Предисловие

10



Молодежь и политика в России

2003–2005



Легенда для технического редактора



Содержание

Предисловие

Введение

Размышления об определениях

Что такое «молодежь» и с чем ее едят

Глава первая Исторический экскурс

Дети и старики

ЮКОС, КПРФ, результаты голосования и партийные списки…

Национал-большевики

Глава вторая Как создаются молодежные организации

Молодежь аполитична? Вряд ли…

Первый вариант — молодежь под партию

Второй вариант — идейное движение

Третий вариант — секта

Четвертый вариант — следуем моде

Пятый вариант — создание массовки

Шестой вариант — распил бюджета

Седьмой вариант — поиск заказчика

Восьмой вариант — своя тусовка

Девятый вариант — клубные организации

Десятый вариант — организация при вузе

Одиннадцатый вариант — сетевая структура

Глава третья Президентская кампания 2004 года. Рост молодежного протеста в столице

«Россия без Путина» и другие

Террористическая карта и безальтернативность выборов

Глава четвертая Весна — лето 2004 года: время освоения новых форм молодежного протеста

Проигравшие

Московское молодежное «Яблоко»

Союз молодежи «За Родину!»

Левый марш

Глава пятая Столичные проблемы, московская Интернет-тусовка и «Живой журнал»

Интернет: столица и провинция

Живее всех живых

Глава шестая Осень 2004-го

Наш козырь — террор

Президентские инициативы и партийная истерика

Цвет революции — оранжевый

Глава седьмая Зима — весна 2005 года

Пресловутая монетизация 

Либералы и пенсионеры

Свободу политзекам!

Клонирование и реинкарнация

Глава восьмая Почему в России невозможно создание массового политического молодежного движения

Провал неизбежен?

Перспективы «Наших». И не наших тоже

Вместо заключения. А давайте пофантазируем?

Работа с молодежью до 20 лет

Работа с молодежью от 20 до 30 лет

Выводы

Приложения

Приложение 1. НБП — структура, лидеры, акции

Приложение 2. Краткие характеристика других молодежных движений в России

Приложение 3. Упоминаемость в СМИ молодежных организаций

Приложение 4. Анализ протестной активности в связи с принятием закона о замене льгот на денежные компенсации

От автора



Предисловие

Несколько десятилетий мне казалось, что технологией создания молодежных движений наука не интересуется, и эта отрасль знаний относится к той же категории, что и выращивание домашних кактусов. Миллионы кактусоводов обмениваются информацией и саженцами, есть какие-то брошюры, книги, иногда даже не самиздатские, а с ISBN, но все это не наука в Декартовом смысле слова, не великое, верное учение, а ползучий эмпиризм: практические советы, обмен частным опытом. Я сам писал такие книги (не про кактусы, а про неформальные сообщества), и они широко издавались, и переиздавались для узких кругов.

Нельзя сказать, что наука совсем была к нам равнодушна. Например, есть прекрасные работы ленинградского социолога Т.Б. Щепанской. Они изучали нас, неформалов, как звезды, горные хребты, падежи и времена глаголов. Вот оно такое и этакое, спектральный класс NN, в нем бытуют такие нравы и словечки, летает в сумерках, а в подразумеваемых скобках — безвредно и бесполезно. Это совсем не так, как изучают яблони, тараканов и облака: ученых не интересовало, как нас выращивать, травить и предсказывать. Некоторые из нас подхватывали этот стиль и, не будучи учеными, писали и самиздавали. К этому классу относится прекрасная и незаслуженно малоизвестная книга о русских хиппи «Сага о Системе», созданная Кротом (RealName Евгений Балакирев, врач-психиатр из Владивостока).

Изредка возникали кухонные измышления о том, что, может быть, эти технологии изучаются спецслужбами в целях предотвращения молодежных бунтов, а также «внедрения» и прочих «грязных делишек». Строились они исключительно на логике, на основе постулата о всесведущести КГБ, не имея под собой никаких доказательств, но имея противоречия. Кандидаты, профессора и академики Академии педагогических наук СССР, впоследствии РАО РФ, читали книги и статьи мои и моих друзей, смотрели работы «живьем» (то есть детские-молодежные группы), дружески похваливали и предлагали бросить самиздатское дилетантство и оформить эти тексты в нормальную диссертацию.

Диссертировать нам было лень, мы предпочитали делать. Академики выросли из пионервожатых, директоров школ и мэнээсов на наших глазах, некоторые были друзьями, и я категорически не верю в их неискренность. Даже под подпиской и первым допуском — намекнули бы. Фактом, противоречащим версии об осведомленности спецслужб в этих вопросах, я считаю неосведомленность высших научных кругов. Все мы знаем, насколько наука в СССР была переплетена с «оборонкой» и другими системами безопасности страны. Вспомните хоть академиков Андрея Сахарова и Евгения Примакова.

За всей этой суетой, сначала благоденствуя за железным занавесом, а потом карабкаясь под обломками империи, мы как-то забыли, что КГБ — не единственная спецслужба на свете, а структура наука — оборонка — спецура на Западе совсем иная. Частные фирмы и лица там вполне могут выполнять исследования и производить продукцию по госзаказу, соблюдая при сем надлежащую секретность. Впрочем, или не соблюдая. В Интернете появились книги Говарда Рейнгольдса (пришлось осваивать английский с электронным переводчиком), а затем совсем откровенные тексты Джина Шарпа уже в переводе на все языки, подлежащие демократизации и деградации, в том числе и на русский. Что-то в них чувствовалось родное… не в смысле там заимствования, ничуть, просто ясно стало, что мы с этими (может, свойскими парнями) Говом и Джином знаем одно и то же. Другие парадигмы, научные школы, традиции — но предмет-то один.

Потом началась подготовка оранжевой революции на Украине. Шел 2002 год, я еще не знал, что это будет революция, думал так, электорат воспитывают. Но методы! Наши методы! Я пришел к властям и сказал (многократно): «Смотрите, что они делают! Вы не считаете, что пора вернуться к работе с молодежью? Не надо нанимать меня, я уже старпер. Вот вам молодежные лидеры (могу познакомить и подружить), вот они ходят по улицам в прикиде, и их за это вяжут менты! Им нужны помещения, оборудования, поездки, прикиды эти самые! Им нужны парашюты, дельтапланы, ледорубы, мечи и латы, лыжи, ацетиленовые фонари, мотоциклы… Тогда они будут ваши, или хотя бы не ваши враги. Да, это дорого. А вам дороже не обойдется?»

Им обошлось дороже.

Я держу в руках книгу, написанную молодым — это чрезвычайно важно! Молодым русским человеком, о современной России, о современных молодежных движениях, без высокотерминологичного эстетского наукообразия, а с почитаемым мною эмпиризмом.

Первое, что я вижу, — методы создания молодежных групп и систем связей между ними. Хотя как будто большая часть текста не совсем о том — я так вижу, ибо так устроен и нацелен. Это не означает, что я отрицаю важность электоральных игр, значимость политических интриг и роль личностей в историях. Автор, кажется, знаком с большинством политических молодежных лидеров России. Несмотря на разнообразность подачи, все методы в книге объединены парадигмой, естественной для меня и моих друзей, но совершенно нетипичной для современных политических партий и непонятной чиновникам.

О строительстве говорят все, кроме автора этой книги. Только он все время употребляет слово «растет». Это не мелочь, а глубочайшая мировоззренческая и вытекающая из нее технологическая пропасть. Все пытаются молодежные движения строить — как дома, свинчивать — как трактора или сшивать — как пиджаки. Молодежное сообщество можно вырастить, если поливать и удобрять. Его можно затоптать, срубить, уничтожить. Но его невозможно собрать из деталей — молекул. Его нельзя загнать в заранее придуманные рамки. Из зерна яблони вырастет только яблоня. Мы можем только выбирать нужные нам зерна — благо, их в природе много, всегда найдутся нужные.

Множество раз в книге повторяется и подтверждается примерами мысль: у молодежи нет вертикальной политической мобильности. Партии, и тем более государство, не дают возможности карьеры. Молодежные группы и движения рассматриваются как фишки в политических играх старперов. Автор, вероятнее всего, самостоятельно, додумался до ключевого слова — «субъектность». «Ребенок — субъект, а не объект!» — это главный лозунг «педагогов-новаторов» — общественного движения 80-х, сыгравшего не последнюю роль в формировании пушечного мяса для революции 91-го. Каковы бы ни были ее печальные итоги, но революционеры добились успеха. Сейчас создатели «Наших» пытаются использовать педагогические разработки академика Иванова.

В книге не используются слова и понятия, давно потерявшие определенность значения. Например, «демократия» — только в кавычках, цитатах и названиях организаций. Слова «тоталитаризм» в книге нет вообще. В ней есть ответы на вопросы «что?» и «как?»? В ней, слава Богу, нет ответов на вопрос «почему?», уводящий нас в непроницаемый для практической деятельности чад кухонных трепов, — тех, кого автор несколько натянуто, но внятно называет интеллигенцией. Что происходит и как сделать, чтобы было иначе. Может быть, не все рецепты совершенны. Но парадигма — действенна! Это надо пробовать, менять, и опять пробовать. Это надо делать! И если те, в чьих руках ресурсы (не обязательно государство) этого делать не будут, они окажутся в глубокой черной… дыре истории. Да они-то — бог с ними, они там вместе с Россией окажутся. И мы опять будем карабкаться из-под обломков.

Одновременно эта книга является и справочником по молодежным движениям. География издания стянута к Москве, что убедительно целеположено: революции делаются в столицах. У этой книги есть цель: предотвратить очередную российскую катастрофу. Автор — человек, живущий за идею.

Если такие люди появились на нашей стороне, значит у нас есть шансы, сколько бы денег не было у наших врагов. По большому счету, против идеи деньги бессильны. Говоря максимами (каковые мы видим в реале чуть ли не каждый день), против человека, готового к смерти, может выстоять только другой человек, готовый на то же. И только когда двое таких стоят друг против друга, победит тот, у кого лучше оружие. 

Это книга о социальных технологиях, а технологии — это оружие.

Михаил Кордонский



Введение

Размышления об определениях

В то время как в Москве солнце озаряет зубцы Кремля, в далеком Лондоне еще глубокая ночь, но Борис Березовский спит спокойно, ибо знает, что президент России не приезжает на работу раньше 11 часов утра… Так должен был бы начинаться страшный роман об оранжевой революции в России, где на улицы вышла вся «прогрессивная молодежь, доведенная до ручки кровавым путинским режимом». Но альтернативной историей заниматься неблагодарно, а предсказатели со времен Нострадамуса особым успехом не пользовались, другое дело — фантасты. Быть может, начинать книгу надо со слов «…сейчас количество молодежных движений в стране растет…» и дальше искать удачное продолжение? Понятное дело, что «растет как грибы под дождем» — слишком затасканно, «растет как ВВП» — неполиткорректно, да и не отражает тех стремительных процессов в среде молодежи. А если сравнивать с раковой опухолью? Но это будет несправедливо по отношению к самим молодежным движениям. Они ведь на самом деле являются истинными, хотя и немногочисленными, ростками гражданского общества. Того самого, о строительстве которого так много говорят.

Поэтому надо просто принять факт: молодежные движения стали «модными», внимание всех акторов политического процесса к молодежи велико, и, отталкиваясь от этого, уже дальше разбираться с тем, что именно произошло, как произошло и что делать дальше. Конечно, нельзя забывать и еще один главный русский вопрос: «кто во всем этом виноват?»

Для начала немного академизма. Молодежь — это «социально-демографическая группа, переживающая период становления социальной и психо-физиологической зрелости, адаптации к исполнению социальных ролей взрослых. Обычно к молодежи причисляют людей в возрасте от 14 до 30 лет»1. Увы, но именно это определение, являющееся общепринятым и общераспространенным, делает невозможным понимание той роли, которую юные поколения играют в политике сейчас. Оставшись с советских времен, оно совершенно не соответствует реалиям сегодняшнего дня. И с этим вопросом следует разобраться как можно более подробно, ибо в неправильном применении самого термина «молодежь» к политическому процессу, и более того, в неправильном его понимании кроется главная причина неудач многих, если не всех, молодежных движений, попыток создать их, или оседлать, сделав инструментом решения собственных политических проблем.



(СНОСКА1 http://www.glossary.ru/cgi-bin/gl_sch2.cgi?RMuruklm.)



В СССР все было просто: человек с семи лет становился октябренком, с десяти — пионером, с четырнадцати — комсомольцем, и только годам к тридцати в среднем становился членом КПСС, если не было непреодолимых препятствий. При этом надо понимать, что членство ни в комсомоле, ни тем более в КПСС не было обязательным. То есть в СССР понятие «молодежь», если говорить о нем в системном, политическом аспекте, четко привязывалось к комсомольскому периоду. Поэтому нет ничего странного, что молодежь в советских энциклопедических словарях несколько уничижительно характеризуется как «переживающая период… адаптации к исполнению социальных ролей взрослых». Действительно, прежде чем стать полноправным субъектом политического общества, сиречь членом КПСС, человеку следовало пройти комсомольскую «практику», доказать свою лояльность, а также умение и желание заниматься политикой, какой бы выхолощенной она нам сейчас не казалась. Безусловно, стать партийцем было вполне реально и до 30 лет, но для этого нужен был либо блат, либо «активное участие в общественной жизни», либо мифические или реальные заслуги перед Родиной.

После распада СССР компартия как единый инструмент социализации и политизации молодежи прекратила свое существование. Нового, естественно, создано не было. Результатом стала «политическая молодежная трагедия». Об этом стоит говорить в кавычках, поскольку речь идет именно о политическом поражении молодежи, а не о социальной и демографической трагедиях, которые тоже произошли в то время, но касались не одной группы населения, а всех граждан бывшего СССР. Эта «политическая молодежная трагедия» случилась не по чьему-то злому умыслу. Юные поколения, игравшие главную роль в событиях перестройки, ставшие мотором событий августа 1991 года, просто оказались предоставлены сами себе. Молодежь взяла «суверенитета» столько, сколько хотела, но не могла унести его по определению. Тогда большинству казалось, что свалив КПСС, избавившись от железного занавеса, получив «демократию», они вместе с ней обретут и все остальное, в том числе и свою роль, и должное место в политике. В результате свобода превратилась в анархию.

Кто-то повесил себе на грудь медаль «За защиту Белого дома», кто-то прошмыгнул во власть, кто-то в постперестроечном хаосе сколотил банды, а кто-то подался в коммерсанты. Молодежь была брошена в свободное плавание. Государство о своей функции социализации забыло, а лучшими «социализаторами» оказались спортивные клубы, секции, банды и неформальные радикальные объединения. Что же до молодежи, которая хотела заниматься политикой, то она не то чтобы была лишена такого права — нет, партий и общественных организаций было море! Однако стимула, той самой морковки, которую предоставляла раньше компартия, юные поколения лишились. Если отбросить в сторону условности, то надо признать, что стимул этот ранее заключался в государственных гарантиях политического роста индивида, в том случае, разумеется, если он выполнял условия и условности, писаные и неписаные советским строем.

После 1991 года никаких гарантий никто и никому не давал. У молодежи был отнят единственный реально работавший ранее инструмент вертикальной мобильности в сфере политики, воспользоваться которым мог любой желающий. Сначала этого не заметили. На слуху были имена единиц удачливых молодых журналистов, коммерсантов и политиков, но в массе своей молодежь как социально-демографическая категория с начала 90-х была попросту «отрублена» от политики. Особенно страшно это оказалось для глубокой провинции. Если в столице и городах-миллионниках «демократия» давала некоторый шанс выбиться в люди — неважно, каким путем, — то в глубинке вертикальная мобильность работала тогда только в криминальной сфере, отсюда небезызвестные «тамбовские», «кемеровские», «ингушские», «ореховские» и иные организованные преступные группировкиОПГ1.



(СНОСКА1 Практический смысл: надо создавать конструкции, в которых заложена возможность политического роста. Пусть не до самых высот, у маленькой организации — маленький рост, но он заведомо известен и виден внешнему наблюдателю — потенциальному неофиту. Лучше чем ничего. — Примеч. М. Кордонского.)



При этом все бесчисленное множество появившихся в России партий оказались всего лишь уродливыми слепками, жалкими подобиями КПСС. Сохраняя все негативное, что было в компартии, позитивного для рядовых членов, а для молодежи особенно, они предложить не смогли, да и до сих пор не могут. Не будем разбираться в причинах — это тема для отдельной книги, а подумаем вот над чем: в угаре «демократизации» молодежный вопрос не вставал в принципе. Казалось, что новый строй сам сможет разрешить все проблемы, как социальные, так и экономические (а уж тем более политические: как же иначе, когда вокруг свобода, плюрализм, многопартийность…). Однако, унаследовав от КПСС грандиозный поколенческий разрыв в элите, остальные партии банальным образом его репродуцировали. То же самое проделал и государственный аппарат. При этом произошел еще и жуткий, невообразимый раскол внутри поколения той самой «молодежи», определяемой согласно советским учебникам как монолитная демографическая группа в возрасте от 14 до 30 лет. И на это тоже никто особенного внимания не обратил. А ведь, те, кому в 91-м году было 15 лет, и те, кому было 29, находились не в равных условиях перед вступлением страны в новый порядок.

Что такое «молодежь» и с чем ее едят

Прежде чем говорить о том, что происходило в 90-х, надо разобраться все-таки с самим понятием «молодежь». Очевидный вывод, до сих пор почему-то не сделанный: эту группу населения в приложении к политическому процессу ни в коем случае нельзя рассматривать как монолитный сегмент в возрастных рамках среднестатистического советского комсомольца. Чтобы не усложнять ее структурирование введением понятий о субкультурах и т.д., правильнее разделять молодежь на поколения. Возраст в молодости воспринимается как намного более значимая субстанция, нежели в старости. В детском саду разница в год — пропасть. Когда человеку перевалило за 60, эта разница — ничто. В средней школе человека считают «младшим», если он родился как минимум на полтора-два года позже. Для старости два года — мизер.

Так почему же в политике молодежь присутствует как однородная демографическая масса? Естественно, это ошибочный подход, особенно неверный для эпохи больших перемен. Саму молодежь в политологии необходимо делить на поколения1. Разница между поколениями в молодости составляет не более шести лет. Два молодых человека просто не смогут понять базовые жизненные установки друг друга, если один старше другого на больший срок.



(СНОСКА1 Поколения — сходные по строению, образу жизни и другим признакам модификации одного вида, закономерно сменяющие друг друга в процессе жизненного цикла (http://www.glossaru.ru/cgi-bin/gl_sch2.cgi?RPuqurlto9!r8klp).)



Тех, кому было 12–18 лет, то есть родившихся с 1973 по 1979 год, можно отнести к «потерянному поколению». У них оказались выбиты ценностные ориентиры, они были практически лишены возможностей, которые подарил «период первоначального накопления капитала». И, кстати, именно они сейчас, в 2005 году, совершают, по советской логике, переходный период от молодости во взрослую жизнь. Однако это не так, все эти люди  давным-давно повзрослели. Кто-то в 1991-м, кто-то в 1993 году. Взросление было непростое потому, что воспитание-то их было советское, а жить пришлось в рыночной системе.

Базовые рекомендации

Характеризуются устоявшимися убеждениями. «Перевербовка» представителей поколения в противоположный идеологический лагерь затруднена.

Политизированность — средняя, политическая активность — средняя.

Монолитность идеологии у поколения достаточно высока. Преобладают патриотические, националистические и антилиберальные взгляды (за исключением столицы и городов-миллионников).

Лояльность к власти условно можно оценить «выше среднего».

Склонность к радикализму — минимальная, за небольшими исключениями.

При работе с представителями молодежи этого поколения необходимо учитывать их изначальные взгляды, не пытаться кардинально ломать их, перестраивая под идеологию, имеющуюся у политической структуры, максимально предоставлять инициативу, в случае, если человек зарекомендовал себя как лояльный, использовать сильные стороны (или слабые — в зависимости от того, как смотреть), как-то — твердость убеждений и относительно высокий конформизм.

Старшему поколению — тем, кому в 1991 году перевалило за 19, было проще. Им было легче «перестроиться», «приспособиться» под рынок, так как они уже при позднем Михаиле Горбачеве были более социально активны, больше читали, могли лучше анализировать происходящее в стране, нежели их младшие братья из «потерянного поколения». Все они были нацелены на успех, и кто-то этого успеха действительно добился, хотя опять же единицы. Они играли важную роль в «стоянии у Белого дома», спасшем Бориса Ельцина, а потом до политики им стало «по барабану», потому что главным критерием успешности в то время стала отнюдь не политическая карьера, а коммерческий ларек и подержанная иномарка. К этому стремилась вся страна, но лучше всего получалось достичь своеобразного «идеала» как раз у поколения, о котором мы говорим, то есть, у тех, кому сейчас от 32 до 38 лет. Другое дело, что критерии успеха давно изменились. Это поколение нас особо не интересует: в 2005 году они даже под советское определение молодежи не подпадают. Но сказать о них необходимо, чтобы было понятно происходившее в российской политике в 90-х годах.

Базовые рекомендации

Политизированность — низкая, политическая активность — средняя.

Монолитности в идеологии нет.

Лояльность к власти — высокая.

Склонность к радикализму — минимальная.

Поколение в молодежных движениях участвовать не может, поскольку давно выросло из этих штанов. При назначении представителя этого поколения руководителем молодежным крылом надо учитывать негативные факторы, связанные с его оторванностью от молодежи. Положительным фактором является абсолютный конформизм.

Наибольший интерес для нас представляют родившиеся с 1980 по 1985 год, то есть те, кому сейчас 20–25 лет. Они-то и являются движущей силой всех современных молодежных движений, они — лицо современной молодежи. Время перестройки эти ребята провели в пеленках и в детских садах, а когда развалился Советский Союз, самые молодые из них только пошли в школу, а самые старшие — перешли в шестой класс. Что они тогда понимали? Какая политика? Какое «потерянное поколение»? Зато росли они в интереснейший период. У них не было того мучительного разлома сознания, которое пережило большинство россиян в 1993 году, у них не осталось почти никакой памяти о временах гайдаровских экспериментов. Табула раса, надписи на которой оставляли с одной стороны олигархические СМИ, царившие в информационном пространстве, и с другой — кухонные разговоры родителей о политике, полностью противоречащие тому, что изрыгалось со страниц и экранов масс-медиа.

Базовые рекомендации

Убеждения представителей этого поколения, чаще всего нетвердые, соответственно, «перевербовка» вполне возможна.

Политизированность — высокая, политическая активность — высокая.

Монолитности в идеологии нет. Столичная молодежь этого поколения скорее либеральна, провинциальная — консервативна. При этом студенчеству присущи особые требования вроде недопущения отмены льгот и реформирования образования, рабочую молодежь можно охарактеризовать как выжидательно-угрожающе настроенную. Базовые ценности, на которых выросло это поколение — демократия и разные свободы. Ущемление этих ценностей, особенно на бытовом уровне, а не на абстрактно-политическом, способно усилить негативное отношение к власти.

Лояльность к власти — низкая.

Склонность к радикализму — высокая.

При работе с представителями поколения необходимо учитывать психологическую неустойчивость, ранимость, личностные факторы (особенно гендерные), низкий уровень конформизма. Как позитивные аспекты можно отметить высокую социальную активность, зачастую бескорыстие, инициативность.

Поколение тех, кому сейчас от 16 до 20, тоже приковывает к себе внимание политических сил. И не только в силу электоральных причин, но и потому, что они уже приходят на смену нынешним «молодежным активистам». Вчерашние школьники и школьницы — нормальное явление в большинстве молодежных организаций. За этих ребят сейчас идет ожесточенная борьба и слева, и справа, и в центре. В случае, если расчет делается на длительную стратегическую перспективу, борьбу следует вести именно за них. Если же говорить о тактических решениях, то наиболее перспективным выглядит все же поколение молодежи 20–25 лет. При этом необходимо рассматривать каждого конкретного кандидата отдельно, особенно учитывая ситуацию в его семье: «юного человека в 14–15 лет семья делает политиком, потому что они знают, сколько родители зарабатывают и можно ли на эти деньги прожить, обсуждают с родителями ситуацию в стране и мире, новости по телевидению или присутствуют при этом. Семья — самая политизированная ячейка общества»1.



(СНОСКА1 А.Школьник: Только 2% молодежи интересуются политикой в стране (http://www.kreml.org/other/80534736).)



Базовые рекомендации

Партиям и общественным движениям необходимо особенно активно работать с этим поколением. Убеждения его представителей еще не до конца сформированы, более того, при правильной работе «перевербовка» даже не воспринимается как таковая, а ощущается как «некоторое изменение политических ориентиров».

Политизированность — средняя.

Идеология — см. рекомендации к поколению 20–25 лет. Также необходимо учитывать социально-экономические условия, в которых живет человек. В семье, едва сводящей концы с концами, вербовать либерала на основе идеологии «гайдаров-чубайсов» — бессмысленно.

Лояльность к власти — средняя.

Склонность к радикализму присутствует, но не ярко выражена.

При работе особенно важно учитывать гендерные аспекты, для представителей поколения необходимы умелые наставники из двух старших поколений молодежи, необходимо стимулирование участия в политической активности (не в финансовом, а в моральном и психологическом смысле). Поколение очень внимательно относится к внешним признакам своего положения — «корочкам», значкам и т. д. Конформизм у представителей поколения можно оценить как средний, но вполне возможны психологические срывы, поэтому контроль над действиями этих молодых людей необходим очень жесткий. Инициативы необходимо принимать и рассматривать, обязательно отвечая на них по существу. Уровень социальной активности в представителей необходимо поддерживать постоянно, пусть даже искусственным образом, проводя ничего не значащие акции.

Между тем понимания того, что молодежь не может быть едина, что в молодежи есть субкультуры (хиппи, панки, скины, наци и другие), что разница в 5–6 лет — это уже поколенческая разница, что, наконец, внутри молодежи есть и образовательные границы (интересы студента вуза и учащегося лицея — бывшего ПТУ серьезно расходятся), так вот, такого понимания нет до сих пор. Нет ни у государства, ни у партий, ни у тех, кто по идее должен разбираться в этом. Александра Буратаева, член профильного комитета Госдумы и лидер «Молодежного единства», на вопрос о том, на кого рассчитана Федеральная целевая программа «Молодежь России 2001–2005 гг.» — тогда она лоббировала продление программы до 2010 года — уверенно ответила: «На молодежь в возрасте от 14 до 30 лет»1. Комментарии как говорится, излишни. А ведь эта Федеральная целевая программа — единственная государственная, направленная на воспитание молодежи в сфере политики.



(СНОСКА1 А. Буратаева: Основные направления работы ФЦП «Молодежь России 2006-2010 гг.» (http://www.kreml.org/interview/81984626).)



О том, как она реализуется, автору доходчиво рассказали два человека — живущий в Великом Новгороде Михаил Бударагин, который около четырех лет был активистом различных молодежных движений и не понаслышке знаком с ней, а также Отар Макиев, председатель Комитета по делам молодежи Администрации Новосибирской области. Несмотря на грандиозную разницу в возрасте и во взглядах на проблему, то, о чем они говорили, по сути идентично. Процитирую Бударагина: «Одна из первых причин, мешающих реализации любой, даже самой и умной и четкой областной молодежной программы — большое количество кабинетов, в которых «вершатся судьбы» молодежи. Городской комитет по делам молодежи, Областной комитет по делам молодежи, Дом молодежи, центр «Сам», студенческий союз, городской и областной комитеты образования. В кабинетах сидят люди. И чем больше становится этих людей, тем запутанней оказывается система, тем труднее с кем бы то ни было о чем бы то ни было договориться. Не всегда в одном кабинете знают, чем именно занимаются в другом. И, конечно же, все пишут отчеты. За месяц, за квартал, за полгода, за год. Где уж тут заниматься молодежной политикой?» И теперь для сравнения слова Отара Макиева: «На сегодняшний день реализуется проект общественного совета по молодежной политике на уровне администрации области. Функции совета — общественная экспертиза деятельности администрации в плане реализации молодежной политики. Комитет по делам молодежи Администрации Новосибирской области создан для того, чтобы молодежь сама стала участником социальных и экономических процессов. Уже третий год работает областной молодежный парламент»1.



(СНОСКА1 О.Макиев: Мы делаем акцент на деловую активность молодежи и включение ее в социально-экономические проекты (http://www.kreml.org/opinions/28787015).)



Общего в этих высказываниях много. Единственное отличие — чиновник ставит себе это в плюс, а молодой человек уверен, что именно эти комитеты с их бюрократией убивают само понятие «молодежная политика». И согласиться необходимо именно с молодым человеком. Ведь если посмотреть, что же реального сделал тот же молодежный комитет в Новосибирске, то итог неутешителен. По словам Макиева, они «проводят молодежные концерты, соревнования, и другие культурно-массовые мероприятия», однако это не является основным направлением. Основное, оказывается, — это развитие молодежного предпринимательства. «Правда, пока это сельское предпринимательство. Мы совместно изучаем район, в котором определяются приоритетные направления и экономически выгодные проекты. Ситуацию анализируют в администрациях города и области. И уже потом мы запускаем проект, в котором задействовано молодое поколение россиян», — отмечает Макиев. Что ж, похвально конечно, но уж больно это напоминает целину с одной стороны и хлебные местечки для «своих» — с другой. Простой вопрос — что такое молодежное предпринимательство и чем оно отличается от взрослого, ставит в тупик любого. А ведь Новосибирская область, по мнению ряда специалистов, — одна из лучших в России по организации «молодежной политики». Что творится в других регионах, представить сложно. Соответственно глава Министерства экономического развития и торговли РФ Герман Греф, отказав Александре Буратаевой в продлении ФЦП «Молодежь России» еще на пять лет, поступил совершенно правильно. Расходовать деньги впустую бессмысленно. Хотя, конечно, не надо думать, что теперь, после того как ФЦП закрыта, умрут такие организации, как «Молодежное Единство», «Наши, ВАЛ и подобные. Они и до этого основные финансы получали за рамками вышеупомянутой программы.

Необходимый вывод из всего этого: среди политической элиты сейчас никто не знает того, что такое молодежь. Равно как никто не знает, как с этой молодежью себя вести, хотя все говорят о необходимости некоей абстрактной «молодежной политики». Здесь снова не обойтись без академизма. Молодежная политика — это система государственных и общественных мер, направленных на осуществление социальных программ, поддержание доходов, уровня жизни, обеспечение занятости, предотвращение социальных конфликтов молодежи. То есть это глобальные задачи, которые должны в идеале решаться властью вместе с обществом. Однако в этой книге мы не будем говорить о молодежной политике. Цель — показать, что такое «молодежь и политика», каковы формы участия молодежи в политической жизни, как и почему образуются, как функционируют молодежные движения, насколько они самостоятельные политические акторы, а насколько подвержены влиянию, и могут быть использованы другими игроками.



Глава первая Исторический экскурс

Дети и старики

СССР развалился, и, как и все остальное население, молодежь училась выживать в новых условиях дикого капитализма. Страна погрузилась в хаос и разруху, при этом нет ничего удивительного в том, что интересы российской молодежи 90-х годов почти не отличались от интересов их сверстников в капиталистических странах после второй мировой войны. Происходившая деполитизация или, лучше сказать, аполитичность молодежи полностью устраивала власть. Не зря «в 1993 году сетовали Зюганов с Макашовым на отсутствие в их рядах стройных колон молодежи»1. Молодежь не встала в октябре на защиту Белого дома и избранной власти, что позволило Борису Ельцину расстрелять парламент и провести свою конституцию при молчаливо-угрюмой пассивности всего населения.



(СНОСКА1 А.Жарич: Молодежный протест сегодня — это не больше, чем игра в снежки (http://www.kreml.org/interview/81574486).)



Большинство молодежных движений того времени носили националистический характер, так же, как это было в Европе сразу после второй мировой. Да и движений этих было — кот наплакал. Обращать на них внимание могла только прокуратура, и только тогда, когда те совершали резонансные преступления. Что же касается партий, то они, как уже говорилось выше, молодежью не интересовались в принципе. Потом, когда партии окончательно превратились в олигархические заповедники или провластные конструкции, молодежь стала тем более не нужна. Выборы вполне нормально проходили и без ее участия, а аполитичность «недорослей» была только на руку властям и партиям, поскольку гарантировала если не спокойствие, то хотя бы отсутствие больших проблем среди молодежи.

Поэтому вплоть до последнего времени молодежь рассматривалась всеми политическими акторами лишь как демографическая категория, значение которой возрастало только в ходе избирательных кампаний. Ребят использовали для сбора подписей и для ведения агитации, при этом молодое поколение ничем для функционеров партий не отличалось от стариков и старушек. Старушки были даже предпочтительнее, поскольку им меньше платили. При учете особенностей электоральных баз практически всех партий молодежь также проигрывала пенсионерам, интересы которых намного более понятны как партийным лидерам, так и государственной бюрократии: и те и другие, по сути, сами старики. Молодежь же практически все время оставалась за бортом, и вспоминали о ней только во время тех редких избирательных кампаний, когда без голосов «недорослей» сделать было ничего невозможно.

Когда в ходе борьбы Бориса Ельцина с Геннадием Зюгановым в 1996 году стало очевидно, что именно голоса молодежи будут решающими, на привлечение этой части электората были брошены все усилия. Были проведены бесплатные концерты популярных певцов, направо и налево раздавались обещания, штаб Ельцина обеспечил массовое участие юношей и девушек в агитационной кампании, за что они получали пусть небольшие, но все же живые деньги. В результате пусть победа Ельцина и остается до сих пор спорной, осознание значимости молодежи как электората у политиков все же появилось. Это наглядно продемонстрировала следующая избирательная кампания — думская 1999 года.

СПС тогда сделал ставку именно на молодежь, в первую очередь на студенческую. За счет этого (хотя нельзя умалять фактор поддержки Владимира Путина, серьезные финансовые и административные вложения, правильную технологию ведения кампании, популистские заявления, направленные на малый бизнес, и другое), СПС получил рекордные для либералов 5677 тысяч голосов (8,5 %), заняв четвертое место. В Думе у правых было 29 мандатов — 24 по федеральному списку и пять по одномандатным округам.

Однако даже здесь молодежь, хотя и активно участвовавшая в кампании правых и в столице, и в регионах, оставалась всего лишь объектом, а не субъектом политической жизни. Низовые уровни штабов в регионах действительно были заняты сплошь молодежью — стариков даже голосовать за СПС не заставишь, не то что агитировать. Многие мои знакомые работали в той кампании на правых, часть из них потом вступила в партию и двигалась вместе с ней… к закономерному краху. Работа на СПС велась, конечно, больше из коммерческих соображений, но идеологические мотивы также были довольно важны.

Союз правых сил позиционировался для студенчества как партия молодых лидеров — Бориса Немцова и Ирины Хакамады, как единственная сила, выражающая интересы студенчества, та, которая может дать им, студентам, путевку в жизнь. Немаловажным был экономический мотив: партия гарантировала, что создаст в стране такую экономическую ситуацию, при которой выпускники будут востребованы. Серьезную роль играли и эгоистические факторы — СПС преподносился как политическая структура, намеренная не допустить отмены отсрочек от армии. Агитация среди менее образованной молодежи велась, исходя из главного посыла «старикам пора прекратить управлять нами, дадим власть молодым». На фоне вечно болеющего, полумертвого Ельцина и обрюзгшего, немолодого Примакова эта агитация оказалась понятной и доступной. Учитывая низкую политическую образованность молодежи, в то время озабоченной больше курсом доллара, а не тем, кто какой пост в правительстве занимает, понятно, почему такая тактика оказалась успешной.

Роль молодежи в политике начала меняться только при Путине. Путинские времена, как бы их потом ни охарактеризовали историки, явились периодом, когда молодежи впервые стало «не по барабану» то, что происходит в стране. Стабильность, которая сначала воспринималась как абсолютное благо, а затем как застой, сделала свое дело: речь шла уже не о выживании, а о полноценной жизни. В этой связи можно провести параллель с Европой середины 60-х годов прошлого столетия.

Основные проблемы западной молодежи 60-х вполне понятны современному человеку, живущему в России. Особенно тому, кто только начинает трудовой путь. Это высокий уровень безработицы (в противовес на Западе действуют сильные и влиятельные профсоюзы); проблемы трудоустройства по профессии (отсюда студенческие и иные профессиональные клубы); мнимое или реальное ущемление в политических правах (отсюда политическая активность, иногда неформатная и даже радикальная); засилье в экономике монополий (антиглобализм); нежелание служить в армии (пацифизм и уклонение от призыва). В СССР предпосылок для всего этого не было. В России же, напротив, наблюдаются все вышеперечисленные симптомы, усугубляемые фактическим отсутствием профсоюзов, студенческих и иных организаций, занимающихся поддержкой и трудоустройством выпускников, война в Чечне, значительная монополизация экономики, высокий порог вхождения в бизнес, кумовство, коррупция, административные барьеры. Можно упомянуть квартирный вопрос, взяточничество при поступлении в вузы, и многое другое. В общем, уже вполне достаточно причин для волнений российской молодежи типа французских в мае–июне 1968 года, где основной составляющей была социально-политическая, и американских, первопричиной которых явилась непопулярная война США во Вьетнаме.

В России долгое время ничего подобного не происходило. Конечно, нельзя не признать, что бессмысленный симулякр «Идущие вместе» как задумка был гениален. Но воплощение его в жизнь в 2000 году превратилось в фарс. Собирать раз в год многотысячные толпы людей, кричащих «Мы за Путина», конечно, здорово, но когда эти толпы приходится именно собирать, мероприятия, призванные показать единство молодежи и президента, оборачиваются пшиком. Отсутствие внятного политического позиционирования, многочисленные скандалы, а также недоброжелательное отношение прессы успешно прилепили к «Идущим» лейбл безликой группировки «Одобрям-с». Лидер «Идущих» — Василий Якеменко, сделавший себе неплохой пиар и на акциях, и на скандалах, явно показывал, что для него эта организация — лишь ступенька в карьере. Больше из этого молодежного движения никто публике известен не был.

В молодежной среде к «Идущим вместе» относились и относятся с презрением, хотя попользоваться на халяву пейджерами и бесплатными билетами в кино многие были не прочь. Так, в рядах «Идущих» состоял корреспондент газеты «Коммерсантъ» Олег Кашин, который, кстати, до сих пор не написал заявление о выходе из этой организации. Несколько известных сейчас публицистов и политологов признавались в личных беседах, что приходили к «Идущим» с концептуальными предложениями, которые вежливо выслушивались, но никогда не реализовывались. Естественно, ведь решения-то принимались не самими «Идущими»! В результате безыдейность и невнятность организации окончательно себя дискредитировали, членство в этой организации никаких дивидендов уже не могло принести, и это молодежное движение медленно загнивало. Недавнее назначение нового лидера — неизвестного Павла Тараканова, вроде бы организовавшего в 2003 году отделение в Чечне, о чем до последнего времени за пределами Чечни никто не слышал — дополнительное тому свидетельство. Но распускать это движение никто не будет. Нужно же на всякий случай иметь жупел, чтобы очередному Владимиру Сорокину, Филиппу Киркорову, Геннадию Зюганову или Михаилу Саакашвили устроить веселый денек?

ЮКОС, КПРФ, результаты голосования и партийные списки…

Думская кампания 2003 года показала, что внимание к молодежным движения существенно возросло. Первым почувствовал это ЮКОС. Практически не афишируемая сейчас деятельность Анатолия Ермолина, который занимал должность директора молодежных программ, а в «Открытой России» руководит проектом «Новая цивилизация», на самом деле требует очень пристального изучения. Депутат, ныне находящийся в опале и исключенный из фракции «Единая Россия», работал и работает по меньшей мере с 17 регионами России, где существуют различные проекты, спонсируемые «Открытой Россией». Большинство из них носят образовательный характер, как, например, международная школа лидерства «Лига дела», о которой мы обязательно поговорим подробнее. А пока просто факт: в 2003 году ЮКОС провел 73 молодежных фестиваля, создал более 40 постоянно действующих молодежных клубов, работа по программам, спонсируемым ЮКОСом, велась в 544 российских школах. Активных участников программ было около 150 тысяч человек1. Но, естественно, хотя образовательные программы создавали питательную среду для гражданского общества, позволяя при этом руководителям программ манипулировать своими подопечными, во время думских выборов ЮКОС считал гораздо более перспективными именно политические проекты. Среди них, безусловно, выделялась КПРФ — партия тяжелого брэнда с удобным, невнятным и предельно договороспособным лидером.



(СНОСКА1 Михаил Ходорковский — российский Сорос. Он успешно провел первый этап — прикормил учителей. Второй — не успел. (Примеч. М. Кордонского).)



Еще в середине 2002 года, проведя переговоры почти со всеми (как оказалось впоследствии слово «почти» стало роковым) серьезными субъектами власти, компания Ходорковского направила на усиление КПРФ Илью Пономарева, бывшего руководителя «Сибинтек» (дочка ЮКОСа), возглавившего в партии Информационно-технологический центр. По словам самого Ильи, которому тогда исполнилось 27 лет, у группы аналитиков был разработан план модернизации имиджа КПРФ, а главное, привлечения в зюгановскую партию молодежи. Несмотря на то, что в Компартии все понимали необходимость обновления, а Иван Мельников неоднократно публично заявлял об этом, руководство в своей косности и боязни потерять хоть толику влияния не давало ходу ни Пономареву, ни его команде, куда он позвал скандально известного интернетчика Ярослава Грекова и Олега Бондаренко, тогда больше известного своим отцом. Серьезные разногласия между Валентином Купцовым, Виктором Видьмановым и Геннадием Зюгановым с одной стороны и с «молодой порослью», которую только относительно можно назвать коммунистической, поскольку работали в центре исключительно за деньги, которые платил все тот же ЮКОС, привели к тому, что работа центра была практически парализована. Зюганов с удовольствием расстался бы с Пономаревым, но этому мешали Кондауров и другие представители ЮКОСа, получившие места в списке КПРФ, естественно, не за красивые глаза.

Позитивными результатами работы Информационно-технологического центра стало создание лучшего на сей день партийного сайта www.kprf.ru, а также некий флер радикализма, позволивший составить костяк из 30–40 человек, готовых на проведение любых акций (показателен пример активиста КПРФ Армена Бениаминова, вывесившего 7 ноября 2003 года красный флаг на здании Госдумы и приговоренного к году лишения свободы условно за надругательство над государственным флагом). Побочный результат — скандал с Ярославом Грековым, громко ушедшим из ИТЦ КПРФ, обвиняя Пономарева во всех грехах и затаив злобу на руководство Компартии, которое реально не давало молодым людям работать. Главным же результатом стал полный провал в основной работе — привлечению симпатий молодежи к партии. Как грустно сказал сам Илья Пономарев, «поскольку молодежь все-таки нужна (должен же кто-то раздавать листовки, работать «в поле» на избирательных кампаниях и т.п.), старые политики создают им альтернативный загончик, ограждая себя от конкуренции, снимая в то же время дивиденды от деятельности своих юных сторонников»1. На таких условиях молодежь в партию идти не особенно хотела. Нельзя, конечно, говорить, что КПРФ уступила «Единой России» в три раза, набрав 12,6 % против 37,6 % голосов исключительно из-за того, что не смогла привлечь молодежь на свою сторону, но отсутствие правильной стратегии в отношении молодежи внесло свою лепту в поражение коммунистов. Однако, в отличие от коммунистов, которые не сделали никаких выводов и до сих пор пытаются омолодить партию посредством старых лозунгов, заезженных еще в середине 90-х годов, ЮКОС молодежную тему не оставил.



