Вероучение секты свидетелей иеговы

ВЕРОУЧЕНИЕ СЕКТЫ СВИДЕТЕЛЕЙ ИЕГОВЫ



ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ О СВИДЕТЕЛЯХ ИЕГОВЫ

     Движение свидетелей Иеговы относится к крайней ветви новейшего протестантизма и характеризуется ярко выраженными эсхатологическими (от греч. eschatos - последний и logos - учение) чаяниями. 
     Согласно концепции свидетелей Иеговы Второе Славное Пришествие Христово состоялось в 1914 г. Они учат, что никто из ныне живущих и живших ранее, кроме лиц, причисленных к "небесному классу", никогда не увидит Спасителя. В 1918 г., утверждают они, произошло первое воскресение для жительства на небесах умерших к тому времени избранных Богом, "рожденных свыше" - так называемый "небесный класс". Иеговисты насчитывают 144 тысячи избранных. 
     Ныне вершится предварительный суд - исследование, второй этап которого начнется после "священной войны" - Армагеддона и будет продолжаться тысячу лет. 
     Свидетели Иеговы заявляют, что сейчас мир пребывает в последней фазе своего грешного бытия, непосредственно перед Армагеддоном, т.е. очень скоро всем предстоит испытать великую скорбь. В это время падут все религиозные, социально-политические и государственные структуры и институты, ибо все это породил сам сатана. 
     Многие протестантские конфессии, например баптистов, адвентистов, пятидесятников, методистов и других, не приемлют этого учения, считая иеговистов еретиками, исказившими истинное понимание слова Божиего. Их критики подвергается не только эсхатология, но и другие догматы этой крайне воинственной секты. Свидетели Иеговы исходят из того, что человек спасается пред Богом не только верою, но и делами, указывая на существование в Церкви не только всеобщего, как учат протестанты, но особо благодатного священства. 
     По форме это как будто бы соответствует учению Православному, однако наполнено оно совершенно другим содержанием. Уже в одном из центральных пунктов вероучения протестантизма - об исключительном авторитете слова Божиего и делах веры - свидетели Иеговы входят в противоречие не только с учением Православия и Католицизма, но и протестантскими догматами. 
     Никаких священнодействий свидетели Иеговы не совершают. Если прочие сектанты протестантского толка совершают молитвы о болящих с помазанием маслом, устраивают особые служения над желающими вступить в брак, благословляют детей, принося их в собрание, совершают возложение рук при поставлении в пресвитеры, то в иеговистских общинах всего этого нет. 
     Раз в году они совершают вечерю воспоминания, что, впрочем, праздником у них не считается. В этот день верующие собираются в "залы царства" (так называется помещение, где проходит собрание: клубы, стадионы и т.п.). Если в общине кто-либо присутствует из "рожденных свыше", то он отламывает от хлеба кусочек, съедает его и делает глоток из большого стеклянного фужера с вином. Остальные просто передают из рук в руки поднос с хлебом и фужером с вином, участвуя в вечере чисто символически. 
     В России нет "рожденных свыше", но есть несколько человек на Украине. 
     В отличие от иеговистов бруклинской ориентации у последователей Общества исследователей Священного Писания - расселитов - в веч`ере воспоминания участвуют все. 
     Днем покоя свидетели Иеговы не почитают ни субботу, ни воскресенье, ни какой-либо другой день недели. Они совершают обряд водного крещения, символизирующий посвящение Богу. Приходящих из других протестантских деноминаций перекрещивают, считая их прежнюю веру сатанинской выдумкой. Свидетели Иеговы отрицают догмат о Святой Троице. Господь наш Иисус Христос - истинный Бог и человек - по их мнению, всего лишь "сошедший" на землю Ангел, ставший совершенным, без греха, человеком. Святой Дух они понимают как силу Божию. Сектанты не молятся Господу нашему Иисусу Христу, а возносят молитвы только Иегове, но через Иисуса Христа. 
     Как и прочие протестанты, они не молятся за умерших, не призывают в помощь святых угодников Божиих. Правда, на это у них есть свои причины: свидетели Иеговы отрицают посмертное бытие души. Иеговисты не почитают Божию Матерь, мощи угодников Божиих, не приемлют поклонения святым иконам. 
     В нашей стране существуют два направления иеговизма - это сторонники Бруклинского центра - свидетели Иеговы и движение Исследователей Священного Писания. Во главе иеговистской Общины стоит старейшина - пресвитер. Его помощниками могут быть несколько старших, не по возрасту, а по должности, мужчин, которые возглавляют те или иные отделы Общины. 
     Свидетели Иеговы отказываются от исполнения военной повинности, не берут в руки оружия, отказываются принимать присягу, если все же бывают призваны в армию. Особо непримиримы сектанты ко всем социально-политическим институтам государственной власти. Они не признают никаких гражданских празднеств и торжеств. Все в окружающей их действительности представляется им выдумками сатаны. 
     Движение свидетелей Иеговы является одним из самых активных в новейшем протестантизме. В обязанность каждого верующего вменяется нести свидетельство о скорой гибели этого злого мира в огне грядущего Армагеддона и наступлении тысячелетнего царства. Важнейшими заблуждениями христианства, согласно утверждениям иеговистов, является учение о Святой Троице, бессмертии души и вечных мучениях грешников

О СВЯТОЙ ТРОИЦЕ






"Христос по плоти, сущий над всеми Бог". 
(Рим. 9, 5) 






"Познаем Бога истинного и да будет в истинном Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная". 
(1 Ин. 5, 20) 






"Великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам". 
(1 Тим. 3, 16) 






"Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое солгать Духу Святому... Ты солгал не человекам, а Богу". 
(Деян. 5, 3-4) 

     Воистину ничто не ново под солнцем! Свидетели Иеговы, отрицая общепринятый догмат христианства о Святой Троице, лишь повторяют мысли еретиков IV в. от Р.Х., не признававших божественного достоинства за Господом Иисусом Христом и Святым Духом. 
     В своих изданиях Бруклинский центр время от времени возвращается к этой тематике. Не утруждая себя серьезными богословскими изысканиями, иеговисты в этом случае непременно приводят неотразимый, на их взгляд, тезис: "Бог един, Иисус Христос только Его творение. Дух Святой - сила Божия, а не третья ипостась Святой Троицы". При этом оппоненту предлагают: "...Покажите слова Священного Писания, которые говорили бы о Троице". Покажите, где в Писании сказано, что Бог состоит из трех неслиянных лиц: Отца, Сына и Святого Духа - и что эти три лица являются единым Богом. И, наконец, третье: найдите какое-либо место Писания, где говорилось бы, что Отец, Сын и Святой Дух равны во всяком отношении, например в отношении вечности, силы, положения и мудрости. И на эти вопросы всем дадут примерно такой ответ: "Вы можете искать, сколько угодно, но не найдете ни одного стиха в Писании, в котором есть слово Троица, и не найдете такого, в котором говорилось бы, что Отец, Сын и Святой Дух равны во всяком отношении. Например, в отношении вечности, силы, положения и мудрости. Ни одно место Писания не сообщает, будто Сын равен Отцу в этих отношениях, и если бы существовали такие места Писания, то это свидетельствовало не о Троице, а в лучшем случае о двоице. Нигде Библия не приравнивает Святой Дух к Отцу" и т.д. [79] 
     Упорно внедряется мысль, что ни Новый, ни Ветхий Завет не содержат учения о Святой Троице, которое есть плод умствования богословов IV века от Рождества Христова, а мужи первых веков ничему подобному не учили. 
     Иеговисты, правда, признают, что в Писании имеются "намеки" на учение о Троице. "Спроси себя, - пишут они, - возможно ли, чтобы Библия только намекала бы на главное в своем учении: о том, кто такой Бог? Библия, столь определенно трактующая основные догматы христианского учения, умалчивает о самом главном? Неужели Создатель вселенной не мог оставить книгу, которая свидетельствовала бы о главенстве Троицы?" [80] 
     Действительно, Библия дана Церкви, которая понимает ее и при необходимости разъясняет верующим наиболее трудные места. Однако в руках и устах сектантов, отошедших от истинного учения Писания, она с неизбежностью становится предметом раздоров и соблазнов. Сколько ни есть сект в мире, каждая из них, утверждая "свое учение", тем самым опровергает все прочие. Так что позволим себе не согласиться с утверждением иеговистов, говорящих о полной ясности Библии. 
     Христианские богословы упорно приписывают Писанию свои идеи о Троице. Но их нет в текстах Священного Писания, а сами эти идеи о Троице противоречат ясному свидетельству Библии как единого целого [81], говорят иеговисты, обычно приводя несколько выдержек из Священного Писания, которые действительно прямо не свидетельствуют о Святой Троице. Вот одна из них: "Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь" (Мф. 28, 19-20). Некоторые, рассуждают они, заявляют, что это указание на Святую Троицу. Но прочтите эти стихи. Разве говорится в них что-нибудь о том, что три лица являются одним Богом, что они равны в отношении вечности, силы, положения и мудрости? Нет! То же можно сказать и о других местах Писания, в которых упоминаются эти трое вместе [82]. 
     На это необходимо возразить, что в приведенном стихе не говорится и о Божестве Отца. Почему же сектанты признают Его Богом? Не сказано в нем также о Его безначальности и всеведении. Следуя умозаключениям сектантов, пришлось бы признать, что Он не обладает ни мудростью, ни всесилием просто потому, что во многих текстах Писания об этом нет упоминания. 
     Приведем еще одно из подобных суждений: "Что касается тех, кто видит указание на существование Святой Троицы в Евангелии от Матфея (28, 19-20) из-за употребленного в единственном числе слова "имя", относящегося к Отцу, Сыну и Святому Духу, то пусть они обратят внимание, что слово "имя" употреблено в единственном числе в связи с эпизодом об Аврааме и Исааке в книге Бытия" (48, 16). 
     Откроем книгу Бытия и прочитаем 48-ю главу, в которой повествуется о том, что Израиль, благословляя Ефрема и Манасию, сказал: "Ангел, избавляющий меня от всякого зла, да благословит отроков сих, да будет на них наречено имя мое и имя отцов моих Авраама и Исаака" (Быт. 48, 16). 
     Прежде всего, сказано: "имя отцов моих", что указывает на множественность. Если бы было сказано: "во имя отца моего Авраама и Исаака", то мы только в силу психологии воспринятия сделали бы вывод, что речь идет о двух лицах - Аврааме и Исааке, а не об одном Аврааме-Исааке. 
     Далее, если не заметить в книге Бытия (48, 16) сочетание "отцов моих", как это делают иеговисты, уравнивая его по смыслу со стихом из Евангелия от Матфея (29, 19-20) и рассматривать слово "имя" в сочетании с именами Авраама и Исаака, то окажется, что и этот их аргумент не срабатывает. Понятие "имя" в связи с именами Авраама и Исаака указывает нам на существование двух личностей, равных во всех отношениях. 
     Также в Евангелии от Матфея "имя Отца и Сына и Святого Духа" будет закономерным воспринимать по своей сущности как равновеликое между Отцом, Сыном и Святым Духом. Если мы решили, за кого почитаем одно из лиц, то точно такое же достоинство мы должны будем придать и двум другим лицам. Если Отец - Бог, то Бог и Сын, и Святой Дух. 
     "Далее, - отмечают иеговисты, - триипостасники также указывают" на Евангелие "от Иоанна (1, 1), где, согласно некоторым переводам, говорится: "Слово было у Бога и было Богом". Но из других переводов Библии (имеется в виду, конечно же, в первую очередь перевод "Нового Мира") следует, что слово было "Богом" или "божественным", что вовсе не обязательно означает Бога, но иное могущественное лицо. Далее сказано: " Слово было у Бога". Логично допустить, что Оно (Слово) не может быть тем же самым Богом. И, независимо от природы "Слова", следует признать, что в Евангелии Иоанна (1, 1) "упомянуты только два лица, а не три" [83]. 
     Возражая иеговистам, мы исходим из неприемлемости их ссылок на какие-то переводы и "подлинные" тексты Библии. Обычно речь идет о том же иеговистском переводе "Новый мир". В настоящее время на русский язык переведена лишь незначительная его часть. То же обстоятельство, что Иоанн Богослов говорит нам о двух лицах (Ин. 1, 1-3), а не о трех, никак не свидетельствует в пользу противников Святой Троицы. Святой Иоанн в ряде мест Писания засвидетельствовал свою веру в Бога - Троицу. Так, в первых же стихах своего Евангелия он преподал учение о том, что Тот, Кому посвящено благовестие, есть истинный Бог - Слово. 
     По самому существу своему сектантство чуждо серьезному богословию. Поэтому авторы статьи, вероятно, сочли излишним показать более весомые доводы в защиту лжеучения. Органически неспособные к созданию положительного учения, они разбирают те немногие места Писания, где не вполне определенно свидетельствуется в пользу учения о Триединстве Божества. Стихи Библии, с очевидностью указывающие на Троичность Божества, были обойдены сектантским малодушным молчанием. 
     Учение о Святой Троице - это краеугольный камень христианской веры. Без принятия трех лиц в Боге нельзя говорить ни о Боге-Искупителе, ни о Боге-Освятителе. Где нет веры в Троицу, там не может быть речи о Божестве Христа, а где отрицается Божество Христа, там упраздняется самое христианство как религия искупления. Таким образом, как в своем целом составе, так и в каждой частной истине своего учения христианство опирается как на первое свое основание - на догмат о Святой Троице. 

