Знакомство с собой: кто «Я»?

Знакомство с собой: кто «Я»?

Коган И. М. 

Знакомство с собой начинается уже с младенчества. Это можно заметить, когда ребёнок смотрится в зеркало и узнаёт себя в отражении. В одном исследовании изучали, как у детей до трёх лет знание себя и отношение к себе (образ себя) зависят от отношения к ребёнку матери. Для изучения использовалась методика регистрации поведения ребёнка перед зеркалом. Оказалось, что дети с развитым образом «Я» с удовольствием рассматривают и узнают себя в зеркале, часто улыбаются своему отражению, играя с ним. Такое положительное отношение к себе является условием адекватного самопознания. Ощущение своей важности и значимости для другого, возникающее в результате личностно адресованного общения со взрослым, является основой доверия к миру — базовым психическим новообразованием в этом возрасте.

Дети с несформированным образом себя, наоборот, не рассматривают своё изображение в зеркале, бросая на него лишь короткие настороженные взгляды, что свидетельствует о нежелании ребёнка узнавать себя и, соответственно, о негативном к себе отношении. Улыбаются такие дети только отражению матери. Отсутствие интереса к себе тормозит самопознание и искажает отношение к себе. 

Зачем познавать себя?

Зачем детям и взрослым познавать себя? Для чего человеку, в отличие от животных, дана способность к самопознанию? Хотя иногда животные кажутся добрее человека, этой способности у них всё-таки нет. У животных нет задачи измениться к лучшему, а у человека есть. Именно эта задача и заставляет его познавать себя, ставить себе «диагноз», без которого изменить себя не представляется возможным. Поэтому одна из самых важных задач взрослых — воспитание у детей способности адекватно познавать себя и адекватно к себе относиться. О том, почему это важно и каковы условия этого, речь пойдёт в этой главе.

В 1990-х годах мы в течение нескольких лет проводили занятия с младшими школьниками, целью которых было развитие у детей эмпатии, или способности сочувствовать другому человеку. Большое внимание мы уделяли развитию самопознания, или рефлексии, как одного из компонентов эмпатии. Один показательный пример утвердил нас в мысли о том, что самопознание — условие роста личности. Вот этот пример.

Мы проводили экспериментальные занятия во вторых классах одной из общеобразовательных школ. Во 2-Б училась новенькая девочка Даша, которая демонстративно игнорировала занятия, проявляя явное властолюбие и эгоизм. Как-то я проводила во 2-А классе игру «Мостик», цель которой — развитие умения понимать и чувствовать другого. Суть игры заключалась в следующем: с разных сторон по мостику (2 линии на расстоянии 30 см одна от другой, прочерченные на полу) идут навстречу друг другу два человека. Под мостом, внизу — быстрая горная река. Не пользуясь речью, дети должны были понять друг друга и разойтись на узком мостике. Наступить на линию — значит сорваться вниз. Дети очень осторожно двигались, стараясь не сбросить партнёра в «пропасть». Случилось так, что один ребёнок остался без партнёра. Тогда я, без всякого умысла, решила пригласить желающего из 2-Б принять участие в игре в качестве недостающего партнёра. На моё удивление руку поднимает Даша. Мы идём в другой класс. По дороге я объясняю Даше правила игры. Заходим, Даша и ученик 2-А класса начинают игру. И тут происходит беспрецедентная сцена: Даша нагло «сбрасывает» своего партнёра в «пропасть». Дети замирают — такого никто не ожидал. Все старались проявить максимальную осторожность, чтобы не повредить партнёру. Наступило молчание. Так поступить на глазах у детей другого класса! Ей стыдно. В этом молчании Даша видит себя… глазами других. После этого случая Дашу как подменили: она стала включаться в занятия, стала более терпимой, активной девочкой. Так самопознание помогло девочке исправиться.

Хризантемы и сорняк

Действительно, чтобы стать лучше или преобразиться, необходимо познать себя. Познать — значит сопоставить себя с тем, каким я могу и должен быть. 

Для такого сопоставления нужны ориентиры, без которых ты, может, никогда и не узнаешь, каким можешь и должен быть. Для Даши таким ориентиром послужили ожидания и представления других детей. 

У мастера любого дела — врача, инженера, животновода, парикмахера — есть критерии хорошо и правильно выполненной работы. В каждом деле есть эти ориентиры-критерии здоровья, правильности, красоты. Тем более эти ориентиры должны быть в деле воспитания.

Вспоминается случай: 12-летним подростком я, по просьбе учительницы биологии пропалывая клумбу, вместо сорняка стала выдёргивать маленькие росточки хризантем, приняв цветы за сорняк. Почему сорняк показался мне тогда более привлекательным? Я не знала, как выглядят маленькие хризантемы, поэтому не могла их отличить от сорной травы. Было стыдно — клумба осталась без цветов. 

