Становление украинской культуры ХIII - XVI века

Введение



Нашествие орд Батыя, нанесшее огромный ущерб Юго-Западной Руси, тяжело отразилось на ее культурной жизни. Многие культурные центры были разрушены захватчиками, в огне пожарищ безвозвратно погибли ценнейшие памятники литературы и искусства. Наибольшему опустошению подверглись Переяславская и Киевская земли, особенно ее южная часть, значительная часть территории Черниговских земель. В руинах лежал Киев - крупнейший центр культуры Древней Руси. Враг истреблял жителей городов и сел, угонял их в рабство. Произошло вынужденное переселение значительной части населения в северные и западные, сравнительно безопасные местности.

Возрождение культуры Юго-Западной Руси происходило в неблагоприятных условиях. Тяжкое золото ордынское иго, господство литовских, польских феодалов и других иноземных поработителей тормозили процесс возрождения и дальнейшего развития культурной жизни украинских земель. Несмотря на это, культурой XIII-XVI в. были преодолены разрушительные последствия нашествия Батыевых орд, и достигнуты крупные успехи в развитии. Этому способствовали восстановление и дальнейший подъем производительных сил, формирование украинской народности, стимулировавшее рост национального самосознания. 






Просвещение и книжное дело в украинской культуре ХIII - перв. пол. XVI вв



Просвещение во втор. пол. XIII-XIV вв. Книгописание



Золотоордынцы нанесли тяжелый удар городам Юго-Западной Руси, особенно крупнейшим из них, однако они продолжали оставаться важнейшими центрами культуры. Особенно значительной была роль Киева, где, в частности в Киево-Печерском монастыре, сохранялись и развивались богатые культурные традиции Древней Руси. 

В рассматриваемый период письменность не была монополией духовенства. Буквенные клейма па глиняной посуде и свинцовых пломбах, надписи на сравнительно недорогих вещах (пряслицах, костяных рукоятях ножей) свидетельствуют, что грамотные люди имелись и в среде ремесленников и рядовых дружинников. В ряде городов найдены бронзовые писала для писания на восковых табличках, применявшихся при обучении грамоте. 

О существовании школ на Волыни можно сделать вывод из жития иконописца, впоследствии митрополита Петра, волынца родом. Семи лет он «вдан бывает от родителей книгам учитися». В житии отмечено, что учитель был добросовестным, а мальчик сначала занимался плохо и лишь впоследствии превзошел своих сверстников. Заботу родителей об обучении детей характеризует также надпись писца Иева на пергаментной рукописи поучений Ефрема Сирина 1288г. Из нее узнаем, что у тиуна владимир-волынского князя Владимира Васильковича Петра был «сын именем Лаврентий, его ж уда учити святым книгам». Несомненно, «учение святым книгам»- не просто обучение грамоте, а более высокая ступень образования, включавшая элементы риторики, философии, юридических знаний. 

Высокообразованные люди, знатоки иностранных языков работали в княжеских и епископских канцеляриях ГалицкоВолынского княжества. Они готовили тексты грамот, вели дипломатическую переписку. В Галицко-Волынской летописи кроме ряда упоминаний о грамотах приведен текст двух грамот Владимира Васильковича и одной Мстислава Данииловича. Сохранились сведения также о грамоте Льва Данииловича. Известны в оригиналах грамоты галицко-волынских князей Андрея Юрьевича и Льва Юрьевича, боярина-правителя Дмитрия Дедьки, предназначавшиеся зарубежным адресатам. Они написаны на хорошем латинском языке, согласно общепринятым в то время правилам составления дипломатических документов. Язык и стиль галицко-вольшских грамот оказали влияние на дипломатическую форму писавшихся на украинском языке грамот Великого княжества Литовского и Молдавии (вт. пол. XIV- перв. пол. XVII вв.). 

Из рукописных книг, созданных или имевших распространение во второй половине XIII-XIV в., до нас дошла лишь ничтожная часть их. Ряд древних памятников(Христинопольский апостол XII в., Бучацкое евангелие XII-ХIII вв. и др.)сохранился в монастыре южноволынского села Городище-одного из культурных центров XIII-XIV вв. 

В конце XIV веке в Киеве дьяк Спиридоний переписал Киевскую псалтырь. В Холме при Льве Данииловиче переписаны Холмское евангелие ХIII в., Галицкое евангелие Григория пресвитера а Евангелие 1283 г. Филологический анализ холмских рукописей обнаруживает украинские языковые черты, все более пробивавшиеся сквозь церковнославянскую основу текста литургических книг. 

О широком распространении рукописных книг на Волыни свидетельствует летописный рассказ о владимирском князе Владимире Васильковиче, который «бысть философ велик». В связи со смертью князя летописец перечисляет его пожертвования церквам своего княжества во Владимире, Берестье, Вельске, Каменце, Любомле и епископским кафедрам других княжеств - Луцкой, Перемышльской, Черниговской. Из числа подаренных в летописи названы и частично описаны 36 книг. Но это не все книги, пожертвованные Владимиром. Так, вне перечня остались книги, переданные церкви в Вельске, - о них упомянуто без указания названий и количества. Одной лишь церкви в Любомле князь передал 12 томов. Очевидно, из книг, отправленных в другие города, летопись называет только самые ценные. Во многих· случаях указано, откуда князь получил их: два соборника достались по наследству от отца, молитвенник купил у попадьи в Любомле, ряд книг списан по его указанию, а две - сам списал. 

Среди названных в летописи книг есть не только молитвенники и литургические тексты (евангелие-апракос, апостол, служебник, триодь, октоих, паремья, 12 миней, ирмологион), но и предназначавшиеся для светского чтения: пролог двенадцати месяцев, «соборник» и «соборник великый» (вероятно, сборники морально-дидактических текстов, аналогичные Изборнику 1076 г.). Обращает внимание разнообразие книг при дворе Владимира. Кроме перечисленных в списке пожертвованных книг, в его библиотеке имелись и другие. Об этом свидетельствует упоминание в летописи о гадании князя на «книгах пророческих ».

Высокого уровня достигло во Владимирском княжестве искусство оформления книги, переплета. Среди книг Владимира Васильковича многие были окованы серебром. А посланное в черниговскую епископию «золотом писано» Евангелие-апракос было «окованно сребром с женчюгом и среди его Спас с финиптом» Особенно подробно описан переплет двух евангелий, заказанных для любомльской церкви. Одно из них оковано «все золотом и наметем дорогым с женчюгом, и деисус на нем скован от злата, цяты великы с финиптом». Таким образом, кожаные переплеты самых дорогих книг украшались золототкаными материями, металлическими накладками с изображениями, выполненными финифтью (эмалями). Все эти богатые переплеты изготовлялись местными ремесленниками. Некоторые книги украшались прекрасными миниатюрами. Следовательно, во Владимире работала большая группа переписчиков и специалистов по художественному оформлению книг. Есть основания полагать, что книгописные мастерские существовали также при епископских кафедрах и в крупных монастырях. 

Нашествие Золотой Орды не прервало культурных связей между землями, ранее входившими в Древнерусское государство. Значительный вклад в дело культурного общения югозападных и северо-восточных древнерусских земель внесли выдающиеся деятели культуры того времени. Так, поставленный Даниилом Галицким на киевскую митрополию Кирилл (ранее княжий ~печатник» и один из руководителей придворного летописания) после 1250 г. на долгие годы поселился в Северо-Западной Руси. Считают, что житие Александра Невского, во многом напоминающее по форме и стилю летописное жизнеописание Даниила Галицкого, создано: Кириллом или одним из Галицких книжников, прибывших вместе с ним на Северо-Западную Русь. При участии :Кирилла была составлена первая восточнославянская редакция: Кормчей книги (свода канонического права), ставшая основой, как для юго-западных, так и для северорусских обработок. 



1.2 Просвещение в ХV – перв. полов. ХVI в



Захват во второй половине XIV в. большинства украинских земель польскими и литовскими феодалами затруднил процесс развития украинской культуры. Национально-религиозное угнетение коренного украинского населения католическим и феодалами и городской верхушкой крайне отрицательно сказалось на состоянии просвещения и культуры вообще. Выступления против окатоличивания означали в то же время борьбу за самобытность украинской культуры, за сохранение ее восточнославянского характера, обусловленного общим культурным наследием трех восточнославянских народов и культурными связями между ними.

В XV - начале XVI вв. главными очагами украинской культуры были города, где при монастырях, епископских кафедрах существовали школы, переписывались и собирались книги. В частности, важную роль в распространении письменности сыграл Киево-Печерский монастырь. Через него осуществлялись также культурные связи Украины с Россией и южными славянами. 

Издревле в монастырях велась обучение грамоте, однако монастырское образование было очень ограниченным, а не имело единой системы. Школы существовали и при некоторых приходах. Так, в документах 1550-1551 гг. упомянуты школы при церквах в Красноставе и Саноке Русского воеводства. Завещанием волынского шляхтича В. Загоровского назначалась постоянная оплата дьяку, обучавшему детей, а в свободное время переписывавшему книги. Завещание не устанавливало ничего нового в форме обучения грамоте, но свидетельствовало о сохранении давней традиции. Кроме православных школ в некоторых городах Галичины и Закарпатья действовали школы при католических храмах. Самой старой из них была школа при львовской латинской кафедре, однако вплоть до середины XVI в. обучение в ней носило схоластический характер.

