Людвиг Фейербах о сущности религии

Людвиг Фейербах о сущности религии

Яблоков И.Н., д-р филос. наук

Немецкий философ Л. Фейербах анализировал религию в ряде своих произведений: “Предварительные тезисы к реформе философии”, “Основные положения философии будущего”, “Необходимость реформы философии”, “Сущность христианства”, “Лекции о сущности религии” и др. Обозревая путь своего духовного развития, Фейербах писал, что его Первой мыслью был “Бог”, второй — “разум”, третьей и последней — “человек”. Он называл Гегеля своим учителем, “вторым отцом”, считал что именно благодаря ему обрел “вторую мысль”. Однако затем Фейербах подверг философскую систему Гегеля принципиальному переосмыслению. Он пришел к выводу, что гегелевский тезис о самоотчуждении логической идеи в природу не обоснован, поскольку абсолютная идея, изначально находясь в стихии чистого мышления, может знать только о нем и ни о чем другом. Переход от идеи к инобытию логически не дедуцирован, выведен не логическим, а алогическим путем.

Пo мнению Фейербаха, Гегелю не удалось доказать тождество мышления и бытия. Абсолютное мышление не может, отмежевавшись от самого себя, проникнуть к бытию, последнее остается чем-то потусторонним. Мышление противопоставляет себе бытиe, но в пределах самого себя, и тем самым непосредственно устраняет противоположность бытия самому себе, ибо бытие, будучи дано в мышлении, есть не что иное, как мысль. Тождество мышления и бытия выражает только тождество мышления, с самим собой. В связи с критикой гегелевской идеи тождества мышлению и бытия Фейербах поддерживал выявленную И.Кантом неубедительность доказательств бытия Бога. Доказательство, что нечто существует, писал Фейербах, значит лишь- то, что нечто не есть только мыслимое. Однако соответствующее доказательство нельзя почерпнуть из самого мышления. Если к объекту мышления должно присоединиться бытие, это значит, что к мышлению должно присоединиться нечто, отличное от мышления. Фейербах провел “реформу” философии и сформулировал основные положения “новой философии”, “философии будущего”. Вместо абсолютного идеализма он предложил в качестве подлинной философии натурализм в единстве с антропологизмом. Новая философия есть наука действительности в ее подлинности и полноте, а совокупность действительности составляет природа в самом универсальном смысле слова, включая и человека, Это “откровенно чувственная философия”, ее объективно обоснованным началом и одновременно “каноном” является природа. Поскольку человек — часть последней, Фейербах рассматривал его как “единственный, универсальный и высший предмет философии, превращая, следовательно, антропологию, в том числе и физиологию, в универсальную науку”. Новая философия опирается на разум, но сущность его сводится к человеческой сущности: человек есть мера разума. Поэтому познавательным принципом, субъектом новой философии является не “Я”, не абсолютный дух, не разум в абстрактном смысле, но действительное и цельное человеческое существо. Реальностью, субъектом разума является только человек. Мыслит человек, а не “Я”, не разум. Согласно принципам новой философии мышление исходит из бытия, а не бытие из мышления, основа бытия в нем самом, оно дается из себя и через себя. Фейербах полагал, что его философия принимает бытие таким, каково есть для нас .— не только как мыслящих, но и как действительно существующих. Согласно этой философии, бытие является чувственным, созерцаемым, ощущаемым, его можно любить; только чувственное существо есть истинное действительное, существо, и тело в полноте своего состава входит в сущность этого существа. Предмет дается не посредством мышления, а благодаря чувствам, бессознательно мысль предполагает истинность реальности, чувственности, от мысли не зависимой. Объект дается мне лишь там, размышлял философ, где дано существо, на меня воздействующее, где моя самостоятельность наталкивается на сопротивление, поскольку деятельность другого существа является границей моей самодеятельности. Фейербах утверждал: “Понятие объекта в непосредственном смысле есть... понятие чужого Я. Поэтому понятие объекта... опосредовано понятием „ты", то есть опредмеченного Я... Объект, то есть чужое Я, дан не моему Я, но дано не-Я, во мне находящемуся... Только там, где я — нечто страдательное, возникает представление активности, вне меня находящейся, -- иначе говоря, только там дано нечто объективное. Но только благодаря чувству Я есть Не-я. ...Чувственность разрешает тайну взаимодействия. Только чувственные существа воздействуют друг на друга. Я есть Я-— для самого себя, и одновременно я — ты для другого”. Только в ощущении, только в любви это лицо, эта вещь обладает абсолютной ценностью, в ощущении конечное оказывается бесконечным, в любви, а не в абстрактном мышлении заключена тайна бытия. Поэтому ощущения имеют онтологическое, метафизическое значение: любовь есть подлинное онтологическое доказательство наличности предмета вне нашей головы. Осмыслить бытие, по Фейербаху, можно лишь исходя из понимания человека. Отдельный человек, как нечто обособленное, заключает человеческой сущности в себе ни как в существе моральном, ни как в мыслящем. “Человеческая сущность, — писал философ, — налицо только в общении, в единстве человека с ловеком, в единстве, опирающемся лишь на реальность различия между Я и Ты... Уединенность есть конечность и ограниченность, общение есть свобода и бесконечность”.

