Просветительская деятельность декабристов в годы сибирской ссылки

60



ИНСТИТУТ МОЛОДЕЖИ

КАФЕДРА КУЛЬТУРОЛОГИИ







          

Дипломная работа на тему:

«Просветительская деятельность декабристов в годы сибирской ссылки».







Выполнил студент 5 – го курса:

факультета культурологии

Воробьев К.А.



Научный руководитель:

Копылов А.Н., д.и.н., профессор











Москва, 2000 г.

Содержание.



	Введение.							стр.3-7

		Глава 1. Формирование мировоззрения декабристов:

	1.1. Причины возникновения революционных взглядов у будущих декабристов						стр.8-14

	1.2. Проблемы образования и воспитания детей в программных документах декабристов					стр.15-29

	Глава 2. Идейная эволюция декабристов после 1825г. и их отношение к просвещению народов Сибири		стр.30-40

	Глава 3. Просветительская деятельность декабристов в годы сибирской ссылки.						стр.41-54

	Заключение.							стр.55-58

	Список использованной литературы.			стр.59-60











      

















                                Введение.



174 года назад в России произошло событие, которое обозначило новую полосу ее исторического развития. Восстанием декабристов началась история организованного революционного движения в нашей стране. Посвятив свою жизнь борьбе за новую Россию, декабристы вместе с тем вписали славные страницы в историю русской культуры. Не было ни одной области духовной жизни, в которую поколение декабристов не внесло бы свой вклад, где они не проявили бы свое революционное новаторство, свою неуемную страсть к познанию, где не сказывались бы их борьба против консервативных норм, удушающих живую мысль и творческую инициативу.

Большинство деятелей декабризма отличал энциклопедический интерес к науке, литературе, искусствам. О широте кругозора декабристов свидетельствует все их наследие – книги, статьи, письма, мемуары и большой массив еще не опубликованных архивных материалов. Так, член Северного общества Г.Батеньков, по образованию инженер, известен как автор первой русской книги о дешифровке египетских иероглифов. Он же сочинял стихи, оставил статьи и заметки по вопросам философии, эстетики, истории, математики, этнографии. Николай Бестужев, литератор и живописец, увлекавшийся многими отраслями знаний, считал стремление к универсализму одной из примет своего поколения: он утверждал, что и художник должен выходить за пределы своей профессии, он «должен быть и историком, и поэтом, и наблюдателем (то есть исследователем)».1

Но дело не только в том, что отдельным декабристам принадлежат те или иные произведения в области культуры, науки, искусства, и не в их универсализме. Декабристы считали, что само по себе обладание знаниями еще не является решающим критерием общественной ценности человека. Тот же Н.Бестужев писал: «Какая разница между ученым и просвещенным человеком? Та, что науки ученому делают честь, а просвещенный делает честь наукам».1

Попытка декабристов преобразовать Россию революционным путём была оборвана трагическим разгромом восстания на Сенатской площади. Им не суждено было реализовать грандиозные планы переустройства России, воплотить свои замыслы в жизнь. Но эта борьба дала важные результаты. Декабристы разбудили лучшие умы России, ее лучшие интеллектуальные силы.

Разгром восстания 14 декабря 1825 года развеял надежды декабристов на революционные преобразования в России. Но, брошенные в тюрьмы, находившиеся на каторге и в ссылке, они в большинстве своем не только остались верны прежним убеждениям, но и мучились новыми вопросами о судьбах родины, стремились в труднейших условиях приносить ей посильную пользу. 

При этом многие из активных участников восстания, размышляя о причинах поражения на Сенатской площади, приходили к осознанию узости социальной базы декабристского движения и необходимости просвещения широких масс населения России.

Участники выступления на Сенатской площади явились и первыми историографами декабристского движения. Но широкий размах научная разработка история декабризма приобрела значительно позже, уже в советское время.

Важными вехами в этом отношении стали 100-летие и 150-летие со дня восстания декабристов. В связи с первой датой началось издание следственных материалов о восстании и появились первые монографические работы, а со второй – широкий размах исследовательской работы по всему комплексу проблем, связанных с декабристским движением. Особенно активно изучение декабризма стало развиваться после создания в 30-х годах Института Истории Академии наук СССР и образования в его составе под руководством академика М.В.Нечкиной группы изучения декабристского движения и революционной ситуации в России.

К настоящему времени по истории декабристского движения опубликовано более 15 000 научных и научно-популярных работ. Среди них капитальные труды П.Е.Щёголева, М.В.Нечкиной, Н.М.Дружинина, В.А.Фёдорова и других учёных, освещены многие вопросы декабристского движения, особенно те, что связаны с формированием революционной идеологии декабристов, подготовкой восстания и суда над декабристами.

Крупным обобщающим исследованием о декабристах и их эпохе бесспорно является двухтомная монография М.В.Нечкиной «Движение декабристов», изданная в 1955 г. Основная задача монографии, как это определено её названием, состояла в том, чтобы изучить непосредственно движение декабристов, его корни, выяснить, как развивалась его идеология, как происходила смена одной декабристской организации другой, как было подготовлено и проведено восстание. 

Меньше изучены взгляды и деятельность декабристов после восстания. Но и по этой проблеме в последние три десятилетия ведётся активная работа.

В процессе подготовки к 150-летию со дня восстания декабристов, наряду с продолжением ранее начатых исследований о самом восстании, суде и следствии получило значительное развитие изучение сибирского периода жизни и деятельности декабристов. Возник ряд новых центров изучения декабристского движения (Иркутск, Новосибирск, Томск, Улан-Удэ и др.).

В Иркутске начата большая серия научных публикаций под названием «Полярная звезда». В ней издаются воспоминания, дневники, воспоминания, письма и другие документы видных декабристов. При этом каждому декабристу отводится 1-2 тома, снабженные обширным справочным аппаратом, вводной биографической статьей и научными комментариями.

В ряде работ выдвинута и развивается идея о существенной эволюции ссыльных декабристов в сторону просветительской работы среди широких масс населения. Так Г.П.Шатрова, автор изданной в Томске книги «Декабристы и Сибирь», считает, что «именно в просветительстве декабристы нашли свое новое назначение в революционном движении после поражения восстания». 1

 

Эту точку зрения разделяет другой автор В.Г.Кокошко, который писал, что декабристы «свою культурно – просветительскую деятельность в Сибири…рассматривали как продолжение прежней борьбы с феодально-абсолютистским строем».1



Так как автор данной дипломной работы получит специализацию педагог дополнительного образования, его внимание привлекли педагогическая и просветительская деятельность декабристов, являющихся основоположниками методики взаимного обучения в России. 

Поэтому целью дипломной работы является освещение просветительской деятельности декабристов в годы сибирской ссылки.

Для реализации этой цели рассматриваются следующие вопросы:

		Формирование общего мировоззрения декабристов и их педагогических взглядов; 

		Проанализировать особенности мировоззрения декабристов периода сибирской ссылки;

	Характеристика просветительско-педагогической деятель-ности декабристов после разгрома восстания.

Для решения поставленных в дипломной работе задач мною использованы ряд документальных публикаций и научная литература по истории декабристского движения, особенно документы и литература о сибирском периоде жизни и деятельности декабристов.





Глава 1. Формирование мировоззрения декабристов. 

1.1. Причины возникновения у будущих декабристов революционных взглядов.



Истоки формирования мировоззрения декабристов сложны и многообразны.

Большинство будущих декабристов родилось на рубеже нового столетия: в последнем десятилетии XVIII века, или в первые годы XIX века.

Все декабристы (исключения крайне редки) были по происхождению дворянами, принадлежали к привилегированному сословию тогдашней крепостной России. Множество разнообразных явлений русской жизни с детства протекало через их сознание, было воспринято ими: жизнь барской усадьбы, дворянского имения, первоначальное домашнее обучение, поступление в учебное заведение.

Декабристы росли большей частью в обеспеченных дворянских семьях, где могли постоянно наблюдать резкую разницу между положением помещика и крестьянина, барина и дворового человека.

И поэтому одной из причин, побудивших их восстать против самодержавия, декабристы на следствии называли саму российскую крепостническую действительность во всех крайне неприглядных ее проявлениях. «Вольномыслие» декабристов возникло в первую очередь как протест молодого поколения передового дворянства против произвола самодержавия, засилия чиновничьей бюрократии, угнетенного, бесправного положения народных масс, в особенности крепостного крестьянства.

Следует отметить и высокий уровень образованности будущих декабристов. Одни из них учились в Московском университете, другие – в Московской школе колонновожатых (будущей Академии Генерального штаба), третьи – в Царскосельском лицее. Даже привилегированные учебные заведения были затронуты, как говорили сами декабристы, «духом времени». Так, из мемуарной литературы мы узнаем, что в Царскосельском лицее «был обычай злословить царя, называть его дураком, и положено жесточайше наказывать того, кто выдаст».1 «Правилом хорошего тона» в лицейской среде также считалось «порицать начальство, развивать идеи равенства, знать все дерзкие и возмутительные стихи или самому быть сочинителями оных, знать и толковать о конституциях, насмехаться над выправкой в войсках, презирать звание верноподданного, высоко чтить либерала».2

Сомнение в справедливости самодержавного строя рано пробудилось в молодых умах. Крестьян в университет не допускали, но на университетских скамьях студенты – дворяне встречались со студентами – разночинцами. Мещанские, купеческие и поповские сыновья слушали лекции в одной аудитории с молодыми дворянами. Однако студенты – дворяне отличались от студентов – разночинцев даже формой. 

