Православие в Японии

Православие в Японии 

2 июля 1861 г. 24-летний выпускник Санкт-Петербургской Духовной академии иеромонах Николай прибыл на корабле "Амур" в город Хакодате для того, чтобы занять должность священника в храме при русском консульстве. Прежде наглухо закрытая для иностранцев Япония в середине 19 века только начинала налаживать отношения с западными странами. Попав в незнакомый мир, молодой священник по собственной инициативе стал изучать язык, пытался понять чужую культуру. Постепенно он начал проповедовать. Архиепископ Николай прожил в Японии более 50 лет. За это время он обратил в православие почти 30 тыс. человек, перевел на японский Новый Завет и основные богослужебные книги, построил в Токио кафедральный собор, который до сих пор называется "собором Николая", по-японски это звучит как "Никорай-до". 

В собрании Государственного Эрмитажа хранится свиток, поступивший туда в 1995 году от частного лица. В музейной инвентарной книге записано: "Вид бухты Нагасаки. Вид на залив, корабли (европейские), на берегу - особняки с флагами на фоне гор". Свиток этот привлек внимание ученого-япониста Алексея Михайловича Боголюбова. Прочитав иероглифическую надпись, он обнаружил, что на пейзаже изображен не Нагасаки, а другой японский город - Хакодате, где во второй половине 19 века располагались первые дипломатические миссии, в том числе и русская. Свиток раньше принадлежал директору Императорского Ботанического сада Карлу Ивановичу Максимовичу, изучавшему в 1861 году растительный мир Северной Японии. Максимович был в Хакодате в то самое время, когда туда прибыл молодой священник отец Николай (Касаткин). Русское консульство, открытое в 1858 году, обзавелось собственной церковью, требовался батюшка. 

Православие впервые появилось в Японии на три века позже западных христианских конфессий. ":С помощью Божьей все мы прибыли в Японию в добром здравии 15-го августа 1549 года. Мы поселились в Кагосиме, родине наших компаньонов. Мы были приняты самым доброжелательным образом всеми жителями города, особенно близкими Поля, новообращенного японца, на которых благодаря ему пролился с небес луч правды, и они, послушав его, стали христианами, - писал в своем отчете знаменитый католический проповедник, иезуит Франциск Ксавье. Он был первым христианским миссионером на Дальнем Востоке и получил в истории имя апостола Индии.. " Япония, - сообщал он в Общество Иисуса, от имени которого обращал язычников в христианство - обширная островная империя. Этот край был открыт португальцами восемь или девять лет назад. Японцы весьма высокого о себе мнения и считают себя непревзойденными воинами. :Они носят на себе и развешивают повсюду в доме мечи и шпаги, а когда ложатся спать, держат их над изголовьем: Они очень вежливы друг с другом, но не с соседями, которых презирают. : В этих краях много мужчин и женщин, избравших религиозную профессию. Их называют бонзами:" 

Первые христианские проповедники приехали в Японию в середине 16 века, в основном это были иезуиты. Были представители и некоторых других средневековых орденов -францисканцы, например, но в основном это были иезуиты. И поначалу проповедь христианства пошла вполне успешно. В каком смысле? Им удалось крестить много людей на юге Японии. Дело происходило следующим образом. Иезуиты, как известно, всегда действовали через политическую элиту общества. Если им удавалось договориться с каким-нибудь князем, то он велел просто-напросто всем своим поданным креститься. И иезуиты слали донесения в Рим, отчитывались, что у них огромное количество японцев крестилось. Но на деле оказалось, что южные князья были заинтересованы в хороших отношениях не столько с миссионерами, сколько с португальскими и испанскими купцами. Единства в стране не было, они были настроены оппозиционно по отношению к центральной власти и получали из Европы огнестрельное оружие. Своего огнестрельного оружия тогда в Японии не было. После того, как страна была объединена, а объединил ее в самом начале 17 века князь Токугава Иэясу, он понял, что проникновение христианства несет для страны и, в частности, для его режима большие беды, потому что является носителем децентрализаторских тенденций. И тогда христианство запретили, на японских христиан были достаточно большие гонения. Все успехи крещения почти в мгновение ока превратились в ничто, в пыль. Но нужно отдать должное японцам, все-таки у них очень сильно уважение к традиции. Некоторые из новообращенных христиан, вернее, их дети, поскольку родители поклонялись Христу, со своим христианством не расстались. Они дожили до 19 века, тайно исповедуя веру. Из этого получилась культурологически забавная вещь, потому что, когда страна в 60-е годы 19 века вновь была открыта для иностранцев, к ним, к этим скрытым христианам, пришли католические проповедники, но японцы сказали: мы исповедуем другую религию. 

