Римские боги

РЕФЕРАТ

по дисциплине «Культурология»

по теме: «Римские боги»




Оглавление



	Введение

	1.Религия древнего Рима

	2.Герои римского мифа

	Заключение

	Список использованной литературы




Введение



До сих пор широко распространено представление о том, что древне-римская культура не является самобытной, ибо римляне пытались подражать недосягаемым образцам классической греческой культуры, все перенимая и практически не создавая ничего своего. Однако новейшие исследования показывают самобытный характер культуры Древнего Рима, ведь она представляет собой определенное единство, возникшее в результате сочетания оригинального с заимствованными культурными инновациями. Не следует забывать того существенного момента, что древнеримская и древнегреческая культуры формировались и развивались на базе античной гражданской общины. Весь ее строй предопределял шкалу основных ценностей, которыми так или иначе руководствовались все сограждане. К таким ценностям принадлежали: идея значимости и изначального единства гражданской общины при неразрывной связи блага индивида с благом всего коллектива; идея верховной власти народа; идея теснейшей связи гражданской общины с богами и героями, которые заботятся о ее благе.

На ранней ступени развития при переходе от первобытнообщинного строя к классовому обществу религия играла исключительную роль в частной и общественной жизни римлян. Римская религия никогда не имела законченной системы. Остатки старинных верований уживались в ней с религиозными представлениями, заимствованными у народов, стоящих на более высокой ступени культурного развития. 

В римской религии, как и в других италийских культах, сохранились пережитки тотемизма. Об этом говорят легенды о волчице, вскормившей основателей Рима. С волком же (по-латински волк – lupus) были связаны, невидимому, празднества луперкалий и особое святилище Луперкал, посвящённое Фавну, жреческая коллегия луперков и пр. Другие божества также имели посвящённых им животных. Дятел, волк и бык были животными, посвящёнными Марсу, гуси  Юноне и т. д. Нужно, однако, заметить, что черт тотемистических культов, предполагающих отождествление животного с прародителем рода, в историческую эпоху в Риме не наблюдалось. Эта стадия духовного развития была уже пройдена италийскими племенами. 

Значительную роль играли в римской религии родовые культы. Отдельные божества, покровители родов, приобрели общеримское значение и стали олицетворением различных сил природы. 


1. Религия древнего Рима



В процессе исторического развития семья стала в Риме первичным социальным образованием. Этот процесс нашёл своё отображение в религии. Каждая семья имела свои святыни, своих богов-покровителей, свой культ. Средоточием этого культа был очаг, перед которым pater familias выполнял все обряды, сопровождавшие всякое важное дело, например, перед очагом отец семейства объявлял новорождённого своим ребёнком. Хранителями дома почитались пенаты, заботящиеся о благополучии и благосостоянии семьи. Эти добрые духи – обитатели дома. Вне дома о семье и её имуществе пеклись лары, алтари которых были расположены на границах участков. У каждого члена семьи был свой «гений», который считался выражением силы данного человека, его энергии, способностей, выражением всего его существа и в то же время его хранителем. 

Гений отца семейства почитался всеми домашними. Это был genius familiae или genius domus. Мать семейства также имела своего гения, который назывался Юноной. Юнона вводила молодую супругу в дом, она облегчала матери роды. Всякий дом имел много других охраняющих его божеств. Особенное значение приобрёл бог дверей Янус, стороживший и охранявший вход в дом. 

Семья заботилась об умерших предках. Представления о загробной жизни не были развиты у римлян. После смерти человеческий дух, по верованиям римлян, продолжал жить в той могиле, куда положили прах умершего его родные и на которую они приносили пищу. Приношения эти в первое время были весьма скромными: фиалки, пирожок, опущенный в вино, пригоршня бобов. Умершие предки, о которых заботились их потомки, были добрыми божествами – метами. Если же о покойниках не заботились, они становились злыми и мстящими силами – лемурами. Гений предков находил воплощение в отце семейства, власть (potestas) которого получала, таким образом, религиозное оправдание. 

Круг верований, относящихся к семейной жизни и родовой религии, а также представления о загробной жизни характеризуют римскую религию как религию в основе своей анимистическую. Особенностью римского анимизма были его абстрактность и безличность. Гений дома, пенаты и лары, маны и лемуры – это безличные силы, духи, от которых зависит благополучие семьи и на которых можно воздействовать молитвами и жертвоприношениями. 

