Лукьянова Е. Г. Теория процессуального права

Теория процессуального права Лукьянова Е.Г. М.: 2003

Оглавление

     § Аннотация
     § Содержание 
     § Введение

Аннотация

E. Г. Лукьянова

Теория

процессуального права

Издательство НОРМА Москва, 2003

 

УДК 340.12 ББК 67.4 Л84

Лукьянова Е. Г. Теория процессуального права. — М.: Издательство НОРМА, 2003. — 240 с.

ISBN 5-89123-695-8 (НОРМА)

В исследовании с использованием структурно-функционального анализа рассматриваются общетеоретические проблемы процессуального права как одного из крупных правовых массивов в структуре российского права. В книге определяется назначение и место процессуального права в структуре права и механизме правового регулирования, выявляются его специфические признаки, функции, цели и задачи, показана система действующего в России процессуального права и законодательства, анализируются современные тенденции ее развития.

Для студентов, аспирантов, преподавателей юридических вузов и факультетов, а также всех тех, кто интересуется современными проблемами теории права и процессуальных наук.

ISBN 5-89123-695-8 (НОРМА)

Е. Г. Лукьянова, 2003 Издательство НОРМА, 2003











Содержание 

Введение...................................................................1

Глава 1. История возникновения и развития процессуального права и науки процессуального права............................................5

1.1.  История процессуального права.........................5

1.2.  История науки процессуального права.............. 19

Глава 2. Сущность процессуального права ..................43

2.1.  Понятие структуры права

и место в ней правового блока ......................43

2.2. Природа и признаки процессуального права....... 60

2.3.  Функции, цели и задачи

процессуального права................................. 84

Глава 3. Система процессуального права

и тенденции ее развития......................................114

3.1.  Характеристика системы процессуального

права ........................................................114

3.2.  Основные тенденции развития системы

процессуального права................................137

Глава 4. Процессуально-правовой механизм...............156

4.1.  Понятие процессуально-правового

механизма и его элементы...........................156

4.2.  Процессуальные правовые нормы

и их особенности........................................166

4.3.  Юридические факты, опосредующие

процессуальные правоотношения .................188

4.4.  Процессуальные правоотношения

и их особенности........................................201

Заключение............................................................229

 

Елена Геннадьевна Лукьянова Теория процессуального права

Издательство НОРМА

Лицензия № 03206 от 10 ноября 2000 г.

101990, Москва, Колпачный пер., 9а

Тел./факс (095) 921-62-95 E-mail: norma@norma-verlag.com

Подписано в печать 25.09.02

Формат 84x108/32. Бумага типографская

Гарнитура «Школьная». Печать офсетная

Усл. печ. л. 12,6. Уч.-изд. л. 10,94

Тираж 3000 экз.

Заказ № -1307

Официальным дистрибьютором Издательства НОРМА

является «Издательский Дом ИНФРА-М»:

127214, Москва, Дмитровское ш., 107

Опт, розница, книга-почтой, доставка:

Телефоны: (095) 485-45-44 (справки о наличии); (095) 485-74-36 (книга-почтой); (095) 485-74-00 (заключение договоров); (095) 485-69-44

Факс: (095) 485-53-18; 485-68-18 E-mail: books@infra-m.ru. Internet: www.infra-m.ru

Мелкооптовая продажа и розница:

Продажа со скидкой 10% для студентов и преподавателей

осуществляется в павильоне № 411-32

«Книжной ярмарки на Тульской»

по адресу: Варшавское ш., 9

(ст. м. «Тульская», далее трамв. № 3, 35, 47

до остановки «СтройДвор»)

Отпечатано в ОАО «Московская типография № 9»

109033, Москва, Волочаевская ул, д. 40

Телефон (095) 362-89^9

  

Введение

В структуре права функционируют два вида правовых норм — материальные и процессуальные. Материальные нормы имеют своим главным назначением регулирование нормального возникновения, развития и прекращения социально значимых общественных отношений, процессуальные предназначены для обеспечения реализации материальных норм в случаях возникновения различных отклонений от нормального развития социально значимых общественных отношений и направлены на их защиту. Процессуальные нормы играют весьма важную роль в обеспечении оптимальных условий правового регулирования, несут основную нагрузку нормативного способа упрочения законности, обеспечения прав, свобод и законных интересов граждан. Очевидно, что сегодня невозможно только по содержанию материальных отраслей права судить о демократичности правовой системы. Достаточно вспомнить советский период развития российского общества с его формально демократическим законодательством, провозглашением прав и свобод личности.

Истинное лицо правовой системы, направленность ее на всемерное обеспечение и защиту прав и свобод личности определяется не столько их количеством, закрепленным в законодательстве, сколько реальностью и степенью надежности демократического механизма их осуществления.

 

2                                                                                                                                                                                                                        

Без анализа юридического процесса как такового, процессуальных норм и правоотношений, без изучения процессуального права в целом невозможно объективно оценить реальное состояние механизма правового регулирования, ибо в обществе, объявляющем высшей ценностью человека, его права и свободы, именно демократическое процессуальное право, опосредуя взаимодействие государства и личности, является гарантом защиты ее прав и свобод, а также важным средством координации частного и публичного интереса.

Однако при всей социальной значимости процессуальных норм нельзя не признать, что в юридической литературе наблюдается некоторая недооценка их роли. В известной мере это характерно для общей теории государства и права. Очень долгое время процессуальные нормы исследовались преимущественно в рамках отраслевых юридических наук. Тем не менее сегодня можно констатировать, что представление о процессуальном праве, о юридическом процессе как объекте общеправовой теории прочно, хотя и не без труда, утвердилось в отечественном научном сознании.

Как предмет общей теории права вопрос о процессуальном праве привлек внимание ученых в конце 60-х — начале 70-х гг. XX в. Тогда в общей теории права получила развитие концепция так называемого «широкого» понимания процессуального права (т. е. под процессуальным правом понималась вся регламентированная правоприменительная деятельность). У истоков данной концепции стояли П. Е. Недбайло и В. М. Горшенев. Из исследований этого направления можно отметить такие работы, как «Юридическая процессуальная форма: теория и практика» (М., 1976), «Теория юридического процесса» (Харьков, 1985),   «Процессуальные нормы и отношения в со-

ветском праве (в «непроцессуальных» отраслях)» (Воронеж, 1985).

Концепция «широкого» понимания юридического процесса вызвала резкое неприятие со стороны представителей процессуальных наук. И эта реакция не случайна.

Дело в том, что теоретики права дедуктивным способом решали проблему процессуального права, распространив на эту сферу общие теоретические построения, но упуская из виду, что в процессуальных науках начиная с их возникновения в XIX в. процессуальное право понимается более узко и связывается лишь с регламентацией охранительной деятельности государства. Как считают процессуалисты, правильным представляется обратный, индуктивный путь, т. е. переход от знания частного к общему.

В конце прошлого века в правовой науке наблюдается некоторое возрождение интереса к процессуальным вопросам. Из исследований тех лет необходимо назвать работы В. Н. Протасова «Юридическая процедура» (М., 1991) и «Основы общеправовой процессуальной теории» (М., 1991), в которых автор с точки зрения традиционного понимания процессуального права предпринимает попытку исследования этой части общей теории права. Но это лишь первое приближение к проблеме. В общеправовой литературе все еще нет исследований, специально посвященных целостному комплексному изучению процессуального права, отсутствует общепризнанное его определение, неоднозначно трактуется его роль и место в структуре права, в механизме правового регулирования.

В связи с этим в предлагаемой вниманию читателя работе предпринята попытка устранить указанные пробелы и подойти к анализу процессуального

 

4                                                                                                                                                  

права комплексно — раскрыть его понятие, определить назначение и место в структуре права и механизме правового регулирования, выявить специфические признаки процессуального права, раскрыть его содержание, систему и показать тенденции ее развития.

 Глава   1. ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА И НАУКИ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА

1.1. История процессуального права

Процессуальное право как совокупность правовых норм, регулирующих юрисдикционную и иную охранительную деятельность специально уполномоченных государством органов, появляется лишь на сравнительно поздних этапах жизни человеческого общества, отражением степени цивилизованности которого в определенной мере и являются процессуальное право и уровень его развития1.

Однако сама деятельность по разрешению правовых споров (процедура) возникла уже на ранних этапах развития общества и права. Так, Г. В. Мальцев пишет: «Зарождение примитивных процессуальных форм, упорядочивающих конфликтную ситуацию спора или наложения наказаний за действия, близкие к преступлению или являющиеся таковыми, относится к весьма ранним стадиям человеческого общества»2.

Процедура разрешения споров при ряде существенных общих черт различна у разных народов и в

1  См.: Кашанина Т. В. Происхождение государства и права. М., 1999. С. 298.

2  Мальцев Г. В. Происхождение и ранние формы права и государства // Проблемы общей теории права и государства. М., 1999. С. 111.

 

g                                                                                                                                                   

разные периоды развития общества, и она видоизменяется в соответствии с исторически обусловленными представлениями о ее оптимальности. Рассмотрим, как появляется это правовое явление, каковы закономерности его развития и этапы применительно к этому общеевропейскому процессу. Различают следующие этапы в этом развитии: а) архаичное право (? — IX—XI вв.); б) сословное или корпоративное право (IX—XI вв. — XIII—XIV вв.); в) развитое или общегосударственное право (XIV—XVII вв. — ...). В качестве этапа перехода к развитому праву выделяют королевское право1.

Особенности архаичного права: устный характер норм, их казуистичность, несистематизированность, неструктурированность и необязательность предопределили и соответствующие особенности процедур разрешения споров. В древнем обществе не существовало специальных юридических учреждений, разрешавших правовые споры2. Дела о правонарушениях рассматривались у различных народов различными органами: народными собраниями, вождем, старейшинами, официальными и неформальными лидерами. Целью архаичного права было примирение сторон3. В соответствии с этим задача органов, рассматривающих правовой спор, состояла не столько в том, чтобы выявить факты, сформулировать правовые нормы и применить их с учетом этих фактов, сколько в том, чтобы устранить причиненное зло и восстановить гармонию во встревоженной общине.

Примирения можно достигнуть, лишь если все вовлеченные в конфликт стороны будут уверены в том, что справедливость восторжествовала. Обижен-

1  См.: Кашанина Т. В. Указ. соч. С. 217.

2 См.: Алексеев В. П., Першиц А. И. История первобытного общества. М., 1990. С. 306.

3  См.:  Аннерс Э. История европейского права. М.,  1996. С. 10—20.

ная сторона должна увериться, что ей определена подобающая компенсация за причиненный вред. Виновника следовало убедить, что арбитр принял правильное решение, и дать ему гарантии, что, осознав содеянное и возместив ущерб, он вновь сможет влиться в общину. Именно это предопределило материальное возмещение за содеянное как основное наказание.

Доказательства, используемые в примирительном праве, при разрешении дел о правонарушениях отличались символичностью, демонстративнос-тью, церемониальностъю и красочностью, а в качестве их служили свидетельские показания, клятвы1. Суд руководствовался «доброй славой» сторон, довольствовался ритуальной присягой, широко практиковал судебные поединки сторон и ордалии2. Фор-мализованность и зрелищность доказательств обусловливались тем, что архаичное право было почти целиком устным, и, чтобы применение его норм не прошло незамеченным, надо было использовать такую процедуру осуществления архаичных норм, которая отпечатывалась бы в памяти людей. Это своего рода зачатки процедурной формы.

Вместе с тем примитивные народы не знают процесса как установленного государством порядка разрешения споров и иных конфликтных проявлений общественных отношений. Неразвившаяся и неокрепшая государственная власть еще не ставит в число своих задач разрешение социальных конфликтов. Инициатива разрешения споров всегда принадлежит потерпевшему3, имеют место самосуд, обычай частной мести. Однако отсутствие четко определенного  порядка  разрешения  социальных  спо-

1  См.: Всеобщая история государства и права / Под ред. К. И. Батыра. М., 1998. С. 26, 36, 47.

2  См.: Алексеев В. П., Першиц А. И. Указ. соч. С. 312.

3 Там же. С. 26.

 

8                                                                                                                                                      

ров ведет к ослаблению общины, и поэтому еще в период архаичного права возникающее и крепнущее государство постепенно начинает брать на себя функцию разрешения социальных противоречий.

Историческое развитие не всегда и не везде происходит прямолинейно и поступательно. Не составляет исключения и правовое развитие. Среди систем архаичного права особое внимание необходимо уделить римскому праву. Римское право занимает в истории человечества совершенно исключительное место — оно пережило создавший его народ и дважды покорило мир1. Мастерски разработанное в деталях римское частное право явилось синтезом всего юридического творчества античного мира, а затем легло в качестве фундамента правового развития новых народов. Глубокое развитие римского частного права обусловило и соответствующее развитие гражданского процесса — «совместной деятельности сторон и органов судебной власти, направленной на разрешение споров о гражданских правах»2.

Рассмотрим историю римского процесса. История гражданского процесса в Риме делит его на три периода: в древнем праве существовал легисакцион-ный процесс, в классическом праве был введен формулярный процесс, а в постклассическом праве стал функционировать экстраординарный процесс3.

Легисакционный и формулярный процессы делились на две стадии: производство in jure и производство apud judicem. Производство in jure совершалось перед римскими магистратами, которые должны были установить правильный способ осуществления

1  См.:  Покровский И. А. История римского права. СПб., 1998. С. 13.

2  Хвостов В. М. Система римского права. М., 1996. С. 212.

3  См.:   Салогубова Е. В. Римский гражданский процесс. М., 1997. С. 36.



процессуальных действий и наличие предусмотренного правом требования.

Производство apud judicem совершалось перед избранным судьей или арбитром, который в ходе расследования проверял фактические показания сторон и после рассмотрения доказательств выносил приговор.

Черты легисакционного процесса. Это самый древний вид процесса, который характеризуется ле-гисакциями — исками, обладающими несколькими основными признаками.

1.  Все легисакции учреждались и регулировались законом — per legem, и почти все они были введены Законами XII таблиц.

2.  Легисакции отличались неукоснительным формализмом и обставлялись ритуальными формулами и жестами, так что малейшее отступление от ритуала приводило к проигрышу спора.

3.  Легисакции основывались на строгом цивильном праве. Поэтому исковое требование (petitio) отклонялось, если хоть в малейшей мере расходилось с тем, что был должен ответчик (plus petitiore)1.

Итак, уже в древнейшем римском праве можно говорить о становлении процессуального права (гражданского процессуального права) в собственном смысле — совокупности правовых норм, регулирующих порядок разрешения споров.

Чрезмерный формализм легисакции, а также пассивное положение магистрата в производстве in jure привели к тому, что древнее судопроизводство стало тормозом в развитии римской торговли. С внедрением принципа Ъопа fide легисакции стали непопулярны, а сам процесс сменился формулярным процессом, основной характеристикой которого являлась    неформальность:    стороны    теперь    свободно

1 См.: Пухан И., Поленак-Акимовская М. Римское право. М., 1999. С. 333.

 

10                                                                                                                                                   

выражали свои исковые требования. Потом претор давал правовую квалификацию спора и в конце процесса in jure составлял краткую запись, называемую формулой. Формула передавалась судье, который после расследования содержащихся в ней фактов выносил решение.

Существенной чертой формулярного процесса явилось также увеличение роли магистрата, который стал активным создателем формулы и тем самым творцом новых правовых отношений1.

Экстраординарный процесс представляет собой последний этап в развитии римского гражданского процесса. Первоначально он возник как исключение, а в период империи, когда вся власть сконцентрировалась в руках императора и высшей бюрократии, он стал обычным и единственным видом гражданского процесса. Его основные черты.

1.   Единый  принцип  совершения  всех  процессуальных действий — все они велись перед государственными чиновниками.

2.  Наличие иерархии ступеней процесса — решения чиновников низшего ранга стороны могли опро-тестовавать подачей жалобы высшим должностным лицам и даже самому императору2.

3.   Вместо прежней публичности,  когда процесс велся перед форумом, был введен принцип тайности судопроизводства,   выражавшийся   в   том,   что   все процессуальные действия совершались письменным путем и проходили в закрытом помещении, а государственные   служащие   работали   в   специальных канцеляриях.

4.   Введение  теории  оценки  доказательственной силы отдельных доказательств означало,  что были предписаны правила, по которым считалось, что какой-либо факт доказан. Таким образом, был отменен

1  См.: Пухан И., Поленак-Акимовская М. Указ. соч. С. 340.

2  См.: Новицкий И. Б. Римское право. М., 1995. С. 41.

 



11

принцип свободного убеждения и принцип материальной истины.

5. Были установлены правила компенсации расходов по процессу1.

Таким образом, можно констатировать достаточно высокую степепь развития римского гражданского процесса. Поэтому о римском гражданском процессуальном праве мы можем говорить как о самостоятельном правовом явлении, имеющем специфический предмет и сферу регулирования, отличные от материального права. И уже здесь можно проследить важную закономерность. Чем более развито материальное право, тем детальнее в законодательстве прорисовывается деятельность, связанная с осуществлением правосудия.

В сравнении с гражданским процессом уголовный процесс не получил глубокой разработки, характеризуясь даже в начале республиканского периода полной неопределенностью. Магистрат привлекал к ответственности за любое деяние, которое ему казалось преступным, и судил по своему усмотрению. Позже собственно органами уголовного суда становятся народные собрания, а производство магистрата приобретает характер предварительного следствия.

Во второй половине республики появляются постоянные судебные комиссии. Существенную особенность производства в судебных комиссиях составляет то, что инициатива обвинения принадлежит только отдельным гражданам, частным лицам. На обвинителе лежала обязанность собирать доказательства, вести обвинение в суде2. В более поздние периоды развития римского государства частная инициатива перестает быть исключительной, но не отменяется. Повсеместно утверждается уголовная юрисдикция императорских чиновников.

1  См.: Пухан И., ПоленакАкимовская М. Указ. соч. С. 352.

2  См.: Покровский И. А. Указ. соч. С. 169.

 

12                                                                                                                                                    

В развитии как римского гражданского, так и уголовно-процессуального права можно проследить специфическую правовую особенность (наряду с общей правовой закономерностью, отмеченной выше). Не только материальное право обусловливает развитие процессуального права, но в римском праве отчетливо прослеживается и обратное влияние. Особенно это характерно для уголовного и формулярного гражданского процессов, когда магистрат, удовлетворяя те или иные исковые требования, ставил под защиту новые общественные отношения, создавая тем самым новые нормы материального права.

На некоторое время ход общечеловеческого культурного развития как будто приостанавливается, недавно влившийся большой массой человеческий материал нуждается в предварительной обработке. Несколько веков проходит в беспрерывных передвижениях народов, в их взаимных столкновениях. Много ценного, конечно, погибает при этом из античной культуры. И лишь после того, как смутное время переселения и обустройства проходит, наступает возрождение античной культуры. Римское право начинает изучаться, оно переходит в законодательство — совершается так называемая рецепция римского права, но в области процессуального права (публичного права) его широкомасштабного принятия не произошло. Имели место лишь незначительные заимствования1. Поэтому история римского процесса — это особый этап в развитии процессуального права. Но вернемся к процессу общего правового развития.

Система корпоративного права, хотя и обогатилась новыми свойствами, причем явно отличающими его от архаичного права явно в выгодную сторону, все же не достигла должного развития. В этот период правосудие как вид социальной деятельнос-

1 См.: Салогубова Е. В. Указ. соч. С. 36.

13

ти еще далеко не полностью отделилось от управленческой деятельности. Сплошь и рядом эти виды активности сливались воедино. Отчетливо бросается в глаза отсутствие профессиональных судей, вершивших правосудие. Судебные функции выполняют люди, выделяющиеся по своим личностным качествам, главное из которых — врожденное чувство справедливости или, по крайней мере, их способность учитывать многие и многие параметры спорной ситуации и не бояться принимать решение, которое, возможно, устроит не каждую из сторон спора.

В сословном обществе не было и системы судов1, а суды торговые, гильдейские, церковные, помещичьи, городские не были взаимосвязаны и действовали самостоятельно. В этом обществе действовал принцип персонального права — каждого судили «по его закону»2. Внутри одной корпорации какой-либо судебной системы также не наблюдалось. Непременно присущий развитому обществу порядок обжалования вынесенных судебных решений во многом был еще не знаком. Однако в некоторых корпорациях начинается зарождаться иерархия судебных органов. Например, решения феодального суда можно было обжаловать в суд сеньориальный. Складывалась и относительно стройная система церковных судов. Однако на общем фоне это не было пока правилом.

Судебные заседания отличались неформальным характером и более походили на собрания. Каких-либо специальных процедур ведения судебных разбирательств не было. Однако постепенно в городском праве начинает фиксироваться и определяться порядок вызова в суд, расследования, вынесения приговора и его исполнения. Внедряется необходи-

1  См.: Аннерс Э. Указ. соч. С. 194.

2  См.: Гуревич А. Я. Проблемы генезиса феодализма в Западной Европе. М., 1970. С. 194.

2-1307

 

14                                                                                                                                                   

мость правильного и грамотного оформления всех бумаг для точной информации, памяти и проверки1. Все это вполне укладывается в следующую закономерность: сначала развитие получает материальное право, а затем право процессуальное.

Система доказательств, используемая в правосудии, приобретает рациональный характер, но все же нехватка рациональных подтверждений часто возмещалась доказательствами эмоционального свойства, такими как испытание, клятва и др.2

Среди нормативных систем корпоративного права особо следует выделить каноническое (церковное) право. Правосудию по церковным делам человечество обязано не только тем, что оно разработало стройную систему судов, но и тем, что оно сделало определенное продвижение в области процессуальной техники, а именно:

• правосудие   стало   носить    писаный   характер, т. е.   гражданский   или  уголовный   процесс  можно было начать только предъявлением письменной жалобы или обвинения с кратким изложением фактов, на  которые  противной  стороной  должен  быть  дан письменный ответ. Стал вестись и протокол слушаний. Судебное решение также облекалось в письменную форму;

• показания стали даваться под присягой, под угрозой ответственности за лжесвидетельство;

• появился институт представительства, которое выполняли адвокаты;

• поддержание обвинения поручалось особому человеку (обвинителю);

1  См.:   Тушина Г. М. Правовые нормы поведения в европейском городе XIII века (по городским статутам Прованса) // Право в средневековом мире. М., 1996. С. 9.

2  См.: История государства и права зарубежных стран / Под ред.  О. А. Жидкова, Н. А. Крашенинниковой. М., 1988. Т. 1. С. 227, 228, 238, 247.

 

15

• целью доказывания стало выяснение истины по делу и создание у судей убежденности в справедливости и обоснованности приговора;

• правосудие стало более дешевым в том смысле, что судебные издержки стали возлагаться на проигравшую сторону1.

В период корпоративного права происходит, следовательно, зарождение и развитие процедурной формы.

Если корпоративное право еще практически не знало процессуальных норм и сословное правосудие носило неформальный характер, то на переходном этапе зарождения и развития королевского права отчетливо начинают просматриваться в общем массиве правовых норм нормы процессуальные. Это выражается в следующем.

1.  Разработаны формы исков для определения правонарушений.

2.   Устанавливается  определенное   процедурное единство. Так, в частности, дело начинается с вызова ответчика повесткой, в которой указывается суть дела. Одним словом, происходит рост определенности в судейском деле — аналогичные дела рассматриваются аналогично.

3.  Вводится следственная процедура, а все следствие осуществляет судья.  Одной из весьма любопытных форм дознания по спорному случаю был опрос соседей под присягой.

4.   Вводится фигура обвинителя по уголовным делам, в качестве которого от имени короны выступает юстициарий — должностное лицо королевского двора, руководящее системой правосудия.

5. Дается перечень доказательств, которые принимаются во внимание по делу. К ним относились присяги, письменные доказательства, свидетельские показания, протоколы суда и др. Среди них наибо-

1 См.: Аннерс Э. Указ. соч. С. 187, 188.

 

16



лее важными были показания свидетелей. В целом же система доказательств носит рациональный характер.

6.  Изменяется и процессуальное положение судей— они должны занимать «срединную сторону», т. е. быть объективными и не принимать заранее позицию ни одной из соперничающих в деле сторон. Процесс ставится на почву законности.

7.  Постепенно происходит демократизация процесса, вводится принцип состязательности, презумпции невиновности, разбирательство дела становится публичным и устным1.

Как видим, наработки по процедурным вопросам были сделаны довольно значительные. Все это дает основание говорить о том, что в праве возникла новая структура — процессуальное право. Окончательное становление и развитие этой правовой структуры приходится на период развитого права. Укажем на следующие основные положения.

1.  С помощью норм процессуального права осуществляется    обеспечение    интересов    управомоченной стороны, что необходимым образом связано с наложением санкций на сторону, нарушившую эти интересы. Для выполнения столь специфической деятельности, которая осуществляется от имени общества, создается   целая   сеть   специальных   государственных органов:  суды,  милиция (полиция),  прокуратура и др. Поскольку задача у этих органов одна — защита прав и свобод, то их называют органами правоохранительными.   Целью процессуального права в большей мере и является упорядочение деятельности правоохранительных органов по применению санкций.

2.    Если    ранее    процессуальные    нормы    лишь вкрапливались в нормативные акты, в которых в ос-

1 См.: Жидков О. А. История буржуазного права. М., 1971. С. 76, 77, 128, 130, 135.

 

1.1. История процессуального права                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         17

новном содержались материально-правовые предписания, то на стадии развитого права количество процессуальных норм значительно увеличивается. Они становятся не подсобными или вторичными по отношению к материально-правовым, а полноправными видами правовых норм. Справедливо утверждение, что объем и значимость процессуального права есть показатель развитости, цивилизованности общества в целом. Дело в том, что какими бы гуманными и справедливыми ни были нормы материального права, их эффективность может быть сведена к нулю, если они будут применяться неверно. Процессуальное же право как раз и призвано не допустить этого.

3.  Формулированию процессуально-правовых норм теперь    уже    посвящаются    целые    нормативные акты, например российские Закон об оперативно-розыскной деятельности, Закон об исполнительном производстве. В сфере процессуального права встречаются и такие массивные нормативные акты, которые относятся к разряду кодексов.

4.   Идет  специализация самих  процессуальных нормативных актов. Так, в частности, выделяются российские Уголовно-процессуальный, Гражданский процессуальный, Арбитражный процессуальный кодексы.

5.  Процессуальные акты имеют сложную структуру. Так, многие из них содержат раздел, который выполняет роль Общей части и называется «Общие положения». Другие разделы в основном привязываются к стадиям процесса (возбуждение дела, производство в  суде первой  инстанции,  производство  в кассационной инстанции, исполнение судебного решения, их пересмотр в порядке надзора).

6.  В законодательстве детальнейшим образом регулируется каждое действие участников процесса.   Столь   пристальное   внимание   законодателя   к каждому    процессуальному    действию    участников вызвано тем,  что  целью  и яя.чдячвнирм  нпрм  ПРР~

 

18                                                                                                                                                   

цессуального права является упорядочение защиты прав и свобод субъектов права, которое всегда связано с наступлением каких-либо неблагоприятных последствий для обязанной стороны в правоотношении. Таким образом, в обществе укореняется мнение, что применение репрессивных мер, если это вдруг окажется необходимым, должно осуществляться в определенных рамках. Задача процессуальных законов одна — поставить в рамки и проконтролировать каждый связанный с применением репрессии шаг правоохранительных органов.

7. Развитое право основано на принципе индивидуализации ответственности. Но для того чтобы индивидуализировать санкцию, нужны очень надежные способы доказывания. В процессуальных нормах развитого права дается не просто перечень видов доказательств, пригодных для использования, но и формулируются правила оценки доказательств, такие как относимость и допустимость доказательств. Кроме того, и сам перечень используемых доказательств получает дополнение новыми видами. В частности, доказательством признается и заключение эксперта1.

Современное развитие процессуального права характеризуется значительным усложнением процедуры. Во многом это объясняется тем, что одной из задач современного государства становится забота о правах личности. Существенно повлиял на процессуальную форму, вызвав ее дальнейшее усложнение, научно-технический прогресс (экспертиза, освидетельствование, участие в деле специалиста, применение магнитофона и других технических средств для фиксации и воспроизводства доказательств)2. Можно сделать вывод, что тенденцией развития процесса является усложнение и дифференциация процессуальной формы, направленность ее на всемерное обеспечение прав личности.

Таковыми представляются основные закономерности возникновения и развития процессуального права1. Теперь рассмотрим, как развивались знания об этой правовой структуре или ее теория.



1.2. История науки процессуального права

Возникновение науки процессуального права в России. Вопрос о процессуальном праве в правовой науке проходил различные этапы становления и развития. Первые упоминания о возникновении науки процессуального права в России содержатся в дореволюционных исследованиях российских юристов2.

Так, профессор В. А. Рязановский отмечает, что начиная с римского права и вплоть до начала XIX в. процесс — гражданский, уголовный и канонический — рассматривался как дополнение к соответствующему материальному праву, как производное последнего3. Римские юристы не знали специальной науки гражданского процесса, пишет профессор А. X. Гольмстен. Слово processus никогда не употреблялось римлянами в том значении, которое оно имеет в современном праве. В работах Гая и Юсти-

1  Исследование в данной работе глобальных исторических проблем,   связанных   с   развитием   процессуального   права, даже сама постановка такого вопроса, по нашему мнению, невозможны. Поэтому мы вынуждены ограничиться лишь кратким изложением наиболее характерных особенностей этого процесса.

2 Необходимо отметить, что в основу научных разработок российских юристов положены исследования германских ученых.

3  См.: Рязановский В. А. Единство процесса. М., 1996. С. 14.

 

20                                                                                                                                                    

ниана изложение гражданского права и судопроизводства сливается в одно целое1.

Первые три четверти XIX столетия в науке господствовала так называемая материально-правовая теория права на иск, которая следующим образом определяет взаимодействие между материальным гражданским правом и процессом: иск присущ материальному праву, защите которого служит, он его принадлежность (Пухта, Вехтер, Дернбург); иск есть само материальное право в своем осуществлении (Бекинг, Гарсоне); или материальное право в судебном его осуществлении (Гольмстен); право на иск только особая форма, особое проявление того материального права, которое предполагается нарушенным (Малышев)2.

Уголовный процесс носил еще более зависимый характер, нежели гражданский, рассматриваясь как составная часть уголовного права (Вехтер), причем связь между уголовным правом и процессом предполагалась той же, что существует между материей и формой одного и того же организма. Отсюда уголовное право принято было называть материальным, а уголовный процесс формальным уголовным правом3. Считалось, что материальное и формальное уголовное право служат одной и той же государственной цели, а именно восстановлению нарушенного неправомерным деянием правопорядка, но уголовное право рассматривалось как право на наказание в статическом состоянии, а процесс как право на наказание в динамическом состоянии.

Научные выводы материально-правовой теории нашли в тот период широкое применение в российс-

1  См.: Гольмстен А. X. Юридические исследования и статьи. СПб., 1894. С. 123.

2  См.: Рязановский В. А. Указ. соч. С. 14.

3  См.: Тальберг Д. Г. Русское уголовное судопроизводство. Киев, 1889. Т. 1. С. 2.

 

21

кой практике: в курсах и учебниках уголовный и гражданский процессы излагались вместе с материальным правом как его составная часть, законодатели не только в XVIII столетии и нередко в первой половине XIX столетия, но иногда и во второй половине его включали процессуальные нормы в материальные кодексы в виде особых частей или глав. Окончательное же разделение материальных и процессуальных законов в России было проведено лишь Судебными уставами 20 ноября 1864 г.

В университетском образовании эти науки также занимали подчиненное положение: гражданский процесс читался цивилистами, а уголовный — криминалистами. В науке господствовал взгляд на процессы как науки второстепенные, отсюда такая бедность русской процессуальной литературы в XIX в.1

Лишь в конце XIX — начале XX в. гражданский и уголовный процессы стали рассматривать как самостоятельные от материального права и друг от друга научные дисциплины. Так, по отношению к гражданскому праву и процессу, в частности, указы7 валось, что «гражданский процесс есть институт публичного права, а гражданское право есть право частное». Гражданский процесс имеет самостоятельный объект и самостоятельные задачи. Гражданское право как наука имеет предметом изучения систему субъективных гражданских прав, т. е. совокупность правил, нормирующих частные интересы, а гражданский процесс — организацию установления и охраны субъективных гражданских прав2. В трудах русских юристов начинает обосновываться также самостоятельность уголовного процесса (Н. Н. Розин, И. В. Михайловский, В. А. Рязановский, И. Я. Фой-

1  См.: Михайловский И. В. Судебное право как самостоятельная юридическая наука. СПб., 1908. С. 1.

2 См.: Рязановский В. А. Указ. соч. С. 15.

 

22                                                                                                                                                     

ницкий). Указывалось, что уголовный процесс, в отличие от уголовного права, так же как и гражданский, имеет и самостоятельный объект, и самостоятельные задачи1. Уголовное право имеет объектом, по выражению И. Я. Фойницкого, личную виновность и наказуемость, уголовный процесс — установление права государства на наказание2. Наряду с обоснованием самостоятельности гражданского и уголовного процессов в этот период более или менее ясно очерчивается в юридической науке предмет процессуального права. Так, профессор Н. Н. Розин пишет, что в отличие от науки материального права, которое, будучи публичным или частным, изучает юридические отношения в условиях их нормального возникновения, развития и прекращения, предметом науки процессуального права является деятельность государства по разрешению споров о праве, по установлению и охране действительного права3. Роль органа, призванного исключительно для разрешения споров о праве, установления и охраны права, играет суд. Он является единственным органом, на который государство обычно возлагает названную задачу, независимо от того, о каком праве идет спор. Отклонения от этого права, считает профессор Н. Н. Розин, вызываются исключительно внешними, историко-культурными условиями и не колеблют указанного общего начала4.

Возникновение концепции судебного права. Итак, в конце XIX — начале XX в. в правовой науке начинает складываться новая отрасль знания, имеющая предметом изучения процессуальное пра-

1  См.: Рязановский В. А. Указ. соч. С. 17.

2  См.:  Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. 4-е изд. СПб., 1912. С. 4.

3  См.:   Розин Н. Н. Процесс как юридическая наука // Журнал Министерства юстиции. 1910. № 8. С. 25.

4  Там же. С. 26.

                                                                                                                                                                                                                              23

во. Понимание процессуального права в этот период связывается с правоохранительной (включая правоустановительную) деятельностью судебных органов. В начале это были разработки, касающиеся отдельных отраслей процессуального права. Позже в научной мысли наметилось течение, рассматривающее процесс как единую научную дисциплину, построенную на единых общих началах, а отдельные процессы — гражданский, уголовный, административный — как ветви этой единой науки, как второстепенные разновидности одного основного вида. В этой связи отметим труды выдающихся русских юристов В. А. Рязановского «Единство процесса», Н. Н. Розина «Процесс, как юридическая наука», И. В. Михайловского «Судебное право, как самостоятельная юридическая наука». Рассматриваемая доктрина нашла также серьезных сторонников среди процессуалистов-криминалистов. Так, И. Я. Фой-ницкий пишет: «Примыкая к уголовному праву по содержанию и задачам, уголовное судопроизводство стоит в самой тесной связи с процессом гражданским по построению и по форме. Вместе с ним оно образует систему судебного права, ее второй член, подле которого развивается новый, третий член той же системы — административная юстиция»1. Профессор И. В. Михайловский, рассмотрев черты сходства и различия уголовного и гражданского процессов и найдя общность в предмете и в основных вопросах у обеих наук, однородность материала и совпадение массы частностей и вместе с тем незначительность и непринципиальный характер различий между ними, пришел к выводу, что оба процесса должны слиться в одну науку — судебное право, причем особенности уголовного и гражданского судопроизводства составляют лишь специальные вопросы (отделы, главы, параграфы) этой единой науки2.

1  Фойницкий И. Я. Указ. соч. С. 4.

2  См.: Михайловский И. В. Указ. соч. С. 8.

 

24                                                                                                                                                 

«Задача суда во всех трех процессах, — пишет профессор В. А. Рязановский, — установить право, в случае надобности охранить его и осуществить. Право, которое должен установить суд, может быть различно: субъективное гражданское право, субъективное публичное право, право государства на наказание. Вследствие этого, в зависимости от содержания и свойства материальных прав, должны быть проведены и известные различия в организации процесса, но задача суда во всех указанных случаях должна быть одной и той же. Если суд должен установить право, если установление права и охрана его в борьбе с неправдой и составляет задачу правосудия, в соответствии с этой задачей, целью (постулатом) процесса, всякого процесса, является достижение материальной истины, т. е. соответствия решения норме права (правомерность) и действительным обстоятельствам дела (материальная правда в узком смысле). И суд должен быть поставлен в такое положение, чтобы он мог достичь этой цели, т. е. процесс должен быть организован соответствующим для достижения материальной истины образом, сохраняя при этом, конечно, важнейшее приобретение современного правового государства — права личности»1.

Исследовав основные элементы процесса, профессор В. А. Рязановский пришел к выводу, что совпадают не только задачи и цели процессуальной деятельности, но и юридическая природа (конструкция) процесса, основные принципы судоустройства и судопроизводства2 .

Концепция судебного права в советской юридической науке. Концепция судебного права нашла свое продолжение в трудах советских ученых, хотя и разрабатывалась она в несколько ином аспекте. Идея судебного права,  по мнению ее сторонников,

1  Рязановский В. А. Указ. соч. С. 31.

2  Там же. С. 73.

 

                                                                                                                                                                                                                                                                                     25

выражает не только научную концепцию, но и реально существующее явление правовой науки, само действующее право1.

Сторонники концепции судебного права стремятся обосновать существование вторичной комплексной отрасли права, объединяющей судоустройство, уголовное и гражданское судопроизводства, являющиеся отдельными отраслями права, причем все они, сохраняя свою самостоятельность и специфические черты и свойства отдельных отраслей права, связываются непосредственным отношением каждой из них к единой отрасли государственной деятельности — правосудию.

В этом суть концепции судебного права, объединяющего те отрасли действующего права, которые определяют и регулируют организацию правосудия и его осуществление по отдельным категориям подведомственных суду дел2.

Дискуссия о судебном праве широко развернулась в советской юридической литературе. Впервые судебное право было упомянуто в 1927 г. в учебном пособии для вузов «Основы советского права», подготовленном Институтом советского права. В том же году вышла в свет книга Н. Н. Полянского «Очерки общей теории уголовного процесса», в которой концепция судебного права получила весьма глубокую для того времени теоретическую разработку.

Вопрос о судебном праве как предмет научной дискуссии привлекал к себе внимание ученых и в последующие годы. Были опубликованы многочисленные работы, посвященные судебному праву, проведены теоретические конференции по этой проблеме3.

60-е гг. XX в. отмечены кодификацией уголовно-процессуального   и   гражданского   процессуального

1  См.: Проблемы судебного права / Под ред. В. М. Савицкого. М., 1983. С. 3.

2  Там же. С. 13.

3  Подробнее обзор истории проблемы см. там же. С. 3—7.

 

26                                                                                                                                                     

права. Прежде резко отличавшиеся друг от друга не только в деталях, но и общих принципиальных положениях две эти отрасли законодательства после кодификации значительно сблизились. И как следствие этого факта в науке активизировались комплексные исследования проблем социалистического правосудия, одним из результатов которых явилась монография «Демократические основы советского социалистического правосудия» (1965 г.).

В 1974 г. сектор уголовного процесса Института государства и права АН СССР преобразуется в сектор теоретических проблем правосудия. Сотрудники сектора вплотную приступили к разработке проблем судебного права. Результатом проведенных глубоких исследований явилась коллективная монография «Проблемы судебного права» (1983 г.), в которой авторы поставили задачу обосновать существование этой комплексной отрасли права, показать ее теоретическую и практическую значимость, наметить возможные пути совершенствования законодательства о судоустройстве и судопроизводстве1.

Уголовный и гражданский процессы имеют много общего, и комплексное изучение их общей юридической природы, общих принципов, целей, свойств, истоки которых лежат не только в процессуальном праве, но и в природе суда как органа государства, призванного исключительно для разрешения споров о праве, в законах познания, лежащих в основе доказательственного права, во взаимоотношениях государства и личности, определяющих положение личности в судопроизводстве, несомненно, имеет большое положительное значение.

Тем не менее концепция судебного права была подвергнута острой критике. Отличительной чертой этой критики, наряду с ее остротой, явилось неприятие концепции как со стороны теоретиков права, так и процессуалистов   в целом.

1 См.: Проблемы судебного права / Под ред. В. М. Савицкого. С. 7.

 



27

Как было отмечено, авторы данной концепции настаивают на существовании самостоятельной отрасли судебного права, выявляют факторы, объединяющие исследуемые отрасли права, цементирующие их. Однако юридическая конструкция, предложенная ее авторами, не соответствует сложившемуся в науке определению отрасли права. Так, по мнению Р. Е. Гукасяна и П. Ф. Пашкевича, у судебного права отсутствует как единый предмет правового регулирования, так и метод1. Указывается также, что создание комплексной правовой отрасли судебного права ведет к игнорированию существенных различий между уголовным и гражданским процессами — уголовный и гражданский процессы различны по предмету, по задачам и процессуальным формам2.

Здесь следует согласиться с мнением В. Н. Протасова, что причиной обрушившейся на теорию судебного права острой критики явилось то обстоятельство, что ее авторы настаивают на существовании в системе права соответствующей сложной, комплексной отрасли и именно к этому сводят проблему, считают этот момент стержнем теории. А ведь для обоснования этой теории вовсе нет необходимости наличия отрасли судебного права. Для теории судебного права достаточно иметь свой предмет исследования3.

Основу же этого предмета составляет то общее, что внесено в содержание процессуальных отраслей природой и структурной организацией такого важного органа государства, как суд. Необходимость выполнения функций правосудия применительно к различным отраслям права приводит к определенному

1  См.: Гукасян Р. Е. Рец. на кн.: Проблемы судебного права // Правоведение. 1984. № 5. С. 107; Обсуждение проблемы судебного права // Советское государство и право. 1980. № 1. С. 141.

2 Обсуждение проблемы судебного права. С. 140, 141.

3  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. М., 1991. С. 20.

 

28                                                                                                                                                    

универсализму в деятельности суда. В итоге, по словам В. Н. Протасова, происходит обратное влияние структуры на функцию. И теория судебного права призвана исследовать природу суда, оптимальные варианты организации его структуры, влияние последней на процесс и содержание процессуального права1.

Поэтому в данном аспекте как теоретическая конструкция, изучающая организацию суда и юридический процесс и их взаимное влияние, теория судебного права заслуживает поддержки.

«Традиционное» понимание процессуального права. Частью предмета теории судебного права является процессуальное право. Процессуальное право, по мнению сторонников указанной концепции, представляет собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, которые возникают в процессе осуществления правосудия, в связи с ним или в связи с деятельностью, подготавливающей осуществление правосудия2.

Такое понимание процесса и, соответственно, процессуального права как специфической формы судебной деятельности называется традиционным, «узким». Как было уже указано, данной точки зрения придерживаются сторонники судебного права (Н. Н. Полянский, М. С. Строгович). Прочные позиции имеет этот подход к определению процессуального права у традиционных процессуалистов (однако большинство из них отрицательно относятся к концепции судебного права). Среди теоретиков права ее поддерживали А. М. Васильев, С. С. Алексеев3.