Уже в XV - перв. пол. XVI в. немало выходцев из Украины училось в Краковском, Пражском, Падуанском, Парижском университетах, а также в некоторых университетах Германии. В 1549 г. С. Ожеховский писал, что Прикарпатье «наслаждается латинскими и греческими науками» благодаря связям украинского населения с греками и поездкам на учение в Италию. Только в Краковском университете в XV-первой половине XVI в. обучалось не менее 1200 выходцев с Украины. Из них заслуживает упоминания математик и астроном (основатель кафедры астрономии Краковского университета) Мартин Король из Журавицы - небольшого села в западной части Русского воеводства. Примечательно, что среди студентов-«русинов» значительную часть составляли горожане. В частности, из небогатой городской семьи происходил Юрий Котермак из Дрогобыча первый отечественный автор печатной книги. Он учился в Краковском и Болонском университетах, в 1478- 1482 гг. преподавал астрономию в Болонском университете свободных наук, а на 1481-1482 гг. избирался ректором этого университета - одного из центров гуманистического естествознания и философии. В 1487-1494 гг. Юрий Котермак-Дрогобыч был профессором астрономии и медицины в Краковском университете, где в те же годы изучали эти предметы Николай Коперник и немецкий латиноязычный поэт-гуманист Конрад Цельтис. 

В 1482 г. в римской типографии Эухариуса Зильбера вышел трактат Юрия Котермака-Дрогобыча «Прогностическая оценка текущего 1481 года», содержащий первую попытку определения географической долготы Львова, Дрогобыча, Кафы. Работы Юрия Котермака-Дрогобыча, соответствовавшие уровню европейской науки того времени, получили распространение и в рукописных копиях (одна из них сделана рукой знаменитого гуманиста Гартмана Шеделя, автора «Всемирной хроники»).

В 1451-1477 гг. львовским католическим архиепископом был Григорий из Санока. Он с гуманистических позиций выступал за ослабление подчиненности литературы и науки богословию. Украину посетили видные итальянские гуманисты Ф. Каллимах Буонаккорси, Помпонио Лето. Здесь жил связанный с флорентийскими гуманистами арендатор прикарпатских солеварен А. Тедальди. Пребывание их на Украине, несомненно, способствовало распространению гуманистических идей. Наконец, к первой половине XVI в. относится литературная деятельность поэта Павла Процелера из Кросно и публициста Станислава Ожеховского, творчество которых проникнуто идеями итальянского Возрождения. Их произведения, написанные с гуманистических позиций, явились вкладом в освобождение от церковного влияния культуры (секуляризацию), без чего немыслимо было дальнейшее развитие образования и науки. 

Павел Процелер из Кросно происходил из немецких колонистов, но называл себя русином. Он комментировал краковским студентам произведения древнегреческих поэтов, хорошо знал новолатинскую гуманистическую поэзию. С. Оржеховский с гордостью подчеркивал, что он украинец. Станислав Оржеховский вошел в историю польской и украинской культуры как блистательный публицист, автор политических трактатов, в которых призывал выступить на борьбу с турецким владычеством на югославянских землях, проповедовал веротерпимость. Хотя Павел Русин и С. Ожеховский писали на латинском языке и их труды распространялись преимущественно среди городской верхушки и феодалов, все же они способствовали дальнейшему развитию украинской культуры. 

В трудных для развития культуры условиях, сложившихся В Украине, огромное значение имело богатое наследие отечественной культуры, поддержанию и развитию которого служили прочные культурные связи с Россией и южными славянами. В Украине по-прежнему пользовались популярностью памятники литературы, написанные или переведенные еще во времена Киевской Руси, создавались и новые произведения в русле той же традиции. Углублялся интерес к научной литературе. 

Захват земель Юго-Западной Руси польскими и литовскими феодалами затормозил развитие книгописания, но не мог его приостановить. Книжное дело в Украине, равно как и в России и Белоруссии, развивалось на прочном фундаменте достижений книгописания Киевской Руси в период ее существования как единого государства и во времена феодальной раздробленности. 

На протяжении XV-XVI вв. рукописные книги создавались не только в Киеве и других крупных городах, но и во многих местечках, а нередко и в селах. Переписчиками их были и духовные лица и светские люди. Если в селах рукописи переписывались по заказу феодалов, то города превратились в центры книгописания, рассчитанного на сбыт. В Украине не возникли столь крупные книгописные мастерские, как в Московской Руси, однако центры книгописания существовали во всех украинских землях. Так, в Закарпатье, где сложились особенно неблагоприятные условия культурной жизни, все же был создан такой выдающийся памятник, как Королевское евангелие 1401 г. Из северобуковинских рукописных книг заслуживает внимания Минея, оконченная в 1504 г. попом Игнатием из Кицмани. 

Начиная с XV в. книги переписывались преимущественно на бумаге. На протяжении XV - перв.пол. XVI в. господствующим орнаментом в оформлении книг на Украине был плетенчатый. Со второй половины XVI в. на первое место выступают растительные узоры, однако как плетенка, так и тератологический орнамент дожили до конца существования рукописной книги. Подъем украинского книгописания наметился в XVI в., особенно во второй его половине. Более разнообразной становится тематика книг, их оформление. 



Распространение первых печатных книг



Из упоминаний в документах XV-ХVI вв. видно, что уже в это время книжные собрания имели и представители духовенства и светские люди. Так, в 1528 г. в совете г. Львова шла тяжба о книгах, привезенных из Молдавии Могильницким для горожанина Макария. Домой к последнему приходил Васько Волынец специально, чтобы читать эти книги. 

Если среди рукописных книг преобладали литургические произведения и патристика (религиозные и философские труды отцов церкви), то в печатном виде получила распространение также и светская литература. 

Печатные книги вскоре после их появления начали проникать в восточноевропейские страны, в том числе в Украину. У многих горожан имелись книги, издававшиеся в Польше (преимущественно в Кракове) и городах Западной Европы (Базеле, Франкфурте, Нюрнберге, Страсбурге, Париже, Венеции). Они приобретались главным образом при посредничестве книготорговцев Кракова, Познани, Гданьска, связанных с отдельными издателями и с торговыми фирмами Франкфурта, Лейпцига и других городов. 

Так, в 1477 г. во Львове торговал познанский книготорговец Петр из Любека, а в самом конце XV в. М. Шмид - представитель знаменитой нюрнбергской фирмы Кобергеров. На львовскую январскую ярмарку приезжали также книготорговцы и типографы из Кракова, Познани, Гданьска. Книжная торговля велась также на ярмарках других городов. 

Наибольшим спросом пользовалась античная литература, филологические труды западноевропейских гуманистов, книги по медицине и юриспруденции. Наплыв зарубежных католических, а впоследствии и протестантских печатных книг ставил перед православными культурными кругами задачу противопоставления этой литературе произведений, которые служили бы интересам самобытного развития украинской культуры. Поэтому особое значение для развития культуры имело издание первых книг кириллическим шрифтом на церковнославянском (старославянском) языке. 

Зарождение славянского кириллического книгопечатания связано с потребностями культурной жизни и идеологической борьбы на украинских и белорусских землях, находившихся под властью Великого княжества Литовского и Польши. Однако первая типография, при званная обслуживать православное население Украины, возникла в столице и крупнейшем экономическом центре Польского королевства Кракове. 

Избрание Кракова для первой кириллической типографии объясняется не только наличием в этом крупном городе материальной и технической базы, но и тем, что национально-религиозное угнетение здесь подчас проявлялось менее остро. Для части католического духовенства и феодалов собственно польских земель вопрос борьбы с православием был менее актуален, чем для католической верхушки, стремившейся утвердиться на украинских и белорусских землях. То, что в Кракове наряду с поляками проживали немцы, итальянцы, венгры, чехи, белорусы, украинцы и представители других народностей, содействовало превращению города в важный центр международных культурных связей. Одним из проявлений этих связей был выход в Кракове в конце ХУ в. первых четырех книг, напечатанных кириллицей на церковнославянском языке. В двух из них «Часослове» и «Октоихе») есть выходные сведения: они напечатаны в 1491 г. в Кракове горожанином из Франконии немцем Швайпольтом Фиолем. Тем же шрифтом напечатаны «Триодь постная» и «Триодь цветная». Для печа· тания книг в качестве оригиналов использовались рукописи восточнославянского происхождения. Послесловиям к книгам присущи четко выраженные украинские языковые черты. 

Появление книг, напечатанных кириллицей, создавало предпосылки для дальнейшего распространения грамотности, для оживления литературного процесса. И.Я. Франко считал это событие «переломным фактом» в истории украинской письменности. 

В конце XV в. действовала кириллическая типография в Черногории, в начале XVI в.- в Валахии. Значительные центры кириллического славянского книгопечатания возникли также в Венеции и Трансильвании. 

Однако книги из этих стран проникали в Украину спорадически. Значительно большее значение для Украины имело зарождение в первой четверти XVI в. белорусского книгопечатания, сразу же достигшего высокого уровня и ставшего мощным фактором подъема культуры на восточнославянских землях. 

Основателем книгопечатания в Великом княжестве Литовском стал Франциск Скорина - выходец из Полоцка. Мировоззрение его формировалось под воздействием опыта и знаний, полученных на родине, а также в результате знакомства с культурой западноевропейского Ренессанса. Скорина стал предшественником белорусско-литовской реформации. Он сознательно ставил перед собой задачу: способствовать просвещению «людей посполитых». 

На протяжении 1517-1519 гг. в Праге Скорина выпустил в свет «Псалтырь» и еще 22 ветхозаветные книги (в 19 выпусках) «Библии русской». Свою издательскую деятельность он продолжил в Вильнюсе. Здесь около 1522 г. были напечатаны малоформатная «Псалтырь», «Часослов», 17 акафистов и канонов, «Шестодневец» со службами по дням недели, святцы с пасхалией, а в 1525 г. – «Апостол». Предисловия и послесловия Скорины к книгам и их разделам написаны зачастую с просветительских позиций. Так, в общем предисловии к «Библии» он говорит о необходимости использовать имеющиеся в отдельных богослужебных книгах элементы реальных знаний для изучения «вызволенных наук», т. е. грамматики, риторики, диалектики. арифметики, геометрии, астрономии, музыки. 