Почти триста лет в Японии запрещалось строительство больших кораблей, выезд из страны и въезд иностранцев карались смертью. Потерпевшим крушение рыбакам, если их спасали чужие суда, было опасно возвращаться на родину. Эта законсервированная жизнь была взорвана в июне 1853 года, когда американская эскадра коммодора Мэтью Перри неожиданно вошла в бухту города Эдо (Токио). К огромным черным кораблям подплыли японские караульные лодки, но их разогнали выстрелами. Под дулами орудий американцы поставили ультиматум: Япония должна открыть свои порты для торговли, иначе она будет завоевана. Для всей страны это был страшный шок, однако договор подписали. На официальной встрече двух держав произошел символический обмен подарками: японская сторона презентовала рис, самурайские мечи, борьбу сумо и собачек породы японский хин, а американская, среди прочих даров - действующую модель телеграфа и игрушечную железную дорогу. Вскоре Япония заключила дипломатические и торговые отношения с другими странами. 

Начался период Мэйдзи, то есть, правления императора Мэйдзи ( 1868 – 1912). В 1891 году цесаревич Николай, будущий император Николай Второй, совершал путешествие по странам Дальнего Востока, он был и в Японии. Во время пребывания в Японии ему были подарены различные дипломатические дары, которые вошли в наше собрание. Известно, что недалеко от озера Бива в маленьком городке Оцу на цесаревича было совершено покушение. После этого в России появились стихи: 

"Император Николай, 

Если царствовать придется, 

Никогда не забывай, 

Что полиция дерется". 

Император Мэйдзи, видимо, в качестве какой-то компенсации за ужасный поступок своего подданного подарил цесаревичу много ценных предметов. В частности знаменитый ковер, который называется "Охота на лис". На нем изображена традиционная японская охота на лис, а в качестве обрамления - гербы российского императорского дома (двуглавые орелы) и гербы японского императорского дома (хризантемы). 

В 1890 году цесаревичу Николаю Александровичу было 22 года. Завершая свое образование, он отправился в длительное кругосветное путешествие. Наследник русского престола посетил Египет, Индию, Таиланд, Сиам, Китай и приехал в Японию. В июне 1891-го в городе Оцу на него неожиданно напал полицейский и нанес ему сильный удар саблей по голове. От мгновенной смерти Николая спас твердый околыш фуражки, удар оказался скользящим, и в ту же минуту рикша бросился под ноги убийце. Преступника схватили, оказалось, что он, как и многие в Японии, люто ненавидел европейцев. Путешествие было прервано, будущий царь прибыл во Владивосток, где его ждала триумфальная арка, построенная в честь чудесного спасения. В Петербурге этот эпизод многих рассмешил, писатель Владимир Гиляровский сочинил процитированное выше четверостишие. Однако отношение жителей Японии к представителям чуждой для них культуры было отнюдь не шуточным. "... Японцы смотрели на нас, как на зверей, а на христианство, как на злодейскую церковь, к которой могут принадлежать только отъявленные злодеи и чародеи", - вспоминал о своих первых годах в Хакодате будущий архиепископ Николай. Когда он прибыл в Японию, миссионерская деятельность была строго запрещена законом, как, впрочем, и в России за совращение из православия иноверцам грозила смертная казнь. Попав в незнакомый мир, молодой священник заинтересовался местными верованиями, посещал храмовые дворы, где буддистские алтари мирно соседствовали со святилищами исконной японской религии синто. 