1 См.: Протасов В. Н. Указ. соч. С. 12, 13.

2 См.: Проблемы судебного права / Под ред. В. М. Савицкого. С. 17.

3 См.:   Абрамов С. Н. Советский гражданский процесс.  М., 1952. С. 5; Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1. С. 13; Васильев А, М. Правовые категории. М., 1976. С, 261; Боннер А. Т. Карл Маркс о соотношении материального права и процесса // Правоведение. 1978. № 5. С. 23—31; Алексеев С. С. Общая теория права. М., 1981. Т. 1. С. 285—287.

 

                                                                                                                                                                                                                                                            29

Сторонниками «узкого» понимания процессуального права указывается, что общественные отношения, возникающие в процессе осуществления правосудия, имеют качественные специфические особенности, в частности особый субъектный состав и содержание1. Суд как участник процессуальных отношений — это особый орган государства. От других правоохранительных органов он отличается своей правовой природой, местом в системе органов государства и механизме правового регулирования, стоящими задачами, принципами, формами и методами деятельности.

Особый предмет процессуального регулирования не может не обусловить качественного своеобразия метода его регулирования. «Именно потому, — пишет С. С. Алексеев, — что государственное принуждение является особым средством воздействия, касается прав личности, и возникает необходимость особого («процессуального») регулирования деятельности юрисдикционных и связанных с ними субъектов. Отсюда те, отмеченные в литературе черты процессуальной формы, которые наиболее гарантируют установление истины и охрану прав заинтересованных лиц, в максимальной степени приспособлены для обеспечения правового принуждения и которые поэтому выражаются в сложной процедуре, детальной и тщательной регламентации совершения юридических действий»2.

Иными словами, особо сложный и ответственный характер судебной деятельности обусловливает и особый специфический процессуальный метод правового регулирования3. В наиболее концентрирован-

1 См.: Боннер А. Т. Существует ли юридический процесс? // Проблемы соотношения материального и процессуального права. М., 1980. С. 56.

2  Алексеев С. С. Социальная ценность права в советском обществе. М., 1971. С. 123.

3 См.: Боннер А. Т. Существует ли юридический процесс? С. 56.

3-1307

 

30                                                                                                                                                    

ном виде этот метод выражается в таких процессуальных принципах, как законность, объективная истина, диспозитивность, состязательность и процессуальное равноправие, презумпция невиновности, непосредственность, устность, гласность и др. Затем такой метод выражается в особых категориях процессуальной правоспособности и дееспособности со специфическим, присущим только им содержанием и объемом. Значение имеет и выделение такого элемента процессуального метода регулирования, как особая компетенция органов правосудия. Этими же причинами объясняется особая сила юрисдикци-онного акта — его законная сила. А уже на этой основе конструируется целая система субъективных прав и обязанностей заинтересованных лиц и властных полномочий органов правосудия. Все это находит закрепление в нормах процессуального права1.

Итак, как видим, сторонниками «узкого» понимания процесса были сделаны весьма обстоятельные попытки обосновать качественные особенности предмета и метода правового регулирования процессуального права.

60-е гг. XX в. отмечены тенденцией расширения понятия «юридический процесс». В литературе отмечается существование особой разновидности юридического процесса — административного процесса, представляющего собой деятельность государственных органов по рассмотрению споров, возникающих при разрешении индивидуальных административных дел, а также по применению мер административного принуждения2.

1  См.: Елисейкин П. Ф. Соотношение общего понятия юридического процесса и организационных форм реализации материального права // Проблемы соотношения материального и процессуального права. М., 1980. С. 33.

2 См.: Салищева Н. Г. Административный процесс в СССР. М., 1964. С. 11, 13, 16.

 

31

Н. Б. Зейдер, В. Н. Щеглов в начале 60-х гг. поставили под сомнение прежний взгляд на гражданский процесс как форму осуществления правосудия, полагая, что этим понятием в действительности охватывается также деятельность управленческих органов, арбитража, нотариата, товарищеских и третейских судов, КТС и ФЗМК1.

Этот подход к определению юридического процесса также называется традиционным, так как он отражает взгляды представителей традиционных процессуальных наук (а также теории административного процесса) на свои отраслевые процессы: гражданский, уголовный, административный. Как правило, ученые, работающие в области традиционных процессуальных наук, против разработки общетеоретического понятия «юридический процесс». Под процессом, согласно данной точке зрения, понимается юридическая деятельность, направленная на разрешение споров о праве и осуществление правового принуждения.

Например, один из сторонников традиционного «широкого» понимания процессуального права П. Ф. Елисейкин юридический процесс определяет как организационную форму правоприменения юрисдикционными органами санкций охранительных материально-правовых предписаний, взятую в единстве с осуществлением заинтересованными лицами своего права обращения за защитой нарушенных прав и интересов, законности и правопорядка2.

Более удачное определение, на наш взгляд, дает Т. Е. Абова, которая под процессом понимает право-

1 См.: Зейдер Н. Б. Предмет и система советского гражданского процессуального права // Правоведение. 1962. № 3; Щеглов В. Н. Соотношение гражданского процессуального правоотношения с другими правоотношениями // Ученые труды Томского государственного   университета им.  В.  В.  Куйбышева. Вопросы экономики и права. Т. 162. Томск, 1963.

2  См.: Елисейкин П. Ф. Указ. соч. С. 37.

 

32                                                                                                                                                  

применительную деятельность уполномоченных органов и лиц, а также связанные с этой деятельностью отношения, основное назначение которых — обеспечение защиты прав и законных интересов1 граждан и организаций.

«Широкое» понимание процессуального права. На этом развитие процессуальной науки не остановилось. Традиционное понимание процессуального права расширяется выводами о наличии своих процессуальных норм в государственном, финансовом, земельном, колхозном, трудовом, пенсионном праве2. Получает распространение так называемый «широкий» подход к определению понятия и границ юридического процесса. Сущность «широкой» концепции юридического процесса заключается в том, что функции процессуального права не ограничиваются только регламентацией принуждения и разрешения гражданско-правовых споров, что, помимо уголовного и гражданского процессов, в системе материальных отраслей права имеются многочисленные процессуальные нормы и институты, на основе которых осуществляется деятельность по применению материально-правовых норм любых отраслей.

Среди ученых, стоявших у истоков этой концепции, следует назвать представителей административно-правовой   и   государственно-правовой   науки:

1  См.: Абова Т. Е. Хозяйственный процесс — порядок защиты хозяйственных прав // Теоретические проблемы хозяйственного права. М., 1975. С. 320.

2  См.: Пиголкин А. С. Процессуальная форма в правотворчестве // Юридические гарантии применения права и режим социалистической законности. Ярославль, 1976;  Краснов Н. И., Иконицкая И. А. Процессуальные вопросы советского земельного права. М., 1975; Лучин В. О. Процессуальные нормы в советском государственном праве. М., 1976;   Тарасова В. А. Процедурная форма деятельности органов социального обеспечения // Советское государство и право. 1973. № 11.

 

                                                                                                                                                            33

С. С. Студеникина, Г. И. Петрова, А. Е. Лунева, А. И. Кима, В. С. Основина, И. Н. Пахомова, Ю. М. Козлова, В. И. Попову, Д. Н. Бахраха, а также представителей науки общей теории права. Так, по мнению П. Е. Недбайло, «процессуальная форма присуща любой деятельности по применению правовых норм»1. Сходной позиции придерживается и Л. С. Явич. Он писал, «что процессуальные нормы регулируют также процесс применения гипотез и диспозиций», а не только санкций материальных норм. Этот автор обосновывал наличие в системе советского права «единой процессуальной отрасли права, призванной разрешать единую задачу регулирования отношений по применению юридических норм»2.

Систематическое обобщение и развитие новое направление в понимании назначения процессуальных форм в общетеоретическом плане получило в работах В. М. Горшенева. Им выдвинута идея о наличии в праве самостоятельной его части — процессуального права, нормы которого регламентируют все стороны деятельности и отношения не только в юрисдикционной области, но и при рассмотрении и разрешении любыми государственными органами и должностными лицами многообразных индивидуальных дел положительного характера. В. М. Горшенев полагает, что процесс как таковой имеет место всегда, когда осуществляется правоприменительная деятельность по реализации материально-правовых предписаний любых отраслей права, что с правоприменительной деятельностью  —  ее наличием  или отсут-

1  Недбайло П. Е. О юридических гарантиях правового осуществления норм советского права // Советское государство и право. 1957. № 6. С. 22; Он же. Применение советских социалистических правовых норм: Автореф. дисс.  ...  д-ра юрид. наук. М., 1956. С. 26.

2  Явич Л. С. Советское право — регулятор общественных отношений в СССР. Сталинабад, 1957. С. 96—97.

 

34                                                                                                                                                   

ствием — необходимо связывать наличие или отсутствие процесса1.

Развивая эту точку зрения, В. М. Горшенев утверждает, что «нормы процессуального права выступают своеобразной надстройкой над нормами материального права и поэтому направлены на регулирование общественных отношений, складывающихся в процессе применения норм материального права при наличии обстоятельств, требующих этого применения. Они имеют общую цель — способствовать достижению результата, преследуемого нормой материального права». В. М. Горшенев подчеркивает, что «в предмете правового регулирования следует различать два комплекса отношений: «организуемые» и «организационные». Первые составляют предмет регулирования норм материального права, а вторые — предмет норм процессуального права»2.

Усилия сторонников концепции «широкого» понимания юридического процесса были объединены в написанной под редакцией П. Е. Недбайло и В. М. Гор-шенева коллективной монографии. В ней со ссылкой на ранее цитированную статью П. Е. Недбайло уже утверждается как само собой разумеющееся: «Давно известно, что процессуальная форма присуща всякой деятельности по применению правовых норм. Ее значение в области положительной (а не только правоохранительной) деятельности органов государства по применению правовых норм не менее важно, чем в области юрисдикционной деятельности

1  См.: Горшенев В. М. Функции и содержание норм процессуального права по советскому законодательству // Проблемы правоведения. Новосибирск, 1967. С. 16—38.

2  Горшенев В. М. Способы и организационные формы правового   регулирования   в   социалистическом   обществе.   М., 1972. С. 219, 221.

3  Юридическая процессуальная форма: Теория и практика / Под ред. П. Е. Недбайло и В. М. Горшенева. М., 1976. С. 9.

 



35

по применению санкций»3. В монографии обосновывается мысль, что «любая отрасль материального права вызывает к жизни соответствующие процессуальные нормы». Под процессуальной формой В. М. Горшенев предлагает понимать «совокупность процедурных требований, предъявляемых к действиям участников процесса и направленных на достижение определенного материально-правового результата. Другими словами, процессуальная форма представляет собой особую юридическую конструкцию, воплощающую принципы наиболее целесообразной процедуры осуществления определенных полномочий. Такое определение подходит в одинаковой мере для характеристики процессуальной деятельности всех органов государства, а не только органов правосудия, применительно к которым традиционно использовалась категория «процессуальная форма». Процессуальная форма деятельности всех органов государства рассчитана на осуществление наиболее демократических принципов государственного руководства социалистическим обществом»1.

Исходя из этого предметом столь необычайно широкого «процессуального права» предлагается считать «организационные отношения», которые складываются в процессе правотворчества и правоприменения2. Отдельные же ученые вообще считают, что юридический процесс представляет собой любой порядок реализации субъективных прав и обязанностей3.

Несомненной заслугой авторов и сторонников широкого подхода к процессу является то, что они привлекли внимание к проблеме разработки общетеоретических признаков процессуального права.

Вместе с тем в науке обнаружилась тенденция решительного непризнания широкого подхода к пони-

1  Юридическая процессуальная форма. С. 12, 13.

2 Там же. С. 28.

3  Там же. С. 107.

 

36                                                                                                                                                 

манию процессуального права. Так, А. М. Васильев полагал, что нет достаточных оснований, чтобы согласиться со стремлением любую процедуру принятия юридически значимого решения государственными органами, даже если нет ее полной регламентации, рассматривать как процессуальную форму1.

Возражает против широкого понимания процесса и другой известный теоретик права С. С. Алексеев. Небезынтересна эволюция его взглядов на процессуальное право. В одной из своих работ назначение процессуальной формы он видит в регламентации принуждения в области правосудия, но лишь в сфере разрешения уголовных и гражданских дел, считая ее совершенно ненужной, в частности, для административной деятельности. Он пишет: «Если мы «просто» расширим понятие процессуальной формы и охватим им все виды юридических процедур, это приведет к его обеднению, к выветриванию из него того богатого содержания, которое вложили в рассматриваемое понятие законодательство, юридическая практика, правовая традиция»2.

С. С. Алексеев считает, что наряду с понятием «процессуальная форма», которое нужно сохранить для характеристики процедуры в области правосудия, необходимо введение в науку более широкой емкой категории — «юридическая процедура», которая охватывала бы всякую длящуюся юридическую деятельность3.

В другой своей работе С. С. Алексеев уже допускает в системе права наличие такой интегрированной структуры, как процессуальное право, которое

1  См.: Васильев А. М. Правовые категории и их место среди категорий обществоведения // Труды Всесоюзного заочного юридического ин-та. М., 1973. Т. 32. С. 184.

2  Алексеев С. С. Социальная ценность права в советском обществе. С. 123.

3  См.: Алексеев С. С. Право в нашей жизни. Свердловск, 1975. С. 120—121.

 



37

охватывает процедурно-процессуальные институты, сложившиеся в ряде отраслей материального права — трудовом, колхозном, земельном и др. Однако назначение этого права он по-прежнему видит в регламентации государственно-принудительной деятельности компетентных органов1.

Концепция широкого понимания процесса была подвергнута всестороннему теоретическому анализу и со стороны процессуалистов. В результате был высказан ряд аргументированных критических замечаний2.

Решительно возражал против концепции общего юридического процесса М. С. Строгович, он считал ее искусственной конструкцией. «Ее коренным недостатком, — писал он, — является безмерное расширение понятия процессуального права, процессуальной формы, процессуальной деятельности. Если принять ее, то под понятие юридического процесса и процессуального права подойдут совершенно различные по своему существу явления»3. К числу таких явлений он относил, например, регулирование уличного движения или прием граждан. По его мнению, к процессуальному праву нельзя относить нормы, касающиеся порядка выборов. Он возражал также против наличия административного процесса, как урегулированного правом порядка разрешения отдельных категорий административных дел самими же административными, исполнительно-распорядительными органами4.

Также Н. А. Чечина считает идею общего юридического процесса абсолютно бесперспективной, поскольку   ее   реализация   может   послужить   не   на

М.,

1   См.:   Алексеев С.  С.  Структура советского  права. 1975. С. 197—198.

2   См.: Труды Всесоюзного заочного юридического ин-та. Проблемы соотношения материального и процессуального права / Под ред. проф. М. С. Шакарян. М., 1980; Строгович М. С. Судебное право: предмет, система, наука // Советское государство и право. 1979. № 12.

3  Строгович М. С. Указ. соч. С. 62.

4  Там же. С. 62, 63.

 

38                                                                                                                                                    

пользу и не для укрепления законности, а во вред, так как фактически приведет к растворению процессуальных норм в правилах процедуры и, соответственно, понизит требования к их содержанию и к их соблюдению, т. е. не будет способствовать укреплению законности1.

Отрицая саму идею общего юридического процесса, некоторые авторы признают, что деятельности государственных и общественных организаций свойственны «многочисленные и разнообразные процедурные правила», но эти правила тем не менее «существенно различаются по своим видам, целям, содержанию и основным принципам; поэтому идея их объединения общими процессуальными понятиями и тем более единым процессуальным правом, единым процессуальным законодательством, одной процессуальной наукой теоретически и практически не состоятельна»2.

По справедливому замечанию В. Н. Протасова, концепция «широкого» юридического процесса имеет ряд таких недостатков, которые делают ее тупиковой ветвью в развитии общеправовой процессуальной теории, не оставляют перспектив ни в теоретическом плане, ни в практическом отношении3.

Аргументированная критика концепции широкого понимания процесса возымела свое действие. В настоящее время в концепции уже не делается акцента на правоприменении как основании деления правовых явлений на материальные и процессуальные, а в ряду разновидностей «широкого» юридического процесса правоприменительной деятельнос-

1  См.: Чечина Н.А. Основные направления развития гражданского процессуального права // Проблемы защиты субъективных   прав   и   советское   гражданское   судопроизводство. Ярославль, 1978. С. 114.

2 Алексеев Н. С, Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980. С. 30.

3  См.: Протасов В. Н. Указ. соч. С. 49.

 



39

ги отводится теперь роль обычного участника наряду с правотворческой деятельностью и вновь введенными контрольной, учредительной и распорядитель-й1.

Некоторые сторонники этого подхода прямо признают непригодность правоприменения в качестве критерия отделения процесса от материально-правовых явлений2.

Отсутствие четкого единого критерия разграничения материальных и процессуальных явлений в праве делает концепцию «широкого» понимания юридического процесса весьма уязвимой.

Сторонники «широкого» понимания процессуального права пытаются отождествить «процесс» с «процедурой». Они нацеливают свое внимание на процедурные моменты всякой юридической деятельности. Это, несомненно, имеет положительное значение, так как нельзя отрицать наличие указанного явления в правовой материи (и никто этого не делает). Появляются научные исследования, посвященные правовой процедуре3. Однако зачем же переносить в данную правовую сферу юридический процесс? Перенесение термина «процесс», с его традиционно сложившимся содержанием, в область процедурных явлений может привести лишь к его недостаточно глубокому познанию и исследованию и к утрате его

1   См.:   Теория   юридического   процесса.   Харьков,   1975. С. 65—71; Правовые формы деятельности в общенародном государстве. Харьков, 1985. С. 21—84; Юридическая деятельность: сущность, структура, виды. Ярославль, 1989.

2  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Процессуальные нормы и отношения в советском праве. Воронеж, 1985. С. 21, 123, 148.

3  См.:  Протасов В. Н., Щеглов В. Н. Юридический процесс и процедура // Проблемы соотношения материального и процессуального   права.   М.,   1980;     Баришпольская   Т.   Ю. Гражданский процесс и процедура: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Томск, 1988; Протасов В. Н. Юридическая процедура. М., 1991.

 

40                                                                                                                                                 

существенных специфических особенностей. Думается, что такой подход не отвечает интересам развития научных знаний. Поэтому необходимо сохранить исторически сложившееся понятие процесса, а процесс в «широком» его понимании именовать правовой процедурой, исследование которой является достаточно перспективной задачей теории права.

Современное развитие науки процессуального права. В настоящее время одним из крупных исследований в области процессуального права на общетеоретическом уровне является работа В. Н. Протасова «Основы общеправовой процессуальной теории». Автор подошел к изучению юридического процесса как к изучению научной теории, причем как метатеории. Работа В. Н. Протасова — глубокий анализ места юридического процесса как теоретической конструкции среди прочих конструкций, категорий общей теории права, соотношения с ними. Им выявлены особенности методологии общеправовой процессуальной теории, ее функции, строение и категориальный аппарат, произведено соотношение категорий охранительного правоотношения, правового механизма, процессуальной формы и юридического процесса.

Юридический процесс определяется автором как разновидность юридической правореализующей процедуры, специфика которой определяется ее направленностью на выявление и реализацию особого материального охранительного правоотношения.

Работа В. Н. Протасова представляет собой весомый вклад в разработку теории процессуального права, глубокое общетеоретическое исследование проблем юридического процесса. В работе предпринята попытка обоснования с использованием новейших достижений теории права и теории правоотношения, в частности, традиционного понимания юридического процесса.

Итак, можно констатировать существование в нашей науке следующих подходов к определению юридического процесса и процессуального права:

 

41

а)  юридический процесс — это юрисдикционная и иная охранительная деятельность органов правосудия  (деятельность,   направленная  на  разрешение споров о праве и осуществление правового принуждения);    процессуальное  право  представляет  собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения,  которые возникают в процессе осуществления правосудия, в связи с ним или в связи с деятельностью, подготавливающей осуществление правосудия;

б)  юридический процесс — это юрисдикционная и  иная  охранительная  деятельность  уполномоченных органов государства и других субъектов.   Под процессуальным  правом  понимается совокупность правовых   норм,  регулирующих   деятельность,   направленную на разрешение споров о праве и осуществление правового принуждения;

в)  юридический процесс — это вся правоприменительная  и  правотворческая  деятельность  компетентных органов государства;   процессуальное право регулирует  общественные  отношения  («организационные»   общественные  отношения),  складывающиеся в процессе правотворчества и процессе применения норм материального права;

г)  юридический процесс — это процесс реализации материально-правовых норм безотносительно к формам   такой   реализации.    Процессуальное   право представляет собой  «инструкцию»  по реализации права материального. В данном случае достаточно трудно определить предмет процессуального права, провести границу между материальными и процессуальными  явлениями  в  праве,   тем  более  что  на долю материального права остается очень и очень немного.  Модификацией данного подхода является так называемая «релятивная» теория П. М. Рабиновича: материальные и процессуальные нормы и отношения  не  имеют  абсолютных  признаков,  а рассматриваются в качестве таковых лишь в определенном    соотношении,    в    зависимости    от    функции,

 

42                                                                                                                                                   

которую они выполняют применительно к тем или иным нормам и отношениям1;

д) юридический процесс — это вся юридическая деятельность государственных органов (правотворческая, правоприменительная, учредительная, контрольная, распорядительная). Соответственно, под процессуальным правом понимается совокупность правовых норм, регулирующих эту деятельность.

* * *

Таким образом, в процессе исторического правового развития процессуальное право, как совокупность правовых норм, регулирующих юрисдикцион-ную и иную охранительную деятельность государственных и иных специально уполномоченных органов, приобретает самостоятельное значение лишь на поздних этапах развития общества (этапе развитого права). Процессуальное право есть показатель степени цивилизованности общества.

Теоретические разработки (наука) процессуального права возникают лишь в XIX в., т. е. гораздо позднее самого предмета. В качестве самостоятельной области правового знания наука процессуального права оформляется в начале XX в. в рамках концепции судебного права. В советский период развития науки происходит постепенное расширение понятия процессуального права (вплоть до отождествления его со всей юридической деятельностью государства). Безмерное расширение понимания процессуального права привело к размыванию границ и утрате его специфики. Возникла необходимость обоснования иного понимания процессуального права в рамках общей теории права.

1 См.: Рабинович П. М. Упрочение законности — закономерность социализма. Львов, 1975. С. 274, 251.

Глава  2 СУЩНОСТЬ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА

2.1. Понятие структуры права и место в ней правового блока

Процессуальное право занимает в структуре права определенное, обусловленное его сущностью и назначением место. Какое именно? Выяснение этого вопроса, имеющего принципиальное значение, и есть одна из главных задач настоящего исследования.

Однако прежде чем это сделать, надо выяснить такие отправные понятия, как структура права, система права, элементы структуры права и др.

Категория «структура права» составляет основную характеристику права с его содержательной нормативной стороны. Эта правовая абстракция позволяет глубже проникнуть «внутрь» права, исследовать устойчивый, статический аспект правовой материи. Хотя смысл понятия «структура права» представляется интуитивно ясным, дать ему удовлетворительное определение не так-то легко.

Очевидно, что в основу понятия «структура права» должно быть положено философское понимание категории «структура». Прежде чем приступить к непосредственному исследованию понятия «структура», следует остановиться на категории «система», так как перекрещиваемость содержания этих категорий при их соотношении представлена в большой степени. Ведь «структура» — это всегда структура системы, а сущностью системы не может быть ничто

 

44                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 

другое, как ее же структура. Вместе с тем едва ли основательна попытка их отождествления, поскольку это создает ряд трудностей как терминологического порядка, так и в исследовании развития систем1.

Вторая половина XX в. характеризуется утверждением и наиболее широким использованием системного стиля мышления. Однако до сегодняшнего дня попытки разработать более или менее общепринятое определение понятия «система» остаются спорными.

Традиционно под системой в философии понималась совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях между собой и образующих определенную целостность, единство2. При этом акцент делается именно на связи между элементами совокупности.

Для современных исследований теории систем характерен более широкий подход. Системность определяется атрибутивным свойством материи, и уже всякая совокупность называется системой. Так, например, в философском энциклопедическом словаре система определяется как объединение некоторого разнообразия в единое и четко расчлененное целое, элементы которого по отношению к целому и другим частям занимают соответствующие им места3. Это позволяет нам в качестве рабочего взять определение системы как отграниченного множества взаимосвязанных элементов.

Понятие «структура» является в науке не менее дискуссионным, чем понятие «система». При первом приближении структура есть форма представления некоторого объекта (системы) в виде составных частей. В этом смысле структура — это   строение

1  См.:   Макарян Э. С. Вопросы системного исследования общества. М., 1972. С. 17.

2  См.: Философский словарь. М., 1986. С. 427.

3  См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1998. С. 415.

 

45

системы (ее элементный состав). Вне системы структуры не существует. Однако этот подход не позволяет оттенить специфику структуры. Поэтому некоторые ученые при определении специфичности категории «структура» повили по пути придания структуре свойства отражать и выражать устойчивость, стабильность, в то время как система, очевидно, должна отражать подвижность, динамичность1. Структура рассматривается как инвариантный (устойчивый) аспект системы2.

Но и данная позиция не раскрывает специфику исследуемой категории, так как за этим содержательным представлением структуры остается понимание ее как взаимосвязи элементов системы. Вследствие этого другие ученые определили категорию «структура» как закон, способ связи между элементами совокупности3, при этом имеются в виду не все стороны этих взаимосвязей, а лишь их устойчивый стабильный аспект, который сохраняется при определенных изменениях элементов, в том числе при изменении их взаимосвязей.

Итак, предпринятое исследование позволяет сделать следующие выводы. Любая структура характеризуется элементным составом, наличием связей, инвариантностью (устойчивостью) во времени. В сущности, лишь последнее свойство позволяет разграничить понятия системы и структуры. Если в определении системы как отграниченного, взаимосвязанного множества элементов мы отвлекаемся от характера связей между элементами, то понятие «структура» имеет более глубокое содержание и позволяет нам выяснить, почему качество системы в

1  См.:   Аверьянов А.   И.   Системное   познание   мира.   М., 1985. С. 51.

2  См.: Овчинников Н. Ф. Принципы сохранения. М., 1966. С. 267.

3  См.:    Свиридерский  В.  И.  О   диалектике  элементов   и структуры в объективном мире и в познании. М., 1962. С. 11.

4-1307

 

46                                                                                                                                                                                                                                                                             

целом отличается от суммы качеств ее элементов. Понятие «структура» отражает форму расположения элементов и характер взаимодействия их сторон и свойств.

Структура — это итог движения элементов системы, итог их организации, упорядочения, и в этом смысле она выступает как устойчивая совокупность элементов и связей между ними, которые определяются исходя из распределения функций и целей, поставленных перед системой.

Большинство окружающих нас объектов обладают неисчерпаемым многообразием внутренних и внешних связей. Благодаря этому многообразию каждая материальная система является полиструктурной. В зависимости от целей изучения исследователя будут интересовать различные инвариантные во времени свойства системы. Из этого следует, что для одной и той же системы можно построить различные структуры, и в этом смысле между системой и ее структурой отсутствует однозначное соответствие.

Понимание категории «структура» в праве. Анализ существующих в литературе точек зрения показывает, что большинство отечественных ученых рассматривают категорию «структура права» как синоним системе права. «Оба эти понятия по существу идентичны», — пишет А. В. Сурилов1. «Отражением строения права, то есть его структуры, — указывает В. Н. Синюков, — выступает категория системы права»2. «Система советского общенародного права — это обусловленная характером социалистических общественных отношений внутренняя структура права, которая выражается в единстве и согласованности составляющих его норм и одновременной

1  Сурилов А. В. Теория государства и права: Уч. пособие. Киев; Одесса, 1989. С. 213.

2  Синюков В. Н. Российская правовая система.  Саратов, 1994. С. 340.

 47

их дифференциации на отрасли и институты», — писал А. С. Шабуров1. Не проводит сущностных различий между данными категориями и известный теоретик права С. С. Алексеев. Под системой права автор понимает его макроструктуру, т. е. строение права на его высшем уровне, закон связи между отраслями права2.

Что касается содержания категории «структура права», то этими же и некоторыми другими учеными она понимается упрощенно, только как характеристика внутреннего строения права3. Им же и ограничивается исследование структуры права большинством авторов. Представляется, что данная категория может быть определена только с учетом ее философского обозначения. Поскольку категория «структура» в философии рассматривается не только как строение системы, но и как законы связи ее элементов, то центр тяжести в понимании категории «структура права» должен быть перемещен от моментов строения и состава к моментам, которые выражают отношения организованности, единства и целостности.

Итак, в свете изложенного под структурой права следует понимать его строение, законы связи элементов права, их расположение, обеспечивающее его целостность.

Избранное понимание категории «структура права» обусловливает содержание процесса ее исследования. Процесс этот состоит из двух ступеней.

1  Теория государства и права. М., 1985. С. 276.

2  См.: Алексеев С. С. Структура советского права. С. 208. Следует отметить, что такое понимание данной категории с философской точки зрения не является правильным. Однако этот вопрос требует специального исследования.

3  См.:   Сурилов А. В. Указ. соч. С. 213;   Синюков В. Н. Указ. соч. С. 340; Теория государства и права. С. 276; Венге-ров А. Б. Теория государства и права: Теория права.  М., 1996. Т. 2. С. 156. С. С. Алексеев вкладывает более глубокое содержание в данную категорию.

 

48                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             

Первой ступенью в познании структуры права в

строгом и точном смысле является познание состава компонентов права. В структуре права выделяются следующие основные подразделения, или уровни: нормы права (нормативно-правовые предписания), правовые институты, отрасли права.

Первый уровень — норма права — это основной элемент структуры права, она представляет собой исходящее от государства и им охраняемое общеобязательное, формально-определенное предписание, выраженное в виде правила поведения (нормы непосредственного прямого регулирования) или отправного установления (нормы опосредованного регулирования), например нормы-начала, нормы-принципы, нормы-дефиниции и т. д., и являющееся государственным регулятором общественных отношений.

Второй уровень — институт права — это объективно обособившаяся внутри одной отрасли или нескольких отраслей права совокупность взаимосвязанных правовых норм, регулирующих определенный вид общественных отношений. Институт есть составная часть, звено отрасли. Их отличие заключается в том, что институт регулирует не всю родовую совокупность общественных отношений, а лишь их отдельные стороны и особенности. Крупные правовые институты, охватывающие значительный по объему круг правовых норм, могут подразделяться на субинституты.

Правовые институты характеризуются следующими признаками: однородностью фактического содержания, юридическим единством, законодательной обособленностью.

Однородность фактического содержания правового института означает, что он посвящен регулированию строго определенной разновидности либо стороне группы общественных отношений.

Главный признак правового института — это юридическое единство или комплексность норм, его

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                49

составляющих. Нормы, образующие институт, выступают как единый комплекс, цельная система, относительно обособленный «блок», в совокупности с другими институтами составляющий нормативный механизм отрасли.

Формальным признаком правового института является его внешнее обособленное закрепление в нормативных актах в виде самостоятельных глав или разделов.

Третий уровень — отрасль права — это крупное, центральное звено структуры права. Отрасль права есть самостоятельное, юридически своеобразное подразделение структуры права, состоящее из совокупности однородных правовых норм, регулирующих определенную сферу общественных отношений. Отрасль права характеризуется особыми признаками — это ее структурные особенности, специфический предмет правового регулирования, юридическое своеобразие отрасли (особый юридический режим). Вот что пишет С. С. Алексеев: «Отрасль права представляет собой реально обособленное, самостоятельное, суверенное, относительно замкнутое подразделение структуры права. Общность норм, составляющих отрасль права, характеризуется юридической цельностью, то есть такой степенью ее внутренней организации, единства ее институтов, когда она выступает перед лицом других отраслей как не расчленяемое целое»1. Структурные особенности отрасли права выражаются также в том, что каждая отрасль права имеет «свое законодательство», как правило, самостоятельные кодексы или иные кодифицированные законодательные акты.

Предмет правового регулирования — это внепра-вовой критерий, лежащий в основе деления права на отрасли и институты. Предмет правового регулирования — вот та сфера, на которую распространя-

1 Алексеев С. С. Общая теория права. С. 75.

 

50                                                                                                                                                                                                                                                                                   

ется право. Под предметом традиционно понималось то, что регулирует право, т. е. определенные виды общественных отношений1. Другая позиция основывается на более широком подходе: под предметом правового регулирования предлагается считать поведение людей, их деятельность2.

В структуру предмета правового регулирования входят следующие элементы: субъекты, поведение людей и их практическая деятельность, объекты регулируемых общественных отношений, социальные факты, способствующие возникновению, изменению или прекращению соответствующих отношений.

Теоретические положения о значении предмета правового регулирования как критерия деления права на отрасли прочно утвердились в отечественной юридической науке. В советский период ее развития предмету правового регулирования было придано ключевое, основополагающее значение в понимании своеобразия основных подразделений права — отраслей. Между тем исследования конкретного правового материала, пишет С. С. Алексеев, в том числе и того, который наличествовал в советском праве, свидетельствовали, что «предмет» регулирования, хотя и оказывает известное влияние на его содержание, все же не представляет собой основы для юридической специфики отраслей права3.

Отрасли права отличаются как раз тем, продолжает С. С. Алексеев, что для них характерно юридически своеобразное регулирование с точки зрения самой их природы. Наша юридическая наука, пройдя ряд дискуссий о системе права, подошла к неизбежному выводу о том, что отрасли права — не про-

1  См.: Теория государства и права. С. 280, 292.

2  См.: Гревцов Ю. И. Проблемы теории правового отношения. Л., 1981. С. 34; Протасов В. Н. Правоотношение как система. М., 1991. С. 46.

3  См.: Алексеев С. С. Право: Опыт комплексного исследования. М., 1999. С. 249.

 

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                   51

сто зоны юридического регулирования, не искусственно скомпонованные совокупности норм «по предмету», а реально существующие и юридически своеобразные подразделения в самом юридическом содержании права1.

Юридическое своеобразие отрасли главным образом выражается в том, что ей присущ особый метод правового регулирования.

При правовом регулировании используются разные приемы воздействия на общественные отношения. Это рекомендации, предоставление выбора из нескольких вариантов поведения, прямые предписания, запреты и т. д. Из них складывается метод правового регулирования. Таким образом, методы правового регулирования образуют различные способы правового воздействия на общественные отношения и используемые государством приемы установления правовых связей между участниками этих отношений. Выделяются методы императивный, диспози-тивный, поощрительный, рекомендательный, автономии и равенства сторон, убеждения и принуждения. Главными же из них все же следует признать методы императивный и диспозитивный.

В общетеоретическом плане метод правового регулирования общественных отношений, относящихся к конкретной отрасли, определяется с учетом того: а) каков подбор юридических фактов, требуемых при установлении правовых отношений; б) каковы состав и правовое положение (правосубъектность) участников регулируемых отношений; в) каков характер прав и обязанностей и как они распределены между субъектами права; г) какие правовые санкции используются за нарушение требований норм права и в каком порядке они применяются2.

1  См.: Алексеев С. С. Право. С. 250.

2  См.: Общая теория государства и права: Академический курс / Отв. ред. М. Н. Марченко. U., 1998. Т. 2. С. 235.

 

52                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             

Метод правового регулирования — это, иными словами, набор юридического инструментария, посредством которого государство оказывает необходимое воздействие на волевое поведение участников общественных отношений.

Кроме метода правового регулирования, юридическое своеобразие отрасли выражается и в ряде других ее особенностей, таких как свой механизм правового регулирования, представляющий собой особое сочетание отраслевых норм, юридических фактов, правоотношений, специфических отраслевых принципов, выражающих своеобразие правового содержания данной отрасли. Юридическое своеобразие отрасли выражается также в том, что она обладает характерной подборкой общих положений, категорий и терминов.

Вся совокупность юридических черт отрасли в целом определяется как юридический режим. Под ним следует понимать особую целостную систему регулятивного воздействия, которая характеризуется специфическими приемами регулирования — особым порядком возникновения, формирования содержания прав и обязанностей, их осуществления, спецификой санкций, способов их реализации, а также действием единых принципов, общих положений, распространяющихся на эту совокупность норм1. Хотя уровень специфики отраслевых режимов может быть различным (они могут быть генеральными, видовыми, специальными), каждая отрасль права с юридической стороны отличается в правовой системе именно режимом регулирования.

Итак, отрасли права — это центральные звенья структуры права. В современных юридических системах отрасли права подразделяются на профилирующие (базовые), специальные и комплексные. Рассмотрим  понятия  профилирующих  и  специальных

1 См.: Алексеев С. С. Теория права. Харьков, 1994. С. 105.

 

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    53

отраслей (вопрос этот будет иметь значение при характеристике системы процессуального права). Профилирующие (базовые) отрасли охватывают главные правовые режимы (конституционное, гражданское, административное, уголовное право и соответствующие им процессуальные отрасли). Как отмечает С. С. Алексеев, фундаментальные базовые отрасли отличаются юридической чистотой, яркой контрастностью, юридической несовместимостью друг с другом, что исключает возможность взаимного субсидиарного применения входящих в данные отрасли норм, являются юридически первичными, т. е. содержат исходный правовой материал, который затем используется при формировании других отраслей1.

Развитие общественных отношений и накопление большого нормативного материала в ряде случаев приводит к тому, что на базе основных (профилирующих, «вечных») отраслей возникают так называемые специальные отрасли права — это трудовое, семейное, земельное, финансовое право, право социального обеспечения, уголовно-исполнительное право. Специальные отрасли формируются и функционируют в соответствии с профилирующими (базовыми) отраслями, на базе собственных «предметов», с модифицированными применительно к особым сферам жизни общества правовыми режимами.

В рамках наиболее крупных правовых отраслей выделяются подотрасли. Подотрасль права — это относительно самостоятельный, внутренне и внешне единый комплекс нескольких институтов одной и той же отрасли. Внешним выражением подотрасли является наличие в ней такой группы норм, которая содержит общие принципиальные положения, присущие нескольким (но не всем) правовым институтам этой отрасли2.

1  См.: Алексеев С. С. Право. С. 373.

2  См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 232.

 

54                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          

Разделение права на отрасли, институты, иные структурные элементы по предмету и методу регулирования представляет собой основную главную юридическую структуру предметной дифференциации права1. Вместе с тем право — это полиструктурная регулятивная система. Ассоциации нормативных предписаний, комплексные институты и отрасли, семьи отраслей относятся ко вторичным комплексным структурным образованиям.

В таких комплексных объединениях правовых норм главным является не выделение особых, юридически дифференцированных отраслей права, а, наоборот, интеграция специальных для той или иной сферы деятельности (отрасли хозяйства, управления, культуры, образования, здравоохранения и т. п.) разнородных норм права, т. е. норм, различных по первоначальной дифференциации2.

В отличие от первичной структуры права, в основу которой положен признак предмета правового регулирования, вторичные комплексные образования как бы наслаиваются, надстраиваются над его главной структурой, объективируясь при этом во вне в гораздо меньшей степени. Правовые нормы, входящие во вторичные структурные образования, объединены не по предметному, а по функциональному назначению (или фактору целеполагания) и имеют уже две плоскости своего объективного обособления. Вторичная структура права дополняет основную отраслевую дифференциацию и не должна ей противоречить.

Думается, что названными подразделениями структура права не исчерпывается. Среди вторичных комплексных структурных образований следует выделить правовой блок.

Правовой блок — это совокупность юридических норм, которые имеют предметом комплекс об-

1  См.: Мицкевич А. В. Система права и система законодательства // Проблемы общей теории права и государства. М., 1999. С. 329.

2  Там же. С. 330.

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              55

щественных отношений, объединяемых близостью своих объективных свойств и особенностей методов правового регулирования, единством целей, задач и функций в структуре права. Такими правовыми блоками в структуре права являются материальное и процессуальное право.

Второй ступенью изучения структуры права предполагается выявление свойств и связей между элементами структуры права. На этом этапе исследования вырисовывается устойчивая упорядоченность его элементов, свойственные им взаимоотношения и структурные связи (системообразующие и системоприобретенные).

Остановимся на характеристике структурных связей права на макроуровне. В литературе приводится следующая схема иерархической (субординационной) структуры права на этом уровне.

1.  Интегрирующие и предметные отрасли. К первым  относятся  международное  и  конституционное право. Ко вторым — все другие отрасли, корреспондирующие первым.

2.   Фундаментальные  (генетически  первоначальные) и специализированные отрасли права.

3.  Материальное и процессуальное право.

4.  Позитивно-регулятивное и охранительное право.

5.  Публичное и частное право1.

Представляется, что иерархическую (субординационную) структуру составляют лишь первые два уровня структурированности, тогда как материальное и процессуальное, регулятивное и охранительное, публичное и частное право представляют собой уровни функциональной (горизонтальной) структуры права. Вместе с тем это не означает, что между правовыми нормами, входящими в данные правовые массивы, отсутствуют субординационные связи, но они не являются определяющими. Подробнее этот вопрос   рассмотрим   ниже,   раскрывая    взаимосвязь

1 См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 240.

 

56                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         

между правовыми блоками — материальным и процессуальным правом.

Материальное и процессуальное право — это такие совокупности правовых норм, институтов, отраслей — правовые блоки, — предметы правового регулирования которых составляют комплексы общественных отношений, объединяемые близостью своих объективных свойств, и в основу системообразования которых положены такие признаки, как функциональная направленность, задачи, цели правового регулирования и некоторые юридические особенности.

С общетеоретических позиций выделение в структуре права материального и процессуального права определялось главным образом наличием законодательно обособленных отраслей гражданского процессуального и уголовно-процессуального права, т. е. законодательной данностью. Так, М. С. Шака-рян и А. К. Сергун пишут: «Существование какого-то всеобъемлющего глобального процессуального права, «процессуального права вообще», и деление советского права на две части — материальную и процессуальную — дается авторами как само собой разумеющееся положение, как исходный постулат, и задача только в том, чтобы выработать его систему. Но до сих пор в теории права существовало совсем другое деление. Советское право делилось на ряд отраслей, из которых только две называются процессуальными — уголовно-процессуальное и гражданское процессуальное. Соответственно, процессуальными нормами признаются нормы этих отраслей. Понятие «материальной отрасли права» в системе права вообще не фигурирует. О материальном праве, материальной норме, материальном правоотношении говорят только тогда, когда надо отделить и не смешивать их с процессуальным правом, процессуальной нормой, процессуальным правоотношением. Гражданское право само по себе никто не называет   «материальным»,   не   называют   «матери-

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                  57

альным» само по себе колхозное, трудовое, земельное и другие отрасли права. Такого наименования нет ни в одном из существующих изложений системы нашего права, нет его и в заглавиях учебников по соответствующим отраслям права, нет его в законодательных актах. Необходимость в дополнительном эпитете «материальное» появляется только при обращении к процессу»1.

Действительно, следует согласиться с авторами, в теории права пока отсутствуют четкие общеправовые признаки материального и процессуального права.

«Материальное право, — по мнению авторов юридического энциклопедического словаря, — это юридическое понятие, обозначающее правовые нормы, с помощью которых государство осуществляет воздействие на общественные отношения путем прямого, непосредственного правового регулирования. Нормы материального права закрепляют формы собственности, юридическое положение имущества и лиц, определяют порядок образования и структуру государственных органов, устанавливают статус граждан, основания и пределы ответственности за правонарушения и т. д. Объектом материального права выступают, таким образом, хозяйственные, имущественные, трудовые, семейные и иные отношения. Фактическое (материальное) содержание данных отношений составляет объективную основу, применительно к которой нормы материального права определяют взаимные права и обязанности их участников»2.

