Трансакционный анализ Эрика Бёрна

2







Московский городской психолого-педагогический институт

ФАКУЛЬТЕТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ



Кафедра индивидуальной и групповой психотерапии 















РЕФЕРАТ





по предмету: История психотерапии



на тему: Трансакционный анализ Эрика Бёрна









Выполнила:						

Студентка III курса 

группы ПК-III.1

Мазо Юлия Сергеевна 





























Москва 2002/2003 уч. год


 

СОДЕРЖАНИЕ



Введение



1. О книгах Э.Бёрна, трансакционном анализе и трансакционной психотерапии



2. Концепция трансакционного анализа



2.1. Структурный анализ



2.2. Трансакционный анализ



2.3. Анализ психологических «игр»



2.4. Скриптоанализ (анализ жизненного сценария)



3. Особенности трансакционной психотерапии 



Заключение



Приложение: Биография Эрика Бёрна


Введение



Трансакционный (трансактный) анализ (ТА) – направление психологии, рассматривающее развитие личности и общение как становление и взаимодействие соподчиненных уровней организации индивидуальной психики. Трансакционный анализ как психотерапевтический метод был разработан в 50-х годах XXв. американским психологом и психиатром Эриком Берном, который опирался на представления З.Фрейда о структуре личности. Берн утверждал, что им осуществлена адаптация психоанализа с целью его более широкого и эффективного использования. Своей заслугой он также считал перевод изощренной психоаналитической терминологии на доступный житейский язык. Критикам его подхода это дало повод утверждать, что трансакционный анализ по существу является лишь популярной версией психоанализа. Ряд положений трансакционного анализа действительно перекликается с постулатами Фрейда, но существуют и специфические черты трансакционного анализа, позволяющие рассматривать его как самостоятельное направление психологической теории и практики.



1. О книгах Э.Бёрна, трансакционном анализе 

и трансакционной психотерапии



Так сложилось, что Э.Берн – наиболее известный в России гуманистический психолог. Такие книги, как «Игры, в которые играют люди», затем «Что вы говорите после того, как сказали «Привет»» были едва ли не первыми книгами по практической психологии, которые распространялись в ксерокопиях и читались довольно широкой публикой наряду с Кастанедой и Даниилом Андреевым.

В своём послесловии к одной из книг Э.Бёрна известный российский психотерапевт М.Папуш пишет о «повальности» увлечения Бёрном. Во всех углах Союза, от Лиепаи до Владивостока, занимались выявлением эго-состояний, пытались анализировать «игры» и «сценарии». Однако чаще всего это ни к чему не вело; после некоторых попыток анализа появлялись взаимные обвинения («Ты играешь со мной в игры!») и разочарования («Такой уж у меня сценарий!»).

М. Папуш предполагает, что это – не случайность. Книги Берна (во всяком случае, популярные) очень ярко указывают на определенную психопатологическую, невротическую (в широком смысле слова) действительность, но устроены таким образом, что сами по себе не дают ключа к трансакционной терапии. Возможно, это объясняется тем, что после ставших бестселлером «Игр» Бёрн обращался к довольно определенной категории читателей: это пособие (или реклама) для актуальных или предполагаемых клиентов, с которыми работают или будут работать обученные трансакционные терапевты.

«Дело в том, – пишет М.Папуш, – что берновская терапия, похожая в этом на фрейдовский психоанализ, является аналитической, и для проведения трансакционного анализа от клиента требуется некоторое – определенное и довольно узкое – владение его понятийным аппаратом. Клиент Берна должен изучать трансакционный анализ, но как клиент, а не как терапевт. А то, что должен уметь и понимать терапевт, либо скрыто между строк, либо недосказано». 

Исходя из вышесказанного мы вначале, опираясь на произведения Бёрна, попытаемся изложить концепцию трансакционного анализа, а к трансакционной психотерапии вернёмся несколько позже.











2. Концепция трансакционного анализа



Трансакционный анализ включает в себя ряд направлений:

1. структурный анализ (теория эго-состояний); 

2. собственно ТА деятельности и общения, основанный на понятии «трансакции» 

3. анализ психологических «игр»; 

4. скриптоанализ (анализ жизненного сценария – «скрипта»). 

Рассмотрим по порядку каждое из этих направлений.



