Обычаи и традиции народов Северного Кавказа

Содержание



Введение

1. Предмет и проблемы этнологии

2. Этнологические школы и направления: конструктивизм, инструментализм

3. Этногенез адыго-абхазских народов (адыгейцы, абхазы, черкесы, кабардинцы)

4. Свадьба и свадебные обряды и ритуалы

5. Застольный этикет и традиционная пища народов Северного Кавказа (ногайцы)

Заключение

Список используемой литературы






Введение



Актуальность избранной темы. Национальный фактор не теряет свою значимость в обществе: напротив, он порождает все новые проблемы, для решения которых целесообразно, на наш взгляд, обратиться к прошлому, чтобы понять причины ошибок, почерпнуть свежие идеи и, вернувшись к исходной точке, выйти на следующий виток спирали жизни. Изменения, затронувшие общественно-политические, экономические, социальные сферы, коснулись и культурных процессов, что в свою очередь привело к пересмотру общечеловеческих ценностей, идеалов, к поиску своего этнического «я».

Объектом исследования контрольной работы выбрана классификация народов Северного Кавказа, предмет и проблемы этнографии, этногенез отдельных представителей нации. В контрольной работе рассматриваются свадебные обряды и ритуалы.

Территориальные рамки исследования охватывает огромную территорию Северного Кавказа.

Степень разработанности темы. Более четко и точно пытался выявить предмет этнологии, а так же этнологическое школы и направления : конструктивизм и инструментализм. В застольном этикете все заключалось по традициям, которые выражались в правилах рассаживания за столом, , в подаче блюд и распределении мясной пищи между участниками трапезы согласно их статусу. В контрольной работе отражены исследования различных ученых культурных деятелей. Одним из источников являлось пособие Луценко В.В « Обычаи и традиции народов Северного Кавказа». Так же такие авторы как Алимова Б.М, Хелен Краг, Ларс Функ Хансен, С.В. Лурье и т.д.

Целью контрольной работы является, актуализация теоретических знаний по дисциплине обычаи и традиции народов Северного Кавказа. Подробное изучение материалов согласно выбранной темы. Правильное и грамотное составление основной структуры работы. Составление и выполнение поставленных задач.

Для реализации поставленной цели были выявлены следующие задачи:

1. Составить биографический список по теме.

2. Осуществить краткий теоретический анализ, использовать теоретические источники по данной теме.

3.Составить введение, заключение.

Структура контрольной работы определена объектом исследования, состоянием разработки темы, целью и задачами контрольной работы. Она состоит из введения, пяти глав, заключения, списка используемой литературы.






1. Предмет и проблемы этнологии



Любое научное исследование предполагает изучение конкретного объекта с помощью мобилизации всего необходимого объема знаний. Но специфика объекта познания в любой науке неизбежно ставит перед исследователем вопрос о характере привлекаемых материалов, с помощью которых можно получить наиболее полное и точное знание об изучаемом объекте.

Сразу же отметим особо, что предметом этнологии и её проблематикой являются не только изучение систем родства, верований и мифологии так называемых примитивных обществ. В современной этнологии для научного анализа используется самый разнообразный материал: результаты, исследований и описания ученых-этнографов, записки путешественников, фольклорные и художественные тексты, этносоциологические и этнопсихологические исследования, публицистические материалы, официальные документы, историческая и общественно-политическая литература и т.д. Кроме того, при возможности непосредственного контакта с представителями изучаемого этноса ценными становятся наблюдения за их реакцией на различные ситуации, логикой аргументов и рассуждений, используемых в спорах и беседах, способами объяснения различных явлений окружающего мира и собственного поведения и т.п.

Этнология - это наука, изучающая процессы формирования и развития различных этнических групп, их идентичность, формы их культурной самоорганизации, закономерности их коллективного поведения и взаимодействия, взаимосвязи личности и социальной среды.

