Достоверность социологического знания

ДОСТОВЕРНОСТЬ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ


План



Проблема достоверности социологического знания. Эпистемология

Социологическое знание: факты, проблема, гипотеза, теория

Принципы социологического исследования

Литература


Проблема достоверности социологического знания. Эпистемология



Проблема достоверности — это то же самое, что и проблема познаваемости, проблема истинности знания. Именно получение достоверного знания является целью научного исследования, идеалом научной деятельности. И утверждение о том, что социология — это научное знание об обществе, рассматривалось как признание достоверности социологического знания, для достижения которого используются особые средства и методы исследования.

Проблема достоверности (познаваемости, истинности) знания относится к кругу проблем так называемой эпистемологии. Последняя означает, как отмечалось ранее, "учение об истинном, подлинном знании" и выступает как теория познания, или гносеология (переводится как "учение о знании"). "Теория познания, гносеология, эпистемология, — читаем в словаре, — раздел философии, в котором изучаются проблемы природы познания и его возможностей, отношение знания и реальности, исследуются всеобщие предпосылки познания, выявляются условия его достоверности и истинности". Однако приписывать проблемы теоретико-познавательные (гносеологические, эпистемологические) только философии было бы неверно, как неверно считать, что и онтология, и методология принадлежат только философии. И если есть частно-научные онтологии и методологии, то существуют и частно-научные теории познания, которые принято называть эпистемологией (в отличие от гносеологии, под которой обычно понимают философскую теорию познания).

Какой круг вопросов рассматривается социологической эпистемологией, как они решались? Соответственно, как изменялось представление о научности социологии, достоверности социологического знания?

Проблемой научности (достоверности) социологического знания был озабочен еще ее основоположник Огюст Конт (как, впрочем, и его учитель — Сен-Симон). Проект О.Конта, который, он не смог реализовать, состоял в том, что "наука об обществе" (социология) должна строиться по образцу естественных наук. Это означало, что она должна быть объективной (непредвзятой), строго придерживаться фактов (а посему — быть эмпирической наукой), фиксировать и анализировать общественные явления как вещи (то есть не учитывать сознательность человеческих действий, "духовность" общественного). Перечисленные характеристики выступали как необходимые условия получения достоверного знания, как критерии научности, соответствующие так называемому классическому (ньютоновскому) типу. Как видим, в данном случае имеется соответствие представлений о свойствах изучаемого объекта (они понимаются как вещи, то есть как объекты, а не как субъекты) представлениям о способах познания, познавательных средствах (они должны обеспечивать объективность) и о характере получаемого знания (оно должно быть объективным, истинным). Другими словами, имеет место полное совпадение онтологической, методологической и эпистемологической позиций.

Дальнейшее изменение взглядов относительно того, что считать достоверным социологическим знанием, связывают обычно с именами Э.Дюркгейма и М.Вебера. Первый уточнил представление о фактах, которые должны быть в поле зрения социолога — это социальные факты, под которыми он понимал коллективные представления. Именно последние выступали как реальность, которую социолог должен изучать объективными методами. Уточнение классических представлений об изучаемых наукой объектах состояло, как видим, в том, что, во-первых, объект — не единичное, а коллективное образование; во-вторых — это не вещь, а представление. Однако основной критерий научности остается — объективность (истинность) социологического знания, получаемого научными (непредвзятыми) средствами. При этом Э.Дюркгейм критикует О.Конта, который лишь провозгласил научность социологии, но не сделал ее научной.

Макс Вебер сохранил представление о специфике изучаемой социологом реальности в том плане, что признавал субъективно-ценностную природу последней, составляющую суть культурных (в отличие от природных) явлений. Он был представителем "понимающей" социологии, использующей субъективно-ценностную методологическую стратегию. Но понимание культурно-ценностной реальности для М.Вебера носит объективно-научный каузальный (причинный) характер. "Субъективные" предпосылки познания в науках о культуре (к которым М.Вебер относил и социологию, и историю) в виде ценностных идей исследователя обусловливают выбор исследовательских проблем, определение того, что является важным. Только в этом, по мнению М.Вебера, состоит "личный" момент научного труда, представляющий собственно ценное в нем и свидетельствующий об отражении в нем "личности" автора. "Следовательно, — пишет М.Вебер, — познание в науках о культуре так, как мы его понимаем, связано с "субъективными" предпосылками в той мере, в какой оно интересуется только теми компонентами действительности, которые каким-либо образом — пусть даже косвенным — связаны с явлениями, имеющими культурное значение. Тем не менее это, конечно, — чисто каузальное познание, совершенно в таком же смысле, как познание значимых индивидуальных явлений природы, которые носят качественный характер".

