О предательстве Иуды

О предательстве Иуды 

святитель Иоанн Златоуст 

Беседа о святой и тайной вечери Спасителя и предательстве Иуды, о пасхе и установлении Божественных таинств, и о непамятозлобии, сказанная во Святый и великий четверг.

Изложение мысли, что должно оплакивать не тех, кто страдают, а тех, которые причиняют страдания другим. - Почему нужно молиться о врагах своих, а не проклинать их. - Изложение обстоятельств предательства Иуды. - Подробности Тайной Вечери и установления св. Евхаристии. - Сравнение пасхи христианской с пасхой иудейской. - Невозможность совершения последней после рассеяния народа. - Увещание к народу приступать к св. причащению с благопристойностью и благоговением.

Хотел я, возлюбленные, продолжить беседу о патриархе [Аврааме] и здесь предложить духовный пир, но неблагодарность предателя увлекает наш язык к беседе о последнем, и обстоятельства [настоящего] дня пробуждают сказать о безрассудном его преступлении. Сегодня Господь наш Иисус Христос предан в руки иудеев собственным своим учеником. 

Ты, возлюбленный, слыша это, не будь, однако, печален и не огорчайся, слыша, что предан Владыка, вернее же сказать, и скорби и плачь, но не о преданном Иисусе, а о предавшем Его Иуде. В самом деле, преданный Иисус спас вселенную, а предавший Иуда погубил свою душу; преданный Иисус, сидит одесную Отца на небесах, а предавший Иуда теперь в аду, ожидая неумолимого и вечного наказания. Вот о чем скорби, вот о чем плачь, потому что и Сам Господь наш Иисус Христос, видя Иуду, возмутился (духом) и заплакал. Видя его, говорит Евангелие, "возмутился духом, и сказал: один из вас предаст Меня" (Иоан. 13:21). Почему возмутился Он? [Очевидно] при мысли о том, что после стольких наставлений и советов Иуда не замечал, в какую бездну он себя толкает. Видя безумие ученика и сожалея его, Господь возмутился и заплакал. Об этом говорят все евангелисты, чтобы сильнее удостоверить истину домостроительства. Возмутился Господь, видя крайнюю неблагодарность ученика, научая нас [через это] плакать больше всего о тех, кто творит зло, а не о тех, кто терпит зло. Те, кто терпит обиды и неправды, скорее достойны почитаться блаженными. Поэтому-то и говорил Христос: "блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное" (Матф. 5:10). Видишь, какое приобретение указал Он для тех, которые терпят неправду? Посмотри опять в другом месте, (какое) неумолимое наказание (надлежит) творящим зло. Послушай блаженного Павла, который говорит: "ибо вы, братия, сделались подражателями церквам Божьим во Христе Иисусе, находящимся в Иудее, потому что и вы то же претерпели от своих единоплеменников, что и те от Иудеев, которые убили и Господа Иисуса и Его пророков, препятствуют нам говорить язычникам, чтобы спаслись, и через это всегда наполняют меру грехов своих; но приближается на них гнев до конца" (1 Фес. 2:14-16).

Видишь, что всего больше достойно плакать и скорбеть о творящих зло? Поэтому и милосердный Господь возмутился и плакал, видя дерзкий поступок ученика, являя и сострадание к ученику и показывая величие Своего милосердия, что вплоть даже до самого предательства не переставал заботиться об исправлении ученика. Итак, лучше о нем горько плачь, и скорби, потому что и Господь печалился о нем. "Возмутился духом", сказано, Иисус "и сказал: один из вас предаст Меня". О, сколь велико милосердие, сколь велика благость Владыки! Преданный скорбит о предателе. Видя, что он упорно остается в нечестии, возмутился "и сказал: один из вас предаст Меня". Смотри, какое долготерпение! Какое человеколюбие! Как щадит неблагодарного!

