Культура первобытного человека

Реферат

«Культура первобытного человека»




Мышление и мифология



Известный русский писатель однажды сказал: «Рукописи не горят!» Именно текст позволяет наиболее достоверно судить о духовном развитии людей. Многие цивилизации исчезли с лица земли, оставив после себя погребенные под землей развалины зданий и кучи мусора, которые могут рассказать о многом, но молчат о самом главном. Только письмена на камне, глине и расползающемся в руках папирусе или бересте доносят до нас мысли людей, умерших тысячелетия назад. Поскольку до появления письменности мысли людей не фиксировались, мы не можем достоверно судить о том, какими именно были первобытные люди, о чем они думали, во что они верили и как воспринимали окружающий мир. Чтобы как-то реконструировать первобытные верования и восстановить их мировоззрение, ученые используют материал, накопленный при наблюдении за так называемыми традиционными обществами — племенами, которые до сих пор живут в отдаленных уголках планеты родоплеменным строем. Однако не ясно, находились ли эти племена с самого начала на столь примитивной стадии развития, или они постепенно деградировали, оказавшись в относительной или полной изоляции. Так, в джунглях Новой Гвинеи, где сегодня живут «первобытные» племена, археологи обнаружили остатки сложной системы орошения, для создания которой необходимо существование государства хотя бы в самой ранней стадии развития. Немым вопросам возвышаются колоссальные статуи на острове Пасхи. Здесь европейцы также обнаружили несколько сотен «первобытных» людей, которые почти забыли собственную письменность и в своем нынешнем состоянии были явно неспособны к созданию столь громадных статуй. Кроме того, ни в одном регионе мира развитие общества не шло по прямой от низших форм к высшим. Везде этот процесс шел очень сложно, взлеты чередовались падениями. Там, где еще совсем недавно шумели большие города, спустя всего несколько сотен лет только чернели полузанесенные песком развалины, на которых паслись дикие животные. И наоборот, прежние «дикие варвары» вдруг внезапно достигали невиданных высот развития и начинали свысока смотреть на менее удачливых соседей.

Однако за неимением ничего лучшего, ученые пользуются данным методом. Исследования, выполненные этнографами, учеными, изучающими «первобытные общества», используются при попытках восстановить образ мышления и религиозные верования людей, живших десятки тысяч лет назад.

Считается, что люди каменного века жили в полной гармонии с природой. Они являлись частью экологической системы, которую составляла кормовая территория племени. Человек напрямую зависел от природных условий и количества пищи в регионе, где он жил, и поневоле вынужден был подчиняться биологическим законам. Так племя регулировало рождаемость, убивая часть младенцев в голодные годы.

То, что первобытный человек не выделял себя из окружающей среды, определяло его восприятие окружающего мира и особенности мышления. Древние люди не обладали логикой в современном понимании этого слова, им было чуждо понятие четкого анализа причин и следствий каких-либо явлений, а их мировоззрение было проникнуто эмоциями, которые затмевали разум. В результате первобытное сознание порождало мифы, которые должны были объяснить происходившее вокруг. Люди переносили на окружающий мир свои свойства и чувства, то есть очеловечивали его. Природные стихии, предки, болезни принимали облик зверей или людей, наделенных сверхъестественными качествами. 

Впрочем, в сознании первобытного человека границы между естественным и сверхъестественным не существовало, его мозг не воспринимал очевидные противоречия, ему были чужды сложные абстрактные понятия, поскольку любое явление в его понимании имело конкретные человеческие качества и свойства. Сам мир представал как набор символов, где реальность и вымысел переплетались настолько, что всякая грань между ними просто растворялась в будущем мире эмоций. Первобытные люди обладали совершенно особым восприятием времени. В их сознании оно было разделено на две части — мифологическое и настоящее. Мифологическое время не было прошлым в нашем понимании этого слова. Оно вообще не было временем, поскольку происходившие в нем события не закончились и вообще не могли закончиться — они длились вечно, постоянно повторялись и имитировались в ритуалах племени. Все происшедшее моментально превращалось в миф, который существовал параллельно с обычной жизнью и не был отделен от нее.

Жизнь первобытного общества была строго регламентирована традициями и не принимала каких-либо серьезных новшеств. Люди должны были во всем следовать примерам, которые были даны им предками. Именно многократное повторение одних и тех же образцов поведения считалось добродетелью. Существовали строгие ограничения, называемые табу — священные запреты на определенные действия, под- крепленные мифами и авторитетом традиции.

Мифология была тесно связана с религией. Считается, что одной из первоначальных форм первобытной религии был тотемизм, то есть поклонение тотемам — священным видам животных или растений, которые обладают мифическими связями с племенем, являются его предками и покровителями. Одновременно в первобытном обществе развивалась магия как способ «воздействовать» на окружающую среду в своих интересах, например, обеспечить удачу охотникам. Шаман, обладавший по мнению соплеменников, особыми способностями влиять на мир, выполнял ряд магических обрядов.

Вера в магию основывалась на двух основных принципах: законе подобия и законе контакта. Древние люди считали, что подобное производит подобное. Так, если проткнуть изображение лося копьем с соблюдением всех требований ритуала, то во время реальной охоты будет убит настоящий лось. Закон контакта гласил, что вещи, которые однажды были в соприкосновении друг с другом, продолжают взаимодействовать на расстоянии после прекращения контакта. То есть если взять какую-либо вещь человека, его волосы или обрезанные ногти и совершить над ними соответствующие магические действия, это позволит повлиять на данного человека, например — навести на него порчу.

