Развитие музейного дела в дореволюционной России XVIII–начала XX веков

СОДЕРЖАНИЕ



Введение

Глава 1. Развитие музейного дела в XVIII веке в России

§ 1. Коллекции живописи, музеи изобразительного и прикладного искусства

§ 2. Естественно-научные (природоведческие) коллекции и музеи

§ 3. Научно-технические коллекции и музеи

§ 4. Исторические коллекции и музеи

Глава 2. Музейное дело в первой половине XIX века в России

§ 1. Художественные музеи

§ 2. Природоведческие музеи

§ 3. Музеи науки и техники

§ 4. Исторические музеи

§ 5. Начало организации охраны памятников истории и культуры

Глава 3. "Золотой век" музеев во второй половине XIX – начале XX века в России

§ 1. Общие тенденции развития музейного дела

§ 2. Художественные музеи

§ 3. Природоведческие музеи

§ 4. Музеи науки и техники

§ 5. Исторические музеи

Заключение

Список использованных источников




ВВЕДЕНИЕ



Музей (греч. muséion - место, посвященное музам, храм муз, от músa - муза) – исторически обусловленный многофункциональный институт социальной памяти, посредством которого реализуется общественная потребность в отборе, сохранении и репрезентации специфической группы культурных и природных объектов, осознаваемых обществом, как ценность, подлежащая изъятию из среды бытования и передаче из поколения в поколение, - музейных предметов.

В настоящее время сложился ряд определений понятия "Музей", что объясняется как неустоявшимся состоянием языка музееведения, так и сложностью феномена музея. Большинство исследователей определяют музей как социальный институт через выполняемые им социальные функции. В сфере международного общения часто используется определение, данное в Уставе международного совета музеев (ИНКОМ) (1974): "Музей – постоянное некоммерческое учреждение, призванное служить обществу и способствовать его развитию, доступное широкой публике, занимающееся приобретением, хранением, исследованием, популяризацией и экспонированием материальных свидетельств о человеке и среде его обитания в целях изучения, образования, а также для удовлетворения духовных потребностей.

Другие исследователи определяют музей через музейный предмет. Важнейшим для понимания сущности музея в этом случае становятся понятия "музейная потребность" (стремление человека сохранить предметы, имеющие не связанную с текущими утилитарными функциями духовную, эстетическую, научную, мемориальную и т.п. ценность) и "музейность" (музеальность, свойство предмета, обладающего такой ценностью и поэтому подлежащему помещению в специальные условия хранения, изучения и репрезентации).

Музеи сосредоточивают в своих фондах главным образом предметы вещественные и изобразительные, в том числе произведения искусства, вместе с тем в музеях хранятся и письменные источники (рукописные материалы, печатные документы, книги, от инкунабул до изданий последнего времени, представляющие историческую ценность).

История возникновения музеев как своеобразных общественных институтов, удовлетворяющих потребности политического, научного, культурного, экономического характера, уходит в глубокую древность. Предшественники музеев появились на том этапе развития человеческого общества, когда предметы-подлинники, взятые из природы и общественной жизни, стали сохраняться не в утилитарных хозяйственных целях или как материальные ценности, а как документальные, мемориальные свидетельства и эстетической ценности.

Музеи сегодня являются общедоступными научно-просветительными учреждениями и пользуются популярностью среди различных слоев общества. Нетрудно заметить, что музей как специфический социокультурный институт, формирование которого началось уже на ранних этапах цивилизации, у большинства народов характеризуется относительно ровным поступательным движением. Это объясняется стабильной объективной потребностью человечества в сохранении и трансляции культур прошлого.

Обзор исторического пути, пройденного музеями мира может включать большой период, охватывающий несколько тысяч лет. Начальная граница периода просматривается очень слабо, если она вообще может быть точно определена.

Истоки искусства народов Восточной Европы теряются в истории восточного славянского народа "антов", который еще в VI веке образовывал первые большие союзы в Поднепровье и совершал набеги на Византию. Со второй половине XI века Восточная Европа вступает в период феодальной раздробленности. И так же, как и на Западе, средневековое славянское искусство обрело свое самостоятельное неповторимое лицо уже тогда, когда была нарушена неустойчивая централизация государственной власти. До этого культура Восточной Европы была высокой, но еще не вполне самобытной. Приняв в конце Х веке христианство, киевский князь Владимир принял и византийскую культуру, которая скрестилась с языческими обычаями и художественными традициями славян. Славяне знали литье и чеканку, керамику и вышивку, владели тонким мастерством эмалей. Они производили искусные ювелирные изделия — бронзовые амулеты и украшения: звездчатые подвески, пряжки, колты и гривны (древние серьги и ожерелья), усыпанные "зернью", увитые сканью.

Киевское, Полоцкое, Новгородское княжества быстро выдвинулись в ряд передовых стран средневекового мира. Время княжения Владимира Красное Солнышко, Ярослава Мудрого, Всеслава Брячиславовича осталось как время процветания и славы этих земель. Князь Ярослав был выдающимся государственным деятелем, который "книгам прилепса... и собра писце многы и перекладаше от грек на словеньское письмо, и списана книг многы...". Киев, Полоцк и Новгород, помимо Византии и Скандинавии, сообщались со славянскими странами, с Францией, Германией, Англией, что оказывало влияние на торговые отношения и развитие их культур. В XI веке широко и богато обустраивались города, были заложены храмы Софии, начали составляться летописные своды.

Как на Западе, так и на Востоке церкви богато украшались, были своего рода культурными центрами. Софии Киевская, Полоцкая и Новгородская были украшены мозаиками и фресками работы выдающихся мастеров. Эти мозаики достойны стоять в ряду лучших творений византийского искусства, но в них есть и нечто новое: печать характера молодых мужественных народов, для которых культура Византии была отправной точкой, а не предметом слепого подражания.

Древнее восточнославянское искусство развивалось в общем русле средневековой культуры. Оно, так же, как и современное ему искусство Западной Европы, оставалось преимущественно церковным, преломляло впечатления жизни через призму христианской мифологии и соблюдало установленную иконографию. Оно также было и делом рук ремесленников, делом коллективным, артельным, его художественные принципы складывались как приемы искусного, "хитрого" ремесла, поэтому оно естественно входило в окружение и быт человека и составляло основу будущих собраний восточнославянских князей и царских династий.

В Средневековье подобные сокровищницы расценивались как необходимый атрибут власти. Их имели многие восточнославянские князья в своих резиденциях. Здесь проводили собрания, приносили жертвы богам, сюда привозили дань, торговали. Они становились местом хранения княжеских сокровищ, подробные сведения о которых, к сожалению, до нас не дошли.

Если начало собирательства, а точнее, процесс накопления предметов, на киевских, новгородских и полоцких землях прослеживается фрагментарно, то факт существования сокровищницы Великого княжества Литовского в историографии бесспорен. В ней находились архив Великого княжества Литовского, канцелярские книги, важнейшие государственные документы, военные трофеи, дары, другие вещи. Одновременно она выполняла функции главного арсенала. До середины XVI в. сокровищница, тесно связанная с великокняжеской канцелярией, была подчинена непосредственно канцлеру, затем подскарбию земскому (министру финансов).

С богатством светских правителей по красоте содержащихся в них сокровищ могли соперничать некоторые средневековые церкви. Коллекции церквей имели как экономический, так и идеологический характер. В их составе были многие реликвии, которые пользовались уважением верующих и связывались с именами Христа, Матери Божьей, апостолов, святых и мучеников. Большинство реликвий были украшены золотом, серебром и драгоценными камнями. В храмах хранились также рукописи в роскошных обложках, дорогие восточные ткани.

Так, известная белорусская просветительница Ефросинья Полоцкая вместе с составлением церковных акафистов и переписыванием книг заботилась о пополнении художественными реликвиями основанных ею храмов. Она решила украсить Богородицкий мужской монастырь иконой Матери Божьей Эфесской — одной из трех икон, которые, согласно христианской традиции, евангелист Лука написал с девы Марии. Намерения Ефросиньи помогли осуществить император византийский Эммануил Комнин и патриарх Лука Хрисоверг, и вскоре икона Матери Божьей была доставлена из Эфеса в Полоцк. Ефросинья же "внесше в церковь богородицы и постави ю... и украси ю златом и камением многоценным".

Построенная по приказу Ефросиньи Полоцкой Спасо-Преображенская церковь также хранила в своей ризнице весьма ценные дары. Принявшая монашество сестра Ефросиньи, Звенислава пожертвовала монастырю свое приданое, "принеся всю утварь златую и порты многоценные".

Наконец, нельзя обойти молчанием такой шедевр белорусского декоративно-прикладного искусства, как крест, сделанный в 1161 г. полоцким мастером Лазарем Богшей для Спасского монастыря. Крест выполнял роль ковчега: в нем хранились полученные Ефросиньей из Иерусалима и Константинополя христианские святыни — капли крови Иисуса Христа, части креста Господня, камень гроба Богородицы, мощи св.Пантелеймона, св.Стефания и т.д.

Первое летописное упоминание об Оружейной палате относится к 1547 г. (здание построено в 1844—1851 гг. архитектором Константином Тоном).

Во времена Ивана III, когда Кремль был заново построен, на Соборной площади появился Казенный дом, каменное здание, куда поступали самые ценные изделия и драгоценности. Были среди них вещи заморские, привезенные из далеких стран, были и сделанные в Москве, в мастерских, располагавшихся в каменных палатах Кремля. Одна называлась Золотой, другая — Серебряной, самая большая мастерская называлась Оружейной. Оружейники делали сабли, ножи, пики, кольчуги, пистолеты, шлемы, одним словом, оружие и доспехи для царя и его приближенных. В Золотой и Серебряной палатах делались царские венцы, кольца, серьги и другие украшения, драгоценная посуда... Оружейная палата, объединенная с другими палатами и Конюшенным приказом, стала хранилищем старого оружия, одежд, посольских даров, конского убранства.

Таким образом, анализ исторических фактов свидетельствует о том, что основы музейной деятельности начали формироваться уже в Древней Руси, а корни её уходят ещё дальше. Происходило собирание, хранение и демонстрация публике музейных предметов, в которых наряду с экономическими и эстетическими аспектами видели объекты изучения.

Первые домузейные собрания несли на себе отпечаток общественных отношений, отражали духовные, культурные и идеологические интересы правящей верхушки и нередко служили средством укрепления ее власти.

Тема музейного дела давно привлекала внимание исследователей, но несколько лет назад в 2001 году, после многолетних исследований в области истории и теории музейного дела, вышла в свет "Российская музейная энциклопедия", которая стала, пожалуй, самым значимым источником, использованным для раскрытия темы при работе над дипломной работой.

Это первое не только в России, но и в мире издание, дающее полную картину формирования и современного состояния музейного дела целой страны. Российская музейная энциклопедия РМЭ представляет собой 2-томник общим объемом 140 печатных листов. В работе над ним участвовали более 1000 авторов из научных центров и музеев России и стран ближнего зарубежья.

Разработка концепции и подготовка рукописи осуществлены сектором музейной энциклопедии Российского института культурологии МК РФ. Сектор - научно-исследовательское подразделение, созданное в 1986 г. для разработки концепции и подготовки к изданию первой отечественной музейной энциклопедии. Сектор занимается разработкой фундаментальных проблем теории и истории музейного дела, а также исследовательских и прикладных проектов в данной области.

Основным методом этого исследования стал историзм. Даже в кратких терминологических статьях авторы попытались не просто сформулировать то или иное понятие, но и выяснить, когда оно появилось и как трансформировалось в дальнейшем. Важным инструментом стал также системный подход к анализу и интерпретации фактов. Любая энциклопедия представляет собой информационную систему. Российская музейная энциклопедия – первое в мире издание, где объединены пять крупных блоков информации: исторический, теоретический, музеографический, биографический, прикладного музееведения.

1495 статей энциклопедии посвящены вопросам теории музейного дела, истории формирования музейных собраний, биографиям музейных деятелей, коллекционеров, реставраторов.

1700 цветных и черно-белых репродукций и фотографий превращают издание в каталог шедевров, хранящихся в российских музеях.

Музейный мир каждого из 89 регионов России представлен в энциклопедии картами и кратким очерком истории изучения и музеефикации культурного наследия, формирования музейной сети. Наиболее значимым музеям региона посвящены отдельные статьи.

Даже в кратких терминологических статьях виден системный подход к анализу и интерпретации фактов. А вообще здесь пять крупных блоков информации: исторический, теоретический, музеографический, биографический, прикладное музееведение. Это дает возможность воспроизвести картину музейного мира России во всей ее полноте.

Другим важным источником при разработке темы дипломной работы послужила книга "Музейное дело в России". Книга вышла в свет в 2003 году, написана авторскими коллективами специалистов Кафедры музейного дела Академии переподготовки работников искусства, культуры и туризма и Сектора музейной энциклопедии Российского института культурологии. Книга адресована в первую очередь музейным работникам и представляет цельную картину истории и современного состояния музейного мира России и основных направлений музейной деятельности.

Работа представляет собой фундаментальное, оригинальное, в своем роде уникальное междисциплинарное исследование, имеющее, несомненно, более чем значительную, теоретическую и практическую ценность.

В книге ясно и последовательно прослеживается принцип историзма. Само изложение материала и его анализ на протяжении всей монографии выстраивается в стройную и ясную картину, где настоящее, сопр... далее ""икасаясь с прошлым, позволяет наметить контуры будущего.

Авторы вполне справились с задачей, о которой они сказали в Заключении - осмыслить генерацию культуры будущего как "миссию музея в современном обществе".

В книге подкупает то, что она создана на базе обширной литературы и на основе личной деятельности и опыта ее авторов, т.е. это не взгляд со стороны, а результат труда заинтересованных в развитии своей науки специалистов. Именно это делает труд интересным монографическим исследованием, которое полезно не только для профессионалов в области музейного дела, но и добротным учебным пособием.

Анализ источников позволяет сделать вывод о довольно хорошей изученности темы отечественными исследователями.

