Особенности творчества И.К. Айвазовского

Уральский государственный колледж

	Им. И .И. Ползунова





















	Реферат на тему:

	« Особенности творчества И.К. Айвазовского »

	

	

	Студентка гр.PR-310

	Филичкина А.Д.

	Преподаватель:	

	Скокова О.В.

	

	

	

	

	

	

	

	Екатеринбург

	2009

	
Содержание

	

Глава 1. Жизнь «поэта моря»

Глава 2. Графика И.К. Айвазовского

Глава 3. Основная экспозиция

Глава 4. История Феодосийской галереи

Глава 5. Краткое описание нескольких картин художника:

5.1 «Десант Н.Н. Раевского у Субаши»

5.2 «Чёрное море»

5.3«Бриг «Меркурий», атакованный двумя турецкими кораблями»

5.4 «Радуга»

5.5 «Девятый вал»

Глава 6. Наследие Айвазовского

Список использованной литературы




Глава 1. Жизнь «поэта моря»



Море с детства вошло в жизнь Ованеса Гайвазовского, родившегося в Феодосии в семье небогатого армянского торговца. Оно всегда манило мальчика, завораживало бескрайней ширью и неразгаданными тайнами, буйными переливами красок и вечным движением. Но беззаботное детство с ловлей бычков и купанием до посинения быстро кончилось. Уже в десять лет нужда заставила Ованеса пойти работать в кофейню. Тяжелый каждодневный труд без скидок на возраст закалил будущего живописца, воспитал в нем упорство и целеустремленность. С волнением слушал мальчик рассказы собиравшихся в кофейни моряков о дальних странах, морских сражениях и океанских штормах. Моряки привечали Ованеса. Им нравилось, что он за несколько минут может нарисовать на клочке бумаги любой корабль и не ошибиться даже в мельчайших деталях такелажа. У молодого художника появились первые заказчики, украшавшие его рисунками свои матросские сундучки.

В кофейне встретил Ованес человека, который круто изменил его жизнь. Архитектор Кох, разглядевший в юном художнике будущего мастера, забрал его из кофейни и стал учить рисованию. С его помощью Иван, так стали звать художника, перебирается в Симферополь, где получает первые уроки живописи. Богатые меценаты, а их всегда хватало в России, посылают его рисунки в Петербург в Академию художеств. Впоследствии живописец не раз говорил, что самым счастливым стал для него день, когда ему сообщили о приеме в академию на казенный пансион.

Гайвазовскому повезло: в пропитанной духом классицизма Академии он попал в класс к профессору М. Воробьеву - прекрасному пейзажисту, знатоку природы, умеющему удивительно тонко и лирично писать водные просторы. Занятия в академических классах много дали молодому художнику. Но он стремился не только овладеть техникой живописи, но и досконально изучить морскую стихию, суровую и опасную жизнь моряков. Еще учась в академии, он на боевых кораблях выходит в походы по Черному и Балтийскому морям, участвует в трех десантных операциях у берегов Кавказа. Судьба сводит его с выдающимися русскими флотоводцами: М. Лазаревым, П. Нахимовым, В. Корниловым, В. Истоминым, теплые чувства к которым он пронесет через всю жизнь.

Впечатления от увиденного переполняют художника. Айвазовский (так он стал подписывать свои полотна) создает цикл картин, воспевающих красоту и величие моря. Картины получили высокую оценку совета Академии. Большая золотая медаль, полученная за три пейзажа с морскими видами, позволили ему уехать в пенсионерскую командировку за рубеж для изучения классики.

Айвазовский посещает Рим, Неаполь, Флоренцию, с волнением вглядывается в картины старых мастеров, много пишет сам. Его полотна, выставленные на римской выставке, привлекли к себе всеобщее внимание. Папа римский Григорий XVI приобретает для картинной галереи Ватикана картину «Хаос». Гоголь шутил по этому поводу: «Пришел ты, меленький человек с берегов Невы в Рим и сразу поднял Хаос в Ватикане».

К мастеру приходит европейское признание, отзвуки которого доходят до далекой России. В 1841 году «Художественная газета» писала: «В Риме и Неаполе все говорят о картинах Айвазовского. В Неаполе так полюбили нашего художника, что дом его целый день наполнен посетителями. Вельможи, поэты, ученые, художники и туристы поочередно ласкают его, угощают и, воспевая в стихах, признают в нем гения».

Художника восторженно принимают в европейских столицах. Он первым из русских живописцев выставил свои картины на выставках в Лувре и был удостоен золотой медали. Амстердамская Академия художеств избирает его своим членом.