Своеобразие каждой науки, как известно, определяется ее собственным предметом изучения и методами исследования этого предмета. С начала становления этнологии как науки и по настоящее время сквозной темой ее исследований является генезис этнических культур и межэтнических отношений. Первоначально на основании крайне ограниченной и разрозненной информации о ранних периодах существования человека ученые строили (и продолжают строить сейчас) обобщающие этнологические теории. И хотя их авторы претендовали (и претендуют) на точную реконструкцию исторической реальности, результаты построения не следует отождествлять с тем, «что было на самом деле». Чаще всего эти теоретические конструкции можно расценивать как концептуальные модели, которые в лучшем случае представляют собой упрощенные идеализированные схемы, служащие точкой отсчета для упорядочения эмпирического материала.

Сопоставление такого рода теоретических моделей позволяет сделать вывод, что исторически первым предметом этнологии как науки стали народы, уровень культурного развития которых был значительно ниже, чем у европейцев. Такой методологический подход в определении предмета этнологии был обусловлен тем, что к концу XIX в. в результате процессов модернизации практически все европейские народы сумели создать качественно новый тип цивилизации. В результате стремительного технического развития и уверенности в безграничности человеческого прогресса европейцы начали считать, что историческое место культурно отсталых народов должно быть не рядом с цивилизованными европейскими народами, а далеко позади них. Эти народы были для цивилизованных европейцев в некотором роде «живыми предками», заслуживающими изучения и подчинения своим интересам. Европейцы зафиксировали это различие между народами и их культурами в самом названии «отсталых» народов, обозначив их словом «primitive», что дословно можно перевести как «первые».

Новое название получило широкое распространение в быстро развивающейся этнологии, поскольку удачно вписывалось в новую систему классификации культур, основывающуюся на критерии достигнутого уровня технологического развития. Исходя из такой классификации, примитивные народы и их культуры стали главными объектами формирующейся этнологии. Об этом самым убедительным образом свидетельствуют работы основоположников этнологии XIX в. — Льюиса Генри Моргана («Древнее общество»), Эдуарда Тайлора («Первобытная культура»). Ранние работы основоположников немецкой этнологии Теодора Вайца и Адольфа Бастиана также посвящены описаниям не имевших прошлого «первобытных народов», которым противопоставлялись имевшие свою историю «культурные народы». К последним, естественно, относились народы Европы, творившие историю путем интенсивного покорения природы, в то время как примитивные народы были беспомощны перед окружающим их миром из-за своей лености, инертности, необузданности.

Другая часть ученых выступала против сохранения термина «первобытные народы», поскольку его употребление предполагало использование термина «культурные народы», а такое противопоставление придает первому понятию уничижительный смысл. Действительно, нет ни одного человеческого общества, которое бы не достигло хоть какого-то прогресса в культуре, даже если говорить о людях каменного века, создавших первые каменные орудия труда. В мире вообще не существует человека в его первозданном состоянии, как это представлялось ученым на рубеже XVIII-XIX вв. Каждый человек предстает перед нами как существо окультуренное, создающее культуру, и поэтому разговор о «бескультурных» и «культурных» народах бессмыслен. Речь может идти только о разных типах культур, изучение которых и должно стать основным предметом этнологии.

Исторические события и процессы XX в. привели ученых к убеждению, что любой народ имеет право на самостоятельную жизнь, на самобытную культуру, право быть равным в сообществе народов. Среди этнологов господствующим стало убеждение об отсутствии "отсталых" и "передовых" народов - все народы равноправны.

Новые исторические обстоятельства и общественные проблемы вновь значительно расширили предметную область этнологии. К традиционным этнологическим областям знания добавляются новые, что позволяет ученым выделять внутри этнологии относительно самостоятельные сферы и направления. Так, в западноевропейской этнологии четко оформились и успешно развиваются хозяйственная (экономическая) этнология, социальная этнология, правовая этнология, политическая этнология, религиозная этнология. Процесс дифференциации этнологических исследований еще далек от завершения, и в ближайшие два десятилетия следует ожидать появления новых направлений в этнологической науке. 