В процессе развития системы права консолидация процедурно-процессуальных норм в ряде отраслей материального права обусловливает формирова-

1  Шакарян М. С, Сергун А. К. К вопросу о теории так называемой   «юридической  процессуальной формы»   // Труды Всесоюзного заочного юридического ин-та. Проблемы соотношения материального и процессуального права. С. 64.

2 Юридический энциклопедический словарь. М., 1984. С. 167.

 

58                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        

ние такой интегрированной структуры, как процессуальное право.

Опосредуя правообеспечительную деятельность компетентных органов и лиц, оно является правовым блоком в структуре права, который охватывает процессуальные отрасли (уголовно-процессуальное, арбитражное процессуальное, гражданское процессуальное, исполнительное право), процессуальные подотрасли (конституционно-процессуальное, административно-процессуальное право), а также процессуальные институты ряда отраслей материального права — трудового, финансового и др.

Правовой блок — процессуальное право имеет содержательное, позитивное значение постольку, поскольку оно связано с особого рода процедурой — процессуальными формами, обеспечивающими правовые начала в государственно-принудительной деятельности компетентных государственных органов1.

Между материальным и процессуальным правом существуют структурные связи: генетические и функциональные. Среди предметно-функциональных связей принято выявлять отношения координации и субординации2.

Генетическая связь заключается в том, что своим возникновением процессуальное право исторически обязано материальному праву (уголовному, гражданскому, административному). Процессуальное право есть результат функциональной дифференциации системы права. Такая связь обусловливает некоторую зависимость процессуального права от материального. Так, от материальных отраслей зависят существенные особенности процессуальных режимов. В материальных отраслях сосредоточены типовые  методы  регулирования,   которые  как  бы

1  См.: Алексеев С. С. Структура советского права. С. 196.

2  См.: Черданцев А, Ф. Системообразующие связи права // Советское государство и право. 1974. № 8. С. 10.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       59

продолжаются, проецируются на порядок государственно-властной, принудительной реализации соответствующих норм материального права1. Однако генетические связи между данными правовыми массивами не отрицают автономности процессуального права, оно имеет свое специфическое содержание, свою самостоятельную ценность. Процессуальное право из «надстройки» над материальным правом превращается в самостоятельный правовой блок, обладающий качественными специфическими особенностями.

Главное и определяющее в функциональных связях между метериальным и процессуальным правом составляют отношения координации, включающие некоторые субординационные моменты. Наличие связей координации между материальным и процессуальным правом основано на их безусловной функциональной специализации, выражающейся, например, в известном, хотя и неполном единстве субъектов соответствующих отношений и юридически значимых фактов.

Субординационные начала в функциональных связях выражаются в том, что содержание материально-правовых институтов в некоторой степени предопределяет содержание институтов соответствующей процессуальной отрасли, обозначая тесную связь между принципами материального и процессуального права. Например, на метод регулирования гражданского процессуального права влияет диспо-зитивное применение норм материального права, что предопределяет действие специфических принципов гражданского процесса, и прежде всего принципа диспозитивности.

Отношения субординации предполагают, что процессуальное право должно быть приспособлено к праву  материальному.   Такая  взаимосвязь  матери-

1 См.:   Черданцев А. Ф.   Системообразующие связи права. С. 237.

 

60                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        

ального и процессуального права объясняется двумя причинами: во-первых, процессуальное право является средством реализации норм материального права в определенных аномальных конфликтных ситуациях; во-вторых, изменения в определенной сфере общественных отношений, как правило, в первую очередь отражаются на материальной отрасли права, и лишь в связи с этим возникает необходимость модификации процессуальной отрасли1. Вместе с тем процессуальное право — это относительно самостоятельный правовой блок в структуре права. Приобретение материальным и процессуальным правом относительной самостоятельности есть необходимый результат внутреннего развития права, и он характеризуется такой корреляцией этих правовых блоков, при которой они одновременно и зависимы, и самостоятельны в отношении друг друга.

Итак, материальное и процессуальное право являются правовыми блоками или относительно самостоятельными правовыми массивами в структуре права. Правовой блок — это самое крупное подразделение в структуре права, обладающее определенным набором специфических признаков, рассмотрению которых применительно к процессуальному праву будет посвящена следующая часть работы.

2.2. Природа и признаки процессуального права

Генезис процесса. Назначение права в обществе состоит в том, чтобы создать и обеспечить общественный порядок. Можно думать, что исторически право

1 См.: Юдельсон К. С. Соотношение гражданских и процессуальных норм, сосредоточенных в гражданских процессуальных кодексах и кодексах материального права // Проблемы применения Гражданского процессуального кодекса РСФСР. Калинин, 1974. С. 19.

для того и возникло, чтобы преодолеть общественные противоречия, социальные конфликты, чтобы приблизить общество к порядку и спокойствию1.

Создание и обеспечение порядка в обществе посредством права достигается двумя путями, и прежде всего установлением позитивных общественно необходимых правил поведения, организацией общественных отношений и координацией социальных взаимосвязей. Право воздействует на общественные отношения путем их закрепления в тех или иных правовых институтах, в чем и состоит одна из задач правового регулирования. Право юридически закрепляет, возводит в разряд четко регламентированных те общественные отношения, которые представляют собой основу нормального, стабильного существования общества, соответствуют интересам его большинства. Право призвано воздействовать на общественные отношения, в существовании и развитии которых заинтересовано все общество или большинство его членов, путем оформления их статики и динамики. В регулировании нормального возникновения, развития и прекращения социально значимых общественных отношений и состоит задача материального права.

Вместе с тем жизнь протекает не всегда спокойно и по заведенному порядку. Могут возникнуть различные препятствия для нормального ее развития, в ход этого развития могут вмешаться дестабилизирующие факторы.

В самом деле, те или иные конкретные социальные отношения могут оказаться в состоянии конфликта (наиболее яркие его формы — проступок и преступление), и в таком случае перед обществом встает проблема его урегулирования. Поэтому на известном этапе развития общество в лице своих властных структур (законодательных и правоохра-

1 См.: Лившиц Р. 3. Теория права. М., 1994. С. 170. 5-1307

 

62                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

нительных органов) стремится не только устанавливать правовые программы поведения (в виде прав, свобод, обязанностей, запретов, мер юридической ответственности и поощрения) потенциальным участникам общественно значимых ситуаций и создавать всевозможные условия для адекватной реализации правил поведения, но и вынуждено также предусмотреть оптимальный способ целесообразного разрешения того или иного возможного конфликтного отношения. Законодатель не всегда в состоянии оперативно реагировать на динамику изменений общественных отношений и вносить соответствующие новации в закон. С другой стороны, отсутствие или пробел в законе либо недостаточная правовая регламентация общественных отношений не исключают, а наоборот интегрируют возможность конфликта, его необходимо разрешить, чтобы в обществе не накапливалась напряженность, способная при достижении критической массы привести к социальному взрыву. Следовательно, государство обязано оградить от случая и произвола, обеспечить независимо от обстоятельств нормальные ход и развитие социальных отношений, а в случае конфликта обеспечить разрешение его в заранее установленном порядке.

Подобное государственное вмешательство требуется в случаях, которые определим общим понятием «правовая аномалия»1, т. е. различного рода помехи в правовом регулировании общественных отношений. Правовая аномалия есть обусловленное различными факторами объективного и субъективного порядка отклонение от общей закономерности,

1 Правовую аномалию необходимо отличать от социальной патологии поведения, которая связывается с антиобщественным поведением тех или иных субъектов и, в отличие от правовой аномалии, может быть обусловлена факторами только субъективного, а не объективного порядка. Подробнее см.: Кудрявцев В. Н. Правовое поведение: норма и патология. М., 1982. С. 34—36.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                               63

от нормального течения и развития общественных отношений.

В каких же случаях мы можем говорить о том, что имеет место правовая аномалия?

1.   Правовая   аномалия   встречается   и,   соответственно,   требует   государственного   вмешательства, прежде  всего  когда  совершается    правонарушение. Нарушение предписаний правовых норм — это наиболее яркая и общественно вредная форма правовой аномалии.

Правонарушение есть виновное, противоправное, наносящее вред обществу деяние право-дееспособного лица или лиц, влекущее за собой юридическую ответственность1. Оно посягает на нормальное, упорядоченное существование и развитие общественных отношений. И хотя в каждом отдельном случае могут непосредственно нарушаться и интересы отдельных «частных» лиц, государство не может доверить определение виновности и меры юридической ответственности правонарушителя этим частным лицам. Так как правонарушитель открыто противопоставляет свою волю воле государства, воплощенной в норме права, то и его осуждение должно носить не личный, а государственный характер. Поэтому при отклонении от требований правовой нормы происходит вмешательство компетентных государственных органов. В каждом конкретном случае оно необходимо для того, чтобы установить, какие действия противоречат правовой норме, нарушая ее диспозицию, кто их совершил, какую именно меру государственного принуждения из числа предусмотренных в санкции нарушенной нормы применить в данном случае.

2.  О правовой аномалии мы можем говорить также  в  случае  возникновения так  называемых    собственно юридических конфликтов   — противоречий

1 См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 580.

 

64                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

в нормативно-правовой сфере. Противоречия нормативных актов и норм, их коллизии есть объект конфликтов такого рода1. Укажем наиболее типичные проявления нормативно-правовых конфликтов:

а)  противоречия между нормами одного правового акта, которые дают возможность по-разному их интерпретировать и применять;

б)  отступление законов от положений основного закона;

в)  нарушение баланса между законами Федерации и ее субъектов;

г)  противоречия между законами и подзаконными нормативными актами;

д)  противоречия между нормами и актами разных отраслей законодательства.

Подобные аномалии создают реальную угрозу самой системе правового регулирования общественных отношений и требуют незамедлительного разрешения и устранения. Это обстоятельство обусловливает обязательное вмешательство уполномоченных государственных органов.

3. Государственное регулирование необходимо также в случае, когда участники материальных правоотношений не в состоянии (т. е. не могут или не желают) самостоятельно и по доброй воле выйти из положения конфликта2,  или тогда, когда разви-

1  См.:   Тихомиров Ю. А. Юридическая коллизия, власть, правопорядок // Государство и право. 1994. № 1. С. 34.

2  Одним из новейших течений в правовой науке является юридическая конфликтология, в рамках которой введено понятие «юридический конфликт». Юридический конфликт — это социальный конфликт (ситуация, когда стороны взаимодействия преследуют какие-то свои цели, которые противоречат или  взаимно  исключают друг друга.  См.:  Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технология разрешения. Вып. 1. М., 1991. С. 27), один из элементов которого (мотивация, участники, объекты и др.) или все имеют юридическую характеристику. См.: Юридическая конфликтология / Под ред.   В. Н. Кудрявцева. М.,  1995. С.  15. Юридический

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                              65

тию отношения чинятся различные внешние препятствия, а его участники не в силах их устранить. Здесь налицо необходимость индивидуального правового регулирования в рамках и на основе требований диспозиции материально-правовой нормы — иски о признании, преобразовательные иски, особое производство в гражданском процессе.

4.   Отклонение   от   нормального   течения   общественных отношений может быть вызвано поведением, не предусмотренным правом в качестве запретного, или вообще не являться поведением. Правовая аномалия такого рода имеет место в случаях, когда возникает потенциальная угроза нормальному развитию   общественных   отношений.   Государственное вмешательство здесь необходимо, когда в целях профилактики   возможных   правонарушений   целесообразно вынести официальную оценку тому или иному поведению либо осуществить государственно-властное  принуждение.   Это,   например,   проверка документов,   таможенный   досмотр,   административный надзор за лицами, освобожденными из мест лишения свободы. Эти случаи, как правило, исчерпывающе  определены  в  законе.   Так,   в  соответствии  со ст. 27.1 КоАП РФ органы внутренних дел и другие уполномоченные органы государства в случаях, предусмотренных   законодательством,   могут   производить личный досмотр, досмотр вещей.

5.   Наконец,  государственное вмешательство потребуется, когда возникает тот или иной конфликт и нет конкретной нормы, регулирующей данное общественное отношение. Иными словами, дезоргани-

конфликт, по мнению авторов монографии, всегда предполагает взаимодействие не менее чем двух субъектов. Нами не используется термин «конфликт» только в указанном специальном значении. Социальный конфликт, по нашему мнению, может быть не связан с поведением людей и может иметь объективные причины своего возникновения.

 

66                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            Глава 2. Сущность процессуального права

зация общественных отношений вызвана отсутствием правового регулирования (пробелом в праве), тогда как объективные условия требуют такого регулирования. В этой ситуации возможны два варианта: во-первых, урегулирование конфликта посредством суда, в порядке судебного прецедента или правовой аналогии, во-вторых, урегулирование конфликта с помощью и при посредстве официальных и неофициальных структур. По-видимому, в демократическом правовом государстве в подобной ситуации предпочтителен первый вариант. Суд — это наиболее целесообразная для общества конфликтно-разрешительная система, призванная «созидать» государственную и социальную справедливость.

Подобного рода регулирование, как всякая сложная целенаправленная деятельность, при ближайшем рассмотрении разлагается на целый ряд отношений, каждое из которых в структуре социальной действительности рано или поздно становится самостоятельным предметом правового регулирования.

Таким образом, исторически из необходимости упорядочить с помощью специальных юридических средств определенную часть отношений, опосредующих разрешение и устранение аномальных, конфликтных проявлений материальных отношений, возникает особая форма государственной деятельности — процессуальная деятельность (процесс).

В результате развития, в частности в результате действия законов дифференциации и специализации, данная форма деятельности становится прерогативой и начинает осуществляться так называемыми юрисдикци-онными, главным образом судебными, органами. Эта государственная институциональная определенность процесса, как правильно замечает А. В. Погодин, — существенное завоевание сил демократии и прогресса1.

1 См.: Погодин А. В. Процессуальные правовые отношения: теоретические и методологические вопросы: Дисс. ... канд. юрид. наук. Казань, 1991. С. 50.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                             67

Подобного рода регулирование представляет собой сложную деятельность государственных органов «по обоснованному осуществлению правовых норм относительно конкретных субъектов», фактов, отношений реальной общественной жизни в рамках закона1.

В вышеуказанных первых четырех случаях эта сложная деятельность компетентных государственных органов заключается в применении конкретных материально-правовых предписаний, обеспечивает выполнение правил поведения. В последнем же случае, полагаем, происходит использование норм права абстрактного характера — принципов права. Но во всех случаях подобная деятельность государственных органов по разрешению и устранению правовых аномалий будет являться особо сложной формой правоприменительной деятельности — процессуальной деятельностью2.

Итак, изначально процесс как урегулированная правом деятельность возникает из потребности социальной практики устранить аномальные проявления общественных отношений. Он призван надлежащим образом, в строго определенной форме и режиме осуществить индивидуальное правовое регулирование (применить правовые нормы к конкретному жизненному случаю) и таким образом обеспечить относительную стабильность существующего общественно-политического строя и отдельных его сторон. И именно на этой основе сформировалось традиционное понимание процессуального права.

1  См.: Теория государства и права / Отв. ред. М. Н. Марченко. М., 1987. С. 378; Общая теория права / Отв. ред. А. С. Пи-голкин. С. 285; Теория государства и права / Отв. ред. А. И. Денисов. М., 1980. С. 348.

2   Сложные   формы   правоприменительной   деятельности анализирует в своей работе Р. В. Шагиева. См.; Шагиева Р. В. Процессуально-правовые нормы и некоторые вопросы их реализации в зрелом социалистическом обществе: Дисс. ... канд. юрид. наук. Казань, 1982.

 

68                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 2. Сущность процессуального права

Деятельность юрисдикционных и иных охранительных органов по устранению аномальных проявлений общественных отношений имеет важную социальную значимость и поэтому протекает в строго установленном нормами права порядке. Эти правовые нормы объединены общими системообразующими признаками и образуют в структуре права самостоятельный правовой блок — процессуальное право.

Критерии, отграничивающие процессуальное право. Более детально процессуальное право отграничивается в структуре права по следующим критериям:

1)  специфике материально-правовых отношений, развитие и осуществление которых призвано опосредовать процессуальное право;

2)  специфике назначения материально-правовых норм,  реализацию которых  призвано опосредовать процессуальное право;

3)  специфике назначения самого процессуального права в общей структуре права;

4)  специфике процессуальной деятельности;

5)  характеру разрешаемых индивидуальных конкретных дел.

1. Материально-правовые отношения, развитие и осуществление которых призвано опосредовать процессуальное право, получили в литературе наименование охранительного правоотношения. Исследование его природы, его специфических черт имеет для концепции традиционного понимания процессуального права принципиальное значение, «ибо в ней процесс выделяется из всех других видов юридической процедуры именно по признаку охранительного правоотношения»1.

Теория охранительных правоотношений в настоящее время получила широкое признание как в об-

1 Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 62.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                                69

щей теории права, так и в отраслевых юридических науках. Суть ее, по мнению В. В. Бутнева, состоит в том, что защита интересов, а также реализация мер юридической ответственности и других мер принуждения происходит в рамках новых, не существовавших до нарушения права правоотношений1.

Установление факта существования в правовой системе охранительных правовых связей, охранительных правоотношений по своему значению для правоведения, по мнению В. Н. Протасова, можно приравнять к научному открытию2. Теория охранительного правоотношения есть эволюционирующая концепция, определенные положения которой дополняются, развиваются наукой, законодательством и практикой его применения. Однако отвергать саму идею охранительного правоотношения уже нельзя. Его проблемами занимаются такие ученые, как Е. А. Крашенников, В. В. Бутнев, В. Н. Протасов, А. Н. Губаева, Г. Л. Осокина, Е. Я. Мотовиловкер, А. П. Вершинин, И. М. Зайцев, А. В. Малько и др.3

Главное достоинство рассматриваемой теории заключается в том, что она нацеливает на исследование механизма защиты субъективных прав и охраняемых законом интересов как одного из «блоков» механизма правового регулирования. При этом защита права и охраняемого законом интереса не сводится лишь к принудительной их реализации, а предполагает целую систему элементов механизма защиты — средств защиты. Не ограничиваясь поверхностной оценкой этих средств, авторы теории стремятся раскрыть их юридическую сущность, место в

1  См.: Бутнев В. В. Несколько замечаний к дискуссии о теории охранительных правоотношений // Вопросы теории охранительных правоотношений. Ярославль, 1991. С. 7.

2  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 63.

3  См.: Вопросы теории охранительных правоотношений. Ярославль, 1991.

 

70                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                           Глава 2. Сущность процессуального права

механизме защиты,  определить  принципы  взаимодействия материального и процессуального права1.

В процессе развития теории охранительного правоотношения сложились разные взгляды на его содержание и функциональное назначение. Так, Е. Я. Мотовиловкер считает, что охранительное правоотношение возникает из противоречия, которое заложено в материальном регулятивном правоотношении. Это противоречие заключается в том, что связь «право — обязанность» в материальном регулятивном правоотношении может реализоваться двояким образом. Интерес управомоченного, который удерживает эту связь, может либо удовлетворяться исполнением обязанности, либо не удовлетворяться ее нарушением. В первом случае регулятивное правоотношение благополучно заканчивается путем самостоятельного осуществления; во втором случае его охватывает кризис, поскольку конфликтная ситуация (правонарушение, оспаривание и др.) свидетельствует о невозможности удовлетворения интереса обладателя права. Поэтому оно сменяется другим правоотношением — материальным охранительным, в рамках которого интерес управомоченного уже может удовлетвориться. Спорное регулятивное правоотношение в этом случае или вообще уничтожается, или «парализуется», «замораживается» до тех пор, пока не осуществится охранительное правоотношение2. Таким образом, назначение охранительного правоотношения автор видит в том, чтобы устранить препятствия на пути реализации регулятивного правоотношения и либо дать ему дальнейший ход, либо подвести итог неудавшемуся правоотношению.

1  См.: Бутнев В. В. Указ. соч. С. 7.

2  См.:  Мотовиловкер Е. Я. Основное разделение охранительных правоотношений // Вопросы теории охранительных правоотношений. Ярославль, 1991. С. 25.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                                71

Согласно другой позиции, охранительное правоотношение может возникать не только по поводу защиты регулятивного правоотношения, но и по поводу защиты других элементов правового механизма. Если угроза срыва процесса правового регулирования таится не в правоотношении, а в других элементах, то охранительное правоотношение может возникнуть уже по поводу их защиты1. Так, например, оно возникает при утрате документов, удостоверяющих определенные юридические факты.

Развивая далее эту точку зрения, можно сделать вывод, что в рамках охранительных правоотношений происходит защита не только субъективных прав, но и охраняемых законом интересов, а также реализация различных мер государственного принуждения. Назначение охранительных правоотношений, таким образом, определяется их защитными функциями по отношению ко всей системе общественных отношений. Следовательно, объект защиты со стороны охранительных правоотношений не ограничивается лишь правовыми явлениями — механизмом правового регулирования и его отдельными элементами. Объектом будет являться более широкое социальное явление — общественный порядок, поскольку в систему общественных отношений, нормальная жизнедеятельность которой обеспечивается охранительными правоотношениями, входят и отношения, не урегулированные правом.

Охранительные правоотношения в свою очередь становятся объектом процессуального воздействия и требуют для своей реализации наличия особого круга норм в структуре права — процессуальных норм, применяемых для регулирования деятельности государства, направленной на борьбу с правонарушениями и другими аномальными проявлениями общественных отношений.

1 См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 74.

 

72                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

2. В чем же проявляется специфика тех материально-правовых норм, реализацию которых призваны опосредовать нормы процессуального права? Эта группа материальных нормативных предписаний получила в теории наименование охранительных правовых норм1. Они являются нормативной основой охранительных правоотношений, а предметом их регулирования являются общественные отношения, которые складываются в ходе борьбы с правовыми аномалиями — правонарушениями, противоречиями в нормативно-правовой сфере и т. д.2

Служебный характер процессуального права как раз и заключается в том, чтобы регламентировать

1  Вопрос о делении правовых норм на регулятивные и охранительные является спорным. Так, А. К. Сергун пишет: «В системе права все нормы между собой связаны и взаимно обусловливают друг друга и выделять из них только регулятивные или только охранительные не представляется возможным. Одна и та же норма может быть регулятивной в одном отношении и правоохранительной в другом (например, нормы уголовного   или   процессуального   права).   Иными   словами, каждая норма имеет как регулятивный характер (поскольку она предназначена регулировать поведение), так и охранительный (поскольку она, будучи оснащена государственной санкцией, охраняет возможность и необходимость определенного поведения). Поэтому необходимо говорить о регулятивной и охранительной функциях права в целом и каждой нормы в его системе» (Сергун А. К. Некоторые итоги развития теории охранительных правоотношений // Проблемы защиты субъективных прав граждан и организаций в свете решений XXVII съезда КПСС: Сборник научных трудов Всесоюзного юридического заочного ин-та. М., 1988. С. 58). При этом ученые, отрицающие идею выделения охранительных норм как особой разновидности юридических норм, не отрицают существования охранительных правоотношений (см.:   Елисейкин П. Ф. Правоохранительные нормы — понятие, виды, структура // Защита субъективных прав и советское гражданское судопроизводство. Вып. 2. Ярославль, 1977. С. 26. О концепции охранительных правовых норм см.:  Мотовиловкер Е. Я. Теория регулятивного и охранительного права. Воронеж, 1990).

2  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 48.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                                  73

порядок применения охранительных материально-правовых норм, связанных с осуществлением правовой юрисдикции и иных мер, направленных на охрану общественных отношений.

Применительно к рассматриваемому вопросу представляется целесообразным выяснить юридико-фактические основания возникновения охранительных правоотношений. В гипотезах охранительных предписаний содержится указание на юридические факты, порождающие охранительные правоотношения. Большинство авторов, в той или иной мере касающихся охранительных правоотношений, утверждают, что последние возникают в связи с правонарушениями1. Это правильно, однако ограничивать круг юридических фактов, порождающих охранительные правоотношения, только правонарушениями не совсем верно. Он не сводится только к правонарушениям.

В. В. Бутнев критерием возникновения охранительных правоотношений называет препятствие в реализации субъективного права (его нарушение, уничтожение, оспаривание)2. Эта позиция также представляется справедливой, но неточной. Охранительные правоотношения могут порождаться не только объективно-противоправным деянием, событием, изданием или применением неправового акта, но даже и правомерными действиями, если бы они привели к нарушению субъективного права. Здесь следует отметить, что правомерные действия порождают охранительное правоотношение только в исключительных случаях, прямо предусмотренных законом.

Поэтому если последовательно развивать широкий подход к охранительным правоотношениям, то

1  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. Свердловск, 1972. Т. 1. С. 268; Горшенев В. М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. С. 180.

2  См.: Бутнев В. В. Указ. соч. 6. 8.

\

 

74                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

круг юридико-фактических оснований возникновения охранительных правоотношений следует очертить правовыми аномалиями.

Таким образом, одна из особенностей процессуального права заключается в том, что им опосредуется развитие и осуществление особого материального охранительного правоотношения и осуществляется реализация охранительных материальных норм.

3. Под назначением права понимается та специфическая служебная роль, которая ему присуща1.

Социальное назначение процессуального права, по мнению В. М. Горшенева, состоит в том, чтобы обслуживать потребности реализации норм материального права в соответствующих правоотношениях, а также обеспечивать осуществление этих правоотношений в практической деятельности их субъектов2.

Большинство ученых, занимающихся проблемами процессуального права, указывают на служебную роль процессуального права по отношению к праву материальному, отмечают производный, подчиненный, вторичный характер процессуального права3.

В связи с этим представляется важным выяснение вопроса о соотношении материального и процессуального права. В науке сложились две противоположные позиции по данному вопросу.

Согласно первой их них, взаимосвязь материального и процессуального права рассматривается через категории «содержание» и «форма». Процессуальные правовые нормы служат формой реализации и проявления норм материального права. Процесс есть

1  См.: Радъко Т. Н. Основные функции социалистического права. Волгоград, 1970. С. 397.

2 См.: Юридическая процессуальная форма. С. 34.

3  См.: Алексеев С. С. Общие теоретические проблемы системы советского права. М., 1961. С. 139; Базылев Б. Т. Юридическая ответственность. Красноярск, 1985. С. 104.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                               75

форма жизни закона1. Соответственно, процессуальное право имеет «вторичный», «производный» от материального права характер.

Второй взгляд состоит в том, что тесная связь процессуального и материального права не выражается в виде соотношения содержания и формы. Более того, рассмотрение материального права как содержания, а процессуального как формы будет означать отказ от признания за процессуальным правом самостоятельного значения.

Так, А. А. Мельников утверждает, что «тесная связь отраслей материального и процессуального права несомненна, но она не выражается в виде соотношения содержания и формы. Процессуальные отрасли являются самостоятельными и даже основными в системе права и имеют свои собственные форму и содержание»2.

Здесь важно подчеркнуть, что соотношение материального и процессуального права на разных уровнях структуры права неодинаково. Как справедливо отмечает Р. Е. Гукасян, необходимо видеть разницу между соотношением материального и процессуального на уровне отраслей права и на уровне правовых норм3.

На уровне отраслей права можно констатировать, что одно без другого существовать не может. Процессуальное право без материального бесцельно, а материальное право без процессуального бездейственно, ибо нельзя считать правом такую форму регламентации поведения, которая не обеспечена возможностью государственного принуждения, осу-

1  См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 233.

2  Мельников А. А. Конституция СССР и проблема судебного права // Правоведение. 1979. № 6. С. 48.

3  См.: Гукасян Р. Е. Соотношение материального и процессуального права — важная проблема юридической науки // Вопросы развития и защиты прав граждан. Калинин, 1977. С. 8.

 

76                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

ществляемого обычно в определенной процессуальной форме.

На уровне правовых норм такой взаимосвязи нет. Нормы процессуального права при соответствующих условиях порождают субъективные процессуальные права, которые не находятся с материальными субъективными правами в соотношении формы и содержания, а представляют собой самостоятельные правовые явления, связь которых с материальной отраслью права опосредована отраслью процессуального права, структурным элементом которой является данная процессуальная норма.

Поэтому четкое разграничение материального и процессуального права важно в правоприменительной практике, где смешение этих категорий может привести к нарушению субъективных прав граждан и юридических лиц, а также в области нормотворчества, где должно быть достигнуто согласование предписаний материальных и процессуальных отраслей права.

В аспекте соотношения материального и процессуального правоотношений внимания заслуживает проблема соотношения субъективных материальных и процессуальных прав. В момент возбуждения юридического дела ясно прослеживается отличие материального субъективного права от процессуального. Первое выступает как предмет судебной защиты, а второе как средство достижения этой цели; существование первого лишь предположительно, существование второго — реально, оно в действии. Такое соотношение материального и процессуального субъективного права сохраняется в течение всего процесса вплоть до вынесения судебного решения.

На соотношение субъективного материального и процессуального права влияет то обстоятельство, что одно и то же действие одновременно может иметь как процессуальное, так и материальное значение, но это не свидетельствует о единстве материального

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                                 77

и процессуального. Для ответа на этот вопрос важно другое: сохраняется ли процессуально-правовое значение данного факта при погашении его материально-правового свойства. Если сохраняется, пишет С. Л. Кондратьева, значит, процессуальное право существует самостоятельно, независимо от субъективного материального права. При таком подходе четко вырисовывается материальное и процессуальное в иске, в распорядительных действиях сторон в гражданском процессе1.

Субъективное материальное право (если оно существует, а не предполагается существующим) сохраняет свой правовой режим и может быть реализовано в предусмотренных материальным правом формах. Возникновение процесса этой возможности не ликвидирует — в тех пределах, в которых допускает материальная отрасль права, стороны своим соглашением могут создать, изменить или прекратить правоотношение. По-видимому, следует согласиться с С. Л. Кондратьевой, что материальные и процессуальные правоотношения и действия существуют параллельно, не пересекаясь; для каждого их этих правоотношений существует свой правовой режим2.

Итак, следует констатировать, что взаимосвязь материальных и процессуальных норм между собой и взаимосвязь соответствующих правоотношений не аналогична связи между отраслями материального и процессуального права.

В последнее время появляются работы правоведов, в которых намечен иной подход к рассматриваемой проблеме. Так, С. А. Колосович и И. А. Кузнецов считают, что применение термина «производный» при   характеристике   взаимосвязи   материального   и

1  См.:  Кондратьева С. Л. Юридическая ответственность: Соотношение норм материального и процессуального права: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1998. С. 81.

2  Там же. С. 96. 6-1307

 

78                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 2. Сущность процессуального права

процессуального права не только не точно, но и принципиально неверно, поскольку в этом случае причину появления процессуальных норм нужно искать в конечном счете в соответствующей материально-правовой отрасли1.

Думается, пишут авторы, что взаимоотношения материальных и процессуальных отраслей права менее всего напоминают отношения родителя и ребенка. Скорее, это дети общих родителей, имя которым — объективные закономерности развития общества, порождающие потребность в организованности и упорядоченности общественной жизни2.

Нельзя не согласиться с авторами, что процесс — это не только «условие, без которого материальное право не перейдет в действительность»3, но и такое же средство упорядочения и организации общественных отношений, как и материальные нормы4. Однако абсолютизировать самостоятельность и независимость процессуального права от материального представляется не совсем верным.

Процессуальное право — это относительно самостоятельный правовой блок в структуре права. Между процессуальным и материальным правом существует тесная правовая связь, взаимное влияние; они имеют принципиальное различие и самостоятельное значение, однако существовать друг без друга не могут.

Итак, специфика процессуального права проявляется в его назначении, той особой самостоятельной служебной роли, которая ему присуща: регламентации юрисдикционнои и иной охранительной деятель-

1  См.: Колосович С. А., Кузнецов И. А. Соотношение уголовно-процессуального и уголовного права // Государство и право. 1996. № 12. С. 77.

2  Там же. С. 78.

3  Мотовиловкер Е. Я. Указ. соч. С. 106.

4  См.: Колосович С. А., Кузнецов И. А. Указ. соч. С. 79.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                                  79

ности уполномоченных субъектов по применению правовых норм, предусматривающих реализацию мер юридической ответственности, превентивных мер, мер защиты, а также предусматривающих разрешение и устранение иных аномалий общественных отношений (например, устранение аномалии юридического факта, мешающей субъекту стать участником того или иного правоотношения в делах особого производства в гражданском процессе).

4. Как было отмечено, деятельность компетентных государственных органов по разрешению и устранению правовых аномалий общественных отношений является особой, сложной формой правоприменительной деятельности — процессуальной деятельностью.

Необходимо рассмотреть специфические черты, позволяющие отличать процессуальную деятельность от иных форм правоприменительной деятельности и иных правовых форм деятельности государства.

Во-первых, процессуальная деятельность характерна лишь для тех органов, которые наделены специальными полномочиями и призваны осуществлять охранительные функции — суда, прокуратуры, милиции, государственных инспекций и др.

Во-вторых, процессуальная деятельность компетентных органов является особой сферой юридической деятельности — сферой осуществления правоохранительных задач.

В-третьих, процессуальная деятельность отличается спецификой своих задач. Этими задачами — установлением виновных и применением к ним справедливых мер правового воздействия, охраной прав, свобод и законных интересов личности и т. п. — пронизывается основное содержание указанного вида деятельности.

В-четвертых, обращает на себя внимание и стадийность процессуальной деятельности. В литературе справедливо подчеркивается, что последователь-

 

80                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            Глава 2. Сущность процессуального права

ность осуществления правоприменительных полномочий обеспечивается процессуальными стадиями1, представляющими собой объективную необходимость правоприменения. Причем в традиционных процессуальных науках дается подробная характеристика понятия «стадия процесса», хотя и не наблюдается единства во мнениях на этот счет2.

В-пятых, очень важным моментом в процессуальной деятельности является наличие доказывания, необходимого для установления определенных фактов и обстоятельств, их исследования и правильной оценки в целях установления объективной истины по делу3.

В-шестых, процессуальная деятельность характеризуется многосубъектностью: наряду с органом, осуществляющим правоприменение в рамках соответствующего общественного отношения, и непосредственными участниками этого общественного отношения присутствуют другие лица — участники процесса доказывания, представители общественности и др.4

В-седьмых, оправданным требованием к процессуальной деятельности является необходимость установления особой системы гарантий для участников, вовлекаемых в правоприменение.

В-восьмых, отдельные этапы процессуальной деятельности отличаются спецификой внешних форм проявления, особым оформлением в процессуальных актах, касающихся процедуры возбуждения и рассмотрения дела, и т. д.

1  См.: Юридическая процессуальная форма. С. 16, 17.

2  См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. С. 50—62; Фаткуллин Ф. Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1962.  С.   15—22;  Советский  гражданский  процесс.  М.,   1978. С. 15—16.

3  См.: Фаткуллин Ф. Н. О понятии, цели, предмете, пределах  и  средствах  процессуального доказывания  // Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976.

4  См.: Шагиева Р. В. Указ. соч. С. 32.

 

2.2. Природа и признаки процессуального права                                                                                                                                                                                                                              81

Представляется, что указанные черты (хотя бы при первом приближении) могли бы позволить отличить процессуальную деятельность от иных форм правоприменения.

Таким образом, процессуальная деятельность не отождествляется с деятельностью по применению правовых норм, как это пытаются доказать некоторые представители концепции так называемого общего юридического процесса.

Как же соотносятся процесс и применение права? В. Н. Протасов считает, что в процесс входит только часть процедурно-урегулированного правоприменения, а именно то, которое обладает исключительным (юрисдикционным) характером, относится к содержанию охранительного правоотношения и не является обязательным моментом в нормальной реализации регулятивных норм1.

Однако процедура экстраординарного применения права — это не весь процесс. Что же входит в остальную часть его объема?

Так, пишет В. Н. Протасов, компетентный орган может «вклиниваться» через охранительное правоотношение в регулятивный механизм не только на уровне правоотношения, но и на уровне юридичес-.кого факта, что имеет место, например, в особом производстве как разновидности гражданского судебного процесса. В особом производстве нет применения регулятивных норм2.

В этом следует согласиться с автором. Действительно, в особом производстве нет применения регулятивных норм. Однако лишь по этому основанию нельзя отрицать за этой деятельностью характера правоприменительной. Здесь будет иметь место, на наш взгляд, применение охранительных правовых норм. Нельзя также отрицать и правоохранительного характера особого производства, как это пытается

1  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной нормы. С. 56.

2  Там же. С. 57.

 

82                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 2. Сущность процессуального права

сделать В. М. Горшенев, утверждающий, что особое производство, в отличие от искового, представляет собой деятельность правоустановительную, а не правоохранительную1 .

Однако автор не учитывает, что в порядке особого производства установление прав невозможно. Особое производство существует для защиты законных интересов, а не прав. Надобность в этом виде производства возникает лишь тогда, когда установить тот или иной факт или состояние иным, кроме судебного способа, невозможно, т. е. когда тот или иной охраняемый законом интерес не может быть реализован без подтверждения указанных фактов или обстоятельств судом. Полагаем, что здесь права Т. Е. Абова, указывающая, что особое производство носит правоохранительный характер2.

По вопросу же о соотношении процессуальной и правоприменительной деятельности верной представляется точка зрения, что процессуальная деятельность — это всегда деятельность по применению правовых предписаний: конкретных или правовых предписаний абстрактного характера (принципов права) к конкретному жизненному случаю. Однако круг этих случаев ограничивается правовыми аномалиями.

Итак, процессуальная деятельность — это лишь часть правоприменительной деятельности. Однако в литературе продолжает развиваться иная точка зрения на данную проблему. В связи с этим хотелось бы несколько слов сказать о концепции «широкого» понимания юридического процесса. Так, Ю. И. Мельников и Ю. Д. Рудкин в своей статье пишут, что наряду с правотворчеством и правоприменением необходимо обособить и такие формы деятельности органов госу-

1  См.: Горшенев В. М. Процессуальная форма и ее назначение в советском праве // Советское государство и право. 1973. № 12. С. 32.

2  См.: Абова Т. Е. Указ. соч. С. 318.

 

pp.

2.2. Природа и признаки процессуального права

83

дарства, как учредительная и контрольная, учение о правовых формах деятельности модифицировать в теорию юридического процесса и рассматривать юридический процесс как комплексное образование всех правовых форм деятельности и юрисдикционного, и неюрисдикционного характера, выделяя в юридическом процессе учредительный, правотворческий, правоприменительный и контрольный процесс1.

Более того, авторы предлагают в качестве самостоятельной формы государственной деятельности выделять распорядительную деятельность органов государства и, учитывая ее организационно-правовой характер, поставить вопрос о существовании распорядительного процесса, регламентирующего всю систему возникающих распорядительных отношений2.

Отождествление юридического процесса с юридической деятельностью, понимание его лишь в качестве правовой формы юридической деятельности государства (подобная точка зрения развивается также в работе И. В. Пановой «Юридический процесс» (Саратов, 1998) неизбежно приведет сторонников «широкого» понимания юридического процесса к размыванию границ между материальным и процессуальным правом, к утрате критерия деления материальных и процессуальных явлений в праве3, к отрицанию спе-

1  См.: Мельников Ю. И., Рудкин Ю. Д. О процессуальном в юридической   деятельности   //   Юридическая   деятельность: сущность, структура, виды. Ярославль, 1989. С. 66.

2  Там же. С. 67.

3 По мнению некоторых сторонников «широкого» понимания юридического процесса, « процессу альность» и «материальность» суть функциональные характеристики правовых предписаний. Эти понятия раскрывают не столько социальное, сколько юридическое назначение правовых норм и их генетическую связанность (см.: Вопленко Н. Н. Социалистическая законность и применение права. Саратов, 1983. С. 98). Отсюда юридические смысл и значение деления норм на материальные и процессуальные. В противном случае следовало бы вообще отказаться от подобного деления права (см.: Мельников Ю. И., Рудкин Ю. Д. Указ. соч. С. 73).

 

g4                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

цифических черт юридического процесса и процессуального права как такового. Такой подход не пойдет на пользу углубленному изучению правовой материи. Это шаг назад в теоретическом осмыслении структуры права, который может привести к недооценке роли процессуального права в правовом регулировании и не будет способствовать повышению эффективности процессуального регулирования.

5. И наконец, критерием, позволяющим отличать процессуальное право от иных правовых явлений, является характер разрешаемых индивидуально-конкретных       дел.

Процессуальное право призвано регламентировать разрешение дел, связанных, во-первых, с совершением различных правонарушений1, во-вторых, с возникновением и существованием иных правовых аномалий, препятствующих нормальному развитию общественных отношений (это различные препятствия возникновению и осуществлению субъективных прав, угроза нарушения субъективных прав и правопорядка).

Полагаем, что таковы основные критерии, по которым процессуальное право можно отграничить от других правовых явлений: материально-правовых норм и норм, опосредующих правовую процедуру.

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права

Процессуальное право в структуре права занимает самостоятельное место. Все нормы, входящие в систему процессуального права, обладают определенной стабильностью содержания, единством структуры и общностью назначения. Поэтому всем

1 Под правонарушением будем здесь понимать нарушение любого права (субъективного или объективного).

им, несмотря на особенности их содержания, разную степень детализации и разработки процессуальных институтов, присущи сходные интегративные, системные свойства, общность в специфике их функций и задач. Эти системообразующие признаки, несмотря на различие отдельных норм, и характеризуют сущность такого явления, как процессуальное право.

Самостоятельность процессуального права предопределяется свойственными ему системообразующими признаками (или структурными признаками процессуального права). К их числу наряду с традиционными предметом и особенностями методов правового регулирования, на наш взгляд, следует отнести:

а)  функции данной системы правовых норм;

б)  цели и задачи процессуального права1.

Рассмотрим значение этих признаков.

Функции процессуального права. Термин «функция права» в юридической литературе употребляется в различных смыслах и значениях. Его появление и активное применение объясняется дальнейшим развитием знаний о праве, которое потребовало соответствующих понятий и определений для отражения новых сторон права, новых выводов, полученных юридической наукой. Сам по себе термин «функция» достаточно многозначен, он употребляется для описания динамических структур и в первую очередь для характеристики их действия, воздействия, деятельности. Поэтому одним из важнейших признаков функций права является ее динамизм, действие2.

1  В качестве системообразующего признака могут выступать также единые принципы, свойственные данному правовому блоку. Подробнее этот вопрос будет рассмотрен при характеристике норм процессуального права.

2  См.: Радъко Т. Н. Теоретические и методологические проблемы функций социалистического права: Автореф. дисс.  ... д-ра юрид. наук. М., 1978. С. 9.

 

86                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 2. Сущность процессуального права

Т. Н. Радько, длительно занимающийся проблемой функций права, обосновал в своей работе вывод о том, что при определении функций права необходимо исходить из его социального назначения, которое выступает важнейшим конституирующим элементом, придает им единство, стабильность, целенаправленность1 .

Процесс реализации основных функций права — это процесс воплощения в жизнь социального назначения права, а оно изначально создано для того, что бы действовать, осуществлять упорядоченное целенаправленное влияние на общественные отношения.

Социальное назначение процессуального права состоит в регламентации юрисдикционной и иной охранительной деятельности государственных и иных уполномоченных государством органов.