Данная дипломная работа посвящена истории музейного дела в дореволюционной России XVIII – начала XX веков, в работе музей будет показан хранителем великой истории некогда великой культурной державы, хранителем памяти наших славных предков, лучшего их того, что было создано предыдущими поколениями и бережно сохранено нашими предшественниками. Хранителем, имеющим свою историю. Причем именно в XVIII – начале XX веках музейное дело переживало период бурного развития и становления, что в полной мере отражало динамику культурного развития России.

Следовательно, целью данной дипломной работы является исследование истории развития музейного дела на фоне культурного развития России XVIII – начала XX веков, поскольку именно тогда была заложена прочная культурная основа развития государства. И именно в тот период музеи взяли на себя миссию хранителей культурных сокровищ, хранителей бесценного духовного наследия России.

В сегодняшний период кризиса российской духовности обращение к истории музейного дела чрезвычайно актуально, ведь именно в руках российских музеев находится мощный инструмент, отпора, огромной скрытой силы действия орудие - культурное достояние нации: овеществленная память минувшей славной истории, наследие российских гениев и героев, самые убедительные свидетельства прошлых побед и завоеваний, лучшие, заповедные земли России, архитектурные жемчужины, художественные сокровища, археологические реликвии, святые образа и знамена, поднимавшие некогда на подвиг.

Изучение исторического развития музейного дела особенно актуально на постсоветском пространстве в силу возрастающего интереса к истокам национальных культур, переосмысления их содержания и форм. Знание истории становления и развития музейного дела, особенностей каждого из ее этапов имеет и чисто практическое значение, так как формирование политики в сфере музейного дела, прогнозирование его дальнейшего развития возможно лишь в историческом контексте. Всякий реалистический взгляд в будущее требует исторической ретроспективы, использования положительного опыта прошлого и, наконец, осознания допущенных ошибок.

Следовательно задачами дипломной работы будут являться:

рассказать об истории музейного дела, этапах развития в период XVIII – начала XX веков в России;

привести историю возникновения наиболее значительных музеев России, а также рассказать о людях – важных участниках развития и становления музейного дела в выбранный период времени;

параллельно проследить историю возникновения различных методов музейного дела в России в XVIII, XIX, начале XX века;

показать историческое значение музейного дела для культурного развития страны XVIII – начала XX веков.

Структура дипломной работы будет строиться соответственно. Во введении кратко характеризуется выбранная тема дипломной работы, в общем виде обозначаются цели и задачи всей работы, проводится анализ историографии по теме.

Первая глава дипломной работы посвящена началу развития российского музейного дела в XVIII веке.

Во второй главе дипломной работы будет дана историческая характеристика дальнейшего развития и становления музейного дела в 1-й половине XIX века.

Истории музейного дела во 2-й половине XIX - начале XX века в нашей стране, как отражению культурного, научного, а также политического и экономического состояния России того времени будет посвящена третья глава работы.

В заключении подводятся итоги всей дипломной работы, делаются выводы.




ГЛАВА 1. РАЗВИТИЕ МУЗЕЙНОГО ДЕЛА В XVIII ВЕКЕ В РОССИИ

музейный экспонат коллекция искусство культура

Важнейшее значение для понимания музея имеет изучение причин и механизмов его появления и развития. Возникновение музеев нередко связывают с изначально присущей человеку потребностью собирательства. Крайнее выражение этой точки зрения – "биологическая" теория коллекционирования, выводящая собирательство из инстинкта, близкого инстинктам животных. Действительно, большинство музеев в прошлом возникали из коллекций, однако эта теория не дает ответа на вопрос, в какой момент и почему коллекция превращается в музей.

"Физиологическая" теория, выводящая музей из античных "мусейонов" - храмов муз, более подходит для объяснения происхождения современных многофункциональных музеев, являющихся культурными и исследовательскими центрами, чем традиционным коллекциям. Согласно ещё одной теории, в древности складывались лишь предпосылки возникновения музеев, а о собственно музеях можно говорить начиная с эпохи Нового времени (не ранее XV века), когда со становлением исторического мировоззрения и новой, "нетрадиционной" культуры общество оказалось заинтересованным в учреждении, собирающем, интерпретирующем и хранящем культурный опыт .

В становлении музея выделяют две фазы, первая из которых связана с формированием общественной музейной потребности, а вторая с генезисом музея как социального института.

Развитие музейного дела в Европе XVII—XVIII веках связано с Реформацией западной христианской церкви и Просвещением — идейным течением антифеодальной направленности, эрой преодоления идеологического догматизма и победы науки над схоластикой. В XVIII веке стало массовым образование, появились научные общества и академии, которые изучали литературу, искусство, науки.

Перемены, произошедшие в собирательстве и музейном деле Западной Европы, нашли свой отзвук на восточной части континента.

Как уже было сказано, появлению музеев в России предшествовало хранение отдельных исторических памятников и целых собраний в монастырях, церквах, резиденциях князей, известных по древне русским источникам. Вершиной протомузейного коллекционирования явилась собирательская деятельность Оружейной палаты в Москве (формирование музейного ядра в XVII веке). Первым русским музеем стала петербургская кунсткамера (1714), открытие которой по распоряжению и при содействии Петра I положило начало музейному строительству в России.

В последние десятилетия царствования Петра I Россия выходит на европейскую арену как держава, поддерживающая не только прочные торговые, дипломатические, экономические, но и культурные связи с ведущими странами Европы. Отличительными особенностями новой культуры, пришедшей на смену средневековой России в начале XVIII века, были ее светский характер, открытость, т. е. стремление к общению с другими культурами. Новая культура не мыслилась вне светского образования, развития науки, издания книг, газет, журналов. Типичным представителем новой культуры был Петр I, которого отличали жажда знаний, чувство современности, стремление поднять Россию до просвещенного уровня, поднять на новую ступень экономического и культурного прогресса.

Преобразования Петра I затронули фактически все сферы общественной жизни, определив на длительную перспективу пути развития страны. Это касается и развития музейного дела в России, заложенного Петром I в самом начале XVIII века.

Из наиболее ранних "музейных идей" царя, можно привести издание в 1701 году указа о строительстве цейхгауза в Московском Кремле, где Петр I предполагал устроить музей военных трофеев. Старое оружие представляло интерес с точки зрения, как его конструкции, так и возможного использования для вооружения регулярных войск в экстренных ситуациях.

В 1702 году Петр I приказал князю Одоевскому проверить все тайники Кремля и "взять прежние описи и описанные книги, осмотреть и описать, все ли это в целости. А, осмотрев и описав все, поставить под хорошую охрану". Указ царя узаконил основную функцию Оружейной палаты как древлехранилища фамилии Романовых. Оружейная палата была доступна узкому кругу лиц. Предметы в ней выставлялись в то время бессистемно с учетом их декоративности.

Петром I было создано три музея. В 1709 г. - музей мореплавания (ныне Военно-морской музей в Петербурге). По велению Петра собирались боевые реликвии, военная одежда, оружие и знамена времен Северной войны, которые послужили основой создания военно-исторического музея артиллерии.

В начале XVIII века в России появились первые частные коллекции исторических памятников (Годунова, Ф.С. Милославского, Ф.А. Головина, Я.В. Брюса, А.Н. Демидова, Петра I, Д.М. Голицына и др.). Эти собрания подготавливали появление первого русского публичного музея – Кунсткамеры.

Оказавшись в Европе в возрасте 25 лет, молодой царь впервые побывал в так называемых "кунсткамерах" — "кабинетах диковинок". Эти кабинеты напоминали лавки, где торговали всякой всячиной: старинные монеты соседствовали здесь со скелетами зверей и чучелами птиц, а древние книги на непонятных языках уютно располагались вокруг склянок с заспиртованными уродцами. Петра, увлеченного естественными и техническими науками, эти чудеса заинтересовали невероятно. Он, не жалея денег, скупает понравившиеся ему редкостные вещи и отправляет в Россию. Петровская коллекция включала книги, инструменты, оружие, природные диковинки. Они и стали экспонатами первого русского музея под названием "Кунсткамера", что в переводе с немецкого означает "кабинет диковинок".

Петровский "кабинет диковинок" был основан в 1714 г. как научный музей и библиотека, получил известность, как, знаменитая Кунсткамера, собравшая биологические, анатомические и этнографические достопримечательности в 1719 году, когда был открыт для посетителей. Петр всячески поощрял любознательных граждан: денег за посещение с них не брать, а напротив — "приучать и угощать". Сохранились документы, согласно которым посетителям в Кунсткамере предлагали "кофе и цукерброды", кормили закусками и поили венгерским вином — все за государев счет. Встречал публику так называемый "суббиблиотекарь", который сопровождал посетителей из комнаты в комнату, все показывал, объяснял и отвечал на вопросы. Свидетели того времени отмечали, что Кунсткамера никогда не пустовала: в ней всегда было "множество... разного звания народу". Впоследствии коллекции Кунсткамеры постоянно пополнялись вещами, собранными русскими путешественниками во время их экспедиций во все стороны света.



§ 1. Коллекции живописи, музеи изобразительного и прикладного искусства



В России первые шаги собирательства живописи известны со времен средневековья. Если концентрировавшиеся в храмах и монастырях иконы служили в основном лишь религиозным целям, то интерес к иконе просвещенных собирателей приближается к коллекционированию. Обширными собраниями икон обладали уже в XVI – XVII веках семья Строгановых, боярин Б.М. Хитрово, высоко ценившие живопись лучших изографов как прошлого, так и современности (Хитрово заказывал мастерам оружейной палаты иконы для своей церкви в Ознобишине под Москвой, "строгановские письмена" составляют одну из лучших страниц русской иконописи позднего средневековья). Портретная живопись появляется в царских дворцах и домах бояр.

Известно, что царь Петр во время своих путешествий за границу в 1698 и 1717, изучая "изящные науки и искусства", уделял внимание картинным галереям и мастерским художников, здесь сложился его интерес к фламандским и голландским живописцам (особенно маринистам), быть может более познавательный, чем эстетический. Однако в созданном им в первом российском публичном музее — Кунсткамере в Санкт-Петербурге — художественным произведениям, несмотря на сказанное выше, к сожалению, места не нашлось.

Большую часть художественных коллекций Петр I разместил во дворце Монплезир в Петергофе и в Летнем дворце в Санкт-Петербурге. Значительную часть коллекции живописи формировали для Петра I специальные агенты (Ю .Кологривов, С.В. Рагузинский); среди поступивших в Россию в 1-й четверти XVIII века картин преобладали полотна П.П. Рубенса, А. Ван Дейка, Рембрандта, А. ван Остаде, Я.Стена и др.

По примеру императора его вельможи украшали свои дворцы произведениями искусства. XVIII век знаменит частным коллекционированием. Во дворцах и имениях русской знати собираются богатейшие коллекции станковой живописи, миниатюры, скульптуры и предметов декоративно-прикладного искусства. Однако коллекции произведений искусства в России того времени воспринимались как часть украшений дворцов, либо "курьезы", поэтому о самостоятельной российской художественно-музейной практике до середины XVIII века говорить еще рано.

Однако, дворцовые собрания в России, начало которым положил Петр I, по уровню и значению для формирования музейного фонда страны выходили за рамки частного коллекционирования и оказывали на последнее заметное влияние, являясь образцом для подражания, формируя вкусы общества. Но несмотря на развитие частного коллекционирования при Петре I, о живописных коллекциях, принадлежащих его современникам, почти ничего не известно, можно упомянуть лишь "картины и личины", в том числе портреты королей и "прочих славных людей" в собрании Я.В. Брюса.

В середине XVIII века по заказу Елизаветы Петровны дворцовое ведомство заказывает и приобретает произведения искусства, которые все еще носили характер дворцового интерьера, играли орнаментальную роль. Художник Г.Х. Гротт приобрел для Екатерининского дворца в Царском Селе 115 картин за границей.

В 40—60-е гг. XVIII в. формируются богатые коллекции фарфора из Китая и Японии в "китайском зале" Царскосельского дворца. А в Ораниенбауме был построен специальный Китайский дворец (архитектор А. Риннальди), украшенный в китайском стиле.

Значительно более целенаправленный характер приобретает коллекционирование живописи при Екатерине II, дворцы продолжают пополняться художественными ценностями, приобретенными за границей, но им придается уже новый смысл. Приобретение и заказы для императрицы делают за рубежом русские посольства и агенты, образованность и вкус посредников (Д.А. Голицын, Э.М. Фальконе, Д. Дидро, А.Р. Менгс и др.) в значительной степени определили блестящий уровень коллекций живописи, приобретавшихся для Екатерины II. Благоприятные условия для приобретения работ старых мастеров сложилось в результате Французской революции.

Иметь богатейшее в Европе собрание произведений искусства стало целью императрицы. Большую часть собрания Екатерина II разместила в своей основной резиденции — Зимнем дворце. Дворец, построенный в 1754—1762 гг. по проекту Франческо Барталомео Растрелли как императорская парадная резиденция, определил неповторимый архитектурный облик ансамбля на берегу Невы и его ведущее место в панораме города. Поражают своей значительностью и красотой Фельдмаршальский, Петровский и Гербовый залы. Фельдмаршальский зал (в нишах когда-то размещались портреты русских фельдмаршалов) был оформлен Огюстом Монферраном, Петровский зал был задуман как мемориальный и посвящен памяти Петра I. Гербовый зал предназначался для парадных приемов.

По велению Екатерины II в 1764—1775 гг. вдоль восточного фасада Зимнего дворца архитекторами Ю.М. Фельтеном и Ж.-Б. Валлен-Деламотом строится Малый Эрмитаж (название "Эрмитаж" происходит от французского слова, обозначающего, "приют отшельника", "уединенный уголок"). Такие павильоны были в моде в XVIII в. и строились вблизи дворцов (например, Эрмитажи в Нижнем парке Петродворца и в Екатерининском парке в Царском Селе). Вдоль здания малого Эрмитажа, поставленного перпендикулярно Неве, располагались Восточные и Западная галереи, связывающие Северный и Южный павильоны. На втором этаже Северного павильона был создан Зимний сад с вечнозелеными растениями и летающими птицами. Для дворцовых комплексов XVIII в. были характерны Висячие сады, имевшие свое убранство. Имелся Висячий сад и в Зимнем дворце. К нему примыкали залы, где размещались художественные ценности. Их покупали за границей и привозили для пополнения императорских коллекций. Первое крупное поступление датируется 1764 г., когда в счет погашения долга берлинский купец И.Э. Гоцковский прислал 225 картин фламандской и голландской живописи. Именно поэтому 1764 г. считается датой основания Эрмитажа. В дальнейшем началась систематическая покупка произведений искусства и целых собраний: в 1768 г. — у графа Карла Кобенцля (Брюссель), в 1769 г. — у графа Генриха Брюля (Дрезден), в 1772г.— у премьер-министра Англии Роберта Уолпола, в 1781 г. — у графа Франца Бодуэна (Париж). В 1785 г. в Эрмитаже уже было 2658 картин. Кроме того, собрание Екатерины II пополнялось произведениями современных ей художников, выполненными по ее заказам.