2.1. Структурный анализ



Наблюдая за спонтанной социальной деятельностью (в условиях психотерапевтической группы) Бёрн обнаружил, что время от времени люди демонстрируют весьма заметные изменения в своем поведении, – в своем общем состоянии, стиле речи, интонациях и эмоциях. Эти поведенческие проявления часто сопровождаются и эмоциональными сдвигами. Возникающий поведенческий паттерн согласуется с определенным психическим состоянием, в то время как друтой паттерн соответствует иному состоянию психики, чем первый. Эти изменения и различия навели Бёрна на идею существования эго-состояний. 

К самой идее «эго-состояний» следует отнестись с особым вниманием. Это очень сильная и совершенно нетривиальная идея. Ведь Бёрн фактически утверждает, – вопреки одной из основных посылок почти всей гуманистической психологии, – что человек не является единым и целостным: поведение и соответствующие ему физиологические, эмоциональные и умственные состояния человека систематически изменяются таким образом, что это указывает скорее на множественность, чем на единство. Вот как сам Берн об этом пишет:

«Наблюдения за спонтанной социальной деятельностью ... обнаруживают, что время от времени разные аспекты поведения людей (позы, голос, точки зрения, разговорный словарь и т.п.) заметно меняются. Поведенческие изменения обычно сопровождаются эмоциональными. У каждого человека свой набор поведенческих схем соотносится с определенным состоянием его сознания. А с другим психическим состоянием, часто несовместимым с первым, бывает связан уже другой набор схем. Эти различия и изменения приводят нас к мысли о существовании различных эго-состояний.

На языке психологии эго-состояния можно описывать как систему чувств, определяя ее как набор согласованных поведенческих схем. По-видимому, каждый человек располагает определенным, чаще всего ограниченным репертуаром эго-состояний, которые суть не роли, а психологическая реальность». [2]

Из процитированного отрывка можно понять, что эго-состояния даже более реальны, чем так называемая «личность», и определяют не только психологическую, но до некоторой степени и социальную реальность.

Нетрудно почувствовать, насколько это противоречит большинству психологических теорий и насколько отличается от представлений здравого смысла: с точки зрения последнего, каждый из нас является одним, единым человеком, который «очевидным» образом определяется, с одной стороны, своим физическим телом, с другой – паспортом (водительским удостоверением, счетом в банке и пр., то есть «социальным телом»). 

Фактически Берн (хотя, конечно, не только он) утверждает, что «на самом деле» (то есть на психологическом «самом деле») это не так, что человек не един. И бессмысленно спрашивать, когда он является (и является ли вообще когда-нибудь) «самим собой»: в одном эго-состоянии он представляет собой нечто одно, а в другом – другое. [3, С.: 330 - 380]



Профессиональным языком эго-состояния могут быть описаны следующим образом: феноменологически – как система чувств и операционально – как поведенческие паттерны. Более простым языком их можно определить как систему чувств, связанную с определенными поведенческими схемами. Каждая личность имеет ограниченный репертуар подобных эго-состояний, которые являются не ролями, а психологической реальностью. Этот репертуар может быть описан следующими категориями:

Эго-состояние, сходное с состоянием родительской фигуры,

Эго-состояние, самостоятельно по своей природе и направленное на объективную оценку реальности; 

Эго-состояние, все еще действующее с момента его фиксации в раннем детстве и представляющее собой архаические пережитки. 

Неформально проявления этих Эго-состояний называются Родитель, Взрослый и Ребенок. В каждый момент времени в процессе социального взаимодействия человек находится в одном из трёх эго-состояний и обладает возможностью переходить от одного к другому, однако у каждого человека отмечается разная степень готовности к переходу.

Следуя этой точке зрения была создана структурная схема, отражающая строение личности любого человека и включающая в себя все вышеперечисленные эго-стостояния.

Следует отметить, что Родитель может проявляться двояким образом - прямо или косвенно: как активное эго-состояние или как влияние Родителя. В первом случае он подражает одному из родителей, во втором - приспосабливается к их требованиям.

Точно также и Ребёнок может проявлять себя в двух ипостасях: как адаптивный Ребёнок (модифицирует своё поведение согласно ожижданиям родителей) и естественный Ребёнок (спонтанно самовыражается, например, бунтуя или творя).

Каждому эго-состоянию соответствует собственный способ восприятия, анализа получаемой информации и реакции на действительность. Следует помнить о том, что каждый вид эго-состояния имеет собственную жизненную ценность для организма. Согласно Берну, каждый из этих компонентов несет в себе как позитивные, так и негативные стороны регуляции поведения. 