Дворянство жило широкой и веселой жизнью. В Москве в день бывало по несколько десятков балов, сияли огнями великолепные особняки и дворцы, а рядом в бедных домишках и лачугах ютились бедные люди. В учебнике же естественного права студенты, готовясь к экзамену, читали: «Законы должны быть для всех граждан одинаковы». Противоречие между передовой мыслью и русской действительностью бросалось в глаза: в России законы не были одинаковы для всех граждан. Юношеская мысль от наблюдений русской действительности устремлялась к книге, а от книги – опять к русской действительности.

Огромное влияние на формирование просветительских взглядов декабристов оказала запрещенная книга великого русского писателя 18 века А.Н.Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву». Жестокие картины крепостного права и самодержавия, которые возмущали душу Радищева, совпадали с той действительностью, которая окружала юношей.

Но, конечно, дело не ограничивалось чтением запрещенных русских книг. С Запада более свободно проникали – еще в библиотеки дедов и отцов – произведения философов – просветителей. Особенно часто попадали в руки передовой молодежи книги французских корифеев вольнолюбия – Вольтера, Руссо, Дидро, Даламбера, Монтескье… Их читали в подлиннике: знание французского языка являлось обязательным для каждого образованного человека в России.

Возрастал интерес и к литературе начала 19 века. Читались новые книги, передовые иностранные газеты и журналы. Изучение конституций Франции, Англии, США было школой для ищущего политического сознания. Конечно, идеи Западной Европы и Америки не явились причиной, породившей русскую освободительную идеологию, но они облегчили и ускорили ее развитие, передали свой опыт новому поколению. Против положения о «прирожденном» праве дворянина владеть крепостным человеком восставала идея о прирожденном равенстве всех людей, идея о необходимости уничтожения всех феодальных привилегий. Против неограниченного права абсолютного монарха повелевать своими подданными поднимала на борьбу идея о власти, принадлежащей народу.

Русская прогрессивная печать начала XIX века выступала в защиту передовых мыслителей Франции. Публикуя статью «О признаках народного просвещения», журнал «Вестник Европы» ставил проблему распространения просвещения во всех сословиях: «…пока науки будут исключительной собственностью одного какого – либо сословия людей, которое сверх того еще по особливым законам совершенно отделено от всех прочих, до тех пор можно утверждать с достоверностью, что в таком народе нельзя ожидать значительных успехов просвещения».1

Просветительская идеология проникла даже в среду деятелей официального просвещения. Так, профессор Ярославского Демидовского высших наук училища Г.Ф.Покровский, выступая в местном Обществе любителей российской словесности с рассуждением «О степенях образования людей и народов», связал эту проблему с наличием благоприятного климата и естественных богатств у людей и народов, утверждая, что «сокровища земли – первое основание нравственного воспитания». По мнению Покровского, труды и образ жизни человека взаимосвязаны. Он напоминает, что человек может совершать подвиги громкие, славные и героические только тогда, когда чувствует свое достоинство; а там, где народы управляются тиранами, люди «представляют собой стада невольников, у которых вся чувствительность притупляется от претерпения бедствий».

Огромное влияние на формирование освободительных идей декабристов оказала и Отечественная война 1812 года, вызвавшая невиданный патриотический подъем всего русского общества. Декабристы называли себя «детьми 1812 года», не раз подчеркивали, что 1812 год явился началом их движения. Среди участников этой войны – более ста будущих декабристов; 65 человек из тех, кого в 1825 году власти назовут «государственными преступниками», насмерть сражались с врагом на Бородинском поле. Известно, что победа русского народа в Отечественной войне 1812 года имела не только военное значение, но оказала огромное воздействие на все стороны социальной, политической и культурной жизни страны, способствовала росту национального самосознания, дала могучий толчок развитию передовой общественной мысли в России. Декабристы первыми указали на народный характер этой войны. Именно война 1812 года глубоко и остро поставила перед будущими декабристами вопрос о судьбах родины, путях ее развития, выявила огромные возможности русского народа, который, как они верили, рано или поздно должен найти в себе силы для освобождения от внутренней тирании – сбросить ярмо крепостного рабства.

В течение 1812 – 1815 годов будущие декабристы оказались свидетелями событий мирового значения, они наблюдали, с какой легкостью разрушались или воссоздавались троны, ломались старые порядки. Это внушало им надежду на возможность революционных перемен и в России.

Декабристы – участники Отечественной войны 1812 года надеялись, что великий подвиг России разбудит к новой жизни молодое поколение, что Александр I произведет ожидавшиеся реформы, что откроются новые широкие возможности и для перемен политических, и для развития культуры. Но произошло обратное: закрепощенность крестьян не ослабла, расцвела аракчеевщина, усилились цензура и преследования свободомыслящих писателей и ученых. Протестовала же небольшая часть общества, а вступала в активную борьбу с реакцией совсем малая.

Одной из мер правительства после войны 1812 года было объединение «духовных дел и народного просвещения» в одном министерстве во главе с князем Голицыным. Но на деле это министерство сознательно тормозило распространение в стране научных знаний, опасаясь, что это может привести к «пагубным последствиям для существующего порядка вещей».

Сразу же после окончания войны реакция со всей силой обрушилась на учебные заведения. В специальной правительственной инструкции предусматривалось преподавать лишь те науки, которые «не отделяют нравственности от веры». Крупнейшие университеты страны (Петербургский, Казанский и др.) были подвергнуты опустошительному разгрому. Прогрессивно настроенные профессора, подлинные ученые были изгнаны, а над учебными заведениями устанавливался полицейский надзор.

Жестокие репрессии обрушились на журналистику и литературу. Обо всем, что хотя бы косвенно касалось правительства и его политики, писать категорически воспрещалось. На публикации подобного рода нужно было разрешение соответствующих правительственных учреждений. Все выходившие из печати литературные произведения подвергались усиленной цензуре.

Все эти и многие другие реакционные действия правительства Александра I не могли не вызвать самого решительного протеста передовой части образованных людей России. Правительственная политика положила конец надеждам передового дворянства на проведение мирных реформ. Теперь, вспоминал декабрист И.Д.Якушкин, «никто из нас не верил в благие намерения правительства».1

История возникновения тайных декабристских обществ отделена от войны 1812 года промежутком всего лишь в несколько лет, но послевоенную общественную атмосферу декабристы ощущали как полную противоположность энтузиазму национального подъема, вызванного защитой родины. Они мечтали о возрождении этого подъема во внутренней жизни и на ее волне ожидали политического обновления страны.





















Проблемы образования и воспитания детей в программных документах декабристов.



В январе 1818 года в Москве была создана декабристская организация под названием «Союз благоденствия» (или Союз общественного благоденствия, называемый в документах следствия Союзом благотворения и Обществом «Зеленой книги»). Это была довольно многочисленная (более 200 человек) тайная организация с заранее разработанным уставом, в котором были изложены организационные и отчасти программные принципы.

Согласно уставу, члены Союза благоденствия обязывались принимать самое активное участие в общественно – политической жизни страны. Работа над распространением в стране прогрессивных общественных идей являлась для декабристов не самоцелью, а важным средством подготовки революционного переворота. Как показывал Е.П.Оболенский на следствии, общество стремилось к «занятию должностей гражданских с целью не только исполнения вполне своих обязанностей, но и уничтожения лихоимства…Постепенным улучшением нравственности и распространением просвещения…общество надеялось достичь тихого и неприметного переворота в правлении государства». 1

Такая работа была совершенно необходима, чтобы, как говорил Пестель, «общее мнение революции предшествовало». Декабристы полагали, что потребуется примерно 20 лет, когда передовое общественное мнение овладеет умами всех слоев Российского общества и будут тем самым созданы условия для сравнительно «безболезненного» революционного переворота. Предполагалось, что к этому времени в каждом крупном городе России будут созданы отделения тайного общества, которые составят конспиративные городские «палаты», возглавляемые своим «советом». Они и явятся опорными пунктами революционного переворота. Члены общества рассчитывали и на международную революционную конъюнктуру. Они внимательно следили за положением дел в странах Западной Европы, видели нарастание там революционного движения (которое в 1820 –1821 гг. вылилось в серию революций в южноевропейских странах). В 1818 – 1820 гг. декабристы были убеждены, что в перспективе начнется революция  в германских государствах против их монархов. К этому движению, считали они, примкнет Польша, а тайное общество в России, произведя у себя революционный переворот, подаст им руку помощи. Опираясь на отделения своего тайного общества в разных городах, декабристы надеялись овладеть всеми государственными учреждениями в стране. Предполагалось избрать руководящий орган революции. Революционный переворот мыслился декабристами как строго организованная акция, которая должна произойти быстро и четко, «при всеобщем ликовании народа» и без «ужасов французской революции».

Нужно заметить, что печать и просвещение до начала 20 – х годов еще не подвергалась тем суровым гонениям, какие начались позднее. В 1818 – 1820 гг. издаются книги К.И.Арсеньева «Российская статистика» и А.П.Куницына «Право естественное», в котором излагались просветительские идеи «естественного права» и открыто ставился вопрос о необходимости отмены крепостного права в России. В журналах печатались статьи, в которых говорилось о пользе конституционного устройства, публиковались тексты западноевропейских конституций. Все это создавало благоприятные условия для деятельности Союза благоденствия в плане «овладения общественным мнением» и дальнейшего распространения последнего.

