История инквизиции

2





Санкт-Петербургская Евангелическая Богословская 

Академия

























“История инквизиции”













Предмет: “История Церкви – В”

Преподаватель: 

Студент: Коптяев Алексей Валентинович,

       4 курс, заочного отделения

	      



Проверил: _____________________	











Санкт-Петербург





	

	

	Введение.	2

	Предыстория Инквизиции	4

	Деятельность инквизиции.	5

	Следствие	5

	Наказания	6

	Методы расследования	7

	Светская власть и аутодафе	9

	Санбенито	12

	Конфискации	13

	Особенности воздействия инквизиции на систему европейского права.	14

	Деятельность инквизиции в области дипломатии.	15

	Инквизиция в Германии.	15

	Инквизиция во Франции.	16

	Инквизиция в Италии.	18

	Инквизиция в Англии.	19

	Инквизиция в Португалии.	19

	Инквизиция в Мексике.	20

	Инквизиция в Перу.	20

	Инквизиция в Испании.	22

	Торквемада	23

	Преследования иудеев.	26

	Хименес	30

	Мориски	31

	Конец Инквизиции. Вывод.	32

	Библиография.	34













		
Введение.

	Грустно размышлять о пытках и крови во имя Христа. Подобные размышления рождают неизбежный вопрос: если на одну чашу весов положить добро, а на другую — зло, порожденные христианством, то какая из них перевесит?

	Воистину очень редко следовали люди простому учению Иисуса Христа. Уж слишком простым казалось это вероучение людям, любящим богатство и особенно — власть. Каким образом можно достичь власти, следуя христианскому учению? Какой преходящей славы могли бы достичь эти люди, отрекшись от мирских благ ради того, чтобы проповедовать простое учение: “Любите друг друга”?

	Разве при такой жизни можно было обрести великолепие, пышные обряды, немалые доходы, роскошные резиденции? Однако все это были знаки власти, нужные для создания гипнотического состояния, когда люди угождают самим себе, делая вид, что угождают Богу.

	Существует немало примеров в истории, когда благородное дело начатое группой  подвижников в финале вырождалось из-за нашествия людей, которые присоединением к этому начинанию преследуя  свои личные корыстные цели. Так произошло и с Католической Церковью, по мере становления огромной всеевропейской организацией все больше и больше служителей оказывалось порочными, корыстными лицемерами. Это не означает, что не осталось в церкви людей подобных св. Франциску, но их количество в общей массе оказалось ничтожным. Падение нравов среди служителей церкви достигло небывалого размаха. Богатые прелаты имели в подчинении целые армии, вели войны с соседними феодалами, грабили окрестное население непомерными налогами приводя в оправдание Священное Писание (написанное на латыни и недоступное в то время большинству населения), имели гаремы и вообще вели себя не сообразно с саном. В других местах наоборот существовала практика ограбления епископов нижестоящими священниками, как пример можно привести такой факт один из епископов Лангедока был принужден сам мыть кормить и запрягать своего мула, в котором состояло все его имущество. Стоит упомянуть так же о практике продажи церковных должностей (симонии). Самые высокие положения в церковной иерархии часто занимали люди абсолютно недостойные подобной чести. Существовала возможность совершения покаяния по доверенности, также можно было вступить по доверенности в брак. Все это не добавляло стабильности на европейском континенте.

	Христианское вероучение было легко проповедовать, но нелегко претворить в жизнь. Этим же людям нужно было нечто такое, что трудно было бы проповедовать, но легко воплотить в жизнь. Нужны были легенды, внушающие людям страх, потому что страх — составная часть власти. Простота учения должна была быть окутана мистицизмом ради славы высших жрецов власти.

	Таким образом, простое вероучение обрастало догматами, так что самое семя, посеянное Христом, оказалось забытым и заброшенным. На смену странствующим проповедникам, которые, раздав свое состояние бедным, шли за Учителем, пришли могущественные люди церкви.

	А так как для них церковные догматы были важнее, чем слова Христа, они повели борьбу и между собой, чтобы заставить друг друга подчиняться этим правилам. При этом они не забывали своего Учителя и постоянно к нему взывали. Тысячи людей были подвергнуты жестоким пыткам, часть была замучена, часть сожжена на кострах, были измышлены многие изощренные жестокости, и все это делалось во имя Того, кто заповедал своим последователям любить друг друга.

	Инквизиция была одним из самых жестоких учреждений, созданных людьми.

		Предыстория Инквизиции

	Когда в начале XII в. папа Иннокентий III приказал начать преследования еретиков, он тем самым провозгласил рождение инквизиции, хотя, как таковая, она была создана на постоянной основе лишь при папе Григории IX. Сам термин “инквизиция” был уже известен, но до XII в. еретиков редко сжигали за отказ принять учение католической церкви.

	Динсли в “Истории средневековой церкви” упоминает один случай в 1075 г., когда был сожжен последователь ереси катаров, и еще один в 1114 г., когда разъяренная толпа вытащила еретиков из тюрьмы и сожгла их. Но лишь когда церковь сочла опасным оставлять в живых людей, не разделявших ее учения, была основана Великая инквизиция.

	Само слово “ересь” (от греч. “хайрезис”, “выбор”) должно было заставить задуматься преследователей, будь у них хоть крупица смирения (без чего нет истинной мудрости), имеют ли они право таким жестоким образом вмешиваться в процесс мышления других людей. Но преследователи, как люди слепой веры, не имели жалости к тем, у кого такой веры не было, и подвергали их духовным и физическим страданиям лишь за то, что те не принимали их догм.

	Преследования тех, кто думал иначе, чем остальные, были всегда, но на заре истории религии, когда люди, казалось, были менее цивилизованными, не было ничего, подобного ужасам инквизиции. Много писали о преследованиях римлянами христианских мучеников, но подсчитано, что число жертв инквизиции при Филиппе II Испан-ском на многие тысячи превосходит количество погибших по приказу римских императоров. К тому же римляне были язычниками и не имели заповеди любить друг друга.

	С V в., когда орды варваров положили конец великой Римской империи, и до XII в. хотя и были религиозные преследования, но находились люди, которые не принимали определенные церковные догмы и выдвигали собственные идеи, казавшиеся им лучшими. Среди них были катары, гностики, ариане, манихеи и вальденсы.

	В 1198 г. был избран новый папа — Иннокентий III. Он был полон решимости покончить с ересями и повсеместно распространить святую католическую веру. Папа знал, как обстоит дело на юге Франции, и решил положить конец тридцатилетнему попустительству. Прежде чем начать преследования, он попытался действовать убеждением, и во Францию были отправлены миссионеры. Доминик и епископ Озмский проповедовали среди альбигойцев с большим энтузиазмом, но те любили свою привольную жизнь и свободу дискуссий, и смиренные проповедники произвели на них не большее впечатление, чем прежние посланцы папы. Альбигойцы хотели, чтобы их оставили в покое, и они могли бы дать простор своим умствованиям. Миссионер Пьер де Кастельно потребовал принятия суровых мер  против еретиков. Папа Иннокентий III заявил, что выступить против еретиков есть долг всех, кто любит церковь. Он отдал приказ королю Франции Филиппу II начать крестовый поход против еретиков. Так в 1208 году началась война против альбигойцев. 

	Альбигойские войны, посеявшие семена инквизиции, вскоре перестали быть религиозными и превратились в завоевательные войны под флагом религии. Именно богатые люди становились чаще всего жертвами инквизиции. Отчего это происходило? Оттого ли, что они были еретиками, или из-за их богатства? Точного ответа на этот вопрос не дашь, так как мотивы людей обычно являются скрытыми. 

	Папа Григорий IX основал инквизицию в 1232 г. о булле говорилось, что все еретики подлежат отлучению от церкви. Осужденных за ересь не должна наказывать церковь: для исполнения наказания они передаются светским властям. Нераскаявшиеся подлежали публичному сожжению, а те, кто раскаялся, вечному заточению. Всех, кто помогал еретикам следовало отлучать от церкви, а тех, кто вступит в дружбу с отлученными, также отлучать. Дети еретиков на два поколения лишались права занимать любые общественные должности. 

	Инквизиторами, наводившими ужас на всех окружающих, были доминиканцы и францисканцы – представители орденов, основанных двумя благочестивыми людьми, которыми двигало желание служить Христу, - св. Домиником и св. Франциском. Может быть, есть ирония судьбы в том, что именно представители этих орденов были первыми инквизиторами?

		Деятельность инквизиции.

	Следствие

	Следствие инквизиции держалось на трех основных китах: розыске, доносах и сыске. Но основным из этих трех инструментов на начальном этапе являлся розыск. Инквизитор был принужден совершать постоянные объезды подведомственного ему участка. Приезжая в тот или иной населенный пункт, он объявлял, так называемый, срок милосердия, в течение которого все окрестные еретики могли прийти и покаяться перед лицом инквизиции. По окончанию этого срока инквизитор начинал розыск. Если имелись покаявшиеся еретики, то он заставлял их выдать своих бывших единоверцев. Если же таковых не оказывалось, то инквизитор принуждал под присягой всех местных жителей указать подозрительных или еретиков. Арестовав вновь выявленных еретиков, он под конвоем препровождал их в центр епископии, где и начинал допрос. Почти с первых же шагов инквизиция начала применять пытки, как физические, так и нравственные.

