Тора: разделение народа на два класса: работающих и обучающихся

Тора: разделение народа на два класса: работающих и обучающихся

проф. Иегуда Леви

Сегодня в Израиле есть люди, уделяющие много времени работе и мало (или совсем никакого) времени - Торе. И есть такие, кто почти не работает и чье главное занятие - изучение Торы. В результате поляризации этих групп народ разделился на два класса, между которыми очень мало контактов. Давайте исследуем это положение с позиции Торы.

Обучающиеся

Вначале рассмотрим образ жизни людей, которые не стремятся зарабатывать себе на жизнь, а только учатся. На первый взгляд, их позиция идет вразрез с положением, зафиксированным в своде еврейских законов "Шулхан Арух": "После [учебы] надо идти работать, поскольку [как сказано в трактате Авот, 2:2] "Изучение Торы, не сочетаемое с трудом, - сходит на нет и влечет за собой грех".

Здесь возникает проблема: Как быть, если человек зарабатывает на своей учебе; ведь сказано в мишне: "Не Делай из них (слов Торы) корону, чтобы возвыситься с их помощью, и мотыгу, чтобы копать ими... ибо всякий, использующий слова Торы для личной выгоды, лишается права на жизнь" (трактат Авот 4:5). Рамбам особенно категоричен в этом вопросе: "Если человек решает изучать Тору не работая и жить на благотворительную помощь, он тем самым оскверняет Имя Всевышнего, позорит Тору, гасит свет еврейской веры, причиняет себе зло и лишается права на жизнь, ибо запрещено извлекать выгоду из слов Торы в этом мире".

Эта мишна приведена в 'Туре" (автор - раби Яаков бен Га-Рош, 1270-1340) и в "Шулхан Арухе", где Рема (раби Моше бен Исраэль Иссерлес, 1525-1572, Польша) цитирует три мнения по данному вопросу:

а) вышеприведенную позицию Рамбама (которая не распространяется, однако, на пожилых, больных и инвалидов);

б) мнение раби Йосефа Каро: "Однако некоторые авторитеты говорят, что разрешено (не работать, а только учиться) даже здоровым людям, и поэтому общепринято... что раввин города получает от жителей плату на удовлетворение своих нужд";

в) мнение Рашбаца (раби Шимона бен Цемах Дурана, 1361-1444): "Некоторые авторитеты занимают еще более либеральную позицию: знатоку Торы и его ученикам разрешено принимать материальную помощь от дающих".

Согласно второму мнению, у раввина, преподавателя Торы и судьи есть право на "пособие за бездействие" (схар батала) из общественных фондов. Речь идет о компенсации, выплачиваемой тем, кто из-за выполнения общинных функций не может заниматься обычным трудом. Это решение выводится на основе талмудического прецедента с участием аморы (мудреца эпохи составления Вавилонского Талмуда) Карна, который зарабатывал себе на жизнь тем, что нюхал вина в бочках и выявлял те сорта, которым грозила порча. За каждую проверенную бочку он получал один зуз (денежная единица той эпохи). Всякий раз, когда его приглашали участвовать в заседании раввинатского суда, он просил компенсировать ему затраченное время, в которое он мог бы заниматься своей основной работой.

Сторонники третьего мнения идут еще дальше: денежное пособие, в том числе от частных лиц, могут получать не только раввины, учителя и судьи, но и все, кто изучает Тору. Это мнение сформулировано на основе временного постановления (Горбат шага), обусловленного нуждами эпохи. В экономических условиях современного мира требуется много времени для обеспечения своих материальных нужд. Поэтому изучать Тору "на полную ставку", быть знатоком Торы становится все труднее; каждому приходится заботиться о хлебе насущном. Интересно привести конечный вывод раби Иссерлеса: "Во всяком случае, если человек способен хорошо зарабатывать на жизнь собственными усилиями и одновременно изучать Тору, это знак особого благочестия".

Еще одно галахическое разрешение получать плату за изучение Торы выводится из соглашения Иссахара и Звулуна. Говоря об этих двух коленах еврейского народа, книга "Сифрей" сообщает, что "Звулун был посредником для своего брата". Такие взаимоотношения соответствуют одному из приведенных Рамбамом условий, позволяющих содержать тех, кто учит Тору. Однако в мидраше эта ситуация обрисована иначе: "Звулун важнее Иссахара, ибо в противном случае, учитывая последовательность их рождения [Тора должна сказать]: "Иссахар, Звулун". Но почему [Тора упоминает вначале младшего брата Звулуна]? Ответ: Звулун занимался торговлей, а Иссахар учил Тору, и Звулун снабжал его едой; поэтому ему отдается предпочтение".