Земледельческий быт римлян нашёл своё отражение в поклонении силам природы, но исконная римская религия далека от антропоморфизма, ей не свойственно было олицетворение природы в виде божеств, наделённых человеческими качествами, и в этом отношении она была полной противоположностью религии греческой. Особенно характерными для римского анимизма были представления об особых мистических силах, присущих явлениям природы; эти силы и есть божества (numina), которые могут приносить пользу и вред человеку. Процессы, происходящие в природе, как, например, произрастание семени или созревание плода, представлялись римлянами в виде особых божеств. С развитием общественной и политической жизни вошло в обыкновение обожествлять такие отвлечённые понятия, как надежда, честь, согласие и т. п. Римские божества, таким образом, отвлечённы и безличны. 

Из множества богов выделились такие, которые приобрели значение для всей общины. Римляне находились в постоянном взаимодействии с другими народами. От них заимствовали они некоторые религиозные представления, но и сами в свою очередь влияли на религию своих соседей. 

Одним из древних римских богов был Янус. Из божества дверей, бдительного привратника, он превратился в божество всякого начала, предшественника Юпитера. Его изображали двуликим и впоследствии с ним соединяли начало мира. 

Сравнительно рано появилась троица: Юпитер, Марс, Квирин. Юпитер почитался как божество неба почти всеми италиками. С Юпитером же связывалось представление о высшем божестве, отце богов. К его имени присоединяется впоследствии эпитет pater (отец), а под влиянием этруског. он превращается в высшее божество. Его имя сопровождается эпитетами «Наилучший» и «Величайший» (Optimus Maximus). В классическую эпоху Марс был божеством войны, покровителем и источником римской мощи, но в отдалённые времена и он был аграрным божеством – гением весенней растительности. Квирин был его двойником. 

Культ Весты, охранительницы и защитницы домашнего очага, был одним из наиболее почитаемых в Риме. 

Заимствования из цикла религиозных представлений соседних племён начинаются довольно рано. Одной из первых стала почитаться латинская богиня Цаана – покровительница женщин, богиня луны, а также ежегодно рождающейся растительности. Храм Дианы на Авентине был построен, по преданию, при Сервии Туллии. Сравнительно поздно стала почитаться другая латинская богиня – Венера – покровительница садов и огородов и в то же время божество обилия и процветания природы. 

Большим событием в истории римской религии было сооружение на Капитолии храма, посвящённого троице: Юпитеру, Юноне и Минерве. Традиция приписывает постройку храма, созданного по этрусскому образцу, Тарквиниям, а освящение его относит к первому году Республики. С этого времени у римлян появляются изображения богов. 

Юнона сначала также была исконной италийской богиней, она считалась гением-охранителем женщины, была принята в Этрурии под именем Уни, а вернувшись в Рим, стала одной из почитаемых богинь. Минерва также была италийской богиней, заимствованной этрусками; в Риме она превратилась в покровительницу ремёсел. 

Наряду с капитолийской троицей к римлянам перешло от этрусков почитание других божеств. Некоторые из них первоначально были покровителями отдельных этрусских родов, затем приобрели общенародное значение. Так, например, Сатурн первоначально почитался в этрусском роде Сатриев, затем получил общее признание. У римлян он почитался как божество посевов, имя его было связано с латинским словом sator – сеятель. Он первый дал людям пищу и первоначально правил миром; время его было золотым веком для людей. На празднике Сатурналий все становились равными: не было ни господ, ни слуг, ни рабов. Создавшаяся впоследствии легенда была, невидимому, осмыслением праздника Сатурналий. 

Вулкан почитался сначала в этрусском роде Velcha-Volca. В Риме он был божеством огня, а потом покровителем кузнечного ремесла. 