	Единственным поводом отвода свидетелей являлась смертельная вражда, но инквизиция не практиковала сообщение имен свидетелей подозреваемым. Единственным его шансом было назвать его злейших врагов, надеясь, что свидетель попадет в их число. Инквизитор совмещал в одном лице обязанности судьи и обвинителя, а адвокат обвиняемому в ереси не полагался, да и любой защитник мог быть обвинен в сочувствии ереси и тут же занять место своего подзащитного. Инквизитор имел право назначать себе помощников и охранников, которые пользовались церковной неприкосновенностью и обладали полной свободой притеснять, унижать население. Отличительной особенностью инквизиторского следствия была его значительная протяженность во времени, иногда до десяти лет. Все действия и слова обвиняемого равно как и обвинительное заключение фиксировались в двух экземплярах. Подобная организация делала невозможным для еретиков укрыться в другом государстве. Так как при необходимости копия могла быть послана вслед за ним. Поняв, что существует огромное количество лжесвидетелей, инквизиция ввела следующее правило: " Если кто-либо уличен в лжесвидетельстве, на него должно быть наложено суровая епитимья, но показания его из дела изыматься не должны".

	Единственным шансом на спасение от системы, которая считала любого арестованного заранее виновным, заключалось в полном признании и раскаянии на первом же допросе. Если же человек упорно настаивал на своей невиновности, то его как закоренелого еретика выдавали в руки светской власти.

	Основной целью инквизиции по понятию было вырвать души грешников из когтей Сатаны, а то, что происходило в это время с телом значения не имело. Во время крестового похода против альбигойцев было сформулировано еще одно правило: "лучше отправить на тот свет десять добрых католиков, чем дать уйти от правосудия хоть одному еретику". В борьбе за такую важную вещь, как человеческая душа, цель оправдывала применение любых средств.

	Наказания

	Инквизиция накладывала обычно три вида наказания: епитимья, тюремное заключение и передача в руки светской власти, что означало костер. Епитимья могла заключаться в пожизненном ношении крестов, паломничестве по святым местам, внесении определенного пожертвования на благие дела. Но это только самые распространенные методы, вообще епитимья была ограничена только фантазией инквизитора. Тюремное заключение подразумевало под собой отбывание срока в узкой, душной камере на хлебе и воде, иногда в ручных и ножных кандалах, возможно прикованных к стене, в предельно антисанитарных условиях. Средняя продолжительность жизни в подобном заключении составляла три года. Но иногда были амнистии замещение тюремного заключения на строгую епитимью. Выдача в руки светской власти подразумевало под собой сожжение заживо. Церковь не отказывалась даже от преследования покойников. Уже умершего еретика могли приговорить к сожжению. Это подразумевало под собой изъятие останков из могилы с последующим сожжением и конфискация имущества.

	Методы расследования

	Людей, заподозренных в ереси, доставляли в особую камеру в здании инквизиции. Здание это официально именовалось “Каза Санта”, т. е. Святая палата.  Для осуждения их достаточно было двух свидетельств, если только они не слишком противоречили друг другу.  Инквизиторы делали все, чтобы воздействовать на психику человека. Комната обычно была задрапирована черной материей, сквозь окна не проникало света. На столе, покрытом черным бархатом, стояло распятие и шесть горящих свечей, а также лежала Библия. У стола стояла кафедра, за которой сидел секретарь, зачитывавший список преступлений, вменяемых задержанному. За столом сидели инквизиторы в белых монашеских одеждах с черными клобуками. Позади пленника в ряд выстраивалась стража, доставившая его в здание инквизиции. Старший инквизитор обычно некоторое время не обращал внимания на арестованного, делая вид, что поглощен изучением бумаг, лежавших на столе. Это делалось по инструкции, а также с целью увеличить тревогу и растерянность пленника. Потом секретарь задавал вопросы о его имени, адресе и т. п., а старший инквизитор, отложив бумаги, спрашивал, знает ли подозреваемый, за что он арестован. Бедняга отвечал, что не знает за собой никакой вины, после чего инквизитор снова углублялся в чтение. Затем у несчастного допытывались, есть ли у него враги, как часто он исповедуется, какого он прихода, кто духовник и когда подозреваемый последний раз был на исповеди.      

	Цель допросов состояла в том, чтобы заставить задержанного покаяться, а также, по возможности, обвинить в ереси своих родственников и знакомых. Если, однако, человек упорно молчал в ответ на задаваемые вопросы, то применялась иная тактика. Инквизитор делал вид, что сочувствует пленнику, говорил, что не желает ему вреда, что он, смотрит на пленника как на заблудшее дитя и желает, чтобы он возвратился на путь истинный. Для этого необходимо покаяться, и тогда узник снимет бремя греха со своей души, почувствует облегчение и получит прощение церкви. Но искреннее раскаяние предполагает ненависть к ереси. Поэтому покаявшийся должен назвать имена других людей, совершающих грех втайне. Покаявшиеся должны и другим  дать возможность покаяться. Этот прием действовал достаточно успешно. Если  это не помогало, заключенного снова вызывали к инквизиторам, которые подвергали его перекрестному допросу, быстро задавая вопросы до тех пор, пока утомленный и сбитый с толку узник не начинал противоречить самому себе.  Тогда ему говорили, что он лжет, и уводили. После этого его должны были отправить в камеру пыток. 

	Со времен Торквемады пытки стали важной частью деятельности инквизиции. Прежде они применялись не часто. Согласно статье 15 “Указаний” Торквемады, инквизиция имела право применять пытки в случае, когда грех ереси считался “полу доказанным”. Пытка состояла из нескольких этапов, причем благочестивые инквизиторы именовали ее не пыткой, а допросом. Первой стадией было запугивание применением пыток. Вторым этапом был визит в камеру пыток, где инквизиторы демонстрировали пленнику все орудия пыток, находившиеся в их распоряжении. Этот этап считался очень важным. На третьем этапе, который должен был еще больше запугать арестованного, его раздевали и готовили к началу пытки. На четвертой стадии ему демонстрировали то орудие пытки, которое должно было быть к нему применено. Если он и на этот раз не каялся в ере си и не называл сообщников, то пытка начиналась.

	Согласно закону, запрещалось повторять пытку, и человек, после первого испытания настаивавший на своей невиновности, не должен был подвергаться повторным испытаниям. Поэтому инквизиторы стремились обойти закон, не “повторять”, а продолжать пытку как можно дольше, давая жертве лишь краткие передышки. Чаще всего в тюрьмах инквизиции применялись дыба “подъемник”, и пытка водой. “Подъемник”: жертве связывали руки за спиной и начиная медленно поднимать с помощью блока, так, чтобы все тел держалось на руках. Через несколько минут человека опус кали вниз и предлагали покаяться. Если же он отказывался, его поднимали снова, а если и после этого он не признавал себя виновным, могли привесить к ногам гири. Когда, человек терял сознание, его снимали, давая ему передышку, чтобы через некоторое время повторить все сначала. Распространена была в тюрьмах инквизиции и пытка водой. В этом случае жертву привязывали к наклонной лестнице, так, чтобы человек не мог пошевелить ни руками, ни ногами, рот насильно  держали открытым, ноздри закрывали деревянными затычками, а рот прикрывали куском ткани. Затем жертве медленно наливали воду в рот из кувшина. Человек автоматически делал глотательные движения, и вместе с водой в горло попадала ткань. Потом полуживому от удушья арестанту давалась передышка, чтобы через некоторое время все повторить вновь.

	Такие ужасные пытки, как закапывание живых людей в землю, применялись инквизицией в Нидерландах во время свирепых карательных операций с целью превращения протестантской страны в католическую.

	Светская власть и аутодафе

	Если обращение инквизиции с тысячами узников вызывает негодование, то способ вынесения им приговора мог бы вызвать смех. Эти благочестивые церковники, пытавшие заключенных, не могли вынести смертного приговора, потому что христианин не должен проливать кровь ближнего! Поэтому инквизиторы, полные решимости отправить своих жертв на костер, предпочитали, чтобы это выполнил кто-нибудь другой. Тогда они могли умыть руки и сказать: “Мы сделали все от нас зависящее, чтобы вернуть этих людей в лоно церкви. Нам не удалось этого добиться, так что теперь мы можем лишь оставить их светской власти”.

	Эти люди тщательно выбирали выражения и употребляли слово “оставить”, а не “передать” (также как о пытке говорили не “повторялась”, а “прерывалась”). Таким образом, они, очевидно, надеялись убедить Бога, как они себе Его представляли, в своей правоте. Этой же цели служило и поспешное “отпущение грехов” в случае внезапной смерти допрашиваемого. Желая показать, что не виновны в убийстве, инквизиторы заявляли: “Церковь больше не может вам помочь. Она отвергает вас и оставляет светской власти, впрочем ходатайствуя о том, чтобы она обошлась с вами милостиво, без пролития крови и по возможности не предавая вас смерти”.

	Но представители светской власти быстро поняли, что эти “ходатайства о милосердии” являются формальными, и от них в действительности требуется совсем иное. Считалось, что светская власть, в соответствии с законом, должна предавать еретиков смерти. Это началось со времени действия буллы Иннокентия IV в XIII в., согласно которой представители светских властей обязаны были казнить еретиков под угрозой отлучения от церкви.

	Приговоры еретикам оглашались публично, при большом стечении народа. Эти варварские церемонии получили название “акты веры” — “аутодефе” (на испанский лад), или “аутодафе” (на португальский лад).  Их старались проводить по воскресеньям, так как воскресенье считалось святым днем, и в этот день больше людей могли стать свидетелями казни. Считалось полезным, чтобы люди знали, что бывает с теми, кто против Святой церкви. Аутодафе рассматривалось как маленькое подобие Судного дня.

	Инквизиторы обладали правом отпущения грехов, и, несомненно, многие из них пользовались этим правом, чтобы получить нужную им информацию. Инквизиторов в силу их особого положения мог отлучить от церкви только сам папа римский. Светская власть рассматривала инквизиторов как своих слуг и, конечно, склонна была их защищать. Эта защита распространялась и на тех, кто служил под началом инквизиторов, — викариев, компаньонов, фамильяров, нотариусов и многих других слуг инквизиции.