В часть изданных книг Скорина ввел столько грамматических и лексических элементов белорусского языка, что эти тексты стали промежуточным звеном в переходе от церковнославянского к белорусскому литературному языку. Желание сделать свои издания понятными- одна из ярких черт гуманизма Скорины. 

Широко распространены были издания Скорины в Украине, а из сохранившихся рукописных копий скорининских изданий большинство создано на украинских землях. 

Продолжателями дела Скорины были Симон Будный, издавший в 1562 г. в Несвиже две книги на белорусском, языке, и Василий тяпинский. Неизвестно, где работала типография Тяпинского - в родном Тяпино В Белоруссии или в другом месте (в 70-годах XVI в. он имел дом в Луцке). Единственное ее известное издание – «Евангелие» вышло, вероятно, в начале 70-х годов XVI в. Текст его печатался параллельно на церковнославянском языке и в переводе на «простую мову». 

Деятельность Скорины, Будного, Тяпинского была одним из проявлений оживления общественно-политической и культурной жизни, создававшего предпосылки для дальнейшего подъема культуры. 






2. Литература



Народная словесность и литература 



Во втор. пол. ХIII- перв. пол. XVI вв. зародилось и получило широкое развитие устное поэтическое творчество украинского народа. Оно развивал ось в условиях борьбы против феодального гнета и чужеземных захватчиков. Возникали и распространялись новые формы народнопоэтического творчества, порожденные своеобразием исторических, социальных, культурных и других условий жизни нашего народа. 

Определенные изменения претерпела в описываемое время календарно-обрядовая и семей но-обрядовая песенность, пополнились новыми темами и мотивами прозаические жанры, живой народный язык обогатился новыми пословицами, поговорками, загадками, крылатыми выражениями и т. п. 

Сопровождая труд и быт народа, обрядовая поэзия на этом этапе уже в значительной мере теряет магическую и культовую направленность, становится выражением идеалов человека труда, формируемых в виде поэтических пожеланий во время общественных и семейных праздников (встречи нового года, весны, жатвы, свадьбы и пр.). В самих же обрядовых действах еще сохраняются отзвуки первобытных магических ритуалов, связанных с земледелием и крестьянским бытом (драматизованные ряженья-игры хозяйственно-символического значения с плугом, туром, козой, культ хлеба в календарных и семейных обрядах). Особенно жизнерадостными были новогодние обряды с ряженьем и песнями, отражавшими радость, вызванную приближением весны и полевых работ. 

С середины XIV в. на Украине под влиянием христианской религии древнее мартовское летосчисление начинает сменяться январским. Вместе с ним передвигаются на зимний период и новогодние обряды, однако их содержание и поэтика, как и раньше, ориентированы на весенний хозяйственный период. 

Главные мотивы народных колядок и щедровок этого периода - величально-трудовые и героико-ратные. Стиль их возвышенно-монументальный. Зато обрядовые игры и ряженья наполнены юмором, традиционным для бродячих профессионалов-скоморохов, известных в Древней Руси глумцов, игрецов, плясунов. 

Православная церковь стремилась приспособить древние народные обряды, песни и увеселения к православной ритуальности и праздникам. При этом отношение церковных иерархов к глубинным языческим традициям было достаточно скептическое, даже негативное. Сохранившиеся в церковных документах описания народных обрядов (например, описания праздника Купала в послании игумена Памфила 1505 г., в сборнике церковных законов «Стоглав» 1551 г. и др.) характеризуют их как «сатанинские», «растленные» игрища. 

Встреча весны плясками, пением веснянок, играми в определенной степени отражала дохристианское обожествление природы, стремление заручиться ее содействием на время тяжелых земледельческих работ. Бодрые, преисполненные светлых надежд на будущее, весенние песни и пляски созвучны пробуждению природы. Главная тематика веснянок, как видно из позднейших записей, - семейно-бытовая, с выражением народных взглядов на любовь, семейные отношения и т. п. В них слышны также языческо- мифологические, магически-обрядовые исторические отзвуки. В веснянках до XIX в. сохранились воспоминания о медовой дани, охране замков и городских ворот, образы князя Романа и Журила, очевидно, родственного былинному Чуриле. Средневековая атмосфера чувствуется в таких дошедших до нашего времени в записях XIX в. игровых веснянках, как «Мосты», «Вратарь», «Король», «Городок», «Коструб», «Жельман». 

Близки к веснянкам по своему характеру и семейно-бытовой тема тике русальные, петровочные и купальские обряды и песни. Особенно широко и бурно отмечался полный жизнерадостности и похвалы плодородию праздник Купалы. Его сопровождали костры и игры возле рек и водоемов, отражавшие поверья языческой старины. 

Обрядовая песенность втор. пол. ХIII - перв. пол. XVI в. вобрала в себя темы, образы и идейные тенденции того времени. Влияние современности в той или иной мере проявилось во всех циклах песен, сопровождавших сезонные (зимние, весенние и летне-осенние) календарные обряды и праздники: в колядках и щедровках, веснянках, купальских, петровочных и жатвенных песнях. 

Таким образом, основной фонд обрядовой поэзии, созданной еще в первобытнообщинную эпоху, задолго до возникновения Древнерусского государства, обогащался новыми элементами. В народной песенности начинают появляться социальные мотивы, отражавшие антифеодальные настроения народных масс. 

Протест против захвата части украинских земель Великим княжеством Литовским отразился в свадебной песне, в которой к тому же заметны следы древнего родового обычая умыкания жен. 

Борьба против турецко-татарских захватчиков также пополняла обрядовую поэзию новыми темами и образами. В некоторых колядках, дошедших до нас в записях XIX в., юноша изображается именно как защитник украинской земли от врагов. 

Данные летописей и других письменных источников XIV-XVI вв. (в том числе свидетельства польских писателей), а также содержание отдельных фольклорных произведений дают представление о широком распространении в те времена прозаических жанров фольклора - сказок, легенд, преданий и притч. Главными их героями были богатыри и витязи, в под вигах которых воспевалась борьба народа против внешних завоевателей. Эта борьба требовала громадного напряжения сил народа, и поэтому сила стала важнейшей чертой народного героя. Антиподом богатыря в сказках, легендах и преданиях обычно выступает воплощение враждебных злых сил - змей, силач из враждебного лагеря. Победа положительного героя над ними в жестоком поединке выражала оптимизм народа и веру в свои силы. Фольклорные произведения с подобным содержанием выполняли важную общественную функцию - воспитывали патриотизм. Один из ярких образов богатырей создан в легенде о киевском «лыцаре» Михайлике. В ответ на предательство город~кой верхушки, согласившейся выдать богатыря врагам, Михаилик взял на ратище Золотые ворота и увез их в Царьград. Вообще сказочные богатыри зачастую уходят в Турцию и за море, где вступают в бой с фантастическими чудовищами и многоголовыми змеями, не допуская их на родную землю. Возможно, легенда о Михайлике - это пересказ сюжета какой-то эпической песни или былины времен Киевской Руси.

Популярностью в этот период пользовались также прозаические предания и легенды о монголо-татарском нашествии. Одним из персонажей этих произведений был шелудивый Боняка, ассоциировавшийся в народном сознании с ханом Батыем. Ненависть и презрение к завоевателям нашли выражение в чертах Боняки. Он - отвратительный, кровожадный людоед с висящей за спиной печенью и уродливой громадной головой, с тяжелыми веками, которые поднимаются специальными вилами при помощи слуг. 

Эпоха Возрождения, оказавшая влияние на весь средневековый мир, в Украине также вызвала усиление интереса к живой действительности. Стремление народа к созданию героико-эпических произведений, прежде проявлявшееся в фантастических и богатырских сказках, легендах и преданиях, а также в былинных сюжетах, возрастало и вызывало к жизни новые жанры, более тесно связанные с реальной жизнью. С конца XV в. начинает активно развиваться историческая поэзия украинского народа - лиро-эпические песни и эпические думы. Под 1506 годом «Хроника» польского писателя С. Сарницкого уже вспоминает элегическую песню о героической гибели братьев Струсов на поле брани, которую пели сельские жители в сопровождении сопилок. Известно также, что в 1546 г. украинский певец (кобзарь или лирник) пел думы при дворе Сигизмунда II Августа, за что получил денежное вознаграждение. 

Украинская эпическая песенность этого периода была представлена преимущественно историческими песнями и балладами. Впрочем, как писал Иван Франко, эпика их не выступала в чистом виде, а всегда сопровождалась лирическими мотивами. Исторические песни отражали борьбу и страдания народа, постоянно подвергавшегося турецко-татарским набегам. До наших дней донесли эти произведения глубоко правдивые и волнующие картины жизни народа в этот тяжелый для него период истории. 

Опустошительные набеги турецко-татарских захватчиков па украинские земли сопровождались уничтожением сел и городов, разбоем и угоном тысяч мирных людей в плен и отправкой их на невольничьи рынки. Все это правдиво зафиксировали народные песни, которые и до сих пор благодаря своему почти документальному отражению действительности являются ценным историко- познавательным источником. 

Картины грабежа и опустошения татарами украинских земель зафиксированы и летописцами. Например, Никоновская летопись, описывая поход Менгли-Гирея в 1482 г. на Киевскую землю, сообщала, что татары полностью ее опустошили, город Киев сожгли, бесчисленное количество людей захватили в плен.

