Развитие сельских территорий в постсоветский период: институциональный аспект

Развитие сельских территорий в постсоветский период: институциональный аспект 

А.А. Барлыбаев, Ф. Ф. Айдарбаков, И.М. Рахматуллин

Развитие сельских территорий как общенациональная стратегия. Село, аграрная экономика занимают значительное место в российском обществе. Около 27% населения РФ проживает в сельской местности, 11% трудоспособных занято в сельском хозяйстве, доля аграрного сектора в ВВП страны - более 5%. Поэтому происходящие на селе процессы должны находиться под пристальным вниманием политиков и ученых. Однако то, что происходит в сельском обществе сегодня, можно определить как углубляющуюся системную деградацию. Хотя в стране имеются некоторые благополучные сельские территории, своего рода «островки», общая картина не вселяет оптимизма. Такой вывод основывается на результатах продолжительного мониторинга социально-экономического положения сельских территорий Уральского региона Башкирии и прилегающих к нему районов Челябинской и Оренбургской областей в рамках региональных исследований, осуществляемых авторами с 1994 г. при поддержке Московского общественного научного фонда и Академии наук Республики Башкортостан. 

До последнего времени в общественном мнении, государственной политике и науке, к сожалению, доминировал узкий подход к определению роли и значения развития сельских территорий. В целом понятия «развитие сельских территорий» и «развитие сельского хозяйства» рассматривались как тождественные, соответственно роль и значение сельской местности для страны сводились лишь к обеспечению продовольствием и сельскохозяйственным сырьем. Не умаляя важности этих и других экономических функций села, хотелось бы обратить внимание на то, что стратегическое значение политического, социально-культурного, экологического и рекреационного аспектов развития сельских территорий для страны как в теории, так и на практике не учитывается в должной мере. В современных условиях это недопустимо, на наш взгляд, в силу двух обстоятельств. Во-первых, вследствие объективного характера многофункциональности сельских территорий и особой значимости их для политического и социально-экономического развития общества. Каждая функция может быть адекватно понята и эффективно реализована лишь в том случае, если она рассматривается в системной связи с другими функциями в контексте реализации единой стратегии государственного развития. Во-вторых, складывающаяся ситуация в стране (демографический и экологический кризисы, снижение качества жизни и человеческого потенциала, упадок деревень и опустошение сельскохозяйственных угодий) создает угрозы для общенационального развития. Поэтому стратегический подход к решению хозяйственных проблем села может быть выработан лишь исходя из приоритетности развития сельских территорий в целом.

Развитие сельского хозяйства необходимо рассматривать как органичную составную часть данной государственной стратегии.

Политический аспект развития сельских территорий заключается в первую очередь в сохранении территориальной целостности государства и политической стабильности в стране. Крепкая и динамично развивающаяся экономика села - это основа, залог сохранения населения громадных сельских территорий. Ее развал ведет к исчезновению сел и деревень, хозяйственному опустошению местности. В условиях дефицита сельскохозяйственных угодий в мировом масштабе заброшенные производительные земли в России долго таковыми не останутся. Они будут заселены выходцами из тех стран, в которых имеет место избыточное сельское население. В результате могут возникнуть целые анклавы территорий, заселенные иммигрантами, которые в силу особенностей сельских сообществ, вероятнее всего, будут иметь все условия для сохранения языка, культуры, обычаев, родственных, клановых и других специфических социальных связей, присущих тому или иному народу. Если такие территории появятся вдоль государственных границ, то возможна ситуация, напоминающая нынешний конфликт между Сербией и Косово.

Социально-культурный аспект развития сельских территорий включает достаточно разнообразный комплекс проблем. Так, например, производственно - трудовая деятельность на селе предполагает активное вовлечение в нее детей и тем самым решает задачу социализации подрастающего поколения. Участвуя с раннего возраста в работах по семейному хозяйству, дети постепенно накапливают необходимые для самостоятельной жизни знания, умения и навыки, формируют культуру труда и трудовых отношений. Можно говорить не только о функции воспроизводства трудового потенциала села, но и о функции формирования человеческого капитала страны. Как показывает история, большую часть интеллектуальной, политической и научно-технической элиты страны составляют люди, прошедшие в детстве и юности хорошую трудовую школу в крестьянской среде.