Через сеть легальных и полулегальных «вольных обществ», благотворительных организаций, литературных кружков и объединений, литературно – политические журналы и учебные заведения Союз благоденствия был тесно связан с прогрессивными кругами России и фактически превратился в идейный центр, объединяющий революционные и либерально – оппозиционные круги России в борьбе с самодержавием и крепостничеством.

При этом особое внимание уделялось пропагандистско-агитационным, в значительной мере легальным формам деятельности с привлечением к ней широкого круга единомышленников декабристов. Выступления в периодической печати в защиту передовой науки и литературы, издание литературных альманахов и ученых трудов, защита обиженных и несправедливо осужденных, выкуп из крепостной неволи талантливых крестьян – самоучек, помощь голодающим крестьянам, критика печатно и устно крепостного права, палочных наказаний в армии, аракчеевских военных поселений и т.д. – вся эта деятельность в конечном итоге преследовала цель «подготовить умы» к необходимости упразднения самодержавно – крепостнических порядков в стране.

Главными средствами распространения передовых общественных идей декабристы считали просвещение и печать. Они придавали исключительно важное значение «силе просвещения», рассматривая его как залог прогресса нации. Декабристы были убеждены, что никакие серьезные преобразования не могут быть осуществлены, если народ забит и безграмотен. При этом декабристы стремились не просто к распространению среди народа элементарной грамотности, но к воспитанию его в духе высокой нравственности, подлинного патриотизма, любви к свободе.

В конце 18 – начале 19 века в Европе получила распространение разработанная английскими педагогами А.Беллом и Дж.Ланкастером система взаимного обучения, при которой старшие и уже имеющие определенные знания ученики под руководством преподавателя вели занятия с младшими учащимися.

В России эту систему впервые, начиная с 1818 года, применили декабристы, главным образом в солдатских школах. В Петербурге декабристами было основано Вольное общество учреждения училищ по методе взаимного обучения, которым руководил активный деятель Союза благоденствия Ф.Н.Глинка, служивший адъютантом у петербургского военного генерал – губернатора М.А.Милорадовича. Это общество координировало работу других «ланкастерских школ», возникавших в разных городах страны: в Москве, Туле, Полтаве, Одессе, Херсоне, Риге, Перми, Вологде, Астрахани, Тифлисе и Иркутске. Петербургское Вольное общество выпускало учебные «таблицы», в которых использовались понятия «свобода», «воля», «раб», «цепи», «союз», «герой», «восстать», «гражданин», издавало книги для широких народных кругов, уже овладевших грамотой. К составлению и изданию учебных «таблиц» был привлечен И.Н.Греч, который печатал их в своей типографии. Используя вполне благонамеренные учебные издания Греча, декабристы дополняли их своими определениями и понятиями. Так, В.Ф.Раевский в руководимой им в Кишиневе солдатской школе на уроках правописания в дополнение к печатным «прописям» Н.И.Греча давал и рукописные, в которых фигурировали имена Кассия, Брута, Джорджа Вашингтона, Оноре Мирабо и других. Волнение в лейб–гвардии Семеновского полка в 1820 году вызвало у Александра I сильные подозрения, что семеновские солдаты были «подготовлены» существовавшей в том полку «ланкастерской школой». Позже процесс над В.Ф.Раевским окончательно убедил императора в том, что эти школы использовались в целях антиправительственной пропаганды, и в 1823 году они были закрыты.



Декабристы придавали всегда большое значение общественному воспитанию детей. Его преимущество они видели в том, что в отличие от домашнего, которое «нежит тело, расслабляет души и делает до крайности надменными и своевольными баловней потворства и неги», общественное воспитание «уничтожает все посторонние титулы, все причуды знатности исчезают, а при всяком остается одно только звание человека». 

Взгляды декабристов по вопросам просвещения и педагогики получили наиболее яркое отражение в «Русской Правде» П.И.Пестеля, который являлся как бы проектом государственного преобразования России. 

Решающими факторами формирования людей П.И.Пестель считал социально – экономический строй, политическое устройство и общественное воспитание. Пестель пишет: «Первоначальная обязанность человека, которая всем прочим обязанностям служит источником и порождением, состоит в сохранении своего бытия…От сей обязанности происходит право пользоваться для пищи плодами и прочими произведениями природы».1

Материальные условия жизни в основном образуют нравственный облик народа, и, чтобы возвысить нравственный дух народа, воспитать в нем общественные интересы и патриотизм, необходимо доставить народу средства для пропитания, то есть землю и свободный труд. Особое место отводит Пестель в деле формирования нравственности государственным законам. Он считал, что нравственность зависит от характера правления: плохие законы (монархические) развращают народ, хорошие (республиканские, демократические) нравственно воспитывают. 

В новом государстве упраздняются сословия. Согласно «Русской Правде», все граждане имеют одинаковые политические и гражданские права. Одним из основных прав граждан считается право на воспитание детей, и после победы новое государство позаботится о том, чтобы все дети учились. Провозглашая, что воспитание детей после победы станет государственным делом, «Русская Правда» отмечала: «…так как ничто столь сильно не действует на благоденствие царств и народов, как воспитание, то и обязывается Верховное правление учебные заведения устроить таким образом, чтобы они в полной мере возможную пользу приносили».2

Будут запрещены частные школы, так как о воспитании и обучении подрастающего поколения будет целиком и полностью заботиться правительство.

Как же будет выглядеть система народного образования? В дошедших до нас главах «Русской Правды» этот вопрос освещен далеко не полностью. Только в одной главе – «Солдатские дети» есть некоторый материал на эту тему.

В царской России солдатские сыновья, достигнув семилетнего возраста, считались собственностью государства. Их помещали до 18 лет в организованные в 1798 году военно-сиротские отделения, где и готовили к длительной солдатской службе. Согласно «Русской Правде», после победы над царизмом военно-сиротские отделения упраздняются, так как изменяется вся структура русской армии. Но поскольку сиротство солдатских детей неизбежно, «Русская Правда» предлагает организовать за счет государства и волостей для солдатских и других сирот «воспитание в первоначальных основаниях оного, а потом и в уездном училище».

В «Русской Правде» также идет речь о создании в каждом губернском городе педагогического института для подготовки учителей: «Курс наук (в этих учебных заведениях) разделится на два отделения: в первом преподаваться будет все то, что нужно для учителей уездного училища, а во втором все то, что нужно для учителей губернского училища».1

Таким образом, школьная система по материалам «Русской Правды» представляется в виде доступных для всех трех ступеней школ: первоначальное, уездное и губернское училища. По мнению декабристов, в будущем государстве образование должно быть государственным, всеобщим и доступным для всех граждан.

Наряду с образованием в «Русской Правде» говорится и о других средствах воспитания народа: массовых праздниках и просветительных мероприятиях. «Весьма полезно, - писал Пестель, заводить народные празднества для усиления народного духа и укрепления гражданской, дружеской связи».1



В своих высказываниях и документах декабристы всех направлений определяли цель воспитания как воспитание «сына отечества», гражданина – патриота, способного служить общему делу, для которого знания есть средство активно приносить пользу  своей родине. Гражданское воспитание нужно человеку, но оно невозможно в сословно – крепостническом государстве. Отсутствие такого воспитания опасно для страны, так как ведет общество к разобщению и безнравственности. Гражданское воспитание имеет в основе своей патриотизм, любовь к отечеству. Патриотизм – источник могущества каждого народа, «любовь к отечеству» должны с детства заполнять сердца человеческие. «Горе обществу, где добродетели и гордость народная истреблены иноземным воспитанием. Никогда оно не будет наслаждаться истинным могуществом и совершенным образом отличаться!».

Декабристы всегда боролись с подражанием заграничному, стремлением вверить воспитание детей иностранцам. Они утверждали, что учитель, который призван воспитывать патриотизм, любовь к народу, должен ненавидеть «пустое иноземное влияние», которое приводит к духовному порабощению, к забвению своей национальной гордости. Они называли истинным такое воспитание, которое прививает сознание высокого долга перед родиной, ставит общественные обязанности выше личной выгоды. Они стояли за общеобразовательную школу и обращали большое внимание на политическое воспитание в ней. В школах, находящихся под влиянием тайных обществ, нелегально или полулегально осуществлялось патриотическое и политическое воспитание в процессе преподавания родного языка, истории, географии, математики, естествознания. 

Декабристы, пропагандируя прогрессивные взгляды на образование и просвещение, критиковали современное им образование с политических позиций. Они уверенно заявляли, что царское правительство не может дать народу общего образования и умственного развития. Царизму необходимо безусловное повиновение, которое не уживается с образованием. 

Для того, чтобы человек мог стать равноправным членом общества, он, по мнению декабристов, должен получить умственное образование в детстве.

Основным источником знаний каждого человека являются самостоятельные наблюдения и «осмысления» юного учащегося.

«Искусное преподавание» должно возбудить самостоятельное мышление ученика: учитель направляет внимание ученика на близкие и понятные ему предметы. С этой целью должно вводиться в школах наглядное преподавание, которое стимулирует и развивает самостоятельную умственную деятельность ученика, его понимание материала. 

Обучение осмысленное, связанное с практикой, нужное для общественных патриотических дел, обучение воспитывающее – такие основные положения педагогики декабристов в отношении к общеобразовательной школе. 