Таким образом, предмет этнологии постоянно расширяется, что не дает возможности дать четкое определение этой науки. Поэтому в отечественной и зарубежной этнологии нет какого-то общепринятого определения этнологии, а существует довольно большое количество определений, основанных на различных методологических подходах, которые подчеркивают, по мнению их авторов, наиболее существенные черты этнологической науки. Разные определения предмета исследования этнологии являются выражением частично различных постановок вопросов, а частично и различных теорий и конструкций. В совокупности все эти определения предмета, постановки проблем, объяснения и описания составляют этнологию как науку в целом, даже когда отдельные исследовательские направления или отдельные ученые занимаются тем или иным аспектом этой науки. В этой ситуации динамичных изменений предметного поля этнологии мы не берем на себя смелость дать еще одно определение этнологии. Однако для более строгого и систематизированного изложения следующих тем данного учебника и для обстоятельного изучения этнологии студенческой аудиторией необходимо дать рабочее определение этнологической науки. Не претендуя на универсальный и единственно верный подход, мы считаем, что антология - это наука, изучающая процессы формирования и развития различных этнических групп, их идентичность, формы их культурной самоорганизации, закономерности их коллективного поведения и взаимодействия, взаимосвязи личности и социальной среды.

Как можно сформулировать основную проблему современной этнологии? Сделать это очень просто, не прибегая ни к какой специальной лексике, а на обычном бытовом языке. "За десятилетие папуас может полностью отойти от традиционного представления о космосе, принятого в его племени, пройдя при этом несколько этапов. Так, миссионер может убедить его, что источником могущества белого человека является Библия... Через пять лет папуас уже голосует за кандидата в депутаты палаты представителей, становится совладельцем грузовика и узнает о высадке человека на Луну, которую он еще десять лет тому назад воспринимал как тотемное божество. Остается загадкой, как человек может справиться с такими хаотичными сдвигами в области сознания и не сойти при этом с ума?"



2. Этнологические школы и направления: конструктивизм, инструментализм



1. Инструментализм. В середине 70-х гг. ХХ века в западной этнологии широкое распространение получила другая трактовка этничности, в соответствии с которой она рассматривалась как инструмент, используемый политическими лидерами для достижения своих интересов. Подобное понимание этничности, типичное для политологических исследований межэтнических отношений сложилось в рамках политологии, социологии власти и политической антропологии.

В этом значении этничность как идеология, создаваемая политической элитой для мобилизации масс в борьбе за власть.

Существенной чертой всех инструменталистских теорий является их опора на функционализм и прагматизм. Исходя из положений социологического функционализма, сторонники инструментализма считают этничность продуктом этнических мифов, которые создаются элитой общества и используются ею для достижения определенных выгод и получения власти. Культурные особенности, ценности и деятельность этнических групп являются орудием элиты для достижения определенных выгод.

В отличие от примордиалистского подхода инструментализм ориентирован не на поиск объективных оснований этничности, а на выявление тех функций, которые выполняют общности и этносы. Инструментализм исходит из положения: раз этносы и этничность существуют, значит, они служат определенным целям и конкретным интересам человека, облегчая его жизнь в обществе.

2. Конструктивизм. Согласно конструктивистскому подходу к пониманию:

этничность - это не что иное, как интеллектуальный конструкт писателей, ученых, политиков. Для конструктивизма этничность - вопрос сознания; членство в этнической группе зависит от представлений индивида о том, что такое эта группа.

Поэтому для определения этничности решающее значение имеет не культура этноса, а те культурные характеристики, которое в данный момент подчеркивают различия и групповые границы.

Этнос в конструктивизме понимается как общность людей на основе культурной самоидентификации (самоопределения) по отношению к другим общностям, с которыми она находится в фундаментальных связях. Отличительной особенностью этой концепции этноса и этничности по сравнению с другими концепциями является не добавление в определения этих понятий новых признаков, а введение в любой подобный перечень элемента «представления об этих признаках». Так, признаками этнической общности являются не общее происхождение, а представление об общей исторической судьбе общности, а также вера в то, что это - наша культура, а не сам по себе очерченный культурный облик, который без такой веры ни о чем не говорит.