Учитывая, что экономика села в основном базируется на семейных формах хозяйствования, необходимо отметить, что развивающееся крепкое семейное хозяйство характеризуется наличием, с одной стороны, достаточного количества добросовестных и профессионально подготовленных работников, причем не наемных, ориентированных на нормированный труд, а работников с хозяйской мотивацией и хозяйским отношением к труду, имуществу, животным; с другой - наследников, способных достойно продолжить семейное дело. Следовательно, хозяйственные интересы такой семьи предполагают, чтобы она была большая, дружная и здоровая. Чем больше таких хозяйств на селе, тем лучше демографическая ситуация в стране. Таким образом, именно на селе решается проблема расширенного воспроизводства населения.

Расширенное воспроизводство сельского населения в свою очередь - непременное условие сохранения и развития самобытности народов, их языка, культуры, обычаев, традиций. Здесь очевидна взаимосвязь между функцией расширенного воспроизводства населения и функцией сохранения материальной и экономической культуры народа, его культурного наследия и национальной идентичности в целом.

Важнейшее значение имеют и такие тесно связанные между собой аспекты сельского развития, как рекреационный и экологический. Сельскохозяйственный труд является, особенно для горожан, разновидностью активного отдыха и укрепления здоровья, так как здесь имеет место перемена деятельности, общение с животными и природой, физическая работа на открытом воздухе. На сочетании сельскохозяйственной работы с активным отдыхом в деревенских условиях базируется такая быстроразвивающаяся в мире разновидность туристического бизнеса, как агротуризм. В некоторых регионах Северной Европы на него приходится до 60% работающих в местной экономике.

Развитие агротуризма может удачно сочетаться (и дополняться) с другими, достаточно рентабельными видами предпринимательской деятельности, например, разведением дичи на промышленной основе, рыбоводством и рыболовством, пчеловодством, коневодством, овцеводством. Появляются возможности и для извлечения коммерческой выгоды из таких сугубо некоммерческих, на первый взгляд, сфер, как этнохозяйственный комплекс, народные традиции, национальная культура. То, что этноэкономика может успешно адаптироваться к меняющейся социально-экономической среде и способна стать существенным фактором развития территориального хозяйственного комплекса в полиэтническом регионе, убедительно аргументировано, в частности, В.Н. Овчинниковым и Ю.С. Колесниковым [1].

Значимость сельской местности для общества растет по мере актуализации охраны окружающей среды и производства экологически безопасного продовольствия. Как ни парадоксально, в мире неуклонно возрастает спрос на продукты питания, производимые в условиях экстенсивного ведения хозяйства: считается, что оно в большей мере гарантирует параметры качества и экологической безопасности. Потери от низкой производительности здесь компенсируются высокими ценами, а главная проблема состоит в создании эффективных маркетинговых и сбытовых механизмов. Россия имеет все предпосылки для того, чтобы превратиться в главного мирового поставщика экологически чистого продовольствия, став тем самым одним из главных игроков на мировом продовольственном рынке. Используя экологически безопасные как традиционные, так и современные аграрные и другие технологии, российские сельские производители могут органично вписаться в местные экоареалы и соответственно оптимально использовать их сельскохозяйственные ресурсы, сформировать высокопродуктивные и экологически устойчивые агросистемы и агроландшафты.

Рост благосостояния населения развитых и развивающихся стран сопровождается сдвигом рыночного спроса в пользу не просто высококачественных, но и эксклюзивных товаров и услуг, включая рекреационные услуги. Соответственно открываются широкие возможности для диверсификации экономики села в рамках формирования перспективной единой системы «производство экологически чистого продовольствия - рекреационная деятельность - сохранение природы и ландшафтов - сохранение самобытности этносов».

Развитие сельских территорий, рассматриваемое в таком широком контексте, представляет для страны важное стратегическое значение, от успешности которого непосредственно зависят и геополитическое положение страны, и ее роль в мировой экономической системе. Важной составной частью реализации данной стратегической задачи является институциональная реформа, направленная на создание адекватных поставленным целям матриц формальных и неформальных социальных и экономических институтов, норм и правил. Необходимо целенаправленное формирование институтов устойчивого развития сельской местности.

Актуальность и особенности институционального анализа применительно к современному сельскому развитию. Главная проблема, на наш взгляд, заключается даже не в том, что село превратилось в зону сплошной бедности и социального неблагополучия, а в том, что у руководства страны отсутствует научно обоснованная целостная концепция вывода села из социально-экономического кризиса и соответственно более или менее определенная стратегия аграрных преобразований. Как результат, на селе укрепляются позиции неформальной экономики, происходит архаизация хозяйственной жизни, наблюдается рост бюрократизации и произвола местных, региональных властей, усиливаются неопределенность, хаос и беспорядок. Иными словами, имеет место резкое ухудшение «качества» экономических и социальных институтов, что является главной причиной деградации села.