Собрание пополнялось также за счет гравюр, медалей и монет. Предметом восхищения придворных являлись резные камни (геммы), особенно античные камеи. В Эрмитаж поступали художественные изделия из драгоценных металлов, фарфора, хрусталя, жемчуга. В "естественнонаучном кабинете" были расположены коллекции минералов, собранных в России П. Палласом, а также редкие рукописи и книги.

Создание в России музея, располагающего богатейшим собранием художественных памятников мирового искусства, явилось важным прогрессивным событием. Однако до середины XIX в. музей оставался закрытым и недоступным публике.

Вместе с тем огромное количество предметов искусства требовало систематизации и учета коллекций, организации хранения, т. е. введения элементов музейной практики. Вначале хранилищем служили несколько комнат в нижнем этаже Зимнего дворца, потом Малый и Старый Эрмитаж. Русский этнограф и натуралист И. Георги, описывая расположение картин, отмечал, что они размещены "не столько по точному порядку школ и мастеров, сколько по виду". Таким образом, декоративный принцип и тут сохранял свою силу при размещении экспонатов.

Систематизация коллекций требовала их учета. В 1774 г. был издан первый каталог галерей и кабинетов Зимнего дворца и императорских коллекций на французском языке. В нем перечислялись 2800 картин и имена их авторов без объяснения порядка расположения картин по залам.

Следующий каталог был составлен в 1773—1785 гг. И.Э. Минихом в трех томах и описывал уже 2658 картин. Систематизация гравюр, рисунков, резных камней в этом каталоге была чисто внешней — по "предметам, на них показанных", что было характерно для музеев тех лет. Историко-художественное значение и характер работы автора каждого произведения оставались вне поля зрения составителей первых каталогов Эрмитажа.

В Эрмитаж допускались немногочисленные посетители и только с разрешения обергофмаршала — президента Дворцовой конторы. В залы попадали и художники-копиисты, в том числе архитекторы Ч. Камерон, Дж. Кваренги, П. Гонзаго. Первыми хранителями музея были художники и библиотекари Пфанцельт, А.Н. Лужков и др.

В Эрмитаже устраивались приемы в честь известных иностранцев, которым демонстрировалось богатство императорского двора. После концертов и спектаклей "часто танцевали в Павильоне, проходя залы большого помещения, построенного Фельтеном, где были выставлены картины. Там нередко останавливались для их осмотра, тут же стоял бильярд, который притягивал любителей".

Во второй половине XVIII в. кроме Эрмитажа произведения живописи и ваяния хранились в императорской Академии художеств, основанной в 1758 г. Это были картины русских мастеров, прежде всего профессоров, академиков и воспитанников Академии. Однако в ней был и достаточно представительный отдел западноевропейского искусства. В 60-е гг. XVIII в. коллекции Академии становятся доступны, по свидетельству И. Георги, "всей публике, даже простому народу".

В середине XVIII века в России продолжались традиции частного собирательства. Особенно оживилась коллекционерская деятельность русских аристократов при Екатерине II. Британский путешественник А. Кларк, посетивший страну в конце XVIII в., писал: "Можно подумать, что русские ограбили всю Европу для составления своих выдающихся коллекций".

Накопление богатств, стремление к роскошной жизни отразилось на коллекционировании того времени. Если в Петровскую эпоху у коллекционеров преобладали научно-познавательные цели, то в Екатерининскую эпоху большинство аристократов-собирателей стремились украсить свои дома. В частном собирательстве проявляется бытовое направление.

Владельцы бытовых комплексов XVIII в. еще не рассматривали художественные предметы как коллекции прикладного искусства. Эти предметы включались в интерьер для достижения декоративных эффектов. Так, например, после приема, данного канцлером князем А.А. Безбородко, шведский король вспоминал: "чудесный дом выделялся чрезмерным богатством: лестницы были устланы ценными азиатскими коврами, стены украшены красивейшими картинами, потолки горели люстрами и прекрасным огнем бриллиантов".

Многие представители знати, не удовлетворяясь столичными домами, возводили в родовых имениях дворцы, которые также заполнялись образцами декоративно-прикладного искусства, как, например, дворцы графов Шереметьевых в их подмосковных имениях Кусково и Останкино. В Кускове были представлены антики из раскопок в Геркулануме, столы, сделанные из малахита, "камера" с древним оружием, картинная галерея с полотнами А. Ван Дейка, П.П. Рубенса, Рембрандта, П. Веронезе и др.

С подмосковными шереметьевскими дворцами состязались дворцы князей Юсуповых (в Архангельском), графов Орловых ("Отрада"), князей Голицыных (в Назарьеве), князя А.А. Безбородко (в Стольном Черниговской губернии).

В России появились дельцы, которые торговали художественными изделиями, велась антикварная торговля, центрами которой были Санкт- Петербург и Москва.



§ 2. Естественно-научные (природоведческие) коллекции и музеи



О самых ранних естественно-научных коллекциях в России нет достоверных сведений. Начало целому ряду крупнейших собраний было положено Петром I. Во время своих неоднократных посещений Западной Европы Петр I встречался с учеными, в частности с президентом Берлинской академии наук Г.В. Лейбницем, посещал научные учреждения, библиотеки, анатомические музеи, кунсткамеры, картинные галереи, мюнцкамеры. Из заграничных путешествий Петр I привозит зоологические, ботанические и минералогические коллекции, приборы и инструменты.

В 1716 году в Голландии было куплено "Альберта Сабы славное собрание четвероногих, птиц, рыб, змей, ящериц, раковин и других диковинных произведений", в 1717 – собрания анатомических препаратов, трав и бабочек известного анатома Ф. Рюйша, содержавшее более 2 тысяч препаратов по эмбриологии и анатомии человека, а также 1179 номеров различных мелких животных, 259 номеров птиц, "законсервированных рюйшевым сухим способом". Все эти приобретения и легли в основу Кунсткамеры.

Первая экспозиция Кунсткамеры временно размещалась в Кикиных палатах близ Смольного монастыря. Вход в музей был бесплатным. Заботясь о просветительных задачах Кунсткамеры, Петр I отдал распоряжение: "...впредь всякого желающего оную осмотреть, пускать и водить, показывая и изъясняя вещи".

В это время Петр издает указ "О приносе родившихся уродцев, а также найденных необыкновенных вещей". Утаивание уродцев почиталось за государственное преступление и наказывалось штрафом. Тех же, кто спешил пополнить государеву коллекцию, награждали приличной денежной суммой. Акции изъятия существ странного вида у граждан российского государства проводилось в рамках так называемой "тератологии", или науки о монстрах. Тератология почиталась не только забавою, но и деятельностью весьма полезною, так как позволяла показать, что уроды появляются на свет по причинам естественным, без всякого вмешательства дьявола. Монстры всех видов и мастей поступали в Кунсткамеру регулярно и в изобилии — как живые, так и мертвые. Здесь тех, что были мертвыми, препарировали и готовили из них препараты. Царь с энтузиазмом принимал в этом участие: он был неплохим патологоанатомом и увлекался анатомией. (Живые так и существовали при музее до своей естественной смерти.) Некоторые из экспонатов петровского времени сохранились до сегодняшнего дня: например, двухголовый теленок и огромный скелет француза по имени Буржуа.

В 1741 г. был издан первый каталог музея под названием "Палаты Санкт-Петербургской Академии наук. Библиотека и Кунсткамера". В него вошли анатомические, зоологические, археологические и этнографические коллекции, минералогический кабинет, мюнцкабинет, Петровский (императорский) кабинет с восковой персоной и мемориальными вещами Петра I, его токарными инструментами. Императорский кабинет, созданный в Кунсткамере после смерти Петра I, был первым мемориальным комплексом, увековечившим его имя и дела.

В царствование Екатерины II Кунсткамера интенсивно пополнялась за счет государственной казны коллекциями ученых, возвращающихся из экспедиций, — Палласа, Гмелика, Генкеля, Лепехина, Нартова, Бема и др., а также коллекциями, купленными за рубежом. Судя по "Описанию" Кунсткамеры, вышедшему в 1800 г., ее структура не изменилась. Над входом в музей были начертаны слова Екатерина II из "Наказа": "Хотите ли предупредить преступления. Сделайте, чтобы просвещение распространялось между людьми".

В XVIII веке в Европе расширяются функции ботанических садов, увеличивается и их численность. В России в 1714 г. был открыт Аптекарский сад (с 1735 г. "медицинский огород") на Аптечном острове в Санкт-Петербурге, где выращивались не только лекарственные растения, но и разные коллекционные травы.

Кроме "медицинского огорода" с 1735 г. в столице России действовал ботанический сад Академии наук. Ботанический сад – научно-исследовательское, учебное, просветительское учреждение, распространяющее знания об эволюции флоры, об использовании растений человеком. С древнейших времен человек стремился приблизить к себе полезные дикорастущие растения. Уже египтяне и вавилоняне закладывали сады, в которых высаживали привозимые из других стран растения, в первую очередь декоративные. Одним из " семи чудес света" считались "висячие сады" Вавилона, связанные с именем ассирийской царицы Семирамиды (конец IX века до н.э.). Первый в мире ботанический сад, лесопарк около Афин, принадлежал "отцу ботаники" Теофасту (371 – 286 г.г. до н.э.) и использовался с исследовательскими и образовательными целями. Практичные римляне имели сады, предназначавшиеся для выращивания лекарственных растений. В средние века ту же задачу выполняли монастырские сады. На Руси издавна существовали плодовые сады: в летописях описаны яблоневый сад Киево-Печерского монастыря (XI век), культурные сады в Москве (с XIV века), аптекарские огороды (с середины XV века). По переписи 1701, в России было 43 сада. Работы по интродукции растений (введении в культуру дикорастущих растений или культурных видов и сортов из стран и областей с иными природными условиями) начались при Петре I. На базе "аптекарских огородов" созданы ботанические сады в Москве (1706) и Петербурге (1714).

Российские ботанические сады проводили целенаправленный сбор растений в различных регионах страны и за рубежом, служили местом концентрации гербариев, собранных экспедициями, организованными государством, отдельными ведомствами (Морским министерством, Ген.штабом, Переселенческим управлением и др.), Академией наук, научными обществами.

С XVIII века в России известны частные ботанические сады, в том числе крупнейшие в Европе: Г.А. Демидова (1733, Соликамск), П.А. Демидова (1756, Нескучный сад в Москве), А.К. Разумовского (1978, Горенки под Москвой).

Природоведческие музеи, ботанические и зоологические сады позволяли естествоиспытателям упорядочивать описание природного мира, революционизировать исследования жизни животных и растений.



§ 3. Научно-технические коллекции и музеи



Начало музеефикации памятников науки и техники относится к XVIII веку, когда появились коллекции научных приборов. Собираемые любителями ранние технические коллекции включали в себя широкий набор практических и научных предметов — замки, ключи, осветительные приспособления, часы, музыкальные инструменты, глобусы, астролябии, навигационные инструменты, машины, автоматы, механические часы, телескопы, микроскопы, электрическое оборудование, научную аппаратуру, инвентарь и инструментарий, который применяется в математике, медицине, астрономии, химии, физике.

В XVIII веке во многих европейских государствах возникают академии наук, в России это событие приурочено к 1724 году – образована Академия наук в Санкт-Петербурге.

Некоторые европейские академии получали под свое управление музеи, как это было в Петербурге, в ведение Академии была отдана Кунсткамера, что содействовало развитию и науки, и музейного дела. Здесь в 1741—1765 гг. работал М.В. Ломоносов. "Любопытные" и "умелые", как называли себя члены академий, рассматривали знания как средство возрастающего контроля человека над силами природы и воспитания человеческой изобретательности. Широта их интересов была энциклопедической и охватывала как экспериментальную философию (так называли моральные и природоведческие науки), так и историю, литературу, а также неоформленные в самостоятельные дисциплины археологию и этнографию. Для научных исследований было необходимо все: библиотеки, ботанические и зоологические сады, исследовательские лаборатории и, наконец, музеи — для изучения и классификации созданного человеком и природой. Важную роль в разработке этих наук сыграли собрания предметов, называемые "кабинетами". Основанное с целью изучения природных богатств и экономики России Вольное экономическое общество (Санкт-Петербург, 1765) собирало коллекции лучших образцов сельскохозяйственного и ремесленного инвентаря, продукции сельского хозяйства и пчеловодства, а также минеральные, ботанические и зоологические коллекции. В России представление о мемориальной ценности предметов, характеризующих развитие науки и техники формируется начиная с XVIII века, тогда же образуются первые коллекции. Орудия труда, научные приборы и инструменты, модели, чертежи, рисунки и документы встречались в коллекциях Петра I, Я.В. Брюса, А.П. Волынского, Д.М. Голицына, Ж.Н. Диделя, Г.Ф. Миллера, А.И. Мусина-Пушкина, В.Н. Татищева и др., хранились в Петербургской кунсткамере, в Архиве Академии Наук, Эрмитаже, при Шляхетском кадетском корпусе, в Музее натуральной истории и камере моделей Московского университета, Минералогическом кабинете Вольного экономического общества, в также в первых ведомственных и отраслевых музеях: Модель-камере и Рудном кабинете при Берг-Коллегии, Музее истории оружия при Тульском оружейном заводе и др. Коллекции и музейные собрания в это время не были стабильными. Например, открытый в 1782 году музей при Горной школе в Иркутске в конце десятилетия пришел в полный упадок после отъезда его организаторов – Э.Г. Лаксмана и А.М. Карамышева. Но уже тогда в конце XVIII века была осознана необходимость сохранения не только редких, необычайных, художественно-ценных вещей, но и характерных памятников науки и техники. Диковинки и раритеты, естественно-научные материалы предписывалось собирать специальными указами Петра I, инструкциями для участников многочисленных академических экспедиций, несколькими анкетно-статистическими опросами. В последней четверти XVIII века появляются общедоступные пособия типа "Краткого наставления для охотников до натуральной истории, желающих собирать всякие натуральные вещи для Императорской Академии Наук". Основными источниками комплектования фондов музеев в это время и позднее являлись закупки коллекций и отдельных предметов у зарубежных и отечественных коллекционеров, а также целенаправленная деятельность научных экспедиций по сбору естественно-исторических, археологических, этнографических и других коллекций. Фонды пополнялись путем дарений, конфискаций, обменов с музейными и научными учреждениями, за счет предметов, присылаемых для рассмотрения, изучения и экспертизы (Вольное экономическое общество).