Современная этнология, основанная на философии постмодернизма, подчеркивает неопределенность, бесконечность трансформации и текучесть этничности, поскольку она есть результат внутреннего выбора, вариант согласия только части социально активного населения.

Следствием выше представленных концепций является распространение следующего определения этноса - это группа, члены которой имеют общее наименование (этноним), обладают комплексом сходных черт в культуре, мифом об общем происхождении и коллективной исторической памятью, связывают себя с определенной территорией и чувством солидарности.

Причем наиболее важна субъективная сторона: коллективное сознание, мифология, воображение, а не связь с территорией и историческими процессами в качестве объективной данности.



3. Этногенез адыго-абхазских народов (адыгейцы, абхазы, черкесы, кабардинцы)



Касогская (адыго-абхазская) группа:

- абхазы 

- адыгейцы 

- кабардинцы, черкесы. 

Древние греки называли население Кубани, Черноморского побережья и севера Малой Азии - гениохи. По некоторым данным, досемитское население Палестины (т.н. рефаим) было адыго-абхазским. Древнейшее государство Хеттия (II тыс. до н.э.) возникло на этнооснове хаттов, проживавших на востоке Малой Азии, а затем покорённых индоевропейскими народами анатолийской группы - лувийцами, палайцами и неситами. К гениохам относились киммерийцы (меоты, таны, тавры, синды, досхи, дандарии), древнейшее население Крыма и Дона, находившееся на первобытной стадии развития. Адыго-абхазское население Черноморского побережья было оттеснено на Кубань, пришедшими на Кавказ иберийцами.

Антропологически адыго-абхазские народы относятся к западнокавказскому подтипу балкано-кавказского типа европеоидной расы. Особенности: высокая переносица, прямые брови, узкое лицо, высокий рост.

Абхазы (апсуа):

По народным преданиям, ведут свою родословную от Яфета. Свою страну называют Апсны - "Страна души". 

Численность - 115 тыс. человек. Основная масса верующих - православные.

По науке, существует 2 основных версии происхождения, которые являются отражением грузино-абхазского конфликта. Наиболее аргументированной и доказанной является первая версия.

Первая версия (абхазская). Абхазский народ сформировался к 8 в. н.э. Этнооснову составили убыхские племена абешла, абазгов, санигов и апсилов (коренного населения Черноморского побережья Кавказа). Консолидация убыхских народов связана с принятием в 6 в. н.э. христианства, которое сменило местные языческие культы, в том числе культ человеческих жертвоприношений. В 6 веке на территории современной Абхазии сложились такие образования как Абазгия, Апсилия, Мисиминия и Санигия. Этот же период (6 - 8 вв.) характеризуется и другими знаменательными событиями:

- Сложился абхазский стиль византийского архитектурного направления. 

- Под Иверской горой (Анакопией) было разбито арабское войско. 

- Абхазия стала предоставлять политическое убежище для беглых "политиков" из Армении и Ирана.

Абхазы делятся на 4 территориальные этногруппы: саму рзакан (восток Абхазии), бзыбь (запад Абхазии), гудоут (в районе Гудауты), абжуи (центр), которые используют свои диалекты абхазского языка (литературный - абжуйский), и имеют характерные окончания фамилий: 

-ба (Чанба), -иа (Гулиа), -аа (Ашхараа), -уа (Чарруа).

Абхазский язык подразделяется на два диалекта: кодорский (к нему отнесены говоры - абжуйский, саму рзаканский, гумский <гудоут>) и бзыбский.

Вторая версия (грузинская). Грузинский историк Отар Иоселиани считает, что нынешние абхазы - это северо-кавказское мусульманское племя апсуа, которое в 17 в. н.э. пришло с Кубани, и ассимилировало местный грузинский народ абхазов, который населял территорию от Поти до Сухуми. Пришельцы приняли христианство и этноним "абхазы". 