Драматические события исторического и социально-бытового характера находили отражение в народных балладах. Среди них выделяется историческая баллада о Стефане-воеводе, дошедшая до нас в записи чешского ученого Яна Благослава, включившего ее в свою грамматику где-то перед 1571 годом. Песня сложена на закарпатском диалекте украинского языка. Исследователи связывают ее содержание с событиями 70-х годов XV в., когда молдавский господарь Стефан III Великий боролся против султанской Турции и одержал ряд значительных побед. Украинский народ, принимавший участие в отражении турецкой экспансии, откликнулся на один из эпизодов этой борьбы песней «Дунаю, Дунаю, чему смутен течеш?». 

На основе существовавшей песенной культуры украинского народа, прежде всего ее лиро-эпических форм, а также под влиянием древнерусской эпической традиции и эпоса южных славян в XV- нач. XVI в. возник украинский народный эпос-думы. Появлению их способствовало формирование казачества, сыгравшего важную роль в защите родной земли от турецко-татарских завоевателей. Создателями и носителями дум были талантливые народные музыканты и певцы - кобзари, зачастую происходившие из казацкой среды, участники освободительной борьбы парода против чужеземных захватчиков и социальной борьбы против феодального гнета. Исполняемые кобзарями на ярмарках, базарах, народных празднествах думы адресовались широкому кругу слушателей: казакам-воинам, тру дящемуся люду. 

Характерной особенностью дум, отличающей их от более давних эпосов, является отсутствие фантастики, близость к реальной действительности. Это во многом обусловлено общественным назначением дум - воспитывать массы в патриотическом духе, вызывать в них чувство ненависти к внешним врагам и феодально-крепостническому гнету, возвышать и прославлять героев освободительной борьбы народа, их мужественные дела, отстаивать принципы здоровой народной морали. Благодаря этим качествам думы в течение столетий были неотъемлемой и ведущей частью кобзарского репертуара. 

Самый давний пласт народных дум посвящен темам борьбы против нашествия крымских орд и султанских войск. На обобщенно-историческом фоне эпохи, который просматривается в думах сквозь отдельные характерные и в то же время сильно типизированные черты, развертываются картины общественных и семейных конфликтов: невыносимая турецко-татарская неволя - муки в темном тюремном подземелье и каторжный труд на галерах, издевательства над пленниками, эпические картины поединка казака Голоты, атамана Матяша Старого и других с иноземными поработителями. 

К думам XV - перв. пол. XVI в. относятся такие, как «Побег трех братьев из города Азова, из турецкой неволи», «Плач невольников», «Маруся Богуславка», «Сокол и соколенок», «Иван Богуславец». 

Тревожная жизнь под постоянной угрозой турецко-татарских нападений стала основным сюжетом наиболее давних дум. Они объединены ведущей патриотической идеей и положительными персонажами-Храбрыми защитниками родной земли. Она видится невольникам прекрасной: в ней «тихие воды», «ясные зори», «край веселый», «мир крещеный». Противопоставление ужасам турецкой неволи прелести родного края усиливало патриотически-воспитательную направленность дум. 

Функцию обобщения и передачи трудового опыта и социальных воззрений народа выполняли малые жанры фольклора пословицы и поговорки, а также приметы, связанные с ведением хозяйства. О существовании афористических произведений пословичного типа в живом украинском языке свидетельствует писатель XVI в. Максим Грек, отдельные образцы их встречаем в документе того периода - «Речи Ивана Мелешка»

Таким образом, во второй пол. XIII - перв.пол. XVI в. в условиях золотоордынского ига, а затем господства на украинских землях польских и литовских феодалов первостепенную культурную функцию выполняло народнопоэтическое творчество. Оно играло важную роль в процессе формирования и развития украинской народности. 



Летописание



После нашествия Батыя и ослабления роли Киева как культурного центра русских земель культурные и литературные традиции Древней Руси нашли свое продолжение в Юго-Западнои , Северо-Восточной и Северо-Западной Руси, где при княжьих дворах и монастырях группировались местные и бежавшие от ордынского нашествия из других земель «книжные мудрецы». 

На Галицко-Волынской земле во втор. пол. XIII в. была создана знаменитая Галицко-Волынская летопись. Она состоит из двух частей: Галицкой, охватывающей 1201-1261 гг., и Волынской, относящейся к 1262-1292 гг. Авторы Галицко-Волынскои летописи как и киевские летописцы XI - ХIIвв. И творец «Слова о полку Игореве», описывают историю родной земли, руководствуясь чувствами патриотизма, осуждают феодальные распри и призывают русских князей к политическому единению. 

Особенную историко-литературную ценность представляет Галицкая часть летописи, написанная личностью, очень близкой к окружению князя Даниила. Анонимный автор - большой знаток литературы Киевской Руси и фольклора. Для создания летописи он использовал Киевский летописный свод, документы княжеского архива и канцелярии, в том числе материалы дипломатических сношений, придворные летописные записи рассказы-отчеты бояр о военных походах. Кроме того, автор использовал отрывки из византийских хроник Малалы и Амартола, «Повесть о разорении Иерусалима» Иосифа Флавия, светскую повесть «Александрия». Первая часть летописи создавалась под наблюдением близких к Даниилу Галицкому «печатника» Кирилла и холмского епископа Ивана. 

Главный герой Галицкой летописи - князь Даниил Романович. Автор подробно излагает историю его жизни с детства до самой смерти. Он ярко описывает борьбу Даниила с «боярской крамолой» и походы против внешних врагов - немецких рыцарей-крестоносцев, венгерских и польских феодалов, подчеркивает дипломатические способности князя. Человек светский, автор летописи почти не интересуется религиозными вопросами. Рассказывая о постройке прекрасных архитектурных сооружений культового назначения, он видит в них не проявление силы божьей, а результат деятельности человека, его разум и руки. Ярко описал автор строительство города Холма, в котором принимал участие «хитрец» Авдий. 

В Волынской летописи отражены главным образом события, связанные с княжением на Волыни Владимира Васильковича. Можно предположить, что эту часть летописи написал человек из духовного сословия. Автор основное внимание уделяет описанию строительства храмов, татарское нашествие считает «божьей карой». Сама «похвала» князю Владимиру Васильковичу очень напоминает «похвалу» Владимиру Святославичу в «Слове О законе и благодати» выдающегося древнерусского проповедника Иллариона (XI в.). Автор Волынской летописи придерживается главным образом традиций киевского летописания XI - XII вв. Личность Владимира Васильковича идеализируется. Летописец видит в князе умного правителя, храброго воина, смелого охотника, книголюба и философа. О Галицком же князе написано очень мало и в плане, далеком от преклонения. Такая позиция обусловлена политическими и идеологическими взглядами автора и последующих редакторов рукописи. 

Галицко-Волынская летопись как выдающееся историческое и литературное произведение оказала определенное воздействие на более поздние летописи - так называемую Краткую киевскую летопись XIV-XV вв. и литовско-белорусские летописи (летописи Великого княжества Литовского). 

Поскольку украинские земли входили тогда в состав Великого княжества Литовского, в литовско-белорусском летописании значительное место отведено рассказу о событиях на украинских землях. Наиболее ценные данные по истории украинских земель содержит Супрасльский список. Первая его часть представляет собой компиляцию из общерусских летописей, вторая, посвященная исключительно истории Великого княжества Литовского,- оригинальная.

Характерной особенностью литовско-белорусских летописей является наличие в них повестей-вставок, отличающихся по форме и стилю от летописного изложения. Они приобрели черты художественных произведений. Так, «Похвала о великом князи Витовте» превозносит могущество князя Витовта, которому «покорялись не только вся русская земля, но и все с запада и востока ему поклонялись», ибо, как пишет летописец, он «царь над всей землей». Выделяется среди других своей политической направленностью повесть «О Подольской земли». Летописец рассказывает о князьях Кориатовичах, стремясь обосновать право Литвы на Подолию, за которую шла борьба между Литвой и Польшей.



Церковно-литературные произведения



Культурные традиции Киевской Руси продолжались не только в летописании, но и в других видах письменности, в частности в ораторской, житийной и паломнической прозе. Выдающимся представителем ораторской прозы второй половины ХIII в. был архимандрит Киево-Печерского монастыря, а потом владимирский епископ Серапион (умер в 1275 г.). Его пять «Слов», дошедших до нас, несмотря на религиозную окраску, отображают реальную жизнь народа во времена монголо-татарского нашествия. 

Как и все современные ему проповедники, Серапион считал монголо-татарское иго божьей карой за грехи, за соблюдение языческих обычаев, за ненасытность князей и бояр и их междоусобицы, за издевательства над бедными и сиротами. Он рисует страшную картину лихолетья: « ... кровь и отець и братия нашея, аки вода многа, землю напои; князии наших воевод крепость ищезе; храбрии наша страха напольншеся, бежаша; мьножайша же братия и чада наша в плен ведени быша; села наша лядиною (т.е. молодым лесом) поростоша, и величьство наша смерися; красота наша погыбе; богатство наше онемь и користь бысть; труд наш погании наследоваша; земля наша иноплеменикомь в достояние бысть; в поношение быхом живущими въскраи земля нашея; в по смех быхом врагом нашим ... ». Отдельные фрагменты речей Серапиона по силе звучания напоминают строки «Слова О погибели Рускыя земли», написанного неизвестным автором в Северо-Восточной Руси в 20-30-х годах XIIIв.

Выдающимся литературным памятником является «КиевоПечерский патерик», В первой его редакции (начало ХIIIв.) содержатся рассказы о строительстве Печерской Успенской церкви и первых печерских черноризцах. Со временем «Патерик» превратился в сборник житий монахов и рассказов о разных чудесах в монастыре, но в нем сохранилось много фактов, характеризующих социальную и политическую историю Руси, а также быт монастырей, ставших крупными землевладельцами. 