От этрусков римляне заимствовали ритуал и ту своеобразную систему суеверий и гаданий, которая была известна под названием disciplina etrusca. Но уже в раннюю эпоху оказывали влияние на римлян и греческие религиозные представления. Заимствованы они были из греческих городов Кампании. Греческие представления о тех или иных божествах соединялись с латинскими именами. Церера (Ceres – пища, плоды) ассоциировалась с греческой Деметрой и превратилась в богиню растительного царства, а кроме того и в богиню мёртвых. Греческий бог виноделия, вина и веселья Дионис стал называться Либером, а греческая Кора, дочь Деметры, превратилась в Либеру. Троица: Церера, Либер и Либера почитались по греческому образцу и были плебейскими божествами, в то время как храмы капитолийской троицы и Весты были патрицианскими религиозными центрами. От греков переходит в Рим почитание Апполлона, Гермеса (в Риме – Меркурия) и других божеств. 

Римский пантеон не оставался замкнутым. Римляне не отказывались принимать в него и других богов. Так, неоднократно во время войн они старались узнавать, каким божествам молятся их противники, чтобы привлечь этих богов на свою сторону. 

Ряд праздников находился в связи с семейной и общественной жизнью, с поминанием умерших, с сельскохозяйственным календарём. Затем появляются особые военные праздники и, наконец, праздники ремесленников, торговцев, мореплавателей. 

Одновременно с сооружением Капитолийского храма или вскоре после этого в Риме по этрусскому образцу стали справляться игры (ludi), состоявшие первоначально в ристаниях на колесницах, а также в состязаниях атлетов. 

В римских религиозных обрядах и обычаях нашли своё отражение древнейшие стадии религиозного развития. Ряд религиозных запрещений восходит к древнейшим табу. Так, во время богослужения Сильвану (божество леса) не могли присутствовать женщины, на празднества Доброй богини (Bona dea) не допускались, наоборот, мужчины. Некоторые жреческие должности связаны были с самыми разнообразными запрещениями: фламин Юпитера не мог смотреть на вооружённое войско, носить кольцо и пояс; нарушение некоторых запрещений, например обета безбрачия девами-весталками, каралось смертью. 



2.Герои римского мифа



Основой этического канона римлянина, и доминирующей чертой, определяющей героизм исторического лица становится его готовность действовать во благо государства. Пафосность римской культуры – это пафос, прежде всего, римского гражданина.

Важным слагаемым римского мифа были идеализация бедности и осуждение богатства. В государстве, ведшем непрерывные войны, накопившем неслыханные сокровища и ставившем общественное продвижение человека в прямую зависимость от его ценза, т.е. от его умения обогащаться, осуждение стяжательства должно было выглядеть противоестественным вздором. Должно было, но, по-видимому, так не выглядело. Высокий ценз был не только преимуществом, но и обязанностью взысканного судьбой человека больше отдавать государству – лишение казенного коня, например, требовавшего больших расходов, тем не менее, воспринималось не как облегчение, а как позор. 

С того момента, как богатство Рима стало очевидным фактором государственной жизни и до самого конца Республики, периодически принимались законы, делавшие обязательным ограничение личных расходов. Их повторяемость показывает, что они не исполнялись, но ведь что-то заставляло их систематически принимать. Моралисты и историки прославляли древних героев Рима за их бедность; принято было говорить, в частности, что их земельный надел составлял семь югеров. На фоне имений площадью в тысячи югеров это выглядело не более чем назидательной басней; но при выводе колоний, как выясняется, размер предоставляемых участков был действительно ориентирован примерно на те же семь югеров, т.е. цифра эта была не выдуманной, а отражала некоторую норму – психологическую и в то же время реальную. 

По-видимому, бесспорны неоднократно засвидетельствованные демонстративные отказы полководцев использовать военную добычу для личного обогащения – бессребренничество могло, следовательно, играть роль не только идеала, но в определенных случаях также и регулятора практического поведения – одно было неотделимо от другого.

Понятно, что, хотя Рим превратился из небольшого города-государства в гигантскую империю, его народ сохранил старые церемонии и обычаи почти неизменными. В свете этого не вызывает удивления то массовое раздражение, которое вызвала эпатирующая демонстрация богатства, заключенная в использовании некоторыми римлянами лектик (носилок). Оно коренится не столько в политике или идеологии, сколько в тех сокровенных, но непререкаемо живых слоях общественного сознания, где вековой и на поверхности изжитый исторический опыт народа отлился в формы повседневного поведения, в безотчетные вкусы и антипатии, в традиции быта.