Однако, слово "абхаз" представляет грузинскую транскрипцию этнонима "абазг".

Версия Димитри Гулиа.

Димитри Гулиа в своей книге "История Абхазии" (1925) развернул эфиопскую гипотезу происхождения абхазов, подчеркивая, что "абхазы и их предки гениохи - суть колхи, вышедшие из Египта и, главным образом, из Абиссинии". Эти предположения базировались на "сказаниях Геродота о выходе колхов из Египта, вообще из Африки". Завоеватели древнего Египта гиксосы, ввиду частых мятежей среди египтян, "могли часть египтян и эфиопов выселить в свою страну и на ее окраины - в области, смежные с Закавказьем... Потомками этих невольных переселенцев и могли явиться отчасти те колхи, египетское происхождение которых, для Геродота стояло вне сомнения". Подозревалось родство абхазов также с семитами и хамитами, исходя из "родства языков семитических и яфетических (адыго-абхазских)". В частности, имелось ввиду наличие префиксов в абхазском языке как черты, указывающей на связь адыго-абхазских языков с хамитскими (берберскими), и наличием аналогичных явлений в одном из хеттских языков (хеттские языки представляли собой индоевропеизированные адыго-абхазские языки хаттов). Теория родства с хамитскими ( западно-чадскими) языками обсуждалась и в отношении нахско-дагестанских языков. Высказывалось также мнение, что абхазский язык по своей фонетике имеет сходство с языками койсанских племен Южной Африки - бушменов и готтентотов.

Однако, данная версия не подтверждена антропологически: абхазы принадлежат к понтийскому подтипу балкано-кавказской ветви, а египтяне относились к кушитской ветви, хотя между этими типами имеются определённые схождения, в частности в форме носа и ширине лица.

Адыгейцы (адыгэ):

Прямые потомки касогских племён адыго-абхазской группы. В формировании этого, а также кабардинского и черкесского этносов участвовали киммерийцы (фракийские племена, пришедшие с Балкан через Дон и Дунай), ахейцы (иллирийские племена, пришедшие с Балкан). Говорят на адыгейском языке, который распадается на несколько диалектов, на которых говорят субэтнические группы: абадзехи, бесленеи, бжедуги, егер-укаевцы, мамхеги, махошеи, натухайцы, темиргоевцы (литературный диалект), шапсуги, хатукаевцы. В результате царских репрессий, связанных не только с обвинениями в дружбе с Турцией (как было указано в статье Георгия Апхазури "К понятию нетрадиционной агрессии: Абхазская технология", www.newpeople.nm.ru, www.abkhazeti.ru), но и с массовым задействованием кавказцев на сельхозработах (после отмены крепостного права, многие крестьяне Кубани выкупились и уехали на север), 300 тысяч адыгов выехало в Турцию, а оттуда - в Сербию, на Косово поле, где они осели на исконно албанской земле. В настоящее время, численность ~ 2,2 млн. человек, из них 2 млн. - в Турции и Косово.

С Х века н.э. на западном Кавказе господствовало христианство, которое в 18 в. сменилось суннитской ветвью ислама. 

Черкесы и кабардинцы: 

Предки кабардинцев - зихи - до VI в. н.э. жили севернее Кубани, откуда были вытеснены гуннами. Кабардинцы в 14 в. переселились в местность Пятигорье (Беш-Тау), где потеснили потомков алан - осетин. 

Сами себя кабардинцы называют также "адыгэ", однако, в средние века они возвышались над остальными народами, которые платили дань кабардинским князьям. Названием этнос обязан князю Кербертею. Чиленность - около 1 млн. человек, причём 600 тысяч - за пределами России. 

В большинстве своём кабардинцы - сунниты, моздокские - православные. 

Черкесский этнос возник вследствие смешения адыгов-бесленеев с родственными им кабардинцами в 18 в. н.э. 