В 1844 году увенчанный европейской славой художник возвращается в Петербург. Его причисляют к Главному морскому штабу в звании «первого живописца», Академия художеств принимает его в свои члены. Художника буквально «засыпают» заказами. Но обстановка светского Петербурга тяготит художника, ему не хватает простора, южного моря и соленого ветра. Айвазовский покидает столицу и поселяется в Феодосии. Здесь мастер начинает работу над большим циклом картин, посвященных Российскому военному флоту. На полотнах живописца оживают героические подвиги русских моряков: «Чесменский бой», «Наваринский бой», «Бриг «Меркурий» после победы над двумя турецкими судами».

К подвигу экипажа брига «Меркурий» художник возвращался и в последующем, посвятив ему несколько картин. Очень уж невероятным был бой двадцатипушечного корабля с двумя линейными кораблями, превосходящими его по количеству орудий в десять раз. Только беспримерная отвага и прекрасная выучка экипажа, умелые и нестандартные действия капитана корабля А. Казарского позволили бригу с честью выйти из четырехчасового боя. С этим подвигом связан любопытный геральдический случай. Все офицеры брига получили на свои дворянские гербы изображения пистолета, так как перед началом боя заряженный пистолет был установлен в пороховом погребе, чтобы последние из оставшихся в живых взорвали корабль.

Особое место в творчестве Айвазовского заняла оборона Севастополя в 1854-1855 годах. Художник неоднократно приезжал в осажденный город, прямо на позициях писал этюды, расспрашивал участников боев. В картинах «Синопский бой», «Гибель турецкого флота у Балаклавы», «Малахов курган» он стремился запечатлеть самые драматические и яркие страницы героической эпопеи.

Военно-морской теме художник был верен всю жизнь, но на большинстве его картин главным героем является море: штормовое или замершее в ожидании бури, с яркими солнечными бликами на искрящихся брызгами волнах или с золотистой лунной дорожкой, ведущей в неведомое.

За свою жизнь мастер написал более шести тысяч картин. А широко известной и, пожалуй, самой любимой зрителями стала одна - «Девятый вал». Громады волн вздымаются вокруг небольшого обломка мачты, на котором в отчаянной борьбе за жизнь несколько людей, потерпевших кораблекрушение. Их силы на исходе, но сквозь грозовые тучи пробивается первый луч солнца - луч надежды на окончание бури, на спасение. Еще неистовствует океан, но воля человека, его вера в спасение оказались сильнее стихии.

Мастер-маринист прожил прекрасную творческую жизнь, стал основателем русского романтического направления в морской пейзажной живописи, воспитал талантливых учеников, открыл в Феодосии школу живописи, был любим и почитаем народом. Даже смерть не разлучила его с морем. Бронзовый художник с палитрой и кистью в руках устремил взгляд в морскую даль. На пьедестале короткая надпись: «Феодосия Айвазовскому».

И сегодня, вглядываясь в картины Айвазовского, мы погружаемся в прекрасный и волнующий мир моря.




Глава 2. Графика И.К. Айвазовского



Говоря о творчестве Айвазовского, нельзя не остановиться на большом графическом наследии, оставленном мастером. Его рисунки представляют широкий интерес как со стороны артистического их выполнения, так и для уяснения творческого метода художника.

Айвазовский всегда много и охотно рисовал. Среди карандашных рисунков выделяются своим зрелым мастерством работы, относящиеся к сороковым годам, ко времени его академической командировки 1840-1844 годов и плавания у берегов Малой Азии и Архипелага летом 1845 года. Рисунки этой поры гармоничны по композиционному распределению масс и отличаются строгой проработкой деталей. Крупные размеры листа и графическая законченность говорят о большом значении, которое Айвазовский придавал рисункам, сделанным с натуры. Это были в основном изображения прибрежных городов. Острым твердым графитом Айвазовский рисовал лепящиеся по уступам гор, уходящие вдаль городские постройки или отдельные, понравившиеся ему здания, вкомпоновывая их в пейзажи. Самыми простыми графическими средствами - линией, почти не пользуясь светотенью, он достигал тончайших эффектов и точной передачи объема и пространства. Рисунки, сделанные им во время путешествия, всегда помогали ему в творческой работе.

В молодости он часто пользовался рисунками для композиции картин без всяких изменений. Позднее он свободно перерабатывал их, и часто они служили ему только первым толчком для выполнения творческих замыслов. Ко второй половине жизни Айвазовского относится большое количество рисунков, выполненных в свободной широкой манере. В последний период творчества, когда Айвазовский делал беглые путевые зарисовки, он стал рисовать свободно, воспроизводя линией все изгибы формы, часто едва касаясь мягким карандашом бумаги. Его рисунки, утратив былую графическую строгость и отчетливость, приобрели новые живописные качества.