Родитель (аналогичен "сверх-Я" в фрейдистской структуре личности) выступает носителем социальных норм и предписаний, которые человек некритически усваивает в детстве (главным образом под воздействием собственных реальных родителей), а также на протяжении всей жизни. Родитель обнаруживает себя в таких проявлениях, как контроль, запреты, идеальные требования и др. Им также регулируются сложившиеся автоматизированные формы поведения, избавляющие от необходимости рассчитывать каждый шаг. Негативный аспект функционирования Родителя определяется догматичностью, негибкостью диктуемых предписаний.

Ребенок выступает носителем биологических потребностей и основных ощущений человека. Он также содержит в себе аффективные комплексы, связанные с ранними детскими впечатлениями и переживаниями. Его позитивные качества - спонтанность, творчество, интуиция; негативные – отсутствие произвольной регуляции поведения, неконтролируемая активность.

Взрослый – наиболее рациональный компонент, функционирующий относительно независимо, хотя и с использованием информации, которая заложена в Родителе и Ребенке. Взрослый олицетворяет собой компетентность, независимость, реалистичную вероятностную оценку ситуаций.

Становление зрелой личности связано, по Берну, главным образом с оформлением полноценно функционирующего Взрослого. Отклонения в этом процессе определяются преобладанием одного из двух других эго-состояний, что приводит к неадекватному поведению и искажению мироощущения человека. Соответственно психотерапия должна быть направлена на установление баланса трех названных компонентов и усиление роли Взрослого.



2.2. Трансакционный анализ



Прежде, чем перейти к самому трансакционному анализу, следует остановиться на бёрновской теории социального взаимодействия. Большое внимание в своей теории Бёрн уделяет идее сенсорного голода или сенсорной деривации. Сенсорная депривация оказывает влияние как на детей, так и на взрослых: дестабилизируется психическое состояние вплоть до развития временного психоза или другого психического нарушения, могут происходить изменения на биологическом уровне (недостаточная стимуляция ретикулярной формации может привести к необратимым изменениям в нервных клетках). 

Размышляя о социальных механизмах сенсорной депривации, Бёрн пишет следующее. «После сладостных переживаний, связанных с близостью к матери, ребёнок начинает отдаляться от неё, чтобы лучше узнать окружающий мир, который начинает заявлять свои права. Но чем лучше ребёнок к нему адаптируется, тем дальше он уходит от матери, и в результате теряет столь желанное чувство близости. Всё больше психологических, физических и социальных препятствий будет вставать на его пути, но стремление к близости не уменьшится. Поэтому всю свою жизнь человек будет искать её в намёках, отражениях, обещаниях, которые становятся её временными заменителями» [2, с.12] Во взрослой жизни младенческий сенсорный голод преобразуется в жажду признания. Жесты признания по своей психологической сути напоминают поглаживания. В результате Бёрн берёт это слово (поглаживания) в качестве термина для обозначения интимного физического контакта и понимает под этим любой акт (слово или действие), который направлен на выражение признания. Обмен поглаживаниями Бёрн принимает за единицу социального взаимодействия и считает, что именно обмен поглаживаниями образует трансакцию.

Из вышесказанного следует, что Э.Берн определяет трансакцию как единицу общения. Если двое, трое или более людей встречаются, то рано или поздно один из них заговорит или каким-либо другим способом даст понять остальным, что осведомлён об их присутствии. Это называется трансакционным стимулом. Человек, к которому обращен трансакционный стимул, в ответ что-то скажет или сделает. Этот ответ называется трансакционной реакцией.

В процессе коммуникации Бёрн выделяет несколько правил. Первое правило гласит: процесс коммуникации будет протекать гладко, пока трансакции дополнительны (см. рис.2) (ответная реакция соответствует ожиданиям агента и характерная для здоровых естественных человеческих отношений). Следствие из этого правила: пока трансакции дополнительны, процесс коммуникации может продолжаться неопределенно долго. Обратное правило состоит в том, что процесс коммуникации разрушается, когда трансакция становится перекрёстной (см. рис.3). Примером к этой схеме может быть диалог:

– Давай разберемся, почему у тебя снизилась успеваемость(В –> В).

– Неправда, мне просто не везет, а вам лишь бы поругать меня (Ре –> Р).

Все возможные виды трансакций отражены на схеме, изображённой на рси.4. Дополнительные трансакции между «психологически эквивалентными» эго-состояниями представлены линиями (1-1)2, (5-5)2  и (9-9)2 .  Трансакции (2-4) (4-2), (3-7) (7-3) и (6-8) (8-6) тоже дополнительные. Все остальные комбинации образуют перекрёстные трансакции.  