Декабристы считали, что общеобразовательная школа, воспитывающая граждан – патриотов, должна иметь центральными предметами изучения историю, математику и родной язык, его грамматику и русскую литературу. Богатства русского языка много дают для развития патриотического чувства и обогащения ума. Н.И.Кутузов, член Союза Благоденствия, писал: «Язык заключает в себе все то, что соединяет человека с обществом: самые малейшие его оттенки сильно говорят сердцу патриота и чужды рабу иноземного. Язык сближает чувства людей, совокупляет понятия воедино, рождает благородное соревнование, дает силы. Народы для знаменитости и могущества должны заботиться о господстве языка природного…Незнание богатства языка своего и пренебрежение оным есть знак самого грубого невежества».1

Большое значение в общем образовании декабристы придавали истории, видя в ней средство гражданского, политического воспитания. От истории, переоценивая иногда ее возможности, они ожидали не только объяснения прошлого и установления исторических закономерностей, но и абсолютно непогрешимых советов по злободневным политическим вопросам. История стала любимой наукой революционной молодежи 20 –х гг., искавшей в прошлом уроков для настоящего, образцов будущего общественного переустройства. Правда, среди декабристов были и такие (М.С.Лунин, А.В.Поджио и др.), которые считали, что прошлое не является им указом, что познание настоящего полезнее опытов прошлого. Главное, полагали декабристы, - это изучение своей отечественной истории, помогающей пробудить у молодежи чувство национальной гордости и революционного сознания. Русская история свидетельствует о большом свободолюбии народа, о его борьбе за национальную независимость.

В.Ф.Раевский в своих исторических высказываниях и на уроках в школе юнкеров противопоставлял насаждаемому царизмом идеалу «верноподданного» идеал гражданина, который был присущ Великому Новгороду в прошлые времена. Обращаясь к истории, он стремился воспитать в своих учениках при ее «посредничестве» высокие гражданские чувства. 

Интерес к истории и ее преподаванию был свойствен многим членам тайных обществ дворянских революционеров. Член Союза Благоденствия П.Д.Черевин за свою короткую жизнь (1802 – 1825 гг.) опубликовал ряд исторических работ, среди которых особенный интерес представляет его статья «О преподавании истории детям». В ней отразились декабристские воззрения на задачи исторического образования. «историю справедливо называют наставницей нравственности и политики, -пишет Черевин, - ибо кто учится истории, тот научится обязанностям человека и гражданина».1

К учителям истории Черевин предъявлял особые требования. По его мнению, учитель истории должен быть «нравственно строгим», иметь глубокие знания в своей и в других науках, иметь пламенную душу и обладать красноречием. «Учитель истории…есть проповедник, назидающий гибкий юношеский возраст примерами прошедшего».2

Важным считалось и преподавание математики – «науки, имеющей огромное развивающее и практическое значение», как говорили сами декабристы. 

По убеждению декабристов, социальному преобразованию России должно способствовать духовное, нравственное, эстетическое «приуготовление» тех, кому предстояло осуществить это преобразование или способствовать ему. Важнейшая роль предоставлялась здесь искусству.

Профессор Царскосельского лицея П.Е.Георгиевский в своих лекциях обращал внимание слушателей на «примечательную» закономерность, проявившуюся в истории художественной культуры. Эта закономерность состоит в том, что только демократически управляющиеся государства «оставили всему свету редкие образцы поэзии и красноречия». Дважды «из недр вольности» (господствовавшей сначала в республиканской Греции, а затем в Риме) «распространялся по лицу земному свет изящного искусства». В новое время соответствующие условия возникли во Франции, где «некоторые из революционеров довольно отличались на сем поприще». Вместе с утратой свободы исчезает и искусство красноречия: ведь там, где «единая или несколько особ управляли государством, а прочие…слепо повиновались», там, где слушатели «бывали принуждаемы, а не уверяемы», там не требовалось ни таланта, ни мастерства, ни вдохновения.1

В русле передовых идей декабризма лежит также эстетический трактат А.Мещерского, опубликованный в 1825 году. Как известно, идеологи декабристского движения с целью пропаганды своих нравственных и социальных идеалов весьма часто обращались к примерам гражданского мужества, проявленного героями древних республик в борьбе против тирании. Подобно им и Мещерский обратился к античности, чтобы изложить представления о тех «благоприятных обстоятельствах», благодаря которым художник обладал «нравственной независимостью» и «свободным поприщем» для своей деятельности и как «самобытный член нации» принимал «видимое участие в делах общественных». Независимость личности художника, творческая его свобода и активное участие в политической жизни дополняются в этом идеальном представлении требованием – обеспечить каждому члену общества возможность «действовать явно», без цензурного и полицейского надзора. Наконец, как на важнейший фактор, спсобствующий расцвету поэзии, Мещерский указал на то обстоятельство, что в древних республиках поэты, подобно трибунам, искали не внимания меценатов, но «голосов и похвалы народной».

Высказывания самих декабристов, не предназначавшиеся для печати, были более откровенными и определенными. Особый интерес здесь представляет письмо С.И.Муравьева – Апостола, написанное им за месяц до декабрьских событий 1825 года. В эпоху, предшествовавшую революционному обновлению общества, пишет Муравьев, умы, освобождающиеся от оков, устремляются «к мыслям, открывающим горизонты более широкие…сердца к чувствам более благородным и деятельным», люди узнают счастье высокого назначения человека. В такое время возникает особенная по характеру поэзия. Преимущества этой поэзии не в талантах (таланты могут быть равноценными), но в мужественности и действенности. Подобное движение, заключает Муравьев, «должно было в наши дни породить Байронов и Муров».1

Таким образом, в суждениях декабристов, в отличие от просветителей начала XIX века, выдвигается идея о том, что для искусства благотворна сама атмосфера борьбы за демократические свободы и революционное преобразование общества.

Заслуги декабристов, подтвердивших справедливость просветительского учения о гражданском призвании и статусе художника и развивших наиболее плодотворные положения их предшественников, следует оценить тем выше, что они сделали это в те годы, когда все большее распространение и все большую власть приобретала концепция гения.

Согласно такой концепции, гений – это «бессознательное орудие» творящей через него божественной силы, которая в те редкие мгновения, когда она им владеет, возносит его над пошлой действительностью и открывает ему бесконечное. Гениальный художник поэтому стоит над суетливой и преходящей современностью. И если «в мире горе, война, пожар, стенания, кровь», он не обращает на это внимания, он отрекается от мира, чтобы продолжать творить, он становится птицей в клетке, но, в отличии от нее, он рад своей несвободе.

Декабристы считали, что гений – это такой человек, в котором с особой силой проявились лучшие гражданские свойства. Постигая нужды и надежды своего народа, предугадывая и торопя неостановимый ход общественно – исторического прогресса, он поднимается до предвидения желаемого и возможного будущего.

В последнем из своих обзоров состояния русской литературы (на 1825 год), напечатанном в «Полярной звезде», А.Бестужев писал, что гениями среди художников следует считать тех, кого «не прельщает столбовая дорога» и в ком сильна»жажда нового»; тех, которые «рвутся расшириться душой» и смело бросаются на поиски «новой земли мира нравственного и вещественного»; тех, которые «пробивают свои стези» и «озаряют все человечество своим умом». Согласно Бестужеву, гении всегда были «просветителями народов» и пророками; можно сказать, что не общество влекло их за собой, а они вели вперед общество. 













































Глава 2. Идейная эволюция декабристов после 1825 года и их отношение к просвещению народов Сибири.



Время следствия и пребывания в казематах (до 1840 года) характеризуется кризисом декабризма, вызванном поиском новых путей преобразования общества. Потерпев поражение и задумавшись над целесообразностью принесенных жертв, декабристы поставили под сомнение правильность насильственных средств борьбы. В условиях Петропавловской крепости это привело к возрождению надежд на «просвещенного монарха» и осуществление «сверху» хотя бы отчасти своей программы. «Иди он (Николай) с нами, отдайся нам, или возьми нас с собой путем правительства, мы повели бы его к славе России и всех нас вместе»1, - писал А.В.Поджио о настроениях, овладевших участниками движения в период следствия.

Суровая расправа с восставшими показала, что Николай I «не возьмет их с собой» и не станет «просвещенным монархом», который возглавит движение за преобразование России сверху. 

Убедившись в период следствия в закономерности и правильности основных принципов выдвинутой ими программы, декабристы в казематский период ищут новые средства преобразования общества. Как и для всей общественно – политической мысли России этого периода, этот поиск был сложным и противоречивым. Вставали вопросы, необходима ли революция, о роли насилия, с народом или без народа совершать преобразования. Кризис был преодолен на теоретической основе просветительства.

Часть участников движения, встав на путь поисков истины в религии, пришла к идее нравственного самоусовершенствования. Считая несовместимым «истинную свободу с невежеством и безнравственностью», эта часть декабристов пришла к выводу о необходимости распространять знания, идеи нравственности, которые помогут людям стать не только культурными, но и приведут к воспитанию человеческого достоинства, гражданственности. Это была позиция мирного просветителя, который на первый план выдвигал моральное усовершенствование человека, личности. Но религиозный настрой не изменил коренных убеждений декабристов, не привел к исчезновению в декабризме (на этом этапе его развития) революционного начала. Оно отступило на второй план, свершение революции было отнесено в отдаленное будущее.

Другая часть участников движения, признав, что «удачи и быть не могло», так как на их стороне не было ни народа, ни войска, пришла к выводу о необходимости участия в движении всех слоев населения, враждебно настроенных к правительству, в том числе солдат и крестьян. 

Изменение взглядов на движущие силы революции способствовало демократизации организационных основ общества. В будущем при построении тайного общества было признано необходимым шире вводить принцип демократизма, равенства, идейного единства, строгой дисциплины, отчетности всех членов за свою деятельность перед обществом.