С магическими действиями был связан и обряд инициации — посвящения юношей и девушек во взрослые, после чего они считались полноправными членами племени. Юноши проходили через ряд весьма тяжелых и опасных ритуалов, во время которых они «умирали» и «возрождались» в новом качестве. Девушек посвящали в тайные культы, но иногда и они подвергались весьма болезненным процедурам.

О верованиях первобытных людей почти ничего не известно. Для того, чтобы восстановить их религиозные убеждения, ученые используют верования традиционных обществ, которые сохранились в различных частях света.

Наиболее архаичные формы мифов сохранились у австралийских аборигенов, которые заселили этот материк еще в мезолите и с тех пор были изолированы от остального мира. Таким образом, аборигены Австралии, которые занимаются только охотой и собирательством, не имеют постоянных жилищ, донесли до нас наиболее архаичные религиозные представления людей.

Австралийская мифология тесно связана с ритуальной жизнью племен. Их мифы делятся на экзотерические, то есть предназначенные для всех, и эзотерические, то есть засекреченные, в подробности которых посвящают только после обряда инициации. Кроме того, некоторые эзотерические мифы предназначены только для мужчин и держатся в секрете от женщин.

Действие в мифах происходит не в реальном времени, а в доисторическом — тогда, когда истории еще не было. Такое время у большинства австралийских племен обозначается тем же словом, что и сновидение. Это указывает на то, что речь идет о событиях, на которые не распространяются временные характеристики.

В Австралии живет большое количество различных племен, поэтому какой-либо единой мифологии у них не существует. Ученые выделяют основные районы: Центральная Австралия, где население придерживается более древних воззрений, Северная и Юго-Восточная Австралия, мифология населения которой претерпела некоторые прогрессивные изменения. Выделяются несколько основных сюжетных групп мифов.

Самыми древними считаются мифы о странствиях тотемных предков. Тотемные предки в одиночку или группами возвращаются на свою родину. Иногда это возвращение происходит в форме бегства или преследования. Подробно перечисляются их поиски пищи, трапезы, стоянки и встречи в пути. Наконец, достигнув цели, герои уходят под землю, превращаясь в чуринги — священные предметы поклонения. На месте появления чуринги создаются тотемические центры. Эти наиболее примитивные и архаические мифы, так называемые этиологические, которые объясняют происхождение сколько-нибудь заметных мест на кормовых территориях племен, приписывая их появление деятельности тотемных предков. Если в центральных районах Австралии тотемные предки представляются в виде зооморфных (звероподобных) существ, то на севере и востоке они — люди. Подобные мифы в сильно измененной форме сохранились у множества народов мира. Знаменитый белорусский писатель XIX века Ян Борщевский записал легенду, объясняющую появление в лесу близ одной из деревень большого валуна, прозванного «Ужовым камнем»: «Однажды летом в тихую ясную ночь с севера на юг летел, пылая огнем, змей, нес с собой якобы много золота и серебра грешнику, который продал дьяволу свою душу. Видели это прохожие и люди, которые возвращались с барщины. Вдруг раскололся купол неба, разлился сильный свет, люди, молясь, попадали на колени, а змей, пробитый лучом небесного светила, цепенеет весь, валится на пригорок и превращается в камень. Богатства же, золото и серебро, которое он нес с собой, на том самом месте сами закопались в землю». Несмотря на очевидные христианские наслоения, в этой легенде достаточно четко различим первоначальный миф, объясняющий появление священного камня, который в языческий период служил объектом поклонения.

Вторую большую группу австралийских мифов составляют представления о творении земли и человека, то есть космогония и антропогония. Вообще, представления о космосе как едином целом у австралийских аборигенов развиты довольно слабо. В мифах речь идет только о микрокосмосе в виде территории проживания отдельного племени и его ближайших соседей. Небесные же силы и явления не играют сколько-нибудь важной роли, лишь изредка выступая как безликие и неоформленные существа. Ученые выделили два основных варианта австралийских мифов о происхождении человека.

В первом варианте описываются странствия «вечных людей», которые затем превратились в ящериц. Первоначально земля была покрыта водой, и над поверхностью океана выступали только вершины высоких гор, на которых лежали люди со склеенными пальцами, ртами и глазами. «Вечные

люди» нашли их и разлепили. Позже, выступая в роли культовых героев, они дали предкам современных аборигенов ножи, копьеметалки, бумеранги и огонь. Здесь следует отметить, что теории происхождения людей из своего рода «полуфабрикатов» достаточно распространены и в мифологиях других народов, стоявших на значительно более высокой ступени развития. Так, в «Саршей Эде» древнегерманский бог Один оживляет древесные прообразы людей, как бы доделывая их.

Согласно второй версии австралийских антропогенных мифов, сначала на земле была вечная тьма, которую рассеяло поднявшееся солнце. Великий предок Карора поднял руки, и из его подмышек вышли бандукиты. Затем оттуда же вышли дети Карора — люди, которые начали охотиться на бандукитов. В древнегерманской мифологии существует миф о великане Имире, который достаточно близок Карора.

