Современное состояние и перспективы регулирования рождаемости в Российской Федерации

Содержание



Введение

1. Рождаемость как определяющий фактор современной демографической ситуации 

2. Повышение рождаемости: как усилить эффект правительственных мер

Заключение

Список литературы






Введение



Актуальность исследования. Низкая рождаемость в нашей стране — далеко не новая проблема. И ее причины лишь в небольшой степени связаны с трудностями социально-экономического развития нашей страны последних лет. Рождаемость в России снижается уже более 100 лет. В первой половине XX в. параллельно с рождаемостью снижалась и смертность, поэтому сокращение числа детей в российских семьях долгое время оставалось незаметным. Но во второй половине века снижение смертности замедлилось и проблема малодетности стала про являть себя все более отчетливо.

Связь между числом детей в семье и уровнем жизни весьма сложная. Может показаться парадоксом, но, чем лучше живут люди, тем в среднем меньше детей они хотят иметь. Эта корреляция проявляется давно и универсально во всех странах мира, независимо от общественного строя, географического положения, расы, национальности и прочего. Ее отмечали еще английский экономист Адам Смит и Карл Маркс.

В целом снижение рождаемости в России находится в русле общего снижения рождаемости во всех промышленных и урбанизированных странах, причем, как правило, Россия опережала в этом снижении большинство из них и сейчас находится в числе индустриальных стран с самым низким числом детей в семье.

Таким образом, цель нашего исследования – рождаемость в России.

Исходя из цели, определены задачи:

- охарактеризовать рождаемость как определяющий фактор современной демографической ситуации;

- выявить эффективные правительственные меры для повышения рождаемости.

В работе использована различная научная и учебная литература по вопросам рождаемости. Интерес представляют и различные публикации в периодических изданиях и на сайтах Интернета.


1. Рождаемость как определяющий фактор современной демографической ситуации



Главным, определяющим фактором современной демографической ситуации является рождаемость, которая упала в нашей стране до самого низкого в мире уровня. Суммарный коэффициент рождаемости (число детей, рожденных в среднем одной женщиной условного поколения за всю жизнь) составил в 1997 г. всего 1,230 ребенка, в то время как только для простого воспроизводства, т. е. такого, при котором население не растет, но и не убывает, требуется рождение в сред нем в расчете на одну женщину за всю жизнь без различия брачного состояния 2,1 ребенка, в расчете же на один брак — 2,6 ребенка.

При этом всегда какая-то часть браков остается в течение всей жизни бездетными, а какая-то — ограничивается рождением лишь одного ребенка. Для компенсации однодетности, которая уже получила большое распространение среди российских семей, особенно в крупных городах, требуется значительная доля браков с тремя и более детьми. По расчетам специалистов, опубликованным в 1987 г., распределение семей в обществе по числу рожденных детей, соответствующий критическому значению показателя рождаемости 2,6 ребенка в расчете на один брак, таково: 4% семей — бездетные, 10% — родившие только одного ребенка, 35%— двух детей, трех детей— также 35%, 14% - четырех и 2% — пять и более. Отсюда следует, что только для поддержания простого воспроизводстве населения необходимо, чтобы семьи с тремя и более детьми составляли более половины общего числа семей. Если же обществом будет признана желательность роста населения России в течение обозримой перспективы, то доля семей с тремя и более детьми должна быть, естественно, больше. Поэтому целевым ориентиром для нашей семейно-демографической политики должна быть семья с 3 — 4 детьми. Между тем, по статистике, в частности по данным 5-процентной Всероссийской переписи населения 1994 г., только 12,5% опрошенных молодых женщин в возрасте от 18 до 30 лет назвали трех или более детей в качестве желаемого числа.

Исследования факторов рождаемости в нашей стране и во многих других странах на протяжении всего XX в. показали, что количество детей зависит не от случайных обстоятельств, а является во многом результатом принятия людьми осознанных решений, реализации их жизненных планов, под воздействием социальных норм и экономических условий, которые, однако, действуют не автоматически, а преломляются через человеческую волю, выбор, через психологию, культуру людей. Исследования показывают, что репродуктивные желания и планы (или иначе — репродуктивные установки) формируются в раннем возрасте и очень устойчивы на протяжении всей жизни людей. Главными индикаторами репродуктивных установок людей служат два: среднее желаемое и среднее ожидаемое (планируемое) числа детей.