Ветхий Завет о Боге-Троице



     Ветхий Завет подготавливал древнего человека к принятию Спасителя. Тогда Бог еще не открывал Себя с такой неотразимой ясностью, с которою Он открыл Себя в Новом Завете, ибо склонные к многобожию иудеи могли неверно истолковать Его учение. Прежде чем проповедать народу веру в Троицу, следовало утвердить его веру в Единого Бога. Необходимость открыть Себя как Троицу возникла после воплощения Второй Ипостаси Божества. И тем не менее Ветхий Завет содержит в себе указания на Бога-Троицу, что становится особенно убедительным, если эти места Писания рассматривать в свете Новозаветных откровений. 
     Одно из таких мест мы встречаем в первой главе книги Бытия. "Сказал Бог: Сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему" (Быт. 1, 26). Слова: "по образу Нашему, по подобию Нашему" - указывают, что лица, к которым Он обращается, имеют тождественный с Ним образ и природу. Здесь Творец советуется с равными Себе по достоинству, кем не может быть ни Ангел, ни кто-либо другой, а только подобный же Бог. Но Бог Ветхого Завета един. Новозаветное учение раскрывает нам смысл этих слов. Множественное: "сотворим по образу Нашему" - косвенно указывает на совет Святой Троицы. 
     Разбирая это место, некоторые исследователи предполагают, что здесь Бог говорит о Себе во множественном числе, выражая так Свое величие. С этим нельзя согласиться. В Библии Бог везде говорит о Себе в форме единственного числа. Места же, подобные рассмотренному нами, в Библии большая редкость, во всем Писании их несколько. 
     Аналогичный смысл несут и слова Господа, произнесенные Им перед изгнанием прародителей из Рая: "Вот, Адам, стал как один из Нас, зная добро и зло" (Быт. 3, 22). Какой же смысл вкладывается в слова "Нас"? Что это - совет Бога с Ангелами? Если да, то с какими? Человек только после грехопадения познал добро и зло, т.е. опытно приобщился ко злу. Значит, до греха зло ему было неведомо. То же мы должны сказать и об Ангелах. Добрые ангельские силы не ведают опытно - что есть "добро" и "зло". Точнее было бы сказать: они не могут сравнивать доброе и злое, так как непричастны к последнему. Неужели в таком случае Бог беседует с падшими Ангелами? Подобное, конечно же, невозможно. Остается только одно - предположить, что этот стих указывает на существование "нескольких" Богов, которым в силу их всеведения известны следствия воздействия греха на душу человека или на что-то иное. Многобожие иеговисты отвергают, следовательно, остается признать существование одной божественной природы в нескольких Лицах. 
     Такой же смысл имеют слова, сказанные Господом перед рассеянием народов. "И сказал Господь... Сойдем и смешаем там язык их" (Быт. 11, 6-7). Здесь также под Лицом, к которому обращается Бог, следует понимать лицо божественного достоинства, ибо ниже сказано: "И рассеял их Господь оттуда по всей земле" (Быт. 11, 8). 
     В приведенных местах Библии свидетельствуется множественность лиц в Боге, но без указания их числа. В других стихах мы находим прямые указания на троичность Лиц в Боге. В одном из них рассказывается о встрече Авраама с Богом, явившимся в образе трех странников. В Писании сказано: "Три мужа стали против него" (Быт. 18, 2). "И обратились мужи оттуда и пошли в Содом, Авраам же еще стоял пред лицом Господа" (Быт. 18, 2). Ко всем троим Авраам обращается: "Владыка" (Быт. 18, 32). 
     Пророку Исаие в видении является Господь, сидящий на престоле в окружении серафимов, которые взывали друг к другу: "Свят, свят, свят, Господь Саваоф" (Ис. 6, 3). После того как один из серафимов прикоснулся к устам пророка Исаии, тот услышал голос Господа: "Кого Мне послать? И кто пойдет для Нас?" (Ис. 6, 8). 
     Троекратное воспевание серафимами Бога, который говорит: "Кто пойдет для Нас", - также указывает нам на троичность лиц в Божестве. Но, может быть, Бог здесь беседует с серафимами? Обширный контекст слова Божиего не позволяет нам сделать такой вывод. По словам святого Иоанна Богослова, Исаия, когда видел Господа, видел славу Сына Его (Ин. 12,41). Апостол языков свидетельствует, что Исаия слышал глас Духа Святого, пославшего его на пророческое служение к народу израильскому (Деян. 28, 25-28). И если Дух Святой есть просто божественная сила Бога, как утверждают свидетели Иеговы, то каким же образом с этой неразумной силой можно советоваться? 

