Старообрядческая Риторика в 5-ти беседах

Старообрядческая Риторика в 5-ти беседах.

Аннушкин В. И. 

Нами публикуется перевод известного сочинения старообрядцев Выговской пустыни "Риторика в 5-ти беседах" (см. главу 2, § 6). Публикация текста с разночтениями по нескольким спискам была осуществлена в сборнике "Мир старообрядчества. Выпуск 3. Книга. Традиция. Культура. М., 1996, с. 189-243". Хотя язык петровской эпохи представляется достаточно прозрачным по смыслу, читателю будет интересно и полезно познакомиться с его современной интерпретацией, в которой достаточно ясно представлено множество практических рекомендаций к использованию приемов риторического искусства, каким они представлялись ритору начала XVIII столетия.

Переводится текст 1-й редакции "Риторики". 2-я редакция дается в скобках с пометкой *. В скобках возможны также синонимические пояснения. Терминологию мы старались не переводить. Но в отдельных случаях для прояснения смысла это сделать пришлось, например, термин "повесть" в переводе толкуется как повествование (см.II, 6-7).

Нумерация вопросно-ответных статей в тексте – моя (А.В.).

Беседа 1-я предисловная.

1. Вопрос:Что есть риторика?

Ответ: Риторика есть искусство хорошо говорить.

2. Вопрос: Что значит хорошо говорить?

Ответ: Хорошо говорит тот, кто составляет свою речь так, что может достичь цели, которую поставил, то есть: если кто-то хочет кого-то хвалить, цель его речи - привести хвалимого (человека) в великую честь и славу от своих слушателей. Если его речь будет составлена так, что сможет исполнить свое намерение и исходатайствовать честь тому человеку, похвала которому говорилась, то хорошо говорит; если же нет - плохо и не риторически.

И еще: если кто кому-либо о чем советует, то имеет намерение привести к делу, о котором советует. Если приведет, очевидно, что хорошо говорил; если нет - иначе.

3. Вопрос:Если же кто советует кому склониться к греховному делу (можно ли сказать о нем, что) он хорошо говорит?

Ответ: Согрешает на Бога тот, кто злобно говорит по намерению и нраву, но хорошо по правилам речи. Подобно меч служит для неправедного убийства, ибо творит зло по злому своему намерению. Но если меч создается искусным и прекрасным мастерством, то (о нем) говорится, что правильно создан (используется), и творец его называется не злым человеком, а искусным художником.

4. Вопрос: Что следует соблюдать, дабы смог столь совершенно говорить, ибо известно, что немногие достигают намеченной цели, хотя и много говорят?

Ответ: Для этого и изобретается риторическое искусство, содержащее в себе многие и различные правила, наставляющие к хорошей речи. Если ты со всем желанием попытаешься (овладеть ими), то обретешь много их у меня, ибо хотящему все бывает возможно.

5. Вопрос: Потому и пришел к тебе, что великое стремление к этому искусству имею, полагая, что оно более других полезно в человеческой жизни.

Ответ: Тогда я преподам тебе краткое и ясное наставление, будто за руку ведя тебя, о том, как можешь составить совершенную и не лишаемую своего намерения речь. Для большего удобства и сам буду излагать правила к подобию тех, по которым можешь составить некую особую речь, чтобы (ты) не только видел меня учащим, но и творящим. И так в совершенстве сугубым учением, то есть моими словом и делом, будешь наставлен.

Во-первых, должно узнать, сколько есть родов речи, затем сколько частей имеет речь, затем на какие части разделяется се искусство риторов (разделы риторики), или что необходимо знать ритору, дабы его речь была доброй и совершенной.

6. Вопрос: Поведай, сколько есть родов речи.

Ответ: Три.

7. Вопрос: Каковы они?

Ответ: Совещательный, судительный, украсительный.

8. Вопрос: Что такое советовательный род речи?

Ответ: (Советовательный род) есть, когда советуем кому-либо сделать доброе или оставить злое.

9. Вопрос: Что такое судительный род речи?

Ответ: (Судительный род) есть, когда судим и разделяем правду от неправды и истину от лжи.

10. Вопрос: Что такое украсительный род речи?

Ответ: (Украсительный род) есть, когда прославляем или хвалим некоего человека или вещь.

11. Вопрос: Есть ли другие роды речи?

Ответ: Нет, но в этих родах все различия человеческой речи заключаются, ибо всякий человек либо говорит в уме своем сам с собою, либо с другим человеком. Если (говорит) сам с собою, то рассуждает, испытывая истину умом; если с другим беседует, то говорит ему, чтобы тот или сделал нечто, выслушав, или уверился в чем-либо, восприняв некое мнение. Если первое, то советует; если второе, то славит или хвалит нечто. [2-я редакция: Если первое, то советует; если второе, то рассуждает; если же третье, то славит или хвалит нечто]

12. Вопрос: Поскольку я желаю быть искусным в церковных проповедях, скажи, какой род речи приличен к проповедованию?

Ответ: Во все праздники Господни и памяти святых приличен украсительный род речи, ибо подобает говорить похвалу тайне (таинствам?) и величию Божию и угодникам Его. Судительный же род речи нечасто случается (использовать) церковным риторам, разве когда ритор простирает слово на опровержение лживых еретических догматов. По все же дни недели используется советовательный род речи, ибо тогда проповедник должен черпать нравоучение от евангельских христовых слов и либо отводить от греха, либо наставлять к добродетелям.

13. Вопрос: (Ты) совершенно сказал (кончил говорить?) о родах речи. Расскажи еще по обещанию твоему и о частях речи. Во-первых: сколько частей речи имеет риторическая речь?

Ответ: Всякая речь состоит из четырех частей:

1) начало, или приступ к речи, или предисловие;

2) предложение, иногда же повествование вместо предложения;

3) подкрепление, или утверждение;

4) окончание, или пословие.

14. Вопрос:Расскажи особо о каждой части: что есть начало, что - предложение, что - подкрепление и что - пословие.

Ответ: Начало речи есть ее первая часть, приготовляющая проповедника к говорению, а слушателя - к слушанию. Предложение же есть изъявление того, о чем собеседник собирается говорить, чтобы прежде всего люди узнали вкратце, что должно говориться. Подкрепление же есть собрание доводов и аргументов, которыми укрепляется предложенная речь. Пословие же есть завершение речи, содержащее кратко в себе все сказанное для запоминания слушателями и побуждающее слушателе к конечному уверению и заключению.

15. Вопрос:Нет ли иных частей речи?

Ответ: Другие риторы имели обыкновение разделять речь на многие части, но все те части заключаются в этих четырех, о которых беседуем. Ибо повествование, разделение и опровержение, которые полагаются иными (риторами) как особые части, могут быть заключены без труда в этих четырех: повествование и разделение - в предложение, опровержение - в подкрепление вмещаются.

16. Вопрос:Что такое новопредложенное повествование и прочие части?

Ответ: Скажи о них в другом месте, когда обратимся к полному учению о каждой отдельной части речи. Ныне же беседа достаточна, дабы память была насыщена немногим повествованием, а больше удержать не может.

Беседа 2-я, в которой предлагаются (сведения) о каждой особой части речи.

1. О начале. Вопрос: Узнал из прежней твоей беседы, что такое каждая часть речи. Поведай еще, как и обещал, полное учение о каждой из этих частей. Прежде всех других - о начале: как его составлять и чего в нем следует держаться, дабы оно было совершенным?

Ответ: Никого иного за проводника в этом учении не приемлю, как искуснейшего более всех других древних красномолвцев и риторов Марка Туллия Цицерона. По его учению ты должен соблюдать три требования в начале речи: во-первых, (чтобы оно было) любовно, во-вторых, разумно, в-третьих, чтобы слушатель послушал тебя со вниманием. Поэтому в начале своей речи ты должен изыскать от слушателей любовь, предложить разумно содержание речи и добиться внимания.

2. Вопрос: Но как могу получить все это?

Ответ: Соблюдай следующие правила, чтобы тебя выслушали с любовью и (тогда) получишь это через следующее: если унизишь смиренно самого себя и покажешь неравным (слушателям), говоря о таких тайнах (таинствах) или высказывая нравоучение перед столь честными слушателями. Скажи, что движимый любовью к слушателям, надеешься и на их взаимную любовь, да не погнушаются и от малого источника почерпнуть воду спасения. Либо же воздай похвалу слушателям, одобряя их великое желание услышать слова Божии, хотя и глаголемые недоуменными устами и прочее, этому подобное.

3. Вопрос: Что же сделаю, чтобы преклонить их ко вниманию?

Ответ: Любовь исходотайствуешь, смиряя твое лицо и превознося слушателей, как и было сказано. Внимание же можешь получить, говоря о самом предмете, о котором предстоит твое слово. Это возможно двумя способами: или обещая говорить о неких великих и удивительных вещах, или - о потребных, очень нужных и полезных самим слушателям.

4. Вопрос: Но как еще создам разумное содержание слушателям, чтобы сначала узнали, а потом хорошо поняли сказанное?

Ответ: Достигнешь этого, если предложение будет составлено по правилам, о которых скажу ниже.