Самая поздняя группа австралийских мифов — предания о надтотемных предках. На севере Австралии — это «великая мать», которая выступает в сопровождении сестер или дочерей. Эти персонажи являются первопредками и культурными героями. Часто их сопровождает змей-радуга, который связан с плодовитостью, матерью-землей, дождем и противостоит огню. В мифологиях Юго-Восточной Азии этот образ превратился в хозяина дождя, пьющего небесную воду и причиняющего этим неисчислимые беды людям в виде засухи и так далее. На юго-востоке Австралии надтотемным предком является «великий отец». Некоторые исследователи считают, что это — зародыш представлений о небесном боге-творце.

Сухопутный мост, соединявший Австралию с Евразией, давно покоится на морском дне, а на его месте образовался Малайский архипелаг. Об одном из островов этого архипелага, Новой Гвинее, мифы коренного населения дошли до нас в полной неприкосновенности. Папуасы и меланезийцы попали в места своего проживания с той же волной, что и австралийские аборигены, однако далеко ушли от них в своем развитии.

Космогония меланезийцев и папуасов развилась из этиологических преданий. Если в меланезийских мифах в качестве демиургов (творцов) выступают духи-змеи или антропоморфные (человекоподобные) герои, способные превращаться в змей, то у папуасов обычны сюжеты о Солнце и Луне как преобразовавшихся первосоздателях, и космогонические акты трактуются как чья-либо оплошность. То есть папуасы считают, что мир возник просто по ошибке. Согласно представлениям жителей Новой Гвинеи, мир делится на три части: небо, где временно обитают демиурги; земля, куда они спускаются, создают людей и приносят им блага культуры; подземный мир, где обитают души умерших. Небо и земля соединяются при помощи высокого дерева (мирового древа), а путь на землю лежит через специальную дыру.

В более поздней меланезийской мифологии в образе культурных героев также выступают братья-близнецы, а образы духов-змей отходят на второй план и становятся их предками. Как правило, один из братьев «умный» и противостоит второму — «глупому» брату. По-видимому, выдвижение близнецов в качестве культовых героев говорит о первобытном страхе перед ними, как существами, отмеченными печатью сверхъестественных сил. Для поздних папуасских мифов характерны мотивы борьбы культовых героев с чудовищами, которые мешают деятельности творцов и приносят горе людям.

Как у папуасов, так и у меланезийцев люди возникают из сердцевины дерева, из водяных пузырьков или от брака пары первопредков, которые чаще всего были братом и сестрой.

Второй крупной группой папуасских и меланезийских мифов являются сказания о встречах первых людей с духами. В этих мифах рассказывается о контактах людей с различными духами, что чаще всего было связано с нарушениями табу. В результате этого человечество становится смертным и появляются болезни. Вообще, вера в духов (хозяев) природы и духов умерших занимает огромное место в мифологических представлениях папуасов и меланезийцев. Хозяев природы представляют в виде змей и невиданной окраски рептилий с несколькими хвостами и головами, которые живут в лесах, пещерах, водоемах, камнях и рифах и защищают традиционные нормы поведения. Духи умерших способны принимать различные формы, хотя предпочитают оставаться невидимыми. Постоянное место их обитания — земля умерших, которая описывается похожей на мир живых, но с обязательными признаками принадлежности к миру смерти.

Дальнейшее развитие мифологических представлений можно проследить на примере жителей Полинезии, которые обладают самыми развитыми в Океании религиозными представлениями. В Центральной Полинезии еще до появления там европейцев начался процесс образования ранних государств. Островами управляли вожди, которые довольно часто были одновременно и верховными жрецами. Полинезийская мифология была разработана так же тщательно, как древнегреческая, и очень походила на нее. Первоначально боги были просто олицетворением стихий, но затем жрецы систематизировали их и свели в единый пантеон. Главными полинезийскими богами являются: Тангароа — глава пантеона, бог-творец, бог моря и тьмы; Тане — бог лесов и животных; Ранго — бог-громовержец, бог земледелия и мира; Ту — бог войны. Сама полинезийская мифология состоит из трех основных циклов.

Первый цикл мифов — космогония и антропогония. Здесь главным героем выступает один из 4 богов. Первоначально царит хаос, затем бог отделяет небо от земли, создавая себе место для дальнейших действий. После этого он делает людей из глины или мягкой раковины. Есть также мифы, согласно которым простые люди произошли от червей, а вожди — от благородных предков.

Представления полинезийцев об устройстве мира не очень четкие. Земля и жизнь племен на островах противопоставлена небу и подземному миру. Земля, небо и подземный мир связаны с мировым древом, которое практически во всех мифологиях служит центром мира и связующим звеном между различными частями вселенной. Мировое древо является посредником между вселенной и человеком, а также местом их пересечения. Этот образ обеспечивал древнему человеку целостный взгляд на мир и определял его место в космосе.

Согласно верованиям полинезийцев после смерти души простых людей погибают, и только герои и вожди попадают в рай, расположенный где-то на севере.

Второй крупной группой сказаний является цикл мифов о Мауи. Мауи — культурный герой и мифический плут, то есть трикстер. Сочетание в одном персонаже серьезного культового героя и трикстера уходит корнями в мифы об «умном» и «глупом» братьях. Вообще, сказания о трикстерах были отдушиной в мире мелочной традиционной регламентации жизни родоплеменного общества.

В официальном полинезийском пантеоне Мауи был полубогом. Он добывает из подземного мира огонь и чудесный крючок для рыбной ловли, при помощи которого вылавливает из океана острова и отдает их людям. Мауи постоянно борется с богами, стараясь отнять у них для людей часть силы и привилегий. Однако ему не удалось победить смерть. Богиня ночи убила Мауи, и с тех пор люди стали смертны. Образ Мауи очень близок греческому Прометею.

