Педагогическая теория русских революционных демократов В.Г.Белинского и А.И.Герцена

Педагогическая теория русских революционных демократов В.Г.Белинского и А.И.Герцена

Н.А.Константинов, Е.Н.Медынский, М.Ф.Шабаева

Огромную роль в развитии русской прогрессивной общественно-педагогической мысли в 30—40-е годы XIX века сыграли В. Г. Белинский и А. И. Герцен. На основе революционно-материалистического мировоззрения они создали в русской педагогике революционно-демократическое направление, которое отвечало интересам революционного движения России.

Педагогические взгляды В. Г. Белинского. 

Виссарион Григорьевич Белинский (1811—1848), выдающийся революционер-демократ, отразил в своих произведениях протест против крепостного права, защищал интересы крестьянства. Он являлся, по определению В. И. Ленина, одним из предшественников русской социал-демократии. В. Г. Белинский был гениальным критиком, обладал неиссякаемой, страстной любовью к России, русскому народу, непоколебимо верил в его лучшее будущее. Любовь к своей родине сочеталась у В. Г. Белинского с глубоким уважением к другим народам. «Общее,— писал он,— является только в частном. Кто не принадлежит своему отечеству, тот не принадлежит и человечеству».

В. Г. Белинский прошел сложный путь идейного развития. Сначала он полагал, что справедливое устройство общества можно осуществить только путем распространения просвещения. В 40-е годы XIX века он перешел от революционного просветительства к революционному демократизму, горячо отстаивал принципы материалистической философии, высказывал диалектические взгляды на развитие мира. Став убежденным материалистом, Белинский с присущей ему страстностью выступил против православной церкви и всяких религиозных верований. Он указывал на существование теснейшей связи между церковью и общественным устройством, основанным на неравенстве, деспотизме, притеснении народа.

«Церковь,— писал он,— явилась иерархией, стало быть, поборницей неравенства, льстецом власти, врагом и гонительницей братства между людьми,— чем продолжает быть и до сих пор».

Атеистические взгляды В. Г. Белинского нашли яркое выражение в его знаменитом письме к Н. В. Гоголю, которое В.И. Ленин считал одним из лучших произведений демократической печати, сохранивших громадное значение до наших дней.

Указав в этом письме, что «Россия видит свое спасение не в мистицизме, не в аскетизме, не в пиэтизме, а в успехах цивилизации, просвещения, гуманности», Белинский утверждал, что ее будущее зависит от коренных преобразований на основе разума и справедливости.

Белинский разработал теорию народности искусства, литературы, просвещения и воспитания. И в то же время гениальный критик разоблачал реакционную сущность теории официальной народности, выступал против славянофильского преклонения перед консервативными устоями старинного русского быта. Белинский заклеймил всякое проявление национализма. «Да будет, — говорит он, — проклята всякая народность, исключающая из себя человечность». Он считал человечество дружной семьей народов, стремящейся к прогрессу, к лучшему общественному строю.

В 40-е годы Белинский стал социалистом-утопистом. Но в отличие от западноевропейских социалистов-утопистов (Р. Оуэна и др.) он считал, что нельзя установить социализм мирным путем, без народной революции. Он был крупнейшим идейным вождем своего времени, вокруг него объединялись все передовые мужественные люди, борцы за новую, свободную Россию.

О роли и сущности воспитания. 

В. Г. Белинский резко выступал против широко распространенных в его время утверждений, что природа человека предопределяет возможности его воспитания. Он, напротив, утверждал, что природа щедро одаряет людей способностями и дарованиями, а бездарные и тупые люди — такое же редкое исключение, как физические уроды. Сословная принадлежность человека также не должна ограничивать его право на воспитание и образование.

Признав вслед за А. Н. Радищевым, что «человек есть существо общественное», Белинский говорил: «Создает человека природа, но развивает и образует его общество». Общество должно обеспечить всем людям равное воспитание, развить их духовные силы и индивидуальные способности. В 40-х годах XIX века он пришел к заключению, что только социалистическое общество, в котором все люди будут равны, обеспечит возможность всестороннего развития и правильного воспитания человека.

В. Г. Белинский высказывал прогрессивные педагогические взгляды на развитие ребенка и сущность воспитания. Он выступил против механистического представления о воспитании как о процессе, в ходе которого взрослые наполняют ребенка, как пустой сосуд, тем или иным содержанием. Указывая, что ребенок не вещь, не игрушка в руках воспитателя, Белинский подчеркивал, что демократическая педагогика с доверием относится к детям, что в каждом ребенке есть хорошие стороны. Искусство воспитания в том и состоит, чтобы их выявить, развить, сформировать.