С литературной точки зрения очень интересны Арсеньевская (1406) и две поздние Касьяновские (вторая половина XV в.) редакции «Патерика»

Влияние живого украинского языка ощущается в новой редакции сборника житий « Четьи-минеи» (1489) оригинал которого был создан, очевидно, в западноукраинских землях, а затем переписан в Белоруссии. Поэтому в этой редакции сочетаются элементы украинского и белорусского языков. 



Светская литература



Наряду с церковно-морализаторскими произведениями времен Киевской Руси XIV - XV вв. появляются В украинской редакции такие интересные литературные сборники, как «Измарагд», переводные «духовные повести» о трех королях-волхвах. о Таудале-рыцаре, новые версии светской повести «Александрия», «Троянской истории» итальянского поэта XIII в. Гвидо де Колумны, «Сказание об индийском царстве». 

В сборнике «Измарагд» помещено около ста разных «слов», в большинстве своем на морально-бытовые темы: «О книжной МУДРОСТИ», «Книжное почитание», об уважении к учителям, «Ключи давших разума книжнаго» , о добродетелях и грехах, «О женах добрых и злых», «о наказании чад», о богатых и бедных и т. д. В «Слове О желании богатства» осуждается страсть к . обогащению, высмеиваются скупцы-златолюбцы. Другие «Слова» предостерегают убогих не водить дружбы с богатыми, не судиться с ними, ибо победит тот, у кого есть золото. В то же время в «Слове» содержатся обращения к богачам с призывом прекратить «грабления убогых», хорошо обращаться с челядью, а домочадцам - быть покорными главам семейств. Таким образом, перед читателем предстала программа официальной морали феодального общества. 

В XV в. появился украинский перевод ирландской по происхождению повести о Таудале-рыцаре. Вот краткое содержание. Когда после очередной пьяной оргии Таудал лежал три дня без памяти, ангел взял его душу и показал ей потусторонний мир. Очнувшись, Таудал рассказывает, что видела его душа: роскошную жизнь на том свете праведников и адские муки грешников. Повесть приобрела популярность не столько благодаря своему морализаторству, сколько в силу авантюрного характера сюжета. Вообще этот литературный памятник близок к светским повестям и средневековым рыцарским романам с их любовными интригами, рыцарской галантностью, культом чести и дамы, всевозможными приключениями. Именно в таком плане в XIV-XV вв. перерабатывались повести «Александрию» и «Притча о кралех» (о Троянской войне), известные еще со времен Киевской Руси. Обе были переведены и переработаны в южнославянских землях, в частности в Сербии. «Александрия» в новой редакции приобрела значительную популярность и известна во многих украинских списках XV-XIX вв., дополненных разными подробностями, заимствованными из литературных источников, вымыслами переписчиков и редакторов. В этих списках непобедимый завоеватель Александр Македонский предстает перед читателем уже как христианский герой. Исторический фон отступает перед сказочными и фольклорными элементами, в частности, в рассказе о войне с индийским царем, о «нечистых народах» и разных чудесах, с которыми пришлось сталкиваться Александру во время его военных походов. Если в первых переводах времен Киевской Руси завоевательская политика Александра осуждалась, то в списках XV-XVII вв. заметно восхищение соавторов героическими подвигами, мужеством и храбростью героя произведения.

Литература втор. пол. ХIII - перв.пол. XVI в. в значительной мере воссоздавала реальную действительность того времени, отражала взгляды разных слоев общества на социально-политические явления и события, их быт, обычаи и эстетические вкусы. Литература была важным элементом украинской культуры.

славянский просвещение украинский народный словесность




Художественная культура украинских земель



Изобразительное искусство



Изобразительное искусство этого времени сохраняло характерные черты, сложившиеся в нем в предыдущий период: монументальность, утонченный колорит, гармоничные пропорции, уверенный рисунок и высокое профессиональное мастерство, одновременно развивалось и направление, в котором проявлялся реалистический взгляд на жизнь, вера в человека, стремление к жизнерадостности образного строя, тяга к узорочью и красочности, обусловленные народно-эстетическими идеалами. Религиозные образы постепенно теряют былую неподвижность, а лики святых приобретают черты простых людей. Виртуозное владение композицией и обратной перспективой позволяло художникам придавать пространству определенную глубину, а образы наделять яркими чертами, величием и человеческим достоинством. 

 Из памятников киевской живописи этого времени сохранилась икона богоматери Печерской-Свенской (около 1288 г.). Прототипом для нее послужило изображение богоматери Кипрской на троне, но фигуры ангелов киевский мастер заменил образами отечественных святых, основателей Киево-Печерского монастыря - Антония и Феодосия. Их изображения привлекают искренностью и непосредственностью. Сочные, насыщенные цвета, изысканная гамма оттенков как нельзя лучше гармонируют с мягким блеском золотого фона. 

Киевской школе принадлежит также икона «Николай С житием» (конец XIII- начало XIV в.) из церкви в урочище Киевец в Москве. Образ Николая в значительной степени лишен аскетизма. Мягкий овал охристого лика Николая оттенен нежным колоритом розово-голубой ризы, светящейся на золотом фоне. Нежно-розовые и бледно-голубые складки одежды придают фигуре легкость и воздушность.

К числу киевских памятников принадлежат также выдающиеся произведения конца ХIII в. - иконы «Игоревская богоматерь» и «Максимовская богоматерь». Последняя, вероятно, исполнена по заказу митрополита Максима. Лик богоматери написан мягко, без условности и геометризации или стилиза· ции формы. С большим мастерством выписана одежда, складки на ней. Много внимания уделено цветовым переходам. Названные произведения живописи свидетельствуют о высоком уровне художественной культуры Киева в период после монголо-татарского нашествия. 

В Галицко-Волынском княжестве искусство развивалось под влиянием Киева, откуда, как указывают летописи, были принесены многочисленные иконы, послужившие образцами для многих поколений художников. Икона «Покрова» (ХIII в.) из Галичины - произведение народного мастера, не получившего специальной профессиональной выучки, но зато хорошо чувствовавшего декоративные возможности цвета. Теплый зеленый цвет тонко гармонирует с багряным фоном, лазурные тона - с коричнево-черными и вишнево-красными, на фоне которых изредка пламенеет киноварь. 

Ярчайшим произведением конца XIII - нач. XIV в. является икона «Волынская богоматерь». Величественный силуэт богоматери в темно-красном омофоре очерчен уверенной рукой. Гордая посадка головы, слегка склоненной к младенцу, огромные скорбные глаза, смотрящие с укором, будто требуют от зрителя готовности к самопожертвованию. Утонченная живопись и морально-этический пафос иконы оставляют неизгладимое впечатление и ставят ее в ряд самых выдающихся произведений украинской средневековой живописи. 

Изобразительное искусство с конца XIV в. развивалось при интенсивном проникновении в него народной струи. Угнетенному иноземными захватчиками украинскому народу нужно было единство, способное укрепить его и сплотить для отпора врагу. Эта идея единства нашла яркое воплощение во фресках церкви Онуфрия в Лаврове (конец XV в.), в сценах на тему «Вселенский собор» и «Акафист богоматери». 

Украинских художников приглашали для росписей католических костелов, ценя их высокое живописное мастерство. Ими выполнены, например, фрески в костеле Вислицкой коллегиаты (конец XIV в.). В стиле росписей соединены традиции древнерусского искусства ХII– ХIII вв. с характерными чертами готиKи. Такое соединение прослеживается в изображении архитектурных кулис, а также в ликах персонажей евангельской легенды, где энергичная моделировка объемов широкой кистью придает особую конструктивность формам. Эту тенденцию углубили украинские мастера во главе с волынским художником Андреем, расписавшие часовню св. Троицы в Люблинском замке (1418). В росписях ощущается углубленный интерес к внутреннему миру изображаемых персонажей. В стиле фресок нерасторжимо соединились элементы древнерусского, готического и проторенессансного искусства. Еще большей экспрессией отличаются фрески в часовне св. Креста па Вавеле в Кракове (1470). Персонажи росписей, наделенные лицами людей из народа, написаны энергично и уверенно, исполнены внутреннего драматизма. 

Наряду с фресковой живописью с XV в. все большее распространение получает иконопись. В ней сохраняются традиции древнерусского искусства ХII-ХIII вв., много общего с иконописью Новгорода и Пскова. С XV в. В церквах вместо невысокой предалтарной преграды устанавливают иконостасы, в которых все иконы размещаются в определенном порядке. 

Для украинской иконописи характерны сочный колорит, лапидарный силуэт и энергичный рисунок, выверенная композиция. Особенно популярны были образы воинов-победителей. Образ такого воина воплощен в иконе «Юрий Змееборец» из с. Станыля Львовской обл. (конец XIV в.). Воин, пронзающий копьем чудовище, изображен в рыцарских доспехах на вороном коне, который топчет змея. Красный плащ героя победно развевается на ветру. Необычайно динамичный силуэт и яркий колорит- Характерные черты этого выдающегося произведения украинского изобразительного искусства. С подъемом освободительной борьбы и образованием Запорожской Сечи в душе народа кресла надежда на освобождение, что незамедлительно отразилось в искусстве. В иконе « Чудо Георгия о змие» (середина XVI в.) киевской школы образ Георгия по сравнению со станыльским более приподнят и мажорен. Ослепительно белый конь, алый плащ Георгия и золотой фон создают торжественную цветовую симфонию. 