Третий большой цикл мифов составляют сказания о Тафаки, образцовом вожде и полной противоположности Мауи. Тафаки мстит духам, убившим его отца, проходит целый ряд тяжелых испытаний, в конце которых добывает себе красавицу жену.

Следующим прекрасным примером развития мифологии от мировоззрения охотников и собирателей к верованиям племен на стадии образования государства служит Африка южнее Сахары. Древнейшее население Африканского континента, сохранившееся до наших дней, — бушмены и готентоты, составляющие койсанскую расу. Они были оттеснены на юго-запад «черного» континента народами банту и до сегодняшнего времени живут в каменном веке. Для мифологии койсанских народов характерны очеловечивание природы и тотемические представления. Их мифы объединены в два больших цикла. Первый — цикл о Цагне, герое в образе богомола, который совмещает в себе черты творца, прародителя и трикстера. Некогда все явления природы, небесные светила, животные и сам Цагн были людьми «древнего народа», который обитал на юге Африки до прихода бушменов и готентотов. С этими персонажами связано сотворение мира, главную роль в котором играл Цагн. Вторым крупным циклом являются мифы о небесных телах, то есть астральные. Бушмены и готентоты считают, что Луна является причиной того, что человек смертен. Она никогда не умирает до конца, и с людьми раньше было также. Но однажды мальчик, оплакивающий свою мать, не поверил в ее будущее воскрешение. Луна превратила его в зайца, а люди стали умирать насовсем.

Банту включают в себя более 80 народов, которые, занимаясь сельским хозяйством, достаточно сильно отличаются друг от друга уровнем развития и условиями проживания. Однако в их мифологии достаточно легко можно проследить общие для всех народов мотивы. У банту существует достаточно развитый институт жрецов, который разработал весьма сложную мифологию.

Космогонические мифы делятся на экзотерические и эзотерические. Если первые предназначены, для общего пользования, то в последние посвящены только жрецы, которые строго соблюдают тайну и охраняют ее от простых соплеменников.

В подавляющем большинстве мифов этой группы сюжет построен следующим образом. Великое и недосягаемое для понимания первоначальное божество относится к творению мира довольно легкомысленно, быстро устает и сходит со сцены, уступая место более энергичному последователю, который берется довести начатое дело до конца. Именно с этим вторым божеством люди устанавливают и поддерживают дружеские отношения. Но вскоре ревность отошедшего от дел старого бога приносит человечеству проклятие смертью. Когда люди стали смертны, жизнь превратилась в переходный этап от низшего существования к высшему.

Мифы банту о сотворении человека весьма многочисленны и распадаются на три большие группы. В религиях с развитым культом предков люди появились из земли или деревьев. В религиях с сакрализацией (святостью) царя и знати прародители царского рода снисходят прямо с небес. В остальных религиях человека творит какой-либо бог, который вырезает первых предков из дерева или вылепливает из глины. Кроме того, в мифологии банту достаточно хорошо разработаны предания о первородном грехе. В начале никто не умирал, но затем поступок какого-либо человека или животного повлек за собой смерть одного из первых людей.




Искусство Палеолита



Несомненно, что уже у неандертальцев возникли первые мифы и музыка, сопровождавшая религиозные церемонии. Однако доказать это не представляется возможным. Также нет каких-либо серьезных археологических свидетельств о существовании изобразительного искусства в среднем палеолите. Поэтому большинство ученых связывают возникновение искусства с распространением на Земле человека современного типа.

Самыми древними примерами творчества человека считаются оттиски человеческих рук и переплетения линий, так называемые «макароны», которые появились на стенах пещер в самом начале позднего палеолита. Вскоре люди начали создавать более сложные произведения — при помощи кремневых резцов или просто пальцем, который макали в растительные краски, они рисовали на стенах пещер животных, на которых охотились. Ученые считают, что эти изображения использовались в магических ритуалах древних людей, желавших обеспечить себе удачную охоту.

«Я увидел нацарапанную черту, потом еще несколько, и вот, потрясенный, задыхающийся от волнения, я смотрю на великолепно выполненную голову льва! Этот шедевр представляет собой голову льва в профиль, нарисованную в натуральную величину с неподражаемым искусством. Лев рычит, его пасть разинута, клыки угрожающе обнажены. Он рычит уже 25 тыс. лет, с того самого дня, когда при пламени жирового светильника, такого же коптящего, как и мой сегодняшний фонарь, дикий охотник встал на колени в том же самом месте, где я сам сейчас стою на коленях. Здесь на глине остались отпечатки его колен, и вот теперь я как бы сливаюсь с ним своим присутствием и преемственностью, которая связывает нас через века. Тот человек, одетый в грубую накидку из шкуры, почти босой и голый, взял острый камень и задумался в глубокой тишине и мраке пещеры. И вот он стал рисовать. Одним штрихом, без всякого наброска, без возможности исправить он одним росчерком изобразил голову льва. Несмотря на плохое освещение, неудобное положение, неровности скалы, этот великий художник нарисовал по памяти рассвирепевшего льва грубым кремневым орудием» — так известный спелеолог Норбер Кастере описывал свои впечатления от искусства палеолита, шедевры которого он во множестве находил в пещерах Франции.