(СНОСКА1 И. Пономарев: Тот кто будет контролировать молодежные движения, станет следующим лидером страны (http://www.kreml.org/interview/80365247).)



На фоне предсказуемого поражения КПРФ очень показательным фактом пренебрежения интересами молодежного электората стал провал СПС на думских выборах. Стратегию правых оценивать трудно, потому что, скорее всего, ее не было вовсе. Все началось с шпиономании, когда главного креативщика СПС Эльдара Янбухтина обвинили в двурушничестве и с треском выгнали из СПС. После этого правые обратились к Марине Литвинович, оставившей Фонд эффективной политики и не получившей вожделенную должность руководителя Управления внутренней политики Администрации президента. Чем руководствовались эспеэсники, понятно: Литвинович работала на прошлых выборах 1999 года на команду Бориса Немцова — Ирины Хакамады — Сергея Кириенко, которая тогда одержала убедительную победу. Высоко ценились и связи Марины с известными интернетчиками — Владиславом Бородулиным, главредом «Газеты.Ру», Антоном Носиком, главредом «Ленты.Ру», и Михаилом Гуревичем, главредом «Утро.Ру». Отметим, что Литвинович тоже изгнали из штаба СПС в сентябре 2003 года, после чего креативить посадили Андрея Трапезникова и наконец палочку-выручалочку — Альфреда Коха, на которого, кстати, потом пытались списать вину за провал партии.

Марина Литвинович начала активную деятельность в Интернете, а также предложила стратегию «от дома к дому». Как ей удалось убедить руководство партии, что Интернет — электорально значимый ресурс, неизвестно, но на сетевые игры были потрачены немалые средства. Также немалые средства были потрачены на публикации «программных» статей в СМИ. Это, конечно, неплохо, но недостаточно для победы на выборах, тем более что правые все более и более увязали в войне с «Яблоком». Похоже, что идея «мочить Явлинского» принадлежала той же Литвинович. Этим охотно занялись многие московские и региональные политтехнологи, осваивая бюджеты на черном пиаре и «заказухах». «Яблоко» не оставалось в долгу, хотя в кулуарах Явлинский довольно потирал руки и говорил, что СПС, ведя против его партии войну, не понимает, что главный его враг — «Единая Россия», и что у самого-то Григория Алексеевича договоренность с Кремлем есть, а потому его «мочить» не будут, а напротив, обеспечат зеленый свет. То, что свет для Явлинского не зеленый, а скорее мигающий с желтого на красный, можно было понять по наезду прокуратуры на Агентство стратегических коммуникаций, возглавляемое Вадимом Малкиным (как и Литвинович, выходцем из ФЭПа). Фактическим результатом обыска в офисе агентства стала выемка «неизвестно откуда» взявшейся наличности в сумме около 600 тыс. долларов, а реальным — заморозка креативной работы на «Яблоко» и некоторое нарушение связей Явлинского с Кремлем.

Но к нашей теме это имеет косвенное отношение. Просто рассказ о том, что творилось в штабе СПС, и о войне с «Яблоком» дает понять, почему никакой стратегии по отношению к собственному электорату у правых не могло быть. Увлекшись тактическими играми, в которых Литвинович, да и Кох очень сильны, СПС не подумал о самом главном — кто будет за него голосовать. Почему-то в партии была стопроцентная уверенность, что правых поддержат все бизнесмены и вся молодежь, по крайней мере, образованная.

Что касается бизнесменов, то СПС реально мог рассчитывать лишь на поддержку части олигархов, не кооптированных «Единой Россией» или Администрацией президента в интересах «Единой России». Малый бизнес тошнило от одного упоминания слова «СПС». Особенно негативную реакцию вызывала Хакамада. Те, кто считает владельцев магазинчиков или мастерских стадом, глубоко ошибаются. Это далеко не стадо, а люди, прекрасно ориентирующиеся в ситуации. И, в отличие от молодежи, лозунгами их не увлечь. Эти бизнесмены прекрасно помнили, что Хакамада при Ельцине возглавляла профильное ведомство, призванное улучшить положение малого бизнеса, с чем, безусловно, не справилась совершенно. Бизнесмены видели, что с 1999 по 2004 год правые если и интересовались заботами предпринимателей, то очень небольшого круга лиц, обычно входящих в Российский союз промышленников и предпринимателей и Торгово-промышленную палату. Наконец, любой владелец собственного дела заинтересован в стабильности, а СПС в кампании 2003 года ни о какой стабильности не говорил, символом стабильности, которая все еще воспринималась как благо, была тогда «Единая Россия»1.



(СНОСКА1 Недавно я получил интересное рассуждение, отчасти опровергающее постулат о заинтересованности мелкого бизнеса в стабильности. Очевидно, интерес имеет пределы, связанные с параметрами стабильного состояния. Вот что рассказал совладелец небольшой московской частной школы, не какой-то вальдорфской или прочей, а просто общеобразовательной: «Сейчас нам стабильно плохо! Еле выживаем! Каждую катастрофу нам удавалось, пользуясь хаосом, чего-то оторвать. В дефолт 1998-го мы прикупили еще один домик. В следующей революции вряд ли удастся. Но хотя бы на период катастрофы чиновники становятся осторожнее и пугливее. Потом опять все возвращается к состоянию как сейчас. В долгосрочной перспективе революция нам ничего не даст. Но хоть несколько месяцев послабления, может год, пока чиновники еще не опомнились». (Примеч. М. Кордонского).)



Молодежная стратегия СПС была провальной. Начнем с того, что правые решили, что раз на прошлых выборах за них голосовали студенты, то теперь эти же студенты, подросшие на четыре года и ставшие «офисными мальчиками», также проголосуют за них. На студентов был обращен всего лишь один, причем не особенно артикулированный лозунг относительно отмены призыва и прекращения войны в Чечне. Власти на это ответили выборами, де-факто закрепившими в сознании граждан страны ощущение того, что война завершена, и кампанией пропаганды контрактной службы. Об отмене отсрочек тогда говорилось очень робко, и посему студенты себя не чувствовали на крючке у военкомата.

Несложно догадаться, что вместо того чтобы ходить «от двери к двери», правые должны были ходить «от аудитории к аудитории». Но по сравнению с 1999 годом агитация в вузах страны была значительно слабее и хуже организована, в первую очередь это относится к московским. Конечно, надо учитывать фактор административного ресурса, который тогда был задействован против СПС, но даже это ничуть не оправдывает то, что агитация была направлена на все население страны, а не сфокусирована на молодежной студенческой аудитории.

Политическое позиционирование правых, точнее, отсутствие внятного позиционирования, также принесло СПС серьезный вред. Молодежи нужны четкие установки «что такое хорошо и что такое плохо». Вместо того чтобы дать несколько тезисов, Ирина Хакамада, Борис Немцов и Анатолий Чубайс вертелись как флюгера, с одной стороны, пытаясь ни в коем случае не задеть «нашего дорогого Путина», а с другой — обвиняя во всех грехах существующий режим. Двойственная и неконкретная позиция не привлекает молодежь, особенно студенчество. Студенчество знает, что это поведение характеризуется философским термином «амбивалентность», но этот термин для образованной молодежи воспринимается как ругательство.

Когда же в дело в самом конце кампании вступил сам Чубайс со своей либеральной империей и нападками на Рогозина, студенчество запуталось еще больше. С одной стороны, Чубайс — всероссийский аллерген стал лицом партии, к которой в принципе студенты негатива не испытывали. С другой — этот же Чубайс выступил с откровенно идиотским документом, который никто из его потенциальных избирателей не собирался не только читать, но даже открывать. Наконец, с третьей — Чубайс совершил серьезную ошибку, выбрав в качестве спарринг-партнера Дмитрия Рогозина. Пусть Дмитрий Олегович никакой не харизматик, пусть Чубайс с Леонидом Гозманом размолотили его в пух и прах во время теледебатов, но главное, что до рядового избирателя, на которого ориентировался Рогозин, тот смог донести простую мысль: «Смотрите — я выступаю за вас, за ваши права, за Россию, за Родину, а меня, такого патриота, гозманы и чубайсы, широко известные своей любовью к простому народу, обвиняют в фашизме!» А ведь среди аудитории, на которую работала «Родина», было и то самое студенчество, за которое должен был бороться СПС…

За несколько дней до выборов правые завесили тревожными красными баннерами весь Рунет. Красно-белые, а затем черно-белые баннеры разместили самые крупные порталы, такие как «Мейл.Ру», «РБК.Ру», «Яндекс.Ру» (в кампании отказался участвовать только «Рамблер.Ру»), что по самым скромным подсчетам должно было обойтись в 100 тыс. долларов, а учитывая «политическую наценку», скорее всего, стоило раза в три дороже. Эти баннеры представляли собой обращение к некоему абстрактному белому воротничку или офисному мальчику с призывом не допустить в стране диктатуры, ликвидации свободы слова и тому подобными либеральными страшилками, буквально умоляя прийти и сделать «правильный выбор». Представляется, что результат правых был вполне адекватен проведенной кампании: 3,97 % у СПС и 4,3 % у «Яблока».

Примеры остальных партий в Думской кампании нам особенно не интересны. Стоит только отметить, что серьезно омолодил свой федеральный список Жириновский, выдвинувший гениальный лозунг своей кампании «мы за бедных, мы за русских». Особой политики в отношении молодежи у Владимира Вольфовича никогда не было, тем не менее его «соколы» всегда на слуху, а появляться он любит в окружении молодых ребят спортивного вида, чем дает почву для различного рода кривотолков. Результат Жириновского на выборах, конечно, ошеломляет — 11,45 %, что всего на 1 % меньше, чем у КПРФ, но думается, что свою роль сыграл тот самый гениальный слоган кампании, а также протестное голосование значительной части населения. Блок «Родина», получивший на выборах 9,02 % голосов избирателей, также не уделял молодежи особого внимания в ходе кампании, но его патриотические лозунги привлекали часть консервативно мыслящей молодежной интеллигенции 25–30 лет, а также значительную часть маргинальных представителей молодежи, особенно возраста 20–25 лет. «Яблоко» пребывало в прострации вместе со своим лидером, который, по одним слухам, находился почти всю кампанию в запое, а по другим — серьезно болел. Естественно, в такой же коме находилось и «молодежное Яблоко».

Особый разговор о «Единой России». Организовавшись как партия бюрократов, она, безусловно, была незаинтересована в молодежи. Свои 37,57 % «ЕдРо» получила совсем не из-за того, что выступало за молодежь, или пенсионеров, или за какую-нибудь иную социальную или демографическую группу. Единороссы удовлетворились поддержкой, оказанной ими одному человеку — Владимиру Владимировичу Путину. В ответ они получили от президента России такую же поддержку, и верхом на президентском рейтинге триумфально захватили Государственную думу. Для проформы единороссы создали свой комсомол — «Молодежное Единство». Под деятельность едровской молодежи была даже придумана и реализована так называемая «моя социальная программа». Результатом ее работы стало благоустройство двориков, дорог, введение курсов в молодежных учреждениях и ряд других действительно полезных проектов.

«Молодежное Единство», курируемое Александрой Буратаевой, создавало небольшие массовки на некрупных митингах (если массовка нужна была большая, в дело вступали профсоюзы), занималась агитацией и тому подобным. После выборов, естественно, работа буратаевского пионерлагеря была свернута, хотя формально организация существует. «Молодежное единство», безусловно, не могло оказаться удачным проектом, так как ни о какой вертикальной мобильности в рамках движения и речи идти не могло, равно как и о самостоятельных действиях членов движения.

Национал-большевики

Говоря о думской кампании 2003 года, нельзя забыть о главном фигуранте большинства последующих молодежных протестных акций — Эдуарде Лимонове (Савенко), лидере Национал-большевистской партии. 30 июня 2003 года он был условно досрочно освобожден из колонии №13 общего режима города Энгельса, где отбывал наказание за организацию незаконного приобретения, хранения и перевозку оружия. Лимонова арестовали в апреле 2001 года на Алтае, процесс начался в сентябре 2002-го, а приговор был вынесен только в апреле 2003 года. Вместе с ним были осуждены еще пятеро членов НБП. По информации от источников в правоохранительных органах, одним из условий освобождения Лимонова было обязательство прекратить радикальные и неформальные акции и нападки на власть. Но для Лимонова договоренности ничего не значили.

В один из последних летних, солнечных дней в ныне сгоревшем и восстановленном Манеже собрались представители разных партий, чтобы договориться вести себя во время выборов честно. Мероприятие 27 августа 2003 года обещало быть невообразимо скучным, но все же я пошел на него, чтобы посмотреть на то, какие стенды представили партии, и попытаться на этой основе сделать какие-нибудь выводы о грядущей кампании. На сцене собралось несколько невыразительных персонажей и Владимир Жириновский с Александром Вешняковым. Во время выступления Вешнякова раздался какой-то непонятный крик, вверх полетели какие-то листочки и кого-то уволокли в подсобку. Глава ЦИК стоял как ни в чем не бывало и продолжал говорить о честных выборах, посетовав на то, что «везде найдутся провокаторы». Я сначала не понял, о чем это он, продолжая беседовать с Екатериной Архангельской, бывшей тогда руководителем интернет-сайта «Единой России», но потом, присмотревшись, увидел заляпанный костюм Вешнякова. Честно говоря, разбросанные бумажки никто не собирал, поскольку они никому не были нужны, и этот инцидент мог бы вполне пройти полностью незамеченным, если бы не «золотое перо» — корреспондент газеты «КоммерсантЪ» Андрей Колесников, написавший об этом инциденте большую статью, и не телевизионщики, которые внесли кадрами с майонезометанием «оживляж» в сюжет о рутинном мероприятии. Надо ли говорить, что обливал майонезом Вешнякова нацбол (Николай Медведев)? И надо ли говорить, что эти перформансы лимоновцев стали постоянным «развлечением» для журналистов, освещавших самые скучные на моей памяти выборы в Госдуму?

Всего же нацболы в разных регионах страны с сентября по декабрь провели более 90 акций1.



(СНОСКА1 См. прил. 1.)



Отметим, что 7 декабря на избирательном участке нацболка Наталья Черновая бросила яйцо в Михаила Касьянова, досиживавшего последние дни в должности премьер-министра. Нацболы уверяют, что именно после инцидента с Касьяновым к ним кардинально изменилось отношение власти, которая стала им мстить за премьер-министра. Разумеется, это далеко не так. Отношение власти к НБП изменилось после того как они взяли на вооружение лозунги Бориса Березовского. Причем Эдуард Лимонов продавил эти лозунги своим авторитетом, что заставляет очень серьезно отнестись к утверждению, что «Лимонов продался Березовскому». Знающие люди называют совершенно несерьезные суммы, и это делает их слова еще более похожими на правду. Что касается изменения направленности протеста нацболов, любопытный факт: до 7 декабря нацболы выступали против «нечестных выборов», против «административного ресурса», против Вешнякова лично, против «Единой России», Чубайса… в общем, протест нацболов был объяснимым и вполне конкретным. После 7 декабря активисты НБП выступали исключительно под лозунгом «Долой Путина». Так, если посмотреть на то, что происходило во время акции «Антикапитализм», и учесть, что фамилия Грызлова была исключена из списка министров, подвергающихся остракизму, а затем сравнить это с забрасыванием яйцами того же Грызлова на съезде единороссов через три месяца, очевиден факт радикализации НБП и окончательного ее ухода в несистемную, даже антисистемную оппозицию.

Такова была ситуация с молодежными политическими движениями на момент начала президентской кампании в конце 2003 года. Слабость практически всех существующих молодежных движений была очевидна, и никто не мог предположить, что всего лишь через несколько месяцев ситуация в политической сфере кардинально изменится, что многие акторы политического процесса бросятся строить или покупать молодежные движения и организации уже весной 2004 года.



Глава вторая Как создаются молодежные организации1



(СНОСКА1 Уже в названии главы звучит в принципе практичная постановка вопроса: «как?» без бесполезного интельского «почему?» и универсального ответа «Этопотомучто». (Примеч. М. Кордонского.))



Молодежь аполитична? Вряд ли…

Неизвестно, откуда у государственных и общественных деятелей 2003 года, да и у части нынешних тоже, появилась уверенность в том, что молодежь политикой не интересуется. Полагаю, что действительно был проведен когда-нибудь какой-нибудь заказной опрос, результаты которого показали, что активный интерес к политике проявляют всего лишь 2 % молодежи, еще 8 % интересуются ей в принципе, а остальные к политическим событиям индифферентны. Вопрос, однако, в другом: почему это мнение прижилось в российском истеблишменте и полностью оккупировало его сознание? Действительно, если предложить респонденту 20 лет вопрос «вас интересует политика?», пожалуй, 90 % ответят отрицательно. Но если понимать, что политика — это все же нечто большее, чем новости по телевизору о партиях и президенте, что действия губернатора или ректора Института дружбы очередных народов — это, по большому счету, тоже политика, то все меняется.

Широко распространенное мнение об аполитичности молодежи должно быть накрепко забыто. Времена изменились. Все те же 2 % молодежи, интересующейся политикой, упоминались в начале марта 2005 года в ходе заседания «Молодежная субкультура в российской политике: настоящее и будущее», проведенного информационным агентством «Росбалт» при поддержке Института системных проектов, Александром Школьником, руководителем проекта «Медиакратия», а также другими экспертами, присутствовавшими на этом заседании1. Это утверждение неверно. В соответствии с опросом Фонда «Общественное мнение», проведенным совсем недавно (2 июня 2005 года1), о своем интересе к политике заявили 33 % опрошенных молодых людей, что всего на 7 % меньше, если сравнивать с россиянами среднего возраста. При этом большинство россиян считают нужным, чтобы люди, не достигшие 25 лет, занимались политикой (61 % против 18 % полагающих обратное). Да и сама «аполитичная молодежь» столь же охотно соглашается с этой точкой зрения (59 % против 22 %).



(СНОСКА1 А. Школьник: Только 2 % молодежи интересуются политикой в стране (http://www.kreml.org/other/80534736).)

(СНОСКА1 ФОМ: Политический потенциал и политическая активность молодежи (http://bd.fom.ru/report/cat/societas/nation/demography/distrib_ans/elect_age/molodezh/d052222).)



Интересны объяснения респондентов. Чаще всего звучала фраза о том, что «в руках молодых — будущее страны, вся надежда на молодых». На втором месте следовало подчеркивание позитивных качеств молодежи (прогрессивные взгляды, образованность, энергичность). Третье место заняло суждение о том, что участие молодых в политике — это возможность высказывать свои взгляды, отстаивать свои права и интересы, следом идет уверенность, что «это обеспечение политической преемственности, формирование нового поколения руководителей», наконец, наиболее любопытное мнение, которое опрашиваемые высказывали, заключается в том, что «участие в политике — это дело молодых».

Не идеализируя социологов и понимая, что опрос проводился по заказу1, скорее всего для обоснования идеологических и концептуальных действий (ежели таковые все-таки последуют) прокремлевских «Наших» и «Россий Молодых», хочется отметить, что предыдущие данные опроса фонда, например, от 17 января 2004 года, когда о ВАЛах и «Наших» никто не слышал, не сильно расходились с приведенными выше. Более того, интерес к политике у молодежи в 2004 году оценивался даже чуть выше — на уровне 37 %, что, в принципе, объяснимо, учитывая завершившиеся в декабре 2003 года думские выборы и начавшуюся тогда кампанию по выборам президента1. Таким образом, очевидно, что занижение политического потенциала молодежи невозможно и недопустимо.



(СНОСКА1 Результатам социологических опросов верят все меньше. Но сам процесс опроса — тоже метод пропаганды. Мелкие коммивояжеры обходят квартиры и представляются социологами, чтобы предъявить свой товар. В политике это почему-то применяется меньше. (Примеч. М. Кордонского.))

(СНОСКА1 Росбалт: Политикой не интересуется две трети российской молодежи (http://www.rosbalt.ru/2004/01/24/140284.html).)



С важностью молодежного фактора, пожалуй, сейчас, после революции роз в Грузии, оранжевой революции на Украине, андижанского расстрела и «недореволюции тюльпанов», а проще говоря, Бишкекского погрома в Киргизии, никто не будет спорить. Молодежь, ставшая локомотивом всех вышеупомянутых событий, заставила с собой считаться. Поэтому особенно интересно рассмотреть то, каким образом организовывались и организуются сейчас молодежные движения в России. В этом разделе рассматривается, как, кем, зачем и на какие средства создаются подобные организации, но не приводятся конкретные молодежные движения, относящиеся к тому или иному типу. Каждый из вариантов, описанных ниже, не является идеальным, ни одно движение не организуется исходя из одного конкретного сценария, имеет место синтез нескольких вариантов.

Первый вариант — молодежь под партию

Чаще всего молодежные движения строятся именно по этому принципу. Партийные бонзы, выходцы из КПСС, в лучшем случае из ВЛКСМ, уверены, что у партии должен быть комсомол. Это будет своеобразная кузница кадров, наш комсомол, уверяют себя партийцы. После чего либо из рядов самой партии, либо из числа сочувствующих назначают орговика. Часто им оказывается сын или дочь, любовница или любовник кого-нибудь из партийной верхушки. Перед ним ставится задача: сделай нам молодежное движение. Иногда дается идеология материнской структуры, чаще всего никакой идеологии нет и у нее. Выделяются средства для деятельности молодежного движения. После чего партийцы замирают в приятном ожидании, что вот-вот в их комсомол ломанется молодежь.

Ожидание затягивается, происходят перестановки в руководстве молодежной организации, новые перестановки, скандалы и т.д. Во время избирательных кампаний такие молодежные структуры получают дополнительное финансирование и вполне справляются с задачами, поставленными перед ними партией, то есть работой в поле. Еще один громадный плюс таких движений — порой молодежи прощается то, что никогда не простилось бы самой материнской структуре. И создав такую «ячейку недорослей», своеобразный громоотвод, партия получает возможность посредством молодых ребят заявлять свою истинную позицию, не опасаясь репрессий. Есть и серьезный минус — велика вероятность того, что по истечении некоторого времени озвучивать все реальные инициативы партии будет именно молодняк, взращенный для отвода царского гнева. В такие организации лучше всего принимать молодежь в возрасте от 17 до 22 лет, поскольку в своей массе эти ребята имеют амбиции, но еще недостаточно высоко себя ценят и склонны доверять авторитету старших.

Второй вариант — идейное движение

В нашей стране такой подход к строительству молодежных организаций встречается крайне редко. В идеале он выглядит следующим образом: прежде чем создавать структуру, вырабатывается идеология, и именно под определенные идеи и лозунги вербуются сторонники. Задолго до начала вербовки проводится медийная кампания по распространению в обществе базовых идей, в крайнем случае используются листовки и наглядная агитация. Кооптирование членов начинается, когда уже подготовлена среда. Это значительно облегчает набор адептов, а также уменьшает число пришедших в организацию «просто так потусоваться», хотя увеличивает возможность того, что в организацию будут внедрены провокаторы.

Именно на идейной основе в 90-х годах создавались большинство националистических структур. Один раз этот подход испробовал Александр Дугин при создании НБП, но потом оказалось, что идеология очень легко меняется в зависимости от того, насколько оперативно очередной лидер движения улавливает, в каком направлении дует ветер из Кремля или от спонсора. Столкнувшись с таким обычным в политике моментом, Дугин продемонстрировал неготовность к борьбе за собственное детище и ушел из НБП.

Таким образом, среди плюсов: высокая идейная мотивация участников движения, существенное снижение затрат на проведение политической работы, значительная монолитность движения. Среди минусов: создать подобное движение в кратчайшие сроки практически нереально, массовость будет ограничена предлагаемыми лозунгами, Настоящий владелец, финансист или вождь движения вполне может отодвинуть идеолога на третьи роли, а затем избавиться от него вовсе, при этом движение, не осознавая этого, меняет свою идеологическую направленность. Отметим, что не имеет никакого значения, молодежь какого возраста является активистами движений такого рода: если в самой структуре нет возрастных рамок или барьеров, то приветствуется любая молодежь, хоть 14 лет, хоть 29. Если движение стремится к легализации в виде партии, тогда, естественно, нижняя планка поднимается до 18 лет.

Третий вариант — секта

Трудно заметить, как организация превращается из идейного движения в банальную секту. Обычные признаки — полное и беспрекословное подчинение вождю, непоколебимая вера в то, что вождь прав. Вождь не может ошибаться потому, что он вождь. Взаимное зомбирование членов таких движений происходит длительное время, но приводит к одному результату: активисты не могут критически осмысливать происходящее, становятся слепыми орудиями в руках своего руководителя, их характеризует высокая степень подозрительности, недоговороспособность. В отличие от своих адептов, вождь полностью осознает ситуацию и умело использует ее для саморекламы, а также в личных или коммерческих интересах.

В такие организации принимают как подростков лет 14, так и людей, давно уже не являющихся молодыми. Секта она на то и секта, что не делает никаких различий между рядовыми членами. К счастью, в России таких организаций мало, а в политическом пространстве нет ни одной. Лишь НБП смертельно близко подошла к той границе, когда ее можно будет назвать сектой.

Четвертый вариант — следуем моде

Этот подход особенно распространен в последнее время. Поскольку молодежные движения стали модными, политические акторы создают их, следуя дани моды. По технологии реализации этот вариант ничем не отличается от первого, за исключением того, что если партии создают молодежные движения хотя бы с какой-то внятной целью — проведение акций, агитация, раздача листовок и т.п., то созданное в угоду моде не обосновано ничем, кроме желания быть как все. Никаких плюсов в использовании данного варианта не видно. Минусов очень много, начиная с того, что таким движениям необходимы серьезные денежные вливания. Что касается возраста, то, учитывая специфические особенности такого молодежного строительства, предлагается использовать на руководящих постах (3–5 человек) людей в возрасте от 25 до 30 лет, работающих, естественно, за зарплату. Создавать при этом низовые структуры нет необходимости.

Пятый вариант — создание массовки

Для некоторых специфических акций молодежи необходима массовость. Если речь идет о концертах или фестивалях, массовость обеспечить ничего не стоит, но если мы говорим о политической акции типа митинга или демонстрации, то согнать туда больше 3-4 тыс. молодых людей практически нереально — для этого необходимы огромные финансовые затраты и незаурядные организаторские способности. Поскольку все же массовость акций иногда нужна позарез, то возникает и запрос на специалистов, способных организовать нужное количество людей.

Технология действий в таком случае проста: после поступления заказа в различных регионах создаются отделения организации, сотрудники которых, чаще всего студенты, получают небольшую, но достаточную зарплату, и занимаются тем, что налаживают связи с сокурсниками, ребятами с других курсов или факультетов, учениками школ или завучами. Вступление в движение ни к чему не обязывает, более того, рядовой участник организации получает бонусы в виде маек, бейсболок, значков, билетов в кино, на спортивные состязания… Никакой идеологической работы с ними, безусловно не проводится, потому что они нужны исключительно для массовки.

За несколько недель до дня «Х» организаторы начинают суетиться. Они срочно укрепляют контакты с рядовым активом, предлагая совершить поездку не куда-нибудь, а, например, в Москву или в Питер. Естественно, при этом никакого криминала не предлагается, да его попросту и нет. В результате, в день «Х» стройные ряды и колонны заполняют площадь или улицу. После некоего ритуального действия, которое абсолютно безразлично большинству участников акции, ребят распускают «побродить по городу». Организаторы, вплоть до низового звена руководителей, подсчитывают прибыль, масс-медиа взрываются потоками лести или оскорблений, а рядовые участники тоже не внакладе — бесплатно съездили посмотреть Москву, задорно покричали речевки, получили красивые майки, тем более что проходят такие акции обычно под прекрасными патриотическими лозунгами.

Среди плюсов организаций подобного рода — наличие актива, готового выполнить любое распоряжение, отличные организаторские способности большей части руководства, хорошие связи с той молодежью, которая является главным адресатом и одновременно главным актором акции. Минусов тоже достаточно: низкая креативность руководства, его продажность, громадные расходы, чаще всего необоснованные, которые несет заказчик, общий негативный фон, рано или поздно складывающийся вокруг движения. Понятно, что руководить такими движениями должны профессионалы, пусть даже они никак под понятие «молодежь» не подпадают, а возраст активистов никакого значения не имеет.

Шестой вариант — распил бюджета

Очень плотно примыкающий к тому, о чем мы говорили в случае создания массовки, этот вариант все же имеет и свои отличия. Так, через молодежные организации некоторое время вполне успешно отмывались деньги: под видом благотворительности осуществлялась банальная легализация средств. Расписывать технологии бессмысленно, но организация таких движений осуществляется следующим образом: руководителем организации назначается свой человек, бухгалтером, понятное дело, тоже. Под мнимые проекты выделяются большие суммы, в отчетности эти суммы проходят как потраченные, а руководство делит их со спонсором. Иногда проекты оказываются не мнимыми, но средств выделяется намного больше, нежели необходимо для их реализации. Естественно, при назначении руководящего состава таких организаций возраст не учитывается в принципе. Рядовых активистов можно набирать среди вечно голодных студентов на разовые акции за 100 рублей в день.

Седьмой вариант — поиск заказчика

Когда на рынке есть заказ, то появляется и предложение. Это правило, бесспорно, работает и в приложении к политической сфере. Иногда на рынке появляется предложение, которое, возможно, кому-то нужно, но продавец еще не знает своего потенциального покупателя. Так, в России в начале 2005 года возникло множество маленьких, но гордых организаций, позиционирующих себя как преемницы «Поры» и «Кмары», а чаще попросту захватывающих громкие имена с надеждой использовать уже раскрученные бренды. Они много пишут о себе на форумах и блогах в Интернете, используют приемы дешевого пиара, чтобы информация о том, что такие движения все-таки есть, дошла наконец-то до покупателя. На самом деле эти псевдодвижения очень похожи на готовые предприятия. Чтобы заказчику не пришлось самому проходить муторные процедуры, ему продают фирму под ключ. Так же и здесь — название придумано, имеется целых три, а иногда даже четыре (!!!) члена организации, позиционирование выбрано.

Продолжая сравнения из сферы бизнеса, можно сказать, что такие молодежные организации очень похожи на фирмы-однодневки. Ими вполне можно попользоваться для той или иной провокации, после чего навсегда забыть о существовании движения и о своем в нем участии. Поэтому наличие таких молодежных объединений говорит отнюдь не о росте протеста среди юных поколений, а о том, что на рынке политтехнологий намечается или уже ведется какая-то игра, в которой этим организациям однодневкам отведена своя, обычно незавидная, роль. Чаще всего такие движения создают молодые люди 20–23 лет, либо студенты, либо не имеющие работы.

Восьмой вариант — своя тусовка

Деятельность молодежных движений в России долгое время пристально не изучалась, а потому было совершенно непонятно, что движет молодыми людьми в их стремлении стать активистами той или иной организации. В последнее время, однако, стало очевидно, что значительная часть молодежи состоит в соответствующих движениях для того чтобы банальным образом тусоваться. То есть многие расценивают участие молодежи в политике как своеобразную игру, пьяный клуб и веселый уличный погром одновременно. Да, конечно, здесь много плюсов. Такая молодежь задорна, весела, красива, шикарно смотрится на экране и на фото в печатных СМИ и Интернете.

Молодежь одной тусовки сплоченная, ее легко мобилизовать, легко вести за формальным или неформальным лидером. Но есть и много минусов. Основная проблема движений, организованных по этому принципу, по словам Ярослава Грекова, человека, не понаслышке знакомого с молодежными движениями, заключается в том, что «в такой тусовке реально работать заставить некого, так как все тусуются. Если начинает работать один человек, то он быстро сгорает»1. То есть если вдруг политика перестала быть игрой или если от молодежи потребовали чего-то большего, чем просто постоять на улице и покричать «Долой!», то энтузиазм быстро растворяется.



(СНОСКА1 Я. Греков: Все потуги на молодежный протест смешны (http://www.kreml.org/interview/85282562).)



Вторая, не менее важная проблема — возрастная. В таких тусовках охотно действуют молодые люди лет 16–21. Как только человеку приходится начинать зарабатывать на хлеб насущный, то интерес к подобному времяпрепровождению улетучивается столь же моментально, как и энтузиазм.

Наконец, третья проблема, являющаяся следствием второй, — гендерная. Часто в организацию попадают юноши или девушки, которым абсолютно неинтересна деятельность этой структуры. Причины элементарны, как их охарактеризовал Алексей Жарич, создатель проекта «За!», гендиректор журнала ВВП: «Девочке нравится мальчик, она хочет познакомиться, пообщаться. Он в это время занят организацией акций протеста, что ей остается делать? Вступать к нему в ряды»1. Соответственно, бывают и обратные примеры: кто-то кого-то бросил, кто-то что-то не поделил, в результате возникает скандал, чаще всего выливающийся на сторону и используемый конкурентами, который обеспечивает движению негативную репутацию.



(СНОСКА1 А. Жарич: Молодежный протест сегодня — это не больше чем игра в снежки (http://www.kreml.org/interview/81574486).)



Девятый вариант — клубные организации

В последнее время довольно часто возникают молодежные политические организации на базе клубов по интересам. Чаще всего эти клубы создаются посредством виртуальных знакомств через Интернет, а также на базе общего места работы или учебы. Главная проблема — место для проведения встреч и наличие активиста-организатора, вокруг которого группируется костяк организации. Иногда для собраний используются рестораны (если члены организаций состоятельные), иногда аудитории, иногда просто квартиры. Клубы эти представляют собой всего лишь дискуссионные площадки, где ведутся по большому счету кухонные разговоры «за жизнь и о политике», только в расширенном формате. Создание таких площадок — вполне разумная и позитивная миссия, которая, однако, в тактическом смысле не принесет особой пользы организатору. Если же в клубах собираются более-менее известные персонажи, чье мнение имеет значение и кто пользуется влиянием, такую площадку вполне можно использовать для вбросов нужной информации, рекрутинга активистов и иных мер.

Резюмируя, следует сказать, что клубная организация представляется наиболее интересной и перспективной для социализации молодежи и втягивания ее в политический процесс. Однако контроль над деятельностью таких клубов осуществлять практически невозможно. Организовывать их сверху вполне возможно, но затратно, а вот находить и использовать — вполне перспективно. Кстати, надо учитывать и возрастной состав этих клубов. Чаще всего собираются в них ровесники, и если работать с ребятами 18–22 лет (студентами) проще, то со старшим поколением, лет 25–30, уже гораздо сложнее.

Десятый вариант — организация при вузе

Создавая любое молодежное движение в вузе, необходимо знать, что в соответствии со статьей 15 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» от 22 августа 1996 года № 125-ФЗ, все отношения между организациями и вузом должны соответствовать уставу высшего учебного заведения, поэтому знать соответствующие положения устава необходимо. Желательно, чтобы такое движение было одновременно лояльно и властям и ректору, а также имело хотя бы неформальную договоренность с представителями властей, которые санкционировали бы или сквозь пальцы смотрели на создание организации.

В случае создания серьезного оппозиционного движения использование административного ресурса крайне затруднит любую работу организации в вузе. Вместе с тем создавать клубы по интересам никто запретить не может, поэтому целенаправленную работу в институтах и университетах вполне можно вести, используя предложенную выше схему. Если же административный ресурс работает в вашу пользу, то создание организации значительно облегчается. Студенты — народ довольно дисциплинированный и активный. При наличии финансовых ресурсов и перспектив, которые организаторы могут предложить студентам, отбоя от активистов не будет.

Наконец, нельзя забывать о таком серьезном аспекте, как студенческие профсоюзы. В настоящее время их представляет РАПОС — Российская ассоциация студенческих профсоюзных организаций вузов, которую возглавляет депутат Госдумы Олег Денисов (фракция «Родина»). Официально РАПОС объединяет 1,2 млн. студентов. Однако учитывая коллективное членство в организации (около 320 коллективных членов), эта цифра студентов представляется существенно завышенной, возможно, на несколько порядков. Профоргов, то есть реальных участников, тех, на кого РАПОС опирается в своей деятельности, не так много, порядка 10–15 тыс. человек, примерно по одному человеку на курс. Никакой реальной деятельности профоргов, как правило, не видно. Распределение путевок, получение комнат в общежитиях в основном проходит мимо студентов. Однако речь не о том, делает ли что-нибудь РАПОС для студентов или нет. Главное, что профсоюз вполне способен вывести людей на улицу. Так, в 1999 году в их акции приняли участие около 100 тыс. человек. В настоящее время наблюдается снижение влияния организации, даже в материнской структуре (МГТУ имени Баумана) его позиции покачнулись. Однако тем, кто намеревается работать с молодежью в вузах, ни в коем случае нельзя забывать об организации Олега Денисова.

Одиннадцатый вариант — сетевая структура

Это самый сложный, самый затратный, но между тем наиболее перспективный в стратегической перспективе вариант организации молодежных движений. В принципе, им должно заниматься только государство, жестко пресекая все попытки любых иных структур, партий или компаний влезть в дело создания сетевого молодежного сообщества. Слово «сеть» в данном случае не имеет никакого отношения к Интернету, разве что он является одним из средств связи различных ячеек системы.

Сетевая структура — это многочисленные образовательные, воспитательные, спортивные, развлекательные и досуговые учреждения, работающие с молодежью. Возраст молодежи значения не имеет, то есть в данном случае неважно — 14 лет активисту или 29, главное — обучаемость и активная жизненная позиция. Причем не имеет никакого значения даже политическая ориентация, она как-то нивелируется на общем фоне, а затем и полностью меняется на необходимую в считанные недели.

Естественно, все участие молодежи в таких организациях должно быть добровольным и бесплатным. Внешне эти учреждения могут не быть связаны. Более того, они могут не иметь никакого отношения к политике. Однако пересекаемость лидеров этих организаций обеспечивается путем создания дополнительных ячеек, условно назовем их школы молодых лидеров или молодежные институты управления. То есть над структурой обязательно осуществляется контроль и производится отбор наиболее перспективных и талантливых молодых людей, обладающих лидерским потенциалом.

Создание такой сетевой структуры, финансируемой из одного или нескольких источников, имеющих общий интерес, в течение довольно короткого времени (2–3 года) приводит к повышению активности среди молодежи, в первую очередь политической. А контролирующий эту сетевую структуру политический актор вполне может канализировать активность молодежи в этих структурах в нужное ему русло. Кстати, украинские события прекрасно показали, что бывает, когда молодежные сетевые структуры работают на внешнего игрока — о них рассказано в отличной статье Михаила Кордонского1, председателя общественной организации «Ассоциация пользователей сетей телекоммуникаций», который, собственно, и подарил название такому способу создания широкого молодежного движения1.



(СНОСКА1 М. Кордонский: Как делаются молодежные революции: Путч грантоедов. (http://www.kreml.org/options/87340042).)

(СНОСКА1 Теоретические основы социологии сетевых сообществ заложил Говард Рейнгольдс в публикации The virtual community, хотя там как бы нет ничего про политику. Первой реализацией технологии был аполитичный flashmob. То, что эта технология будет использоваться в коммерческих и политических целях, предсказывали многие за несколько лет до ВОР. Свои пути создания сетевых структур в реале сознательно искали многие неформальные лидеры и работники неформальной педагогики в России в последнее десятилетие. У них есть прекрасные разработки и интеллектуальный потенциал… но нет ресурсов. (Примеч. М. Кордонского.).)



В России ни одной такой организации создано, к счастью, пока не было. Нечто подобное начал реализовывать ЮКОС в 2002 году, но, учитывая то, что компании были предъявлены иски налоговых органов, которые привели к продаже на аукционе «Юганскнефтегаза», самостоятельно ЮКОС уже финансировать это направление не может. Межрегиональная общественная организация «Открытая Россия» продолжает проект создания сетевого общества, но уже с гораздо меньшим рвением. ЮКОС чувствовал возрастающее значение молодежи и ее влияние на политику, и искал пути для того, чтобы сделать молодежь «своей», но, как и в случае с омоложением КПРФ, ничего не вышло. При всех усилиях «Открытой России» и других сторонников Ходорковского в конце весны 2005 года они продемонстрировали, что не управляют своим сетевым обществом, которое все же к тому времени было значительным по количеству участников программ организации (как уже говорилось, около 150 тыс. человек только за 2003 год).



Глава третья Президентская кампания 2004 года. Рост молодежного протеста в столице

«Россия без Путина» и другие

Разобравшись, каким образом происходит создание молодежных движений, перейдем, собственно, к рассказу о том, как в России происходило бурное развитие и становление таких движений. То есть, от теории к практике. Вспомним, как начинался 2004 год:

поражение правых и левых, которые не могли оправиться от шока до конца президентских выборов;

триумф «Единой России», которая до февраля праздновала победу и особо не задумывалась ни о чем другом, кроме того, как же ей «подфартило»;

рост разочарования среди столичной и питерской интеллигенции в отношении политических процессов, происходящих в стране, что особенно было характерно для журналистов;

по сути, безальтернативные президентские выборы, участие в которых не стали принимать даже вечные кандидаты Жириновский с Зюгановым (по разным причинам), что сделало выборы еще более неинтересными, а также вызвало довольно сильное раздражение у многих пиар-контор;

продолжающаяся пиар-кампания в защиту Михаила Ходорковского;

начало дискредитационной кампании Бориса Березовского против Владимира Путина;

«революция роз» в Грузии и победа Михаила Саакашвили на выборах.

После выборов в Госдуму декабрь 2003 года оказался донельзя бедным на политические события. Медленно раскручивающийся маховик президентской кампании, в итогах которой никто не сомневался — с одной стороны, паника и мучительная попытка осмысления того, как же так получилось, в рядах КПРФ, СПС и «Яблока» — с другой. В «Родине» начался раскол, обусловленный чрезмерными амбициями Сергея Глазьева. «Единая Россия» предвкушала дележку портфелей в Думе, а также вербовала в свои ряды депутатов-одномандатников и представителей других фракций. Михаил Ходорковский сидел в тюрьме уже второй месяц, и за исключением нескольких высказываний Анатолия Чубайса, Михаила Касьянова, увольнения Александра Волошина и резкой смены направленности освещения политических событий ЮКОСовской «Газеты.Ру», ничего не говорило о том, что судьба опального олигарха волновала хоть кого-нибудь. Но это было в России.

А вот на южных границах происходили поистине исторические события — ноябрьская революция роз в Грузии свершилась, результатом чего стало падение режима Эдуарда Шеварднадзе. Трудно судить, кто в российской власти смог сразу оценить значение этого события. Шеварднадзе буквально достал всех не только у себя на родине, но и в Кремле. Клановость его правления, отсутствие вертикальной мобильности, коррумпированная власть, всеобщая нищета населения делали понятными происходящие события и для журналистов, и для политологов, и для аналитиков. То, что выборы в парламент прошли нечестно, также не вызывало никаких сомнений, поэтому возмущение населения подтасованными результатами воспринималось как само собой разумеющееся. Отставка Шеварднадзе вызвала вздох облегчения — гражданская война не началась, и это главное. На руках внесенный на пьедестал власти Михаил Саакашвили, казалось, не мог быть худшим, чем Шеварднадзе, президентом.