5. Вопрос:Есть ли еще иное, чего следует придерживаться в начале слова (речи)?

Ответ: Есть еще три (требования): пусть начало будет 1) краткое, 2) ясное, 3) свойственное, то есть одному тому слову приличное. И потому ошибочно, если противоположные (свойства) в начале речи обнаружатся, то есть если начало будет длительным, или темным, или общим, а значит могущим быть привязанным не только этому, но и ко многим другим речам. Но ничем начало так не портится, как если оно неясное и невразумительное (плохо понимаемое). До сих пор - о начале.

6. О предложении и повести.

Вопрос: Что необходимо знать о предложении и повествовании?

Ответ: Во-первых, посмотри, един или множественен предмет слова. Если един, то предложи просто: о том-то и о том-то должен слово говорить и прочее. Если же множественен, то следует разделить предлагаемое и сказать, что должен говорить в начале о том-то и так далее. Кроме того, пусть предложение будет кратко и сем разумительно, а потому путь слагается из слов простых и известных всем слушателям. [2 ред: Так подается разум слушателям], о чем в начале ты спрашивал.

7. Вопрос: Что скажешь о повествовании?

Ответ: Повествование в предложении бывает тогда, когда предлагается слово о похвале или хуле, или о рассуждении (разборе) одного вопроса или многих. Как если бы ты хотел похвалить крепость некоего мученика Варлаама, рука которого должна была удержаться над идольским алтарем, возлагая фимиам, потому что не желая терпеть сильного пламени над алтарем [2-я* ред.: опустил фимиам на алтарь с жертвой идолу], мужественный Варлаам удержал крепко руку с кадилом, пока вся не сгорела и не выпустил на алтарь фимиама. Если, скажем, в этом или ином деле, захочешь хвалить, тогда положи в начале повествование вместо предложения украшенно (* кратко) и по правилам, затем же приступай к подкреплению.

8. Вопрос:Каковы же правила украшенного повествования?

Ответ: Да будет повествование кратко, ясно, благоприятно и верно. Кратким будет повествование, в котором показано только то, что необходимо 1) твоей цели и 2) доброму пониманию слушателей. А для того, чтобы ничего лишнего в нем не обреталось, следует видеть, откуда начать и где его окончить. Начни же оттуда, откуда имеет начало дело, тобою хвалимое. И кончи там, где это дело конец имеет. Например, если бы ты принялся хвалить не все житие, но одно вышесказанное дело святого мученика, тогда тебе следовало бы начать с того, как гонитель, чья месть была побеждена крепостью мученика, сотворил хитрый умысел на святого. Кончить же там, где говорится, как святой мужественно удержал руку и не дал ей быть одоленной огнем. Прочее же, не относимое к твоему слову, прилично опустить.

9. Вопрос: Каким образом повествование будет светлым, благоприятным и достоверным?

Ответ: Светлость происходит от краткости. Да будет к тому же повествование расположено по порядку, немногословно и не имеет больших препятствий. Погрешит против этого правила тот, кто сказанное выше повествование представил: будто хитрая злоба мучителей на святого замыслила посмотреть, как он повелел (себе) держать над богомерзким алтарем, который подобает назвать не алтарем, а печью бесстыдства, руку вверх ладонью обращенную и возложить сверху ее кадило и прочее. Это повествование столь затемнено многоречием, частыми и долгими препятствиями, что даже читающему, а не только слушающему, понимать трудно.

Благоприятно же повествование бывает, если в нем заключаются нечто неожиданное и удивительное или всеми восхваляемое. Также если украшается (не только?) избранными словами, но светлыми и иными украшениями будто цветами. Как изобретаются украшения, об этом после будет сказано особо.

Повествование будет достоверным, если: 1) в нем все будет согласовано, а не противоречить друг другу; 2) да будет все удобным. Отсюда повествование о святом Иерониме является лживым, (ибо) некто в нем повествует, будто святой Иероним после своей смерти обезглавил некоего человека за ересь. Ересь же его, как говорилось, была в том, что держался (мысли), что две воли имеются во Господе Христе. Это (событие) не могло случиться Божиею силою, поскольку не ересь, но сами истина и православие исповедуют две воли во Христе Господе. И противоположное (утверждение) о единой воле есть мудрствование и ересь. 3) да будет все данному лицу свойственное, времени и месту приличное. Отсюда представляется недостоверной повесть о рождении и воспитании святого Онуфрия, в которой повествуется, будто персидский царь поверг сына своего Онуфрия дьявольским повелением в огонь, испытывая, сгорит ли. Тот же был взят невредимым по повелению ангелов, которые и оберегали многие дни отрока, шедшего через пустыню. И когда отрок пришел в некий монастырь, (ангелы) вручили его инокам для воспитания. Так сплетаемое царскому лицу не может быть свойственно. 4) достоверное повествование создается, если имеются достоверные свидетельства, происходящие от святого писания историков. Чтобы узнать в совершенстве прочее о повествовании, читай избранные повести святого Василия о святом Варлааме, о Меркурии о сорока мучениках, Иоанна Златоуста - в книге против язычников, о святом Вавиле и многие повести о страданиях древних святых, во 2 и 3 книгах о смотрении Божием и прочее.

До сих пор - показано о предложении и повествовании.

10. О подкреплении.

Вопрос: Создав начало и предложив (предмет речи), или вместо простого предложения создав повествование, как должное подкрепить предложенное или повествованное?

Ответ: Прежде всего необходимо собрать доводы и доказательства, которыми предложенное слово (тема?) может подкрепиться.

11. Вопрос: Но как и откуда следует избирать доводы?

Ответ: Для этого существуют изобретенные места: одни - внутренние, другие - внешние. Через сказанное в них можно обрести все доводы и доказательства словно некое сокровище.

12. Вопрос: Скажи же мне эти места.

Ответ: Преподав краткое учение к познанию частей слова (речи), приступим к разделам риторического искусства, как и прежде обещали, и тогда уже те места будут показаны. Здесь же следует вкратце знать, что всякая речь подкрепляется двумя способами: во-первых, утверждая свою речь, во-вторых, отметая все противоположные твоей речи доводы. Ибо как город мы привыкли защищать двумя способами: первый - ограждая его высокими и твердыми стенами, второй - отвергая все вредное и отгоняя нашествие врагов, - так и в подкреплении речи следует действовать, но всё это будет изложено впоследствии. До сих пор - ныне, впоследствии же о подкреплении будет показано пространнее.

13. О пословии или окончании речи (*4-я часть).

Вопрос: Скажи теперь о последней части речи (слова), которую называешь пословие или окончание речи.

Ответ: Прежде всего о том есть приснопамятное правило: да позаботишься в конце речи (слова) о всей риторической силе, ибо хотя слово и всюду должно иметь свою красоту, но особенно в окончании бывает или хвалимо, или хулимо.

14. Вопрос:Есть ли какое-либо точное определение, каким должно быть совершенное окончание слова?

Ответ: Должно знать, что эта часть имеет два особых требования: первое - краткое сочинение (перечисление по порядку) всех доводов и аргументов, положенных в подкреплении; второе - возбуждение подобающих слов и страстей, которыми, будто некою нуждою, слушатель подталкивается к пониманию твоего намерения.

15. Вопрос: Как следует сочислить все, о чем во всей (речи) говорилось?

Ответ: О том следует держаться двух правил: первое - вспомнить только основные из выше сказанных доводов, и то вкратце, ибо если будешь долго говорить, то не перечисление, а будто новое слово вознамеришься сочинять; второе - создай такой приступ к перечислению, будто случайно, а не искусственно сотворил его, ибо знай, что преизящная мудрость риторического искусства состоит в том, как приступают к такому перечислению. Итак, все прежде сказанные доводы для памяти вашей перечислим вкратце, как и сказал: это, это и прочее, ибо здесь показывается, по какой причине перечисляется вышесказанное, а потому и искусный замысел обнажается.

16. Вопрос: Но как должен возбудить страсти в слушателях?

Ответ: О возбуждении страстей будут особые правила, которые в совершенстве изучишь. Пока же для тебя достаточно знать это общее правило к возбуждению всех страстей, усматривая хорошо, какую страсть в твоем слове следует возбуждать. Начни рассуждать сам о себе и о своей природе, размышляя, что в тебе самом может возбудить ту или иную страсть, чем был бы преклонен к любви, милосердию, желанию, что тебя воспалило бы гневом, поразило бы страхом, привело к ненависти и прочее. Рассмотрев таким образом, что необходимо найти к возбуждению какой-либо страсти, произноси это своим слушателям. Итак, для того, (чтобы) без труда намеченным возбуждением впечатлить слушателей, знай, что наиболее угодно к возбуждению страстей то, что тобою самим наиболее движет. Таково общее и истинное правило подвигать страсти.

17. Вопрос: Следует ли подвигать страсти только в этой последней части речи или можно и в прочих?

Ответ: Возможно и прилично делать это и в прочих, но здесь в окончании - наиболее свойственно.

18. Вопрос: Для чего необходимо это делать?