В 1879 году, работая в пещере Альтамира в Испании, археолог Марселино де Савтурола первым обнаружил наскальные росписи палеолитических людей. Собственно, открытие было совершено его маленькой дочерью. Пока ее отец раскапывал остатки стоянки на полу пещеры, она осветила лампой потолок и закричала: «Папа, смотри! Быки! Быки!» Свет фонаря вырвал из вечного мрака потолок зала, на котором помещалась громадная многокрасочная роспись, изображавшая стадо бизонов. Для научной общественности XIX века это открытие было настолько невероятно, что спустя год на всемирном археолого-антропологическом конгрессе в Лиссабоне роспись без всякого обсуждения была единогласно признана преднамеренной подделкой, а сам Савтурола объявлен злонамеренным фальсификатором. Понадобилось несколько десятков лет и неутомимая деятельность Анри Брейля, «отца археологии Запада», чтобы полностью реабилитировать Савтурола и вернуть ему честное имя.

Все началось в 1897 году, когда археологу Эмилю Ривьеру с большим трудом удалось доказать подлинность петроглифов в пещерах Дордони на юге Франции. Через 4 года, в 1901 году, Брейль, продолжая исследовать Дордони, нашел множество наскальных рисунков. Последние сомнения в подлинности пещерных росписей были уничтожены в 1912 году археологом Бегуаном. В пещере Тюк д'Одубер во Французских Пиренеях, вход в которую был закрыт слоем сталактитов, возраст которых исчислялся многими тысячами лет, он обнаружил палеолитические изображения бизонов.

В 1940 году четыре французских школьника отправились в задуманную ими же археологическую экспедицию. На месте вывернутого с корнем дерева они увидели зияющую в земле дыру. Эта дыра их заинтересовала, тем более, что ходили слухи, будто это вход в подземелье, которое ведет в соседний средневековый замок. Внутри оказалась еще одна дыра — поменьше. Один из мальчиков бросил туда камень и по шуму падения определил, что глубина здесь большая. И все же он расширил отверстие, зажег фонарик и ошеломленный стал звать приятелей. Со стен пещеры на школьников смотрели какие-то огромные звери. Придя в себя, мальчики догадались, что это не подземелье, ведущее в замок, а пещера доисторического человека. О своей находке юные «археологи» сообщили учителю, который, хотя и отнесся к рассказу недоверчиво, все же согласился пойти осмотреть пещеру.

Так была открыта пещера, которую позже прозвали «сикстинской капеллой первобытной живописи». Это сравнение со знаменитыми фресками Микеланджело не случайное и не преувеличенное. В пещере Ласко мы встречаем редкую попытку первобытного человека изобразить массовую сцену с каким-то сложным сюжетом. Перед нами раненный копьем бизон, у которого из брюха вываливаются внутренности. Рядом с ним поверженный человек. А недалеко от них нарисован носорог, который, возможно, и убил этого человека.

Вообще, 90 % известных науке пещерных «картинных галерей» находятся во Французских Пиренеях в провинции Франко-Канабрия. Здесь обнаружено 120 пещер с палеолитическими росписями. Скорее всего, это объясняется тем, что в этом районе расположено множество карстовых пещер с оптимальными температурными условиями, которые обеспечили сохранность первобытных «фресок».

На территории России известно только одно место, где сохранились росписи, выполненные людьми верхнего палеолита. Это знаменитая Капова пещера в горах Южного Урала. На стенах двух залов этой пещеры были обнаружены около 40 рисунков, изображающих мамонтов, лошадей и носорогов.

Очень рано, одновременно с наскальными рисунками и барельефами начала появляться скульптура. Как правило, это было изображение женщины. Статуэтки обнаружены в различных поселениях верхнего палеолита приледниковои зоны, которая распространялась от Средиземного моря до Байкала. Они изображали не только женщин, но и животных, делались из бивня мамонта, из кости и даже из глины, смешанной с костной золой.

Много интересных находок было обнаружено в Костенках. Замечательными находками по передаче форм обнаженного женского тела и выразительности являются две статуэтки, обнаруженные здесь. В Костенках была найдена целая серия миниатюрных головок и фигур животных, вырезанных из мергеля — мягкого местного камня. Здесь есть хищники, например, лев и медведь, есть и превосходно оформленная голова верблюда. В Мальте и Бурети (на реке Ангаре) найдены скульптурные фигурки водоплавающих птиц, изображенных в полете, с длинной, вытянутой вперед шеей и массивной головой. Скорее всего, это гагары или лебеди.

Нередко первобытные художники придавали скульптурные формы простым бытовым вещам, например, кинжалам, рукоять которых превращена в фигурку оленя или козла.

Достаточно много о культуре верхнего палеолита могут рассказать погребения древних людей. Наиболее ранние могилы этого периода обнаружены в окрестностях Ментоны в Италии. Первобытные люди, хоронившие своих сородичей в ментонских гротах, клали их в одеждах, щедро украшенных морскими раковинами, браслетами и ожерельями из раковин, зубов животных и позвонков рыб. Из орудий рядом с останками найдены кремневые пластины и костяные кинжаловидные острия. Умерших засыпали красной краской. Например, в пещерах Гримальди в окрестностях Ментоны найдены два скелета — юноши 15—17 лет и старухи, положенные на остывшее кострище в скорченном положении. На черепе юноши сохранились украшения от головного убора, которые состоят из четырех рядов просверленных морских раковин, на левой руке старухи — браслеты из таких же раковин. Кроме того, около туловища юноши находились кремневые пластины.