Итак, изучаемый социологом мир — субъективно-ценностные идеи — познается объективно-научным способом. Субъективная методология здесь сосуществует с "объективной" эпистемологией. В рамках "объективности" познания культуры М.Вебер решает и другой важный для эпистемологии вопрос: "каковы логическая функция и структура понятий, которыми пользуется наша, как и любая другая, наука? Или, если сформулировать вопрос точнее, обращаясь непосредственно к решающей для нас проблеме: каково значение теории и образования теоретических понятий для познания культурной действительности?"

М.Вебер, действительно, высоко поднял планку значимости теории и логических категорий в социологических исследованиях, указав на познавательную ценность так называемых "идеальных типов". Именно последние (например, понятия "индивидуализм", "империализм", "меркантилизм", "феодализм", "капиталистическая культура") значительно расширяют возможности эмпирической науки и выступают как "средство для вынесения правильного суждения о каузальном сведении элементов действительности".

Итак, продолжая использовать критерий научности (достоверности, истинности) применительно к социологическому знанию, М.Вебер понимал научность несколько иначе, чем основоположники социологии, приближая это понимание к так называемому неклассическому типу.

Достоверность социологического знания оспаривается в различного рода "постмодернистских" социологических направлениях (леворадикальной и феноменологической социологиях, в социологическом радикализме). Здесь субъективной методологии вполне соответствует субъективистская эпистемология, происходит отказ от самого критерия научности. Достижение истинного знания перестает быть идеалом социологической деятельности.

Отказ от возможности получения социологией: достоверного знания совершенно справедливо рассматривают как свидетельство ее кризиса. Преодоление кризиса видят в том, чтобы сохранить основные принципы научности, утвердить способы, обеспечивающие получение достоверного знания в процессе социологического исследования. В этом плане значительный интерес представляют дебаты вокруг предложенной современным английским социологом Уильямом Аутвейтом концепции "социологического реализма". И хотя "новому реализму, — как отмечается в литературе, — предстоит еще проделать большую работу", социологические исследования, основанные на научных принципах и использующие научные средства и способы, утверждаются и получают все большее распространение в различных обществах. Что касается принципиально новой, "качественной" социологии, которая игнорирует "строгие" научные методы, то ее право на существование требует более убедительного обоснования.

Социологическое знание: факты, проблема, гипотеза, теория



За социологическое знание часто выдают различные данные об общественных явлениях, полученные в результате целенаправленного сбора информации. Последняя может быть получена в результате опросов, знакомства с литературными источниками, путем личного наблюдения и т.д. Следует, однако, отдавать отчет в том, что социологическое (научное) знание — это совокупность различных форм (частей, компонентов) знания: факта, проблемы, гипотезы, теории. Взаимодействие этих форм характеризует социологическое знание и социологическое исследование, проводимое с целью его получения.

Сбор различного рода данных, необходимых для принятия тех или иных решений, для осуществления деятельности в той или иной сфере может осуществляться профессионально, посредством специальных методов. Это, однако, не довод в пользу того, что получаемая такого рода информация — социологическое знание. Так, массовые опросы, проводимые с различного рода практическими целями (например, выявления эффективности средств массовой информации, "зондаж" общественного мнения для предсказания поведения избирателей, опросы потребителей для повышения конкурентоспособности фирмы и т.д.), относят к так называемой "демоскопии".

Социологический характер знания обусловлен используемым категориальным аппаратом, содержанием теорий, значимость которых обнаруживается не только при формулировании проблемы и выдвижении гипотез, но и при фиксировании таких элементарных компонентов социологического знания, как факты (лат. factum — сделанное, свершившееся). Научный факт не есть само событие либо явление. Это знание о том или другом, установленное научным способом. Принято считать, что социолог имеет дело с социальными фактами. Такого рода факты могут характеризовать поведение индивида или социальной группы, состояние их сознания, их настроения или мнения. Социальным фактом может быть характеристика состояния предметно-вещественной среды (например, неразвитость обслуживающей сферы, недостаток транспортных средств, неблагоприятное экологическое состояние). Однако установление того или иного социального факта предполагает использование определенных теоретических представлений, некоторую интерпретацию природы изучаемого объекта. Например, исследуют политическую активность населения и устанавливают низкий ее уровень. Но установлению этого факта предшествует понимание того, что такое "политическая активность", что можно считать низким или высоким ее уровнем и т.д. "Факт" фиксируется посредством социологических категорий и интерпретируется в соответствии с имеющимися по данному вопросу теоретическими представлениями.