Ветхий Завет о Боге Сыне и Боге Духе Святом



     В Ветхом Завете наряду с учением о троичности лиц в Божестве есть неоспоримые указания на ипостасное бытие. Наиболее полно это учение представлено в восьмой главе книги Притчей, где говорится о премудрости Божией, под коей мы разумеем Вторую Ипостась Святой Троицы. "Господь имел Меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони, от века Я помазана, от начала, прежде бытия земли. Я родилась, когда еще не существовали бездны" (Притч. 8, 22-24). Здесь Премудрость усвояет Себе личное бытие. Она существовала при Боге прежде Его всякого создания. Значит, это не Ангел, пусть даже перворожденный, и не сила Божия, которая не может быть личностной. Она (Премудрость) личностна и предвечно в Боге пребывает. В Боге не может пребывать еще какая-то отдельная от Него "разумная премудрость". Бог - это совокупность мудрости, всеведения и т.п. И если Она (Премудрость) выступает как личностное начало, то мы должны признавать за Ней Личность (Вторую Ипостась Троицы). А что Премудрость не сотворена, на это указывает то, что Она есть начало путей Божиих, которая была "прежде созданий" (Притч. 8, 22). 
     Пророк Исаия, предсказывая явление Мессии на землю, называет его: "Чудный советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира" (Ис. 9,6). 
     У пророка Давида в Псалтыре есть следующие слова: "Господь сказал мне: "Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя" (Пс. 2,7). В этих словах Бог Отец обращается к Сыну и именует Его ныне родившимся, т.е. всегда рождающимся из Себя. Подобное мы видим и в сто девятом псалме, где Бог Отец также говорит Сыну: "Из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое" (Пс. 109, 3). 
     Из христианского учения нам известно об изначальной неизменяемости Бога. Определения - Отец и Сын указывают на существенную сторону бытия Творца. Если было время, когда у Отца не было Сына, то можно ли его в то время было именовать Отцом? Бог рождает сына прежде денницы (утренняя заря), т.е. прежде всякого бытия, из Своей сущности, и это рождение вечно, ибо происходит всегда. 
     Божественность Иисуса Христа со всею очевидностью подтверждается и другими Ветхозаветными Писаниями. Пророк Исаия о Мессии говорит: "Вот Бог ваш, придет отмщение, воздаяние Божие, Он придет и спасет вас. Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся" (Ис. 35, 4-5). Спаситель как бы напоминает этот стих из Писания пред учениками Иоанна Крестителя как доказательство своего мессианства (Лк. 7, 22). Этой прямой цитатой из Исаии Иисус указывает на Свою природу как на воплощение Бога [84]. У пророка Захарии есть указание, что Бог будет пронзен, и это в буквальном смысле исполнилось над Спасителем (Зах. 12, 10; Ин. 19, 37). Пророк Иоиль говорил, что наступит время, когда каждый, кто призовет имя Господнее, спасется (Иоиль. 2, 32). В Новом Завете этот стих цитируется Апостолами дважды и относится ко Христу (Деян. 2, 20-21; Рим. 10, 9-13). Апостол Петр в Первом Послании называет Спасителя камнем преткновения и соблазном. У пророка Давида эти слова относятся к Богу Ветхого Завета (Пс. 118, 22). Святой Павел в послании к Филиппийцам пишет, что пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных и преисподних (2, 10). Этот текст взят из Исаии (45, 23) и прямо отнесен к Иисусу. Если же мы рассмотрим контекст Исаии, то увидим, что никому, кроме Бога, не могло поклоняться "всякое колено" [85]. 
     Во второй главе Откровения Спаситель говорит Фиатирской церкви: "И детей ее поражу смертью, и уразумеют все церкви, что Я есмь испытующий сердца и внутренности" (2, 23). Здесь Спаситель прилагает к Себе слова пророка Иеремии о Боге: "Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности" (17, 10). 
     У пророка Исаии есть высказывания о том, что слава принадлежит только Богу и Он ни с кем не будет ею делиться. Господь же о Себе свидетельствует: "И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира" (Ин. 17, 5). Если слава принадлежала только Творцу, то Иисусу надлежало быть Творцом-Богом, потому что Он заявляет, что имел славу прежде бытия мира [86]. 
     О Спасителе в Писании сказано, что Он "свет истинный" (Ин. 1, 9). В Ветхом Завете о Создателе несколько раз говорится, что Он является Светом (Ис. 60, 1). Невозможно допустить, что могут существовать два истинных света, ибо Бог един. О Спасителе в Откровении сказано, что Он Царь царей и Господь господствующих (Откр. 1, 4). В Ветхом Завете о Боге говорится, что он Царь (Иер. 10, 7; Пс .46, 7-8) и Господь (Втор. 10, 1). Библия нас учит, что един Господь (Еф. 4, 5). Значит, Бог и Спаситель равны по своему достоинству. 
     У пророка Исаии есть следующие слова: "Я Господь, и нет Спасителя кроме Меня" (Ис. 43, 11). Новый Завет называет Спасителем только Иисуса Христа (Деян. 4, 11-12), недвусмысленно разумея под ним Христа-Бога. В Евангелии о Своем достоинстве Спаситель говорит: "Прежде, нежели был Авраам, Я есмь" (Ин. 8, 58). Соотнеся эти слова с ветхозаветными словами Бога, мы можем заключить, что в Ветхом и Новом Заветах речь идет об одном лице. Так, Бог, обращаясь к Моисею, говорил: "Я есмь" (Исх. 3, 14). 
     В Ветхом Завете есть указания и на Бога Духа Святого, правда они не столь ясны, как высказывания о Сыне Божием. 
     О сотворении вселенной говорится: "Дух Божий носился над водой" (Быт. 1, 2). В других местах сказано, что Он ведет людей в землю правды (Пс. 142, 10), что Он посылается Богом к пророкам для наставления (Зах. 7, 12). 
     Пророк Исаия от лица Мессии восклицает: "Послал Меня Господь Бог и Дух Его" (Ис. 48, 16) или "Дух Господа на Мне, - говорит Мессия, - ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим" (Ис. 61, 1). 