Роль «Кмары» в революции роз не сразу была оценена по достоинству российской властью. Однако один из крупнейших экспертов по Грузии, имеющий там немалые интересы, — Борис Березовский — если не участвовал, то внимательно следил за происходящими событиями. И то, что «Кмара» играла первую скрипку в грузинских событиях, он понял сразу. Также он понял систему бархатной революции: создание ощущения нетерпимости к действующей власти во всех слоях общества, наличие авторитетных оппозиционеров, активные молодежные силы и, как спусковой крючок, парламентские выборы, которые еще до их проведения объявляются «подтасованными и нелегитимными», а после оглашения результатов организуется «всенародное недовольство» с прямыми трансляциями по западным телеканалам. Так что уже с ноября 2003 года Березовский анализировал грузинский опыт свержения власти без легальных механизмов, а также опыт возведения на престол доселе малоизвестного политика Михаила Саакашвили, получившего на выборах 4 января около 94 % голосов. Безусловно, Березовского интересовала в первую очередь технология произошедшего, а не политические меры, которые намерено было предпринять новое грузинское руководство.

Первые реальные шаги были направлены на то, чтобы совершить нечто подобное в России, и прощупывание почвы, поиск потенциальных сторонников, Березовский начал уже с конца 2003 года1. Популярная во второй половине декабря идея бойкота выборов воплотилась в создание нового интерет-ресурса http://www.boykot.ru, который заполнялся сотрудниками сайта «Грани.Ру», принадлежащего Борису Абрамовичу. Вообще судьба Интернет-проектов Березовского обычно печальна: сайт http://urna.ru, рассказывающий о нарушениях, допущенных на выборах 2003 года, вполне соответствуя своему названию, не вызвал никакой реакции общества. Аналогична судьба и других спецпроектов: «Политзеки.Ру», «Террор99», «Колокол.Ру», «Закаев.Ру», «Заложники.Ру». Но вот сайт «Бойкот.Ру» выделяется из этого списка. Одной незначительной деталью, которая, правда, в корне меняет всю его содержательную составляющую: логотип, на котором крупными буквами было написано «Россия без Путина».



(СНОСКА1 Мне кажется, роль молодежи и учительства в создании бархатных революций Михаил Ходорковский понял раньше Бориса Березовского (но позже классика Джорджа Сороса). Ходорковский действовал тоньше Березовского, стратегичнее, с дальним расчетом. Заблаговременность и длительность регулярной работы — необходимое условие успеха. (Примеч. М. Кордонского.))



В среде московской интеллигенции Владимир Путин никогда не пользовался такой популярностью, как в целом по России. Но как бы ни была сильна оппозиционность в этой среде, понятие «президент» долгое время для них оставалось сакральным. Слово «президент» было настолько значимым, что при этом слово «Путин», являющееся как бы естественным дополнением к высшему лицу государства, в принципе не могло восприниматься как что-то, имеющее личностную характеристику. На это играл и имидж самого Владимира Путина. Вопрос «Ху из мистер Путин?» представлялся весьма актуальным, притом, что сам президент ни разу не дал на него четкого и внятного ответа1. Президент Путин оставался загадкой, чья личная жизнь окружена тайной, весь компромат на которого собирается в тонкую тетрадку распечаток с одноименного сайта, и которого к тому же явно любит весь народ. В этой обстановке лозунг «Россия без Путина» реально воспринимался как нечто недозволенное, запретное и страшное. «Как же так, как же может Россия, да без Путина?» — таковы были бы обычные мысли практически любого в нашей стране в 2003 году.



(СНОСКА1 «Ху из мистер ваш лидер?» — информационный барьер вокруг личности топ-менеджера — прекрасный способ создания псевдохаризмы! Лидер молодежного движения вполне может содрать этот метод у Путина. (Примеч. М. Кордонского.))



На разрушение именно такого имиджа президента, когда он является как бы «женой Цезаря», которая, как известно, вне подозрений, и была направлена деятельность Березовского. Своеобразная десакрализация имиджа президента не может быть массовой, а потому усилия были сконцентрировны исключительно на московской интеллигенции. Книга «Байки кремлевского диггера» Елены Трегубовой, написанная с удивительной откровенностью, практически невозможной в современном политиздате, была одним из первых пробных шаров, причем опыт оказался очень успешным. Болезненно самовлюбленная, не понимающая большинства происходящих вокруг нее политических событий, журналистка газеты «КоммерсантЪ» стала для интеллигенции открытием. Она описывала реальный мир и реальных людей, мир, в котором у президента по фамилии Путин есть личные желания, чувства, радости или гнев. Этот мир закулисья Кремля, во многом, кстати, правдивый, оказался, пожалуй, куда более убийственным в отношении к президенту со стороны московского бомонда, чем «Норд-Ост» или «Курск».

Умело подогреваемая кампания по распространению книги способствовала тому, что трегубовский бестселлер прочитали буквально все москвичи, интересующиеся политикой, и значительная часть не интересующихся1. Пусть главным лейтмотивом их разговоров после прочтения «Баек» были слова «ну и дура эта Трегубова», зато в подсознании уже прошла главная трещина, которая сделала вскоре вполне приемлемым и даже понятным широко освещаемый в СМИ и в уличных акциях слоган «Россия без Путина». Кстати, именно этим же занимается и Максим Кононенко, автор проекта Владимир.Владимирович.Ру, хотя и с санкции Администрации президента, более того, с ее благословения. Представляется, что в ней полагали сделать образ президента более человечным, но ошиблись. И очень сильно.



(СНОСКА1 При распространении книги Трегубовой сознательно или несознательно применен дефицит как метод пиара! Для молодежи, выросшей при полных витринах и назойливой рекламе всего — оригинальный. Книгу запретили! Инфу убрали из поисковых систем, но вот она есть на таком-то сайте. Пока действуют березовские байки про «тоталитаризм» в России, может действовать и этот метод. (Примеч. М. Кордонского.)



Бесспорно, опальный олигарх не сам придумал слоган «Россия без Путина», им ранее пользовались левые, в основном, молодежь из АКМ и нацболы. Интересный факт: этот лозунг появился в медийной сфере в феврале 2001 года, когда на Украине проходила акция «Украина без Кучмы». Тогда его впервые высказал, если можно верить «Российским вестям»1, Евгений Киселев. Через месяц этот слоган был использован нацболами, что зафиксировала «Сегодняшняя газета». В январе 2002 года «Россия без Путина» становится официальной кричалкой АКМ. После того как коммунистов потеснили с постов в Госдуме, Зюганов также разрешил использовать лозунг на митингах и манифестациях КПРФ. В частности, 1 мая, по сообщению Интерфакса, левые намеревались вместе с профсоюзами устроить шествие «Россия без Путина», выступая против пересмотра пакетного соглашения о распределении руководящих постов в нижней палате парламента. Однако на протяжении всего 2002 года этот слоган все же оставался полуофициальным вторым названием АКМ. В сентябре 2002 года во время акции «Антикапитализм-2002» именно под лозунгом «Россия без Путина» объединялась левая молодежь не только АКМ, но и РКСМ(б), СКМ, НБП, РРП.



(СНОСКА1 Жучки на Кучму слетаются не только с Украины // Российские вести. — 2001. — 14 февраля.



Однако вплоть до появления сайта Березовского «Бойкот.Ру» популярность лозунга была крайне низкой. Для сравнения — с 2000 по начало декабря 2003 года в соответствии с анализом всех СМИ, собранных в базе данных «Интегрум», упоминание словосочетания «Россия без Путина» встречалось всего 25 раз. С тех пор ситуация изменилась кардинально. Первое упоминание о сайте Березовского «Бойкот.Ру» датируется 26 декабря 2003 года, до конца 2004-го в СМИ 720 раз цитировалась эта кричалка. С начала 2005-го можно насчитать 175 упоминаний ее в СМИ. Причем снижение упоминаемости автор склонен относить не к тому, что лозунг не был воспринят обществом, а с тем, что сама постановка вопроса «Россия без Путина?» уже не представляется какой-то кощунственной или страшной, как это было раньше. То есть задача выполнена.

Из всего вышесказанного получается, что естественными союзниками Березовского в ходе кампании по выборам президента в 2004 году оказывались молодежные движения левого и радикального толка. После того как стало очевидно, что идея бойкота выборов со стороны участников была сорвана спикером Совета Федерации, решившим «постоять рядом», и амбициями Глазьева, Березовскому не оставалось ничего иного, как заниматься банальной дискредитацией Владимира Путина и дальнейшей десакрализацией понятия «президент». И в этом ему усиленно помогали Эдуард Лимонов, Илья Пономарев и Ирина Хакамада.

Прямых доказательств того, что лондонскому сидельцу удалось купить Эдуарда Лимонова и Абеля (Линдермана) нет, так же, впрочем, как нет и прямых доказательств того, что Илья Пономарев летал в Британию для переговоров об условиях финансирования МЛФ, так же как нет доказательств того, что Березовский предлагал Зюганову деньги на избирательную кампанию 2003 года. Однако очень многие политологи намекают на это вполне откровенно. Виктор Милитарев, вице-президент ИНС, характеризуя Лимонова, подчеркивает, что он «хочет вместе с Явлинским, Немцовым и Хакамадой брать деньги у олигархов и участвовать в устранении Путина, рассчитывая на этом, как минимум, сильно возвыситься»1.



(СНОСКА1 В.Милитарев: Новое молодежное движение должно стать силой, которая будет противостоять революции (http://www.kreml.org/interview/80191430.))



В частных беседах источники и в КПРФ, и в окружении Ирины Хакамады подтверждали, что из Лондона им оказывалась поддержка, хотя Хакамада публично признавала, что ей оказывает поддержку отнюдь не Березовский, а Леонид Невзлин. Первые контакты Эдуарда Лимонова и Березовского состоялись, по разным данным, в августе или в декабре 2003 года при посредничестве Станислава Белковского. Инициатором этих контактов был не Лимонов, а лондонский олигарх, да и финансирование лидер НБП получает довольно скромное1. Что же касается самих нацболов, то они даже в приватных беседах никогда не сомневались в честности своего вождя и были всегда готовы идти за ним до конца, хотя и не разделяли некоторых его идей. Широко известно, что когда Лимонов предложил поддержать оранжевую революцию в Украине, нацболы отказали ему в поддержке. Подобная искренность и бескорыстие нацболов, кстати, привлекающие к ним симпатии многих журналистов, безусловно, достойны похвалы. А вот то, как использует своих ребят харьковский писатель-эмигрант, возвращенный в общество благодаря таланту Александра Дугина и других идеологов НБП, вызывает только отвращение.



(СНОСКА1 М. Тульский: Разговор со специалистом по компромату: Что такое Молодежная «Родина», ММЯ и НБП (http://www.kreml.org/interview/91846487).)



Мало кто уже помнит, однако 5 января произошел «захват»1 здания представительства Министерства юстиции в Туле нацболами. Естественно, главным лозунгом нацболов был тот, о котором мы уже столько раз говорили выше. Еще через неделю был создан так называемый Исполком общественного движения «Россия без Путина», председателем которого стал лидер НБП Эдуард Лимонов1. В идеологическом документе с грозным названием «декларация» перечисляются все упреки, стандартно выдвигаемые Борисом Абрамовичем к Путину: «Война в Чечне проиграна, выборы сфальсифицированы, Россия идет к самодержавию, жертвы «Норд-Оста» лежат на совести Путина, независимые СМИ подверглись репрессиям, дома в Москве взорвала ФСБ». Лишь в конце документа мы встречаем такие традиционные для нацболов вопросы как права русских в странах СНГ и Балтии и ошибки во внешнеполитическом курсе руководства. Все это вторично и неважно. Главное в декларации, с которой были ознакомлены все нацболы, — дискурс Березовского. Так постепенно искренних и честных ребят их вожди оболванивали в собственных целях.



(СНОСКА1 Когда в  книге автор употребляет слово «захват», он использует лексику нацболов. На самом деле, никакими захватами эти действия не являются. Обычно лимоновцы врываются в кабинеты и сидят там, пока их не вынесут на руках милиционеры, либо взбираются по лестнице на крышу или на балкон, приковываются наручниками и вывешивают свое знамя.

(СНОСКА1 http://www.nbp-info.ru/archiv/311203/100104_decl.html).



Примерно в это же время создается и небезызвестный и ничем себя не проявивший либеральный «Комитет-2008» — тоже детище Березовского — Невзлина — Гусинского, только с либеральной стороны. Любопытно, что до того, как Лимонов взял для своего движения название «Россия без Путина», в СМИ циркулировали слухи, что либеральный комитет будет называться «Анти-Путин».

Тогда же Березовскому понадобился журналист, который хорошо знаком с протестующей молодежной средой, лояльный и отчаянно стремящийся сделать себе имя и выбиться из провинциальной журналистики в класс московских элитных писак типа Колесникова, Минкина и Политковской. И такой журналист нашелся довольно быстро, да его и не надо было искать, он уже давно был под рукой. Олег Кашин, отличный репортер, человек, который сейчас, пожалуй, знает больше всех в России о молодежном движении, и очень неплохой парень, пришел в «КоммерсантЪ» в 23 года, летом, в самом начале думской кампании. В бытность в Калининграде Кашин наладил одновременно хорошие связи и с «Идущими вместе», с НБП и с другими организациями молодежи. Все это вполне пригодилось ему в Москве.

В августе 2003 года, когда Кашин только начал писать в «Коммерсанте», его стиль был все еще далек от идеала, да и сами заметки касались больше вопросов строительного рынка. Параллельно с этим Кашин вел личный дневник в «Живом журнале» (блоговом сервере livejournal.com, крайне популярном в среде журналистов и пиарщиков, о котором мы поговорим отдельно), где скоро стал довольно читаемым и известным персонажем с маской парня от сохи и self-made man. С осени 2003 года он начал писать о левой молодежи. Но развернулся Олег Кашин только с февраля 2004 года. Именно тогда он становится гуру в молодежных вопросах, а многие представители всяческих политических движений недорослей искренне считали, да и до сих пор считают, что если о них не писал Кашин, значит, они не существуют. Во многом здесь заслуга, конечно и самого журналиста, а во многом — редакции «Коммерсанта», в частности, Васильева, который не уволил Кашина даже тогда, когда для этого был реальный повод, и единственного выделял его среди коллектива газеты за исключением «золотых перьев» Колесникова и Панюшкина. И, естественно, есть здесь заслуга Березовского, для которого было важно создание именно в деловой среде впечатления о том, что в стране реально существуют серьезные очаги политической молодежной оппозиции. Любопытный момент: во время украинской избирательной кампании Кашину не доверили поездку и освещение украинских событий, хотя, казалось бы, что именно он смог бы лучше всего сориентироваться в толпе Майдана.

Всего с августа 2003 по июнь 2005 года у этого автора вышло 385 статей. Из них 116 были посвящены молодежным движениям и молодежному протесту (я намеренно исключил из списка анализируемых материалов все материалы о «Дон-Строе» как не относящиеся к данному вопросу, хотя пропиариться на акциях против этой фирмы приезжали многие молодежные лидеры). В таблице, представленной ниже, видно, как и в какие периоды росла активность Олега как репортера из «молодежных горячих точек», то есть с разных акций, где его порой бивали сапогами. Заметим, что рост публикаций о молодежных движениях происходит в феврале, в разгар дискредитационной кампании против Путина. Следующий пик приходится на июнь, когда проходили акции против принятия закона о монетизации, а после сентября 2004 года редко когда у коммерсантовского репортера было меньше восьми публикаций в месяц о молодежном протесте. Результатом стала одна из полнейших подборок материалов о молодежных движениях в России, о том, что происходило в переломные моменты лета 2004 года, и как разыгрывался тендер на оппозиционную молодежь зимой 2004–2005 годов (см. табл. 1).



Таблица 1

Публикации Олега Кашина, посвященные молодежному протесту (по месяцам)1



(СНОСКА1 Подробная статистика публикаций Олега Кашина, наложенная на политические события, элементы лингвистического анализа его текстов могут послужить пособием для использования тех же методов в контрпропаганде. (Примеч. М. Кордонского.))



Месяцы

2003 год

2004 год

2005 год

Январь

–

1

7

Февраль

–

5

4

Март

–

5

8

Апрель

–

2

13

Май

–

4

18

Июнь

–

7

1

Июль

–

4

–

Август

2

3

–

Сентябрь

3

5

–

Октябрь

3

7

–

Ноябрь

2

3

–

Декабрь

1

8

–



Среди наиболее часто упоминавшихся слов и аббревиатур, касающихся политической молодежной жизни, мы встретим 259 раз слово «за» и всего лишь 89 раз — «против». То есть общее ощущение от всего объема прочтенных статей — митинги (встречается 355 раз), пикеты (166 раз) и другие мероприятия проводятся почти всегда с целью заступиться за кого-нибудь, потребовать прав и свобод, выдвинуть позитивные лозунги. При этом, естественно, никакой прямой связи с опальными олигархами во всех действиях молодежи не наблюдается: Березовский упомянут всего 25 раз, а Невзлин — два раза. При этом чаще всего апелляции протестующих обращены именно к президенту России Путину (167 упоминаний), который, однако, никак не ассоциируется в статьях с «кровавым режимом» (ни одного упоминания).

Но поскольку позитивной реакции президента на эти обращения в статьях Кашина не фиксируется, получается, что Путин глух и слеп в отношении «чаяний народных», тогда как силовые структуры просто набрасываются на бедную молодежь. Эти силовики практически не дают и слова сказать молодежи, а чаще всего сажают в каталажку (43 упоминания аббревиатуры ОВД и 11 — СИЗО). Также создается впечатление, что обычным результатом протеста является уголовное преследование (слово УК, Уголовный кодекс, упоминается 292 раза, УПК, Уголовно-процессуальный кодекс — восемь раз, столько же, сколько ФСИН — Федеральная служба исполнения наказаний). Среди «самых страшных» врагов фигурируют ОМОН с 73 упоминаниями, ФСО (аббревиатура встречается 34 раза), ГУВД (29 раз) и ФСБ (23 раза). «Наименее» опасными для молодежи получаются ГАИ (в различных вариациях упоминается шесть раз), центральное ведомство МВД (11 упоминаний) и УБОП (14 упоминаний).

Естественно, очень много внимания уделяется судебным разбирательствам — слово «суд» фигурирует 84 раза, в которых протестующих необходимо защищать (61 упоминание). Кто же самый главный среди этих движений? По версии Олега Кашина, пальму первенства занимает НБП (171 упоминание) и члены этой организации — нацболы (встречается в текстах 286 раз). Среди других организаций, участвующих в протесте, заметна КПРФ (145 упоминаний), АКМ — аббревиатура найдена 47 раз, РНЕ и СПС (по 23 раза), ЛДПР — 13 раз, МЛФ и СКМ — по семь раз и, наконец, РАПОС с пятью упоминаниями. Если же смотреть персональный состав, то чаще всего в обиженных оказывался Михаил Ходорковский — 68 упоминаний; за ним, что вполне естественно для протестных акций, следует вечный забияка Удальцов (54 упоминания), а Яшин, который с 2004 года стал своего рода альтер-эго Кашина, встречается на страницах этого репортера так же часто, как и Пономарев (29 раз).

Безусловно, не стоит полностью принимать все сказанное выше как абсолютную истину, поскольку это был всего лишь контент-анализ текстов Кашина, однако некоторые интересные выводы из приведенных выше цифр и данных сделать вполне возможно.

Главный из них: почему чаще всего в «Ъ» упоминается НБП, объяснений не требует. Лимонов принял идеологические установки Березовского, практически позабыв про те прекрасные акции, которые нацболы проводили в защиту русскоязычного населения в странах бывшего СССР. Их главным лозунгом стал «Путина долой», а организация фактически превратилась в антисистемную, направленную на разрушение государства. По этому поводу бывший главный идеолог НБП Александр Дугин возмущенно заявлял: «Лимоновская шарашка, которая плюется, кидается яйцами, прыщаво брызжет майонезом и безответственно отправляет потерявшуюся бодрую, но истеричную молодежь на нары из-за ребяческой удали, представляет собой всего лишь эпатажный леволиберальный антиглобализм провинциального российского розлива»1. Как раз такая НБП была нужна Березовскому. Боевая, безбашенная, бессмысленная, направленная на разрушение и при этом искренняя в своей ненависти к существующему режиму, заражающая своей искренностью всех вокруг.



(СНОСКА1 А. Дугин: В 2008-м энергией молодежи займутся враги: оранжевые, атлантисты и глобалисты (http://www.kreml.org/interview/83364942).)



В освещении деятельности нацболов принимали участие в первую очередь либеральные интернет-СМИ1, причем, практически не имело значения, кому они принадлежали в то время. Так, первое сообщение о захвате нацболами здания Минюста в Туле появилось на «гусинском» «Ньюсру.Ком», и только через два дня было перепечатано «березовскими» «Грани.Ру» и «Бойкот.Ру». Иногда информация появлялась на принадлежащей ЮКОСу «Газете.Ру», после чего ретранслировалась по другим интернет-СМИ. Наиболее значительные события выходят в печатных СМИ Березовского, в частности, «Ъ» и «Независимой газете», частично подхватывают кампанию «Новая газета» и «Московские новости». Однако именно Интернет остается главной средой для распространения информации, направленной на дискредитацию образа Путина. Ниже приводится таблица ресурсов, контролируемых Березовским, или действующих в связке с его СМИ (см. табл. 2), а также схематически изображены сами связи между этими ресурсами (см. рис.).



(СНОСКА1 К отслеженному автором факту, что «в освещении деятельности нацболов принимали участие в первую очередь либеральные интернет-СМИ», могу добавить свой: большинство скинхедов узнали о существовании скинхедов из тех же либеральных СМИ. Принцип «антиреклама равна рекламе» как будто бы много раз озвучен, но общественным сознанием всерьез не воспринят. Провинциальные журналисты, да и часть столичных, относятся к нему как к красивому софизму, а не практическому руководству. (Примеч. М. Кордонского.)



Таблица 2

Ресурсы, контролируемые Борисом Березовским, или действующие вместе с ними

URL

Название

Описание

Связи с другими сайтами

Статистика посещений главной страницы

http:/www.grani.ru 

Грани.Ру

Информационный портал (все темы)

kolokol.ru, terror99.ru, urna.ru, zalozhniki.ru

15 000–20 000

http:/www.apn.ru (с марта не контролируется Березовским)

Агентство Политических новостей

Политический анализ и интервью

sobkor.ru, ricn.ru, kprf.ru

Около 4000

http:/www.boycott.ru

Бойкот.Ру

Сайт за бойкот выборов-2004

kolokol.ru, terror99.ru, urna.ru, zalozhniki.ru. grani.ru

1500–3000



http:/www.urna.ru

Предвыборный журнал

Сайт о выборах 2003 года

boycott.ru, zalozhniki.ru.

Около 300

http:/www.zakaev.ru 

Закаев.Ру

Сайт в поддержку Закаева 

ng.ru, polit.ru, newsru.com, kolokol.ru, boycott.ru, grani.ru

Около 100

http:/www.zalozhniki.ru

Заложники.Ру: «Трагедия на Дубровке»

Сайт, посвященный жертвам «Норд-Оста»

ng.ru, polit.ru, kolokol.ru, boycott.ru, grani.ru, zakaev.ru, terror99.ru

Около 700

http:/www.terror99.ru

Террор-99

Сайт, посвященный взрывам в Москве 1999 года

grani.ru, kolokol.ru, zalozhniki.ru

Около 300

http:/www.kolokol.ru

Колокол.Ру 

Сайт, посвященный защите прав человека

grani.ru, ng.ru, polit.ru, vokrug.info.ru, zakaev.ru, terror99.ru

Около 3 000



Информационные партнеры сайтов Березовского в сети Интернет (начало 2004 года):

	ИАА «Новый Регион»;

	Информационное агентство «Коминформ»;

	Инфонет. Нижегородская Служба Новостей;

	НИА Красноярск;

	Нижегородское Телеграфное Агентство;

	Красноярская телерадиокомпания «Афонтово»;

	Независимая газета Астраханской области «Волга»;

	Ульяновское информационно-рекламное агентство «Мозаика»;

	ИА «Уралинформбюро»;

	ИА «Тюменская линия»;

	Тюменская интернет-газета «Вслух»;

	Кавказ-Центр;

	ИА «Белмедиа»;

	ИА Regnum;

	Информационно-политический канал «УралПолит. Ру»;

	ИАА «Информ-Экология»;

	Агентство Электронных Новостей;

	ИА «День» — Удмуртия;

	Русское Радио — Чита;

	РИА «УралНЭП».

Самое интересное, что где-то с двадцатых чисел декабря 2003 года в Интернете произошла смычка ресурсов, принадлежащих или контролирующихся ЮКОСом, Гусинским, Березовским, и других оппозиционных порталов. Как уже отмечалось выше, постоянной практикой стала перепечатка материалов, содержащих любой возможный негатив в отношении личности Путина. Были отмечены совместные информационные кампании, причем координация между оппозиционными ресурсами все время нарастала. Сперва материалы по одной и той же теме появлялись на трех–четырех сайтах с интервалом в два–три дня. Затем кампании начали проходить день в день по всему Интернету. С приближением марта нарастала и жесткость ведения информационных кампаний. От темы бойкота выборов ресурсы отказываются и переходят к прямой дискредитации Путина, а также к публикации провокационных материалов1.



(СНОСКА1 Персонализация врага — эффективный метод пропаганды в предвоенном состоянии. Сравним, например: Гитлер и фашизм (в нашем случае — олигархат), но не немецкий народ (в нашем случае, не мелкий и средний бизнес). В 41-м году здравомыслящему человеку, не посвященному в военные тайны, было очевидно, что, отстранив от власти Гитлера, войну не остановить. В 44-м эта очевидность распалась… но нам бы до этого дожить. А пока представлять врага в виде физического лица и тела куда практичнее, чем в виде недосягаемых тайных мировых правительств, жидомасонских заговоров, Шамбалы или инопланетян. Поставить на это место президента США не позволяет этикет. (Примеч. М. Кордонского.)



Нельзя сказать, что в ходе президентской кампании у оппозиционных СМИ было много информационных поводов для освещения молодежного протеста. Если бы они освещали каждую акцию нацболов (с января по март они провели более 80 мероприятий, причем больше половины пришлось именно на март), то, пожалуй, впечатление о наличии мощного протестного движения в России было бы создано. Но оно бы фокусировалось только на НБП, а это в планы заказчика информационной кампании совсем не входило. Для заказчика главным была массовость протеста, направленного против Путина, со стороны различных политических сил, а не пиар нацболов. А поскольку активностью, хотя бы сравнимой с энбепэшниками никто тогда похвастаться не мог, то и информационная среда, в которой проходила кампания, оказалась довольно вялой.

Коммунисты и правые с яблочниками пребывали в прострации после страшного поражения, а «Родина» разбиралась, кто главнее: Дмитрий Рогозин, показавший Кремлю всю возможную лояльность, или Сергей Глазьев, в очередной раз решивший примерить на себя шинель Александра Лебедя (на этот раз неудачно). Рассчитывать можно было только на лимоновцев и молодую поросль образовавшегося тогда Молодежного левого фронта Ильи Пономарева. Сам Илья, правда, никогда не приписывал идею создания организации себе. По его словам, его концепция принадлежит двум представителям Союза коммунистической молодежи (молодежной организации при КПРФ) — Андрею Карелину и Алексею Неживому. В коалицию МЛФ в январе вошли четыре левые молодежные организации (СКМ, АКМ, РКСМ(б), «Социалистическое Сопротивление»), потом присоединилась РРП. Сразу же возобладала радикальная позиция — возможность объединяться со всеми возможными силами для достижения собственных целей. Внутри МЛФ сразу же начали возникать конфликты, в частности между АКМ Удальцова и АКМ Донченко, но это не помешало ряду акций в рамках кампании «Россия без Путина».

23 февраля, действуя параллельно с Комитетом солдатских матерей (о нем написано ниже), акаэмовцы активно отмечали День защитника Отечества. Учитывая характер праздника, собралось около 15 тыс. человек: анпиловцев, нацболов и коммунистов. Но именно АКМ Удальцова стоял во главе колонн демонстрантов, выкрикивая лозунг «Убей в себе Путина!»1 Конечно, 23 февраля прошло ударно, но… незаметно.



(СНОСКА1 День защиты от отечества // Коммерсантъ. — 2004. — 24 февраля.)



Единственная запомнившаяся всем акция Пономарева в рамках президентской кампании — это flashmob «Вова, домой!», проведенный в Петербурге 28 февраля. «Толпа» из 30 молодых ребят, приехавших из Москвы (заметим этот важный фактор — в Питере не нашлось даже трех десятков активистов для акции), собралась у дома Путина в майках с надписями «Миссия провалена», «Подлодка затонула», «Метро взорвалось», «Аквапарк обрушился»1. После нескольких инцидентов с милицией и людьми в штатском они вышли на Невский, где вскоре были разогнаны. Вот, пожалуй и все успехи. Надо сказать, что соорганизатор акции Олег Бондаренко успешно применит эту же идею несколько месяцев спустя для того, чтобы дискредитировать самого Березовского. Бориса Абрамовича при этом называли главным идеологом состоявшейся акции «Вова, домой!», а, учитывая широкий ее резонанс именно в «березовых» СМИ и то, что кричалки на майках являются модернизированными перепевками обвинений лондонского сидельца в адрес Путина, можно допустить, что эта акция действительно была спланирована и проплачена опальным олигархом.



(СНОСКА1 Москвичи-антипутинцы провели акцию в Питере, из чего автор делает не очевидный для меня вывод, что «в Питере не нашлось активистов». Да нашлись бы! А зачем? В Питере нет ни Белого дома, ни Кремля, ни Лубянки. Тут неявно сквозит другое, о чем отдельно и достаточно сказано в книге: концентрация революционных сил в столице. Это метод! Будущие московские революционеры покатались за чужой счет, потусовались, подружились в поездке — группа стала сплоченнее. Это репетиция. Действо будет в Москве. (Примеч. М. Кордонского.)



Что же еще происходило в молодежной среде во время путинской кампании? Если потрудиться и постараться вспомнить, можно сказать только еще об одном событии: 3 марта активисты НБП захватили здание «Единой России». Нацболы приковали себя наручниками на третьем и на первом этажах, вывесили традиционный транспарант «Россия без Путина» и разбрасывали листовки с лозунгом «Я положил на выборы».

Террористическая карта и безальтернативность выборов

В ходе кампании 2004 года по выборам президента со стороны оппозиции, условно возглавляемой Борисом Березовским, отрабатывались в основном две темы: протест против безальтернативных выборов, монополизированный «молодыми коммунистами» и нацболами, а также вопросы терроризма, тема, которую пыталась монополизировать Ирина Хакамада. Работа по доведению мысли «Кремль виноват в том, что вы беззащитны перед террористами» велась с расчетом на образованных жителей Москвы. Поэтому в данном случае нельзя разделять серьезную политику и то, как действовала в то время молодежь. Учитывая события лета 2005 года, когда молодежь из «Обороны» просматривала фильмы «Покушение на Россию» и «Товарищ президент», а на сайте НБП в разделе «Библиотека» были выложены книги Александра Литвиненко «ФСБ взрывает Россию» и «Лубянская преступная группировка», надо признать, что тема терроризма очень активно эксплуатируется оппозиционными молодежными группировками. Как раз в том ключе, который выгоден Березовскому.

12 января появляется и широко ретранслируется обращение к кандидатам в президенты России родственников жертв терактов в Москве с требованием высказать свою позицию относительно терактов: «Нынешний президент РФ был обязан ответить нам не просто по должности, но и по совести... Под сомнением сама легитимность власти и основы доверия к ней», — говорится в обращении. Тему подхватывает Николай Харитонов, кандидат от КПРФ, соглашаясь «разобраться с причинами» в случае своей победы. Но главный пиар делает Ирина Хакамада, в обращении «К гражданам России, пострадавшим от государственного терроризма» она обвиняет Путина в причастности к гибели заложников на Дубровке, а также обещает, что когда станет президентом, «граждане России узнают правду о взрывах домов, о трагедии в театральном центре и о многих других преступлениях власти». Обращение публикуется 13 января и на официальном сайте Хакамады, и в газете «КоммерсантЪ», а также в ряде других СМИ «на правах рекламы». Републикация в течение двух дней происходит по меньшей мере в 50 интернет-СМИ.

На следующий день (14 января) Хакамада усиливает медийный эффект своей пресс-конференцией, на которой официально подтверждает, что ее финансирует Леонид Невзлин, открещивается от связи с Борисом Березовским и сообщает о том, что введет ее кампанию Марина Литвинович. Но сомнений в том, что устами бывшего сопредседателя СПС говорит Березовский, не было ни у кого из аналитиков. Единственные догадки, строившиеся тогда, — имеет ли Кремль какое-нибудь отношение к происходящему.

16 января ресурсы Березовского публикуют резкий ответ родственников жертв терактов в Москве Леониду Рошалю, однако фигура доктора была столь значима, что широкого резонанса это заявление не получило. С 17 по 20 января к кампании критики Хакамады за ее «пиар на крови» присоединяются не только прогосударственные СМИ, но и «Газета.Ру» и «АПН.Ру». В то же самое время в редакции «АПН.Ру» начинаются идеологические проблемы, связанные с тем, что владелец сайта Станислав Белковский расходится во многих вопросах с Борисом Березовским. Вскоре АПН закроют на реконструкцию и в новом виде он появится только в мае как вполне патриотически ориентированный ресурс. Критика Хакамады в «оппозиционных» СМИ отмечает главный фактор — несвоевременность ее выступления. Любопытная статья «Новая жертва Норд-Оста» появляется 20 января на либеральном ресурсе «Глобалрус.Ру», в которой делается намек на то, что Березовский вполне может подставить Хакамаду, и она разделит судьбу Юшенкова: «Огнестрельные раны в его груди еще дымились, а Борис Абрамович Березовский уже сидел в лондонской телестудии, обвиняя кровавый путинский режим в этом преступлении». Намек более чем прозрачный, и был понят сразу. Больше Хакамада себе не позволяла в течение кампании никаких выходок.

В самом конце января Frankfurter Rundschau публикует статью «В предвыборной гонке Путина догоняет драма «Норд-Оста». Перепечатки статьи замечены были, по меньшей мере, в пяти СМИ. Поскольку от террористической проблематики Хакамада уже ушла, 2 февраля тему взрывов жилых домов в Москве поднимают нацболы, которые обещают провести свое расследование. Это сообщение остается практически никем не замеченным. А вот 3 февраля происходит более интересное событие — взрыв у квартиры Трегубовой. Готовящаяся истерия в СМИ была рассеяна всего лишь несколькими сообщениями самих же журналистов на форуме «Компромат.Ру» и в сообществах rupolitics и paparazzi в «Живом журнале», в которых скептически замечалось, что скорее всего это либо провокация Березовского, либо ловкий самопиар Трегубовой. Так что, несмотря на то, что в тот день в СМИ сообщения о взрыве доминировали, даже «Грани.Ру» и «Газета.Ру» не смогли раскрутить тему «козней Кремля» и выставить Трегубову «жертвой режима». А на следующий день вообще об этой теме все забыли. Выяснилось, что взрывное устройство было такого типа, что Трегубова могла лишь временно лишиться зрения и слуха, но никак не погибнуть.

Тогда же, 3 февраля, на сайте «Газета.Ру» появляется очень важная статья «Контртеррористическая экономика в действии», написанная Дмитрием Бутриным, корреспондентом «Ъ». В статье Бутрин прямо говорит о том, что большая часть терактов выгодна в первую очередь преступным группировкам, связанным с властями Чечни. 4 февраля «Колокол.Ру» и «Кавказ-Центр» разместили информацию о поддержке депутатами ПАСЕ плана Масхадова по урегулированию ситуации в Чечне, тогда же было объявлено о намерении Комитета солдатских матерей (структуры, имеющей давние связи с Березовским) создать партию. Это все было настолько очевидно взаимосвязано даже тогда, что «Политком.Ру» характеризует происходящее как: «часть лондонского проекта «Анти-Путин» и, соответственно, одного из элементов президентской кампании Ивана Рыбкина1.



(СНОСКА1 Н. Серова: Чеченский фактор президентской кампании (politcom.ru/2004/zloba3649.php).)



Страшным взрывом в метро ранним утром 6 февраля тема терроризма перевернула всю президентскую кампанию для любого москвича. Кровавый кошмар во втором вагоне поезда в перегоне между станциями «Павелецкая» и «Автозаводская», унесший жизни 40 человек, вверг в депрессию и растерянность большую часть жителей столицы. Упреки за происшедшее тут же обрушились на власть. Тема теракта была не просто лидирующей, она затмила все другие. На этом фоне вечные страшилки Березовского, а также призывы к диалогу с Масхадовым и бредовые в своей подлости, но от того не менее запоминающиеся заявления о том, что теракты выгодны действующей власти («Можно не сомневаться — жесткая реакция Владимира Путина на взрыв в метро прибавит ему популярности в массах», — так иезуитски писали тогда «Грани.Ру»1), благодатно впитывались воспаленным сознанием рядового москвича.



(CНОСКА1 Взрыв в московском метро: погибли 39 человек (www.grani.ru/events/terror/m.59383.html).)



Потом пропал Иван Рыбкин. Не будем пересказывать комическую историю его возвращения, но то, что на второй день после пропажи сайты Березовского развернули буквально историческую кампанию, обвиняющую власти в устранении неугодного кандидата, который слишком много знал, очень показательно. «Путин никак не может допустить обличительного выступления Рыбкина в прямом эфире», — уверял читателя «Кавказ-Центр»1. Все это происходило параллельно со шквалом критики в адрес Кремля за теракт в Москве. Рыбкину повезло найтись 10 февраля. На его счастье ему также посчастливилось дать на следующий день интервью «Эху Москвы», в котором он продемонстрировал себя с наихудшей стороны. «Березовские» медиа пытались отыграть, уверяя, что «это какая-то удачная операция власти по нейтрализации Рыбкина»1. Безуспешно, поскольку большинство журналистов смеялись над Рыбкиным, а некоторые сравнивали медиа-потоки последних дней и безумно радовались, что человек выпал из публичной политики, но сохранил свою жизнь, не став жертвой провокации своего покровителя.



(СНОСКА1 Почему Путину мешает Рыбкин? (www.kavkaz.tv/russ/article/php?id=16953).)

(СНОСКА1 Исчезновение Рыбкина до сих пор окутано туманом (www.grani.ru/politics/russia/election/m.59855.html.))



На следующий день, 12 января, Владимир Путин начал активную кампанию встречей с доверенными лицами. А в Москве с 14 февраля главным были отнюдь не заявления президента о стабильности и росте ВВП на 30 % по сравнению с 1999 годом. В столице вовсю обсуждалась катастрофа в «Трансвааль-парке». Многие были уверены, что произошел теракт.

Власти это отрицали, но психологический дискомфорт москвичей нарастал все сильнее. И самое главное, что ответственным за этот дискомфорт была избрана власть, поскольку она не дала тогда образа врага. Более того, некоторыми представителями власти была начата кампания, получившая условное название «синдром таджикской девочки». Напомню, что 9 февраля в одном из петербургских дворов в переулке Бойцова была убита 9-летняя таджикская девочка Хуршеда Султанова. Это преступление получило широкое информационное освещение. В основном СМИ напирали на то, что убийство совершено националистами, а национализм для России губителен и невозможен. В Москве в интеллектуальной среде словосочетание «таджикская девочка» стало вскоре синонимом попыток властей после крупного провала или трагедии перевести внимание на малозначимый эпизод и найти без вины виноватого. Последовавшее в конце февраля убийство в Катаре Зелимхана Яндарбиева и арест российских сотрудников спецслужб также создали пространство для критики властей — со стороны патриотического лагеря за то, что не смогли вывести своих из-под удара, и за то, что другие террористы пока еще живы, а со стороны правозащитного лагеря за недопустимость подобных акций.

Стоит отметить, что ответные действия Кремля отнюдь не были направлены на работу с московской интеллигенцией, а потому многим тогда казалось, что власть ведет президентскую кампанию неэффективно. Однако это совсем не так. Главным для штабистов была явка. Явка гарантировала победу Путина в первом туре. Усилия концентрировались не на столице, а на регионах. И уж тем более не на интеллигенции. Немаловажным рычагом влияния на массы, как это ни странно, оказался кадровый. Так, еще 22 января были проведены кадровые изменения в Администрации президента. Главным событием стало то, что Владислав Сурков, вопреки многочисленным прогнозам и тоннам компромата, не просто сохранил свое место, но стал одним из двух заместителей главы администрации наравне с Игорем Сечиным. 27–28 января происходит утечка о готовящихся решительных преобразованиях в высших эшелонах власти, однако главной мишенью по прежнему считается Сурков (об этом сообщили «Грани.Ру», «Ньюсру.Ком», АПН, «Скандалы.Ру», «Правда.Ру» и «РБКDaily»).

24 февраля Путин принял решение об отставке правительства. Эта тема, пожалуй, выбила из рук оппозиции все козыри, которые та имела. Газеты и телевидение, интернет-СМИ писали только о том, кто станет новым премьером, а также кто займет места в новом составе правительства, которое обещали серьезно реструктурировать. Решение Путина было абсолютно неожиданным для большинства журналистов и политтехнологов. Президент уверенно подчеркнул, что не сомневается в итогах выборов: «Считаю правильным прямо сейчас, не дожидаясь окончания избирательной кампании, заявить состав высшего исполнительного органа государственной власти, который должен будет принять на себя свою часть ответственности за дальнейшее развитие нашей страны»1. Недвусмысленный сигнал элитам, что все в порядке, и кампания не будет провалена несмотря на некоторую истеричность ряда СМИ. Также это был жест в сторону рядовых граждан: «Я отряхиваю с себя наследие Ельцина, теперь я свободен, голосуйте за меня, за президента надежд!» Сигнал был понят и принят. Путин получил на выборах 14 марта 71 % голосов, явка составила 64,3 %. По Москве ситуация была примерно такой же — 68,7 % голосов отдано за Путина при явке 59,1 %.



(СНОСКА1 Президент РФ В. Путин принял решение об отставке правительства (http://www.putin2004.ru/putin/work/403B5751).)



В день голосования, когда штаб Путина праздновал победу, загорелся Манеж, что стало не самой лучшей приметой начала нового правления. К сожалению, действия Бориса Березовского своей цели достигли если не на все сто, то уж точно на 90 %. Московская интеллигенция, и раньше относившаяся к Путину не слишком хорошо, вступала в новый период своего существования. Его можно охарактеризовать как «искусственно созданное и взаимно поддерживаемое чувство ненависти к существующему режиму»1. На выборы в Москве не пришло больше 40  избирателей, причем большая часть сделала это сознательно. Уровень поддержки Путина среди пришедших оказался стабильно высоким — 70 %, но еще 30 % также сознательно отказали ему в доверии. То есть, в столице уже к тому времени существовала питательная среда для того, чтобы можно было дальше канализировать недовольство существующим режимом в необходимом направлении. И авангардом, застрельщиками, которые не побоялись открыто продемонстрировать это чувство, оказались молодые поколения московской молодежи, так удачно подвернувшиеся под руку политикам.



(СНОСКА1 Метод не новый, но действует же. А почему бы не создавать контрпропагандой такое же чувство ненависти к революциям? Сами «либералы» заложили основу этого, развенчивая революцию 1917 года. (Примеч. М. Кордонского.))



Глава четвертая Весна — лето 2004 года: время освоения новых форм молодежного протеста

Проигравшие

Владимир Путин ожидаемо выиграл выборы, которые дали ожидаемые результаты в ожидаемой политической обстановке в стране ожиданий. Путин как президент-надежда получил в свои руки мандат на новый срок. И начал его реализовывать так, как он считал нужным. А нужным он полагал построить по стойке смирно всех политических акторов, имеющих возможность принимать какие-либо решения. Думу построить было несложно. Единороссы и так контролировали всю нижнюю палату парламента, имея в ней конституционное меньшинство, другие партии были обязаны Кремлю всем, а потому на них можно было не обращать особого внимания. Построившиеся депутаты от обиды кусали локти. Как в оппозиционных партиях, так и в «Единой России». Двое из них в доверительной беседе ругались: «Мы заплатили такие деньги, чтобы сюда попасть, а тут никаких возможностей для того, чтобы проводить свои решения, не осталось, все идет через Администрацию президента и правительство". Таких недовольных было море.