Николай Японский, в миру Иван Дмитриевич Касаткин, родился в 1832 году в селе Береза'. Это триста километров от Москвы. Он был сыном священника. Потом он поступил в Санкт-петербургскую Духовную академию, закончил ее. И перед самым окончанием курса он вдруг заметил письмо, которое написал митрополит Нектарий, ректор академии. Он обратился ко всем ученикам: не хочет ли кто-нибудь поехать в Японию и занять место приходского священника при консульской церкви? Николай прошел конкурс, в котором участвовали двадцать студентов академии, и был зачислен на это место. Приехав в Японию, он стал изучать традиционные японские верования и японский язык. Что касается традиционных религий, то, по-видимому, японской ментальности, если это синтоизм, в православии могла импонировать соборность. А если говорить о буддизме, то импонировала веротерпимость. Надо сказать, что до появления Николая на Японских островах не было ни одного православного. Сейчас там есть и священники-японцы, и митрополиты японские, и епископ японский православный, а в японских православных церквах молятся коренные жители Страны восходящего солнца. 

В 60- е годы 19 века в Японию начинают приходить проповедники. Более или менее их деятельность была легализована с 1872 года. Было молчаливое согласие правительства, что проповедовать уже можно. Этих проповедников в католических миссиях и от различных направлений протестантизма было довольно много. Православие проповедовал фактически только один человек - отец Николай, будущий епископ Николай, будущий архиепископ Николай, канонизированный Русской Православной Церковью. Остались дневники святого Николая. Это огромное издание в пяти томах. Он там довольно много рассуждает об особенностях православной проповеди в Японии, сравнительно с католиками и протестантами. Мнение его следующее: из христианских учений ближе всего к японскому миросозерцанию протестантизм. Почему? Он оценивает протестантизм как очень "посюстороннее" учение. Там мало мистики, и второе - это учение с очень сильной трудовой этикой. Японцам оно очень близко. Поэтому, он считал, что ему работать будет намного труднее, нежели протестантам. О католиках он рассуждает меньше, тем более, что у католиков была принципиальная вещь, на которую японцы никак не могли согласиться. Дело в том, что в это время происходило конструирование японской нации, и центром, вокруг которого нация собиралась, была фигура императора. Мгновенно вставал вопрос: кто главнее - папа или император? Католические проповедники отвечали, что, конечно, папа. На этом разговор был окончен. Тем не менее, католики проводили довольно большую социальную работу, они старались заинтересовать японцев, может быть, не столько словесно, сколько своими делами. Были созданы католические больницы, школы. До сих пор социальные учреждения, вроде детских садов, которыми управляют католики, считаются в Японии очень хорошими. Николай упрекал японцев в том, что очень трудно им втолковывать, что настоящая жизнь начинается за пределами нашей земной жизни. Тем не менее, все три направления христианства в итоге достигли приблизительно одинаковых успехов, или, вернее, одинаковых неуспехов. Догматические различия между ветвями христианства японцам были неинтересны и непонятны, но они воспринимали проповедников как носителей более мощной цивилизации. Здесь рассуждение такое было: раз у них такие дальнобойные пушки, такие сложные механизмы, значит, и боги у них лучше. Поначалу в христианство обращались люди образованные и ориентированные на Запад. Это особенно заметно у протестантов. Но прошло время, и начался откат по всем направлениям проповеди христианства. Здесь рубежом служит приблизительно 1895 год, когда японцы начали свою первую, назовем ее так - империалистическую - войну против Китая. Произошла вспышка национализма. Правительство особенно миссионеров не давило, но общее настроение сильно изменилось. И если раньше среди новообращенных христиан было много людей, причастных к высшей политической элите, то теперь, как пишет Николай Японский, к нему шли люди бедные, люди необразованные. Это было не только у православных, повторяю, но у всех христиан. И оказалось, что количество обращенных японцев, что у католиков, что у православных, что у протестантов - приблизительно одинаково. Цифра эта измеряется десятками тысяч, между 30 и 40 тысячами. 