Простые дополнительные трансакции чаще всего встречаются при неглубоких производственных или общественных взаимоотношениях. Их легко нарушить простыми пересекающимися трансакциями.

Более сложными являются скрытые трансакции, требующие одновременного участия более чем двух эго-состояний. Эта категория служит основой для игр. Здесь наравне с обычной трансакцией (например Взрослый-Взрослый) одновременно происходит скрытая трансакция, в которой один человек учавствует на подсознательном уровне, а другой отлично ее «видит» и умело манипулирует своим партнером, а иногда оба в процессе скрытой трансакции выступают наравне, и это приносит им удовольствие. Например:

Парень: Хочешь, покажу тебе мою стереосистему?

Девушка: Да! Я  всегда мечтала увидеть ее!

    На социальном уровне происходит разговор Взрослых о стереосистемах, но на психологическом уровне это разговор Ребенка с Ребенком, содержание которого - заигрывание. Такая трансакция называется двойной скрытой. А, например, скрытые трансакции Взрослый-Взрослый (социальный уровень), Ребенок-Взрослый (психологический уровень) называются угловыми (по виду изображения).

Итак, мы подразделяем трансакции на дополнительные и пересекающиеся, на простые и скрытые, а последние - на угловые и двойные.



  Рис.2.  Дополнит. трансакция             Рис.3. Перекрёстная трансакция           Рис. 4. Схема взаимоотношений





2.3. Анализ психологических «игр»



Как уже было сказано в пункте 2.2, «после сладостных переживаний, связанных с близостью к матери, ребёнок начинает отдаляться от неё, чтобы лучше узнать окружающий мир, который начинает заявлять свои права. Но чем лучше ребёнок к нему адаптируется, тем дальше он уходит от матери, и в результате теряет столь желанное чувство близости. Всё больше психологических, физических и социальных препятствий будет вставать на его пути, но стремление к близости не уменьшится. Поэтому всю свою жизнь человек будет искать её в намёках, отражениях, обещаниях, которые становятся её временными заменителями» [2, с.12] Прежнего уровня слияния с другим человеком он уже не достигнет никогда, и тут у него открываются две возможности: либо построить подобные отношения с другим человеком на основе доверия и откровенности, достигнув таким нелёгким трудоёмким способом очень ценного результата – настоящей близости; либо заняться времяпрепровождением, которое является лишь искусственным заменителем истинной близости и искренних чувств.

Следует отметить, что явление времяпрепровождений возникает в ответ не только на сенсорный, но ещё и на структурный голод. Люди озабочены тем, чтобы структурировать своё время, и считают, что должны помогать друг другу в этом. Таким образом, структурирование становится основой нашей социальной жизни. Операциональный аспект структурирования может быть назван планированием, которое подразделяется на три вида – материальное, индивидуальное и социальное. 

Материальное планирование исходит из взаимодействия с предметным миром, и интересно нам, если обеспечивает поглаживание, признание и другие формы социального взаимодействия. 

Социальное планирование выражается в ритуальных и полуритуальных видах общения; основным критерием становится приемлемость поведения, определяемая традицией или ритуалом.  

Чем ближе знакомы люди, тем чаще проявляется индивидуальное планирование. Оно может приводить к инцидентам, которые покажутся случайными, но более внимательное наблюдение выявит, что они проявляются с завидной периодичностью и опираются на определённую поведенческую схему. Все трансакции, включённые в этот вид планирования, подчиняются неким скрытым правилам и следуют какой-то закономерности. Цепи трансакций, основанные на индивидуальном планировании, порождают такой феномен, как игры. Основная функция игр – социальная функция структурирования времени.

 Игра – это последовательный ряд дополнительных скрытых трансакций, разворачивающийся в направлении чётко определённого и предсказуемого исхода. Это серия трансакций, которые внешне выглядят вполне правдоподобно и кажутся легко объяснимыми, но в действительности определяются скрытой мотивацией. Другими словами, это действия, содержащие в себе какой-либо подвох. Отличительной особенностью игр является наличие скрытого смысла и выигрыша, который обозначает получение чего-то. Выигрыш может быть биологическим, экзистенциальным, внутренним психологическим, внешним психологическим, внутренним социальным и внешним социальным, а также может сочетать в себе элементы всего вышеперечисленного.