Всероссийская микроперепись населения 1994 г. показала, что в среднем замужние женщины хотели бы иметь (при самых благоприятных условиях) 2,03 ребенка, реально же собираются родить 1,90. Уже одни эти цифры характеризуют остроту демографической ситуации в России. Ничтожная разница между средними желаемым и планируемым в браке числами детей, всего 0,13 ребенка, указывает на то, что и в сегодняшних, действительно трудных, жизненных обстоятельствах большинство российских семей имеет столько детей, сколько желает. Следовательно, проблема массовой российской малодетности вовсе не в реалиях сегодняшней нашей жизни, как полагают некоторые наши политики, а в снижении самой потребности большинства семей иметь детей.

Главные причины массовой малодетности кроются в исторических изменениях роли семьи в обществе и функций детей в семье. В прошлых аграрных обществах семья была производственной ячейкой, отношения между членами семьи во многом определялись производственными факторами. Дети имели значение для родителей как работники, помощники в хозяйстве, его наследники, воины-защитники хозяйства. Большое число детей способствовало благосостоянию семьи, росту авторитета родителей в общине. Семья выполняла, кроме того, важную посредническую роль между ее членами и обществом.

В 2002 году рождаемость в России обеспечивала воспроизводство населения всего на 62%, но при этом Россия не была исключением из общего правила. Уровень рождаемости не был достаточен для простого воспроизводства населения ни в одной из промышленно развитых стран, за исключением США, в 15 европейских странах нетто-коэффициент воспроизводства населения был даже ниже, чем в России (рис. 1).





Рисунок 1. Нетто-коэффициент воспроизводства населения в 40 промышленно развитых странах в 2002 году

рождаемость демографический социальный программа

Чрезвычайно низкий уровень рождаемости в России связан с массовым распространением однодетной семьи и, соответственно, с очень высокой долей первенцев в общем числе родившихся.

В 2003 году в России вторые рождения составляли 31% от всех рождений. Более низкой, чем в России, их доля была только на Украине, в Белоруссии, Польше, Румынии и во Франции.

На противоположном полюсе находились такие страны, как Германия, Греция, Чешская республика и Швейцария — свыше 37%.





Рисунок 2. Доля вторых рождений в общем числе родившихся в 32 промышленно развитых странах в 1960-2003 годах, %



Положение с третьими рождениями в России — такое же, как и со вторыми: самый низкий в мире показатель в 1970-е годы и один из самых низких в начале XXI века. В 2003 году доля третьих рождений в России — менее 8%, более низкие показатели были только на Украине, в Белоруссии и в Болгарии. В то же время в Ирландии — 17,2%, в США — 16,8%. (рис. 3).

На долю четвертых и последующих детей в России приходится менее 4% родившихся, ниже эта доля только в Белоруссии, Испании и Словении. Есть страны, в которых четвертые и последующие рождения составляют 10-11% от всех рождений (США, Ирландия, Финляндия, Словакия). Но в целом рождения столь высоких порядков не играют большой роли в формировании общего уровня рождаемости в развитых странах.








Рисунок 3. Доля третьих рождений в общем числе родившихся в 32 промышленно развитых странах в 1960-2003 годах, %



Если же объединить в одну группу третьи и последующие рождения, то оказывается, что их вклад может быть и не столь уж малым, превышая одну пятую и даже четверть всех рождений (рис. 4). Но в России вклад этой объединенной группы невелик, он составляет 11%, то есть примерно столько, сколько в США дают четвертые и последующие рождения

Рост числа нерегистрируемых браков и, соответственно, внебрачных рождений — тенденция, которая ассоциируется с так называемым «вторым демографическим переходом». Частично она отражает отсутствие фактических браков, частично — лишь отказ от их регистрации. Нельзя утверждать, что эта тенденция, равно как и ее демографические и социальные последствия хорошо изучены и до конца поняты. Но то, что ее нельзя считать особенностью России или вообще каких-либо отдельных стран, не вызывает сомнения, она имеет универсальный характер.