Он не хочет даже, чтобы Иуда совершил свой поступок без всякого стыда, а приводит в смущение и страх всех учеников, чтобы доставить ему некоторый повод раскаяться в безумии. Но так как душа (предателя) остается бесчувственной, не в состоянии будучи воспринять семени благочестия, не внемлет ни совету, ни увещанию, но омрачается страстью, стремится к погибели, то он и не получил никакой пользы от столь великого долготерпения. "Один из вас", говорит, "предаст Меня". Для чего возмущался Он и скорбел? Для того, чтобы показать Свое человеколюбие, и вместе с тем научить нас, что больше всего должно плакать о тех, которые причиняют зло своему ближнему, потому что они навлекают на себя гнев (Божий). Не о том, кто терпит зло, а кто причиняет зло, – о том всегда следует скорбеть, потому что терпение неправды доставляет нам царство небесное, а причинение зла другому является для нас причиной геенны и наказания. "Блаженны", говорит, "изгнанные за правду". Видишь, как страдание приносит в награду и воздаяние царство небесное. Послушай, как, наоборот, злодейство влечет за собой казнь и мщение. Павел, сказав об иудеях, что они убили Господа и изгнали пророков, присовокупил: "но конец им по делам их" (2 Кор. 11:15). Видишь, как гонимые получают царство небесное, а уделом гонителей бывает гнев Божий?

Не без причины рассуждаю с вами об этом, возлюбленные, а с намерением – чтобы научиться нам не гневаться на наших врагов, напротив, скорее жалеть их, плакать и скорбеть о них, потому что (подлинно) терпящие зло суть именно те, кто напрасно враждует на нас. Если мы так настроим свою душу, что не будем не только гневаться, а станем даже скорбеть о них, то будем в состоянии, по слову Господа, и молиться о них, а через это привлечем и великое благоволение с неба. Поэтому-то я четвертый уже день беседую с вами о молитве за врагов, чтобы от непрестанного повторения увещания слово наставления глубже запечатлелось и укоренилось в ваших душах. Потому без перерыва обращаюсь к вам с речью, чтобы уничтожить опухоль гнева, чтобы утишить воспаление, чтобы чист был от гнева приходящий на молитву. И Христос не ради врагов только убеждает делать это (молиться за врагов), а и ради нас самих, когда мы отпускаем им согрешения. Ты получаешь больше, чем даешь, оставляя гнев свой на врага. Как, скажешь, получаю больше? Внимай с тщанием: если ты отпускаешь грехи врагу, тебе прощаются прегрешения по отношению к Владыке. Эти тяжки и едва могут быть прощены, а те доставляют (тебе) милость и великое утешение (от Господа). Послушай Илия, который говорит своим сыновьям: "если согрешит человек против человека, то помолятся о нем Богу; если же человек согрешит против Господа, то кто будет ходатаем о нем" (1 Цар. 2:25)? Так велика рана, что даже и молитвой не легко исцеляется. Но тогда как молитвой не уничтожается такой грех, прощением грехов врагам он тотчас же отпускается. Поэтому-то те – грехи в отношении к Господу – Бог назвал десятью тысячами талантов, а эти сотней динариев (Мф. 18:23). Если ты простишь эти последние, будут оставлены тебе десять тысяч талантов.