	Викарии были своего рода заместителями инквизиторов. Викарии замещали инквизиторов, когда те отсутствовали или были заняты очень важными делами; кроме того, эти помощники инквизиторов делали рутинную работу. Компаньоны сопровождали инквизиторов во время путешествий. Они не имели постоянного поручения, но выполняли при инквизиторах роль советников. Фамильяры являлись полицией и охраной инквизиции. Они обычно не были духовными лицами, но представляли собой полурелигиозный орден. Фамильяры также нередко посещали узников в тюрьмах, чтобы, дружески беседуя с ними, уговорить их покаяться или заставить проговориться. Никого не интересовало происхождение фамильяров и их профессия до поступления на эту службу. Главное, что они были удобными шпионами. Они легко могли притвориться обычными мирянами. Если не считать самих инквизиторов, фамильяры из всех представителей этого ведомства выглядят наиболее зловеще. Нотариусом хотел быть далеко не всякий слуга инквизиции, так как эта должность была очень скромной, но в то же время требовала достаточного уровня образования. Нотариусы должны были записывать все вопросы и ответы во время допросов, причем по-латыни, что создавало для них дополнительные трудности.

	Многих осужденных приговаривали к “вергуэнса” (позору). Это было наказание для тех, кто признал себя виновным в ереси и попросил о примирении с церковью. Все они, независимо от погоды, должны были пройти по улицам, раздетые до пояса. Во главе этой процессии шли фамильяры. Каждый из раскаявшихся нес незажженную свечу - это, согласно символике инквизиции, означало, что эти несчастные еще не “узрели свет”, но свечи даны им в знак надежды. Когда церковь снова примет их, им будет разрешено зажечь свечи. У церковных дверей процессия останавливалась. Затем полуобнаженные мужчины и женщины входили в церковь, а два священника, стоящие у дверей, ставили на лоб входящим знак креста, что означало новое обретение креста для этих раскаявшихся еретиков.

	В церкви раскаявшихся ожидали инквизиторы, а над алтарем висел зеленый крест — Эмблема инквизиции. Нотариус оглашал имена приговоренных и объявлял о наказании, которое их ожидало. Оно состояло в том, что все эти люди в течение шести пятниц подряд должны были, так же раздетые до пояса, проходить по улице, подвергаясь при этом бичеванию. По окончании этого срока они навсегда лишались права занимать почетные должности, носить ювелирные украшения и роскошные одежды, а кроме того, должны были отдать инквизиции пятую часть своего достояния.  Всем этим людям делалось мрачное предупреждение.

	Само слово “аутодафе” вызывало страх, но была в нем и какая-то мрачная гипнотическая сила. Эти акции происходили по праздничным дням и вызывали больше эмоций, чем знаменитые традиционные “бои быков”. В то же время людям, конечно, давали понять, что это не развлечение в обычном смысле, но религиозная церемония. Инквизиторы вовсе не желали, чтобы в такие дни люди предавались веселью или как-то нарушали порядок, что было бы греховно. Поэтому аутодафе начинались утром и заканчивались перед сумерками, но не проводились в ночное время.

	Вечером накануне аутодафе осужденных еретиков приводили в Святую палату инквизиции и объявляли, что назавтра их сожгут. В качестве “милости” инквизиторы приставляли ко всем осужденным священников, которые и всю ночь должны были уговаривать их покаяться и спасти свои души; что касается их тела, то хотя они должны быть казнены за свои грехи, но если они покаются, то будут удавлены до сожжения.

	На следующее утро всех осужденных, одетых в “санбенито”, выводили из тюрьмы. Начиналась церемония аутодафе. Возглавляла процессию группа лиц, которая несла зеленый крест, задрапированный черной материей. За  ними шли фамильяры. Далее следовал священник. Он нес церковную облатку (символ Тела Христова), и все люди в толпе должны были при его приближении становиться на колени. Затем снова шли фамильяры, а за  ними — осужденные еретики. Каждого из приговоренных  к сожжению сопровождало два доминиканца, чтобы в эти  последние часы склонить его к спасению души. Таким образом инквизиция хотела продемонстрировать свое милосердие. Следом за осужденными несли портретные изображения еретиков, которым удалось бежать из Испании, а также вырытые тела тех, кто был осужден за ересь посмертно. Очевидно, эта часть шествия производила наиболее мрачное впечатление. Далее следовали инквизиторы со знаменами, а за ними — полицейские и мелкие чиновники инквизиции. По обе стороны процессии шли строевым шагом солдаты с алебардами.

	На соборной площади, где обычно и происходило завершение аутодафе, сооружали два помоста с установленными на них скамейками. На одном из них должны были сидеть осужденные еретики, так чтобы их могла видеть толпа, и все, кто хотел показать, что они хорошие католики, подвергали их всякого рода оскорблениям. Рядом с осужденными сидели монахи, которые продолжали убеждать их покаяться. На этом же помосте находились мертвые тела и чучела еретиков, подлежащие сожжению. На втором помосте сидели инквизиторы и их слуги; там же находились крест и алтарь.

	Священники служили мессу и читали проповедь, после чего Великий инквизитор декламировал торжественную клятву верности инквизиции, которую обязаны были, став на колени, повторять за ним все присутствующие. Затем следовала церемония передачи осужденных в руки светской власти, поскольку церковь уже сделала все от нее зависящее. При этом зачитывали подробный список грехов и преступлений всех осужденных — от получивших самое легкое наказание до приговоренных к сожжению на костре. Священник обращался к светской власти с просьбой “проявить милосердие” и не проливать кровь. Но ведь сожжение на костре и происходило без пролития крови. Однако инквизиторы считали, что их не в чем упрекнуть. Они просто отчаялись спасти души этих упрямых еретиков. Из толпы раздавались возгласы одобрения. Аутодафе у многих вызывало чувство экзальтации, к которому примешивался страх. Длительная религиозная церемония, сопровождавшаяся пением монахов и колокольным звоном, должна была производить на людей гипнотизирующее действие, словно освящая все происходящее.

	В толпе у многих людей, очевидно, невольно возникали вопросы: когда произойдет очередное аутодафе? Когда можно будет снова видеть осужденных еретиков, проклинать их и швырять в них отбросы?! И кто будет следующими жертвами аутодафе? Последний вопрос не мог не вызывать невольных опасений у многих, даже самых простых людей в толпе зрителей. Кто же станет следующим?

	

	Санбенито

	Позорное одеяние еретиков именовалось “санбенито” (искаженное в разговорной речи “saco bendito”). Оно было введено еще св. Домиником. До Торквемады “санбенито” представлял собой простую тунику, но Великий инквизитор преобразовал этот наряд, чтобы с его помощью усилить страдания еретиков. Это было одеяние наподобие плаща, с дырой наверху, чтобы его можно было надевать и снимать через голову, сшитое из желтой мешковины, с вышитыми красными крестами.

	Тип “санбенито” зависел от характера греха, и осужденные должны были носить его в определенное время. Одним предписано было надевать эту одежду по праздникам и воскресеньям, другим же постоянно. Люди сторонились тех, кто носил такие одежды.

	Подозреваемые в ереси в “легких случаях” носили “санбенито” без креста, в “более тяжелых случаях” — с одной палочкой от креста спереди и сзади, а в случае “тяжких обвинений” — с полным знаком креста. К ношению этой одежды приговаривали на несколько лет, иногда оно сопровождалось поркой в определенные дни.

	Для тех, кого приговаривали к сожжению, существовал особый тип “санбенито”, с изображениями, символизирующими их судьбу. Приговоренные к пожизненному заключению с конфискацией имущества носили наряд с крестами спереди и сзади, а также высокий колпак, похожий на митру. Еретики, повторно впавшие в ересь и приговоренные к сожжению, но раскаявшиеся, в виде “милости” должны были быть удавлены до сожжения — на их “санбенито” изображали чертей и костры, при этом языки пламени направлены были вниз. Тем, кто так и не раскаялись и приговорены были к сожжению заживо, полагалось одеяние с изображениями чертей и костров, но языками пламени, направленными вверх.

	

	Конфискации

	Одним из объяснений того, что Англия и Голландия были первыми странами, в которых произошла промышленная революция, является то, что в этих государствах инквизиция не была столь авторитетна, как в более южных странах Европы. Что подразумевала под собой конфискация? Полное изъятие движимого и недвижимого имущества, аннулирование всех долговых обязательств, принуждение всех должников вернуть средства в определенный срок. Если возбуждалось преследование ныне умершего человека, то конфискация распространялась на наследников вплоть до третьего колена. Подобные меры полностью парализовали промышленность и торговлю на южных территориях Европы. Распределение средств от конфискации происходило следующим образом: треть получал инквизитор, треть - представитель светской власти, треть - Святейший Престол. Инквизитор должен был употреблять полученные средства на нужды сыска. Но на практике средства расходовались по его усмотрению. Одним из факторов того, что инквизиция не утвердилась в северной Европе, было то, что еретиков было мало и они преимущественно происходили из беднейших семей. (Если государство брало на себя расходы по учреждению инквизиции, то оно получало определенную долю от доходов конфискации).

	

		Особенности воздействия инквизиции на систему европейского права.

	Для начала следует сказать о существовавшей в то время в Европе правовой системе. После разгрома Западной римской империи варварами знаменитая и самая передовая правовая система, известная как “Римское право” на время прекратила свое существование на территории Европы, по крайней мере Западной Европы. И уступила место весьма загадочной правовой системе, характерной для империи Каролингов . Коренным отличием империи Каролингов, от римской империи являлось, практически полное отсутствие городов и постоянного местоположения монарха и правительства, в отличии от жесткой системы наместничества характерной для Рима. Императорский двор кочевал по замкам, крепостям и поселениям в течение почти круглого года, а большая часть населения все еще тяготела к клановому устройству. Как следствие подобной раздробленности не возникало попыток сколько-нибудь кодифицировав разрозненные племенные нормы. Каждый человек носил с собой нормы характерные для его племенной группы. 