Другим конституирующим элементом понятия «функция права» является направление правового воздействия на общественные отношения. В этой связи функция права представляет собой единство его социального назначения и основного направления воздействия на общественные отношения. Раскрывая далее понятие «функция права», следует рассмотреть такое понятие, как правовое воздействие.

Правовое воздействие — категория, характеризующая пути, формы, способы влияния права на общественные отношения. Это реализация правовых принципов, установлений, запретов, предписаний и норм в общественной жизни, деятельности государства, его органов, общественных объединений и граждан. Правовое воздействие включает не только нормативное, но и психологическое, идеологическое влияние права на чувства, сознание и действия людей. К формам правового воздействия относятся пра-

1 См.: Радько Т. Н. Указ. соч. С. 10.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                                        87

вовое регулирование, а также информационное и денностно-ориентационное влияние права. Направление воздействия — наиболее существенный компонент функции права, оно своего рода ответ права на потребности общественного развития, результат законодательной политики и трансформации их в позитивное право.

Основной формой правового воздействия является правовое регулирование, под которым понимается осуществляемое при помощи правовых средств (юридических норм, правовых отношений, правовых предписаний и др.) упорядочение общественных отношений1. Существование различных форм правового воздействия позволяет более четко проводить различие между собственно юридическим воздействием права (правовое регулирование) и неюридическим (ориентационное и информационное). Понятие «функция права» охватывает оба названных вида воздействия.

В системе функций права, которая самым непосредственным образом связана с системой права, обычно выделяются пять групп функций права:

1)  общеотраслевые (свойственные праву в целом);

2)  межотраслевые (свойственные двум и более отраслям права);

3)  отраслевые (свойственные одной отрасли права);

4)  правовых  институтов (свойственные конкретному институту права);

5)  нормы права (свойственные конкретному виду норм права).

В настоящей работе выдвигается мнение, что, помимо отраслей, в праве другими крупными правовыми подразделениями являются правовые блоки. Представляется, таким образом, оправданным на уровне   межотраслевых   функций   права   выделять

1 См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 54.

 

88                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

функции правового блока. Следует также отметить, что изучение функций правовых блоков и отраслей права — перспективная задача юридической науки, позволяющая выявить разностороннюю роль права в регулировании общественных отношений и дать более четкую характеристику данных структурных подразделений права.

Процессуальное право представляет собой правовой блок в структуре права. Как же соотносятся функции правового блока (или другого структурного подразделения права) с функциями права? Так, Т. Н. Радько считает, что та или иная общеправовая функция может в большей или меньшей степени конкретизироваться функциями более низкого уров-ня. Кроме того, замечает автор, общеправовые функции права не охватывают и не могут охватить всего многообразия конкретных форм и путей воздействия права на общественные отношения, они «детализируются» в действии других функций права1.

Итак, под функцией процессуального права будем понимать основное направление правового воздействия на общественные отношения, обусловленное его служебной ролью — регулированием юрис-дикционной и иной охранительной деятельности уполномоченных субъектов.

Большинство авторов основными функциями права называют регулятивную и охранительную2. Считается также, что охранительная функция права в наибольшей степени проявляется в уголовном, уголовно-процессуальном и гражданском процессу-

1  См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 54.

2  Однако мнение, что наряду с регулятивной имеется охранительная функция права, некоторым авторам представляется недостаточно оправданным. Так, Ф. Н. Фаткуллин пишет, что охранительная функция права наряду с ограничительной,   поощрительной   и   т.   п.   существуют   в   рамках регулятивной функции права (см.: Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории государства и права. Казань, 1987. С. 206).

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                                       89

альном праве. Процессуальное право имеет, главным образом, охранительное назначение1. «Юридический процесс выполняет ограничивающую функцию, играет «право»-защитную роль», — пишет А. В. Малько2.

В чем же заключается содержание охранительной функции процессуального права? Цель охранительного правового воздействия — обеспечить нормальные и безопасные условия существования и деятельности людей, вытеснить негативные социальные связи и явления из общественной жизни. Охранительная функция осуществляется путем властного воздействия на общественные отношения по поводу их различных отклонений от нормального развития. Это воздействие в одних случаях выражается в охране (защите) определенных общественных отношений, в других — в запрещении или ограничении, а также в вытеснении и ликвидации общественно вредных социальных связей.

Следует отметить, что одним из направлений правового воздействия процессуального права на общественные отношения является их охрана (защита) и ликвидация аномальных негативных связей. Это положение практически никем не оспаривается.

Что касается терминологического обозначения данной функции процессуального права, то здесь не наблюдается единства во мнениях. Большинством авторов данное направление правового воздействия определяется как охранительная функция процессуального права. А. В. Малько предлагает ее именовать «ограничивающей функцией» юридического процесса.

Юридические средства, участвующие в правовом воздействии,   автор   подразделяет   на   две   большие

1  См.: Чумак П. А. Природа и механизм реализации охранительной   функции   советского   права:   Автореф.   дисс.   ... канд. юрид. наук. Киев, 1986. С. 9.

2  Малько А. В. Ограничивающая функция юридического процесса // Юриспруденция. Тольятти, 1996. № 5. С. 4.

 

90                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            Глава 2. Сущность процессуального права

группы: правовые стимулы и правовые ограничения. В материально-правовых нормах явно доминирующую роль должны играть стимулирующие средства. Юридический же процесс в большей степени должен состоять из правовых ограничений — обязанностей, запретов, приостановлений, мер пресечения, наказаний и прочих принудительных средств1.

Процессуальное право, считает А. В. Малько, есть ограничивающее право, потому что задача его состоит в упорядочении обеспечительных мер, установлении законных рамок «обоюдоострого» средства воздействия — государственного принуждения — при разрешении юридических дел. Ограничивающая природа процессуального регулирования позволяет охранять и защищать высшую ценность в обществе — права, свободы и интересы человека2.

В рамках правовых ограничений в юридическом процессе автор выделяет охранительно-ограничивающие и защитно-ограничивающие элементы. Если первые направлены на недопущение препятствий на пути реализации прав и интересов, действуют «до» нарушения, угрожая мерами ответственности, то защитно-ограничивающие элементы как раз претворяют эту угрозу в жизнь, нацелены на своеобразное устранение препятствий, нарушенных мер охраны и того, что охраняется, действуют «после» нарушения в виде реакции со стороны государства. Иначе говоря, защита — это наиболее действенная охрана, вторая ее ступень3.

Таким образом, в рамках ограничивающей функции процессуального права автор предлагает выделять охранительную и защитную подфункции.

Действительно, процессуальное воздействие на общественные отношения может осуществляться как до нарушения субъективного или объективного

1  См.: Малько А. В. Указ. соч. С. 4.

2  Там же. С. 5.

3 Там же. С. 6.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                                      91

права, так и после него. Используя данный признак, в рамках указанного правового воздействия процессуального права на общественные отношения можно различать охранительную и защитную подфункции. Однако в юридической науке и законодательстве сложилось иное понимание мер защиты и охранительных мер. Меры защиты — это один из элементов охранительного правового воздействия, реализуемый в рамках гражданских процессуальных отношений. В рамках охранительного правового воздействия выделяются также превентивные меры, меры юридической ответственности1.

Кроме того, термин «ограничивающая» применительно к данной функции процессуального права представляется не совсем удачным, недостаточно глубоко отражающим суть данного явления. Ограничить — значит поставить какие-либо рамки, границы, определить какими-либо условиями2. Целью же правового воздействия процессуального права на общественные отношения является обеспечение нормального развития общественных отношений и вытеснение негативных социальных явлений, которое осуществляется в том числе и путем ограничений.

Исходя из этих соображений данное направление воздействия процессуального права на общественные отношения предпочтительнее все же определять как охранительное.

Охранительная функция процессуального права, конкретизирующая общеправовую охранительную функцию, являясь одной из основных, включает несколько охранительных подфункций: компенсационную (правовосстановительную), превентивную, штрафную (карательную) и т. д. (правоустанови-тельную, разрешения правовых споров), каждая из

1  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 377—384.

2 См.: Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1995. С. 436.

 

92                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             Глава 2. Сущность процессуального права

которых конкретизирует основную применительно к определенному виду общественных отношений и к методу правовой охраны.

Каждой из функций права присущ свой объект. В качестве объекта выступают определенные стороны, явления общественной жизни. Что же является объектом охранительной функции процессуального права? Некоторые авторы охранительную функцию процессуального права иногда называют правоохранительной. Предназначение целого ряда процессуальных норм, пишет А. В. Малько, заключается в том, чтобы защищать права человека и гражданина, т. е. собственно право (как меру свободы), от любого произвола, исходящего от всех потенциальных субъектов права1.

Полагаем, что в данном случае объект охраны неоправданно сужается рамками лишь правовых явлений, рамками правовой социальной структуры. Функционирование процессуального права, напомним, обусловлено необходимостью устранения аномальных проявлений общественных отношений. Правовые аномалии же не всегда представляют собой результат нарушения права (субъективного или объективного). Процессуальное регулирование в некоторых случаях может являться результатом правомерного поведения. Таким образом, объект охраны процессуального права не сводится только к правовым явлениям и определяется гораздо шире — как общественный порядок, поскольку в систему общественных отношений, нормальная жизнедеятельность которых обеспечивается процессуальным правом, входит и неправовая социальная структура. Для приведения в действие механизма процессуального регулирования необязательно наличие нарушения права.

Другая важнейшая функция процессуального права — регулятивная. Регулятивная функция осу-

1 См.: Малько А. В. Указ. соч. С. 5.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                                      93

ществляется путем властного воздействия на поведение участников процессуальных отношений, направления их внешнего поведения по общеобязательным эталонам, обозначенным законодателем.

Регулятивная функция процессуального права конкретизирует общеправовую регулятивную функцию на определенном участке системы общественных отношений — процессуальных правоотношений. Регулятивная функция процессуального права носит, безусловно, сложный, многогранный характер.

Наиболее характерными путями (элементами) осуществления регулятивной функции процессуального права являются следующие.

1.   Определение  посредством  процессуально-правовых норм право-дееспособности (правосубъектности) участников процесса.

2.    Закрепление   совокупности    процессуальных прав  и обязанностей,   гарантий  их  осуществления участниками процесса.

3.  Определение компетенции уполномоченных органов и компетенции (полномочий) должностных лиц.

4.  Определение юридических фактов, направленных на возникновение,  изменение и прекращение процессуальных правоотношений.

5.  Закрепление системы правовых гарантий прав и свобод участников процесса (принципов процессуального права).

6.  Установление конкретной правовой связи между  субъектами  процесса  (регулятивные  правоотношения).

7.  Определение оптимального типа правового регулирования (диспозитивного,  императивного) применительно к процессу в целом и к отдельным видам процессуальных правоотношений.

8.  Установление особых юрисдикционно-процедур-ных средств, способов, форм осуществления процессуальной деятельности и ведения процесса.

7-1307

 

94                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 2. Сущность процессуального права

На двух последних, пожалуй, наиболее важных путях (элементах) осуществления регулятивной функции процессуального права хотелось бы остановиться подробнее, ибо они лучше всего позволяют оттенить специфику процессуального права.

Процессуальное правовое регулирование носит властный, преимущественно императивный характер — это наиболее оптимальный тип правового регулирования особой сферы деятельности государства — охранительной деятельности. В содержании регулятивной функции процессуального права проявляется его публично-правовая природа.

Публичный характер процессуального права. В любом праве есть нормы, призванные обеспечивать прежде всего общезначимые (публичные) интересы, т. е. интересы общества, государства в целом, и нормы, защищающие интересы частных лиц1.

Процессуальное право — это область публичного права, предметом его являются общие публичные интересы.

Еще в начале XX в. профессор И. В. Михайловский писал, что наука процессуального права «никоим образом не может быть отнесена к группе наук частного права: процесс носит резко выраженный публично-правовой характер»2.

Публичный характер процессуального права обусловлен целями процессуальной деятельности. Эти цели — охрана существующего правопорядка и основанных на нем прав личности и организаций. Такая охрана в большинстве случаев влечет за собой принятие принудительных мер по отношению к правонарушителю, а принуждение в правовом государстве применяется исключительно в публичных ин-

1  См.: Мату зов Н. И., Малько А. В. Теория государства и права: Курс лекций. М., 1997. С. 358.

2 Михайловский И. В. Указ. соч. С. 8.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                                       95

тересах. Необходимо отметить, что принудительная функция власти, использование насилия имеют место и играют важную роль и в гражданском процессе, в котором, казалось бы, прочные позиции занимает диспозитивное начало. Укажем, например, на меры по обеспечению иска, на взыскание задолженности на основании судебного приказа и т. п. Публичность процессуального права подчиняет деятельность юрисдикционных органов государства публично-правовым интересам, определяет их обязанности по выполнению задач процессуального права. Публичность как государственное начало в деятельности органов юстиции1 обязывает юрисдикционные органы государства при разрешении отнесенных к их компетенции юридических дел активно использовать свои полномочия в интересах государства, общества в защиту прав и законных интересов участвующих в производстве по делу лиц2.

Задачи и функции процессуального права: защита и охрана субъективных прав граждан и организаций, предупреждение и раскрытие преступлений, изобличение и наказание виновных, осуществление конституционного контроля за нормативными актами и правоприменительной практикой имеют четко выраженный публично-правовой характер. Через процессуальную деятельность процессуальными средствами осуществляется государственная власть.

Помимо изложенного, другим важным элементом реализации регулятивной функции процессуального права, на котором хотелось бы остановиться подробнее, является установление особых юрисдикционно-процедурных средств и форм осуществления процессуальной деятельности и ведения процесса.

1  См.: Рахунов Р. Д. Возбуждение уголовных дел в советском процессе. М., 1954. С. 5.

2  См.: Бояринцев В. Н. Соотношение публичности и диспо-зитивности в советском судебном праве. М., 1987. С. 39.

 

96                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            Глава 2. Сущность процессуального права

Действительно, особенность регулятивного воздействия процессуального права заключается в установлении четкого порядка, последовательности совершаемых субъектами процессуального права действий. Процессуальным правом, таким образом, закрепляются определенные правила процедуры. Эти правила процедуры (их специфика) охватываются понятием «процессуальная форма», которая является одним из существенных признаков процесса (процессуального права).

Вопрос о понятии и содержании процессуальной формы в литературе еще не решен, что объясняется различием в подходе исследователей к его формулированию. Однако для характеристики процессуального права он имеет большое значение.

Одни авторы, например М. С. Строгович, под процессуальной формой понимают совокупность условий, установленных процессуальным законом для совершения органами следствия, прокуратуры и суда действий, которыми они осуществляют свои функции в области расследования и разрешения уголовных дел1. Другие авторы, например М. А. Чель-цов, понимают под процессуальной формой установленный законом порядок производства отдельных процессуальных действий (или их совокупности)2.

Более развернутое определение процессуальной формы дает М. Л. Якуб: «Условия и последовательность производства отдельных процессуальных действий и принятия решений... и условия производства по делу в целом, т. е. все формы судопроизводства в их совокупности, в их системе как единое целое»3. В его определении к «порядку» добавляются еще и «условия» производства.

1  См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. С. 51.

2  См.:   Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С. 33.

3  Якуб М. Л. Процессуальная форма в советском уголовном праве. М., 1981. С. 9.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                                     97

Аналогичные определения процессуальной формы формулируются представителями науки гражданского процессуального права. Так, К. С. Юдель-сон рассматривает процессуальную форму как урегулированный законом порядок деятельности суда и других лиц, участвующих в процессе1.

В адрес определений процессуальной формы как условий и порядка производства по юридическому делу были высказаны многочисленные критические замечания2.

В литературе существует более широкий подход к определению процессуальной формы. Так, один из авторов монографии «Процессуальные нормы и отношения в советском праве» И. А. Галаган считает, что только в системе элементов, характеризующих внутреннее содержание процессуальной деятельности и внешние формы ее проявления, можно сформулировать понятие процессуальной формы3.

Элементами, характеризующими внутреннее содержание процессуальной формы, по мнению И. А. Га-лагана, являются:

а)   специфика самих  нормативных  процессуальных актов (норм), являющихся юридической базой данной процессуальной формы, основой ее существования, функционирования и регулирующего воздействия;

б)  специфика содержания субъективных прав и обязанностей участников данной процессуальной деятельности, характер взаимосвязи между ними;

1  См.: Советское гражданское процессуальное право. М., 1964. С. 12.

2  См.: Галаган И. А, Глебов В. П. Указ. соч. С. 59—60; Раху-нов Р. Д. Проблема единства и дифференциации уголовно-процессуальной формы // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1978. Вып. 20. С. 84; Великий Д. П. Уголовно-процессуальная форма: понятие, история развития // Труды преподавателей Оренбургского ин-та МГЮА. Оренбург, 1999. С. 305—308.

3  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 61.

 

98                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 2. Сущность процессуального права

в) сама фактическая деятельность субъектов по осуществлению своих прав и обязанностей на различных стадиях процесса.

Внешнее выражение процессуальной формы составляют разнообразные компоненты, отражающие зримые стороны процесса, которыми он объективируется как автономное процессуальное явление. К ним относится специфика:

а)  последовательности и постадийности развития процессуальной деятельности;

б)  приемов, средств, способов (методов) осуществления процессуальной деятельности, установления и закрепления доказательств по делу;

в)  мер процессуального обеспечения (принуждения) и процедуры их применения в ходе процессуальной деятельности;

г)  процессуальных актов, в которых закрепляются   результаты   процессуальной  деятельности,   процедуры и сроков составления, принятия и реализации этих актов.

С учетом изложенного, под процессуальной формой автором понимается специфика системы нормативных основ процессуальной деятельности, выражающаяся в особенностях субъективных прав и обязанностей ее участников, режиме, распорядке (церемониале) или обрядности развития и осуществления этой деятельности, а также процедуры издания и реализации предусмотренных процессуальных актов1.

Иначе говоря, под процессуальной формой автор понимает специфику самого процессуального права. Считаем, что нельзя согласиться с указанным подходом.

Действительно, процессуальная форма представляет существенный признак процессуального права. Но это обстоятельство ни в коей мере не предполагает   отождествления   этих   явлений.   Полагаем,

1 См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 61.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права

99

ito процессуальная форма есть внутренняя содер-сателъная сторона процессуального права (но вне-шяя сторона процессуальной деятельности) и представляет собой определенный набор элементов (количество их различно у различных авто-уов1).

Однако представляется неоправданным подобное эасширение понятия процессуальная форма за счет зключения элементов, характеризующих внутрен-iee содержание процессуальной деятельности. Процессуальная форма — это всего лишь форма процессуальной деятельности, способ существования и вы-эажения ее содержания. Диалектика взаимосвязи [юрмы и содержания предполагает лишь их взаим-юе влияние друг на друга, в котором определяющее значение остается за содержанием, но никак не поглощение одним другого (или его части), как это следует из подхода И. А. Галагана.

Равным образом и определение исследуемого по-1ятия через простое перечисление элементов, составляющих его, не позволяет, на наш взгляд, уви-цеть сущность рассматриваемого явления.

Поэтому, определяя понятие процессуальной фор-1ы, логика требует от нас выяснения взаимосвязей, которых находятся элементы, составляющие процессуальную форму. Внутреннюю системность в оп-еделении процессуальной формы (уголовно-процессуальной формы) Д. П. Великий находит в указании ia ближайший род, который объединил бы все эле-яенты, составляющие процессуальную форму. Таким ближайшим родовым понятием, по мнению ав-

1 Р. Д. Рахунов определяет уголовно-процессуальную фор-«у как регламентированные правом порядок, принципы и си-гему уголовно-процессуальной деятельности, установленные целях достижения задач уголовного судопроизводства и беспечения прав и законных интересов его участников (см.: °ахунов Р. Д. Проблема единства и дифференциации уголовно-процессуальной формы. С. 84).

 

100                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 2. Сущность процессуального права

тора, является слово «требование»1, или, как нам представляется предпочтительным, «правило» — положение, в котором отражена закономерность, постоянное совершение каких-либо действий, предписание, устанавливающее определенный порядок2.

Итак, процессуальная форма — это совокупность правил. Но не любых правил, а правил процедуры. Процедура представляет собой последовательность определенных действий, в рассматриваемом аспекте она имеет нормативную модель своего развития и направлена на достижение определенных целей (целей процессуального права).

Признаки процессуальной формы. Важнейшим признаком (чертой, элементом) процессуальной формы является ее соответствие принципам процессуального права. Под принципами права понимаются основные правовые положения, нормы общего, руководящего характера. Правила процедуры, составляющие основу, каркас процессуальной формы, должны быть основаны на этих руководящих началах, соответствовать им.

Соответствие правил процедуры принципам процессуального права предполагает наличие системы гарантий прав лиц, участвующих в деле, и выполнения задач процессуального права. Именно в такой системе гарантий видят сущность процессуальной формы М. С. Шакарян и А. К. Сергун3.

Как уже указывалось, правила процедуры, составляющие основу процессуальной формы, в отличие от иных процедурных требований (например, материальной процедуры), имеют нормативно закрепленную модель статики и динамики.

Таким образом, следующим важнейшим признаком процессуальной формы является ее четкая и де-

1  См.: Великий Д. П. Указ. соч. С. 309.

2  См.: Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Указ. соч. С. 566.

3  См.:   Шакарян М. С, Сергун А. К. К вопросу о теории так называемой «юридической процессуальной формы». С. 85.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                 101

тпалъная регламентированность процессуальным законодательством*.

Следующий признак процессуальной формы характеризует ее целевую направленность. Процессуальная форма, на наш взгляд, призвана гарантировать точное достижение цели процессуальной деятельности — выяснение объективной истины по делу.

С точки зрения своего состава, процессуальная форма представляет собой систему следующих процессуальных правил: условия, последовательность, сроки совершения действий, церемониал (распорядок) или обрядность развития и осуществления процессуальной деятельности, порядок издания и реализации предусмотренных процессуальных актов.

В литературе указываются также иные признаки процессуальной формы.

• Необходимость   принятия   решения   в   соответствии с требованиями закона, на основании фактов, установленных   определенным   в   законе   способом, т. е. решение по делу должно быть обоснованным и мотивированным2.

• Рациональность.   Необходимо,   чтобы   порядок разрешения юридических дел был рационален, т. е. обеспечивал бы достижение задач процесса с наименьшей затратой сил, средств и времени со стороны государственных органов,  должностных лиц и граждан3.

• Целесообразность. Процессуальная форма должна обеспечивать эффективность юридического про-

1  См.:  Тертышников В. И. Процессуальные формы защиты субъективных гражданских прав // Актуальные проблемы   юридического   процесса   в   общенародном   государстве. Ярославль, 1979. С. 95.

2  См.: Кондратьева С. Л. Указ. соч. С. 120.

3  См.: Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. Л., 1976. С. 66—67.

 

102                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 2. Сущность процессуального права

цесса. Достижение целей быстрого и полного разрешения юридических дел, правильного применения закона — необходимое условие осуществления задач и требований всей системы правового регулирования общественных отношений1.

• Гибкость. Данное свойство процессуальной формы заключается в возможности использования конкретного вида процессуальной формы для реализации норм не только какой-либо одной отрасли права, но и различных отраслей2.

Исходя из изложенных соображений сформулируем определение процессуальной формы. Процессуальная форма — это установленные процессуальным законодательством (правом), основанные на принципах процессуального права правила процедуры, выполнение которых приводит к наиболее точному и рациональному достижению целей процессуальной деятельности (процессуального права).

С учетом сказанного регулятивную функцию процессуального права можно определить как обусловленное необходимостью регламентации охранительной деятельности государства направление правового воздействия, выражающееся в установлении позитивных правил поведения, предоставлении субъективных прав и возложении юридических обязанностей (определении компетенции и полномочий) на субъектов процессуального права. Объектом регулятивной функции процессуального права являются разнообразные действия (поведение) субъектов про-цессуальногого права.

Рассмотренные охранительная и регулятивная функции процессуального права относятся к группе так называемых собственно юридических функций. Вместе с тем статус права в обществе характеризует-

1 См.: Кондратьева С. Л. Указ. соч. С. 120.

2 См.:    Бенедик  И.  В.  Стадии   в   юридическом  процессе: Дисс. ... канд. юрид. наук. Харьков, 1986. С. 32.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                  ЮЗ

ся в двух тесно связанных измерениях — в собственно юридическом, в рамках которого право реализуется через специальную, присущую только ему систему средств (один из элементов которой был рассмотрен), и общесоциальном, в котором право рассматривается как явление культуры, оказывающее широкое неформальное влияние на весь комплекс общественных отношений. Поэтому наряду с собственно-юридическими функциями в теории права принято выделять и общесоциальные функции права: культурно-историческую, воспитательную, социального контроля, информационно-ориентирующую и оценочную1.

Представляется, что процессуальное право как структурный элемент системы права имеет аналогичные функции. Тем более, что в литературе имеются ссылки на этот счет. Так, о культурно-исторической функции юридического процесса упоминает В. Н. Синюков в работе «Российская правовая система»2. Однако содержание указанной функции автор в данной работе не раскрывает. Попробуем это сделать.

Право как явление национальной составляющей мировой культуры в присущей ему нормативной форме аккумулирует духовные ценности и достижения народа и всего человечества: права человека, демократию, моральные устои общества, социальную справедливость3.

Очевидно, что только по содержанию материального права сегодня невозможно судить о демократичности той или иной правовой системы. Как свидетельствует история, произвол и тирания могут уживаться с формально-демократическим законодательством, провозглашающим основные права и свободы личности.

1  См.: Матузов Н. И., Малъко А. В. Указ. соч. С. 156—157.

2  См.: Синюков В. Н. Указ. соч. С. 414.

3  См.: Матузов Н. И., Малъко А. В. Указ. соч. С. 156.

 

104                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 2. Сущность процессуального права

Между тем истинное лицо правовой системы, степень приближенности того или иного государства и общества к цивилизованному, демократическому, правовому определяется не столько количеством закрепленных в законодательстве прав и свобод личности, сколько реальностью и степенью надежности демократического механизма их осуществления. Так, еще в начале XIX в. автор конституционных проектов декабрист Н. М. Муравьев утверждал, что порядок решения важных государственно-правовых вопросов создает преграду произволу. Именно поэтому данному порядку должна быть предана сила и авторитет закона1.

Без анализа юридического процесса, правил юридической процедуры, процессуального права в целом невозможно объективно оценить реальное состояние механизма правового регулирования, так как очевидно, что в обществе, в котором человек, его права и свободы объявляются высшей ценностью, демократическое процессуальное право, опосредуя взаимодействие государства и индивида, является гарантией защиты прав, свобод и законных интересов личности, важным средством координации частного и публичного интереса.

Процессуальное право, таким образом, является носителем важнейших демократических гуманистических начал правовой системы2.

В литературе отмечается также воспитательная функция процессуального права3. Воспитательное, идеологическое воздействие на сознание и психологию участников общественных отношений, как указывает Ф. Н. Фаткуллин, является магистральным направлением действия права4.

1  См.: Егоров С. А. Декабрист Никита Муравьев о процессуальных формах обеспечения законности // Вестник Ярославского ун-та. 1972. № 4. С. 107.

2  См.: Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. С. 285.

3  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 54.

4  См.: Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории государства и права. С. 207.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                 105

Однако ряд авторов не склонны считать данное управление воздействия на общественные отноше-шя самостоятельной функцией права, полагая, что (■воспитание (в отличие от регулирования) — не специфическая функция права... а то общее, что объединяет его с другими идеологическими средства-га»1, «сколь велика бы ни была воспитательная эль права, она все же в основном является лишь юдствием тех функций, в которых непосредствен-ю проявляется его социальное назначение, здесь ibho смешиваются плоскости научного анализа»2, и юд таким углом зрения не с меньшим... основанием 1ужно выделить, например, экономическую функ-шю»3.

Как указывалось, право — это общесоциальный эеномен, явление национальной и мировой культу-эы, и его цель и назначение проявляются не только регулировании непосредственно самих объектив-1ых общественных отношений, но и в благотворном влиянии на ценностные ориентации, внутренние по-гребности, установки их участников. Они неизбежно Зусловливают относительно самостоятельные на-1равления воздействия права на свой предмет, каждое из которых характеризуется особенностями и содержания, и сферы приложения (объекта).

Сферой идеологического воздействия (объектом воспитательной функции) служит сознание, психо-югия людей. Воздействие это осуществляется путем шформирования граждан об общеобязательных образцах поведения в тех или иных общественных от-юшениях, разъяснения мотивов и целей установле-гая государством таких масштабов, убеждения в их

1  Общая теория государства и права / Под ред. В. С. Пет-ова и Л. С. Явича. М., 1966. С. 12.

2  О понимании советского права // Советское государство право. 1979. № 8. С. 106.

3 Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. С. 95—96.

 

106                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       Глава 2. Сущность процессуального права

необходимости, справедливости и социальной ценности, предупреждения о возможных последствиях отклонения от них и т. д. Воспитательное воздействие права, в отличие от регулирования, не является властным1.

В свете изложенного идеологическое направление воздействия права на сознание людей удобно рассматривать как его самостоятельную функцию. Процессуальное право, имеющее охранительный характер, в большей своей части направлено на регламентацию применения мер государственного принуждения к личности и вмешательства государства в права и свободы граждан. Таким образом, регулируя наиболее «опасные» участки общественных отношений, оно характеризуется мощным идеологическим влиянием на сознание людей, как испытавших, так и не испытавших на себе его регулятивное воздействие. Наиболее эффективной реализации данной функции процессуального права призваны содействовать принципы процессуальной деятельности, в частности принцип гласности. Гласность, как требование открытого разбирательства юридических дел, оказывает огромное воспитательное воздействие на всех участников процесса и других граждан.

Тесно примыкает к воспитательной функции информационно-ориентирующая и оценочная функции процессуального права.

Содержание информационной функции, по мнению Ф. Н. Фаткуллина, выражается:

• в   описании  образа  намечаемой   законодателем цели правовых норм;

• в  указании  на  типичные  образцы  жизненных ситуаций,    при    которых    упорядочиваемые    общественные  отношения  возникают,  изменяются,  прекращаются;

1 См.: Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории государства и права. С. 207.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права

107

• в обозначении общих правил поведения участ-ikob этих отношений;

i в обобщенной дозировке юридических средств, 1ризванных обеспечить выполнение таких правил;

• в определении необходимых случаев того субъект-яого состава, на которые распространяются устанавливаемые нормы права1.

Получая, таким образом, информацию о соци-1ьных возможностях того или иного поведения, го помогает достичь поставленных целей в рамках существующего правопорядка, люди определяют свой вариант социального поведения.

Выполняя оценочную функцию, нормы процессу-1ьного права, устанавливают образцы и правила юведения, которые служат своеобразными мерила-ш дозволенности и приемлемости действий субъек-гов права, их правомерности и неправомерности. )ценка ценности или, наоборот, ущербности поведенческих актов в юридическом процессе основыва-гся, в первую очередь, на этих нормах. Оценка тех iep государственного принуждения, которые приме-1яются в рамках юридического процесса, также ос-ювывается и на нормах процессуального права. Воспитательная, информационно-ориентирующая оценочная функции процессуального права имеют единый объект воздействия — сознание и психологию людей и имеют целью сформировать социально юлезную, положительную направленность субъективной стороны поведения. Эти функции имеют гаого общих моментов в содержании, в своей реализации они взаимно дополняют друг друга. Эффективность одной из названных функций достигается выполнением другой.

Все эти обстоятельства позволяют рассматривать воспитательную, информационно-ориентирующую, оценочные   функции    как    различные   проявления

1 См.: Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории государства и права. С. 205.

 

108                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                     Глава 2. Сущность процессуального права

(или подфункции) единой идеологической функции процессуального права.

Применяя нормы процессуального права, уполномоченные органы реализуют функцию социального контроля, обеспечивая необходимую степень единообразного поведения граждан в соответствии с правовыми предписаниями. Процессуальное право ставит под защиту такие индивидуальные потребности, удовлетворение которых не причиняет ущерба обществу. Обусловленные этими потребностями индивидуальные интересы и субъективные цели поощряются или защищаются государственными органами1.

Задачи процессуального права. Функции права очень тесно связаны с его задачами. Во-первых, как указывает Т. Н. Радько, функции направлены на решение задач, стоящих перед правом. Во-вторых, некоторые из задач порождают адекватные функции2.

Следует отметить, что вопросу о задачах права и его структурных подразделений в науке практически не уделялось внимания. По мнению Ф. Н. Фаткул-лина, задачи права выступают в качестве плана действий, мысленно выработанного процесса движения к цели3. Еще Гегель указывал, что выполнение задачи есть определенный способ реализации цели4. В связи с этим рассмотрим цели процессуального права.

Цели процессуального права. В этимологическом плане цель — это то, к чему стремятся, чего надо достичь. В философии она интерпретируется как идеально намеченная модель, мысленно представляемый образ предполагаемого результата. Исследование   диалектики   цели,   средств   и   результата   как

1  См.: Петру хин И. Л., Батуров Г. П., Морщакова Т. Г. Теоретические основы эффективности правосудия. М., 1979. С. 18.

2  См.: Радько Т. Н. Указ. соч. С. 10.

3  См.: Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории государства и права. С. 204.

4  См.: Энциклопедия философских знаний. М., 1974. Т. 1. С. 397.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                 109

частного случая диалектики материального и идеального позволило рассмотреть цель как идеальное предвосхищение результата деятельности, а саму деятельность — как сложный процесс выдвижения и осуществление цели1.

Итак, в интересующем нас смысле цель — это тот результат, который достигается действием, функционированием права в целом, правового блока, отрасли, института или отдельной нормы.

Цели правовых норм подразделяются на «материальные» и «юридические». Так, И. С. Самощенко пишет: «Во всей сумме целей, лежащих в основе правовых предписаний, можно выделить такие, ближайшим объектом которых является само право, особенно его неуклонное исполнение и соблюдение. Этой цели служат в первую очередь правовые установления, называемые юридическими гарантиями законности»2, среди них особое место занимают нормы процессуального права. Такие цели автор называет «юридическими» в отличие от «материальных», как непосредственно связанных с неправовой сферой. Разумеется, правовых норм, которые бы имели только юридические цели, продолжает И. С. Самощенко, не бывает, «юридические» цели — это только одно из самых низших звеньев в той цепи непосредственных целей, которым служат данные нормы. Они всегда в конечном итоге переходят в другие, «материальные», цели3.

«Материальной» целью процессуального правового блока, т. е. тем результатом, к которому стремит-

1  См.: Философский энциклопедический словарь. С. 763.

2  Самощенко И. С, Никитинский В. И. Некоторые теоретические вопросы изучения эффективности правовых норм. М., 1957. С. 8.

3  Там же.  Но выделять такие цели, условно названные «юридическими»,  все же надо.  Дело в том, что эффективность правовых норм, служащих таким целям, должна определяться исходя, прежде всего, из их «юридических», а не более отдаленных целей.

8-1307

 

НО                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                     Глава 2. Сущность процессуального права

ся законодатель, устанавливая процессуальные нормы, является разрешение и устранение аномальных проявлений общественных отношений, защита социального порядка, прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Напомним, что в юридической литературе вопросу о задачах процессуального права внимания практически не уделяется. В процессуальном законодательстве речь идет о задачах юридического процесса (производства по делу). Так, согласно ст. 2 ГПК РСФСР, задачами гражданского судопроизводства являются правильное и быстрое рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты прав и законных интересов граждан и организаций и охраны общественного порядка.

Задачами арбитражного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов юридических лиц и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также содействие укреплению законности и предупреждению правонарушений в указанной сфере (ст. 2 АПК РФ).

Задачи производства по делам об административных правонарушениях определены в ст. 24.1 КоАП РФ. Ими являются: всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в точном соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствующих совершению административных правонарушений.

О задачах конституционного судопроизводства и других видов юрисдикционных производств по юридическим делам соответствующее законодательство умалчивает. Можно предположить, что задачами этих видов процесса является правильное и быстрое рассмотрение и разрешение соответствующих юридических дел.

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                 Ш

Задачи процессуального права (системы правовых норм, регламентирующих процессуальную деятельность), на наш взгляд, состоят в том, чтобы обеспечить правовыми средствами реализацию задач и функций процессуальной деятельности (процесса), а именно:

• установление материально-правового отношения, связанного с применением материального закона;

• всестороннее исследование обстоятельств разрешаемой    ситуации    и    достижение    материальной (объективной) истины по делу;

• справедливое применение материального закона;

• защиту прав и законных интересов участвующих в деле лиц;

• осуществление   конституционного   контроля   за нормативными     актами    и     правоприменительной практикой.

Итак, процессуальное право — это относительно самостоятельный правовой блок в структуре права, направленный на разрешение и устранение аномалий общественных отношений, защиту социального порядка, прав и свобод граждан. Достижению этой цели служат его различные юридические и общесоциальные функции: охранительная, регулятивная, идеологическая, функция социального контроля. Перед процессуальным правом стоят также и собственные задачи, обусловленные его целями.

* * *

Таким образом, структура права — отражение строения права и законы связи между его элементами — включает такое крупное подразделение, как правовой блок. Правовой блок — это совокупность правовых норм, которые имеют предметом комплекс общественных отношений, объединяемых близостью своих объективных свойств и особенностей методов

 

112                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                     Глава 2. Сущность процессуального права

правового регулирования, а также единством целей, задач и функций в структуре права. Такими правовыми блоками в структуре права являются процессуальное и материальное право.

Процессуальное право занимает особое место в структуре права как относительно самостоятельный правовой блок. Приобретение процессуальным и материальным правом относительной самостоятельности есть необходимый результат процесса внутреннего развития права, характеризующийся таким соотношением между этими правовыми блоками, при котором они одновременно и зависимы, и самостоятельны по отношению друг к другу. Между процессуальным и материальным правом прослеживаются генетические и функциональные связи. Самостоятельность процессуального права в структуре права обусловлена рядом системообразующих признаков, к которым наряду с традиционными предметом и особенностями методов правового регулирования относятся цели, функции, задачи процессуального права.

Процессуальное право возникает из необходимости разрешить и устранить с помощью специальных юридических средств аномальные проявления общественных отношений. Правовая аномалия — это обусловленное различными факторами объективного и субъективного порядка отклонение от общей закономерности, от нормального течения и развития общественных отношений. Деятельность по устранению правовых аномалий в силу объективной важности становится прерогативой государственных и иных специально уполномоченных органов.

Специфика процессуального права обусловлена рядом признаков, среди которых особое значение имеет направленность процессуального права на реализацию материальных охранительных норм и охранительных правоотношений. Охранительное правоотношение — это отношение, в рамках которого

 

2.3. Функции, цели и задачи процессуального права                                                                                                                                ИЗ

осуществляется защита законных интересов, прав и свобод граждан, а также реализация различных мер государственного принуждения. К числу сущностных признаков процессуального права относится процессуальная форма, под которой понимаются установленные процессуальным правом и основанные на его принципах правила процедуры, выполнение которых приводит к наиболее точному и рациональному достижению целей процессуальной деятельности. Сущностью же процессуальной формы является наличие разветвленной системы гарантий прав и свобод лиц, участвующих в процессе.

Глава  3. СИСТЕМА ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА И ТЕНДЕНЦИИ ЕЕ РАЗВИТИЯ

3.1. Характеристика системы процессуального права

Вопрос о системе процессуального права, широко обсуждавшийся в литературе в 70-х гг., вновь привлекает к себе внимание. Во многом это связано с принятием новых нормативных актов процессуального характера: Уголовно-процессуального, Арбитражного процессуального и Налогового кодексов, Кодекса об административных правонарушениях, законов «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах»; подготовкой проектов нового Гражданского процессуального кодекса и закона «Об административном судопроизводстве». В связи с этим представляется актуальным рассмотреть некоторые вопросы системы процессуального права и составляющих ее элементов.

Исследование начнем с обзора существующих в науке точек зрения на проблему построения системы процессуального права. Одни авторы (например, В. Д. Сорокин) полагают, что эта система состоит из трех самостоятельных отраслей — уголовно-процессуального, гражданского процессуального и административно-процессуального права1.

1   См.:   Сорокин  В. Д.  Административно-процессуальное право. М., 1972. С. 51.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                      115

Другие (В. М. Горшенев, П. С. Дружков) считают, что каждой отрасли материального права присущи либо самостоятельная отрасль, либо подотрасль процессуального права1.

Третьи (И. А. Галаган) убеждены, что в любой материально-правовой отрасли имеются процессуальные образования (институты) или даже процессуальные нормы, которые, будучи вкрапленными в содержание материально-правовых институтов, тем не менее выполняют важные функции процедурного обеспечения реализации последних2.

Д. Н. Бахрах утверждает, что современное процессуальное право включает лишь две самостоятельные процессуальные отрасли (уголовно-процессуальное и гражданское процессуальное) и пединституты многих отраслей права, т. е. систематизированные группы процессуальных норм, обслуживающие определенные правовые институты3.

Итак, вопрос о месте процессуальных норм в структуре российского права является дискуссионным. Однако бесспорно, что системная общность процессуальных норм в их социально-правовом назначении по отношению к нормам материальным, а также имеющиеся формы их систематизации в виде процессуальных отраслей, подотраслей и институтов свидетельствуют о существовании в структуре права такого обширного правового блока, как система процессуального права.

Какие же элементы составляют эту систему? В науке не вызывает возражений статус уголовно-

1  См.: Горшенев В. М., Дружков П. С. О системе процессуального права в советском государстве // Вопросы правоведения. Новосибирск, 1970. Вып. 5. С. 18; Юридическая процессуальная форма. С. 39—40.

2  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 46.

3  См.: Бахрах Д. Н. Юридический процесс и административное судопроизводство // Журнал российского права. 2000. № 9. С. 9.

 

116                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

процессуального и гражданского процессуального права как самостоятельных профилирующих (базовых) процессуальных отраслей в структуре права. Можно утверждать, что и арбитражное процессуальное право приобрело характер самостоятельной специальной процессуальной отрасли в связи с принятием Арбитражного процессуального кодекса и созданием системы арбитражных судов.

С вступлением в силу в 1997 г. федеральных законов «Об исполнительном судопроизводстве» и «О судебных приставах» связывается обособление от гражданского процессуального права нового нормативного образования — исполнительного права.

Для решения указанной проблемы принципиальным является вопрос о признаках, определяющих возникновение в правовой сфере новых процессуальных отраслей. Так, В. Д. Сорокин пишет, что «процессуальные нормы, имеющиеся в составе других материальных отраслей, не могут претендовать на статус отрасли права, поскольку отрасль начинается тогда, когда данная группа процессуальных норм, имея свой предмет и определенную степень организации своей системы, выходит за пределы одноименной материальной отрасли и участвует в реализации материальных норм других отраслей»1. Используя данные критерии, автор утверждает о существовании самостоятельной отрасли процессуального права — административно-процессуального права.

Указанные критерии действительно важны для познания специфики гражданского и административного процессов, однако их недостаточно для обоснования самостоятельности процессуальной отрасли2. Достаточно сослаться на то, что уголовный процесс обслуживает   только   одну   материальную   отрасль   —

1  Сорокин В. Д. Указ. соч. С. 70.

2  См.: Мельников Ю. И. О понятии и месте процессуальных норм в структуре советского права // Проблемы социалистической законности. Харьков, 1988. Вып. 22. С. 84.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                      Ц7

уголовное право. Способность взаимодействовать с другими отраслями права не является монополией существующих процессуальных отраслей.