Попытаемся обосновать свой концептуальный подход к определению вектора постсоветского развития социальных и экономических институтов в сельской местности и формирования на селе эффективной институциональной среды.

Жизнедеятельность на селе отличается особой целостностью. Аграрная экономика в значительно большей степени, чем промышленность и другие отрасли, погружена в сложную сеть социальных связей, и хозяйственную деятельность сельского жителя нельзя рассматривать вне общей системы его социальных связей. Экономические стимулы, формируемые рынком, воздействуют на хозяйственное поведение крестьян через совокупность социальных отношений и норм, составляющих институциональную структуру сельской экономики. Селянин во многом руководствуется в своих действиях не личной выгодой, не экономической целесообразностью, а традициями, сложившимися в том локальном сообществе, к которому он принадлежит. Институты, взаимодействуя с экономическими интересами и мотивационными установками, предопределяют характер и направленность хозяйственных решений. Поэтому глубокое понимание проблем сельской экономики и правильная их интерпретация не представляются возможными вне рассмотрения их в тесной связи с факторами и условиями, определяемыми явлениями из других сфер жизни села. Отсюда перспективность институциональной методологии для изучения сельской жизни, центральной идеей которой являются признание институтов как важнейшей детерминанты экономического поведения людей и рассмотрение хозяйственной деятельности в тесной связи с социальной сущностью человека.

Несмотря на определенные достижения в применении институционально-эволюционной методологии к исследованиям актуальных социально-экономических проблем, трудно однозначно утверждать, что наши теоретические представления об институциональном устройстве экономики достаточно полные и всесторонние. Такие вопросы, как эволюция неформальных институтов, их взаимодействие с формальными институтами, «импорт» институтов, нарушения институциональной преемственности, формирование и устойчивость неэффективных институтов и ряд других, нуждаются в более глубоком изучении. Вопросы выбора институтов и их структур, формирования новых институциональных систем в трансформируемом обществе остаются дискуссионными.

Эти методологические проблемы во многом выходят за рамки предмета данной статьи и требуют специального рассмотрения. Нами решается более узкая задача, состоящая в обосновании теоретического инструментария для исследования институциональных изменений в сельской местности, проектирования и создания эффективных социальных и экономических институтов.

Институциональное устройство села нами рассматривается на трех уровнях (рисунок). На формальном, «поверхностном» уровне институты легко обнаружить, но не всегда их можно расшифровать и идентифицировать.

Например, в ходе реформирования аграрного сектора бывшие колхозы и совхозы формально превратились в различные товарищества, общества и производственные кооперативы. Однако при углубленном анализе внутренней институциональной среды выявляется, что во многих хозяйствах принципиальных изменений не произошло: по социальной и экономической сущности они практически не отличаются от сельскохозяйственных предприятий советского типа. Здесь обнаруживается диалектическое противоречие между содержанием и формой, сущностью и явлением. Формы могут и не быть адекватными отражениями или проявлениями реального содержания. Для выявления содержания или сущности институтов необходимо изучить более глубокие пласты институциональной структуры.



Рисунок. Уровни институциональной среды

Исследователи институционального устройства общества часто затрагивают лишь основополагающие нормы и правила как формальные, так и неформальные. Восприятие этих институтов происходит на уровне сознания и обусловлено желаниями людей. Нередко уже на этом уровне познания обнаруживаются несоответствия и противоречия между видимым, или поверхностным, слоем институциональной среды и ее реальным содержанием.

Хозяйственная повседневность людей во многом имеет рутинный характер. Это означает, что, принимая некоторые решения, или предпринимая определенные действия, хозяйствующее лицо даже не задумывается о том, почему он это делает, и делает так, а не иначе. Действия человека и его взаимоотношения в хозяйственной сфере часто предопределены установками подсознательного характера, выработанными через культуру, воспитание, обучение, подражания и привычки. Иными словами, у людей постепенно, в течение всего процесса социализации формируются прочные стереотипы мышления и поведения, которые служат им ориентирами при решении повседневных экономических проблем, внося в их взаимоотношения определенность, предсказуемость и понимание друг друга.

Чтобы раскрыть всю значимость и сложность взаимодействия между институтами и экономической деятельностью, необходимо изучить глубинные механизмы, направляющие хозяйственное поведение людей и представленные в виде устойчивых и воспроизводящихся каждый день психологических установок, интуитивных предположений, привычек, ролевых ожиданий, предпочтений, ценностных ориентиров, которые в значительной степени находятся вне сферы сознательных решений и контроля. Этот уровень институциональной среды - наименее исследованный. Одним из авторов ранее была предпринята попытка реализации многоуровневого подхода к анализу процесса институционализации фермерства и его интеграции в существующую институциональную среду села в пореформенной России [2].

