Храмовое зодчество Южной Франции: адаптация северных моделей к местным условиям

Храмовое зодчество Южной Франции: адаптация северных моделей к местным условиям 

В период, когда возводился фасад южного трансепта в Руане, в Лионе начали строить занадный фасад. Область портала с проходящим над ним глухим трифорием была создана между 1308 и 1332 годами, но затем строительные работы приостановились. Ярус с окном-розой был завершен только в 90-х годах 14 века, а башни так и остались незаконченными (сохранившиеся до наших дней их нижние части были построены в начале 15 века). Тем не менее весь фасад выполнен в соответствии с единым замыслом, хотя и несколько упрощенным при создании верхних ярусов. Как конструкция, так и скульптурный декор порталов ориентированы на модель двух фасадов трансепта собора в Руане. По-видимому, не стоит удивляться тому, что лионские зодчие незадолго до окончательного перехода этого города под власть французской короны придерживались самых современных на тот момент архитектурных образцов Парижа и его окрестностей. Важным элементом для создателей фасада в Лионе являлся также мотив щипца, характерный для обоих фасадов трансепта парижского собора Нотр-Дам. Однако если в Париже щипцы тонкие, похожие на перепонки, и отделены от стены, то в Лионе они оказываются частью стены фасада и оформлены, скорее, как рельеф. Эффект двуслойности исчез. Вся стена предстает здесь единообразным рельефом, о чем свидетельствует превращение контрфорсов в тонкие пилястры. Очевидно, создатель западного фасада в Лионе устал от игры с возможностями передачи объема, которой подчас с чрезмерным энтузиазмом предавались представители парижской “лучистой” готики. 

Фасады трансепта собора Бордо с их подчеркнуто вертикальной структурой, напротив, основаны на классических северофранцузских моделях. Строительство нового готического собора в Бордо началось в 60-х годах 13 века с возведения хора, план которого разработан по образцу хора в Реймсе. Инициатором постройки нового здания стал, по-видимому, Пьер де Ронсево, который был канцлером при дворе графов Шампани, а затем получил от папы Урбана 15 должность архиепископа Бордо. Церковная политика Ронсево отразилась на структуре плана нового собора, особенно на предпочтении двухбашенной модели для фасадов трансепта. С помощью этих великолепных фасадов Ронсево поднял статус главного храма своей епархии, уравняв ее в правах с архиепископскими соборами Реймса и Руана. Однако в том, что касается деталей, эти фасады, строительство которых началось незадолго до 1300 года, а завершилось, согласно преданию, в период правления английского короля Ричарда 2 (1377 - 1399), перенесли в Бордо парижский “лучистый” стиль конца эпохи Людовика Святого (несмотря даже на то, что Бордо отлично приспособился к владычеству англичан). Все эти факты должны предостеречь нас от чересчур поспешной интерпретации архитектурных форм в свете исторических событий или политических связей. 

В отношении некоторых южнофранцузских соборов подобные предосторожности соблюдались не всегда. Например, хоры соборов в Тулузе, Нарбоне и Родезе трактовались как проявление северо-французского “культурного империализма”. Кристиан Фрайганг показал, что такие интерпретации ошибочны. В 70-е годы 13 века, когда началось строительство этих хоров, победа над катарами и оккупация региона Людовиком 8 остались уже далеко в прошлом. Когда же каноники Нарбона писали о том, что хотели бы “подражать благородным и величественным церквям... королевства Французского”, они вовсе не пытались тем самым утверждать, что считают собор архитектурным символом французского королевства. Они всего лишь признавали исключительные достоинства новых соборов. 

В отличие от соборов в Нарбоне и Тулузе собор в Родезе был почти завершен в Средние века, но работы, начавшиеся в 1277 году, из-за хронической нехватки финансов окончились лишь около 1550 года. В первой трети 14 века был видоизменен архитектурный план. В первую очередь изменился тип опорного столба: служебные колонны тесно слились с главным стволом, образовав волнообразный профиль. И это новшество, и “встраивание” профилей аркады в стену центрального нефа были основаны на композиционном принципе слияния отдельных архитектурных элементов в компактную массу. Таким образом, позднеготический стиль начал развиваться в Родезе уже в начале 14 века. 

Еще в романский период на юге Франции большие храмы строили преимущественно по модели простой однонефной церкви. А одним из величайших готических храмов такого типа стал собор в Альби. Контрфорсы, членящие внутреннее пространство этого здания, формируют ряд боковых “столбообразных” капелл, поднимающихся почти до самых сводов нефа. Венец капелл образует апсиду; высота этих капелл также почти достигает высоты сводов нефа, что придает хору особую красоту. 

К сожалению, в конце 15 века все эти “столбы света”, окружающие единое внутреннее пространство здания, были разделены галереями, которые нанесли серьезный ущерб первоначальному эстетическому замыслу. Доминирующей чертой внешнего вида собора являются мощные цилиндрические выступы контрфорсов, благодаря которым здание напоминает крепость. По-видимому, столь грозный вид собора в Альби следует интерпретировать как символ могущества церкви, служивший для устрашения города, на протяжении многих лет остававшегося главным очагом альбигойской ереси. В одном акте помилования 1247 года отмечено, что предыдущее зданию собора было разрушено “войнами и еретиками”. Более того, энергичный Бернард де Кастане, инквизитор Лангедока и заместитель великого инквизитора Франции, перехватил инициативу строительства нового собора на следующий же день после вступления в должность епископа Альби в 1287 году. Хор был завершен приблизительно к 1330 году. В 1365 году уже строилась большая и довольно неуклюжая башня, похожая на донжон; таким образом, возведение нефа могло завершиться уже к концу 14 века. 

Как известно, одной из главных функций монахов-доминиканцев была борьба с ересями. Доминиканский орден был основан в 1215 году в Тулузе; там же ежегодно происходили собрания генерального капитула доминиканцев. В этом смысле “колыбелью” ордена можно назвать церковь монастыря якобинцев в Тулузе. Французские доминиканцы стали называться якобинцами в честь места их первого собрания, состоявшегося в Париже близ церкви Святого Иакова. Поскольку на родине готики не сохранилось ни одного храма нищенствующих орденов, церковь монастыря якобинцев в Тулузе представляет особую ценность для историка искусства. 

Создавалась эта церковь в несколько этапов. К первому зданию с двойным нефом, строительство которого началось в 1230 году, между 1244 и 1263 годами были добавлены два пролета и многоугольная апсида. С конца 13 века это здание начали реконструировать, и результат этой реконструкции, завершившейся до освящения в 1385 году, мы можем наблюдать и по сей день. Ряд необычно толстых колонн, тянущийся вдоль центральной оси просторного, высокого нефа; великолепно оформленные окна, расположившиеся над низкими боковыми капеллами по всему периметру здания; центрированный свод апсиды, нервюры котброго звездой расходятся от крайнего восточного столба (обычно именуемого “пальмой”), - все это производит чрезвычайно сильное впечатление. Разработанная здесь новая архитектурная концепция опиралась как на формы “лучистого” стиля, так и на популярный у доминиканцев Северной Франции стиль двухнефного храма; именно благодаря ей впоследствии сформировался гармоничный и монументальный тип южнофранцузских храмовых интерьеров.