Историческое развитие древней Литургии

Одесская Духовная Семинария



























Реферат

По Литургике

на тему:

Историческое развитие древней Литургии



Воспитанника 2-б класса

Соболевского Николая















Одесса 2010г

	
Происхождение и история Литургии



Божественная Литургия, как и всякое церковное тайнодействие, имеет свое обоснование в Священном Писании. Таинство Тела и Крови установлено Самим Господом на Его прощальной Вечере с учениками. По Его заповеди апостолы и их преемники продолжали совершать то же тайнодействие и передали это последующим поколениям, как воспоминание о Господе, о Его искуплении.

	Все, совершавшееся в церковной и храмовой жизни христиан, концентрировалось около Литургии, связывалось с ней, включалось в ее состав. Действительно, уже во времена седой древности христианства крещение катихуменов совершалось во время Литургии во дни, особо для того предназначенные, как то Пасха, Рождество, Богоявление и некоторые другие. О таких "крещальных Литургиях" говорят писатели II и последующих веков (святой мученик Иустин Философ, Сильвия Аквитанка и др.). Брак и елеосвящение также включались в состав Литургии; венчание совершалось до евхаристического канона; вероятно, во время литургии оглашенных, приблизительно около времени чтения Апостола и Евангелия, и после молодые причащались Святых Тайн; елеосвящение, претерпевшее столь сложную эволюцию своего чина, также было вставлено в рамки Литургии: освящение елея совершалось во время проскомидии, а помазание — после заамвонной молитвы. Миро и теперь освящается во время Литургии сразу же после освящения Даров в Великий Четверг. Священство неотделимо от Литургии. Кроме того, все то, что схоластическая наука почему-то не называет таинством, но что в сознании отцов и писателей Церкви было и есть таинство, как то: освящение храма, освящение антиминса, богоявленское освящение воды, пострижение в монашество, — так или иначе приурочивается ко времени Литургии или даже введено в ее состав. Даже и отпевание покойных обычно предваряется заупокойной Литургией. Только впоследствии, под влиянием процесса обмирщения жизни и ее расцерковления, эта органическая связь прервалась, и все таинства в сознании верующего народа превратились в требы, а некоторые из них стали почитаться просто обрядами, и сама Евхаристия перестала быть духовным насущным хлебом.



Евхаристия Апостольского времени



Скудость сведений не позволяет совершенно реконструировать порядка апостольских евхаристических собраний. Надо иметь в виду следующее:

			Проявившийся сразу после сошествия Святого Духа харизматический порыв в первохристианской общине придал всему строю и быту апостольскому характер экстатичности, расплавленности и исключительной подвижности. Сами молитвы, имевшие своим образцом молитвы, произнесенные Спасителем во время Вечери, не были отступлением от привычных благодарений евреев.

			Эта еврейская традиция определила характер христианского богослужения. Надо помнить, что с Храмом не было порвано сразу же после основания новозаветной Церкви. Традиции, и храмовая, и синагогальная, поддерживалась. Наряду с этим вошло в обычай "преломление хлеба по домам.

Ясно, что прототипом для апостольской Евхаристии была Вечеря Господня, которая сама была построена по типу еврейской вечери. Следовательно, на апостольскую анафору влияет прежде всего еврейский ритуал. Но из повествования апостола Павла совершенно правильный вывод делает епископ Фрир: апостол имел дело не с одним только иудейским влиянием Иерусалимской общины, но и с обычаями и идеями языческими. Язычники принесли с собой свой опыт, свои привычки и взгляды. И тут важны два момента:

				Церковное жертвоприношение– противовес жертвоприношениям языческим.

				Преломление хлеба рассматривалось, как регулярное богослужение Господнего дня. Благословлялся хлеб, и все причащались. После вечери благословлялась Чаша, и опять-таки все причащались. Слова Спасителя об установлении таинства. вошли в состав всех анафор. Вечеря есть воспоминание смерти Господней. Потому-то и молитва воспоминания, "анамнезис", так же составляет существенную часть евхаристического канона.