Усиление влияния церкви, стремившейся внушить народным массам чувство страха перед муками загробной жизни, нашло проявление в иконах на тему «Страшный суд». Но под воздействием значительного числа заказчиков из народа - крестьян и мещан-ремесленников - эти иконы вскоре приобрели не только сатирическую, но и антифеодальную и антикатолическую окраску. На многих из них изображены в характерных одеждах римские папы, короли, вельможные паны, таможенники, пьяницы и блудницы с остриженными головами и обрезанными подолами. Всех их ждут адские муки. Под влиянием народного художественно-поэтического творчества слабеет аскетическая струя в изображении святых, облики их приобретают особую теплоту, а палитра становится яркой. Более изысканными становятся не только композиции, но и силуэты фигур, архитектурные фоны, изображение одежды и различных аксессуаров. 

Народные вкусы нашли отражение и в подборе святых. Все чаще на иконах изображаются Юрий - воин и защитник, Николай - покровитель мореплавателей, путешественников и плотников, Параскева Пятница - покровительница торговли и женского ремесла, врачи-бессребреники Козьма и Демьян и, конечно же, богоматерь с младенцем - заступница пленных и обездоленных. Икона «Богоматерь» из с. Красов Львовской обл. (XV в.) - свидетельство появления в живописи эмоционального образа женщины - матери. 

Меняются и живописные средства. Лицо у богоматери не темное, а светло-розовое, с длинными дугообразными черными бровями, маленьким ртом, немного грустными и задумчивыми глазами. Особенно популярны были житийные иконы, «праздники» и «страсти», которые давали простор творческой фантазии художников, Люди, рассматривая их, будто читали краткие притчи-новеллы. В этих иконах изображена конкретная обстановка, много бытовых подробностей - мебель, одежда, ткани. Это был прогрессивный процесс обмирщения искусства, в котором, однако, будничное, обыденное возвышалось и поэтизировалось. 

Высокого уровня в XIV-XV вв. достигло искусство иллюстрирования рукописей. Оно не только сохраняло традиции, но и приумножало их. Широкое распространение получили тератологические орнаменты и геометрическое плетение, а в начале XVI в. и растительные орнаменты готико-ренессансного стиля. Особенно обильно украшались миниатюрами евангелия и псалтыри. Подлинным шедевром является Киевская псалтырь, переписанная в 1397 г. в Киеве Спиридонием и украшенная многочисленными миниатюрами. На белом пергамене выделяется красочная россыпь изящных миниатюр, выполненных синим, ярко-красным, вишнево-багровым, зеленым, зол отпето-охристым цветами, обильно покрытых тончайшей сеткой золотых штрихов-ассистов, благодаря чему они искрятся и переливаются, производя необыкновенное впечатление. В миниатюрах много жанровых сцен: строительство башни, расписывание посуды гончарами, поджаривание мяса на кострах. Изображаются также воины при осаде города, всадники в бою. Утонченный колорит, выразительные жесты, исполненные с каллиграфической отточенностью, грациозные фигурки - свидетельства высокого мастерства художников. Обилие золотых штрихов - ассистов вызывает в памяти колористическое богатство киевских мозаик XI-XII вв. 

Особое место в декоративно-прикладном искусстве занимают произведения ювелирного и золотошвейного мастерства. Образцом высокохудожественных изделий украинских ювелиров является напрестольный крест с готическими деталями (середина XVI в.), хранящийся в Киевском государственном историческом музее. Подлинный шедевр живописи иглой – золочевская фелонь ( конец XIII – нач. XIV в.), поражающая изяществом фигурок, изысканностью их поз , тонкостью колорита и артистизмом рисунка. Стилем «золочевская фелонь» близка миниатюрам Галицкого евангелия и Киевской псалтыри. В эпическом духе трактуются изображения плащаницы (1545), хранящейся в Киевском музее украинского искусства.



Архитектура



На протяжении втор. пол. XIII-XIV в. увеличилось число городов и замков-крепостей. Если в домонгольскую эпоху на территории княжеств, где формировалась украинская народность, известно 87 городов, то уже в конце XIV в.- 143. Вместе с ростом городского населения усиливалось экономическое и политическое значение городов. В европейской истории XV-XVI века ознаменовались важнейшими явлениями - зарождением в недрах феодальной формации новых общественных отношений, а вместе с ними возникновением ростков гуманизма и связанного с ними искусства Предвозрождения, складыванием национальных культур. Подобные тенденции наблюдаются во всех странах, где для этого имелись соответствующие исторические условия, хотя в различных странах этот процесс проходил неодинаково и не в одно время. Новые стилистические черты в архитектуре и изобразительном искусстве явились непосредственным отражением эстетических вкусов широких масс народа - ремесленно-купеческих слоев городов и крестьянства. 

Восстановление нормальной жизни страны сопровождалось возведением огромного количества строений - жилых хозяйственных, производственных и оборонительных. В градостроительстве определяющими оставались древнерусские (Х-ХII вв.) традиции нерегулярной планировки и застройки. К концу XIV в. начинают при меняться также приемы западноевропейской регулярной планировки. 

На архитектуру оборонительных сооружений решающее влияние оказали изменения в стратегии и тактике ведения войны, развитие военной техники. В предыдущую эпоху важную роль играла тактика длительной осады города или замка. После монголо-татарского нашествия преобладает тактика захвата их путем решительного штурма с широким применением различных орудий для разрушения стен. Поэтому в системе укреплений увеличивается количество башен. Это, в свою очередь, существенно отразилось не только на конструкции укреплений, но и на их внешнем архитектурно-художественном облике, на их стиле. 

Для более эффективного противодействия врагу при штурме, а также на случай захвата им части укреплений с середины ХIIIв. В строительстве вырабатываются соответствующие типы фортификационных сооружений, главными опорными узлами которых становятся башни-донжоны. Появление их в южнорусской фортификационной архитектуре (замки в Остроге, Чарторыйске и Каменце возле Бреста) свидетельствует о знакомстве, как заказчиков, так и строителей с достижениями европейской военно-инженерной мысли. Подобного рода сооружений не было в архитектуре Древней Руси XI-XII вв. Башни, как правило, возводились внутри укреплений возле оборонительных стен, в наиболее уязвимых местах. Обводные стены укреплений, сооружавшиеся зачастую из дерева, с внешней стороны обмазывались глиной и белились. По виду они ничем не отличались от каменных. 

Но со временем выявились существенные недостатки таких укреплений - они не обеспечивали достаточной фланговой обороны. Поэтому перед строителями встала задача так расположить башни и создать такую конфигурацию укреплений, которые позволили бы надежно прикрывать подступы к крепости с флангов. Примером фортификационных сооружений нового типа являются замки в Луцке, Кременце, Каменце-Подольском, строительство которых относится к ХIII в. 

Новые приемы ведения войны настоятельно требовали сооружения укреплений, не только усиленных каменными башнями, но и полностью построенных из камня или кирпича. 

В этот период сложились две архитектурно-строительные школы: галицкая и волынская. Для галицкой характерна каменная кладка на известковом растворе с примесью толченого камня-известняка и древесного угля, а изредка и кирпича, слегка стрельчатые, готической формы обрамления бойниц, оконных и дверных проемов, въездных арок с простым декором. Таковы каменные крепости в Белавино, Столпье, Чернееве, Угруске, Хотине, Невицком, Кременце, Каменце-Подольском, Белгороде-Днестровском. Главнейшим их признаком является наличие мощных каменных стен и нескольких башен. 

В культовом строительстве также появились новые тенденции: наряду с сооружениями старого типа возводились храмы подчеркнуто торжественного вида. Например, в Холме были сооружены башнеобразные церкви Иоанна Предтечи, Козьмы и Демьяна, «величеством и красотою не менее сущих древних». К этому же направлению относятся храмы Иоанна Богослова и Дмитрия в Луцке (конец ХIII в.). Кроме крестовокупольных храмов возводились небольшие ротонды с одной апсидой - (Перемышль, ХIII в.), с шестью (Горяны Закарпатской обл.; Галич, ХIII в.) и восемью апсидами или с опорными столбами (церкви Василия и ротонда на территории Михайловского монастыря во Владимире-Волынском, конец ХIIIв.). Оригинальна архитектура крестовой церкви Николая во Львове (ХIIIв.).

Итак, за сто лет после нашествия орд Батыя архитектура сделала большой шаг вперед. Политические задачи времени - укрепление княжеской власти, способной положить конец феодальной анархии и своеволию боярства,- нашли выражение в архитектуре, в которой все громче звучала пота торжественности. 

Архитектура и живопись конца XIV - перв. пол. XVI в. развивались в условиях нарастания борьбы украинского народа против социального и национального угнетения. Феодалы возводили в своих резиденциях - опорных пунктах господства над зависимым населением - замки и укрепления. Вместе с тем строительство их вызывалось необходимостью защиты от участившихся опустошительных набегов татарских орд, а со временем и вторжений турецких захватчиков. Оборонное строительство заняло ведущее место и поглощало огромные материальные и людские ресурсы. Важную роль в возведении замков играли местные строители и инженеры, о чем свидетельствуют особенности стиля архитектуры оборонительных сооружений этого периода, планировка, устройство, конструкция и декор башен, ворот и других частей замка. 

Главным строительным материалом оставалось дерево, хотя удельный вес камня и кирпича в строительстве возрастал. Из дерева возводил ось преобладающее большинство вооружений - от простых жилых, хозяйственных и производственных зданий до больших замков и роскошных дворцов. В деревянном строительстве благодаря его массовости накоплялся инженерно-строительный и архитектурно-художественный опыт, кристаллизовались новые нормы народной архитектурной эстетики, оказавшие воздействие на развитие архитектуры в целом. 