§ 4. Исторические коллекции и музеи



Наиболее ранние свидетельства о сохранении исторических реликвий на Руси относятся к XIII – XV векам: княжеские одежды хранились в софийском соборе в Киеве, посох и облачение епископа Никиты – в ризнице новгородской Софии, меч, приписывавшиеся князьям Довмонту и Всеволоду Мстиславичу, - в Троицком соборе Пскова. Предметы древности и книги (не всегда богослужебного характера) в XVI – XVII веках хранились в ризницах и монастырских библиотеках: в Архангельском, Успенском, Благовещенских соборах Московского Кремля, в Троице-Сергиевском, Печерском, Тихвинском, Кирилло-Белозерском, Чудовом, Ново-Иерусалимском, Волоколамском монастырях; в древлехранилище в Туле, Нижнем Новгороде, Ростове. В XVIII веке наблюдался повышенный интерес к памятникам истории, в работе с ними наметилась определенная система, постепенно осознавалось их значение как исторических источников.

Важную роль в сохранении отечественного культурного наследия, формировании коллекций, создании исторических музеев сыграли законодательные акты Петровского времени: "Указ Петра I о сдаче старинных редкостей комендантам" от 13 февраля 1718, "Указ Сената о сборе в епархиях и монастырях рукописных и печатных книг, грамот и других исторических документов и присылке их копий в Сенат" от 20 декабря 1720 и др. Возникновению исторических музеев предшествовало формирование коллекций памятников истории в частных собраниях Б.Ф. Годунова, Ф.С. Милославского, Ф.А. Головина, Я.В. Брюса, А.Н. Демидова, Д.М. Голицына и др., а также в Оружейной палате, Модель-камере (Петербург), Петербургской кунсткамере, Эрмитаже.

В царском указе о покупке редкостей для Кунсткамеры от 1718 г. значилось: "Ежели кто найдет в земле, или в воде какие старые вещи, а именно: каменья необыкновенные, кости человеческие или скотские, рыбьи или птичьи, не такие, какие у нас ныне есть, или такие, да зело велеки или малы перед обыкновенным; также какие старые подписи на каменьях, железе или меди или какое старое и ныне необыкновенное ружье, посуду и прочее все, что зело старо и необыкновенно, також бы приносили, за что давана будет довольная дача...". Древности в России находили и до XVIII в., но только в петровскую эпоху пришли к пониманию, что они нужны для изучения и просвещения. Это было принципиально новым отношением к древностям. Новые собиратели предпочитали то, что "зело старо и необыкновенно" богатству и роскоши княжеских собраний допетровской эпохи, свидетельствовавших о знатности их владельца.

В 1715 г. заводчик А.Н. Демидов подарил жене Петра I Екатерине I коллекцию сибирского курганного золота, а в 1719 г. из Петербурга в Сибирь была отправлена первая научная экспедиция во главе с ученым Д.Г. Мессершмидтом, приглашенным из Данцига. Ему поручалось "приискивать... могильных всяких древних вещей, шайтаны медные и железные и литые образцы человеческие и звериные...". В связи с ценнейшими находками в русском законодательстве появилось специальное разъяснение: "...куриозные вещи, которые находятся в Сибири, покупать... и, присылать в Берг- и Мануфактур-коллегию".

С начала XVIII в. объемы работ кремлевских мастерских в Москве, продукция которых пополняла Оружейную палату, сократились. В 1711г. основная часть царских оружейников, ювелиров и других ремесленников была переведена в Санкт-Петербург. В то же время Петр I стремился сохранить и преумножить накопленные в Москве коллекции. В ходе Северной войны он передал в Оружейную палату трофеи, добытые в битвах при Лесной и под Полтавой.

В коллекционировании исторических материалов проявлялся возрастающий интерес к прошлому, желание объяснить с помощью исторических знаний изменения, которые происходили в России. Однако в коллекционировании преобладал все же интерес к "курьезным" вещам типа "шайтанов" (языческих идолов) или "глухих калмыцких зеркал" с надписями на чужих языках. Стремление к экзотике обусловило преобладающее поступление в Кунсткамеру предметов из азиатской части России.

В фонды Кунсткамеры поступали этнографические предметы из различных стран Востока, что позднее позволило выделить из ее состава Азиатский музей. В состав мюнцкабинета (нумизматической коллекции Кунсткамеры) поступили "ледеров медальный кабинет" из Гамбурга, коллекции медалей Людовика XIV, нумизматические коллекции Я.В. Брюса, а после осуждения по обвинению в государственной измене А.П. Волынского и П.И. Мусина-Пушкина (1740) и их нумизматические собрания.

Немного раньше Кунсткамеры в Петербурге была учреждена Модель-камера. Петр I уделял большое внимание строительству флота в России. Собранные им модели и чертежи кораблей хранились вначале в его доме в Сумах, затем, в 1709 г., последовал указ о переводе моделей в Петербург и их размещении в особом помещении при Адмиралтействе. Так, из личной собственности коллекция перешла в государственную. Это было еще хранилище, коллекции которого использовались в практических целях, в качестве образцов при строительстве новых кораблей. Для Модель-камеры, прообраза будущего Морского музея, большое значение имел "Регламент Петра I 1722 г.", который законодательно устанавливал пополнение его коллекций: "Когда зачнут которой корабль строить, то надлежит приказать тому мастеру... сделать половинчатую модель на доске, и оную с чертежем по спуске корабля отдавать в Коллегию Адмиралтейскую..." Это правило неукоснительно выполнялось, что требовало строительства новых помещений.

В XVIII веке происходит не только интенсивный сбор и хранение исторических памятников, но и намечается осознанный подход к их использованию в научных целях. Многое сделали для этого крупные русские учёные В.Н. Татищев, М.В. Ломоносов, С.П. Крашенинников, Г.Ф. Миллер и др. В начале XVIII в. появились и первые законодательные акты об охране памятников.

В XVIII в. исторические музеи в России находились в стадии формирования. Коллекции исторического профиля, не имея самостоятельного значения, входили в состав музеев или находились в частных руках, оставаясь малодоступными для широкой публики.

В России для размещения одного из богатейших собраний музейно-кунсткамерного типа, принадлежащего Петру I, было построено первое специальное музейное здание – Петербургская кунсткамера (1718-1734, архитектор Г.И. Маттарнови и др.).

Продолжающееся в XVIII веке расширение частных собраний вызывает строительство дворцов, включающих в свой ансамбль специальные помещения (залы и галереи) для размещения и экспонирования коллекций. В начале XVII века складывается устойчивый архитектурный тип музейного здания с 2 или 4 внутренними дворами, образованными галереями в форме греческого креста. Экспонирующиеся коллекции становятся важным фактором в организации и декорировании архитектуры, активно воздействуют на характер интерьеров, приобретая доминирующее значение в поиске образного решения.

Итак, в начале XVIII века в России были собраны богатейшие частные коллекции. Владельцы собраний определяли способ экспонирования своих предметов, они же были главными зрителями и исследователями. Немногочисленные посетители, которые допускались к осмотру собраний, как правило, не имели достаточных знаний о выставленных предметах, не были готовы к их восприятию. Однако, забегая вперед, можно сделать вывод, что большая работа, проведенная коллекционерами в XVIII вв., содействовала дальнейшему развитию российского музея как социального института в следующем, XIX в.

Первый публичный музей был создан Петром I, как элемент культурной реформы царя - открытие Кунсткамеры состоялось 25 ноября 1719 г. Кунсткамеру можно отнести к музеям смешанного типа, где существовали отделы, представляющие разные области научных знаний.

Поступление Кунсткамеры в ведение Академии наук привело к симбиотическому развитию науки и музейного дела. Коллекции систематически пополнялись за счет экспедиций, проводившихся учеными Академии, и одновременно "питали" их научные исследования.

В России в XVIII веке появились первые законодательные акты, касавшиеся сохранения древностей и необычных предметов, они связаны с именем Петра I (указы о доставлении в гос. учреждения "куриозных" вещей и древностей 1704, об охране "потешной флотилии" 1722, о починке разрушающихся строений г.Булгар 1722 и др.). Ряд именных и сенатских указов посвящен собиранию исторических рукописей и древних книг, запрещению переплавлять найденные в могильниках старые золотые вещи; определялись и места, где должны были храниться собираемые предметы. Указы, регулирующие порядок передачи в государственные хранилища ценных и редких предметов, в дальнейшем использовались в качестве юридического прецедента. Уставы и инструкции, регулирующие порядок хранения, учета и пользования музейными предметами, разрабатывались музеями и утверждались правительственными органами. Известно также несколько более поздних актов XVIII века об охране отдельных памятников (о сохранении облика Екатерининского дворца 1745, о починке Золотых ворот в Киеве 1750, о приведении в порядок колокольни Ивана Великого в Московском Кремле). Но о целенаправленности действий правительства в сфере законодательного регулирования охраны памятников в XVIII веке говорить ещё нельзя.

В XVIII веке начинает формироваться краеведение как научное знание, хотя издавна знания о своем крае лежали в основе конкретных представлениях об историческом прошлом и об особенностях явлений природы (что запечатлено в местных преданиях и летописях). Государственный подход к краеведению обнаруживается в указах Петра I о выявлении и описании достопримечательностей, в идее создании "Российской географии" и "Российской истории" и организации академической экспедиции по изучению страны и её прошлого (прежде всего недавно присоединенных территорий). Со 2-й половины XVIII века в становлении краеведения велика роль Петербургской Академии Наук. Взаимосвязь краеведения и академической науки – традиция, характерная для отечественного краеведения. В России у истоков краеведения стояли крупные ученые середины XVIII века: В.Н. Татищев, Г.Ф. Миллер, М.В. Ломоносов (разработанная им анкета – первая программа краеведческого изучения России). Первым членом-корреспондентом Академии Наук стал уральский краевед П.И. Рычков.

Конец XVIII века отмечен формированием исторических, художественных и естественно-научных собраний, изданием первых путеводителей по городам с перечислением их достопримечательностей, попытками организации музеев. А в целом, число музеев было ещё невелико и сосредотачивалось главным образом в столичных городах. Преобладали музеи универсального кунсткамерного типа и музеи-хранилища закрытого типа.

То есть в XVIII веке в России происходило первичное формирование музея как социального института, а в целом музейная политика и музейное дело имели в своей основе просветительские и научные цели.




ГЛАВА 2. МУЗЕЙНОЕ ДЕЛО В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА В РОССИИ



На рубеже XVIII—XIX вв. место музея в жизни европейского общества изменилось. Расширение промышленного производства потребовало более высокой специальной квалификации и общего образования рабочих, что способствовало расширению потенциальной музейной аудитории.

Все большее количество частных коллекций превращается в публичные музеи, открываются новые общедоступные музейные учреждения, что означало признание обществом прав человека на пользование культурным наследием. С просветительскими идеями выступали как представители власти, стремившиеся улучшить существующее общественное устройство, так и радикально настроенная интеллигенция, требовавшая установления новых социальных отношений. Развитие этих идей было медленным и постепенным, часто оно приостанавливалось. Однако прогресс все же, был ощутим, и с течением времени он ускорялся.

Французская буржуазная революция 1789—1794 гг. привела к образованию первых общедоступных музеев во Франции и ускорила этот процесс в других странах.

XIX век часто называют золотым веком музеев. Почти во всех странах Европы возникают музеи с богатейшими коллекциями от античности до современности. Часто (хотя и не всегда) ядром такого музея становилась королевская (царская) коллекция.

В 1-ой половине XIX века в России музеи стали разнообразнее, возросло их число. Сенсационные археологические открытия античной культуры, скифского золота на Юге России (Пантикопей, Херсонес, Фанагория, Ольвия) привели к созданию музеев древности в Феодосии (1811), Одессе (1825) и Керчи (1826); в национальных регионах России открываются Курземский музей в Елгаве (1818), музеи древностей в Екатеринославе (1856) и др. Патриотический подъем после победоносного завершения войны 1812 года, рост национального самосознания, публикуемые Н.М. Карамзиным "Истории государства российского" стимулировали сбор, изучение и сохранение памятников истории и культуры России.

Особое значение имела деятельность графа Н.П. Румянцева, собравшего вокруг себя крупных ученых, сыгравших важную роль в сборе и изучении исторических источников. Собрание древностей графа Румянцева, Румянцевский музей, было одним из первых частных собраний, открытых для широкого круга посетителей. Членам Рямянцевского кружка принадлежат первые музеологические работы – проекты национального музея Ф.П. Аделунга (1817) и Б.Г. Вихмана (1821). Позднее появились проекты Свиньина (1829) и Тамаша Зана (1830). Последний предусматривал создание общероссийского национального музея, опирающегося в своей деятельности на многочисленные региональные музеи.

В связи с развитием художественного образования в 1-ой половине XIX века предпринимались попытки создания публичного художественного музея – разрабатывались проекты Эстетического музея при Московском художественном классе (А.С. Добровольский, 1836), картинной галереи при Московском университете (Е.Д. Тюрин, 1855). Все названные проекты не были реализованы из-за невнимания правительства к общественным инициативам и слабости самих общественных сил.