Как пишет В.Ядов, "описание и обобщение социальных явлений осуществляется в научных понятиях, и если это понятие социологического знания, то соответствующие социальные факты могут быть названы фактами "социологическими".

Как видим, социологический факт обусловлен имеющимися научными понятиями и, следовательно, той или иной социологической теорией, в рамках которой понятия, как уже отмечалось, имеют определенный смысл. Для уяснения природы социологического факта имеет также значение то, что факты — это "обоснованное знание", которое получено путем описания отдельных фрагментов реальной действительности в некотором строго определенном пространственно-временном интервале". Последнее означает следующее: установление, к примеру, факта низкой политической активности предполагает указание на то, какая конкретно часть населения имеется в виду (страны, региона, города, определенной социальной группы и т.д.) и в какой период времени.

Что касается того, что факт — обоснованное знание, то это же можно сказать и о других частях (компонентах, формах) социологического знания — о проблеме и гипотезе. Их обоснование, как и обоснование факта, осуществляется посредством обращения к какой-либо социологической теории, предполагающей использование соответствующих категорий.

Проблема в самом простом ее понимании — это вопрос, на который нужно ответить, но знаний для ответа недостаточно. Для этого и проводится исследование. И если неясно, что хочет исследователь (то есть на какой вопрос он собирается отвечать, какое знание ему следует добывать), то нет смысла исследование проводить. Проблема тем отличается от задачи, что для решения последней знания имеются, следует только их использовать, чтобы ответить на поставленный вопрос. Но если ставится проблема, то знания нужно найти, добыть. Не случайно проблема буквально означает "преграда" (в переводе с греческого). В основе проблемы, как считается, лежит какое-либо противоречие: между фактами, между фактами и способами объяснения, между потребностями и возможностями их удовлетворения и т.д. Научная проблема формулируется и осмысливается в рамках уже имеющихся научных понятий и теорий.

Соответственно социологическая проблема выражается языком социологии и свидетельствует об уровне ее развития, наличии соответствующих теорий. Например, формулирование социологических проблем, касающихся конкретных сфер общественной жизни, определенных социальных групп или процессов стало возможным лишь тогда, когда возникли теории среднего уровня (частные, специальные социологические теории) или теории отраслевой, "проблемно-ориентированной" социологии.

Следует также иметь в виду, что сформулированная проблема может в ходе исследования конкретизироваться, дифференцироваться (подразделяться) на ряд более частных проблем. Она может также уточняться, видоизменяться. Тем не менее ее формулирование необходимо, ибо оно ориентирует исследователя, делает исследование осмысленным и целенаправленным. Значимость проблемы в социологическом исследовании состоит также в том, что характер проблемы обусловливает и характер исследования: является ли оно теоретическим (точнее, научным, то есть проводимым с сугубо научными целями, направленным на решение выявленных в ходе развития науки противоречий) или же прикладным и стимулируется необходимостью разрешения некоторого противоречия, возникшего в процессе практической деятельности (о прикладных социологических исследованиях), например, между необходимостью повышения эффективности производства и отношением рабочих к труду.

Слово гипотеза переводится как "предположение" (с греческого). Действительно, под гипотезой понимают предположение, истинность которого следует доказать. Однако научная гипотеза в той или иной степени обоснована. Это относится и к социологическим гипотезам, относительно которых Н. Смелзер, например, пишет следующее: "Гипотезы не являются ни с чем не связанными идеями. Они всегда основаны на одной или нескольких теориях". Гипотезы должны формулироваться таким образом, чтобы их можно было либо доказать, либо опровергнуть. Проверяемость гипотез является необходимой их характеристикой. Гипотеза проверяется различными способами и, в частности, путем обращения к фактам, обнаруженным в ходе исследования. При этом несоответствие выдвинутой гипотезы фактам — это также научный результат, который может иметь не меньшее значение, чем установление соответствия.

Так, ленинградские социологи, проводившие во второй половине 60-х годов изучение отношения к работе молодых рабочих промышленных предприятий г. Ленинграда, столкнулись со следующим обстоятельством: гипотеза о том, что более высокий общеобразовательный уровень рабочих будет свидетельствовать и о более высоких показателях в работе ("объективное отношение к труду"), не подтвердилась. Оказалось, что лучшие результаты были у рабочих, имеющих 7 — 8 классов образования (в сравнении с теми, которые окончили 10—11 классов). Гипотеза была основана на предыдущем изучении влияния образовательного уровня на трудовую деятельность рабочих, проведенном академиком Струмилиным еще в 30-х годах. Однако гипотеза требовала уточнения: указанная связь проявлялась по-разному в зависимости от характера рабочего места, сложности выполняемой работы (ее квалифицированности), стажа, работы на предприятии, от того, какая жизненная ориентация сопутствует определенному уровню образования и т.д. "Отрицательный результат" стимулировал множество исследований, которые дали возможность получить информацию, необходимую для решения важной социальной проблемы — приобщения молодых рабочих к труду.

