Понятие "Эдипов комплекс" в философии З. Фрейда

НЕГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

БАЛТИЙСКИЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ И ФИНАНСОВ

№ группы и варианты                ХХХХХХХХХХ

Ф.И.О студента                           ХХХХХХХХХХ

Дата сдачи студентом к.р. 

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по                          Современной психоаналитической философии

                                                                             (наименование дисциплины)

Ф.И.О. преподавателя   Четверикова Н.А., доктор философских наук, профессор 

Дата проверки к.р.                                     оценка

Контрольная работа предъявляется экзаменатору при сдаче экзамена (зачета)

                                                Калининград  2004





Тема: Понятие «Эдипов  комплекс» в философии З.Фрейда



СОДЕРЖАНИЕ



	ПОНЯТИЕ «ЭДИПОВ  КОМПЛЕКС» В ФИЛОСОФИИ З.ФРЕЙДА	3

		1.	ИСТОКИ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ ОБ «ЭДИПОВОМ КОМПЛЕКСЕ»	3

		2.	ПРИРОДА ДЕТСКОГО «ЭДИПОВА КОМПЛЕКСА»	4

	3 ВЛИЯНИЕ «ЭДИПОВА КОМПЛЕКСА» НА ВОЗНИКНОВЕНИЕ СВЕРХ-Я, Я, ОНО	7

	3 АНАЛИТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ «ЭДИПОВА КОМПЛЕКСА», ЕГО ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ	9

	ЛИТЕРАТУРА	12







ПОНЯТИЕ «ЭДИПОВ  КОМПЛЕКС» В ФИЛОСОФИИ З.ФРЕЙДА

С психоаналитической трактовкой роли сексуальных влечений в жизни человека тесно связан фрейдовский постулат об извечно присущем «Эдиповом комплексе», согласно которому мальчик постоянно испытывает влечение к матери и видит в отце своего соперника. Представления об этом комплексе легли в основу психоаналитического учения Фрейда, предопределив его другие теоретические положения и придав психоанализу ореол скандальной известности, привлекающей к себе внимание одних исследователей и отталкивающей от нее других. «Эдипов комплекс, - как заявил один из приверженцев психоанализа – Виттельс Ф., - это тот локомотив, который промчал триумфальный поезд Фрейда вокруг земного шара». Нередко «Эдипов комплекс» рассматривается западными теоретиками как один из оригинальных вкладов основателя психоанализа в понимание природы человека.

	ИСТОКИ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ ОБ «ЭДИПОВОМ КОМПЛЕКСЕ»

Представления о данном комплексе имеют своим истоком древнегреческую трагедию Софокла «Царь Эдип», где образно повествуется о несчастной судьбе царя Эдипа, которому судьбой было предопределено убить своего отца и взять в жены мать, который делает все, чтобы избежать исполнения предсказаний оракула, и после того, как узнает, что по незнанию все таки свершил оба эти преступления, в наказание выкалывает себе глаза. Произведение аттического поэта изображает, как благодаря искусно задерживаемому и опять возбуждаемому все новыми уликами расследованию постепенно раскрывается давно современное преступление Эдипа; в этом отношении оно имеет определенное сходство с ходом психоанализа. В процессе диалога оказывается, что ослепленная мать-супруга Иокаста противится продолжению расследования, Она ссылается на то, что многим людям приходится видеть во сне, будто они имеют сношения с матерью, но на сны не стоит обращать внимания. Фрейд не считал сновидения маловажными, и меньше всего типичные сновидения, такие, которые сняться многим людям, и не сомневался, что упомянутое Иокастой сновидение тесно связано со странным и страшным содержанием сказания. В сущности, эта трагедия – безнравственная пьеса, она снимает с человека нравственную ответственность, показывает божественные силы как организаторов преступления и бессилие нравственных побуждений человека, сопротивляющихся преступлению.

Фрейдовский постулат об «Эдиповом комплексе» опирается на идеи, ранее высказанные различными мыслителями. Другое дело, что, в отличие от своих предшественников, использовавших «Эдипову ситуацию» в качестве иллюстрации всей сложности, неопределенности и загадочности человеческих поступков, Фрейд возвел эту образную ситуацию в ранг психоаналитического концепта, с помощью которого он попытался объяснить не только деятельность человека, но и происхождение религии, нравственности, искусства, социальных институтов.