Игры порождаются стремлением партнеров к достижению преимуществ за счет других участников общения. Берн и его сотрудники разработали обширную типологию игр. Были выделены следующие категории игр: игра длинною в жизнь (сюда относятся такие игры, как «Алкоголик, «Должник» «Посмотри, что я из-за тебя сделал и пр.), супружеские игры («В зале суда», «Загнанная лошадь», «Посмотри, как я старался» и пр.), игры для вечеринок, сексуальные игры, игры преступного мира, игры для психотерапевтических сессий и конструктивные игры (это особая категория игр, названных Бёрном «хорошими» играми, которые не только приносят выигрыш игроку, но и позволяют другим людям получить конструктивное удовольствие).

Говоря о генезисе игр, Бёрн делает акцент на том, что по своей природе игры являются имитационными и предлагает рассматривать развитие ребёнка как процесс обучения тому, в какие игры надо играть и как в них играть. Т.е. по Бёрну ребёнок обучается  играм на основе ежедневного опыта взаимодействия с действительностью.

Возвращаясь к тому, о чём шла речь в начале этого раздела, следует заметить, что повседневная жизнь предоставляет нам достаточно мало возможностей для достижения и переживания близости, кроме того, многие формы близости из-за своей интенсивности неприемлемы для большинства людей. Поэтому время, затрачиваемое на игры, составляет весьма значительную часть нашей социальной жизни. Нужно отметить, что состояние близости, свободной от игр, которое является наиболее яркой формой человеческих отношений, - чрезвычайно прекрасное и сильное переживание. Оно настолько сильно, что даже при отсутствии внутреннего равновесия, человек может найти в этом переживании ощущение безопасности, а значит, суметь отказаться от игр.



2.4. Скриптоанализ (анализ жизненного сценария)



В основе многих игр лежат сценарии, программы жизненного пути человека, заложенные в детстве под воздействием социальных факторов и воспитания. Эти сценарии содержатся в эго-состоянии Ребенка, плохо осознаются и потому делают человека несвободным, психологически зависимым.

Бёрн пишет об этом так. «… Каждый человек чаще всего неосознанно обладает жизненным планом или сценарием, с помощью которого структурирует продолжительные периоды времени – месяцы, годы или жизнь в целом, наполняя их ритуальной деятельностью, времяпрепровождением и играми. Таким образом, они реализуют сценарий и приносят человеку необходимое удовлетворение, прерываясь затем периодами замкнутости или же эпизодической близости. Сценарии обычно основаны на детских иллюзиях, которые могут сохраняться на протяжении всей жизни. С повышением чувствительности, восприимчивости и осознанности человека эти иллюзии рассеиваются одна за другой, приводя к жизненным кризисам, которые описаны Эриксоном. Среди этих кризисов присутствует и переоценка родителями своего ребенка в пору его юности, подростковое чувство протеста, склонность к философствованию, приходящие вслед. Иногда чрезмерные попытки удержать иллюзии могут привести к депрессии или мистицизму, а отказ от всех иллюзий – к отчаянию». [2, с.200]

Так что же такое сценарий? Сценарий – это непрерывно развертывающийся жизненный план, формирующийся в раннем детстве под влиянием родителей. Это психическая сила, которая несет человека по определенному пути в его судьбе, независимо от того, считает ли он этот путь разумным или сопротивляется ему. [2, с.204]

Как происходит формирование сценария? Бёрн следующим образом отвечает на этот вопрос. Впервые сценарий является ребёнку в очень раннем возрасте в своей наиболее архаичной форме – в форме мифов и сказок. Ребёнок растёт и со временем он, усложняя собственный мир, покидает мир классических архетипов и вступает в мир более романтичных существ. Сказки и истории о животных, рассказанные или прочитанные ему сначала родителями, а затем им самим, захватывают его воображение. В третьей фазе, в юности, человек еще раз пересматривает свой сценарий, чтобы приспособить его к той реальности, какой она ему представляется: сверкающей, романтичной и пр. Постепенно, с возрастом, человек движется все ближе к той реальности, какой она действительно является. Большинство людей считают, что другие люди или предметы должны определенным образом реагировать на их действия, быть полноценными участниками предлагаемого им сценария. Так, человек на протяжении десятилетий готовит себя к заключительному «представлению». Это – прощальное представление, и задача терапевта – изменить путь к нему. Бёрн объясняет это тем, что реальный человек не должен жить по формуле, он должен уметь действовать спонтанно и в то же время рационально в согласии с обстановкой и окружением. Тот, кто живет по формуле, – не является человеком в полном смысле слова.

Психотерапия, разработанная Берном, призвана освободить человека от влияния сценариев, программирующих его жизнь, через их осознание, через противопоставление им непосредственности, спонтанности, близости и искренности в межличностных отношениях, через выработку разумного и независимого поведения.