Ответ: Чтобы так одобренным окончанием все слово сильнее утвердилось и в сердцах слушателей осталась некая необходимость, понуждающая их в конечном итоге к делу, о котором ты советовал.

19. Вопрос: В первой беседе ты обещал создать вместе со мною пример представленного учения, слагая слово по преподанным правилам. Поскольку ты уже изложил это учение, начни прочее.

Ответ: Хорошо это помню, но прежде следует постичь еще пять частей риторического искусства, которыми можешь создать все слово будто некими орудиями. Впрочем, начало и предложение можно оставить и без помощи упомянутых орудий.

Начнем (осуществлять) наше намерение и возьмем слово против еретиков, в котором общая (тема) будет следующей: "Справедливо все еретики предаются анафеме от святой церкви". Сложим начало и предложение в этом слове так: подвигнем к любви слушателей, похваляя их толикую ревность благочестия, когда не требуется поощрять их на гнев против еретиков. (Потому) предлагаем краткую причину нашего слова так: "да явится праведный, а не безрассудный гнев святой церкви на еретиков".

Разум же преподам слушателям, прозрачно изъясняя, о чем собираюсь говорить, например: хотим показать, что еретики достойны проклятия. А поскольку внимание, как прежде сказали, возбуждается более всего, если проповедник обещает поведать что-либо удивительное, странное и великое, то, прежде всего скажем здесь, коль велика и ужасна казнь анафема и коль равно и жестоко такою казнью святая церковь наказывает еретиков. Сказав это, выполняем обещание показать, как изобретается достойная причина такого гнева на еретиков и столь страшной их погибели, ибо обещаем показать великие и удивительные вещи.

20. Вопрос:Как же все это сможем выразить избранными словами?

Ответ: Не сможешь (сделать этого), не узнав от меня обещанных риторических орудий.

21. Вопрос:Время пришло, чтобы ты открыл их мне.

Ответ: Ритор должен соблюдать пять дел (обязанностей), когда создает слово: первое - изобрести каждую часть, (то есть) как начать, как предложить, как предложенное утвердить, как окончить слово; второе - расположить приличным порядком все те идеи и особенно доводы, имеющиеся в подкреплении: какие из них прежде, какие после должны быть; третье - следует позаботиться о том, как изобретенное и в порядке расположенное сможешь выразить, то есть какими словами, какими идеями все то благополучно объявить, да будет слово благоприятно не только для ума, но и для слуха; четвертое - как предать памяти все таким образом изобретенное, расположенное и изреченное; пятое - каким образом крепко водруженное в память проповедовать (* произнести) вслух и всенародно.

Отсюда ясно, что вся риторическая наука содержит пять частей: взыскание (изобретение), расположение, изречение, память, проповедание (произношение). Познав эти подобающие правила в совершенстве, ритор приготовляется к созданию слова.

22. Вопрос: Начало и предложение слова ты уже изложил - есть ли создаваемое нами слово только просто изобретенное?

Ответ: Да, ибо всегда подобает слагать слово не только в уме или в памяти основывая изобретение, но прежде напиши просто на бумаге все изобретенные доводы, ибо если соберешь многие, то быстро выходят из памяти в забвение. Также и размышляя о порядке, в котором расположить, помечай числом: этот довод первый, этот - второй, как тебе покажется (наилучшим). Избирая таким образом прекрасные слова и иные творения, о которых после в изречении будет говориться, пиши на чистой бумаге окончательное слово (речь).

23. Вопрос: Если так, молю тебя: не медли сказать мне правила столь полезных частей риторики.

Ответ: Это дело требует особого времени, потому отложим его до следующей нашей беседы.

Беседа 3. О изобретении.

1. Вопрос: Что есть изобретение?

Ответ: Изобретение есть первая часть риторики, научающая изобретать доводы и аргументы предложенного слова.

2. Вопрос: Что есть довод?

Ответ: Довод есть укрепление (доказательство), творящее достоверное повествование.

3. Вопрос: Есть ли разные виды доводов?

Ответ: Есть.

4. Вопрос: Многократны ли?

Ответ: Сугубы: уверяющие и понуждающие. Уверяющими называются просто доводы или аргументы, понуждающими же называются страсти.

5. Вопрос:Какие страсти возбуждаются в человеке?

Ответ: (Под страстями) понимай любовь, милосердие, гнев, ненависть, отвращение, боязнь, скорбь и прочее. Страсти не просто уверяют, но словно необходимостью влекут к желанию того, о чем говорит проповедник.

6. Вопрос: Требуют ли иногда доводы для подкрепления самих себя иных доводов или должны быть сами собою тверды и убедительны?

Ответ: Многие доводы требуют (дополнительных) доводов. Потому называются двояко: одни - основание, другие - умножение.

7. Вопрос: Что есть основание и что есть умножение?

Ответ: Основание есть простое доказательство (подкрепление). Умножение же не просто крепкое, но очень крепкое и великое доказательство творит и отличается от основания тем, что основание только подкрепляет то, что кажется нетвердым, умножение же подкрепляет нетвердое и творит великим то, что мнится быть невелико - и тем умножение отличается от основания.

Пример: Святой (Иоанн) Златоуст хочет показать как патриарх Иаков, имевший великую скорбь о погубленном Иосифе, говорит во 2-й книге о Божием провидении: Братья Иосифа, показав отцу его окровавленную одежду, удручили Иакова великой скорбью. И рыдал он не только о самой смерти, но и о необыкновенном виде ее. И многие (мысли) стеклись (смешались), что помрачили его ум и ввергли едва не в отчаяние: как сын любимой жены, как лучший из сыновей, как более всех любимый, и что еще в самом цветущем возрасте, и что им же самим посланный, и что ни в доме, ни на ложе, ни отцу предстоящий, ни сказавший ничего, ни послушавший, и что не общей для всех смертью, но живой был растерзан свирепыми зверями, и мощей его обрети нельзя и земле предать, и что скорбь сия не в молодости Иакову случилась, когда лучше ее перенести можно, а в глубокой старости, До сих пор - Златоуст.

Здесь видишь, как для подкрепления слова о скорби Иакова достаточно, казалось бы, упомянуть о смерти сына, * он же, хотя показать ту великую скорбь - и посмотри, коль изрядно отовсюду собрал умножение, соединив те слова, которые умножают боль. (* он же, восприняв духом ту великую скорбь, выразил словами - и коль изрядно все описал умножением, совокупив те (слова), которые умножают боль и слезы не только слушателям, боящимся Бога, но и имеющим бесстрашие).

8. Вопрос: Воистину это учение избранно и сильно. Но каким образом смогу изобрести доводы, страсти, основание и умножение?

Ответ: Эти места тщательно описаны древними риторами. В них словно в хранилищах сокровищ можно обрести все для подкрепления (доказательства). (Места) же бывают двух видов: внутренние и внешние.

9. Вопрос:Каковы суть внутренние места?

Ответ: Внутренние места (касаются) внутреннего (содержания) самой вещи или находятся внутри рассуждения, составляемого о ней. Числом же их - 16:

1) описание,

2) разделение частей,

3) сказ об имени,

4) сопряжение,

5) род,

6) вид,

7) подобие,

8) неподобие,

9) противоположение,

10) привязуемые,

11) предидущие,

12) последующие,

13) невместимые,

14) причина,

15) действие причины,

16) сравнение большего с меньшим и меньшего с большим, подобного с подобным.

(* Таковы внутренние места).

10. Вопрос:Каковы внешние места?

Ответ: Внешние места - двух видов: свидетельства слова и образы дела.

11. Вопрос: Каковы свидетельства слова?

Ответ: Свидетельства слова суть писания Ветхого и Нового Завета, правила церковных соборов, сочинения святых отцов, изречения мудрых и почитаемых мужей. Также - доводы живых свидетелей и прочее.

12. Вопрос: Что такое образы дела?

Ответ: Образы дела суть все добрые или злые деяния древних мужей, о чем написаны многие повести в Ветхом Завете, в книгах Бытия, Исхода, Чисел, Второзакония, книгах Судейских, Царств, Есфиры, Юдифи, Иова, Маккавейских, в Новой благодати - евангельские повести и Деяния апостолов. Также - исторические книги, содержащие жития святых или описания древних войн внешними повествователями.

13. Вопрос: Скажи кратко о каждом отдельном внутреннем месте, а о внешних местах, поскольку ясны, не требую объяснения.

Ответ: И о внутренних рассуждать нетрудно. Потому скажу кратко, насколько необходимо к их познанию. Всякая вещь, одушевленная или неодушевленная, имеет в себе некие свойства: одни - согласные, другие - противоположные, словно друзей и врагов. От родства (* дружества) или от согласных свойств вещи происходят (следующие места): описание самой ее (вещи) природы; части, из которых (вещь) слагается; сопряженные или связанные с нею по имени и по природе; род, в котором содержится; вид, который является частью рода; свойство (?), случай (?); причина, от которой происходят дела и плоды (результаты); связанные (обстоятельства), которые сходятся с ними, следуют им или предстоят - и таковы суть место, время, образ, подобие (* пособие), деяния - предидущие, одновременные и последующие; к тому же - равные и подобные. Все эти (места) представляют некую природу вещей и без них ни одна вещь не бывает.