XVII – 1-я половина XIX века – этап накопления и систематизации музейных собраний. Основными направлениями музейного дела в России стали комплектование и описание коллекций, большинство из которых (кроме художественных) складывались в результате экспедиционного изучения отечественной природы, истории, культуры. Музеи при научных учреждениях и обществах являлись своеобразными лабораториями. Так, материалы, привезенные из академических экспедиций сосредотачивались в Кунсткамере и описывались крупными учеными (М.В. Ломоносовым, С.П. Крашенинниковым, П.И. Рычковым, И.И. Лепёхиным, С.К. Котельниковым, П.С. Палласом и др.). К началу XIX века в Кунсткамере сложился конгломерат коллекций разного профиля, позволивший выделить из неё ряд специализированных академических музеев – Зоологический, Ботанический, Минералогический, Азиатский, Этнографический.

В обществе постепенно осознавалась образовательно-просветительное и идеологическое значение деятельности музеев. Появляются новые открытые для посещения музеи в Петербурге – Морской (1806), Румянцевский (1831); был открыт ограниченный доступ в музеи дворцового ведомства – Эрмитаж и Оружейную палату. Управление российскими музеями первоначально осуществлялось дворцовым ведомством либо Академией Наук (Кунсткамера). В 1-й половине XIX века музеи дворцового ведомства были переданы Министерству Императорского двора, остальные – Министерству народного просвещения. Для управления музеями вводились штаты, "правила" либо уставы, определявшие их финансирование за счёт соответствующих ведомств.

Так как в XIX веке музеи начинают становиться доступными для посещения, служить целям эстетического воспитания и образования, эта прогрессивная тенденция отражается и на музейной архитектуре. Музейные помещения выделяются из дворцовых, здания музеев формируются как самостоятельный архитектурный тип. Идеи просвещения, преобразования личности и общества средствами искусства формировали концепцию музея как алтаря просвещения, как храма науки и искусства. Прямая ассоциация "храм – музей" отразилась на архитектурном облике музейных зданий, которые приобрели ордерную систему античных храмов. Проектируются системы различных по величине помещений с расчетом на размещение конкретных экспозиций (Старый музей в Берлине, 1823-30, архитектор К.Ф. Шинкель; Глиптотека в Мюнхене, 1830; Пинакотека в Мюнхене, 1830; Новый Эрмитаж в Петербурге, 1840-1852, архитектор Л.фон Кленце).

В начале XIX века продолжает развитие российское краеведение. В привлечении интереса к местной истории и источникам её познания значительна роль трудов Н.М. Карамзина: "История государства Российского", "Записки о московских достопримечательностях", которые можно признать образцом путеводителя. С 1830-х гг. начинается работа статистических кабинетов, а в приложении к "Губернским ведомостям" публикуются материалы по истории края и об исторических памятниках.



§ 1. Художественные музеи



В столице Российской империи первой четверти XIX в. произошло преобразование собраний Зимнего дворца в дворцовый музей. Со вступлением на трон Александра I была увеличена сумма расходов на содержание и обслуживание Эрмитажа, увеличен штат служащих.

Наиболее значительно эрмитажное собрание пополнилось после заграничного похода русской армии 1813—1815 гг., в том числе за счет приобретения картин императрицы Франции Жозефины. После перепланировки залов музея под руководством Дж. Кваренги изменилось расположение картин. Появились залы французской, испанской, нидерландской живописи, залы Рембрандта, П.П. Рубенса, А.Ван Дейка. Расположение картин постепенно приобретало систематический характер. В 1825 году впервые появилась галерея русской живописи.

Предусматривалось расширение круга посетителей Эрмитажа. Были определены часы посещения музея летом и зимой.

Пристальное внимание музеям уделял и Николай I. При нем возник Новый Эрмитаж (архитектор Л. фон Кленце). Тогда же по приказу императора были сожжены некоторые портреты, картины и другие предметы, вывезенные из Варшавы после подавления восстания 1830—1831 гг.

Во второй четверти XIX века в музее увеличилось количество произведений современной русской живописи, что отражало академические вкусы двора. Эти произведения легли в основу коллекций будущего Русского музея императора Александра III.

В этот период в Эрмитаж поступило много античных памятников из Италии, Египта, из собрания графини Лаваль, а также российского Причерноморья. Здесь хранилась одна из лучших в мире коллекций самоцветов.

Несмотря на ограничение доступа в Эрмитаж (например, Николай I в 1832 г. запретил военным, гражданским чиновникам и иностранцам посещать музей в сюртуках), музей сыграл большую роль в художественном образовании русских художников и общественности в целом.

Получила развитие Оружейная палата, для которой архитектор И.В. Егоров в 1806 г. начал сооружение нового здания. Начальник ведомства Кремлевской экспедиции П.С. Валуев добился запрета передачи вещей из Оружейной комнаты в другие ведомства. Со времени утверждения составленных им правил (1806) Оружейную палату можно считать музеем. В 1810 г. возведение нового здания для нее было завершено. Однако открыть экспозицию музея удалось только в 1814г. Ее описал в своем "Указателе самых главных примечательностей, которые хранятся в "Оружейной палате" (1826) П.П. Свиньин, известный коллекционер того времени. Еще раньше, в 1807 г., историк А.Ф. Малиновский выпустил в свет первую часть "Исторического описания древнего российского музеума под названием Мастерской и Оружейной палаты".

Фонды Оружейной палаты систематически не пополнялись. К середине XIX в. в ней насчитывалось 10 тыс. предметов. Экспонаты группировались по следующим отделениям: икон, царского сана, регалий, оружия, царской посуды, портретов, экипажей. Представленные в музее военные трофеи демонстрировали идею всепобеждающего самодержавия.

К 1851 г. было возведено новое здание Оружейной палаты по проекту архитектора К.А. Тона.

Российские художественные музеи по содержанию своих собраний являлись в своей массе типично дворцовыми. В экспозициях на первый план выдвигались личности монархов с целью подъема их авторитета.

В рассматриваемый период в России продолжало развиваться частное художественное собирательство. Это происходило на волне общего интереса к отечественной истории и древностям и вовлечения в орбиту собирательства, помимо аристократии, купечества и интеллигенции. Первым из частных коллекционеров галерею русской школы собрал П.П. Свиньин в Москве (произведения О.А. Кипренского, Д.Г. Левицкого, С.Ф. Щедрина, А.Е. Егорова, А.Г. Венецианова, мозаичный портрет Петра Первого работы М.В. Ломоносова), а в Петербурге Ф.И. Прянишников, собравший свыше 170 произведений 84 русских художников, в том числе Левицкого, В.Л. Боровиковского, К.П. Брюллова, В.А. Тропинина, Кипренского, И.К. Айвазовского, П.А. Федотова и др. Выдающиеся коллекции скульптуры, живописи, предметов декоративно-прикладного искусства имели граф П.А. Строганов, князь Д.Л. Нарышкин в Санкт-Петербурге, В.А. Борисов в Шуе. Продолжается формирование частных собраний западно-европейской живописи (коллекции Н.С. Мосолова, А.А. Тучкова, Е.Д. Тюрина, Н.А. Кушелева-Безбородко и др.).

Большинство этих коллекций пополнили ряд общедоступных российских музеев или легли в их основу. Всё чаще в 1-й половине XIX века владельцы частных коллекций стремятся сделать свои сокровища доступными для общества: в 1826 году открылся Русский "музеум" Павла Свиньина. Появляются первые значительные собрания живописи в провинции: в Астрахани А.П. Сапожников собрал коллекцию, насчитывающую к 1827 году свыше 80 полотен фламандских, голландских, немецких, французских, итальянских мастеров (среди них знаменитая "Мадонна с цветком" Леонардо да Винчи, ныне – в Эрмитаже) и 11 русских полотен.

В 1844 г. был открыт один из первых российских музеев прикладного искусства — музей фарфоровых изделий при Императорском фарфоровом заводе в Санкт-Петербурге.

В Москве проекты публичного российского художественного музея разрабатывали историк М.П. Погодин (1831), художник А.С. Добровольский (1836), коллекционер Е.Д. Тюрин (1849). Однако они не были поддержаны московскими властями.



§ 2. Природоведческие музеи



В XIX веке происходило выделение из состава музеев комплексного профиля природоведческих музеев, что объяснялось становлением естественнонаучных дисциплин. В результате накопления и осмысления все большего количества новых научных фактов углубились научные знания. Происходило дробление широких отраслей знаний на более мелкие. Природоведческие музеи были призваны удовлетворять потребность человека в изучении природного мира, в котором он живет, служить научным и просветительским целям. В отличие от художественных музеев, экспонаты которых являлись результатом творчества человека, в природоведческих музеях широко представлялись произведения самой природы – чучела животных, анатомические препараты, отшлифованные образцы металла и минералов.

В XIX в. природоведческие музеи, а также ботанические сады и зоопарки стали ведущими исследовательскими центрами в области геологии, палеонтологии, ботаники, зоологии, почвоведения и других наук. Они завоевывали большую популярность у публики, которую охватил интерес к чудесному миру природы.

В России, как и в других странах, происходил процесс специализации музеев как результат развития науки от энциклопедичности в сторону узкой специализации. В 1823 году из Санкт-Петербургской кунсткамеры по ходатайству ботаника К.А. Триниуса выделился ботанический музей, в 1831 г. — зоологический музей, а в 1836 г. — анатомический кабинет. Под эти музеи, а также под выделенный позже из кунсткамеры минералогический музей было отведено новое здание вблизи старого. Значительный по содержанию минералогический кабинет находился тогда в другом санкт-петербургском музее — Румянцевском. В Московском университете в результате специализации кабинета натуральной истории (основан в 1791 году) постепенно сформировался Зоологический музей. В Казанском университете в 1838 году был организован Музей позвоночных животных, в 1845 – зоотомический кабинет беспозвоночных.

Комплектование фондов зоологических музеев и кабинетов происходило за счет дарений и приобретения частных собраний поступления образцов, полученных научными экспедициями. Московскому университету подарил свои собрания П.Г. Демидов (1804) и Н.Н. Демидов (сразу после войны 1812), Семятический кабинет – император Александр I, коллекцию, собранную во время кругосветного плавания – В.И. Исаев и др. Музей зоологии в Петербурге за 1832-1882 получил пожертвования от 306 человек. Осуществлялись целенаправленные закупки коллекций в России и за рубежом. Происходили изменения и в развитии ботанических садов России. Так, в 1801 г. Императорский ботанический сад был преобразован в "медицинский огород" в Санкт-Петербурге. С этого момента он приобрел характер научного, а не вспомогательного аптекарского учреждения. Через год здесь построили 25 оранжерей общей площадью 1500 кв.метров, где выращивались растения, привезенные из Бразилии, Персии и других южных стран. Основу фондов собственно ботанического музея составляют гербарии, коллекции специально собранных и засушенных растений, используемых в научных или учебных целях. Растения для них монтируются на листах плотной бумаги и указанием названия вида, места и даты сбора. В гербарии виды располагаются по алфавиту или систематическому признаку, семейства – по систематическому признаку. Гербарии бывают общими и специальными. Систематизация и хранение гербариев соответствует требованиям ботанической науки и целиком ориентированы на научно-исследовательскую деятельность. Экспозиция музейная подчинена иным требованиям, главное из которых наглядная и эффективная пропаганда ботанических зданий, включающая представления о разнообразии растений, об их строении, об их способах размножения, о физиологических и биохимических особенностях растений и об их роли в биосфере, о характерных растительных сообществах, об эволюции растительного покрова Земли и др. Создание экспозиции – сложная и трудоёмкая задача, не связанная напрямую с объемом и научной ценностью фондов, поэтому многие большие гербарии (Московского университета) функционируют исключительно как научно-исследовательские и учебные коллекции. Накопление растений в садах и гербариях не только давало прекрасный материал для описания разнообразия растений, но и стимулировало их изучение, вызвав бурное развитие систематики, морфологии и экологии растений, флористики и т.д. Ботанические сады и гербарии в XIX веке стали основными центрами ботанических исследований. В первой половине XIX века появились первые ботанические кабинеты в университетах (1808, Вильно; 1825 Харьков), университетский устав 1835 предусматривал их организацию наряду с другими кабинетами. Первый ботанический музей в России создан в 1824 году по инициативе академика К.А. Триниуса. Ботанические сады в 1-й половине XIX века также часто основывались при университетах: Юрьев, 1803; Харьков, 1804; Казань, 1806; Киев, 1835. Особое значение имело создание ботанических садов в южных районах России как центров интродукции субтропических растений (Никитский в Крыму, 1812; Сухумский, 1840; Тифлисский, 1845).



§ 3. Музеи науки и техники



В ряде музеев России отделы науки и техники существовали уже в конце ХVIII века. Развитие некоторых областей производства в первой половине XIX века рождало инициативу создания специализированных научно-технических музеев в отдельных промышленных центрах, как, например, в Барнауле — центре рудного Алтая. В музее экспонировались минералогические, фаунистические, этнографические и археологические коллекции, но главными в экспозиции были модели рудников, заводов и машин, орудия труда и готовая продукция; модели паровой машины Ползунова, механиков К.Д. Фролова и т.п. сопровождались текстовыми пояснениями, рассказывающими, "кем и когда машина устроена, долго ли существовала и кем модель сделана". Основными посетителями музея были горные инженеры, ученые, чиновники и путешественники. Дальнейшая судьба Барнаульского музея достаточно типична – после отъезда его организатора, доктора Ф.В. Гублера, коллекция рассеялась по многим учреждениям разных городов.

К научно-техническим музеям можно отнести "кабинеты", где публике показывались автоматы действия (движения) людей и заводные музыкальные инструменты.

В России еще в феодальную эпоху начиная с 1829 г. под покровительством правительства начали регулярно устраиваться всероссийские мануфактурные выставки для поощрения отечественной промышленности и оживления торговли. Вначале они проводились в Петербурге и Москве, а затем и в губернских городах.

Первая Всероссийская промышленная выставка была открыта в 1829 г. в Санкт-Петербурге, а всего с 1829 по 1861 г. в стране состоялось 11 Всероссийских промышленных выставок в Санкт-Петербурге, Москве и столице Царства Польского Варшаве – трех наиболее важных экономических центрах Российской империи. Промышленные выставки имели торговые цели и способствовали улучшению промышленного производства.