Главным недовольным была КПРФ, потерявшая половину электората и лишившаяся в Госдуме сколько-нибудь значимого присутствия. Долгое время Зюганов разбирался с теми, кто намеревался попасть в Думу и должен был попасть в нее, но по причине провальной кампании Зюганова оказался не у дел. Потом перед Зюгановым встала проблема конфронтации с семигинским НПСР. Решение этого вопроса заняло несколько месяцев, посему активность коммунистов была лишь ритуальной — 1 мая, 9 мая, и т. д. А 3 июля прошло два съезда КПРФ. Один, семигинско-тихоновский, — на пароходе, второй, зюгановский, — в Измайловском киноконцертном зале при выключенном свете. Какой из них более легитимный, неважно, вопрос в другом — что сказал Зюганов в своем докладе, прочтенном при свете фонарика.

Зюганов провозгласил готовность участвовать в антиглобалистских акциях, а также биться за место на национал-социальной поляне, занятой жириновскими, лимоновыми и рогозиными. Коммунистов призывают налаживать отношения с творческой интеллигенцией: имеется в виду долгосрочная программа по привлечению на свою сторону толковых журналистов, пиарщиков и аналитиков, запущенная Ильей Пономаревым еще в 2002 году. Но, естественно, ключевым вопросом для коммунистов остаются отношения с молодежью. Партия отчаянно требует омоложения, ведь на сегодня молодежь в возрасте до 30 лет составляет в партии всего 6,2 %. Причем Зюганов признает, что во многих партийных ячейках молодым не дают хода, а в результате молодежь, «устремляясь в Компартию, нередко не находит в ней для себя роли и места и часто возвращается обратно на улицу». Этот фактор обуславливает и медленные темпы роста численности партийцев — за 2003 год он составил всего 19 тыс. человек1. Но эти ритуальные мантры, увы, ни к чему не привели, поскольку Зюганов, проведя прекрасный классовый анализ социальной ситуации в России, сделал из него абсурдные выводы, которые не позволят молодежи влить «свежую струю» в Компартию.



(СНОСКА1 П. Данилин: КПРФ: Остановившийся велосипед (http://www.russ.ru/culture/20040805_danilin.html)



В принципе неудивительна линия, последовательно занимаемая коммунистами, — фактический отказ от сотрудничества с маргиналами и люмпенами, которые «страшатся любых перемен» и «неохотно идут на контакт с коммунистами». Не имеющей перспективы признается агитация среди чиновников, а также среди служащих. Педагоги, научные работники и медики характеризуются как «наиболее зависимые от партии власти, придавленные и подчиненные ей». Геннадий Зюганов также признает, что доверие ветеранов, пенсионеров и льготников перешло от коммунистов Владимиру Путину. Слой малого предпринимательства также признан поддерживающим «бонапартистский режим». Бороться с этими категориями населения коммунисты, слава богу, не собираются, Зюганов намерен «бороться за них». Но становится ясно, что это завуалированное указание, по аналогии с люмпенами, не выделять особых сил для агитации среди кадров, признанных бесперспективными1. Таким образом, КПРФ фактически лишилась массовой базы, где она могла бы рекрутировать молодежь, и решила остаться в позиции собаки на сене, доживающей свой век, пока доживает свой век ее электорат1. То есть доклад остался лишь красивой риторикой Зюганова, за прошедший с тех пор год не воплощенной в жизнь.



(СНОСКА1 П. Данилин: КПРФ: Остановившийся велосипед (http://www.russ.ru/culture/20040805_danilin.html)

(СНОСКА1* Автор упоминает об участии украинского ректората в оранжевой революции как разовом действии. О длительном, извините за выражение, воспитательном влиянии учителей школ и преподавателей вузов в книге как-то подзабыто. Да, они другого поколения. Но из них и не надо делать лидеров первичных ячеек. Сорос и Ходорковский, вон, про них не забыли и многого этим добились. Неужто автор лично отринул все полученное от учителей? Сомневаюсь. Получают иногда и от противного — иммунитет. Молодежные массы, а мы говорим о массовых движениях, так или иначе находятся под влиянием учителей. Но не всех! И философ Сорос это прекрасно почуял или вычислил, и отбирал очень грамотно! (Примеч. М. Кордонского.)



Недовольство других партий реально конвертировалось в действия в отношении молодежи. Среди «недовольных» вскоре оказался и «гиперлояльный» Дмитрий Рогозин. Сумев получить в свои руки фракцию, предав остракизму Сергея Глазьева, Дмитрий Олегович понял, что все равно сделать в Госдуме самостоятельно он ничего не сможет. Либо приходится блокироваться с «медведями», чего не поймет электорат, либо заниматься противостоянием с властью, доказывая, что его «Родина» борется за интересы народа.

Что касается партий, которые в Думу не попали, то они начали потихоньку оправляться от шока. Яблочники, например, начали постепенно участвовать в региональных выборах, выступать в прессе, проводить митинги и пикеты. В конце марта, когда Госдума приняла в первом чтении проект закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» активисты «Яблока» впервые провели несанкционированный митинг вместе с членами КПРФ!

Одновременно лидеры российских партий, как прошедшие в Думу, так и оставшиеся за бортом, панически боялись поссориться с Кремлем. Необходимо было найти такую схему действий, которая бы гарантировала отсутствие проблем с Администрацией президента, но позволяла бы выступать открыто с оппозиционными идеями под собственными брендами. То есть, нужен был громоотвод. Таким громоотводом стали молодежные организации при партиях.

Московское молодежное «Яблоко»

Первопроходцем было «Яблоко», что объяснимо: Григорий Явлинский находился в прострации, а Сергею Митрохину нужно было готовиться к кампании по довыборам депутата Госдумы в Москве в связи с переходом Александра Жукова из Думы в правительство на должность вице-премьера. Как ни странно, «Яблоко», имеющее древнейшие в российской политике (то есть исчисляемые сроком больше нескольких лет) традиции организации молодежного движения, оказалось к 2004 году в такой ситуации, что все пришлось создавать чуть ли не заново.

Вкратце история Молодежного «Яблока» выглядит следующим образом. Первый руководитель Молодежного союза «Яблоко» Владимир Семенов был фактически изгнан из партии из-за козней его преемника Эрика Лобаха, а также из-за того, что не нашел общего языка с Григорием Явлинским. Лобах, в свою очередь, ушел из-за того, что его позвали на работу в Минтруда в комитет по молодежной политике. Но, уходя из партии на рубеже 1997–1998 годов, Лобах сделал не очень красивый, но понятный для политтехнологов поступок — он де-юре «увел» из «Яблока» молодежный союз партии, поскольку тот был зарегистрирован отдельно. Затем Лобах активно пользовался этим брендом, вызывая возмущение у яблочников. Его сменил умный и деятельный Андрей Шаромов, которому пришлось создавать молодежку заново. Но после ссоры Григория Явлинского и Вячеслава Игрунова Шаромов, который всегда находился в хороших отношениях с последним, ушел вслед за ним из партии. А вслед за этим распалась и молодежная организация «Яблока», державшаяся в первую очередь на харизме и активности ее руководителя.

Новому лидеру, которому доверили создавать яблочную молодую поросль, Илье Яшину, было тогда всего 19 лет, и работал он только в столице, поскольку на другие города у яблочников не было средств. Молодежное отделение в Питере было инертным, в других городах молодежное «Яблоко» не имело никаких позиций. У «Яблока» уже не было тех ресурсов, которыми располагала партия годом раньше, а потому Яшину пришлось создавать молодежную организацию в очень трудных условиях, практически не имея никакой поддержки от партии, кроме моральной.

Именно поэтому Илья Яшин пошел по пути, который в корне отличен от обычной практики создания молодежных движений при партиях. Лидер Московского молодежного «Яблока» создавал идеологическую организацию, широко используя свои личные знакомства. То есть мы видим комбинацию вариантов «своя тусовка», «идеологическая структура» и «молодежь под партию». Общее число младояблочников, которые впервые смогли себя проявить лишь летом 2004 года, по моим оценкам, составляло около 20 человек. Сейчас численность организации возросла до 100–150 человек. Финансирование организации со стороны материнской структуры было крайне незначительным — все знакомые с ситуацией в Молодежном «Яблоке» журналисты говорят, что Яшин долгое время довольствовался зарплатой в 250 долларов, заместители (в том числе Ирина Воробьева) имели около 100–150 долларов, а рядовые активисты не получали ничего. И, пожалуй, это было хорошо: большая часть проведенных этой структурой акций показала искренность ее членов, что привлекло на сторону младояблочников симпатии многих журналистов1. Внимательно изучив опыт НБП, АКМ и других организаций, которые практикуют акции прямого действия, Яшин пришел к выводу, что молодежь в партии сможет заявить о себе только таким способом, в частности, копируя действия нацболов.



(СНОСКА1 Автор заметил походя, что искренность неоплачиваемых или символически оплачиваемых активистов молодежного «Яблока» привлекла симпатии журналистов. А ведь это метод! Искренность — мощный ресурс! Не всякий это замечает. Циничные журналюги тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. Обаяние искренности пробивает броню. (Примеч. М. Кордонского.))



От высшего руководства партии было дано добро на проведение перформансов, flashmob, пикетов и акций. С лета 2004 года Молодежного «Яблока» начинает активную деятельность. Пожалуй, первой заметной акцией стало забрасывание краской мемориальной доски с портретом бывшего главы КГБ Юрия Андропова 27 июля 2004 года. Во время этого действа, на которое у этой организации, естественно, не было разрешения, пострадали двое активистов движения, остальных же, около 15 человек (пожалуй, тогда это и был весь состав организации), задержали и оштрафовали. Среди выдвигаемых ими лозунгов — «Долой полицейское самодержавие». Все активисты были одеты в майки с перечеркнутым портретом Путина. По словам зампреда партии Сергея Митрохина, так был проведен эксперимент «с новыми формами протеста, особенно актуальными в условиях усиления авторитарных тенденций»1. Все отметили схожесть новых форм со старыми нацбольскими, а также и схожесть лозунгов.



(СНОСКА1 «Яблоко» от Лубянки недалеко падает // Коммерсантъ. — 2004. — 28 июля.)



Мало кто обратил внимание на то, что Митрохин «тренирует» ребят для использования их в ходе собственной пиар-кампании на выборах по Преображенскому округу №199, которые состоялись (вернее, не состоялись из-за того, что не был преодолен двадцатипятипроцентный барьер) 5 декабря 2004 года1. А это очень важный аспект, который упускать нельзя. Ведь, по словам старого яблочника Виталия Камышева, члена Бюро Федерального совета партии «Яблоко» в 2000–2004 годах, «в кампанию Митрохина вбухан был едва не весь нынешний бюджет партии, в регионы ни копейки не вкладывали (проиграны практически все региональные выборы 2004 года), а ему — дали»1. Мнение это тем более заслуживает внимания, что за это высказывание Виталия Камышева и ряд других представителей иркутского отделения «Яблока» выкинули из партийной организации. Таким образом, средства, на которые Митрохин мог готовить актив для агитации в округе, у «Яблока» наличествовали, и раскрутка молодежной организации происходила за этот счет. Однако валить все на Митрохина было бы некрасиво. Молодой паренек Илья Яшин оказался гениальным самопиарщиком. При помощи Сергея Казакова, пресс-секретаря московского отделения партии, Илья Яшин завел 1 июля 2004 года личный дневник в «Живом журнале», через который сообщал о готовящихся акциях, об отношениях в Московском молодежном «Яблоке», писал личные комментарии. Пресса в то время была голодна на сенсации, и это дало Яшину прекрасный шанс, которым он умело воспользовался.



(СНОСКА1 Почему-то здесь автор взял слово «тренирует» в кавычки. Тренировка на второстепенных акциях — метод. Да хоть на чужих акциях, лишь бы не на мероприятиях врагов. Экологи поплясали вокруг химзавода — сплотилась компашка, которой нравится плясать. Теперь их смело можно звать плясать вокруг Кремля. Грантоеды осознавали это как метод еще с середины 90-х. (Примеч. М. Кордонского.))

(СНОСКА1 В. Камышев: Явлинский начал очередную «зачистку» своей партии (http://www.kreml.org/opinions/79498035).)



Во-первых, на дворе царило лето, то есть наступал сезон, когда писать практически не о чем. Да, монетизация, да, нацболы, да, Путин, да, «Единая Россия», да, скандал в КПРФ, да, травля Филиппа Киркорова. Но все это как-то скучно и уже приелось. Писать не то, чтобы не о чем: событий много — одна Ингушетия чего стоит, да и суд в Катаре, но все же довольно большие коллективы газет переваривали топовые (главные) новости моментально. Большинство журналистов лазили по Интернету в поисках чего-нибудь интересненького, значительная часть обзванивала список из 20–30 «говорящих голов», требуя комментариев на те или иные актуальные события, меньшинство теребило свои источники. И тут появляется не НБП, набившая оскомину с вечными приковываниями наручниками к решетке, а вполне себе аккуратная и почти что интеллигентная молодежная организация при «Яблоке». Либеральная пресса к тому времени уже с нетерпением ждала чего-то подобного на «демократическом» фланге. Ведь раньше приходилось, скрипя зубами, писать о совершенно не близких по духу нацболах, которые взяли на вооружение такой близкий либеральной прессе лозунг «Россия без Путина». А тут вот оно: наше, родное, либеральное! Во-вторых, все тот же Интернет. Журналистам, сидящим в «Живом журнале», было очень просто добраться и до Яшина, который охотно раздавал комментарии, и до Сергея Казакова, который также не отказывал в этом благом деле, и до Сергея Митрохина, с которым писак охотно связывал все тот же Сергей Казаков.

В общем, Яшин становился мало-помалу знаменитым. И пожалуй, сейчас для московской прессы он куда более известен, чем его главные начальники, без которых в Молодежном «Яблоке» не делается ни одного шага — Явлинский и Митрохин. Казалось, что на этой почве может возникнуть конфликт между «отцами» и «детьми», но Яшин очень долгое время, до мая 2005 года, сохранял абсолютную, практически безграничную лояльность Явлинскому и во всем слушался вышестоящее начальство. В итоге от действий «Яблока» остались только редкие интервью и комментарии «старших» в СМИ, а в реальности в Москве была видна только работа молодежной организации.

Союз молодежи «За Родину!»

Вернемся к «Родине». Дмитрий Рогозин довольно скоро после президентских выборов почувствовал, что под ним «колеблется» электорат. Та незначительная часть активной молодежи, что была в партии с момента ее создания, ушла вслед за Сергеем Глазьевым (потом ушла и от Сергея Юрьевича). Рогозин был уверен, что молодежь ему не нужна, поскольку у него уже есть Российская ассоциация профсоюзных объединений студентов (РАПОС). Как он сам утверждал, «изначально у партии «Родина» не было никакой концепции «молодежных крыльев». Мы полагали, что у нас молодежь и так неплохо представлена активистами ассоциации профсоюзных объединений студентов. Но жизнь вносит свои коррективы. Ребята сами пришли к нам, создали вначале группу Союз молодежи «За Родину!». Активность шла через край, приходилось их унимать, направлять, помогать организовываться»1.



(СНОСКА1 Д. Рогозин: Патриотизм нельзя приватизировать, «Столичный стиль» (http://capitalstyle.ru/index.php?name+text/rogozin).)



В этой обширной цитате много лукавства. Начнем с того, что РАПОС — организация сезонная, и, соответственно, в летний период неработоспособная. Кроме того, ассоциация — бюрократическая структура, которая не может быть легкой на подъем, соответственно, проведение срочных акций при ее помощи невозможно. Наконец, ассоциация выводит тысячи студентов, а не организует мелкие акции.

Бондаренко и Греков, Морозов, Босых, Сидоров, Развозжаев тоже, разумеется, вовсе не сами пришли. Переговоры между Бондаренко, который тогда еще сотрудничал с КПРФ, и Рогозиным продолжались около трех месяцев, прежде чем было принято окончательное решение о создании «За Родину», или, как его чаще называют, молодежной «Родины». Бондаренко предстал 9 июня 2004 года в клубе «Че» вместе с Рогозиным в роли лидера молодежной «Родины». Клуб «Че2 был выбран не случайно — тем самым младородинцы показывали свою революционность, Че Гевара должен был стать символом нового движения. Вместе с ним символами должны были стать еще и Гагарин, и целая плеяда русских героев, но всем запомнился только Че Гевара.

Первую акцию Бондаренко провел уже 2 июля, выступая против монетизации льгот. Но на фоне толпы коммунистов, нацболов и АКМ младородинцы терялись. Театрализованная акция «Сеньор-помидор» у дома на улице Улофа Пальме, где живут депутаты Госдумы, собрала 20 активистов молодой «Родины»1. Бондаренко выступал против единороссов, называл их андроидами, но все это было несерьезно по сравнению с перформансом нацболов в здании Госдумы, где те разбрасывали листовки, и акцией тех же активистов НБП, приковавших себя к строительным лесам, окружавшим гостиницу «Москва», и вывесивших транспарант «Отмена льгот — преступление против народа». Да и коммунисты, которые вместе с молодежью из АКМ устроили митинг около здания на Охотном ряду, выглядели намного серьезнее и воинственнее.



(СНОСКА1 В книге часто встречаются весьма уместные театральные термины. «Хочу выступать!» — в смысле на сцене и чем-то типа того, — митинге. Нормальное здоровое свойство молодежи. (Примеч. М. Кордонского.))



Зато следующая акция молодежной Родины прошла довольно громко, хотя на самом деле являлась таким же бледным и жалким театральным представлением, что и предыдущая. 14 июля 2004 года Бондаренко, решивший совместить приятное (посещение Лондона) с полезным (наезд на Березовского), прибыл в британскую столицу в сопровождении шестерых активистов, телекамер и журналистов. Об этой акции следует сказать подробнее.

Во-первых, она по сути аналогична проведенной тем же Олегом Бондаренко за пять месяцев до того акции — выездному представлению «Вова, домой!». Как уже говорилось, вполне можно полагать, что февральское мероприятие спонсировал сам Березовский либо его окружение. Теперь же оружие было направлено в сторону, скажем так, его же «изобретателя», а сама акция вместо «Вова, домой!» называлась «Березовский, go home»1. Всего лишь семь активистов, среди которых, как оказалось, был журналист газеты «Версия» Михаил Тульский, выкрикивали около дома в Лондоне, где располагается офис Бориса Абрамовича, лозунги вроде «Посади Березу», затем двое участников, одетых в форму спецназа, уволокли того же Тульского, одетого в робу и символизирующего собой опального олигарха, куда-то в сторону, и на этом весь перформанс закончился. Казалось бы, ничего интересного, но присутствие телевидения и многочисленных журналистов сделали Олега Бондаренко героем дня. А вскоре после этого на новоявленного «героя» посыпались обвинения, кстати, не без помощи того же Михаила Тульского. Суть обвинений в принципе невинна: «целовался с журналистками», «пил», «не попал на всемирный марксистский конгресс», и т. д. Однако имидж Олега Бондаренко это подпортило радикально. Тем более что среди обвинений были и серьезные, и соответствующие действительности — в частности, в том, что в молодую «Родину» набирают скинхедов и людей, не имеющих никакой идеологии1.



(СНОСКА1 Бориса Березовского постигла участь Владимира Путина // Коммерсантъ. — 2004. — 15 июля.)

(СНОСКА1 Автор рассказывает о том, что, якобы «в молодую «Родину» набирают скинхедов и людей, не имеющих никакой идеологии» в каких-то осудительных интонациях и называет эти слухи «серьезными обвинениями». Серьезные обвинения — косвенное свидетельство серьезных действий. Набирать людей в других неформальных тусовках — метод! Не только от аудитории к аудитории, но и от тусовки к тусовке. Это ложное впечатление, что все пришли туда ради идеологии. Быть не такими как все, не быть серой массой… да много еще мотивов. Плюс недостаток информации или лень ее выискивать, и человек попадает в ближайшую по информационному расстоянию тусовку. Да хоть и к скинам. Я своими глазами видел, как коммунист (комсомолец) увел от скинов двоих неофитов. Места повышенной концентрации пассионариев! Была бы энергия, а идеология постепенно отрастет! (Примеч. М. Кордонского.))



Действительно, Союз молодежи «За Родину» выглядел очень странной организацией. Активистов в нем насчитывалось человек десять, а участников мероприятий — от 50 до 70. То есть если подходить к классификации типов создания организаций, то мы поймем, что младородинцы создавались по следующим лекалам: «молодежь под партию», «следуем моде» и «распил бюджета». Особенно важно здесь второе направление «следуем моде».

Когда недавно я спросил Сергея Шаргунова (нынешнего лидера молодежной организации партии) и Олега Бондаренко (в момент написания книги он был заместителем Шаргунова) о том, зачем вообще создавалась их организация, они гордо и возмущенно начали доказывать, что «не Рогозину же с козлом к офису «Единой России» выходить!» На мой следующий вопрос: «А почему бы, собственно, и нет?» ответа они не нашли. Вот и я не нашел ответа, зачем Рогозину молодежное крыло. Только если дань моде.

Но это если не рыться в большой политике. Если посмотреть, что тогда происходило у Рогозина в Кремле, станет понятно, что ему нужен был точно такой же громоотвод, как и «Яблоку». Для этой цели Бондаренко был вполне пригодной кандидатурой. Хотя Рогозин был обязан учесть команду, которую привел с собой его новый специалист по молодежи — один Ярослав Греков чего стоит! Рогозину стоило поручить кому-то кураторство над этой организацией, а не пускать все на самотек.

Левый марш

Примерно в это же самое время Станислав Белковский (возможно, через него и Борис Березовский) начал диалог с левыми молодежными движениями, чтобы познакомиться с их лидерами и осознать, насколько те могут быть встроены в проекты самого Института национальной стратегии. Тогда в КПРФ творился вселенский хаос, обусловленный проведением двух параллельных съездов — семигинского и зюгановского, а в Администрации президента решали, кто им кажется более управляемым и за кем стоит сохранить бренд КПРФ. Как раз в то время, 6 июля 2004 года, Институт национальной стратегии Белковского провел семинар, на который под одной крышей были собраны почти все представители молодежных протестных движений. Тема заявленного обсуждения называлась «Новые левые». Ни одного представителя НБП на семинаре не было. Это особенно важно отметить, поскольку в то же самое время Александр Пронин по поручению Белковского создавал партию «Реванш».

Об этой несостоявшейся партии надо рассказать подробнее. После победы Путина на президентских выборах и после того как стало очевидно, что «Либеральная Россия» провалилась как проект, Березовский решил создать партию не с правого, а с левого фланга. Делать партию в 2004 году было еще довольно просто — закон, увеличивающий минимальную численность членов партии до 50 тыс. человек, а численность членов региональной организации до 500 человек, еще не был принят. В 2004-м казалось, что собрать 15 тысяч (Березовский предложил делать партию с запасом в 5 тыс. членов помимо обязательных 10 тысяч) и найти по 150 человек в регионах довольно просто. Так оно и было. Проблема была не в том, чтобы «найти» — проблема была в том, чтобы партию зарегистрировали. Для этого Борис Абрамович сам не стал объявлять о своих интересах, как это было в случае с печально известной юшенковской «Либеральной Россией», а предложил заняться этим вопросом Станиславу Белковскому. Партию намеревались назвать истинно патриотически: «Реванш».

Подозреваю, что Борис Березовский дал слишком маленькую сумму на создание партии. Белковский не стал заниматься этим вопросом лично, а позвал старого знакомого — Александра Пронина, с которым вместе они в свое время делали столь же успешно провалившуюся партию «Союз» на деньги того же лондонского сидельца. То есть идея изначально была гиблой. Пронин набрал аппарат из знакомых коммунистов и через базы, купленные на рынке, и через знакомства начал создавать партию. Очень порадовали списки отделений кавказских республик, где обычно на все отделение присутствовала одна фамилия. Понятное дело — родственные отношения и все такое. Для большего авторитета желавшим поучаствовать доверительно сообщалось, что партия делается при участии Березовского и с согласия Администрации президента. Узнал я об этом случайно, нелепым образом попав в августе на учредительный съезд партии и расспросив участников делегаций. Фамилию «Белковский» не произнес никто, хотя сам он находился в президиуме, все ждали скорого приезда Александра Проханова, хотя автор этих строк так и не увидел его. То есть, все как обычно — как в партии «Союз». Тогда же я услышал, что Пронин еще до создания партии «Реванш» созвал к себе некий молодняк, который должен был заниматься уличными акциями. В программе партии, которой со мной любезно поделился один из делегатов съезда, было много патриотической патетики «a la НБП», что наводит на мысль о том, что Березовский собирался создать собственное молодежное движение, параллельное существующей лимоновской организации, а возможно, и конкурирующее с ней.

В результате проверки партийных списков было обнаружено слишком много несоответствий. Как проект «Реванш» провалился, альтернативы Эдуарду Лимонову создано не было, и НБП осталась монополистом на рынке молодежного протеста.

С апреля по август 2004 года нацболы провели в общей сложности не менее 180 акций, и наибольший резонанс получили их действия во время инаугурации Владимира Путина и во время борьбы с монетизацией льгот. Стандартно отметив «День русской нации» 5 апреля 2004 года несанкционированным митингом и дракой с милицией у храма Христа Спасителя, нацболы начали ждать мая, когда должна была состояться инаугурация президента России Владимира Путина. Ударно отметив 20 акциями 1 мая, они не останавливались вплоть до 10-го. Главную акцию они совершили в Большом театре, когда группа нацболов, ожидая, что на спектакль придет сам президент, подготовила листовки и во время спектакля провела акцию, зажигая дымовые шашки, выкрикивая лозунги «Долой царя!», «Россия без Путина» и другие подобные. Спектакль был сорван, а свыше 30 нацболов арестованы.

В тот же день Молодежный левый фронт под руководством Ильи Пономарева проводил акцию протеста. Активисты расхаживали у Никитских ворот в белых саванах под лозунгом «Путин наш президент». Однако не надо думать, что они собирались поддерживать действующего главу государства, отнюдь нет. У каждого участника (около 20 человек) на саване была надпись приблизительно следующего содержания: «Я голосовал за Путина и погиб в Чечне!», «Я голосовал за Путина и сгорел в метро!», «Я голосовал за Путина, и меня замочили в сортире!», «Я голосовал за Путина и умер от голода!»1. Таким образом инаугурация Путина прошла под знаком молодежного протеста, проведенного с использованием слоганов и идей Березовского.



(СНОСКА1 Активисты пошли на второй срок // Коммерсантъ. — 2004. — 8 мая.)



Следующим испытанием левой молодежи на прочность стала монетизация льгот. Реформа, на мой взгляд, критически важная для России, но проведенная настолько бездарно по-чиновничьи и без учета какой бы то ни было справедливой критики, была обречена на народный протест. Однако в то время, когда закон о монетизации продавливался через Думу, все партии, более или менее умеющие предугадывать события, постарались отыграться на единороссах и правительстве. Младородинцы сожгли чучело Грефа Зурабовича Кудрина, коммунисты традиционно вывели на улицу около 600 бабушек, но лучше всего кампания против монетизации получилась у НБП.

Когда Госдума 2 августа принимала закон №122, а приведенные Геннадием Зюгановым бабушки кричали у памятника Карлу Марксу «Позор», лидер АКМ Сергей Удальцов рутинно пытался быть избитым ОМОНом, когда активисты Союза молодежи «За Родину» жгли свою куклу, группа из 20 нацболов ворвалась в Минздрав, захватила кабинет Зурабова и еще несколько кабинетов, а затем Максим Громов выбросил из окна портрет президента. Члены НБП кричали «Путин — враг народа», «Зурабов — враг народа», «За наших стариков уши отрежем» и оскорбительные кричалки. Думается, что это, равно как и то, что процесс падения путинского портрета был заснят многочисленными фотокорреспондентами, в том числе и из Ассошиэйтед Пресс, стало основной причиной довольно суровой расправы с нацболами. Семерых участников захвата осудили 20 декабря к пяти годам тюремного заключения за хулиганство в составе организованной группы и вандализм по статьям 167 часть 2 и 213 часть 2 Уголовного кодекса РФ. Затем кассационная инстанция снизила сроки заключения для четырех человек до трех лет, а для трех человек — до 2,5 лет. В журналистской среде это вызвало взрыв возмущения. Прокуратура действительно не должна была делать из нацболов героев и мучеников, фактически политзаключенных, а направить все силы на то, чтобы посадить Эдуарда Лимонова. Что же касается участников акции, то им достаточно было бы и 15 суток административного ареста.

К сожалению, у властей, похоже, были иные представления о лидере НБП и о его организации. Считалось, что показательное наказание сделает нацболов более адекватными, послушными и мирными. Этого не произошло, напротив, сплоченность в среде НБП только возросла. «Договороспособность» Лимонова закончилась в 2003 году. Теперь это полностью антисистемный политик, который к тому же использует сломанные судьбы молодых ребят в своих же целях. Так, неоднократно во время митингов нацболов среди требований «освободить политзаключенных» две фамилии — Платона Лебедева и Михаила Ходорковского. Учитывая, что незадолго до суда над Ходорковским и Лебедевым Березовский создал специальный сайт «Политзеки.Ру», картинка получается весьма неприглядная.



Глава пятая Столичные проблемы, московская Интернет-тусовка и «Живой журнал»1



(СНОСКА1 Хорошая и полезная глава о столичной Интернет-тусовке и «Живом журнале». Могла бы быть развернута в отдельную книгу без слова «молодежный» в названии. Вопрос уязвимости «Живого журнала» и других анонимных Интернет-тусовок снижает практическую ценность этой главы… зато повышает историческую. Случаи цензуры в «Живом журнале» уже отмечены, и цензура эта исходит отнюдь не от «путинского тоталитаризма». Очевидно, механизм отработан, и в нужный момент антиреволюцинеров в ЖЖ начнут глушить, а революционеров — просто не трогать. Так же как в реале на Украине менты разгоняли синие митинги, но не трогали оранжевые. Чтобы переломить эту ситуацию, действовать нужно уже сейчас, а то будет поздно. Никакой другой русский сайт ЖЖ не заменит, даже если он будет принадлежать правительству: его админов скупят. Но скупить весь Интернет не по силу никому (см. Станислав Лем «Мегабитовая бомба»). Если ЖЖ-юзеры в сообществах снизят уровень анонимности и обменяются адресами электронной почты, они могут при наступлении цензуры начать бегать с сайта на сайт. Вот тогда за ними не угонишься. Это произойдет в тех сообществах, у которых есть деятельный, предусмотрительный лидер. (Примеч. М. Кордонского.)



Интернет: столица и провинция

Главное правило всех революций последнего времени — все они делаются в столице. Обрести власть над Россией можно только в Москве. В этой связи стоит упомянуть слова депутата Мосгордумы Михаила Москвина-Тарханова, обращенные к Кремлю: «Не очень важно, что о вас будут думать рабочие в Перми и Томске, о них вам надо просто заботиться, не думая о том, нравитесь ли вы им. Ваша судьба лишь в руках москвичей, а для них вы должны быть, не противны, а желательно — приятны, а совсем прекрасно — уважаемы»1. Несмотря на откровенный цинизм заявления депутата, его слова на самом деле от истины совсем недалеки. Если надо собрать в Москве сегодня большую, тысяч на 70 человек, толпу, то это гораздо проще сделать из самих москвичей. Автобусы можно перехватить на пути в Московской области, милиция и ФСБ способны выловить из поездов всех, кто «неугоден», с москвичами же так просто не обойдешься. И игнорировать этот фактор бессмысленно. Также нельзя игнорировать фактор недовольства, накапливающегося в Москве, умело подогреваемого как извне, так и самими москвичами, а возможно, и из Кремля. Пожалуй, Лужков в настоящее время — единственный человек, если не считать ректоров вузов, который сдерживает всплески негатива москвичей по отношению к федеральной власти. При этом тот же Лужков сам неоднократно эти страсти инспирировал и ими пользовался.



(СНОСКА1 М. Москвин-Тарханов: Технология российской революции: Как «это» делать в Москве (http://kreml.org/opinions/74213056).)



Важным в этой связи представляется следующее. Московская интеллигенция до сих пор существует. В Москве сохранился достаточно значительный слой той самой интеллигенции, которую все видели в конце 80-х — начале 90-х годов. Сейчас этот термин часто заменяют на слово «демшиза», но он, увы, тоже неверен. Московская интеллигенция отличается особым взглядом на жизнь и на действующую власть. Она полностью манипулируема, она внушаема, у нее до сих пор есть кумиры в виде Юлии Латыниной, Виктора Шендеровича или Александра Проханова. Именно она восклицает на кухнях «черные понаехали в Москву», но на публике считает себя обязанной высказать негодование любому, кто посмеет высказаться о национальной проблематике в «неполиткорректном тоне». Она все еще считает Сергея Ковалева лучшим правозащитником всех времен и народов. Эта интеллигенция стопроцентно уверена, что надо было договариваться с Асланом Масхадовым, при этом трусливо переводя своих детей из школ, где наличествует более-менее сильная кавказская молодежная диаспора. Она зачитывается «Новой газетой» или же газетой «Завтра», причем тут нет никакого противоречия, смотрит исключительно РЕН-ТВ, особенно после того, как с НТВ «убрали» Леонида Парфенова. Она же свято верит в сказки Резуна, а посему лозунг «Сталин хуже Гитлера» принимает с воодушевлением и радостью. Эта интеллигенция ждет любого промаха власти, чтобы, поправляя на носу очки в роговой оправе, сказать: «Ага, я же говорила, что так и будет». И молодежь, взращенная такими интеллигентами, неважно, правые они или левые, также как и взрослое поколение, уверена, что «эта власть» ужасна, как ужасна и «эта страна». У кого-то есть четкая уверенность, что они должны как можно скорее «отсюда» уехать, кто-то верит, что революция снимет всю грязь, и все сразу станет прекрасно.

Впрочем, опять же предоставляю слово профессионалу: «Интеллигенция как социальная страта обладает предсказуемым и управляемым коллективным поведением, наличием стойких коллективных бессознательных реакций, чувствительностью к информационным воздействиям, легко обманывается и бывает обманутой… Когда она ярко оппозиционна и революционна, весьма привлекательна для молодежи (тут и социальная справедливость, и право на собственный выбор, антиглобализм и зеленая революция, анархизм, маркузианство и прочее). Подобными движениями современные зарубежные политические технологи научились управлять еще в 70-е годы1, и опыт такого управления изучается легко: достаточно прочитать работы Джина Шарпа, сотрудника Института Альберта Эйнштейна, «От диктатуры к демократии» или «Политика ненасильственных действий».



(СНОСКА1 М. Москвин-Тарханов: Московская интеллигенция как троянский конь Запада (http://www.kreml.org/opinions/73776629).)



Казалось бы, к чему такое длинное предисловие к главе про Интернет и «Живой журнал»? Дело в том, что Интернет в России — среда уникальная. Если в других странах с рыночной экономикой распространение Интернета вполне равномерно, то в нашей стране он сконцентрирован большей частью именно в столице. Причем использование Сети в Москве в корне отличается от других регионов. По последним данным Фонда «Общественное мнение», опубликованным в марте 2005 года, аудитория Интернета в России составляет 17,6 млн. человек, а в течение года намерены начать пользоваться интернетом еще 3,7 миллиона. Это оптимистическая оценка. Учитывая факт замедления роста интернет-аудитории после ноября 2004 года, скорее всего, в конце года вряд ли число пользователей превысит 19 миллионов. Надо понимать, что среди этих пользователей ядро — те, кто заходит в Интернет еженедельно — составляет 10 миллионов, и всего 6 миллионов ежедневно сидящих в Интернете. Данные «Рамблера» дают меньшую цифру: суточная аудитория оценивается в 4,5 млн человек.

Интернет в России не является электорально значимым ресурсом, то есть, используя Интернет, нельзя добиться прохождения в парламент или местное законодательное собрание той или иной партии, того или иного кандидата. Зато при помощи Интернета можно решать много политических задач. И проще всего их решать именно в Москве, если, разумеется, не ставить перед собой цели выбрать мэра или депутата посредством Сети. В столице Интернетом пользуются 41 % жителей. Из них, понятное дело, процентов 10 уйдет на мальчиков и девочек в возрасте до 14 лет, но остальные-то — вполне «электорабельные» люди, причем в большей степени относящиеся к тому самому классу молодежи, который, как мы говорили выше, абсолютно не соответствует этому определению, поскольку неоднороден, но продолжает оцениваться в демографическом диапазоне от 14 до 30 лет. Это делает Сеть подходящей средой для раскачивания настроений интеллигентной московской молодежи.

При этом не надо надеяться, что все 90 % из тех, у кого есть Интернет, ежедневно лазают по политическим ресурсам. Политика интересует всего 10 % пользователей, но те, кто все же заходит на политические ресурсы, — наиболее активная аудитория. Средний ее возраст составляет от 18 до 30 лет, и как раз среди них выбираются агенты влияния. Вернее, они не выбираются, а сами попадаются на крючок, затягивая за собой все больше и больше людей. В Интернете не ведется работа «по площадям», а используются точечные удары, причем в том месте, где есть скопление такого сорта молодежи — политизированной и вдобавок ко всему сотрудничающей со СМИ. В настоящее время такой площадкой, где возможны не только точечные удары, вбросы информации, но и создание целых информационных кампаний, является «Живой журнал».

Значение «Живого журнала» (www.livejournal.com) нельзя абсолютизировать, но и нельзя преуменьшать. Грубо говоря, это система публикации в Интернете личных дневников (блогов). Российский сегмент ЖЖ — один из самых больших. Мы занимаем четвертое место со 195 тысячами пользователей и скоро опередим Британию (218 тысяч по данным на конец августа 2005 года). Догнать США и Канаду, не удастся, но это и не нужно. Надо сказать, что рост числа пользователей в русском ЖЖ — лавинообразный: с ноября по март число дневников в русском журнале возросло наполовину, по июль — еще на четверть. Это произошло благодаря тому, что сейчас «Живой журнал» открыт и бесплатен, а также благодаря политическим событиям весны-осени 2004 года.

Активность российских посетителей намного выше, чем в других странах. Среднее число читающих дневник российского участника журнала составляет 100 человек. Для иностранных дневников эта цифра практически недостижима. Максимальное число читающих один дневник — 5 тыс. участников: именно столько читателей есть у известного фантаста Сергея Лукьяненко. Вторая особенность русского журнала в том, что значительная часть активных участников используют его для работы, для обмена новостями и для агитации. Среди самых популярных сообществ — advertka, рекламное сообщество (участников и наблюдателей — около 9 тысяч), paparazzi — сообщество журналистов (участников и наблюдателей — 4200).

Вот как рассказывает о возможностях «Живого журнала» Михаил Вербицкий (известный интернет-гуру): «Информационная среда, явление которой было предсказано мудрыми, явилась; и немедленно пожрала масс-медиа. За те четыре года, что прошли с переселения на Livejournal, я перестал читать новости. Я не смотрю телевизор и не покупаю газет. А зачем? Каждая новость политики, науки и чего угодно окажется у вас в ленте, в десятке экстравагантных интерпретаций; а в большинстве случаев — со ссылкой на запись очевидца событий. Важно только правильно подбирать ленту… Лайвджорнал использовали все мало-мальски заметные журналисты, все редакторы интернет-журналов, почти все писатели научной фантастики, сотни широко известных музыкантов, поэтов, лит-критиков и прочая и прочая. В ЖЖ зародились несколько политических движений… Блогосфера оказалась идеальным субстратом для создания гражданского общества и переустройства жизни на истинно демократических началах»1.



(СНОСКА1 М. Вербицкий: LJ: Конец эпохи (http://www/russ.ru/culture/20050706_verbit.html).)



Действительно, свои ЖЖ имеют известные журналисты, писатели, пиарщики и политологи. Составлен примерный, хотя и неполный список известных персон, ведущих свои ЖЖ (http://www.livejournal.com/users/ansate/39466.html). Список гуру в ЖЖ нас не особенно интересует, а вот тот факт, что политизированная молодежь работает через этот сайт очень активно, нельзя упускать из внимания.

Живее всех живых

«Живой журнал» используют для создания соответствующей интерпретации события; для создания необходимого отношения к политической персоне вплоть до глобальной дискредитации, для создания информационной волны. Здесь лучший пример — травля Филиппа Киркорова. Она началась в ЖЖ через неделю после публикации информации об оскорблении Ирины Ароян на сайте «Компромат.Ру», была подхвачена буквально всеми более-менее известными юзерами и привела к информационной войне против Киркорова в СМИ, результатом которой стало извинения Киркорова, принесенные журналистке. ЖЖ вполне пригоден и для вброса компромата. Не надо забывать, что «Живой журнал» — не замкнутое пространство, и интересная информация часто рассылается со ссылками на него по «аське» или электронной почте.

Наконец, очень часто «Живой журнал» используют для партийной работы и агитации. Партийные представители, обитающие в нем, охотно пишут отчеты с митингов, публикуют фотографии, программные документы и материалы.

Лучший пример – раскрутка лидера Московского молодежного «Яблока» Ильи Яшина, который за несколько месяцев лета 2004 года из никому не известного мальчика превратился в реального ньюсмейкера. Яшин не стал изобретать велосипед, а пошел по пути, проложенном Олегом Кашиным. Он начал активно описывать в «Живом журнале» все, что он делает. Яшина привел в ЖЖ Сергей Казаков (создал дневник в марте 2004 года), руководитель пресс-службы московского «Яблока», который оценил все прелести сообщества paparazzi, а также опыт раскрутки неизвестных личностей до персон, вполне соответствующих уровню ВИП.

Вообще члены молодежного «Яблока», а теперь и «Обороны» заметны в «Живом журнале», особенно явно: члены «Яблока» массово начали появляться в журнале с июля — августа 2004 года (пик приходится на ноябрь). Из известных активистов организации свои дневники есть у руководителя питерского отделения Молодежного «Яблока» Александра Шуршева (shoorman), редактора издания «Молодежное Яблоко» Павла Смоляка, который в последнее время все больше смещается в сторону НБП (smolyak), зампреда Московского молодежного «Яблока» Ирины Воробьевой (vorobieva_irina). Всего яблочников среди пользователей этого сайта около тридцати. Причем что касается молодежного «Яблока», то в ЖЖ присутствует практически все ядро организации.

Оценить участие нацболов в журнале довольно сложно, предположительно их также порядка 20–30. Однако о политике пишут они редко, в основном записи касаются встреч, вечеринок, секса и подобного времяпрепровождения. К другим членам журнала они относятся с недоверием. Выделяется здесь дневник активиста московского отделения НБП Сергея Смирнова, учителя, исполняющего обязанности главы московского отделения НБП (lazareff) и журналиста «Лимонки» Сергея Родинова (eksray). За несколькими исключениями члены НБП не используют свои дневники для агитации или пропаганды идей организации.