Институциональная система представляется авторам как открытая нелинейная система, состоящая из разнотипных, параллельно сосуществующих в едином институциональном пространстве и взаимодействующих между собой «институциональньгх миров», т.е. институциональн^іх структур. Моноструктурная институциональная система не способна регулировать всю гамму противоречивых интересов участников хозяйственной жизни и все разнообразие типов их взаимоотношений, а следовательно, не позволяет обеспечить устойчивость развития сельской экономики.

Иными словами, любой субъект сельской экономики (семейное или фермерское хозяйство, сельскохозяйственное предприятие, сельская администрация) объективно вынужден действовать одновременно в рамках различных институциональных структур. Под институциональной структурой понимается совокупность институтов, которая формирует определенным образом упорядоченную целостность. Соответственно и цели, ориентиры и поведение субъектов аграрной экономики формируются под воздействием различного типа институтов.

Институциональные структуры могут как возникнуть спонтанно, в ходе длительного исторического развития и под воздействием целого комплекса факторов и условий, так и создаваться осознанно, целенаправленно, в соответствии с определенным планом, программой.

На наш взгляд, в настоящее время в России реально сосуществуют три типа институциональных структур, качественно различающиеся между собой и регулирующие экономические отношения селян, движение ресурсов и благ в сельских сообществах. Первая из них - редистрибутивная, или раздаточная экономика. Вторая - рыночная экономика. Третья - реципрокная экономика (экономика дара или сетевой взаимопомощи). В экономической и социологической литературе эти типы экономик в той или иной степени описаны, выявлены их фундаментальные признаки и характеристики, масштабы присутствия каждого типа в экономической жизни российского общества [2-8].

Чтобы иметь научное представление о сегодняшних социально-экономических проблемах сельской жизни, о происходящих в ней переменах и ожидаемых перспективах, необходимо изучить законы возникновения, функционирования и развития всех трех типов экономик, проанализировать формы их взаимодействия и противоречия, возникающие как между различными институциональными структурами, так и внутри каждой из них. Сравнительный анализ базовых институтов, определяющих системное качество каждого типа экономики, и некоторые их основополагающие свойства приведены в таблице.

Ретроспективный взгляд на эволюцию национальной экономики той или иной страны показывает, что целостность, преемственность и стабильность институциональной системы общества, как правило, обеспечивается фундаментальной институциональной структурой, выполняющей роль интегратора для разнотипных институтов и определяющей конкретно-исторический тип экономической системы. Для одних обществ такую роль может выполнять рыночная институциональная структура, для других - редистрибутивная, для третьих - реципрокная.

Таблица

Сравнительный анализ трех типов институциональных структур, образующих в единстве институциональную систему сельской экономики России

Системные функции и свойства институтов

Тип институциональных структур



редистрибутивный рыночный

реципрокный

Доминирующая форма собственности или совокупность основополагающих норм и принципов, регулирующих доступ к редким ресурсам и благам

Государственная

Частная

Семейная

Взаимодействие между структурными элементами или форма движения (распределения) ресурсов и благ

Редистрибуция (аккумуляция - раздача)

Купля-продажа

Реципрокный обмен, или взаимопомощь

Поддержание порядка и структурирование взаимоотношений

Координация(планирование)

Конкуренция

Культурно-ценностные ориентации местных сообществ

Принуждение к хозяйственной деятельности

Административно-экономическое (служебный труд)

Экономическое (наемный

труд)

Моральное (коллективный труд)

Форма обратной связи

Гражданские и административные жалобы

Прибыль

Репутация

Доминирующие виды институтов и способы их формирования

Формальные и неформальные предписания вышестоящих организаций (служащих) для нижестоящих организаций (служащих)

Правовые и не-фор-мальные нормы, выработанные сообща, путем консенсуса

Традиции и обычаи (обычное право)

Доминирующая направленность взаимодействия экономических агентов

Вертикальная

Горизонтальная

Сетевая

Проявление экономической несостоятельности и санкции за ненадлежащее исполнение функций и обязанностей в рамках институциональной системы

Служебное несоответствие или злоупотребление должностным положением и привлечение к административной или уголовной ответственности