Много подобных погребений было обнаружено в Азии. Одно из них открыто в Мальте (Сибирь). Здесь найден скелет младенца, для которого устроили из плит известняка настоящую гробницу, спущенную в лесовидный суглинок под полом древнего жилища. Две плиты ограждали скелет с боков, а третья покрывала его сверху. Дно было укрыто красной охрой. Младенец лежал на спине. На голове его был тонкий, тщательно отшлифованный обруч из мамонтовой кости в виде диадемы. На груди находилось богатое ожерелье из 120 костяных бус и семи узорчатых подвесок, заканчивавшееся стилизованной фигуркой летящей птицы. На груди оказалась и вторая фигурка птички. В области таза была обнаружена круглая костяная бляха с узором в виде зигзагов, изображающих змей. У ног младенца лежал большой костяной наконечник копья, а также кремневые пластины и острие. На правой плечевой кости ребенка сохранились остатки костяного браслета. Как и все другие предметы, он был изготовлен из бивня мамонта.

Интересные погребения были найдены также и в Костенках. Вместе с одним погребенным было положено 70 кремневых пластин, в том числе скребки и проколки, а также костяная игла с ушком. Кроме того, в могилу положили крупное костяное орудие, которое представляло собой лопаточку с рукояткой. Кости находились в прослойке красной охры. В качестве сиденья скелету служили также прослойки красной и желтой охры. Сверху могила была перекрыта лопаткой мамонта и костями лошади. Подобные погребения свидетельствуют о том, что в то далекое время уже сложился обычай хоронить умерших с украшениями и орудиями труда, которыми они пользовались при жизни, с запасами пищи.

Первобытными людьми были созданы многие виды музыкальных инструментов: ударные (из кости, дерева или натянутого куска кожи), струнные, или щипковые (их прототипом являлась тетива лука), духовые из полого дерева или трубчатой кости. Особенно широкое распространение получили трещотки и барабаны. Музыка, как правило, сопровождала танцы, с помощью которых человек стремился изобразить сцены охоты, подвиги воинов.

На поселениях верхнего палеолита обнаружены трубчатые кости с боковыми отверстиями. На Украине, в районе Чернигова, в хижине из костей мамонта нашли две костяные колотушки, шумящий наборный браслет из пяти костяных пластин и молоток из рога северного оленя. Некоторые ученые считают, что эти предметы являются музыкальными инструментами древнейшего оркестра.



Искусство Мезолита



Среди памятников культуры мезолитического населения Европы особое место принадлежит наскальным изображениям испанского Леванта (словом «Левант» обозначается в настоящее время восточное побережье Средиземного моря). Левантийские наскальные росписи настолько необычны по стилю и содержанию, что некоторые ученые пытались отнести их к более позднему, неолитическому периоду. Но против их гипотезы говорят многие факты, в том числе и тот, что в тех же пещерах есть более поздние, схематические абстрактные рисунки, нанесенные на более древние.

Наскальные изображения испанского Леванта, в отличие от палеолитических росписей, найденных в Испании и Франции, помещаются не .в темной глубине коридоров и камер, а в небольших навесах и гротах. Резко отличаются они от палеолитических изображений своими размерами. Вместо больших пещерных рисунков, часто равных по величине изображаемому животному — быку или дикой лошади, здесь преобладают миниатюрные фигуры, иногда совершенно незначительные по размеру. Например, человеческие фигурки в среднем имеют высоту 5 —10 см. Такие же небольшие и фигурки животных. А фигуры носорогов — длиною не более 14 см. Отличаются они и техникой росписи. В отличие от палеолитических художников, которые создавали многоцветные росписи, древние художники Леванта, как правило, употребляли только- черную или только красную краску. Только изредка они пользовались двумя цветами, но и тогда не вместе, а по отдельности, например, закрашивали всю фигуру человека красной, а одни только ноги черной краской.

Животные на левантийских росписях изображены мчащимися с бешеной скоростью. Они не просто бегут и прыгают, а как бы летят, распластавшись в воздухе всем своим телом, не прикасаясь копытами к земле, — настолько стремительно и неудержимо это движение. Таковой, например, является фигура разъяренного быка, преследующего охотника из грота Куэва Ремигия в ущелье Гасулья, такова фигура горного козла, который прыгает на стрелка с высоты.

Те же черты характерны для изображения людей. Детально и живо передают древние художники в росписях Леванта формы человеческого тела. Перед нашим взором на светло-сером скалистом фоне мелькают десятки и сотни гибких, полных стремительной энергии, человеческих тел, как правило, обнаженных и всегда очерченных с той же изящной четкостью, что и фигуры зверей.

Так, например, по мнению специалистов в этой области, подлинным шедевром первобытного искусства является фигура стрелка в большой сцене сражения. Изображена она на стене одного из гротов ущелья Гасулья. Маленькая красная фигурка стрелка полна одним стремлением, одним усилием, он весь в порыве и движении. С такой же выразительностью показаны фигуры и двух других стрелков, обнаруженных в той же пещере. На этот раз они направляют свои стрелы на горного козла, прыгающего сверху. Оба стрелка изображены в одинаковой позе. Они стоят, опираясь на одно колено, вытянув назад другую ногу и наклонив туловище вперед, навстречу животному.