Новый Завет о Второй и Третьей Ипостасях Святой Троицы



     О Боге Сыне 
     Более полно Господь открывает людям свое учение о Второй и Третьей Ипостасях Святой Троицы после воплощения Сына Божия. Таким образом, Новый Завет, не отвергая учения Ветхого Завета о единстве Божества, восполняет его в части, касающейся Троичности Лиц в Боге. 
     О равенстве Иисуса Христа с Богом Отцом есть много свидетельств в Новом Завете. Христос так отвечал фарисеям после исцеления расслабленного в субботу: "Отец Мой доныне делает, и Я делаю" (Ин. 5, 17). Говоря о своем праве и власти делать то, что Отец делает, Он указывает на равное с Ним достоинство по Божеству. После шестидневного творения Своим промыслом Бог Отец никогда не отступал от Своего творения. Не прекращается Промысел Божий и в субботу, это и разумел Спаситель, когда указывал, что Он равен Отцу и больше субботы и поэтому вправе поступать как пожелает в любое время. 
     То, что смысл слов Спасителя определенно указывает на Его достоинство, видно из устремлений фарисеев. Ибо "еще больше искали убить Его Иудеи за то, что Он не только нарушал субботу, но и Отцом Своим называл Бога, делая Себя равным Богу" (Ин. 5, 18). Это окончательно разрешает вопрос, в каком значении именовал Себя Сыном Божиим Спаситель. 
     В Писании сынами Божиими называются ангелы (Иов. 1, 6; 2,1 1), а иногда и люди (Втор. 14, 1; Рим. 8, 14). Спаситель именовал Себя Сыном Божиим в собственном смысле этого слова, по природе сознавая Себя равным Богу (Ин. 5, 18). За это и преследовали его иудеи - потому что сделал Себя Сыном Божиим (Ин. 5, 19). Здесь греческое слово "ison" означает - равный по качеству и количеству, обладающий единой природой, одинаковой по положению и авторитету. На вопрос "Ты ли, Христос, Сын Божий?" (Мф. 26, 63), который задал Спасителю первосвященник Каиафа, Христос ответил: "Ты сказал" (Мф. 26, 24). Если бы Христос сознавал Себя Сыном Божиим не в собственном смысле, а в ангельском или человеческом и с этим учением пришел в мир, то разве вынесли ему иудейские старейшины за такое учение смертный приговор? 
     Если в Священном Писании говорится об Иисусе Христе как о Сыне Божием, то нам следует понимать это как указание на его единосущное Божественное естество. На это указывает нам и апостол Иоанн в своем Первом Послании: "Знаем также, что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе, Сей есть истинный Бог и жизнь вечная" (1 Ин. 5, 20). "Им создано все, что на небесах и на земле" (Кол. 1, 16). 
     Сын Божий Иисус Христос равен по природе Богу и находится с Ним в особых, чем прочие, отношениях. "Ибо кому, когда из ангелов сказал Бог: "Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя". И еще: "Я буду Ему Отцом, и Он будет Мне Сыном"? Также, когда вводит Первородного во вселенную, говорит: "И да поклоняются Ему все Ангелы Божии" (Евр. 1, 5-6). 
     Сыном Божиим при Его непосредственном участии было создано все: видимое и невидимое - и Ему поклоняются все ангелы. И если Ему поклоняются все ангелы, разве не следует из этого, что Он иной по своей природе, нежели они? Возможно ли при наличии столь очевидных доводов усомниться в Божестве Иисуса Христа? 
     О Божественном достоинстве Иисуса Христа напоминает нам и следующий стих: "Бога не видел никто и никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил" (Ин. 1, 18). Только Сын, существующий в недрах Отца, может во всем исповедовать, т.е. проникать в существо Бога. Никогда и никому из ангелов и людей Бог не давал такую власть. Сам о Себе Христос свидетельствует: "Никто не восходил на небо, как только сошедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах" (Ин. 3, 13). 
     Да, все ангелы и люди по благодати - сыны Божии, но только Одному вверено столь много, что превосходит имеющееся у всех прочих, так как сказано: "Никто не знает Сына, кроме Отца, и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть" (Мф. 11, 27). Возможно ли кому даже из ангелов сказать: "Я в Отце, и Отец во Мне" (Ин. 14, 10). На все самые очевидные доказательства Божества Сына Божия сектанты пытаются отыскать те или иные возражения. Но есть в Писании такие слова, после которых даже они умолкают, лишь невнятно оправдываясь, будто такой цитаты в подлинном Новом Завете нет... Если спросить их, в каком древнем кодексе отсутствуют такие слова: "Великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам" (1 Тим. 3, 16), то вам вряд ли найдутся что-либо ответить. В лучшем случае вспомнят о каком-то древнем папирусе, в котором недостает главы из некоего послания апостола Павла. Но значит ли, что именно по нему одному и должно судить об интерполяции (позднейшей вставке) всех прочих? Что же касается православных, то для нас достаточно свидетельств, приведенных выше, а также и других мест Священного Писания. К тому же, согласно исследованиям, цитируемый нами стих из первого послания к Тимофею не является позднейшей вставкой. 