Заметную активность в «Живом ivejournal проявляет молодежная организация московских студентов «Я думаю» (http://www.yadumayu.ru), в основном состоящая из учащихся Высшей школы экономики. В числе известных членов этой организации — Илья Файбисович и Стас Апетьян. Это псевдоинтеллектуальная организация правого толка, по идеологии близка к СПС, в целом с антипутинской и антивластной направленностью. Совмещает общение в журнале с частыми встречами. Всего известно около 15 членов ЖЖ. В начале 2005 года они боролись за победу в «тендере» на правую оппозиционную молодежь, но проиграли его Московскому молодежному «Яблоку», из-за чего в стане «Я думаю» происходят постоянные склоки и раздоры, не в последнюю очередь обусловленные тем, что часть участников организации абсолютно неадекватна и не разбирается в политике.

Молодая «Родина» начала активную деятельность в «Живом журнале» осенью 2004 года, но из-за постоянных скандалов у ее участников большие проблемы с позиционированием. Известны дневники активистов движения — Олега Бондаренко, Сергея Шаргунова, Леонида Развозжаева и Михаила Бойко. Именно после скандала в ЖЖ, инспирированного Ярославом Грековым, Олег Бондаренко существенно испортил свою репутацию, что в итоге стало причиной его отстранения от руководства молодежной «Родиной» и назначением на этот пост Сергея Шаргунова, который сейчас испытывает такие же проблемы в связи со ссорой с журналистом Михаилом Тульским.

Краткий анализ молодежной активности в «Живом журнале». Сразу же после выборов президента был отмечен существенный рост числа партийно-активных членов журнала, из которых практически все — молодые люди от 17 до 29 лет. Среди членов ЖЖ партийная молодежь играет существенную роль, и своей активностью она практически сравнялась с «ранним» кругом общения, состоящим в основном из журналистов и пиарщиков. Объединяясь по интересам, партийной принадлежности и общей оппозиционности к властям, они аккумулируют вокруг себя сочувствующих лиц. При этом замечено значительное пересечение аудиторий. Партийная принадлежность в «Живом журнале» пока имеет малое значение, главное — общее настроение недовольства властями. Интеллектуально партийная молодежь в своем большинстве довольно слаба, импульсивна. Отличается самовлюбленностью и юношеским максимализмом. Они могут без проблем влезать в скандальные ситуации, чем легко пользоваться при наличии намерения дискредитировать конкретного человека. Тем не менее, нельзя этой дискредитации уделять слишком большое значение, иначе на антипиаре популярность персоны только вырастет. Использовать «Живой журнал» молодежным активистам необходимо осторожно, причем главными критериями должны быть искренность, личная независимость и наличие реальной работы, за которую активист может отчитаться в своем личном дневнике не только на словах, но и при помощи фотографий, ссылок и других интерактивных приемов.

Напоследок стоит заметить, что ни молодые коммунисты, ни единороссы в «Живом журнале» практически не представлены, что является их серьезным промахом. С другой стороны, вопросы конфиденциальности в этих партийных организациях ценятся куда больше, чем простой пиар в Интернете, а любой скандал сказывается на их репутации намного серьезнее, чем на младенческой «Родине» или на полумертвом «Яблоке». Все же минусов от их отсутствия, по-моему, гораздо больше, чем плюсов сохранения конфиденциальности: ведь тем самым они лишают себя одного из немногих живых средств коммуникации как с журналистами, так и с политконсультантами. Причем средства бесплатного. Сейчас «Живой журнал» вовсю осваивают активисты движения ВАЛ, «Наши» и «Россия молодая». Что из этого получится, сказать трудно. Скорее всего, ничего. Симулякр в реальности еще более-менее представим (пример — «Идущие вместе»), но виртуальные симулякры кажутся нонсенсом.

Большинство существующих ныне «молодежных движений» виртуальны. Лучший пример тому — «Русская Пора». В нее входят три, от силы четыре человека. Или «Идущие без Путина» с лидером Михаилом Обозовым. Сколько их — «идущих без»? Примерно столько же. Ядро Московского молодежного «Яблока» состоит из 50 человек максимум. Из «молодой Родины» также никто никогда не видел на митингах больше 10 человек, если под акцию не выделялся конкретный бюджет, и половина из этого десятка присутствует в «Живом журнале». Молодой СПС? Кроме Насти Каримовой, которая не вылезает из журнала сутками, никто не видел этих младоэспеэсников. То есть политически активные ребята, почуяв возможность сделать деньги или карьеру, просто нашли себе благоприятную среду общения с журналистами и пиарщиками в онлайне. Они занимаются самораскруткой, ищут (и находят) заказчиков, общаются между собой.

Вот здесь заключается очень важная деталь. Общаясь между собой, привлекая к себе внимание серьезных политиков, становясь ньюсмейкерами для журналистов, они, с одной стороны, создают реально существующую сетевую структуру (правда, в пределах МКАД, но и этого вполне достаточно), а во-вторых, создают впечатление реальной молодежной оппозиции. Кривое зеркало Москвы, к сожалению, не дает увидеть существующее в провинции сильнейшее недовольство молодых поколений. А ведь оно есть, оно очень значительно, оно имеет совсем другие корни, нежели столичная фронда.

Кривое зеркало Москвы, в том числе московской протестующей молодежи, засасывает в себя. «Живой журнал» становится средством неосознанного зомбирования других и самозомбирования. У каждого человека, ведущего свой дневник, есть френдлента — список дневников других пользователей, которые он регулярно читает. И как бы ни была составлена эта френдлента, создается впечатление, что страна катится в тартарары, что виноват во всем Путин, что все беды от власти, что нужна революция, что надо все разрушить, и именно это впечатление всасывается в мозг пользователя. Даже пусть в его друзьях только восторженные мальчики и девочки, пишущие о том, как они собирают ромашки, в любом случае во время очередной информационной волны в «Живом журнале», которые проходят не реже трех раз в месяц, вы получите полный спектр негатива в отношении к властям. И будь вы трижды лояльны Кремлю, в вашей мозговой коробочке что-то щелкнет, и отношение станет другим, потом совсем другим, а потом противоположным. Поэтому фактор зомбирования и самозомбирования, причем не инициированный какой-то третьей стороной, не созданный извне, а просто объективно существующий, нельзя ни в коем случае упускать из внимания.



Глава шестая Осень 2004-го

Наш козырь — террор

Взрывы около станции метро «Рижская», на Каширском шоссе, теракты в самолетах в конце августа, а также трагедия Беслана в очередной раз всколыхнули общество. Наиболее взрывоопасная ситуация была, бесспорно, в Северной Осетии. А вот на втором месте по напряжению следовало бы поставить Москву. Большая часть терактов прямо касалась именно москвичей: московское метро, московская автобусная остановка, самолет Ту-134, летевший по маршруту Москва — Волгоград, и Ту-154, летевший из Москвы в Сочи, одновременно взорвавшиеся в воздухе. Наконец, психологически подготовленные к восприятию самого страшного теракта в России — захвата школы в Беслане, жители столицы отреагировали на него с удивительной предсказуемостью.

Чувство абсолютной незащищенности перед врагами, чувство полной растерянности, чувство жуткой обиды на власть, которая мало того что допустила такие преступления, но еще всячески тянула время, а иногда и просто обманывала граждан, все эти чувства оккупировали тогда сознание масс. Повторюсь, для Москвы это чувство было очень сильным.

Самое страшное, что все это происходило при полном отсутствии каких-либо внятных политических действий с любой стороны, кроме как со стороны провластных сил и религиозных конфессий. Серьезный интерес представляет анализ 1900 сообщений информагентств о Беслане с момента захвата заложников и до начала штурма. За все это время я насчитал всего лишь 27 публичных заявлений политиков и общественных деятелей с осуждением теракта в Беслане. Это если исключить заявления чиновников, которые подтверждали ту или иную информацию, то есть были ньюсмейкерами — поэтому в список не включены депутат Госдумы Михаил Маркелов, президент Ассоциации ветеранов группы «Альфа», депутат Мосгордумы Сергей Гончаров, доктор Леонид Рошаль, глава правительства Чечни Сергей Абрамов, глава МИД Сергей Лавров, экс-президент Ингушетии Руслан Аушев и еще ряд политиков.

Список этих людей необходимо привести:

председатель Совета муфтиев России муфтий-шейх Равиль Гайнутдин;

муфтий Северной Осетии Руслан Валгасов;

член Совета Федерации от Северной Осетии Эрик Бугулов;

член Совета Федерации Александр Торшин;

советник президента РФ Асламбек Аслаханов;

глава Ставропольской и Владикавказской епархии Русской православной церкви епископ Феофан;

руководитель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева;

уполномоченный по правам человек в РФ Владимир Лукин;

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II;

сопредседатель Совета муфтиев России муфтий Исмагил-хазрат Шангареев;

вице-премьер правительства Чеченской Республики Рамзан Кадыров;

главный раввин России Адольф Шаевич;

муфтий Чеченской Республики Ахмед-Хаджи Шамаев;

советник президента России по вопросам амнистии и помилования Анатолий Приставкин;

председатель Госсовета Чеченской Республики Таус Джабраилов;

глава буддистов России Пандито Хамбо-лама;

член Совета Федерации Михаил Маргелов;

генерал-полковник Леонид Ивашов;

член Совета Федерации Муса Умаров;

депутат Госдумы Валерий Драганов;

депутат Госдумы Константин Косачев;

спикер Госдумы Борис Грызлов;

член Совета Федерации Умар Джабраилов;

президент Татарстана Минтимер Шаймиев;

депутат Госдумы Михаил Гришанков;

спикер Совета Федерации Сергей Миронов;

вице-президент миротворческой организации буддистов мира «Азиатская буддийская конференция за мир» Дамба Аюшев.

Что же до партий и общественных организаций, то свое возмущение в связи с терактом и готовность оказать помощь заложникам в то время высказали следующие структуры:

Ассамблея народов России;

Совет муфтиев России;

Русская Православная Церковь;

Совет чеченских организаций РФ;

Координационный центр мусульман Северного Кавказа;

Российский Красный Крест;

Буддийской традиционной Сангхи (церкви) РФ;

«Единая Россия» (2 сентября партия организовала ряд митингов с осуждением теракта);

Объединение предпринимателей «Деловая Россия»;

Межрелигиозный совет России;

Конгресс еврейских религиозных организаций и объединений в России;

Московская еврейская религиозная община.

В информационном поле с первого по третье сентября отдувались осетинские чиновники среднего и высшего звена. Но лучше бы они пропали из вида, как и большинство российских официальных лиц в то время. Никто не сможет, наверное, забыть заявления главы информационно-аналитического управления при президенте Северной Осетии Льва Дзугаева, который первым в ночь с первого на второе сентября публично озвучил число: 354 заложника. И тем более обидно было журналистам, которые к тому времени в своей массе уже знали, что число захваченных заложников превышает 800 человек. И чтобы не дай бог не помешать проведению антитеррористической операции журналисты вынуждены были либо врать, повторяя число 354, либо просто игнорировать эту информацию.

Второго сентября пришлось выступить и Владимиру Путину, хотя он не должен был, да и не собирался, похоже, делать никаких заявлений во время кризиса, потому что любое публичное заявление могло бы повлиять на развязку. Но на встрече с королем Иордании ему все же пришлось отреагировать на происходящее, и президент выступил в максимально корректных выражениях, подчеркнув, что «самая главная наша задача заключается в том, чтобы спасти жизнь и здоровье заложников в Северной Осетии». Никаких обвинений в адрес террористов сделано не было, и это самое главное — власти еще рассчитывали на иной исход ситуации с захватом школы.

Как известно, только на второй день перед СМИ появился президент Северной Осетии Александр Дзасохов, до этого «работавший в штабе». Президент Ингушетии Мурат Зязиков появился в коротком комментарии ИД «Коммерсантъ» утром третьего сентября. В то время «прятались» и куда более важные и серьезные персоны. Неудивительно — делать скоропалительные заявления тем, чьи головы требовали бесланские террористы, не рекомендовалось.

Куда как большей вины заслуживают все остальные — те, кто никак не отреагировал на теракт или попытался на нем нажить политический капитал. Первая пораженческая реакция была озвучена сопредседателем «Комитета-2008» Борисом Немцовым, который призвал «искать политические пути решения, в том числе и говорить с сепаратистами». По сути так же повел себя и член КПРФ Иван Мельников. Вместе с невнятным «фе» в адрес террористов он заявил, что «власти России хотят приучить граждан страны к тому, что теракты — обычное для цивилизованных стран явление». Отличная поддержка, в которой тогда нуждалось все общество, не находите? Где было «Яблоко», где был СПС с Ириной Хакамадой, где были олигархи, в том числе и беглые, где был модный оппозиционер Владимир Рыжков, Гарри Каспаров, правозащитники? Почему от всей либеральной правозащитной клики только у руководителя Московской Хельсинкской группы Людмилы Алексеевой хватило смелости выступить с безоговорочным осуждением мерзавцев, захвативших детей и женщин? Или слово «правозащитник» со времен Сергея Ковалева означает человека, защищающего только убийц?

Такая страусиная позиция большинства партий, движений, организаций как ножом проткнула гниль, которая накопилась в нашем обществе. На подсознательной основе многие столичные интеллигенты чувствовали безмерный стыд, что их «отцы-демократы» молчат в тряпочку, засунули голову в песок и боятся выступить единым фронтом против террора.

Глухое и бессознательное раздражение у московской интеллигенции вызвало то, что, помимо представителей различных религий, среди тех, кто не побоялся назвать зло злом, большинство составили единороссы или лояльные Кремлю политики, которых интеллектуальная тусовка в Первопрестольной либо презирает, либо ненавидит. В массе своей, когда люди чувствуют стыд и собственную вину, им хочется избавиться от этого ощущения любым способом. И такой способ скоро был найден. Им стал митинг 7 сентября.

Проведение телеведущим Владимиром Соловьевым при активном участии Администрации президента и профсоюзов грандиозного действа «Россия против террора» было воспринято в штыки. Сразу же стало известно, что заявка на митинг была подана еще до всяких терактов, что выглядело в принципе довольно оскорбительно. Казалось, что в дни после терактов Владимиру Путину или даже Борису Грызлову достаточно было бы просто выступить перед экраном телевизора и призвать людей на площади. И тогда повторилось бы общественное осуждение терроризма, которое мы видели в Испании после взрывов в мадридских поездах. Однако власть не решилась позволить толпе скорбеть неорганизованно. Возможно, обоснованно.

Это была ошибка — в среде интеллигенции тех, кто пошел на митинг, были единицы, несмотря на то, что прийти туда самостоятельно хотели бы многие. Но не решились потому, что им было «неловко» стоять рядом с «согнанными табунами» профсоюзниками, дэзовцами и студентами. Неловко было оттого, что изначально интеллигенты решили, что в этом митинге не было искренности. У большинства интеллигентов превалировала мысль: «Там собралось быдло».

Ужасное слово «быдло», особенно в устах тех, кто претендует на некое интеллектуальное лидерство, вскоре стало постоянным синонимом любых провластных действий. В то время в соседней Украине оранжевые называли «быдлом» сторонников союза с Москвой. А у нас в России быдлом стали те, кто вышел на площадь заявить о своем неприятии терроризма. Интеллигенция же, пытаясь «перевести стрелки» собственной вины на весь народ, искала удобного случая, чтобы доказать «этому быдлу», что быть с этой властью вместе нельзя. И случай скоро представился.

После третьего сентября страна застыла в тягостном и грустном ожидании чего-то грядущего и пугающего в своей непредсказуемости. Ждали худшего. Чего-то радикального и резкого от властей или продолжения волны терактов. Однако худшего не случилось. Радикального и резкого также. Так что же все-таки произошло 13 сентября? С этим необходимо разобраться как можно более подробно. Ведь именно этот день является ключевым для дальнейшего рассмотрения всех действий молодежных движений с оппозиционной и с провластной сторон. Для рядовых граждан России 13 число ничем не отличалось от предыдущего и последующего. А вот для политически активных в этот день изменилось многое, и многим не понравилось то, что предложил президент в качестве ответной меры по борьбе с терроризмом.

Президентские инициативы и партийная истерика

Владимир Путин заявил о необходимости изменения системы исполнительной власти России, которая «должна быть адаптирована к работе в кризисных ситуациях и перестроена с целью укрепления страны и недопущения кризисов». Фактически президент предложил системный выход из проблемы, при этом взвалив лично на себя ответственность за все грядущие неурядицы. Путин пожертвовал своим имиджем и рейтингом отнюдь не для того, чтобы получить больше власти для себя. Его слова о том, что изменения направлены на решение таких вопросов, как «обеспечение единства страны, укрепление государственной структуры и доверия к власти, создание эффективной системы внутренней безопасности» полностью соответствуют тем мерам, которые впоследствии были предприняты.

Идея поставить глав регионов под личный контроль президента и личную ему подотчетность отнюдь не кажется ущемлением чьих-то прав. Выборы никто не отменил, выбирают главу региона местные законодательные собрания. Народ никаких свобод не лишался. Зато порочная практика, когда глава региона ни за что не отвечает и кивает на федеральный центр, который, в свою очередь, кивает на региональные власти, была прервана. Партийная реформа также вполне обоснована: карликовые олигархические структурки или монстровые бренды, живущие до смерти «последних могикан» из СССР, по привычке реагирующих на слово «коммунистическая», всеобщее нежелание работать и всеобщее желание пиариться — все это настолько дискредитировало партийную систему в России, что ей была необходима серьезная встряска.

Тихо-мирно партии умирать не захотели. Поскольку в Кремле, как считали сами партийцы, их уже списали со счетов, то сразу же несколько политических структур начали бурно выражать протест. К ним подключились недовольные политтехнологи, часть губернаторского корпуса и вечно голодные либеральные СМИ. Конечно, в течение всего сентября, особенно после 13 числа, многочисленные политологи стремились объяснить логику действий Кремля. В этой связи особого упоминания заслуживают статья замглавы Администрации президента Владислава Суркова в «Комсомольской правде» «Путин укрепляет государство, а не себя»1 и регулярные интервью президента Фонда эффективной политики Глеба Павловского, которые он давал на протяжении всего сентября «Русскому журналу», «Кремлю.Орг», «Газете.Ру», «Московскому комсомольцу», выступления на Гражданских дебатах и в РИА-Новости1. Эти статьи тиражировались в региональных СМИ, однако в столице не вызывали практически никакого эффекта. Да и провинция оставалась довольно равнодушной.



(СНОСКА1 В. Сурков: Путин укрепляет государство, а не себя // Комсомольская правда. — 2004. — 29 сентября.)

(СНОСКА1 Публикации интервью и выступлений Г.Павловского в сентябре 2004 года: «Судороги рождения нации» (http://www.kreml.org/interview/64955218), «В ситуации загадочного бездействия»  (http://www.kreml.org/opinions/65918611), «Инженеры террора» (http://www.kreml.org/media/65829149), «Политическая система и система безопасности сегодня не готовы к военной ситуации» (http://www.kreml.org/opinions/66165915), «Политические силы заняли позицию зрителя» (http://www.kreml.org/opinions/66362355), «Путин — наш единственный диссидент» (http://www.kreml.org/interview/66953844).)



Обществу нужны были показательные порки чиновников. Следствием отсутствия давно ожидаемых чисток стало общее мнение о том, что власть неэффективна. Был необходим антикризисный штаб, были необходимы ковровые бомбардировки концептуальными статьями и репортажами в СМИ. Не было сделано ничего. На этом фоне появилось большое количество комментаторов, которые не просто подвергали сомнениям действия президента, что было вполне нормально, но полностью отказывали власти в разуме. Среди таких «говорящих голов» выделялись Георгий Сатаров и Владимир Рыжков.

Их главный контрудар был нанесен именно по Москве. Действительно, зачем тратить силы на пассивную провинцию, когда в столице уже скопилось ядро недовольства среди партчиновников разного уровня, среди пиарщиков и политтехнологов, среди либеральной интеллигенции, да и среди москвичей в целом? Поскольку дело касалось политических вопросов, то основным адресатом этого обращения стала молодежь. Ведь работягам, предпринимателям, офисным работникам, по большому счету все равно, отбирают ли у них какие-то политические права или нет. А вот молодежь как наиболее социально активная группа (особенно студенчество), живо отреагировала на утверждение «у вас отбирают».

Добившись живого отклика «да, правда, у нас отбирают», оказалось очень удобно вложить в массовое сознание московской молодежи все страшилки, которые до этого прятались в ветхих сундуках чуланов ельцинского времени, и которые использовались только в 1996 году. Оказалось, что даже такие нехитрые приемы работают. Особенно на современную молодежь, которая не помнит выборов Бориса Ельцина и Геннадия Зюганова, не особо задумывается над причинами и последствиями дефолта 1998 года, и тем более не понимает, что происходило со страной во времена Владимира Путина.

Настоящую истерию развили «Яблоко» и КПРФ. Первая же акция против президентских инициатив прошла 16 сентября под лозунгом «Путин — узурпатор». Правда, сами участники митинга вряд ли смогли бы объяснить, что именно узурпировал Путин, да они и не стремились к этому. Главную роль в акции сыграла молодежь обеих партий. Выстроившись перед зданием Генпрокуратуры на Большой Дмитровке, молодежь скандировала антипрезидентские лозунги и раздавала листовки, на которых был изображен портрет Путина с пририсованными усиками a la Адольф Шикльгрубер. В общество впервые была вброшена идеологема «Путин — это Гитлер». Реакция на такое негативное мифотворчество была моментальной, но слишком либеральной. Если в СИЗО в то время сидели нацболы, всего лишь выбросившие портрет Путина из окна Минздрава, то в данной ситуации налицо было нарушение статьи 130 УК РФ или специальной статьи 319 УК РФ (оскорбление представителя власти).

Поэтому ничего удивительного в том, что яблочники Алексей Навальный, Илья Яшин и Иван Большаков как организаторы митинга на следующий же день общались со следователями, а пресс-секретарь Московского «Яблока» Сергей Казаков закидывал Интернет паническими сообщениями о том, что перед ним сидят двое сотрудников ФСБ и что-то выспрашивают. Завершилась вся эта эпопея признанием самого Казакова, который написал «мне стыдно», и пресс-релизом ММЯ, в котором молодежное «Яблоко» выразило сожаление в связи с «грубым нарушением этических норм политической полемики», выразившемся «в неподобающем изображении главы государства», а также принесло извинения президенту России и всем членам партии «Яблоко», равно как и всем представителям демократической общественности. Следует отметить, что прокуратура пошла по самому легкому и в то же время самому опасному пути внутреннего урегулирования конфликта. Обвинение яблочникам предъявлялось якобы за то, что «кто-то из толпы оскорбил милиционера». При всем при этом обвинение было предъявлено именно по статье 319 УК РФ. И предъявлено оно было младояблочнице Ирине Воробьевой, которая, не задумываясь о последствиях, гордо позировала всем фотографам с плакатом Путина, стилизованного под Гитлера. Ребята отделались легко. Но если бы меры по отношению к ММЯ были бы приняты максимально жесткие, дальнейшая его деятельность была бы куда как более конструктивной.

Рассказав об этом случае, необходимо перейти теперь к важнейшему событию осени 2004 года, оказавшему на развитие молодежных движений в России грандиозное, хотя и разрушительное в своей основе, воздействие.

Цвет революции — оранжевый

Все знают, что оранжевую революцию на Майдане свершила молодежь, все знают, что движущей силой этой молодежи была некая организация «Пора!». Но мало кто знает о том, что это такое. В России большинство молодежных движений, а также политических акторов представляют «Пору» как загадочную и суперсерьезную структуру, направляемую Западом.

«Пора!» — это негосударственная молодежная организация, основанная весной 2004 года. В это время первые активисты «Поры» в числе 18 человек проходили стажировку в городе Нови Сад, где перенимали опыт сербского движения «Отпор», сыгравшего значительную роль в свержении Слободана Милошевича. Помимо этого изучались методы действий «Кмары» в Грузии и «Солидарности» в Польше. Основная заявленная цель — координация молодежных выступлений против действовавшего тогда украинского руководства, организация действий сторонников Виктора Ющенко. «Пора» не являлась до января 2005 года зарегистрированной организацией, не имела официального руководителя и всячески отрицала наличие финансирования со стороны США. После победы оранжевых, по словам главного идеолога движения Владислава Каськива, «Пора» должна была распуститься, однако 29 января движение официально зарегистрировалось, а 28 февраля в Киеве было объявлено об образовании на базе «Поры» одноименной партии. Главным инициатором подобного шага стал тот же Каськив, в связи с чем в организации произошел раскол на «желтых» во главе с Каськивым и «черных» во главе со Свистовичем1.



(СНОСКА1http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D1%80%D0%B0.)



Резюмируя все это, можно сказать, что «Пора» — это группа политически активных персон, имеющих единого заказчика, обладающих незаурядными организаторскими талантами и имеющих отличные связи с либерально настроенными общественными организациями в Украине. То есть, это люди, которые стоят во главе сетевой структуры украинского протестного общества. Еще раз подчеркнем, что «Пора» — это не организация, а именно люди, персоны, активисты, те, кто может организовывать. А как происходила на Украине организация организаторов, а затем организация организаторами организаций, прекрасно иллюстрирует статья М. Кордонского «Как делаются молодежные революции: путч грантоедов»1.



(СНОСКА1 М. Кордонский: «Как делаются молодежные революции: Путч грантоедов» (http://www.kreml.org/opinions/87340042).)



В течение 2002–2004 годов на Украине наблюдался резкий рост предоставления грантов общественным организациям, в первую очередь, со стороны Запада. Гранты раздавались независимо от направления их деятельности общественных организаций, то есть, политическая составляющая не имела значения. Но основное направление, на которое выделялись гранты, — обучение молодежи. При этом организовывались и семинары, и конференции, и летние лагеря, и выезды за рубеж, обучающие «молодежному лидерству». Число участников таких мероприятий составляло несколько сот тысяч человек, а ядро — несколько тысяч. Среди преподавателей большинство — представители стран Восточной Европы, Прибалтики и СНГ, обязательно при западном кураторе. Участниками таких семинаров становились самые активные представители молодежи, готовые добровольно и чаще всего бескорыстно заниматься общественной деятельностью.

Вплоть до лета 2004 года в действиях общественных организаций и в ходе семинаров политики не было никакой. Главным было обучение молодежи налаживать связи между собой, между другими группами молодежи, не входившими в программы. То есть основная часть — обучение коммуникативным и организационным приемам: как использовать среду общения — Интернет, конференции, митинги, как организовывать акции, как заниматься пиаром и контрпиаром, как рекрутировать людей в свои движения. В процессе обучения отбирались наиболее активные, причем с нужной идеологией, то есть антибюрократической, антивластной, антиконформистской.

В начале предвыборной борьбы никто не работал с этими активистами грубо и прямолинейно. Например, некоторым организациям сообщили, что они уже выиграли гранты, но в связи с политической ситуацией на Украине выделение средств задерживается. Большинство лидеров таких организаций-грантоедов тут же нацепили на себя оранжевые ленточки. Их примеру вскоре последовали и рядовые активисты, особенно когда Ющенко объявил «оранжевую неделю». Во время избирательной кампании жизнь этих общественных организаций резко ускорилась, происходили постоянные конференции, собрания и семинары. На всех этих семинарах присутствовал «оранжевый дух», который постепенно проникал в сознание и подсознание. Искусственно формировалась активная оранжевая общественная среда, сетевое сообщество с теснейшими взаимосвязями.

Такая искусственная среда, уже начиненная оранжевым, имеющая в своем распоряжении громадные базы данных, телефоны, адреса электронной почты, странички блогов, располагающая пассионарным активом — пороховая бочка. Растили эту среду долго, более трех лет. А в сентябре 2004 года было произнесено ключевое слово «Ющенко» — вот он, наш спаситель! Только благодаря ему мы сможем… и дальше можно вписывать любое слово. Для активиста украинского «Гринписа» — очистить землю от последствий аварии Чернобыльской АЭС, для активиста студенческой организации — безусловную возможность по окончании вуза уехать продолжать образование на Западе. Да мало ли что еще можно придумать? Главное, что все это может дать только Ющенко! Тот самый Ющенко, которого власти настолько боятся, что «даже отравили».

Вот именно этой работой, то есть вживлением в сознание уже подготовленного пассионарного ядра оранжевых простой мысли: «Ющенко — это наше все», и занималась активисты «Поры». Все делалось неформально, но от того не менее эффективно.

Формально была проведена только работа с ректоратом. Ее осуществляли уже не активисты «Поры», а важные дядечки из ющенковской или тимошенковской группировок. Иногда это делали западные консультанты. И ректорат тоже в мгновение ока стал оранжевым. Ректорат выплеснул студенческую активность в направлении, нужном оранжевым. Это было соизмеримое по важности с деятельностью сетевого сообщества направление работы оранжевых креативщиков. Сетевики были более организованы и лучше мотивированы. Студенты же составляли массу. Критическую.

Еще один важный момент. Сконцентрировать всю ненависть на Леониде Кучме и Викторе Януковиче было бы неправильным ходом, и оранжевые это понимали. Также они понимали невозможность концентрации ненависти на русскоязычных — среди проющенковских пассионариев весомую часть составляли те самые русскоязычные. Объектом ненависти для них было избрано условное быдло, которое было очень умело приписано к донецким и днепропетровским. В массовом сознании оранжевых произошла смычка этих понятий. Немаловажным было и языковое влияние на массовое сознание. Ведь Янукович говорил по-украински далеко не блестяще, он попадал в категорию быдла, и все, кто не может говорить на ридной мове, также записывались автоматически в сторонники Януковича и в быдлюков. Так в столице Украины постепенно нарастали маргинальные настроения, которые затем стали питательной средой майдана.

В России это осознали очень быстро. Уже к концу лета 2004 года Москва готовилась к тому, что на Украине выборы будут не простыми, что готовятся антиконституционные действия. Сначала использовался термин каштановая революция1, затем он был заменен на оранжевую. На Украине же в лагере синих спохватились только тогда, когда стало понятно, что оранжевая молодежь может стать причиной их поражения. Синие попытались создать свою поросль. Но быстро такие вещи не делаются. Среди синих не нашлось организаторов, столь одаренных, что были у оранжевых, да и времени не оставалось.



(СНОСКА1 А.Чаленко: Сторонники Ющенко готовят каштановую революцию (http://www.kreml.org/opinions/63489250).)



Пока синие сгоняли своих сторонников на площади городов, главная из них — Майдан Незалежности в Киеве — уже была забита оранжевыми массами. Здесь опять же прекрасно проявили себя активисты «Поры». Палатки, термосы, горячая еда, оранжевые валенки, оранжевые шарфы, сцены для выступлений политиков и артистов — все было сделано на высшем уровне. И была пассионарная массовка: украинская сетевая структура, киевская интеллигенция, украинские националисты, восторженные студенты и студенточки, либерал-демократы. Вся эта бурлящая протоплазма была организована активистами. Контролеры, наставники, организаторы, заводилы — они находились непосредственно в толпе и не давали эмоциональному накалу перевалить за грани разумного, либо, напротив, поддерживали спадающий уровень эмоциональности. Они же контролировали молодежь, которая не прочь выпить и потусоваться, поразвлечься и заняться любовью. Но на телекартинке хорошо смотрятся поцелуи, а не совокупления в грязных подъездах.

Телекартинка — важнейший момент. Ее правильно выстраивали операторы, в первую очередь, западных телеканалов. С одной стороны — разъяренные толпы синих, раззявленные в злобе рты, с другой — улыбающиеся девочки в оранжевом, дарящие милиционерам гвоздики. Контраст — дело тонкое, но профессионалам вполне доступное. Эта трансляция предназначалась, в первую очередь, для самой Украины. Телевидение сделало майдан не бунтом, которым он по настоящему являлся, а оранжевой революцией, направленной против бюрократов и чиновников старой гвардии Кучмы и против «донецких» Януковича.

Оранжевые в Интернете. Не менее важно и то, как именно все это воспринималось в России. В России все были прекрасно осведомлены о политических аспектах противостояния на Украине. Было очевидно, что идет борьба двух номенклатурных кланов, борьба элит, внешне выражающаяся в некоем «выборе направления движения страны — на Запад или к Москве». Поэтому значительная часть патриотического лагеря, равно как и центристы, поддерживали Виктора Януковича и соглашались со всеми действиями президента. Либеральный фланг занимал, скорее, выжидательную позицию, за исключением ряда СМИ типа «Новой газеты», «Независимой газеты» и других. Российские журналисты и политтехнологи в целом относились к выборам на Украине нейтрально. Так было во время начала избирательной кампании. С конца сентября ситуация начала меняться, а ближе к первому туру голосования в российской политизированной тусовке произошла существенная поляризация. Пожалуй, на выборах в Думу-2003 и на выборах президента-2004 не наблюдалось такого накала страстей.

В значительной степени этому способствовала государственная машина пропаганды. На телевидении присутствие Януковича если не превосходило по частоте появление Путина, то, пожалуй, сравнялось. Новости об избирательной кампании заслонили политическую реформу, заслонили бесланскую трагедию. Печатные СМИ были более сдержаны, а вот Интернет, напротив, поддался информационному ажиотажу, что понятно — для сетевых СМИ рейтинги столь же важны, что и для ТВ. Присутствие темы украинских выборов было настолько всеобъемлющим, что скоро набило оскомину у журналистов. А очевидная игра в одни ворота, то есть, на стороне Януковича, вызывала обратную реакцию отторжения. Лучший пример — на одном из центральных телеканалов в службе новостей висел большой портрет Ющенко. И это был не РЕН-ТВ или НТВ!

Оранжевым лучше удалось донести до российских журналистов свою позицию. Корреспондентам, особенно тем, которые, собственно, работали в Украине, начинало казаться, что народ действительно выступает против «зажравшихся бюрократов», что Ющенко несет избавление от всего зла чиновничьей госмашины. Те же, кто работал в Москве, черпали информацию о происходящих на Украине событиях из Укрнета — так по аналоги с Рунетом называют украинский сегмент всемирной паутины.

В Укрнете правили бал сторонники оранжевых. Большинство самых посещаемых украинских интернет-СМИ контролировалось командой Ющенко. Наиболее квалифицированное и профессиональное интернет-издание — «Украинская правда» (http://www2.pravda.com.ua/ru/) в режиме он-лайн поставляла новости и комментарии к происходящим в стране событиям. Она же задавала информационную повестку дня как нашим, так и местным СМИ. «Украинская правда», помимо собственно украинской и русской, имела еще и английскую версию. Это был центральный ресурс оранжевых во время кампании.

Важен и другой аспект деятельности оранжевых в Интернете. Они имели глобальную стратегию по ведению кампании в сети. У синих стратегии не было. Проющенковский лагерь моментально создавал одноразовые проекты, отвечающие повестке дня. Официальные сайты Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко также в лучшую сторону отличались от сайта Виктора Януковича. Креатив, интерактив, большое количество иллюстративных материалов, фотографий — все играло на оранжевых. Серьезнейшим инструментом влияния на политически активных россиян стали блоги. Оранжевые оккупировали блоговые сообщества довольно плотно. Если говорить, например, о «Живом журнале» (livejournal.com), то Украина занимает в нем 9-е место с 21 тыс. пользователей, и значительная часть их пришла в это сообщество как раз во время избирательной кампании в Украине. Эти ребята грамотно организовали сообщество «Выборы-2004»1, столь же грамотно провели набор в это сообщество, заинтересовали русских журналистов тем, что и как публикуется в этом сообществе, а затем путем успешной модерации сделали так, что в сообществе остались только проющенковские мнения. Читать его было интересно, тем более что обновлялось оно постоянно, практически каждые полчаса. Сответственно, небольшая, но значительная часть российских журналистов узнавала о происходящем именно из этого сообщества.



(СНОСКА1 http://www.livejournal.com/community/2004_vybory_ua/)



Целевая аудитория пропаганды. На кого больше всего воздействовала эта агитация в России? Ответ один — на молодежь. Причем в первую очередь на московскую молодежь, которую можно охарактеризовать как «интеллектуальную». А уж на политизированную молодежь и подавно. Когда юные поколения видят своих сверстников, которые «делают» политику на улице, то единственная мысль, которая остается у них в головах: «вот бы нам тоже так». В состоянии общественного возбуждения ребята лет 16-25 легко становятся манипулируемыми, сами не замечая этого.

В случае с Украиной особо важен был следующий момент: молодежь, которая восхищалась оранжевым бунтом, осознанно или неосознанно, играла против своей же страны. Ющенко для России был хуже, чем Янукович. Если второй волей-неволей шел на сближение с Москвой, делал важные заявления, делал реальные шаги навстречу России, то относительно первого была четкая уверенность в том, что он — агент влияния Запада. Да, в свое время у России был шанс сделать Ющенко «своим». Да, Россия им не воспользовалась, потому что в течение последних 14 лет привыкла иметь дело с правящими политиками. Но в 2004 году Ющенко был уже «не наш», все его действия были направлены на отдаление Киева от Москвы, и поддержка Януковича, хоть и вынужденная, была единственно возможным выбором России. Часть политически активной молодежи это понимала. Но другой части молодежи весь оранжевый балаган был как коту валерьянка: и пьянит, и веселит, и вкусно.

Эти ощущения усиливала политика «березовых» СМИ, проводившаяся очень профессионально. Березовский играл на стороне оранжевых, а его СМИ отрабатывали хлеб не зря. СМИ ЮКОСа также поддерживали кампанию. И оранжевая бактерия, вброшенная в российскую политическую «элиту», оказалась очень заразной. Первый тур, состоявшийся 31 октября 2004 года, еще не дал развернуться российским политикам, что в принципе объяснимо: Янукович ненамного проигрывал Ющенко (39,26 % против 39,9 %), и расклад второго тура был очевиден только специалистам. Но второй тур 21 ноября и последовавшее стояние на майдане стали наркотиком для многих. Действительно, формально победил Янукович, набрав 49,46 %, тогда как у Ющенко было всего 46,61 %. Но кого это заботило? Тогда, когда «вся страна» — а на самом деле не больше 300 тыс. человек — вышла на майдан выразить возмущение действующей власти, у многих представителей «элиты» в России помутился разум.

Оказывается, можно взять власть в стране, не выигрывая выборы! Это открытие читалось на ошарашенном лице Дмитрия Рогозина, который уже примерял на себя оранжевый шарфик Ющенко и забывал о протоптанной дорожке в Администрацию президента. Оказывается, молодые «ребята» могут сделать все! Такое вдохновение, пожалуй, не посещало Савенко-Лимонова с тех пор, как он вышел из тюрьмы. О других политиках типа Бориса Немцова и говорить не приходится.

Интересную позицию занял Григорий Явлинский. Сразу после второго тура он осторожно высказывался против оранжевой революции. Так, 2 декабря, читая в Высшей школе экономики курс лекций, он заявлял, что ситуация в России «может привести к таким же событиям, которые сейчас происходят на Украине, и ничего хорошего в этом не будет, потому что таких революций лучше избегать, ничего приятного в этих революциях нет»1. Но уже через семь недель в интервью украинской интернет-газете ProUA, из уст Григория Алексеевича прозвучало совершенно иное утверждение: «Я не считаю, что в Украине была революция. Революция — это насильственное изменение государственного строя. У вас наоборот — люди отстояли действующую Конституцию, законы, выступили против фальсификаций и лжи, против тех, кто нарушал их права, Конституцию и законы. Это не революция, а наведение законного порядка, или, другими словами, «евроремонт государства»1.



(СНОСКА1. Г. Явлинский: Cоциально-экономическая система современной России (http://www.yavlinsky.ru/said/direct_speech/index.phtml?id=2025).)

(СНОСКА1 Г. Явлинский: На Украине не революция, а «евроремонт» (http://www.yavlinsky.ru/said/direct_speech/index.phtml?id=2030).)



Да, на Украине за этот временной промежуток прошел третий тур выборов, или как его еще называют, переголосование: абсолютно незаконная процедура, обусловленная слабостью Януковича и двуличной позицией Кучмы. Ющенко получил 51,99 % голосов, а Янукович — 44,2 %. Но не это было решающим для лидера «Яблока». Главное происходило в то время в Москве, Лондоне и Тель-Авиве. Именно это повлияло на Явлинского точно так же, как стояние на Майдане на Рогозина и Лимонова.

Оранжевая революция и НБП. Лимонов как верный «подберезовик» попытался сделать НБП ярой сторонницей оранжевой революции. На съезде 29–30 ноября 2004 года он объявил во всеуслышание: «Мы поддерживаем украинскую революцию, мы хотим, чтобы в России было так же»1. Это заявление было встречено молчанием съезда. Глухое неодобрение быстро ощутил самый главный лимоновец, а потому вопрос о публичной и официальной поддержке оранжевых с повестки дня был снят. Нацболы не позволили лидеру от их имени выдвигать лозунг, направленный на поддержку политика, ориентированного на деструкцию гипотетической империи, о которой мечтают многие члены НБП.



(СНОСКА1 Национал-большевики — «еще» или «нет»? (http://www.novopol.ru/material1003.html).)



Зато в вопросе с союзниками ситуация разрешилась к всеобщему удовлетворению. Лимонов сообщил, что с февраля общается со всеми оппозиционными силами от Зюганова до Явлинского и от Хакамады до Тюлькина с целью выстроить единый оппозиционный фронт против власти. Это заявление никаких возражений не встретило, более того, идея о более тесном сотрудничестве с союзниками была одобрена. Наконец, для поддержания должного уровня ненависти к «кровавому режиму», на съезде были прокручены записи обращений нацболов, находящихся в Бутырке. Сам лидер НБП гордо сообщил, что через тюрьмы прошли 67 нацболов, а девять из них сидят по «делу Минздрава». Тогда же, видимо, началась вербовка активистов для проведения новой акции — захвата здания Администрации президента 14 декабря 2004 года.

Проблема в том, что у НБП нет логики совершаемых действий. И.о. главы Московского отделения НБП Сергей Смирнов в одном из своих интервью заявил буквально следующее: «Мы хотим падения этой власти. Власти, которая дружит с Туркменбаши, приглашает на празднование Дня Победы ненавистницу русских ветеранов Фрайбергу… Да, мы выступаем против сегодняшней власти. Мы хотим, чтобы она ушла!»1. Практически аналогичной была беседа с Сергеем Родиновым, корреспондентом «Лимонки». На вопрос: «Уверены ли они в том, что в случае революции у руля в России окажутся люди, лучшие, чем сейчас?», Родинов ответил так: «Мы отвечаем за себя и за свои действия, а гипотетические вопросы — не наша компетенция»1. Пожалуй, выразиться яснее невозможно. Революция, а там — хоть трава не расти. Никакой позитивной программы у нацболов нет.



(СНОСКА1 С. Смирнов: Признание нацбола: Мы хотим, чтобы власть ушла! (http://www.kreml.org/interview/81293208).)

(СНОСКА1 С. Родинов: О чем мечтают нацболы: Мы не видим никакой России! (http://www.kreml.org/interview/88737905).)



Самое интересное, что названные мной выше люди — вполне адекватные в жизни, довольно интеллектуальные ребята. Но, говоря о политике, они становятся младенцами или даже зомби. «Революция и никаких гвоздей!» — их главный лозунг. «Путин — уйди!» — средство достижения цели. Но нацболы не однородны. И помимо зомбированных Лимоновым, как я говорил, есть и те, кто не разделяет нынешнюю идеологию НБП. Таких называют «дугинскими выкормышами» и выметают из партии.