Рисунок 4. Доля третьих и последующих рождений в общем числе родившихся в 28 промышленно развитых странах в 2002 году, %



Напротив, такая черта российской рождаемости, как чрезмерное использование для ее регулирования искусственного аборта, резко отличает Россию от большинства развитых стран. Аборт как крайняя мера, к которой прибегают женщины, чтобы избежать нежеланного рождения, применяется практически во всех этих странах. Распространенность этой меры, которая повсеместно считается нежелательной по нравственным, религиозным и медицинским соображениям, в разных странах не одинакова. Но даже с учетом этой неодинаковости Россия на общем фоне выглядит белой вороной.

Низкая российская рождаемость в этом смысле ничего не объясняет. В большинстве индустриальных стран произошла «контрацептивная революция», которая вытеснила аборт на обочину методов регулирования деторождения, и сейчас никакой связи между уровнем рождаемости и распространенностью абортов уже не существует (рис.5).








Рисунок 5. Отсутствие связи между уровнем рождаемости и числом абортов. Коэффициент суммарной рождаемости (на 100 женщин) и число абортов на 100 родов в 24 странах, 2001



Хотя число абортов в последнее время снижается и у нас, Россия была и остается страной с недопустимо высокой интенсивностью абортов. В 2003 году на 100 родов приходилось 120 абортов. Это — небывало низкий для России уровень (в 1960-е — 1970-е годы число абортов здесь превышало 200, в том числе в 1964-1970 гг. было выше 250 на 100 родов), но, при таком же, как в России, уровне рождаемости, в Италии приходится 24 аборта на сто родов, в Германии и Испании — 18.

В целом, имея на протяжении многих десятилетий один из самых низких в мире уровней рождаемости, Россия демонстрирует тем самым широчайшее распространение практики внутрисемейного регулирования деторождения. И все это время государство, его система здравоохранения старались не замечать этого и не идти навстречу новым потребностям людей. По существу, они заблокировали «контрацептивную революцию», через которую прошло подавляющее большинство развитых стран, обрекая ежегодно миллионы россиянок на нравственно ущербный, вредный для психического и физического здоровья путь искусственного аборта.

Медленное или умеренное снижение рождаемости может воз действовать и само по себе, если оно предполагает расширение дифференциации показателей рождаемости и естественного при роста в группах с различными возможностями будущего роста и тем самым стимулирует миграцию из регионов с высокой рождаемостью и низкими темпами экономического роста в экономически более процветающие регионы. Увеличение демографических различий между городом и селом, физическим и умственным, низко- и высококвалифицированным трудом могут приводить к рос ту миграции, увеличению доли мигрантов в рабочей силе и соответственно усилению того влияния миграции, о котором говори лось выше.

Быстрое снижение рождаемости, сопровождающееся меньшими ее различиями на разных территориях и в разных социальных группах, может означать меньшую миграционную подвижность и меньшие возможности для повышения дохода мигрантов, их участия в новых, прогрессивных видах производства.

До сих пор нами намеренно подчеркивалось положительное значение для экономического роста большей численности населения и более высоких темпов его прироста, поскольку исторически экономическому росту и модернизации временно сопутствовал более высокий, чем когда-либо, темп роста численности населения. Однако чистый эффект от большого или быстрорастущего на селения зависит также от предположений относительно ограничивающих экономический рост демографических воздействий.

Во-первых, положительное влияние демографических факторов возможно лишь при определенных социальных условиях (наличии демократических свобод, социальных институтов, развитии образования), при отсутствии которых такие положительные воз действия могут и не реализоваться. Во-вторых, нужно учитывать отрицательное влияние роста населения на природные ресурсы (усиление демографического давления) и ограниченность капиталовложений на душу населения. Отток высокообразованного на селения из какого-либо региона может также наносить ущерб его социально-экономическому развитию, высоким непроизводительным затратам на подготовку кадров (это наглядно проявляется в «утечке умов» из нашей страны за границу).