Педагоги должны заниматься не подавлением у детей выдуманных пороков, а устранением причин, вызывающих детские проступки. Борьбу с отрицательным поведением детей необходимо сочетать с развитием их положительных свойств и качеств.

Цели воспитания. 

В. Г. Белинский поставил перед воспитанием новые, прогрессивные задачи. В противовес официальной педагогике, которая видела в воспитании средство подготовки детей к выполнению ими в будущем их сословно-профессиональных обязанностей, он выдвинул требование общечеловеческого воспитания. «Первоначальное воспитание, — говорил он, — должно видеть в дитяти не чиновника, не поэта, не ремесленника, но человека, который мог бы впоследствии быть тем или другим, не переставая быть человеком». Воспитание развивает в ребенке такие качества и черты, которые должны иметь все люди вне зависимости от их социального положения, национальности, знатности, богатства. «Главная задача человека во всякой сфере деятельности, на всякой ступени в лестнице общественной иерархии,— говорит Белинский,— быть человекoм».

Из разработанной им теории народности литературы Белинский сделал педагогические выводы о необходимости воспитания детей в духе любви к своей родине. Нужно сделать русский язык и отечественную литературу важнейшими предметами обучения. В творчестве Пушкина, Крылова, Гоголя и других великих писателей России Белинский видел яркое проявление русской народности и благородного патриотизма. Белинский призывал формировать у детей положительные качества, присущие русскому народу, — смелость, находчивость, стойкость духа, трудолюбие.

Идею народности воспитания Белинский отстаивал и развивал в ожесточенной борьбе с защитниками теории «православия, самодержавия и народности», считавшими основными качествами русского народа приверженность к старине, религиозность и покорность.

Вопрос о целях воспитания Белинский уточнил в 40-е годы в соответствии со своими материалистическими взглядами.

Страстный поборник идей человечности, Белинский в то же время выступал против абстрактного гуманизма. Он считал, что настоящий гуманизм предполагает борьбу с тунеядцами, с людьми, действующими на пользу только себе и во вред всем, что следует прививать детям любовь к друзьям человечества и ненависть к эксплуататорам, воспитывать людей, способных подняться на борьбу против неразумного общественного устройства.

В 40-е годы Белинский упорно и настойчиво разоблачал слащавые, мечтательно-романтические идеалы воспитания, которые проповедовались зарубежными беллетристами, русскими переводчиками, сочинителями детских книг. В рецензии на книгу «Антология из Жан-Поля Рихтера» он иронически замечает: «У Жан-Поля на все болезни одно лекарство — любовь».

Целью воспитания Белинский считал подготовку бесстрашных борцов за лучший общественный строй, при котором не будет эксплуатации, угнетения и все люди станут равноправными гражданами своей свободной родины.

Содержание и методы школьного воспитания. 

Одним из основных положений педагогической теории Белинского является гармоническое развитие человека.

Физическое воспитание детей, говорил Белинский, имеет своей задачей охранять здоровье детей, развивать их физические силы, ловкость и гибкость путем установления правильного образа жизни, организации игр, выполнения гимнастических упражнений. Им также подчеркивалась необходимость соблюдения правил личной и общественной гигиены и усвоения естественнонаучных знаний о человеке. Физическое воспитание, по его мнению, должно осуществляться в тесной связи с нравственным.

«Не упускайте из вида ни одной стороны воспитания,— писал Белинский,— говорите детям и об опрятности, о внешней чистоте, о благородстве и достоинстве манер и обращения с людьми, но выводите необходимость всего этого из общего и из высшего источника — не из условных требований общественного звания или сословия, но из высокости человеческого звания, не из условных понятий о приличии, но из вечных понятий о достоинстве человеческом».

Нравственное воспитание Белинский считал важнейшей стороной формирования человека — общественного деятеля. Его высказывания о средствах и путях воспитания нравственности богаты и содержательны. Глубокий диалектик и тонкий психолог, он стремился вскрыть психологические основы морального воспитания, обращал внимание педагогов на сложность этого процесса и предупреждал против формального подхода к нему. Этот формализм появляется тогда, когда действуют только посредством назиданий и сентенций, не развивая нравственные чувства, эстетические вкуси, сознание, волю, когда сводят сложный процесс нравственного воспитания к словесным увещеваниям.