Есть и еще одна страта среди нацболов. Раньше они были активистами НБП потому, что это было «экстремально», но не страшно. Потому что это давало возможность потусоваться, получить адреналин, посидеть в бункере, почувствовать себя молодыми лениными, наконец. При этом никакая идеология им была не нужна. Главным для них был именно круг общения. Начиная с середины прошлого года все чаще слышно, что некоторые нацболы «устали» от того, что их организация становится слишком идеологизированной! Если раньше нацболы чувствовали, что делают «правое дело», не задумываясь об идеологиях, то теперь они вынуждены вызубрить эти четыре слова: «Революции — да и Путину — нет!» Безусловный рефлекс собаки Павлова на загорающуюся лампочку кажется им чрезмерной «идеологизацией» партии. Вполне возможно, что они и правы.

Вернемся к рассмотрению того, чем же, собственно, организация занималась в конце года, после съезда. Итак, все оппозиционные силы бредили грядущим 12 декабря Всероссийским гражданским конгрессом «Россия за демократию против диктатуры». «Родина» проводила параллельный конгресс. НБП, естественно, стремилась попасть в число участников Всероссийского гражданского конгресса, но ее туда не пустили. Как отшлепанным детишкам, им было отказано в праве принять участие в конгрессе. Георгий Сатаров, Сергей Ковалев, Борис Немцов, Ирина Хакамада, Григорий Явлинский, Рыжков — все эти «монстры» серьезной политики выступали на конгрессе, куда уж тут Лимонову с его «свиным рылом да в калашный ряд?»

Лимонов, похоже, был к этому готов, но затаил обиду. «Я вам докажу!» — погрозил кулаком Лимонов в неизвестном направлении и задействовал свою пехоту. 14 декабря 40 нацболов захватили приемную Администрации президента. Алексей Радов, хорошо знакомый с ситуацией, утверждает, что вербовка участников акции велась с начала декабря. Причем, по его словам, изначально сообщалось, что акция будет «проблемной», и за участие в ней могут «посадить». Когда выяснилось, что желающих сидеть в тюрьме среди нацболов немного, вербовщики изменили тактику и утверждали, что больше 15 суток и штрафа никто не получит. «Кто-то подставил ребят — либо родное руководство, либо ФСБ»1. ФСБ об акции, скорее всего, знало, а журналистам нацболы сообщили о готовящемся действии за день-два до «захвата».



(СНОСКА1 А. Радов: Правда о декабристах (http://www.russ.ru/culture/20050729_rad.html).)



Теперь о том, кому было выгодно «подставляться». Алексей Радов говорит о том, что эта акция была выгодна Мособлпрокуратуре, дабы той можно было запретить организацию НБП. Он же ставит вопрос о «кровавом пиаре» Лимонова. Он же намекает на то, что 14 декабря проводить акцию было никак нельзя, и все «заинтересованные» стороны об этом знали. Но почему нельзя, он не говорит. Остается догадываться. Во-первых, потому, что прошел съезд, и НБП могла рассчитывать на регистрацию как партия. Во-вторых, потому что через неделю должен был быть вынесен приговор ребятам, захватившим Минздрав. И действительно, 20 декабря семеро из них получили по пять лет тюрьмы за хулиганство в составе организованной группы.

Но есть и в-третьих. Опытный конспиролог легко построит версию, согласно которой Лимонов посадил своих сторонников, чтобы помочь Михаилу Ходорковскому. Итак, летом 2004 года стало очевидным, что Ходорковского не выпускают из тюрьмы, следствие по делу продлевают. Обвинения вокруг Михаила Борисовича нарастают, Леонид Невзлин не показывается в России, Пичугин, очевидно, будет приговорен, равно как и Платон Лебедев, и сам Ходорковский. Как изменить ситуацию? Представить уголовное дело как дело политическое. Что необходимо для этого, кроме постоянной информационной кампании? Наличие других политзеков, кроме Ходорковского и Лебедева с Пичугиным. Захват здания Минздрава с пощечиной в адрес Путина, с подготовленными журналистами не гарантировал, что тех, кто захват осуществлял, посадят. И действительно, сели только семеро. Но перед тем, как им огласили приговор, который вполне мог заключаться в полугоде тюрьмы с освобождением прямо в зале суда, происходит «захват» приемной Администрации президента. Причем происходит в такой форме, что уязвленная гордость сотрудников спецслужб требует «раскрутить нацболов по полной». Нацболов стали «мочить». Кто может доказать, что это не входило в изначальный план Лимонова, или Березовского, или Невзлина?

Ведь теперь, помимо Игоря Сутягина, Валентина Данилова и Михаила Трепашкина, объявленных либеральной оппозицией «политзеками», в заключении находятся более 40 нацболов. Если мы посмотрим на сайт «Политзеки.Ру» (http://politzeki.mypeople.ru — домен был зарегистрирован 22 января 2005 года), то мы увидим, что его делает редакция «Грани.Ру» (главред Корсунский) совместно с пресс-центром Михаила Ходорковского (http://khodorkovsky.ru/). Координатором проекта является Юлия Березовская. Когда загружается страница, мы видим, как скорбное лицо Михаила Борисовича Ходорковского всплывает на фоне Вацлава Гавела, Марии Спиридоновой, Григория Пасько, Махатмы Ганди, Анатолия Марченко, Игоря Сутягина, Нельсона Манделы и Александра Солженицына. Среди новостей же на сайте пальма первенства отдана процессам над нацболами.

«Международная амнистия» не признала Ходорковского «узником совести». Но это не интересует российских правозащитников. Действительно, если в России сидят 46 молодых ребят, которые высказывали политические требования, почему бы не быть и другим политзаключенным? При этом игнорируется тот факт, что нацболы все же нарушали нормы УК РФ. Общество готово не просто смириться, но и одобрить осуждение Ходорковского, но вот логику осуждения нацболов оно понять не может. И поэтому в общественное сознание заложили мину: если нацболы — политзеки, то может и другие тоже? И Ходорковский тоже политзек?

Помимо этого «конспирологического» варианта, необходимо рассмотреть еще один эффект, который принесли процессы над нацболами. НБП стало как бы своей структурой для правозащитников и либеральной интеллигенции. То есть нет никакого отторжения при совместных акциях ни с той, ни с другой стороны. Вновь приведем слова Радова: «Мне страшно так думать, но я знаю, что на акцию специально отбирали молодых людей из хороших семей, студентов, интеллигентообразных, так сказать, членов. Некоторые члены московского отделения НБП, совсем не интеллигентно-студенческие, несмотря на горячее желание, в состав участников включены не были»1. Лимонов легитимизировал себя в глазах либеральной оппозиции и теперь стоит на одном уровне с ними. Он больше не маргинальный политик, а лидер организации, чьи активисты «сидят за политику». Причем, эти активисты, в своей массе, вполне интеллигентные ребята.



(СНОСКА1 А. Радов: Правда о декабристах (http://www.russ.ru/culture/20050729_rad.html).)



Наконец, последний аспект. О нем тоже косвенно говорит Радов, когда подчеркивает, что благодаря захвату Минздрава, кричалке «За наших стариков уши отрежем» и захвату приемной Администрации президента, «НБП стала одной из сил, возглавивших январские антимонетизационные протесты. Возглавившей — то есть получившей возможность говорить от лица народа»1. Изначально НБП была не готова к тому, что вспыхнут народные волнения. Но она очень быстро оправилась от неожиданности, и если не возглавив, то оседлав протесты, смогла говорить от имени обиженных льготников.



(СНОСКА1 А. Радов: Правда о декабристах (http://www.russ.ru/culture/20050729_rad.html).)



Майдан и «Родина». Ветер майдана вскружил голову и Дмитрию Олеговичу Рогозину. Правда, до голосования в третьем туре Рогозин вел себя довольно смирно. Он все еще соблюдал верность Кремлю, хотя и наступал на мозоли «Единой России». Его молодежь под руководительством Олега Бондаренко провела несколько непримечательных акций, среди которых — театрализованный митинг перед представительством ЕС в столице с требованиями обеспечить права русскоязычных школьников Латвии, который прошел 27 сентября 2004 года. 27 ноября состоялась последняя значимая акция молодежной «Родины», когда несколько младородинцев привели к зданию гостиницы «Космос», где проходил съезд «Единой России», козла в медвежьей шкуре. Молодые рогозинцы кричали делегатам съезда «вы не медведи, вы козлы». Акция прошла бы незамеченной, если бы не «Коммерсантъ».

После этого деятельность молодежной «Родины» свернулась — в ней происходил тихий переворот. «Троянский пони» под названием Ярослав Греков сыграл с лидером Союза молодежи «За Родину» плохую шутку. Накануне конгресса 12 декабря, когда все в аппарате «Родины» пахали как проклятые, в молодежной «Родине» вспыхнул межличностный конфликт. Ярослав Греков, занимавшийся креативом для молодежной «Родины», попытался встать во главе организации. Позиции лидера Олега Бондаренко пошатнулись еще летом, когда Михаил Тульский опубликовал статью, которая была затем републикована на сайте «Компромат.Ру» с названием «Генитальный пиар Рогозина»1. А к декабрю, после украинский событий, все понимали, что Бондаренко не вытянет «русский майдан». И тут появляется Греков, который устраивает 9 декабря ссору с Бондаренко. Олег 10 декабря увольняет Грекова, тот пишет злобные комментарии в личный дневник, а 11 декабря, как раз под открытие съезда, вывешивает столь же злобный, сколь и мелочный донос на Олега Бондаренко. Тот сразу же публикуется на сайте Сергея Горшкова1. На конгрессе Олегу Бондаренко не дали слова, зато выступил Сергей Шаргунов (вскоре сменивший Олега на посту лидера рогозинской молодежки). Его активно поддержали Леонид Развозжаев и тот же пресловутый корреспондент газеты «Версия» Михаил Тульский. Судьба Бондаренко была предрешена. Но и Греков не преуспел, поскольку был изгнан из «Родины2. В результате во время акций против монетизации льгот Рогозину сотоварищи пришлось лично заниматься «черной работой».



(СНОСКА1 «Генитальный пиар» Рогозина «Durex или не Durex — вот в чем вопрос!» (http://www.compromat.ru/main/marginaly/zarodinu.htm).)

(СНОСКА О деятельности О. Бондаренко на посту руководителя Союза молодежи «За Родину!» (http://www.compromat.ru/main/marginaly/zarodinu1.htm).)



Но скандал в молодежной «Родине» не был, пожалуй, в то время для «Родины» основным. Он был наиболее интересным для политической тусовки, для журналистов, однако, чуть раньше скандала с Бондаренко не только в Москве, но и по всей стране произошли события, которые можно охарактеризовать как прямо угрожающие действующей власти. И эта угроза, если все же предполагать, что Кремль оценил ее значение, до сих пор висит каменной глыбой над государством. Столкнуть эту глыбу в пропасть можно довольно легко. Было бы желание. Речь идет о прямо инициированном представителями «Родины» и поддержанном ректоратом давлении на Министерство образования, в котором РАПОС сыграл ведущую роль, и которое, вполне возможно, стало последней каплей, переполнившей терпение Кремля. Именно это, а не декабрьская поездка Рогозина на майдан и его модное переодевание в оранжевый шарфик. Именно РАПОС, а не рогозинское «головокружение от отсутствующих успехов». И наконец, именно игры с ректоратом, а не сближение Рогозина с Белковским.

В ряде городов России 1 октября 2004 года прошли митинги с требованием отставки правительства. Что характерно, львиная доля всех митингующих — студенты. В Москве в акции около Дома правительства приняли участие 3 тыс. человек. Студенты протестовали против отмены льгот, а также против введения платного образования. Понятно, что массовку обеспечила РАПОС, этого даже никто не скрывал. Молодежная «Родина» лишь пропиарилась на фоне толп студентов. Представители студенческих и преподавательских профсоюзов выдвинули ультиматум главе Минобразования с обещанием провести массовую акцию 17 ноября в столице, если их условия не будут приняты. Главное декларируемое требование — «студенты против платного образования». Однако суть проблемы гораздо глубже. Основной претензий РАПОС была следующая: закон о монетизации льгот отменял мораторий на приватизацию вузов. Ректорат очень испугался, что в случае реальной приватизации он потеряет свое значение, потому что правила игры будет устанавливать собственник. Вторая претензия — предложения Фурсенко по изменению структуры высшего образования. Это также напрямую затрагивало интересы российского ректората, не готового ни к каким изменениям. Ректорат требовал подтверждения нормы по числу обучаемых на бюджетные средства студентов — 170 студентов на 10 тыс. граждан России. Последним требованием ректората к властям было отказ от введения какого бы то ни было распределения этих 170 человек, оставив это право за самим ректоратом. 28 октября глава Минобразования согласился принять практически все условия ультиматума1.



(СНОСКА1 О. Денисов: Студенческие профсоюзы договорились с Минобразования (http://www.kreml.org/interview/70593302).)



Недооценка возможностей реторатов может стать крайне серьезной ошибкой. Пример Украины — это даже не показатель. На майдан выведены были студенты западных вузов, кто мешал в восточных университетах организовывать то же самое синим? В России ситуация другая. Ректорат в нашей стране — самая опасная для существующего режима «пятая колонна». Оставшись с ельцинских времен, большая часть ректоров сохранила мораль и принципы управления того самого, ельцинского, периода. И то, что сейчас идет некоторое ужесточение правил игры, или, если проще сказать, фиксирование правил, их не удовлетворяет совершенно. Особенно не нравится им реформа образования. Ни Филиппов, ни Фурсенко, да, пожалуй, и никто другой не сможет справиться со сплоченным ректоратом, обладающим серьезным влиянием на студентов. При желании ректорат может вывести на улицы миллионы студентов. Действительно может. И сделать это в один день по всей стране.

Какой из всего этого надо сделать вывод? Существующая система ректората в России в государственных вузах требует радикального, максимально жесткого и максимально быстрого реформирования с параллельно проведенной чисткой. Вместе с реформой ректората нужно существенно реформировать студенческие профсоюзы. РАПОС необходимо распустить, возможно, проведя проверки и вскрыв нарушения, которые наверняка имеют место. Это особенно важно сделать в ближайшее время, потому что интересы РАПОС, структуры, близкой к «Родине», и интересы ректората ельцинских времен совпадают сейчас если не абсолютно, то в очень значительной степени.

Майдан и «Яблоко». Вернемся к партии Явлинского. После скандального выступления 16 сентября 2004 года младояблочники получили по шее от старшего руководства и очень долго сидели тихо и смирно. Такая ситуация продолжалась вплоть до конца октября. За это время Московским молодежным «Яблоком» была проведена всего лишь одна акция — 14 октября яблочники под лозунгами «Нет полицейскому государству!», «Лукашенко — под суд!», «Москва — Минск: найди 10 отличий», «Лукашенко, оставь Беларусь в покое!» пикетировали посольство Белоруссии. В этой театрализованной акции приняли участие около 10 человек, что говорит само за себя.

А вот начиная с конца октября активность яблочников серьезно возросла. 29 октября молодежное «Яблоко» совместно с КПРФ, партией «Наш выбор» Ирины Хакамады, движением «За достойную жизнь», сторонниками Владимира Рыжкова, представителями «Комитета-2008» и партией «Новые правые» митинговали в столице против принятия закона о новом порядке избрания губернаторов. 3 ноября младояблочники провели традиционный митинг в защиту скверика на Шереметьевской улице. В конце месяца, 23 ноября, яблочники провели театрализованную акцию против отмены ручного пересчета голосов на довыборах депутатов Госдумы в Преображенском округе. Под лозунгами «Требуем ручного пересчета», «Хватит фальсификаций!» у здания ЦИК РФ несколько человек поставили портфель с надписью «Саша Вешняков». В портфеле были тетрадки, ручки, учебник по математике и счеты. Эта акция должна была символизировать «произвол избирательной системы» в России по аналогии с украинскими событиями, но выглядела очень уж мелкой.

Следующая акция, напротив, несмотря на ее мелочность, важна концептуально. У здания посольства Украины 28 ноября прошел пикет в поддержку украинцев, «отстаивающих свои права и свободу». Представители молодежного «Яблока» вместе с активистами партий и движений «Наш выбор», СДПР Горбачева и СПС выступили в поддержку оранжевой революции. Это происходило в то время, когда сам Явлинский очень критически оценивал события, происходившие на Украине. То есть молодежное «Яблоко» фактически пошло против своего лидера. Помимо этого 7 декабря младояблочники совместно с КПРФ и СПС приняли участие в студенческом шествии протеста, как они сами гордо сообщали, против «режима полицейского авторитаризма, устанавливающегося в России». То есть эта организация оказалась активной участницей березовско-невзлинской кампании по борьбе с Путиным. Оранжевый вектор победил.



Глава седьмая Зима — весна 2005 года

Пресловутая монетизация

То, что в январе начнутся волнения населения в связи с вступлением в силу закона о монетизации (закон №122-ФЗ от 22 августа 2004 года), предсказать был несложно. Ничего удивительного нет и в том, что одними из первых возмутились люди, проживающие в Подмосковье. Если посмотреть на географию протеста в первые дни января 2005 года, то легко заметить, что главные события развивались в Подмосковье, Алтайском крае, Татарстане и Башкортостане1. Все, что касается Алтайского края, — это в первую очередь политические игры противников ныне покойного губернатора Михаила Евдокимова. Та же ситуация и в Татарстане и Башкортостане, где выступления были инициированы противниками Минтимера Шаймиева и Муртазы Рахимова. Но подмосковный протест был основан именно на экономической составляющей, причем сначала он носил стихийный и неорганизованный характер.



(СНОСКА1 См. прил.4.)



Люди, принимавшие решение по льготам, были обязаны учесть тот факт, что жители Московской области в массовом порядке ездят работать в столицу. Равно как и заставить губернатора Московской области Бориса Громова и мэра Москвы Юрия Лужкова подписать соглашения об обеспечении жителей Подмосковья либо значительной компенсацией, либо, по аналогии с москвичами, социальными картами, действующими в столице. Ничего этого сделано не было, а потому, соединившись с длительными новогодними каникулами, которые как будто специально созданы для полного опустошения кошельков граждан, условия вступления в силу закона №122-ФЗ привели к вполне обоснованному взрыву возмущения. Жители Подмосковья не могли попасть на работу, потому что у них просто не было денег на оплату транспорта.

Скоро признанными лидерами на митингах против монетизации стали НБП и КПРФ, которые узурпировали право говорить от имени всего народа. Если мы посмотрим на акции, в которых нацболы принимали участие в январе–феврале 2005 года, то увидим, что число их возросло по сравнению с обычным временем почти вдвое. Так, за январь было зафиксировано 83 акции, за февраль — 88. Большая часть из них касалась именно протеста против монетизации и проходила под лозунгом «За наших стариков уши отрежем!». Кстати, если смотреть на то, сколько акций было проведено тогда всего против закона № 122-ФЗ, то в январе зафиксировано 148 акций, а в феврале — 100. Нацболы участвовали практически во всех народных выступлениях.

Эффект этих действий нацболов был очень значителен, прежде всего, для самой НБП. Во-первых, рядовые участники акций получили некое моральное оправдание ненавидеть «эту власть», которая мало того что посадила в тюрьмы их активистов за захват здания Минздрава, так еще и народ обидела. Забытыми оказались подозрения в адрес Лимонова, которые охватили многих нацболов в декабре, потому что перед ними была цель — поддержать льготников. Нацболы и коммунисты получили в глазах общественности карт-бланш на левый народный протест. В частности, они активно действовали во время самой массовой акции, проходившей скоординированно 12 февраля практически во всех субъектах Российской Федерации. Так называемая Всероссийская акция протеста против «антисоциальной политики Правительства, партии «Единая Россия» и президента по всей стране собрала под свои знамена около 250 тыс. человек.

«Родина» в лице Рогозина попыталась примазаться к протесту, и несколько депутатов демонстративно объявили голодовку. В ответ в дело был пущен отставной младородинец Ярослав Греков. Тот 25 января провел акцию около здания Госдумы, в которой приняли участие около 50 человек. Поскольку акция была несанкционирована, милиционеры не дали развернуть транспаранты с лозунгом «Нет политическим клоунам!», тогда Греков нахлобучил на голову кастрюлю и начал бить по ней половником. На следующий день почти все СМИ получили сообщение о том, что голодающие (Рогозин, Денисов, Маркелов, Савельев и Харченко) прекратили свою акцию еще 24 числа. Действительно, 24 января случился перебой в онлайн-трансляции голодовки, ведущейся на сайте «Родины». И несколько часов вместо онлайна висел черный квадрат. Потом трансляцию возобновили, но что делали депутаты в это время, никто не знал. В политтехнологической и журналистской тусовках над Рогозиным открыто смеялись и шутили, что при его объемах голодать ему полезно. Завершение голодовки было более чем позорным.

Выскажу предположение, в истинности которого у меня нет полной уверенности, но оно представляется вполне реальным. Именно в это время Рогозин полностью отходит от Кремля и нацеливается на оранжевую революцию. Именно в это время он находит себе пиарщика в лице Станислава Белковского, и именно в это время Белковский либо отказывается от сотрудничества с Борисом Березовским, либо меняет вектор деятельности и налаживает отношения с Леонидом Невзлиным. В частности, если мы посмотрим, где было опубликовано объявление о прекращении голодовки депутатами от «Родины», то мы увидим, что это был сайт Белковского АПН1. Характерное заключение: «Все громче тектонические удары, сотрясающие основы страны. Все ближе волна цунами, расплескивающая океан народной жизни. Этим посланием мы оповестили народ. Не для того, чтобы тот бежал из своих жилищ, накрываемый слепой стихией. Но для того, чтобы народ и его президент взялись немедленно строить дамбу на пути разрушений. Крепить столпы и опоры, на которых зиждется Государство Российское». Вы слышите эти слова? Наверное, их писал не сам Станислав Белковский, наверное, их писал Александр Проханов, но по заказу Белковского. Уж больно они напоминают передовицы газеты «Завтра». И, кстати, о газете «Завтра». Сейчас ни у кого нет сомнений в том, что это издание занимается прямым пиаром Рогозина — там публикуются программные документы, призывы, наиболее значимые статьи членов партии, причем, когда это публикуется, утром в четверг симпатичные молодые мальчики и девочки раздают бесплатно газету около выходов из метро. Правильный ход, не так ли?



(СНОСКА1 Спасти Государство Российское. Открытое обращение партии «Родина» (http://www.apn.ru/index.php?chapter_name=events&data_id=1229&do=view_single).)



Если говорить о молодежной стратегии Рогозина, то ее по сути тогда не было. Проведя кадровые перестановки в молодежной «Родине», назначив вместо Олега Бондаренко Сергея Шаргунова, он фактически расслабился и начал ждать грандиозных результатов действий последнего. Сергей Шаргунов если не поссорился, то несколько испортил себе имидж среди журналистов патриотического толка, интересующихся политикой, хотя потом смог исправить ситуацию, выступив в ряде патриотических акций. Его статья в Независимой газете «Левый поворот летней дороги» (поддержка темы статьи Ходорковского «Левый поворот» в «Ведомостях»), опять испортила отношения лидера рогозинской молодежки с патриотической прессой. «Единая Россия» обвинила Сергея Шаргунова в связях с Ходорковским. Буквально через день Ходорковский распространил заявление в связи с обвинениями единороссов в адрес Шаргунова: «Я считаю моими сторонниками всех порядочных людей, разделяющих идеалы свободы и социальной справедливости. Уверен, что и в партии «Родина», такие люди в большинстве»1, —заявляет Михаил Борисович. Комментарии здесь излишни.



(СНОСКА1 http://www.khodorkovsky.ru/speech/3161.html)



Либералы и пенсионеры

Любопытно поведение либеральных партий. Если СПС мрачно молчал, потому, что власти фактически осуществляли идеи правых, то Явлинский, как мы говорили выше, напротив, поменял свою политическую ориентацию именно благодаря протесту льготников. 12 февраля «Яблоко» принимало участие во Всероссийской акции протеста. Молодежь Явлинского была счастлива. На их глазах, можно сказать, происходило «приближение оранжевой революции в России». В связи с этим, а также параллельно с появившимся у олигархов спросом на протестную молодежь, в молодежном «Яблоке» задумали превратиться в аналог украинской «Поры». Точнее, задумался над этим лидер младояблочников Илья Яшин, а затем он смог продавить идею через Григория Явлинского. Многомудрый лидер «старшего» «Яблока» не дал Илье использовать свой бренд, а предложил создать нечто новое, коалиционное. Так и была создана «Оборона».

Проведя контент-анализ публикаций об молодежном «Яблоке» и «Обороне», легко убедиться в абсолютной несерьезности этих движений. Такие комментарии их организаторов, как «шествие, впрочем, получалось скучное» (об акции в Воронеже в конце июня 2005 года) или «вышли трое активистов «Обороны» на лыжах и в масках Владимира Путина, в руках они держали плакаты с лозунгами: «Ура, скоро дембель!», «Пора зачехлять лыжи!» и «1000 дней до приказа» (об акции «Проект «Путин — обратный отсчет»), говорят сами за себя.

«Серьезные» акции младояблочников и «Обороны» практически всегда немногочисленны по числу участников. Стандартное количество активистов — от 10 до 30 человек. Редко когда собираются больше ста человек, да и то это бывает обусловлено особой значимостью проводимого события и тем, что вместе с яблочниками собираются другие организации, чаще всего, превосходящие по численности их активистов и «Обороны». Общее количество акций невелико — за время с весны 2004 года удалось насчитать всего 44 акции, из которых 40 были проведены в Москве. Выездные акции, такие как воронежская 21 января 2005 года, приводили к серьезным разногласиям между яблочниками и активистами других организаций. Основная причина — агрессивный пиар-стиль Ильи Яшина, в результате которого в информационном пространстве происходил как бы захват протестной темы самими яблочниками. После Воронежа, например, произошла серьезная ссора ММЯ и организации «Я думаю» именно по этой причине.

Среди интересных акций, проведенных соколами Явлинского с начала 2005 года, вплоть до апреля месяца, можно выделить только три. Одна из них — 15 января 2005 года. Молодежное «Яблоко» совместно с НБП протестует против приговоров арестованным нацболам. В акции приняли участие 80 человек, в основном нацболы. В ходе этой акции впервые поднимается тема «свобода политзекам», хотя о Ходорковском никто не вспоминает. Вторая акция, требующая внимания, — участие ММЯ во Всероссийской акции протеста 12 февраля 2005 года. Заезженный лозунг «Путина на хлеб и воду» в принципе был бы неинтересен, если бы не антураж митинга. Он проходил на Пушкинской площади, участвовали более ста человек. Было развернуто 40 флагов «Яблока», но главное — на этом фоне развевалось огромное знамя «Поры», привезенное из Киева в декабре. Наконец, третья акция, являющаяся закономерным развитием молодежного «Яблока» и «Обороны», прошла 22 апреля 2005 года у здания Генпрокуратуры. Естественно, митинг происходил под лозунгами «свободу политзекам», под которыми подразумевались уже не нацболы, а Ходорковский и Лебедев. Один из участников акции Сергей Казаков прямо пишет в своем «Живом журнале»: «Митинговали за ЮКОС».



Свободу политзекам!

Еще в конце прошлого года «Комитет-2008» (действующий в интересах Березовского — Гусинского — Невзлина) «вывозил» молодых либеральных активистов на Майдан Незалежности, чтобы те приучались к «духу свободы» и учились «делать революцию».

В начале 2005 года главным посредником между Невзлиным и Березовским с одной стороны, и с либеральной молодежью — с другой стала Марина Литвинович. Так, она некоторое время по приглашению группы «Я думаю» бывала в Высшей школе экономики, где активисты группы проводили лекции. Группа «Я думаю» — типичная клубная структура, а потому особых перспектив не имеет. Негативно Мариной были восприняты попытки Станислава Яковлева продать ей бренд «Русская Пора». Яковлев своевременно застолбил это название, создал крохотную структурку из 3–4 человек и развил бурную деятельность в «Живом журнале». Однако госпоже Литвинович сотрудничество с Яковлевым не показалось перспективным. «Идущие без Путина» сначала вызвали пристальное внимание, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это такая же гипервиртуальная организация, что и «Русская Пора». А у Марины Литвинович был конкретный заказ, насколько можно судить по отрывочной информации, со стороны Леонида Невзлина на поиск либеральных молодежных организаций, готовых заняться протестной деятельностью.

Вариант оставался один — молодежное «Яблоко» во главе с Яшиным. Илья Яшин, однако, отверг крайне выгодное предложение Марины Литвинович и сообщил о сделанном ему предложении руководству. Леонид Невзлин, недовольный таким развитием событий, делает лидеру молодежного «Яблока» публичную оферту. В интервью журналу «Коммерсантъ-Власть» он заявляет: «Контуры демократической оппозиции появились, и я обращаюсь к этим людям. Ну, кого-то я назвал: Рыжков и Каспаров, та же Ира Хакамада. Есть еще, например, молодое «Яблоко», очень перспективный Яшин, насколько я могу судить, глядя отсюда. Но если каждый свой шаг они будут согласовывать со старым «Яблоком», то скоро станут никому не нужны, даже себе. Я сейчас говорю о том спектре оппозиции, который мне близок. О правом»1. Итак, как мы видим, срок, в течение которого Яшину поступило предложение, определен — это февраль 2005 года. Отказ Яшина от предложения заставляет Невзлина идти на договоренности с самим лидером «Яблока», с Григорием Явлинским. Причем, можно предположить, идти уже самостоятельно, а не через Марину Литвинович. Также из этих слов можно сделать еще один вывод: Невзлину хотелось иметь самостоятельно действующего молодого Яшина, а не Яшина, ограниченного волей Григория Алексеевича. Точнее, не самостоятельно, а по его, невзлинской, указке. И, наконец, последний вывод: в словах о том, что Невзлин «говорит сейчас о том спектре оппозиции, который ему близок», можно прочитать намек на то, что есть и тот спектр оппозиции, который от него далек, и этот спектр уже под контролем. Понятно, что речь тут идет об НБП.



(СНОСКА1 Если Касьянову понадобится какая-то помощь, то, конечно // Коммерсантъ-Власть. — 2004. — 7 марта.)



Судя по всему, переговоры Невзлина и Явлинского закончились успешно. «Оборона» создала свой сайт, получила помещение около Арбата, собезъянничав идею «бункера» с НБП, и начала активную деятельность по защите интересов Ходорковского и Лебедева. Именно для этого Невзлин и рекрутировал либеральную молодежь. Однако больше 600 человек в поддержку Ходорковского никогда не выходило. Конечно, 600 искренних сторонников Михаила Борисовича — это не так уж и мало, но и не критично много.

Большинство акций «Обороны» и молодежного «Яблока» приходится на май, когда читали приговор экс-главе ЮКОСа. Когда же выносили сам приговор, то представители «Обороны» начали плакать. Вот как описывает эти слезы Олег Кашин: «Женщины начали плакать. Плакали активистки группы «Совесть2, организовавшей пикет, плакали помощница лидера «Комитета-2008» Марина Литвинович, активистки движения «Оборона2 во главе с членом координационного совета Ириной Воробьевой и один мужчина — активист «Обороны» Павел Осин. «Я всего два раза в жизни плакал, это третий», — сказал Ъ господин Осин»1.



(СНОСКА1 Последний пикет наступает // КоммерсантЪ. — 2005. — 1 июня.)



Эти крокодильи слезы вместе с рядом последовавших событий дискредитировали лидера молодежного «Яблока» и «Обороны». В ходе очередной протестной акции идеолог движения ненасильственного протеста «Красный блицкриг» Андрей Морозов забросал Яшина помидорами. Затем Яшин предпринял крайне неудачную акцию по защите журналиста МК Александра Минкина, написавшего в День памяти и скорби 22 июня 2005 года ужасную статью, в которой утверждалось, что лучше бы Германия победила в войне с Советским Союзом. По призыву все того же Андрея Морозова ряд читателей «Живого журнала» предприняли попытку сорвать выступление Минкина на празднике МК. Яшин с рядом активистов «Обороны» попытался им помешать. Журналисты были шокированы поведением Яшина, особенно тем, как тот сдал милиции человека, бросившего в Минкина мороженым. Тогда же, кстати, Анастасия Каримова, бывшая верная сторонница Яшина, решила приостановить свою деятельность в организации. А после того как Олег Кашин рассказал о том, что Илья Яшин стал инициатором и организатором скандала с представителями «Обороны», проникшими в лагерь «Наших» на Селигере, популярность лидера «Обороны» резко упала.

Клонирование и реинкарнация

Вкратце рассмотрев то, что делало с начала года молодежное «Яблоко» и как удовлетворялся запрос на либеральную протестную молодежь, надо сказать еще об одном факторе — о всеобщей истерии вокруг молодежных движений. Увидев, что происходит на Украине, какую роль там играла молодежь, в Кремле решили, пожалуй, разобраться с тем, что же у нас происходит в сфере молодежного протеста. Это особенно стало актуально на фоне протестов во время монетизации льгот. Разобравшись, власти убедились, что реальную угрозу может представлять собой только НБП. Но пока происходило разбирательство, слишком многие люди из разных кругов, близкие к Администрации президента, узнали о наличии такого интереса. Неудивительно — было проведено много «круглых столов», началось создание прокремлевских проектов, на оппозиционном фланге шло быстрое создане молодежных структур и структурок.

Среди тех, кто был втянут в кампанию молодежной истерии, с сожалением надо отметить евразийцев Дугина и СПС. И той и другой структурам незачем было создавать отдельные «молодежки». Напротив, эти организации должны были бы омолаживаться, не создавая «молодежные движения при материнских структурах», а активнее вовлекая молодежь в деятельность взрослых организаций. Однако они занялись непродуктивным действием, и занялись очень охотно. Дугин, по своей привычке, сначала разработал идеологию, потом провел съезд в Александровской слободе, на котором объявил о создании «опричников» — Евразийского союза молодежи, и все на этом заглохло. У Дугина была замечательная идея создать бойцовскую организацию: «Очень важно, чтобы в тот момент, когда оранжевые технологи выведут на улицы беззащитное мирное население, против него со стороны власти была бы поставлена не армия, но такое же мирное население, только с обратным политическим и геополитическим знаком. Мы выведем свое евразийское, мирное население, чьим авангардом будет организованное молодежное движение, которое будет объяснять людям неадекватность происходящего в уличных дискуссиях»1. Но Александр Гельевич, к сожалению, будучи блестящим публицистом, является никудышным организатором. Евразийский союз молодежи пребывает пока в запустении — единственный известный ее член Владимир Дмитриенко, он же Вова Акваланг, ходит на митинги и акции с флагом Евразийского союза молодежи и нескончаемым объемом газет дугинского движения.



(СНОСКА1 А. Дугин: В 2008-м энергией молодежи займутся враги: оранжевые, атлантисты и глобалисты (http://www.kreml.org/interview/83364942).)



СПС же вышел 24 марта с идеей создания Молодежного союза правых сил. К апрелю СПС намеревался привлечь в молодежку от 1,5 до 5 тыс. членов. С осени 2005 года СПС планировал начать более активную работу с молодежью. Первый план по привлечению от 1,5 до 5 тысяч молодых ребят к апрелю был провален с треском. Причина — в самой ущербности идеи создания подобного молодежного крыла. Молодежью надо заниматься специально, но делать это надо в рамках партии, а не создавая отдельный загончик.

В январе, увидев, что протестующая молодежь может представлять собой реальную угрозу, в случае, если будет действовать заодно с обиженным классом (тогда им оказались льготники), власть задумалась о необходимости канализации энергии молодежи в нужное ей русло. Для этого был проведен анализ существующих молодежных движений и было принято решение, что если с кем и должна бороться новая прокремлевская поросль, то это должны быть нацболы, как самая серьезная организация, действующая на молодежном фронте. А до кучи, и, кстати, довольно верно политически, к нацболам приписали Ирину Хакамаду, «Комитет-2008», «Молодежное Яблоко», Бориса Березовского и Альберта Макашова1. Как мы уже успели выяснить из всего, что говорилось выше, практически все из вышеназванных людей, кроме Макашова, действуют в логике Березовского — Невзлина. Соответственно, в заявлении о создании движения «Наши» 1 марта 2005 года Якеменко не кривил душой, ставя знак равенства между нацболами и вышеперечисленными персонажами и структурами.



(СНОСКА1 Сообщение В. Якеменко для прессы об антифашистском молодежном движении «Наши» (http://www.kreml.org/news/80171044).)



Где-то в конце января Кремль начал предпринимать реальные шаги по созданию нового молодежного движения. Идеология была готова в начале февраля. Тогда же прошли первые встречи с активом, который вербовался, по понятным причинам, из «Идущих вместе». Уже 21 февраля произошла первая утечка о «Наших» в Ъ. В частности, рассказывалось, что в Питер приезжал замглавы АП Владислав Сурков, который общался с «Идущими вместе» и предлагал им создать новую прокремлевскую организацию. Вскоре, 28 февраля, появились новые утечки. Большая часть их была организована из питерского отделения «Идущих». Все эти «утечки» были невинны, зато узнаваемость «наших» в СМИ возросла мгновенно. Простой пример: история о том, как Кашин с Яшиным пробрались на съезд «Наших» в Солнечногорске не вызвала бы никакого интереса, если бы не скандализм Яшина, которого несколько раз «макнули головой в сугроб», дабы не лез на чужие мероприятия. В результате Кашин написал вместо одной статьи о происходившем в Солнечногорске две (28 февраля и 1 марта), а Яшин вовсю пропиарился у себя в «Живом журнале».

После съезда организации «Наши» в Москве 15 апреля 2005 года Якеменко, избранный одним из пяти федеральных комиссаров, сложил с себя полномочия лидера «Идущих вместе». Пресса в то время пестрила иронией в адрес движения, а в либеральных СМИ за иронией чувствовался еще и страх. Страх оказался безоснователен. Иронию по отношению к себе «Наши» явно не изживут долго.

За организационной деятельностью, принятием всяких высокопарных программ и за анонсами планов «на грядущее» «Наши» не предпринимали никаких практических действий. Они готовились к массовке. В середине мая, через месяц после съезда, «Наши» провели грандиозную акцию в Москве, посвященную празднованию Дня Победы. 60 тыс. молодых ребят собрались в столице на Ленинском проспекте. После этого выступления либеральные СМИ зашлись от злости — им такую толпу не согнать никогда. После 15 мая «Наши» впали в спячку, вероятно, отходя от массовки и пожиная заслуженные лавры.

В то же время активизировались два других прокремлевских проекта — один с ужасающим названием ВАЛ — «Всемирная альтерглобалистская лига», второй — с содранным у Немцова названием «Россия молодая». Проекты-клоны «Наших» отличаются только тем, что ориентированы на студенчество в МГУ (первый) и МГТУ (второй). Отметим любопытный факт: одним из лидеров «России молодой» стал Максим Мищенко, ранее участвовавший в акциях РАПОСа на стороне «Родины». Можно предположить, что в МГТУ, где позиции Олега Денисова и его ассоциации профсоюзов были всегда наиболее крепкими, происходит тихая борьба с этим профсоюзом. Из акций этих движений запомнились только празднования на Красной площади и Воробьевых горах Дня России 12 июля, организованные в первом случае «Россией молодой», во втором — ВАЛом.

Наконец, многие активисты как «Наших», так и «России молодой», так и ВАЛа, были на летнем лагере в Форосе, который организовывает ежегодно директор Института политических исследований Сергей Марков, а затем «Наши» устроили шикарные пионерлагеря на Селигере и Вуоксе, где маститые политологи и журналисты читали им лекции. Сейчас, после Селигера и Вуоксы, идея создания этого движения видится менее бесперспективной, нежели в мае и июне. Если дальнейшее развитие движений будет контролироваться Администрацией президента столь же внимательно, у них есть политические перспективы. Но только в том случае, если действительно произойдет ротация в руководстве «Наших», запланированная на декабрь. Нынешнее руководство организации способно только создать реинкарнацию «Идущих вместе». Однако, учитывая заявление Якеменко о том, что «Наши» не собираются становиться партией раньше, чем через два года, пожалуй, их все же ждет судьба «Идущих вместе».



Глава восьмая Почему в России невозможно создание массового политического молодежного движения

Провал неизбежен?

Вначале сформулируем несколько тезисов.

Ни одна партия не может создать молодежного политического движения.

Любое созданное самой молодежью движение не может стать массовым, существуя «при партии».

В России сейчас существует одно единственное массовое молодежное движение, это НБП.

Искусственно созданное массовое молодежное политическое движение намного опаснее для самих создателей, чем для тех, против кого оно направлено.

В молодежном движении не может быть «назначенного» лидера1.



(СНОСКА1 Назначать лидера молодежного движения — тупо и глупо. Но создать обычным менеджментом, как пишет автор, «массовку» — благоприятную среду для проявления лидеров, понаблюдать за ней, выявить проявившихся и дать им ресурсную поддержку… Это возможно! Сначала есть назначенный менеджер, и созданная им новая временная структура, в задачу которой входит выдавать ресурсы нашим, не давать — не нашим. В кавычках и без кавычек. Сорос такие структуры создал, Ходорковский создал, но не успел повернуть, превратить в оружие. Да и Джеймс Вулси явно не молодежный лидер. (Примеч. М. Кордонского.))



Почему проваливаются все партийные проекты молодежных движений?

Этому есть много объяснений. Главное из них — бюрократический аппарат партии не заинтересован в реальной работе молодежного движения, потому что видит в нем конкурента. Соответственно, вся деятельность молодняка контролируется, инициативы заворачиваются, энтузиазм молодежи пропадает, и она уходит искать себе новое поле применения сил. Партийный аппарат боится резких встрясок, люди держатся за места, а потому появление любого живого и активного «отростка» собственной партии им как ножом по сердцу. Помимо этого есть еще и финансовый вопрос. Деньги в партиях часто выделяются на работу с избирателями не только в период избирательной кампании, но и в «мирное время». Именно активному «молодняку» проще всего работать в поле. Но еще проще ничего не делать, сидеть в аппарате и получать деньги на псевдоработу. Так чаще всего и происходит, а молодежь, готовая участвовать в политике, лишается финансового стимула.

Самое главное, иного стимула предложить никто не может. Выдвигать молодежь по спискам — значит лишать кормушек «старших», проверенных, давно состоящих в партии, надоевших избирателям хуже горькой редьки. Или тех, кто за это место «честно заплатил». То есть электоральных перспектив у молодежи в партии нет. Один-два руководителя такой припартийной молодежки, может, и попадут в региональное законодательное собрание или облдуму, кто-то по своей инициативе проползет в орган МСУ, прикрываясь партийной шкуркой, но этого явно недостаточно для массового движения. Рост по партийной лестнице им также не грозит — какой может быть рост в партии-консерваторе типа «Яблоко», где состоят истинные демократы еще доперестроечного разлива, или в партии чиновников типа «Единой России», где для того чтобы «вырасти», надо получить очередной чин в табели о рангах.

Вот из-за всех этих причин молодежь, за редким исключением, не идет в партии. Давайте отбросим в сторону идеологические аспекты, потому что они вторичны. Как сказал один из лучших аналитиков современных политических процессов в молодежной сфере Павел Святенков, «работают только те программы, в которых человек получает нечто для себя. Не обязательно, чтобы сожрать, но чтобы непременно в результате краюшка хлеба своя была»1. Идеология — это не краюшка хлеба. Она всего лишь дополняет или является стимулом к действиям. Соответственно, шкурный интерес молодежи обязательно должен учитываться. Это не обязательно деньги. Более того, это даже, скорее всего не деньги. Это может быть положение, «корочки», значки, награды, турниры, возможность избираться от партии, персональные благодарности от лидера, в общем, все, что угодно, дающее мотивацию.



(СНОСКА1 П.Святенков: Феномен молодежной оппозиции: Никогда, сынок, тебе не стать Хакамадой! (http://www.kreml.org/interview/82005382).)



