное воздействие лингвистов на разработку вопросов функционального и стилистического использования языковых средств, на формирование норм литературного языка, его стабилизации. 

Понятие функции очень плодотворно в фонологии, морфологии, грамматические категории также могут быть описаны в терминах функциональности. Понятие функции используется в изучении языковых стилей.

Функция

Стили (функциональные языки)

коммуникативная

разговорный язык

практически специальная

деловой язык

теоретически специальная

научный язык

эстетическая

поэтический язык



Каждый функциональный язык имеет свою систему, может быть описан как единое целое. Могут быть описаны также подъязыки, функциональные разновидности.



Исследования пражцев по грамматике

Принципы структурного и функционального подхода представители Пражской лингвистической школы стремились распространить и на изучение проблем морфологии и синтаксиса. Морфология понималась пражскими учеными как раздел теории лингвистической номинации, которая противопоставлялась синтаксису как теории синтагматических способов, изучающих сочетания слов, возникающие в результате синтагматической деятельности. В синтаксисе противопоставление языка и речи везет к разграничению предложения в высказывания.

Если при изучении фонологические вопросов у представителей Пражской лингвистической школы наблюдалось некоторое единство, то в области грамматики наблюдается различие подходов.

Один подход к изучению грамматики наблюдается у В. Скалички. В своей работе «О грамматике венгерского языка» (1935) он пытается исследовать явления грамматики, используя достижения фонологии. В центре его грамматической теории — поиски минимальной единицы, составляющей основу грамматической системы. Считая недоказанным положение о том, что в языке существует противопоставление формы и содержания, Скаличка предлагает выделять не морфологический (морфему), а грамматический элемент. Например, в слове комнаты морфема -ы не может считаться минимальной единицей морфологии, так как она имеет уже два значения: показатель множественного числа и показатель родительного падежа. «В связи с этим, - пишет Скаличка,— мы имеем право сказать: в грамматике существуют мельчайшие неделимые единицы, которые можно назвать семами». Сема является одновременно и формальным и функциональным элементом. «Такой подход, при котором уделялось внимание как форме, так в содержанию языкового высказывания, — подчеркивают современные чешские языковеды, — предопределил дальнейшее развитие пражских исследований по структурной грамматике, авторы которых сознательно избегали того чисто формального, антисемантического метода, который столь часто используется другими лингвистическими группами вплоть до настоящего времени». 

Большинство языковедов считают, что сема является не основным элементом грамматического строя языка, а компонентом содержания морфемы.                  .

Другой подход, заключающийся в одинаковости (изоморфности) фонологического и морфологического исследования, был использован Р. Якобсоном в работе «Очерк общего учения о падеже» (1936). Выдвинутое Трубецким понятие фонологической оппозиции, различительных признаков фонемы Якобсон применил к анализу грамматической системы языка, придавая большое . значение привативным оппозициям. Разработав учение об общем значении грамматической формы, Якобсон построил свою систему грамматических оппозиций и применил ее к анализу падежной системы русского языка. Якобсон подчеркивал, что вопрос об общих падежных значениях относится к учению о слове, так как общее значение падежа независимо от его окружения, в то время как отдельные (частные) значения падежа определяются разного рода словосочетаниями, т.е. различными и формальными значениями окружающих слов. Систему падежей имени существительного в русском языке Якобсон представляет как совокупность трех различительных признаков, образующих общее значение падежа. Якобсон выделяет следующие признаки, находящиеся в отношениях оппозиции:                             

1) направленность — ненаправленность действия (т. е. признак указывает направление на предмет — винит., дат., мест. падежи, и отсутствие признака направленности—именит., род. и твор. падежи);

2) объемность — необъемность действия (т. е. предел участия в действии в отсутствие такого предела — родит, и мест. падежи);  

3) периферийность — непериферийность действия (т. в. указание на побочную, второстепенную роль в содержании высказывания — дат., твор. и мест. падежи, и указание на главную роль — именит., винит. падежи).

Любопытно отметить, что идея установления основных значений падежей и оппозиций между ними не является новой в языкознании. В 1880 г. русский синтаксист А. В. Барсов в статье «Значение и зависимость падежей и их соотношение между собой» разделил косвенные падежи на две группы: 1) падежи, указывающие на предметы, к которым направлено действие,— винит, и дат. (ср. признак направленности у Р. Якобсона) и 2) падежи, обозначающие предметы, которые стоят близко в каком-нибудь отношении к другим падежам,— род., твор., предл.

Внутри каждой группы А. В. Барсов противопоставляет падежи (кроме предложного) по дополнительным признакам— первостепенности и второстепенности предмета (ср. признак периферийности у Якобсона). К надежам, указывающим на второстепенную роль предмета, Барсов относит винительный и творительный, а к падежам, указывающим на главную роль,— дательный и родительный. Таким образом, противопоставление происходит по двум признакам — направленность - ненаправленность, первостепенность - второстепенность. Трудно, конечно, сравнивать концепции А. В. Барсова и Р. Якобсона по уровню и степени доказательства, но само сходство идей является знаменательным ». 