"Черкес" - это литературное наименование кавказских народов в 18 в. Это слово, по наиболее распространённой версии, происходит от тюркского слова "чер-кесмек" (разбойник) или от племени керкетов. Численность черкесов - 275 тыс. человек.

Говорят на диалектах кабардино-черкесского языка: литературный диалект Большой Кабарды, моздокский, бесленеевский, кубанский.

Характерным для адыго-абхазских языков является огромное кол-во согласных звуков: в убыхском языке - 82, в бзыбском диалекте абхазского языка - 67, в адыгейском - 55, в кабардинском - 48. Гласных очень мало: в абхазском языке - две, в абазинском - две в ударном и одна в безударном слоге, в убыхском - три. А всего в северо-кавказских языках суммарно насчитывается 299 различных звуков.



4. Свадьба и свадебные обряды и ритуалы



Свадьба также как и сватовство было наполнено рядом этикетных моментов. Прежде всего, это поздравления, адресованные родителям невесты. По правилам этикета отца невесты поздравляли мужчины, мать – женщины.

Мужчин и женщин, прибывших на свадьбу, устраивали в разных кибитках, рассаживание гостей происходило по старшинству. Мужчин за столом обслуживали юноши, а женщин – девушки. За столом соблюдались все правила застольного этикета. Кроме того, мужчины соблюдали правила распития хмельных напитков.

Одним из развлечений свадебного торжества считалось исполнение певцами народных песен, во время которых слушатели должны были придерживаться определенных правил поведения: они не должны были переговариваться, выкрикивать с места реплики, прерывать певца, подавать кому-либо различные знаки, жестикулировать. Запрещалось во время коллективного прослушивания песен, музыки демонстративно покидать свое место. Если возникала такая необходимость, то это надо было сделать как можно незаметнее. Присутствие женщин не возбранялось, но они никогда не садились рядом с мужчинами.

По этикету новобрачные на свадьбе не должны были находиться вместе. Другим развлекательным моментом на свадьбе являлись танцы. Танцующие пары также следовали определенным нормам поведения: инициатива приглашения на танец всегда исходила только от мужчины, а его завершение – от девушки. Категорически запрещалось силком тянуть девушку на танец, делать лишние движения, не предусмотренные танцем, смеяться, гримасничать, девушка должна была вести себя скромно, не выбегать навстречу партнеру, не выказывать особого желания танцевать и т.д.

Согласно этикету невесту встречали все старшие родственники, кроме жениха. Этикет не позволял семье жениха открыто выражать свое недовольство малым размером приданого, его составом и качеством входящих в него вещей. В знак уважения к новой семье, родственникам жениха невеста до конца свадьбы стояла. По этикету каждого посетителя невеста приветствовала кивком головы.

Руководил застольем тамада. Если кто-нибудь желал на короткое время отлучиться, он должен был спросить разрешения у тамады. Уходящему и возвращающемуся присутствующие оказывали уважение вставанием. Этих традиций строго придерживались и другие тюркские народы. После свадьбы молодожены продолжали соблюдать обычаи избегания, они не разговаривали друг с другом при посторонних и не уединялись.

Одним из завершающих этапов свадебного церемониала было посещение новобрачной родительского дома после свадьбы .Ее приезд к родителям также обставлялся рядом этикетных моментов. Так, молодая невестка из аула мужа должна была уйти незаметно, пешком, а к аулу отца подъехать на арбе. Будучи в гостях у родителей она не должна была показывать, что в ее жизни произошли какие-то изменения. Из отцовского дома она также старалась уйти незаметно, не привлекая к себе внимания. Подъезжая к аулу мужа, она снова сходила с арбы и старалась незаметно войти в дом. В последующие посещения родительского дома это скрывание уже не соблюдалось.