Приемлемой является точка зрения, согласно которой критерии истины в вопросе автономии того или иного процесса заключается также в том, обеспечивают ли традиционные процессуальные формы (гражданский и уголовный процесс) потребности данной отрасли материального права1.

С этих позиций можно утверждать о формировании административно-процессуального2 и конституционно-процессуального права в качестве самостоятельных отраслей процессуального права, хотя они находятся еще лишь в начальной стадии формирования и реально занимают, на наш взгляд, места подотраслей в составе одноименных материальных отраслей. В качестве подотрасли налогового права складывается налогово-процессуальное право. Процедура разрешения трудовых споров также уже не укладывается в привычные рамки гражданского процесса, да и трудового права, что позволяет думать о ростках нового вида процессуальной деятельности — трудового дисциплинарного процесса.

Система процессуального права складывается, таким образом, из четырех отраслей процессуального права: уголовно-процессуального, гражданского процессуального, арбитражного процессуального и исполнительного права, подотрасли административного права — административно-процессуального права, подотрасли конституционного права — судебного конституционного процесса (конституционно-процессуального права), налогово-процессуального пра-

1  См.: Мельников Ю. И. О понятии и месте процессуальных норм в структуре советского права. С. 85.

2 О нем говорится в ст. 71 Конституции РФ, которая наряду с административным называет и административно-процессуальное право.

 

118                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

ва как подотрасли налогового права, а также процессуальных институтов, включенных в содержание некоторых материальных отраслей права (трудовой дисциплинарный процесс, процессуальные нормы в системе уголовно-исполнительного права).

Рассмотрим подробнее основные элементы системы процессуального права. Уголовно-процессуальное право есть самостоятельная профилирующая отрасль процессуального права, под которой принято понимать совокупность правовых норм, установленных государством и предназначенных для регламентации производства по уголовным делам (уголовного процесса). Уголовный процесс — это осуществляемая в установленных законом и иными правовыми актами пределах и порядке деятельность наделенных соответствующими полномочиями государственных органов (дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда) по предупреждению, выявлению и раскрытию преступлений, установлению лиц, виновных в их совершении, и применению к ним мер уголовного наказания или иного воздействия, а также возникающие в связи с этой деятельностью правовые отношения между органами и лицами, участвующими в ней1.

Таким образом, предметом уголовно-процессуального права являются отношения по расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел, т. е. уголовный процесс.

Уголовный процесс — один из видов проявления государственной власти, специфика которого обусловлена особенностью задач борьбы с преступностью. В этой сфере государство вынуждено применять меры принуждения как наиболее действенный метод регулирования поведения людей. Поэтому-то и  необходима  деятельность  государственных  орга-

1 См.: Уголовный процесс / Под ред. К. Ф. Гуценко. М., 1998. С. 13.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                        119

нов, способных раскрыть преступление, установить виновных, применить к ним меры уголовного наказания; она регулируется нормами уголовно-процессуального права, осуществляется с момента получения информации о преступлении и на протяжении всего производства по уголовному делу. Эта деятельность протекает в рамках уголовно-процессуальных отношений, а их совокупность и система представляют собой сущность уголовного процесса1.

Характерными особенностями государственной деятельности в сфере уголовного судопроизводства являются, во-первых, строго определенный круг субъектов — суд, судья, прокурор, следователь, начальник следственного отдела, лицо, производящее дознание, орган дознания, во-вторых, установление ее форм, методов и средств нормами уголовно-процессуального закона.

Для характеристики содержания уголовного процесса существенное значение имеют его задачи. Несмотря на то что в принятом в 2001 г. Уголовно-процессуальном кодексе РФ отсутствует статья, посвященная задачам уголовного процесса, отметим, что, как справедливо указывает В. П. Божьев, правильное понимание современных задач уголовного процесса может быть достигнуто только на основе конституционных положений о приоритете прав и свобод человека (ст. 2 Конституции РФ). Автор делает вывод, что центральное место в блоке задач, стоящих перед уголовно-процессуальным правом (а через него и перед уголовным процессом), занимают обеспечение и защита прав и свобод участвующих в судопроизводстве граждан2.

Наряду со специфическим предметом уголовно-процессуальное право имеет и свой метод правового

1  См.: Уголовный процесс / Под ред. В. П. Божьева. М., 1998. С. 4.

2 Там же. С. 6.

 

120                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

регулирования отношений по расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел. В уголовно-процессуальном законе преобладают нормы, содержащие разрешение на совершение действий и тем самым запрещающие действия и отношения, не разрешенные законом. В уголовном процессе допустимы только те действия и решения, которые разрешены в законе. Такой метод правового регулирования называется разрешительным. Он характерен для уголовно-процессуального права потому, что в регулируемой им области деятельности имеют место властные отношения, затрагивающие права и интересы личности, поэтому в нормах процессуального права должны быть четко определены разрешения и запрет. Властные отношения всегда регулируются путем указания в норме на то, что должностному лицу тот или иной образ действий разрешен, а поэтому второй субъект отношений обязан подчиниться его требованию.

В силу особенностей предмета правового регулирования большинство уголовно-процессуальных норм относятся к обязывающим, императивным, предписывающим совершение определенных действий (например, ст. 7, 16, 146, 348 УПК РФ).

Гражданское процессуальное право — это профилирующая отрасль процессуального права, включающая в себя совокупность расположенных в определенной системе процессуальных норм, регулирующих общественные отношения, которые возникают между судом и участниками дела в процессе отправления правосудия по гражданским делам1.

Оно служит формой принудительного осуществления гражданских, семейных, трудовых, административных и других обязанностей, формой защиты субъективных прав, когда содержащиеся в нормах

1 См.: Гражданский процесс / Под ред. М. К. Треушнико-ва. М., 1998. С. 10.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                       121

материального права предписания не исполняются обязанными лицами добровольно1, формой защиты законных интересов граждан путем подтверждения в бесспорном одностороннем порядке обстоятельств, имеющих юридическое значение, бесспорных прав.

Под гражданскими делами понимаются дела, вытекающие из широкого спектра материальных правоотношений: конституционных, административных, финансовых, земельных, трудовых, жилищных и т. д. Характер материальных правоотношений и интересов, служащих предметом судебного рассмотрения, влияет на форму их защиты. Суд разрешает гражданские дела на основе норм материального права, однако гражданское процессуальное право — это самостоятельная отрасль процессуального права, имеющая свой предмет и метод правового регулирования. Предметом гражданского процессуального права является гражданский процесс, т. е. деятельность суда и других участников процесса, а также в определенной степени и деятельность органов исполнения судебных постановлений. (От предмета гражданского процессуального права следует отличать предмет гражданского процесса, под которым понимаются конкретные гражданские дела.)

Сущность гражданского процесса, по мнению Т. В. Сахновой, заключается в предоставляемой государством гарантии надлежащего осуществления субъективного права для тех случаев, когда способность права к реализации деформирована его нарушением или спорностью2.

В современный период утверждения цивилизаци-онного подхода к пониманию роли права и государ-

1  См.: Гражданское процессуальное право России / Под ред. М. С. Шакарян. М., 1998. С. 21.

2  См.:  Сахнова Т. В. Гражданское процессуальное право России: перспективы развития // Государство и право. 1999. № 2. С. 31.

 

122                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Глава 3. Система процессуального права

ства, продолжает автор, именно гарантирующая функция гражданского процесса определяет социальное назначение и сущность правосудия1.

Гражданское процессуальное право регулирует общественные отношения диспозитивно-разрешитель-ным методом. Это означает, что инициатива возникновения гражданских дел принадлежит заинтересованным лицам, а не суду. Обжалование судебных актов и, как правило, их исполнение зависит также от волеизъявления заинтересованных субъектов процессуального права. Большинство норм гражданского процессуального права носит разрешительный, а не запретительный характер. Участники процесса могут занимать только одно присущее им процессуальное положение и совершать только такие процессуальные действия, которые разрешены и предусмотрены нормами процессуального права2. Вместе с тем все участники гражданского процесса находятся в процессуальных отношениях с судом, осуществляющим властные полномочия.

В системе процессуального права гражданское процессуальное право связано с другими его элементами. Значительна связь между гражданским процессуальным правом и уголовно-процессуальным правом,   которые  имеют  одинаковые  конституционные

1  Обоснование данного тезиса см.: Сахнова Т. В. Юридический процесс в цивилистике: реальность и проблемы // Современное российское общество: осмысление прошлого, поиск достойного будущего: Тезисы докладов и материалы научно-практической конференции. Красноярск, 1995; Она же. О роли процессуального права в становлении гражданского общества в России // Проблемы становления гражданского общества в России: Тезисы докладов и материалы научно-практической конференции.  Красноярск,   1996;   Она же. Реформа цивилистического процесса: проблемы и перспективы // Государство и право. 1997. № 9.

2  См.: Гражданский процесс / Под ред. М. К. Треушнико-ва. С. 11.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                      123

основы, ряд общих институтов, например в области доказательственного права, а также ряд общих положений, касающихся движения дела в судебном заседании, вынесения судебных постановлений, обжалования, опротестования и пересмотра решений в кассационном порядке и порядке надзора.

Вместе с тем каждая из указанных отраслей имеет и существенные особенности, обусловленные различием предмета и задач рассмотрения дел в гражданском и уголовном процессе, указанные выше.

Арбитражное процессуальное право — это отрасль процессуального права, состоящая из совокупности процессуальных норм и институтов, регулирующих порядок рассмотрения, разрешения и пересмотра арбитражным судом экономических споров и других дел, отнесенных к его компетенции федеральным законом, а также определяющих меры по обеспечению иска и исполнению судебных актов.

Однако вопрос о том, составляют ли арбитражные процессуальные нормы и институты самостоятельную отрасль процессуального права и как они соотносятся с отраслью гражданского процессуального права, является дискуссионным. Основные мнения по данному вопросу сконцентрированы вокруг двух позиций, кардинально определяющих способы решения названного вопроса.

Согласно первой из них нормы арбитражного процессуального права являются самостоятельной отраслью процессуального права (Т. Е. Абова, Н. И. Клейн, К. И. Комиссаров, Л. Ф. Лесницкая, И. В. Решетникова, М. К. Треушников, В. М. Шерстюк, М. К. Юков и др.). Вторая же позиция основана на признании норм арбитражного процессуального права составной частью или подотраслью гражданского процессуального права (Н. Б. Зейдер, Р. Ф. Каллистратова, В. Н. Щеглов, Н. А. Чечина, Д. М. Чечот, М. С. Шакарян и др.).

Несмотря на большое сходство с нормами гражданского  процессуального  права,   утверждают  сто-

 

124                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Глава 3. Система процессуального права

ронники первой точки зрения, нормы и институты арбитражного процессуального права имеют свои особенности, обусловленные субъектным составом по рассматриваемым спорам, предметом познавательной деятельности суда, содержанием решения суда и т. д. Представления об арбитражном процессуальном праве как самостоятельной отрасли основываются на том, что она призвана обслуживать систему арбитражных судов, имеющих принципиально важное значение для развития экономики1.

Арбитражное процессуальное право включает и специальные процессуальные нормы, предусматривающие специфику возбуждения, рассмотрения и разрешения отдельных категорий гражданских дел в арбитражном суде. Примером специальных служат нормы, содержащиеся в гл. III Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (ст. 28—55), в разд. IV АПК РФ, названном «Особенности производства в арбитражном суде по отдельным категориям дел»2.

Существование самостоятельной отрасли арбитражного процессуального права объясняется и наличием соответствующего ей законодательного массива. Нормы арбитражного процессуального права закреплены в федеральных законах, являются кодифицированными, определяют постадийное развитие процесса, составляют отраслевую часть системы процессуального права. И. В. Решетникова указывает, что принятие законодателем Арбитражного процессуального кодекса РФ явилось неофициальным признанием новой отрасли процессуального права3.

Позицию другой группы авторов отражают рассуждения   В.   М.   Жуйкова,   который   считает,   что

1  См.: Арбитражный процесс / Под ред. М. К. Треушнико-ва. М., 1995. С. 23.

2 Там же. С. 24.

3  См.: Гражданский процесс / Отв. ред. К. И. Комиссаров и Ю. К. Осипов. М., 1996. С. 13.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                       125

суды общей юрисдикции и арбитражные суды рассматривают в принципиальном плане одинаковые дела: при рассмотрении дел применяют одинаковые нормы материального права; суды и той и другой юрисдикции выполняют одну и ту же задачу по защите прав заинтересованных лиц, разрешают аналогичные вопросы процессуального характера, связанные с движением дела, за небольшими исключениями используют одинаковые способы защиты гражданских прав, предусмотренные Гражданским кодексом РФ.

Отличия в субъектном составе лиц, участвующих в деле, а равно разграничение подведомственности дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, по мнению В. М. Жуйкова, не настолько существенны, чтобы можно было говорить о необходимости создания для осуществления арбитражными судами судебной власти особой процессуальной формы1.

Полагаем, что не стоит отрицать за арбитражным процессуальным правом статуса самостоятельной отрасли права лишь по тому основанию, что оно по своей системе, институтам, стадиям имеет сходство с гражданским процессом. Между гражданским и уголовным процессуальным правом также существуют тесные связи, однако самостоятельность обеих в современных условиях не может ставиться под сомнение. Тем не менее в некоторых государствах вплоть до XIX в. уголовный процесс рассматривался в виде отрасли гражданского процесса.

Неубедительной также представляется позиция М. С. Шакарян, которая пишет, что «законодательство об арбитражном суде — органическая часть гражданского процессуального права и должно быть включено в его состав,  поскольку общим является

1 См.:   Жуйков В. М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997. С. 194—195. 9-1307

 

126                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Глава 3. Система процессуального права

не только предмет защиты (споры, возникающие из гражданских правоотношении и в сфере управления), но и правовая природа органа защиты, принципы его организации и деятельности»1.

Ни один из приведенных аргументов не отражает предметного и юридического своеобразия отрасли права (признаков отрасли права). Как указывает несколько ранее сама М. С. Шакарян применительно к несудебным формам защиты гражданских прав, «наличие общего предмета защиты не может служить основанием объединения всех норм, регулирующих различные формы защиты субъективных прав и законных интересов граждан и организаций в единую отрасль права»2. Также правовая природа органа защиты, принципы его организации и деятельности не являются критерием самостоятельности отрасли процессуального права, так как в противном случае следовало бы отказаться от самостоятельности уголовно-процессуального права.

Вопрос о том, какие факторы определяют возникновение отраслей в структуре права все еще далек от разрешения. Предлагаемые в науке критерии имеют значение прежде всего в отношении профилирующих (базовых) отраслей. На наш взгляд, специфика арбитражного процессуального права (такие особенности юридического своеобразия, как особый состав субъектов, особая компетенция властного субъекта, предмет познавательной деятельности, структура процесса, специфика содержания отдельных институтов и т. д.) позволяет сделать вывод, что арбитражное процессуальное право — это самостоятельная специальная отрасль процессуального права, в отличие от гражданского процессуального права, которое является профилирующей (базовой) отраслью в системе российского права. Аргументом

1  Гражданское процессуальное право России. С. 12.

2 Там же. С. 11.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                       127

в пользу высказанной позиции является указанное обстоятельство о законодательном кодифицированном обособлении арбитражного процессуального права (это один из признаков отрасли права).

В литературе имеется нетрадиционный подход к определению места арбитражного процессуального права в системе российского права. Так, Д. А. Фурсов пишет, что арбитражное процессуальное право не обусловлено объективно существующими связями в системе реальных общественных отношений, и поэтому невозможно установить ее самостоятельное место в системе права. Арбитражное процессуальное право следует определить как однородную с гражданским процессуальным правом, а потому дублирующую отрасль права. Предметом дублирования являются правоотношения, имеющие гражданский процессуальный характер. Арбитражное процессуальное право следует признать дублирующей отраслью не только потому, что она вынуждена повторять нормы гражданского процессуального права, но и оттого, что она пытается иначе урегулировать однородные гражданские процессуальные отношения с иным субъектным составом его участников. Представляя отрасль-«дубль», арбитражное процессуальное право воплощает в себе двойной стандарт, не имеющий права на существование, но реально существующий в системе права. Такое положение отрасли арбитражного процессуального права, продолжает автор, является основанием для введения понятия «дублирующая отрасль» в общую теорию права1.

Полагаем, что нельзя согласиться с указанным выводом по следующим основаниям. Во-первых, арбитражное процессуальное право не является дублирующей, т. е. повторяющей отраслью права, так как имеет существенные отличия от гражданского про-

1 См.: Фурсов Д. А. Понятие отрасли арбитражного процессуального права // Государство и право. 1999. № 1. С. 30.

 

128                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 3. Система процессуального права

цессуального права, указанные раннее. Во-вторых, даже если бы таковое имело место, подобный вывод никак не может претендовать на статус понятия общей теории права по той причине, что не имеет ни теоретической, ни практической значимости. Правовые понятия — это логическая форма обобщения и постижения сущности правовых явлений, отражение закономерного и особенного в правовой действительности. Они не априорны, а адекватны кругу объективно существующих правовых явлений, представляют собой результат синтеза правовых представлений, квинтэссенцию юридических знаний и опыта1. О каком постижении и обобщении сущности правовых явлений, результате синтеза правовых представлений может идти речь в данном случае?! В чем состоит практическая значимость введения этого понятия, если перспективы развития предмета познания (арбитражного процессуального права) Д. А. Фурсов видит следующим образом. «Предложенное понимание отрасли арбитражного процессуального права имеет большое практическое значение, свидетельствует о том, что отсутствуют сколь-нибудь принципиальные препятствия на пути сближения и слияния двух процессуальных отраслей в одну»2.

Отметим, что слияние гражданского процессуального и арбитражного процессуального права не только не будет иметь большого практического значения, а, напротив, повлечет лишь снижение эффективности процессуального регулирования, действия механизма защиты прав и законных интересов организаций и других субъектов.

На наш взгляд, подобные рассуждения не отражают современных тенденций развития системы процессуального права — специализации и диффе-

1  См.: Васильев А. М. Правовые категории. М., 1976. С. 57.

2  Фурсов Д. А. Указ. соч. С. 30.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                      129

ренциации — и лишены сколько-нибудь прочной теоретической и практической основы.

Исполнительное право — это отрасль процессуального права, включающая совокупность правовых норм, регулирующих порядок принудительной реализации актов юрисдикционных органов, имеющий целью обеспечение реальной защиты нарушаемых или оспоренных субъективных материальных прав или охраняемых законом интересов.

Какой статус занимает исполнительное право в системе права и законодательства — вопрос, не получивший еще своего разрешения в науке.

Исполнительное производство в российском праве являлось длительное время заключительной стадией гражданского процесса, в которой происходит реальное восстановление субъективных прав участников гражданского оборота. Многие ученые-процессуалисты продолжают оставаться на этой позиции1. Действительно, исполнительным правом регулируются отношения, близкие по своим особенностям к гражданским процессуальным правоотношениям. Они, как и гражданские процессуальные отношения, являются «властеотношениями»; их участником обязательно является государственный орган, наделенный властными полномочиями в отношении других участников; они, как и любые процессуальные правоотношения, могут существовать лишь в правовой форме; по своему характеру отношения, складывающиеся в исполнительном производстве, как и правоотношения в гражданском процессе, характеризуются диспозитивностью, т. е. возникновение, развитие и изменение процесса зависит от инициативы заинтересованных в процессе лиц, а не от инициативы государственного органа. Методу правового регулирования,    свойственному    исполнительному   праву,

1 См.: Гражданский процесс / Под ред. М. К. Треушнико-ва. С. 377.

 

130                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

присущи черты диспозитивно-разрешительного метода, характерного для гражданского процессуального права. Вместе с тем отношения, регулируемые исполнительным правом, имеют и существенные отличия от гражданских процессуальных отношений, в частности по субъектному составу. В отличие от гражданского процесса, обязательным участником которого является суд, основным субъектом исполнительного процесса является орган исполнительной власти — судебный пристав. Данное обстоятельство предопределяет особенности метода правового регулирования, свойственного исполнительному праву, который является во многом административным (властным), хотя и с существенными элементами диспозитивности. Тот факт, что в порядке исполнительного производства исполняются решения не только судов общей юрисдикции, но также акты арбитражных судов и несудебных органов, также не позволяет рассматривать исполнительное право как составную часть гражданского процесса.

Нельзя согласиться также с позицией ученых, рассматривающих исполнительное право как подотрасль административного права1, на том основании, что элементы диспозитивности, присущие методу регулирования исполнительного права, делают его столь специфичным, что не позволяют рассматривать его как исключительно административно-правовой, характеризующийся отношениями власти и подчинения, административными приказами и лишь частично дозволениями. Как было отмечено, отличен и предмет регулирования исполнительного права от предмета административного права.

По мнению некоторых ученых, отношения, возникающие в связи с исполнением решений юрис-

1 См.: Кононов И. П. Современное состояние и вопросы кодификации административно-процессуального законодательства // Журнал российского права. 2001. № 7. С. 28.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                       131

дикционных органов, являются предметом регулирования самостоятельной отрасли процессуального права — исполнительного права1. Говорить о существовании отрасли права можно лишь в том случае, когда рассматриваемая совокупность правовых норм имеет собственный специфический предмет, метод регулирования, представляет собой логически построенную систему, обладает самостоятельностью и формально может быть обособлена от норм других отраслей. На наш взгляд, эти характеристики применимы к исполнительному праву и позволяют констатировать развитие института исполнительного права в самостоятельную отрасль российского права.

Административно-процессуальное право представляет собой совокупность процессуальных норм, регламентирующих административно-юрисдикци-онную и иную охранительную деятельность уполномоченных на то административных органов в рамках охранительных административных правоотношений (административный процесс).

Под административным процессом, соответственно, понимается установленная законом процедура разрешения административными органами спорных вопросов, относящихся к компетенции этих органов, и применения мер административного воздействия. В этой связи следует различать весь процесс применения административно-правовых норм органами государственного управления в рамках их внутриор-ганизационной деятельности и административный процесс как порядок разрешения споров по индивидуальным административным делам. Составную часть административного процесса составляет порядок применения уполномоченными органами государственного управления мер административного принуждения. В обеих категориях дел орган управ-

1 См.:  Шерстюк В. М. Система советского гражданского процессуального права. М., 1989. С. 23.

 

132                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

ления, принимая решение по существу дела, должен быть ограничен в своих действиях строгими процессуальными нормами, а гражданин или организация должны иметь необходимые гарантии обеспечения своих прав и интересов. Административно-процессуальные нормы представляют собой, таким образом, одно их важнейших правовых средств обеспечения законности в правоохранительной деятельности административных органов1.

Однако указанное понимание административного процесса и административно-процессуального права (называемое «узким» пониманием) не является общепризнанным в науке административного права. Некоторыми учеными-административистами административный процесс рассматривается широко, т. е. фактически как совокупность всех действий, совершаемых административными органами для реализации своей компетенции.

Сама государственно-управленческая деятельность во всех многообразных проявлениях трактуется, таким образом, как административный процесс (В. Д. Сорокин, Т. И. Петров, А. Е. Лунев и др.). Однако действующее российское законодательство и подзаконные административно-правовые нормы, отмечает Ю. М. Козлов, не содержат доброкачественной юридической основы для того, чтобы можно было руководствоваться широким пониманием административного процесса. Речь может идти лишь о частичных вариантах регламентации тех или иных сторон повседневно осуществляемых управленческих действий, разнообразных по своему назначению, юридическому содержанию и последствиям. К тому же существующий нормативно-правовой материал, позволяющий объединить любые управлен-

1 См.: Хомякова Г. П. Обсуждение проблем административного процесса в СССР // Советское государство и право. 1963. № 1. С. 130.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                     133

ческие действия в рамках административного процесса, крайне разрознен. В большинстве случаев отсутствуют единые правила совершения таких действий, а если они есть, то формулируются применительно к конкретным действиям тех или иных органов, содержатся в отдельных не скоординированных правовых актах различного назначения и неодинаковой юридической силы. Доминирует ведомственный подход к формированию такого рода правил. Все это свидетельствует, что прочных оснований для широкого понимания административного процесса не имеется1.

Что же касается юрисдикционного варианта административно-процессуальной деятельности, то он в основном закреплен Кодексом об административных правонарушениях.

Место административно-процессуального права в системе российского права различными учеными определяется по-разному, как уже указывалось, в науке, прослеживается тенденция определять административно-процессуальное право самостоятельной отраслью процессуального права (В. Д. Сорокин, И. А. Галаган). При этом высказаны достаточно серьезные доводы в пользу этого утверждения2.

Представляется, что тенденции развития административного процесса предопределяют все большее юридическое значение этого правового института и, несомненно, формируют административно-процессуальное право как самостоятельную отрасль. Однако безусловная констатация данного факта представляется сегодня преждевременной. Современный уровень состояния науки административного права позволяет рассматривать административно-процессуальное право в качестве его подотрасли3.

1  См.: Административное право / Под ред. Ю. М. Козлова, Л. Л. Попова. М., 1999. С. 383.

2  См.: Сорокин В. Д. Указ. соч.

3  См.: Административное право. С. 51.

 

134                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              Глава 3. Система процессуального права

Судебный конституционный процесс или конституционно-процессуальное право охватывает совокупность процессуальных норм, регулирующих процедуру рассмотрения дел в Конституционном Суде РФ (принципы конституционного судопроизводства, стадии конституционного судопроизводства, особенности рассмотрения отдельных категорий дел)1.

Осуществление специальным судебным органом — Конституционным Судом РФ — конституционного контроля, т. е. обеспечение верховенства Конституции РФ в системе нормативно-правовых актов, ее прямого непосредственного действия в общественных отношениях, обусловливает существование адекватного ему, самостоятельного вида судопроизводства. Конфликты в процессе реализации норм конституционного права требуют специфических процессуальных форм разрешения. Судопроизводство в Конституционном Суде РФ не может не иметь общей родовой основы с другими видами судопроизводства (общность родовых принципов судопроизводства), которая, однако, не исключает, а предполагает существование ряда особенностей, касающихся, например, предмета рассмотрения в судебном конституционном процессе, его участников и др.

Вопрос о месте конституционно-процессуального права в системе процессуального права является спорным, что предопределяется его неразработанностью.

Так, Н. В. Витрук рассматривает судебный конституционный процесс (конституционно-процессуальное право) как самостоятельную подотрасль конституционного правосудия, которое он, в свою очередь, считает самостоятельной отраслью права, включающей в себя совокупность правовых норм, регулирующих комплекс общественных отношений,

1 См.: Витрук Н. В. Конституционное правосудие: Уч. пособие. М., 1998. С. 39.

 

3.1. Характеристика системы процессуального права                                                                                                                      135

которые складываются в процессе организации и функционирования конституционного контроля, осуществляемого конституционными судами в форме самостоятельного конституционного судопроизводства1. Другой подотраслью конституционного правосудия является, по мнению автора, судебное конституционное право, включающее систему норм, устанавливающих статус Конституционного Суда РФ и его судей (порядок формирования Конституционного Суда РФ, его состав, принципы, гарантии его организации и деятельности и т. д.)2.

Следует согласиться с Т. Я. Хабриевой, что эта идея автора — рассмотрение конституционного правосудия как самостоятельной отрасли права — применительно к России может показаться преждевременной3.

Н. А. Богданов рассматривает конституционный процесс как подинститут института Конституционного Суда РФ в отрасли конституционного права4.

В учебной литературе по конституционному праву России процессуальные нормы, регламентирующие деятельность Конституционного Суда РФ, вообще не рассматриваются в качестве самостоятельной подсистемы5.

Думается, что ни один из указанных подходов не является приемлемым.

В системе российского права судебный конституционный   процесс   (конституционно-процессуальное

1  См.: Витрук Н. В. Указ. соч. С. 38—40.

2  Там же. С. 39.

3  См.: Хабриева Т. Я. Рец. на кн.: Н. В. Витрук. Конституционное правосудие: Судебное конституционное право и процесс // Государство и право. 1998. № 12. С. 104.

4  См.:   Богданов Н. А. Конституционный Суд Российской Федерации  в  системе  конституционного  права //   ВКС  РФ. 1997. № 3. С. 60—61.

5  См.: Конституционное право / Отв. ред. А. Е. Козлов. М., 1997; Козлова Е. И., Кутафин О. Е. Конституционное право России. М., 1999.

 

136                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

право) занимает место подотрасли конституционного права. Такое место, на наш взгляд, предопределено свойственными ему самостоятельными предметом, методом правового регулирования, принципами, наличием собственной законодательной базы1 (Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Налогово-процессуальное право. Развитие этой правовой общности в системе финансового права (в системе налогового права как его подотрасли) обусловлено принятием налогового законодательства и созданием налоговых органов. Налогово-процессуальное право представляет собой совокупность процессуальных норм, регулирующих деятельность органов налогового контроля (налоговых органов) по выявлению, расследованию, рассмотрению и разрешению дел о налоговых правонарушениях и осуществлению иных мер налогового принуждения.

Трудовой процесс. Нарушение трудовых обязанностей влечет применение мер дисциплинарного воздействия. Для повышения эффективности указанного метода борьбы с трудовыми правонарушениями, а также для обеспечения законности в реализации этой разновидности мер государственного принуждения трудовое законодательство содержит некоторое количество процессуальных норм, регламентирующих порядок наложения дисциплинарных взысканий2.

Процессуальными нормами трудового права регламентируются также порядок рассмотрения и раз-

1  Перспективной и достаточно актуальной задачей является, по мнению А. Д. Бойкова и на наш взгляд, разработка процессуального   кодекса   конституционного   судопроизводства. См.:   Бойков А. Д. Конституционное судопроизводство как вид правосудия // ВКС РФ. 1997. № 3. С. 53.

2  См.: Кашанина Т. В., Кашанин А. В. Основы российского права. М., 2000. С. 688.

 

3.2. Тенденции развития системы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    137

решения трудовых споров (индивидуальных трудовых споров, коллективных трудовых споров).

Отдельные процессуальные нормы, касающиеся порядка принудительного исполнения решений судов по уголовным делам и осуществления иных мер государственного принуждения по отношению к лицам, отбывающим наказание, содержатся в уголовно-исполнительном праве.

Свойственные российскому праву процессы специализации повлекут, на наш взгляд, как возникновение новых правовых общностей в системе процессуального права, так и развитие уже имеющихся. Достаточно развитая система процессуального права свидетельствует о высокой степени становления самого российского права. Научная разработка важной и сложной проблемы системы процессуального права будет содействовать обеспечению неукоснительного соблюдения предписаний правовых норм, развитию демократичности правовой системы.

3.2. Основные тенденции развития системы процессуального права

Структурные изменения в экономических отношениях большинства государств современного мира, демократизация политических систем на постсоветском пространстве, а также мощные сдвиги в идеологической сфере, признание абсолютной ценности человеческой личности, ее прав и свобод обусловили важные изменения в праве, которые не могли не сказаться и на его структурных частях. В развитии российского процессуального права просматриваются следующие основные тенденции.

1. Влияние процессов глобализации. Одной из явных и неоспоримых тенденций развития права в современном мире и России является глобализация, что закономерно в свете глобализации всех социаль-

 

138                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

но-политических явлений. Борьба противоречивых тенденций глобализма и локализма правовых систем и культур, по всей видимости, пишет В. В. Бойцова, завершится победой первой. «Процессуалисты России устремили свои взоры за океан»1.

Казалось бы, процессуальное право в силу своей специфики (опосредованной связи с материальными условиями жизни) менее всего подвержено влиянию процессов глобализации, тем не менее они ощутимы. Особенно заметно воздействие глобализации сказалось на развитии уголовно-процессуального права, в котором с принятием нового Уголовно-процессуального кодекса произошли качественные изменения, связанные с натурализацией многих, не свойственных ранее российскому уголовному процессу западных юридических концепций и конструкций. Так, впервые в отечественной практике предусмотрена судебная сделка о признании, которая действует во многих странах Запада: если обвиняемый не отказывается от совершения преступления, то возможно подписание ходатайства в присутствии адвоката о согласии с предъявленным обвинением, что освобождает обвиняемого от судебного разбирательства, и судья сразу же назначает ему наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление (гл. 40 УПК РФ). Новое уголовно-процессуальное законодательство вводит институт «мирового соглашения»: уголовное дело может быть прекращено, если обвиняемый договорился с потерпевшим (ст. 25 УПК РФ). Предусмотрен институт заочного производства по уголовному делу (ч. 4 ст. 247 УПК РФ), но лишь в случае ходатайства подсудимого.

1 Бойцова В. В. Перспективы развития российского права // Государство и право на рубеже веков. Материалы всероссийской конференции: Проблемы истории и теории. М., 2001. С. 21, 23.

 

3.2. Тенденции развития системы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                  139

Думается, что к универсальной унификации правовых систем отдельных государств следует подходить крайне осторожно, учитывая национальные правовые традиции и существующую юридическую практику. Полагаем, что вряд ли оправдано «бездумное копирование иностранных образцов»1. В частности, введение в России суда присяжных заседателей. Российское правосознание и правовая культура не готовы к столь глубоким преобразованиям, тем более к ним не готова и отечественная финансовая система, что тоже немаловажно. Практика работы судов с участием присяжных заседателей показала их излишний либерализм (суды присяжных выносят примерно 20% оправдательных приговоров), неспособность бороться с преступностью, что породило в конце 90-х гг. массовую волну публикаций с критикой этого института2. И она обоснованна, так как оправдание виновного в совершении преступления подрывает важнейший принцип уголовной политики — неотвратимость ответственности, а это, в свою очередь, развязывает руки преступности. Отсутствие у присяжных заседателей правовых знаний, необходимых для выводов о виновности или невиновности подсудимого, мотивов оправдания или осуждения в вердикте и приговоре может с достаточной вероятностью повлечь принятие судом решения, не соответствующего истине. Институт присяжных заседателей есть умирающее архаичное установление, от которого постепенно отказывается Запад (там число дел, рассматриваемых этим судом, составляет лишь 3—4%)3.

2. Гармонизация процессуального регулирования.   В системе российского процессуального права

1 Бойков А. Д. Третья власть в России. М., 1997. С. 56.

2  См.:   Кислое А. Присяжные оправдатели // Известия. 1998. 15 окт.;  Зыков В. Суд присяжных не гарантирует законность // Известия. 1998. 31 окт.

3  См.: Бойков А. Д. Третья власть в России. С. 66, 80.

 

140                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                               Глава 3. Система процессуального права

сегодня явственно просматривается тенденция рассогласованного, диспропорционального развития, причем как в межсистемном, так и во внутриструк-турном измерениях. Прошедшие годы показали, что в сложившихся условиях российской действительности материальное право обновляется значительно быстрее и легче. Принято более тысячи законов материального характера. Что же касается процессуального права, то на этом направлении нерешенных проблем хоть отбавляй1. Процессуальная деятельность регулируется законами, часто не вполне соответствующими Конституции РФ. Не решают проблемы и многочисленные изменения и дополнения, вносимые в процессуальные законы, которые приводят к противоречивости и нарушению столь важной для процессуального регулирования системности правовых норм. Большую роль в развитии процессуального права в настоящее время играет Конституционный Суд РФ, который признал не соответствующими Конституции РФ многие положения, содержащиеся в ГПК,   в прежних АПК, УПК и КоАП.

Определенные успехи в связи с принятием новых кодексов достигнуты в административном процессе, а также в уголовно-процессуальном праве, однако уже и здесь ученые обращают внимание на отдельные противоречия2.

Поэтому чрезвычайно важной и необходимой представляется кропотливая работа законодателя, направленная на сбалансированность как отдельных элементов системы процессуального права, так и всей правовой структуры России.

3. Демократизация и гуманизация процесса. Очевидно, что охватившие Россию процессы приоб-

1  См.: Топорнин Б. Н. Развитие судебной власти в России // Судебная реформа: проблемы и перспективы. М., 2001. С. 61.

2   См.:   Материалы   Всероссийской   научно-практической конференции, посвященной принятию Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. М., 2002.

 

3.2. Тенденции развития системы

141

щения к достижениям и ценностям человеческой цивилизации (свобода, справедливость, равенство, собственность и др.), хотя и преимущественно в идеологической сфере, не могут не сказаться на содержании процессуального права. В частности, это выразилось в усилении защиты прав граждан в уголовном процессе как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного следствия: вводится институт обжалования в суде всех действий и решений органов предварительного расследования, а также судебного санкционирования некоторых следственных действий, чем, соответственно, существенно ограничиваются полномочия прокуратуры. Усиливается линия конституционного принципа состязательности и равноправия сторон во всех видах процессов. Это связано, например, с переменами в процессе доказывания в гражданском и арбитражном процессах (1992 г.), где роль суда теперь ограничивается лишь беспристрастной оценкой представленных сторонами доказательств. Демократизация процесса выразилась также во введении институтов присяжных заседателей в уголовном (1993 г.) и арбитражных заседателей в арбитражном (2001 г.) процессах. (Нами, впрочем, уже были высказаны критические соображения о целесообразности введения в России суда присяжных заседателей.)

Вместе с тем тенденция демократизации и гуманизации процессуального права должна реализовы-ваться и далее. В существенном реформировании и приведении в соответствие с принципом состязательности нуждаются институт участия прокурора в гражданском процессе, институт обжалования и опротестования решений гражданских и арбитражных судов и др.

4. Изменение сферы процессуального регулирования. Изменение сферы правового регулирования представляет собой  сложный диалектический  про-

10-1307

 

142                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

цесс, охвативший как право в целом, так и его отдельные части1. В системе процессуального права изменение сферы регулирования происходит двумя путями: 1) распространением правового регулирования на ранее не регламентированную правом область социальной действительности и 2) заменой процессуально-правового регулирования иными формами социального регулирования.

Первый из этих процессов проявился в начале 90-х, когда с учреждением Конституционного Суда РСФСР (Закон РСФСР от 15 декабря 1990 г. «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного закона) РСФСР») возник судебный конституционный процесс, предметом регулирования которого впервые в истории России стала деятельность по обеспечению верховенства Конституции в системе нормативно-правовых актов, ее прямого действия.

Расширение сферы процессуального регулирования связано также с появлением в 1993 г. первых ростков административной юстиции (Закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан»). Процессуальному регулированию подверглась, наконец, хотя и в рамках гражданского судопроизводства, область публично-правовых споров.

Переход к рыночным отношениям и, соответственно, изменение налоговой политики Российского государства, а также принятие в 1998 г. Налогового кодекса повлекли рождение нового структурного подразделения в системе процессуального права — налогового процесса, представляющего собой совокупность правовых норм, регулирующих деятельность налоговых органов по выявлению, рассмотрению и разрешению дел, связанных с взиманием налогов.

1 См.:  Поленика С. В. Теоретические проблемы системы советского законодательства. М., 1979. С. 141.

 

3.2. Тенденции развития системы

143

Сужение сферы правового регулирования выражается в замене процессуального регулирования иными формами разрешения социальных конфликтов. Однако это направление изменения сферы правового регулирования недостаточно ярко проявляется в развитии российского процессуального права. Вместе с тем потребность в альтернативном разрешении гражданско-правовых споров, обусловленная расширением диспозитивной сферы правового регулирования и увеличением количества поступающих в суды гражданских дел, представляется ощутимой. В литературе указывается на целесообразность заимствования российской практикой некоторых видов частных альтернативных процедур, широко распространенных на Западе: посредничества, переговоров, частного арбитража, независимой экспертизы1.

5. Дифференциация и специализация процессуального регулирования. Одной из основных тенденций развития системы процессуального права, особенно четко прослеживаемой в последние десятилетия, является дифференциация правового регулирования.

Прежде всего, процесс дифференциации нормативного регулирования проявляется в членении самой системы права на отрасли, подотрасли, институты и субинституты2.

В процессуальном праве процессы дифференциации охватывают как его систему в целом, так и отдельные ее элементы: отрасли, подотрасли и институты. Дифференциация возможна и на самой низшей ступени системы права — на уровне правовой нормы (диспозитивные и альтернативные правовые предписания). Напомним, что само появление в системе  права  процессуального  права  есть  результат

1  См.: Носырева Е. И. Альтернативное разрешение гражданско-правовых споров в США: Автореф. дисс. ... д-ра юрид. наук. Воронеж, 2001. С. 11.

2  См.: Поленина С. В. Указ. соч. С. 165.

 

144                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

функциональной дифференциации правового регулирования.

В системе процессуального права дифференциация выражается в появлении, в частности, ее самостоятельной специальной отрасли — арбитражного процесса, в становлении отрасли исполнительного права, в выделении административно-процессуального права как подотрасли одноименной материальной отрасли1, — в формировании ряда процессуальных институтов в материальных отраслях права.

Дальнейшим направлением отраслевой дифференциации процессуального регулирования является создание системы административной юстиции и разработка административно-процессуального законодательства.

В научной литературе уже не одно десятилетие ведутся оживленные дискуссии как по вопросу о самих понятиях «административная юстиция», «административный процесс», так и о необходимости введения административной юстиции в России. Однако не вызывает сомнения, что административная юстиция является неотъемлемой частью системы защиты человека от произвола государства, причем имеющей наибольшее значение в повседневной жизни. Административная юстиция представляет собой механизм разрешения споров, возникающих между гражданином и органом публичной власти (или должностным лицом) в процессе реализации последними своих полномочий. Наше государство должно обеспечить в соответствии со своими международными обязательствами доступность судебного разрешения спора с властью для каждого гражданина. Поэтому как никогда остро назрела необходимость в учреждении системы административного судопроизводства, в разработке   и   обновлении   соответствующего   законода-

1 Тенденции развития данных нормативных образований ведут к их оформлению в самостоятельные процессуальные отрасли. Подробнее об этом см. ниже.

 

3.2. Тенденции развития системы

145

тельства. Пути решения проблемы административной юстиции предлагаются различные — от создания самостоятельной ветви административных судов до выделения специальных коллегий в судах общей юрисдикции. В проекте федерального конституционного закона «О федеральных административных судах Российской Федерации» предусматривается смешанная система административных судов.

Независимо от выбора модели административной юстиции ее учреждение обусловит необходимость в полной мере реализовать законодательное регулирование административного судопроизводства и обеспечить суды полноценной процедурой рассмотрения обращений граждан в эти суды за защитой своих прав и свобод. По мнению ученых и практиков, таким актом мог бы стать федеральный конституционный закон об административном судопроизводстве1, в котором процесс рассмотрения административно-правового спора получил бы детальную регламентацию (принципы административного судопроизводства, стадии, особенности рассмотрения отдельных категорий дел и т. д.).

Процессы отраслевой и подотраслевой дифференциации в процессуальном законодательстве приведенными примерами, на наш взгляд, не исчерпываются. В перспективе стоит вопрос о формировании ювенальной юстиции и обеспечивающего ее законодательства. В мировой юридической науке и практике под ювенальной юстицией понимается система органов, осуществляющих правосудие по делам несовершеннолетних, система, имеющая специфические судоустройственные и процессуальные принципы, формы и методы реализации судебной власти2.

1  См.: Салищева Н. Г. Административная юстиция // Судебная реформа: проблемы и перспективы. М., 2001. С. 174.

2  См.: Мельникова Э. Б. Ювенальная юстиция // Судебная реформа: проблемы и перспективы. М., 2001. С. 160.