Отличительными признаками истинно человеческого в человеке Фейербах считал разум, волю и чувства (сердце): в мышлении, воле и чувстве заключается высшая, абсолютная сущность человека и цель его существования; он существует чтобы познавать, хотеть, любить. Разум (воображение, фантазия, представление, мнение), воля и любовь не являются его непосредственным достоянием и продуктом, это — оживотворяющие, определяющие господствующие, абсолютное силы, которым человек не может противостоять, они им владеют и поглощают его.

В соответствии с принципами антропологической философии Фейербах объяснял различные явления, в том числе и религию. По его мнению, искусство, религия, философия и наука суть проявление или развитие человеческой сущности.

Предметом и содержанием религии считается человек, его непосредственная сущность. Религия выражает существенное отличие человека от животного: у животных нет религии. Это отличие состоит в сознании, а сознание имеется лишь там, где субъект способен понять свой род, свою сущность. Человек живет двойной жизнью — внешней и внутренней; внутренняя — связана с его родом, сущностью. Человек мыслит, то есть беседует с самим собой, мышление и слово суть функции рода, они могут выполняться и без другого индивида. Человек одновременно и “Я” и “Ты”: он может стать на место другого. Религия есть сознание человеком себя в своей живой цельности, в которой единство самосознания существует только как завершившееся единство “Я” и “Ты”. В религии, считал Фейербах, имеется сознание бесконечного, человек осознает свою не конечную, а бесконечную сущность.

Чувственный объект находится вне человека религиозный — внутри него, поэтому религиозный объект интимен, близок. Религиозный объект человека представляет собой его же объективную сущность, а, значит, сознание Бога есть самосознание человека, познание Бога — самопознание человека. О человеке можно судить по Богу и о Боге — по человеку: они тождественны. Бог есть откровение внутренней сути человека, выражение его “Я”, а религия - торжественное раскрытие тайных сокровищ человека, признание его сокровенных помыслов, открытое исповедание его тайн любви.

В религии содержится внутреннее противоречие; сокровенно существо Божие и человеческое образуют тождество, но на осознанном уровне Бог предстает как другое, отличное от человека существо. Верующий не осознает, что его сознание Бога представляет сознание его собственной сущности, поэтому, уточнял философ, религия есть первое и к тому же косвенное самосознание человека: прежде чем искать свою сущность в себе, он полагает ее вне себя, свою собственную сущность он объективирует в качестве другой. Божественная сущность — это человеческая сущность, очищенная, освобожденная от индивидуальных границ, от действительного телесного человека, объективированная, т. е. рассматриваемая и почитаемая в качестве посторонней, отдельной. “Сущность и сознание религии, — писал Фейербах, — исчерпывается тем, что заключается в сущности человека, его сознании и самосознании. У религии нет собственного, особого содержания”. Человек объективирует свою сущность и делает себя предметом этой объективированной сущности, превратившейся в субъект, в личность; он относится к себе как к субъекту, но субъекту другого существа.