Состав экспонатов на выставках свидетельствовал о техническом прогрессе российской промышленности. Увеличивалось количество экспонентов — крестьян, создавались ценные каталоги выставок, которые давали представление о промышленности по отдельным областям с оценкой предоставленной промышленной продукции.

После реформы 1861 г. подобные выставки организовывались на новых основах и значительно реже. Возникла потребность в научно-просветительских учреждениях, которые бы действовали на постоянной основе.

В России в XIX в. продолжали развиваться сельскохозяйственные музеи. В 1803 г. на базе коллекции Вольного экономического общества было решено создать "собрание музейных предметов", которое позже развивалось бы в "модельный музеум".

Вскоре пример Вольного экономического общества переняли в других местах: в Московском обществе сельского хозяйства (1818), в обществе сельского хозяйства южной России в Одессе (1828), а также в Ярославле, Казани, Пензе.

Сельскохозяйственные музеи создавались и при сельскохозяйственных учебных заведениях (при школе Московского общества сельского хозяйства (1828), школе сельских хозяев графини Строгановой (1825—1844), при земледельческом училище в Санкт-Петербурге (1834) и др. Определенное значение в развитии музейного дела в России имели сельскохозяйственные выставки, которые организовывались начиная с 40-х гг. XIX в.

В эти годы предпринимались активные попытки повысить доходность помещичьих хозяйств путем модернизации сельскохозяйственной техники. Именно музеи и были призваны выполнять эту задачу. Помимо научных и учебных музеев появились музеи, специально предназначенные для более широкого распространения сельскохозяйственных знаний среди помещиков и крестьян, пропаганды усовершенствованной техники, более урожайных культур и удобрений. Эти музеи находились в ведении казенных палат, позднее палат государственных имуществ.

Сельскохозяйственные музеи и выставки отражали общее состояние сельского хозяйства. Знакомя посетителей с достижениями передовых хозяйств, выставки широко распространяли полезные практические сведения. Однако приобретение лучших образцов сельскохозяйственных машин и инструментов, представленных на выставках и в музеях, было не по карману задушенным повинностями крестьянам, а помещик, который имел бесплатную крестьянскую силу и инструменты, не имел нужды тратиться на их приобретение. То есть экономическая европейская мотивация в России того времени не могла прижиться.



§ 4. Исторические музеи



В начале XIX века музеи впервые начали выполнять определенную роль в пробуждении национального самосознания у этносов, которые находились под чужеземным гнетом или подвергались агрессии со стороны сильных соседей. Одновременно пришло признание того, что музей является наиболее удобной формой хранения материальных свидетельств исторического прошлого этноса.

В первой половине XIX века продолжали развиваться исторические музеи в России. В своей книге "Достопамятности Санкт-Петербурга и его окрестностей" (1817) русский коллекционер П.П. Свиньин перечисляет наиболее заметные предметы Достопамятного зала, в том числе "флаг стрелецкий, статую Екатерины II, медальон Григория Орлова, одноколку Петра I, пушки, модели крепостей, флаг свободы, поднятый во время восстания 1794 г. Т. Костюшко, кресло Стеньки Разина, пушки Отечественной войны 1812 г.". Доступ в Достопамятный зал был возможен только с разрешения высшего начальства.

В 1805 г. планировалось создание на базе Модель-камеры Морского музея в Санкт-Петербурге. Однако в связи с участием ее заведующего капитан-лейтенанта М.А. Бестужева в восстании декабристов Николай I распорядился ликвидировать это учреждение.

В 1-й половине XIX века, особенно в связи с подъемом национального самосознания, который пережила Россия в результате победы в отечественной войне 1812 года, значительно расширяется сеть музеев, в том числе и военно-исторических. В память об Отечественной войне 1812 года в 1826 году рядом с гербовым залом Зимнего дворца по проекту зодчего Карла Ивановича Росси была построена военная галерея, где размещалось 332 портрета генералов — участников Отечественной войны 1812—1814 гг. Над выполнением портретов в течение десяти лет работал приглашенный в Россию известный английский художник Джордж Доу. Ему помогали русские живописцы А.В. Поляков и В.А. Голике. Лишь три больших конных портрета были написаны другими мастерами: портреты Александра I и его союзника прусского короля Фридриха-Вильгельма III — немецким художником Францем Крюгером, создателем идеализированных, холодных и официальных произведений. Портрет другого союзника, австрийского императора Франца I, был выполнен Петром Крафтом.

В центре галереи находился исполненный Дж. Доу большой портрет главнокомандующего русских войск фельдмаршала М.М. Кутузова, рядом с которым были помещены портреты самых известных генералов— П.И. Багратиона, Д.В. Давыдова, А.Н. Сеславина, А.П. Ермолова, а также большой портрет прославленного полководца М.Б. Барклая де Толли. Были в галерее и 13 пустых рам, на которых написаны только воинские звания и имена генералов. Эти генералы или погибли на поле боя, или не дожили до времени создания галереи, или не сохранились их изображения.

В первой половине XIX века в Российской империи довольно активно развивались специальные исторические дисциплины, в том числе археология и этнография. Проводились археологические экспедиции, изучался быт и нравы народов России.

Основанное в 1845 г. Русское географическое общество открыло отделение этнографии, которое развернуло сбор материалов по всей империи. Если на протяжении прошлого века сохранялось отношение к памятникам этнической культуры как к диковинкам, "куриозным" вещам, раритетам, то в 1-й половине XIX века происходило становление этнографии, как науки. Усиление в этот период интереса к этнографии (И.И. Срезневский, Н.И .Надеждин и др.), расширение фронта этнографических исследований, активизация работы 2-го отделения Петербургской Академии Наук (А.А. Шахматов, В.В. Стасов, П.П. Семёнов-Тян-Шанский, А.Н. Пыпин, В.В. Ламанский и др.), публикация этнографических коллекций на выставках и в музеях научных обществ способствовали созданию ряда этнографических музеев, формированию этнографических коллекций в общеисторических и археологических музеях и организации в них этнографических отделов.

Создавались специализированные общества и комиссии по археологии и археографии. Были созданы общества истории и древностей при университетах Москвы, Харькова, Казани. Большинство из них вело активную деятельность по собиранию исторических памятников.

В этот период по инициативе научной общественности формируются музейные собрания на национальных территориях империи, в том числе в Украине, Польше, Литве, Латвии, Эстонии, что свидетельствовало о подъеме национального самосознания населявших их этносов. Среди этих собраний следует выделить музей этнографического типа в дупле дуба Баублис в Жемайтии, созданный шляхтичем Дионизасом Пошкой (Пашкевичем) в поместье Биотай (1812), музей Рижского общества истории (1834), музей Общества истории и древностей Прибалтийских провинций в Риге (1834, переведен в 80-е гг. XIX в Домский собор), музей древностей при Киевском университете (1835), провинциальный музей Эстляндского литературного общества в Ревеле (Таллинне) (1842), Готическая галерея в Варшаве (1802) и др.

Появлялись новые музеи в основном по инициативе научной общественности и частных лиц. Первыми собственно историческими музеями в России были археологические музеи, созданные в начале XIX века на Юге России (Николаев, Феодосия, Одесса, Керчь). В 1-й половине XIX века образованы Петровский исторический музей (село Веськово Владимирской губернии, 1803), Исторический музей в Нижнем Новгороде (1827), Ремянцевский музей (1831, Петербург), общественный "музеум" древностей в Екатеринославе (1849).

Процесс дифференциации наук, который происходил на основе возрастания фактического материала и его теоретического осмысления, требовал специализации исследований. Последнее обусловило возникновение такого специализированного исторического собрания, как Азиатский музей в Санкт-Петербурге, сформированный на основе восточных коллекций Кунсткамеры.

В конце 50-х гг. ХIХ века из Азиатского музея были изъяты этнографические предметы и переданы вновь образованному этнографическому музею. Кроме Азиатского музея из Кунсткамеры примерно в то же время выделился Египетский музей, в котором экспонировались статуи, барельефы и мумии.

К этому периоду относится возникновение археологических музеев в Причерноморье. Их появление отражало интерес к выявленным в Таврии в ходе археологических раскопок античным памятникам. Лучшие таврические археологические находки отправлялись в Эрмитаж, однако многое оставалось на юге России. Созданию музеев в этом регионе способствовало правительственное распоряжение об охране исторических памятников Крыма (1805).

Недалеко от мест раскопок появлялись археологические собрания на Украине: в Николаеве при Черноморском гидрографическом депо (начальник И.И. Траверсе, 1806), Музей древностей в Феодосии, созданный С.И. Броневским (1811), в Одессе (1825), Керчи, созданный И.А. Стемпковским, Херсоне (конец 20-х гг. XIX века).

В первой четверти XIX века в России возникает проект создания Национального исторического музея. К сожалению, проект, авторами которого были члены Румянцевского кружка Ф. Аделунг и Б. Вихман, не привлек к себе внимания властей.

То есть ситуацию, сложившуюся в музейной деятельности рассматриваемого периода можно охарактеризовать следующим образом. Ни в XVIII, ни в первой половине XIX века про музеи нельзя было сказать, что они занимают важное место в культурной жизни страны. Они начали служить ученым. Художникам и ученым в музеях было хорошо. Но для широкой публики музеи оставались собранием диковин, не понятных для неподготовленной публики.



§ 5. Начало организации охраны памятников истории и культуры



Что касается идеи охраны памятников, как социального действия, то она в 1-й половине XIX века находилась на стадии осмысления. Ей проводниками были Петербургская Академия Наук, просвещенные представители дворянства, правящей бюрократии, духовенства и мещан, обретшие вкус к научно-исследовательскому собиранию древностей, предметов искусства и естественно-исторических образцов. Начало XIX века отмечено формированием исторических, художественных и естественно-научных собраний, изданием первых путеводителей по городам с перечислением их достопримечательностей, попытками организации музеев, созданием обществ любителей древностей. В начале XIX века особый интерес был проявлен к археологическим и археографическим изысканиям, приведшим к появлению в Причерноморье первых музеев, общества истории и исторических кружков. Все эти действия, включая публицистические выступления сторонников сохранения древностей (Н.И. Новикова, Е.А. Болховитинова, затем Ф.П. Аделунга, П.И. Кеппена, П.М. Строева, К.И. Аша, П.П. Свиньина и др.), способствовали формированию в обществе интереса к движимым и недвижимым памятникам. Интерес этот, однако, на протяжении весьма длительного времени был присущ лишь тонкому просвещенному слою общества, что определило особенности становления дела охраны памятников в стране.

История собственно охраны памятников в России начинается в конце 1826 года, когда был опубликован циркуляр Министерства внутренних дел о сборе сведений "о находящихся в пределах империи древностях и в каком положении они находятся". При этом предписывалось не только описать имеющиеся памятники, но и сделать планы и фасады их. Документ этот, составленный по приказу Николая I, был инициирован поступавшими к нему донесениями с мест и прошениями ученых о сохранении древнейших сооружений. Спустя год он был дополнен новым циркуляром, касавшимся вопросов реставрации архитектурных и исторических памятников. Эти акты легли в основу регулирования охраны недвижимых памятников, к которым стали относиться наиболее представительные городские общественные здания, а также храмы. Возводившиеся в честь памятных событий. В 1830-х гг. постепенно развертываются ремонтные и реставрационные работы на древних памятниках. В Киеве раскрываются остатки Золотых ворот (1832), проводятся ремонтные и реставрационные работы в Московском Кремле (1836), в 1837-39 реставрируется Дмитриевский собор во Владимире, в 1848 ремонтируются стены кремля в Коломне. В целом, однако, успехи в области охраны памятников были невелики. Организация охраны древних сооружений на местах наталкивалась на равнодушие и непонимание важности этой работы; отсутствие денежных средств препятствовало созданию условий для наблюдения за памятниками, повсеместно ощущалась нехватка людей, способных заняться охраной памятников. Но главное, что сдерживало развитие охраны памятников, заключалось в равнодушии большинства жителей империи к памятникам и их проблемам, что в конечном счете нейтрализовало попытки центральных властей, предпринятые в 1830-50-х г.г. Фактически созданные в этот период органы управления охраной памятников (подразделения Министерства внутренних дел, Министерства Императорского двора, Синода) бездействовали, чем вызывали постоянные упреки со стороны сравнительно немногочисленных любителей древностей.



В 1-й половине XIX века идет зарождение экскурсионного дела, объединяющего теорию, практику, методику, содержание, управление и организацию экскурсионной работы. Первые экскурсии в России появились уже в конце XVIII века под влиянием идей Я.А. Коменского, полагавшего, что в обучении надо идти не от рассуждения о предмете, а от реального наблюдения за ним. В "Уставе народным училищам" (1786) и "Школьном уставе" (1804) рекомендовались "прогулки" (экскурсии) в природу, на мануфактуру, в мастерские ремесленников.

К этому же периоду относится зарождение экспозиционной работы (но внимание к подобной работе было пока ещё на очень слабом уровне), так как именно в 1-й половине XIX века в музейных собраниях появились многочисленные предметы, произведенные другим этносом. Такие предметы в большом количестве привозились путешественниками и исследователями античности, средневековья, эпохи Великих географических открытий.

Отбор и презентация музейных предметов находились пока на низком уровне. Посетитель должен был хорошо разбираться в представленной в музее тематике, чтобы пополнить свои знания или получить стимул к дальнейшим размышлениям. Попытка организовать процесс коммуникации, сделанная в ряде экспозиций, уничтожалась визуальным "шумом", который создавали щиты или витрины, где располагались несовместимые предметы.

Мотивация посещения музеев представителями низших сословий коренным образом отличалась от того, что приводило туда монархов, знать, ученых и др. В своем большинстве люди работали до изнеможения, чтобы заработать на самое необходимое. У них не было ни времени, ни сил посещать музеи для получения знаний либо эстетического удовлетворения. Мотивация массового посетителя принципиально не изменилась с того времени, когда толпы древних греков и римлян приходили в храмы, хотя вера в рог единорога, волшебные камни или мумию потеряла свою силу.