Значительный экономический рост может сочетаться с низки ми темпами роста населения (низкой смертностью и рождаемостью). Одним из видимых доказательств является пример современных экономически развитых стран, где нулевой или отрицательный рост населения сопровождается стабильными темпами экономического роста. Преимущества экономии от расширения масштабов производства компенсируются опорой на внешние рынки, большим международным разделением труда. Нехватка рабочих рук может компенсироваться внешней миграцией или стимулированием технических нововведений.

Таким образом, тенденции движения населения влияют на экономический рост по крайней мере на четырех уровнях:

1) непосредственно на размер и структуру населения как производителя и потребителя;

2) на другие экономически значимые стороны поведения людей (трудовое поведение, характер потребления);

3) на технику и социальные отношения, включая ряд институтов, воздействующих на население;

4) на отношения и взгляды людей на прогресс экономики и человеческого общества.






2. Повышение рождаемости: как усилить эффект правительственных мер



Двести документов и нормативных актов, определяющих новые меры государственной социальной политики поддержки семей с детьми, направленной, по замыслу законодателя, на стимулирование рождаемости.

Так, новые меры по поддержке семей с детьми в 2007 году потребовали бюджетного финансирования в размере более чем 160 млрд. рублей. Совокупные расходы на эту программу составили около 200 млрд. рублей, что сопоставимо с общими расходами на реализацию остальных четырех национальных проектов в области здравоохранения, образования, сельского хозяйства и жилья, начатых в 2006 году (206,3 млрд. рублей). Отношение расходов на семейные и материнские пособия к величине ВВП, по нашим расчетам, составило около 0,7%. Для сравнения, в 2005 году общие затраты на денежные социальные пособия составили 1,5% от ВВП. Следовательно, новые меры приведут к значительному увеличению всех социальных выплат 2007 года.

С данной точки зрения принятые меры – лишь первый шаг на пути серьезных модернизационных процессов, призванных обеспечить совместимость женской занятости и рождения детей. Это справедливо и для мер, направленных на развитие семейных форм воспитания детей-сирот.

Пока смоделированные эффекты воздействия новых мер на благосостояние семей с детьми не могут конкурировать со сценарием отказа от ребенка и не создают значимого прорыва в решении проблемы совмещения занятости и воспитания детей – особенно в условиях социокультурных традиций и стандартов жизни бурно развивающихся крупных городов. С другой стороны, повышение веса введенных пособий в доходах адресных групп получателей таково, что они стали для семей значимым ресурсом. Пособие по уходу за ребенком в возрасте до полутора лет в два раза, в результате принятых мер, превысило соответствующую долю в средних заработках застрахованных женщин в советский период. А тот факт, что получателями пособия стали и незастрахованные граждане, существенно повысит уровень жизни семей с детьми данной возрастной группы – родители таких детей традиционно занимают слабую позицию на рынке труда. Наконец, впервые за годы постсоветских реформ в социальной сфере мы говорим о политике развития и инвестирования, а не компенсации потерь, обусловленных экономическим кризисом и масштабными общественно-политическими реформами.

Ожидаемые эффекты от использования материнского капитала пока более призрачны, но определены транспарентные законодательные, финансовые и практические правила процесса его формирования.

Целью семейно-ориентированной политики является комплекс мер, с одной стороны, способствующих развитию стратегий самообеспечения, с другой – повышающих доступность программ государственной социальной поддержки. Видится следующая конфигурация компонентов такой политики в современных российских условиях.

Расширение возможностей для самообеспечения. Эта задача в значительной степени корреспондирует с общими задачами экономического развития, в частности – с задачами создания новых качественных рабочих мест, предполагающих высокую производительность и оплату труда. Российский рынок труда и сейчас достаточно гибок и нестандартен, правда – за счет широкой распространенности низкооплачиваемой неформальной занятости. Попытки легализовать неформальную часть трудовых отношений и повысить оплату труда административными методами могут привести к сокращению сегмента занятости для уязвимых категорий, к которым относятся женщины, совмещающие обязательства по воспитанию детей и занятость. Противодействовать этому могут:

во-первых – объединение усилий служб занятости и социальной защиты в поддержании уровня жизни безработных из уязвимых групп. Для лиц с ограниченным трудовым потенциалом наиболее эффективной видится схема поддержки, стимулирующая экономическую активность: условием предоставления определенного денежного пособия через систему социальной защиты может стать некоторая приемлемая форма занятости на низкооплачиваемых работах;