Здесь возникают два вопроса:

1. Как соглашение между братьями объясняет приоритет Звулуна? С него хватило бы и того, что, не изучая Тору, он ничего не теряет и считается равным своему ученому брату. Почему же тогда эта помощь ставит его на более высокое место? Ведь Иссахар - знаток Торы и к тому же он старше. Именно его учеба придает ценность той помощи, которую оказывает Звулун. Разве может средство достижения цели быть дороже самой цели?

2. Как примирить образ жизни Иссахара с предупреждением Мишны: "Всякий, использующий слова Торы для личной выгоды, лишается права на жизнь"?

Скорее всего, эти два вопроса сами отвечают друг на друга. Получая мирскую выгоду от изучения Торы, Иссахар, видимо, теряет часть награды в Мире грядущем, опускаясь при этом на более низкий духовный уровень по сравнению со Звулуном. Эта мысль приведена в мидраше: "Занимаясь изучением Торы вопреки трудностям, колено Нафтали получило награду в размере тысячи... А колено Иссахара, учившее Тору без трудностей [поскольку все нужды Иссахара обеспечивал Звулун], получило только двести".

Любопытно, что три ранних авторитета - Риф (раби Ицхак Алфаси, 1013-1103), Ромбам и Рош (раби Ашер бен Иехиэль, 1250-1327) - не включили мидраш о соглашении между Иссахаром и Звулуном в свои Галахические компендиумы; не упоминает его и автор "Шулхан Аруха". Однако Рема приводит этот мидраш в качестве Галахического источника, ссылаясь на рабейну Иерухама

Таким образом, для изучения Торы как единственного занятия и источника существования имеются три важных галахических обоснования: компенсация за время, когда обучающийся не работал; соглашение между Иссахаром и Звулуном; и временное постановление. Но даже эти допущения не позволяют нам забывать фундаментальное требование Торы: мы обязаны зарабатывать на жизнь своими собственными усилиями. Такова важнейшая идея иудаизма; таков закон, сформулированный в "Шулхан Арухе" раби Йосефом Каро и раби Моше Иссерлесом (Рема).

Работающие

Посмотрим теперь, можно ли найти оправдание тем, кто отдает почти все время работе для себя и своей семьи. Ведь в Торе четко сказано: "Да не отойдет эта книга Торы от уст твоих, и размышляй о ней днем и ночью".

Наши мудрецы обсуждали это указание в трактате Менахот: Сказал раби Йоханан от имени раби Шимона бен-Йохая: "Даже если человек не произнес ничего иного, кроме "Шема" утром и вечером, он считается выполнившим мицву "Да не отойдет эта книга Торы..."; но такое заявление нельзя делать перед невеждой". Сказал Рава: "Мицва сказать это перед невеждой". Бен-Дама, племянник раби Ишмаэля, спросил раби Ишмаэля: "Могу ли я, изучивший всю Тору, пойти учить мудрость греков?" Привел тот ему этот стих: "Да не отойдет эта книга Торы от уст твоих, и размышляй о ней днем и ночью". [И добавил:] "Пойди и отыщи час, который не относится ни к дню, ни к ночи, и тогда учи мудрость греков". Они разошлись во мнениях с раби Шимоном бар-Нахмани, потому что раби Шмуэль бар-Нахмани сказал: "Этот стих - не обязанность и не мицва, а благословение".

Здесь приведены три мнения. Шимон бен-Йохай считает, что достаточно изучать Тору немного утром и немного вечером. По мнению раби Ишмаэля, Тору надо учить постоянно, а раби Шмуэль бар-Нахмани говорит, что слова "Да не отойдет эта книга Торы..." вообще не содержат в себе повеления. Рема в "Шулхан Арухе" выводит закон на основе мнения раби Шимона бен-Йохая в интерпретации Равы: "И когда человеку не хватает времени, даже если он произнес только "Шма" утром и вечером, о нем можно сказать: [слова Торы] не отойдут от его уст".