Почему-то этот случай надолго остался в памяти как яркая иллюстрациия того, как неспособность отличать худое от красоты погубило красоту. Эта неспособность отличать добро от зла губит не только красоту, но и само добро, счастье, любовь и всё то, что называется благом. Как же важно научить ребёнка отличать доброе от злого, истину от лжи, душевную красоту от душевного уродства! 

Привить вкус к добру

Научить различать доброе от недоброго не означает уберечь от негативного выбора, но значит — сделать первый шаг к способности отличать одно от другого, прежде всего в себе самом. Это может стать основой позитивного выбора, если, конечно, к добру привьётся вкус и возникнет острая потребность избавиться от того дурного, что вредит тебе и другим. Привить вкус к добру, сердечное желание ему следовать — главное, что нужно человеку. И сделать это нужно успеть — а времени отведено родителям не так уж и много, всего 10—12 лет, до подросткового возраста, когда дети начинают отделяться от родителей. Потом может быть поздно. Важность этого, а также своё бессилие что-либо сделать, возможно, уже поняли родители тех детей, которые ушли в сторону зла и порока.

Добро должно стать собственной, изнутри дорогой, свободно возлюбленной темой жизни для ребёнка. Задача родителей — создать условия для этого. (Эта мысль В.В. Зеньковского)

Одним из таких условий усвоения добраявляется его связь с положительными переживаниями. Это возможно, когда, делая доброе, ребёнок переживает радость, а злое — острое чувство неудовлетворения и досады.

Кроме собственных чувств детей, немалую роль в воспитании играют чувства родителей, возникающие в ответ на разные события и явления. Чему радуются или огорчаются родители, тому радуются или огорчаются дети. В этом родительском отражении чувств немалая доля воспитания. 

Привлекательность добра и безобразие зла создают условия усвоения истины, тогда добро вызывает в сердце радостный отклик, а не отторжение. Ещё в 1980-х годах болгарским исследователем Н. Х. Александровой было проведено сравнительное исследование (между московскими и софийскими школьниками) о воздействии сценического искусства на детей младшего школьного возраста. В результате этого исследования выяснилось, что дети проявили сочувствие к более привлекательному и интересному, но негативному персонажу — Бабе-Яге (сыгранному, вероятно, талантливым актёром), а не к персонажам — носителям положительных образов. Автор рекомендует людям, имеющим отношение к искусству, помнить совершенно простую истину: добро должно быть привлекательным, а зло — отталкивающим. Тогда чувства, переживания, которые являются выражением отношения к действительности, будут выполнять свою сигнальную функцию в правильном смысле. Приятные переживания должны быть связаны с добром, неприятные — со злом. Влияние чувств и переживаний на развитие очевидно, и оно доказано не только психологическими исследованиями, но и опытом тех бабушек, которые, воспитывая своих внуков, так читали им сказки, что дети уносились с их героями в сказочные страны. Пребывая там, они сочувствовали горю и радовались победе над злом, плакали, тронутые жертвенностью героев, спасающих своих близких, и негодовали на злых, хитрых и лукавых, и всегда хотели «побывать» там ещё и ещё раз. 

В поле зрения — поле запустения

В поле зрения детей сейчас попадает разная печатная и видеопродукция, где ловко обыгрывается экспериментированием с категориями добра и зла через вывернутое наизнанку переплетение чувств. Соединение чувственности с безобразием взвинчивает инстинкты и игнорирует истинную красоту, являющую себя в тишине и простоте. Примером этому могут послужить привлекательные герои фильмов, где сюжет может быть вполне благопристойным: он строится на борьбе героя со злом. Но посмотрите на образ героя: агрессия, невероятно раздутая гордыня и вместе с тем физическая сила и привлекательность. Или вор — хороший друг «своих», смелый, сильный, независимый и целеустремлённый. Привлекательный образ, замешанный на испорченных дрожжах неправды, создаёт идеал сомнительного вкуса. 

Ещё один пример отнюдь не героя (в чьём мире разворачивается настоящая драма, борьба, в которой рождается свет или тьма), а неоднозначного персонажа, у которого есть вполне определённые негативные устремления, обрамлённые обворожительными чертами, — Остап Бендер из романа И. Ильфа и Е. Петрова «12 стульев». Смелый, оптимистичный, хорошо и тонко разбирающийся в психологии людей, не лишённый чувства юмора, ловкий человек, вызывающий симпатию у зрителей и читателей, — обыкновенный авантюрист, шарлатан и плут, идущий на всё ради наживы. Этот герой в основной массе зрителей и читателей вызывает только симпатию. Почему? Это вопрос для литературоведов. А для нас — иллюстрация того, как отрицательный персонаж может стать притягательным через соединение недоброй воли с импонирующими чертами характера. 