В нашей стране благодаря якобы существующей многопартийности, а также грандиозной оторванности псевдопартий от населения, создание любой молодежной организации рано или поздно упирается в вопрос о перспективах. Какой может быть рост в партии-однодневке, созданной для участия в текущих выборах? Там бы самому начальству успеть что-нибудь «поиметь»! Да и не однодневка в этом плане ничуть не лучше. Какими бы ресурсами партия не обладала, не будучи единственной существующей в стране (вспомним комсомол времен СССР), никто не может гарантировать того, что она останется достаточно сильной в следующем парламентском цикле. Финансы у партии есть только здесь и сейчас. И «разбазаривать» их на воспитание молодежи она не станет, поскольку у аппаратчиков нет уверенности в том, что они не повторят судьбу ДВР или НДР, или других почивших в бозе организаций.

Это страшная проблема нашей власти. Всем известна фраза — «кадры решают все». Но мало кто задумывается, насколько она актуальна для России именно сейчас, особенно в вопросах подготовки кадров. К сожалению, проблема была порождена принятием в 1993 году ельцинской Конституции, в которой по американским лекалам было прописано ограничение на занятие поста президента, состоящее из двух четырехлетних сроков. Эта проблема возникла и оттого, что большая часть представителей так называемой элиты чувствуют себя временщиками, для которых главное — как бы побольше успеть нахапать, а там… трава не расти. «Мы всегда успеем уехать из этой страны» — вот их логика.

Путин столкнулся с кадровой проблемой в первый же день своего премьерства. Кадры взять было неоткуда. Человек был либо кооптирован одной из бизнес-структур, либо принадлежал к политическому клану, либо ничего собой не представлял. И вот перед лицом жестокого «кадрового вызова» президент не решился заниматься ни кооптацией, ни воспитанием новых кадров. Но ошибка эта простительна. Основной упрек здесь обращен даже не к президенту, а к системе власти: к тому, что она ориентирована на преемничество, а не на наследственную стабильность. Действительно, какой прок растить новую элиту, если через восемь лет эта элита может оказаться невостребованной.

Воспитание элит в истории России, а именно в этом смысле надо рассматривать проблему создания массового молодежного движения, всегда было поставлено на хороший конвейер. Кадетские корпуса в романовской империи или комсомол в СССР обеспечивали поистине наследственную передачу власти от элиты одного поколения элите следующего. Не стоит думать, что при подобной «наследственной» системе не было вертикальной мобильности — и там и там были свои Ломоносовы, Потемкины, да те же Горбачевы… Когда же у правителя есть всего лишь восемь лет, он не станет заниматься воспитанием кадров для того, кто придет после него. Не станет не только потому, что это дорого, что это не принесет пользы лично правителю. Увы, это еще и бесполезно. Следующий правитель никогда не воспользуется подготовленными предыдущей властью кадрами, ибо убоится1.



(СНОСКА1 П. Данилин: Десять заповедей нового государя (http://www.apn.ru/?chapter_name=advert&data_id=304&do=view_single)).



В партиях ситуация такая же, как и в политическом пространстве в России в целом. В ближайшее время у нас ничего не получится, кроме кормушки для нескольких избранных руководителей молодежного движения. Не получится до тех пор, пока не установится нормальная двух-трехпартийная система. И только когда эта система докажет, что она, и только она, действует в политической сфере, только тогда эта система станет привлекательной для молодежи. Потому что именно эта система сможет презентовать тот спектр идеологических и шкурных предложений, которые устроят молодежь.

Но давайте представим себе, что вдруг сейчас молодежное движение создается снизу, а не сверху? Что будет дальше? Если это реальная сила, она постарается превратиться в партию, как этого добиваются нацболы. Такая сила не пойдет под крыло ни к кому из существующих партий. Более того, для нее самой это крайне вредно, так как при подобной сделке организация лишится значительной части сторонников, и невозможно предугадать, насколько эти потери будут значительны.

Сейчас помимо НБП есть одно из молодежных движений, которое в принципе имеет шанс стать массовым. Как ни странно, речь идет о пресловутых «Наших»1. Несмотря на то, что пока нет никакой разницы между «Идущими вместе» и «Нашими», те люди, которые стоят за Якеменко, отнюдь не дураки, и вполне могут учесть ошибки предыдущей попытки. В частности, «Наши» нашли мотивационную «фишку» для своих активистов. Так, они предложили своим комиссарам образование. Статус этого образования не вполне понятен — то ли это курсы повышения квалификации, то ли это второе высшее, но, учитывая административный ресурс, скорее второе. И если «Наши» смогут реализовать заявленную цель в области образования, то к ним с удовольствием потянутся провинциальные активные ребята, да и москвичи, особенно с рабочих окраин.



(СНОСКА1 Да, нельзя не согласиться с автором: «Наши» — это шанс. Но время жизни шансона коротко. Была такая бард-рок-группа «Последний шанс», в фильме «Асса» участвует. Если не сейчас, если в ближайшие буквально месяцы этот шанс не начнет реализовываться, то… То нужно будет выбросить его на свалку и создавать другой. Или ничего не делать и ждать катастрофы. Говорят, полезно молиться в таких ситуациях. (Примеч. М. Кордонского.))



Перспективы «Наших». И не наших тоже

Но на одном образовании далеко не уедешь. «От «Наших» один шаг до партии. Другое дело, что их сознательно держат в состоянии гусеницы, не давая стать бабочкой. Банальная политическая логика требует, чтобы массовая молодежная организация зарегистрировалась в качестве партии, попробовала свои силы хотя бы на региональных выборах. Но тишина…»1. И эта тишина пугает больше всего. Потому, что если «Наши» превратятся в бессмысленный симулякр типа «Идущих вместе» — это еще полбеды. Гораздо хуже, если они станут врагом нынешней власти. А ведь это вполне возможно.



(СНОСКА1 П. Святенков: Выбирая между лоялистами и оппозицией, власть предпочтет задавить именно лоялистов (http://www.kreml.org/interview/91655005).)



Если кто-то читал образовательные курсы, на базе которых проходят обучение «Наши», а также смотрел список лекторов, он будет в восторге, если относится, условно говоря, к «патриотическому» лагерю, и, напротив, взбешен, если принадлежит к лагерю условных «либералов». Конечно, есть персоны, которые не нравятся одним, и вызывают радость со слезами умиления у других: А. Паршев, Г. Павловский, А. Караулов, М. Леонтьев, Л. Парфенов, Л. Косалс, А. Уткин, А. Иваницкий, С. Кара-Мурза, В. Нечаев, А. Зиновьев. Как бы не относиться к этим людям, есть одно, объединяющее их. Эти люди учат думать. Это главное достоинство всех лекций, прочитанных комиссарам. Более того, активистов «Наших» не просто учат думать, их учат задумываться. Семантическая разница двух слов вроде бы и не заметна, но весьма велика.

Разницу эту легко объяснить на простом примере. Человек трогает горячую воду и обжигается. После этого, если он способен думать, он не будет хватать кружку и глотать горячую воду при виде воды, от которой идет пар. А если человек может задумываться, он начнет соображать, почему вода горячая и как она стала именно такой, какой она стала, почему поднимается пар, как можно эту воду охладить.

Тех, кто слушает лекции на Селигере, в Московском институте управления и на других мастер-классах, учат именно задумываться. Это очень хорошо, потому что основной конкурент «Наших» — лимоновская НБП — учит только думать. Обучение имени Эдуарда Савенко довольно простое: если нацболов сажают в тюрьму, в этом виноват Путин. Если нацболам не дают собираться на площади и кричать «Да, смерть!» — виноват Путин. Если вдруг в Катаре посадили наших спецслужбистов — виноват Путин. Наконец, апофеоз — если спецслужбистов из Катара переправили в Россию и никто (даже ФСИН) не знает, где они находятся, — виноват Путин. Действительно, такая логика присутствует. Более того, она распространяется со скоростью вируса Love me, только с обратным значением. А «Наших» заставляют и учат не просто думать, «кто виноват в том, что так получилось», но и тому, «почему так получилось».

В наше время, если человек начинает задумываться, причем не поверхностно, а глубоко, он неизбежно приходит к выводу, что во всех его бедах виновата «эта власть» (способ был проверен на журналистах, на политтехнологах, пиарщиках, рядовых гражданах, деполитизированных людях). «Опасность кроется не в нетерпимости к власти. Нетерпимость маргинальна, нетерпимость лечится. Опасность — в ощущении, что все действия власти алогичны и бессмысленны. Дело в том, что обвинения власти в «гебизме» не затрагивают конкретного человека. Ну, «гебисты», и что? А вот осознание, что «они» просто «злобные дураки», которые делают «монетизацию льгот» для собственного «садистского удовольствия», включает механизмы защиты гораздо более высокого порядка»1.



(СНОСКА1 П. Святенков: Выбирая между лоялистами и оппозицией, власть предпочтет задавить именно лоялистов (http://www.kreml.org/interview/91655005).)



Так вот, разъясняя некоторые механизмы происходящего вокруг, люди, обучающие «Наших», просто не могут кардинально повернуть руль государства. Равно как не могут самостоятельно объяснить все ее действия. Не могут не потому, что не имеют информации — они ее имеют. Не могут потому, что власть сама не объясняет свои действия. Простой вопрос: «Зачем проводилась монетизация?» — может получить столь же простой и аргументированный ответ. Но вот следующий вопрос: «А почему тогда народ вышел на улицы в январе?» — уже требует глубокого осмысления процессов. Есть серьезные сомнения в том, что в когорте названных специалистов найдется тот, кто сможет рационально объяснить действия власти в том, что касается учета интересов простых людей в период борьбы за монетизацию льгот. Поэтому первый вопрос — вопрос того, кто думает. Второй — того, кто задумывается. И, самое интересное, что такие вопросы чаще всего не задаются. То есть на этих семинарах люди слушают и впитывают себя видение процесса. А потом…

Потом они остаются со своими мыслями наедине. Кто-то дошел до того, что задал себе вопрос «зачем», а кто-то дошел до вопроса «почему». Как ни странно, оба этих ответа приводят к одному и тому же результату. Тому самому, о котором говорят сейчас многие: действия власти иррациональны, поскольку она сама не может их доступно объяснить. Тот же пример с монетизацией очень показателен. Власть была обязана достучаться до каждого льготника, узнать то, чем он живет и как он живет. Вместо этого возобладали технологические размышления: городских жителей в России столько-то, деревенских — столько-то. Такое-то количество пользуется общественным транспортом, такое-то ездит на своих машинах, и так далее. После этих подсчетов власть начала пропагандистскую компанию, чтобы убедить людей, что в деревнях им будет с монетизацией лучше. Да, в деревнях никто и не спорил, что живые деньги лучше. То есть, в нашей логике, власть ответила на вопрос «зачем», и слушатель курсов «Наших» увидел всю правильность проведенной реформы.

Но в то же время никто во власти не подумал о Подмосковье, о Ленинградской области, об уровне МСУ, и в итоге это стало губительно. А теперь ответ на вопрос «почему». Потому что был прерван канал «обратной связи», и власть просто не имела информации о том, чем живет человек в маленьком городке. К примеру, в подмосковной Купавне. Догадается ли об этом человек, прослушавший лекции «Наших»? Скорее всего, да. Если же нет — он просто свалит все на глупость власти, которая даже не смогла такую, казалось бы, прекрасную реформу (не забываем, что он уже ответил на вопрос «зачем»), провести по-человечески.

И вот когда критическая масса вопросов «зачем» начнет преобладать — а ведь во власти не делается ничего для того, чтобы эти вопросы снять, — начнется время вопросов «почему». Тогда придет время людей задумывающихся. И главным вопросом будет следующий: «Если нами руководят такие дураки, то почему же мы сидим в этих аудиториях и слушаем умные слова, почему же мы ждем, пора выходить на улицы брать власть!» И они будут правы. Они будут брать власть. Ту, которую им обещали. Конечно, власть им обещали не прямо сейчас, а потом, когда-нибудь, но кого это будет интересовать, особенно если появится тот, кто скажет, что ее, эту власть, можно взять сейчас.

Поэтому «Наши», если они все-таки сформируются в реальное молодежное движение, — первые кандидаты на участие в «березовой революции». Именно поэтому власти боятся «Наших». И правильно делают. Именно поэтому на пароходе, на котором плывут представители разных демократических и прокремлевских молодежных движений, член молодежного «Единства» бьет морду не ребятам из «Обороны», а именно комиссару «Наших».

Скажем два слова и о лидере «Наших» Василии Якеменко. Прекрасный менеджер, лучший создатель массовок и красивых молодежных шествий. Но если говорить о нем как о политике… Якеменко очень похож на тех российских «деятелей», фамилии которых всем известны, но что они из себя представляют, никто не знает. Может быть, это оправданно для Администрации президента, для ФСБ, для теневых олигархов. Однако лидер молодежного движения так поступать не может. Лидер не должен быть закрыт для своих активистов. Еще одна проблема заключается в том, что Якеменко нельзя «подвинуть». Он — как скала, неколебим, невозмутим. И, пока в его организации происходят живые процессы, он улыбается. А когда живые процессы замирают — что он делает? Он улыбается. Той же самой улыбкой. И это гибель молодежного движения.

С другой стороны, посмотрите на других молодежных лидеров! Они еще хуже. Потому что Якеменко не пытается скрыть того, что он работает. А остальные, даже если они и были когда-то юношами или девушками с пламенем в глазах, бронзовеют и становятся совсем не теми, кеми были в начале. То же «Молодежное Яблоко» — что сейчас представляет собой Яшин? Ничего. Человек, продавшийся, хотя и косвенно, через четвертые руки забугорным олигархам, которым он так бойко и гордо отвечал еще весной 2005 года. О «Родине» и говорить не приходится. Кажется, что столько компромата никто на себя еще не выливал добровольно. Что Олег Бондаренко, что Сергей Шаргунов — оба искупались не в самой приятной бочке. И, если сравнивать их с Якеменко, то, пожалуй, по искренности они ему даже уступят.

Какой из всего этого может быть сделан вывод? Молодежный лидер должен быть харизматичным, и должен выдвинуться самостоятельно. Либо его не должно быть вовсе1. В таком случае надо, чтобы за лидерство шла постоянная борьба, грызня, деятельность, позволяющая выдвинуться наиболее успешным и амбициозным. При этом надо сразу дать понять: те, кто выносит сор из избы, вылетают с сором вместе. Так, чтобы не получилось как в Союзе молодежи «За Родину». Борьба нескольких авторитетных молодых лидеров либо абсолютные харизматические данные одного единственного, за которым готовы идти хоть в тюрьму, хоть на майдан — вот главный критерий успеха1. Иного быть не может. Назначенец — это бюрократ. Каждый бюрократ подберет под себя команду таких же бюрократов, как и он. А нет ничего хуже молодого бюрократа. Поэтому назначенный сверху лидер молодежного движения обречен, равно как и само его движение.



(СНОСКА1 Молодежная организация без харизматичного лидера — это не идеальный, но вполне реальный вариант! Вообще без лидера. Что, Баден Пауэлл был молодежным лидером? Он свою харизму использовал для добывания пожертвований на скаутские лагеря. Или Фаина Шапиро, не говоря уж самом Иванове, который вообще не харизматичная личность, да и оба они были немолоды. Была разработка, огромная ресурсная поддержка и несколько десятков тысяч молодежных лидеров, которые проросли, когда старперы создали питательную среду. Управляет и координирует движение не личность, а информационный поток. «Искра», «Алый парус» (Примеч. М. Кордонского.))

(СНОСКА1 Постоянная борьба лидеров в движении — это тоже неплохой вариант. Если это борьба за идею, за идеи, а не за куски жратвы, то движение может даже дробиться с пользой для метаидеи. Если же один-единственный харизматический лидер прорастет, получит поддержку и вырастет, то он точно будет неподкупен. Его надо будет просто охранять от отстрела. Хотя для наших спецслужб это «просто» — совсем непросто. (Примеч. М. Кордонского.))



Конечно, контроль над мододежкой1 не просто должен быть, а должен быть постоянным. При этом, контроль обязан осуществляться ненавязчиво, ни в коем случае не ущемляя инициативы молодых ребят. Пределы инициативы должны быть четко обусловлены, но максимально широки. Если главный лозунг движения, грубо говоря, «нет фашистам», то любое проявление фашизма или сочувствия к нему могут встречать какой угодно отпор безо всяких согласований. То есть все, что происходит в рамках, может делаться самостоятельно, учитывая финансовые и иные затраты. А вот если действия выходят за рамки, в дело вступает контроль. При этом если к контролеру пришли с предложением, которое он, по своим понятиям или по своей должности решить не может, — смотрителю необходимо обратиться к старшим, а ответ получить как можно быстрее. Речь идет не о днях, а о часах. Потому что иначе инициатива молодежи начинает очень быстро умирать.



(СНОСКА1 Автор заранее согласен на контроль над молодежным движением. Но, как и многие, хорошо знающие английский и часто им пользующиеся (я к таким, увы, не отоношусь) путает русское и английское значения слова control. Грубо говоря — «наблюдение» и «управление». В русском значении предполагает вмешательство в случае аварии. Чистейший пример «контрольная сумма» в прикладной математике — теории передачи сигналов. Если не сходится, только тогда исправляется. По-английски check summ, но не control. В описании системы контроля у автора вперемежку встречается то одно, то другое значение. Но в общей тенденции автор, как и я, предлагает русский вариант. (Примеч. М. Кордонского.))



Контролер не может быть главным лицом движения. Когда эти функции совмещаются, происходит коллапс. А вот обратный вариант, когда за спиной молодого бюрократа стоит революционер с шашкой наголо, вполне возможен. То есть, молодому бюрократу нужен идеологический спец. Как говорит Михаил Кордонский, «нужен патологически идейный комиссар, без подписи которого ни один боевой приказ (финансовый документ) недействителен»1. Но по сути этот обратный вариант ничем не отличается от первого, разве что расположением ролей: идейный комиссар может не уметь общаться с публикой, а бюрократ — наоборот. Пока же молодежные организации строятся по знакомству, или потому, что «у этой любовницы такие длинные ноги», или потому, что «я знаю — он специалист по акциям», ничего хорошего не будет.



(СНОСКА1 М. Кордонский: Наши как водородная бомба, или Сергей Лукьяненко как панацея (http://www.kreml.org/opinions/90971132).)



Вместо заключения. А давайте пофантазируем?

Давайте представим себе, что в России появилась настоящая партия, которая на самом деле заинтересована в молодежи, как в подрастающей смене, заинтересована в том, чтобы выработать самостоятельную молодежную, а также имеет достаточные финансовые и административные ресурсы для того, чтобы ее реализовать. Пока на роль такой партии годится только «Единая Россия», да и то при условии серьезного ребрендинга, кардинального пересмотра кадровой политики и идеологического перепозиционирования. Но представим себе, что все это произошло. Что должна делать партия для того, чтобы привлечь на свою сторону молодежь — это вопрос третичный. Главный вопрос: какую молодежь партии следует привлекать на свою сторону? Какие задачи должна эта молодежь выполнять? На какую перспективу рассчитана молодежная программа партии?

Работа с молодежью до 20 лет

Маргинальное поле в России оставлено на попечение ЛДПР. Иные силы на этой полянке пока не работают, более того, обходят ее стороной, боятся даже прикоснуться к маргиналам, боятся запачкаться. Да и ЛДПР работает с этим электоратом не напрямую, а через демагогические лозунги. Работает, как мы видим, вполне эффективно. «Наши» пытаются как-то использовать конформистских" маргиналов (если таковые имеются в природе), но пока это разовая самодеятельность. Между тем, этот электоральный сегмент — грандиозен в связи с ужасающим экономическим положением значительной части населения нашей страны. И молодежь в этом сегменте — наиболее агрессивная и готовая на все. Это детдомовцы, трудные дети, ребята из рабочих районов. Кто может хоть что-нибудь предложить им в современной России? Криминальный мир — единственный механизм массовой мобильности для этих подростков. А можно ли им предложить хоть что-нибудь? Такая возможность есть.

Если партия работает не на текущий избирательный цикл, а на стратегическую перспективу, основное внимание надо уделить поколению тех, кому сейчас от 14 до 20 лет. Не отсекая никакой из страт этого поколения (то есть не делая ограничений для членов ни по образовательному уровню, ни по уровню достатка в их семьях) основное внимание концентрируется именно на неблагополучных детях из рабочих районов городов, из деревень, из детских домов.

Что может предложить им партия? Да все, что угодно, начиная от дополнительного образования, внеклассного воспитания, создания спортивных секций, работы, наконец, которой у этих ребят нет, а необходимость в деньгах есть, и немалая. Соответственно, основная цель партии — организовать постоянный досуг для молодежи этого возраста, помогать им если не с постоянной работой, то с разовыми заработками, например, по благоустройству улиц или по созданию спортивных площадок, на которых потом сами же они будут играть. Естественно, для работы с этой молодежью необходимы инструкторы, спортивные матера, энтузиасты, учителя1. Партия обязана внимательно отслеживать судьбу каждого из этих ребят, замечая успехи, помогать развиваться именно в этом направлении, например, в спорте или в учебе.



(СНОСКА1 «для работы молодежью необходимы инструкторы, спортивные матера, энтузиасты, учителя» — пишет автор. Для него это главное и очевидное, но осмелюсь дополнить процентов этак на 85. Фонд зарплаты внешкольных учреждений дополнительного образования и воспитания составляет не более 15 % общих затрат. Главное — капитальные сооружения, оборудование и другие материальные ресурсы. Что и делалось в СССР, и делается во всех благополучных странах. Я два дня выпрашивал у менеджера «Дома скаутов» из Канады все подробности. Ну, обычный наш дом пионеров, только пошикарнее — от бассейна до вышивания крестиком. Особенно мне понравилась фраза, долго ее уточнял с переводчиком, но все верно: «У нас все скауты, но скауты у нас тоже есть». (Примеч. М. Кордонского.))



Партия должна быть особенно активна с молодежью 15–16 лет. В частности, партия может предоставлять своим молодым сторонникам возможность дополнительного образования для подготовки и поступление в вуз. Еще лучше обладать собственными вузами, по крайней мере, по вузу на федеральный округ. В этих институтах должны быть различные специальности, не только госменеджмент или обучение некоей «стратегии лидерства2, что преподается сейчас в Московском университете управления для «Наших», но и практические, востребованные специальности, в основном технического характера. Среди гуманитарных специальностей полезно иметь исторический факультет, факультет социологии, филологический факультет и факультет физкультуры. Соответственно, специалисты, выпускаемые этими вузами, будут нужны партии на каждом этапе. Они могут принимать участие в избирательных кампаниях как в качестве рядовых и бригадиров, так и в качестве собственно кандидатов, они могут обеспечить партии массовую агитацию в ходе федеральных кампаний. Понятно, что выдвигать молодежь в возрасте до 20 лет на выборные должности можно только в самых редких случаях, учитывая интеллектуальные и организационные успехи каждого конкретного активиста. Эта выборность должна быть только на уровне местного самоуправления, но она должна быть непременно. Молодые должны видеть примеры, не единичные, а массовые — сотни выдвижений, десятки побед.

При этом чтобы обеспечить себе преданных и верных сторонников, партия должна не просто предоставлять досуг, не просто давать крохи, на которые эта молодежь может кормиться, она еще обязана организовывать быт. Это — самый сложный вопрос. Возможно, должна быть организована сеть молодежных общежитий, возможно, создание жилищных комплексов. Жилье должно быть комфортабельным, потому что именно на партию будут переносить ответственность за все неудобства в грязном и переполненном общежитии. В Москве или в Питере это будет слишком дорого, но ведь есть и Подмосковье, и Ленинградская область — это если говорить о центрах, есть регионы, где стоимость жилья намного ниже. Есть социальные программы, которые могут позволить партии сэкономить на реализации подобных мегапроектов!

Теперь о добровольности. На раннем этапе, до 16 лет, участие всех молодых ребят должно быть исключительно добровольным. Если человек выражает желание, партия предоставляет ему и спортплощадки, и учителей, и инструкторов, и летние лагеря, и «зарницы», и соревнования. И все это должно быть доступно для представителей любой идеологии. А вот в случае организации вузов, понятно, что партия будет нести слишком большие расходы, чтобы позволить каждому «на халяву» получать высшее образование. Поэтому необходимым условием будет активная работа для партии, а затем — членство в партии. Вопрос с общежитиями еще более тонкий, тут уже ни о каком добровольчестве речи и быть не может: такое жилье должны получать только лучшие и самые активные, притом обязательно члены партии. Наконец, партия не может воспитывать иждивенцев, поэтому такая молодежь должна работать. На заводах, фабриках, в офисах, и т.д. И все время рядом с ребятами должны находиться опытные кураторы, наставники и попечители, которые бы пресекали ссоры, сплачивали коллективы. На таких условиях: принять участие в молодежной программе, вырваться из социального дна, получить высшее образование, приобщиться к политической культуре, да и к культуре в целом, в молодежном движении захотят участвовать многие.

Однако нельзя думать только о том, как воспитать сторонника с высшим образованием. В 18 лет многие из этого поколения пойдут в армию. Сильная партия не просто может, а обязана контролировать жизнь каждого своего подопечного во время службы в Вооруженных силах. Недопущение дедовщины, во-первых, во-вторых, создание сплоченных околопартийных организаций в самой армии — отличный способ доказать и обществу в целом, и самим солдатам, что их судьба не безразлична партии. Важный момент — при условии создания таких околопартийных групп в армии будет прекращена позорная и страшная практика землячеств, когда, объединяясь на основе общего места проживания, часть солдат запугивает других военнослужащих. То есть партия способна стать консолидирующим началом и в самом солдатском обществе. Фактически партия обязана контролировать каждую воинскую часть. Она должна доводить до суда дело о каждом избиении военнослужащего, научиться срывать погоны с офицеров за допущенные нарушения устава, пресекать попытки использования своих подопечных как рабской силы на постройке генеральских дач.

Для организации подобной работы в партии должна быть создана антикризисная система реагирования с многочисленным штатом юристов и адвокатов, с налаженными связями с правозащитными организациями и СМИ. Такая антикризисная партийная система должна действовать не только в армии, но и в обычной жизни, «на гражданке». Милицейский произвол также должен стать объектом действия подобной структуры, равно как и чиновничий. Эта же антикризисная система должна разбираться и с вопросами нарушения морали и нравственности в рядах молодых партийцев. Лишение покровительства со стороны партии должно восприниматься как реальная потеря.

Что еще важно отметить, так это страсть юного поколения к символике. Партия должна разработать и запустить в производство целый ряд моделей одежды: от зимних и летних курток до бейсболок, маек, плащей, пилоток, рубашек, брюк, сапог, кроссовок. Униформа скрепляет коллективный дух молодежи. Надо понимать также, что часто у этих ребят (как мы сказали, выходцев с социального дна), просто не будет средств на иную одежду. Обязательно надо учитывать фактор «модных фишек» — ребятам необходимо выдавать корочки: «активист такой-то партии», значки, их надо награждать медалями за успехи, вручать грамоты, устраивать совместные встречи, банкеты, возможно, даже с контролируемым присутствием алкоголя, дабы не допустить того, чтобы после банкета молодежь напивалась в стельку в соседнем парке. И постоянно, неусыпно контролировать действия своих молодых активистов.

Работа с молодежью от 20 до 30 лет

Что касается старшего поколения молодежи, тех, кому от 20 до 25, то представляется, что работа с ними должна быть сконцентрирована на тех же направлениях, но с учетом возраста. Так, вернувшемуся из армии молодому человеку партия вполне может предложить ту же систему высшего образования, ту же систему обеспечения общежитием. А студенту, заканчивающему вуз, партия может посодействовать с трудоустройством. Не в саму партию, а в бизнес-структуру, которая ее поддерживает. Или же партия может создать прекрасную и необходимую для сегодняшней России программу сельских учителей. То есть партии следует заняться системой молодежного послевузовского распределения.

Безусловно, партия также должна кооптировать в свой аппарат наиболее активных людей этого возраста, продвигать их на выборах в местные законодательные собрания, способствовать карьерному росту в аппарате. Она должна с той же целеустремленностью использовать свое подрастающее поколение во время избирательных кампаний, а также в «мирное время» для агитации, реализации социальных программ и акций прямого действия.

Наконец, отпуская молодежь в свободное плавание, партия не должна терять из виду своих бывших питомцев. Да, они могут пойти в другую партийную структуру, да, могут прекратить активно сотрудничать с партией. Но партии следует напоминать о себе хотя бы такими незначительными знаками внимания, как приглашения на соревнования или на интеллектуальные игры, поздравления с новым годом и днем рождения. В таком возрасте (впрочем, как и в любом другом) все это очень ценится. Что касается контроля над деятельностью молодежи, то, пожалуй, он может быть менее жестким, чем за ребятами младшего возраста, но в принципиальных моментах, таких как поведение в общежитии, внутрипартийные скандалы, учеба в вузе, распределение, проведение акций, контроль должен присутствовать.

С этой молодежью надо работать выборочно. Никакой «стрельбы по массам» быть не должно. Активисты, которые хотят работать в партии, вполне могут это делать, и партия обязана предоставлять им такую возможность. Это поколение вполне сформировавшееся в политических взглядах, часто довольно опытное, и, главное, еще не утратившее молодежного задора. Поэтому таких людей лучше всего было бы делать как наставниками над молодежью, так и заполнять ими ряды депутатских корпусов в муниципальных собраниях, региональных законодательных собраниях, частично в госдумовских списках. Особенное внимание уделять интеллектуальным группам этой молодежи. Главное качество, которое необходимо использовать в таких группах — свободное (незашоренное) мышление и некоторая наивность сознания.

Выводы

Все, о чем говорится в этой главе, похоже с одной стороны, на фантастику, с другой стороны, очень смахивает на возрождение КПСС и ВЛКСМ. Ну и что с того?1 Это  единственный путь для создания массовых молодежных организаций, и создавать такую организацию может только очень сильная партия. Не обязательно, чтобы она была единственной правящей партией в стране, отнюдь не обязательно. Напротив, как только хотя бы одна партия сможет реализовать нечто подобное, ее авторитет в обществе взлетит до небес, и остальным партиям придется либо подтягиваться до ее уровня, либо умирать.



(СНОСКА1* У homo sapiens единственных путей не бывает. Но КПСС-ВЛКСМ — не худшая разработка русской культуры. В смысле социотехническом, идеологию — отдельно. И у нас нет других таких разработок, на них уходят десятилетия. Почему базовые модели МИГ, СУ, танков, ракет, атомных реакторов, разработанные коммунистами, можно дорабатывать да еще и продавать с выгодой индусам и китайцам? А в области социальных технологий «либералы» нам навязывают отказ от культурного технологического наследия, полное разрушение и постоянные попытки вырастить фиги на вечной мерзлоте. (Примеч. М. Кордонского.))



Стоит также отметить, что ни Администрация президента, ни правительство, то есть, государственные органы, не способны создать ничего подобного. Потому что государство не может одной рукой бить, а другой защищать, ведь, таким образом, государство оказывается в положении унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла. А вот, партия, напротив, вполне способна на то, чтобы выполнять роль защитника и собирателя. И если, например, при составлении бюджета Минфин выделил на детские дома недопустимо малую сумму, партия вполне может вышвырнуть главу Минфина из состава правительства. И если, например, в Министерстве обороны прикрывают какого-нибудь полковника, который занимался строительством дачи, используя рабскую солдатскую силу, партия может вышвырнуть из кабинета министров главу Минобороны, не говоря уж о доведении до обвинительного приговора дела самого полковника. Но это должна быть сильная партия. И самостоятельная партия.



Приложения

Приложение 1 НБП — структура, лидеры, акции

НБП — Национал-большевистская партия — единственная реально действующая на территории России массовая молодежная политическая организация. Несмотря на то, что Московский областной суд 29 июня 2005 года принял решение о ликвидации НБП, сама организация никуда не делась. Более того, все репрессии в отношении рядовых активистов НБП привлекают к ним симпатии молодежи и способствуют росту числа активно действующих нацболов. Однако последовательный крен Эдуарда Лимонова в сторону либерализма может реально привести к расколу организации.

Характеристика движения. 

Лидер: Эдуард Лимонов (Савенко).

Известные активисты: Максим Громов, Роман Попков, Сергей Смирнов, Абель (Линдерман), Сергей Родинов.

Сайт организации: http://www.nbp-info.ru.

Численность: точная неизвестна, называются цифры от 13 до 30 тыс. членов, оппоненты считают, что 1500, по оценкам автора — более 10 тыс. активистов, но менее 15 тысяч.

Самые известные акции: «захват» приемной Администрации президента; «захват» кабинета Михаила Зурабова в Минздраве; метание продуктов в Вешнякова, Грызлова, Касьянова.

Политическая принадлежность: декларируется как крайне левая организация, на самом деле — либерально-антиглобалистское движение.

Идеология: национал-большевизм, слияние радикальных форм социального сопротивления с радикальными формами национального сопротивления. Заявленная цель — установление «нового порядка, основанного на национальных и социальных традициях русского народа». Сильны антиглобалистские тенденции. С конца 2003 года последовательно выступает под либеральными лозунгами, а также под знаменами Бориса Березовского и Леонида Невзлина.

Радикальность: крайней степени. Чаще действуют в рамках Уголовного законодательства, но Административный кодекс нарушают во время каждой акции. Практически не совершают силовых акций.

Известность: самая высокая узнаваемость среди молодежных организаций (по 10-балльной шкале – 10).

Освещение в СМИ: внимательное отношение к организации, довольно подробное освещение деятельности, в среднем — информационное освещение либо негативные публикации. Либеральная пресса относится к организации положительно. Отношение журналистского корпуса к НБП в своем большинстве сочувствующее.

Оценка автора: организация строилась как идейное движение «снизу». После ухода Александра Дугина и монополизации власти в НБП Эдуардом Лимоновым начался стремительный рост популярности нацболов. Тюремное заключение Лимонова также способствовало росту известности НБП. После выхода Лимонова из тюрьмы движение, как можно предположить по акциям осени 2003 года, использовалось силами, стоящими за «Единой Россией» для дискредитации Геннадия Зюганова и СПС (отсюда убежденность большинства представителей властных и пиар-структур в договороспособности Лимонова). После победы единороссов на выборах Лимонов переходит на идеологический фланг Бориса Березовского. Переходит добровольно, но при активном участии самого Березовского (трудно судить, финансовом или ином).

С начала 2004 года организация постепенно и плавно превращается в сектантскую, поскольку идеалы, на которых строилась НБП ранее, заменяются лозунгами лондонского олигарха. Сектантство настолько очевидно, что в книге «Как мы строили будущее России», изданной в 2004 году, Лимонову приходится оправдываться, целая глава книги посвящена тому, чтобы доказать, что НБП — не секта. Однако то, что НБП еще не окончательно впало в сектантство, продемонстрировал съезд организации в конце 2004 года. Тогда вождю нацболов так и не удалось продавить через своих активистов идею о поддержке оранжевой революции в Киеве. Но при дальнейшем развитии ситуации в НБП в прежнем направлении вскоре лимоновцы реально могут стать сектантами.

Хочется надеяться, что этого удастся избежать. Путь для этого у НБП только один — быть зарегистрированной в Минюсте. А для этого нужно стать не оголтелой шпаной, имеющей на вооружении один единственный лозунг «Путина долой!», а хотя бы некоторую конструктивную программу, в которой организация не будет проявлять себя как антисистемная и неадекватная.

История НБП. Декларация о создании Национал-большевистской партии была подписана 1 мая 1993 года Эдуардом Лимоновым и Александром Дугиным. В своей программе 1994 года НБП провозглашает целью «создание империи от Владивостока до Гибралтара на базе русской цивилизации». Экономической системой должен стать «русский социализм». В культуре же должна воцариться абсолютная свобода. Лозунг НБП 1993–2003 годов: «Россия — все, остальное ничто!»

Активизация НБП началась с 1998 года (уже после ухода Александра Дугина). В этом же году был проведен Первый всероссийский съезд НБП. Министерство юстиции в 1998 году дважды отказало организации в регистрации.

Идеолог НБП Эдуард Лимонов был арестован 7 апреля 2001 года в Республике Алтай по обвинению в подготовке к совершению актов терроризма и создании незаконных вооруженных формирований. Вместе с Лимоновым по этому делу проходили еще пять человек. Однако в ходе суда большинство обвинений с них были сняты. В итоге Эдуард Лимонов был признан виновным в организации незаконного приобретения и хранения оружия активистами партии и приговорен к четырем годам лишения свободы. Он провел в колонии полтора месяца, после чего был условно-досрочно освобожден.

Вскоре программа нацболов претерпела кардинальные изменения. По версии 2004 года цель НБП: «Превращение России в современное мощное государство, уважаемое другими странами и народами и любимое собственными гражданами». Для этого необходимо ограничить вмешательство государства в личную сферу жизни граждан, не создавать препятствий деятельности СМИ, защищать права русскоязычного населения в странах СНГ.

В настоящее время более 40 членов НБП находятся в тюрьмах или следственных изоляторах за различные нарушения закона (по данным на июль 2005 года). Московский областной суд принял решение о ликвидации НБП 29 июня 2005 года. 

Анализ активности НБП с осени 2003 года по июль 2005 года. Всего нацболами за рассматриваемый период совершено около 870 акций (учитываются освещавшиеся в СМИ, известные автору и упоминаемые самими нацболами). Это по меньшей мере в 20 раз больше, чем у любой иной политической молодежной организации и значительно больше, чем количество акций, проводимые существующими партиями. Особенно важен резонанс акций нацболов, который гораздо более ощутим в СМИ, чем действия иных организаций и партий.

Серьезный рост активности организации отмечается в ноябре 2003-го и в ноябре 2004 года, количество мероприятий повышается примерно в два раза по сравнению со среднестатистическим значением. Это связано с многочисленными митингами, шествиями, демонстрациями и акциями, посвященными празднику 7 ноября. Они проводятся не только в крупных городах, региональных и областных центрах, но и в небольших населенных пунктах. Так же объяснимо и увеличение количества мероприятий в мае 2004-го и 2005 годов. Национал-большевики собираются регулярно 1 и 9 мая, устраивая шествия и демонстрации. Повышенная активность в апреле (особенно в 2004 году) связана с проведением акций, приуроченных ко дню рождения Ленина и «Дню русской нации», отмечаемому нацболами 5 апреля.

В марте 2004 года количество мероприятий увеличилось в два с лишним раза по сравнению со средним значением. Основная причина — выборы президента России. Национал-большевики протестовали против выборов, выступая под лозунгами Березовского.

Больше всего акций было проведено нацболами в январе–феврале 2005 года. В основном это были митинги, пикеты и демонстрации. Причиной всплеска активности является реформа по замене льгот на денежные компенсации.

Помимо непосредственной организации мероприятий, национал-большевики традиционно участвуют в акциях, проводимых другими партиями (в частности, около половины всех митингов, в которых приняли участие активисты НБП, были организованы другими политическими силами, а в некоторые месяцы это число достигает 74 % — так было, в частности, в феврале 2005 года).

За рассматриваемый период НБП организовала несколько митингов в защиту прав политических заключенных. Выступления были в поддержку не только арестованных национал-большевиков, но и Михаила Ходорковского и Платона Лебедева.

Наибольшая активность нацболов зафиксирована в Москве. Общее количество акций, проведенных ими в рассматриваемый период, — 80, что вполне закономерно, ведь Москва является не только столицей, но и информационным центром страны. При этом акции НБП в других городах зависят исключительно от инициативности местных отделений организации. Интересно, что в некоторых городах с большой численностью населения количество мероприятий НБП не так уж велико. И наоборот, в маленьких городах члены партии проявляют высокий уровень активности. К примеру, в Омске в течение рассматриваемого периода было проведено пять акций, а в городе Волжском (Волгоградская область) — 13. Численность населения в последнем в четыре раза меньше, чем в Омске. Такую же параллель можно провести между Северодвинском (10 акций, 230 тыс. жителей) и Уфой (3 акции, 1,1 млн. жителей).

При описании митингов самими нацболами всего 10 раз встречается слово «несанкционированный», однако стоит заметить, что эта цифра далека от истины. К ней стоит прибавить «попытки участия» в митингах, раздачу «Лимонки» во время акций, проводимых другими партиями, митинги, которые закончились столкновениями с милицией, и просто те митинги, которые не являлись официально разрешенными, однако слово «несанкционированный» не употреблялось. Итоговая цифра получается примерно в 30 раз больше, чем озвученная самими нацболами.

При анализе активности нацболов очевидно, что членов НБП используют не только как политических бойцов, но также активно пользуются ими в интересах тех или иных коммерческих структур. Если атаки и пикеты «Макдоналдса», «Баскин-Роббинса», бара Юдашкина еще можно списать на антиглобализм, то, например, пикетирование офиса «Итеры» больше похоже на коммерческий заказ, равно как и новосибирская акция «Последний глоток пива», равно как и санкт-петербургские митинги против застройки. Да и частое упоминание на митингах с требованиями освободить политзаключенных фамилии Михаила Ходорковского также нельзя назвать органичным для нацболов.



Таблица 1

Акции НБП по городам



Место проведения

Количество

Москва

80

Санкт-Петербург

48

Калининград

38

Нижний Новгород, Челябинск

По 33

Красноярск

31

Калуга

24

Новосибирск

23

Воронеж

21

Рязань, Самара

По 19

Екатеринбург

18

Саратов

17

Иркутск, Ростов-на Дону

По 16

Барнаул, Краснодар, Рига, Ярославль

По 15

Волжский

13

Саров, Ставрополь, Хабаровск

По 12

Арзамас, Брянск, Мурманск, Петрозаводск

По 11

Израиль, Северодвинск, Тамбов, Тюмень, Харьков

По 10

Оренбург, Кишинев

По 9

Великий Новгород, Ижевск, Киев, Комсомольск-на-Амуре, Липецк, Чебоксары

По 8

Волгоград, Вологда, Кострома, Обнинск, Тверь, Тула, Ульяновск, Глазов

По 7

Астрахань, Минск, Омск, Смоленск, Томск, Шахты, Стокгольм

По 5

Владивосток, Сургут, Череповец

По 4

Одинцово, Орел, Ростов,Уфа, Шумерля

По 3

Белгород, Витебск, Двинск, Донецк, Клин, Магнитогорск, Макеевка, Набережные челны, Псков, Сосновый бор, Таганрог

По 2

Барановичи, Благовещенск, Братск, Брюссель, Волжский — Волгоград, Вышний Волочек, деревня Останкино, Днепропетровск, Заволжье, Зеленоградск, Казань, Ковров, Львов, Нижний Тагил, Новочеркасск, Орск, Пенза — Кузнецк, Поселок Иглино, Северск, Тамбов, Черняховск, Ялуторовск

По 1



Таблица 2

Активность нацболов по месяцам

Месяц

Количество акций

Сентябрь 2003

14

Октябрь 2003

14

Ноябрь 2003

35

Декабрь 2003

30

Январь 2004

21

Январь 2004

22

Март 2004

50

Апрель 2004

30

Май 2004

46

Июнь 2004

39

Июль 2004

31

Август 2004

35

Сентябрь 2004

21

Октябрь 2004

39

Ноябрь 2004

47

Декабрь 2004

41

Январь 2005

83

Февраль 2005

88

Март 2005

50

Апрель 2005

51

Май 2005

60

Июнь 2005

55



Таблица 3

Полный список акций НБП (март 2004 года, январь 2005 года)1



(СНОСКА1 В таблице представлены действия НБП в периоды наивысшей их политической активности (выборы президента в марте 2004 года и борьба с монетизацией льгот в январе 2005 года). Полностью статистические данные по НБП представлены на сайте «Кремль.Орг» в материале «Исследование активности НБП с осени 2003 по лето 2005 года» (http://www.kreml.org/other/91751538))



Дата проведения

Место проведения

Название. Суть

Март 2004 года

1 марта

Кишинев

Участие в акции против повышения тарифов на коммунальные услуги под лозунгом «Заплати и сдохни!»