во-вторых – преференции для безработных и молодежи из многодетных и неполных семей в активных программах занятости. Большинство регионов имеет специальные программы трудоустройства молодежи, в том числе школьников, студентов и учащихся на летний период времени, однако дети из уязвимых семей не составляют в таких программах приоритетной группы. Более того, наши исследования взаимодействия социальной защиты и службы занятости, проведенные в шести регионах России, показали, что служба занятости в части развития активных программ предпочитает не работать с уязвимыми категориями. В то же время именно эти категории могут оказаться фокусной группой для профессиональной подготовки по рабочим профессиям, дефицит которых обозначился на рынке труда: они претендуют на рабочие места, требующие не очень высокого образования;

в-третьих – развитие в сельской местности возможностей самообеспечения семей с детьми в первую очередь за счет расширения доступности кредитных и лизинговых схем для личных подсобных хозяйств, поскольку в структуре бюджета таких семей денежные и неденежные поступления от подсобных хозяйств составляют значимую часть. Реализация стратегии самообеспечения в сельской местности требует образовательной и информационной поддержки: сельские семьи пока ограничены в доступе к информационным источникам, позволяющим освоить правила кредитования и инвестиционного развития в условиях малого бизнеса;

в-четвертых – развитие некоммерческих организаций, содействующих: трудоустройству трудоспособных из этих семей и их гражданскому объединению; выработке и распространению лучших практик решения специфических проблем многодетных и неполных семей.

Развитие программ социальной защиты. Семьи с детьми, имея самый высокий риск бедности, не составляют в системе социальной защиты приоритетной группы. После того как, согласно Федеральному закону № 122-ФЗ, полномочия по назначению и выплате ежемесячного пособия бедным семьям с детьми были переданы на региональный уровень, финансирование данной программы сократилось на 9% без учета инфляционного снижения реального содержания пособий. Важно подчеркнуть, что теперь размер пособия существенно дифференцирован в региональном разрезе, но в большинстве субъектов не превышает 5% от прожиточного минимума ребенка.

Следовательно, одним из последующих шагов активной семейной политики должна стать реформа системы ежемесячных пособий на ребенка для семей с доходами ниже прожиточного минимума. Результатом этой реформы должно стать сокращение числа адресатов за счет тех, кто получает данное пособие, будучи небедным, и увеличения его размера для тех, кто сохраняет статус бедности.

Для оптимизации системы все формы поддержки на региональном уровне должны быть сведены в один закон и предусматривать определенную гибкость в распределении ресурсов – как по времени, так и по используемым формам помощи. Другими словами, должен быть разработан социальный пакет для семей с детьми, по аналогии с социальным пакетом, сформированным в рамках монетизации льгот. За семьей должно сохраниться право получать денежный эквивалент данного социального пакета, но не более 50% от его стоимости и при условии, что нет фактов, подтверждающих маргинальные формы социального поведения родителей. Ресурсы социального пакета также могут использоваться учреждениями образования, социальной защиты и здравоохранения для обеспечения гарантий доведения средств до ребенка в маргинальных семьях.

Опыт развития европейских стран во второй половине ХХ века говорит о том, что в условиях развития рыночной экономики поддержка бедных семей со временем станет приоритетной функцией социальной защиты. Работу таких программ обеспечивает контроль доходов. Но в России значительная часть денежных поступлений скрыта от статистического наблюдения. Преодоление этой серьезной помехи в реализации данных программ возможно в нескольких направлениях.

Во-первых, речь идет об усилении процедур контроля доходов, хотя возможности таких процедур весьма ограничены: для семей с детьми порядка 30% доходов невозможно проконтролировать.

Во-вторых, доступ к ресурсам социальных программ может быть лимитирован посредством социального контракта, предусматривающего выполнение определенных обязательств, и семьи, скрывающие доходы, должны лишаться такого доступа.