По мере того как выкристаллизовывался творческий метод Айвазовского и накапливались огромный творческий опыт и мастерство, в процессе работы художника произошел заметный сдвиг, сказавшийся на его подготовительных рисунках. Теперь он создает набросок будущего произведения по воображению, а не по натурному рисунку, как он это делал в ранний период творчества. Не всегда, разумеется, Айвазовский сразу удовлетворялся найденным в эскизе решением. Имеются три варианта эскиза к последней его картине "Взрыв корабля". Он стремился к лучшему решению композиции даже в формате рисунка: два рисунка сделаны в горизонтальном прямоугольнике и один в вертикальном. Все три выполнены беглым штрихом, передающим схему композиции. Подобные рисунки как бы иллюстрируют слова Айвазовского, относящиеся к методу его работы: "Набросав карандашом на клочке бумаги план задуманной мною картины, я принимаюсь за работу и, так сказать, всею душой отдаюсь ей". Графика Айвазовского обогащает и расширяет наше привычное представление о его творчестве и о его своеобразном методе работы.

Для графических работ Айвазовский пользовался разнообразными материалами и техническими приемами.

К шестидесятым годам относится ряд тонко написанных акварелей, сделанных одним цветом - сепией. Пользуясь обычно легкой заливкой неба сильно разжиженной краской, едва наметив облака, чуть тронув воду, Айвазовский широко, темным тоном прокладывал передний план, прописывал горы второго плана и рисовал лодку или корабль на воде глубоким тоном сепии. Такими простыми средствами он иногда передавал всю прелесть яркого солнечного дня на море, накат прозрачной волны на берег, сияние легких облаков над глубокой морской далью. По высоте мастерства и тонкости переданного состояния природы такие сепии Айвазовского далеко выходят за рамки обычного представления об акварельных эскизах.

В 1860 году Айвазовский написал подобного рода прекрасную сепию "Море после бури". Этой акварелью Айвазовский был, видимо, удовлетворен, так как послал ее в подарок П.М. Третьякову. Широко пользовался Айвазовский мелованной бумагой, рисуя на которой он достиг виртуозного мастерства. К таким рисункам относится "Буря", созданная в 1855 году. Рисунок сделан на бумаге, тонированной в верхней части теплым розовым, а в нижней - серо-стальным цветом. Различными приемами процарапывания тонированного мелового слоя Айвазовский хорошо передал пену на гребнях волны и блики на воде.




Глава 3. Основная экспозиция галереи



В настоящее время Феодосийская коллекция произведений мариниста насчитывает 417 работ. Она составлена так, что можно проследить эволюцию 63-летнего творческого пути мастера.

Период учебы Айвазовского в Петербургской Академии художеств представлен картинами "Берег моря ночью. У маяка" (1837), где чувствуется влияние его учителя М. Воробьёва, "Ялта" (1838), созданная под впечатлением творчества Сильвестра Щедрина, "Старая Феодосия" (1839), в которой уже заметны поиски своего живописного языка.

Во время итальянской командировки были написаны работы "Неаполитанский залив в лунную ночь" (1842), "Неаполитанский залив утром" (1843), "Кораблекрушение" (1843). В них художник глубоко чувствует состояние природы, улавливает тончайшие нюансы в передаче цвета.

Во второй половине 1840-х годов Айвазовский с подлинным артистизмом и мастерством создает первоклассные картины "Георгиевский монастырь" (1845), "Лунная ночь у взморья. Константинополь" (1847), "Вечер в Крыму. Ялта" (1848), "Венеция" (1849). Для них характерны продуманность и законченность композиции, романтическая приподнятость и глубокая поэтичность образа моря, яркие эффекты лунного и солнечного света. Образ моря в картинах художника созвучен поэзии А. С. Пушкина.

В лучших романтических традициях в 1850-е годы созданы полотна "Неаполитанский залив в лунную ночь" (1850), "Марина. Мельница на берегу" (1851), "Малага" (1854), "Вико близ Неаполя в лунную ночь" (1856), "Утро на берегу залива" (1853), "Итальянский пейзаж. Вечер" (1858), "Башни на скале у Босфора" (1859). Среди работ, написанных в это время, особо следует отметить "Море. Коктебель" (1853) как одну из самых выразительных и совершенных по мастерству.

Новым достижением в живописном искусстве явилась картина "Море. Симеиз" (1864). Она написана широко и свободно без излишней детализации, колорит ее более холодный и естественный, он выдержан в единой цветовой гамме и поражает богатством тоновых переходов. С большой эмоциональностью создан грандиозный по размерам и замыслу холст "Буря на Северном море" (1865). Здесь художник вдохновенно передает пафос борьбы человека с грозной морской стихией. В это же время он пишет первоклассные работы: "Восход солнца у берегов Ялты", "Буря на океане", "Туманное утро в Италии" (все 1864).

Начиная с 1870-х годов в творчестве Айвазовского последовательно и постоянно появляются реалистические черты и, в то же время, еще продолжают жить традиции романтического направления. Картины "Кораблекрушение" (1876), "Восход солнца" (1870-е) - это гимн красоте природы. Здесь художник мастерски использует богатство отношений цвета и света. В работах уживаются реалистические и романтические черты одновременно. В произведениях "Солнечный день" (1884), "Берег моря" (1886), "Группа облаков" (1889) еще более усиливаются реалистические тенденции. Здесь нет привычных для прежних работ световых и красочных эффектов, драматических сюжетов, они выдержаны в серебристо-голубой или серебристо-серой цветовой гамме. Эти пейзажи правдивы, и в то же время, поэтичны.