     На вопрос Христа: "Вы за кого почитаете Меня?" (Мф. 16, 15) - апостол Петр ответил: "Ты Христос, Сын Бога живаго" (Мф. 16, 16). Ответив так, Апостол не просто признает духовно-нравственное сыновство Христа по отношению к Отцу, но объявляет о бесконечно большем - об исповедании Божества Христова, ибо не собственным разумением пришел к этому Апостол, но ему было открыто Самим Отцом небесным (Мф. 16, 17). На этой вере - вере в Бога Сына-Спасителя Господь обещает основать Церковь, которая со дня Пятидесятницы победоносно шествует по вселенной. Эту веру после воскресения выразил апостол Фома, когда, увидев явившегося Спасителя, воскликнул: "Господь мой и Бог мой" (Ин. 20, 28). 
     Евангелист Иоанн также достаточно ясно высказывается о Божестве Христа: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог" (Ин. 1, 1). В начале (т.е. когда еще ничего не было - мира видимого и невидимого) Слово уже существовало у Бога. Более этого, это Слово Само было Богом - "Все через Него начало быть, и без Него ничего не начало быть, что начало быть" (Ин. 1, 3). Так утверждается мысль о том, что всякое творение имеет начало, и это начало бытия осуществляется только через Слово - Вторую Ипостась Святой Троицы. Этим окончательно устраняется всякая возможность почитать Слово тварным посредником между Богом и творением. Именно "Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины, и мы видели славу Его, и славу, как единородного от Отца" (Ин. 1, 14). Отсюда следует, что мы и прочие места Писания, где говорится об Иисусе Христе как о единородном от Отца, должны понимать в смысле единородного Отцу по сущности. 
     Для спасения рода человеческого Сын Божий явился в мир и родился от жены (Гал. 4, 5). В послании к Римлянам апостол Павел пишет, что обетования принадлежат отцам израильским и от них "Христос по плоти, сущий над всеми Бог" (Рим. 9, 5). 
     Антитринитаристы, оспаривающие троичную сущность Бога, выступая против божественности Иисуса Христа, часто ссылаются на следующий стих Иоанна Богослова: "Я живу Отцем" (Ин. 6, 57), а значит, Спаситель не может быть единовечным Отцу. Приводят и другой текст из того же Евангелия: "Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе" (Ин. 5, 26). Между тем сказанное означает, что посредством Духа Святого эту жизнь Отец дал своему Предвечному Сыну в земном воплощении. 
     В послании к Филиппийцам о Господе говорится, что Он не почитал хищением быть равным Богу, но уничижил Самого Себя, приняв образ раба (Флп. 2, 5-11). "Слово "равным" передано греческим словом isa, формой от ison, что переводится как "абсолютная единосущность", чем подтверждается полнота Божества во Христе" [87]. 
     Часто сектанты-иеговисты черпают свои доводы у еретиков IV в., утверждавших, что Сам Спаситель о Себе свидетельствовал, что его Отец более Его. Действительно, Бог Отец выше человеческого образа, с которым соединился Бог Сын, взявший на себя наши немощи и понесший наши болезни через соединение с плотью. Но в то же время (повторимся) Он - Спаситель - "не почитал хищением быть равным Богу" (Флп. 2, 6). Божество было присуще Христу по природе, поэтому Он по праву везде учил о своем равенстве и единосущности с Богом Отцом. 
     Писание называет Спасителя образом Бога, рожденного прежде всякой твари (Кол. 1, 15), а следовательно, Он выше творения и не является им. 
     О Боге Духе Святом 
     В Новозаветных Писаниях есть немало свидетельств о Духе Святом. "Я умолю Отца, - говорит Христос, - и иного Утешителя даст вам, да будет с вами во век". Возможно ли Утешителя понимать только как благодать Божию или, как выражаются иеговисты и прочие сектанты, как силу Божию? Конечно же, нет! Христос обещает послать Утешителя от Отца: "Дух истины, который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне" (Ин. 15, 26). В каком отношении может пребывать нетварная сила Божия и тварный ангел? Только если исходить из понятия троичности лиц Божества, станут понятны слова Спасителя о том, что Он пошлет Духа Святого. 