Необходимо, чтобы дети прежде всего полюбили добро. Белинский указывал, что главную роль в психической жизни детей раннего возраста играют эмоции. Поэтому нужно воздействовать прежде всего на чувства детей, а не на их сознание. «Чувство предшествует знанию, кто не почувствовал нравственности, тот не понял ее»,— говорил Белинский.

Чем моложе ребенок, тем более непосредственный характер носят его впечатления и представления. Поэтому в младшем возрасте следует развивать в детях расположение к хорошему и отвращение к дурному.

Белинский считал, что от малолетних детей надо удалять все дурное; они должны видеть только положительные примеры. Детей нужно не принуждать, а приохотить к положительному. Их следует не столько учить, сколько приучать. «Чем моложе ребенок, тем непосредственнее должно быть его нравственное воспитание, т. е. тем более должно его не учить, а приучать к хорошим чувствам, наклонностям и манерам, основывая все преимущественно на привычке, а не на преждевременном и, следовательно, неестественном развитии понятий».

Конечно, по отношению к детям более старшего возраста нельзя ограничиться только воспитанием любви к добру. Детский рассудок, как и чувства, требует развития. Поэтому нужно развивать сознание юноши. Оно будет указывать дорогу добру.

Белинский при этом указывал, что надо учитывать уровень развития воспитанников. Преждевременное привитие им понятий о морали, сознательно воспринять которые они не могут вследствие недостатка жизненного опыта, может привести к формированию людей, умеющих прикрывать безнравственные поступки нравственными рассуждениями. Он советовал воспитателям не пичкать детей морально-дидактическими рассуждениями, докучливыми разговорами о приличном поведении, которые, утверждал он, действуют слабо и развивают лицемерие.

Большое значение в деле нравственного воспитания придавалось им развитию воли, выработке закаленного характера, которые необходимы для того, чтобы вести настойчивую борьбу со злом, отстаивать свои убеждения, не боясь трудностей и препятствий.

Нравственное воспитание в старшем возрасте должно сочетаться с умственным образованием, перед которым стоят сложные и ответственные задачи.

Умственное образование. 

«После 7 лет должно начаться систематическое образование дитяти, которое не может быть частным, специальным или исключительным». Оно должно быть тоже общечеловеческим, иметь в виду развитие всех умственных сил будущего человека, формирование у него мировоззрения и сознательных убеждений, стойкость в их защите.

Белинский резко критиковал современную ему школу, считал, что содержание образования в ней крайне отстало от развития русской науки, указывал на утилитарно-эмпирическое направление учебников. Он считал необходимым, чтобы учащиеся не только усвоили определенную сумму знаний, но и приобрели цельное научное мировоззрение, требовал ликвидировать разрыв между наукой и учебными предметами, между теорией и практикой.

Энергично боролся Белинский за приближение науки к жизни. Он отмечал, что существующее школьное образование не отвечает интересам и потребностям народа. А народ правильно считает, что отдать мальчика учиться — значит научить его не только знать, но и уметь сделать, применить свои знания в жизни.

Белинский выступал против преподавания религии, за светское образование, повышение его уровня с учетом достижений отечественной науки. 

Важнейшими учебными предметами Белинский считал гуманитарные науки (родной язык, литературу, историю), помогающие нравственному воспитанию, «очеловечиванию» людей; большое значение придавал естественным наукам, которые сообщают в высшей степени полезные сведения, «сильнее всего могут заинтересовать детей. Этот предмет им близкий, они на каждом шагу сталкиваются с природой, природа сродни детям».

Белинский проявлял большой интерес к внедрению в школы новой методики обучения, построенной на активности и самостоятельности детей, учитывающей их возрастные особенности и индивидуальные склонности.

По его мнению, индуктивный путь есть основной путь обучения. «Переходить от анализа к синтезу, извлекать из примеров правила — самая полезная система преподавания». Белинский резко выступал против догматического обучения.

Нежелание педагогов обращаться к сознанию детей, злоупотребление механической памятью учеников неизменно вызывали резкую отповедь со стороны Белинского. Он требовал, чтобы общие правила и абстрактные понятия выводились учителем на глазах учеников, закреплялись в их сознании, чтобы весь процесс образования способствовал формированию у подрастающего поколения сознательных убеждений, основанных на глубоких научных знаниях.

Воспитание в семье. 