Отношение к семье. В России семья и общество отреагировали на издержки экономической и политической трансформации формированием недружественной атмосферы по отношению к детям: родители и система социальной защиты не могут обеспечить минимально приемлемый уровень доходов; образование и здравоохранение оказывают качественные услуги преимущественно на платной основе; работодатели относятся к женщинам с детьми как к низкоконкурентной рабочей силе; друзья, родственники, коллеги по работе, работники социальных служб советуют не спешить с рождением детей. Такова атмосфера, в которой формировались репродуктивные установки российской молодежи на протяжении последних 15 лет. Теперь необходимо разработать программу действий, нацеленную на преодоление данных установок.






Заключение



К неблагоприятным особенностям российской рождаемости можно отнести очень высокую долю первых при низкой доле вторых и всех последующих рождений. Безусловно негативной чертой российской рождаемости остается чрезвычайно высокая роль аборта как способа регулирования деторождения. Сложнее дать оценку российским особенностям динамики среднего возраста матери при рождении ребенка, но, судя по тому, что сейчас более высокая рождаемость отмечается в странах с относительно более поздним материнством, эти особенности заслуживают критического отношения.

Вообще создается впечатление, что прокреативное поведение россиян, по разным причинам, недостаточно гибко реагирует на изменяющиеся условия существования семей, что хотя и не изменяет общих тенденций, порождает эффекты запаздывания с последующими резкими перепадами («наверстывание»), дестабилизирующими весь процесс прокреации.

Можно ли рассчитывать на повышение уровня рождаемости в России, в том числе и с помощью мер пронаталистской демографической политики? Этот вопрос распадается на два подвопроса:

		можно ли вообще рассчитывать на повышение рождаемости, например, до уровня лучших современных европейских показателей? Сама такая постановка вопроса предполагает положительный ответ, потому что имеются примеры стран с таким уровнем рождаемости, и нет оснований утверждать, что Россия может добиться того же. Это, конечно, не означает, что повысить уровень российской рождаемости до нынешнего уровня Франции или Великобритании будет просто, но в принципе это возможно.

		можно ли рассчитывать на повышение рождаемости хотя бы до уровня замещения поколений, простого воспроизводства населения? Дать положительный ответ на этот вопрос намного сложнее, так как современным индустриальным странам, в том числе и десятилетиями проводящим довольно щедро финансируемую пронаталистскую семейную политику, не удается достичь такого результата. Едва ли он достижим в ближайшем будущем и в России.

	Тем не менее, проведение подобной политики в России, по-видимому, необходимо. В обществе существует запрос на такую политику, и государство должно ответить на этот запрос. Но при этом следует иметь в виду, что речь идет о воздействии на очень сложные виды социального поведения, соответственно и меры воздействия должны быть хорошо продуманы и тщательно выверены. Одно из непременных условий проектирования семейной политики — знание всех аспектов новейших тенденций рождаемости и понимание объективных факторов, определяющих прокреативный выбор современных женщин и мужчин. Попытки изменения этих тенденций с помощью произвольного выбранных мер обречены на неудачу.

	

	


Список литературы



1.Анализ демографической ситуации: тенденции и последствия //www.demographia.ru/razdel/index.html?idR

2.Антонов А. И. , Медков В. М. , Архангельский В. Н. Демографические процессы в России XXI века. -М., 2006.

3.Бреева Е.Ю. Основы демографии.-М.-2004.

4.Бутов В.И. Демография.- М.-Ростов-н/Д.-2005.

5.Вандескрик К. Демографический анализ.- М., 2005.

6.Демография /Под общей редакцией Волгина Н.А.- М., 2003.

7.Захаров С. Перспективы рождаемости в России: второй демографический переход// www.perspektivy.info/rus/demo/perspektivy_rozhdaemosti_v_russii.htm

8.Захаров С. Демографический переход и воспроизводство поколений в России // Вопросы экономики.-2006.-№ 7

9.Зверева Н.В., Елизаров В.В. Основы демографии.- М.,2007.

10.Кваша Е. Младенческая смертность в России // Население и общество. 2005. № 57.

11.Медков В. Демография.- М.,2005.

12.Новохатский С. Н. Пожнем бурю. О социальном аспекте национальной проблемы // Русский дом. 2007. № 12.

13.Синельников А. Б. Что более приемлемо для населения: стимулирование рождаемости или приток иммигрантов? // Интернет-журнал «Демографические исследования» 2005. № 1 http://demographia.ru