 

146                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Глава 3. Система процессуального права

Дифференциация в этой сфере обусловлена специфическим составом участников данных отношений, необходимостью обеспечить всестороннюю защиту прав несовершеннолетних. Создание в России юве-нальной юстиции было предусмотрено еще Концепцией судебной реформы 1991 г. и президентской программой реализации судебной реформы в Российской Федерации 1994 г., однако так и не сдвинулось с мертвой точки до настоящего времени.

В рамках отдельной отрасли процессуального права дифференциация правового регулирования обнаруживается на уровне стадий процесса, на уровне этапов процесса и на уровне процессуальных действий1. Причем более высокий уровень дифференциации процессуального регулирования всегда охватывает низший.

Дифференциация правового регулирования на уровне стадий, этапов процесса и процессуальных действий может производиться по различным основаниям: в зависимости от существа регламентируемых процессуальных отношений, специфики спорных материальных правоотношений, общественно-политического или общественного значения дел той или иной категории, по субъектному признаку и т. д. Как правило, уровневая дифференциация в процессуальном законодательстве в конкретных случаях сочетает несколько указанных оснований. Целью уровневои дифференциации является установление дополнительных гарантий прав участников процесса и выяснение истины по делу.

В качестве примера стадийной дифференциации можно указать на осуществление таковой применительно к обжалованию и опротестованию в кассационном порядке приговоров Верховного Суда РФ, вы-

1 См.: Великий Д. П. Единство и дифференциация уголовно-процессуальной формы: Автореф дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2001. С. 22.

 

3.2. Тенденции развития системы

147

несенных при рассмотрении дел в первой инстанции. Ранее действовавшее уголовно-процессуальное законодательство такого порядка не предусматривало. Еще в 1998 г. постановлением Конституционного Суда РФ положение ч. 5 ст. 325 УПК РСФСР было признано не соответствующим Конституции РФ, и суд рекомендовал внести соответствующие изменения в уголовно-процессуальное законодательство1. Однако данное постановление законодатель выполнил лишь спустя четыре года в новом Уголовно-процессуальном кодексе (ст. 354, 355 УПК РФ).

В процессуальном законодательстве можно найти немалое количество примеров дифференциации на уровне этапов процесса и процессуальных действий. В частности, уголовно-процессуальное законодательство содержит особые правила производства по делам несовершеннолетних, но эти правила, однако, самостоятельной процессуальной формой производства не являются и обнаруживаются только на уровне отдельных этапов процесса и процессуальных действий. Регламентация порядка рассмотрения отдельных дел особого производства в гражданском процессуальном законодательстве (гл. 27—33 разд. III ГПК РСФСР) также являет пример рассматриваемой уровневой дифференциации процессуального законодательства.

В отраслевых рамках возможна помимо уровневой и структурная дифференциация — дифференциация производств. Так, в рамках уголовно-процессуального права в соответствии с концепцией судебной реформы было введено производство в суде присяжных (1993 г.), регламентирован порядок рассмотрения дел мировыми судьями и порядок апелляционного обжалования их приговоров (2000 г.). В гражданском процессуальном праве аналогичная дифференциация проявилась также в регламентации приказного и заочного производств (1995 г.).

1 СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3394.

 

148                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                               Глава 3. Система процессуального права

Тенденции по развитию упрощенных и ускоренных процедур должны быть поддержаны и в дальнейшем. Остро назрела необходимость введения упрощенного порядка разбирательства простых дел в арбитражных судах. Об этом неоднократно говорили ученые и практики1. Не менее значимыми в рамках отраслевой структурной дифференциации являются процессы специализации и усложнения процессуальных форм. В более полном отражении в процессуальном законе нуждается специфика рассмотрения трудовых, семейных и иных категорий дел.

Итак, выделяются следующие основные пути дифференциации в процессуальном праве: усложнение и упрощение процессуальной формы. Причем зачастую эти два направления взаимно переплетаются: усложнение процессуальных форм сопровождается вкраплением упрощенных элементов и наоборот. Дифференциация процессуальных форм возможна также путем введения альтернативных публичных процедур. По мнению некоторых ученых, потребности в альтернативном разрешении споров отражают процессы общеправового развития2, поэтому сегодня в России необходима активизация законопроектных работ, связанных с развитием и внедрением альтернативных способов разрешения гражданско-правовых дел (досудебные совещания, посредничество, арбитраж, мини-суд, упрощенный суд присяжных и т. д.).

1   В постановлении V Всероссийского съезда судей 27— 28 ноября 2000 г.  «О ходе судебной реформы в Российской Федерации и перспективах развития судебной системы» среди основных задач признается необходимость совершенствования гражданского и арбитражного процессуального законодательства путем упрощения судебных процедур. См.: Постановления   V   Всероссийского   съезда   судей   //   Российская юстиция. 2001. № 2. С. 4.

2  См.: Носырева Е. И. Указ. соч. С. 5.

 

3.2. Тенденции развития системы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                   149

Подводя итоги изложенному, можно констатировать, что тенденция дифференциации процессуального регулирования рассматривается как нормальный, естественный процесс развития законодательства, причинами которого являются, во-первых, развитие общественных отношений, во-вторых, необходимость установления дополнительных гарантий права граждан и организаций на защиту своих прав и свобод, в том числе и в самом юридическом процессе, рационализация и оптимизация процесса. Углубление процесса дифференциации правового регулирования является также одним из возможных путей совершенствования системы законодательства.

6. Унификация процессуального регулирования. Важной тенденцией развития законодательства является его унификация, которой в праве корреспондирует тенденция интеграции правовой регламентации. Под интеграцией правового регулирования понимается установление единообразного регулирования в пределах одного правового института, распространение действия норм, ранее предназначавшихся для регламентации определенного круга отношений, на сходные отношения, равно и выработка единообразных норм, учитывающих особенности однородных отношений1.

Процессы унификации правового регулирования обусловлены причинами двоякого рода. Во-первых, это объективная причина, каковой является развитие общественных отношений. Унификация правового регулирования в этом случае является результатом усложнения общественной жизни и служит проявлением совершенствования самой формы правового регулирования и законодательной техники, характеризующейся отказом от казуистичности и выработкой общих понятий.  Причиной же субъек-

1 См.: Поленика С. В. Указ. соч. С. 181.

 

150                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                               Глава 3. Система процессуального права

тивного порядка является низкое качество правотворческой деятельности и ошибки законодателя. Унификация становится важным средством и для устранения дублирования в правовом регулировании.

Примеры унификации правового регулирования путем установления единообразных правил можно найти, в частности, в уголовно-процессуальном законодательстве. В 1992 г. в УПК РСФСР в соответствии с концепцией судебной реформы и международными нормами о правах человека были внесены изменения, предусматривающие обжалование в суд арестов или продление срока пребывания под стражей1. После принятия Конституции 1993 г. сфера судебного контроля за действиями и решениями органов предварительного расследования постепенно расширялась и, соответственно, происходила унификация норм, регламентирующих такой контроль. Так, решениями Конституционного Суда РФ было введено обжалование в суд ряда других постановлений следователя и прокурора (постановлений о прекращении уголовного дела2, об отказе в возбуждении уголовного дела3, решений, связанных с производством обыска, наложением ареста на имущество4, и др.), судебный порядок санкционирования некоторых следственных действий. Сегодня же действующий Уголовно-процессуальный кодекс (гл. 16) закрепляет конституционное положение о принципиальной     невозможности     ограничения     предмета

1   Постановлением Конституционного Суда РФ от 3 мая 1995 г. № 4-П право на судебное обжалование постановления о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу было распространено не только на лиц, содержащихся под стражей, как это было предусмотрено первоначально ст. 2201 УПК РСФСР.

2 СЗ РФ. 1995. № 47. Ст. 4551.

3 ВКС РФ. 1998. № 4.

4 ВКС РФ. 1999. № 4.

 

3.2. Тенденции развития системы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                  151

судебного контроля за действиями и решениями органов предварительного расследования путем закрепления в законе перечня таковых (ст. 46 Конституции РФ). Суд не вправе отказать в принятии жалобы, если действия и решения затрагивают уголовно-процессуальные отношения.

Унификация нормативного регулирования имеет место и в других отраслях российского процессуального права. В гражданском процессуальном праве этот процесс можно проследить, анализируя изменения ГПК РСФСР, касающиеся статуса прокурора в гражданском процессе (2000 г.). Процессуальное положение этого участника процесса постепенно приближается к статусу стороны в деле, действующей от имени и в интересах государства. Причем в литературе неоднократно подчеркивалась и необходимость дальнейшего ограничения полномочий прокурора в целях обеспечения более полной реализации принципа состязательности и равноправия сторон1.

Общей же для всех видов судебных процессов является тенденция сужения сферы коллегиальности при рассмотрении дел в судах первой инстанции, которая также должна рассматриваться как проявление унификации правового регулирования. Однако тенденцию эту рациональной признать нельзя, поскольку единоличное рассмотрение ряда категорий дел, во-первых, существенно снижает качество судейской работы, а во-вторых, создает благоприятные условия для злоупотреблений и коррупции.

Рассмотренная выше форма унификации нормативного регулирования осуществляется путем исключения норм, предусматривающих дифференцированный режим регулирования. Унификация правового регулирования  возможна  также    путем распростране-

1 См.: Мурадьян Э. М., Абросимова Е. Б. Гражданское судопроизводство // Судебная реформа: проблемы и перспективы. М., 2001. С. 144.

 

152                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Глава 3. Система процессуального права

ния правил, регламентирующих определенный круг отношений, на сходные отношения. Проявление указанной тенденции наблюдается, например, в несудебном административном процессе, где активно стали применяться многие процессуальные процедуры1. Аналогичная тенденция проявляется и в на-логово-процессуальном праве. Распространение некоторых правил судебного процесса на несудебные, несомненно, будет способствовать повышению эффективности процессуального регулирования.

К указанной форме унификации процессуального регулирования тесно примыкает следующая — выработка единообразных норм, общих для определен ного круга общественных отношений. Так, объективные процессы в сфере административно-процессуального регулирования имеют своим результатом формирование самостоятельной отрасли процессуального права — административного процесса. Поэтому одной из важнейших задач систематизации процессуального законодательства является кодификация административно-процессуального права. Необходимость скорейшей разработки административно-процессуального кодекса особо отмечалась еще в п. 7 Указа Президента РФ от 6 июня 1996 г. № 810 «О мерах по укреплению дисциплины в системе государственной службы». Однако в какой форме должна быть осуществлена систематизация административно-процессуального права — вопрос дискуссионный. Бесспорно, что в унификации нуждались не только нормы, регламентирующие судебный административный процесс, но и многочисленные правила производства по иным административным делам (административным правонарушениям, превентивным мерам и др.). Разработка крупного кодифицирован-

1 См.:  Ефремов А. Ф. Принципы и гарантии законности. Самара, 1999. С. 106.

 

3.2. Тенденции развития системы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                  153

ного акта, регламентирующего судебный и несудебный административный процессы, представляется весьма привлекательной. При этом в сложившихся условиях с учетом российской традиции и состояния правовой системы является трудноосуществимой. Потому законодатель пошел по пути разработки и принятия нового Кодекса об административных правонарушениях и разработки проекта федерального конституционного закона «Об административном судопроизводстве».

Унификация процессуального регулирования в процессе выработки единого кодифицированного акта необходима также в конституционно-процессуальном праве, где уже давно ставится вопрос о разработке и принятии процессуального кодекса конституционного судопроизводства1.

Важное значение унификация нормативного регулирования приобретает в связи с устранением некачественности, дублирования законодательства. В отношении некоторых составов административных правонарушений и преступлений наблюдается отсутствие четкого разграничения (например, ст. 8.6 КоАП РФ и ст. 254 УК РФ), что порождает серьезные трудности в правоприменении. Аналогичные проблемы просматриваются в таможенном и валютном законодательстве2. Очевидно, что одним из направлений решения указанных проблем станет унификация нормативного регулирования.

Следующим важным направлением на пути совершенствования процессуального регулирования с помощью унификации является необходимость решить в законодательстве вопрос о «конкуренции» различных процессуальных форм. Так, в частности,

1  См.:   Бойков А. Д.  Конституционное  судопроизводство как вид правосудия. С. 53.

2  См.:  Ефремов А. Ф. Принципы законности и проблемы их реализации. Тольятти, 2000. С. 149.

 

154                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 3. Система процессуального права

следует более четко разграничить компетенцию между арбитражными судами и судами общей юрисдикции (это происходит как в результате нечеткого определения субъектного состава участников спора, так и в результате трудности определения характера спора); между судами общей юрисдикции и органами, рассматривающими административные правонарушения (КоАП РФ и УК РФ, как указывалось, в некоторых случаях не проводят четкого разграничения административных правонарушений и преступлений). С принятием федерального закона «Об административных судах» может возникнуть вопрос о «конкуренции» компетенции арбитражных и административных судов, создание которых предусматривается указанным законом.

Таковы, полагаем, основные тенденции развития российского процессуального права на современном этапе правовой реформы. Изучение основных тенденций развития права позволит нам увидеть, а следовательно, и спрогнозировать направление объективных изменений в его системе. Прогнозы в этой области, как известно, имеют исключительно важное значение. Прогнозирование будет содействовать планированию разработки и принятия нормативно-правовых актов, позволит нам избежать скачков и перепадов и обеспечит поступательность и преемственность в правовом регулировании общественных отношений.

* * *

Итак, система процессуального права — один из правовых блоков в системе российского права — включает четыре отрасли процессуального права: уголовно-процессуальное, гражданское процессуальное, арбитражное процессуальное, исполнительное право, подотрасль административного права — административно-процессуальное    право,    подотрасль

 

3.2. Тенденции развития системы

155

конституционного права — судебный конституционный процесс (конституционно-процессуальное право), подотрасль налогового права — налогово-про-цессуальное право, процессуальные институты, включенные в содержание некоторых материальных отраслей права (трудовой дисциплинарный процесс, процессуальные нормы в системе уголовно-исполнительного права).

В современном развитии системы российского процессуального права наблюдаются следующие тенденции. Это влияние процессов глобализации и как ее следствие демократизация и гуманизация юридического процесса, необходимость в согласовании и гармонизации его нормативной регламентации. В процессуальном регулировании прослеживаются также тенденции изменения сферы правового регулирования, его дифференциации и интеграции, пре-эладающими среди которых являются процессы щференциации и специализации юридического процecca.

Глава  4 ПРОЦЕССУАЛЬНО-ПРАВОВОЙ МЕХАНИЗМ

4.1. Понятие процессуально-правового механизма и его элементы

Всесторонность исследования роли и назначения процессуального права, его совершенствование возможны лишь на основе системно-функционального подхода, суть которого заключается, во-первых, в необходимости исследовать все процессуальные правовые явления, как, впрочем, и другие правовые явления, в их системной и неразрывной связи, во-вторых, в их назначении (роли) относительно друг друга и целого. Одним из направлений системно-функционального подхода в праве явилась разработка понятия механизма правового регулирования. В рамках проводимого исследования хотелось бы обратить внимание на необходимость разработки и изучения в общей теории права категории «механизм процессуального регулирования».

Одна из задач теории права — обеспечение синтеза юридических знаний. Именно синтез знаний позволяет сделать следующий шаг в познании, перейти от статической картины явления к динамической1. Поэтому накопленные знания об отдельных элементах процессуальной формы необходимо интегрировать и показать общее взаимодействие этих элементов в процессе функционирования процессуаль-

1 См.: Авдеев Р. Ф. Философия информационной цивилизации. М., 1994. С. 310.

 

4.1. Понятие процессуально-правового механизма                                                                                                                                                                              157

ной формы. Другой важной задачей общей теории права является повышение эффективности действия правовых норм (материальных и процессуальных). Реализация этой задачи также связана с необходимостью изучения механизма процессуального регулирования.

Первоначально идею механизма воздействия права на общественные отношения выдвинул Н. Г. Александров. В работе «Право и законность в период развернутого строительства коммунизма» им был сделан набросок основных направлений правового воздействия на условия общественной жизни. Определенные теоретические обобщения по данной проблеме в этот период были проведены Л. С. Явичем, а несколько позднее В. М. Горшеневым1.

По мнению Н. Г. Александрова, звеньями механизма правового регулирования (МПР) являются: 1) установление правового статуса лица; 2) придание известным видам жизненных фактов значения юридических фактов; 3) установление моделей правоотношений; 4) установление мер правовой охраны и юридической ответственности2.

Определенный вклад в разработку вопросов механизма правового регулирования внесли П. Е. Нед-байло, А. С. Пиголкин, М. П. Лебедев, Н. И. Мату-зов и ряд других ученых-юристов.

Но свои развернутое обоснование и законченный вид идея МПР приобрела в работах С. С. Алексеева, в частности в работе «Механизм правового регулирования в социалистическом государстве». Предложенная  им  конструкция  МПР  в  последующем  ис-

1  См.: Явич Л. С. Проблемы правового регулирования советских общественных отношений. М., 1961; Горшенев В. М. Участие общественных организаций в правовом регулировании. М., 1963.

2  См.: Теория государства и права / Под ред. Н. Г. Александрова. М., 1974. С. 542—545.

П-1307

 

158                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

пользовании не претерпела, по существу, никаких изменений.

С. С. Алексеев характеризует механизм правового регулирования как взятую в единстве систему правовых средств1, при помощи которой обеспечивается результативное правовое воздействие на общественные отношения. При этом он полагает, что эта важная общетеоретическая категория позволяет не только собрать вместе явления правовой действительности, связанные с решением жизненных ситуаций, и обрисовать их как целостность, но и представить их в работающем, системно воздействующем виде2. Указанная категория выработана для отображения момента движения, функционирования правовой формы.

В соответствии со стадиями правового регулирования С. С. Алексеев выделяет три основных элемента (звена) в механизме правового регулирования: 1) юридические нормы; 2) правовые отношения; 3) акты реализации прав и обязанностей. Факультативным элементом являются акты применения права3.

Изложенное представление о структуре МПР широко распространено, но не является единственным, существуют иные точки зрения на проблему (в част-

1  Правовые средства — такие институционные образования (формы, установления), реальное функционирование, использование которых приводит к практическому осуществлению объективного и субъективного права, его претворению в жизнь, достижению конечного социально-экономического результата. См.: Сапун В. А. Механизм реализации советского права // Правоведение. 1988. № 1. С. 5. По содержанию, функциям правовые средства подразделяются на регулятивные и охранительные. Охранительные правовые средства вступают в действие в случаях, когда регулятивные средства не обеспечивают надлежащей реализации права. К ним относятся, например, юридические санкции и акты их реализации, притязания, выраженные в виде жалобы, заявления, иска и т. п.

2  См.: Алексеев С. С. Право. С. 364.

3  Там же. С. 364—365.

 

4.1. Понятие процессуально-правового механизма                                                                                                                                                                                159

ности, указанная ранее позиция Н. Г. Александрова). Попробуем сформулировать одну из них. Общеизвестно, что правовое регулирование состоит из следующих стадий:

1)  издания нормы права и ее общего воздействия (регламентация общественных отношений);

2)  возникновения субъективных  прав и юридических обязанностей;

3)  реализации субъективных прав и юридических обязанностей, воплощения их в конкретном, фактическом поведении участников общественного отношения;

4)  применения права (эта стадия правового регулирования является факультативной и существует между первой и второй или второй и третьей стадиями)1.

Бесспорно, что первым элементом механизма правового регулирования является норма права — это исходная юридическая база для правового регулирования, в ней заложена модель нужного поведения. Для того чтобы заложенная в правовой норме модель поведения воплотилась в реальной действительности, необходимо наступление специальных условий — юридических фактов. Юридические факты (фактический состав, фактическая система) являются, таким образом, вторым элементом механизма правового регулирования. Однако некоторые ученые не признают за юридическими фактами статуса самостоятельного элемента в МПР, полагая, что значение юридических фактов сводится к тому, чтобы обеспечить переход от одной стадии правового регулирования к другой. «Сам по себе юридический факт, — пишет, например, Ю. И. Гревцов, — является жизненным обстоятельством, с которым норма права связывает возникновение, изменение или прекращение  правоотношения.  Следовательно,  юриди-

1 См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 439.

 

160                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

ческий факт — необходимая предпосылка правового отношения и не большее»1.

В противовес этому существует мнение, что юридические факты выполняют в механизме правового регулирования ряд самостоятельных задач. «Понимание юридических фактов лишь как предпосылки движения правоотношения, — считает С. И. Реутов, — обедняет их подлинное значение — важнейшей составной части МПР»2.

Самостоятельность юридических фактов в механизме правового регулирования, по мнению В. Б. Исакова, предопределяется тем, что юридические факты связаны не только с правоотношениями, но и с иными элементами МПР. Правильное закрепление юридических фактов в гипотезах юридических норм — одна из задач, стоящих перед правотворческими органами при разработке нормативно-правовых актов. Полное, точное и достоверное установление юридических фактов — необходимая предпосылка для применения правовых норм3.

Кроме того, роль юридических фактов в механизме правового регулирования, как будет показано ниже, не исчерпывается образованием, изменением и прекращением правоотношений. Поэтому полагаем, что установление видов жизненных фактов (или группы таких фактов), которым придается значение юридических фактов, является самостоятельным звеном в механизме правового регулирования.

Стадии реализации субъективных прав и субъективных юридических обязанностей, воплощения их

1  Гревцов Ю. И. Указ. соч. С. 73.

2 Реутов С. И. Юридические факты в семейном праве: Авто-реф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1976. С. 5; Толстой Ю. К. К теории правоотношения. Л., 1959. С. 5—6; Матузов Н. И. Личность. Право. Демократия: Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 60.

3  См.: Исаков В. Б. Юридические факты в советском праве. М., 1984. С. 56.

 

4.1. Понятие процессуально-правового механизма                                                                                                                                                                                161

в конкретном фактическом поведении субъектов соответствует следующий элемент механизма правового регулирования — правовые отношения. Правоотношение является главным средством, которое позволяет определить, кто и как будет выполнять требования нормы права. В нем общая модель поведения конкретизируется применительно к субъектам, фиксируются и воплощаются в жизнь их субъективные права и юридические обязанности. И именно здесь, в правоотношении, заканчивается нормативное действие механизма правового регулирования, обеспечивается то фактическое, реальное поведение субъектов, тот результат, на который была направлена воля законодателя. Итак, представляется логически неоправданным выделение в качестве самостоятельного такого элемента МПР, как акты реализации прав и обязанностей. Если правоотношение понимать как единство юридической формы и фактического содержания (именно такого понимания мы придерживаемся), то этот элемент механизма правового регулирования будет включать как юридический элемент — наделение субъектов правами и обязанностями, так и фактический — акты реализации прав и обязанностей.

Таким образом, механизм правового регулирования включает следующие обязательные элементы: 1) нормы права; 2) юридические факты (фактическую систему); 3) правоотношения. Акты применения права, как уже указывалось, являются факультативным элементом МПР.

Полученные выводы возьмем за основу конструирования понятия механизма процессуального регулирования, он же процессуально-правовой механизм, — одна из новейших категорий в общей теории права, еще не получившая своего глубокого исследования. Лишь в работе В. Н. Протасова «Основы общеправовой процессуальной теории» обосновывается   необходимость   выделения   такой   катего-

 

162                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 4. Процессуально-правовой механизм

рии, формулируется понятие, показана структура процессуально-правового механизма, однако не характеризуются его элементы.

Процессуально-правовой механизм (ППМ) — это элемент общего механизма правового регулирования, относительно самостоятельная подсистема правовых средств. Он вступает в действие на некоторых этапах общего правового регулирования, в случаях возникновения препятствий нормальной реализации правовых норм и имеет охранительную направленность.

Данная правовая категория позволяет адекватно отразить одну из важнейших правовых подсистем, полнее выявить особенности процессуальных явлений, ибо они наиболее четко выражены в общем механизме их действия; глубже понять природу юридического процесса через изучение его взаимосвязей с другими процессуальными явлениями1.

Понятие «процессуально-правовой механизм» является основной обобщающей категорией в общеправовой процессуальной теории и охватывает, по мнению В. Н. Протасова, совокупность взаимосвязанных процессуальных средств отраслевого характера, необходимых и достаточных для выявления и реализации материального охранительного правоотношения2.

Основными элементами процессуально-правового механизма, считает автор, выступают основной процесс (процесс — правоотношение), предпроцесс (процесс — юридический факт) и нормативная основа их функционирования. Предпроцесс (процесс — юридический факт) — формирующаяся на базе норм процессуального права система процессуальных правоотношений — отличается от основного процесса сво-

1  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 100.

2  Там же.

 

4.1. Понятие процессуально-правового механизма                                                                                                                                                                                 163

ей целью. Если назначение последнего состоит в установлении действительного существования охранительного правоотношения и его последующей реализации, то цель предпроцесса — установить достаточность оснований для возникновения основного процесса1.

Указанные рассуждения автора, на наш взгляд, нуждаются в некоторых уточнениях. Во-первых, установление действительного существования охранительного правоотношения и его последующая реализация — это конечная цель (по мнению автора, высказанному ранее2, и по нашему мнению) всего юридического процесса, в том числе и предпроцесса.

Непосредственной же целью основного процесса является реализация норм процессуального права в фактическом поведении субъектов процесса. Во-вторых, целью предпроцесса (процесса — юридического факта) является установление достаточности оснований не только для возникновения, но и для развития основного процесса; или создания условий для реализации норм процессуального права путем установления оснований возникновения, изменения и прекращения процессуальных правоотношений.

Не отрицая существо идеи автора, используя сделанные ранее выводы об общем механизме правового регулирования и учитывая цели процессуального регулирования, определим понятие и структуру процессуально-правового механизма следующим образом.

Процессуально-правовой механизм — это динамическая система правовых средств, при помощи которой упорядочивается охранительная деятельность уполномоченных органов в области юрисдик-ционного правоприменения.

1  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 101.

2  Там же. С. 62 и след.

 

164                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

Основными элементами ППМ, т. е. явлениями, в которые процессуальное право «развертывается» каждый раз, когда возникает потребность в разрешении конкретного юридического дела, являются:

1)  нормы процессуального права;

2)  юридические факты, опосредующие процессуальные правоотношения,  или процессуальная фактическая система;

3)   процессуальные   правоотношения   (юридический процесс).

Все указанные элементы ППМ имеют сложное строение, обусловленное сложностью самого процессуально-правового регулирования. Совершенствование основных элементов механизма процессуального регулирования для ученых — задача номер один. Так, сложным является его нормативное звено. М. А. Гурвич писал о том, что процессуальное право применяется по каждому делу, как правило, в полном объеме и устанавливает для процесса «целостную абстрактную форму»1. Таким образом, важнейшим свойством процессуально-правовых норм является их системность. Системность — общее свойство правовых норм. Но в отношении процессуального права это качество проявляется наиболее ярко, в своем практически абсолютном варианте.

Действительно, юридический процесс, возникающий по конкретному делу, обслуживается не отдельными нормами, как это существует применительно к правоотношениям в материально-правовых отраслях, а по каждому случаю задействуется практически вся отрасль процессуального права и создается сложная и целостная нормативная основа функционирования данного юридического процесса2.

1 Гурвич М. А. Основные черты гражданского процессуального правоотношения // Советское государство и право. 1972. № 2. С. 31—33.

2  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 101.

 

4.1. Понятие процессуально-правового механизма

165

Сложным является и следующий элемент ППМ — процессуальная фактическая система. Она относится к типу больших закрытых фактических систем1 — это совокупность юридических фактов, необходимых для возникновения и развития юридического процесса при разрешении конкретного юридического дела, перечень которых установлен в законодательстве исчерпывающе.

Процессуальная фактическая система характеризуется сложным составом, сложным характером связей между ее компонентами и другими элементами геханизма процессуального регулирования (право-этношениями). По своему строению процессуальная фактическая система не просто юридически значи-1ая деятельность, как обычные юридические факсы, а система процессуальных действий и правоот-юшений, формирующаяся на основе норм процессу-1льного права2. При этом процессуальные действия

правоотношения, как основные и необходимые эридические факты в процессуальном фактическом составе, выполняют в ППМ функцию гарантий законности. Эти юридические факты — своего рода tключевые точки» процессуально-правового регулирования. Скажем, законное принятие искового заяв-1ения, возбуждение уголовного дела предопределя-эт правомерность всех последующих действий.

Сложное динамическое образование представляет гобой юридический процесс, состоящий из множества процессуальных правоотношений и развиваю-щйся стадийно.

1  Большая фактическая система — это широкий комплекс оридических фактов, взятых в масштабе нормативного акта, !равового института, отрасли права или всей правовой систе-йы  за  определенный  отрезок  времени.   См.:    Исаков  В.  Б. 7каз. соч. С. 94.

2  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 103.

 

166                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

Процессуальное правоотношение, в свою очередь, имеет сложный состав — это динамичная, развивающаяся, изменяющаяся правовая связь субъектов процесса. Особенностью процессуальных правоотношений является их взаимосвязь, взаимозависимость и взаимообусловленность; процессуальные правоотношения представляют собой систему, направленную на достижение единой цели.

Важной особенностью механизма процессуального регулирования является релятивность (относительность) составляющих его элементов. На уровне процессуально-правового механизма в целом она проявляется во взаимопревращении одних его элементов в другие. Так, в процессуальном механизме юридические факты и правоотношения могут «меняться местами», правоотношения способны выступать в роли юридических фактов. На уровне отдельных элементов релятивность проявляется, в частности, в том, что процессуальная норма-предписание, рассматриваемая в определенном аспекте, может выступать как гипотеза, диспозиция или как санкция. Процессуально-правовой механизм обладает рядом других особенностей, исследование которых является перспективной задачей правовой науки.

Представляется, что научная разработка проблемы ППМ будет способствовать повышению эффективности процессуального регулирования общественных отношений, укреплению и развитию механизма защиты прав и свобод граждан и организаций.

4.2. Процессуальные правовые нормы и их особенности

При конструировании понятия «норма процессуального права» необходимо учитывать существующие в юридической науке представления о правовой норме. Как указывает Н. А. Чечина, специфика про-

 

4.2. Процессуальные правовые нормы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         167

цессуальных норм не лишает их конструктивных качеств норм права, не исключает их из группы социальных норм и не изменяет ни одного из обязательных свойств правовой нормы1.

Процессуальные нормы являются особой разновидностью правовых норм, им присущи все признаки, которые свойственны любым нормам права вообще: они носят волевой характер, объективны по содержанию, исходят от государства, устанавливаются либо санкционируются им. Так же как и иные нормы, они служат определенным масштабом поведения, их назначение в правовом регулировании состоит в том, чтобы регламентировать поведение субъектов, они обладают свойством формальной определенности, общеобязательности, неперсонифици-рованности, неоднократности действия и в соответствующих случаях обеспечиваются возможностью государственного принуждения.

Особенности процессуальных норм. Наряду с тем общим, что присуще процессуальной норме как правовой, ученые-процессуалисты обращают внимание и на ее отличительные особенности. Отвечая на вопрос: из чего вытекают отличительные черты процессуальной нормы, авторы единодушны в ответе, объясняя их качественными особенностями регулируемых этими нормами общественных отношений, т. е. предметом процессуально-правового регулирования. С методологической точки зрения, указывает П. Ф. Елисейкин, такое объяснение безупречно2.

1  См.: Чечина Н. А. Нормы гражданского процессуального права и их применение: Автореф. дисс. ... д-ра юрид. наук. Л., 1965. С. 4.

2  См.: Елисейкин П. Ф. Предмет процессуального регулирования и понятие процессуальной нормы // Юридические гарантии применения права и режим социалистической законности в СССР. Ярославль, 1977. С. 29.

 

168                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

1.   Кроме предмета правового регулирования к особенностям    процессуальных    норм    относятся, как правило, категорический характер их предписаний1, а также то, что эти предписания адресуются в основном субъектам,   наделенным властными полномочиями2 в сфере охранительной деятельности государства (однако это не исключает начал дис-позитивности в процессе в случаях, допускаемых законом).

2.   К числу  особенностей  процессуальных  норм большинство  авторов  относят  и  то,   что  основной формой их реализации является  исполнение3, т. е. совершение  активных  действий,  направленных на реализацию обязывающих правовых предписаний.

3.  Следующая особенность процессуальных норм связана с тем, что они носят   процедурный характер4. Процедурный характер процессуальных норм заключается  в том,  что они описывают не только действия участников  процесса,  но и способ,  порядок,   последовательность  их  совершения,   а  также форму закрепления результатов этих действий.

Сложная конструкция процессуально-правовых норм обусловлена сложностью регулируемых ими общественных отношений, которая, по мнению Р. В. Шагиевой, выражается в следующих моментах. Во-первых, в силу множественности участников процессуальной деятельности отношения между ними чаще всего представляют взаимосвязи, взаимозависимости, взаимоограничения одновременно нескольких субъектов, а это требует отражения и закрепления последовательности и образа действия каждого из них по отношению друг к другу. Во-вто-

1  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 45.

2  См.: Юридическая процессуальная форма. С. 36.

3  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 45.

4  См.: Шагиева Р. В. Указ. соч. С. 49.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                  .      169

рых, в ходе процессуальной деятельности осуществляется правоприменение, предполагающее специфический вид познания в ходе доказывания. Соответственно, результаты правоприменительной деятельности должны быть определенным образом объективированы вовне, что не может не сказаться на структуре и форме диспозиций процессуальных норм. И появляются многочисленные статьи, регламентирующие порядок оформления тех или иных процессуальных действий1.

4. В процессуальной литературе неоднократно отмечалась и такая особенность процессуальных норм, адресованных государственно-властным субъектам в процессуальных отношениях, как совпадение субъективного права с юридической обязанностью, когда использование права при определенных условиях является обязанностью2. Однако не стоит признавать за этим обстоятельством абсолютного характера. Как указывает Г. Н. Ветрова, права и обязанности, составляющие полномочия суда и должностных лиц, не сливаются в нечто целостное и единообразное по своему содержанию, между ними существуют вполне определенные различия. Правовые нормы, закрепляющие полномочия, в большинстве своем предполагают определенную свободу выбора поведения в зависимости от оценки обстоятельств дела, т. е. возможность усмотрения в границах должного, обязанного поведения. Такое поведение обеспечивается процессуальными санкциями, как пра-

1  См.: Шагиева Р. В. Указ. соч. С. 50.

2  См.: Строгович М. С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М., 1951. С. 74; Рахунов Р. Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности по советскому праву. М., 1961. С. 54; Советское гражданское процессуальное право. М., 1964. С. 11; Шакарян М. С. Субъекты советского гражданского процессуального права. М., 1970. С. 5; Демократические основы советского социалистического правосудия. М., 1965. С. 122—123.

 

170                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

вило, в виде отмены решений, признанных незаконными. Собственно же право отличается от обязанности в составе полномочий тем, что предоставляет его обладателю больший спектр возможностей не воспользоваться правом даже при наличии условий, указанных в норме1.

Таким образом, отличие между субъективным правом и обязанностью в составе полномочий органов и должностных лиц в процессуальном правоотношении проводится по признаку: последуют ли санкции за невыполнение предписаний процессуальных норм.

Под санкцией в процессуальной литературе понимается указание на неблагоприятные последствия, наступающие для субъекта процессуальных правоотношений при невыполнении либо ненадлежащем выполнении требований процессуальной нормы2. Такой подход к определению санкции процессуальной нормы поддерживается большинством авторов-процессуалистов. Между тем в теории права вопрос о понятии санкции правовой нормы является дискуссионным (имеется в виду логическая структура правовой нормы).

Чаще всего понятие санкции в общей теории права связывается с применением принуждения за противоправное поведение3. Вследствие этого в процессуальной литературе встречается мнение, что многие процессуальные нормы не содержат санкции за нарушение установленных процессуальных правил4.

1  См.: Ветрова Г. Н. Санкции в судебном праве. М., 1991. С. 26—27.

2  См.:  Громов Н. А., Полунин С. А. Санкции в уголовно-процессуальном праве России. М., 1998. С. 30; Ветрова Г. Н. Указ. соч. С. 45.

3 См.: Лейст О. Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М., 1981. С. 7; Братусь С. Н. Юридическая ответственность и законность. М., 1976. С. 48.

4  См.: Советский уголовный процесс. Общая часть / Под ред. Б. А. Викторова и В. Е. Чугунова. М., 1973. С. 57.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         171

Такое суждение вряд ли оправданно. Без санкции норма права становится бездейственной, а потому более предпочтительным представляется подход, согласно которому санкция есть неблагоприятные последствия, которые наступают за нарушение содержащихся в диспозиции предписаний. В этом случае всякая процессуальная норма будет обеспечена определенными отрицательными последствиями либо процессуально-правового, либо материально-правового характера. Так, например, несоблюдение лицом сроков на подачу кассационной жалобы или протеста влечет такие отрицательные последствия (санкции), как оставление жалобы или протеста без рассмотрения и возвращение их лицу, подавшему кассационную жалобу или протест (ст. 284 ГПК РФ, ч. 3 ст. 356 УПК РФ).

5. Процессуальные санкции обладают рядом особенностей, которые предопределяют особенности самой процессуальной нормы.

Особенностью процессуального права является такое построение норм, когда за нарушение разных процессуальных норм предусмотрена одна санкция, которая формулируется в виде отдельного от них предписания1.

Особенностью процессуальных норм является и то, что значительная их часть охраняется санкциями материального: уголовного, административного, гражданского права, но применяются они не вместо, а наряду с собственно уголовно-процессуальными санкциями2.

Специфику санкций процессуальных норм составляет то, что они, главным образом, выражают-

1  См.: Громов Н. А, Полунин С. А. Указ. соч. С. 32.

2 См.: Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. С. 90; Столмаков А. И. Понятие и классификация санкций уголовно-процессуального права // Правоведение. 1977. № 3. С. 42; Ветрова Г. Н. Санкции в судебном праве. С. 91—95.

 

172                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

ся в таких последствиях, как отмена процессуального акта, принятого в нарушение данной процессуальной нормы1, признание доказательства, полу ценного с нарушением закона, не имеющим юридической силы, оставление заявления или жалобы без движения, если не выполнены все требования зако на к их составлению и подаче2. Иногда санкция процессуальной нормы может выражаться в признании недействительными, юридически ничтожными действий, не соответствующих требованиям процессуальной нормы3. И лишь в небольшом числе случаев выполнение норм процессуального права обеспечивается возможностью применения мер непосредственного принуждения, таких как штрафы, приводы, принудительное исполнение обязанности.

Таким образом, в отличие от норм материального права, которые преимущественно обеспечиваются мерами юридической ответственности или принудительным исполнением обязанности, процессуальные нормы обеспечиваются чаще всего при помощи восстановительных санкций4.

6. Среди особенностей процессуальных норм некоторыми авторами отмечается, что нормы процессуального права не могут конструироваться как предоставительно-обязывающие5.

Однако трудно согласиться с этой позицией, в частности, на том основании, что остается без ответа вопрос, как юридически связаны между собой субъекты   процессуальных   правоотношений   и   как

1  См.: Юридическая процессуальная форма. С. 33.

2 См.: Ветрова Г. Н. Указ. соч. С. 47.

3  См.: Юридическая процессуальная форма. С. 47.

4  См.: Шагиева Р. В. Указ. соч. С. 57.

5  См.: Гурвич М. А. Гражданские процессуальные правоотношения и процессуальные действия // Труды Всесоюзного заочного юридического ин-та. М., 1965. Т. 3; Гурвич М. А. Судебное решение: Теоретические проблемы. М., 1969; Галкин Б. А. Советский уголовно-процессуальный закон. М., 1962.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы

173

эта связь обеспечивается государством1. Представляется также, что данная конструкция противоречит фундаментальным положениям теории права о понятиях нормы права и правоотношения.

Структура процессуальной нормы. Определение процессуальной нормы2. Прежде чем рассмотреть структуру процессуальной нормы, необходимо определиться с общими положениями о структуре правовой нормы. Попытки теоретиков права сформулировать одну жесткую конструкцию составляющих норму права элементов оказались безуспешными. В общей теории права существуют различные точки зрения на структуру правовой нормы. Остановимся кратко на некоторых из них.

В деонтологии различаются собственно содержание правовой нормы и источник, императив, которым норма установлена и (или) охраняется от нарушения3.

В имеющейся юридической литературе структура правовых норм чаще всего строится в виде трех структурных элементов деонтической логики, получивших в правовой науке название гипотезы, диспозиции и санкции.

Гипотеза — это та часть правовой нормы, где содержится указание на жизненные ситуации, при которых приходит в рабочее состояние, «срабатывает» ее диспозиция.

Диспозиция — это та часть правовой нормы, где описываются масштабы (правила, образцы) возможного, должного или возможно-должного поведения участников регулируемого общественного отношения.

1  См.: Елисейкин П. Ф. Процессуальная норма и ее диспозиция // Проблемы защиты субъективных прав и советское гражданское судопроизводство. Ярославль, 1979. С. 47.

2  Имеются в виду структура и определение процессуальной нормы непосредственного регулирования.

3  См.: Кудрявцев Ю. В. Нормы права как социальная информация. М., 1981. С. 80—87.

12-1307

 

174                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

Санкция — это мера государственного обеспечения предусматриваемого в ее диспозиции масштаба поведения1.

Именно благодаря такому строению правовой нормы достигаются цели и задачи правового регулирования. Трехчленная структура правовой нормы выражается в связи таких элементов, которые в своей совокупности обеспечивают государственно-властное регулирование общественных отношений. Как указывает С. С. Алексеев, «набор»' элементов логической нормы должен позволять быть ей «автономным», относительно обособленным регулятором2.

Однако изложенное представление о структуре правовой нормы не является общепризнанным.

Некоторые теоретики считают, что правовая норма состоит не из трех, а из двух элементов, которые называются по-разному: первая часть нормы, обозначающая условия ее применения, именуется гипотезой или диспозицией, вторая часть, определяющая само правило поведения, — диспозицией или санкцией. Так, Е. Я. Мотовиловкер указывает, что логические отношения гипотезы, диспозиции и санкции не представляют структурного единства. Ни гипотеза, ни диспозиция логически непосредственно с санкцией не связаны: гипотеза — потому что она есть условие, влекущее диспозицию, диспозиция — потому что она как структурное образование является правовым последствием, заканчивающим нормативное предписание. Диспозиция сама по себе логически не способна вызвать санкцию. Санкция актуализируется, если произойдет факт, препятствующий реализации первоначальных прав и обязанностей. Но это уже новый факт, отраженный другой гипотезой. Таким образом, санкция в компании с гипотезой и

1  См.: Фаткуллин Ф. Н. Проблемы теории государства и права. С. 229—233.

2  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 222.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          175

диспозицией остается без своего логического основания. Выходит, что концепция трехчленности юридической нормы не в состоянии выразить правовую норму как структурное образование... ибо ее модель структуры нормы содержит в себе логический пробел в отношении «диспозиция—санкция». Значит, продолжает автор, требуется еще один нормативный элемент, способный устранить «разрыв» в структуре и логически обусловить санкцию. Им является отрицание диспозиции. Разумеется, этот элемент диспозицией не охватывается, а находится за ее пределами. В правовой системе, таким образом, реально функционируют, конкретно проявляются двучленные правовые нормы — нормы-предписания, состоящие из гипотезы и диспозиции1. При этом нормы, в состав которых входит юридический факт, связанный с предоставлением субъективных прав и возложением юридических обязанностей в целях обеспечения нормативной организации общественных отношений, именуются регулятивными. Нормы, устанавливающие правовые последствия правонарушений и других обстоятельств, препятствующих осуществлению регулятивных норм, называются охранительными.