2. О молитве, однако, довольно сказано. Если же угодно, займемся тем, о чем сказано несколько выше, возвратимся к слову о предательстве, и посмотрим, как предан был наш Господь. А чтобы видеть все безумие предателя и уразуметь неблагодарность ученика и неизреченное милосердие Господа, послушаем евангелиста, как он нам повествует о дерзком поступке (Иуды). "Тогда", говорит, "один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его" (Матф. 26:14-15)? Кажется, рассказ ясен и не заключает ничего особенного. Но если бы кто-нибудь рассмотрел каждое из этих речений, (то оказалось бы, что) здесь многое подлежит рассмотрению и много глубоких мыслей. И, прежде всего, время. Не без цели, в самом деле, обозначает его евангелист. Он не сказал просто: "пошел", а присовокупил: "тогда пошел". "Тогда", – когда? И зачем он обозначает время? Не напрасно указывает нам время евангелист, говорящий от Духа Святого, потому что говорящий от Духа ничего не изрекает напрасно и без причины. Итак, что же значит это: тогда? Как раз перед тем, перед этим самым часом, подошла молодая женщина с алавастровым сосудом мира и возливала этот елей на голову Господа. Женщина обнаружила великую веру, показала великую заботливость, послушание и благочестие, – она отказалась от своей прежней жизни и сделалась лучшей и более разумной. И вот в то время, когда блудница покаялась, когда познала Господа, тогда ученик предал Учителя. "Тогда", – когда? Когда блудница, подойдя и вылив алавастровый сосуд мира на ноги Иисуса (Лук. 7:36-50), отерла их своими волосами и обнаружила великую любовь, изглаживая в себе грехи за всю свою жизнь таким исповеданием, когда он видел ее показавшей такое усердие служить Учителю, тогда-то он поспешил на беззаконное предательство. И в то время как та с самой глубины нечестия взошла на самое небо, этот после бесчисленных чудес и знамений, после стольких наставлений, после неизреченного снисхождения Господа, ниспал в самую глубину ада. Вот каким злом является нерадивость и растленная воля! Поэтому и Павел говорил: "кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть" (1 Кор. 10:12), и пророк восклицал: "разве, упав, не встают и, совратившись с дороги, не возвращаются" (Иер. 8:4)? (Эти два выражения сказаны), чтобы тот, кто стоит, не был слишком самонадеян, а постоянно пребывал в борьбе, и тот, кто пал, не отчаивался. Так велико могущество Учителя, что оно заставляло подчиняться себе даже блудниц и мытарей.

Что же, скажешь, Тот, Кто склонил блудницу, не имел силы привлечь ученика? Без сомнения, Он силен был склонить к Себе и ученика, но не хотел сделать его добрым по принуждению и привлечь к Себе насильно. Поэтому-то евангелист, повествуя нам о поступке этого неблагодарного ученика, говорил: "тогда пошел", т. е. не потому, что позван был другими, и не по насилию с чьей-нибудь стороны, не по стороннему побуждению, а склонился к этому благодаря собственному внутреннему движению, показав, что устремился на этот беззаконный и дерзкий поступок по собственной воле и решению, толкнул себя на предательство Владыки не движимый к тому никакой сторонней причиной, а исходящей изнутри злобой. "Тогда пошел один из двенадцати". И это выражение: "один из двенадцати" служит не малым обвинением (против Иуды). Так как было еще семьдесят других учеников, то (евангелист) сказал: "один из двенадцати", т. е. из избраннейших, из тех, которые каждый день обращались с Ним, наслаждались самым близким обществом с Ним. Итак, чтобы ты знал, что Иуда был в числе избранных учеников, евангелист говорит: "один из двенадцати", не умалчивает об этом, дабы тебе убедиться, что это, по видимому, постыдное обстоятельство, именно – что Он удостоил предателя и вора таких великих благ и не переставал увещевать его до самого последнего вечера, – показывает попечительность о нас Господа. Видишь, как блудница спаслась, потому что омыла (ноги Иисуса), а ученик по нерадению погиб? Посему, смотря на блудницу, не отчаивайся, но и не будь самонадеянно дерзок, взирая на ученика. Пагубно то и другое. Легкосклонен к падению ум наш и превратна воля. Необходимо поэтому отовсюду оградить себя. "Тогда пошел один из двенадцати, называемый Иуда Искариот". Видишь, от какого лика отпал он? Видишь, какого учения лишился? Видишь, какое зло беспечность? "Иуда", – говорит, – "Искариотский", потому что был еще другой, соименный ему, Иуда, называемый Иаковлев. Видишь мудрость евангелиста, что он обозначает его нам не по преступлению, а по месту, а того (Иуду Иаковлева) делает известным не по месту, а по имени отца. Хотя о первом последовательнее было бы сказать: Иуда предатель, но чтобы научить нас хранить свой язык чистым от обвинения, он воздерживается от этого слова "предатель". Итак, научимся не упоминать укоризненно ни о ком из врагов. Если этот блаженный (апостол), повествуя о беззаконном преступлении (Иуды), не захотел упрекнуть предателя, а умолчал об этом, и называет его по месту, откуда происходил он, то достойны ли будем мы какого-нибудь прощения, если станем порицать ближних? А мы часто упоминаем с укоризной не только о врагах, но и о лицах, расположенных к нам. Убеждаю – не делать этого. И Павел увещевает к тому же, говоря: "никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших" (Еф. 4:29). Поэтому-то блаженный Матфей, будучи чист от всякого подобного рода страсти, говорил: "тогда один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его" (Матф. 26:14-15)? О, злодейский голос! О, безумное преступление! Трепещу, возлюбленные, когда помышляю об этом. Как вырвалось слово из уст? Как повернулся язык? Как душа не покинула тела? Как не онемели уста? Как не помутился рассудок?