Будучи живописцем Главного морского штаба И. К. Айвазовский написал замечательные полотна, запечатлевшие все главные победы России на море. В экспозиции галереи представлены "Бой в Хиосском проливе" и "Чесменский бой" (обе 1848), "Бриг "Меркурий, атакованный двумя турецкими кораблями" (1892), "Осада Севастополя" (1850-е), "Малахов курган" (1893), "Приход русских войск в Феодосию в 1771 году" (1871) и другие. Батальные сюжеты в этих картинах не вытесняют морской пейзаж, а, наоборот, оба жанра, соединяясь вместе, раскрывают главное содержание произведений. Интересной страницей в искусстве Айвазовского стали работы, изображающие природу Украины. В картинах "Камыши на Днепре" (1857), "Обоз чумаков" (1862), "Во время жатвы на Украине" (1897), "Свадьба на Украине" (1890-е) художник смело пишет яркие пылающие закаты солнца, трепетно передает красоту природы, умело вводит в пейзаж жанровые сцены.

Впечатляющие картины живописца созданы на исторические, мифологические и библейские темы: "Приезд Екатерины II в Феодосию" (1883), "Наполеон на острове Святой Елены" (1897), "Путешествие Посейдона по морю" (1894), "Встреча Венеры на Олимпе" (1895), "Переход израильтян через Чермное море" (1873), "Хождение по водам" (1873). Сюжеты этих произведений стали поводом для создания картин с изображением моря.

1890-е годы для Айвазовского были необычайно плодотворными несмотря на солидный возраст. В 1892 году он отправляется в самое далекое путешествие в Америку. После возвращения в Феодосию, под впечатлением увиденного, пишет картину "Ниагарский водопад" (1893). В эти годы художник, как правило, создает монументальные по смыслу и размерам полотна "Прибой у крымских берегов" (1892), "Остров Иския близ Неаполя" (1892), "Корабль Мария во время шторма" (1892), "От штиля к урагану" (1895), "Восход луны" (1899). Они отличаются простотой композиции, отсутствием ярких внешних эффектов и сдержанностью красочной гаммы, вдохновенным реалистическим изображением моря.

В 1898 году, на восемьдесят первом году жизни, Айвазовский создает самое эмоциональное и величественное полотно "Среди волн". Это плод долгого неустанного труда и поисков всей жизни мастера. Оно написано, как и большинство его произведений, свободным импровизационным методом. Картина полна движения и экспрессии. Только большой художник мог так поразительно легко, буквально на одном дыхании, изобразить на полотне кипящий, движущийся и пенящийся водоворот волн. Живописная палитра состоит из серовато-голубовато-зеленоватого цвета с тончайшими оттенками и нюансами. Луч солнца, проходящий по диагонали холста, усиливает цветовой строй настолько, что узкая полоса грозового неба не нарушает общего мажорного колорита. Мастерски прописанная белоснежная невесомая кружевная пена придает полотну особое состояние радости и приподнятости чувств. В душе художник до последних дней жизни оставался романтиком. Это полотно можно отнести к феноменальному явлению в изобразительном искусстве.




Глава 4. История Феодосийской галереи



...Мое искреннее желание, чтобы здание моей 

картинной галереи в городе Феодосии со 

всеми в ней картинами, статуями и другими 

произведениями искусства, находящимися в этой 

галерее, составляли полную собственность города 

Феодосии, и в память обо мне, Айвазовском, 

завещаю галерею городу Феодосии, моему родному городу.

Из завещания И.К.Айвазовского



В 1880 году к своей мастерской Айвазовский пристраивает картинную галерею, официальное открытие которой было приурочено ко дню рождения художника и состоялось 29 июля. Это была первая в России периферийная картинная галерея, пользовавшаяся большой известностью еще при жизни мариниста. Собрание картин в ней постоянно менялось, так как работы художника отправлялись на выставки и уже не возвращались. Их место занимали новые, только что написанные. Здесь же, на специально для этого построенной сцене, выступали многие музыканты и среди них были знаменитый пианист А. Рубинштейн и композитор А. Спендиаров, актеры Мариинского и Александрийского театров Санкт-Петербурга М. и Н. Фигнеры и К. Варламов, армянский артист-трагик Петрос Адамян и скрипач Ованес Налбандян.

Уже в то время галерея Айвазовского была центром художественного, музыкального и театрального искусства в городе. Эти традиции живут и по сей день.