В последние годы наметилось сближение этих поначалу противоположных взглядов на структуру правовой нормы. Сторонники «трехэлементной структуры» правовой нормы ввели в категориальный аппарат теории права понятие «нормативное предписание», под которым понимается сформулированное в тексте нормативного акта логически завершенное положение, направленное на регулирование определенного вида общественных отношений2.

1  См.: Мотовиловкер Е. Я. Теория регулятивного и охранительного права. Воронеж, 1990. С. 7—9.

2  См.:  Мицкевич А. В. Акты высших органов советского государства. М., 1967. С. 34.

 

176                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 4. Процессуально-правовой механизм

С другой стороны, теоретическое и практическое значение «трехэлементной» структуры правовой нормы стало признаваться ее авторитетными критиками. В результате понятие «норма права» исследуется в двух аспектах: 1) логическая норма; 2) норма — предписание. Логическая норма — это та же «трехэлементная» структура (гипотеза—диспозиция—санкция), рассматриваемая как способ (закон) связи правовой системы на уровне ее первичных элементов»1.

Особого внимания заслуживает концепция структуры правовой нормы, предложенная О. Э. Лейстом, который, в свою очередь, развивает выводы Н. Г. Александрова о том, что логическая структура правовой нормы включает гипотезу и диспозицию, необходимым атрибутом которых является санкция2.

Как видим, санкция отрицается в качестве структурного элемента, а понимается как свойство правовой нормы.

Системность, пишет О. Э. Лейст, является существенным качеством права — правовые нормы неразрывно связаны между собой и в определенных аспектах выступают как диспозиции, имеющие свои гипотезы и санкции, в других — как элементы гипотез или санкций других норм; санкция одной нормы становится диспозицией при нарушении охраняемой нормы и применении мер принуждения к правонарушителю; гипотезы также в определенном аспекте становятся диспозициями, указывающими, каким именно обстоятельствам следует придавать юридическое значение3.

1 Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 215—222; Он же. Структура советского права. С. 30, 83.

2  См.: Александров Н. Г. Сущность социалистического государства и права. М., 1969. С. 105—106.

3  См.: Лейст О. Э. К вопросу о структуре правовой нормы // Ученые записки Всесоюзного ин-та юридических наук. М., 1962. Вып. 15. С. 21; Проблемы теории государства и права: Уч. пособие. М., 1999. С. 443.

 

1.2. Процессуальные правовые нормы

177

У О. Э. Лейста, таким образом, атрибутом правовой нормы признается уже не только санкция, но и гипотеза.

В конечном счете взгляд, согласно которому санкции и гипотезы являются лишь «атрибутами» правовой нормы, снимает вопрос о ее структуре, пишет С. С. Алексеев, ибо это вопрос о частях ее содержания. По О. Э. Лейсту, каждая норма выступает в конечном счете в качестве «бесструктурного» правила, гипотезы же и санкции представляют собой «диспозиции», самостоятельные правила, нормы1.

Итак, следуя рассуждениям автора, можно сделать вывод о том, что правовая норма и диспозиция — понятия тождественные. Такой вывод вытекает также из положения о системности права. Системность — это общее свойство правовых норм. Но в отношении процессуального права, на наш взгляд, это качество проявляется наиболее ярко в своем практически абсолютном варианте. Как указывалось выше, юридический процесс, возникший по конкретному делу, обслуживается не отдельными нормами, а по каждому случаю задействуется практически вся отрасль процессуального права и создается целостная нормативная основа функционирования данного юридического процесса. Поэтому нормам процессуального права в гораздо большей мере, чем нормам материального права, свойственна релятивность (относительность).

Сказанное можно проиллюстрировать на примерах. Так, ч. 2 ст. 43 ГПК РФ гласит: «Дела юридических лиц ведут в суде их органы (диспозиция. — Е.Л.). Руководители организаций, выступающие в качестве органа юридического лица, предоставляют суду документы, удостоверяющие их служебное положение или полномочия (диспозиция. — Е.Л.)». Приведенный текст можно сформулировать другим

1 См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 228.

 

178                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

образом: «Если руководители организаций, выступающие в качестве органа юридического лица, предоставят суду документы, удостоверяющие их служебное положение или полномочия (гипотеза), то они могут вести в суде дела юридических лиц (диспозиция)». Такая форма изложения ничуть не меняет положения указанной статьи. Согласно ч. 1 ст. 114 УПК РФ «дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении (диспозиция. — Е. Л.) и принять по нему решение в срок не позднее трех суток со дня поступления указанного сообщения (диспозиция.—Е.Л.)». Положения данной статьи не изменятся, если ее сформулировать следующим образом: «Если дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор приняли сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении (гипотеза), то они обязаны принять по ним решения в срок не более трех суток со дня получения указанного сообщения (диспозиция)». Это позволяет сделать вывод, что в процессуальном законодательстве гипотезы и санкции, «рассматриваемые в определенном аспекте», — это те же диспозиции.

Поэтому имеются все основания рассматривать диспозицию в процессуальном праве в качестве исходного первоначального элемента.

Существуя в системе с подобными себе элементами, диспозиция может видоизменяться в зависимости от ее связей с другими, такими же как она сама диспозициями. В одной связи она выполняет роль диспозиции, в другой она становится гипотезой, в третьей она может стать санкцией1.

Важным аргументом в пользу высказанного мнения является, на наш взгляд, то обстоятельство, что основными  юридическими  фактами,  опосредующи-

1 См.: Елисейкин П. Ф. Процессуальная норма и ее диспозиция. С. 50.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы

179

ми процессуальные правоотношения, являются процессуальные действия и сами процессуальные правоотношения, которые представляют собой реализацию субъективного права или юридической обязанности, т. е. определенное поведение, предусмотренное процессуальной нормой. Таким образом, условием действия одной диспозиции (гипотезой) является реализация другой диспозиции.

Итак, под процессуальной нормой будем понимать установленное государством общеобязательное правило поведения процедурного характера, регулирующее общественные отношения, складывающиеся в сфере юрисдикционной и иной охранительной деятельности уполномоченных субъектов.

Процессуальные нормы в механизме процессуального правового регулирования. Для того чтобы получить правильное целостное представление о процессуально-правовом механизме, в котором все его элементы находятся в постоянном движении, развитии и диалектических взаимопереходах, необходимо уяснить, когда и при каких условиях, в какой связи и в связи с чем, процессуальное предписание выполняет роль диспозиции, гипотезы и санкции.

Процессуальные нормы, также как и материально-правовые нормы, могут быть регулятивными и охранительными. Роль диспозиции в собственном смысле слова (диспозиции в трехчленной структуре) в процессуально-правовом механизме выполняют регулятивные нормы, тогда как роль санкции выполняют охранительные процессуальные нормы. Охранительная норма или санкция — это та же диспозиция, правило поведения, рассчитанное, однако, на случай отклонения от нормального развития процесса. Как диспозиция, охранительная процессуальная норма определяет, что вправе требовать управомо-ченный субъект процесса от обязанного лица, не желающего исполнять требования закона.  В качестве

 

180                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

санкции именно такое правило обеспечено мерами принуждения. Причем в качестве санкции такое правило выступает по отношению к обязанному лицу, к лицу, допустившему нарушение. С позиции же управомоченного такое правило остается диспозицией. Поэтому несоблюдение управомоченным такой диспозиции влечет за собой вступление в действие нормы, обладающей всеми свойствами охранительного предписания.

П. Ф. Елисейкин выделяет в системе процессуальных норм, помимо регулятивных и охранительных, организационные процессуальные предписания, определяющие порядок, условия и формы реализации регулятивных и охранительных норм. Такие предписания, по мнению автора, выполняют функцию гипотез в механизме процессуального регулирования1, и к ним относятся, например, правила, определяющие подведомственность, подсудность юридических дел и др. (нормативные обобщения, статутные нормы).

Виды процессуальных норм. Теперь рассмотрим особенности процессуальных норм применительно к отдельным их разновидностям. Их исследование даст нам возможность более глубоко показать, какую роль играют процессуальные нормы в механизме процессуального регулирования.

Процессуальные нормы, исходя из их функций в механизме правового регулирования, подразделяются на две группы: нормы конкретного содержания (собственно правила поведения) и нормы общего содержания.

Процессуальные нормы конкретного содержания — это большинство правовых норм, обладающих предоставительно-обязывающим характером, т. е. непосредственно устанавливающих процессуальные права и обязанности субъектов процесса, условия  и  порядок  их  реализации.   Так,   например,

1 См.: Елисейкин П. Ф. Процессуальная норма и ее диспозиция. С. 51.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         181

ст. 34 ГПК РФ, содержащая процессуальную норму конкретного содержания, указывает на право истца в гражданском процессе изменить основания или предмет иска, увеличить или изменить размер исковых требований. Одновременно той же нормой предусматривается обязанность суда признать эти действия, если они не противоречат закону и не нарушают интересы других лиц.

Процессы специализации, свойственные праву, приводят к тому, что в его системе обособляются нормы, имеющие высокий уровень обобщения правовых предписаний, — нормы общего содержания. Они являются нормами опосредованного регулирования, участвуют в правовом регулировании в системе с другими правовыми нормами1.

Среди норм общего характера в системе процессуального права выделим:

а)  нормы-задачи;

б)  нормы-принципы;

в)  нормативные обобщения (юридические конструкции, предписания-дефиниции);

г)  статутные нормы.

Нормы-задачи выражают намерения законодателя, указывают на тот результат, который он стремится достичь, устанавливая процессуально-правовые нормы. Так, например, положения ст. 24.1 КоАП РФ указывают на результаты, которые необходимо достичь в процессе производства по административному делу: всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснить обстоятельства каждого дела, разрешить его в соответствии с законом, обеспечить исполнение вынесенного постановления, выявить причины и условия, способствующие совершению административных правонарушений.

Нормы-принципы. Особое место среди норм общего  характера  занимают   предписания-принципы.

1 См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 215.

 

182                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

Этот правовой феномен, который определяет направление общественного поведения и становится наиболее общим социальным ориентиром, закладывает фундамент правового регулирования общественных отношений.

Для процессуального права характерна более высокая степень обобщенности нормативных предписаний и, соответственно, большее количество, чем в отраслях материального права, предписаний-принципов1.

Неслучайно пионерами в исследовании проблем принципов в юридической науке исторически являются представители процессуальных отраслей. В особенности это относится к науке уголовно-процессуального права, где учение о принципах возникло ранее и разработано более обстоятельно, чем в других подразделениях правоведения2.

В системе процессуального права принципы занимают главенствующее место, они всегда являются первичными нормами, не выводимыми друг из друга и охватывающими все остальные нормы, в которых содержание этих принципов конкретизируется и которые этим принципам подчинены. Обладая высокой степенью общности, опосредствуясь в других правилах, принципы синхронизируют всю систему процессуальных норм3 и придают глубокое единство механизму процессуального регулирования. Именно такая взаимосвязь общих и конкретизирующих норм обеспечивает единство процессуального порядка по всем юридическим делам и соблюдение законности в процессуальной деятельности.

1  См.: Борисов Г. А. Отправные нормативные установления советского законодательства: Дисс. ... д-ра юрид. наук. Харьков, 1991. С. 193.

2  См.: Крыленко Н. В. Судоустройство в РСФСР. М., 1923. С. 44; Революция права. 1928. № 1. С. 103, 121.

3  См.: Громов Н. А., Николайченко В. В. Принципы уголовного процесса, их понятие и система // Государство и право. 1997. № 7. С. 34.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы

183

Принципы права являются его основополагающими началами, исходными положениями, его основа-шем1, они выступают в качестве категории правосознания2. Каждый принцип — это идея, т. е. мысль как продукт человеческого мышления, об общем и наиболее существенном представлении о праве, правовом мировоззрении, о ценности права. Идеи-принципы дают представление о долженствующем в праве, каким оно должно быть. С другой стороны, принципы выступают в виде положения нормативного характера. Поэтому в науке процессуального права приемлемой является точка зрения, что принципы процессуального права — это основополагающие руководящие идеи, имеющие нормативно-правовой характер3.

Между тем в теории уголовного процесса вопрос, касающийся нормативности принципов правосудия, остается дискуссионным. Так, И. Р. Демидов пишет: «Отдельные принципиальные идеи не находят своего закрепления в правовых нормах в виде специальных терминов и соответствующих формулировок. По этой причине принципы не следует всегда отождествлять с процессуальными нормами»4.

Далее автор выражает свои идеи более категорично: «Свое регулирующее воздействие на правоприменительную практику могут оказывать и такие пра-

1  См.: Малеин Н. С. Правовые принципы, нормы и судебная практика // Государство и право. 1996. № 6. С. 12.

2 См.: Лукашева Е.А. Принципы социалистического права // Советское государство и право. 1970. № 6. С. 22.

3  См.: Громов Н. А., Николайченко В. В. Указ. соч.; Принципы гражданского процессуального права. СПб., 1993;  Баландин В. Н. Принципы юридического процесса: Автореф. ... канд.   юрид.   наук.   Самара,   1998.   С.   11;    Тараненко  В.  Ф. Принципы арбитражного процесса. М., 1998.

4 Демидов И. Р. Принципы советского уголовного процесса // Курс советского уголовного процесса.  Общая часть.  М., 1989. С. 136.

 

184                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

вовые идеи-принципы, которые не закреплены в процессуальном законе»1.

Однако с этим трудно согласиться. Несмотря на то что принципы вырабатываются наукой, надо помнить, что обязательную силу они приобретают только после закрепления в законодательстве.

Идеи, не получившие закрепления в законодательстве, остаются началами правосознания, научными выводами, представляют замысел нормы-принципа, а не правовую норму. Нормативность — имманентное свойство принципов, неотделимое от природы процесса как особого рода государственно-правовой деятельности. По своей сути процессуальные принципы носят императивный, властно-повелительный характер, они содержат обязательные предписания, исполнение которых обеспечивается арсеналом правовых средств2.

В теории права отмечают регулятивную функцию правовых принципов3, которая проявляется в том, что в случае пробелов в законе, несогласованности конкретных правовых норм или затруднений в их применении правоприменитель должен руководствоваться правовыми принципами.

Назначение правовых принципов также состоит в обеспечении идеологического единства правотворчества, правореализации и правопорядка в целом. Они пронизывают всю правовую систему, ориентируя ее развитие на общезначимые, наиболее ценные идеалы4.

Исходя из сказанного определим нормы-принципы процессуального права следующим образом. Принципы процессуального права — это теорети-

1 Демидов И. Р. Принципы советского уголовного процесса // Курс советского уголовного процесса.  Общая часть.  М., 1989. С. 137.

2  См.: Громов Н. А., Николайченко В. В. Указ. соч. С. 33.

3  См.:  Зажицкий В. И. Правовые принципы в законодательстве РФ // Государство и право. 1996. № 11. С. 93.

4  См.:  Вопленко Н. Н. Сущность, принципы и функции права. Волгоград, 1998. С. 36.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         185

чески обоснованные и законодательно закрепленные основные правовые идеи, которые выражают демократическую и гуманистическую сущность юридического процесса.

Характер предписаний-принципов имеют, например, статьи с 6 по 19 УПК РФ, ст. 5, 7—9 и др. ГПК РСФСР, в которых формулируются такие основополагающие правовые идеи, как осуществление правосудия только судом, независимость судей и подчинение их только закону, гласность судебного разбирательства, обеспечение права на защиту и юридическую помощь и др.

Рассматривая вопрос о принципах процессуального права, необходимо остановиться еще на одном важном, на наш взгляд, моменте. Принципы процессуального права являются одним из системообразующих признаков этого правового блока. На принципы права как системообразующий фактор в ряду материальных и юридических признаков указывал С. С. Алексеев1.

В силу целого ряда причин, и прежде всего идеологических и политических реалий советского периода развития российской государственности и правовой системы, основная причина общности процесса никогда не была обозначена как общность его идеалов (принципов), пишет В. Н. Баландин2.

К процессу, как и к праву в целом, следует подходить с точки зрения функциональной трактовки ipaea, которая, по точному замечанию Ю. В. Тихон-завова, наиболее основательно связывает само его юнимание с принципами, ценностями и идеалами социальной свободы, ориентирована на общественное идеалы — демократию, гуманизм, социальный iporpecc3.

Пути общности понимания юридического прогресса, продолжает В. Н. Баландин, следует искать

1  См.: Алексеев С. С. Отрасли советского права // Советское государство и право. 1979. № 9. С. 18.

2  См.: Баландин В. Н. Указ. соч. С. 32.

3  См.:   Тихонравов Ю. В.  Основы философии  права.  М., 1997. С. 66.

 

186                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

именно в его принципах, ибо процедура должна быть демократична, справедлива везде, независимо от сферы и применения1.

Думается, что идея автора о системообразующем характере единых принципов процессуального права заслуживает внимания и одобрения.

Нормативные обобщения (предписания-дефиниции, конструкции) являются средством правового закрепления контуров (облика) целостного юридического явления, а также средством оценки фактических обстоятельств, критерием обоснованности юридической квалификации во всех видах юридической деятельности, им присуща роль своего рода трафарета для удостоверения, юридической характеристики определенного фактического обстоятельства, состояния, имеющего юридическое значение2.

Характером нормативных обобщений обладают, например, положения ст. 42, 46, 47 УПК РФ, ст. 49 ГПК РФ, в которых формулируются определения обвиняемого, подозреваемого в совершении преступления, потерпевшего, понятие доказательств в гражданском процессе.

Нормативные обобщения характеризуются неразрывной связью с предписаниями конкретного содержания, о чем свидетельствует исключение возможности их самостоятельной реализации.

Статутные нормы, или закрепительные нормы, направлены на фиксирование в обобщенном виде определенных элементов регулируемых отношений3. Развитие этой разновидности норм связано с выведением за скобки некоторых общих моментов в правовом опосредовании общественных отношений. К их числу относятся, например, нормы, регламентирую-

1  См.: Баландин В. Н. Указ. соч. С. 31.

2 См.: Горшенев В. М. Нетипичные нормативные предписания в праве // Советское государство и право. 1978. № 3. С. 117.

3  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 241.

 

4.2. Процессуальные правовые нормы

187

щие процессуальную правосубъектность, подведомственность юридических дел и др.

Особенность правовой природы статутных предписаний заключается в том, что они вместе с нормативными обобщениями составляют ядро мощного пласта процессуального законодательства1.

Подводя итог изложенному, необходимо отметить, что нормативная основа механизма процессуального регулирования по своему содержанию неоднородна. Нормативное регламентирование общественных отношений, складывающихся в ходе юрисдикционной деятельности государства, достигается благодаря системности процессуальных норм.

Итак, процессуальные нормы являются основой процессуального правового регулирования и определяющим звеном ППМ. Их роль в механизме процессуально-правового регулирования заключается в том, чтобы обеспечить нормативное регламентирование общественных отношений, складывающихся в ходе охранительной деятельности уполномоченных органов по разрешению и устранению правовых аномалий.

В чем же конкретно состоит роль процессуальных норм как средств регламентирования охранительной деятельности уполномоченных субъектов? Процессуально-правовые нормы, пишет П. Ф. Елисейкин, определяют:

1)  задачи и цели охранительной деятельности государства;

2)   принципы   этой   деятельности   и   принципы организации юрисдикционных органов;

3)  отношения юрисдикционных и примыкающих к ним органов и должностных лиц друг с другом;

4)  объем и содержание компетенции   (юрисдикции) названных органов;

1 См.: Борисов Г. А. Отправные нормативные установления советского законодательства: Автореф. ... д-ра юрид. наук. Харьков, 1991. С. 29.

 

188                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

5)  объем и содержание процессуальной правоспособности и дееспособности участников процесса;

6)  условия, порядок и формы возбуждения, движения и окончания процессуальной деятельности;

7)  свойства и последствия юрисдикционного акта;

8)  порядок обжалования и пересмотр таких актов;

9)  порядок принудительного их исполнения1.



 4.3. Юридические факты, опосредующие процессуальные правоотношения

Под юридическими фактами в науке и на практике понимаются конкретные социальные обстоятельства (события и действия), вызывающие в соответствии с нормами права наступление определенных правовых последствий — возникновение, изменение или прекращение правовых отношений2.

В этом заключается главная задача, выполняемая юридическими фактами в механизме правового регулирования. Юридические факты обеспечивают переход от общей модели прав и обязанностей, содержащейся в норме права (ведущем элементе механизма правового регулирования), к конкретной модели поведения конкретных субъектов (правоотношению). Юридические факты выступают, пишет С. С. Алексеев, в роли «рычажков», приводящих в действие нормы права, связующих звеньев между нормами права и правами (обязанностями) субъектов3.

Юридические факты, вызывающие возникновение, изменение и прекращение процессуальных пра-

1  См.: Елисейкин П. Ф. Процессуальная норма и ее диспозиция. С. 40.

2 См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 281.

3  См.: Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 2. С. 164.

 

4.3. Юридические факты

189

воотношении, называются процессуальными юридическими фактами. Процессуальные юридические факты имеют свои особенности. Рассмотрим их.

• Процессуальные   юридические   факты   должны быть зафиксированы в установленной законодательством   процедурно-процессуальной   форме.   То   есть процессуальные  юридические факты  имеют  правовое значение лишь в том случае, если они надлежащим образом оформлены и удостоверены.

• Юридические   факты,   порождающие   конкретные процессуальные правоотношения, как правило, не   единичны,   а   выступают   в   виде   фактического (юридического) состава1.

• Процессуальный   фактический   состав   характеризуется двойственностью своей правовой природы. Наряду  с  собственно  процессуальными  фактами  в него включается факт материально-правового характера2   (материальное   охранительное   правоотношение).

• Так    называемые    собственно    процессуальные факты исчерпывающе определены в нормах процессуального права.

Фактический состав представляет собой систему юридических фактов, необходимых для наступления правовых последствий — возникновения, изменения, прекращения одного процессуального правоотношения. Особенностью процессуальных правоотношений является их динамичность, взаимосвязь, взаимозависимость и взаимообусловленность. Поэтому процессуальные юридические факты и процессуальные фактические составы следует рассматривать не как изолированные фактические предпосылки, а как звенья единого процесса развития фактической

1  См.: Галаган И. А., Василенко А. В. К проблемам теории правоприменительных  отношений  //  Государство  и  право. 1998. № 3. С. 13.

2  Там же.

13-1307

 

190                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

основы юридического процесса. Комплекс процессуальных юридических фактов и процессуальных фактических составов, рассматриваемый в масштабе системы процессуального права или ее компонентов, называется процессуальной фактической системой. Как отмечает известный специалист в области исследования юридических фактов В. Б. Исаков, изучение больших фактических систем — принципиально новый момент в исследовании юридических фактов, требующий своего осмысления1.

Особенность этого аспекта исследования заключается в том, что возникновение юридических фактов рассматривается как целостный процесс, наделенный свойствами потока. «Потоковая» интерпретация основывается на том, что любое интересующее нас событие — это смесь событий более низкого уровня, происходящих неоднократно с данной интенсивностью, пока условия остаются неизменными. Если раньше объектом исследования была отдельная «частичка» в этом потоке, то теперь предлагается рассматривать закономерности, управляющие потоком как целым2.

Перед нами вновь использование метода системного осмысления правовой действительности. Системный подход к фактической стороне юридического процесса позволяет выяснить, на наш взгляд, ряд интересных вопросов: какова структура фактической основы юридического процесса, значимость составляющих ее компонентов, их функциональная направленность, интенсивность.

Рассмотрим структуру процессуальной фактической системы.

В литературе отмечается, что одной из особенностей системы процессуальных фактов является то, что определяющее значение в ней приобретают та-

1  См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 306.

2  Там же.

 

 

4.3. Юридические факты                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              191

кие юридические факты, которые формируются в материальных правоотношениях. Именно они, пишет И. М. Погребной, передают юридическую энергию норм материального права в динамику процессуального производства1.

Подобную мысль приводит в своих работах В. Д. Сорокин, который, указывая на своеобразие юридических фактов административно-процессуального правоотношения, полагает, что, как правило, роль юридического факта при возникновении административно-процессуального отношения выполняет соответствующее материальное правоотношение2.

Фактами материально-правового характера, порождающими правоприменительные (процессуальные) отношения, служат обстоятельства, влекущие возникновение материально-правового отношения, которое и должно быть реализовано в юридическом процессе, пишут И. А. Галаган и А. В. Василенко3.

В целом таким юридическим фактом являются материально-правовые отношения, в связи с которым и дается ход юридическому делу, продолжают авторы. Оно выступает в качестве определяющего и интегрирующего обстоятельства для различных процессуальных фактов, в сочетании с которыми дает импульс последующему развитию правоприменительного отношения4.

На наш взгляд, эти рассуждения нуждаются в некоторых уточнениях. Авторы не учитывают существования в правовой действительности охранительных правовых связей. Как указывалось выше, одна

1  См.: Погребной И. М. Общетеоретические проблемы производств в юридическом процессе: Дисс. ... канд. юрид. наук. Харьков, 1982. С. 132.

2  См.: Сорокин В. Д. Административно-процессуальное отношение. М., 1968. С. 12.

3  См.: Галаган И. А., Василенко А. В. Указ. соч. С. 14.

4  Там же.

 

192                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 4. Процессуально-правовой механизм

из специфических черт юридического процесса (процессуального права) заключается в том, что им опосредуется развитие и осуществление особого материального охранительного правоотношения. Возникновение такого охранительного правоотношения или предположения о его возникновении (презумпции) является материальным юридическим фактом в процессуальной фактической системе, влекущим возникновение процессуального правоотношения (юридического процесса). Такие факты материально-правового характера (охранительные правоотношения) возникают вследствие наступления правовых аномалий.

Следующим важнейшим компонентом в процессуальной фактической системе являются процессуальные действия — это основной, определяющий вид юридических фактов в процессуальной фактической системе. В процессуально-правовом регулировании действия выступают в разных качествах. С одной стороны, они служат основаниями возникновения, изменения и прекращения процессуальных правоотношений, с другой — являются осуществлением субъектами процессуальных правоотношений своего процессуального права или выполнением своей процессуальной обязанности. Процессуальные действия выступают одним из элементов процессуального правоотношения. Но юридическое значение в процессе имеют не только процессуальные действия его субъектов, но и все процессуальное правоотношение в целом. В этом заключается важнейшая особенность процессуально-правового механизма, взаимопревращение одних его компонентов в другие. В ППМ юридические факты и правоотношения могут «меняться местами», правоотношения способны выступать в роли юридических фактов. Это обусловлено тем, что юридический процесс есть неразрывная цепь возникающих,  развивающихся и прекращающих-

 

4.3. Юридические факты                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              193

ся процессуальных действий и соответствующих отношений в их взаимосвязи и взаимообусловленности.

В форме правоотношений, пишет В. Б. Исаков, выступают важнейшие, наиболее значимые, существенные связи. Поэтому нет ничего удивительного в том, что право использует в качестве юридических фактов такой элемент реальности, как правовые отношения1. Закрепление в нормах процессуального права фактов-правоотношений обусловлено требованием законности, внутренними закономерностями правопорядка, предполагающего скоординированное возникновение и существование правовых связей.

Процессуальные действия и процессуальные факты-правоотношения занимают в процессуальной фактической системе центральное место, это основные и необходимые юридические факты в процессуальном фактическом составе. Кроме функции обеспечения возникновения, изменения и прекращения процессуальных правоотношений, они выполняют в ППМ функцию гарантий законности. Эти юридические факты — своего рода «ключевые точки» процессуально-правового регулирования. Так, законное принятие искового заявления, возбуждение уголовного дела предопределяют правомерность всех последующих действий.

В процессуальной фактической системе особое место занимают юридические события. Юридические события — это фактические обстоятельства, которые в отличие от юридических действий не зависят от воли людей2.

В процессуальной литературе сложились различные мнения по вопросу о природе и месте юридических событий в процессуальной фактической систе-

1  См.: Общая теория государства и права. Т. 2. С. 288.

2  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 357.

 

194                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

ме. Позиция одной группы авторов наиболее отчетливо проявляется в исследованиях Н. А. Чечиной, которая полагает, что действия, совершаемые в процессе судебной деятельности, могут находиться в определенной зависимости от фактов-событий. Однако процессуальные отношения всегда возникают не из этих событий, а всегда из действий, даже если последние обусловлены событиями и не могут совершаться без наступления или ненаступления событий. События могут служить только поводом к совершению действия или бездействия лиц, участвующих в процессе. Действия же служат посредствующим звеном между совершившимися событиями и возможностью возникновения процессуального правоотношения1.

Аналогичную мысль выдвигает и П. С. Элькинд, которая пишет, что даже тогда, когда уголовно-процессуальные отношения обусловлены событием или состоянием, они обязательно должны быть опосредованы определенными действиями, без которых невозможно реальное возникновение, изменение и прекращение правоотношений2.

Другая группа авторов рассматривает события на уровне самостоятельных компонентов в юридических составах. Так, А. Ф. Козлов полагает, что вынесение судом соответствующего определения полностью зависит от возникшего ранее правомочия: обстоятельством, порождающим последнее, является как раз смерть истца или ответчика, которую по своим последствиям можно квалифицировать не иначе как процессуальный юридический факт. Во-первых, последствия, с нею связанные, весьма значительны. Они касаются не только суда, но и граждан, органи-

1  См.: Чечина Н. А. Нормы гражданского процессуального права и их применение: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. С. 22.

2  См.:  Элькинд П. С. Сущность советского уголовно-процессуального права. С. 27.

 

4.3. Юридические факты                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                               195

заций. Смерть заинтересованного лица может непосредственно породить у гражданина право на вступление в процесс в качестве правопреемника, с нею связывается прекращение правоспособности. Одно это последнее, пишет автор, дает все основания считать события самостоятельными процессуальными юридическими фактами1. Подобную точку зрения разделяет Ю. И. Мельников2.

Думается, что роль юридических событий в динамике процессуальных правоотношений не стоит преувеличивать, равно как и преуменьшать. Юридические события порождают процессуальные правовые последствия только в совокупности с действиями, в пределах единых фактических составов.

Достаточно распространенной категорией процессуальных юридических фактов являются процессуальные сроки. А. Ф. Козлов процессуальные сроки относит к группе процессуальных фактов-событий и считает, что их истечение обычно влечет наступление очень существенных правовых последствий: утрачивается право на обжалование и опротестование, правоприменительный акт вступает в законную силу, взыскатель приобретает право требовать принудительного исполнения3.

Процессуальные сроки — это особая разновидность процессуальных юридических фактов, которые, так же как и процессуальные события, могут выступать только как элементы фактического состава. Срок сам по себе, вне связи с ситуацией, с ины-

1  См.: Козлов А. Ф. Гражданские процессуальные права и обязанности суда первой инстанции и процессуально-юридические факты // Ученые труды Свердловского юридического ин-та. Свердловск, 1968. Вып. 8. С. 345—346.

2  См.: Мельников Ю. И. Природа и содержание норм процессуального права в социалистическом обществе. Ярославль, 1976. С. 93—94.

3  См.: Козлов А. Ф. Указ. соч. С. 345—346.

 

196                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 4. Процессуально-правовой механизм

ми юридическими фактами, никакого содержания не несет — он значим как срок чего-либо1.

Юридические состояния — следующий компонент в процессуальной фактической системе — это обстоятельства, которые существуют длительное время, непрерывно или периодически порождая юридические последствия2.

К состояниям относятся гражданство, брак, нетрудоспособность, стаж, национальность, родство, специальность и т. д. Они выступают в совокупности с другими юридическими фактами, сами по себе не имеют юридического значения, но всегда выступают в качестве компонента юридического состава. В процессуальных правоотношениях, подчеркивает И. М. Погребной, юридические состояния имеют особое значение, поскольку подчас являются определяющими при установлении конкретного статуса участников процессуального правоотношения3.

Основным элементом процессуального фактического состава выступает процессуальный акт-документ. Появление процессуального акта — необходимое условие возникновения, изменения и прекращения процессуальных правоотношений. В литературе не показана должная значимость этого компонента процессуального фактического состава. Так, например, И. М. Погребной пишет, что такой промежуточный процессуальный акт-документ как протокол очной ставки выполняет роль ординарного компонента в юридическом составе4.

Процессуальный акт в процессуальной фактической системе занимает особое главенствующее место. Процессуальные действия и процессуальные от-

1  См.: Исаков В. Б. Фактический состав в механизме правового регулирования. М., 1986. С. 71.

2  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 360.

3  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 145.

4  Там же. С. 165.

 

4.3. Юридические факты                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              197

ношения могут повлечь юридические последствия только после соответствующего оформления в процессуальном акте. Подтверждением этому может служить анализ процессуальных норм, которые всегда требуют, чтобы любое процессуальное действие было внешне оформлено составлением предусмотренного законом процессуального документа. Процессуальные акты отражают подлинную сущность и содержание процессуальной деятельности, ее количественное и качественное постадийное развитие; они служат выражением развития не только процессуальной деятельности, но и соответствующих отношений1.

Процессуальные акты-документы подчеркивают формально-юридический аспект процессуальной деятельности2. Как отмечает В. К. Бабаев, в нем завершается логическое развитие юридической нормы3. Процессуальные документы выполняют роль важного средства, инструмента в технологии применения права, способствуют оптимальной реализации в поведении людей предписаний, заложенных в правовой норме4. Объективация результатов, достигнутых на любом этапе процессуального производства, осуществляется именно в этих документах, что гарантирует соблюдение законности.

Сущность процессуального документа сводится, прежде всего, к тому, что в нем оформляется властное волеизъявление лидирующих субъектов юридического процесса. Процессуальные документы долж-

1  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 61.

2  См.: Олейников С. Н. Общетеоретические проблемы юридической  процессуальной  формы:   Автореф.   дисс.   ...   канд. юрид. наук. Харьков, 1986. С. 23.

3  См.:  Бабаев В. К. Логико-юридическая природа правоприменительных актов  // Юридические гарантии применения права и режим социалистической законности в СССР. Ярославль, 1977. С. 19.

4 См.: Лукич Р. Методология права. М.,. 1981. С. 285—287.

 

198                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

ны отвечать строго установленным требованиям: быть законными и обоснованными, содержать четкое и ясное, грамотное изложение сведений и т. д. Эти требования четко закреплены в соответствующих нормативных актах. В литературе отмечается, что такими наиболее общими требованиями являются: соответствие процессуального документа тому закону, которым предусмотрено его составление, как по наименованию и форме, так и по содержанию; соответствие процессуального документа по своему содержанию фактическим обстоятельствам, установленным материалами дела; логичность, краткость и ясность; грамотность и культурность1.

Среди процессуальных актов-документов следует, на наш взгляд, выделять правоприменительные и иные процессуальные акты-документы, так как не вся властная деятельность в юридическом процессе является применением норм процессуального права.

Акт применения норм процессуального права есть документ индивидуально определенного характера, которым общее правило, сформулированное в процессуальной норме, переводится в конкретное предписание, трансформируются безличные права и обязанности в субъективные права и обязанности участников конкретных правоотношений2. Примерами актов применения норм процессуального права могут служить определения суда об удалении подсудимого, который нарушил порядок в судебном заседании (ч. 3 ст. 258 УПК РФ), а также аналогичное определение в процессе судебного разбирательства гражданского дела относительно лиц, участвующих в деле (ст. 149 ГПК РФ).

Под иными процессуальными актами-документами понимаются процессуальные акты компетентных   властных   органов,    в   которых   реализуются

1  См.: Процессуальные акты предварительного расследования: примерные образцы. М., 1972. С. 7.

2  См.:   Григорьев Ф. А. Акты применения норм советского права: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1971. С. 8.

 

4.3. Юридические факты                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              199

предписания, закрепляющие отдельные полномочия данных органов и оформляются иные действия, не связанные с применением норм процессуального права. В качестве примеров этой разновидности процессуальных документов укажем на протоколы, оформляющие различные следственные действия (допрос, обыск), определение суда о переносе судебного заседания и т. д.

Процессуальный акт — не рядовой элемент фактического состава. Он как бы аккумулирует юридическое содержание последнего, подводит итог его развитию1. Не случайно в большинстве составов индивидуальный акт предусмотрен в качестве его завершающего элемента. Включение индивидуального акта в фактический состав призвано обеспечить контроль со стороны государства за возникновением, изменением, прекращением правовых отношений2.

Завершающим элементом всей процессуальной фактической системы, замыкающим цепь процессуальных юридических фактов, является процессуальный акт — решение по юридическому делу3.

Таким образом, в динамике процессуального правоотношения различные процессуальные факты играют неодинаковую роль. Возникновение или предположение о возникновении материального охранительного правоотношения является исходным юридическим фактом в процессуальной фактической системе. Главное значение имеют процессуальные действия и процессуальные факты-правоотношения. Процессуальные события, состояние и сроки имеют подчиненное значение. Итоговым процессуальным фактом является процессуальный акт-документ (см.: Схема влияния юридических фактов на динамику процессуального правоотношения).

1  См.: Исаков В. Б. Юридический состав в механизме правового регулирования. С. 57.

2  См.: Общая теория государства и права. Академический курс. С. 296.

3 См.: Галаган И. А., Василенко А. В. Указ. соч. С. 14.

 

Охранительное материальное правоотношение

Процессуальные сроки

Юридические события

Юридические состояния

Процессуальные действия

Процессуальные факты-правоотношения

Процессуальный акт-документ

о о

Процессуальное правоотношение

4.4. Процессуальные правоотношения и их особенности

В общей теории права практически нет работ, в которых бы предпринимались попытки на общетеоретическом уровне исследовать специфику процессуальных правоотношений. Такая попытка была предпринята лишь в диссертационной работе А. В. Погодина «Процессуальные правовые отношения: теоретические и методологические вопросы». Некоторые теоретические проблемы процессуальных правоотношений поднимались в ряде диссертационных работ, посвященных тем или иным вопросам процессуального права1.

В отраслевых процессуальных науках процессуальные правовые отношения привлекли более пристальное внимание. Им посвящены монографии В. Н. Щеглова, В. Д. Сорокина, В. П. Божьева, Б. Д. Дрейшева, П. Ф. Елисейкина и др.2

К исследованию процессуальных правовых отношений наряду с другими проблемами юридического процесса обращались Ю. М. Козлов, М. С. Шакарян, Л. С. Явич, Л. В. Коваль, В. А. Лория, А. А. Мельников и др.3

1  См.:  Погребной И. М. Указ. соч.;  Шагиева Р. В. Указ. соч.

2  См.: Щеглов В. Н. Гражданское процессуальное правоотношение. Томск, 1966; Сорокин В. Д. Административно-процессуальное отношение. Л., 1968; Божьев В. П. Уголовно-процессуальное  правоотношение.   М.,   1975;    Елисейкин  П.  Ф. Гражданские   процессуальные   правоотношения.   Ярославль, 1975; Зейдер Н. Б. Гражданские процессуальные правоотношения. Саратов, 1965;  Чечина Н. А. Гражданские процессуальные отношения. Л., 1962; Дрейшев Б. Д. Правотворческие отношения   в   советском   государственном   управлении.   Л., 1978.

3  См.: Козлов Ю. М. Предмет советского административного права. М., 1967. С. 83—97; Шакарян М. С. Субъекты совет-

 

202                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

В указанных работах предпочтение отдается особенностям отраслевых процессуальных правоотношений, без какой-либо попытки общетеоретического обобщения. Однако немаловажное значение имеет и проблема фундаментального исследования модели процессуального правоотношения как специфической категории в системе категорий общей теории права1.

Прежде чем обратиться к исследованию процессуального правоотношения, принципиально важно определиться с общим понятием правоотношения. Ведь от точки зрения по данному вопросу автора, занимающегося проблемой процессуально-правовых отношений, зависит решение частных вопросов как теории процессуальных правоотношений (например, вопроса о содержании, объекте процессуального правоотношения), так и механизма процессуального регулирования (его структуры). И здесь важно не допустить логического противоречия, когда, например, решение отдельных вопросов процессуального правоотношения противоречит общей позиции автора по вопросу о понятии правового отношения2.

ского гражданского процессуального права. М., 1970; Явич Л. С. Общая теория права. Л., 1976. С. 223—233; Коваль Л. М. Ад-министративно-деликтное отношение. Киев, 1979. С. 46—55; Лория В. А. Конституция СССР и актуальные вопросы кодификации административно-процессуального права. Тбилиси, 1979. С. 13—41; Курс советского гражданского процессуального права. М., 1981. Т. 1. С. 178—213.

1  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 67. На то, что теоретическое знание о процессуальных правоотношениях допустимо интерпретировать   как   категорию   теории   права,   указывает А. В. Погодин. См.: Погодин А. В. Процессуальные правовые отношения:    теоретические    и    методологические      вопросы. С. 121.

2 Например, не ясна позиция Н. А. Чечиной по вопросу об объекте процессуального правоотношения. См.: Елисейкин П. Ф. Объект    гражданских    процессуальных    правоотношений    и предмет судебной деятельности в гражданском  процессе // Вестник Ярославского ун-та. 1972. Вып. 4. С. 31.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       203

Вопрос о понятии правоотношения (как и многие другие вопросы теории правоотношения) является в теории права дискуссионным. Широко распространено представление о нем как об урегулированном нормами права общественном отношении. В этом случае понятие правоотношения трактуется как результат реализации правовой нормы (Б. Л. Назаров, И. Сабо, Р. О. Халфина).

Ряд авторов рассматривают правоотношение как особую идеологическую связь, существующую наряду с фактическими общественными отношениями. С этой позиции правоотношение есть не что иное, как отношение, специально создаваемое нормами права в целях урегулирования существующих общественных отношений1.

В этом смысле оно представляет собой чистую связь субъективного права и юридической обязанности, взятую в отрыве от фактического общественного отношения, представляя собой не результат, а средство правового регулирования.

Данные подходы к определению правоотношения сформировались в рамках нормативистского понимания права, доминировавшего в советской правовой науке. Пользуясь широким подходом к пониманию права, Ю. В. Гревцов определяет правоотношение как специфическую форму социального взаимодействия субъектов права с целью реализации интересов и достижения результата, предусмотренного законом или не противоречащего закону, а также иным источникам права2.

Учитывая сказанное, попытаемся определиться с понятием процессуального правоотношения, исполь-

1  См.: Стальгевич А. К. Некоторые вопросы теории социалистических правовых отношений // Советское государство и право. 1957. № 2. С. 24—25; Кечекьян С. Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1958. С. 16—18; Толстой Ю. К. К теории правоотношения. Л., 1959. С. 18—23.

2  См.: Общая теория государства и права. С. 279.

 

204                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

зуя которое в дальнейшем, построим его интегральную модель. За основу понятия процесуального пра-вотношения следует взять общее понятие правоотношения как урегулированного правом общественного отношения, представляющего собой единство юридической формы и фактического содержания. Две же другие, ранее приведенные позиции, на наш взгляд, принципиально неприменимы для построения теории процессуального правоотношения в силу специфических особенностей последнего.

Итак, процессуальное правовое отношение — это возникающая на основе норм процессуального права правовая связь субъектов процессуального права (связь субъективного права и юридической обязанности), взятая в единстве с их фактическим поведением.

Признаки процессуальных отношений.

1. Функциональное назначение процессуальных правоотношений.