3. "Что вы дадите мне, и я вам предам Его"? Скажи мне, Иуда, этому ли поучал тебя Учитель столько времени? Неужели ты забыл многократные советы? Не для того ли говорил Он: "не берите с собою ни золота, ни серебра" (Матф. 10:9), с самого начала подавляя чрезмерную безумную любовь твою к деньгам? Не увещевал ли Он, говоря: "но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую" (Матф. 5:39)? За что, скажи мне, предаешь ты Учителя? За то ли, что Он даровал тебе власть над демонами, так что ты мог исцелять и болезни, и очищать прокаженных, и показывать много других подобных чудес? Итак, за такие благодеяния ты так оплачиваешь Ему? О, безумие, вернее же – сребролюбие! Все это зло причинило сребролюбие, корень зол – сребролюбие, которое омрачает наши души и попирает самые законы природы, лишает нас рассудка и не допускает помнить ни дружбы, ни родства, ни чего другого, но раз ослепив умные наши очи, так и заставляет блуждать во мраке. Чтобы тебе яснее знать это, посмотри, сколько (доброго) изгнала (эта страсть) из души Иуды. Беседу (с Христом), жизнь (с Ним), общение, чудное учение, все это предало забвению вкравшееся (в Иуду) сребролюбие. Хорошо говорил Павел, что "корень всех зол есть сребролюбие" (1 Тим. 6:10). "Что вы дадите мне, и я вам предам Его"? И ты, Иуда, предаешь Того Кто все держит словом? Предаешь Непостижимого, Творца неба и земли? Создателя нашего естества? Все составившего словом и мановением? Чтобы показать, что Он предан по Своей воле, послушай, что делает Он. В самый момент предательства, когда к Нему подошли вооруженные мечами и оружием, со светильниками и факелами, Он говорит последним: "кого ищете" (Иоан. 18:4)? Они не знали даже, кого должны были взять. Вот насколько бессилен был Иуда предать Его: Он не мог даже видеть Того, Кого намеревался предать, когда Он был тут, и это при светильниках и таком изобилии света. Что на это намекая именно, евангелист сказал, что у них были светильники и факелы, и они все-таки не могли найти Его, это видно из слов: "стоял же с ними и Иуда" (Иоан. 18:5), тот, кто сказал: "я вам предам Его". Господь ослепил ум их, желая показать собственное могущество, и чтоб они сознали, что предпринимают невозможное дело. Затем, услышав Его голос, они отступили назад и пали на землю. Видишь, как они не могли даже вынести голоса и падением ниц явно обнаружили свое бессилие? Заметь милосердие Господа. Когда и этим Господь не тронул сердца ни бесстыдного предателя, ни неблагодарных иудеев, тогда Он предает Себя и как бы так говорит: когда Я показал, что они предпринимают невозможное, Я хотел удержать их безумие; но они не хотят и упорно продолжают оставаться в нечестии. Вот Я предаю Себя.