После суда над декабристами царское правительство, чтобы обеспечить усиленную их охрану и опасаясь бунтов, вынуждено было поместить узников почти всех вместе. Неожиданное совместное заточение оказалось для декабристов очень важным обстоятельством, из которого они извлекли известную выгоду. Всех декабристов, осужденных на каторгу, сначала собрали в Читинском остроге, где они пробыли почти три года, ожидая, пока для них отстроят тюрьму в Петровском заводе.

Здесь им предстояло провести еще несколько лет, прежде чем арестанты были отправлены на поселение в различные районы Сибири - в Якутию, в Бурятию, Иркутскую и Енисейскую, Тобольскую губернии.

И несмотря на то, что численность ссыльных декабристов в различных районов Сибири была невелика, они своей просветительской деятельностью внесли существенный вклад в куль турное развитие края. 

В годы сибирской каторги и ссылки мировоззрение многих декабристов претерпело значительные изменения. Прошел шок от поражения революционного выступления на Сенатской площади и пришло осознание необходимости быть ближе к простым людям. В этой связи шел процесс дальнейшего развития в рамках декабристского мировоззрения просветительских идей.

Не случайно И.Д.Якушкин - один из видных деятелей декабристского движения, многие годы спустя писал: «Только с вступлением в Сибирь началось наше настоящее призвание».1 

Просветительство явилось той основой, которая объединяла как умеренно настроенную часть участников движения, так и революционную. Оно и позволило после разгрома восстания сохранить декабризм как единое и цельное течение и в конечном счете определило его место в общественно – политическом движении страны.

Следует заметить, что просветительство сибирского периода не было простым повторением идей программы «Союза благоденствия». В сибирский период декабристы пришли к мысли, что движение должны осуществлять просвещенные массы во главе с армией под руководством тайного общества. Таким образом, это было просветительство с ориентацией на более широкие социальные слои.

Общение с народом многих из них привело к более глубокому пониманию простых людей, их характера, образа мыслей. Ссыльных запросто и радушно встречали в крестьянских избах в праздники и в будни. Многие из декабристов овладели ремеслами столяров, плотников, переплетчиков, маляров и т.д., и не только в силу необходимости. По словам Д.Завалишина, «образованные люди, стремившиеся к преобразованию государства, сознавая, что труд есть исключительное основание благосостояния массы, обязаны были личным примером доказать свое уважение к труду, и изучив ремесла не для того только, чтобы иметь себе, как говорится, обеспечение на случай превратности судьбы, но еще более для того, чтобы возвысить в глазах народа значение труда и, облагородив его, доказать, что он не только легко совмещается с высшим образованием, но что еще одно в другом может находить поддержку и почерпать силу».1

Осужденные декабристы всеми доступными способами старались внести свой посильный вклад в просвещение народа, в изучение края, где они оказались, и жизни населяющих Сибирь людей. Конечно, были среди узников отчаявшиеся, были и у самых мужественных периоды упадка. Не все смогли вынести тиранию следствия, заключения в тюрьмах, каторгу. Но в основной своей массе первые русские революционеры действительно оказались, как назвал их Герцен, героями, «воинами – пророками», вышедшими сознательно на явную гибель, чтобы разбудить к новой жизни молодое поколение.

Декабристы всегда считали Сибирь неотделимой частью России. Но в своих суждениях о далекой восточной окраине до ссылки они опирались на распространенное тогда в русском обществе представление о Сибири как суровом крае изгнания, население которого находится на чрезвычайно низком уровне экономического, культурного и нравственного развития. Поэтому в качестве основных программных задач по отношению к Сибири декабристы выдвигали демократизацию управления, подъем экономического благосостояния «восточных сибирских народов» и способствование «к смягчению суровых нравов и введению просвещения и образованности».1

Ссылка в Сибирь на каторгу и вечное поселение, казалось, обрекала декабристов на политическую, а часто и физическую смерть. Все было рассчитано на то, что изолированные от культурных центров, лишенные необходимой культурной пищи, в том числе книг, без права публикации своих научных и литературных произведений высокообразованные люди неизбежно будут обречены на «нравственное онемение» и духовную смерть. Этим планам не суждено было осуществиться. Ссыльные революционеры и в Сибири продолжали словом и примером служить делу, которому себя посвятили.

Знакомство с сибирскими библиотеками декабристов, их читательскими интересами убеждает в том, что чтение декабристов меньше всего можно было назвать бесцельным: несмотря на всевозможные запрещения и ограничения, они настойчиво искали и находили возможность совершенствования и практического использования своих знаний в условиях каторги и поселения.

Через женщин осуществлялась подписка на периодические издания – самый важный для узников источник информации о всех новостях мира, в том числе и научных.

В числе первых книг, приобретенных в апреле 1826 года Е.П.Нарышкиной для мужа, значится «Путешествие по Сибири». «Письма о Восточной Сибири» А.И.Мартоса А.Г.Муравьева выписала в Читинский острог в октябре 1827 года. «Енисейский альманах на 1828 год» привез на Нерчинскую каторгу Д.И.Завалишин в ноябре 1828 года.

В Ялуторовске И.Д.Якушкин написал философский трактат, известный сегодня в науке под названием «Что такое жизнь». Декабрист подходил к решению вопроса о сущности жизни и о месте человека в природе с материалистических позиций, проявляя при этом глубокие знания новейших достижений в области естественных наук и философии. Интерес к естественным наукам сближал Якушкина с С.П.Трубецким, также имевшим солидную теоретическую подготовку: в Париже он слушал полные курсы лучших профессоров естественных наук, особенно увлекался химией, физикой и механикой.



Стремление декабристов сблизиться с народом, понять его культурный уровень и общественное сознание проистекало прежде всего, как уже было сказано выше, от осознания в той или иной мере необходимости привлечь народ к освободительному движению или, по крайней мере, добиться, чтобы народные массы понимали и поддерживали их освободительные идеи. А понимания и поддержки со стороны народа можно достичь, как полагали декабристы, только путем общего подъема его культурного уровня и благосостояния. 

Декабристы предлагали использовать стремление сибиряков к просвещению и разрешить повсеместно открытие училищ начального обучения на пожертвования самого населения. 

Для решения проблемы учительских кадров они предлагали разрешить педагогическую деятельность ссыльным, а чтобы облегчить содержание учителей – давать им небольшие земельные участки. 

Декабристы считали необходимым существенно расширить подготовку кадров образованных людей из сибиряков для нужд местной промышленности, торговли и аппарата управления. С этой целью они предлагали увеличить количество гимназий, улучшить их работу. Иркутскую гимназию преобразовать в высшее учебное заведение, открыть гимназию в Красноярске, расширить при гимназиях пансионы для одаренных детей, направлять за казенный счет сибиряков на обучение в высшие учебные заведения Москвы и Петербурга.

Чтобы опровергнуть бытовавшее мнение о Сибири, как стране, не имеющей будущего, декабристы предлагали открыть в Иркутске музей натуральной истории для широкого обозрения и организовать ученый комитете по сбору научных сведений о Сибири.

Особое значение в области подъема культуры декабристы предлагали просвещению аборигенных народов Сибири. Они считали необходимым открыть для них хотя бы начальные школы.

Для того, чтобы лучше понять жизнь окружающего их населения (в частности, бурят), братья Бестужевы предпринимали даже попытки выучить местный язык.

А письма и дневник В.К.Кюхельбекера содержат немало записей – этнографических и фольклорных с описанием игр, обрядов, традиций местного населения, записью песен, сказок.

Если в оценке декабристами русского населения Сибири в первые годы их обоюдного знакомства наблюдается элемент идеализации, то в их отношении к коренным народам и племенам края ощущается влияние широко распространенной в то время теории «естественного права», автором которой был известный французский философ XVIII века Жан Жак Руссо. Согласно этой теории, некогда, на заре своего существования, человечество находилось в естественном состоянии с присущими им свободой, равенством в общественных отношениях. С появлением частной собственности, образованием государства «естественные» отношения уступают место неравенству, которое достигает наивысшего развития при деспотическом правлении. В соответствии с теорией Руссо, все отставшие в своем социально – экономическом и культурном развитии народности мира объявлялись находящимися в «естественных» отношениях, со всеми присущими им особенностями. Декабристы разделяли теорию Руссо и стремились в реальной жизни найти ей примеры.

Коренное население Сибири было отнесено декабристами именно к таким народам. Об этом свидетельствуют дневниковые записи М.А.Бестужева, В.Н.Штейнгеля, воспоминания А.Е.Розена, записи В.К.Кюхельбекера, отдельные замечания других декабристов. При этом декабристы отзывались об «аборигенах» Сибири весьма благожелательно, не унижая и не надсмехаясь над ними. Декабристы отмечали простоту, «естественность» отношений, честность, доброту, гостеприимство народа, не игнорируя и некоторые отрицательные черты их жизни. 

Особый интерес представляют взгляды Н.А.Бестужева на бурятское население. Бестужева считают основным историографом бурятского народа из среды декабристов. Его произведения отличаются глубоким знанием современных ему условий жизни бурятского народа, экскурсами в историческое прошлое, попытками обозреть его дальнейшее развитие. 

По дошедшим до нас сведениям известно, что Бестужев занимался древней историей бурят, если и не с незапамятных времен, то с обозримого прошлого, например, с момента заселения Забайкалья. По его письмам можно установить, что он собирал орудия и другие предметы древности, выкопанные или найденные местными жителями; возможно, и сам он занимался осмотром и предварительными раскопками древних памятников. Часть этих древностей братья Бестужевы вместе с предметами буддистского культа посылали в Центральную Россию родным, друзьям и, что особенно интересно, для коллекций Вольного экономического общества, Географического общества и Общества испытателей природы. 