14. Вопрос:Какие места изобретаются от противного?

Ответ: Все те места, в которых содержится некое разногласие или противоположность вещи, например, неравные, неподобные, противоречащие и прочие различия, которыми вещь от других отличается: - или в естестве, как человек от зверя; или в качестве, как сообразительный от медлительного; или в случае, как богатый от нищего и прочее. Всего рассмотренного таким образом достаточно, чтобы познать и понять.

15. Вопрос: Скажи теперь, каким образом должен изобретать доводы в каждом месте для укрепления (доказательства) предложенного слова?

Ответ: Вот что необходимо знать более всего для совершенного уразумения. Знай первое: что во всяком предложении (* предложение же есть всякая речь с законченным смыслом) имеются две основные части - подлог (подлежащее, субъект) и прилог (сказуемое, предикат).

Подлог (* предлог) есть сама вещь, о которой говорится слово (речь), прилог же есть другая вещь, которая к первой словом прилагается и бывает либо согласная, соединяющаяся с первой, либо - противоположной, отделяющейся от нее. Например, предложение "Христос есть истинный Бог" имеет подлог "Христос", ибо это то, о чем говорит предложение, "истинный же Бог" есть прилог, ибо это прилагается словом ко Христу. Причем, прилагается соединением, ибо согласно. В другом же предложении "Слово Божие не есть творение" "Слово Божие" есть подлог, "творение" же - прилог, но поскольку сей прилог несогласован сему подлогу, он приложился не через соединение, а через прекословие и потому не есть истинный прилог.

16. Вопрос: Это понятно мне, но для чего полезно?

Ответ: Познав это, сможешь очень легко изобретать многие доводы, подкрепляющие твое предложение (тему речи?) как во внутренних, так и во внешних местах.

17. Вопрос: Что же должен делать?

Ответ: Иди последовательно через все места, в которых содержатся все родство и противоположность подлога и прилога. И не смущайся, если какое место из числа согласных подлога согласуется с прилогом или из согласных прилога согласовано с подлогом, либо же не согласуется и противится. Ибо если какое из согласных мест прилога согласуется с подлогом, то и сам прилог не согласован с подлогом. Таким образом укрепишь свою речь.

18. Вопрос: Поясни это примером.

Ответ: Примером и показом того пусть будет предложение (тема) выше сказанного слова, которое начинаем здесь слагать. Предложение же было "Еретики достойны проклятия". В этом предложении подлог - "еретики", ибо о них слово. Прилог же - "достойны проклятия". Начнем рассуждать с мест согласия с подлогом. Пойдем к первому месту, которое является описанием (определением) природы вещи (предмета). Смотри, что может быть определением ереси. Святой апостол в своем послании так описывает еретиков: они - в любви осквернители...; без боязни себя пасущие; безводные облака, ветром гонимые, осенние бесплодные дерева, дважды умершие и без корней; свирепые волны моря, вспенивающие свой стыд; звезды прельщающие, которыми мрак тьмы блюдется.

Это описание ереси подходит и к прилогу, то есть "достоинству проклятия", ибо очевидно, что и прилог вместо подлога (здесь) возможен. Потому скажи так: осквернители в любви, без боязни себя пасущие, облака безводные и прочее достойны проклятия. Но таковы еретики. Потому они проклятия достойны.

Итак, если двое согласуются с третьим, то они согласуются и между собой. Ибо когда хотим измерить два столба - равны или не раны, примеряем жезл (сначала) до одного, потом - до другого. И если оба столба равны тому жезлу, то очевидно, что равны и между собою.

Вот уже имеем один довод для нашего предложения, изобретенный от определения вещи.

19. Вопрос:Переходи к другим местам.

Ответ: Доводы собираются отовсюду одинаковым образом, однако хочу удовлетворить твоему желанию. Раздели ересь на части. [Б2 - 2-е место внутреннее] Знай, что много частей (в каждой вещи) и видишь, что также есть и здесь: иная ересь - арианская, иная - несторианская, иная - макидониева, иная - аригенова, иная - евтихиева, аполинариева, савелиева, лютеранская, калвинская, армянская и прочие.

20. Вопрос: Истолкуй еще имя. [3-е место внутреннее]

Ответ: Слово ересь происходит от греческого "самомненное избрание", когда кто-либо так любит свое мнение, что превозносит и оценивает оное выше самой предвечной и откровенной истины от Бога. В этом он подобен гордому дьяволу или ангелу, который восхотел быть равным Вышнему.

21. [4-е место внутреннее] Вопрос:В каком роде содержится ересь?

Ответ: Во лжи.

22. [5-е место внутреннее] Вопрос: В каком виде лжи?

Ответ: В том, который противопоставлен собственной совести и самому Святому Духу: о чем Христос сказал: вы присно противитесь Святому Духу.

23. [6-е внутреннее место] Вопрос: Перейти к подобию. Какое подобие дашь еретикам?

Ответ: Подобны волкам, как и сам Христос их называет.

24. [16-е внутреннее место] Вопрос: Перейди к сравнению.

Ответ: Сравни ересь с другими грехами и найдешь ее мерзкой больше всех грехов пред Богом.

25. [7-е место внутреннее] Вопрос:Испытай к тому противность. Какие блага не могут сочетаться с ересью?

Ответ: Не сочетаются ни мир и тишина, ни любовь, ни благодать Божия, ни, конечно, вечная жизнь. И кроме того, насколько любезно Богу одно из противоположных, настолько мерзко другое. Узнав, сколь любезно и приятно Богу истинное благочестие, ибо называет православную церковь святой возлюбленной невестой, отрадно узнать, сколь мерзко Ему злочестие. 

26. [8-е место внутреннее] Ответ: Также следует рассмотреть и все привязуемые (присоединяемые места): место, время, пособие, образ, деяния, знамения и прочее [** кто, что, где, когда, почему, как]. И тогда обретешь (описание) ереси: помрачающую день спасения и благоприятное время [время], оскверняющую святые места [место], проповедующую свое учение [чем] пособием дьявола и орудием его силы названную в "Откровении" Иоанна и у Даниила устрашением для многих лиц и тому подобное.

27. Вопрос: Испытай к тому же и вину (причину): от кого и от какого корня (рода) происходят еретики?

Ответ: Сам дьявол, отец лжи, рождает еретиков. По словам Господа, вы от отца вашего дьявола происходите и суть плевелы - это образ, - всеянные среди пшеницы от врага человека еретическим мудрствованием. Знай это более всего и всегда храни в доброй памяти как преизобильные места всех укреплений и неисчерпаемые источники.

Они бывают двух видов: первые - привязываемые, о которых уже сказали; вторые - плоды, или исчадия, как бы рождаемые от каждой причины. Часто с помощью одного из этих мест все укрепление (доказательство) в слове создается без всякого труда. Например, поищем, какие плоды рождает ересь и смотри, сколь много их рождает:

[** От рождения: что рождает ересь] Во-первых, повреждает церковь, разграбляет люто овец христовых - и не столько злым и свирепым гонением идолослужителей, сколько умаляется ересью собрание правоверных. И не так повреждаются во время церковной смуты тела человеческие, как души. О том много необходимо говорить в доказательстве.

Как свидетельствовал древний учитель Августин, за короткое время целый мир не почувствовал, как едва ли не весь совратился в арианство. И тогда один только Афанасий Великий был повсюду гоним. Во времена же святого Василия Великого, как свидетельствует его родной брат Григорий Нисский, все население Каппадокии, неповрежденной прежде, повредилось ересями.

И таков первый плод ереси: вред ядовитый и распространяющийся, будто от укуса ехидны происходящий.

[** От общения - что бывает] Второе, что рождает ересь: от самого общения с еретиками соблазн вкореняется в сердца человеческие, и крепость благочестия истребляется. Во многих же и едва ли не во всех входит великое сомнение о вере и истинном учении, (ибо) не знают, где есть истина, и латины ли, лютеране ли или мы, православные, правильно веруем.

(Итак) ересь родит эти два злых плода: первый - уменьшившейся крепости благочестия в людях, как и число благочестивых уменьшается, ибо таковые во время гонения отпадают; второй - другие, имея сомнение в вере, не могут получить спасение. Как свидетельствует святой апостол Иаков в главе первой, сомневающийся подобен волнению морскому, возметаемому и разметаемому ветром - и не знает этот человек, что примет от Бога: двоедушный муж неисправен во всех путях своих.

Третий плод (* исчадие) ереси: новые ереси рождаются, ибо от злого корня ничто доброе не может родиться. Так, от евтихиевой зломудрствующей ереси, будто во Христе одно естество, родилась единовольная ересь, блядословящая, будто во Христе есть только одна воля, и оттого легко происходит и третий блуд (заблуждение): говорить, что если во Христе одна воля и естество, то и Бог (только) страдал (но не человек?). Таким образом Петр Кнафей (?) хулил со беззаконным своим полчищем.