Говорю это вам, чтобы кто-нибудь не порицал Христа, говоря: почему Он не переменил Иуду? Почему не сделал его лучшим? Но как следовало сделать Иуду благоразумным и послушным? По принуждению, или по (собственному) решению? Если по принуждению, то и в таком случае он не мог стать лучшим, потому что по принуждению никто не становится лучшим. А если по решению и воле, то Господь употребил все, что могло исправить его. Если же Иуда не захотел принять врачевания, то вина не врача, а того, кто отверг услугу последнего. Желаешь знать, сколько средств употребил Господь, чтобы опять приобрести Иуду? Он даровал ему много чудес, предрек ему о предательстве, не оставил ничего из того, что следовало показать в отношении к ученику. И чтоб знать тебе, что Иуда, будучи в состоянии покаяться, не пожелал сделать этого, и что все произошло от его беспечности (обрати внимание вот на что): когда он предал Господа и до конца обнаружил свое безумие, он бросил тридцать сребреников, говоря: "согрешил я, предав кровь невинную" (Матф. 27:4). Перед этим же говорил: "что вы дадите мне, и я вам предам Его"? Когда совершился грех, тогда познал грех! Отсюда научимся, что когда мы беспечны, ни убеждение, ни увещание не принесут нам пользы, а когда ревностны, то можем восстать и сами собой. Подумай, в самом деле: когда Господь увещевал его и предостерегал от замышляемого злодеяния, он не послушал и не принял увещания, а когда не было никакого советника, собственная совесть восстала (против него), и он покаялся без всякого учителя и бросил тридцать сребреников. "Предложили", говорится, "ему тридцать сребреников" (Матф. 26:15). Цену крови назначили они Неимеющему цены. Зачем берешь ты, Иуда, тридцать сребреников? Даром пришел Христос пролить за вселенную кровь, о которой ты теперь договариваешься. Что постыднее этой торговли? Кто видел (подобную), кто слышал когда-нибудь?

4. Но чтоб нам узнать, каково было различие между предателем и учениками, послушаем (евангелиста). Евангелист обстоятельно повествует нам обо всем. Когда, говорит, совершилось это, когда приблизилось предательство, когда Иуда погубил себя, когда он заключил беззаконный договор "искал удобного случая", говорит, "предать Его" (Матф. 26:16), тогда приступили к Нему ученики, говоря, "где велишь нам приготовить Тебе пасху" (Матф. 26:17)? Видишь учеников, видишь ученика? Этот заботился, как бы предать (Господа), а те – как бы услужить. Этот договаривался и замышлял получить цену Владычной крови, а те готовятся к служению (Господу). И этот и те были участниками одних и тех же чудес, одних и тех же учений. Откуда же различие? От направления воли; она служит виновницей зла и добра. Был вечер, когда ученики говорили: "где велишь нам приготовить Тебе пасху"? Познаем отсюда, что Христос не имел определенного жилища. Пусть выслушают те, что строят пышные дома и обширные чертоги, что Сын Человеческий не имеет, где главы приклонить. Поэтому-то ученики говорят Ему: "где велишь нам приготовить Тебе пасху"? Какую пасху? Иудейскую, получившую начало в Египте, потому что в первый раз иудеи совершили ее там. И зачем Христос совершает ее? Подобно тому, как Он исполнил все прочие требования закона, так поступает и здесь. Поэтому Он и Иоанну говорил: "так надлежит нам исполнить всякую правду" (Матф. 3:15). Итак, ученики хотели приготовить не нашу пасху, а иудейскую. Они приготовили эту пасху, а нашу уготовал Христос, или лучше Он Сам стал пасхой через честные страдания. Для чего идет Он на страдания? Чтобы искупить нас от клятвы закона. Поэтому и Павел восклицал: "Бог послал Сына Своего (Единородного), Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных" (Галат. 6:4-5). Итак, чтоб не говорил кто-нибудь, будто Он потому отменил закон, что не мог исполнить его, как тягостный, обременительный и трудно исполнимый, Он уничтожил его (лишь) тогда, когда выполнил его весь. Поэтому Он совершил и пасху, так как праздник пасхи был одним из предписаний закона. (А для чего этот праздник) – послушай: иудеи были неблагодарны к Благодетелю и скоро забывали Его благодеяния. И вот тебе доказательство: вышли они из Египта, прошли Чермное море, видели, как разделилось оно и снова соединилось, и немного спустя после этого говорят Аарону: "сделай нам бога, который бы шел перед нами" (Исх. 32:1). Что говоришь ты, неблагодарный иудей? Ты видел такие чудеса и забыл Бога, питающего тебя, и совершенно не помнишь Благодетеля? Итак, так как они забыли о Его благодеяниях, то Бог установлением праздников закрепил воспоминание о дарах, чтобы волей-неволей они держали их постоянно в памяти. Так (праздновали пасху) они. Зачем? Дабы, когда (говорит Писание), спросит тебя сын твой: "что это" (Исх. 12:26), ты сказал, что кровью этого агнца (отцы) помазали косяки дверей и избежали смерти, которую навел (ангел) губитель на всех живущих в Египте, а благодаря этой крови он не мог войти (в их дома) и навести поражение. Итак, у них жертвы не добровольные, здесь же закалается Христос по Своей воле. Почему? Потому, что та жертва была образом жертвы духовной. И чтобы убедиться тебе, смотри, сколько сродства (между той и другой). (Там) агнец, (и здесь) Агнец, только один – бессловесный, а другой – словесный. (Там) овца (и здесь) овца, но (там) тень, (а здесь) истина: явилось Солнце правды, и тень исчезла, так как при солнце тень скрывается. Поэтому, и на таинственной трапезе (предлежит) Агнец, чтобы мы освящались Его кровью. С восходом солнца не может быть виден светильник, потому что бывшее служило образом будущего.