Наконец, "последняя" форма (компонент, часть) социологического знания — теория — комплекс взглядов и идей, которые дают возможность истолковывать и объяснять факты. О теории уже говорилось немало — и в связи с методологией и характеристикой социологических категорий, и в связи с выяснением того, что такое факт, проблема и гипотеза. Необходимость неоднократного обращения к теории свидетельствует о том, что теория — весьма значимая форма знания, которую не случайно считают "высшей, самой развитой формой организации научного знания".

В настоящее время в социологии функционирует множество теорий, относящихся либо к общей социологии, либо к различным ее отраслям: теории аномии (Мертон, Дюркгейм), социального конформизма (Хорни, Фромм), социальной установки (Знанецкий, Оллпорт), массовой культуры (Паркер, Рисмэн), классов (Маркс, Вебер), бюрократии (Вебер, Гоулднер) и др. Знание социологических теорий необходимо для профессиональной социологической работы, оно является важным условием не только для успешной исследовательской работы, но и для грамотного решения задач, с которыми приходится иметь дело социологу-практику.



Принципы социологического исследования



В учебной социологической литературе при характеристике социологического исследования как исследования научного ссылаются иногда на принцип причинности (causation). "Причинность" (causality) означает наличие такой связи между явлениями, при которой одно явление (причина) вызывает (порождает), определяет или изменяет другое (следствие). Принцип причинности как научный принцип выступает как норма научной деятельности, побуждающая исследователя объяснять выявленные факты, явления, отвечая на вопрос "почему?".

Однако причинная связь между явлениями есть лишь частный случай взаимосвязи. В большинстве случаев социолог выявляет не причинно-следственную связь, а различного рода взаимодействия и зависимости между явлениями, которые называют корреляциями. Под корреляцией понимается "функциональная зависимость между двумя переменными величинами, которая характеризуется тем, что каждому значению одной из них соответствует вполне определенное значение другой". Например, большему возрасту рабочих, как правило, соответствует больший стаж, для больших городов характерна большая политическая активность, а уровень квалификации у женщин-работниц в среднем ниже, чем у мужчин, и т.д. Связь между характеристиками может быть более тесная и менее тесная, прямая и обратная. В первом случае Увеличение одной характеристики предполагает увеличение другой (например, возрастание), во втором — увеличение одного означает уменьшение другого, например, более высокому общеобразовательному уровню (исследование молодых рабочих Ленинграда) соответствовало падение интереса к работе.

Как видим, социолог фиксирует многообразные связи между так называемыми переменными, под которыми понимаются различные характеристики или "признаки", принимающие несколько значений. К переменным относятся не только количественно измеряемые характеристики (возраст, стаж, образование и т.д.), но и такие, как принадлежность к социальному классу, допускающая дифференциацию (рабочий класс, крестьяне, средний класс и т.д.), членство в партии, пол и др. Переменные делятся на зависимые и независимые. Первая — это та, которая испытывает влияние других явлений, вторая сама оказывает влияние. Однако одна и та же переменная в одном случае может быть зависимой, в другой — независимой. Например, образование при изучении того, как оно влияет на культурные интересы, является независимой переменной (в сравнении с культурными интересами). При исследовании влияния места жительства (город, село) на образование последнее выступает как зависимая переменная.

Возвращаясь к принципам социологического исследования и учитывая сложившуюся практику исследования, целесообразно признать, что точнее говорить не о принципе причинности, а о принципе детерминизма (лат. determinare — определять). Фактически это общенаучный принцип, который предполагает детерминизм, "наличие разнообразным объективно существующих форм взаимосвязи явлений, многие из которых выражаются в виде соотношений, не имеющих непосредственно причинного характера, то есть прямо не содержащих в себе моментов порождения, производства одного другим... особенно важными в современной науке оказываются вероятностные соотношения, формулируемые на языке статистических распределений и законов".

Статистические распределения и законы имеют особо важное значение для социологии, ибо она занимается преимущественно так называемыми "массовыми процессами". "Отдельные события" социальной действительности, как правило, являются элементарными "частичками" массового процесса. Задача социолога — отделить индивидуальные различия, имеющие систематический характер, от случайных и тем самым описать устойчивые свойства данного процесса.