Выяснение функционального назначения процессуальных правоотношений имеет немаловажное значение для выяснения их специфических признаков.

В литературе отмечается, что процессуальное правоотношение представляет собой явление вторичное по сравнению с материальным правоотношением1, производно от последнего, имеет по отношению к нему подчиненный, служебный характер2, ибо назначение процессуальных правоотношений состоит в обеспечении реализации материальных правоотношений.

Несмотря на то что в работе уже было высказано мнение о характере взаимосвязи между материальным и процессуальным правом и обоснована относи-

1   См.:   Юридическая   процессуальная   форма:   Теория   и практика. М., 1976. С. 33—34.

2  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 75; Погребной И. М. Указ. соч. С. 80.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    205

тельная самостоятельность последнего, считаем необходимым дополнительно к сказанному отметить следующее. Неправомерно сужать функции процессуальных правоотношений лишь обслуживанием потребностей реализации норм материального права. Как правильно указывает Р. Е. Гукасян, истоки подобного подхода лежат в смешении таких правовых категорий, как правоприменительная деятельность и применение нормы материального права1.

Правоприменительная деятельность (в части юрисдикционной правоприменительной деятельности — совокупность процессуальных правоотношений) включает несколько стадий: установление фактических обстоятельств дела, выбор и анализ нормы права, принятие решения по делу, выраженное в акте применения нормы права.

Правоприменительная деятельность может завершиться тем, что не будет установлен фактический состав, который необходим для применения нормы материального права. Тогда конечным будет акт, подтверждающий отсутствие условий для применения материального права. Таким образом, применение нормы материального права не произошло, но правоприменительная деятельность тем не менее имела место. Поэтому процессуальную деятельность (процессуальные отношения) нельзя рассматривать исключительно в качестве формы реализации норм материального права. Процессуальные правоотношения существуют самостоятельно, пишет автор2. Их назначение не сводится к применению материальных правовых норм, а заключается в устранении любых помех регулирующему действию права3.

1 См.: Гукасян Р. Е. Соотношение материального и процессуального права, норм и правоотношений. С. 18—19.

2  Там же.

3  См.: Протасов В. Н. Основы общеправовой процессуальной теории. С. 60.

N-1307

 

206                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

Вместе с тем процессуальное правоотношение — это необходимое средство применения охранительных материальных правовых норм1.

Более того, процессуальное правоотношение является необходимым средством обеспечения соблюдения норм права, так как сама возможность его возникновения играет важную роль в деле обеспечения соблюдения тех норм, гипотезы которых предполагают неправомерное поведение2.

2. В процессуальной литературе широко распространено мнение о том, что процессуальные правовые отношения могут возникать и существовать не иначе как в форме правовых3.

Впервые такую точку зрения обосновала Р. Ф. Кал-л истратова4.

Тезис о том, что процессуальные правоотношения в действительности могут существовать только лишь как правовые отношения, означает, что вне правовой формы, в виде лишь фактических отношений они существовать не могут. Это обстоятельство даже послужило основанием к утверждению, что «процессуальные отношения не облекают в свою форму фактические отношения»5.

1  Реализация материальной регулятивной нормы осуществляется в рамках охранительных правоотношений, реализация охранительной материальной нормы — в рамках процессуальных правоотношений.

2  См.: Иоффе О. С, Шаргородский М. Д. Вопросы теории права. М., 1961. С. 195.

3  См.: Строгович М. С. Уголовно-процессуальное право в системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 4. С. 103. Лишь отдельными авторами отрицается такая особенность процессуальных правоотношений. Подробнее см.: Ринг П. М. К вопросу о гражданских процессуальных правоотношениях // Ученые записки Всесоюзного ин-та юридических наук. 1963. Вып. 16. С. 51; Кокорев Л. Д. Участники правосудия по судебным делам. Воронеж, 1971. С. 44.

4  См.: Каллистратова Р. Ф. Институт «особого участия» государственных и общественных организаций в советском гражданском процессе: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1954. С. 5.

5  Чечина Н.А. Гражданское процессуальное отношение. С. 55.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                      207

Такое утверждение нужно уточнить, поскольку оно может навести на мысль, будто процессуальные отношения представляют собой только юридическую форму, которая никогда не сливается с фактическими отношениями в качестве своего содержания1.

Укажем, что данный подход является неприемлемым, во-первых, потому, что не согласуется с общим понятием правоотношения, указанным выше. Справедливо в связи с этим также отмечалось, что если следовать этому определению, то окажется, что процессуальное право регулирует не фактические общественные отношения, а правоотношения, т. е. результат своего же воздействия2.

Однако дело обстоит иначе. Процессуальные отношения, как и иные правоотношения, не существуют только в виде правовой связи, считает П. Ф. Ели-сейкин, их содержанием также являются фактические общественные отношения. Последние же в противоположность, например, брачно-семейным, некоторым имущественным, которые могут существовать сначала как фактические отношения, а затем, будучи урегулированы нормами права, становятся правовыми отношениями, возникают и существуют только как правовые отношения3.

Полагаем, подобная аргументация никак не разъясняет  положения.  Здесь  автор категорически

1  См.: Елисейкин П. Ф. Объект гражданских процессуальных отношений и предмет судебной деятельности в советском гражданском процессе. С. 31.

2  См.: Авдеенко Н. И., Кац С. Ю. О предмете советского гражданского процессуального права // Вестник Ленинградского ун-та. Серия экономики, философии и права. 1966. № 5. С. 119; Жеруолис И. А. О содержании и формах гражданского процессуального  права  //  Советское  государство  и  право. 1965. № 11. С. 29.

3  См.: Елисейкин П. Ф. Объект гражданских процессуальных отношений и предмет судебной деятельности в советском гражданском процессе. С. 32.

 

208                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 4. Процессуально-правовой механизм

не допускает существования процессуальных отношений, не урегулированных правом. Однако даже в этой работе П. Ф. Елисейкин смягчает свою позицию и пишет, что процессуальные отношения, как правило, «создаются» законодателем, в современных условиях подавляющая часть процессуальных отношений возникает на основе лишь норм процессуального права и в том виде, в каком это предусматривается нормами права; что процессуальные отношения обычно возникают лишь как правовые отношения в том смысле, что их фактическое содержание без нормы права существовать не может, что оно (фактическое содержание) создается нормами права, вызывается к жизни именно ими1.

Делая логическое умозаключение из сказанного, можно констатировать, что автор уже допускает существование процессуальных отношений, не урегулированных правом.

В отдельные исторические периоды и на отдельных территориях суд и судоустройство не были подчинены писаному праву. Лишь на определенном уровне развития общества возникает потребность в правосудии как особой разновидности государственной деятельности, осознаваемой законодателем и регулируемой им с большей или меньшей степенью детализации. Законодатель не стремится упорядочивать все без исключения отношения, возникающие в суде, поскольку это просто-напросто неосуществимо, да и нет какой бы то ни было надобности в таком «заорганизованном» процессе. Здесь действует универсальное правило, в соответствии с которым чрезмерная регламентация нежелательна. В повседневной социальной действительности тот или иной процесс представляет собой достаточно сложную систему, призванную урегулировать в индивидуально-право-

1 См.: Елисейкин П. Ф. Объект гражданских процессуальных отношений и предмет судебной деятельности в советском гражданском процессе. С. 35.

 

4.4. Процессуальные правоотношения

209

вом порядке те или иные аномальные проявления соответствующего материального правоотношения. И в эту систему те или иные процессуальные правоотношения входят на правах подсистемы. Эта система, по мнению А. В. Погодина, наряду с подсистемой процессуально-правовых отношений включает подсистему материальных правоотношений (охранительных) и подсистему процессуальных отношений, не урегулированных правом1.

Действительно, в любом конкретном процессе имеет место группа процедурных отношений, не урегулированных процессуальным правом. Но возникает вопрос: правомерно ли определять эти отношения процессуальными? Процессуальные отношения детерминируются, как неоднократно указывалось, потребностями законного и гарантированного разрешения правовой аномалии. Подобную гаранти-рованность может обеспечить лишь государство посредством правового регулирования. Процессуальные отношения — это процедурные отношения, направленные на разрешение правовой аномалии и всегда урегулированные процессуальным правом. Необходимость гарантировать социальный результат обусловливает урегулированностъ процессуальных отношений процессуальным правом.

Существование процессуальных правоотношений лишь в качестве правовых, на наш взгляд, является важнейшим сущностным признаком процессуальных правоотношений. И это отнюдь не означает, что они лишены своего фактического содержания. Процессуальное правоотношение становится реальным фактом в той мере, в какой оно проявляется вовне — в поведении, состоящем из действий субъектов процесса, и находит свое отражение в процессу-

1 См.: Погодин А. В. Указ. соч. С. 27. Одним из первых в советской общей теории права последнюю группу выделил Н. Н. Вопленко. См.: Вопленко Н. Н. Социалистическая законность и применение права. Саратов, 1983. С. 51—52.

 

210                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

альном документе, если этот документ обязателен для фиксации отношения. Как пишет Л. С. Явич, в процессуальных правоотношениях форма сливается с фактическим содержанием правоотношения1.

3.  Следующей особенностью процессуальных правоотношений является их властный характер. Процессуальные правоотношения построены на началах субординации, по  «вертикали», имеют иной состав участников,   нежели  состав  участников  материальных правоотношений. Одной из сторон в них всегда выступает орган власти — суд или иной компетентный  орган,  наделенный властными  полномочиями по отношению к другой стороне.  Процессуальным правоотношениям свойственен также публичный характер, они порождаются деятельностью субъектов, осуществляемой в государственных или общественных интересах и обеспечиваемой соответствующей охраной государства2.

4.  В литературе также указывается, что процессуальные правоотношения складываются ради «чужого» интереса, заложенного в материальном правоотношении3. Для субъекта, наделенного властными полномочиями  в  процессуальном  правоотношении, применение нормы материального права не влечет никаких последствий, вытекающих непосредственно из данной нормы.

5.  Отличительной чертой процессуальных правоотношений также является то, что они имеют как бы «двойную» юридическую природу. Они, если так можно выразиться, дважды юридические4, так как опосредуют процесс реализации норм материального

1  См.: Явич Л. С. Общая теория права. С. 226.

2  См.: Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 74.

3  См.: Горшенев В. М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. М., 1972. С. 30.

4 См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 83.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       211

права   и   являются   результатом   реализации   норм процессуального права.

6.  Процессуальные правоотношения в отличие от материально-правовых возникают преимущественно на  основе  юридических фактов-действий.   Решающее значение для возникновения и развития процессуальных правоотношений — возбуждения дела по конкретной   материально-правовой   ситуации,   рассмотрения   его   и  т.   д.   —   имеют    процессуальные акты уполномоченных на то органов и должностных лиц, а также других лиц, реализующих свои субъективные   «правопритязательные»   правомочия, обеспеченные государственной защитой (обращение гражданина с исковым заявлением и т. д.).

7.  В отличие от материальных норм процессуальные нормы регулируют отношения «динамические», для которых действия их субъектов имеют особое значение1. Всю динамику и в конечном счете индивидуализирующие свойства процессуальных правоотношений   можно   проследить   благодаря   именно процессуальным действиям их субъектов2.

На непрерывность движения как специфическую черту процессуальных правоотношений обращал внимание С. С. Алексеев3. При рассмотрении и решении гражданских дел, расследовании, рассмотрении и решении уголовных дел образуется непрерывная цепь взаимозависимых процессуальных правоотношений. «Гражданские процессуальные правоотношения, — пишет Н. А. Чечина, — находятся в постоянном движении, так как возможность возникновения каждо-

1  Об этом пишут В. Д. Сорокин и Б. В. Дрейшев. См.: Сорокин В. Д.    Административно-процессуальное  право.   С.   100; Дрейшев Б. В. Правотворческие отношения в советском государственном управлении. С. 71.

2  См.: Щеглов В. Н. Гражданское процессуальное правоотношение. С. 83.

3  См.:   Алексеев С.  С.  Общая  теория  социалистического права. Т. 1. Свердловск, 1963. С. 133 и след.

 

212                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

го правоотношения обусловлена возникновением, существованием или прекращением другого, предшествующего ему во времени отношения, и само это отношение в свою очередь предопределяет возможность возникновения, развития или прекращения иных самостоятельных процессуальных правоотношений»1. Такая же особенность свойственна и уголовно-процессуальным правоотношениям2.

Из сказанного следует, что процессуальные правоотношения динамичнее материальных правоотношений, отличающихся большей степенью стабильности.

8. И. М. Погребной выделяет еще одну особенность процессуальных правоотношений: они «короче» материальных во времени (материальные отношения возникают раньше и завершаются позже). На протяжении всего производства по конкретному делу единое материальное правовое отношение будет присутствовать в качестве составного компонента в процессуальном фактическом составе наряду с процессуальным правоотношением или процессуальным документом, предваряющим возникновение нового процессуального отношения3. Поэтому для процессуальных правоотношений в большей степени характерны системность, одномоментность и в связи с этим множественность субъектов.

Процессуальные правоотношения — это решающий элемент механизма правового регулирования, важнейшее средство реализации не только процессуальных, но и материально-правовых норм.

Итак, мы рассмотрели характерные признаки процессуальных  отношений,  однако  их  специфика

1  Чечина Н. А. Гражданские процессуальные отношения. С. 56; Щеглов В. Н. Указ. соч. С. 29 и след.

2  См.: Элькинд П. С. Указ. соч. С. 21.

3  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 85.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    213

указанными чертами не исчерпывается. Рассмотрим теперь особенности структуры процессуального правоотношения.

Субъекты процессуального правоотношения. Исследование вопроса о субъектах процессуального правоотношения логичнее начать с исследования их состава. Для процессуального правоотношения характерно многообразие и множественность состава субъектов. В юридической литературе предприняты заслуживающие внимания попытки классификации субъектов процессуальных правоотношений.

В зависимости от того, в рамках каких базовых отношений они определяются, обладателем какого правового статуса становятся, различают обязательные и факультативные субъекты1.

Процессуальные действия факультативных субъектов должны служить лишь средством доказывания (свидетель, эксперт и др.). К факультативным субъектам относят и лиц, имеющих юридический интерес в деле (представители обвинения и защиты) и призванных действовать с целью выполнения государственных и общественных задач, которые возложены на них законом2.

Интересной представляется классификация И. М. Погребного. Субъекты процессуальных правоотношений подразделяются на группу непосредственно заинтересованных в результатах юридического процесса лиц, т. е. тех, защите чьих интересов, реализации субъективных прав и юридических полномочий, осуществлению юридических обязанностей или претерпеванию юридической ответственности которых способствует весь арсенал процессуальных способов, средств и приемов, и на группу «лидирующих» субъектов (в литературе предложены иные термины, например «субъекты — органи-

1  См.: Шагиева Р. В. Указ. соч. С. 125.

2  См.: Коваль Л. В. Указ. соч. С. 111.

 

214

Глава 4. Процессуально-правовой механизм

заторы процесса»1), выполняющих свои функции в «чужом» интересе, в целях оптимального решения разбираемого юридического дела2.

Ранее подчеркивалось, что процессуальные правоотношения строятся на началах субординации (по вертикали), где хотя бы один из субъектов наделен властными полномочиями. Таким образом, властное начало в процессуальном правоотношении необходимо предполагает наличие обязательного, специального, решающего (лидирующего) субъекта. Таким обязательным решающим субъектом, например в гражданском процессе, является суд. В процессуальных правоотношениях одни и те же субъекты, реализующие властные полномочия, на различных этапах и во взаимоотношениях с разными субъектами могут выступать в различном качестве (например, в уголовном судебном процессе прокурор подчинен суду, так как суд единственный носитель властного начала в процессуальном правоотношении, а на предварительном следствии прокурор независим).

Итак, особенностью субъектного состава процессуального правоотношения является обязательное наличие властного субъекта, действующего от имени государства.

Всех субъектов процессуального правоотношения можно разделить на две группы:

• лица, имеющие юридический интерес в решении дела;

• лица, не имеющие интереса в разрешении дела. Первая группа, в свою очередь, подразделяется на:

а) лиц, имеющих личный (субъективный) интерес, как материально-правовой, так и процессуальный;

б)   лиц,   имеющих   общественный,   государственный интерес, т. е. чисто процессуальный.

1  См: Актуальные проблемы юридического процесса в общенародном государстве. Ярославль, 1980. С. 6—7.

2  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 91.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                      215

Все лица, имеющие юридический интерес в разрешении дела, относятся к группе основных субъектов процессуального отношения. Лица, содействующие разрешению юридического дела (представители, свидетели, эксперты), являются неосновными субъектами процессуального правоотношения.

В юридической литературе называют также обязательных субъектов процессуального правоотношения (их участие в процессуальном правоотношении императивно закреплено в законе) и необязательных1.

Состав субъектов процессуального правоотношения не является неизмененным и постоянным. Он зависит от стадии процесса и характера совершаемых действий в ходе развития и движения процесса, оснований привлечения (вступления) в процесс тех или иных участников, обстоятельств дела, предмета судебной защиты, в частности от характера спорного материального правоотношения и состава его субъектов2.

От характеристики состава субъектов процессуального правоотношения перейдем к исследованию их особенностей.

Для юридического процесса характерно, что отдельные его участники, становясь субъектами процессуального правоотношения, не перестают одновременно быть и участниками материальных правоотношений.

Все субъекты процессуальных правоотношений связаны между собой коррелятивными связями, например субъективное процессуальное право — процессуальная обязанность или юридическая ответственность и т. д., но чтобы специфическая социальная связь такого типа не оказалась только возможностью, предусмотренной нормами процессу-

1  См.: Гражданское процессуальное право России. С. 53.

2  Там же.

 

216                                                                                                                                                                                                                                                                                                Глава 4. Процессуально-правовой механизм

ального права, субъекты процессуального правоотношения должны обладать процессуальной правосубъектностью1. Правосубъектность есть общая предпосылка участия граждан, организаций в правоотношении2. Процессуальная правосубъектность как установленная законом возможность быть субъектом процессуальных правоотношений охватывает понятие процессуальной правоспособности и процессуальной дееспособности. Процессуальная правоспособность — это установленная законом возможность иметь процессуальные права и обязанности. Особенность процессуальной правоспособности состоит в том, что она возникает одновременно с правоспособностью в материальном праве3, реализация норм которого осуществляется в юридическом процессе. В этом проявляется связь материального и процессуального права.

Однако по содержанию правоспособность в материальном праве не тождественна процессуальной правоспособности. Если правоспособность в материальном праве — это возможность иметь соответствующие материальные права и обязанности (гражданские, административные, трудовые, семейные), то процессуальная правоспособность — это возможность иметь процессуальные права и обязанности, например быть стороной, заявителем, третьим лицом.

Процессуальная дееспособность есть способность лично осуществлять свои процессуальные права, исполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела представителю. Процессуальное право не

1  Наличие этого института в гражданском процессуальном праве признается не всеми. См.: Курс советского гражданского процессуального права. М., 1981. Т. 1. С. 225.

2 См.: Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М., 1981. С. 20, 126.

3  См.: Шакарян М. С. Указ. соч. С. 37.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    217

предусматривает каких-либо ограничений процессуальной дееспособности1.

В процессуальной литературе имеются высказывания о том, что процессуальные правоспособность и дееспособность зависят от материальной право-дееспособности и полностью ею определяются2. На наш взгляд, существование тесных связей между процессуальной и материальной право-дееспособностью не дает оснований для их отождествления. Процессуальная право-дееспособность имеет свое собственное содержание, отличное от содержания материальной право-дееспособности. Кроме того, следует также отметить, что процессуальная правосубъектность участников процесса, обладающих различными процессуальными правами и обязанностями, таких как суд, прокурор, органы государственного управления в гражданском процессе, эксперты, свидетели, не связана с материальной правосубъектностью3.

Необходимо обратить внимание еще на одно существенное обстоятельство, оттеняющее специфику процессуальных правоотношений по субъектному признаку. Как известно, в любом процессуальном правоотношении одной из сторон всегда выступает государственный или уполномоченный государством орган с властными полномочиями. Последние, как правило,  находят нормативное закрепление в  про-

1  См.: Гражданское процессуальное право России. С. 59.

2 См.: Гражданский процесс. М., 1948. С. 86; Шакарян М. С. Указ. соч. С. 92.

3  Вопрос о том, обладают ли участники процесса, не имеющие материальной заинтересованности в исходе дела, процессуальной правосубъектностью, является дискуссионным. См.: Абрамов  С.  Н.  Советский  гражданский  процесс.   М.,   1952. С. 93—95; Сергун А. К. О процессуальной правоспособности // Советское государство и право. 1974. № 2. С. 31—37. Однако преобладает мнение, что процессуальной правосубъектностью обладают все участники процесса. См.: Курс советского гражданского процессуального права. С. 223.

 

218                                                                                                                                                                                                                                                                                                  Глава 4. Процессуально-правовой механизм

цессуальных актах или в нормативно-правовых актах наряду с нормами материально-правового характера.

Государственно-властные процессуальные полномочия выполняют функцию конкретизирующих компонентов общей компетенции уполномоченных органов или ее определенной части, одновременно выступая в качестве элемента содержания конкретного процессуального правоотношения. Правосубъектность уполномоченного органа предопределяется компетенцией, а она заключается в определении сферы общественных отношений, в рамках которой действует орган государства, т. е. круга его деятельности. Последний, в его юридически значимом отражении, в законодательстве называют предметом ведения органа государства1.

В частности, для судебных органов предмет ведения раскрывается через категорию «подведомственность», определяемую в качестве полномочий судебных органов в отношении разрешения конкретных юридических дел. Роль основного критерия при определении подведомственности дел суду закон отводит характеру возникших материальных правоотношений.

Таким образом, в первом приближении, определение стороны с властными процессуальными полномочиями в процессуальном правоотношении должно начинаться с выяснения, входят ли процессуальные правоотношения в сферу деятельности данного субъекта. А в целом содержание конкретного процессуального отношения невозможно определить без выяснения объема процессуальной регламентации, объективируемой в его процессуально-властных полномочиях2.

1  См.: Кутафин О. Е., Шеремет И. Р. Компетенция местных советов. М., 1982. С. 27.

2  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 103.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    219

Содержание    процессуального    правоотношения.

При рассмотрении признаков процессуального правоотношения отмечалось, что процессуально-правовое отношение — это всегда правовое отношение, не существующее вне правовой формы. Однако процессуальные правоотношения, как и иные правоотношения, не существуют только в виде правовой связи, их содержанием также является фактическое общественное отношение. Особенностью процессуального правоотношения является то, что его правовое содержание неразрывно связано с фактическим содержанием. Вопрос о содержании правоотношения в общей теории права принадлежит к числу дискуссионных. Одни авторы под содержанием правоотношения понимают фактическое поведение его субъектов, реальное взаимодействие в правовой сфере (Л. С. Явич), другие считают таковым субъективные права и юридические обязанности (Ю. К. Толстой). Ю. В. Гревцов под содержанием правоотношения предлагает понимать взаимодействие субъектов правового отношения, но не всякое, а лишь протекающее в определенной, предписанной нормой объективного права форме в качестве юридически предусмотренной и значимой деятельности1. Данный подход представляется наиболее приемлемым, учитывающим специфику процессуального правоотношения. И поэтому под содержанием процессуального правоотношения будем понимать связь субъектов процессуального правоотношения, воплощающуюся в субъективных правах и юридических обязанностях, юридических полномочиях, юридической ответственности и соответствующем им фактическом поведении.

По мнению А. В. Погодина, связь между субъектами процессуального правоотношения может быть в виде: а) связи, если налицо обоюдная заинтересованность  в  законном  и  справедливом  воплощении

1 См.: Гревцов Ю. В. Указ. соч. С- 82.

 

220                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Глава 4. Процессуально-правовой механизм

материально-правового установления в регулируемое общественное отношение; б) односторонней зависимости, если управляющий субъект, например судья, употребляет властные полномочия, побуждая другую сторону принять посильное участие в установлении истины по делу; в) взаимного отчуждения, если содержание отношения сводится к формальному соблюдению процессуально-правовых требований по принципу «что ни делай — все предрешено»; г) более сложной комбинации или перманентной смены указанных вариантов взаимодействия1.

Как указывалось, процессуальное правоотношение — это процедурное отношение, урегулированное процессуальным правом.

Поэтому другая специфическая особенность содержания процессуального правоотношения заключается в том, что в нем отчетливо проявляется процедурный характер взаимодействия субъектов. Границы возможного поведения субъекта процессуального правоотношения очерчены не только предметом возможного поведения, т. е. тем, что дозволенно делать, но и тем, как, каким образом, в какой последовательности, в какое время возможно собственное активное поведение. Аналогичными дополнительными компонентами наделена и юридическая процессуальная обязанность как необходимая мера должного поведения субъектов процессуального правоотношения.

Процедурный характер процессуального правоотношения обусловливает его динамичность. Более того, содержание процессуально-правового отношения, главным образом, характеризуется своей динамичностью и поступательным развитием, ибо сам процесс разрешения любого юридического дела всегда начинается из каких-то первичных фактических данных и обстоятельств и связан с их поступательным накоплением,  а  в  конечном  счете преследует

1 См.: Погодин А. В. Указ. соч. С. 74—75.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       221

цель добыть как можно более полные и достоверные сведения о рассматриваемом деле. Это в свою очередь определяет то, что объем прав, обязанностей, полномочий и ответственности участников процессуально-правовых отношений, как правило, не бывает стабильным и в определенной мере изменчив на всем протяжении процессуального производства1.

Коррелятом субъективного права в правоотношении является юридическая обязанность. Юридическая обязанность корреспондирует субъективному праву, однако это имеет место только на таком уровне, когда складываются связи и взаимодействия между равноправными участниками правового отношения. Для процессуального правоотношения, как указывалось, характерно обязательное участие властного (управляющего, лидирующего) субъекта. В содержании процессуального правоотношения, следовательно, заключен несколько иной характер связи. В данном аспекте целесообразно, с одной стороны, выделять полномочие соответствующего лидирующего субъекта процесса (субъекта с государственно-властными полномочиями)2, а с другой — корреспондирующие им процессуальные права и юридические обязанности ординарных участников процесса.

Процессуальные полномочия нельзя в «чистом» виде отнести ни к процессуальным правам, ни к процессуальным обязанностям. По своему назначению это в некотором роде продукт синтеза тех и других3. В первую очередь процессуальные полномочия

1  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 106, 107.

2  В. А. Юсупов ставит вопрос несколько по-иному, подчеркивая,  что на содержание процессуального правоотношения большое влияние оказывают функции управления. См.: Юсупов В. А. Правоприменительная деятельность органов управления. М., 1979. С. 23.

3  См.: Козлов А. Ф. Указ. соч. С. 326; Советское гражданское процессуальное право: Уч. пособие / Под ред. М. А. Гурви-ча. М., 1964. С. 12.

15-1307

 

222                                                                                                                                                                                                                                                                                                    Глава 4. Процессуально-правовой механизм

следует рассматривать как компонент компетенции соответствующего органа. Одновременно наличие процессуальных полномочий может служить существенным признаком юридической компетенции уполномоченного органа в конкретных правоотношениях. Большинство авторов понятием государственно-властных полномочий охватывали и права, и обязанности государственных органов1. Вместе с тем, как указывал С. С. Алексеев, правомочия и обязанности государственного органа, сочетаясь в рамках его компетенции, сохраняют относительно самостоятельный характер.

Однако здесь следует согласиться с И. М. Погребным, что в отношении государственных органов было бы правильно говорить не о характере прав и обязанностей, а о структуре их полномочий применительно к конкретным сферам процессуальных отношений2. Так, интересную схему предлагает Л. Б. Алексеева, которая разграничивает два аспекта в правообязыва-ющем характере полномочий должностного лица:

а)  принципиальная схема регулирования поведения должностного лица;

б)  порядок этой схемы в  конкретных процессуальных ситуациях3.

Общая принципиальная схема предполагает, прежде всего, определение для любого государственного органа, должностного лица сферы приложения его властных полномочий4. Думается, что здесь речь идет об определении круга вопросов, которые призван решать данный орган, т. е. об определении предмета его деятельности.

1 Об этом писали: Кечекьян С. Ф. Указ. соч. С. 58; ГенкинД. М. Право собственности в СССР. М., 1961. С. 43—47.

2  См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 117.

3  См.: Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М., 1979. С. 147—149.

4  Там же. С. 148.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                      223

Присоединяясь в целом к мысли, что правообязы-вающий характер полномочий выражается в том, что для должностных лиц определяются пределы их прав относительно других лиц и органов и одновременно возлагается обязанность использовать предоставленные права для достижения установленных целей1, следует учитывать сочетание процессуальных прав и обязанностей в рамках процессуальных полномочий, их различные композиции в конкретных процессуальных правоотношениях, принимая во внимание динамичность и многосубъектность последних.

Среди процессуально-правовых отношений выделяют регулятивные и охранительные. Охранительные процессуальные правоотношения возникают в результате нарушения процессуальной обязанности. В литературе имеется точка зрения, согласно которой структура содержания процессуального охранительного правоотношения наряду с указанным элементом включает процессуальную юридическую ответственность2, под которой понимается элементарное ухудшение процессуального положения субъекта процессуальных отношений вследствие применения к нему мер пресечения более репрессивного характера.

Одними из первых в процессуальной литературе достаточно обоснованные доводы в пользу существования процессуальной ответственности выдвинули П. С. Элькинд и Н. А. Чечина3.

Эта концепция получила широкую поддержку в юридической науке и продолжает плодотворно раз-

1  См.: Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. С. 148, 149.

2 См.: Погребной И. М. Указ. соч. С. 122.

3 См.: Элькинд П. С, Чечина Н. А. Об уголовно-процессуальной и гражданской процессуальной ответственности // Советское государство и право. 1973. № 3. С. 33—34; Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. С. 85—105.

 

224                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

виваться1. Так, П. С. Элькинд подчеркивает, что, несмотря на взаимосвязь и взаимопроникновение уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений, отождествление уголовной и уголовно-процессуальной ответственности недопустимо, как недопустимо смешение и отождествление уголовных и уголовно-процессуальных отношений2.

Основанием применения принудительных мер процессуальной ответственности является виновное неисполнение участником процесса обязанностей, возложенных на него процессуальным законом. Причем в литературе подчеркивается то обстоятельство, что только нормы процессуального права могут выступать юридическим основанием применения мер процессуальной ответственности3. Однако имеются и другие мнения по этому вопросу, и многими авторами отрицается перспективность самой идеи процессуальной ответственности4.

Так, авторы монографии «Процессуальные нормы и отношения в советском праве» пишут, что «чисто «процессуальной» ответственности быть не может, а существует обычная материально-правовая ответственность за нарушение процессуальных законов, аналогичная тому, как существует уголовная ответ-

1  См.: Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975. С. 30—40; Коркунов В. М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978; Ветрова Г. Н. Ответственность в сфере уголовно-процессуальных отношений // Советское государство и право. 1982. № 2. С. 127—130.

2  См.: Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. С. 39; Ветрова Г. Н. Указ. соч. С. 128.

3  См.: Элькинд П. С, Чечина Н. А. Указ. соч. С. 39; Ветрова Г. Н. Указ. соч. С. 128.

4  См.: Алексеева Л. Б. О механизме уголовно-процессуального регулирования // Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М., 1979. С. 167.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                      225

ственность, например, за преступления против правосудия, которые связаны с грубейшим отступлением от процессуального закона»1.

Думается, что проблема процессуальной ответственности нуждается в серьезнейшем осмыслении и может быть решена лишь в комплексе с другими проблемами.

Фактическое содержание процессуального правоотношения составляет деятельность уполномоченных органов и должностных лиц по изучению обстоятельств дела, юридической его квалификации и вынесению акта применения права, а также действия заинтересованных в деле лиц в связи с его рассмотрением и принятием решения.

Объект процессуального правоотношения. Цельное представление о составе процессуального правоотношения невозможно без рассмотрения объекта этого отношения. Объект правоотношения есть то, по поводу чего складывается, возникает отношение, на что направлены действия его участников. Трактовка объектов процессуального правоотношения существенно разнится с тем пониманием объекта правовых связей, которое принято в юриспруденции. Ни предметы внешнего мира, ни материальные и духовные блага и ценности не могут быть объектами этих отношений2.

Проблема объекта процессуального правоотношения является сложной и запутанной. В общей теории права под объектом процессуального правоотношения понимается поведение, действия субъектов процесса. В процессуальных отраслях права, по мнению С. С. Алексеева, результаты деятельности обязанного лица, т. е. то, на что направлены действия участников правоотношения, неотделимы от самой деятельности, поэтому здесь и нет специальной проблемы объекта правоотношения3.

1 Галаган И. А., Глебов В. П. Указ. соч. С. 74.

2  См.: Галаган И. А., Василенко А. В. Указ. соч. С. 15.

3  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 339.

 

226                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

Характеристика материального содержания процессуального правоотношения почти полностью исчерпывает и проблему его объекта1.

Распространение подобного подхода в науке побудило некоторых ученых-процессуалистов занять нигилистическую позицию по рассматриваемому вопросу. Так, отрицательно относился к самой постановке вопроса об объекте гражданского процессуального правоотношения М. А. Гурвич2.

В учебной литературе по гражданскому процессу также ничего не говорится об объекте гражданского процессуального правоотношения3.

Иная ситуация сложилась в уголовно-процессуальном праве, где наряду со специальным объектом процессуального правоотношения, под которым понимают либо результаты поведения участников процесса4 (П. С. Элькинд, М. С. Строгович, Л. Д. Кокорев), либо материально-правовое отношение5 (В. П. Божь-ев), выделяют общий объект процессуального правоотношения. Так, по мнению П. С. Элькинд, общим объектом уголовно-процессуального отношения являются задачи уголовного процесса6. Тенденция поисков общего и специального объектов процессуального правоотношения проявилась и в специальной литературе по гражданскому процессу7.

1  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 340.

2  См.: Советское государство и право. 1950. № 9. С. 86.

3  См.: Гражданское процессуальное право России. С. 3.

4  См.: Элькинд П. С. Сущность уголовно-процессуального права. С. 14—15; Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. С. 33; Кокорев Л. Д. Участники правосудия по уголовным делам. Воронеж, 1971. С. 40.

5  См.:  Божьев В. П. Уголовно-процессуальное правоотношение. С. 139.

6  См.: Элькинд П. С. Сущность уголовно-процессуального права. С. 14—15.

7  См.:   Зейдер Н. Б. Указ. соч. С.  54—55; Гражданский процесс. М., 1972. С. 61—62.

 

4.4. Процессуальные правоотношения                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        227

В работах процессуалистов распространено мнение, согласно которому объектом процессуального правоотношения признается поведение субъектов процесса, при этом подчеркивается практическая значимость выделения этого элемента в структуре процессуального правоотношения1.

Выделение объекта процессуального отношения в качестве его элемента и его определение имеет не только теоретическое, но и практическое значение. С. С. Алексеев считает, что характер объекта существенно влияет на субъективные права и обязанности субъектов правоотношения2, а также помогает раскрыть фактическую сторону правоотношения3.

Полагаем, объект процессуального правоотношения показывает специфику данной разновидности правоотношений, их властную природу, роль и место в МПР. В соответствии с этим под объектом процессуального правоотношения будем понимать результаты действий участников процесса, удовлетворяющие процессуальный интерес лиц, заинтересованных в рассмотрении дела (лиц, имеющих материальный и процессуальный интерес в деле). Назовем его условно юридическое благо.

Итак, процессуальное правоотношение — это важнейшее звено в механизме процессуально-правового регулирования, его «рабочая», «движущая» часть. Процессуальное правоотношение представляет собой нерасторжимое единство юридической формы и фактического содержания и обладает рядом существенных особенностей, предопределяющих специфику процессуального права.

1  См.: Елисейкин П. Ф. Объект гражданских процессуальных правоотношений и предмет судебной деятельности в советском   гражданском   процессе;   Проблемы   процессуальной формы в науке и практике. С. 45;  Козлов Ю. М. Указ. соч. С. 109—112; Коваль Л. В. Указ. соч. С. 100.

2  См.: Алексеев С. С. Право. С. 72.

3  См.: Алексеев С. С. Проблемы теории права. С. 331.

 

228                                                                                                                                                                                                                                                                                                   Глава 4. Процессуально-правовой механизм

* * *

Подводя итоги изложенному, можно констатировать, что процессуально-правовой механизм — это элемент общего механизма правового регулирования; он представляет собой динамическую систему правовых средств, при помощи которой упорядочивается охранительная деятельность государственных и иных специально уполномоченных органов в области юрисдикционного правоприменения. Он приводится в действие на некоторых этапах общего правового регулирования, а именно в случае возникновения препятствий нормальной реализации правовых норм, и имеет охранительную направленность.

В структуре механизма процессуального регулирования выделяются процессуально-правовые нормы, юридические факты, опосредующие процессуальные правоотношения (процессуальная фактическая система), процессуальные правоотношения. Элементы процессуально-правового механизма взаимосвязаны между собой и характеризуются специфическими признаками.

Одной из новейших категорий в системе категорий теории процесуального права является понятие процессуальной фактической системы, которая определяется как комплекс процессуальных юридических фактов и процессуальных фактических составов, рассматриваемый в масштабе системы процессуального права или ее компонентов.

 

Заключение

Процессуальное право как блок правовой материи стало появляться лишь на поздних этапах развития общества и приобрело самостоятельный, относительно независимый от материального права характер в XIX в. В юридической науке это правовое явление стало осмысливаться незамедлительно, проявившись в разнообразных концепциях его понимания и сущности. В настоящее время ученые ведут очень тонкие исследования процессуального правового блока как на общетеоретическом, так и на отраслевом уровнях и, давая свои рекомендации законодателю, оказывают ему тем самым неоценимую помощь.

Несмотря на то что ученые не пришли к единодушному мнению относительно понятия процессуального права и его системы, все они согласны с тем, что охрана общественных отношений, защита прав, свобод и законных интересов, а также разрешение споров между субъектами — одна из основных задач государства, которую оно выполняет, осуществляя юрисдикционную и иную охранительную деятельность, с помощью норм процессуального права. Именно нормы процессуального права позволяют обеспечить нормальное развитие общественных отношений, а когда это по каким-либо причинам не удается, они способствуют вытеснению негативных социальных связей.

Нормы процессуального права объединены общими системообразующими признаками и занимают в структуре  права  особое  место   —   место   правового

 

230                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        Заключение

блока. Правовой блок — это вторичное комплексное образование в структуре права; он представляет собой совокупность правовых норм, имеющих предметом регулирования комплекс общественных отношений, объединяемых близостью своих объективных свойств и отличающихся особенностями методов правового регулирования, единством целей, задач и функций в структуре права. Кроме процессуального права в структуре права выделяется другое крупное структурное подразделение — материальное право. Процессуальное и материальное право — одновременно самостоятельные и тесно связанные друг с другом правовые блоки.

Нормы процессуального права тесно связаны в структуре права не только с нормами материального права, но и нормами, опосредующими правовую процедуру, так как юридический процесс является особой разновидностью правовой процедуры. Одним из признаков, отличающих нормы процессуального права от других процедурных норм, является их направленность на реализацию особых материальных охранительных правоотношений, функциональное назначение которых определяется их защитными свойствами по отношению к системе общественных отношений. Охранительные правоотношения есть особый компонент в механизме правового регулирования, вызываемый к жизни так называемыми правовыми аномалиями. Правовая аномалия — это обусловленное различными факторами объективного и субъективного порядка отклонение от общей закономерности, от нормального течения и развития общественных отношений. Правовая аномалия — одна из принципиальных целевых характеристик процессуального права.

Процессуальное правовое регулирование носит властный, публично-правовой характер и осуществляется специально уполномоченными органами. Вполне понятно, что их деятельность должна быть

 

Заключение                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          231

упорядочена и урегулирована так, чтобы исключить со стороны юрисдикционных органов малейшие злоупотребления. Вот почему в законодательном порядке регулируется их компетенция, юрисдикционно-процедурные средства, способы и формы осуществления процессуальной деятельности и ведения процесса. Таким образом, важной особенностью регулятивного воздействия процессуального права является установление четкого порядка, условий, последовательности совершаемых субъектами процессуального права действий, сроков их совершения, порядка издания и реализации предусмотренных процессуальных актов, т. е. правил процедуры. Эти правила процедуры (их специфика) охватываются понятием «процессуальная форма», которая является одним из основных признаков процесса (процессуального права). Один из существенных признаков процессуальной формы составляют принципы процессуального права, или основные правовые идеи, нормы общего руководящего характера, которые в свою очередь предполагают наличие системы гарантий прав лиц, участвующих в деле, и выполнения задач процессуального права.

Помимо охранительной и регулятивной функций, процессуальное право несет на себе и другую социальную нагрузку, выполняя такие, пусть и дополнительные, функции, как культурно-историческую, идеологическую и социального контроля. Перед процессуальным правом стоят самостоятельные цели и задачи, которые, так же как и его функции, являются системообразующими признаками этого правового блока.

В развитии процессуального права просматривается следующая важная закономерность: чем более развито общество, тем детальнее в законодательстве прорисовывается деятельность, связанная с охраной социального порядка, прав, свобод и законных интересов   граждан   и   организаций.   Можно   предполо-

 

232                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          Заключение

жить, что по мере развития российского права блок процессуального права будет расширяться и совершенствоваться, и в структуре права его объем будет куда более значительным. Так, в частности, вполне вероятно, что те группы процессуальных правовых норм, которые сейчас занимают места подотраслей, будут преобразованы в самостоятельные отрасли (например, административно-процессуальное, конституционно-процессуальное право), а те, что сегодня выступают в качестве процессуальных институтов в составе своих «материнских» отраслей, оформятся в подотрасли (например, трудовой дисциплинарный процесс, налогово-процессуальное право).

Поскольку процессуальное право в структуре права выполняет столь серьезную нагрузку, то и его механизм отличается крайней сложностью. Механизм процессуального регулирования — одна из новейших категорий в правовой науке, нуждающаяся в отдельном, глубоком теоретическом исследовании. Процессуально-правовой механизм — это элемент общего механизма правового регулирования, относительно самостоятельная подсистема правовых средств, при помощи которой упорядочивается охранительная деятельность уполномоченных органов в области юрисдикционного правоприменения. Он вступает в действие на некоторых этапах общего правового регулирования в случаях возникновения препятствий нормальной реализации правовых норм и имеет охранительную направленность. Сложностью отличаются и элементы, составляющие механизм процессуального регулирования: 1) нормы процессуального права; 2) юридические факты, опосредующие процессуальные правоотношения (процессуальная фактическая система); 3) процессуальные правоотношения. Совершенствование основных элементов механизма процессуального регулирования для ученых — задача номер один. Особой проработки заслуживает  фактическая  система  механизма  процессу-

 

Заключение                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        233

ального регулирования. И не случайно. Этому элементу процессуально-правового механизма уделялось в теории явно недостаточно внимания.

Все это определяет задачи и цели исследования теоретических проблем процессуального права как одного из крупных правовых массивов в системе российского права. Познание сущности, механизма, закономерностей и тенденций развития процессуального права создает необходимую научную базу для его целенаправленного совершенствования.

И если законодатель будет внимательно прислушиваться к ученым, искренне озабоченным дальнейшим развитием процессуального права, граждане и организации при обращении в юрисдикцион-ные и иные правоохранительные органы будут получать надлежащую правовую защиту.