5. Говорю это иудеям, чтоб не думали, обманывая себя, будто совершают пасху, потому что бесстыдной мыслью предваряют они опресноки и восхищают праздник, – иудеям, которые не обрезаны сердцем и тяжко слышат ушами. Как, скажи мне, совершаешь ты пасху, иудей? Храм срыт до основания, жертвенник разрушен, святое святых разорено, уничтожены все жертвы. Почему же ты осмеливаешься преступать закон? Отведенный некогда в Вавилон, ты слышал, как пленившие вас говорили: "воспойте нам" песнь Господню (Пс. 136:3), и ты не исполнил (желания их). Так почему совершаешь пасху вне Иерусалима? Ты сказал: "как нам петь песнь Господню на земле чужой" (Псал. 136:4)? И указывая на это, блаженный Давид говорит: на реке Вавилонской "там сидели мы и плакали: на вербах, посреди его, повесили мы наши арфы" (Псал. 136:1-2), – т. е. псалтирь, цитру и лиру, потому что ими пользовались в древности и под их звуки пели псалмы. "Там", говорит, "пленившие нас требовали от нас слов песней", и мы ответили: "как нам петь песнь Господню на земле чужой" (Псал. 136:3-4)? Что, скажи мне, говоришь ты? Ты не поешь песни Господней в чужой земле, а пасху в чужой земле совершаешь? Видишь несмысленность иудеев? Когда понуждали враги, они не хотели пропеть псалма на чужбине, а ныне сами по себе, когда никто не принуждает, враждуют с Богом. Поэтому-то и блаженный Стефан говорил им: "вы всегда противитесь Духу Святому" (Деян. 7:51). Видишь, как нечисты опресноки? Как противозаконен иудейский праздник? Была некогда иудейская пасха, но прекратилась. Тогда, говорит (Евангелие), когда они ели и пили, Иисус, взяв хлеб в святые и пречистые Свои руки, возблагодарив и преломив, сказал ученикам Своим: "примите, ешьте, сие есть тело Мое", за вас и за многих ломимое во оставление грехов. Потом, взяв чашу, дал им, говоря: "сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов" (Матф. 26:26-28). Был тут и Иуда, когда Господь говорил эти слова. "Сия есть кровь", о, Иуда, которую ты продал за тридцать сребреников! "Сия есть кровь", о которой ты не задолго перед тем бесстыдно сторговался с неблагодарными фарисеями. О, великое милосердие Христа! О, неблагодарность Иуды! Владыка питал, а раб продавал. Этот продал Его, взяв тридцать сребреников, а Христос дал выкупом за нас собственную кровь, да и продавшему дал бы, если бы конечно пожелал тот, потому что до предательства был тут и Иуда, был участником святой трапезы и вкушал тайную вечерю. Как Господь омыл ноги ученикам, так и в священной трапезе Иуда принимал участие (вместе со всеми), чтобы он не имел никакого оправдания, а получил свой суд. Он остался упорен в нечестивом решении и, удалившись, вместо поцелуя совершил предательство, не вспомнив благодеяний Господа, а после предательства бросил тридцать сребреников, говоря: "согрешил, предав кровь неповинную". О, слепота! Ты был участником вечери, и предал Благодетеля? Но Господь добровольно исполнил написанное, "но горе тому человеку, через которого соблазн приходит" (Матф. 18:7).