Неплатежеспособность и банкротство

Исключение из сети взаимопомощи

Эволюция сельской институциональной среды в постсоветский период: необходимость и пути формирования институтов устойчивого развития. В аграрном секторе России советского периода (СССР) основными производителями были крупные сельскохозяйственные предприятия - колхозы и совхозы, на долю которых приходилось три четверти валовой продукции отрасли. Колхоз (совхоз) представлял собой центр социально-экономической жизни советского села, являясь по своей природе элементом доминирующей в тот период раздаточной экономики. В рамках колхозно-совхозной системы гарантировались постоянная занятость, стабильный доход, бесплатное образование и медицинское обслуживание. Селяне могли организовать за счет предприятия свой отдых и профилактическое лечение. Предприятие оказывало большую помощь в ведении личного подворья, например, путем предоставления техники, кормов.

Определяя место колхоза (совхоза) в институциональной системе дореформенного села, необходимо отметить, что, во-первых, он выполнял роль интегратора: сельских жителей в институциональные отношения, формируя характер и направленность их социального поведения, обеспечивая предсказуемость и определенность во взаимоотношениях, являясь основной средой реализации социальной сущности селян; объективно сосуществующих на селе трех типов институциональньїх структур (раздаточного, рыночного и реципрокного) в единую институциональную систему, обеспечивающую баланс интересов субъектов аграрных отношений - государства, сельхозпредприятия, сельского территориального сообщества и семейных хозяйств. Во-вторых, колхоз (совхоз) представлял собой институциональное образование, в рамках которого происходил в значительной мере процесс формирования новых и развития существующих институтов на селе. Он выполнял роль инкубатора в институциональной системе сельской экономики [9, с. 200-201].

Аграрная реформа, направленная на ускоренную реорганизацию колхозно-совхозной системы и снижение до минимума государственной поддержки сельского хозяйства привела к тому, что во многих регионах и селах старая институциональная система и соответствующая ей материально-техническая база крупномасштабного хозяйствования в значительной мере была утрачена. Сельское хозяйство стало объектом разрушающего воздействия разнонаправленных групповых интересов, ориентированных в основном не на созидательную и инновационную деятельность, а на элементарное выживание, на перераспределение и потребление ранее созданных ценностей и природных благ. Нарушение баланса интересов не позволило достичь конструктивного взаимодействия институтов различных типов и сформировать эффективную институциональную систему. Несбалансированная институциональная система усилила неопределенность, риски и беспорядок, обусловила дезинтеграцию территориальных сельских сообществ, т. е. привела к хаосу.

Устойчивость у значительной части сельского населения традиционных ценностей, характерных для уравнительных, натурально-хозяйственных отношений и несовместимость этих институтов обычного права с официальными правовыми институтами, создаваемыми государством в ходе реформирования АПК, не позволяют последним становиться эффективным регулятором социально-экономических отношений на селе и двигателем устойчивого развития. Речь идет о праве частной собственности на сельскохозяйственные земли, о предпринимательстве, фермерстве, местном самоуправлении и т. д. В сельском социуме возник и развивается реальный конфликт между придерживающимся традиционных взглядов большинством и рыночно настроенным меньшинством. В данном конфликте проявляются противостояние и взаимная борьба двух крестьянских субкультур в деревне, оказывающих определяющее влияние на будущее села и сельской экономики.

Потерю прежней стабильности и уверенности в будущем часть населения восприняла очень болезненно. Эти люди чувствуют себя как бы оставленными на произвол судьбы, переживают настоящий шок. Это состояние нередко усиливается из-за повторяющихся неудачных попыток адаптироваться к новой ситуации, окончательной потери надежды на то, что они смогут найти свое место в меняющейся социальной структуре сельского общества. В большинстве своем это те селяне, которые привыкли к укладу властных отношений, администрированию и подчинению, имеющие узкую специализацию и не умеющие решать задачи комплексного характера, не владеющие навыками и способностями к самоорганизации и самоуправлению. Те, кто не смогли преодолеть состояние беспомощности, неуверенности, нервозности, растерянности, увеличивают долю деградирующих селян - люмпенов, потерявших здоровую мотивацию к хозяйственной деятельности, живущих лишь сегодняшним днем. Поэтому характерные для российского села явления: социальную пассивность, пьянство, воровство можно рассматривать как внешние атрибуты глубинного системного кризиса сельского общества.

Радикальные изменения в институциональной среде обострили также проблему «переваривания» быстровозрастающей в объеме и сложности информации. Не подготовленная для деятельности в условиях информационного бума значительная часть семей не торопится войти в рынок и продолжает держаться за традиционные формы и способы хозяйствования, позволяющие уходить от необходимости периодически адаптироваться к меняющейся среде, постоянно и последовательно усваивать новые знания и приобретать новые навыки.