	Следующий этап формирования европейского права начался с момента активного градостроительства. новые коммунальные формы диктовали новый тип права. Это время характеризуется также началом свержения католической церковью власти крупных феодалов и государей. Наиболее образованная часть тогдашних людей - духовенство было призвано сформировать новое право, оно получило название “канонического”. Источниками такового послужили: местные обычаи, повеления феодалов, постановления соборов по конкретному поводу и пр. С течением времени подобная система привела к невообразимой путанице в каноническом праве и это совпало с началом возрождения римского права (имеются в виду кодификации Юстиниана). 

	Судебное производство Инквизиции предполагавшее в своей основе таинственность и строжайшую секретность информации, целиком основывалось на каноническом праве что добавляло тайны и усугубляло и без того тяжелое положение жертв. Инквизиция показала насколько несоответствие законов реально существующим общественным отношения может быть опасно для общества. Имей подданные тогдашних монархов правовые гарантии прав личности они бы не стали такой легкой жертвой в руках отцов-инквизиторов. Это отвратило сердца людей от системы канонического права и она не рассматривалась как реальная альтернатива Римскому праву. Также ужасы Инквизиции отвели от Европы “опасность” стать единым теократическим государством. С моей точки зрения это оказало сильное влияние на то, что в Англии получила распространение система прецедента. Как известно в Англии Инквизиция не получила сильного распространения, следовательно и каноническое и обычное право не внушало населению сильного отвращения и это определенно сыграло свою роль формировании правовой системы на островах.

		Деятельность инквизиции в области дипломатии.

	Эпоха средних веков характеризовалась, среди прочих принципов мерной гордостью дворянства и стремлением вывести свою родословную от как можно более славных предков. В подобных условиях дипломатия развивалась очень медленными темпами, до тех пор, пока почти вся дипломатия не перешла в руки церкви. В рамках церкви люди избавлялись от некоторого количества предрассудков. Общение стало легче, а с учреждением монашеских орденов и вовсе приобрело нормальный характер. Нищенствующие монахи не признавали государственных границ вообще. Вся Европа была разделена на провинции, во главе с провинциалом. Границы этих провинций зачастую не совпадали с государственными границами. Организация таких сложных межгосударственных мероприятий, как крестовые походы, была полностью возложена на церковные структуры.

	Инквизиция сразу стала международной организацией, а нищенствующие монахи уже на протяжении ряда лет выполняли роль неофициальных посланников от имени Святейшего престола. Обратив монахов в инквизиторов, Папа решил несколько проблем сразу: организовал огромную шпионскую сеть и обеспечил безопасность со стороны реформаторов и еретиков. Монахи, свободные от исполнения инквизиторских обязанностей, обеспечивали связь между разными территориальными организациями инквизиторов. Перенося из государства в государство известия о новых ересях и способах борьбы с ними они играли видную роль в развитии и функционировании Инквизиции. Нищенствующие монахи имели очень высокий авторитет, по крайней мере на начальном этапе своего существования и это помогало им решать мирным путем назревавшие конфликты между крупными сеньорами и прочие опасные разногласия.

		Инквизиция в Германии.

	Конрад Марбургский приложил немало усилий, чтобы создать инквизицию в Германии. Он был искренним  преследователем еретиков, и у него имелись основания для беспокойства, поскольку в Германии были люди, интересовавшиеся новыми идеями и готовые их отстаивать.  

	К 1235 г.  ереси быстро распространялись в Германии, и Конрад был назначен папским инквизитором в этой стране. Конрад с радостью взялся за дело выявления еретиков с помощью доминиканца Дорсо и францисканца Люцелькольба с его слугой. Эти люди не обладали ученостью, но компенсировали ее отсутствие фанатизмом. Теперь просто необдуманного высказывания или общения с тем, кого подозревали в ереси, было достаточно, чтобы предстать перед папским инквизитором.

	Конрад верил: чем суровее будут гонения, тем скорее удастся искоренить ереси. Сам немец, он все же плохо понимал немцев, людей спокойных, но решительных, которые больше делают, чем говорят. Видя, как их друзей сжигают на кострах, эти люди все с большей глухой ненавистыо относились к преследователям, и, несмотря на кажущееся спокойствие, в Германии зрело недовольство. Однажды ночью, когда Конрад и Люцелькольб возвращались из Марбурга, их окружили люди, решившие отомстить за друзей и близких. Конрад и его помощник были убиты.

	Папа Григорий пришел в ярость и приложил все усилия, чтобы убийцы его верных слуг были сурово наказаны. Однако по позициям инквизиции был нанесен удар, и, хотя она продолжала формально существовать, в Германии она не стала реальной силой. Папа Урбан V (правил в 1362—1370 гг.), недовольный положением в Германии, направил туда доминиканцев. Боясь отлучения от церкви, император принял новых инквизиторов с почетом и ввел цензуру печати. В XV—XVI вв. влияние инквизиции было подорвано еще больше. Наступило время таких выдающихся мыслителей, как Иоганн Вессель и, главное, Мартин Лютер. Он продолжал свои проповеди, а после его смерти в 1546 г. его последователи составили сильную оппозицию католической церкви. Инквизиция в Германии потеряла всякую силу.

	

		Инквизиция во Франции.

	Во Франции благодаря альбигойским войнам инквизиция имела более твердые основы. И все же, когда там появился Гильом Орно, поддерживаемый папой Григорием IX, его жестокость так обозлила людей, что он и его помощники были убиты, как Конрад в Германии. Однако папы были полны решимости установить инквизицию во Франции, и началась длительная борьба между папами и французскими королями за верховенство в этой  стране.

	Она достигла высшей точки при короле Филиппе IV Красивом, занявшем трон в 1285 г. Он стремился ограничить власть и влияние церкви в своем королевстве. Король заявил о своем желании провести реформу церковного законодательства, и в результате в Рим было отправлено послание с заявлением о том, что папа лишен права вмешиваться в светские дела государства. После смерти Папы Бонифация VIII  и Бенедикта XI, Филипп становился самым могущественным человеком в Европе. Более того, новый папа, Климент V, перенес резиденцию из Рима в Авиньон, который хотя и был папским владением, но находился во Франции, под контролем короля. Этот период (около 60 лет) прозвали “авиньонским пленением пап”,

	Вскоре после этого французский король сообщил папе о последнем условии — о необходимости упразднить орден тамплиеров (рыцарей храма). Он знал, что этот орден располагает сокровищами огромной ценности, тем более что сам пользовался убежищем в замке тамплиеров во время беспорядков в Париже в 1206 г. Войны, которые он вел, истощили казну, а богатства тамплиеров могли бы поправить дело. Филипп распространил слухи о преступных пороках, которым будто бы предались тамплиеры. Сам же король делал вид, что даже не слышал ничего об этом. Хитрый Филипп подождал еще какое-то время, а затем  встретился с папой, и они обсудили тревожные слухи о тамплиерах, после чего король заявил, что это надо расследовать. Не трудно было получить доказательства их вины, и в результате великий магистр ордена был арестован, как и ведущие тамплиеры по всей Франции. Начались пытки и казни.

	Де Моле и два других руководителя ордена были сожжены 11 марта 1314 г. Под пытками они сделали нужные признания, но, когда их повели на казнь, отказались от признаний. Добиваясь богатств тамплиеров, король Филипп одновременно установил власть французских королей над  папами.

	В 1334 г. Филипп VI подтвердил привилегии инквизиции, при условии, что она будет выполнять волю французской короны. Жестокие преследования еретиков и заподозренных в ереси продолжались. При Франциске I произошла кровавая расправа с вальденсами, но и прежде были казни еретиков. В 1534—1535 гг. в Париже были сожжены 24 человека, а многих других ожидала не лучшая участь. Сам Франциск при всем том не был моралистом. Его жестокости диктовались политическими соображениями, в остальных случаях преследования инакомыслящих были не столь частыми. Его гонения на вальденсов получили особенно неприятную известность. Папа Павел III обратил внимание Франциска на этих людей, представлявших опасность для католической церкви. В результате многие из них были арестованы и 13 марта 1536 г. сожжены.

	Но и то, что было совершено в отношении вальденсов, бледнеет перед Варфоломеевской ночью в августе 1572 г. — резней гугенотов, устроенной католиками. Это преступление никогда не забудется.

	Все эти гонения и убийства во Франции отвратительны и преступны, но совершены они были не инквизицией. “Огненная палата” (особый суд при Генрихе II) была учреждена государством. Со времен борьбы Филиппа Красивого с папством Священная палата инквизиции уже не имела прочных позиций во Франции.

		Инквизиция в Италии.

	В Италии инквизиция первоначально обрела большую силу. Ее оплотами стали Рим, а также Флоренция. Было и там немало ревностных преследователей еретиков, в том числе Петр Мученик и Райнерио Саккони.

	Но в Италии суть конфликта не сводилось к борьбе за твердость католической веры, так как он там осложнялся политическим противоборством между двумя партиями — гибеллинами и гвельфами. Гибеллины стояли за господство в Италии германских императоров, а гвельфы желали независимости Италии и верховенства в ней папского престола.

	Петр Мученик способствовал воцарению гвельфов во Флоренции, а значит, инквизиция могла действовать там свободно. Но он так фанатично делал свое дело, что был убит разъяренной толпой.  Впоследствии его провозгласили святым патроном инквизиции. Райнерио Саккони в юности принадлежал к катарам и даже стал одним из их пресвитеров. Но, говорят, познакомившись с проповедями Петра Мученика, этот человек оставил свою секту и стал доминиканцем. Пойдя по стопам Петра, он стал инквизитором в Ломбардии и также навлек на себя ненависть местных жителей. Убить его не удалось, но Райнерио был настолько непопулярен, что сочли за благо удалить его в изгнание. 