Третий подход к анализу грамматических явлений языка содержится, в работах В.Матезиуса «О так называемом актуальном членении предложения» (1947), «Основная функция порядка слов в чешском языке» (1947) и др.; где он разрабатывал учение о функциональном синтаксисе. Под функциональным синтаксисом Матезиус понимает изучение средств и способов объединения слов в предложении в рамках той или иной конкретной ситуации. Матезиус выдвинул идею об актуальном членении предложения или функциональной перспективе последнего, соотносящее предложение с контекстом ситуации. Актуальное членение, по Матезиусу, следует противопоставить его формальному, грамматическому членению. Если формальное членение разлагает состав предложения на его грамматические элементы, то актуальное членение выясняет способ включения предложения в предметный контекст, на базе которого оно возникает. В качестве основных элементов актуального членения Матезиус выделяет исходную точку (или основу) высказывания, т. е. то, что является в данной ситуации известным или, по крайней мере, может быть понято из контекста, и ядро высказывания, т. е. то, что говорящий сообщает об исходной точке высказывания. Основными средствами актуального членения выступают интонация и порядок слов.

Анализ языковых средств с точки зрения выполняемой ими функции и в связи с многообразными отношениями к действительности привел Матезиуса к разработке принципов лингвистической характерологии, связанной с типологическим (аналитическим) изучением языков. Отличительный признак лингвистической характерологии Матезиус усматривает в том, что она вводит в лингвистический анализ понятие значимости и синхронных соотношений. «Лингвистическая характерология имеет дело только с важными и существенными особенностями данного языка в данный момент времени, анализирует их на базе общей лингвистики и старается выяснить отношения между ними». Матезиус всегда подчеркивал, что системный анализ языка может проводиться лишь на строго синхронной основе и с помощью аналитического сравнения, т. е. посредством сравнения языков различного типа без учета их родственных связей.

Попытка Матезиуса построить функциональную грамматику языка явилась крупным вкладом чешских ученых предвоенного периода в теорию и практику структурной грамматики. Однако преимущественное внимание, которое пражские языковеды уделяли синхронному описанию языка, не означало отказа от его исторического изучения.

В целом пражские языковеды относились весьма бережно к лингвистическому наследию прошлого. Матезиус писал, что функциональное языкознание Пражского лингвистического кружка является полноправным наследником школы младограмматиков, сравнительный метод которых они дополнили сравнением неродственных языков.

Значение исследований пражских языковедов для современной лингвистики

Исследования пражских языковедов внесли существенный вклад в современное языкознание. Выработанные ими основные понятия фонологии и фонологического описания, разработка положений функциональной грамматики, изучение функциональных языков и стилей обогатили языкознание новыми подходами к изучению языка.

Классический период развития Пражской лингвистической школы закончился в начале второй мировой войны. Деятельность Пражской лингвистической школы сыграла важную роль в истории языкознания. Она оказала и продолжает оказывать существенное влияние на развитие мировой лингвистики. Основные идеи не утратили актуальности и в настоящее время. Общим достоянием лингвистической науки стало, в частности, признание лингвистической  значимости элементарных фонологических признаков (играющих особенно важную роль в генеративной фонологии). Широкое признание получила «динамическая» концепция языка, обоснованная в трудах Вахека, Ф. Данеша и др., тезис об «открытом» характере языковой системы, включающей наряду с «центральными» (системными,  регулярными) также и «периферийные» элементы. В числе плодотворно развиваемых в современной лингвистике понятий, выдвинутых представителями Пражской лингвистической школы,  - понятие маркированности - немаркированности языковых единиц. Успешно развивают традиции Пражской лингвистической школы современные исследователи функциональной перспективы предложения,  объединяющие соответствующие результаты пражской школы с новейшими достижениями в изучении интонации. 



Литература

Апресян Ю.Д. Идеи и методы современной структурной лингвистики, М., 1966

Березин Ф.М., Головин Б.Н. Общее языкознание, М., 1979

Вахек Й. Лингвистический словарь пражской школы, М., 1964

Дугин А. Преодоление Запада. Эссе о Николае Сергеевиче Трубецком, М., 1999

Звегинцев В.А. История языкознания XIX-XX вв. в очерках и извлечениях, ч.2, М., 1960

Лингвистический энциклопедический словарь, М., 1990

Материалы международного  конгресса  "100  лет Р. О. Якобсону", М.,1996

Пражский лингвистический кружок, М., 1967

Руднев В.П. Словарь культуры ХХ века. Ключевые понятия и тексты, М., 1997

Трубецкой Н.С. Основы фонологии, М., 1960

Якобсон Р. О. Работы по поэтике, М., 1987











































7