Итак, заманчивый образ, имеющий сомнительные устремления, которые так изящно и легко им воплощаются. При скудости духовного мира — какое творческое отношение к жизни, при низменности целей — какое бесстрашие, при порочности — какое вдохновение! Масса положительных качеств, делающих героя пленительным, служат достаточно пошлым целям, которым и подчинено всё обаяние героя. Обвести всех вокруг пальца и сделать это изящно — вот что может стать привлекательным для некоторых молодых людей, взявших за образец для подражания такого героя. Могли ли предполагать И. Ильф и Е. Петров, когда писали роман, что вместо сатирического высмеивания героя они вызовут симпатию? Как, например, Н. В. Гоголь не мог предположить, что его комедия «Ревизор», поставленная на сцене, вызовет огромный успех и популярность. Это привело автора в такое глубочайшее расстройство, что он на время уехал за границу. Ведь Н. В. Гоголь хотел высмеять зло, хотел, чтобы показанные им пороки были изжиты. А произошло противоположное — его произведение вызвало восторженный смех, которого он совсем не ожидал.

Так, через вплетение положительных сторон в образы отрицательных персонажей (что делает их, а в их лице зло, привлекательными) создаётся образ «современного человека». Как тут разобраться подростку, а порой и взрослому, с этой особенностью нашего времени — постепенным размыванием границ между добром и злом? Без «царя в голове» тут не разобраться. Желательно не смотреть такую продукцию, а если уж никак нельзя обойтись — то хотя бы обсуждать с детьми просмотренное или прочитанное, условием чего, конечно, является духовная связь с детьми и наличие авторитета взрослых. 

Уберечь от того, что приходит извне, можно, только противопоставив другую красоту и привлекательность, воспитав ориентиры и умение разбираться в этом. 

Источник силы

Вторым условием адекватного самопознания является поддержка положительного образа «Я» у ребёнка. 

Для ребёнка очень важен положительный образ себя. Он даёт силы, поддерживает, создаёт положительное отношение к себе. Положительный образ себя создаётся родителями уже с младенчества: через признание значимости и ценности малыша, через одобрение и поддержку его положительных намерений, через приобщение к источникам положительных образов. 

Доброжелательное и нежное отношение к младенцу, создание атмосферы заботы и внимания, предоставление возможности проявлять инициативу и её поддержка способствуют формированию доверия к миру, чувства защищённости, активности. По мнению М. В. Осориной, ребёнок через образы материнского фольклора (колыбельных песен, потешек, сказок) воспринимает основные жизненные смыслы, ценности и систему координат в мире. Колыбельная даёт ребёнку простейшую схему мира, в который он входит. Кроме того, мать через колыбельную обращается к ребёнку как к особому значимому существу, имеющему свою ценность в мире. Уверенность в своей желанности помогает утвердить: «Я — хороший, мама — самая лучшая, дом — самый родной». Интуитивная уверенность в том, что жить хорошо, его не бросят, ему помогут, даёт чувство защищённости, без которого дальнейшее развитие может быть искажено. Фольклорные образы необыкновенно ёмкие, так как вмещают в себя огромный душевный опыт многих поколений людей. Тем, кто воспитывает маленьких детей, следует уделять особое внимание текстам, в которых сокрыт мировоззренческий смысл, запечатлевающийся ребёнком.

В некоторых детских садах целенаправленное создание такого образа происходит в неадекватной форме. Например, когда детей учат суггестивному самовнушению в виде выкриков «Я — самый лучший! Я — самый лучший!». Такое создание положительного образа себя основано не на любви, а на внушении, что не одно и то же. Создание адекватного положительного образа себя, формирующегося с младенчества, идёт через признание значимости ребёнка и любви к нему, а не через истерические выкрики, которые создадут не положительный образ себя, а притязания на него. Тем более что создание положительного образа «Я» вовсе не исключает порицания негативных проявлений. Адекватная оценка поведения ребёнка на фоне положительного к нему отношения — условие правильно воспринятого положительного образа «Я». 

Создание положительного образа «Я» — необходимая точка опоры в стремлении ребёнка стать лучше. С. Г. Якобсон изучала влияние образа «Я»-положительного на поведение дошкольников. Исследовались различные способы преодоления страха при прохождении трёх гимнастических скамеек. Были выбраны три метода помощи детям в преодолении страха: одобрение, образец поведения и формирование образа «Я»-положительного. Наилучший эффект в преодолении страха получили в третьей серии эксперимента, где формировался положительный образ «Я». Конечно, нельзя умалять образец поведения и одобрение как воспитательные методы, тем более что исследование проводилось при достаточно узких условиях. Но о том, что роль поддержки в создании положительного представления о себе велика, свидетельствуют как педагогический опыт, так и подобные исследования.