Много внимания уделял Белинский вопросам семейного воспитания. Задача общечеловеческого воспитания, писал он, лежит не только на обществе, но и на семье и родителях. Семейное воспитание должно развивать в детях с малых лет общественные интересы и стремления, а для этого отношения взрослых и детей должны строиться на взаимном доверии.

Привычное представление о родительской любви к детям Белинский считал неправильным. Родители часто любят своих детей, говорил он, инстинктивной, эгоистической любовью, как «Простакова любила Митрофанушку, овца любит своих ягнят». Но любовь человека должна быть высшей ступенью той любви, которая есть в природе, и в любви родителей к детям не должны преобладать родительское самолюбие, эгоистические, тщеславные расчеты. Родители должны любить в ребенке прежде всего будущего человека, и потому основой любви родителей к детям должна быть не любовь к себе, а любовь к истине и к человечеству.

Белинский резко осуждал родителей, которые не занимаются воспитанием своих детей, полагаясь на волю случая. Но не менее отрицательно отзывался он и о таком воспитательном воздействии родителей на детей, когда последних превращают в попугаев, обязанных с почтением повторять то, что говорят, что требуют взрослые. Такая атмосфера способствует тому, что в детях убиваются «энергия, воля, характер, жизнь, они делаются почтительными статуями, заражаются рабскими пороками — хитростью, лукавством, скрытностью, лгут, обманывают, вывертываются».

Избежать всех этих недостатков в воспитании можно, только установив правильные отношения между родителями и детьми. Они должны покоиться на уважении взрослых к личности ребенка, к его человеческому достоинству. Взрослые должны развивать в ребенке все хорошее, поддерживать в нем его собственное стремление к совершенствованию. Белинский ратовал за искоренение семейного деспотизма, за введение такой дисциплины, которая основывалась бы на развитии в детях чувства долга и ответственности, решительно был против употребления наказаний, унижающих достоинство ребенка.

Белинский вскрыл уродливый характер женского воспитания в крепостнической семье, писал, что девочкам с малых лет внушают извращенные представления о роли и месте женщины в обществе. Утверждая, что женщина «точно так же человек, как и мужчина», он считал, что следует давать мальчикам и девочкам равное образование.

Говоря о важном значении детской литературы в нравственном воспитании в семье, Белинский указывал детским писателям на их огромную ответственность перед обществом. «Детские книги пишутся,— говорил он,— для воспитания, а воспитание — великое дело, им решается участь человека». Он зло высмеивал книги, которые прививали детям пошлые, мещанские взгляды на жизнь, которые под видом нравственности говорят о безнравственности. Это он считал не менее опасным для детей, чем заразные болезни, например корь или оспу.

Он хотел, чтобы детские книги побуждали детей любить доброе и хорошее, воспитывали их не сентенциями и нравоучениями, а всем своим идейным содержанием. Детский писатель, по мнению Белинского, должен обладать передовыми убеждениями и высоким моральным обликом, любить детей, знать их возрастные особенности, владеть выразительной образной речью.

Педагогические идеи Белинского сыграли огромную роль в общей борьбе прогрессивных сил России против крепостнического воспитания и школы муштры и зубрежки.

Педагогические взгляды А. И. Герцена. 

Выдающийся представитель русского революционного движения, крупнейший политический деятель, блестящий публицист и талантливый писатель Александр Иванович Герцен (1812—1870), так же как и Белинский, был представителем русской революционно- демократической педагогической мысли 30—40-х годов XIX века.

Характеризуя мировоззрение Герцена, В. И. Ленин писал, что в условиях крепостной России 40-х годов XIX века Герцен сумел подняться на такую высоту, что встал вровень с величайшими мыслителями своего времени, вплотную подошел к диалектическому материализму, остановившись перед историческим материализмом. Он страстно боролся с мистикой, идеализмом, духовенством, был убежден в том, что «союз науки с религией невозможен». Ярый враг крепостничества и самодержавия, Герцен был в то же время блестящим критиком капитализма. Но он еще не мог понять, что силой, которая призвана уничтожить власть буржуазии и установить социализм, является растущий пролетариат. Герцен мечтал о переходе России к социализму через крестьянскую общину.

Однако в отличие от западно-европейских социалистов-утопистов он считал, что для установления нового общественного строя необходима народная революция. Герцен вместе с Огаревым создал за границей вольную русскую типографию и прессу, распространял нелегальную литературу, в которой звал на борьбу с самодержавием.

Обличение царской школьной политики и системы воспитания. 