Евхаристия первых веков соединяет в себе элементы еврейского пасхального или субботнего ритуала с чертами античного культа. В первохристианском быту Евхаристия есть больше действие, чем слова. 

Судя по Деяниям Апостольским, верующие "постоянно пребывали в учении апостолов, в общении, преломлении хлеба и в молитвах". Несколько ниже Дееписатель дополняет свой рассказ: "единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца". Характерно именно это сопоставление, а может быть, даже и противоположение храму – домов, в которых совершалось христианское преломление хлеба, для иудеев неприемлемое.

Если с этим богослужением первых дней первого года жизни христианской Церкви сопоставить одно свидетельство из времен лет на 25 позже, т.е. именно факт пребывания апостола Павла в Троаде, на возвратном пути из его третьего путешествия, то картина получится такая. В "первый день недели", т.е. в день воскресный, в день Господень, собираются христиане вкупе "для преломления хлеба". Павел ведёт беседу, слово его затягивается за полночь. После падения юноши Евтиха из окна третьего этажа и его исцеления апостолом Павлом этот последний преломляет хлеб, вкушает и продолжает беседу до рассвета (Деян.20:7-11).

Скудость источников этого периода не позволяет сказать ничего больше о чине и структуре апостольской Евхаристии. 

Евхаристия послеапостольского времени



Евхаристическое богослужение первых времен христианства обозначалось самыми различными именами, как, например: Господня Вечеря, преломление хлеба, приношение, Вечеря Господня, агапа (от греч. "любовь"), синаксис (от греч. "собрание") и др.

Впрочем, наиболее часто встречается название "Евхаристия". В ветхозаветном словоупотреблении этим именем обозначалось у Семидесяти благодарение. Как Евхаристия апостолов, так и анафора следующего века есть развитие того же чина еврейской вечери. "Вечеря Господня" во II веке усложняется под влиянием сторонних факторов, но остается в основе еврейской застольной молитвой. Древнейшие памятники эпохи не дают ничего нового. Указаны лишь 3 молитвы:

			над Чашей: "Благодарим Тебя, Отче наш, за святую лозу Давида, отрока Твоего, которую Ты явил нам чрез Своего Отрока Иисуса. Тебе слава во веки;"

			над Хлебом: "Благодарим Тебя, Отче наш, за жизнь и ведение, которые Ты явил нам через Своего Отрока Иисуса. Тебе слава во веки. Как этот хлеб был рассеян по холмам и, будучи собран, стал единым, так да будет собрана Церковь Твоя от концов земли в Твое Царство. Ибо Твоя слава и сила чрез Иисуса Христа во веки" и

			по насыщении: "Благодарим Тебя, Отче Святый, за Святое Твое Имя, которое Ты вселил в сердцах наших …".

	По-видимому, первая молитва соответствует молитве над ветхозаветной чашей; вторая молитва читалась над преломленным хлебом и только третья молитва характера евхаристического.

Третья молитва была харизматической, она произносилась "пророком" по вдохновению Святого Духа, в экстатическом порыве религиозного творчества. Но тем не менее следует заметить, что:

				благодарили за то, что Бог всемогущ, т.е. что Он Творец и Промыслитель;

				благодарили за то, что "чрез Отрока Своего Бог дал духовную пищу и питие;"

				молились за Церковь.

	B этом уже можно найти основные черты анафоры последующего времени, евхаристической молитвы, зафиксированной в определенных формах.

Наконец, еще одно замечание касательно этого краткого евхаристического чина. По Евангелию, Христос преподал сначала Хлеб и потом Чашу. Это же подтверждает и апостол Павел (1Кор. 11:23-25), с указанием, что он это принял от Господа. "Дидахи" же сначала излагает молитву над чашей, потом над хлебом, что вполне соответствует началу еврейской вечери.

По сравнению с "Учением 12-ти апостолов", святой мученик Иустин Философ дает нам значительно больше сведений о евхаристических собраниях своего времени. Он описывает Литургию, совершающуюся сразу после крещения катихуменов, так называемую Крещальную Литургию и евхаристические собрания, бывающие в "День Солнца", т.е. в обычный воскресный день. 

	Как ни скудны сведения, сообщаемые Иустином Философом, но из них мы можем сделать для себя ряд ценных выводов:

			Христианство того времени смотрело на свое евхаристическое богослужение как на тайнодействие Жертвоприношения.

			Произнесение установительных слов Спасителя указывает на то, что Евхаристия есть воспоминание Вечери Господней.

			Евхаристия есть истинное Тело и Кровь воплотившегося Господа.

			Важно, что у Иустина уже нет "Вечери Господней;" вместо нее выступает Литургия.

При попытках реконструировать схему всей литургии у Иустина Философа находим:

		Преанафоральная часть

	а) Чтение апостольских и евангельских отрывков и проповедь.

	б) Уход оглашенных.

	в) Общие молитвы.

	г) Лобзание мира.

		Анафора

		д) Приношение хлеба и вина с водой.

		е) Канон, в который входят благодарения за творение мира и искупление, установительные слова, воспоминание страданий.

		ж) Преложение через "молитву Слова".

		з) Причащение.

	На Востоке Евхаристию по-прежнему совершали в домовых триклиниях. Это были парадные столовые для гостей — большие общие залы в дальних частях домусов. Единственным новшеством здесь был особый престол, который греки называли "трапеза", а римляне — "алтария". Участники божественной трапезы уже не возлежали (т.к. их было слишком много), а сидели на скамьях, за их спинами теснились оглашаемые, а потом выходили во внутренний дворик — перистиль. Т.о. самое большое, что мы можем найти во II веке — это молитвенные дома, которые, однако, принадлежали частным владельцам и ничем не выделялись среди остальных.

	В конце II века Тертуллиан пишет к женщине, состоящей в браке с язычником: "Неужели муж не заметит, что ты тайком съедаешь перед каждым приемом пищи? А когда он узнает, что это всего лишь хлеб, что он в своем невежестве подумает о тебе?". Значит, уносили евхаристический хлеб домой и на буднях причащали себя сами даже по нескольку раз в день.


Евхаристия и агапы



Из историко-литургических тем вопрос агап и их взаимоотношений с евхаристическим богослужением раннего христианства возбудил немалую полемику. Литература этого вопроса достаточно обширна, и в ней были высказаны взгляды полярно противоположные. На основании беспристрастного изучения первоисточников, сравнения разных исторических данных и благодаря богатому археологическому материалу, Leclercq, не разделяя фантазий протестантских ученых, признает древность "агап" и дает им надлежащее место в быту первохристианской общины.

B сущности, связь Евхаристии с "Вечерей Господней" явствует из слов самого апостола Павла. Он обличает непорядки, имевшие место у коринфских христиан (1Кор. 11:17-34) во время совершения "вечери". Апостол укоряет коринфян за небрежное отношение к Евхаристии. Это выражалось в том, что богатые презирали бедных, не ожидали их прихода на вечерю; часто вечеря превращалась в объядение и участники в неподобающем, нетрезвом виде приступали к Евхаристии, "не различая Тела Господня". Евхаристия совершалась уже после вечери. Святой Иустин знает уже Литургию, отделенную, по-видимому, от вечери. Произошло ли это повсеместно, сказать невозможно.

	Надо заметить, что апостол Павел не называет эти первохристианские вечери именно "вечерями любви", но "Вечерей Господней". Агапами они названы в послании Иуды, ст. 12: "Таковые бывают соблазном на ваших вечерях любви".

В начале нашей эры существовали и были в почете у греков и римлян "братства", или содружества, объединённые особой целью. Их руководители назывались «избранные по жребию» и должны были отличаться благочестием, чистотой, святостью. Содружества собирались по большим праздникам, устраивая братские трапезы, которые пользовались большой любовью у неимущих и бездомных. Богатые граждане были мало этим заинтересованы и мало принимали в них участия. Законодательство римских императоров, в частности, Августа, регламентировало эти собрания и давало им покровительство закона. Обыкновенно участники таких содружеств] приносили с собой хлеб, вино, вообще еду, иногда посуду и даже ложа для возлежания. Запрещались разговоры, которые могли бы быть неприятны, и все вообще, что могло нарушить братский и дружеский характер этих трапез. Все сказанное очень напоминает обстановку коринфских собраний, о которых с такой горечью говорит апостол Павел.

Памятники раннего христианства дают нам следующий материал. В послании святого Игнатия слово "агапа" (в разных формах) встречается 28 раз. И если в известных текстах это следует понимать скорее в смысле благотворительной деятельности, то это не является исключительным значением этого слова. То, что "агапы" поставлены в связь с крещением и Евхаристией и что их нельзя совершать без участия епископа, показывает, что они имели значение богослужебное, а не только благотворительное.

Соборы позднейшего времени регулируют вопрос об агапах, говорят об участии клириков в них и запрещают совершать агапы в базиликах.

	Тертуллиан описывал агапы следующим образом: возжигание светильников, пение псалмов или песней своего сочинения, вкушение от трапезы.

Вот что на основании исторического исследования богослужения можно сказать о взаимоотношении "вечерей любви" и евхаристического богослужения. Евхаристия и агапы вовсе не синонимы в первохристианском быту. Евхаристия часто присоединяли к концу "Вечери Господней" или "вечери любви", но могли и не присоединять. Скоро и такой порядок был заменен уже вполне отделившейся Литургией. Впоследствии "агапы" стали благотворительными установлениями в некоторых частях христианского мира (Африка, Рим и др.).

III век

	Первые два века христианства не знают записанного чина анафоры. Более или менее подробные повествования о чине евхаристического богослужения мы можем найти в произведениях отцов и учителей Церкви конца IV века (святого Кирилла Иерусалимского, святого Василия Великого и святого Иоанна Златоуста). К тому же времени надо отнести и первые записи литургийных молитв. Начиная с этого отрезка времени можно уже говорить о разделении и классификации евхаристических молитв на группы и типы. Иными словами, с ІV-V века уже можно начать научно обоснованное исследование литургического материала и его систематизации по характерным поместным и историческим признакам. Но до этого времени исследователь остается почти безоружным перед рядом неясностей и спорных вопросов.

Впрочем, стоит отметить, что к III веку относится недавно открытый памятник, представляющий особенный интерес для литургиста – одно из произведений святого Ипполита Римского в связи с памятниками так называемого апостольского предания и некоторые другие.

	Открытие Hauler'ом в 1900 г. произведения Ипполита Римского, перевернуло почти все выводы, построенные трудами ученых литургистов и историков. Самое главное в том, что "Апостольское предание" святого Ипполита содержит полный чин евхаристической молитвы, древнейшей из доселе нам известных, помещенной после хиротонии нового епископа, лобзания мира и умовения рук. 

	Практика Причащения: Если во 2 веке, по свидетельству св. Иустина, и хлеб и вино раздавались диаконами, то в 3 веке хлеб подавал персонально только епископ у престола. Верующие подходили прямо к престолу и получали Св. Дары в руки. А после этого отпивали из чаши, подносимой пресвитером или диаконом. 

	Свт. Дионисий еп. Александрийский пишет папе Римскому Ксисту, что в его Церкви не допускается женщинам во время месячного очищения подходить к престолу для принятия Св. Тайн. Следовательно, в другие дни они (как и мужчины) причащались на самом престоле.

	Появление специальных христианских храмов привело к быстрому развитию богослужения и, прежде всего Литургии. Этому способствовало ещё одно обстоятельство: на Западе в 3 веке отделённая от агапы Литургия повсеместно переносится с вечера на раннее утро, о чём свидетельствует уже Тертуллиан: "Таинство Евхаристии мы принимаем в предрассветных собраниях". О том же говорит его преемник Киприан Карфагенский, как бы ещё оправдываясь: "Правда Господь не утром, а после вечери предложил смешанную чашу... по Христу надлежало принести жертву вечером. А мы празднуем воскресение Господне утром".

	На более традиционном Востоке Литургии ещё служили по ночам, а в Египте эта ночная Литургия задержалась даже до 5 века

ІV век

Для историка-литургиста обстановка резко улучшается с середины следующего, IV, века. Это обстоятельство объясняется очень ценными и авторитетными свидетельствами таких крупных церковных писателей, как святой Кирилл Иерусалимский и святой Иоанн Златоуст; кроме того, в путевом дневнике Сильвии Аквитанки, мы имеем ряд интересных описаний иерусалимского богослужебного обихода. К тому же IV веку надо отнести и литургию СА VIII. Но это уже литургический памятник в настоящем смысле слова; в Апостольских постановлениях мы имеем полный чин литургии, тогда как произведения и святого Кирилла Иерусалимского, и святого Иоанна Златоуста дают нам описания богослужения, а не самый его чин. Из разных произведений этих писателей, т.е. из Огласительных поучений святого Кирилла, особенно из так называемых тайноводственных, и из произведений святого Иоанна Златоуста в антиохийский период его жизни можно составить себе вполне удовлетворительное представление о евхаристическом чинопоследовании того времени. 

Типы Литургий

	

	В течение исторического процесса с евхаристической молитвой произошло, немало изменений. Единая по существу и замыслу анафора знает в своем прошлом немало дополнений и сокращений; она подвергалась всевозможным влияниям и изменениям. Причин этому немало.

Прежде всего, расширение христианства по лицу вселенной. Затем влияние поместных обычаев и привычек, скоро превратившихся в традиционные канонизированные нормы, наложило свой отпечаток на совершение евхаристического богослужения. Вместе с этим появлялись выдающиеся авторитеты, учителя Церкви, и они своими трудами в области богослужебного чина устанавливали новые формы, которые скоро узаконивались и получали общее признание, как наилучшие в данной церковной области или общине. Все это привело к чрезвычайной дифференциации евхаристических молитв. Число отдельных анафор в Поместных Церквах так разрослось, что потребовались усилия Церкви для внесения порядка и стройности в них.

На Западе эта работа Церкви сводилась к постепенному ограничению поместных особенностей, а потом и к совершенному их упразднению. И т.к. там изменения никогда не доходили до той меры, как на Востоке, то и работа по объединению и упрощению евхаристического богослужения оказалась легче. После Тридентского собора(16 в.) Запад официально знает одну Римскую мессу.

На Востоке процесс изменения прошел сильнее. Отделившиеся от Церкви общества верующих сохранили свои формы литургии и даже создали новые, надписав их для большей авторитетности именами разных апостолов или святых отцов Церкви. У абиссинцев есть даже "литургия Божией Матери". В связи с этим и процесс объдинения не произошел решительно и беспрекословно до конца. Восток, вообще, терпимее Запада в отношении национальных черт, языка, обычаев и т.д. Поэтому в границах отдельных исповеданий Восток сохранил большую разнообразность литургических типов. Несколько разных евхаристических молитв уживаются рядом друг с другом, и их место в церковном году урегулировано богослужебным уставом. Так в Православной Церкви вошло в обычай совершать две литургии (святого Иоанна Златоуста и святого Василия Великого). Кроме того, совершается, хотя и не повсеместно, литургия апостола Иакова. Коптская церковь знает несколько форм литургии; Эфиопская их насчитывает до 16 и т.д.

Общий обзор

Несмотря на кажущуюся с первого взгляда пестроту, во всех схемах есть много общего; так, например, существует основное деление на Западные и Восточные литургии; затем более или менее прочное место во всех системах занимает литургия александрийского типа, как очень самостоятельная; также и своеобразность Римской мессы не позволяет ее не выделить в особую группу, хотя в последнее время и слышатся все чаще голоса, говорящие о сродности римского и александрийского типов; наконец, и антиохийско-византийская фамилия почти у всех исследователей занимает свое специальное положение. Надлежит теперь разобраться во всех этих тонкостях и изучить характерные черты каждой литургической группы.

Прежде всего, деление очень общее, на западные и восточные. На первый взгляд, оно бесспорно и принято всеми литургистами. Но сами ученые признают, что различие между этими двумя группами скорее кажущееся, чем реальное Что же, однако, отличает эти две основные группы? О. Каброль видит в первую очередь особую многочисленность восточных анафор при сравнительной единообразности западных канонов мессы. Но это единство анафор на Западе скорее кажущееся. Западный канон сам по себе допускает большое количество вариантов в своих, казалось бы, неподвижных рамках". Это можно пояснить так. В Православной Церкви, например, положено служить всегда литургию святого Иоанна Златоуста и только 10 раз в году литургию святого Василия Великого. В те дни, когда служится та или иная литургия, она почти ни в чем не меняется, кроме чтения Апостола и Евангелия и пения некоторых песнопений (антифонов, тропарей и кондаков). Разнообразные заамвонные молитвы в Порфириевом Евхологии являются, пожалуй, единственным исключением. Точно так же и в александрийском типе литургий; Вариантов в составе евхаристического канона нет. И это общее правило на Востоке.

Совсем другое дело на Западе. Там при кажущемся единообразии литургического типа (например, римский канон мессы) допускается очень часто в году, в зависимости от праздника или времени церковного года, изменение то той, то иной молитвы евхаристического канона. Иными словами, если принять, что при совершении Литургии активно участвуют три лица: 1. иерей, служащий Литургию и читающий молитвы, 2. диакон, читающий Священное Писание и произносящий ектении, и 3. хор или певец, исполняющий положенные песнопения, — то в восточных типах евхаристических молитв все, что положено читать священнику, не подвергается изменению в рамках одной и той же литургии, будь то святого Иоанна Златоуста, апостола Марка, апостола Иакова. А что касается диаконской или певческой части, то она варьируется гораздо больше, в зависимости от праздника или времени года, т.е. читается всегда разное зачало Апостола или Евангелия, и поется то тот, то другой тропарь или антифон. На Западе как раз обратная картина, т.е. в одной и той же мессе — Римской, Мозарабской или Миланской — сами молитвы евхаристического канона меняются.

Второе основное отличие восточных литургий от западных заключается в том, что во всех восточных анафорах от молитвы Воистину свят (по западной терминологии) или Свят еси (литургия апостола Иакова) или С сими блаженными Силами (литургия святого Василия Великого) и т.п., от молитвы ангельского славословия к описанию Тайной Вечери и установительным словам обычным переходом служит выражение: "в ту ночь, в которую Он был предан", тогда как западные каноны вместо выражения "в ночь" содержат: Накануне дня и вместо.

Можно было указать на то, что на Востоке участие диакона в Литургии значительнее, чем на Западе, но это несущественно для самого Таинства.

Кроме того, с течением времени в западных канонах замечается решительное упрощение, тогда как на Востоке наблюдается очевидное усложнение многих деталей, в частности, например, проскомидии в Византийских литургиях.

Литургия Иерусалимского и Византийского типа

	А. Иерусалимская группа.

Литургия Апостольских постановлений, содержащаяся во II и VIII книгах их (так называемые СА II и СА VIII).

Греческая литургия апостола Иакова.

	Сирийская литургия апостола Иакова.

	Б. Византийская группа.

Литургия святого Василия Великого.

Литургия святого Иоанна Златоуста.

Литургия святого Григория Армянского.

	Из этих шести самостоятельных литургических типов три (литургии святых Василия Великого, Иоанна Златоуста и апостола Иакова) и по сие время находятся в богослужебном употреблении в Православной Церкви; литургия святого Григория тоже служится теперь в церкви Армяно-григорианской (не униатской); Сирийская литургия апостола Иакова сохранилась у сирийских яковитов, и только литургия СА VIII представляет собой памятник древности, о литургическом употреблении которого сейчас нет и помина.

	
Использованная литература

	

			Архимандрит Киприан (Керн) Евхаристия. Православие и современность. Электронная библиотека.

			А. Петровский. «Апостольские литургии Восточной Церкви». 1897

			Виктор Алымов Лекции по Исторической Литургике Православие и современность. Электронная библиотека.

			Киприан Карфагенский "Творения" ч. 2.