После смерти И. К. Айвазовского его картинная галерея становится собственностью города. В духовном завещании живописца записано: "...Мое искреннее желание, чтобы здание моей картинной галереи и городе Феодосии со всеми в ней картинами, статуями и другими произведениями искусства, находящимися в этой галерее, составляли полную собственность города Феодосии, и в память обо мне, Айвазовском, завещаю галерею городу Феодосии, моему родному городу...".

У главного фасада дома художника установлен бронзовый памятник, на постаменте которого лаконичная надпись: "'Феодосия - Айвазовскому".




Глава 5. Краткое описание нескольких картин художника:



5.1 «Десант Н.Н.Раевского у Субаши»



"Десант Раевского у Субаши" была написана Айвазовским в 1839 году. Эта картина поступила в Самарский музей из Ленинграда в 20-е годы 20-го века, из Пушкинского Дома Академии наук России. На обороте есть надпись: "Принадлежит старшему в роде Раевских, без права продавать". Картина была написана в то время, когда Айвазовский был еще воспитанником Императорской академии художеств. Можно сказать, что это первые шаги будущего большого мастера. Полотно имеет свою историю. Оно было создано Айвазовским во время поездки в Крым. Сохранился отчет художника об этой командировке, где он подробно описывает, как принимал участие в высадке десанта в долине реки Субаш на Кавказе. Артиллерийский огонь создавал дымовую завесу, за которой удавалось скрывать от неприятеля корабли, а солдаты в относительной безопасности высаживались в шлюпки и отправлялись к берегу. Среди них был и молодой Айвазовский, как он сам писал - в одной руке он держал пистолет, а в другой - карандаш. Картина родилась как воспоминание об этом событии и была подарена художником Николаю Николаевичу Раевскому. Эта вещь очень характерна для раннего Айвазовского, она пронизана столь присущим ему духом романтизма.



5.2 «Чёрное море»



За внешним реализмом этого полотна скрывается глубочайшая метафизика. "Море" и "небо" - вот два главных его героя. Сюжет - их противоборство и единство. "Черное море" отличает какой-то неотменимый ритм, отвечающий вечному размеренному дыханию мира и внешне проявляющийся в ритмически сменяющих друг друга волнах. Художник впервые показал картину (на выставке в Академии художеств) под несколько другим - повествовательным! -названием: "На Черном море начинает разыгрываться буря". Позже он исключил повествователъностъ, сократив название до точного и емкого "Черного моря" и подчеркнув тем самым стремление представить в картине реалистический и вместе с тем предельно обобщенный образ морской стихии. Большим поклонником этого произведения был И. Крамской - он даже включил его в собственную известную картину "Неутешное горе", поместив за спиной героини и сделав своеобразным "зеркалом" ее душевных переживаний. У Айвазовского, отмечал Крамской, "есть вещи феноменальные - например, "Море". Это одна из самых грандиозных картин, какие я только знаю".



5.3 «Бриг «Меркурий», атакованный двумя турецкими кораблями» 



«Меркурий», русский 18-пушечный бриг Черноморского флота, отличившийся под командованием капитан-лейтенанта А. И. Казарского во время русско-турецкой войны 1828 - 29.14(26) мая 1829 «Меркурий», преследуемый турецкой эскадрой (6 линейных кораблей, 2 фрегата, 2 корвета), вступил в неравный бой с линейными кораблями "Селимие" (110 орудий) и "Реал-бей" (74 орудия) около Босфора, нанёс противнику серьёзные повреждения, вынудив его лечь в дрейф, а сам ушёл от преследования. Корабль был награждён кормовым георгиевским флагом. В память о подвиге «Меркурия» название "Память Меркурия" присваивалось впоследствии ряду кораблей Черноморского флота. Этому событию посвящена ещё одна работа И.К.Айвазовского «Бриг "Меркурий" после победы над двумя турецкими судами».



5.4 «Радуга»



Начиная с 1860-х годов, "импровизационная" манера письма Айвазовского, не "копировавшего" мир с натуры, а как бы вспоминавшего и даже сочинявшего его, вступила в противоречие с новейшими тенденциями в тогдашней русской живописи, выражением которых стала организация на рубеже 1860-70-х годов Товарищества передвижных художественных выставок. Передвижники исповедовали жесткий реализм, романтически-взволнованным полотнам предпочитая социально-значимые работы. В это же время критики громко заговорили о том, что дарование Айвазовского иссякло, что он повторяет сам себя и, вообще, ничего кроме волн писать не может. Ответом на эти обвинения и явилась картина "Радуга", обозначившая новый этап в творчестве художника. С одной стороны, перед нами очередное "кораблекрушение" Айвазовского. Но, с другой, оно совсем не похоже на прежние его "кораблекрушения" и "бури". Не отказываясь от собственных принципов, он в этой работе сильно модернизирует их - особенно заметно это в колористическом решении полотна. Прежние "утрированные" (по собственному слову живописца) краски уступают место более сдержанному и вместе с тем более тонко разработанному колориту. Меньшая "придуманность", педалированная "реалистичность" - это очевидная реплика художника в диалоге с современностью. Хотя романтическая напряженность остается характерным признаком и этой работы.