Герцен назвал царствование Николая I тридцатилетним гонением на школы и университеты и показал, как николаевское министерство просвещения душило народное образование. Царское правительство, по словам Герцена, «подстерегало ребенка при первом шаге в жизни и развращало кадета-дитя, гимназиста-отрока, студента-юношу. Беспощадно, систематически вытравляло оно в них человеческие зародыши, отучало их, как от порока, от всех людских чувств, кроме покорности. За нарушение дисциплины оно малолетних наказывало так, как не наказывают в других странах закоренелых преступников».

Герцен указывал, что церковь все более и более усиливает свое влияние на народное образование, что «школы задавлены надзором и попами». Он решительно выступал против внедрения религии в воспитание, против превращения школ и университетов в орудие укрепления крепостничества и самодержавия.

Сословно-крепостнический строй, при котором процветают произвол, насилие, глумление над человеческой личностью, неуважение к человеческому достоинству, как отмечал революционный демократ Герцен, развращающим образом влияет на детей. Напротив, самое положительное влияние на них оказывает простой народ. Герцен считал, что именно народ является носителем лучших русских национальных качеств. У народа молодые поколения учатся уважению к труду, отвращению к праздности, бескорыстной любви к родине.

Герцен подчеркивал, что в народе крепко держится справедливое мнение «о праве крестьян на землю», многовековая уверенность в несправедливости крепостного рабства, ненависть ко всякому насилию и произволу. Он также разъяснял, что, несмотря на жестокое подавление самодержавием демократических традиций русского воспитания, их не удалось полностью задушить. Передовые профессора и учителя «продолжали проповедовать идею независимости и ненависти к произволу».

Герцен подверг критике не только крепостническую систему воспитания, но и складывающуюся в его время систему воспитания в буржуазном обществе, которую он наблюдал в странах Западной Европы и отчасти в России. Эта новая система общественного и частного воспитания, как и та, которой она идет на смену, тоже направлена на утверждение неравенства, идеалистических воззрений и религиозных представлений, она готовит дельцов, прививает детям мещанские воззрения на жизнь.

Герцен показал противоречия буржуазной педагогики и системы образования.

Оценка Герценом педагогических теорий Руссо и Оуэна. 

Герцен высказал очень ценные суждения о педагогических теориях Руссо и Оуэна. Отмечая прогрессивное историческое значение этих теорий, он в то же время отчетливо показал и их недостатки. Он высмеивал сентиментально-романтические идеалы воспитания, проповедуемые Руссо, Песталоцци и другими педагогами, стоящими на позициях идеализма, отмечал, что человек, воспитанный в соответствии с их взглядами, не способен к жестокой, суровой борьбе, без которой передовые идеалы не могут быть воплощены в жизнь. Герцен критиковал Руссо за изоляцию детей от окружающей жизни, игнорирование в системе умственного образования опыта, приобретенного человечеством. «Как будто,— говорил Герцен,— воспитание не есть привитие родовой жизни одному лицу». Самым решительным образом он выступал против теории «свободного воспитания», требовал, чтобы у детей с юных лет воспитывали ответственность за их поступки, чувство долга, сознательность и дисциплинированность.

В романе «Кто виноват?» Герцен показал, как в условиях жестокой крепостнической действительности лучшие юноши, воспитанные на прогрессивных идеях гуманно настроенными воспитателями, не могут найти себе применения, становятся «лишними людьми». Виной этому он считал тяжелые общественные условия, в которых происходило формирование молодых людей, а также полученное ими воспитание. Герой его романа Бельтов не нашел своего места в жизни потому, что его воспитание проходило в отрыве от нее. Воспитатели оберегали его от всяких столкновений с суровой действительностью, скрывали от него все ее теневые стороны. И в итоге они воспитали человека, проникнутого гуманными стремлениями, но в то же время лишенного способности «разбирать связный почерк живых событий», противостоять злу и несправедливости, бороться за свои прогрессивные убеждения.

Герцен в произведении «Былое и думы» с одобрением отзывается о социальных и педагогических мероприятиях, проведенных Робертом Оуэном в Нью-Лэнарке, отмечает, что опыт его «костью стоит в горле людей, постоянно обвиняющих социализм в утопиях и в неспособности что-нибудь осуществить на практике». И в то же время он считает многие теоретические положения Оуэна неправильными, решительно выступает против его учения о том, что «главный путь водворения нового порядка — воспитание», что человек является пассивным продуктом обстоятельств и воспитания. Он говорит, что активная роль людей в истории формируется в процессе борьбы с общественным злом и несправедливостью.