Если же кто-то не принял бы учения Кнафея, то держался бы ереси Евтихия и был бы вынужден изблевать иную хулу, например, будто бы Христос никак за нас не пострадал. Сказав это, дабы не явно противоречить евангельской повести о страстях Христовых, нужно было бы лгать, будто или Христос воспринял неистинное тело, по мудрствованию Маркиана, или иной киринейский человек взял нести у него крест и мучен был вместо Христа, как и ныне буесловят магометане.

Так видим, как от единой ереси многие происходят.

Четвертое исчадие ереси (** неправое толкование писания): ересь есть изменять неправым толкованием слова Святого Писания Господа, которые крепче тверди небесной: небо, сказал, и земля идут мимо, слова же мои не идут мимо - и влечь (эти слова) от вечного и свойственного смысла в некое помраченное и выдуманное мнение, лишь бы не было противно новому изобретенному учению.

Пятое (исчадие ереси) (** низлагают Божественные писания): Еретики дерзают не только затемнять (Святое Писание) лживой речью, но и ниспровергать или дополнять соборы отеческие и сами книги Божественного Писания. За это и монотелиты были осуждены на 6-м соборе. Знавший это святой священномученик Лукиан исправлял книги Ветхого Завета. И на это более всего дерзали нынешние западные супротивники, вложившие в Символ веры невмещаемое дополнение и возлагающие это заблуждение на седьмой вселенский собор. (Они же) растлили многие книги святых отцов, не храня заповеди, изреченные Святым Духом: да не прейдеши предел, который отцы твои положили.

Шестое (исчадие ереси) (** подлогом называют Святые Писания): если не могут явно высказать ложь и разбить обвинения против себя в Священном Писании, отвергают без всякого стыда число правильных книг, подвергая (сомнению) изречения Святого Духа. Так: лютеране и кальвинисты не приемлют книг маккавейских и послания апостола Иакова, римляне - канон апостольского собора, отрицают запретный субботний пост, хулят и некоторые каноны 4-го собора в Халкидоне и все постановления собора в Трулле, ибо во всех постановлениях находят противное своему учению.

Седьмое (исчадие ереси) (** от того лишаются благодати): еретики творят самим себе не иной плод, как только погибельный, ибо лишаются благодати Божией, без которой невозможно творить добрые дела, Ибо как могут ходящие во тьме делать дела света? Хотя некие и мнят чувствующими и живущими благочинно, но мнимые их добродетели - не добродетели, а лицемерные позорища, подобные лесу, стенам и поваленным гробам.

Восьмой плод ереси (** еретики спасения не могут получить, хотя и муки терпят) есть вечная их самих погибель. Ибо даже если бы и старались нелицемерно и со многим трудом о своем спасении, отнюдь обрести его не могут. По слову апостольскому, без веры невозможно угодить Богу - и то лишь истинно, чего без сомнения подобает держаться, ибо даже сами мученики, хотя бы и страдали много, но, ересью поврежденны, не могут спастись. Хотя кто и пострадает, - говорит апостол, - но не венчается, если будет мучен незаконно.

Итак, видишь, сколь изобильно место деяний и плодов, происходящих от какой-либо вещи. И таким (способом) от всех внутренних мест изобретаются доводы.

28. Вопрос:Скажи еще, каким образом от внешних мест избирать разные способы подкрепления.

Ответ: Нет иного способа находить доводы как от внутренних мест, так и от внешних. Ибо всегда должен по прежде сказанному учению найти подлог (о чем говорим) и к нему в местах подыскивать свойственное и приличное и рассуждать так, что если подлогу согласно, то и прилогу прилично. Ибо так безбедно можно изобрести хвалебное и хулительное подкрепление.

29. Вопрос: Покажи теперь особо, как теперь от каких-либо внешних мест изобретешь (* изобретать) приличествующие аргументы и доводы к нашему предложенному слову.

Ответ: Можно изобрести многие доводы от свидетельства слова, а именно: читая Евангелие и апостольские послания, откровение Иоанна, правила соборов, премудрые беседы на еретиков святых отцов и учителей, (как) Афанасия Великого на ариан, евномиан, аполинаристов, Василия Великого на Евналия, Кирилла Александрийского на Нестория, Дамаскина на иконоборцев и прочие.

Вкратце, (например): не достойны ли анафеме те, кто не боятся запрета Христа, рекшего: не собирающий со мною расточает, и кто не со мною, тот против меня.

Также от них (свидетельств) апостол заповедал: отвращайся человека еретика по первому и второму наказу (?); или Иоанн Святой во 2-м послании: если кто приходит к вам и не несет (в себе) этого учения, не приемлите его в дом и не говорите ему: "радоватися" (приветствие). И к ним же (относятся) столь многие соборы (и то, что еретики) отвергались от общения с благочестивыми людьми.

От образа же дел также соберешь многие аргументы и доводы, если, например, будешь читать церковных историков, каковы Евсевий, Памфил, Созомен, Сократ, Феодорит, Евагрий, Никифор, Ксанфопул, Никита Хониат, Кедрин, Зонара и прочие. Но не всех, кого собрать можно, следует вставлять в слово, ибо в таком случае слово было бы безмерное и неудобное для проповеди. Подобает выбирать для рассуждения только некоторые повествования, например, Антоний Великий в "Откровении", видя алтари Божие, разграбляемые свирепыми вепрями, считал это знамением наступающей арианской ереси. (Или) святому Петру, патриарху александрийскому, Христос явился в разодранной Арием одежде.

Таких повестей много найдешь в книге святого Софрония "Лимонарь" или "Цветник". К этому же месту хорошо знать, как родилась, как воздвигла брань на Божию церковь, каких мучеников и проповедников погубила и прочее.

30. Вопрос: Собрав так все доводы, что еще следует творить?

Ответ: Расположить собранное по порядку, и тогда перейдешь ко 2-й части риторики, то есть расположению. Однако еще не все сказали, что должно знать в этой части.

31. Вопрос: Чего же еще недостает?

Ответ: Упомянул прежде о двух видах оснований, на которых доводы изобретения утверждаются, то есть о простых основаниях и умножениях.

32. Вопрос: Скажи и о тех, и о других, чтобы не оставить ничего незавершенным.

Ответ: Простые основания ничем в своем сложении не различаются, но только тем, как (конкретными) средствами утверждают предложение и доводы. Доводы же изобретаются одинаковым образом во внутренних и внешних местах.

33. Вопрос: Есть ли особые правила для умножения (распространения)?

Ответ: Да, есть, и очень необходимое, ибо тот же довод, удачно распространенный, будет крепче (лучше) доказан. Прежде всего знай, что хотя от других мест умножение (распространение) также можно изобрести, но два места наиболее угодны ему: это - сравнение и привязуемые (обстоятельства).

34. Вопрос:Как от сравнения творится умножение (распространение)?

Ответ: Если назову некую вещь подобной или равной другой великой вещи, то через это и первую великой покажу. Желая таким образом умножить (распространить) некий довод, найти другую вещь, которая мнится быть велика или подобна, о чем и в твоем доводе следует говорить. И постарайся показать твой довод или равным той вещи или много больше ее.

Например, святой Иоанн Златоуст, желая показать, коль велико и невозможно постижение несозданного естества разумом, приводит в сравнение святого Павла, который, не будучи в силах выразить глубину судеб Божиих, изумлялся, ибо очевидно было, коль велика вещь, столь изумившая святого Павла. Святой же Иоанн Златоуст показывает далее самое непостижимое естество Божие, и утверждает это через то, что все, чем был подвигнут к изумлению святой Павел, было только очень малой частицей естества Божия. (частицей же называет, по нашему немощному рассуждению, но в естестве Божием нет части).

И (Златоуст) так говорит в Слове 1-м о непостижном:

Павел, беседуя не о существе, а о премудрости, которая действует в Божием промысле - не во всеродном промысле, которым устраиваются ангелы, архангелы и вышние силы, - а о той части промысла, которая способствует жителям земли, и ещё не всю ту часть или частицу использует ("испытывает"):

Ею солнце восходит, ею души бывают вдохновлены, ею тела изображаются, ею смертные питаются, ею весь мир содержится. Но все это - мимо идущее, - и далее рассуждая о некоей части Божия промысла - Это же ею презрел иудеев, народы же избрал. И смотря на ту часть как на безмерное море и бездонную глубину, (Павел) смущается, недоумевает и отходит, и вместе возглашает великим гласом: "О, глубина богатства, премудрости и разума Божия, ибо неиспытанны судьбы и неисследованны пути Его!" (Когда) слышишь, что пути Его неисследованны, (тем самым) говоришь, что и сам Он непостижим.

35. Вопрос: Как от привязуемых (обстоятельств) возрастает умножение (распространение)?

Ответ: Это место, как и прежде сказали, преизобильно для умножения. Ибо рассмотри все привязуемые: место, время и прочее, каждое из этих мест испытай (испробуй) с осторожностью, способны ли они придать удивления и величия вещи. Собрав все это, приложи к слову, которое тебе надо умножить. Таким способом Златоуст часто умножал свои предложения, например, умножил скорбь Иакова по погубленном Иосифе, как ты видел во 2-й беседе. Таким способом и ты можешь умножить вышеупомянутый довод на ненависть к еретикам (если, сказал, кто приходит к вам и не приносит сего учения, не принимайте его в дом и не говорите радуйся): Рассуди лицо, (то есть) кто советует так - Иоанн велегласный, проповедник любви, который в Евангелии и своих посланиях многократно поучает о любви к ближнему (Любящий, говорит, любит и Бога, и брата своего. Если же кто скажет: люблю Бога, а брата ненавидит, то это - ложь и прочее.