Решая вопрос об историческом прошлом и действительном положении современных ему бурят, об уровне хозяйственного, культурного развития, чертах общественного устройства, бытовых традициях Н.А.Бестужев в письмах и сочинениях не раз сравнивал их с древними греками гомеровского периода. Сравнением с греками он подчеркивал временный характер отсталости бурят, возможность их дальнейшего роста. 

В письмах и сочинениях декабрист не раз подчеркивал стремление бурят к знаниям, усвоению культуры других народов. Бестужев указывал на всемерное противодействие этому стремлению буддистского духовенства, которое понимало, что приближение бурят «к русским лишает их того влияния, которое имеют они (духовенство) на бурят».1

Наиболее разработанным документом декабристов о мерах по ликвидации культурной отсталости Восточной Сибири является записка П.А.Муханова «О просвещении и образованности». В ней он просил «дозволить производить первоначальное обучение свободно», потому что образование – дело общественное и одному государству оно не под силу. Автор записки предлагал организовать народные училища на средства как населения, так и государства. Он писал здесь также о расширении среднего и высшего образования в Сибири, подробно и продумано указывал, где и сколько должно быть гимназий, пансионов, училищ, на какие средства и как они должны быть организованы и оборудованы, какие штаты учителей в них следует предусмотреть. Муханов особо обращал внимание на необходимость окружить учителей вниманием и уважением.

Муханов также отмечал, что в самом ужасающем положении находится образование у коренных сибирских народностей, идущее не от какой – то особой «дикости» данных народов, а от того, что царизм, завоеватель этих народов, решительно ничего не делает для их просвещения. Муханов, как и другие декабристы – исследователи просвещенеия в Сибири, отмечал в то же время стремление населения края к просвещению, доказывал, что «усиление общественной образованности…необходимо в Сибири больше, чем в других частях России», что образованием должны заняться не только местные начальники, но и «добродетельные люди, отличные высшей образованностью и высшими сведениями».1

В понимании декабристов литературное творчество было одной из активных форм воздействия на общество, на его поступательное развитие. Н.И.Гнедич, известный писатель и переводчик, духовно близкий к декабристам, член Вольного общества любителей российской словесности – легального филиала Союза Благоденствия, писал: «Перо писателя может быть в руках его оружием более могущественным, нежели меч в руках воина».2 





















Глава 3. Просветительская деятельность декабристов в Сибири.



К просветительской деятельности в Сибири декабристы начали активно готовиться, будучи узниками Петровского каземата в Петровской «каторжной академии». Они усиленно занимались самообразованием, делились друг с другом знаниями в различных отраслях наук и уже в то время искали возможности воспитания молодого поколения. Благодаря настойчивости им удалось открыть школу для детей местных жителей. Школа работала 8 лет, вплоть до отбытия декабристов на поселение. Обучение в казематской школе было строго дифференцированным: одних детей готовили в высшие учебные заведения, других – в уездные училища, третьих учили начальной грамоте и всех – ремеслам. Обучение было столь успешным, что ученики декабристов поступали даже в Горный институт, Академию Художеств, Петербургский технологический университет.

Характерной особенностью Сибири являлось то, что она была краем низших учебных заведений. Но даже школ, дающих самые элементарные знания, было явно недостаточно для удовлетворения потребности в обучении детей. Поэтому сибиряки предпочитали обучать детей частным образом, а не отдавать детей в городские училища, расположенные порой за десятки и сотни километров: это и стоило намного дешевле, и дети как подсобная рабочая сила оставались дома.

По выходу на поселение «государственным преступникам» разрешалось заниматься земледелием, торговлей и промыслами, медицинской практикой, но категорически запрещалось обучать детей, так как правительство опасалось, и не без основания, их влияния на молодое поколение. Однако декабристы выискивали пути обхода подобных запретов и почти все занимались педагогической деятельностью. При этом они не просто продолжали существовавшую и ранее в Сибири учительскую практику ссыльных, но подняли ее на более высокую ступень: создавали учебники и учебные пособия, разрабатывали и внедряли новые прогрессивные методы обучения.

Так, М.И.Муравьев – Апостол, прибывший в 1828 году в Вилюйск, занялся устройством школы для детей разных сословий и национальностей. Декабрист обучал их чтению, письму и арифметике, а за неимением удовлетворительных учебников сам составил несколько учебных пособий. 

Чтению, письму, арифметике, географии, истории и различным ремеслам обучали детей разных сословий и национальностей С.Кривцов и братья А. И П.Беляевы в Минусинске в открытой ими по просьбе «мещан, крестьян близлежащих деревень» школе. За неимением учебника математики они пользовались лекциями П.С.Бобрищева – Пушкина, прослушанными в Петровском каземате (пригодился опыт каторжной академии). Следует отметить, что Минусинская школа декабристов формально считалась платной, но плата носила номинальный характер и взималась только за обучение детей богатых родителей. 

Один из пионеров применения в России системы взаимного обучения В.Ф.Раевский, проживший в с.Олонки с 1828 года до конца своих дней, на свои скромные средства нанял помещение и учителя и стал разъяснять крестьянам пользу просвещения. Однако успех к нему пришел не сразу, поскольку власти внушали населению, что от грамоты происходит «помрачение ума». Однако вскоре школу начали посещать не только дети, но и взрослые, что «по тем временам было удивительно».1

Широко развернул просветительскую деятельность с выходом на поселение Д.И.Завалишин – бывший преподаватель Кадетского корпуса (1821 – 1823 гг.). Его общественной активности в значительной мере обязано Забайкалье открытием ряда сельских приходских училищ, возобновлением работы в Чите казачьей и солдатской школ, закрытых из – за недостатка учебников: декабрист за свой счет снабдил их учебными пособиями и работал в них учителем. Д.И.Завалишин открыл в Чите школу для мальчиков и девочек «всякого звания и сословия», в которой обучал детей грамматике, арифметике, истории, географии ремеслам. В 60 – х годах XIX века он выступил со статьями по вопросам воспитания в московском журнале «Современная летопись», опираясь в них наряду с другими материалами на педагогический опыт декабристов в Сибири.

Декабристы считали, что в улучшении благосостояния народа большую роль наряду с просвещением играет квалифицированный труд, поэтому они придавали большое значение трудовому воспитанию учащихся. 

Братья Н. и М.Бестужевы еще при организации казематской школы для детей служащих и мастеровых Петровского завода были инициаторами трудового обучения детей. Они приучали своих учеников к труду и порядку, не различая их по происхождению. 

Бестужевы и Константин Торсон стали просветителями Бурятского края. В доме Торсона была устроена школа для совместного обучения мальчиков и девочек, бурят и русских, в которой обучали общеобразовательным предметам и ремесленному делу. В этой школе царил дух содружества, особо успевающих награждали подарками – книгами, инструментами и одеждой, отстающим помогали все вместе, подбадривали их.

Школа Бестужевых и Торсона в Селенгинске, как и другие декабристские школы, не могла не подвергаться нападкам местного начальства. Она выдавалась ее устроителями нередко за «хозяйство» Бестужевых, в котором подростки якобы работали по найму, занимаясь ремеслом. Ученики этой школы, поступившие в Иркутскую и Казанскую гимназии, были там в числе лучших, а те, кто проходил полный курс средней школы, успешно поступал затем в высшие учебные заведения. А.М.Лушников – в Академию художеств, А.В.Янучковский – в Петербургский горный институт, а Алексей Старцев – в медицинский институт.

Наибольшие успехи показали ученики Бестужевых и Торсона в профессионально – технической области. Бывая в улусах, Бестужевы знакомили их жителей с различными ремеслами, приглашали бурят отдавать сыновей в свою школу, где их научат ремеслу. Бурятские кочевники нередко сами приезжали к Бестужевым поучиться тому или иному ремеслу, запастись необходимыми инструментами, они охотно отдавали детей в школу к «чудо – мастерам», которые к тому же многих учеников кормили и одевали бесплатно. Кочевники развезли славу о Бестужевых по бескрайним бурятским просторам. Помощником по ремесленному обучению был в школе бурят Сарампилов, который учился у Н.А.Бестужева в казематской школе на Петровском заводе.

Сестры Бестужевы – Елена, Ольга и Мария Александровны – обучали девочек ремеслу. Ремеслам вместе с девочками учились и взрослые женщины – русские и бурятки.

Примечательно, что постаменты памятников умершим в Селенгинске Н.А.Бестужеву и К.П.Торсону вытесал их ученик бурят Анай Унганов. 



О характере и результативности педагогической деятельности декабристов в Сибири наиболее наглядно можно судить по ялуторовским школам. 