Прежде всего, изменения проявились в архитектуре оборонительных сооружений. Стены и башни старых замков подстраивались и усиливались утолщениями - прикладками. Во вновь возводимых замках башни стремились располагать почти равномерно по периметру двора. В стенах устраивали бойницы нижнего (подошвенного) и среднего боя (Бучач Тернопольской обл., конец XIV в.; Клевань Ровенской обл., 1495). Иногда замки усиливались новым рядом стен, вынесенных вперед, либо укреплениями, охватывавшими детинец (Луцк, Острог, Белгород-Днестровский). Как новые замки, так и городские укрепления часто имели нерегулярный план, определяемый условиями местности. Этими особенностями украинское оборонное зодчество близко русскому. 

Примером модернизации старых фортификационных сооружений может служить замок в Луцке. Его трехъярусные башни и стены, завершавшиеся зубцами-мерлонами с узкими щелевидными бойницами для стрельбы из луков и арбалетов, были переделаны: зубцы-мерлоны заложили и надстроили сверху, устроив новые бойницы в два, а в некоторых местах и в три яруса такой формы, которая могла обеспечить обстрел из огнестрельного оружия как дальних, так и ближних подступов к замку. На башнях в Луцке возвели по дополнительному ярусу, благодаря чему его силуэт стал выразительнее, чем еще более подчеркивалась его военно-оборонительная мощь. Перестройка коснулась почти всех давнишних каменных укреплений XII-XIV вв., в том числе в Каменце-Подольском, Белгороде-Дпестровском, Кременце, Хотине, Невицком, Мукачеве. 

Смягчение суровости военно-оборонительных сооружений свидетельствует о развитии и изменении норм архитектурной эстетики под сильным воздействием народных вкусов. В облике Хотинского замка причудливо сочетаются традиции оборонной архитектуры, элементы готики, мотивы украинского и молдавского народного искусства. Суровость и народная красочность представлены здесь в нерасторжимом единстве. 

Изменения заметны и в типах укреплений боярских усадеб, постепенно превращающихся в магнатские замки. Об этом напоминает архитектура замков в Олеско, Клевани, Остроге. Острожский замок схемой укреплений близок замку в Чарторыйске или Каменце возле Бреста. В Остроге ближе к восточной стороне деревянных оборонительных стен соорудили так называемую Башню, или Дом мурованный, по образцу западноевропейских и волынских башен-донжонов. Стены были окружены рвом, через который перебросил и подъемный мост, благодаря чему замок мог выдержать длительную осаду.

Особенно большое влияние на структуру замков оказало появление огнестрельного оружия. В XV в. башни сооружались так, чтобы они выступали за поле стены и имели квадратную либо неправильную пятиугольную форму, острым углом к фронту, что значительно усиливало их устойчивость к артиллерийскому огню. Кроме того, это создавало благоприятные условия для ведения флангового обстрела. Увеличение в стенах и башнях количества бойниц позволило повысить плотность огневой обороны подступов к замку. Например, в хорошо сохранившемся замке в Клевани (1495) бойницы устроены в три яруса, имеют большие боевые камеры для артиллерии и прислуги. Впечатление особой мощи замка в Клевани достигается тем, что стены башен имеют уклон внутрь. 

Историческая ситуация потребовала приспособить к обороне не только монастыри, но и другие культовые сооружения. Такие древние укрепленные комплексы, как Киево-Печерская лавра, монастыри Михайловский Златоверхий, Кирилловский в Киеве, Елецкий в Чернигове, Спасский в Новгороде-Северском, обносились мощными оборонительными стенами. Архитектурой монастыря-крепости почти ничем не отличались от других видов укреплений. Только набор сооружений, внутренняя планировка и размещение главного монастырского монастырского храма создавали определённые отличия от обыкновенного замка. Часто храмы включались в систему оборонительных сооружений, как например, Успенская церковь в Зимно Волынской обл., (1495), церковь Богоявления в Остроге (XV в.). 

В культовой архитектуре конца XIV в. наблюдаются интенсивные поиски новых форм, способных полнее воплотить народные вкусы и художественные идеалы. Храмы этого периода несут печать архитектуры суровой переходной эпохи. Их творцы еще не решались окончательно порвать с традициями ХII – ХIII вв., отказаться от трехнефных с опорными столбами храмов, не отваживались применить в каменном зодчестве планово-пространственную структуру и конструктивные приемы, выработанные в деревянном народном строительстве, истолковать применительно к камню приобретенный народными мастерами богатый опыт, воплотить его в каменных сооружениях. 

Но уже появляются новые типы храмов, структура которых формировалась под воздействием приемов и форм деревянной архитектуры - трехчастные в плане (неф, алтарь, бабинец) церкви Пятницы во Львове (XIV в.) и Успения в Лужанах Черновицкой обл. (1453). У них бабинец одной ширины с нефом, а перекрытие сводчатое. В некоторых храмах устраивали оборонную башню над бабинцем (церковь Онуфрия в посаде Рыботицкой, конец XIV - начало XV в.), или один световой верх пирамидальной формы, как в церкви Николая в с. Збручанское Тернопольской обл. (XIV в.), либо три купола, как в церкви Михаила в с. Чесники Ивано-Франковской обл. (XV в.). 

В XV - нач. XVI в. в архитектуре небольших храмов появляются черты, непосредственно связанные с народным пониманием прекрасного. В этом плане представляет интерес маленькая церковь Троицы в с. Зимно Волынской обл. (1465), ибо в этом миниатюрном храме, имеющем только неф и апсиду, впервые в каменной архитектуре применен новый архитектурно-конструктивный прием - купола, перекрывающие неф и апсиду, опираются не на подпружные арки и паруса, а на сомкнутый, как бы срезанный на трети высоты свод. Иными словами, неизвестный мастер впервые применил конструкцию залома, хорошо и давно известную в деревянной архитектуре. Купол-верх (баня) с заломом полюбились, вероятно, потому, что эта конструкция открывала широкие возможности для создания торжественных храмов с высотно раскрытым внутренним пространством. 

Известные нам памятники деревянной архитектуры свидетельствуют об их высоком совершенстве. Однако большинство из них не сохранилось. Деревянное народное строительство сохраняло вековой опыт, создавая непрерывную цепь традиций, не позволяло бесследно исчезнуть удачно найденным инженерно-конструктивным решениям и художественно совершенным формам. В них материализовались представления людей о прекрасном, они были неисчерпаемым источником творчества для последующих поколений. 



Музыка



Во втор. пол. ХIII - перв. пол. XVI в. музыка находилась в тесной связи с народным бытом и обычаями, с деятельностью скоморохов, искусство которых объединяло пение, танец, театрализованное представление. Певцы, музыканты, как и ранее, группировались при монастырях и епископских кафедрах. Некоторые певцы сочиняли специальные «песни-славы» (восхваления) в честь боевых подвигов князей и дружинников. Они занимали в обществе довольно независимое положение, и с ними вынуждены были считаться в феодальных кругах. Так, упомянутый в Галицко-Волынской летописи певец Митуса осмелился даже отказаться служить князю.

Профессиональная музыка втор. пол. ХIII - перв. пол. XIV в. оставалась (за небольшим исключением) церковной. Еще в конце ХI в. сформировался самобытный мелодический стиль знаменного пения, или знаменного распева, развивавшийся в церковной музыке на протяжении многих веков. Запись церковных песнопений осуществлялась с помощью специальных знаков, именуемых крюками, или знаменами. Отсюда и произошло название киевского знаменного распева. Каждый знак обозначал один тон определенной длительности и служил для запоминания напевов, передававшихся от одного поколения певцов к другому. Основой знаменного распева являются восемь мелодических групп, которые свободно использовались в качестве канонизированного мелодического материала. Запись церковного пения осуществлял ась также с помощью системы нот, отличавшейся большой сложностью. Сохранившиеся образцы мелодий кондаков (коротких хвалебных песнопений в честь отдельных святых) до сих пор не расшифрованы, поскольку утрачен ключ к их прочтению.

Музыкальную культуру постоянно обогащало народное творчество. На протяжении ХIII - XVI вв. продолжали развиваться народные песенные жанры, связанные с самобытными традициями восточных славян языческих времен, в частности песни (игровые, трудовые, обрядовые и величальные), которыми сопровождались восточнославянские народные праздники земледельческого круга. Зимний цикл песен состоял из колядок и щедривок, весенний - из веснянок, гаивок, русальских песен, весенних танцев и игр, отображавших различные трудовые процессы. Например, сев проса представлен в хороводной игре «А мы просо сеяли», мака - в веснянке «Мак». Летне-осенний цикл включал купальские песни и игры, а также жатвенные песни, в которых возвеличивался труд и урожай как результат этого труда. 

Наряду с календарными развивались различные жанры семейно-обрядовых и бытовых песен: свадебные, причитания, плачи, колыбельные и др. В них, как и в песнях земледельческого календарного цикла, возникали и развивались черты, свойственные украинской музыке. Кроме того, появились новые жанры, отображавшие жизнь и быт украинского народа, в частности казаков. Это в первую очередь думы и исторические песни, которые являются памятниками литературы и музыкального искусства, запечатлевшими героическую освободительную борьбу украинских народных масс.

Стиль исполнения дум отличался разнообразием, эмоциональнои насыщенностью, экспрессивностью. Импровизационная мелодекламация сопровождалась игрой на кобзе-бандуре либо лире. Характерной для поэтического текста дум является свободное метроритмическое строение мелодического напева, речитативный склад. В основе свободной композиционной формы дум лежат своеобразные различные по размеру периоды или тирады (по-народному - «уступы»). Они образуются в связи со смысловым членением текста. Для многих драматических дум характерны напевные и богато орнаментированные запевы - «заплачки», начинающиеся обычно с возгласа «Гей» или «ОЙ». 

Кобзари, бандуристы и другие музыканты пользовались большим уважением и почетом не только среди трудового народа. Их приглашали в господские усадьбы и во дворцы крупных феодалов. Популяризировали они украинскую музыку и за пределами Украины. Так, в конце XIV-XVI в. много украинских музыкантов находилось при дворе польских королей в Кракове. 