	Венеция отказалась учредить у себя инквизицию, и туда стали стекаться беглецы из других государств. Вскоре папа потребовал покончить с этим, и власти Венеции сочли за благо не идти на конфликт. Правда, там инквизиция подчинялась городским законам, и имущество, конфискованное у еретиков, поступало в городскую казну, а это ослабляло рвение инквизиторов. Карл Анжуйский, захватив Неаполь, создал там инквизицию, но дал понять, что там она будет под контролем государства, что также ограничило влияние папства. 

	Однако в Италии инквизиция имела более прочные корни и действовала более продолжительный срок, чем во Франции. Даже в 1448 г. был организован крестовый поход против еретиков. Но он не имел успеха, и вальденсы продолжали процветать в горных районах. Инквизиция в Италии была, все же ослаблена из-за противодействия населения, из-за побегов из районов, ею контролируемых, а также из-за позиции светских правителей, как, например, в Неаполе или Венеции.

		Инквизиция в Англии.

	Известен лишь один пример деятельности инквизиции в Англии. Когда Климент V, руководствуясь указаниями своего хозяина короля Филиппа Красивого, начал преследование тамплиеров, он хотел распространить его на все европейские страны. В 1309 г. в Лондоне была оглашена папская булла, в которой он сообщал епископу Лондонскому, что все рыцари храма, находящиеся в Англии, должны быть задержаны и подвергнуты дознанию.

	Король Англии Эдуард II, будучи зятем Филиппа Красивого, решил исполнить требование тестя. Тамплиеры были арестованы, и в Англию прибыла папская комиссия для следствия. Но тамплиеры твердо стояли на своей невиновности. Пытки при таких обстоятельствах в Англии не применялись, и инквизиция мало чего добилась. Папа и король Франции потребовали от Эдуарда посодействовать инквизиции, и слабый король разрешил инквизиторам поступать с арестованными по церковным правилам. Это принесло свои результаты, против тамплиеров были найдены улики, и их осудили, но вовсе без жестокости, характерной для их процесса во Франции. Их приговорили к пожизненному заточению в монастыри, а имущество было конфисковано. Король, однако, милостиво выделил небольшие суммы на содержание осужденных в заточении. Их имущество он распределил между фаворитами. Инквизиторы в Англии постоянно чувствовали враждебность населения. Этот процесс рыцарей храма является единственным примером деятельности инквизиции в Англии. Это не значит, что в Британии не было религиозных гонений, но они не отличались таким фанатизмом, как на континенте.

		  Инквизиция в Португалии.

	В 1581 г. Филипп II присоединил Португалию к Испании и, конечно, сразу обратил внимание на инквизицию. Он пожелал подчинить ее Великому инквизитору, но папа Григорий XIII не согласился на это. Все же активность инквизиции в Португалии в это время возросла, и с 1581-го по 1600 г. состоялось пятьдесят аутодафе. Теперь, когда обе страны объединились, многие иудеи, жившие в Португалии, решили перебраться в куда более богатую Испанию, надеясь найти там более широкое поле для своих предприятий. После изгнания 1492 г. Хуан II разрешил иудеям жить в Португалии за большую плату, но лишь временно. Многие из них приняли христианство, чтобы им разрешили остаться. Эти-то люди теперь вернулись в Испанию. К концу XVI в., после двадцати лет испанского господства, Португалия сильно обеднела. Богатые купцы покинули Лиссабон, и некогда многолюдный город опустел. Португальская инквизиция отличалась еще большей жестокостью, чем испанская. 

		  Инквизиция в Мексике.

	Когда Изабелла финансировала экспедиции по открытию новых земель, она заявляла (и сама верила в это), что ее цель — распространение католицизма по всему миру. Конечно, Филипп II разделял эти чувства своей прабабки, хотя для многих авантюристов, отправлявшихся в такие путешествия, главной целью являлось не спасение душ, а богатая добыча. До учреждения инквизиции в испанских владениях доставка еретиков в метрополию была делом дорогостоящим. Конечно, было бы проще и дешевле справиться с этими делами, создав инквизицию непосредственно в колониях.

	Император Карл хорошо понимал это и в 1519 г. назначил в Вест-Индию Великим инквизитором кардинала Адриана и дал ему в помощь епископа Пуэрто-Рико и доминиканца Педро де Кордо. За ними последовал и  францисканец Мартин де Валенсиа с дюжиной своих собратьев по ордену.  В Мексике судебные дела решали не чиновники Святой палаты, а просто представители церковных судов, которые во всех серьезных случаях обращались за инструкциями в испанскую инквизицию. В начале 1569 г. было решено создать автономную инквизицию непосредственно в испанских колониях, и через год, после обычных проволочек, 3 января 1570 г., доктор Морейя де Контрерас был назначен Великим инквизитором Мексики. Он не жаждал принимать подобное назначение, расценивая его как своего рода ссылку, и его заверили, что это лишь временное поручение и он будет вознагражден за это саном архиепископа Мексики. Он согласился, а его преемникам в дальнейшем всегда обещали ту или иную почетную награду за это назначение.

	Первое аутодафе состоялось в Мексике 28 февраля 1574 г. и было обставлено с такой же мрачной торжественностью, как и в больших испанских городах. Жертвами здесь стали около 80 человек, 36 из которых были протестантами, преимущественно английскими моряками. Одним из самых жестоких инквизиторов считается  Алонсо де Перальта, возглавивший это ведомство с 1594 г. При нем аутодафе участились, и чаще стали приговаривать людей к сожжению на костре.

		  Инквизиция в Перу.

	В Перу инквизиция была создана в 1570 г., когда туда прибыл Серван де Серецуэла. За этим, как обычно, последовала церемония утверждения инквизиции, торжественная и устрашающая одновременно, а затем — многочисленные аресты и осуждения еретиков. 15 ноября 1573 г. состоялось первое аутодафе. До этого, как и в других регионах, делало ересях там разбирали епископы, а потому и там возникло противостояние между епископами и инквизиторами; в 1584 г. инквизитор Ульоа жаловался испанскому правительству на интриги епископов, которые писали на него кляузы королю. 

	Серецуэла не был популярен. Из Перу постоянно поступали жалобы на его некомпетентность. В 1571 г. его заменил Антонио де Ульоа, и вскоре выяснилось, что безнравственность последнего еще хуже, чем некомпетентность его предшественника. Хотя Ульоа был, пожалуй, самым скверным из перуанских инквизиторов, его преемники тоже не отличались достоинствами. Это и понятно, учитывая, что каждый из них чувствовал себя королем на этой земле.

	Инквизицию в испанских колониях создали с целью предотвращения проникновения туда протестантства, но протестантов там было мало — лишь небольшое количество моряков, попавших в плен или ставших жертвами кораблекрушений. В 1581-м и 1587 гг. были арестованы фламандцы Ян Берналь и Мигель Пилар, протестанты. Оба они были сожжены. И жертвами первого аутодафе в 1573 г. стали также протестанты Джоан Батиста и Матео Салада. Однако с 1587-го по 1625 г. таких случаев больше не было. 

	Гораздо больше забот инквизиции доставляли иудеи. Многие из них устремлялись в колонии, чтобы сделать себе состояние, а также в надежде избавиться от преследований в Испании. Однако они становились жертвами инквизиции. В 1626 г. началось одно из самых известных дел по обвинению в иудаизме и продолжалось до 1639 г. Дело это касалось хирурга Франциско де Сильвы, выходца из Португалии.  Его казнь имела большое значение не только сама по себе, но и по своим последствиям. Из-за этого пострадали многие крещеные иудеи, обвиненные в возвращении к прежней вере.

	В то время в Перу было много крещеных евреев, и их деятельность там давала о себе знать: они уже контролировали торговлю этой колонии. Зависть к их богатству привела к тому, что к ним привлечено было внимание инквизиции. В 1636 г. было арестовано около ста человек. Почти все они были богатыми людьми, что явилось огромным искушением для их тюремщиков.

	Среди жертв инквизиции были и представители многочисленного племени мистиков. Перуанцы верили в чудеса так же, как испанцы, и там было немало “блаженных” и “чудотворцев”, которые вызывали подозрения инквизиции.

	Особенную известность получило дело “блаженной” Марии Писарро, популярной в 1560-х гг. Она утверждала, что ей являлся архангел Гавриил, открывший ей тайну Непорочного Зачатия. Среди поклонников этой женщины были двое иезуитов-миссионеров, Портильо и Лопес, а также почтенный профессор богословия де ла Крус.

	Таким образом, преследования еретиков продолжались, и это наносило ущерб процветанию Перу. В 1813 г. инквизиция была закрыта, однако в 1814 г.— восстановлена и окончательно упразднена в 1820 г.

	Число дел, проведенных инквизицией в Перу за 250 лет, было невелико, около 3000 случаев. Однако каждое дело, организованное инквизицией, вызывало страх у населения, так что, если физические страдания выпадали на долю сравнительно немногих людей, в моральном смысле никто не мог жить и чувствовать себя спокойно. Каждый мог ожидать зловещего ночного визита инквизиторов.

		  Инквизиция в Испании.

	Почему же Испания оказалась той страной, где инквизиция прижилась лучше всего? Может быть, ответ удастся найти в ее предшествующей истории? Испания с древних времен много раз становилась жертвой разного рода захватчиков. Возможно, Фердинанд и Изабелла всегда помнили об этом и, создавая инквизицию, именно поэтому хотели поддержать не только единую католическую веру, но и единое государство? 