В конце республики и в 1 в. н.э. в Риме обращались фантастические суммы денег. Император Вителлий за год «проел» 900 млн. сестерциев, временщик Нерона и Клавдиев Вибий Крисп был богаче императора Августа. Деньги были главной жизненной ценностью. Но общее представление о нравственном и должном по-прежнему коренилось в натурально-общинных формах жизни, и денежное богатство было желанным, но в то же время и каким-то нечистым, постыдным. Жена Августа Ливия сама пряла шерсть в атрии императорского дворца, принцессы проводили законы против роскоши, Веспасиан экономил по грошу, Плиний славил древнюю бережливость, и восемь сирийцев-лектикариев, из которых каждый должен был стоить не меньше полумиллиона сестерциев, оскорбляли заложенные в незапамятные времена, но понятные каждому представления о приличном и допустимом.

Дело не только в богатстве. Свободнорожденный римский гражданин проводил большую часть своего времени в толпе, заполнившей Форум, базилики, термы, собравшейся в амфитеатре или цирке, сбежавшейся на религиозную церемонию, разместившейся за столами во время коллективной трапезы. Такое пребывание в толпе не было внешним и вынужденным неудобством, напротив, оно ощущалось как ценность, как источник острой коллективной положительной эмоции, ибо гальванизировало чувство общинной солидарности и равенства, почти уже исчезнувшие из реальных общественных отношений, оскорбляемое ежедневно и ежечасно, но гнездившееся в самом корне римской жизни, упорно не исчезавшее и тем более властно требовавшее компенсаторного удовлетворения. 

Сухой и злобный Катон Старший таял душой во время коллективных трапез религиозной коллегии; Август, дабы повысить свою популярность, возродил собрания, церемонии и совместные трапезы жителей городских кварталов; сельский культ «доброй межи», объединявший на несколько дней января, в перерыве между полевыми трудами, соседей, рабов и хозяев, выстоял и сохранился на протяжении всей ранней империи; цирковые игры и массовые зрелища рассматривались как часть народного дела и регулировались должностными лицами. Попытки выделиться из толпы и встать над ней оскорбляли это архаическое и непреходящее чувство римского, полисного, гражданского равенства, ассоциировалось с нравами восточных деспотий. Ненависть Ювенала, Марциала, их соотечественников и современников к выскочкам, богачам, гордецам, плывущим в открытых лектиках над головами сограждан, взирая на них «с высоты своих мягких подушек», росла отсюда.

Точно так же обстоит дело и с еще одной стороной римского мифа. Войны здесь велись всегда и носили грабительский характер, договоры и право тех, кто сдался добровольно, на сохранение жизни сплошь да рядом не соблюдались – такие факты засвидетельствованы неоднократно и сомнений не вызывают. Но Сципион Старший казнил трибунов, допустивших разграбление сдавшегося города, и лишил добычи всю армию; римский полководец, добившийся победы тем, что отравил колодцы в землях врага, до конца жизни был окружен общим презрением; никто не стал покупать рабов, захваченных при взятии италийского города. Удачливый полководец считал для себя обязательным построить для родного города водопровод, храм, театр или библиотеку, случаи уклонения от весьма обременительных обязанностей в городском самоуправлении отмечаются лишь со II в. н.э., да и то преимущественно на грекоязычном востоке. Прославляемую Республику обкрадывали, но оставляемым на века итогом жизни римлянина был cursus, т.е. перечень того, что он достиг на службе той же Республике, и т.д.

Труд Тита Ливия «История Рима от основания Города» – богатейший источник легенд и достоверных сведений о римской истории. Этот труд может считаться почти эпическим произведением, так как содержит информацию о большинстве исторических личностей, известных и по сей день. Книга изобилует теми страницами, которые навсегда вошли в культуру Европы и которые и сегодня берут за душу: крупные, резко очерченные фигуры – первый консул Брут, Камилл, Сципион Старший, Фабий Максим; исполненные глубокого драматизма сцены – самоубийство Лукреции, разгром и позор римлян в Кавдинском ущелье, казнь консулом Манлием своего нарушившего воинскую дисциплину сына; надолго запоминающиеся речи – трибуна Канулея к народу, консулярия (так называли в Риме человека, однажды уже бывшего консулом) Фламинина к эллинам, полководца Сципиона к легионам.