Поскольку, с точки зрения Фейербаха, сущность человека обрадуют разум, воля и чувства, постольку и сущность религии составляют эти свойства, но предстающие в качестве объективированных. Человек не может допустить, представлять, мыслить другую духовную сущность, другой разум, кроме того, который светится и проявляется в нем. Он может только вынести разум , пределы своей индивидуальности. “Бесконечный дух” в отличие от конечного — разум, вынесенный за пределы индивидуальное, и телесности. Воля, абсолютная и неограниченная, реализуется в творении, в нем человек утверждает божественность воли. Творение из ничего есть высшее выражение всемогущества, прославляющего свою свободу, проявление силы воли. Если Бог есть любовь, значит, чувство — Бог человека; Бог — это объективированная сущность чувства, неограниченное, чистое чувство, он есть вожделение человеческого сердца. Чувство реализуется вере, которая объективирует всемогущество человеческих чувств и желаний, представляет собой совершенную уверенность в реальности, то есть в безусловной силе и истинности субъективного в противоположность границам, то есть законам природы и разума. Фейербах отрицал существование специфического религиозного чувства и в этом смысле особого “органа для религии”. Религиозные чувства не отличаются от тех, которые человек испытывает вне и без религии. Настроения и чувства, связанные религиозным предметом он, человек, переживает и по отношению к нерелигиозным предметам. Следовательно, чувства религии не представляют собой чего-то особенного. Человек падает на колени перед своими богами, но то же самое он делает перед своими властителями, перед теми вообще, в чьих руках его жизнь: он самым смиренным образом молит их о сострадании, иначе говоря, проявляет к людям то же почтение, что и к богам. Нет особой peлигиозной способности и особого религиозного чувства, отсутствует и специфический предмет, который один претендовал бы на религиозное почитание. В то же время Фейербах рассматривал “органы религии” в условном смысле: к ним он относил чувства, силу воображения, потребность или стремление к счастью. Философ подчеркивал, что формой, в которой выступает содержание религии, является чувственное созерцание, представление, фантазия. Сравнивая религию с философией, он полагал, что философия — дело мышления, разума, тогда как религия живет настроением и фантазией. Но в религии представлены не образы спекулятивных мыслей, как утверждал Гегель, она заключает в себе начало, отличное от мышления, а именно чувственность, понимаемую как единство материального и духовного. Сам Бог есть существо чувственное, предмет созерцания; видения, правда, не телесного, но духовного, т. е. созерцания в фантазии. Существенное отличие религии от философии составляет символ, образ. Религия чувственна, эстетична, а философия — нечто нечувственное, абстрактное. Философ сравнивал религию и с искусством. И тому и другому свойственно создание изображений: поэт рождает образы из слов, живописец — из красок, скульптор — из дерева, камня, металла. Но художник, давая видимость действительности, не выдает эту видимость за действительность. Религия же выдает, она делает изображение живым существом, на самом же деле изображение есть только изображение.

Фейербах, находил в религии заблуждения, иллюзии, фантазии; свойства, которые приписывают воде, вину, хлебу и т. д. как нечто отличное от этих естественных веществ, существуют только в представлении, в воображении, но не в действительности. То же можно сказать и о предмете религии вообще — о божественной сущности в отличие от сущности природы и человечества. Определения этой сущности — разум, любовь и т.п. - долженствующие иметь иное значение, чем те же определения, относящиеся к сущности человека и природы, даны не в действительности, а только в представлении и воображении. Но из этого неправомерно делать вывод, будто религия — это бессмыслица, чистая иллюзия. Фейербах полагал, что, поскольку подлинным предметом и содержанием религии является человек, антропология, религиозные определения Бога выражают и объективируют истинную человеческую сущность. Показательны названия первой и второй частей его “Сущности христианства”: “Истинная т. е. антропологическая сущность религии” и “Ложная, т. е. богословская сущность религии”.