В рамках же традиционного хозяйства действия индивидов основаны на доверии, на рутине и привычках, что снижает неопределенность, позволяет человеку «экономить» на когнитивных процессах и концентрироваться лишь на важнейших для него аспектах повседневной практики хозяйствования.

Еще одним институциональным фактором, затрудняющим адаптацию селян к новым условиям, является затянувшаяся ситуация с правами собственности. Размытость прав собственности на ресурсы, слабая защита государством экономических интересов эффективно хозяйствующих сельских семей усилили ряд негативных тенденций. Среди них: бюрократизация экономических отношений и чиновничий произвол, воровство, расточительство, бесхозяйственность. Особое беспокойство вызывает то, что эти деструктивные действия становятся обыденным явлением, приобретают легитимность в общественном сознании и начинают восприниматься селянами как норма жизни. Такая «эрозия» ценностных ориентаций и нравственный упадок в сельском обществе подрывают его перспективы, ухудшая качество человеческого капитала.

Выживая в кризисной ситуации, селяне вынуждены развивать собственное производство, усиливать сетевую взаимопомощь и развивать неформальную экономику. Кластеры реципрокной сельской экономики имеют различные масштабы и могут быть более или менее открытыми. Они формируются преимущественно из числа близких родственников (семейные кланы) или односельчан, друзей, деловых партнеров. Распространены и смешанные по составу кластеры. Главная цель сетевой взаимопомощи заключается в неформальной кооперации сил, ресурсов и благ для поддержания достигнутого уровня благосостояния и качества жизни всеми включенными в кластер семьями или для максимизации усредненных показателей их социально-экономического состояния.

Через сети взаимопомощи распределяются и перераспределяются труд, деньги, информация, продукты питания, другие материальные блага. Многие сельские семьи вряд ли могли бы, например, построить свой дом, обучать детей в вузах, содержать скот, если бы они не были включены в эти отношения. В сельской местности, которая находится под нашим мониторинговым наблюдением, экономика взаимопомощи сегодня является за некоторыми исключениями преобладающей.

В этих условиях роль центра институционального развития сельской местности постепенно перешла к сектору натуральных (полунатуральных) семейных хозяйств и сетевой взаимопомощи. Так, доля индивидуального сектора в валовой сельскохозяйственной продукции РФ возросла с 31% в 1991 г. до 53% в 2006 г. Значительно увеличился за рассматриваемый период удельный вес хозяйств населения в производстве отдельных видов продукции (% к хозяйствам всех категорий):



1991 г.

2006 г.

Скот и птица (в убойной массе)

29, 7

51, 8

Молоко

26, 0

51, 8

Картофель

72, 2

91, 6

Овощи

46, 4

80, 3

Как показывают наши исследования, больше половины личных подворий все еще можно отнести к категории натурально-потребительских, или низкотоварных хозяйств. Так, из всех обследованных хозяйств 20% практически не продавали свою продукцию, около 40% продавали лишь изредка и в незначительных объемах.

Превращение сельской экономики преимущественно в экономику натуральных (полунатуральных) семейных хозяйств и сетевой взаимопомощи означает, что господствующей стратегией стало выживание, а не развитие. Укрепление ведущей роли институтов реципрокной экономики в сельской жизни означает консервацию существующих социальных отношений, архаичного характера системы хозяйствования, следовательно, ведет к замедленному социально-экономическому развитию сельской местности.

Такая стагнация в сельском хозяйстве является закономерным итогом господствующих у селян поведенческих установок и социальных ориентиров. Масштабы производства в таких хозяйствах ограничены внутренними потребностями семьи в производимой продукции: чем выше уровень их удовлетворения, тем меньше стимулов для расширения производства. Последнее имеет смысл лишь в том случае, если дополнительно произведенная продукция позволяет покрывать имеющиеся неудовлетворенные потребности в ней или отказаться от покупки ее со стороны и тем самым сэкономить семейные накопления. Анализ данных статистики позволяет предположить, что для индивидуального сектора сельской экономики возможности для роста за счет неудовлетворенности внутренних потребностей были исчерпаны в 1997 г. [10, с. 32].

По мере достижения большинством сельских семей полной обеспеченности продуктами питания собственного производства экономические стимулы к семейному хозяйствованию все в большей степени должны определяться величиной чистого дохода от продажи продукции. Для таких семей расширение масштабов производства будет иметь смысл лишь при наличии широких возможностей для выгодной реализации излишков произведенной продукции.