Действительно, если то или иное событие является единичным, не принимает характер типичного, повторяющегося, оно не должно становиться объектом внимания социолога, хотя может быть таковым и для психолога, и для медика, и для юриста. Кроме того, социальные факты как элементы социологического знания — это "по преимуществу социально-статистические обобщения".

Последнее обстоятельство важно учитывать и для понимания другого принципа социологического исследования — принципа генерализации, что буквально означает "обобщение". На обобщающую роль социологии указывали многие классики социологии. Однако важно уяснить себе, в чем специфика данной роли в сравнении с другими общественными науками, которые также являются "генерализирующими" в отличие от "индивидуализирующих", то есть в отличие от исторической науки и гуманитарного знания.

Генерализирующий принцип социологического исследования характеризуется тем, что социология изучает "родовые свойства" общественных явлений (выражение П.Сорокина). Но выявление "родовых свойств" не есть просто констатация общего в явлениях, внутренне не связанных друг с другом. "Родовой" характер свойств обусловлен принадлежностью индивидуальных общественных явлений к единому общественному организму, целостной социальной системе, проявлением которой они являются.

Специфика социологической генерализации удачно "схвачена" представителем российской социальной философии и социологии С.Франком  в следующих рассуждениях: "если закон природы, выражая простую необходимую связь двух моментов, выражается в формуле: "если есть А, то есть и В", то закон общественного бытия (как и всякого органического бытия вообще) требует более сложной формулировки: "Единство и определенная (количественная и качественная) система или группировка элементов А, В, С, D необходимо взаимно связаны между собой". Но так как, по мнению С.Франка, в этой единой системе действуют и силы чуждые, индифферентные, даже прямо враждебные ей, закономерность в общественной жизни — это "некоторая общая тенденция, нормальный тип, вокруг которого, с уклонениями и колебаниями в разные стороны, развивается конкретное многообразие реальной жизни".

Социологическая генерализация, означающая понимание места индивидуального явления в общественном целом, как видим, связана со статистическим характером социального факта. Не каждому индивидуальному явлению присуши родовые свойства, типичные для целостного социального организма характеристики. Такие явления (нетипичные для социального целого) и не могут быть объектом социологического изучения. Но те явления, которые эти (типичные) свойства содержат (и в той степени, в которой свойства содержатся), становятся предметом социологического анализа.

Отнесение малого к "большому", рассмотрение "личного" в контексте общественного — это то, что, по мнению Райта Миллса (которого в настоящее время относят к классикам социологии наряду с Э.Дюркгеймом, К.Марксом, М.Вебером и др.), характеризует "социологическое воображение". Функция последнего, состоит в приведении общественных явлений к "общему знаменателю". Индивидуальные проблемы (их Р.Миллс обозначает термином "личные заботы") "надо переинтерпретировать в терминах общественных проблем и исторических событий... на этом и основывается социологического воображение".

Профессиональное, интеллектуальное мастерство социолога состоит в том, чтобы в каждом конкретном случае, при решении той или иной исследовательской задачи определить "пределы обобщения". К какому социальному целому следует отнести изучаемое явление при его объяснении, какой временной и пространственный интервал следует мысленно охватить? Например, объяснение такого явления, как "большевизм", иногда связывают с исторически складывающимся общинным характером российской жизни или с менталитетом российского народа (Н.Бердяев), гитлеризм со специфическими социокультурными особенностями, сложившимися в Германии еще в период правления Фридриха II, и т.д. Насколько это корректно? Ответ на данные и аналогичные вопросы предполагает наличие развитой интуиции социолога, его разнообразных познаний.

Или, к примеру, как далеко должен "простирать свой взор" социолог, призванный "изучить состояние дел" на отдельном предприятии, в определенном регионе, конкретной хозяйственной отрасли? Но в том, очевидно, и состоит мастерство, живительная сила творчества социолога (в отличие от "ремесленной практики" — выражение Р.Миллса), что он в каждом отдельном случае сам должен принять решение по этому поводу, подключив к исследованию свою интуицию и свое воображение. В любом случае социологическое исследование означает выход за пределы непосредственно изучаемого явления (хотя бы для того, чтобы убедиться, что оно не есть чисто единичное) и потому сформулированная относительно его проблема в принципе решаема средствами социологии.




Литература



1. Вебер М. Наука как призвание и профессия // Избранные произведения. – М.,2004

2. Гидденс Э. Социология // Социологические исследования. – 1994. - №2

3. Тернер Дж. Структура социологической теории. – М.,2003

4. Ядов В.А. Социологическое исследование: методология, программа, методы. – М., 2004