Важным моментом фейербаховской концепции религии являлся поиск ее “основы”, “корня”, “источника”, “фона”. Исходный принцип формулировался так: “Основу религии составляет чувство зависимости человека”; самым ярким выражением чувства зависимости является страх. Вначале предметом этого чувства была природа с ее изменчивостью, непостоянством, драматическими событиями: она — первый, изначальный объект религии. Религии, в которых поклоняются явлениям природы, Фейербах называл естественными. Природа находится в постоянном движении и изменении, и эти изменения обрекают на неудачу или поощряют человеческие желания и намерения. Изменчивость явлений природы главным образом и возбуждает религиозное чувство и делает природу предметом религии. Фейербах связывал появление религии со случайностью: непостоянство природы делает человека религиозным. Главный предмет религии — случайность, ибо она является чем-то непреднамеренным и непроизвольным, независимым от человеческого знания и воли, но в то же время таким, от чего зависит судьба человека.

От естественной религии Фейербах отличал религию духовно-человеческую: в ней предметом является дух, духовное существо, иной оказывается и основа. По мнению философа, в ходе истории человек возвышается над природой, “становится супранатуралистом”, его Бог оказывается “сверхъестественным существом”, и тогда объектом чувства зависимости выступают и общественные силы. Из чисто физического существа человек становится существом политическим, чем-то отличным от природы. Объединяясь с другими людьми в общине, человек разграничивает свою сущность и природу и, следовательно, приходит к Богу, отличному от природы. “В этой общине — писал Фейербах, — предметом его сознания и чувства зависимости является сила закона, общественного мнения, чести, добродетели, т. е. отличные от естественных сил, данные лишь в мысли и представлении политические, моральные, абстрактные силы”. Власть природы как таковая и чувство зависимости от нее “исчезают” перед властью политической или моральной. Раба природы ослепляет блеск солнца, Между тем раб политический ослепляется блеском царского звания до такой степени, что падает перед ним ниц, как перед божественной силой, от которой зависит жизнь и смерть. Как и в природе, в обществе действует случай.

Фейербах находил источник религии в различии и единстве рода и индивида. Определения рода неограниченны, индивид в отличие от рода, ограничен; сознание ограниченности тягостно, противоречит стремлению личности к неограниченности. Необходимо смягчить, сгладить это противоречие, “Я” зависит от мира, от другого человека и сознает эту зависимость. Человек уясняет и познает себя только благодаря другому: первый объект человека — человек. Разум возникает тогда, когда человек говорит с человеком и зарождается в общественном акте речи. Сначала мышление обусловливалось двумя лицами, на более высокой ступени культуры человек удваивается; теперь он может играть одновременно роль первого и второго лица. Фейербах полагал, что “двойственность, различие, есть источник религии — Ты является богом для Я, ибо Я не существует без Ты, Я зависит от Ты; без Ты нет Я”. Человек становится богом для человека.

Основание религии Фейербах связывал с потребностями, желаниями, эгоизмом человека. Религия есть не только дело воображения, фантазии, не только дело чувства, но также и желания, стремления человека устранять неприятные чувства и создавать себе приятные. Иначе говоря, религия есть выражение стремления человека освободиться от бед нынешних или будущих и получить добро, которое он желает: тем самым она — выражение стремления к счастью. Стремление к счастью, любовь к себе, т. е. человеческий эгоизм, Фейербах называл “первоосновой”, “последним основанием” религии и в то же время ее целью. Человек не имеет власти над успехом своего Предприятия. Между желанием и его осуществлением, между целью и ее исполнением лежит целая пропасть всяких трудностей, способных не дать появиться результату. Человек поэтому заполняет своей фантазией эту пропасть при посредстве существа, от чьей воли он мыслит зависимыми мешающие обстоятельства. “Предпосылка религии, — писал Фейербах, — заключается в противоположности или противоречии между хотением и умением, между желанием и исполнением, между намерением и осуществлением, между представлением и действительностью, между мышлением и бытием”. Исконная, коренная основа религии в том; что не зависит от воли и сознания человека.