Формирование исторической песни относится к XV-XVI вв., но нам известны более поздние варианты этого вида песен. Исторические песни по своему содержанию и идейной направленности имеют много общего с думами. Однако формы художественного выражения здесь несколько иные - они имеют строфное строение с мелодией, зачастую напевной, протяжной, повторяющейся с незначительными вариантными изменениями во всех куплетах. 

Подавляющее большинство песенных жанров относится к хоровой музыке, в которой веками складывались и развивались традиции многоголосного народного пения. Ему свойственно свободное ведение голосов, изменение их количества, слияние в определенные моменты в единый звук (унисон) с последующим расхождением и т. п. 

Шуточные, юмористические и шуточно-танцевальные песни своими корнями связаны с творчеством скоморохов. Они свидетельствуют о здоровом, оптимистическом восприятии мира трудовым народом Украины. В то же время в них отразилось социальное неравенство и несправедливость, высмеиваются представители господствующего класса, духовенства, светские власти. Шуточные песни, зачастую исполнявшиеся с приплясыванием, отличаются четкостью ритма и структуры. Их мелодии просты и подвижны, характеризуются вариантным изменением основных мотивов напева, особенно при вокально-инструментальном исполнении. 

С искусством скоморохов связано развитие различных видов инструментальной музыки. Особенно распространенными в то время были гудок (трехструнный смычковый инструмент), гусли, лютни, свирели, бубны со звоночками, волынка. В казацкой среде преимущество отдавалось таким музыкальным инструментам, как сурмы, бубны, литавры (тулумбасы), лиры, бандуры, кобзы, цымбалы. 

Широкое распространение в народном быту получили танцевальные жанры инструментальной музыки. Наибольшей популярностью из них пользовались гопак и казачок. Они стали известны многим народам, их мелодии были включены в целый ряд западноевропейских сборников органной и лютневой музыки того времени, например в органную табулатуру Яна из Люблина (1540), итальянскую лютневую табулатуру Сантино Гарей да Парма и др. Есть сведения о том, что эти танцы исполнялись даже на свадьбе польского короля Сигизмунда 1 с миланской герцогиней Боной Сфорца. Можно назвать и другие факты, подтверждающие тесные контакты и взаимосвязи украинской и польской музыкальных культур. Так, выдающийся теоретик и композитор XV- нач. XVI в. Себастиан из Фельштина (вблизи Перемышля), считающийся отцом польской музыки, по происхождению украинец. Он постоянно называл себя «роксолянус» . 



Театр



Народные игры, известные на Руси еще с древних времен, на протяжении ХIП - перв. пол. XVI в. обогащались новыми средствами сценической выразительности и постепенно приобрели более развитые формы театрального зрелища. Если в обрядах (свадьба, похороны, праздник Ивана Купала и т. п.) имелись только зачатки театральности, то в народных играх, в частности в трудовых песнях, хороводах, веснянках, гаивках, уже более заметны элементы народной драмы, пантомимы, балета. Это содействовало превращению игр в драматические бытовые сценки, в фарс или комедию. 

В народных играх широко имитировались трудовые процессы (пахота, сев, собирание урожая) и поведение животных, зверей, птиц. При этом использовались такие экспрессивные сценические средства, как слово, движение, мимика. Применялись также маски, примитивный грим: краска для лица, усы и бороды из пакли и шерсти. Передавались понятия и условными знаками, образами: красочно одетая девушка символизировала весну, седой дед - мороз, мужчина в белой маске, в женской белой рубашке, с косой в руке - смерть. 

Драматическое действие народных игр в соединении с диалогом, пением, пластическими движениями, танцем, жестами, мимикой, ряжением несло в себе элементы театра, которые, однако, не раз вились в самостоятельное сценическое искусство, как это имело место, например, в Древней Греции. 

Представление о народных играх втор. пол. ХIII -перв. пол. XVI в. дают те образцы, которые сохранялись в народном быту вплоть до недавнего времени и были описаны в XIX- нач. ХХ в. 

Во втор. пол. ХIII- перв. пол. XVI в. получило дальнейшее развитие такое явление в истории театра восточных славян, как представления скоморохов - народных лицедеев, певцов, музыкантов, танцоров, клоунов, фокусников, акробатов, борцов, дрессировщиков. Скоморошество возникло и развилось вместе с народными праздничными играми и некоторыми обрядами задолго до объединения восточнославянских племен в Древнерусское государство. Древнерусские писатели и летописцы определяли народных лицедеев словами игрец, гудец, свирец, сопельник, плясец, глумец, глумотворец, смехотворец , прелестник и др. Со второй половины ХIII в. в письменных памятниках древнерусских авторов для их обозначения употребляется слово скоморох. Этимология этого слова до сих пор не установлена, хотя существует множество научных гипотез. 

О бытовании в Древней Руси скоморошества свидетельствуют упоминания о нем в былинах киевского цикла, изображения на фресках Софийского собора в Киеве (ХI в.), на пластинчатых браслетах из Киева и других городов, на серебряной чаше из Чернигова (ХII в.), на миниатюрах Радзивилловской летописи (XV в.). 

Скоморохи разделялись на оседлых и бродячих. Оседлые выступали главным образом на игрищах во время праздников, на свадьбах и т. п. Бродячие объединялись в ватаги и переходили с места на место, посещая даже далекие страны. Например, великий итальянский поэт Л. Ариосто в своей поэме «Неистовый Орландо», которую он писал в течение 1507-1532 гг., упоминает о том, что «русские и литвины» (т. е, русские, украинцы и белорусы) водили медведей по ярмаркам. 

Комические сцены, иногда импровизированные, скоморохи разыгрывали под открытым небом, на площадях, посреди улиц, на ярмарках, обходясь обычными ширмами, за которыми они переодевались и гримировались. 

Источником искусства скоморохов было устное народное творчество. Они являлись не только исполнителями, но и создателями устной поэзии, музыкального и танцевального фольклора. Народ любил скоморохов за то, что получал эстетическое наслаждение от их развлекательных выступлений, за демократическое содержание их искусства. 

Нередко в острой, сатирической форме скоморохи высмеивали церковников и светскую знать. И сам внешний вид скоморохов, их короткополая одежда (что считалось тогда грехом), маски во время выступлений (церковь боролась против «москолудства» уже с ХI в.), «бесовское» поведение вызывали неудовольствие духовных и светских феодалов. 

К концу XVII в. вследствие общественных и бытовых перемен, происшедших в городах и селах Украины, скоморохи утратили прежнее значение, я как явление культуры скоморошество исчезает. Однако традиции синкретического искусства скоморохов дожили в России, на Украине и в Белоруссии до начала ХХ в. 

С принятием христианства в культуре Украины появляются и элементы церковного театра. Из немногих образцов религиозной драмы, имеющихся в византийском православном культе, в Киевской Руси, а позднее и в Украине был известен до самого начала ХХ в. один - «омовение ног». Содержание этого действа основывалось на евангельском рассказе о таиной вечере, во время которой Христос омыл ноги своим ученикам. Разыгрывалась эта сцена в страстный четверг праздника Пасхи посреди церкви. Роль Христа исполнял архиерей, роли апостолов - двенадцать священников. 

Православный культ, отличаясь консерватизмом, не допускал перенасыщенности зрелищными элементами, характерными для католической обрядности, и достаточно свободной интерпретации религиозных сюжетов, присущей протестантской церкви.

Таким образом, в Украине на протяжении втор. пол. ХIII перв. пол. XVI в. существовали различные начальные формы театральных зрелищ, вошедшие составными элементами в театральное искусство последующего периода. 






Заключение



Как видим, во всех жанрах художественного творчества украинский народ в конце XIV - начале XVI в. достиг больших успехов. Торжество народных идеалов прекрасного, их высокоодухотворенное выражение обусловили чарующую прелесть, красоту и непреходящую ценность памятников архитектуры и всех видов изобразительного искусства, созданных в этот период. Они являются достойным вкладом в сокровищницу мирового искусства.

Несмотря на тяжёлые последствия нашествия орд Батыя, сложность и противоречивость условий исторического развития украинских земель, в ХIII - перв. пол. XVI в. начался процесс становления культуры украинского народа. Важное значение для формирования характера культуры имело культурное наследие Древней Руси. Влияние древнерусских культурно-просветительных традиций сказывалось на уровне и характере просвещения, в литературе, живописи, архитектуре. На украинских землях переписывались литературные памятники, созданные в Древней Руси (летописи, ораторско-проповеднические сочинения), бытовала переводная литература. 

В искусстве и литературе наряду с традиционными элементами находят место и новые, связанные с распространенным в то время в Европе гуманизмом Возрождения. В ХV - перв. пол. XVI в. на украинские земли проникают идеи гуманизма. Носителями этих идей стали впоследствии известные всему миру поэты, публицисты, ученые - выходцы с Украины.

В живописи заметно стремление к утверждению реалистического взгляда на природу, на место человека в ней. Устанавливаются эстетические принципы, способствующие укреплению светских тенденций в культуре. В живописи углубляется интерес к духовному миру человека. Значительно совершенствуются архитектурные приемы. 

Огромное значение для дальнейшего развития культуры Украины имело книгопечатание, начатое на восточнославянских землях белорусским просветителем Франциском Скориной. 

Отличительные черты культуры украинского народа наиболее четко проявились в устном народном творчестве. Под влиянием освободительной борьбы против иноземного господства, против турецко-татарских вторжений народ создает исполненные высокого патриотизма, любви к своей родине фольклорные произведения - думы, исторические песни. На народной основе развивались музыка и театр.