	При Изабелле и Фердинанде порядок в стране действительно был восстановлен. Им удалось положить конец анархии. Изабелла учредила “Священную Эрмандаду” — военное братство, возникшее из отрядов самообороны для защиты жизни и имущества граждан. Братству удалось справиться с разбоем, грабежами, изнасилованиями и другими серьезными преступлениями. Были снижены налоги на горожан, а те оказали немалое содействие в борьбе с преступниками. В тех городах, где замечали преступников, звонили в колокола, что облегчало поимку многих из них. Было также упорядочено законодательство. Через несколько лет люди освободились от бремени расходов, связанных со “Священной Эрмандадой”, так как просто отпала в ней необходимость: большая часть преступлений и насилия, расцветших при Генрихе, была прекращена. Теперь было достаточно полицейской службы, чтобы охранять порядок.

	Конечно, не обходилось без трудностей в государственном управлении, но население быстро поняло, что уважение к закону и порядку идет на пользу всем честным людям и им есть за что благодарить королеву и ее мужа Фердинанда. Изабелле было суждено увидеть воплощение своих планов. Она превратилась для людей в добрую правительницу, к чему всегда стремилась.

	 Говорят, что Изабелла, как женщина большого благочестия, дала обет своему духовнику Торквемаде, что если придет к власти, то посвятит себя искоренению ересей в стране. Вскоре ей напомнили об этом обете. Католические государи считали, что невозможно объединить страну, если все подданные не будут придерживаться одной веры. Этого они хотели добиться мирным путем, а если не получится, то путем насилия.

	При Изабелле и Фердинанде Испания созрела для инквизиции. Вот почему это жестокое учреждение получило такую поддержку и просуществовало до XIX века. 

	Торквемада

	Ни одно имя не связано с историей испанской инквизиции столь тесно, как имя Томаса Торквемады, и мало  кто не слышал о нем. Кажется странным, что этот чело-век, до пятидесяти лет мало кому известный, в следующие двадцать лет своей жизни оставил такой заметный след в истории. Характерно, что одни относились и относятся к этому человеку со страхом или ненавистью, у других же он вызывает восхищение. Торквемаду называли палачом, но также светом Испании и “славой ордена доминиканцев”.

	С юных лет Томас отличался благочестием и склонностью к аскетизму. Он был очень прилежным и способным студентом и очень рано получил степень доктора богословия и философии. Однако, сделав блестящую ученую карьеру, юноша, помнивший о том, что считал своим призванием, объявил родителям о своем желании стать монахом-доминиканцем. Благодаря своему благочестию Торквемада приобрел известность, и Изабелла, в то время просто сестра короля, пригласила его в качестве своего духовника. Рассказывают (хотя, возможно, эта история была сочинена впоследствии), что Торквемада, став духовником Изабеллы, добился от нее обещания, что она, если станет королевой, учредит в Испании инквизицию. Она и была учреждена, и Торквемада стал одним из людей, которые более всего способствовали усилению и учреждению этого ужасного института.

	Судя по всему, Торквемада был искренним человеком. В отличие от многих слуг церкви он не стремился к богатству, а власть была ему нужна ради установления в стране единой католической веры. Было у Торквемады и еще одно свойство, далекое от святости, — его ненависть к иудеям, более фанатичная, чем даже к протестантам и морискам (испанским мусульманам, обращенным в христианство). Почему Торквемада получил прозвище Бич Иудеев? Почему он преследовал их с особым фанатизмом, даже большим, чем других людей, не разделявших его веры? 

	Став Великим инквизитором, Торквемада сразу же начал реформировать существующие законы об инквизиции и создал “Указания” из двадцати восьми статей. Начинал он с описания процедуры создания инквизиции в тех местах, где ее прежде не было. Все население при открытии следовало собрать в храмах в воскресный или праздничный день. После произнесения проповеди все верные христиане должны были присягнуть на кресте и Евангелии, что будут содействовать инквизиции и не чинить ей препятствий. После этого устанавливался “период милости” на тридцать—сорок дней, В течение этого времени все еретики и отступники, в том числе тайно исповедовавшие иудаизм, должны были добровольно покаяться перед инквизиторами в своих грехах. В этом случае, принимая по внимание искренность их раскаяния и то, что они рассказали не только о своих грехах, но и о грехах знакомых, с ними обходились милостиво. 

	Кроме того, от них могли потребовать за их проступок уплатить штраф в виде части своего имущества, чтобы употребить его на святые цели, например на войну короля и королевы против неверных в Гранаде. Наказания определялись местными инквизиторами на основе правил, разработанных Торквемадой.

	Если же еретики не покаялись в течение этого “периода милости”, а сделали это добровольно в дальнейшем, с ними все же могли еще поступить милосердно, то есть не применять смертную казнь. В этом случае вся их собственность должна была конфисковаться инквизицией. Эти люди подлежали более суровым наказаниям, чем покаявшиеся ранее, вплоть до пожизненного заключения. Но искреннее раскаяние означало сохранение их жизни.

	Преследования еретиков достигли высшей точки к 1490 г., когда началось десятилетие, знаменательное для испанской истории. В 1492 г. Колумб открыл Америку, Торквемада изгнал иудеев из Испании, а Фердинанд и Изабелла изгнали мавров из Гранады, завершив тем самым Реконкисту в Испании.

	Изгнание иудеев было важным событием в жизни Торквемады. Когда он видел эту жалкую армию беженцев, покидавших страну, которая была для них домом на протяжении веков, пытавшихся обрести новое жилье в неизвестных землях, не зная, как их там примут, то чувствовал, что дело его жизни завершено.  Пока Торквемада укреплял власть инквизиции, гражданские суды перешли под юрисдикцию церкви. Те судьи, которые не соглашались с Торквемадой, были осуждены  за ересь и подвергнуты публичным, хоть и не очень суровым наказаниям. 

	Торквемада подверг иудеев изгнанию, но это не означало, что он перестал преследовать этот несчастный народ. Несмотря на то что, вероятно, в его жилах текла еврейская кровь (через бабушку по отцу), он не оставил в покое даже окрестившихся иудеев. Торквемада сделал инквизицию такой, какой она стала; никто, даже очень могущественный, даже папа Александр VI, не мог его сместить. Он был более страшным и грозным ревнителем веры, чем Александр. Но к 1496 г. его здоровье стало таким слабым, что он больше не мог оставаться у власти. 

	За пять месяцев до кончины Торквемада вызвал главного инквизитора Авилы и передал ему ряд дальнейших инструкций, приготовленных для исполнения инквизицией.

	Это был четвертый свод “Указаний”, изданный Торквемадой; другие появились в 1484, 1485 и 1488 гг. Последний свод, от мая 1498 г., состоял из шестнадцати пунктов, главными из которых были первые девять.

	1. В каждом суде должно быть по два инквизитора, и один из них должен быть юристом, а другой богословом. Они должны действовать сообща при вынесении судебного приговора или при пытке; и они обязаны вместе оглашать имена свидетелей.

	2. Служащим инквизиции не позволяется применять орудия пытки там, где это запрещено.

	3. Никто не может быть арестован без обоснованного доказательства вины, а судебные разбирательства должны проводиться как можно скорее, а не затягиваться на длительные сроки (как в деле в Ла-Гардии).

	4. Дела в отношении умерших должны разрешаться быстро, поскольку задержки причиняют большие страдания детям этих людей, так как им запрещается вступать в брак до окончательного рассмотрения дел их родителей.

	5. Денежные взимания не зависят от состояния казны инквизиции. (В прошлом, когда средства инквизиции оскудевали, взимания возрастали.)

	6. Личные денежные взимания и тюремное заключение не могут искупляться уплатой штрафа; и только Великий инквизитор может дать разрешение на отмену “санбенито” и освобождать детей от бремени родительских грехов.

	 7. Инквизиторы должны также заботиться о том, чтобы исповедовавшиеся в своих грехах после ареста искренне раскаивались. При этом следствие не должно быть слишком длительным, а грехи не должны быть явным непослушанием закону и должны арестованным ясно осознаваться.                 

	8. Инквизиция должна сурово и публично наказывать всех лжесвидетелей.                                 

	9. В суде не должно быть людей, состоящих между  собой в родственных или деловых отношениях.   

	Это были последние указания Торквемады, и можно подумать, что телесные страдания смягчили нрав Великого инквизитора. Но некоторая внешняя “демократизация” судебных разбирательств в отношении еретиков никак не касалась главных, основополагающих принципов работы инквизиции. 

	Он скончался 16 сентября 1498 г. и был похоронен в часовне построенного им монастыря. Невозможно даже осознать степень воздействия, которое оказал этот человек на историю Испании. Он избавил Испанию от папского влияния и сыграл важнейшую роль в формировании великого независимого государства. Его называли спасителем Испании. Но несомненно и то, что колоссальные усилия, которые тратились Торквемадой на создание инквизиции, нанесли огромный ущерб этому государству.

	Его жизнь была полна противоречий. Одни считали его светочем Испании, другие — самым жестоким из фанатиков, когда-либо живших на земле. В нем странным образом уживались противоположные качества. Объединение Испании и временный рост ее могущества, что в значительной мере является заслугой Торквемады, сочетались с деятельностью инквизиции, созданной его волей и по его замыслу, которая сыграла значительную роль в разрушении могущества Испании.

	Льоренте писал, что между 1483-м и 1498 г., когда Торквемада был у власти, 8800 человек были убиты и 96 504 человека пострадали от тяжелых наказаний. Некоторые историки приводят иную цифру — 10 000 сожженных. 

	Филипп II, обожавший Торквемаду, поскольку у них были сходные характеры, перевез останки Великого инквизитора из его скромной могилы и с почестями захоронил их в соборе. Могила сохранялась до 1836 г., потом ее разграбили, и она разрушилась. Так Торквемада, заставивший стольких людей страдать, был посмертно ограблен; и ему, вытащившему многих из могил, надругавшемуся над их останками, сужден была такая же участь.