5.5 «Девятый вал»



В ряду ранних произведений художника выдающееся место принадлежит картине "Девятый вал", которая представляет собою вершину первого, романтического периода в его творчестве. Картина была написана в 1850 году, когда художнику было всего 33 года и он находился в самом расцвете творческих сил. Картины его восторженно встречались широкими кругами зрителей, знатоками и ценителями искусства, критиками.

Девятый вал, 1850 г.

К этому времени И.К. Айвазовский побывал уже и за границей, где в короткое время стал самым знаменитым художником Италии. До него еще никто так верно и живо не изображал свет, воздух и воду. Папа Григорий XIV приобрел картину И. Айвазовского "Хаос" и поставил ее в Ватикане, куда удостаиваются быть помещенными только произведения первейших в мире художников. О его успехах писали все газеты, но, будучи скромным и благородным, он приписывал все эти успехи не столько себе, сколько всему русскому искусству.

Выдающийся английский маринист Дж. Тернер, посетивший Рим в 1842 году, был настолько потрясен картинами И. Айвазовского ("Штиль на море" и "Буря"), что посвятил ему стихотворение.

Прости меня, великий художник, если я ошибся,

Приняв твою картину за действительность.

Но работа твоя очаровала меня,

И восторг овладел мною.

Искусство твое высоко и монументально,

Потому что тебя вдохновляет гений.

Не только в Италии, но и в других европейских странах, где И. Айвазовский выставлял свои картины, его всегда сопровождал невиданный успех. Русский художник-гравер Ф. Иордан, тоже бывший в то время за границей, отмечал: "Его слава прогремела по всей Европе... Даже самонадеянный Париж восхищался его картинами".

До И. Айвазовского море редко изображалось русскими художниками, а его ранние произведения отличаются пленительной тишиной. Восход или закат солнца, штиль, сияющая над морем луна - все изображалось художником с тонкой поэзией. Но к середине XIX века, вместе с ростом реализма во всем русском искусстве, И. Айвазовский тоже расширил круг своих творческих интересов и тем. Словами поэта А.И. Полежаева художник мог бы сказать и о себе:

Я видел море, я измерил

Очами жадными его;

Я силы духа моего

Перед лицом его поверил.

Айвазовский был художником одной темы. Всю свою жизнь он посвятил изображению моря; он создал и поднял на большую высоту особую область пейзажной живописи - марину, которая до Айвазовского почти не имела своих представителей в русском искусстве. Его предшественники - Сильвестр Щедрин и Максим Воробьев - лишь мимоходом затрагивали морской пейзаж, а группа ближайших последователей - Боголюбов, Лагорио и Судковский - далеко уступала Айвазовскому по силе дарования. Айвазовский является бесспорно центральной фигурой и крупнейшим мастером морского пейзажа в русском искусстве XIX века.

Положение ведущего мастера далось ему сразу. Широкое общественное признание сопутствовало Айвазовскому с первых же шагов. Двадцатитрехлетним юношей он был уже знаменит. Не только соотечественники, но и иностранцы единодушно и восторженно признали его превосходство в живописи марин. Английский художник Тернер, выдающийся маринист, в стихотворном послании назвал Айвазовского гением. Персональная выставка его картин, показанная в 1843 году в Риме, Неаполе, Венеции, Париже, Лондоне и Амстердаме, принесла молодому художнику мировую славу.

Образ моря - "стихии вечной, свободной и могущественной" - играл значительную роль в искусстве и поэзии романтизма. К морю с вдохновенными строфами обращался молодой Пушкин, о море писали Байрон, Гюго, темы моря занимали и живописцев первой половины XIX века. Изображая сокровенную жизнь человеческого сердца, его мятежные чувства и страстные порывы, романтики и в природе искали грандиозных образов, в которых могла бы найти отклик напряженная эмоциональность романтического героя. Бурное море стало излюбленным мотивом пейзажа романтиков. Но лишь немногие из них сумели удержаться от ложного пафоса и не впасть в ходульную риторику.

Айвазовский изобразил рассвет на море после штормовой ночи. По существующему поверью, каждый девятый вал во время шторма превосходит по силе все предшествующие. Огромные волны, подобные горам, поднимаются и бушуют на безграничном просторе, сливающемся с небом, по которому мчатся гонимые бешеным ветром облака. Солнце, едва поднявшееся над горизонтом, разрывает густую завесу туч и пронизывает золотым сиянием волны, пену и повисшую в воздухе водяную пыль. А на первом плане картины, на обломке мачты разбитого бурей корабля, спасается маленькая группа людей. Гребни валов поднимаются над их головами. Они судорожно прижимаются друг к другу, надеясь во взаимной поддержке найти спасение от нависшей над ними гибели. Тема борьбы человека со слепым могуществом стихии чрезвычайно характерна для живописи романтизма. Ту же тему поставил и Брюллов в "Последнем дне Помпеи". Но для Брюллова эта тема являлась основной, и ее решением определилось все содержание картины. У Айвазовского, напротив, трагический конфликт между людьми и природой играет сравнительно незначительную роль; все внимание художника сосредоточено на жизни самой стихии. В его картине действительно бушует ветер и волнуется море. Могучим усилием воображения и творческой памяти он создал правдивый и впечатляющий образ разгневанной природы.