Пока значительной части рационально хозяйствующих сельских семей выгоднее сохранять натурально-потребительский характер личного подворья, чем расширять товарное производство. Сегодня особую актуальность для сельской экономики и социального развития села приобретает создание благоприятных условий, которые позволили бы трансформировать традиционные личные хозяйства в семейные предприятия рыночного типа и интегрировать их в систему организованного рыночного оборота с налаженными потоками ресурсов, товаров и денег.

Так, по результатам нашего исследования, в качестве основных факторов, ограничивающих и сдерживающих развитие ЛПХ, были названы (% к количеству семей):

Низкие цены на сельхозпродукцию

24, 0

Отсутствие транспорта

48, 0

Недостаток финансовых средств

36, 7

Недостаток земли

32, 4

Трудности сбыта

29, 9

Очевидно, что многие из названных селянами факторов приводят к росту издержек и снижению отдачи от вложенных в личное хозяйство средств у тех семей, которые по мере достижения полной самообеспеченности основными продуктами питания, пытаются переориентировать свои хозяйства на удовлетворение запросов рынка.

Таким образом, архаичное семейное хозяйство в целом имеет ориентацию на прошлое - оно ведется на базе накопленного предыдущими поколениями опыта, традиционных технологий и средств производства. В основе устойчивости традиционных форм и способов хозяйствования лежит принцип выживания: чтобы не разрушить экономическую основу жизнедеятельности семьи, селяне подсознательно стремятся к сохранению в неизменном виде существующей системы социальных отношений и связей, сложившейся культуры. Выход за пределы традиций и разрушение привычного, оправдывавшего себя в прошлом, но требующего изменения хозяйственного порядка означает для них усиление непредсказуемости, неопределенности, риска, следовательно, потерю уверенности в стабильности экономического положения семьи.

На перемены во внешней среде такое хозяйство или реагирует слабо, или отвечает неприятием, пассивным сопротивлением. В этой связи А. Ахиезер пишет: «Важный элемент традиционализма - стремление крестьян жить в локальном мире, их тяга к автаркии, замкнутости, локализму вплоть до полного противопоставления себя большому обществу по принципу "мы - они"» [11, с. 44].

Сегодня в качестве главного звена, «ухватившись» за которое можно вытащить из кризиса все российское село, многие политики и ученые считают повсеместное возрождение крупных сельскохозяйственных предприятий. На наш взгляд, такой подход будет иметь односторонний характер. Так, не все «деревнеобразующие» сельскохозяйственные предприятия смогут адаптироваться к рынку и выдержать конкуренцию.

Кроме того, адаптированное к рынку сельскохозяйственное предприятие - это уже не бывший колхоз или совхоз, выполняющий многофункциональную роль на селе и интегрирующий в единое целое социально-экономическую жизнь его жителей, а фирма классического типа с рациональным поведением и всеми вытекающими отсюда последствиями: она уволит лишнюю и неэффективную рабочую силу, ликвидирует невыгодные отрасли и производства, привлечет дешевую и послушную рабочую силу преимущественно из ближнего и дальнего зарубежья, откажется от содержания объектов социально-культурного назначения и т. д. Следовательно, значительная часть сельского населения окажется без работы, без земли и без перспективы. Это - тупиковый путь.

Формирование эффективной институциональной среды на селе предполагает реальное участие в этом процессе не только государства и сельхозпредприятий, но и сельского населения. Игнорирование же интересов и инициативы селян грозит нарушением органичности, системности и комплексности институционального реформирования села и будет препятствовать модернизации аграрного сектора.

На селе необходимо развивать в первую очередь такие институты и формы организации экономической и социальной жизни, которые помогали бы реализовать насущные потребности и коренные интересы подавляющей части населения, усиливали «инициативу снизу и творчество масс», активизировали предпринимательскую, организационную и инновационную деятельность селян. Для этого, на наш взгляд, определяющее значение имеет воссоздание на селе «центров» социально-экономической жизни, призванных интегрировать семейные хозяйства в рынок путем формирования соответствующих институциональных структур. Роль таких «центров» могут выполнять, по нашему мнению, местное самоуправление и кооперативы, в рамках которых разрабатываются и реализуются повседневные и перспективные коллективные планы сельского сообщества, решаются проблемы совместной жизнедеятельности.