ПРИРОДА ДЕТСКОГО «ЭДИПОВА КОМПЛЕКСА»

Легко заметить, что маленький мужчина один хочет обладать матерью, воспринимает присутствие отца как помеху, возмущается, когда тот позволяет себе нежности по отношению к матери, выражает свое удовольствие, если отец уезжает или отсутствует. Часто он выражает свои чувства словами, обещая, матери жениться на ней. Кажется, что этого мало по сравнению с деяниями Эдипа, но на самом деле достаточно, в зародыше это то же самое. Часто затемняется том, что тот же ребенок одновременно при других обстоятельствах проявляет большую нежность к отцу; только такие противоположные – или, лучше сказать, амбивалентные – эмоциональные установки, которые у взрослого привели бы к конфликту, у ребенка прекрасно уживаются в течении длительного времени, подобно тому как позднее они находятся друг возле друга в бессознательном. Можно возразить также, что поведение маленького мальчика имеет эгоистические мотивы и не позволяет предположить существование эротического комплекса. Мать заботится о всех нуждах ребенка, и поэтому ребенок заинтересован в том,  чтобы она ни о ком другом не беспокоилась. И это верно, но скоро становится ясно, что эгоистический интерес в этой и подобной ситуациях является лишь поводом, которым пользуется эротическое стремление. Когда малыш проявляет самое неприкрытое сексуальное любопытство по отношению к матери, требуя, чтобы она брала его ночью спать с собой, просится присутствовать при ее туалете или даже предпринимает попытки соблазнить ее, как это часто может заметить и со смехом рассказать мать, то в этом, вне всякого сомнения, обнаруживается эротическая природа привязанности к матери. 

У маленькой девочки отношение  к отцу и матери складывается с необходимыми изменениями совершенно аналогично. нежная привязанность к отцу, потребность устранить мать как лишнюю и занять ее место, кокетство, пользующееся средствами более позднего периода женственности, именно у маленькой девочки образуют прелестную картину, которая заставляет забывать о серьезности и возможных тяжелых последствиях, стоящих за этой инфантильной ситуацией. Надо добавить, что часто сами родители оказывают решающее влияние на пробуждение «эдиповой установки» у ребенка, следуя половому притяжению, и там, где несколько детей, отец самым явным образом отдает нежное предпочтение дочери, а мать – сыну. Но и этот момент не может серьезно поколебать независимую природу детского «эдипова комплекса». «Эдипов комплекс» разрастается в семейный комплекс, когда появляются другие дети. Вновь опираясь на эгоистическое чувство, он мотивирует отрицательное отношение к появлению братьев и сестер и желание непременно устранить их. Об этих чувствах ненависти дети заявляют, как правило, даже гораздо чаще, чем о чувствах, имеющих своим источником родительский комплекс. Если такое желание исполняется, и смерть быстро уносит нежелательного нового члена семьи, то из анализа в более поздние годы можно узнать, каким важным переживанием был для ребенка этот случай смерти, хотя он мог и не сохраниться в памяти. Ребенок, отодвинутый рождением нового ребенка на второй план, первое время почти изолированный от матери, с трудом прощает ей это свое положение; у него появляются чувства, которые у взрослого можно было бы назвать глубоким ожесточением, и часто они становятся причиной длительного отчуждения. Сексуальное исследование со всеми его последствиями обычно опирается на этот жизненный опыт ребенка. С подрастанием этих братьев и сестер установка к ним претерпевает самые значительные изменения. Мальчик может выбрать объектом любви сестру, как замену неверной матери; Между несколькими братьями, ухаживающими за младшей сестренкой, уже в детском возрасте возникают ситуации враждебного соперничества, значимые для последующей жизни. Маленькая девочка находит в старшем брате замену отцу, который больше не заботится о ней с нежностью, как в самые ранние годы, или же младшая сестра заменяет ей ребенка, которого она тщетно желала иметь от отца. 

Такие и другие подобного же рода отношения открывают непосредственное наблюдение за детьми  и изучение хорошо сохранившихся, не подвергнутых влиянию анализа воспоминаний детских лет. Из этого можно сделать вывод, что возрастное положение ребенка среди братьев и сестер является чрезвычайно важным моментом для его последующей жизни, который нужно принимать во внимание во всякой биографии. 

Исход «Эдипова комплекса» в идентификации с отцом и матерью у обоих полов зависит от относительной силы свойства того или другого пола. Это – один из видов, какими бисексуальность вторгается в судьбы «Эдипова комплекса». Другой вид еще важнее. Получается впечатление, что простой «Эдипов комплекс» - вообще не самое частое явление; он скорее соответствует упрощению или схематизации, которая достаточно часто оправдывается на практике. Более подробное исследование обнаруживает чаще всего более полный  «Эдипов комплекс», который является двояким – позитивным и негативным, в зависимости от бисексуальности ребенка, т.е. у мальчика – не только амбивалентная установка к отцу и нежный выбор объекта-матери, но одновременно он и ведет себя, как девочка – проявляет нежную женственную установку к отцу и соответствующую ей, ревниво-враждебную, к матери. Это участие бисексуальности очень мешает рассмотреть условия примитивных выборов объекта и еще больше затрудняет их ясное описание.