И в учении ("представлении") своем ни о чем так не увещевал своих учеников, как о любви к ближнему. Если же такой любящий (человек) и сеятель любви провозглашает такую ненависть против еретиков, что не велит ни приветствовать их, ни в дом принимать, но имеет великую злобу, то вечного проклятия достойна ересь богомерзкая.) 

Здесь ясно видишь, как распространилась злоба Иоанна на еретиков и ненависть к ним только от привязаемого (места), то есть рассуждением от лица.

36. Вопрос: Достаточно и угодно мне (сказанное), но хотел бы хорошо иметь в памяти все места привязываемые и препинаемые, чтобы можно было представлять их без труда , как перед очами, и таким образом удобнее избирать.

Ответ: Тогда изучи и водрузи хорошо в памяти два этих стиха: 1) лицо, 2) вещь, 3) время, 4) место, 5) образ, 6) причина, 7) дело. Эти места необходимы для умножения (распространения).

37. Вопрос: Что заключает каждое из этих слов?

Ответ: 1) Лицо означает того, кто делает нечто, как рассуждали о лице святого Иоанна, выясняя, кто дает такой совет о ненависти к еретикам - это Иоанн, любви проповедник и прочее; 2) Вещь означает сам предмет, о котором рассуждение творится; 3) Время подсказывает рассуждение о времени, в которое нечто творится; 4) Место - на каком месте (нечто делается), ибо иногда время и место дают величие (описанию), например: Славнейшая победа - победить врагов на месте пространном, не имея пространного места для самого себя; (или) Большая милостыня - питать нищих в пути и во время глада, нежели в дому во время изобилия; 5) Образ велит подумать, каким образом нечто сделано, каким орудием, чьим пособием, разумно или нет и прочее; 6) Вина - ради какой причины или намерения, какой цели, славы или пользы и прочее; 7) Дело означает существо деяния, (сделанного) умом, руками, (каким) трудом (тяжкого?), совершенного правильно и прочее.

38. Вопрос: Вижу, что совершенно сказал обо всем изображении доводов. Поведай к сказанному и о расположении: как и каким образом столь многие изобретенные вещи чинно (по порядку) и без всякого ненужного смешения обретут подходящее им место в слове.

Ответ: Поскольку желанием твоим сотворить сие не пренебрегу, но уже долго беседовали и преклонился день - время закончить ныне, утром же при восходящем солнце время будет более подходящее начать беседу и о прочих риторических правилах

Беседа 4-я О расположении и выражении.

Часть 1-я. О расположении.

1. Вопрос:Желая беседовать о расположении, скажи прежде всего, нужна ли эта часть для (составления) слова или иногда ее можно опустить?

Ответ: Нужна настолько, что, отставив эту часть, изобретенное доказательство потеряет всю свою силу. Как войско без порядка и доброго устроения бывает некрепко, хотя бы и сильных мужей имело. Но знай, что расположение требует более рассуждения, чем быстроумия, ибо быстроумием доводы изобретаются, разумным же промыслом (умственным размышлением) - располагаются.

2. Вопрос:Эта часть требует много больших правил, нежели изобретение, ибо быстроумие, как природная сила, может возлететь куда хочет и постигнуть то, что требуется; рассуждение же не что иное есть, как того же ума упорядоченное обуздание и истязание.

Ответ: Все, созданное по рассуждению, бывает сделано по правилам (из правил), но многих правил определить невозможно, поскольку само каждое рассуждение и есть правило.

3. Вопрос:Но поскольку некие (правила) доселе уже были описаны, данные правила показать мне не пренебреги.

Ответ: Хотя расположение требуется всему слову, но в разных частях, составляющих слово, (оно) имеет разные правила: одни - в начале и предложении, иные - в доказательстве, иные - в окончании.

4. Вопрос: Что следует знать о вступлении?

Ответ: Во вступлении и предложении да будет известно, что следует прежде всего привнести такие слова, которые склоняют слушателей ко благоволению и любви, и ничто так не нужно, как это. Ибо как люди могут увещаться и прилежно слушать проповедника, не имеющего благоволения? Добившись любви к нелицеприятному и прилежному слушанию, следует склонять их по правилам, данным во 2-й части о начале.

После этого согласно порядку подобает создать разумную (идею), то есть ясно предложить, о чем собираешься говорить. И таким образом, будто по степеням, можешь прийти к самому слову, заключающемуся в доказательстве.

5. Вопрос: Почему на первое место не разум становится, чтобы привести (слушателей) к прилежному слушанию?

Ответ: Сказал тебе во 2-й беседе, предлагая правила о вступлении, что, поскольку прилежность (внимание) слушателей происходит оттого, что обещаем некоторые великие новые или удивительные вещи, потому прежде всего надо говорить об этом, нежели говорить, какой "вид дивления" и какие будут удивительные и необыкновенные вещи.

Очевидно, что прежде к прилежанию, нежели к разумению (пониманию?) следует привести слушателей. Однако если можно будет в предложении обещать великие вещи, (тогда) вначале - разум, потом - прилежание. И так поступили в предложенном нам слове, сотворив разум (идею), когда хотим сказать, что достойны проклятия еретики: описываем тяжесть толикой казни и великое речение нашей святой церкви, из чего и внимание исходотайствуется, как о том и сказано выше.

6. Вопрос:Когда в предложении случится повествование, какой порядок повествования следует дать?

Ответ: Наилучший порядок в повествованиях - естественный, то есть в таком порядке деяния повествуются, как были сотворены: что было первым на деле, то и в слове; что в деле сотворили после, о том и говорится после.

7. Вопрос: Нужны ли мне правила в расположении доводов, создающих доказательство?

Ответ: Так нужны, как во время битвы в войске нужны различные построения.

8. Вопрос: Скажи, какие они.

Ответ: Эти правила требуется сохранять в родах судительном и совещательном, ибо в украсительном роде по-другому (доводы) располагаются.

Первый сугубый род доводов (таков, что) одни суть просто подкрепляющие, другие - отметающие противные нашему слову доказательства, если слушатель не знает, что может быть противопоставлено нашему слову.

Первый (вид расположения доводов): - требуется приводить доводы просто подкрепляющие и также отметать противные. Если же слушатель знает и имеет в уме своем, что нашему слову противостоит, тогда лучше сначала отмести противные (доводы), а затем то же слово подкрепить согласными доводами.

Второй (вид расположения доводов): - одни доводы бывают весьма (сильные), другие - не очень крепкие. Тогда вначале следует положить слабейшие, затем - сильнейшие, чтобы росло, а не умалялось слово.

Третий (вид расположения доводов): - бывают доводы столь друг с другом согласные, что один от другого силу приемлет - тогда хорошо положить сначала те из них, от которых прочие подкрепляются, ибо по второму правилу более крепкие доводы восприемлют последующее место от слабейших.

Четвертый (вид расположения доводов): - если знаешь слушателей, не слишком расположенных к даваемому тобой совету, тогда сначала изложи более сильные доводы, чтобы приготовить их к прочим, а потом - слабейшие, а конце же опять весьма сильные поставь.

Пятый (вид расположения доводов): (доводы) подобны по природе как и первые (вид расположения): вначале первые, затем последующие подобает (располагать). Первые же по природе суть те, что берутся от определения, исчисления частей, рода, вида, вины и прочее; последующие - те, что происходят от плодов, привязуемых, сравнения, противных и прочее. Но этого не всегда всецело надо придерживаться.

Шестой (вид расположения доводов): хотя и многие доводы изобретаешь, но чтобы слово не было безмерной величины, положи совместно и кратко доводы, согласные друг с другом и словно имеющие некое родство, другие же изящнейшие доводы можешь расширить особым образом.

Сего довольно к расположению доводов.

9. Вопрос: Скажи еще и об окончании.

Ответ: Поскольку, как выше сказали, в окончании есть два требования: сочисление высказанных (аргументов) и возбуждение страстей, очевидно, что здесь и надлежащий порядок показывается, то есть вначале сочисли кратко (аргументы), а затем устремись к возбуждению страстей. Но искуснее творят те, кто начале начинают возмущать страсти и в самом сгущении страстей располагают искусно произносимые (доказательства), потом же и прочими страстями убеждают слушателей вместе с доводами, возбуждающими страсти.

Храни все эти правила, которые дал о подкреплении (доказательстве).

Часть 2-я. О изречении (выражении).

1. Вопрос: Принял от тебя и извещен самым естественным (необходимым, правильным) образом, что, изобретя и расположивши все доводы и другие части речи, следует помыслить, как все это сладостно и благоприятно выразить - поэтому приступи к 3-й части риторики.