В критике учения социалистов-утопистов Герцен довольно близко подошел к историческому материализму, однако он не осознал до конца преобразующей, революционной роли рабочего класса в истории общества.

О формировании материалистического мировоззрения. 

Главной задачей воспитания Герцен считал формирование гуманной, свободной личности, которая живет интересами своего народа и стремится к преобразованию общества на разумных началах.

Огромное значение в борьбе против деспотизма и общественного произвола, за освобождение народа он придавал науке. Герцен страстно добивался распространения просвещения и знаний среди народа, призывал ученых вывести науку из стен кабинетов, сделать ее достижения всеобщим достоянием.

Придавая большое революционизирующее значение просвещению, Герцен много внимания уделял умственному образованию, формированию материалистического мировоззрения. Важнейшим средством умственного образования он считал естествознание, которое научно объясняет то, что кажется таинственным, мистическим; естественные науки подрывают корни религиозных заблуждений и предрассудков, располагают точными методами изучения действительности.

Герцен написал два специальных произведения, в которых объяснял подрастающему поколению явления природы: «Опыт бесед с молодыми людьми» и «Разговоры с детьми». Эти произведения являются замечательными образцами талантливого, популярного изложения сложных мировоззренческих проблем. Автор просто и живо разъясняет детям с материалистических позиций происхождение вселенной. Он убедительно доказывает важную роль науки в борьбе с неправильными взглядами, предрассудками и суеверием и опровергает идеалистическое измышление о том, что в человеке отдельно от его тела существует еще и душа.

Герцен стремился возбудить у молодежи живой интерес к изучению природы, выработать материалистический подход к окружающей действительности, сформулировать атеистические взгляды.

Подчеркивая огромное воспитательное и образовательное значение естественных наук, Герцен был в то же время за систему всестороннего общего образования. Он хотел, чтобы учащиеся общеобразовательной школы наряду с естествознанием и математикой изучали литературу (в том числе и литературу античных народов), иностранные языки, историю.

Герцен всемерно подчеркивал, что образование должно соответствовать развитию у учащихся самостоятельного мышления. Он осуждал догматизм и формализм в работе школ, где «мысли, суждения... прививаются, как оспа», где детям вбивают «готовые истины». По его мнению, образование есть результат упорного труда и собственных размышлений того, кто учится. Он пишет, что «в науке нет другого способа приобретения, как в поте лица».

Много ценных мыслей высказал Герцен об общем образовании, о воспитании детей в семье, о детском чтении и самообразовании.

Нравственное воспитание. 

Герцен решительно протестовал против деспотизма воспитателей и насилия над детьми. Детям должны быть предоставлены условия для свободного развития. «Разумное признание своеволия есть высшее и нравственное признание человеческого достоинства», — писал он. 

В повседневной воспитательной деятельности важную роль играет «талант терпеливой любви», расположение воспитателя к ребенку, уважение к нему, знание его потребностей. Здоровая семейная обстановка и правильные отношения между детьми и воспитателями являются необходимым условием нравственного воспитания.

Воспитателям следует, опираясь на врожденные склонности детей к общению, развивать в них общественные стремления и наклонности. Этому служат общение со сверстниками, коллективные детские игры, общие занятия. Дети и подростки, общаясь с товарищами, приобретают ценные социальные качества: умение сдерживаться, подчиняться требованиям других, быть инициативными и самостоятельными.

Герцен боролся против подавления детской воли, но в то же время придавал большое значение дисциплине, считал установление дисциплины необходимым условием правильного воспитания. «Без дисциплины,— говорил он,— нет ни спокойной уверенности, ни повиновения, ни способа оградить здоровье и предупредить опасность».

Воспитатели обязаны предъявлять детям определенные требования, продиктованные условиями семейной и общественной жизни, и добиваться их выполнения.. Они должны умело руководить воспитанниками, осуществляя цели и задачи нравственного воспитания.

Революционно-педагогические взгляды Герцена, представлявшие большую опасность для официальной идеологии, преследовались в царской России. Широко известными они стали в нашей стране только после Великой Октябрьской социалистической революции. Мысли Герцена о воспитании человека, активно участвующего в переустройстве жизни на новых началах, о развитии в детях общественных интересов, о свободе и дисциплине в воспитании, о формировании у воспитанников материалистического, атеистического мировоззрения, о воспитании детей в семье и другие сохраняют свое значение для советской педагогики, школы и семьи.