Фейербах в общих чертах описал те процессы, которые ныне получили осмысление в понятиях секуляризации, традиционализма, модернизма, светской религии. Периоды человечества, развивал свою мысль философ, отличаются один от другого лишь переменами в религии: только тогда историческое движение затрагивает самое основное, когда оно захватывает человеческое сердце, а сердце — сущность религии. В людях произошла религиозная революция: у них больше нет сердца, нет религии. Христианство отвергается даже теми, кто по видимости еще его сохраняет, даже отрицание христианства выдается за христианство. В подобном отрицании заходят так далеко, что отбрасывают всякую положительную руководящую нить. Признаком “внутреннего упадка, заката христианства” Фейербах считал утрату критерия, центра, принципа этой религии: в качестве мерила христианства не признают ни символических книг, ни отцов церкви, ни Библии. Чтобы прикрыть отпадение от религии, прибегают к традиции или модифицируют “древнюю книгу законов”: христиане в свои священные документы вкладывают смысл, находящийся в противоречии с их содержанием. Христианство отвергнуто в духе и сердце, в науке и жизни, в искусстве и индустрии.

В качестве явлений, заменяющих христианство, Фейербах называл прежде всего философию и политику. Философия, занимающая место религии, это его “новая философия”. Прежняя философия не может заменить религию. Чтобы сделать это, философия, оставаясь таковой, должна превратиться в религию, включить в себя в соответствующей форме то, что составляет сущность религии; человеческое существо должно стать на место существа божественного. То, чем мы хотим быть, мы должны сосредоточить в высшем начале, закрепить высшим словом; этим способом мы освятим свою жизнь. “Новая философия” извлекает свой принцип из недр религии, но ее согласие с религией не обусловливается соглашением с христианской догматикой. Будучи порождена самой религией, она носит эту истинную сущность в себе и сама по себе, как философия, является религией. По мысли Фейербаха, практическую тенденцию его философии составляет любовь к человеку. Отношение ребенка к родителям, мужа к жене, брата к брату, друга к другу вообще человека к человеку, т. е. моральные отношения сами по себе суть истинно религиозные отношения. Фейербаховская философия, желающая занять место религии, выступает как “этика любви” По мнению философа, на место любви к Богу необходимо поставить любовь к человеку как единственно истинную религию, на место веры в Бога — веру человека в самого себя, веру в собственную силу. Любовь к человеку должна быть “...высшим и первым законом человека. Человек человеку бог — таково высшее практическое основоначало...”.

Религией становится и политика, считал философ, в случае, если в наших взглядах есть то высшее, что превращает ее в религию. Практическое стремление человечества есть стремление политическое, стремление к активному участию в государственных делах, в ликвидации политической иерархии, неразумия народа В государстве люди объединяются, практически отрицая свою религиозную веру, субъективное объяснение государства основано на вере в человека. В государстве один заменяет, восполняет другого оно — неограниченный, бесконечный, абсолютный человек отдельный человек в нем не одинок, он — член целого. Люди входят в государство потому, что в нем они без Бога, что само государство для них оказывается Богом. Политическая энергия оказывается “религиозным безверием”, в ней политика становится религией, а человек, отвергая Христианство, — подлинно религиозным. Но в политике может складываться “политическое идолопоклонство”, появление которого объясняется тем, что власть короля в высшей степени “ощутительная, непосредственная, чувственная, самодовлеющая”, а его личность до такой степени овладевает человеком, что он считает короля “высшим существом”.