Ответ: Да будет слово не только уму, но и слуху слушателей благоприятно. Одним словом, да сможешь выразить языком то, что разумом изобрел. Слову подобает быть по языку свойственным, ясным и украшенным. Из них две первые добродетели соблюдаются без труда, ибо слово (речь) будет свойственным языку, если будет выражено словами славянскими, российскими, без всякого иноземного, роду нашему неприятного или плохо вразумительного примеса. Ясным же слово (речь) будет, если сложится из слов (речений) не только славянских, но и удобно понимаемых слушателями, не затруднительных, но новых, не слишком обветшалых.

2. Вопрос: Как же может быть украшено слово?

Ответ: Об этом собираюсь простирать долгую беседу, ибо всякое слово (речь) имеет никогда не раздельные две части: слово ("речение") и разум. Слова человеческого голоса означают некий смысл, рожденный в уме, разум же есть сама сила, выражаемая словами, ибо подобает украшать разум (смысл, содержание) словами. Отсюда должно знать, что украшение речи состоит в двух вещах: 1) в словах, 2) в мыслях.

3. Вопрос:Много ли украшений в словах и много ли в мыслях?

Ответ: Украшения в словах сугубы: первые состоят в изменении смысла, вторые - в расположении слов.

4. Вопрос: Каковы суть первые, то есть изменения смысла?

Ответ: (Те, что состоят) в изменении смысла. Это - первого рода украшения слова, называемые по-гречески тропы.

5. Вопрос: Что такое троп и много ли есть видов тропов?

Ответ: Троп есть слово, изменяющее свой смысл на иной. Имеется 6 видов изящных тропов: метафора, синекдоха, метонимия, антономасия, аллегория, ирония.

6. Вопрос: Что есть метафора?

Ответ: Метафора есть перенос слова от своего смысла к другому смыслу с добрым подобием. Например: волнение еретическое. Здесь волнение не означает истинной волны морской или водной, от которой значение родилось, но означает наводимую еретиками смуту. Итак, оставив свое (изначальное) значение, перенеслось к другому.

7. Вопрос: Каким образом можно изобрести изрядную метафору?

Ответ: Во-первых, ищи доброе подобие к твоей вещи. Например: желая сказать "страшное зрелище" через метафору, изобретаю подобие: "зрелище зверей", ибо звери - страшны. И взяв слово, являющееся подобным, приложи его к вещи без прежнего слова, например можно перенести "зверское зрелище", Или скажи: жизнь увядает (как) цвет юности - или (как) цвет юности увядающая жизнь.

8. Вопрос:Сколько видов имеет метафора?

Ответ: Четыре - по числу вещей, от которых и к которым переносятся слова:

1) от одушевленных к одушевленным, например: еретики воюют против церкви;

2) от неодушевленных к неодушевленным, например: светятся цветы в вертограде;

3) от одушевленных к неодушевленным, например: цвет веселится, горы взыграли;

4) от неодушевленных к одушевленным, например: жестокий человек и прочее.

9. Вопрос: Что есть синекдоха?

Ответ: (Синекдоха есть) понимание некоего слова через другое не по подобию, но словно ему родственное (по сходству), то есть: либо через часть приходим к пониманию целого: десница моя одолеет врагов - здесь через одну часть десницу понимаем всего воина;

или через одно подразумеваем многих: швед побежден - здесь не об одном говорится, но многие шведы подразумеваются;

или через материал, из которого некая вещь создана, понимается вся созданная вещь: золото многих прельстило - под золотом подразумеваются сокровища и богатство.

10. Вопрос:Что есть метонимия?

Ответ: Этот троп подобен синекдохе, то есть когда причина полагается за следствие. Читаю у Златоуста: сам полагаю вину за плод (причину за результат) или плод за вину: бесстыдство и невежество творят многое зло - здесь бесстыдство и невежество положены вместо людей бесстыдных; или содержащая вещь - вместо вещи, находящейся в ней (содержание вместо содержащего): град царю повинуется - здесь град положен взамен находящихся в нем граждан. Этот троп имеется и в таком выражении: согрешил пред небом и пред тобою. Или (кладется) знак вместо означаемой вещи: орел царский страшен всем врагам.

11. Вопрос: Что есть антономасия?

Ответ: Антономасия есть положение некоего титула вместо имени, например: проповедник покаяния вместо Иоанна Крестителя или (Иоанна) Златоуста; учитель народов вместо Павла; споручница грешников, мать милосердия вместо Пресвятой Богородицы Девы. Эти титлы (названия, именования) лучше всего создавать (исходя) от дел, более всего подходящих тому, кто творит этот титул.

12. Вопрос: Что есть аллегория?

Ответ: (Аллегория) немногим отличается от метафоры и является перенесением многих слов от своего смысла к другим в едином подобии, например: ни еретическое волнение, ни дышащие яростью ветры гонителей не могут разбить корабль Христов.

13. Вопрос: Сколько есть видов аллегории?

Ответ: Два: первый вид - чистая аллегория, второй вид - смешанная аллегория. Чистая аллегория - та, в которой все перенесенные по смыслу слова не свойственны вещи. Таковая есть у псалмопевца: виноград из Египта принес и прочая. Смешанная аллегория - та, в которой перемешаны перенесенные слова со свойственными (принадлежащими данной вещи). Такова светлая и удобно понятная аллегория, которую высказал святой Павел: знаю, что земной наш храм тела будет разрушен. Здесь слова "храм будет разрушен" перенесены от подобия здания жизни и смерти, "тело" же есть свойственное слово, так как означает то же самое и здесь и всегда.

14. Вопрос:Что, наконец, есть ирония?

Ответ: Ирония есть поругание, когда одно говорится в речи, а иное или противное нечто подразумевается. Узнается же (она) от лица или от природы вещи, о которой идет речь. Например, если бы некто сказал о мучителе Диоклетиане: Диоклетиан воистину был добродетельным человеком, ибо столь многих мучеников послал на небо. Этот троп наиболее привыкли употреблять святые отцы против подлинных еретиков, ненавистников истины и лицемеров, когда мнится, будто хвалу им воздают, (на самом деле) укоряют великим уничижением.

Сказанного о тропах - довольно.

15. Об украшении, состоящем в расположении слов, или о фигурах речи.

Вопрос:Каковы украшения другого рода, которые состоят в расположении?

Ответ: Украшение в речи бывает от самого искусного расположения слов, называемого фигурой, по-гречески схема, в переводе образ. Как дом украшается иконами и различными шарами, так и речь - фигурами.

16. Вопрос: Сколько есть родов и порядков фигур, касающихся расположения слов?

Ответ: Три порядка фигур речи: повторение, сходство, противоположность.

17. О фигурах, бываемых в повторении слов.

1-я фигура есть повторение в начале многих кратких частей слова, как в этих апостольских словах: любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, любовь не гордится и прочее.

2-я фигура есть повторение того же слова в конце. Так, апостол (говорит): евреи суть - и я, израильтяне - и я, имя авраамово - и я.

3-я фигура есть повторение того же в начале и конце.

Так святой Григорий Двоеслов говорит о святом духе: наполняет Святой дух отрока кроткого и псаломником творит, наполняет судию и старцем творит, наполняет пастуха и пророком творит, наполняет рыбака и верховным апостолом творит, наполняет гонителя и учителем народов творит, наполняет мытаря и евангелистом творит.

4-я фигура есть восхождение будто по ступеням от одного слова к другому, от другого к третьему. (Например,) апостол к римлянам в 12-й главе: скорбь создает терпение, терпение - умение (знание), умение - упование, упование же не посрамит.

18.О фигурах речи по сходству слов.

1-я (фигура) есть сходство (согласование) двух или многих частей и разделений слова в последних своих словах, например: Иисус - скорбным утешение, больным посещение, пленным - освобождение, грешным - спасение. Но это сходство более свойственно стихотворцам, нежели риторам.

2-я (фигура) есть сходство двух или многих слов по звучанию, но не по смыслу (значению). (Например:) вино есть вина многих зол; мир никогда не имеет мира и прочее.

19. О фигурах речи в противогласии (несходстве).

Фигура противогласия или противословия есть двух или многих противоположных слов для украшения речи расположение, или соединение, или разделение, или взаимное (совместное) употребление. (Например:) скорбь - в радость, теснота - в пространство, беда - в беспечалие переменятся. Или апостольское: как свет относится к тьме, так верующий к неверующему и тому подобные.

20. О фигурах мысли.

Вопрос:Это были фигуры в словах - скажи и о прочих, которые речь мыслью украшают.

Ответ: Многого описания требует украшение мыслью, однако можно и здесь некоторые виды и выражения (= фигуры) предложить.

1-я фигура есть вопрос, когда не ради вопроса (спрашивают), но как бы наступая на кого, будто прогоняя. Так святой Киприан писал на святых, которые отверглись от Христа на судительном испытании: понимаешь ли ты, что Господь едва ли умолим будет, если отвергся Его развращенными словами, возлюбил более Его имущество свое, осквернил Его церковь святотатскою мудростью? ты мнишь, что (Господь) легко умилосердится над тобою, (когда ты) исповедал Его таким образом?