Первое, что бросается в глаза, когда смотришь на эти рисунки, — непомерно узкое и длинное туловище, иногда имеющее вид прямого или слегка изогнутого стержня, как бы перехваченного в талии. И наоборот, в резком контрасте с этой узкой талией и туловищем находятся непропорционально массивные и детально обрисованные ноги с толстыми выпуклыми икрами и большая округлая голова, на которой часто показаны подробно вырисованные элементы головного убора. Иногда стилизация доходит до того, что все части тела фигуры, кроме головы, превращаются в узкие полоски. Тем не менее они очень выразительно передают движение человеческого тела и напряжение яростной борьбы.

Специалисты считают, что самые большие достижения искусства Леванта связаны с групповыми изображениями.

Эти рисунки оставляют далеко позади искусство палеолита. Одной из таких больших композиций является работа древнего художника в ущелье Гасулья. На рисунке с удивительной правдивостью показано, как одна группа воинов, вооруженных луками и стрелами, теснит другую в жестоком сражении. Справа находятся нападающие, слева — обороняющиеся. Фигуры нападающих неудержимо мчатся вперед, широко раскидывая на бегу ноги и осыпая своих врагов тучей стрел из туго натянутых луков.

В это время у многих художников возникает более ясное представление о глубине пространства. Об этом свидетельствует устойчивый и характерный композиционный прием, который обнаруживается на групповых рисунках. Так, например, на росписи из Куэвы Ремигии группа стоит вверху, а внизу виднеется распростертое тело человека, пронзенного стрелами. Как видно из рисунка, этот человек находится впереди, на переднем плане, а поражающие его стрелами люди стоят позади, то есть на заднем плане.

На наскальных росписях мы находим изображения самих людей, оставивших нам эти своеобразные сокровища первобытного искусства, их одежду или, чаще, заменяющие ее украшения, головные уборы, оружие. Как правило, мужчины показаны обнаженными. Лишь иногда, в отдельных случаях, на них что-то похожее на короткие штаны, которые даже не достигают колен. Зато всегда с особой тщательностью изображены такие детали, как бахрома или шнуры на поясе и у колен, составлявшие, наверное, предмет особой заботы и гордости их обладателей. Что-то похожее на такую же бахрому или накидку из шнуров иногда показано и на плечах людей. Бахрома эта причудливо развевается во время бега. Она придает мужским фигурам живописный и нарядный вид, подчеркивая быстроту их движений.

С такой же старательностью иногда вырисованы и головные уборы мужчин. То они из простых перьев, воткнутых в волосы, то в виде настоящей прически в разных вариантах, начиная от симметрично обрамляющих голову локонов и кончая сложными «сооружениями» из туго завязанных лент или бантов.

Как следует из росписей, видимо, основным занятием людей, которыми эти рисунки создавались, была охота на диких животных. В основном они охотились на благородного оленя и крупных быков. Однако на рисунках часто можно увидеть и изображения фигур горных козлов, кабанов.

Изредка на них показаны дикие ослы, а в одном случае — даже два носорога.

Охотничий лук представлен на рисунках двумя видами. На одних он имеет вид широкой и длинной дуги величиною с человека, если не более. Это простой лук, большой размер которого увеличивал силу его действия. На других рисунках лук показан с вогнутостью по середине. Возможно, это наиболее древний лук сложной конструкции, изгибающийся в обратном направлении, когда его освобождали от тетивы. Стрелы тоже не были одинаковыми. Они отличались друг от друга по форме наконечника и оперения. Хранились они в специальных, наверное, кожаных колчанах. Кроме стрел, потреблялись и метательные дротики. Целые пучки таких дротиков и стрел часто можно увидеть изображенными в руках охотников и воинов. Следует отметить, что в охоте принимали участие и собаки, кстати, единственное домашнее животное мезолитических племен Испании.

Зачастую рисунки рассказывают об отношениях между отдельными общинами, не всегда дружественных. На них показаны ожесточенные схватки и воины, убегающие от преследователей. Особенно выразительна фигура бегущего воина в навесе в ущелье Вальторта в провинции Кастельон. Низко пригнувшись к земле, он бежит, вытянув шею, преследуемый стрелами, две из которых уже впились ему в ногу. В навесе Мола Ремигия (ущелье Гасулья) сохранился превосходный рисунок, который передает сцену военного танца. Пять обнаженных воинов бегут друг за другом непрерывной цепочкой. Они бегут ритмически, подчиняясь в своих движениях одному такту, наверное, такту военной песни. Их тела одинаково наклонены вперед. В одной руке у них по пучку стрел, в другой — по луку, которые воинственно подняты кверху. Они бегут в одном направлении, угрожая неизвестным нам врагам. Впереди выделяется самая крепкая, коренастая фигура воина в пышном головном уборе. За ним торопятся другие. Это более тонкие и хрупкие фигуры. Скорее всего, это юноши.



Искусство Неолита



Изобретение в эпоху неолита керамики пробудило в людях того времени стремление делать вещи повседневного быта красивыми. Украшая замысловатыми узорами изготовленные им сосуды, человек с годами все более совершенствовал искусство орнамента, отмеченное все большей геометрической стройностью, ритмом красок и линий.

Изящны многие образцы прикладного искусства, относящиеся к тому времени. Среди них, например, ложка с головой лебедя из горбуновского торфяника (Свердловская область), которая поражает грацией в изогнутой лебединой шее и гармонией во всем контуре этой древней работы. Прекрасна голова лосихи из рога, обнаруженная в приуральском торфянике.

