Межличностный конфликт

2





КАЛИНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Кафедра СУ и ВТ

























“Конфликт”

Контрольная работа по дисциплине:

“Психология и педогогика”





























	Р а б о т у  проверил			Р а б о т у  выполнил          

		 д о ц е н т		    		студент  гр.  95-ВТ-1

 		Борисова  Е.Н.	     	     Разуваев В.А.

	Дата:________________	        	Дата:________________

	Подпись:_____________			Подпись:_____________







Калининград 1998









Содержание



											         стр.:

1.

Введене .............................................................................................................

3

2.

Комплект или комплектующее? ....................................................................

4

3.

Иррациональное зерно ..................................................................................

4

4.

Оружие для америки .......................................................................................

6

5.

Биологическая несовместимость ...................................................................

6

6.

Противно, но иногда полезно – как лекарство ...........................................

7



Список литературы ........................................................................................

9


Сейчас много говорят о конфликтах –  видимо, оттого, что много конфликтуют. В настоящей работе попытаемся подвести под современную конфликтологию биологическую базу.... 



Введение

	Сначала возникает конфликтная ситуация – нечто само по себе безобидное до поры до времени. Просто между субъектами А и Б – индивидами, коллективами, государствами еtс.– намечается различие позиций. Затем А и Б осознают свои интересы, потом – препятствия к их осуществлению; еще через некоторое время А приходит к выводу, что упомянутые препятствия связаны с Б, и наоборот; наконец, наступает пора ДЕЙСТВИЙ друг против друга – с какового момента и разражается конфликт.

	Его считают – почти всегда! – проявлением объективных социальных противоречий и определяют как «противостояние, при котором стороны стремятся захватить территорию, ресурсы, угрожать оппозиционным индивидам или группам, их собственности или культуре таким образом, что борьба принимает формы атаки или обороны» (А.Дмитриев и др., «Введение в общую теорию конфликтов»). Но это – взгляд с очень уж птичьего полета. Да и само определение легко поддается сокращению: все мыслимые объекты захвата можно назвать одним словом – СОБСТВЕННОСТЬ.  Тогда с точки зрения социологии и юриспруденции конфликт есть острая форма соревнования за собственность – материальную, интеллектуальную или власть.

	Ну а если рассмотреть его вблизи, точнее – изнутри? Причем не любой конфликт, а, так сказать, элементарный – межличностный. Какие внутренние, душевные факторы действуют в ансамбле с внешними – социальными, экономическими и т.п.? Кажется очевидным, что действенное противостояние возникает, когда взаимная приязнь или хотя бы безразличие заменяется неприязнью. Предельную ее форму в обиходе именуют ненавистью. Что она такое и откуда берется?


КОМПЛЕКТ ИЛИ КОМПЛЕКТУЮЩЕЕ?

	Среди специалистов единства мнений по сему поводу (как, впрочем, и по множеству других) нет. Вот три авторитетных суждения, очень сильно между собой различающихся.

	Известный американский психолог С.С.Томкинс в начале 60-х гг. разработал теорию дифференциальных эмоций, развитую и углубленную затем в трудах профессора Кэррола Е.Изарда, тоже американца. Согласно ей, существуют четыре типа мотиваций (побудительных внутренних сил, обладающих свойствами безусловности, цикличности, избирательности и замещаемости): а) первичные побуждения – голод, жажда, сонливость, боль еtс.; б) фундаментальные эмоции, или аффекты: интерес, удовольствие, гнев и проч.; в) взаимодействия эмоций с когнитивными (разумными, познавательными) процессами; наконец, г) аффективно-когнитивные структуры или ориентации – сложные личностные черты: интроверсия/экстраверсия, скептицизм, эгоизм и т.п.  Ненависть, по выкладкам Изарда, – аффективно-когнитивная ориентация, сочетающая враждебность с конкретным набором знаний. А враждебность, в свою очередь, – совокупность трех фундаментальных эмоций: гнева, отвращения и презрения. То есть ненависть по Изарду – явление, с позволения сказать, дважды сложное.