Завершением свадебных церемоний считалось приглашение зятя в родительский дом жены . Между зятем и родственниками жены соблюдались разговорные запреты и избегания. Менее строгими они становились после официального приглашения в дом тестя, хотя и после этого зятю не разрешалось обращаться к тестю по имени, пить, курить при нем и т.д. Зять не называл и тещу по имени, не заходил в ее комнату, не садился с ней рядом, не прикасался к теще, не обнажал перед ней головы и других частей тела. Общение между ними сводилось до минимума. Подобным же образом в отношении зятя вела себя и теща.






5. Застольный этикет и традиционная пища народов Северного Кавказа (ногайцы)



Застольного этикета ногайцев. Рассаживание членов семьи во время застолья происходило строго по правилам этикета. Согласно этикетной проксемике во время семейной трапезы почетное место – «тоьр» – занимал глава семьи, по правую сторону от него садились сыновья, по левую – жена и дочери. Наиболее почетные лица, взрослые члены семьи сидели ближе к хозяину и хозяйке, а менее почетные и молодежь – ближе к двери. Подобный обычай рассаживания за столом имеет давние традиции и восходит к древним обычаям кочевников. Мы склонны связывать его с проявлением деликатности и скромности и, конечно, с культурой поведения и этикетом.

У ногайцев существовали и определенные этикетные позы сидения за столом. Мужчинам полагалось сидеть по-турецки, женщинам - подмять под себя одну ногу, а вторую, согнув в колене, поставить перед собой.

Участники семейной трапезы обязаны были соблюдать определенные нормы поведения. Первым к пище прикасался глава семьи. Брать пищу следовало обязательно правой рукой. Есть за столом следовало неторопливо и аккуратно, не причиняя неудобств окружающим. Брать из общей посуды полагалось те куски, что расположены ближе всего. Во время трапезы считалось неприличным выбирать себе лучший кусок, если он находился в непосредственной близости от одного из сотрапезников, откусывать от целой лепешки, макать надкушенный хлеб в общую чашу со сладостями или подливами. Неприличным было наблюдать за соседом во время еды, откусить и положить обратно в общее блюдо непонравившийся кусок хлеба, мяса. От членов семьи, не говоря уже о госте, требовалось, чтобы в случае необходимости посторонний предмет, случайно попавший в блюдо, был удален незаметно для остальных сотрапезников. Эти правила на Северном Кавказе и в Дагестане были распространены повсеместно .

Недопустимым было во время еды ковырять в зубах, носу, почесывать голову, вычищать остатки пищи под ногтями. Считалось неприличным чавкать за столом, втягивать губами пищу, долго и неаккуратно размешивать еду в пиале. Подобных правил во время трапезы придерживались и многие другие народы Кавказа, особенно строго их соблюдали тюркоязычные народы Дагестана. Однако разжевывать мягкие кости, соскабливать ножом остатки мяса с кости, выбивать или высасывать костный мозг для кочевников-скотоводов было в порядке вещей, равно как сделать отрыжку после еды в знак насыщения.

Определенные правила существовали и при распределении мясной пищи. Самыми престижными частями бараньей туши считались: голова (правая сторона ее), лопатки или тазовые кости – их выделяли для главы семьи и старших участников застолья, часть грудинки и мякоть от ножки – для главной хозяйки. Существовали и определенные куски мяса, которые предназначались отдельно мужчинам и отдельно женщинам. Так, например, бедренные части – «орта сан», часть ножек – «ер басар», «бут», ребра – «кабырга» полагались сыновьям, а грудинка – «тоьс», сердце – «юрек», почки – «буйрек» – дочерям. Остальные, куски (шейная часть, самые нижние части ножек) считались менее престижными и предназначались для снох и младших участников трапезы. В результате этнокультурного взаимодействия с ногайцами эти правила распределения мяса были переняты адыгами.