Противостояние людей и стихии - вот тема картины. Герои Девятого вала представлены единой сплоченной группой все еще верящих в себя людей. Они ни на минуту не усомнились в своем отчаянном мужестве, но они с честью выдержали испытание, постоянно поддерживая друг друга. Замечателен жест одного из героев, который, сам еле-еле держась за мачту, из последних сил поддерживает своего обессилевшего товарища, не давая ему соскользнуть в пучину. И вся группа держится вместе, чтобы в случае чего подбодрить друг друга в критической ситуации. Все это подтверждало, что есть смысл в борьбе, в воле человека к спасению, в его вере в то, что, проявляя героизм, своими собственными силами можно спастись, когда по всем законам им было суждено погибнуть.

Но взбесившаяся стихия в трактовке Айвазовского не только ужасает — она еще и восторгает. Светящаяся на просвет грозовых всполохов вода переливается всеми цветами радуги, брызги светятся, могучие волны тяжело перекатываются через погибающих людей, грозные скалы сулят гибель. Кажущийся перебор чувств, в действительности соответствовал трагической ситуации. Такого реализма, проявившегося в картине Девятый вал, и других, никто в его время в изображении морских стихий достичь не мог.

В картине соединилось многое из виденного и испытанного самим художником. Особенно памятна была ему буря, которую он пережил в Бискайском заливе в 1844 году. Шторм был столь сокрушителен, что судно сочли утонувшим, и в европейских и петербургских газетах появилось сообщение о гибели молодого русского живописца, имя которого уже было хорошо известно. Спустя годы Айвазовский вспоминал: «Страх не подавил во мне способности воспринять и сохранить в памяти впечатления, произведенного на меня бурею, как дивною живою картиной».

Восходящее солнце своим золотистым сиянием пронизывает водяную пыль, повисающую в воздухе, валы и пену, срываемую ветром с их гребней.

Красочное великолепие раннего солнечного утра над волнующимся еще морем передано И. Айвазовским с замечательной смелостью и силой. Он соединил в одно целое золотистые, сиреневые, зеленые и синие тона. В картине все находится в движении, и зрителю порой кажется, что цвета эти сменяют друг друга вместе с вздымающимися и рушащимися волнами. В смене тонов перед ним то проносится облачный туман, согреваемый солнечными лучами, то взлетает просвечивающий зеленый вал, то тяжело спадает темно-синяя волна, скрывающая под собой холодную и мрачную глубину.

Редкий и необычный в живописи мотив, переданный к тому же романтически-воодушевленно, является, однако, вполне реальным. Писатель И.А. Гончаров, мастер изображения моря в русской литературе (вспоминавший в своем романе "Фрегат "Паллада" И.К. Айвазовского), писал о подобных же явлениях: "Бледно-зеленый, чудесный, фантастический колорит... Через минуту зеленый цвет перешел в фиолетовый; в вышине несутся клочки бурых и палевых облаков, и, наконец, весь горизонт облит пурпуром и золотом".

Изображением только нескольких волн и солнечного сияния И. Айвазовский позволяет зрителю почувствовать мощь и красоту бушующего после урагана моря. Это было возможно только при действительно хорошем знании натуры. Сам художник говорил: "Движения живых струй неуловимы для кисти; писать молнию, порыв ветра, всплеск волны - немыслимо с натуры. Для этого-то художник и должен запоминать их".

Верхняя часть картины вся наполнена фиолетово-розовой мглой, пронизанной золотом низко стоящего солнца и расплывающихся, клубящихся, похожих на горящий туман облаков. Под ними хрустальное, зеленовато-синее море, высокие бурные гребни которого сверкают и переливаются всеми цветами радуги.

"Человек, не одаренный памятью, сохраняющей впечатления живой природы, может быть отличным копировальщиком, живым фотографическим аппаратом, но истинным художником - никогда, - утверждал Айвазовский. - Движения живых стихий неуловимы для кисти: писать молнию, порыв ветра, всплеск волны - немыслимо с натуры. Для этого художник и должен запомнить их и этими случайностями, равно как и эффектами света и теней, обставлять свою картину".

Это утверждение перекликается с известным требованием романтической эстетики - изображать "не вымышленный, а избранный мир". Перерабатывая запас непосредственных наблюдений, Айвазовский воссоздает романтически возвышенный, но в основе своей реальный образ. 