	Преследования иудеев.

	Трудно сказать, когда иудеи впервые появились в Испании; по крайней мере, они жили там с древних времен. С давних пор здесь распространялся иудаизм и строились синагоги. Естественно, существовали и разногласия между христианами и иудеями. Христиане ненавидели иудеев за распятие Христа, а иудеи презирали секту, которая создала новую религию на базе старой религии иудеев. Они были естественными противниками, при этом иудеи готовы были  жить в мире со своими оппонентами, интересуясь прежде г всего своими семейными делами и накоплением богатств. Христиане же, будучи приверженцами новой религии, горели желанием обращать всех в свою веру.   

	К сожалению, иудеи не только любили копить 6огатства, но и выставлять их напоказ; они имели обыкновение носить богатые пестрые одежды и украшения из драгоценных камней. Поэтому к ненависти христиан из-за убийства Христа добавлялась и зависть тех, кто не был столь удачлив. А зависть может быть еще более опасна, чем открытая ненависть.  Преследования иудеев были всегда, но в ранний период они не отличались суровостью и носили локальный характер. В конце XV — начале XVI вв. по Севилье прокатилась волна иудейских погромов и поджогов домов и синагог. Иудеям было велено жить  гетто, отдельно от христиан. 

	Против иудеев были приняты и новые указы. Им следовало носить определенные опознавательные знаки на одежде, им запрещалось ездить верхом и именоваться титулом “дон”, они не имели права жениться на христианках и вступать в половые связи с христианками. За все это полагались суровые наказания. Им не разрешалось занимать государственные должности, а также быть аптекарями и врачами.

	Но при крещении все эти ограничения автоматически снимались. Имела значение не раса иудеев, а их религия. Неудивительно, что иудеи принимали крещение десятками тысяч. И через несколько лет после снятия всех ограничений обращенные иудеи становились обычно самой богатой частью населения и даже занимали важные государственные должности. Они проникали и в ряды духовенства.

	В 1460 г. францисканец Алонсо де Спина опубликовал документ о злонравии новообращенных иудеев. Он потребовал (этого требовало большинство доминиканцев и францисканцев) учреждения инквизиции в Кастилии, чтобы разобраться с теми, кто, внешне принимая христианство, втайне исповедует иудаизм. В Кастилии инквизиция не была еще учреждена, хотя папа Сикст IV в 1474 г. дал распоряжение ввести ее в Испании. Это было сделано в Каталонии, Валенсии, Арагоне и Наварре. Изабелла не очень стремилась учреждать инквизицию в Кастилии, так как не хотела попадать в зависимость от Рима. У нее уже были трения с папой Сикстом IV.  При королевском дворе были несколько крещеных иудеев, и они ей импонировали. Кроме того, она, зная, что нападки на марранов (крещенных евреев) нередко вызваны завистью к их богатству, хотела хранить законность в Кастилии. Фердинанд взвесил как возможные выгоды от создания инквизиции, так и возможность усиления влияния Рима и пришел к выводу, что ее учреждение будет полезно. Изабелла неохотно последовала примеру мужа. Они наконец обратились к папе Сиксту с просьбой разрешить создать инквизицию в Кастилии. Такое разрешение было получено в 1478 г.

	Теперь иудеи должны были носить на одежде красные опознавательные знаки, не покидать гетто после захода солнца; была ужесточена ответственность за занятие недозволенными профессиями. В сентябре 1480 г. Изабелла дала приказ кардиналу и Томасу Торквемаде назначить инквизиторов. В связи с этим многие новообращенные евреи решили бежать из Севильи. Вскоре они поняли, что сделали глупость. Инквизиторы заявили, что если люди решили бежать, значит, они виновны. Для инквизиции подозрение само по себе часто являлось основанием для осуждения. Аутодафе, первое из многих, состоялось 6 февраля 1481 г. Между тем инквизиторам требовались новые жертвы. Инквизитор  Охеда велел жителям Севильи выдавать инквизиции еретиков под угрозой быть заподозренными в ереси. Но в это время эпидемия чумы, свирепствовавшей в Испании, дошла до Севильи. Когда кончилась эпидемия, инквизиция вернулась в Севилью. Теперь аутодафе происходили примерно раз в месяц. 

	Вскоре был издан и новый указ. Все, считающие себя виновными в ереси или отступничестве, должны были публично покаяться в установленный срок; им дали понять, что иначе им нечего рассчитывать на снисхождение. Двадцать тысяч новообращенных евреев, боясь наказания, признались, что они практиковали иудейские обряды. Им было сказано, что покаяние должно быть искренним, а в их искренность поверят только тогда, когда они сообщат о том, кто из их знакомых был виновен в таком же грехе. Под угрозой костра и позора и нищеты для детей эти люди должны были выдать своих друзей. Многие из них так и поступили. Издали еще один указ, предписывавший всем гражданам искать среди новообращенных евреев тех, кто тайно отправлял иудейские ритуалы, и сообщать о них инквизиции. Им следовало следить за тем, празднует ли кто-нибудь иудейскую субботу, зажигает ли огни в ночь на субботу, воздерживается ли в субботу от труда. Следовало проверять, едят ли новообращенные мясо во время Великого поста, соблюдают ли иудейские посты и празднуют ли иудейские праздники, благословляют ли детей наложением рук, без крестного знамения, обрезают ли младенцев, дают ли им иудейские имена, не поворачивают ли умирающих лицом к стене, устраивают ли принятый у иудеев ритуальный ужин перед путешествием и т. д 

	Севилья в то время переживала тяжелые времена. Мрачные процессии инквизиторов и костры создавали гнетущую атмосферу. Но может быть, хуже всего была обстановка подозрительности, когда не доверяли друг другу ни соседи, ни друзья, ни даже родные. Поощрялись доносы детей на родителей и супругов друг на друга. Более всех старались выявить еретиков монахи. Со времени  первого аутодафе (6 февраля 1481 г.), когда погибли де Сусан и его друзья, до конца того же года, только в Севилье было сожжено 298 человек, а еще 79 раскаявшихся были приговорены к пожизненному заключению. Сжигали также трупы заподозренных в ереси. Все это происходило на Табладских полях, где была сооружена каменная платформа. Это место назвали “местом сожжений”.

	2 октября 1483 г. Торквемада стал Великим инквизитором Кастилии, а через две недели — также и Арагона. Находясь в Гранаде, Фердинанд и Изабелла подписали указ о высылке из Испании всех иудеев, которые не примут крещения. Уже несколько лет Торквемада добивался от государей подписания подобного указа, но король и королева были слишком заняты войной с маврами. Но после победы Торквемада явился к Изабелле и Фердинанду. Он заявил, что великое событие свершилось — король и королева победили в священной войне, и теперь появилась возможность сделать всю страну католической. Между тем иудеям по-прежнему разрешено жить в Испании. Красноречивый, как всегда, Торквемада произнес речь, обличающую иудеев, а заодно указал своим государям на необходимость выполнить свой долг и изгнать иудеев. В результате его усилий указ этот был подписан 31 марта в год падения Гранады (1492 г).

	Торквемада послал доминиканцев в иудейские кварталы. Все должны были уяснить, что он желает не столько изгнания иудеев, сколько их обращения. Крестившиеся иудеи получали право остаться в Испании. Они, конечно, после этого жили бы под страхом инквизиции, так как новообращенных всегда подозревали в тайном исповедо-вании старой религии. Но, по крайней мере, им не пришлось бы продавать за бесценок свои дома и сады. 

	Иудеи отправили депутацию к Фердинанду с предложением собрать тридцать тысяч дукатов в качестве компенсации военных расходов, если указ об изгнании будет отменен. Фердинанд обрадовался такому предложению. Но в дело вмешался Великий Инквизитор.  “Иуда Искариот продал Учителя за тридцать сребреников, — провозгласил Торквемада, — а ваши величества готовы продать его за тридцать тысяч! — С этими словами он бросил распятие на стол и продолжал: — Вот Он, перед вами. Возьмите и продайте Его. Но не думайте, что я приму участие в столь позорной сделке!” Сказав это. Великий инквизитор быстро вышел из зала.  Но такова была власть Торквемады над душами, что Фердинанд и Изабелла отклонили соблазнительное предложение иудеев.

	Таким образом, наступило время отбытия иудеев из Испании. Положение их, очевидно, было поистине достойно сожаления. Толпа мужчин, женщин, детей была похожа на отступающее в беспорядке войско. У части из них были лошади или ослы, но очень многим пришлось идти пешком. Часть изгнанных иудеев отправилась в Португалию, так как король Хуан II за определенную плату разрешил им безопасный проезд в Африку. Другая часть направилась в Неаполь, и во время этого путешествия среди них многие заразились чумой и умерли. Были такие, которые добрались до Генуи, где, впрочем, им было запрещено задерживаться, потому что по закону ни один иудей не должен был там оставаться больше трех дней. Поистине печальной была участь этих людей, смело решивших сохранить свою веру и отправившихся в опасное путешествие к новым землям. Говорят, в Кадисе они ожидали, что море обнажит перед ними свое дно, подобно тому, как, согласно Писанию, это случилось во время исхода их предков.

	Как ни странно, повезло только тем иудеям, которые попали в Рим, поскольку старый грешник Борджиа, папа Александр VI, дал им убежище — не столько по доброте, сколько из мудрости.