Стремление к искусству и наукам приглушалось более прагматическими заботами, за исключением талантливых и высоко образованных личностей.

Правила, ограничивавшие доступ посетителей в музеи, не всегда были главной причиной их небольшой популярности. Мысли многих посетителей оставались за стенами музея даже во время осмотра экспозиционных залов. Большинство людей не воспринимало каноны, полученные в наследство от кабинетов и галерей частных коллекционеров прошлых столетий, которые не только автоматически сохранялись, но и часто перерождались в невероятные гибриды, сочетавшие функции кладовой, дворца и мастерской художника. То, что люди могли увидеть в большинстве крупных музеев, мало касалось их жизни, эффект от осмотра чудесных и редких предметов был не более, чем кратковременная вспышка восхищения.

Вместе с тем в первой половине XIX века в музейной работе произошли определенные перемены. Увеличилось количество публичных музеев, расширилась география их размещения, начался процесс дробления некоторых комплексных крупных музеев на меньшие специализированные учреждения, уделялось больше внимания их воспитательной функции. Все чаще устраивались промышленные и сельскохозяйственные выставки, на базе которых создавались музеи. Тенденции, наметившиеся в музейном деле в первой половине XIX века, получили развитие в последующий период.




ГЛАВА 3. "ЗОЛОТОЙ ВЕК" МУЗЕЕВ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ XX ВЕКА В РОССИИ



Становление музейного дела стран Европы в два больших этапа. Первый этап — от французской революции 1789 г. до Большой промышленной выставки 1851 г., второй — с 1851 г. до начала первой мировой войны.

Из всех веков мировой истории, предшествовавших ХХ веку, XIX столетие занимает исключительное место. Именно в XIX в. развитие экономики и техники, точных наук и художественной литературы, музыкальных и изобразительных искусств шло особо бурными темпами. Революции и войны изменили облик всей государственной жизни, международных отношений, а подчас и контуры границ.

Происходит окончательное оформление музея как социального института со своими функциями. Колоссальный рост числа музеев во всем мире происходил двумя путями: открытием для публики собраний, сложившихся в предшествующие столетия, в том числе дворцовых, повсеместно по Европе ставших доступными после изгнания Наполеона, и основанием новых музеев, подчиненных цели служения общественной пользе и тесно связанных с наукой и образованием, что отличало их от предшественников, формировавшихся сообразно с прихотью и вкусом коллекционера. Многочисленные музеи учебных заведений и научных обществ служили учебными классами и источниковой базой для археологии, этнографии, естествознания, истории и др. В соответствие с этим изменилась сама идея музея: из "модели мира", "храма", где каждый музейный предмет включен в символическую систему "миропорядка" ко второй половине XIX века многие музеи, поставленные на службу науке, превратились в систематизированные "каталоги" соответствующих областей знания. Формирование систематических музеев вместо университетских привело к складыванию профильных групп и музейной сети. Важное место в ней к началу XX века заняли музеи местного края, что связано с развитием "родиноведения".

Развитие музейного дела определялось происходившим в XIX веке осознанием обществом ценности своего культурного наследия и растущей потребностью его сохранения. Сдвиги в общественном сознании нашли отражение в теоретических изысканиях, в России – начиная с проектов Ф.П. Аделунга и П.П. Свинина, на многие десятилетия предваривших музейную практику, до фантастических построений Н.Ф. Федорова, провозгласившего идеи (присущие музеям уже в XX веке) воспитания через музей, образности построения экспозиций, музеефикации целых пластов уходящей жизни.

Для того чтобы осмыслить роль, которую музеи выполняли в обществе необходимо провести анализ не только количественных перемен в их деятельности, но и качественных. Во второй половине XIX — начале XX века в развитии музеев выделяются следующие направления: специализация их содержания, совершенствование учетной работы, повышение внимания к форме представления предметов в интересах публики, наконец, количественный рост.



§ 1. Общие тенденции развития музейного дела



Особенностью развития музейного дела и коллекционирования во второй половине XIX — начале XX вв. являлась их дальнейшая демократизация. Это проявлялось, с одной стороны, в укреплении ведущей роли передовых слоев общества — ученых, разночинной интеллигенции, купечества — в создании столичных и провинциальных музеев, с другой — в организации музеев нового типа — публичных или общественных, направленных на просвещение народных масс, распространение среди них научных знаний. В описываемый период продолжали пополнять свои фонды прежде всего существовавшие музеи, однако создавались и новые.

Необходимо затронуть вопрос управления музеями во 2-й половине XIX – начале XX века. Система управления музеями в дореволюционной России не предусматривает специального органа для руководства музейным делом. Музеи принадлежали различным ведомствам, органам самоуправления, земствам, частным лицам, занимавшимся их управлением и финансированием. Первые отечественные музеи находились в ведении Петербургской Академии Наук и дворцового ведомства. В начале XIX века с реформами центрального правительственного аппарата и образованием министерств академические музеи были переданы в министерство народного просвещения, музеи дворцового ведомства – в министерство Императорского дворца. Управление значительной сетью местных музеев, получивших распространение в российской провинции со 2-й половины XIX века, осуществлялось попечительскими советами, комитетами тех учреждений, которые их создавали. Потребность создания специального органа, ведающего музеями, была осознана в России в начале XX века и зафиксирована в решениях Предварительного съезда музейных деятелей 1912. Стихийность формирования музейной сети, параллелизм, отсутствие учета музеев рассматривались как последствия разобщенности управления, но мер по устранению перечисленных недостатков на рассматриваемом историческом отрезке времени принято не было.

Реформы 1860-70-х гг. стимулировали развитие экономики страны, пробуждали общественную активность россиян, способствовали демократизации культуры. Особенность развития музейного дела по во второй половине XIX - начале XX века состояла в усилении роли общественности и личной инициативы ученых, разночинной интеллигенции, купечества – в создании столичных и провинциальных музеев, в развитии нового типа общедоступных (публичных музеев, специально направленных на просвещение народа. В начале 1860-х гг. первым опытом такого рода был перевод из Петербурга в Москву по просьбе москвичей Румянцевского музея, ставшего наряду с библиотекой просветительским центром, опекаемым городскими властями и общественностью. Научным обществам и инициативе отдельных деятелей культуры обязаны своим возникновением крупнейшие музеи страны – Политехнический музей (1872), Исторический музей (1872), Антропологический музей в Москве (1879), Русский музей в Петербурге (1895), Музей изящных искусств (1912).

Существенным фактором музейного дела в России на этом этапе стало частное коллекционирование. Частные коллекции сохраняли культурные ценности от расхищения, служили важным источником пополнения музейных собраний. Характерным явлением стала безвозмездная передача владельцами своих собраний в общественное пользование. На основе крупнейших коллекций возникли Музей русской старины П.И. Щукина в составе Исторического музея, Третьяковская галерея и Цветковская галерея, Театральный музей им. А.А. Бахрушина, Музей прикладного искусства М.К. Тенишевой в Смоленске и др. Особенностью развития музейного дела в России во второй половине XIX века стало создание местным музеев, игравших заметную роль в культурной роли провинции. Во многих городах Европейской России, Урала, Сибири, Дальнего Востока по инициативе местной общественности возникали комплексные (в дальнейшем краеведческие) музеи, объектом показа в которых стала окружающая жизнь – история, природа, экономика края, а также естественно-исторические, исторические, художественные и другие музеи.

Одновременно с ростом количества музеев формировались их профильные группы. Успехи славянской археологии, русской исторической науки, отмеченной именами С.М. Соловьева, В.О. Ключевского, И.Е. Забелина, осознание общественностью необходимости сохранения историко-культурного наследия и пропаганды исторических знаний способствовали развитию исторических музеев. Наряду с созданием общенационального исторического музея в Москве были преобразованы старейшие военно-исторические музеи в Петербурге – Морской музей, Артиллерийский музей. Обновленные музеи, а также вновь созданные полковые музеи (около 300) использовались для пропаганды военно-исторических знаний. Продолжала развиваться группа историко-археологических музеев.

На национальных окраинах России окрылись Кавказский музей в Тифлисе (1864), Туркестанский музей древностей в Самарканде (1874), Городской музей древностей и искусства в Киеве (1899), Музей украинских древностей В.В. Тарновского в Чернигове (1902) и др. на положение музеев национальных регионов оказывала влияние русификаторская политика правительства: не поощрялось развитие национальных культур, допускался вывоз в центр национальных реликвий, исторических и художественных ценностей.

Сложилась группа церковно-археологических музеев (около 40), возникавших при духовных академиях, церковно-археологических комитетах и православных братствах с просветительскими и миссионерскими целями и экспонировавших предметы церковного обихода. Возникновение Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого (1879) на базе Анатомического и Этнографического музеев связано с интенсивным развитием этнографической науки. Уникальные коллекции сделали его одним из популярнейших музеев страны.

С целью пропаганды новейших технических и сельскохозяйственных знаний, рациональных способов ведения хозяйства в пореформенной России при поощрении и финансировании правительства наряду с Политехническим музеем в Москве и Музеем прикладных знаний в Петербурге возникли естественно-исторические, в том числе почвенные, музеи в провинции; сельскохозяйственные музеи, специализированные промышленные технические музеи, в том числе Почтово-телеграфный (1913), Железнодорожный (1910), Музей изобретений и усовершенствований (1910) в Петербурге; художественно-промышленные и кустарные музеи в Петербурге, Москве, Харькове, провинциальных городах, создававшиеся для поощрения развития художественных промыслов и профессионального обучения мастеров. Многие музеи возникали на базе всероссийских и местных выставок, а также русских отделов международных выставок, широко распространенных в середине XIX века.

Организация педагогических музеев, начало которым в 1860-е гг. положил К.Д. Ушинский и Н.Ф. Бунаков, получила особое распространение на рубеже XIX – XX веков в связи с интенсивным ростом сети начальных и специальных учебных заведений. Педагогические музеи (стационарные и подвижные) были созданы в большинстве учебных округов. Их цель – ознакомление с передовым опытом учебно-воспитательного дела в семье и школе, как в России, так и за границей.

Причина создания детских музеев, разумеется, была образовательно-воспитательная. Они возникают и получают развитие главным образом в период кризиса традиционной системы образования как альтернативные центры, пропагандирующие идеи визуализации образования, средового воспитания и активных форм обучения. Родиной детских музеев являются США, где в конце XIX – начале XX века развернулось движение за реформы образования на основе психолого-педагогических идей (Д. Дьюи, И.Г. Песталоцци, М. Монтессори и др.). Первым в мире музеем для детей считается Бруклинский детский музей, возникший в 1899 году на основе коллекции, пожертвованной ему Бруклинским музеем искусства и естествознания. Вслед за ним в США был открыт целый ряд музеев, взявших на себя функцию образования детей. Их деятельность стимулировала распространение детских музеев по всему миру.

В России создание детских музеев в основном совпадает с периодами обновления традиционной системы образования в русле концепции развивающего обучения. 1-й этап (1890-1910-е гг.) относится ко времени, когда получила распространение идея о необходимости преодоления традиций догматичной, книжной педагогики путем использования принципа наглядности. К.Д. Ушинский, его коллеги и последователи считали, что развитие личности должно осуществляться через знакомство с окружающим миром, через собственную практическую деятельность. Такой подход стимулировал появление музеев, созданных преимущественно руками самих детей (музей-мастерская). Актуальной формой подобных детских музеев стали школьные музеи наглядных пособий, организованные по принципу кунсткамеры. Даже если музей-мастерская возникал вне стен школы, он всё равно был ориентирован на изготовление учебных пособий (Музей детского труда, учрежденный при Семёновской публичной библиотеке в Курске). Прикладной характер подобных музеев не заслонял высокую цель, ради которой они создавались, - труд и творчество детей.

Также под влиянием взглядов К.Д. Ушинского и его последователей, сторонников активных методов обучения с 1880-90-х гг. начинается развитие экскурсионного дела. В программу отделений школ, гимназий, коммерческих училищ стали включаться сначала естественно-научные, а затем культурно-исторические, литературные и другие экскурсии. Появились и первые внеучебные экскурсии и путешествия, организуемые гимназиями и училищами на Волгу, Кавказ, в Крым, за границу. Постепенно осуществляется переход к системе использования экскурсий как метода образования. По мере развития культурно-просветительской деятельности музеев частью экскурсионного дела становятся музейные экскурсии, хотя их организация ещё носит стихийный характер.

В 1900-10-е годы появились первые организационные структуры, стимулирующие развитие экскурсионного дела. В 1907 году при Российском обществе туристов (РОТ) была создана комиссия "Образовательные экскурсии по России", занимающаяся организациями экскурсий для различных групп населения. Создаются экскурсионные комиссии в ряде учебных округов – Московском, Петербургском, Казанском, Одесском, Киевском и др. большую роль в организации экскурсионного дела сыграли общества любителей естествознания, "Русское горное общество" (1900), "Кавказское горное общество" (Пятигорск, 1902-1905). Стимулировало развитие экскурсионного дела открытие новых музеев, художественных выставок и промышленных выставок. В 1910-е гг. экскурсионное дело приобретает всё большие масштабы.

С 1914 года в Москве при участии членов Центральной экскурсионной комиссии при Московском учебном округе, специалистов, профессоров и преподавателей издавался иллюстрированный культурно-исторический журнал для семьи и школы. Редактировали журнал С.И. Гинтовт и И.Н. Бороздин. выходил книжками 4 раза в год, объем номера 120-140 страниц, с картами на вкладных листах. Издание предпринятое с целью удовлетворения запросов экскурсантов, просвещения учащихся средней школы, разработки теории и практики экскурсионного дела, являлось составной частью экскурсионного движения. В журнале публиковались статьи по методике и теории научно-образовательных экскурсий, описания и планы путешествий, отчеты об экскурсиях и их маршруты. Экскурсии рассматривались как необходимый элемент преподавания, как способ углубления и повторения учебного курса, эстетического воспитания учащихся; подчеркивалось, что их тематика должна быть согласована с учебной программой. Особое место в журнале отводилось описанию культурных центров: музеев (Оружейная палата, Исторический музей, Музей изящных искусств им. Императора Александра III и др.), городов (Прага, Константинополь, Белград, Любляна, Загреб, Москва, Ростов Великий и др.), монастырей, усадеб. Имелись рубрики: "Хождение по Руси и за рубеж", "Культурные ценности", "Хроника", "Теория и практика экскурсий", "Библиография". Редакция выпускала дешевые иллюстрированные путеводители. Издание прекращено в 1916 году в связи с обстоятельствами военного времени.