Постепенное массовое вовлечение сельского населения в процессы самоуправления по месту жительства и в кооперативное движение предусматривает:

- передачу многих функций, связанных с внешними контактами (с административными и контрольными органами, государственными учреждениями, потребителями и поставщиками, кредитно-банковской сферой и т.д.), от сельских семей подотчетным им специалистам и профессиональным менеджерам, что позволит значительно снизить трансформационные и трансакционные издержки, повысить производительность и рыночную конкурентоспособность семейного сектора сельской экономики;

- гибкость управления масштабами хозяйственной деятельности семей с тем, чтобы своевременно реагировать на изменения конъюнктурных, научно-технических и других условий и реализовывать преимущества крупного производства;

- повышение эффективности государственного регулирования и государственной поддержки сельского хозяйства путем расширения сферы действия механизма саморегулирования и саморазвития, сокращения неформальной экономики, оптимизации использования ресурсов;

- создание институциональной среды, неблагоприятной для извлечения административной ренты и способствующей выработке и принятию управленческих решений с позиций интересов дела, предприятия, коллектива, административной территории в целом, а не в угоду корыстным частным или корпоративным интересам групп чиновников и бизнесменов;

- своего рода «естественный отбор» населения по личным, деловым и профессиональным качествам, коллективное обучение и совместное осваивание эффективных технологий производства, организации, управления, высокую личную ответственность перед односельчанами, что будет способствовать преодолению социального неравенства, иждивенчества, пьянства, воровства и других подрывающих здоровые устои сельского общества социальных «болезней».

В свете вышеизложенного главными направлениями деятельности государства в сельской местности на современном этапе должны стать:

а) создание полноценной нормативно-законодательной базы местного самоуправления и кооперации на селе и целенаправленная организационная работа по формированию соответствующих институтов и структур;

б) поддержание и развитие инфраструктуры сельской экономики - энерго- и газоснабжения, транспортных и информационных сетей, социальной сферы.

В качестве первоочередных мер можно назвать:

1) разработку и реализацию Федеральной программы развития и поддержки сельскохозяйственной кредитной кооперации, которая должна стать своего рода катализатором возрождения и развития всех других видов кооперации (сбытовой, потребительской, производственной, страховой и т. д.) и формирования системы кооперативной аграрной экономики;

2) реорганизацию сельского самоуправления и системы государственного управления сельским хозяйством на всех уровнях с целью преодоления доминирующих здесь административно-директивной деятельности, бюрократических методов и принципов и усиления функциональной деятельности, например, в сфере оказания кооперативам, хозяйствам и предпринимателям информационно-консультационных, организационно-посреднических, маркетинговых и других услуг;

3) уменьшение административных барьеров и содействие развитию крестьянских хозяйств, малого предпринимательства путем ограничения полномочий контрольных органов по вмешательству в текущую хозяйственную деятельность; упрощение процедуры создания и ликвидации хозяйства, финансовой и налоговой отчетности; облегчение доступа к земле, производственным помещениям, технике; обеспечение гарантии арендаторам;

4) создание многоуровневой и сквозной системы обучения, подготовки и переподготовки специалистов-аграрников универсального типа по схеме «школа - профессиональный лицей - сельскохозяйственный колледж - аграрный университет».

Список литературы

1. Овчинников В.Н., Колесников Ю.С. Этноэкономика как фактор развития // Проблемы прогнозирования. 2006. № 1.

2. Барлыбаев А.А. Социально-экономическая природа и типы фермерских хозяйств в России // Проблемы прогнозирования. 2003. № 3.

3. Барлыбаев А.А. Институциональная эволюция агрохозяйственной системы современной России и индивидуально-семейные хозяйства. Уфа: РИО БашГУ, 2005.

4. Барсукова С.Ю. Сетевая взаимопомощь российских домохозяйств: теория и практика экономики дара // Мир России. 2003. № 2.

5. Барсукова С.Ю. Неформальная экономика: экономико-социологический анализ. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2004.

6. Бессонова О. Э. Раздаток: институциональная теория хозяйственного развития России. Новосибирск: ИЭиОПП СО РАН, 1999.

7. Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России. М.: ТЕИС, 2000.

8. Кирдина С.Г. Х— и Y-экономики: институциональный анализ. М.: Наука, 2004.

9. Клейнер Г.Б. Эволюция институциональных систем. М.: Наука, 2004.

10. Сельское хозяйство, охота и рыболовство России. Стат. сб. М.: Росстат, 2004.

11. Ахиезер А. Хозяйственно-экономические реформы в России: как приблизиться к пониманию их природы //Pro et Contra. 1999. Т. 4. № 3.