В ходе другой дискуссии, которая приводится в трактате Брахот, раби Ишмаэль и раби Шимон бен-Йохай снова высказывают разные мнения, однако на этот раз они как бы меняются местами. Сказал раби Ишмаэль: "Поскольку нам заповедано: "Да не отойдет эта книга Торы...", можно подумать, что эти слова надо понимать буквально; поэтому Тора говорит: "И соберешь ты хлеб свой", что [по словам Торы] относится к повседневным мирским нуждам" [т.е. надо выкроить время от изучения Торы для работы].

Раби Шимон бен-Йохай не соглашается: "Разве может человек пахать в период пахоты...? Что будет с Торой? [Отсюда можно сделать вывод, что] когда евреи выполняют волю Б-га, их работу делают другие".

Гемара продолжает: "Сказал Абайе: "Многие поступали, как говорит раби Ишмаэль, и преуспели; [многие поступали,] как говорит раби Шимон бен-Йохай, и не преуспели".

Гемара приводит также постановление Равы, выраженное в его просьбе к ученикам не приходить в дом учения во время сбора урожая, чтобы весь оставшийся год им не приходилось беспокоиться о хлебе насущном Таким образом, оба мудреца, Абайе и Рава, выносят постановление на основе мнения раби Ишмаэля. К такому же решению приходит и "Шулхан Арух" (как говорилось в начале этой лекции). "После [учебы] надо идти работать, ибо всякое изучение Торы, не сочетаемое с трудом, - сходит на нет и влечет за собой грех".

Перед нами, на первый взгляд, парадоксальная ситуация. Раби Ишмаэль, занявший жесткую позицию в эпизоде со своим племянником в трактате Менахот, выносит более мягкое суждение в другом трактате - Брахот, в то время как раби Шимон бен-Йохай тоже меняет фронты, оставаясь в оппозиции к раби Ишмаэлю. Чем объяснить такое противоречие?

Комментаторы объясняют, что в первом эпизоде с племянником раби Ишмаэля под "мудростью греков" имеется ввиду не добывание средств к существованию; это скорее кодовый язык, которым пользуется греческий правящий класс Поэтому раби Ишмаэль мог постановить, что нельзя тратить время на такую учебу, но при этом вынести решение о необходимости выделения достаточного времени для добывания хлеба насущного.

Относительно расхождений в словах раби Шимона бен-Йохай поздние авторитеты предлагают различные объяснения. Некоторые указывают на текстовые разночтения в дошедших до нас рукописях Гемары и несовпадение имен. В самом деле, если эти два противоречивых заявления сделаны двумя разными танаим (мудрецы периода составления Мишны), то противоречия нет. Другие говорят, что в приведенных отрывках речь идет о разных заповедях, относящихся к общей категории мицвот изучения Торы; наконец, третьи объясняют, что отрывки адресованы двум разным типам людей. Изящное объяснение предлагается в книге "Седей хемед". В талмудических летописях сказано, что раби Шимон бен-Йохай и его сын провели 12 лет в пещере, где в полной изоляции от внешнего мира изучали Тору. Когда они, наконец, вышли из пещеры, то увидели работающих в поле людей. Сказали они: "Эти пренебрегают вечной жизнью и занимаются суетными делами!" И тут же всякое место, на которое они смотрели, было сожжено. Раздался Глас с Неба: "Вы пришли, чтобы уничтожить Мой мир? Так возвращайтесь в пещеру!" Тогда они вернулись в пещеру, где пробыли еще год. Автор "Седей хемед" предполагает, что суждение раби Шимона бен-Йохай, изложенное в трактате Брахот, было сформулировано до его уединения в пещере, а мнение в Менахот он высказал позже, когда Небесный Глас вынудил его отказаться от прежнего образа мышления. Эта версия подкрепляется в "Седей хемед" другими высказываниями раби Шимона бен-Йохай, противоречащими его решению в трактате Брахот. На их основе делается вывод, что раби Шимон пересмотрел свою негативную позицию в вопросе повседневного труда.

Ранние комментаторы устраняют противоречие с помощью другого толкования. Они объясняют, что слова раби Шимона бар-Йохай в Брахот 'Что будет с Торой?" (т.е. Тору надо учить постоянно) на самом деле не имеют отношения непосредственно к религиозной обязанности. Речь идет о другом. Даже если [испытывая дефицит времени] человек не произносит ничего иного кроме "Шма" утром и вечером, он все равно считается исполнившим мицву "Да не отойдет эта книга Торы...". [Что же касается слов раби Шимона о необходимости постоянно изучать Тору,] он лишь рекомендует достойный образ поведения, чтобы люди не отлынивали от изучения Торы".