3. Особенности трансакционной психотерапии 



Трансакционный анализ – по-русски означает анализ высказываний. Это направление психотерапии называется так, потому что анализ высказываний (трансакций) - основной технический прием этого подхода. Однако, смысл ТА-терапии гораздо шире, чем то, что можно представить исходя из названия технического приема. 

Как уже было сказано выше, ТА возник в лоне психоанализа и разделяет представление о том, что жизненные неудачи человека связаны с его искаженными представлениями о реальности, причина которых в ранних детских конфликтах. Другими словами, человек не эффективно взаимодействует с реальностью, потому что воспринимает ее через фильтры детских представлений. При этом, психоаналитический подход полагает, что сделать поведение эффективным до разрешения инфантильных конфликтов - не возможно. А на их разрешение, основным психоаналитическим методом: систематическим анализом свободных ассоциаций и переноса уходят годы ежедневных психоаналитических встреч. Все это время пациент берет на себя обязательство не предпринимать попыток серьезных изменений поведения за пределами терапевтического кабинета. И с вышеуказанной точки зрения это оправдано.

ТА полагает (расходясь в этом с психоанализом), что радикально изменить поведение, сделать его эффективным можно до или даже вне зависимости от разрешения глубинных детских конфликтов. Эта возможность связана с одной особенностью устройства психики. Личность каждого человека состоит не из одной программы адаптации к среде (Я - в рамках которого он что-то может, а чего-то не может), а из нескольких программ (эго-состояний). При чем, то, что недоступно для одного Я в человеке, доступно для другого! Таким образом, то что «не получается» по жизни, не получается «не вообще», а из данного, как правило, детского или родительского эго-состояния.

Основная идея ТА состоит в том, что если внутренние конфликты детского эго-состояния искажают реальность и делают поведение не эффективным, теоретически и практически возможно переходить и закреплять самоотождествление во временно не актуализированное, но всегда готовое к действию, эго-состояние взрослого, свободное от этих конфликтов. Оно не может быть не эффективным по отношению к реальности потому, что это состояние, по сути, есть программа по адаптации к среде. Таким образом, основная задача ТА терапии - перевести Я (самосознание) из детского эго-состояния во взрослое, то есть активизировать, запустить программу Взрослого. Причем из этого эго-состояния человек не только может модернизировать, адаптировать к реальности другие эго-состояния, но и реализовывать все жизненные функции - от любви до работы. Разрешение же конфликтов детского эго-состояния с активизацией Взрослого впервые получает надежную опору и осуществляется Взрослым (если это вообще окажется нужно) после решения основных жизненных проблем.

Как на практике, т.е. в психотерапевтической группе ТА, происходит актуализация и удержание активности Взрослого эго-состояния? Так как мы реализуем свое поведение в поступках и словах то на группе мы можем, в основном говорить. Значит, систематически обращать внимание на то, как мы говорим, анализировать трансакции на предмет того, насколько они соотносится с целями нашего присутствия на занятии и означает активизировать эго-состояние Взрослого. Из этого эго-состояния участники анализируют свои жизненные проблемы, формируют новые способы их решения.

Основная трудность, с которой на первых порах сталкиваются участники группы, состоит в том, что сначала, привычно активизируются не эффективные для работы эго-состояния Родителя и Ребенка. Из состояния Родителя человек анализирует свои проблемы точно так, как это сделал бы его собственный реальный родитель, со всеми привычными для него стереотипами, нового решения при этом ждать не приходится. Кроме того, Родитель в нас часто колеблется: раздуть собственные амбиции и встать на сторону ребенка против попыток взрослого разобраться в вопросе или успокоить ребенка и дать возможность активизироваться Взрослому?

При самоанализе из эго-состояния Ребенка проблема другая. Участник крайне болезненно реагирует на обратную связь ведущего или группы. "Меня ругают, - склонен думать ребенок в нас, - значит, не любят". Затем следует обида или гнев. Эмоциональная реакция в свою очередь блокирует решение проблемы. С точки зрения постоянных усилий по удержанию себя в состоянии Взрослого участие в группе - конфронтация с самим собой. Однако уже одно понимание природы своих реакции, их пред-ожидание, наблюдение, исследование их происхождения и функций - запускает и удерживает эго-состояние взрослого. Это дает возможность, осознав свое поведение, проверить его на предмет соответствия действительности и принять новое решение в соответствии с актуальными целями.