	Хименес

	Был и другой человек, имевший огромное значение в период правления Изабеллы и Фердинанда и оказавший  в своем роде не меньшее, чем Торквемада, влияние на историю Испании. Это был кардинал Хименес. Интересно, что эти два человека — первый доминиканец, а второй францисканец — имели удивительно схожие характеры. Может быть, Фердинанду, Изабелле и новорожденной Испании нужны были именно такие люди, и несомненно поэтому, что Торквемада и Хименес больше других влияли на ход событий и вели Испанию вперед.

	Хименес (Гонсало Хименес де Сиснерос) родился в Торрелагуна, маленькой деревушке вблизи Мадрида, в 1436 г. и, подобно Торквемаде, в течение своей долгой жизни делами завоевывал место в истории. Со временем он стал духовником Изабеллы. Прошло совсем немного времени, и Изабелла стала беспредельно доверять своему духовнику.

	Через два года Хименес стал главой францисканского ордена в Кастилии. Он  продолжал вести крайне строгий образ жизни. Рвение, с которым Хименес преследовал отступников среди францисканцев, может навести на мысль, что столь же рьяно он мог истреблять еретиков. Он настолько приучил к страданиям собственное тело, что мало сочувствовал страданиям других. Боль и сама земная жизнь не имели для него большого значения. Единственной целью пребывания на земле, по его суждению, было приготовление к жизни вечной. Счастье людей представлялось ему греховным. Смех, веселье, удовольствие казались ему творениями дьявола, и веселиться самому или позволять веселиться другим, было для него смертным грехом. То, что Хименеса невозможно было подкупить, не давало ему возможности быть в хороших отношениях с двором. Его истощенный вид напоминал другим об их снисходительности к себе. 

	Когда Хименес стал Великим инквизитором, он почувствовал, что не желает проводить реформы, которые ранее считал необходимыми. Он был полон рвения, как и Торквемада, стремился к созданию единой католической Испании. Хименес быстро понял, что инквизиция может быть на службе у государства, и его замыслы не только не уменьшились, но даже возросли. Как кардинал Испании, он был вторым после папы в Римской католической церкви. В политике он стал вторым после короля. Теперь, когда он был назначен Великим инквизитором Кастилии, управление инквизицией сосредотачивалось в его руках.

	Он разделил Кастилию на десять частей с целью установить правление инквизиции и назначил в каждом регионе инквизиторов по своему выбору. Он был строг и желал быть справедливым, стремился исправить многочисленные ошибки, совершенные за время правления Десы и Лусеро. Хименес любил суровость и жесткость, считая их основополагающими принципами работы инквизиции. Без своей набожности он не мог бы вызывать уважения; без своей жесткости он не мог бы реформировать жестокие законы инквизиции. Хименес думал о справедливости и стремился наказывать виновных инквизиторов и вместе с тем поддерживал жестокость в обращении с еретиками. Он был уверен, что действовал в благих целях, и ничего не желал лично для себя. Как государственный деятель он действовал в интересах государства, как церковный деятель — в интересах церкви. 

	Конечно же, он был выдающейся личностью, и нет сомнения, что его труд во славу страны дал замечательные результаты. Он был намерен искоренить непотизм (что не удалось сделать не только в его время, но и в наше), при котором высокие должности давались людям не за то, что они были их достойны, а просто благодаря их личным связям. 

	Многие восхваляли Хименеса и считали его святым. Чтобы поразмышлять над этим, можно привести количество его жертв: 3564 человека было сожжено у столба; от конфискации имущества и других наказаний пострадало 48 059 жертв; было также сожжено 1232 портретных изображения. Эти цифры не могут быть абсолютно точными, но, вдумавшись в них, можно представить себе правду. 52 000 жертв — большое число. Видимо, в святости Хименеса, о которой говорят его обожатели, легко усомниться.

	Что мы в действительности знаем об этом человеке? Ничего существенного. Мы можем быть твердо уверены в одном: основанная Торквемадой инквизиция начала свой уверенный рост и так прочно укоренилась на испанской земле при Хименесе, что смогла существовать в XVII, XVIII и даже XIX веках.

	Мориски

	Трудно было ожидать, чтобы мавры, которых заставили принять крещение, не подозревались в том, что они, как и евреи, следовали своей старой вере.

	Усердным служителям инквизиции нужны были жертвы, и мориски (крещенные мавры) представляли для этого более благодатный источник, чем марраны (крещенные евреи).

	В 1526 г. потомки бывшего короля Гранады обратились к Карлу и попросили у него защиты от гранадских чиновников, которые угрожали им, что прямо противоречило условиям договора, действовавшего в Гранаде. Этот шаг был очень неудачным для морисков, поскольку Карл создал комиссию по этому вопросу, которую возглавил епископ Кадисский, доложивший Карлу, что внимание инквизиции должно быть направлено  На Гранаду. Несмотря на прошлые обещания, в городе была учреждена инквизиция. Началась борьба с ересью.

	Теперь людей побуждали шпионить друг за другом. И вовсе не обязательно было совершать действия, очевидно указывавшие на принадлежность к магометанству, такие, как празднование Рамадана, обрезание, обращение лицом на восток при молитве или любовь к омовениям. Для того чтобы быть обвиненным в исповедании ислама, достаточно было воздерживаться от употребления свинины и вина, или красить ногти хной. Для морисков были введены новые законы. Отмечая свадьбы или другие праздники, они должны были держать двери открытыми, чтобы к ним мог войти наблюдающий, который определил бы, следуют ли они мусульманским обрядам и надлежит ли им предстать перед инквизицией. Они не должны были надевать мавританское платье. Арабский язык не должен был преподаваться, и на нем нельзя было разговаривать, при каждых родах должна была присутствовать христианская акушерка. Первое  аутодафе состоялось в мае 1529 г. После восшествия на престол Филиппа среди морисков было много жертв инквизиции. 

		   Конец Инквизиции.  Вывод.

	В эпоху крушения французской монархии и наполеоновских войн положение инквизиции в Испании не было особенно прочным, однако с тем большей энергией она боролась против революционных идей, распространявшихся главным образом из Франции. В 1808 г. Наполеон взял Мадрид, и, войдя в город, он, в частности, ликвидировал инквизицию, так как считал, что она подрывает монархию и гражданскую власть. Хотя он приказал арестовать членов Высшего совета инквизиции, они скрылись, и, покинув Мадрид, некоторые из них смогли организовать суды инквизиции в районах, не захваченных французами. Разумеется, в этот период возможности  инквизиции были крайне ограниченны. 

	В 1808 г. было рассмотрено 67 дел, в 1809-м — 22, в 1810-м — 17, в 1811-м — 25, в 1812-м — 1, в 1813-м — 6. Именно в этот .период стали распространяться в Европе рассказы о жестокостях инквизиции. Согласно одному из таких рассказов, инквизиторы принимали французов в здании инквизиции в Мадриде и показывали им все помещения, заявляя, что сведения о жестоких методах трибунала содержат сильные преувеличения. Рассказывали, что один из французских офицеров, желая найти тайные камеры, разобрал плитчатый пол в одном большом зале и обнаружил темницы и камеры пыток, в которых, как он слышал прежде, содержались жертвы Святой палаты.

	В 1820 г. астурийский офицер Риего поднял восстание против короля. В Испании началась революция под знаменем возвращения к конституционному строю. Фердинанд, напуганный революцией, поклялся соблюдать конституцию, видя, что ему не остается выбора. После этого народ ворвался в тюрьмы инквизиции и стал освобождать заключенных. Под давлением восставших король был вынужден упразднить инквизицию. Но французские войска вторглись в страну под предлогом реставрации там монархии. Они добились военных успехов, и власть короля Фердинанда была восстановлена. Он первым делом восстановил строй, существовавший до 1820 г., в том числе инквизицию. Правда, французы были против этого, да и сам Фердинанд опасался, что усиление инквизиции могло бы подорвать его абсолютную власть.

	Епископы, по сути, выполняли работу инквизиции внутри так называемых “советов веры”, которые пользовались теми же методами. В 1833 г. скончался Фердинанд VII, а в следующем году инквизиция была упразднена окончательно.

	“Советы веры” еще продолжали существовать, но традициям инквизиции уже не было места в новом мире, и в 1835 г. регентша королева Кристина издала указ о их ликвидации. Вместе с ними практически перестало существовать и то учреждение, которое принесло много бед Тысячам людей и сыграло основную роль в ослаблении некогда могущественной Испанской империи. Душевный жар Торквемады, благочестие Изабеллы, властолюбие ее супруга Фердинанда, фанатизм Филиппа II придали этому учреждению непомерную мощь, но теперь ему пришел конец, и наступил новый век — век Просвещения.

	Мрачный институт Святейшей Инквизиции перестал существовать, но сами методы борьбы с инакомыслящими мало, чем изменились с тех времен. Может быть все это выглядит сейчас не так мрачно, как  в те времена; может быть меньше крови, нет публичных сожжений людей, но сама суть борьбы за “чистоту” какого-либо учения остается той же. Сейчас в мире преобладает дух гуманизма и общечеловеческих ценностей, выраженных в Декларации прав человека. По сути – это еще одна “религия”. Религия, где богом стал человек. И у этой религии есть своя инквизиция, которая наказывает “провинившиеся” народы и страны. Так, что все возвращается на круги свои. Поэтому учреждение инквизиции не есть  now how христианской Церкви. Это институт подавления инакомыслия всех веков и народов, только в разные времена он назывался по-разному. Благодарение Богу, что христианская Церковь избавилась от такого порока и сам Папа Римский Иоанн-Павел II, произнес покаяние перед всем миром за этот грех!






  Библиография.



“Всеобщая история государства и права” ред. К.И. Батыр М.1995

“Историческая энциклопедия”

Дж. Берман “Западная традиция права: эпоха формирования” М.1995

Дж. Плейди “Испанская инквизиция”, Центрополиграф, М. 2002

Ч.Г. Ли “История инквизиции” в 3-х томах, тома 1-2