В наскальной живописи этого периода четко проявляется стремление к изяществу, которое очень часто нетрудно заметить. В качестве примера можно привести изображение женщины, собирающей на дереве лесной мед (пещера Аран в Восточной Испании). Одной рукой она держит высокий сосуд, а другая прячется в легком кружащемся облаке пчелиного роя.

На границе между Сахарой и Феццаном, на территории Алжира, в горной местности с названием Тассили-Аджер, в пещерах обнаружены удивительные рисунки и живопись — 15 тыс. живописных фрагментов, созданных в VI—I тысячелетиях до н. э. На этих рисунках изображены огромные пастбища и тучные стада в сотни голов, стройные пастухи, стерегущие эти стада. Тела людей удлинены, что придает им особое изящество. Выделяются тона — бурые, черные, желтые с золотистыми переливами и красноватые. На переднем плане — рогатая танцовщица или богиня в богатом уборе. Рядом — фигуры в масках, которые, возможно, выражают какие-то магические символы. Здесь же быки, антилопы, жирафы. Луки, стрелы, колесницы, которые несутся на большой скорости, человекообразные крутоголовые существа, по всей видимости, колдуны.

Древние художники держали краски в маленьких горшочках. Горшочков было столько, сколько требовалось красок. Кисти вначале делались из волос антилопы гну, позже их начали изготовлять из конского волоса, волосы прикрепляли к палочке при помощи сухожилий. Краска разводилась на растопленном жире. Кстати, перед тем как приступить к росписи стены, бушмены-художники на небольших плоских камнях делали предварительные наброски будущей картины.

Интересный памятник неолитического искусства был обнаружен на восточном берегу Онежского озера. Это часть гранитной скалы, на которой высечены десятки фигур — лоси и олени, утки и лебеди, большие ладьи с гребцами. Интересные изображения вереницы оленей были обнаружены на скалах при впадении реки Выга в Белое море в урочище Залавруга. На утесах Лены и Ангары обнаружены изображения лосей. Они покрывают целые скалы и изображены настолько точно и жизненно, что и сейчас кажутся нам живыми и одухотворенными.

На Амуре в то время обитали оседлые рыболовы. Они жили уже не в легких шатрах — чумах, а в прочных полуподземных домах целыми деревнями. Около их поселков и в древних жилищах уцелели образцы древнего искусства, оригинального и неповторимого, как и все остальное в жизни этих племен. На огромных валунах у старого нанайского села Сакачи-Алян до сих пор видны загадочные личины — лица неведомых существ, нередко окруженные ореолом или украшенные фантастическими головными уборами. Там же на шершавых глыбах дикого камня выбиты змеи, птицы, звери, стилизованные таким же причудливым и странным образом.

В обрывистом берегу Амура около устья реки Хунгари в остатках поселения каменного века, существовавшего более 5 тыс. лет назад, вместе с каменными топорами и наконечниками стрел из кремня был обнаружен удивительный сосуд. По его ярко-малиновому лощеному фону, блестящему, как на краснолаковых вазах Древней Греции, рукой неведомого мастера были выполнены скульптурные личины, почти такие же, как на валунах Сакачи-Аляна.

Наиболее величественными и загадочными памятниками неолитической Европы являются так называемые мегалиты. Этот термин (от греческих мега — «большой» и литое — «камень») археологи используют для обозначения сооружений из громадных камней, которые находят в Западной Европе, главным образом — на атлантическом побережье от Средиземноморья до Скандинавии, а также на Кавказе.

Наиболее часто встречаются мегалиты, назначение которых определяют как гробницы. Ученые выделяют дольмены и галерейные мегалитические гробницы. В отличие от дольмена, у галерейной гробницы входной коридор и сама погребальная камера не различаются, и все сооружение похоже на галерею, выложенную из поставленных на ребро гигантских каменных плит. Как дольмены, так и галерейные гробницы представляют собой каменные камеры, над которыми возвышаются курганы. Иногда стены гробниц украшены гравированным или нарисованным орнаментом в виде лент, спиралей или линий, изогнутых под прямыми углами.

Второй разновидностью мегалитов являются менгиры — одиноко стоящие, поставленные на ребро каменные глыбы. Довольно часто эти памятники образуют целые поля, так называемые аллеи менгиров. Группы менгиров, образующие один или несколько кругов, называют кромлехами или хенджами. Наиболее известные сооружения этого типа — Стонхендж в Англии и близ Корнака в Бретани, Франция.

До сих пор точно не установлено, кто, как и для чего строил мегалиты. Предполагается, что они были культовыми сооружениями. Несомненно, что строительство таких громадных памятников, состоящих из сотен и тысяч камней весом более 30 т, требовало организации достаточно большого количества людей, что возможно только в государстве. В любом случае, мегалиты могли быть построены только в развитом обществе с сильной экономикой и развитой социальной структурой. В 1979 году французские ученые провели эксперимент, решив попробовать передвинуть подобные каменные блоки. Когда 200 добровольцев пытались тащить 32-тонную плиту на катках при помощи блоков, выяснилось, что для того, чтобы оттащить этот камень на расстояние 4 км требуется полтора месяца. Исходя из этого, историки рассчитали, что для строительства средней мегалитической лостройки требовалось более 3 тыс. человек, которых нужно было в течение довольно длительного времени снабжать продуктами питания и обеспечивать жильем.