Душой, организатором и руководителем этих школ был И.Д.Якушкин. Педагогическая деятельность всегда привлекала его. Еще до восстания 1825 года он учил крестьянских мальчиков в своем смоленском имении Жуково, так как просвещение, по его мнению, помимо улучшения материального благосостояния, ведет к осмыслению человеком самого себя, развития способностей к мышлению, осознанию своего положения в обществе, а тем самым к подрыву устоев крепостничества.1

И.Д.Якушкин, как и другие декабристы, значительно расширил свое образование в «каторжной академии». Выйдя из Петровского каземата и поселившись в 1836 году в Ялуторовске Тобольской губернии, он уделял много внимания самообразованию, особенно в области естественных наук, и искал случая приступить к реализации своих педагогических идей и просветительских планов, вытекавших как из программных идей декабристов, так и из его личных наклонностей. Вскоре ему удалось обойти запрет на занятия педагогической деятельностью. В Ялуторовск был переведен молодой протоиерей С.Я.Знаменский, знакомый тобольских декабристов, достаточно образованный для своего времени и прогрессивно настроенный человек. Протоиерей поддержал идею И.Д.Якушкина об организации школы. Опираясь на синодские указы 1836 – 1837 гг. об открытии церковно–приходских училищ и ходатайство тобольских декабристов перед архиереем и губернатором, он в октябре 1841 года получил разрешение на открытие школы. Новое училище должно было «приготовлять «детей священников и церковнослужителей, проживающих в городе и окрестностях, к поступлению в семинарию и вместе с тем доставить возможность учиться мальчикам, не имеющим права поступать или по недостатку своему не поступающим в уездные училища».1

Такая постановка задачи обеспечивала школе легальное существование и возможность расширять программу по сравнению с гражданскими училищами. Поскольку по уставу 1828 года приходские училища не финансировались, ялуторовские декабристы развернули активную работу по сбору средств среди местного населения, помогла и тобольская колония декабристов во главе с М.А.Фонвизиным. В преддверии открытия училища все жившие в Ялуторовске декабристы (М.И.Муравьев – Апостол, И.И.Пущин, Н.В.Басаргин, В.К.Тизенгаузен, Е.П.Оболенский и мн.др.) занимались изготовлением различных школьных пособий. Сам И.Д.Якушкин составил учебники ботаники и географии, использовав местный материал, изготовил сотни таблиц по русской грамматике, истории, географии. Его учебные пособия существенно отличались от официальных и призваны были воспитывать детей в духе патриотизма и гражданственности, а не пресловутой уваровской триады «самодержавия, православия и народности».

6 августа 1842 года училище было открыто в доме, пожертвованном местным купцом Мясниковым. Отсутствие телесных наказаний, легкость и занимательность ланкастерских приемов обучения привлекали детей в школу, и к концу года в ней уже было 44 человека, а к маю 1846 года это число выросло уже до 200. Формально учителем в училище числился дьячок Е.Ф.Седачев, хотя занятия вел сам Якушкин. В школе преподавались русский и церковнославянские языки, география, гражданская и священная история, чистописание и не упоминаемые в отчетах зоология, ботаника, греческая и латинская грамматика. Декабристы намеревались также составить и ввести в курс обучения свод законов, касающийся крестьян. К сожалению, эта идея не была реализована.

Обширная программа усваивалась детьми сравнительно легко благодаря сочетанию классно – урочной системы и системы взаимного обучения. Применение комплексного мстода обеспечивало Якушкину относительную свободу действий и давало возможность творчески подходить к проведению бесед, экскурсий и обучению ремеслам. В школе учились дети различных сословий и национальностей. Декабристы строго следили за тем, чтобы между ними были дружеские взаимоотношения. Вместе с горожанами обучались и крестьяне, даже дети – сироты из разных деревень и уездов. Якушкин был решительным противников физических наказаний и целиком опирался н личный пример и авторитет учителя.

С 1843 года его школа официально именовалась Сретенским духовным училищем, но доступ в нее был открыт для всех сословий. Довольно обширная программа, усваиваемая учащимися в течение 4 лет, давала намного больше знаний, чем программа уездных училищ, не говоря уже о приходских. Практически школа И.Д.Якушкина стала своего рода учительской семинарией, в которой учителя и смотрители уездных училищ Западной Сибири приобретали опыт ведения занятий по методу взаимного обучения.

Вопрос о женском просвещении, поставленный на повестку дня передовой мыслью России, волновал и сибирскую общественность. Однако сопротивление консервативных сил было так велико, что в первой четверти XIX века не было открыто ни одной женской школы. Количество же девочек, обучавшихся вместе с мальчиками в отдельных приходских и уездных училищах, исчислялось единицами. И только во второй четверти XIX века, уже в значительной мере под влиянием декабристов, в Сибири появилось несколько женских учебных заведений: Сиропитательный дом Медведниковой и Институт для «девиц благородного и духовного звания в Иркутске. Однако их состав был крайне малочисленным. В учебных заведениях, по данным А.Саблина, обучалось не более 150 человек.

Несмотря на препятствия местных властей, ялуторовским декабристам удалось 1 июля 1846 года открыть школу и для девочек, именовавшуюся «духовным приходским училищем для девиц всех сословий».1 Ее идейным руководителем тоже был Д.И.Якушкин, а учителем формально числился все тот же дьячок Седачев. Для работы в школе были привлечены жена декабриста А.В.Ентальцева и ученицы И.Д.Якушкина А.П.Созонович и О.Н.Балакшина.

В школе для девочек изучались те же предметы, что и у мальчиков, но вместо греческого и латинского языков – французский, вместо ботаники – рукоделие. Аналогичным образом обстояло дело с методикой обучения и учебными пособиями.

Ялуторовская женская школа была первой всесословной среди женских школ не только Сибири, но и всей России.

Вслед за Ялуторовском, опять же при содействии И.Д.Якушкина, в 1852 году была открыта женская школа в Тобольске для детей низших сословий на деньги, собранные купечеством. 

Сподвижник Якушкина по ялуторовским школам Протоиерей Знаменский, переведенный на службу в Омск, в 1853 году открыл там школу для девочек, которая явилась вместе с тем и первым гражданским учебным заведением в этом новом административном центре Западной Сибири.

Деятельность ссыльных декабристов охватывала все стороны общественной жизни Сибири, вовлекая представителей местного общества. Постоянные негласные связи с Центральной Россией, с родными и близкими декабристы смогли установить при содействии друзей из местной среды. Такие нелегальные связи были необходимы политическим изгнанникам для информации о происходящих в стране и за рубежом событиях, для пересылки литературных произведений, а позднее – для получения и распространения вольных изданий А.И.Герцена и другой запрещенной литературы. С другой стороны, передовые круги забайкальского общества привлекали декабристов к своим прогрессивным начинаниям, в частности к сотрудничеству в рукописных и печатных изданиях края.

Декабристы хотели быть полезными, деятельными, «а не тунеядными», поэтому просили разрешения печататься, на что Бенкендорф ответил: « …Я считаю неудобным дозволять государственным преступникам посылать свои сочинения для напечатания в журналах, ибо сие поставит их в сношения, несоответственные их положению».1

И все же отдельные произведения декабристов увидели свет, хотя публикации были связаны с последующим выяснением и полицейскими дознаниями.

Начало было положено еще в 1830 – х гг., когда в Кяхте, впервые в истории края, стали издаваться рукописная газета «Кяхтинская стрекоза» и журнал «Кяхтинский литературный цветник». Издателем газеты был Александр Иванович Орлов, городской штаб – лекарь Кяхты. К сожалению, ни один номер этих изданий до наших дней не дошел. По отрывочным сведениям М.А.Бестужева, тираж газеты доходил до 60 экземпляров – довольно значительное количество для рукописного издания. Газета расходилась не только в Кяхте, но и за ее пределами, в частности, В Петровском заводе, где с ее номерами знакомились декабристы. Целью газеты являлось «изображение местности кяхтинской в литературном, статистическом, топографическом и этнографическом отношениях».2 

В обстановке постоянного полицейского надзора, не имея возможности выступать в центральной периодической печати, декабристы поддерживали сибирских литераторов в их намерении издавать свои журналы и газеты. 

Идея создания альманаха с символическим названием «Зарница» принадлежала П.А.Муханову. Он предполагал включать в альманах повести , стихи и басни, написанные в тюремных казематах П.С.Бобрищевым - Пушкиным, А.П.Барятинским, В.Л.Давыдовым, Ф.Ф.Вадковским, В.П.Ивашевым и другими. Но альманах так и не был выпущен, а рукописи, приготовленные для него, затерялись.

В последующие годы в Восточной Сибири появилась серия рукописных изданий: сатирическая газета сибирского писателя С.И.Черепанова в Тунке, «Домашний собеседник» Н.И.Виноградского в Иркутске, «Метляк» А.И.Орлова в Верхнеудинске. В связи с переводом в Иркутск Орлов намеревался и там выпускать журнал, подобный «Метляку».

Трудно переоценить значение рукописных журналов в деле просвещения Сибири. Они способствовали собиранию и объединению литературных сил Забайкалья, формированию культурных и литературных интересов передовой части населения. Сотрудники журналов и газет звали к изучению богатейшего сибирского края, пробуждали у читателей любовь к нему и гуманное отношение к малым народам, населяющим Сибирь; занимались собиранием русского и национального фольклора. Рукописные журналы вызывали живой отклик у передовой части населения, их читали и обсуждали в кружках любителей литературы Иркутска, Читы, Кяхты, Нерчинска.

Рукописные издания были своеобразным связующим звеном между декабристами и сибирским обществом, литераторами Забайкалья и Восточной Сибири. 

Рукописные журналы давали возможность сибирякам систематически заниматься литературным творчеством. Так, В.И.Вагин, журналист – публицист и историк, с сожалением писал о прекращении выхода газеты «Домашний собеседник»: «Это было для меня очень дурно, потому что долго после того, занятый службой, я не писал ничего серьезного, или вернее принимался за многое, но ничего не оканчивал; нежелательно было трудиться».1

Декабристы сделали все, чтобы пробудить интерес к политической и культурной жизни не только в среде сибирской городской интеллигенции, но и сельского населения. 