Особо почетной частью ногайцы считают голову животного. Право раздела головы принадлежало главе семейства. Эта часть семейной трапезы также содержала различные этикетные моменты. Если во время семейной трапезы приходил гость, то его сажали рядом с хозяином. При этом гостя приветствовали лишь киванием головы (подавать руку для приветствия во время трапезы не полагалось, так как ногайцы считают, что еда выше гостя). Женщины садились спиной к гостю, а молодые снохи вообще покидали юрту. Старшую женщину эти условности не касались, она продолжала сидеть на своем месте. При этом все ели медленно, чтобы гость успел насытиться. Для обозначения сытости во время трапезы использовались кинесические приемы. У ногайцев отказаться от дополнительной порции можно было, закрыв сверху чашу ладонью.

Не принято было оставлять еду в чашке, но и вычищать ее дно кусочками хлеба считалось неприличным, не принято было доедать за кем-либо еду, наступать на пищу, пренебрегать ею, выражать свое недовольство по поводу качества того или иного блюда. Во время трапезы не позволительным считалось вести посторонние разговоры. По окончании трапезы ногайцы за еду благодарили Аллаха, а не хозяина, как это принято сейчас. Первым из-за стола вставал глава семейства, затем все остальные.

Результаты исследования показали, что в застольном этикете ногайцев в основном превалировали тюрко-монгольские традиции.

Национальная пища ногайцев — мясо-молочные, мучные и рыбные блюда: бесбармак (мясо с лапшой), кувырдак (жареное мясо с луком), казы и толтырма (колбасы), шашлык, казан борек (пельмени), инкал (род галушек), балык сорпа (уха), каши, различные виды сыров, пирогов, яичниц и т. д. Употребляются напитки: ногай шай (ногайский чай), йоурт, кумыс, айран, буза, сербет сув и многие другие.






Заключение



Проводится итог проведенного исследования. В данной контрольной работе представлены предмет и проблемы этнологии, этнологические школы и направления, этногенез адыго-абхазских народов, свадьбы, свадебные обряды и ритуалы, застольный этикет и традиционная пища.

Анализ материала обнаружил, что этнология - это наука, изучающая процессы формирования и развития различных этнических групп, их идентичность, формы их культурной самоорганизации, закономерности их коллективного поведения и взаимодействия, взаимосвязи личности и социальной среды.

Как показывают материалы исследования, у ногайцев в исследуемый период в семье довольно строго придерживались этикетной проксемики. Существовали и этикетные нормы в подаче и распределении пищи между участниками трапезы. Благодаря этнокультурному взаимодействию и взаимовлиянию правила рассаживания и распределения пищи за столом, характерные для кочевников-скотоводов, стали известны многим тюркоязычным народам Северного Кавказа и Дагестана, а также адыгским народам.

Этикетное поведение участников семейных мероприятий заключалось в произнесении тостов, здравиц, благопожеланий, связанных с различными семейными событиями, которые у разных групп имели свои специфические особенности. В результате нашего исследования мы пришли к выводу, что этикет семейной жизни народов Северного Кавказа, много общего.

А так же выяснили, что антропологически адыго-абхазские народы относятся к западнокавказскому подтипу балкано-кавказского типа европеоидной расы. Особенности: высокая переносица, прямые брови, узкое лицо, высокий рост.

Северный Кавказ - это Россия в миниатюре. Многочисленное население со 

своими обычаями, традициями, верованиями, языками, со своей культурой и историей. В общественном быте, традициях и обычаях народов Северного Кавказа есть много общего, хотя, безусловно, у каждого народа есть и свои различия.

Горские народы находились на разных уровнях исторической эволюции






Список используемой литературы



1. С.В. Лурье. Историческая Этнология. Глава I./ www.psyhology.org

2. В.В. Луценко – ОТНСК / Часть-1 , Кр.: 2006 г. С. 77

3. Алимова Б.М. — Брак и свадебные обычаи в прошлом и настоящем. / www. shax-dag.ru

4. www. Interkavkaz. Info

6. Луценко В. В. – Обычаи и традиции народов Северного Кавказа. Часть 2, Краснодар: -2007 С. 105

7. Хелен Краг, Ларс Функ Хансен. Северный Кавказ: народы на перепутье. Спб – 1996 С. 126

1