	Другой  маститый  специалист, Р.Плутчик, смотрел на дело проще: эмоции суть поведенческие приспособления к реализации так называемых адаптивных комплексов, способствующих выживанию. Например, адаптивный комплекс «разрушение как устранение препятствия на пути удовлетворения потребности» вызывает первичную эмоцию, именуемую гневом; «исследование как более или менее случайные действия в изучаемой окружающей среде» – удивление; гнев плюс удивление дают вторичную эмоцию – ненависть. Таким образом, Плутчик считал ее, говоря на языке Изарда, всего лишь комплексом фундаментальных аффектов.

	Наконец, по Фрейду она – наряду с либидо – один из элементарнейших, первичных человеческих позывов, «инстинктов жизни».

	Конечно, наиболее привлекательно простейшее толкование — стало быть, фрейдовское. Но в одной ли привлекательности дело?

ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ ЗЕРНО

	Несколько более-менее общепризнанных суждений специалистов-психологов.

	Общение между людьми имеет два уровня – содержания и отношений. Соответственно конфликты бывают когнитивными – если их предметом становится разница мнений, принципов, жизненных позиций — и «отношенческими», когда общение полностью фокусируется на «отношенческих» реакциях.

	Многие авторы усматривают психологическую причину конфликта в посягательстве одного человека (группы людей) на какую-либо из потребностей другого (других) — а оно, в свою очередь, обусловлено социальным неравенством.

	«Мелкие душевные раны, постоянно наносимые по самым «чувствительным» или «слабым» местам, становятся конфликтогенными» (Н.Пезешко, «Торговец и попугай. Восточные истории и психотерапия»). Что за «места» такие? Как выясняется в дальнейшем, подразумеваются достоинства одного, отсутствующие у другого. Еще из «Введения в общую теорию конфликтов» А.Дмитриева и соавторов: «Рассматривая неадекватное или ложное восприятие конфликтной ситуации как причину конфликта, важно подчеркнуть, что если это восприятие в генезисе КОГНИТИВНОГО конфликта связано с искаженным толкованием собственно СОДЕРЖАНИЯ излагаемой точки зрения, то в генезисе конфликта ИНТЕРЕСОВ оно вызвано прежде всего ошибками в оценке МОТИВОВ оппонента».

	Приведенные суждения, не исчерпывая всего многообразия конфликтных или чреватых конфликтом обстоятельств, отмечают самые, пожалуй, из них характерные. Но вот что бросается в глаза: как легко ИЗБЕЖАТЬ конфликта в каждом описанном случае! 

	(Кроме одного — заметим, забегая вперед). Типизация когнитивного конфликта очень изящна теоретически, но можно ли вообразить его на практике «в чистом виде»? Разница во взглядах порождает СПОР, но разве ее достаточно для перехода к ДЕЙСТВИЯМ друг против друга? Социальное неравенство было, есть и будет, но не столь уж часто оно нарушает мирное сосуществование собственников. Чьи-либо достоинства сплошь и рядом отсутствуют у другого – но до «душевных ран» отсюда очень далеко. Наконец, если неверна оценка чужой позиции либо мотивов – достаточно разъяснить ошибку, и нет конфликта!

	Короче, ни одна из разумных его причин, указываемых психологами, САМА ПО СЕБЕ вызвать его неспособна – нужно что-то еще. Ученые давно нашли это самое «что-то» – и назвали ИРРАЦИОНАЛЬНОЙ  субъективной причиной. Речь о реакции отторжения, неведомо отчего возникающей и делающей невозможным мирное разрешение обострившихся противоречий.

	Иначе говоря, опять-таки о ненависти, чья слабая степень – неприязнь, антипатия. Она и есть необходимая приправа к «материальной» и «рациональной» базе конфликта. Если один из спорящих в пылу спора принимается визгливо орать — второго сие может буквально взбесить, и диспут, пусть даже в нем уже наметился «судьбоносный консенсус», перейдет в драку. Если бедный жирен, коммуникабелен и хамоват, а богатый худощав, индивидуалистичен, склонен к снобизму и претендует на интеллигентность, и оба при этом обделены воспитанием, – конфликт почти неминуем, причем агрессия может исходить от неподходящего с точки зрения социологии лица – от богатого. Если внешность и походка Человека-С-Достоинствами неприятны Человеку-С-Недостатками, последнему, весьма вероятно, начнет казаться, что первый ему своими достоинствами нарочно глаза колет («душевная рана»). Наконец, иррациональная неприязнь к Иксу может застлать глаза Игреку, и тот будет упорствовать в ошибочной оценке Иксовых мотивов, жизненного кредо и проч.