В конце 40 – х – начале 50 – х гг. Сибирь все еще не имела своего печатного органа, по – прежнему выходили рукописные журналы и газеты. 

Наконец, в январе 1860 года иркутяне получили разрешение издавать частную газету «Амур», а забайкальцы в мае 1862 года – «Кяхтинский листок». Выход «Кяхтинского листка» был тепло встречен сибиряками. «Мы радовались и радуемся, что Восточная Сибирь пробуждается, что она подымается на ноги. А ведь известно, что первым признаком поднятия на ноги человека почитается требование слова. Восточная Сибирь потребовала его».2 

Однако уже в апреле 1862 года прекратила свое существование газета «Амур», после 18 номера – и «Кяхтинский листок». 

Параллельно с этими газетами был подготовлен и рукописный сборник «Либералист» (1860 – 1863 гг.), куда вошли политические сочинения, запрещенные цензурой. В этот сборник были включены произведения декабристов К.Ф.Рылеева и предположительно В.Ф.Раевского, то есть идеи декабристов проникали в сознание сибиряков и оказывали влияние не только при непосредственном общении их друг с другом, но и через произведения декабристов, распространяемые в рукописях.

Доктор Н.А.Белоголовый вспоминал: «Декабристы своим влиянием разбудили во мне живую душу и приобщили ее к тем благам цивилизации, которые скрасили всю мою последующую жизнь».1 

Но декабристы занимались не только педагогический деятельностью и изданием рукописных и печатных журналов и газет. Вся их деятельность была посвящена будущим социально – экономическим, политическим и культурным преобразованиям общества, независимо от того, касалось ли это врачебной помощи местному населению, или шла речь о пропаганде музыки, живописи и т.п.

Так, по сообщениям современников, М.К.Кюхельбекер смотрел на свою врачебную деятельность в Баргузине «как на призвание». А Н.А.Бестужев был известен как художник, талантливый чтец, актер. Бестужев написал портреты многих декабристов, а также современников – сибиряков – селенгинцев, кяхтинцев, верхнеудинцев, иркутян. 

Также Н.А.Бестужев в Селенгинске и Кяхте для домашних и своих близких друзей устраивал иногда чтение художественной литературы и даже театрализованные представления, как сказали бы сейчас, «театр одного актера».

Одним из благотворных влияний декабристов на сибирское общество было их сдерживающее воздействие на местную администрацию. При декабристах чиновники административного аппарата уже не решались идти на неограниченный произвол. Д.И.Завалишин, поселенный в Чите, с начала организации и образования Забайкальской области в 1851 году, принимал непосредственное участие в делах области или оказывал на них то или иное влияние. Через Д.И.Завалишина многие его товарищи, в частности, братья Бестужевы, не раз помогали обращавшимся к ним за советом или помощью крестьянам и местным жителям.

































                               Заключение.



Вся деятельность ссыльных декабристов в Сибири была направлена на ускорение социально – экономического, общественно – политического и культурного развития края. В письмах, сочинениях, в практической деятельности, на общественном поприще декабристы поднимали актуальные вопросы современной им эпохи – вопросы развития народного образования, здравоохранения, подъема общего уровня культуры народных масс, продуманного освоения огромных пространств и несметных богатств сибирского края, распространения и утверждения передовых приемов хозяйствования, проблему будущности малых народностей Сибири. Они мечтали о создании благоприятных условий для развития этих народностей. Особенна ценна для нас деятельность декабристов, направленная на пробуждение общественного сознания сибиряков. Здесь и участие в рукописных и печатных изданиях края, распространение и пропаганда вольных изданий А.И.Герцена, участие в них, публицистические выступления.

Декабристы всегда считали Сибирь неотделимой частью России. В своих суждениях о далекой восточной окраине они опирались на распространенное тогда в русском обществе представление о Сибири как суровом крае изгнания, население которого находится на чрезвычайно низком уровне экономического, культурного и нравственного развития. Поэтому в качестве основных программных задач по отношению к Сибири декабристы выдвинули демократизацию управления, подъем экономического благосостояния «восточных сибирских народов» и способствование «к смягчению суровых нравов и введению просвещения и образованности».1

Ссылка в Сибирь на каторгу и вечное поселение обрекала декабристов на политическую, а часто и физическую смерть. Все было рассчитано на то, что изолированные от культурных центров, лишенные необходимой культурной пищи, в том числе книг, без права публикации своих научных и литературных произведений высокообразованные люди неизбежно будут обречены на «нравственное онемение» и духовную смерть. Этим планам не суждено было осуществиться. 

Просветительство явилось той основой, которая объединяла как умеренно настроенную часть участников движения, так и революционную. Оно и позволило после разгрома восстания сохранить декабризм как единое и цельное течение и в конечном счете определило его место в общественно – политическом движении страны.

Следует заметить, что просветительство сибирского периода не было простым повторением идей программы «Союза благоденствия». В сибирский период декабристы пришли к мысли, что движение должны осуществлять просвещенные массы во главе с армией под руководством тайного общества. Таким образом, это было просветительство с ориентацией на более широкие социальные слои.

Важнейшими чертами педагогической практики декабристов в Сибири была комплексность обучения грамоте и ремеслам, применение методики взаимного обучения и дифференцированной работы с каждым учеником в зависимости от его способностей и успехов. Обучение в школах декабристов было по существу светским, несмотря на то, что работали они нередко под вывеской церковно-приходских школ и в их программах значились Закон Божий и священная история.

Декабристы считали, что в улучшении благосостояния народа большую роль наряду с просвещением играет квалифицированный труд, поэтому они придавали большое значение трудовому воспитанию учащихся. 

Введя новые приемы и методы обучения, декабристы значительно расширили уровень общеобразовательной подготовки учащихся по сравнению с правительственными школами. В программах и педагогической практике школ декабристов большое внимание уделялось предметам естественнонаучного цикла, всемерному внедрению наглядности, использованию местного материала. 

Многое из того, что вводили в своей учебно-воспитательной работе декабристы, нашло отражение и дальнейшее развитие в советской, а затем и российской педагогической практики.

Декабристы воспитывали своих учеников в духе гражданственности и патриотизма, любви к Родине и к родному краю, терпимости и уважения к другим народам, видя в них людей, которым предстоит преобразовать общество на более справедливых началах.

Они первыми приступили к созданию публичных библиотек и библиотек при начальных училищах, где их ранее не существовало.

Открыв женские школы на территории Сибири, они фактически первыми в России положили начало вовлечению женщин в сферу умственного труда.

Вся их деятельность была посвящена будущим социально – экономическим, политическим и культурным преобразованиям общества, независимо от того, касалось ли это врачебной помощи местному населению, или шла речь о пропаганде музыки, живописи и т.п.

Декабристы сделали бы значительно больше для развития просвещения Сибири, если бы их прогрессивным начинаниям не противодействовали представители царских властей. Но и то, что им удалось, дает основание датировать с начала ссылки декабристов в Сибирь новый этап в культурной жизни края.





























Список использованной литературы.



1. Бахаев В.Б. Общественно – просветительская и краеведческая деятельность декабристов в Бурятии. Новосибирск, «Наука»,1980 г.

2. Бестужев Н.А. Статьи и письма. М., 1988 г.

3. Волк С.С. Исторические взгляды декабристов. М., 1958 г. 

4. Восстание декабристов. Том 7. М. – Л. 1958 г. 

5. Галактионов А.А., Никандров П.Ф. Русская философия IX – XIX веков. Л., ЛГУ, 1989 г.

6. Декабристы: Биографический справочник. М., «Наука», 1988 г.

7. Декабристы и русская культура. Ленинград, «Наука», 1976 г.

8. Дружинин Н.М. Декабрист И.Д.Якушкин и его ланкастерская школа. В кн.: В сердцах Отечества сынов. Иркутск, 1975 г.

9. Декабристы и Сибирь. Новосибирск, «Наука», 1977 г. 

10. Записки, статьи, письма декабриста И.Д.Якушкина. М., 1957 г.

11. Избранные социально – политические и философские произведения декабристов. Тома 1 и 2. М., 1951 г.

12. История Сибири. Том 2. Л., 1968 г.

13. Иллерицкий В.Е. Революционная историческая мысль в России (домарксистский период). М., «Мысль», 1974 г.

14. Латышина Д.И. История педагогики: Воспитание и образование в России (10 – начало 20 вв.). М., «Форум», 1998 г.

15. Литературное наследие декабристов. М., «Наука», 1976 г.

16. Нечкина М.В. Декабристы. - М.: Наука, 1982 г.

17. Общественная мысль в России XIX века. Л., «Наука», 1986 г.

18. Окунь С.Б. Декабрист М.С.Лунин. Л., ЛГУ, 1985 г.

19. Окунь С.Б. Ссыльные декабристы в Сибири. Л., ЛГУ, 1985 г.

20. Орлик О.В. Декабристы и европейское освободительное движение. М., «Мысль», 1975 г.

21. Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР (XVIII - первая половина XIX века). М., «Педагогика», 1973 г. 

22. Поджио А.В. Записки декабриста. М., 1930 г.

23. Политическая ссылка в Сибири XIX – начало XX века. Новосибирск, «Наука», 1987 г.

24. Проблемы истории русского общественного движения и исторической науки. М., «Наука», 1989 г.

25. Ссыльные декабристы в Сибири. Новосибирск. «Наука», 1985 г. 

26. Федоров В.А. Декабристы и их время. М., МГУ, 1992 г.

27. Шатрова Г.П. Декабристы и Сибирь. Томск. 1962 г.