6. Но время, наконец, приступить к этой страшной и грозной трапезе. Итак, приступим все с чистой совестью. Пусть не будет здесь Иуды, с лукавством относящегося к своему ближнему, (да не приступает) никто из нечестивых, имеющий в сердце своем скрытый яд. И теперь присутствует Христос, устраивая трапезу. Не человек тот, кто претворяет предлежащее в тело и кровь Христову. Священник стоит только, исполняя образ, и приносит молитву, а все совершает благодать и сила Божия. "Сие", говорит, "есть тело Мое". Это изречение прелагает предлежащее. И подобно тому, как то изречение, гласившее: "плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю" (Быт. 1:28), было словом – и стало делом, давая человеческой природе силы к чадорождению, так и это изречение, гласящее (сие есть тело Мое), постоянно взращивает силой благодати тех, кто достойно принимает (священную трапезу). Итак, да не будет (здесь) ни лукавого, ни нечестивого, ни хищника, ни ругателя, ни братоненавистника, ни сребролюбца, ни пьяницы, ни корыстолюбца, ни мужеложника, ни завистника, да не будет (здесь) преданного блуду, ни вора, ни злоумышленника, чтобы не подвергнуться суду. Тогда Иуда недостойно был участником тайной вечери и, выйдя, предал Господа. (Это случилось так для того) чтобы ты знал, что кто недостойно участвует в таинствах, на тех особенно всегда нападает дьявол, и что они подвергаются большему наказанию. Говорю это не с целью устрашить вас, а чтобы сделать вас более внимательными к себе. Как телесная пища, попавши в худосочный желудок, усиливает болезнь, так и пища духовная, когда она принимается недостойно, навлекает большое осуждение. Итак, убеждаю, пусть никто (не приступает), имея в душе нечистые помыслы, но очистим наше сердце. Мы храмы Бога, если пребываем чисты. Сделаем чистой душу нашу. Ведь это можно сделать в один день. Как и каким образом? Если имеешь что-нибудь против врага, брось гнев, прекрати вражду, чтобы получить от трапезы отпущение грехов. Ты приступаешь к страшной и святой жертве. В качестве закалаемого предлежит Христос. Но подумай, ради чего Он был заклан. О, каких тайн лишился ты, Иуда! Христос добровольно пострадал, чтобы разрушить "стоявшую посреди преграду" (Еф. 2:14) и соединить земное с небесным, чтобы тебя, врага и недруга, сделать сообщником ангелов. Христос душу свою предал за тебя, а ты питаешь вражду к со-рабу? И как можешь ты приступать к трапезе мира? Владыка твой не отказался претерпеть все ради тебя, а ты не хочешь даже оставить свой гнев? Почему? скажи мне. Любовь – корень, источник и мать всех благ. Очень сильно, скажешь, обидел он меня, причинил слишком много зол, едва не подверг меня смертельной опасности? Но что в этом? Он еще не распял тебя на кресте, как иудеи распяли Господа. Если ты не оставишь ближнему своему обиды, то и Отец твой Небесный не отпустит тебе грехов твоих. И с какой совестью скажешь ты "Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое" и следующие слова (Матф. 6:9)? Равным образом и кровь, которую пролили иудеи, Христос дал за спасение проливших. Что равного этому можешь сделать ты? Если ты не простишь врагу, то ты обидишь не его, а самого себя. Ты часто вредил ему в течение настоящей жизни, а себе приготовил вечное наказание в будущий день (суда), потому что Бог никого так не ненавидит, ни от кого так не отвращается, как от человека злопамятного, как от сердца гневливого и души пылающей (ненавистью). Послушай, что говорит Господь: "если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой" (Матф. 5:23-24). Что говоришь? Я оставлю там дар, т. е. жертву? Да, говорит, потому что ради мира с братом твоим установлена и самая жертва. Итак, если жертва (приносится) ради мира с ближним, а ты не соблюдаешь мира, то хотя бы ты и участвовал в жертве, для тебя бесполезно это участие без желания хранить мир. Итак, сделай сначала то (т. е. позаботься о мире), ради чего и жертва принесена, и тогда пользуйся благими плодами последней. Для того и Сын Божий пришел в мир, чтобы примирить наше естество Отцу, как и Павел говорит: "ныне примирил" себе все, "посредством креста, убив вражду на нем" (Колос. 1:22; Ефес. 2:16). Поэтому Он не только Сам пришел, чтобы сотворить мир, но ублажает и нас, если творим то же, и делает нас общниками Своего имени (говоря): "блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божьими" (Матф. 5:9). Итак, что сделал Христос, Сын Божий, то делай и ты по силе человеческой, заботясь о мире и с самим собой, и со своим ближним. Вот почему Сыном Божьим (Господь) называет миротворца, вот почему и при принесении жертвы Он не упомянул ни о каком другом деянии праведном, кроме примирения с братом, показав, что любовь больше всех добродетелей. Хотелось бы мне, возлюбленные, продолжить речь дальше, но и сказанного достаточно для тех, кто со вниманием и разумением принимает семя благочестия и желает внимать тому, что говорят. Будем же всегда помнить, убеждаю (вас), эти слова и то страшное приветствие, которое даем друг другу. Это приветствие соединяет души наши и делает то, что они все становятся единым телом и членами Христа, потому что все мы участники одного тела. Будем же поистине единым телом не тела смешивая, а души соединяя между собой союзом любви. Поступая так, мы будем в состоянии с дерзновением наслаждаться предлежащей трапезой и сделаться, наконец, сосудами мира, дарованного Христом. Если же мы имеем бесчисленные совершенства, а остаемся злопамятными, то все делаем тщетно и напрасно и не получим никакого плода в рассуждении спасения. Спаситель перед самым восхождением к Отцу вместо временной славы и великого богатства оставляет следующее наследие ученикам: "мир оставляю вам, мир Мой даю вам" (Иоан. 14:27). В самом деле, какое богатство или какое изобилие имущества было бы дороже того мира Христова, который превосходит всякий ум и слово? Вот почему и пророк Малахия, зная, что это самый тяжкий порок, говорил как бы от лица Божия: люди мои, "говорите истину друг другу, никто из вас да не мыслит в сердце своем зла" в сердце искреннему своему да не помышляет "и ложной клятвы не любите" и не умрете, дом Израилев, говорит Господь (Зах. 8:16-17); это как если бы Он сказал: если будете лжецы, злопамятны, клятвопреступники, забудете заповеди мои, то смертью умрете. Итак, зная все это, возлюбленные, оставим всякий гнев, станем пребывать в мире друг с другом и, вырвав корень зла и очистив свою совесть, с кротостью, смирением и великим благоговением приступим к принятию страшных этих и ужасных таинств, подойдем не толкаясь, не топая ногами, без шума и крика, в великом страхе и трепете, с сокрушением и слезами, чтоб и милосердный Господь, призрев с небес на наше мирное состояние, нелицемерную любовь и братское общение любви, удостоил всех нас и настоящих и обетованных благ, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу со Святым Духом слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь