Творческий экзамен по литературе "Встать! Суд идет!" 7 класс

Творческий экзамен по литературе. 7 класс.

«Встать! Суд идет!» (по произведениям М.Е.Салтыкова-Щедрина)



                                                                         Юшкевич Галина Александровна,

                                                          муниципальное общеобразовательное

                                     учреждение

                                                       гимназия г. Гурьевска,                    

                                                                        учитель русского языка и литературы







Слайд 1,2.



Звучит музыка (начало).



Действующие лица: Судья. Адвокат. Прокурор. Первый генерал. Второй генерал. Первый мужик. Второй мужик. Дикий помещик. Медведь. Премудрый пескарь. Лиса. Заяц. Верный Трезор.



Выходят четыре человека, одетые в костюмы (ведущий, судья, прокурор, адвокат).

Ведущий: Добрый день, друзья. Сегодня здесь пройдет необычное судебное заседание. В этом году знаменитому классику литературы исполнилось 186 лет, и в связи с этим нам выпала огромная честь повернуть колесо истории  назад и попасть в IX век на это необычное судебное заседание. Итак, в путь.

(Крутит колесо:  21век,20 век,19 век ).

Звучит музыка (вращение колеса)

Ведущий. Какая здесь тишина. Возможно, нас сейчас видят и слышат сотни людей, но мы их видеть не можем. Да, надо как–то разрядить обстановку. (Звенит колокольчик).

Начинаем судебное заседание, посвящённое героям сказок известного писателя-сатирика. Я прошу судью, защитника и обвинителя занять свои места.

(Защитник, судья  и обвинитель представляются).

Судья. Судья.

Адвокат. Защитник, то есть адвокат

Прокурор. Обвинитель, то есть прокурор.

Судья. Господа! Наше заседание необычно.  Сейчас все мы только что попали в 19 век, в год 1826.

Прокурор. Прошу слова. А не тот ли это год, когда родился небезызвестный писатель-сатирик Салтыков? У меня феноменальная память.

Ведущий. Совершенно верно, господин прокурор. Но впредь прошу судью не перебивать. А теперь мы совершим скачок ещё на 30 лет вперёд, когда Салтыков становится известен как автор «Сказок для детей изрядного возраста», где высмеивал извечные человеческие пороки.  Причём подписывался он псевдонимом « Щедрин», ну и с той поры псевдоним оказался неразлучен с фамилией. Так, господа, родился писатель, который всю жизнь был известен, как Салтыков-Щедрин.

Прокурор. Совершенно с Вами согласен, господин ведущий. Салтыков…как его…Щедрин был честен, суров, и никогда не замалчивал правды, как бы она ни была прискорбна.

Адвокат. Позвольте и мне, господа, вставить словечко. Во-первых, мне не по себе, и даже как-то жутковато очутиться в 19 веке, да ещё в такой таинственной тишине. Во-вторых, хочу немного мягче сказать о писателе Салтыкове-Щедрине. Вот у меня в руках записка, написанная им самим.

 « Я ничего не создаю, ничего лично мне одному принадлежащего не формулирую, а даю только то, чем болит в данную минуту всякое честное сердце».

А в-третьих, почему я не вижу на нашем заседании господ присяжных заседателей?

Судья. Господин адвокат, вы прямо с луны свалились. Я же с самого начала предупредил, что наше судебное заседание будет необычно.

 И если мы очутились в 19 веке, что уже само по себе необычно, то думаю, втроём вполне можем разрешить любые вопросы, тем более именно нам выпала такая честь.

(Раздаётся громкий, зловещий голос).

-Не томите, господа, начинайте!

(Все испуганно вскакивают с мест, прокурор и судья быстро берут себя в руки, а адвокат вытирает лоб платком)

Судья. Я думаю, это дух писателя подаёт нам сигнал.

Голос. Какой ещё дух?

Судья. Прошу прощения, уважаемый невидимый господин. Я догадался, что вы и есть сам писатель. А мы вот сегодня будем судить героев ваших сказок. Про ваши сказки писатель Тургенев сказал вот что: « Я видел, вспоминал он, как слушатели корчились от смеха при чтении некоторых сказок Салтыкова. Было что-то страшное в этом смехе, потому что публика, смеясь, в то же время чувствовала, что бич хлещет её самое».

Голос. (Покашливая). Это так.

Адвокат. (Дрожащим голосом). 

Да, смех, - это грозное оружие. И мне сразу вспомнились по этому поводу ваши слова, дорогой Михаил Евграфович.

« Это оружие,- очень сильное, ибо ничто так не обескураживает порок, как сознание, что он угадан и что по поводу его уже раздался смех».

Голос. Ха-ха-ха! Так не томите же! Начинайте!

Судья.  Конечно, конечно! (Звенит колокольчик).



Слайд 3, 8.



Ведущий. На скамью подсудимых вызываются основные действующие лица следующих сказок:

« Как один мужик двух генералов прокормил»

(Выходят два генерала в ночных рубашках, с орденами на груди)

Первый генерал. Ну вы, право, замучили нас, господа законники.

Второй генерал. Мы все ждали вашей команды и не успели булочки с кофеем допить.

Мужик. Бегу, бегу мои хорошие. Вот ваши булочки, вот и кофе.

Судья. Прекратить это безобразие! Убрать пищу со скамьи подсудимых!

(Мужик всё относит назад).

Слайд 4.

Ведущий. Вызываются персонажи сказки 

« Дикий помещик». (Выходит помещик в обнимку с медведем).

Судья.  Господин помещик! Приведите себя в порядок и уберите это животное.

Помещик. Я князь Урус-Кучум-Кильдибаев от принципов не отступаю. И своего лучшего друга не отпущу. Мы вместе походы на зайцев делали.

Судья. Ладно, разрешаю. Только в порядок себя приведите.

Помещик. Эй, Сенька!

( Выбегает слуга с расчёской, причёсывает и приглаживает помещика).  

Слайд 5.

Ведущий. Сказка « Премудрый пескарь».

Где там он?

( Заискивающе пескарь проползает около судей, дрожа отсаживается подальше от подсудимых)

Пескарь. Кажется, что я жив? Ах, что-то завтра будет?

Судья. Никто вас трогать не собирается.

Пескарь. Благодарю покорно.

Ведущий. « Здравомыслящий заяц».

Слайд 6.

Заяц. (Кланяется во все стороны).

Всякому зверю своё житьё предоставлено. Волку - волчье, льву -львиное, зайцу - заячье. Нашего брата зайца, например, все едят.

(Судья прерывает).

Судья. Прекратить рассуждения!

Лиса. Зря вы, господин судья, ведь вон какой заяц умненький, век бы слушать хотелось!

Судья. С вами тоже разберёмся. 

(Лиса крутит хвостом, улыбается, но садится).

Слайд 7, 12.

Ведущий. « Верный Трезор». Кто у нас там? 

(Выбегает собака по кличке Трезор на задних лапках, лижет всем руки, повизгивает от радости).

Судья. Будет! На место!

Трезор. Рады стараться, ваше степенство! Ав! Ав! Почивайте, ваше степенство! Ав! Ав! (Пятясь, садится на место).

Судья. Начинаем исторический судебный процесс над литературными героями сказок Салтыкова – Щедрина, Михаила Евграфовича., дабы нам выпала огромная честь очутиться в 19 веке и разобраться во всей сути происходящего.

Голос. Нет, всё–таки здорово утомил ты всех. Кто ж тебя прислал, господин хороший? Повторяешь несколько раз одно и то же.

Судья. Не извольте гневаться, дорогой писатель.

(Шепчет прокурору и адвокату). Может это и не писатель, а шутник какой?

Голос. Тогда шутников не было?

( Адвокат только успевает протирать со лба пот).

Судья. Для выяснения сути дела прошу выйти героев сказки: «Как мужик двух генералов прокормил».

(Выходят генералы). Слайд 9.

Судья. Как вы оказались на необитаемом острове, дорогие генералы?

Первый генерал. Неожиданно.

Второй генерал. Совершенная правда, неожиданно. Спать легли, а проснулись на этом проклятом острове.

(Заплакали).

Первый генерал. Служили себе всю жизнь в регистратуре.

Второй генерал. Даже слов никаких не знали, кроме: «Примите уверение в совершенном моём почтении и преданности».

Прокурор. Где и при каких обстоятельствах вы нашли этого мужичонку, который не отходит от вас?

Первый генерал. Господин прокурор, как оказались мы на этом острове, а остров то необитаем, так и проголодались, а еды то нет нигде.

Второй генерал. Еда, конечно, есть, но она летает да плавает, а деревья с плодами совсем недоступны для наших комплекций.

Первый генерал. Я готов, был свой собственный сапог съесть.

Второй генерал. А я перчатки.

(Генералы всё это вспомнили, в глазах у них загорелся зловещий огонь, застучали зубы и генералы начали подходить друг к другу).

Судья. Я требую продолжения рассказа.

Первый генерал. А потом мы решили, что нам надо найти мужика.

Второй генерал. Ну, да, простого мужика. Он бы нам и булок подал, и рябчиков наловил, и рыбы.

Первый генерал. И вот мы побродили по острову, да и нашли мужика, который самым нахальным образом уклонялся от работы.

Второй генерал. И накормил он нас, и напоил, и спать уложил.

Судья. Ну, а тебе, мужик, дали поесть и отдохнуть?

Мужик. Дали одно маленькое яблочко, да мне и этого хватит, а потом попросили свить верёвку. Этой верёвкой генералы и привязали меня к дереву, чтоб не убёг.

Судья. Как же вы, господа генералы, домой попали?

Мужик. Кораблик построил я своим господам, чтоб можно было океан переплыть вплоть до Петербурга.

Прокурор. И чем же тебя отблагодарили господа генералы?

Мужик. Дали рюмку водки да пятак серебра. Но я своих господ и сейчас не бросаю, прислуживаю, кормлю, значит.

Судья. Садитесь. Слово предоставляется адвокату.

Адвокат. Время такое было, господа. Но вы почувствовали, как писатель скорбит о покорности народа, о его смирении перед угнетателями? Как горько он смеётся над тем, что мужик по приказу генералов сам вьёт верёвку, которой они его затем связывают.

Прокурор. Уж очень вы мягки, господин адвокат.

Адвокат. Позвольте вам заметить, дорогой обвинитель, я для этого сюда и прибыл, чтобы как–то облегчить участь подсудимых, поддержать и попытаться понять их.

Судья. Ваше объяснение принимается, господин адвокат. Так. Следующим для судебного разбирательства прошу выйти гм…князя Урус-Кучум-Кильдибаева.

Помещик. Согласен отвечать на вопросы исключительно вместе со своим другом. (Судья раздражённо машет рукой в знак согласия).

Слайд 4.

Судья. Каким образом ваше имение осталось без крестьян?

Помещик. А вот бог, по молитве моей, все мои владения от мужика очистил! По лицу земли рассеял.

Судья. Однако, брат, глупый ты помещик. Кто же тебе, глупому, умываться подаёт?

Помещик. Сенька! Неси воду! Умыться надо перед  господами.

(Сенька бежит с кувшином воды).

Судья. Кто этот Сенька?

Помещик. Да мужичок глупый, только и дел у него расчёсывать и умывать меня.

Судья. Так ты вроде совсем один остался в имении?

Дикий помещик. Да на суд за мной увязался, дуралей.

Прокурор. А не известно ли вам, господин помещик, кто подати за мужиков платить будет?

Помещик. Подати? Это они! Это их долг и обязанность.

Прокурор. Так – с, а каким манером эту подать с них взыскать можно, коли они, по вашей молитве, по лицу земли рассеяны?

Помещик. Уж это не знаю. Я готов! Рюмку водки…я заплачу! И вот – целых два пряника.

Прокурор. Глупый же вы, господин помещик.

Судья. Как вы сдружились с этим животным?

Помещик. Это когда я совсем одичал, стал на четвереньках ходить, (показывает), утратил способность произносить членораздельные звуки, усвоил себе какой – то особенный победный клик, среднее между свистом, шипеньем и рявканьем (изображает), но хвоста не приобрёл. Тут в парке и подвернулся мне Михайло Иваныч.

Медведь. Предложил мне походы вместе на зайцев делать. Но я ему говорю: «Напрасно ты мужика уничтожил. У мужика способностей на работу куда больше, нежели у вашего брата дворянина».

Прокурор. Господа! Оказывается, что в глубине якобы благодарной личности скрыт даже не дикарь, а примитивное животное. На человека он похож только до тех пор, пока его кормит, умывает, подаёт чистую одежду слуга Сенька.

(Выбегает Сенька, накидывает на плечи помещика пиджак).

Адвокат. Господа! Господа! Тут вам ещё один пример мужицкой покорности, душевной слабости. Вспомните вторую половину 19 века, классовую борьбу в России, когда явственно противостоят две социальные силы: трудовой народ и его эксплуататоры.

Судья. Итак, уважаемый князь…нет, просто князь Урус-Кучум-Кильдибаев.  Вам даётся время исправиться: вернуть всех крестьян и улучшить им жизненные условия. А Сеньке приказываю не терять человеческого достоинства. Это же относится и к мужику, который так преданно обслуживал генералов.

Два мужика. (Хором). Рады стараться, господин судья.

Судья. (Поморщившись). Медведя, всё–таки, попрошу занять своё место в лесу, вернуться к семье.

Слайд 14.

( Медведь прячется за скамьёй подсудимых).

Судья. Так…с. Кто у нас следующий? Остались животные и рыба. И начнём мы, пожалуй, с дрожащего, ползающего. Как там его…пескаря.

Пескарь. Я буду отсюда, с места, можно?

Судья. Да что ж это такое, как вы докатились до такой жизни?

Пескарь. Отец и мать у меня умные были, и мне заказали: « Смотри, сынок, коли жить хочешь – гляди в оба»! А у меня ума палата. Начал я этим умом раскидывать и решил: надо так прожить, чтоб никто не заметил, а не то как раз пропадёшь! Первым делом нору себе носом продолбил – чисто, аккуратно – именно только одному поместиться впору. Ночью, думаю, когда все спят – буду выплывать из норы, а днём сидеть и дрожать. Ибо лучше не есть, не пить, нежели с сытым желудком жизни лишиться.

Судья. Достаточно. Есть у кого вопросы?

Прокурор. Думаю, судьба этого труса предрешена. Финал мы знаем: жил – дрожал, и умирать будет дрожа.

Адвокат. Позвольте мне сказать следующее: народная сказочная традиция присвоила каждому животному, птице, рыбе определённые человеческие черты: хитрость или благородство, трусость или наглость, тупость или остроумие. Олицетворением обывательщины стал премудрый пескарь. Конечно, смыслом жизни этого пескаря было самосохранение, уход от всяких трудностей. Но не будем так жестоко судить несчастную маленькую рыбёшку, ведь писатель отождествляет её с нами, с людьми.

Судья. Согласен с вами, но частично. Не забывайте, что у нас необычный суд, и что нас кто–то подслушивает. Возможно, и сам писатель, и сотня людей.

Прокурор. А я хочу одно сказать: какая паскудная и унизительная жизнь у этого пескаря. Она вся состоит из непрерывного дрожания за свою шкуру.

Судья. Достаточно дискуссий. Со скамьи подсудимых вызываются лиса и заяц. И мой первый вопрос к зайцу…: «Когда и при каких обстоятельствах вы встретили гм…эту элегантную лисицу?

Заяц. Сидел я, господа, под кустиком со своей зайчихой (я у неё уже десятый муж), мирно разговаривал о заячьем житье - бытье. Нашего брата, зайца, например, все едят. Но мы на это не в обиде. Кто ест, тот знает, зачем и почему ест. Разговаривали себе мирно, да вдруг в траве шуршанье послышалось, а это моя жена стречка дала. А ко мне, значит, вот она, эта элегантная, и ползёт. «Какой ты заяц умненький»,- говорит. Тут я и обомлела.

Судья. Что вы на это скажете, дорогая лисичка?

Лиса. Испугался он, дурачок, конечно, аж ушки задрожали. А тут солнышко пригрело. Я и вздремнула. А он всё говорил и говорил.

 У нас, у лисиц, надо сказать, психология то какая? Один глаз спит, другой смотрит, и с ушами история такая же. Он передо мной – и так, и этак, на задних лапках ходит, мух отгоняет, а сам, подлый зайчишка, философию разводит: « В нашей стороне, говорит, лисицы очень лихи. Я то ни с одной близко не встречался, а видел, как однажды лисицу у меня на глазах охотничек пристрелил. Я, признаться, обрадовался»

Тут я и проснулась. И говорю: «Вот ведь какой ты кровопивец», и укусила его.

Судья. Имели ли вы на это право?

Лисица. Полное, полнейшее право, господа. У нас всех таких зайцев подленьких кусают, кушают, - не только мы, лисицы, но и волки,  собаки.

Прокурор. И чем же закончился ваш разговор?

Лисица. Разговор с зайцами заканчивается всегда одним: игрой. Играть начинаем, бегаем друг за другом, пока как вы понимаете, нам приходится их скушать. Этот подлец каким – то чудом выжил, да ещё в суд явился.

Адвокат. Вот вам пример, как трус – обыватель надеется на доброту хищников. Всё господа из жизни, всё из жизни. Но я ошеломлён бесцеремонным поведением лисицы, просто ошеломлён.

Прокурор. У вас сдали нервы, господин адвокат.

Судья. Прошу тишины. У нас на скамье подсудимых остался пёс по кличке Трезор. Даём ему слово.

 (Выскакивает Трезор, начинает визжать, лизать всем руки).

Судья. Да бросьте вы, уже противно.

Трезор. Служил я сторожем у московского купца Воротилова. На своих не лаял, только на чужих. И хозяин был добр ко мне, бывало непременно скажет: « Дайте Трезорке помоев». 

Дети хозяйские погулять звали, а я не могу. Они спрашивают: « Не смеешь»? А я говорю: « Право не имею». Завистливые барбосы не раз собирались во двор к купцу Воротилову, пытались вызвать меня на состязание. Такой вой, бывало, поднимали. А я тихонько полаю – и всё. Мне помоев за это давали ещё больше. И вот грех со мной какой случился – заснул я. Как–то ночью купец это обнаружил, а потом и говорит: « Эх, стареет Трезорка. Видно, правду пословица говорит: «Собаке – собачья смерть». И велел меня утопить! Еле сорвался я с цепи, да вот и прибежал к вам. Ав, ав, ваше степенство! Помогите, ваше степенство!

Судья. У меня нет больше вопросов, мне всё ясно.

Прокурор. Трезор вызывает, пожалуй, такие же чувства, как и здравомыслящий заяц, и пескарь, а именно- презрение.

Адвокат. А мне жалко собачку.  И я вот что хотел зачитать вам, господа.

« Никто не карал наших общественных пороков словом более горьким, не выставлял перед нами наших общественных язв с большей беспощадностью, так, как это делал писатель – сатирик Салтыков – Щедрин».

Судья. А я, подведя итоги сегодняшнего судебного заседания, думаю, что все подсудимые получили хороший урок, и могут считать себя условно освобождёнными.  Это означает, что при малейшем нарушении дисциплины, при глупейших поступках некоторых героев сказок (не буду называть их сегодня, да вы и сами всё знаете), судебное заседание вновь повторится. И тогда не ждите пощады! Итак, все свободны.  Заседание окончено.



(Герои уходят): Слайд 22-24.

1. Два генерала с мужиком на верёвке.

2. Дикий помещик с медведем в обнимку, позади – Сенька с полотенцем, расчёской, при этом пытается стряхнуть пыль с костюма.

3. Пескарь, озираясь, всех сторонится, ощупывает себя: « Кажется, я жив».

4. Заяц, прыгая, бежит от лисы, а она плавно идёт и посылает всем воздушные поцелуи.

5. Трезор опять пытается лизнуть руки судье, тот отмахивается, и тогда собака говорит: « До свидания, ваше степенство». Ав! Ав!, ваше степенство.

Судья. А суд завершает, наконец, свою работу. Спасибо защитнику и обвинителю за оказанную помощь в проведении процесса.

Голос. Ну как я вам господа? А ведь мои сказки подвергались цензурным гонениям и переделкам. Что только со мной ни делали – и вырезали, и урезывали. И целиком запрещали, и всенародно объявляли, что я вредный, очень вредный.

Судья. Думаю, ваши сказки значительны, мудры и современны. До сих пор.

Голос. Благодарю, господа!

Адвокат. Вы навсегда покорили наши сердца (переходит на шёпот). Нам лучше быстрей удалиться, мои дорогие, что–то мороз по коже пробирает. Да и домой пора возвращаться, я как-то не привык разговаривать, а тем более встречаться с людьми, которые умерли больше ста  лет назад. 

Ведущий. В жизни надо всё испытать. 

(Начинает крутить колесо: 19 век, 20 век, 21 век).

Вот мы и дома. Думаю, все неплохо поработали. До встречи, друзья. (Пожимает всем руки).

Адвокат. Но всё - таки у меня на душе какой-то осадок остался.

Прокурор. Да брось ты.

Адвокат. Кажется, я не совсем со своими обязанностями справился.

Судья. А я, наконец, увидел зрителей, настоящих, живых людей, которым жить в 21 веке. Впрочем, как и нам. И давайте попрощаемся с ними, и скажем: « Наше представление окончено».

Прокурор. Читайте сказки писателя Салтыкова – Щедрина, они очень своеобразны. 

Ведущий. И не просто читайте, но ещё и задумайтесь, что же такое смех сквозь слёзы.