3 ВЛИЯНИЕ «ЭДИПОВА КОМПЛЕКСА» НА ВОЗНИКНОВЕНИЕ СВЕРХ-Я, Я, ОНО

Фрейдовские представления о человеческой психике, как состоящей из Оно (бессознательное), Я (сознание), и Сверх-Я, Идеал-Я (совесть) общеизвестны. Независимо от того, насколько признается, или, напротив отвергается данная психоаналитическая модель, она обычно рассматривается в качестве своеобразного вклада, который Фрейд внес в познание внутреннего мира человека.

Сверх-Я – не просто осадок первых выборов объекта, производимых Оно; Сверх-Я имеет и значение энергичного образования реакций против них. Его отношение к Я не исчерпывается напоминанием -  таким (как отец) ты должен быть, но включает и запрет: таким (как отец) ты не имеешь права быть, ты не можешь делать все, что делает он, на многое только он имеет право. Это двойное лицо Идеала-Я проистекает из факта, что идеалу Я пришлось трудится над вытеснением «Эдипова комплекса», более того, что само оно возникло даже в результате этого перелома. Вытеснение  «Эдипова комплекса» было, очевидно, нелегкой задачей. Так как родители, особенно отец, признаются препятствием для осуществления «Эдиповых желаний», то инфантильное Я укрепилось для этой работы вытеснения, создав это же самое препятствие. Оно в некотором роде заимствовало для этого силу от отца, и это заимствование есть акт с исключительно серьезными последствиями. Сверх-Я сохранит характер отца, и чем сильнее был  «Эдипов комплекс», чем быстрее (под влиянием авторитета, религиозного учения, обучения и чтения) произошло его вытеснение, тем строже Сверх-Я будет позже царить над Я как совесть, а может быть, как бессознательное чувство вины. 

Если рассмотреть описанное возникновение Сверх-Я, то можно признать его результатом двух в высшей степени значительных биологических факторов, а именно: длительной детской беспомощности и зависимости человека и факта наличия его «Эдипова комплекса», который объясняется перерывом в развитии либидо, вызванным латентным временем, т.е. двумя – с перерывом между ними – началами его сексуальной жизни.  Последнюю, как кажется, - специфически человеческую – особенность психоаналитическая гипотеза представила наследием развития направлении культуры, насильственно вызванным ледниковым периодом. Таким образом, отделение Сверх-Я от Я не является чем-то случайным: оно отображает самые значительные черты развития индивида и развития вида, а кроме того, создает устойчивое выражение влияния родителей, т.е. увековечивает те моменты, которым оно само обязано своим происхождением. 

Психоанализ постоянно упрекали в том, что он не озабочен высоким,  моральным, сверхличным в человеке. Этот упрек был вдвойне несправедлив  - и исторически и методически: во-первых, потому, что моральным и эстетическим тенденциям в Я с самого начала был приписан импульс к вытеснению; во-вторых, потому, что никто не хотел понять, что психоаналитическое исследование не могло выступать в виде философской системы с законченным и готовым сводом научных положений, а должно было шаг за шагом пробивать себе дорогу к пониманию психических комплектаций путем аналитического расчленения нормальных и анормальных феноменов. Анализируя Я, можно утверждать, что в человеке есть высшее существо – это Идеал-Я, или Сверх-Я, - репрезентация нашего отношения к родителям. Человек знал эти высшие существа, когда был маленьким ребенком, восхищался ими и боялся, а позднее воспринял их в себя.

Таким образом, Идеал-Я является наследием «Эдипова комплекса», и следовательно, выражением наиболее мощных движений в наиболее важных судеб либидо в Оно. Вследствии установления Идеала-Я. Я овладело «Эдиповым комплексом» и одновременно само себя подчинило Оно. В то время как Я, в основном, Является представителем внешнего мира, реальности, - Сверх-Я противостоит ему как поверенный внутреннего мира, мира Оно. Теперь понятно, что конфликты между Я и идеалом будут, в конечном итоге, отражать противоположность реального и психического, внешнего мира и мира внутреннего.