Поэтому нет галахической обязанности учить Тору все время. Но, чтобы мы не думали, будто у нас есть право сидеть часами в кафе, на концертах и т.п., раби Иегуда Га-Хасид счел необходимым подчеркнуть: раби Шимон хотел предостеречь людей, чтобы "они не отлынивали от изучения Торы". Хотя мы действительно не обязаны посвящать все время Торе, надо постоянно отчитываться перед собой за каждую минуту, не отданную ее изучению. Другими словами, причина должна быть всегда уважительной: то ли мы выполняли мицву, помогая ближнему, то ли зарабатывали себе на жизнь. Говорили мудрецы (трактат Йома): "Всякий, кто занят праздными разговорами, нарушает заповедь, как сказано: "И произноси их" - "их" [слова Торы], а не другие слова [т.е. не злословь и не занимайся пустой болтовней]".

И все-таки можно сказать: несмотря на все сказанное, раби Шимон бен-Йохай был, наверное, прав, когда выразил недоумение при выходе из пещеры. В самом деле, почему люди не хотели работать ради будущей вечной жизни, а предпочли посвятить все свое время погоне за преходящими ценностями материального мира? Ответ прост: именно в том и состоит смысл Творения, чтобы мы занимались этим миром и стремились поставить его на службу Б-гу. Ибо Он заложил основы, снабдил нас "сырьем" и теперь ждет, чтобы человек завершил процесс творения, осуществил задуманный Им план, подчинив этот мир Его воле. Нашему миру присуще стремление к приобретению жизненных благ, это является важным мотивирующим фактором. Поэтому одна из задач человека в том и состоит, чтобы добывать средства к существованию, преодолевая трудности и решая сложные проблемы. Тора намекает на эту задачу в рассказе о том, как Б-г поместил Адама в Эденский сад, "чтобы обрабатывать и хранить его". Наши мудрецы комментируют: "Обрабатывать его - шесть дней работай..., а хранить его - храни день Субботний и освящай его".

Здесь Тора ставит, однако, важное условие, которым пренебрегают многие представители рабочей части нашего общества. Мудрецы советуют сделать Тору нашим "постоянным занятием", а работу - "преходящим". Это означает, что добывание хлеба насущного - дело, конечно, важное, но оно должно уступать приоритетное место другому занятию - выполнению религиозных заповедей, включая изучение Торы, помощь ближним и т.п. Мудрецы хотят также, чтобы мы рассматривали изучение Торы как главную жизненную цель, а не приложение к повседневному труду.

В заключение разберем мишну, которая содержит два, на первый взгляд, противоречивых заявления: "Хорошо занятие Торой сочетать с дерех эрец (ремеслом)..." и "Учение, не сочетаемое с трудом, - сходит на нет и влечет за собой грех".

Итак, с одной стороны, "Хорошо занятие Торой сочетать с дерех эрец", из чего можно понять, что дерех эрец, т.е. ремесло, которым человек зарабатывает себе на жизнь, - это главное, и к нему необходимо только добавить изучение Торы. С другой стороны, слова "Учение, не сочетаемое с трудом, - сходит на нет и влечет за собой грех" означают, что главное - изучение Торы, к которому надо лишь добавить немного труда. Некоторые ранние комментаторы поясняли, что на самом деле речь идет о людях двух разных типов. Тем, кто работает, мишна советует добавить изучение Торы к их распорядку дня; а тем, кто учится, - заняться также ремеслом. Отсюда мы видим, что эти два класса - учащихся и работающих - всегда существовали в нашем народе. Мишна обращается к обоим классам, которые на самом деле не так уж далеки друг от друга, и ни один из которых не может претендовать на то, что именно он целиком выполняет свой долг своим главным занятием.

При всех различиях в образе жизни представители обоих классов должны ощущать себя частью единого святого народа, партнерами в осуществлении общей священной задачи. На базе этого партнерства они призваны культивировать в себе взаимную любовь. Пусть каждый из нас позаботится о том, чтобы наши различия не превращались в барьеры, не вели к расколу внутри народа.