2-я (фигура мысли) Удивление есть когда не ради вопроса, но ради подлинной причины спрашиваем о чем-либо и удивляемся некоему необыкновенному явлению, зная, что невозможно дать ответ на наш вопрос: кто выскажет силу Господню, сотворит услышанными все хвалы Ему? кто велик так, как наш Бог?

3. Оставление есть когда для кратковременности и желая показать, коль обильно то, о чем речь нам предлагается, говорим, что не хотим здесь вам многое воспоминать (распространять речь), но не желая воспоминать (долго говорить), кратко обо всем скажем. Так Киприан в послании к Корнелию: Уж и не говорю здесь об отступлениях от церкви, сделанных ради вражды, прелюбодеяния и многих беззаконий - об одном умолчать не могу, и прочее.

4. Сословие или сопоставление мнений бывает, когда некоему высказыванию, хотя и противоположному нашему, не возражаем, но словно упование имеем на то, что побеждены (им) не будем. Например, говоря о смерти, скажу, что не знаю, будем ли в доброй памяти и покаянии в час нашей смерти. Затем, предлагая противоположное мнение слушателям, скажу и другое: но пусть будет так, что сможем память (сознание) иметь и каяться в последней болезни. Кто еще может знать, будет ли ожидаемая, или нечаянная и напрасная кончина? Кто извещен: утром ли, днем ли, или через год, или через многое время, или вскоре позван будет? - Не знаете, в какой час Господь наш придет.

5. Сомнение есть, когда ритор по причине либо незнания, либо значимости (величия) предмета, либо желая показать многое, высказывает сомнение, откуда начать и где кончить, что сказать первым, что - последующим, и каким образом сказать. Множество примеров тому - в церковных гимнах: откуда плакать начну? Или: Как назовем Тебя, обрадованная, ибо воссияла, как солнце правды? Или: Какими похвальными венцами увенчаем Тебя?

6. Образ есть, когда предлагается некое повествование подобное вышереченному (?). Он используется в подкреплении (доказательстве), но поскольку им речь весьма украшается, то он часто используется и как фигура.

7. Воздержание есть желание создать повествование великое, странное и дивное, (поэтому) творим приступ такой, чтобы в нем долго обещанием или иным образом держать (внимание) слушателя. Такое украшение чаще всего бывает в предложении. (Например:) Моя речь покажется странной, но не потому, что странное есть вместе с тем и ложное - ведь много есть странного и ложного. И потому вы, слушатели, внемлите, если истинными будут слова, которые реку вам, хотя и странными покажутся.

8. Предприятие есть когда мы сами, упредя, возвещаем и низлагаем прежде, чем кто-либо нам мог прекословить, или когда, не будучи спрошены, сами предвидим вопрос и отвечаем. Так Христос (говорит): Всяк говорящий мне "врачу" исцелися прежде сам. Так говорили и святые отцы: Если Бог любит любящих Его, почто допускает впадать им в великие беды и скорби и лютые наветы терпеть? И я отвечаю с апостолом: творит это ради множайшей своей любви к ним, желая им больше мзды воздать. Иные же святые отцы говорили: не принявшие избавление (от бед) да получат лучшее воскресение, будучи избиены и прочее.

9. Ирония или поругание есть когда будто желая кого хвалить, похуляем его. Различается от тропа иронии, о котором говорили выше, тем, что троп бывает в одном слове, это же - во многих словах и мыслях бывает. (Например,) святой Киприан, говоря против Пупиана, который не назвал (поставил его быть?) епископом, так ругает его: Соизволь уж и не пренебреги известить обо мне (подтвердить, засвидетельствовать) и утвердить мое епископство твоим рассмотрением, чтобы Бог и Христос Его благодарили тебя за то, что архиерей и вместе строитель Их алтаря возвращен был. И немного ниже о том, почему не имели сомнения полные Святого Духа мученики, которые писали послания епископу Киприану из темниц: Разве все те, имевшие со мной общение, осквернились нашими скверными устами и отпали от надежды вечной жизни, (и только) Пупиан нескверный, непорочный, святой и чистый, не захотевший с нами смешаться (сообщаться?) будет жить в раю и царствии небесном?

10. Возглас (восклицание) - преизящнейшая фигура, когда проповедник восклицает после описания некоей великой, удивительной или ужасной вещи. Так пророк у пророка Иеремии, описав великое преступление своих людей, возглашает: Устрашитесь о том, небеса и (земля?), и придите в великое уныние. Другой пророк вопиет о пришествии суда Господня: О, люто мне в тот день, ибо близок день Господень.

21. Вопрос: Когда же это украшение следует употреблять - в какое время и в каком месте?

Ответ: Как различные украшения человеческие (по-разному) употребляются: иные в скорби, иные в радости, иные подобают чести (славе), иные - смирению, иные - царскому великолепию, иные - священническому благолепию, так и ритору подобает рассуждать различно, чтобы по мере вещи и по требованию случая полагать свои украшения в слове. Рассуждать же должен, как и в какое время и (когда) простая человеческая речь бывает, ибо иначе гордый, иначе смиренный, иначе скорбный, иначе веселый имеют обыкновение говорить. И отсюда можно познать, какой образ и какое лицо следует предпочесть предложенному слову.

Беседа 5-я. О памяти и проповеди.

1. Вопрос: Ты назвал четвертую часть риторики "память", пятую - "проповедь" (произношение). Но думаю, что они управляются не только правилами, ибо какое правило исправит память, если кто имеет (дурную) природу? Также и "проповедь" (произношение) более всего состоит в сладкогласии, ибо не знаю, как можно его приобрести или исправить, если нет у кого природного (дара)?

Ответ: Истинно и мудро рассуждаешь. Но некоторые правила создаются не о том, как приобрести или получить силу памяти, которая в тебе имеется, а о том, как исправить влиянную от природы.

2. Вопрос: Да увижу (узнаю), каковы правила памяти и каковы (правила) произношения.

Ответ: Память развивается и сильной бывает:

1) если кто многократно изучает различные (предметы), свои или чужие. Ибо так сила памяти обыкновенно обнаруживает свое действие. Обыкновенно же и второе (обнаружение) природы ее крепости - в многократном описании трудных (подвижнических?) деяний, которые (память) без труда творит. Что ясно видно (при сравнении) и в ручном ремесле.

2) если доводы будут иметь согласие между собой, изобрести (найди) в них некое различие, или каковы из них сильные, каковы - слабые и как одни от других укрепляются. И так расположи их, что будто по степеням имеют приступ и восхождение от одного к другому. Тогда и память без труда будет идти от одного (довода) к другому.

3) более же всего следует разделять слово на некоторые немногие (части, например) на 3 или на 4. И те части обозначать на бумаге числом или иным неким знаком. Затем все эти части сосчитать: сколько доводов в первой, сколько - во второй и третьей имеется. И таким образом все изучить и запомнить не трудно.

4) будет (тебе) известно, что повествования лучше в памяти восстанавливаются благодаря естественному порядку (описания событий).

5) иные же (повествования, речи) таким образом помощь памяти творят: в той церкви, где должны проповедовать, усматривают некие знаменательные (значащие) части: столпы, стены, иконы и прочие, и к ним словно привязывают свою память вследствие некоего подобия своих доводов с теми частями. Например, первую часть слова (усматривают) на иконе Спаса, вторую - на десном клиросе, третью - во вратах и прочее.

Проповедь же состоит в произношении (голосе) и телодвижении:

Первое правило будет о голосе в том, что) подобает голос иногда возводить в высоту, иногда преклонять низу, иногда быстрый (темп) иметь, иногда - медленный, иногда произносить гремящим (голосом), иногда - тишайшим. Все эти различия произношения требуется тебе устроить по значению обсуждаемых предметов.

Действо (пластика) состоит в лице, а более всего - в руках. Ибо ритору следует размышлять, что и о чем говорит: говоря о страшном, и сам будет страшен лицом; в смиренных словах - смирен, в любовных - любовен, в веселых - радостен, скорбен да явится в скорбных. При удивлении красиво руки вверх вознести, и лицо - также, взирая очами горе непреклонно. В сомнении и недоумении подобает держать лицо и руки обращенными книзу. Если возносишь кого-либо хвалою, красиво (бывает) поднять правую руку, при этом первый по порядку палец да будет прям, а другие - согнуты, лицо же (следует) вперить в лица слушателей. Когда повествуешь о чем-либо или предлагаешь что-либо умеренным голосом, тогда преизящно бывает средний палец с большим сложить, другие же три иметь простертыми, словно раздавая слово слушателям. 

Средний палец или первый, обращенные к земли, имеют значение ("мнятся") принуждать и побеждать.

Не подобает все свойства проговариваемых вещей изображать движениями, используя (тело) бездумно, ибо кощунственно, если бы кто говорил о распятии Христа и сам распял руки, или говорил бы о биении и сам бы так двигал руками, как будто сам был мучителем. По-детски также представлять и мученические вопли, будто сам на огненном столбе (в огненном сосуде?) или на колесе был мучим. Всезавершающее правило произношения есть мужественное (достойное, спокойное?) рассуждение каждого (оратора). Конец.