Как пример, можно привести описание Титом Ливием вражды между римлянами и сабинянами, вызванное похищением женщин. Один из распространенных эпических сюжетов, описывающий героизм женщин, предотвративших схватку между двумя племенами: «Тут сабинские женщины, из-за которых и началась война, распустив волосы и разорвав одежды, позабывши в беде женский страх, отважно бросились прямо под копья и стрелы наперерез бойцам, чтобы разнять два строя, унять гнев враждующих, обращаясь с мольбою то к отцам, то к мужьям: пусть не пятнают они – тести и зятья – себя нечестиво пролитою кровью, не оскверняют отцеубийством потомство своих дочерей и жен. «Если вы стыдитесь свойства между собой, если брачный союз вам претит, на нас обратите свой гнев: мы – причина войны, причина ран и гибели наших мужей и отцов; лучше умрем, чем останемся жить без одних иль других, вдовами или сиротами». Растроганы были не только воины, но и вожди; все вдруг смолкло и замерло. Потом вожди вышли, чтобы заключить договор, и не просто примирились, но из двух государств составили одно. Царствовать решили сообща, средоточьем всей власти сделали Рим. Так город удвоился, а чтобы не обидно было и сабинянам, по их городу Курам граждане получают имя «квиритов». В память об этой битве место, где Курциев конь, выбравшись из болота, ступил на твердое дно, прозвано Курциевым озером. Война, столь горестная, кончилась вдруг радостным миром, и оттого сабинянки стали еще дороже мужьям и родителям, а прежде всех – самому Ромулу, и когда он стал делить народ на тридцать курий, то куриям дал имена сабинских женщин».

Таким образом, очевидно, что римский героический эпос складывался под влиянием идеологии укрепления государства, неуклонного возрастания мощи Рима.


Заключение



В конце V в. Древний Рим как мировая империя перестал существовать, однако его культурное наследие не погибло. Сегодня оно является существенным ингредиентом Западной культуры. Римское культурное наследие придало форму и было воплощено в мышлении, языках и учреждениях Западного мира. 

Римляне изначально были язычниками, поклонялись греческим и в меньшей степени этрусским богам. Позже мифологический период сменился увлечением языческими культами. Наконец, в завершение эволюции победу одержало христианство, которое в IV веке, после разделения Римской империи на Западную и Восточную, приняло конкретные очертания католицизма. Древнейшие религиозные представления римлян были связаны с земледельческими культами обожествления природы, культом предков и другими магическими ритуалами, исполняемыми главой семейства. Затем государство, взяв на себя организацию и проведение ритуалов, создало официальную религию, которая изменила прежние представления о богах. Этика гражданственности стала центром римского эпоса.

Определенное влияние древнеримской культуры просматривается как в классической архитектуре общественных зданий, так и в научной номенклатуре, сконструированной из корней латинского языка; многие ее элементы трудно вычленить, настолько прочно они вошли в плоть и кровь повседневной культуры, искусства и литературы. Мы уже не говорим о принципах классического римского права, которое лежит в основании правовых систем многих западных государств и католической церкви, построенной на основе римской административной системы.




Список использованной литературы



Гуревич П.С. Культурология. - М.: Знание, 1998.

Ерасов Б.С.Социальная культурология: В 2-х ч. Ч.1 - М.: АО «Аспект Пресс», 1994. – 384 с.

История Древнего Рима / Под ред. В.И. Кузицина. – М., 1982.

Кнабе Г.С. Древний Рим – история и современность. – М., 1986.

Культура Древнего Рима / Под ред. Е.С. Голубцова. – М., 1986. Т. 1, 2.

Культурология. Курс лекций под ред. А.А. Радугина Изд. “Центр” Москва 1998г.

Культурология /Под ред. А. Н. Марковой М., 1998г.

Поликарпов В.С. Лекции по культурологии. М.: «Гардарики», 1997.-344 с.

Иллюстрированная история религий. Т.1,2 – М.: Изд-во Валаамского монастыря, 1992. 

Пономарёва Г.М. и др. Основы культурологии. – М.,1998.





2