3 АНАЛИТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ «ЭДИПОВА КОМПЛЕКСА», ЕГО ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Аналитическое изображение «Эдипова комплекса» является увеличением и огрублением того, что в детстве было лишь наброском. Ненависть к отцу, желание его смерти – уже не робкие намеки, в нежности к матери скрывается цель обладать ею как женщиной. Легко обнаруживается также то что ненависть к отцу усиливается рядом мотивов, происходящих из более поздних периодов и отношений , что сексуальные желания по отношению к матери выливаются в формы, которые, очевидно, еще неизвестны ребенку. Но напрасно было бы стараться объяснять все в «Эдиповом комплексе» «фантазированием назад» в далекое прошлое и относить к более поздним периодам. Инфантильное ядро, а также большая или меньшая часть мелочей сохраняется, как это подтверждает непосредственное наблюдение за ребенком.

Клинический факт, выступающий за аналитически установленной формой «Эдипова комплекса», имеет огромное практическое значение. Ко времени половой зрелости, когда сексуальное влечение сначала с полной силой выдвигает свои требования, снова принимаются прежние семейные и инцестуозные объекты и опять захватываются (besetzt) либидо. Инфантильный выбор объекта был лишь слабой прелюдией, задавшей направление выбора объекта в период половой зрелости. Здесь разыгрываются очень интенсивные эмоциональные процессы в направлении «Эдипова комплекса» или реакции на него, которые, однако, по большей части остаются вне сознания, так как условия их осуществления стали невыносимыми. С этого времени индивид должен посвятить себя великой задаче отхода от родителей и только после ее решения он может перестать быть ребенком, чтобы стать членом социального целого. Для сына задача состоит в том, чтобы отделить свои либидозные желания от матери и использовать их для выбора постороннего реального объекта любви и примириться с отцом, если он оставался с ним во вражде, или освободиться о его давления, если он в виде реакции на детский протест попал в подчинение к нему. Эти задачи стоят перед каждым; удивительно, как редко удается их решить идеальным образом, т.е. правильно в психологическом и социальном отношении. А невротикам это решение вообще не удается; сын всю свою жизнь склоняется перед авторитетом отца и не в состоянии перенести свое либидо на посторонний сексуальный объект. При соответствующем изменении отношений такой же может быть и участь дочери. В этом смысле «Эдипов комплекс» по праву считается ядром неврозов.

Аналитический опыт показывает, что в некотором количестве случаев часть комплекса исчезает до едва заметного следа; тогда получается ряд, на одном конце которого находится нормальный позитивный, а на другом обратный – негативный «Эдипов комплекс»; средние же звенья выявляют совершенную форму с неравным участием обоих компонентов. При гибели «Эдипова комплекса» четыре содержащиеся в нем стремления сложатся таким образом, что из них получится идентификация с отцом и идентификация с матерью; идентификация с отцом удержит объект -  мать позитивного комплекса и одновременно объект - отца обратного комплекса; аналогичное явление имеет место при идентификации с матерью. В различной силе выражения обеих идентификаций отразится неравенство обоих половых данных.

Следует заметить то, что «Эдипов комплекс» оказал огромное влияние на поэтическое творчество. Отто Ранк в книге (1912 г.) показал, что драматурги всех времен брали свои сюжеты из Эдипова и инцестуозного комплексов, их вариаций и маскировок. Нельзя не упомянуть также, что оба преступных желания «Эдипова комплекса» задолго до психоанализа были признаны подлинными представителями безудержной жизни влечений.

Мать-супруга Эдипа недаром напоминала о сновидениях. Результат анализов сновидений говорит о том, что образующие сновидение желания так часто имеют извращенный, инцестуозный характер или выдают неожиданную враждебность к близким и любимым родным. Эти злобные чувства – ранние детские распределения либидо и привязанности к объектам, давно оставленным в сознательной жизни, которые ночью оказывают еще существующими и в известном смысле дееспособными. Так как все люди имеют такие извращенные, инцестуозные и неистовые сновидения, то можно сделать вывод , что это путь нормального развития (развитие через извращения и привязанности /либидо/ к объектам «Эдипова комплекса»).


 ЛИТЕРАТУРА



Лейбин В.М. Фрейд, психоанализ и современная западная философия. – М.: Политиздат, 1990 г.

Психоанализ/Сост. и общая редакция В.М.Лейбина. – СПб.: Питер, 2001г.

Фрейд Зигмунд. Избранное. – М.: «Московский рабочий», 1990 г.

Фрейд Зигмунд. Остроумие. – Д.: Сталкер, 2000 г.



2



3