	В чисто «отношенческом» конфликте иррациональная субъективная причина, по сути, единственная – вот почему его гораздо труднее избежать, нежели, например, когнитивного. Теперь пора вернуться к трем изложенным выше концепциям ненависти как феномена. Что же она такое? Аффективно-когнитивная ориентация?  Возражаем Изарду: необходимый «набор знаний» о ненавистной персоне часто свидетельствует в ее пользу («в каждом человеке есть что-то хорошее»). А конфликт все равно разражается! Или ненависть есть гнев, порожденный разрушением, плюс удивление, порожденное исследованием, как полагает Плутчик? Но в эпизодах с разъяснившейся ошибкой оценки позыв к разрушению как будто должен исчезнуть. А ненависть остается!

Чтобы последние утверждения не оставались голословными, приведу пример из истории: Франклин и Бомарше.


ОРУЖИЕ ДЛЯ АМЕРИКИ

	Оба – великие политики, дельцы, писатели, мыслители, соавторы независимости Тринадцати Соединенных Штатов. Казалось бы, участие в одном эпохальном предприятии должно было сделать их союзниками, а верность одним и тем же мировоззренческим принципам (Монтескье, Руссо, Дидро, Вольтера) – единомышленниками, если не друзьями. На деле же... Бомарше искал расположения Франклина, старался заслужить его симпатию, а тот его на дух не переносил. Более того: поначалу у Франклина сложилось превратное представление о роли Бомарше в организации тайного снабжения американской повстанческой армии оружием и провиантом («ошибка оценки»); когда же факты рассеяли франклинское заблуждение, а кроме того, тот поближе познакомился с Бомарше и убедился, что без него Америке не обойтись, – антипатия УСИЛИЛАСЬ!

	Был ли между ними конфликт? Да – ибо Франклин, руководимый безудержной и неодолимой ненавистью, совершил ряд необдуманных ДЕЙСТВИЙ, ущемляющих права Бомарше и вредящих освобождению Америки. И притом отлично понимал, что с французом надо поддерживать добрые отношения, убеждал себя «исправиться», – не помогло!

	Что же в авторе «Фигаро» оказалось неприемлемым для изобретателя громоотвода? Историкам ответ известен. Немногословному, мудрому, степенному Франклину, убежденному в глубоком имманентном смысле мировой истории и нецелесообразности ее подстегивания какими-то мелкими, запутанными интригами, претили развязность Бомарше, его ораторский талант, сочетавшийся с поверхностностью мысли, стремление и умение быть в центре внимания в любой компании, ловкость и способность пролезать в игольное ушко для достижения цели. Иными словами, Франклин ненавидел Бомарше именно за те его качества, что способствовали успеху франклинской же политической игры! Но, даже понимая это, он не смог заставить себя подобреть к носителю чуждых ему черт.

	С такой «инстинктивной» антипатией, обуславливающей конфликты буквально на пустом месте, ни из-за чего, мы сталкиваемся повседневно — и, не умея понять ее, объявляем иррациональной. Между тем есть научное (или потенциально научное?) понятие, знакомое сегодня каждому:

БИОЛОГИЧЕСКАЯ НЕСОВМЕСТИМОСТЬ

	Природа ее не разгадана, но – с учетом имеющихся знаний, обрывков знаний, психиатрической, психотерапевтической и экстрасенсорной практики – ее можно представить результатом взаимодействия человеческих биополей, чьи биофизические характеристики резко различаются. Вроде бы подобная гипотеза не противоречит фактам. А раз так – ближе всех к истине оказывается Фрейд. Если ненависть действительно вызывается воздействием чуждого биополя – остается признать ее чем-то первичным, элементарным, далее неделимым. Но такое допущение, более-менее удовлетворительно разрешив один вопрос, немедля вызывает новый: коль скоро ненависть биофизически нормальна при определенных условиях, может, она еще и адаптивную роль играет? Иногда ее называют защитной реакцией. Словосочетание, безусловно, симпатично своей наукообразностью, но существо дела объясняет, по-моему, не лучше, чем фраза «такова природа вещей». Казалось бы, какая там защита, если всякий знает, что отрицательные эмоции портят нервы и укорачивают жизнь! С другой стороны, если бы ненависть была однозначно вредна, естественный отбор еще в доисторическую эпоху выбраковал бы особей, способных ее испытывать...