 Итак, люди изменяются. Мы меняемся не просто потому, что понимаем наши старые паттерны поведения, но и благодаря активному принятию решений к изменению этих паттернов. Осуществляемые нами изменения могут оказаться адекватными и устойчивыми. Из этих посылок вытекают следующие два основных практических принципа ТА:

1. Контрактный метод. Если вы специалист по ТА, а я - ваш клиент, то мы несем взаимную ответственность за те изменения, которые хотим осуществить. Данный метод исходит из того, что ты и я находимся в равном положении: ты не обязан делать что-либо для меня и я не жду от тебя этого. Поскольку мы оба принимаем участие в процессе изменения, нам необходимо четко представлять себе долю участия каждого в этой задаче, поэтому мы заключаем контракт. Он определяет долю ответственности, которую берет на себя каждая сторона. Как клиент я говорю о том, что хочу изменить и что собираюсь сделать для этого. Ты, как специалист, подтверждаешь свое желание работать со мной для достижения этой цели и обязуешься использовать свои лучшие профессиональные навыки, заявляя о том, какую компенсацию ты хочешь получить за свою работу. Т.е. в ТА-терапии решение проблемы не отдается на откуп «совести терапевта» или «сознательности клиента», а с ее постановки и бескомпромиссного решения все и начинается. Другими словами, работа по взятию и удержанию ответственности за успех терапии входит в ТА в терапевтическую программу

2. Открытая коммуникация. Эрик Берн настаивал на том, чтобы как клиент, так и терапевт обладали полной информацией относительно того, что происходит в их совместной работе. Это вытекает из основной посылки ТА о том, что каждый человек способен самостоятельно думать, т.е. функционировать из эго-состояния Родителя. В практике ТА записи терапевта доступны для клиента. Для облегчения общения специалиста и клиента положения ТА излагаются на доступном языке. 



Заключение



Трансакционный анализ является самостоятельным направлением психологической теории и практики. Психотерапия, разработанная Берном, призвана освободить человека от влияния сценариев, программирующих его жизнь, через их осознание, через противопоставление им непосредственности, спонтанности, близости и искренности в межличностных отношениях, через выработку разумного и независимого поведения. Конечной целью трансакционного анализа является достижение гармонии личности через сбалансированные взаимоотношения между всеми эго-состояниями. В отличие от психоанализа, проводимого индивидуально на протяжении длительного времени, трансакционный анализ предусматривает сеансы групповой терапии, обеспечивающие довольно быстрый положительный эффект. 




Приложение

Биография Эрика Бёрна по статье В.Калиненко [1, С.: 5 - 7]



Эрик Леннард Бернстайн родился в Монреале в 1910 году и первые свои двадцать пять лет прожил в Канаде. 

Важнейшее значение для становления личности и профессиональных устремлений будущего психотерапевта имела возможность наблюдения за работой отца – широко практикующего врача. В своих детских играх Эрик воспроизводил работу врача, тщательно инсценируя всю процедуру. Причем мальчику приходилось придумывать разнообразные способы воздействия на детей, с которыми он играл, чтобы они соглашались на роль пациентов. Из этого детского опьгга, по свидетельству самого Берна, берут начало его взгляды на психотерапию и некоторые теоретические воззрения.

В 1919 году умирает отец Эрика, что было для него, как отмечают все биографы, сильнейшей травмой. Теперь забота о семье – Эрике и его сестре – ложится на плечи матери, зарабатывавшей на жизнь литературным и редакторским трудом. К одиннадцатилетнему возрасту относятся первые литературные опусы Эрика, и с тех пор он продолжает писать всю жизнь. Его перу принадлежат не только научные труды, но и научно-популярные и одна детская книжки.

В 1935 году Эрик заканчивает медицинский факультет МакГилловского университета, в котором обучался и его отец. После этого он изменяет свою фамилию, отбрасывает второе имя и иммигрирует в США, принимая американское гражданство. Такой его шаг во многом продиктован бытовавшим в те годы в Канаде антисемитизмом, что оказало на Берна большое влияние, заложив основу того, что в ТА называют культуральным сценарием.

В США Берн начинает свою карьеру практикующего психиатра, одновременно продолжая обучение, специализируясь в психоанализе. В 1941 году он вступает в Армейский Медицинский Корпус в качестве психиатра. Как уже отмечалось, армейский опыт Берна дал мощный толчок его развитию как психотерапевта. Впрочем, интенсивное развитие в США после войны психотерапии (в частности, групповой), давшее десятки оригинальных высокоэффективных направлений, вообще во многом связано с условиями, которые создались в стране во время Второй мировой войны.