     Что же такое - сила Божия? Мы отвечаем - это благодать, подразумевая под ней живое и действенное промыслительное участие Бога в жизни человека через Третью Ипостась Святой Троицы - Духа Святого. Стяжание благодати - это соприкосновение со Творцом жизни в Духе, с Утешителем, Который есть личный Бог и Который делает человека Богом по благодати (образу и подобию). 
     Что же понимают иеговисты под силой Божией? Если Его нетварные энергии - то это Бог. Но если под силой Божией разуметь инструмент его творческих деяний, то зачем всемогущему Богу какой-либо посредник? Убедительного ответа у них на этот вопрос нет. Каждый толкует о силе Божией на свой лад. 
     Иудеи говорили много хульных слов на Спасителя, не веря в Его божественное достоинство. Господь на это отвечал, что им это простится, не простится только хула на Духа Святого - Бога (Мф. 12, 31-32). Вот почему был предан смерти Анания, солгавший Духу Святому, которого апостол Петр называет Богом: "Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое солгать Духу Святому... Ты солгал не человекам, а Богу" (Деян. 5, 3-4). 
     Твердая вера апостолов Христовых в божественную сущность Святого Духа видна из того, как неизменно они вкладывают в Его имя тот же смысл, что и в имена Отца и Сына. 
     Святой Дух, являясь Богом, обладает всеведением: "Дух все проницает, и глубины Божии" (1 Кор. 9, 10). Разве можно так говорить о неразумной безличной силе? Очевидно, здесь речь идет о Лице, обладающем сознанием. Святой Дух обладает всемогуществом, так как является самостоятельным и полновластным подателем верующим чрезвычайных даров в раннехристианской Церкви. Апостол Павел об этих дарованиях пишет: "Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно" (Кор. 12, 11). "Сам Дух ходатайствует о нас воздыханиями неизреченными" (Рим. 8, 26). Перед кем ходатайствует? Конечно же, перед Богом Отцом. Но может ли ходатайствовать перед Ним какая-то безликая божественная сила? 
     Святой Дух поставляет епископов пасти Церковь Господа и Бога (Деян. 20, 28). Что же представляет собой сила Божия? Это мы узнаем из Писания, обыкновенно ее называют благодатью, и если бы Дух Святой был безличным началом - силой Божией, то разве не следовало бы именовать Его "своим именем" - Божией силой или просто благодатью? 
     Далее мы приходим к парадоксальному выводу: оказывается, Бог и без наших напоминаний воздействует на мир своей благодатью. Писание, говоря об этом, обычно свидетельствует об определенном действии Его: Бог говорит, помогает, является и т.д. Итак, очевидно, что все божественные действия творятся посредством Его участия. Вот почему об этом нет надобности упоминать. 
     В Писании есть множество мест, где о деятельности Творца говорится без упоминания о благодати. Богу не нужны посредники. Везде Он действует Сам. Только в одном случае - в ипостаси Отца, в другом - Сына, в третьем - Духа Святого. 
     Если мы попытаемся отыскать некоторые параллели новозаветным цитатам в ветхозаветных Писаниях, то придем к следующим выводам: писавшие Новый Завет ученики Христовы твердо верили, что Святой Дух является истинным Богом. Это очевидно из послания к Евреям (3, 7-9), где приводятся слова, приписываемые Святому Духу. В Ветхом Завете мы найдем схожие слова в семьдесят седьмом псалме (19 ст.), которые произносятся от имени Бога, в Ветхозаветных книгах - это слова Бога, а в Новозаветных - Святого Духа. 
     То же - и в десятой главе послания к Евреям (10, 15-16), где есть выражение, приписываемое Святому Духу. Если провести параллель с Ветхим Заветом, то там - у пророка Иеремии (31, 33-34) - это слова Бога. В книге Деяний есть слова апостола Павла: "Хорошо Дух Святой сказал отцам нашим через пророка Исаию" (Деян. 28, 25). Далее приводится выдержка из Исаии (6, 8-10), где эти слова принадлежат Богу. Апостол Павел мог приписать эти слова Святому Духу в том случае, если верил (а это действительно так), что Святой Дух равен Богу так же, как и Сын [88]. 
      Сам Господь Иисус Христос непрестанно учил о триипостасной сущности Творца. Посылая учеников на проповедь, Он заповедовал совершать водное крещение "во имя Отца и Сына и Святого Духа" (Мф. 28, 19). Апостолы также в своих проповедях всему миру несли веру в Триединое Божество, о том же учили их преемники - Мужи апостольские.