1 марта

Нижний Новгород

Проведение акции в рамках движения «Россия без Путина»

2 марта

Тамбов

Пикет, посвященный бойкоту президентских выборов 14 марта

3 марта

Москва

«Захват» общественной приемной «Единой России»

3 марта

Барнаул

Митинг

4 марта

Магнитогорск

Люди, похожие на национал-большевиков, забросали банками с краской кафе «Баскин-Робинс» и разбросали листовки

4 марта

Новосибирск

Сочувствующий НБП молодой человек заблокировал главный вход в здание «Новосибирскэнергосбыта», приковавшись цепями к дверям

5 марта

Рязань

Митинг у общественной приёмной партии «Единая Россия»

5 марта

Челябинск

Митинг в рамках движения «Россия без Путина» совместно с коммунистами

6 марта

Калуга

Несанкционированный пикет

Ночь с 6 на 7 марта

Челябинск

Атакован офис партии «Единая Россия».

7 марта

Мурманск

Акция «Россия без Путина»

9 марта

Саров

Шествие

Ночь с 9 на 10 марта

Москва

Разукрашен офис «Единой России»

10 марта

Минск

Пикет

10 марта

Саратов

Несанкционированное участие в митинге КПРФ

10 марта

Оренбург

Заблокирован центральный вход в администрацию Оренбурга

11 марта

Москва

Акция в метро

11 марта

Нижний Новгород

Акция «За честные выборы»

11 марта

Кострома

Акция «Труп Путина»

11 марта

Ростов-на-Дону

Неизвестные закидали красной краской несколько рекламных щитов с призывом участвовать в выборах и разбросали листовки

11 марта

Москва

Митинг в Москве у посольства Латвии

11 марта

Санкт-Петербург

Блокирован предвыборный штаб кандидата в президенты России В.В. Путина (помещение Горного института)

12 марта

Самара

Публичная акция в знак протеста против сформировавшейся системы фальсификации выборов около самарского офиса партии «Единая Россия»

12 марта

Санкт-Петербург

Антипутинский митинг с лозунгом бойкота выборов

12 марта

Омск

Акция у здания обладминистрации с призывом бойкотировать выборы президента

12 марта

Тамбов

Повторный пикет протеста против массовых нарушений избирательного законодательства «путинским режимом»

12 марта

Красноярск

Фестиваль андеграундной рок музыки «Рок против буржуев»

12 марта

Екатеринбург

Митинг против грядущих выборов у памятника Татищеву и Де Геннину

Ночь с 12 на 13 марта

Ульяновск

Группа лиц, похожих на национал-большевиков, разгромила офис регионального отделения партии «Единая Россия» и здание УФСБ

Ночь с 13 на 14 марта

Минск

На стенах Минского дворца молодежи и окрестных домов появились надписи, призывающие бойкотировать выборы

14 марта

Иркутск

На избирательном участке № 539 несколько нацболов демонстративно разорвали бюллетени и прокричали лозунги с призывом бойкотировать выборы

14 марта

Нижний Новгород

Несанкционированный митинг на Комсомольской площади с транспарантом «Ваши выборы — туфта!»

14 марта

Москва

Несанкционированный митинг на железнодорожном мосту над Боровским шоссе (Солнцево). Нацболы закрепили 18-метровую растяжку «Россия без Путина» и зажгли факелы

14 марта

Ижевск

Трое нацболов, получив бюллетени для голосования, порвали их со словами: «Честных выборов не будет!»

14 марта

Челябинск

На мосту возле БД Спиридонова, группа нацболов повесила 10-метровую растяжку «Россия без Путина»

14 марта

Израиль

НБП пикетировало избирательный участок, находящийся в здании российского консульства с растяжкой «Россия без Путина»

16 марта

Стокгольм

Шведскими нацболами была проведена символическая акция у российского посольства

19 марта

Нижний Тагил

Атака офиса «Единой России» яйцами, начинёнными краской. Листовки с лозунгом «Россия без Путина!»

20 марта

Саров

Группа неизвестных людей несколько часов атаковала местную городскую администрацию

21 марта

Екатеринбург

Группой неизвестных было атаковано американское консульство в Екатеринбурге

22 марта

Харьков

Традиционный траурный фестиваль левых сил

23 марта

Тверь

Атакована городская администрация

23 марта

Кишинев

Пикет

24 марта

Тула

Массовый митинг

26 марта

Самара

Захват офиса «Единой России»

28 марта

Тула

Санкционированный митинг

30 марта

Мурманск

Акция протеста у ворот норвежского консульства

31 марта

Екатеринбург

Семь нацболов приковали себя цепями к оконным решеткам на фасаде Камерного театра

31 марта

Красноярск

НБП и КПРФ провели акцию против легализации проституции

Январь 2005 года

9 января

Чебоксары

Пикет

9 января

Челябинск

Стенды с фотографией Путина и оскорбительной надписью

9 января

Краснодар

Пикет. Распространение газет

9 января

Калининград

Митинг в Гвардейске

9 января

Красноярск

Две акции

9 января

Воронеж

Митинг

9 января

Санкт-Петербург

Митинг памяти

9 января

Тюмень

Шествие с факелами

9 января

Петрозаводск

Пикет в защиту политических заключенных России

9 января

Иркутск

Митинг

10 января

Новосибирск

Появление листовок

11января

Сосновый бор

Неизвестными активистами, очень похожими на нацболов, был атакован офис «Единой России»

11 января

Рига

Группа национал-большевиков ворвалась в здание полиции безопасности.

12 января

Краснодар

Несанкционированный митинг возле здания ГУИН Краснодарского края в защиту политзаключенных НБП

12 января

Ижевск

Митинг против отмены льгот

13 января

Москва

Пресс-конференция «Запрет митинга протеста против фабрикации политических процессов, в защиту арестованных за демонстрацию 14 декабря 2004 года»

14 января

Самара

Пенсионеры, национал-большевики и коммунисты перекрыли проезжую часть Московского шоссе

15 января

Брянск

Несанкционированный митинг с использованием партийной атрибутики, распространением «Лимонки» и сбором подписей за освобождение Кленова

15 января

Санкт-Петербург

Участие в несанкционированных митингах против отмены льгот

15 января

Набережные Челны

Несанкционированный митинг против закона о монетизации льгот и реформ ЖКХ

16 января

Москва

Митинг в поддержку политзаключенных с участием представителей НБП

16 января

Саратов

Пикет в поддержку политических заключенных

16 января

Волгоград

Конференция на тему «Революционная обстановка», организованная КПРФ, участие национал-большевиков

17 января

Тюмень

Митинг против отмены льгот, в котором участвовали члены НБП

17 января

Калининград

Пикет под лозунгом «Свободу политическим заключенным!»

17 января

Самара

Пресс-конференция, посвященная массовым акциям протеста против монетизации льгот

17 января

Ставрополь

Участие в акции пенсионеров

18 января

Краснодар

Участие в санкционированном митинге против отмены льгот

18 января

Калининград

Национал-большевики и коммунисты провели акцию протеста у стен резиденции губернатора Калининградской области

18 января

Санкт-Петербург

Несанкционированное шествие пенсионеров по Суворовскому проспекту  под предводительством НБП

18 января

Калуга

Массовая акция протеста пенсионеров против отмены льгот. Возглавляли акцию протеста местные отделения НБП и КПРФ

18 января

Новосибирск

Пресс-конференция противников монетизации льгот. Участие представителей НБП

19 января

Ленинградская область

Выступление депутата, члена НБП Владимира Леонова перед пенсионерами

20 января

Саратов

Пикет возле въезда в областное правительство

20 января

Петрозаводск

Участие в пикете против монетизации льгот, организованном местными отделениями КПРФ и «Яблоко»

21 января

Барнаул

Массовые беспорядки

21 января

Воронеж

Шествие и митинг против отмены отсрочек от призыва для студентов и других категорий граждан

21 января

Калуга

Митинг в защиту политических заключенных

21 января

Оренбург

Акция протеста

21 января

Иркутск

Дискуссия на тему «НБП против сибирских писателей» (полемический клуб при журнале «Сибирь»)

22 января

Ставрополь

Участие в санкционированном митинге, проводимом КПРФ, против закона об отмене льгот

22 января

Иркутск

НБП совместно с КПРФ провели ряд санкционированных пикетов под лозунгом «Нет отмене натуральных льгот».

22 января

Красноярск

Участие в митинге в знак протеста против принятия закона об отмене льгот, организованном КПРФ

22 января

Чебоксары

Санкционированный митинг протеста против отмены льгот. Перекрытие дороги

22 января

Комсомольск-на Амуре

Акция протеста против отмены льгот

22 января

Новосибирск

Участие в шествии и митинге, организованных «Авангардом Красной Молодежи»

22 января

Москва

Участие в митинге в знак протеста против принятия закона об отмене льгот, организованном КПРФ

22 января

Нижний Новгород

Пикет против монетизации льгот

22 января

Арзамас

Митинг против монетизации льгот

22 января

Сосновый Бор

Участие в митинге протеста против монетизации льгот, организованном местным Обществом инвалидов и КПРФ

23 января

Самара

Участие в акции против отмены льгот

23 января

Ростов

Участие в митинге против отмены льгот

23 января

Краснодар

Митинг

23 января

Хабаровск

«Похороны льгот» на митинге протеста, организованном крайкомом и горкомом КПРФ

24 и 25 января

Ставрополь

Участие в пикетах, организованных КПРФ

25 января

Тамбов

Участие в акции протеста против монетизации льгот. Перекрытие дороги

25 января

Челябинск

Совместный митинг НБП и «Яблоко»

25 января

Волжский

Пресс-конференция, посвященная политическим заключенным

25 января

Санкт-Петербург

Массовые санкционированные митинги

25 января

Нижний Новгород

Участие в митинге

26 января

Воронеж

Митинг

26 января

Екатеринбург

Митинг протеста

27 января

Москва

Пресс-конференция

27 января

Ростов

Участие в пикете

27 января

Мурманск

Участие в «круглом столе»

27 января

Смоленск

Участие в митинге

27 января

Санкт-Петербург

Участие в митинге у Законодательного собрания

27 января

Иркутск

Митинг

28 января

Омск

Участие в митинге пенсионеров

28 января

Калининград

Санкционированный митинг

28 января

Липецк

Митинг. Перекрытие улицы

29 января

Москва

Участие в митинге

29 января

Великий Новгород

Участие в митинге

29 января

Кострома

Митинг

29 января

Брянск

Митинг

30 января

Санкт-Петербург

Акция протеста

30 января

Саратов

Митинг

30 января

Москва

Митинг

31 января

Тель-Авив

Акция протеста

31 января

Волгоград

Офис «Единой России» исписан граффити

31 января

Челябинск

Митинг в защиту учреждения культуры «Архив Кино»



Приложение 2 Краткие характеристика других молодежных движений в России



«Молодежное Яблоко» (ММЯ). Сайт: http://www.youth.yabloko.ru/ (не работает, находится на реконструкции).

Лидер — Иван Большаков (ранее — Илья Яшин).

Известные активисты: Ирина Воробьева.

Численность: около 150 человек, точных данных нет, в оптимистических цифрах называются 1000 человек, пессимисты говорят о 30 активистах.

Самые известные акции: забрасывание мемориальной доски Юрия Андропова на Лубянке, обритие наголо лидера движения Яшина во время акции против призыва в ВС РФ.

Политическая принадлежность: праволиберальная антиглобалистская организация.

Радикальность: умеренные.

Идеология: демократическая, блокирование с иными силами, даже противоположной идеологической направленности не исключается.

Освещение деятельности организации в СМИ: интенсивность публикаций об организации оценивается как средняя, общая оценка ММЯ — нейтральная (наряду с большой частью позитивных и информационных сообщений присутствуют и негативные публикации). Либеральная пресса относится к Молодежному «Яблоку» позитивно.

Известность: средняя, постоянные попытки пиара, которые приносят некоторую известность, которая отмечена только в Москве в политизированных кругах. Известность по 10-бальной шкале — 4.

«Оборона». Сайт: http://www.oborona.org.

Лидер: Илья Яшин.

Среди известных активистов: Ирина Воробьева, Иван Большаков, Сергей Жаворонков, Олег Козловский.

Численность: декларируемая — 2500 человек, реальная — от 100 до 300 человек.

Самые известные акции: выступления в защиту Ходорковского, митинги против Путина.

Политическая принадлежность: правые.

Идеология: отпочковавшаяся от ММЯ организация. Сугубо антипутинское движение, иной идеологии не имеет. Основная цель — «устранение группировки Путина от власти».

Радикальность: заявленные цели и методы сравнительно радикальны, но пока организация не проявила себя радикальными действиями.

Освещение в СМИ: интенсивность средняя, сравнимая с ММЯ, отношение СМИ в целом — сдержанно-нейтральное.

Известность: малоизвестна (по 10-балльной шкале — 3).

Оценка автора: В настоящее время практически все проводимые акции — совместные ММЯ и «Обороны». Разницы между этими двумя движениями практически не существует, многое (идеология, лидеры) совпадает. С начала апреля 2004-го по июнь 2005-го ММЯ и «Обороной» было проведено 48 акций. Из них девять (19 % от общего числа) прошли в апреле 2005 года. Многочисленность апрельских митингов связана с тем, что в начале месяца проходили заседания суда по «делу ЮКОСа». В конце же апреля ММЯ и «Оборона» организовали несколько пикетов посольства Белоруссии (как санкционированных, так и запрещенных официально). Пикетирования проходили из-за ареста в Минске Ильи Яшина и других активистов.

Так же большое количество акций было проведено в мае 2005 года (восемь, почти 17 % от общего числа). Этот факт так же можно связать с тем, что в конце мая зачитывался приговор по делу Ходорковского и Лебедева. Из всех акций 11 (что составляет примерно 23 %) были несанкционированны городскими властями либо закончились вмешательством милиции. Больше половины (55 %, 6 из 11) запрещенных акций проходило в апреле 2005-го. Это связано, как уже упоминалось выше, с пикетами и митингами в поддержку активистов, арестованных в Белоруссии. Большинство акций было проведено в Москве (40 из 48, что составляет 83 %), однако члены ММЯ и «Обороны » несколько раз выезжали и на акции в другие города. Активность ММЯ и «Обороны» последовательно возрастает. К примеру, в мае 2004 года была проведена одна акция, в мае 2005-го — восемь акций1.



(СНОСКА1 Анализ проводился на основе исследований публикаций СМИ, а также четырех блогов наиболее известных яблочников в «Живом журнале» (www.livejournal.com) — Ильи Яшина (yashin), Ирины Воробьевой (vorobieva_irina), Сергея Казакова (yellow_reporter) и бывшего участника «Обороны» Анастасии Каримовой (karisha777).)



«Молодежный левый фронт» (МЛФ). Сайт: http://www.leviy.ru/ (http://www.leviy.ru/news/mol_lev_front.htm)

Лидер: Илья Пономарев.

Среди известных активистов: Дмитрий Аграновский (от «Советской России»), Юрий Афонин (от СКМ РФ), Армен Бениаминов (от «Правды»), Илья Будрайтскис (от «Социалистического Сопротивления»), Мария Донченко (от АКМ), Ольга Казарян (от РКСМб), Андрей Карелин (от СКМ РФ), Константин Леонтьев (от Союза советской молодежи), Сергей Марский (от «Рабочей демократии»), Алексей Неживой (от «Левый.Ру»), Дмитрий Радчук (от «Социалистического Сопротивления»), Эдуард Рудык (от АКМ), Сергей Удальцов (от АКМ КПСС), Виктор Шапинов (от РКСМб).

Численность: определить трудно, так как входит большое количество левых организаций. По некоторым оценкам, общее число около 35 тыс. человек, в реальности активистов около 500 человек.

Самые известные акции: в годовщину нападения США на Ирак по центру Москвы прошел «Антивоенный марш»; общероссийский марш «Антикапитализм»; перекрытие Новой площади перед Администрацией президента РФ, «захват» Красной площади; первый «захват» Министерства здравоохранения и социального развития.

Политическая принадлежность: левые.

Идеология: объединение всех левых сил. Первоначально организациями-основателями МЛФ считаются СКМ РФ, АКМ, РКСМ(б) и «Социалистическое Сопротивление».

Радикальность: нерадикальные.

Освещение в СМИ: малоизвестная организация.

Известность: небольшая (по 10-балльной шкале — 3).

Молодежный СПС (МСПС). Сайт: http://youth.spsmoscow.ru.

Лидер: Денис Терехов.

Среди известных активистов: Анастасия Каримова.

Численность: движение в стадии становления, намерены до конца 2005 года создать организацию в 25–35 тысяч человек. В апреле 2005 года было объявлено, что за три недели МСПС было приведено в партию 3728 новых членов, а московское отделение МСПС насчитывало в мае около 500 человек. Однако эти цифры представляются чересчур завышенными. По оценочным данным, активисты составляют около 50 человек.

Самые известные акции: громких акций не было проведено ни одной.

Политическая принадлежность: правые.

Идеология: программа СПС.

Радикальность: низкая.

Освещение в СМИ: минимальное.

Известность: минимальная (по 10-балльной шкале — 1).

«Молодежная Родина» или Союз молодежи «За Родину». Сайт: www.mrodina.su.

Лидер: Сергей Шаргунов (ранее — Олег Бондаренко).

Среди известных активистов: Леонид Развозжаев, Михаил Бойко.

Численность: около 50 человек, сами лидеры говорили о том, что в организации состоит от 150 до 300 человек.

Самые известные акции: приводили живого козла на съезд «Единой России»; вручали в Лондоне сотрудникам Березовского билет на Колыму для Бориса Абрамовича; требовали отдать «яйца Вексельберга» народу.

Политическая принадлежность: лево-патриотическая.

Идеология: Идеология «Родины», в последнее время уклон в сторону оранжевых движений, рост революционных настроений.

Радикальность: скандальный характер действий движения, однако масштабно-радикальные действия не предпринимаются, акции носят эпатажный характер.

Освещение в СМИ: незначительное, сравнительно высокое в Интернете.

Известность: незначительная (по 10-балльной шкале — 2).

«Идущие вместе» — Общероссийская общественная организация содействия воспитанию молодежи. Сайт: http://www.idushie.ru.

Лидер: Павел Тараканов (ранее — Василий Якеменко).

Известных активистов: нет (если не считать до сих пор не покинувшего ряды движения Олега Кашина).

Численность: заявлено около 100 тыс. человек, однако в реальности не больше 500 активистов и 5 тыс. участников акций, сотрудничающих ради корыстного интереса.

Самые известные акции: провокация по передаче в газеты статей для публикации, в которых были закодированы фразы о том, что статья является проплаченной, выступления против Сорокина, громадные пропутиинские митинги с участием от 30 до 100 тыс. человек.

Политическая принадлежность: «ура-патриоты», поддерживающие власть.

Идеология: заявляются общечеловеческие ценности, такие как уважение к родителям и старшим, недопустимость убийства и истязания животных, недопустимость пьянства, недопустимость употребления и распространения наркотиков, недопустимость ругани, недопустимость националистической и шовинистической идеологии, стремление «быть лучше везде и во всем», по сути, лозунги, повторяющие лозунги пионерской организации в СССР.

Радикальность: низкая, но эпатажность акций высокая.

Освещение в СМИ: высокое по интенсивности, отношение к «Идущим» сугубо отрицательное.

Известность: высокая (по 10-балльной шкале — 9).

«Наши». Сайт: http://www.nashi.su/

Лидер: Василий Якеменко.

Среди известных активистов — Михаил Куликов, Мария Иконникова, Александр Городецкий.

Численность: заявляется о намерении набрать в организацию до 170 тыс. человек, в реальности автор считает, что актив «Наших» состоит из тех же 500 активистов, что работают на «Идущих вместе», а также из 5 тыс. участников акций, которые, в отличие от «Идущих» верят в декларируемые идеалы движения (в частности, на озере Селигер летний лагерь «Наших» собрал 3 тыс. человек).

Самые известные акции: митинг в День Победы «Наша Победа», в котором участвовали 60 тыс. человек.

Политическая принадлежность: «антифашисты».

Идеология: «Наши» намерены противопоставить молодежным движениям, выступающим против Путина, молодежь, стоящую на прогосударственных позициях, выступают против фашистских организаций, либералов, бюрократов, олигархов.

Радикальность: заявляется готовность к «сметанию оранжевых палаток». Часть организации позиционируется именно как «ударная», однако в реальности ударный кулак представляют собой футбольные фанаты.

Освещение в СМИ: относительно высокое по интенсивности, но отношение к «Нашим» отрицательное, хотя и не настолько, насколько у «Идущих вместе». В последнее время отношение СМИ к организации улучшается.

Известность: довольно высокая (по 10-балльной шкале — 7).

ВАЛ — всеобщая альтерглобалистская лига. Сайт: http://www.val-info.ru/

Лидер: неизвестен. Известный активист — Артем Еремин.

Численность: около 50 человек, из них активных — не больше 20.

Самые известные акции: Акция «Россия, мы с тобой!» на Смотровой площадке Воробьевых гор, акция против новых ревизионистов.

Политическая принадлежность: «патриоты».

Идеология: государственнический патриотизм, державность, альтернативный глобализм.

Радикальность: нерадикальны.

Освещение в СМИ: минимальное.

Известность: минимальная (по 10-балльной шкале — 1).

«Россия молодая». Сайт: http://www.rumol.ru.

Лидер: Максим Мищенко. Среди известных активистов — не известны.

Численность: около 50 человек, из них активных — не больше 20.

Самые известные акции: 12 июня на Красной площади одноименный праздничный концерт, посвященный Дню России.

Политическая принадлежность: умеренно-патриотическая.

Идеология: за развитие и укрепление образования и науки в России, за повышение их качества и конкурентоспособности.

Радикальность: нерадикальны.

Освещение в СМИ: очень скромное.

Известность: минимальная (по 10-балльной шкале — 1), существует путаница с предыдущей «Россией молодой», основанной еще Борисом Немцовым.

«Молодежное Единство». Сайт: http://www.moledin.ru.

Лидер: Александра Буратаева. Известных активистов — нет.

Численность: заявленная — около 60 тыс. человек, в реальности предполагается наличие 250–500 активистов по разным регионам России.

Самые известные акции: субботники.

Политическая принадлежность: «государственники».

Идеология: практически совпадает с пионерско-комсомольской идеологией СССР; заявленные цели гипертрофированы и приукрашены.

Радикальность: нерадикальны.

Освещение в СМИ: довольно значительное, однако заметное количество информации связано с выборами в Госдуму в 2003 году.

Известность: довольно высокая (по 10-балльной шкале — 9).

«Новые правые». Сайт: http://www.pravoe.ru. (не работает, находится на реконструкции).

Лидер: Владимир Шмелев. Известных активистов — нет.

Численность: заявлялось около 10 тыс. человек, точных данных нет, только заявления об амбициозных планах довести численность до 50 тыс. человек. Предполагается, что активистов не больше 100–150 человек. Несмотря на то, что «Новые правые» позиционируют себя как «взрослая партия», скорее всего, пока это все еще молодежное движение.

Самые известные акции: нет.

Политическая принадлежность: либералы.

Идеология: утверждение либеральных ценностей в сочетании с национальными традициями и принципами консерватизма.

Радикальность: нерадикальные.

Освещение в СМИ: «Новые правые» имеют репутацию «прокремлевского правого проекта», журналисты пишут об отсутствии их идеологии, в целом отношение скептическое, освещение деятельности — скромное, так как предоставляется мало информационных поводов.

Известность: всплеск в момент образования, потом узнаваемость снизилась (по 10-балльной шкале — 2).

«Я думаю» — Независимая ассоциация студентов. Сайт: http://www.yadumayu.ru.

Лидер: нет. Среди известных активистов: Михаил Пахомов, Антон Поминов, Илья Файбисович, Олег Талапов.

Численность: На сайте дан список 61 подписантов, но скорее всего, общая численность не больше 20 активистов.

Самые известные акции: студенческая акция «зеленое письмо» — против отмены отсрочек от призыва в армию.

Политическая принадлежность: либеральная.

Идеология: против войны в Чечне, против «Идуших» и «Наших», за свободу слова, против преследований по политическим мотивам, против терроризма. Декларируется отсутствие политических амбиций.

Радикальность: низкая.

Освещение в СМИ: минимальное.

Известность: минимальная (по 10-балльной шкале — 1).

«Хватит». Сайт: http://www.hvatit.info.

Лидер: Милосердов.

Численность: неизвестна, по мнению автора, от 3 до 20 человек.

Акции: нет.

Политическая принадлежность: реально организации не существует, носит виртуальный характер.

Идеология: четкой идеологи не существует, есть вкрапления коммунистических идей, поскольку лидер — представитель КПРФ.

Радикальность: За отсутствием акций радикализм организации определить невозможно.

Освещение в СМИ: практически отсутствует.

Известность: отсутствует (по 10-балльной шкале — 0,1).

Евразийский союз молодежи. Сайт: http://www.rossia3.ru — Сетевая Ставка Евразийского союза молодежи.

Лидер: Павел Зарифуллин. Известные активисты: Валерий Коровин, Юрий Горский.

Численность: не больше 100 человек.

Акции: харьковские подразделения Евразийского союза молодежи и Всеукраинской партии «Братство» устроили разгром местным лимоновцам, они были облиты оранжевой краской под угрозой физической расправы.

Политическая принадлежность: национал-большевизм.

Идеология: «забрать у Лимонова национал-большевизм», антиамериканские настроения и имперские амбиции.

Радикальность: средняя, но риторика крайне радикальная.

Освещение в СМИ: очень скромное, хотя на информационных ресурсах Интернета освещение достаточно заметное.

Известность: небольшая (по 10-балльной шкале — 2–3).

«Пора». Сайт: http://www.pora-info.com.

Среди известных активистов-координаторов: ранее — Андрей Сидельников (исключен), Иван Потапов, Станислав Яковлев, лидера не существует по идейным соображениям.

Численность: 3–5 человек.

Самые известные акции: нет.

Политическая принадлежность: либералы.

Идеология: непартийная политическая организация. Выступают против Путина: «нынешняя власть во главе с президентом Путиным и его чекистским окружением намеренно ведет страну к кровавой диктатуре под почвенническими и ура-патриотическими лозунгами». Цель — кардинальная смена внутриполитического курса в России, возобновление демократических свобод. За цветную революцию.

Радикальность: заявлена как радикальная, но за отсутствием акций определить радикальность невозможно.

Освещение в СМИ: не очень большое, но трудно поддается оценке в связи с существованием еще нескольких одноименных организаций в России и на Украине.

Известность: трудно поддается оценке, но небольшая, есть путаница с одноименными организациями (по 10-балльной шкале — 2).

«Идущие без Путина». Сайты: http://www.noputin.com; http://noputin.com/old.

Лидер: Михаил Обозов.

Численность: 3–4 человека.

Самые известные акции: в Санкт-Петербурге сожгли футболку с символикой «Наших». Акция протеста сопровождалась скандированием лозунгов «Нет нашизму!» и «Нашизм не пройдет!». У консульства Республики Белоруссия акция, направленная против действий белорусских властей и бездействия российского МИДа. Несколько человек, одетых в арестантские робы,развернули напротив консульства российский флаг. На робах протестующих было написано: «Российские узники режима Лукашенко» т «Преданные Россией». Пикет против политических репрессий в день вынесения приговора Михаилу Ходорковскому.

Политическая принадлежность: резко либеральные.

Идеология: направлены именно против персоны Владимира Путина («Освободи Россию от Пут!»), против авторитарного государства.

Радикальность: сравнительно радикальны, но в рамках УК.

Освещение в СМИ: значительное.

Известность: невысокая (по 10-балльной шкале — 3).



Приложение 3 Упоминаемость в СМИ молодежных организаций1



(СНОСКА1 Таблица составлена с использованием базы данных «Интегрум», проводился анализ упоминаемости аббревиатур названий молодежных организаций, также учитывалась известность аббревиатур, и дополнительно проводился анализ упоминаемости лидеров молодежных организаций и анализ упоминаемости полных названий молодежных организаций.)



Название организации

Период

Число упоминаний в СМИ

НБП

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

8312

«Идущие вместе»

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

2340

«Молодежное Единство»

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

1962

«Наши»

1 января 2005 – 1 июля 2005

516

Московское молодежное «Яблоко»

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

501

Союз молодежи «За Родину»

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

288

«Оборона»

1 января 2005 – 1 июля 2005

282

Молодежный левый фронт

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

231

«Новые правые»

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

187

«Пора»

1 ноября 2004 – 1 июля 2005

165

«Идущие без Путина»

1 ноября 2004 – 1 июля 2005

133

ЕСМ Дугина

1 ноября 2004 – 1 июля 2005

105

«Я думаю»

1 января 2004 – 1 июля 2005

61

ВАЛ

1 февраля 2005 – 1 июля 2005

61

Молодежный СПС

1 сентября 2003 – 1 июля 2005

47

«Россия Молодая»

1 февраля 2005 – 1 июля 2005

40



Приложение 4 Анализ протестной активности в связи с принятием закона о замене льгот на денежные компенсации

Общее количество акций против монетизации льгот, либо акций, где хотя бы одним из лозунгов был протест против замены льгот денежными компенсациями, оценивается в 429 с января по июль 2005 года. Максимальное количество выступлений было проведено в Москве (29). На втором месте — Ставропольский край, там прошла 21 акция.

Наибольшее количество выступлений прошло в январе 2005 года — 148 (почти 35 % от общего количества). Каждый последующий месяц количество акций уменьшается. Однако если в феврале–марте это количество снижалось довольно сильно (каждый месяц почти на 50 меньше, чем в предыдущий), то в апреле–июне разница минимальна. Это можно объяснить тем, что к акциям против замены льгот пенсионерам добавились и выступления противников реформирования ЖКХ.

Максимальное количество участников одной акции — 90 тыс. человек. Именно столько народу собралось в Перми на первомайском митинге (присутствовали лозунги против монетизации и реформы ЖКХ). Вообще же самой массовой получилась Всероссийская акция протеста 12 февраля против «антисоциальной политики правительства, партии «Единая Россия» и президента», когда акции и митинги прошли практически во всех субъектах федерации. В них приняло участие 243 500 человек.

Интересно, что 12 февраля кроме выступлений, приуроченных к всероссийской акции, проходили и митинги, направленные конкретно против монетизации. Общее количество участников всех вышеперечисленных выступлений составило около 300 тыс. человек. Именно 12 февраля зафиксировано также максимальное количество акций в одном городе (Новосибирск, 19 пикетов).

Минимальное количество выступающих — пять. Это участники голодовки Героев Советского Союза, которая проходила в июле в Москве. Второе место по малочисленности — акция в Ярославле, прошедшая 24 января. Тогда восемь пенсионеров пришли на главпочтамт города, чтобы переслать 200 рублей компенсации за отмену льгот президенту Путину.

Из всех акций 28 были запрещены либо разогнаны милицией. Общее количество несанкционированных мероприятий, конечно, значительно выше, однако большинство из них прошли относительно спокойно без вмешательства представителей правоохранительных органов.



Таблица 1

Количество акций протеста по месяцам

Месяц

Количество мероприятий

Январь 2005 года

148

Февраль 2005 года

100

Март 2005 года

57

Апрель 2005 года

39

Май 2005 года

37

Июнь 2005 года

31

Июль 2005 года

17

Всего

429



Таблица 2

Города, где наиболее часто происходили акции протеста

Город

Количество акций

Москва 

29

Ставрополь

21

Санкт-Петербург 

18

Нижний Новгород

11

Ижевск

10

Ростов-на-Дону

10

Пермь 

9

Самара

9

Уфа

9

Астрахань

8

Барнаул

7

Владимир

7

Екатеринбург

7

Красноярск

7

Саратов

7

Воронеж

6



Таблица 3

Акции протеста против монетизации льгот в январе 2005 года1



(СНОСКА1 Полностью статистические данные по акциям протеста против монетизации льгот зимой — летом 2005 года представлены на сайте «Кремль.Орг» в материале «Исследование протестной активности в 2005 году в связи с вступлением в силу закона №122-ФЗ». (http://kreml.org/other/92885482)).



Дата

Место проведения

Краткое описание

Количество участников

4 января

Пос. Развилка (Московская область)

Несанкционированный митинг

–

9 января

Уфа

Митинг, официально приуроченный к 100-летию «кровавого воскресенья»

4000

10 января

Альметьевск (Татарстан)

Акция протеста пенсионеров

1000

10 января

Барнаул (Алтайский край)

Пенсионеры вышли на улицы. По одним данным, акция протеста проходила стихийно, по другим — ею управляли барнаульские коммунисты

300

10 января

Самара

Пенсионеры провели акцию протеста

80

10 января

Химки (Московская область)

Митинг

300

11 января

Дзержинск (Нижегородская область)

Несанкционированный митинг протеста

400

11 января

Барнаул (Алтайский край)

Митинг протеста

500

11 января

Арзамас (Нижегородская область)

Несанкционированный митинг протеста

–

11 января

Стерлитамак (Башкирия)

Акция протеста

7000

11 января

Тольятти (Самарская область)

Митинг. Была перекрыта центральная улица

200

11 января

Барнаул (Алтайский край)

Акция протеста

300

11 января

Альметьевск (Татарстан)

Пенсионеры провели акцию протеста

300

12 января

Пос. Скоропусковский (Московская область)

Пенсионеры перекрыли движение

200

12 января

Видное (Московская область)

Митинг

250

12 января

Долгопрудный (Московская область)

Митинг

250

12 января

Московский (Московская область)

Несанкционированный митинг. В отношении троих возбуждено административное производство

150

12 января

Подольск (Московская область)

Митинг

450

12 января

Ижевск (Удмуртия)

Пенсионеры заблокировали одну из центральных улиц. Митинг 

3000

12 января

Новокуйбышевск (Самарская область)

Митинг

100

12 января

Чапаевск (Самарская область)

Акция протеста.

100

12 января

Самара

Массовые несанкционированные акции протеста: пенсионеры перекрыли на два часа движение на одном из самых оживленных перекрестков города; митинг; пикет

200

500

200



13 января

Тула

Активисты регионального отделения партии Пенсионеров начинают сбор подписей

–

13 января

Ярославль

Несанкционированный митинг протеста

300

13 января

Красногорск (Московская область)

Пенсионеры перекрыли участок Волоколамского шоссе. Несанкционированный митинг

300

13 января

Владимир

Санкционированный митинг. По окончании мероприятия пенсионеры вышли на проезжую часть

300

13 января

Старый Оскол (Белгородская область)

Пенсионеры блокировали движение автомобилей и трамваев на одном из самых оживленных перекрестков в центре города. Несанкционированный митинг

2000

14 января

Рыбинск (Ярославская область)

Пенсионеры перекрыли движение на центральной улице. Санкционированный митинг

200

14 января

Новосибирск

Акция

15

14 января

Вышний Волочек



Перекрыто движение автомобильного транспорта

250

14 января

Нижний Новгород

Митинг

100

14 января

Пенза

Митинг. Пенсионеры вышли на центральную улицу города и перекрыли ее в нескольких местах

1500

14 января

Санкт-Петербург

Стихийный митинг

От 200 до 300

15 января

Тверь

Пенсионер 1959 года рождения избил контролера трамвайно-троллейбусного управления

–

15 января

Псков

Массовый митинг

3000

15 января

Санкт-Петербург

Пенсионеры вышли на Невский проспект, полностью перекрыв движение транспорта

4000

15 января

Химки (Московская область)

Санкционированный митинг

600

15 января

Казань (Татарстан)

Пенсионеры перекрыли одну из центральных транзитных улиц города Несанкционированный митинг

300

16 января

Санкт-Петербург

Пенсионеры перекрыли движение по Невскому проспекту и Садовой улице

1000

16 января

Ставрополь

Несанкционированный митинг

800

17 января

Липецк

Несанкционированная акция протеста

200

17 января

Южно-Сахалинск

Пикет

100

18 января

Карачаево-Черкесия

Отставка правительства республики

–

18 января

Калуга

Массовая акция протеста

1000

18 января

Краснодар

Акция протеста. Протестующие блокировали автомобильное и трамвайное движение

Несколько сотен

18 января

Казань

Демонстрация

–

18 января

Самара

Пенсионеры перекрыли Московское шоссе

Несколько десятков

18 января

Воронеж

Жалоба с требованием отменить закон о монетизации была направлена воронежской общественной организацией «Союз льготников» в Конституционный суд РФ

–

18 января

Шадринск (Курганская обл.)

Митинг

1000

19 января

Владимир

Пикет

100

19 января

Чита

Пикет

1500

19 января

Ижевск

Стихийный сбор пенсионеров

Несколько сотен

19 января

Екатеринбург

Студенты и школьники организовали flash-mob

–

19 января

Москва

Пикет Дома правительства

30

20 января

Владимир

Пикет

100

20 января

Чита

Администрация города Читы обратилась в прокуратуру Центрального района города для выяснения правовой оценки действий организаторов митинга, который прошел около здания администрации области 19 января

–

20 января

Санкт-Петербург

Несанкционированная акция протеста

30

20 января

Бийск

Пенсионеры и студенты, протестуя против отмены льгот, перекрыли основные транспортные магистрали

3000

20 января

Самара

Пенсионеры перекрыли одну из главных улиц города

60

21 января

Архангельск

Несанкционированный митинг

100

21 января

Ставрополь

Митинг, посвященный 62-й годовщине освобождения Ставрополя от немецко-фашистских оккупантов. Выступая на митинге, губернатор коснулся проблемы монетизации льгот

–

21 января

Иваново

Митинг против монетизации льгот

2500

21 января

Челябинск

Пикетирование офиса челябинского регионального отделения ВПП «Единая Россия»

300

21 января

Петропавловск-Камчатский

Митинг

–

21 января

Москва

Члены фракции «Родина» объявили бессрочную голодовку

–

22 января

Москва

Санкционированный митинг коммунистов

2000

22 января

Самара

Санкционированный массовый митинг

От 4000 до 6000

22 января

Орел

Митинг, после него более 200 человек перекрыли центральную трассу

3000

22 января

Уфа

Перекрытие главной улицы города

Порядка 5 тыс. человек

22 января

Красноярск

Митинг, закончившийся потасовкой. Несанкционированное шествие по улицам города

От 200 до 1000

От 50 до 500

22 января

Одинцово

Митинг

500

22 января

Тверь

Митинг

2000–3000

22 января

Ставрополье

Митинг

От 500 до 1000

22 января

Пятигорск

Митинг

Несколько сотен

22 января

Казань

Митинг

200

22 января

Волгоград

Акция «Прямой микрофон»

500

22 января

Чебоксары

Митинг

100

22 января

Хабаровск

Митинг

500

22 января

Апатиты (Мурманская обл.)

Пикет

–

22 января

Новосибирск

Митинг

300

23 января

Ростов-на-Дону

Митинг

–

23 января

Мурманск

Митинг

Несколько тысяч

23 января

Казань

Митинг

100

23 января

Краснодар

Санкционированный митинг

От 300 до 500

23 января

Черкесск

Митинг

200

23 января

Биробиджан

Митинг

Несколько тысяч

23 января

Набережные Челны

Митинг

4000

23 января

Ногинск

Прошёл санкционированный митинг, посвящённый 81-й годовщине смерти В.И. Ленина. Было собрано более 300 подписей против отмены льгот в натуральном виде

-

24 января

Майкоп (Адыгея)

Митинг

Несколько сот

24 января

Ставрополь

Акция протеста.

500

24 января

Южно-Сахалинск

Предприниматели требуют установить во всех автобусах единый тариф — 10 рублей и отменить льготы

–

24 января

Ярославль

Акция

8

24 января

Астрахань

Два несанкционированных митинга

300

50

25 января

Белгород

Акция протеста

5000

25 января

Санкт-Петербург

Санкционированный митинг

4000

25 января

Сыктывкар (Коми)

Акция

2000

25 января

Томск

Митинг

200

25 января

Курган

Акция протеста

200–300

25 января

Ставрополь

Пикет

300

25 января

Нижний Новгород

Акция

3500

25 января

Владимир

Митинг

От 600 до 1000

25 января

Пермь

Акция протеста

1500

25 января

Ковров

Митинг

1000

25 января

Мурманск

Пикет студентов

–

26 января

Владимир

Митинг

От 600 до 1000

26 января

Воронеж

Митинг

2000

26 января

Холмский район (Сахалин)

Пенсионеры взяли штурмом районную администрацию

200

26 января

Находка

Митинг общественности города

1500

26 января

Санкт-Петербург

Акция

700

26 января

Екатеринбург

Массовый митинг протеста

1000

26 января

Якутск

Митинг

–

26 января

Калининград

Митинг студентов

50

27 января

Саранск

Митинг

5000

27 января

Киров

Акция протеста

1000

27 января

Архангельск

Пикет

–

27 января

Владимир

Митинг

500

27 января

Иркутск

Митинг Национал-Большевистской партии

300

27 января

Ставрополь

Митинг в поддержку закона о монетизации

500

27 января

Якутск

Пикет

100

27 января

Калининград

Несанкционированная акция протеста

–

27 января

Псков

Массовый митинг протеста

1500

27 января

Котлас (Архангельская обл.)

Митинг

–

27 января

Архангельск

Митинг

200

27 января

Омск

Пикет

От 2000 до 3000

29 января

Георгиевск (Ставропольский край)

Митинг

400

29 января

Лермонтов (Ставропольский край)

Митинг

Несколько тысяч

29 января

Великий Новгород

Митинг

2000

29 января

Калининград

Митинг

30

29 января

Москва

Акции протеста

500

29 января

Москва

Митинг

От 100 до 500

29 января

Москва

Митинг

200–250

29 января

Улан-Удэ

Митинг

2000

29 января

Брянск

Акция

500

29 января

Пенза

Санкционированный митинг

1500

29 января

Мурманск

Информационный пикет

100

29 января

Ухта (Коми)

Митинг

500

29 января

Санкт-Петербург

Шествие, митинг

3000

30 января

Кумертау (Башкирия)

Санкционированный митинг

800

30 января

Самара

Акция протеста

200

30 января

Нарьян-Мар (Ненецкий АО)

Автопробег

30 человек на 14 машинах

30 января

Кавалерово (Приморье)

Митинг

2000

30 января

Саратов

Митинг студентов и пенсионеров

–

31 января

Находка

Стихийный митинг и перекрытие центральной городской автодороги

–

31 января

Смоленск

Пикет

300



От автора



Автор выражает благодарность



Надежде и Виктору Данилину — за все.



Анжеле Данилиной, которая смогла это вынести.



Глебу Павловскому, благодаря которому книга увидела свет.



Михаилу Кордонскому, который написал предисловие к книге, рецензировал текст и высказал много важных замечаний, которые можно встретить в тексте в виде отдельных вставок.



Дмитрию Коровину, Илье Богачеву, Анастасии Ипатовой, которые внесли неоценимый вклад в составление приложений.



Редакции и авторам экспертного портала «Кремль.Орг», на основании материалов которого во многом построена эта книга.



Всем читателям этой книги, доброжелательным и не очень.