ПРОТИВНО, НО ИНОГДА ПОЛЕЗНО – КАК ЛЕКАРСТВО

	Вновь обратимся к Фрейду – а именно к его работе «Массовая психология и анализ человеческого Я». Здесь нет смысла подробно комментировать ее и приводить обширные цитаты. Коротко: Фрейд считает массой любое множество людей, состоящее более чем из одного элемента, и выводит ее подчинение вождю из пресловутого либидо (первичного сексуального позыва), накрепко увязывая его с внушением и подражанием: члены массы психологически «отдаются» личности вождя, ТЕРЯЯ СЕБЯ.

	Нетрудно экстраполировать сказанное на массу, состоящую из двух людей, независимо от того, какие конкретно отношения их объединяют (по Фрейду, все они «либидинозны»). Конечно, нельзя примитивно сводить дело к полному поглощению одного ego другим – существует СТЕПЕНЬ потери себя, ничтожная при равноправном общении и растущая при реальном или мнимом превосходстве одного над другим.

	Тогда адаптивное значение ненависти и конфликта – дать человеку возможность ВНОВЬ ОБРЕСТИ СЕБЯ, восстановить свою индивидуальность. Следовательно, ненависть разовьется и конфликт возникнет, лишь если одна личность достаточно сильно ущемлена другой.

	А зачем, собственно, вообще восстанавливать индивидуальность? Жил бы и жил себе ущемленным! Ведь иногда сие так удобно... Да и не слишком ли «эфирны», умозрительны слова об обретении себя? Скрывается ли за ними нечто материальное, физиологическое? 

	Как ни странно, да. Опять же призовем на помощь биологию. Есть понятие гомеостазиса: так именуют динамическое равновесие физиологических процессов в организме, обуславливающее относительное постоянство его внутренней среды. Поскольку человек наделен разумом, в понятие его гомеостазиса нужно включить и психическую компоненту. Воздействие чуждого биополя нарушает именно ее – а значит, должны существовать способы ее восстановления.

	А чем вообще поддерживается гомеостазис живого организма? Регуляторными механизмами. В результате их совокупной работы организм ТОЛЕРАНТЕН к среде – проще говоря, вынослив. Но тогда что же такое ненависть, если не механизм психологической толерантности к чуждым биополям? Конфликт же – способ восстановления психической компоненты гомеостазиса.

	Добавим: необязательно ненависть должна иметь «антивождистскую» направленность, но потеря себя – явно или скрыто – предшествует ей всегда. Если вернуться к примеру с Франклином и Бомарше – УСПЕХ первого обеспечили НЕПРИЕМЛЕМЫЕ для него качества второго; в какой-то степени это подрывало самые основы франклинского мировоззрения, то есть – ущемляло его личность.

	К слову замечу, бывают и парадоксальные будто бы случаи: не «подчиненный» ненавидит «вождя», а наоборот. Здесь уместно говорить о толерантности к слишком сильному обожанию, несносному для натур с определенным темпераментом.

	Итак, ненависть, эта царица отрицательных эмоций, эта ножовка для нервной системы, – на самом деле что-то вроде касторки или хины: когда принимаешь внутрь – тошно, но... Такова плата за восстановление поколебленной индивидуальности.

Р.S. Возможно, многим покажется неприятной биологизация того, что принято считать сокровенными поползновениями души. Но правомерно ли отделять душу от материального ее носителя – тела? И разве не плодотворен такой подход – искать решение проблемы на стыке наук?














Список литературы.





1. Техника Молодежи/Конфликт снаружи и изнутри.–1997.