С поразительной точностью уловлены в картине мотивы движения. Все в ней охвачено стремительным порывом - и бегущие облака, и вспененные воды, и судорожно прижавшиеся к мачте фигуры людей. Это единство движения сообщает образу особую законченность и цельность.

Смелым и новаторским было цветовое решение картины. В сравнении с тонкой и сдержанной колористической гаммой русских пейзажистов первой половины XIX века "Девятый вал" должен был поразить зрителей напряженной яркостью и богатством цветовых сочетаний. Художник с изощренной зоркостью подметил и воспроизвел зеленые, белые, сиреневые и синие оттенки морской воды и влажного воздуха, объединив их золотистым тоном отблесков солнца. Для Айвазовского, как и для всех романтиков, цвет был средством художественного выражения чувства, и именно в колористическом строе "Девятого вала" с наибольшей отчетливостью воплощено романтически возвышенное мироощущение мастера.

Свою картину художник выставил в Москве, и она с самого начала стала шедевром. О ней складывались легенды, и на "Девятый вал" приходили смотреть по многу раз, как когда-то на "Последний день Помпеи". В истории русской живописи это полотно блестит, как светлый луч, может быть, еще и потому, что И. Айвазовский выступил со своей "живой" любовью к природе в то время, когда мало кто из русских художников интересовался тем, что мы называем "душой" природы. Пейзажисты до И. Айвазовского писали главным образом "красивые виды", чтобы поразить зрителя чудесами и великолепием знаменитых живописных местностей. Об искренней любви к природе не было и речи, живой красоты ее не замечали, пейзажи писали порой без всякого вдохновения. Существовал даже особый шаблон пейзажной живописи, по которому и писали художники так называемой Воробьевской школы. И. Айвазовский тоже был в Академии учеником М.Н. Воробьева, но стоял несколько в стороне от всех остальных. Его отношение к природе (в частности, к морю) может быть выражено словами поэта:

Не то, что мните вы,

Природа - Не слепок, не бездушный лик.

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык.

Александр Бенуа впоследствии говорил: "...лишь один Айвазовский, идя по пятам Тернера и Мартина, зажигался на время их вдохновенным восторгом от великолепия космоса, являвшегося для них живым, органическим и даже разумным существом".

Позднейшее творчество Айвазовского, необычайно обильное (им создано около шести тысяч произведений), знало не только удачи, но и срывы. Сам художник отмечал в конце жизни: "Я должен признаться с сожалением, что слишком рано перестал изучать природу с должной реальной строгостью, и, конечно, этому я обязан теми недостатками и погрешностями против безусловной художественной правды, за которые мои критики совершенно основательно меня осуждают. Этого недостатка даже не выкупает та искренность, с которой я передаю мои впечатления, и та техника, которую я приобрел пятидесятилетней неустанной работой".

айвазовский искусство живопись


Глава 6. Наследие Айвазовского



Наследие Айвазовского - целая изобразительная энциклопедия моря, запечатленного в разнообразнейших состояниях. 6000 картин, оставленных им, неравноценны. Среди них есть и шаблонные, и среднего качества, но есть и отличные, вроде знаменитого «Девятого вала» (1850), который волнует своей эффектной романтичностью, или «Черного моря» (1881), решенного, напротив, с удивительной сдержанностью. Кроме того, Айвазовский написал немало исторических батальных картин, повествующих о победных сражениях русского флота. Изображение моря было единственным, что он умел и любил делать. Пытаясь писать обычные пейзажи, он получал более скромные результаты, а изображая человека, обнаруживал беспомощность.

Романтически настроенный живописец, влюбленный в морскую стихию, Айвазовский был вместе с тем художником нового на российской почве типа - умеющим разумно распорядиться талантом и полновесно пользоваться плодами неустанного труда. Он первым, еще до организации ТПХВ, начал устраивать свои выставки в крупных губернских городах. Благосостояние его росло, и значительную часть денег он тратил на общественные нужды, заботясь о родном городе: в 1865 г. открыл в Феодосии первую художественную школу, а в 1880-м - картинную галерею.

При жизни Айвазовского состоялось более 120 выставок его картин не только в России, но и во многих странах. В 1847 г. художник был удостоен звания профессора Академии Художеств, с 1887 г. стал почетным членом Петербургской Академии Художеств. Он был также членом Штутгартской, Флорентийской, Римской и Амстердамской академий. Огромный успех, сопутствовавший ему чуть ли не с самого начала деятельности, надолго пережил его - Айвазовский и по сей день остается популярнейшим и любимейшим многими художником.




Список используемой литературы:



http://see-art.ru/index.php

Сокольникова Н.М. Учебник основы живописи.-Обнинск:Титул, 1998.

Хачатрян Ш. «Айвазовский известный и неизвестный»