В 1911 году праздновалось пятидесятилетие миссионерской деятельности святителя Николая. К тому времени в 266 общинах Японской Православной Церкви насчитывалось 33017 христиан, 1 архиепископ, 1 епископ, 35 священников, 6 диаконов, 14 учителей пения и 116 проповедников-катехизаторов. За время своего служения Николай Японский приезжал в Россию дважды, на короткий срок. В его дневнике описана встреча с философом и поэтом Владимиром Соловьевым, который признался ему, что хочет постричься в монахи и провести некоторое время в японской миссии. "Я прямо стал отсоветовать ему монашество, - пишет Николай, - на том основании, что и для Церкви полезней, если он, стоя вне духовенства, будет писать в пользу Церкви." Он также беседовал с Ф.М.Достоевским: "Вернувшись, у Преосвященного Алексия встретил знаменитого писателя Федора Михайловича Достоевского. Уверения его о нигилистах, что скоро совсем переродятся в религиозных людей и теперь-де из пределов экономических вышли на нравственную почву; о Японии: "Это желтое племя, нет ли особенностей при принятии христианства? Лицо резкое, типичное, глаза гордые, хрипота в голосе и кашель, кажется, чахоточный". Есть в дневнике резкое суждение о царе и его духовнике Бажанове: "Царский поп, этот отец, ставит себя на такую высоту, что и с архиереями служить не хочет, чтобы не стоять-де ниже их! Уж в этом одном факте высказываются и поп царя, да и сам царь : недаром, стало быть, бьют царей, ставящих себя вне законов Божьих. Пусть справляются своими и своих попов законами, коли не хотят знать законов Христа Спасителя и Его Церкви!". Дневники Николая Японского 25 лет назад обнаружил в архиве японский профессор Кэнносукэ Накамура во время своей командировки в СССР, в Ленинград. В течение последующих лет он расшифровал и напечатал эти рукописи, при этом подчеркнув: "Святитель Николай - наиболее известный русский в Японии". 

Дневники теперь опубликованы в Японии в издании Хакодатского университета, именно на том самом острове Хоккайдо, где начал свое служение Николай Японский. Отца Николая мы можем назвать одним из первых русских японистов, он активно печатал свои исследования, касающиеся культуры Японии, ее истории в таких изданиях как "Русский вестник", "Морской сборник" и других. В 1872 году Николай Японский переехал из Хакодатэ в Токио. А в 1891 году в Токио появился храм Светлого Воскресения Христова. Этот храм был построен по проекту архитектора Щурупова и освящен в 1892 году. Православная миссия занималась изданием различных журналов на японском языке - "Подкладка из парчи", "Православные вести" и другие, в которых печатались тексты не только религиозного характера, но и произведения русской литературы. В частности, переводы с русского на японский Короленко, Горького, Пушкина, Толстого. Я исследовал письма, которые еще не были опубликованы ни в Японии, ни в России, они находятся в архиве знаменитого собора Воскресения Христова или, как его называют японцы, Никорай-до. Это переписка между Николаем Японским и японским священником, катехизатором Иоанном Сакая. Письма датированы 1904-1912 годами. Они показывают действие русской духовной миссии, катехизацию, постройку православных храмов. Эти письма написаны на японском языке. Идея-то была, чтобы в Японии была не Русская Православная Церковь, а Японская Православная Церковь, что, в конце концов, и получилось. 

Николай Японский скончался в Токио 3 февраля 1912 года. Японцы (не только православные) любили и чтили его, память о нем жива до сих пор. Во время русско-японской войны отец Николай не уехал на родину, он как мог, помогал русским пленным, а своим духовным детям-японцам говорил: "Делайте то, чего требует от вас любовь к отечеству, но помните, что "есть еще Отечество Небесное. К нему принадлежат люди без различия народностей, потому что все - дети Отца Небесного и братья".