После демобилизации в чине майора Берн начинает широкую практику, одновременно сам проходя анализ у выдающихся психоаналитиков. Правда, его собственный анализ не был успешно доведен до конца. Берн прервал анализ после того, как психоаналитик запретил ему вторую женитьбу до окончания анализа (заметим, все четыре его брака были неудачными). Кстати, этот личный опыт послужил одной из причин разрыва с традиционным психоанализом и подтолкнул Берна к развитию собственной системы.

В 1947 году выходит первая книга Э.Берна «Разум в действии», позднее переизданная под названием «Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных» (СПб., 1991 – русский перевод). Эта книга – образец научно-популярной литературы, до сих пор с интересом читаемая и профессионалами, и широким читателем. 

С конца 40-х годов Берн начинает разрабатывать проблему интуиции. Результаты его экспериментов и теоретических построений отражены в цикле из шести статей, публикуемых им с 1949 по 1962 год в журнале «Психиатрический ежеквартальник».

В 50-е годы складывается оригинальная психотерапевтическая система Берна, основу которой составляет теория эго-состояний – структурный анализ. В 1957 году Берн впервые выносит ее на суд публики на конференции Американской ассоциации групповой психотерапии и публикует программную статью в «Американском журнале психотерапии». В 1961 году выходит первая книга по ТА «Трансактный анализ в психотерапии», в которой изложены все основные концепции его новой системы, развернутые в последующих трудах, а также то, что он подробно разработать уже не успел. Поэтому эта книга остается важнейшим источником для специалистов. В 1963 году выходит «Структура и динамика организаций и групп», в которой Берн развивает идеи ТА в приложении к групповой динамике и развитию организаций. В этой книге Берн одним из первых обратился к ставшей такой популярной в 80 – 90-е годы проблеме организационного развития. Правда, в ТА эта область не столь популярна, да и в практической работе ТА терапевты обычно не уделяют особого внимания групповому процессу. В 1964 году выходит книга, сделавшая Э.Берна широко известным – «Игры, в которые играют люди», а в 1966 году – руководство для психотерапевтов «Принципы группового лечения», позднее переиздаваемая.под названием «Групповая психотерапия». Последняя книга Берна «Что ты говоришь после того, как поздоровался», раскрывающая его взгляды на развитие личности – теорию сценарного анализа, публикуется посмертно в 1972 году. В год смерти Берна выходит в свет научно-популярная книга «Секс в человеческой любви», широко изданная в нашей стране и представляющая собой не только оригинальное и яркое изложение взглядов автора на проблемы сексологии, но и дальнейшее развитие ТА в области сексуальных и семейных отношений.

До самой смерти Берн вел активную практику группового психотерапевта, обучение психотерапии и супервизию. Среди его учеников и последователей такие замечательные терапевты и теоретики психотерапии, как Роберт Гулдинг, Клод Стайнер, Мюриел Джеймс, Джон Дьюзи и многие друтие.

Жизнь Эрика Берна оборвалась на взлете его научной карьеры, когда пришло признание, началась активная и плодотворная деятельность созданной им Международной ассоциации ТА, появились его последователи во многих уголках мира. Он умер от сердечного приступа в 1970 году, не дожив полгода до своего шестидесятилетия.






Список использованной литературы:


1. Берн Э. Групповая психотерапия. / Пер. с англ. А.Калмыкова, Е.Калмыковой,  В.Калиненко. – М.: Академический Проект, 2000г. – 464с.



2. Берн Э. Игры, в которые играют люди: психология человеческих отношений. Люди, которые играют в игры: Что вы говорите после того, как сказали «Здравствуйте»? / Пер. с англ. под ред. Н.Бурыгиной, Р.Кучкаровой. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2001г. – 640с.



3. Берн Э. Секс в человеческой любви. / Пер. с англ. М.П.Папуша. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2001г. – 384с.



4. Берн Э. Трансактный анализ в психотерапии: Системная, индивидуальная и социальная психиатрия. / Пер. с англ. А.Калмыкова, В.Калиненко. – М.: Академический Проект, 2001г. – 320с.



5. Степанов С.С. Психологический словарь для родителей. – М., 1996г. 



6. Стюарт Я., Джойнс В. Трансактный Анализ в теории и практике / неизвестный Интернет-ресурс.



7. Юров А. Что нужно знать о ТА, чтобы начать работу / www.river.com.ru