Свидетели Иеговы в поисках иных источников правоты



     Свидетели Иеговы, как и прочие сектанты от протестантизма, всюду подчеркивают, что признают только авторитет Слова Божиего. Однако нередко сами в пылу полемики об этом принципе "забывают". При необходимости они прибегают и к трудам святых Отцов Церкви начальных веков христианства. И, конечно, указывают на те труды, где нет положительного учения о Святой Троице, например на "Дидахи" (учение двенадцати Апостолов). В "Дидахи" Иисус Христос действительно нигде не назван Богом, но нигде и не назван Ангелом. Но если в некоторых посланиях апостола Павла не упоминается о воскресении мертвых, то можно ли отсюда делать вывод, что воскресения не будет? Или, к примеру, во Втором и Третьем Посланиях апостол Иоанн не называет Бога единым, но неужели, исходя из этого, мы должны видеть в нем почитателя многобожия? Авторам "Дидахи" не было нужды поучать тех, кому предназначалась эта книга. Вера в Бога-Троицу у них уже была. Это следует хотя бы из того, что там нет упоминания о Ветхом Завете и конце его через Иисуса Христа, иначе как можно было бы понять учение двенадцати Апостолов, если в нем автор сразу излагает заповеди спасения? 
     Конечно, творчество святых Отцов Церкви раннего христианства сборником "Дидахи" не ограничивается. Иеговисты приводят "удобные" для них цитаты из других трудов Мужей апостольских. Святой Климент Римский в своем первом послании к Коринфянам пишет: "Милость и мир вам в изобилии от Всемогущего Бога через Иисуса Христа". Этой и подобными ей выдержками они тщатся доказать тварность Сына Божия и соподчиненность его Отцу. 
     Мы уже указывали, что Священное Писание в одном месте Иисуса Христа называет Сыном Человеческим (Ин. 3, 16), а в другом - истинным Богом (Ин. 1, 1). Причем нередко подобные выражения встречаются у одного автора. Точно так же и святой Климент Римский в своем Первом Послании в одном месте Спасителя называет "Господом нашим" [89], в других, безусловно, свидетельствует о своей вере в истинность Божества Христа. Вот одно из них: "Все были смертны и чужды тщеславия, любили более подчиняться, нежели повелевать, и давать, нежели принимать. Довольствуясь тем, что Бог дал вам на путь земной жизни, и тщательно внимая словам Его, и хранили их в глубине сердца и страдания Его" [90]. 
     В книге Деяний апостол Лука упоминает о сохранившихся в устном предании словах Спасителя: " Блаженнее давать, нежели принимать" (Деян. 20, 35). Эту же мысль передает в своем послании и святой Климент Римский. 
     Прибегая к творениям другого святого - Игнатия Богоносца, сектанты умалчивают о том, что святой Игнатий нигде не называет Иисуса Христа Богом, а лишь отмечают, что Игнатий нигде не говорит, что Сын равен Богу в том или ином отношении. Оставим на их совести подобные сомнительные упражнения. Можно только удивляться их изворотливости: не отрицая прямо, что Иисуса Христа святой Игнатий называет Богом, они в то же время не признают единосущности Спасителя с Богом Отцом. И здесь сектанты делают уже знакомый шаг - ставят под сомнение подлинность ряда посланий святого Игнатия, хотя научная патрология никогда не сомневалась в подлинности посланий святого Игнатия. Он всегда достаточно ясно высказывается о природе Иисуса Христа, нередко прямо называя Спасителя Богом. 
     "Ибо Бог наш Иисус Христос, по усмотрению Божию, - пишет он к Ефесянам, - врач телесный и духовный, рожденный и нерожденный, Бог во плоти, в смерти истинная жизнь" [91]. 
     Закономерен вопрос, почему же в своих творениях Мужи апостольские и первые исповедники христианства чаще предпочитают называть Спасителя Сыном Божиим, нежели только Богом. Во-первых, для большинства, читавших тогда их писания, конечно же, было ясно: "Сын Божий и Бог - это синонимы, причем очень вероятно, что писатели первых веков избегали частого употребления слова Бог применительно к Иисусу Христу из опасения, что некоторые неразумные будут уличать их в многобожии. 
     Во-вторых, можно действительно предположить, что христианские писатели II и III вв еще не в полной мере постигли глубины учения о Святой Троице. В трудах некоторых из них нет четкого различия между Сыном Божиим и Духом Святым (Ерм. "Пастырь"). 
     Думается, приведенных из Священного Писания и Творений ранних отцов Церкви доказательств Божества Иисуса Христа вполне достаточно для основания твердой веры в Троицу. 
     Нечто подобное мы наблюдаем в подходе к вопросу о Божестве Третьей Ипостаси Святой Троицы. Иеговисты обычно приводят те же аргументы, что и против Божества Спасителя. Сам факт того, что ранняя Церковь верила в Божество Сына Божия, для нас является косвенным свидетельством нашей правоты и заблуждения сектантов в их трактовке вопроса о Духе Святом. Если бы Дух Святой был просто силой Бога Отца, то маловероятно, чтобы богоносные Мужи придавали ему столь высокое достоинство. Святой Игнатий Богоносец в послании к Магнезийцам пишет: "Повинуйтесь епископу и друг другу, как Иисус Христос повиновался по плоти Отцу и Апостолы Христу, Отцу и Духу, дабы единение было вместе телесное и духовное" [92]. 
     В творениях святого Игнатия есть выражения, где Иисус Христос называет Святой Дух - Своим. Священное Писание изобилует подобными примерами. Но отсюда вовсе не следует делать вывод, что Святой Дух - это сила Второй Ипостаси, равно как и другой вывод - о подчиненности Сына Божия Отцу на основании сказанного Спасителем о Своей человеческой природе: "Отец Мой более Меня". 
     Мы должны признать, что богословская терминология в первые века христианства еще не устоялась, и только появление еретических учений побудило Церковь Христову в лице ее богоносных Отцов усиленно заняться отработкой терминов, дабы успешнее противостоять горделивому сознанию фантазий сектантов-еретиков, отколовшихся в сердце своем от единства Церкви.