Во второй половине XIX - начале XX века получает развитие тенденция увековечения с помощью музеев памяти выдающихся деятелей России. Первые мемориальные музеи, библиотека-музей А.С. Пушкина в Александровском лицее (1879) и музей М.Ю. Лермонтова в Николаевском кавалерийском училище (1884), были организованы силами преподавателей учебных заведений, где воспитывались будущие поэты. К числу первых мемориальных музеев относятся также Дом-музей Петра I в Вологде (1885), музеи Л.Н. Толстого в Петербурге и Москве (1911).

Основным направлением музейного дела в России во второй половине XIX - начале XX века по-прежнему оставалась работа с собраниями – определение, систематизация, описание коллекций. Специфическим для музеев итогом изучения собраний стали каталоги конкретных коллекций. Благодаря особому вниманию к научной обработке собраний деятельность столичных и ряда местных музеев, как правило, находилась на уровне развития науки и культуры своего времени. Экспозиционная работа, как музейная специальность только начала формироваться. Музеи не имели запасников, собрания экспонировались в научной системе, которая была принята в той или иной области знания. Только в конце XIX - начале XX века в связи с популярностью музеев и ростом их посещаемости возникла потребность в поисках средств экспонирования, доступных широкому посетителю. Систематические коллекции стали дополнять так называемыми "образовательными", "выставочными", "показательными" и т.д. Музеи второй половины XIX - начала XX века, как правило, не имели программы распространения конкретных знаний, поэтому одним из новых направлений музейного дела в России стала организация при музеях специальных лекториев, чтение общедоступных, "народных" лекций. Таким образом, в начале XX века наметились основные направления музейного дела в России, получившие дальнейшее развитие в послереволюционный период.

Возникновение музееведения, произошло ещё в XVIII веке и было обусловлено потребностью в осмыслении и рациональной организации процессов формирования коллекций и музейных собраний, их систематизации, изучения и использования в системе культуры, науки, образования, просвещения, воспитания. Но о серьезной постановке проблем теории, истории и особенно методики музейного дела свидетельствуют разработанные лишь во второй половине XIX века программы (концепции) ведущих музеев России (Исторического музея, Морского музея, Румянцевского музея, Музея прикладных знаний и некоторых других). В конце XIX - начале XX века разрабатывались некоторые из основных понятий и методов музееведения (музей, факторы развития музейного дела и др.), формировались представления о профильных группых музеев и основных направлениях развития музейной деятельности (публикации В.С. Иконникова, Д.А. Ровинского и др.; монографии А.И. Смирнова "Земский исторический музей. Опыт организации", в которой дан анализ деятельности большой группы музеев и показаны научные основы формирования коллекций). Для этого времени характерное осмысление музея, как элемента в системе науки, привлечение в музейную практику широкого спектра научных методик.

В становлении музееведения в России заметную роль сыграли Московское археологическое общество и проводившиеся им археологические съезды, а также периодические издания, освещавшие вопросы теории и истории музейного дела. В России появление изданий, освещавших наряду с другими отдельные вопросы теории и практики музейного дела относится к 1900-10-м гг. Они адресовались разной читательской аудитории: художественной интеллигенции ("Апполон"), коллекционерам и всем, интересующимся искусством ("Художественные сокровища России", "Старые годы", "София"), великосветской ("Столица и усадьба") и "более простой" ("Музей для всех", "Экскурсионный вестник") публике. Практически все музейные периодические издания имели музеографический характер, большинство основное влияние уделяли описанию собраний художественных музеев и художественных частных собраний, коллекционированию, серьезно разрабатывали проблемы собирания, сохранения, изучения и охраны русской художественной старины как неотъемлемой части культурного наследия, предлагали критерии для определения эстетической ценности произведений искусства, его атрибуции и интерпретации. В "Живой старине" была опубликована одна из первых научно обоснованных программ для описания этнографических коллекций. В прямой связи с развитием экскурсионного дела стояло издательство журналов "Экскурсионный вестник" и "Русский экскурсант" (1914-1917, Ярославль, редактор-издатель С.И. Вахромеев), представлявших музеи, как культурные центры. Музееведческие периодические издания того времени – ценный источник по истории музееведческой мысли и музейного дела в России.

В высших учебных заведениях были разработаны специальные курсы, первый опыт преподавания – курс С.К.Кузнецова "Введение в музееведение" в Московском археологическом институте в 1900-х г.г. Вопросы о сущности музея, о необходимости разработки классификации музеев и музейной терминологии, о научном обосновании государственной музейной политики были поставлены на Предварительном съезде музейных деятелей в Москве в 1912 г. Съезд показал, что дальнейшее развитие музейного дела невозможно без теоретического осмысления и что это осознавалось большинством музейных работников.

Понятие музея было одним из ключевых, неразрывно связанных с идеей патрификации (воскрешения предков) и с понятием храма в философско-утопическом учении выдающегося русского философа Н.Ф. Федорова ("Музей, его смысл и назначение" и др.). К сожалению, философия музея, была и остается наименее разработанной областью музееведения.

Развитие музейного дело в просветительском направлении во второй половине XIX - начале XX века обусловило становление музейной социологии. Создание публичных (общедоступных) музеев повлекло за собой новые формы связи музея и общества, что и послужило основой включения в практику музейного дела социологических исследований. Первоначально изучались функции музея как одного из центров науки и просвещения и посетители ("потребители" музея), через которых реализуются эти функции.

В начале XX века появились исследования, анализирующие деятельность музеев за большие временные периоды (Кон Ф.Я., "Исторический очерк Минусинского местного музея за 25 лет (1877-1902)", Казань, 1902; Огородников С.Ф. "Модель-камера, впоследствии Морской музей имени Петра Великого. Исторический очерк", СПб., 1909; Ильин А.М. "Ростовский-на Дону городской музей. История возникновения, задачи учреждения и его деятельность", Ростов-на Дону, 1912, и др). Была создана база для осмысления в общеисторическом контексте пути, пройденного российскими музеями, их роли в системе научных и просветительских учреждений.

Что до административных вопросов, то в царской России не было специального органа по руководству музеями, музейного законодательства. Управление музеями осуществлялось на основе "Положений", утверждавшихся правительством. Отсутствовал единый источник финансирования, за счёт казны содержались только крупные государственные музеи. Большинство провинциальных музеев содержалось на небольшие отчисления от городских властей или средства создававших их научных обществ, земств, городских управлений, частных лиц. Это делало их положение неустойчивым. Существовали разобщенность музеев, дублирование коллекций музеев, расположенных в одном городе, неравномерность территориального размещения музеев. В среде музейной общественности возникла потребность обсуждения насущных проблем, в частности, состояния местных музеев, создания научной ассоциации для руководства музеями и т.п. В 1912 году, как уже было сказано ранее, в Москве собрался Предварительный съезд музейных деятелей, который стал своеобразным итогом 200-летнего развития музейного дела в России, обсудил ряд назревших организационных – практических и теоретических вопросов. Работы по подготовке Всероссийского съезда музейных деятелей, намеченного на 1915 год, были прерваны 1-й мировой войной. К началу войны общее количество музеев в России приближалось к 500. В Петрограде и Москве образовались частные музеи и собрания с коллекциями общенационального, а в ряде случаев и мирового значения. В провинции формировались музеи, характеризующие природу и историю края.

Российское законодательство о памятниках XIX – начала XX века не проводило четкой границы между движимым и недвижимыми объектами, поэтому многие акты касались как недвижимого наследия, так и музейных предметов. Основными актами законодательства в дореволюционный период были циркуляры Министерства внутренних дел, положения общих наказов Министерства внутренних дел, статьи Устава уголовного законодательства (1864), Строительного Устава (1857), Устава духовной консистории, а также Положение об Императорской Археологической комиссии (1859). В них содержались указания по обращению с древностями и историческими сооружениями, определялся порядок их выявления и регистрации, запрещались кладоискательство и разрытие древних могил, разрушение и постройка древних строений и т.д. Были определены учреждения, ответственные за надзор за памятниками и допущение к работе с ними. Общий надзор был возложен на Министерство внутренних дел.

Первые попытки выработки общегосударственного закона об охране памятников имели место на рубеже 1860-70-х гг. (Проекты Московского археологического общества, 1869, и 2-го археологического съезда, 1871). В 1877 комиссией князя А.Б. Лобанова-Ростовского были составлены "Правила о сохранении исторических памятников", в которых впервые была выдвинута идея защиты государственных памятников и создания комиссии по их сохранению с отделениями на местах. Проект был отвергнут из-за отсутствия денежных средств у правительства. В 1905 году были разработаны так называемые Основные положения, позднее конкретизированные в проекте Министерства внутренних дел "Положение об охране древностей" (1911), также не утвержденном Государственной Думой. Не была доведена до конца и последняя попытка доработки закона, предпринятая накануне Февральской революции. Русское законодательство о памятниках так и не получило до революции завершающего вида и складывалось из отдельных актов, положений, инструкций.

В годы 1-й мировой войны деятельность музеев прифронтовой полосы приостановилась. Сокровища Эрмитажа и других петербургских музеев частично удалось законсервировать. Неосуществленными оказались проекты Центрального военно-исторического музея в Петербурге, Музея Отечественной войны 1812 года в Москве, Музея Государственной Думы, Всероссийского национального музея памяти 300-летия дома Романовых.



§ 2. Художественные музеи



Условия для создания публичных художественных музеев в России сложились только во второй половине XIX века.

В 1851 г. завершилась постройка специального музейного здания— Нового Эрмитажа — по проекту Л. Кленце архитекторами В.П. Стасовым и Н.Е. Ефимовым. 7 февраля 1852 г. там состоялось открытие публичного музея. Для того чтобы познакомиться с находившимися в нем коллекциями итальянского, фламандского и русского искусства, занимавшими 56 выставочных залов, необходимо было получить особое разрешение в конторе при министерстве императорского двора. Вначале разрешения выдавались избранному кругу людей (не более 300—500 в год).

Коллекции Эрмитажа продолжали пополняться преимущественно за счет античных памятников и археологических предметов. В 1860—1861 гг. проводится новая развеска картин, издается их каталог. В 1863г. доступ в Эрмитаж был расширен, а с 1865 г. он стал свободным. Были инвентаризированы коллекции картин, изданы три тома каталогов живописных коллекций музея.

В 1910 г. собрания музея обогатили коллекции нидерландской живописи П.П. Семенова-Тян-Шанского, а в 1913 г. — английской живописи А.З. Хитрово. Однако по-прежнему почти отсутствовали картины XIV—XVI веков, а также современная западноевропейская живопись.

В первой половине XIX в. были сделаны неоднократные попытки создания музея национальной живописи, закончившиеся безрезультатно. И только конец столетия ознаменовался появлением двух крупнейших художественных музеев русского искусства — Третьяковской галереи и Русского музея.

Начало новой буржуазной эпохи ознаменовалось открытием в Москве для публики в январе 1862 г. частной галереи купца В.А. Кокорева, в восьми залах которой были выставлены более 500 произведений русской и западноевропейской живописи, среди которых были полотна К. Брюллова, В. Тропинина, А. Боголюбова, И. Айвазовского и др. Однако галерея просуществовала недолго. В 1866 г. из-за финансовых затруднений Кокорев вынужден был предложить свои лучшие картины Академии художеств. Сделка не состоялась, и в 1869 г. галерея закрылась. Несколько картин были куплены П.М. Третьяковым, большая же часть коллекции поступила в Александровский дворец в Царском Селе для наследника престола, великого князя Александра Александровича, начавшего проявлять интерес к русской живописи. Позднее эти картины были переданы в Русский музей.

Почти одновременно с Кокоревской выставкой открывается публичный Румянцевский музей, переведенный в Москву, в состав которого входила и картинная галерея. Первым вкладом в нее было полотно А. Иванова "Явление Христа народу", приобретенное Александром II и подаренное им музею. Спустя 5 лет, в 1867 г., в него поступает приобретенная в государственную казну (около 150 картин русских художников второй половины XVIII — первой половины XIXв.) коллекция Ф.И. Прянишникова, а в 1901 г. — коллекция К.Т. Солдатенкова (230 картин).

Коллекция русской живописи П.М. Третьякова была весьма богата по своему составу. Интересна и ее судьба. 31 августа 1892 г., вскоре после смерти брата С.М. Третьякова, Павел Михайлович подал в Московскую городскую думу заявление о передаче собрания живописи в дар Москве. 15 сентября на заседании Думы дар был официально принят. Кэтому времени картинная галерея, открытая для публики еще в 1881г., насчитывала 1276 картин русских художников. В 1893 г. Дума ходатайствовала перед правительством о присвоении галерее наименования "Городская художественная галерея Павла и Сергея Михайловичей Третьяковых", на что последовало согласие императора. 15 августа 1893 г. после двухлетнего перерыва с целью переустройства галерея вновь открылась для бесплатного посещения. Патриотический подвиг П.М. Третьякова имел широкий общественный резонанс.

Создание музея русского искусства частным лицом задело самолюбие императорской фамилии и подтолкнуло к скорейшему решению вопроса об открытии аналогичного музея в Петербурге.

До организации Русского музея произведения отечественной живописи выставлялись в музее Академии искусств и Эрмитаже.

13 апреля 1895 г. Николай II подписал указ об учреждении Русского музея имени Александра III и о размещении его в приобретенном для этой цели в госказну Михайловском дворце. Основу художественного отдела должны были составить произведения русского искусства, переданные из Эрмитажа, императорских дворцов и Академии художеств. К моменту открытия экспозиции фонды музея насчитывали уже 1500 единиц. В стенах Русского музея можно было увидеть многие шедевры отечественной живописи. Тем не менее, по сравнению с Третьяковской галерей экспозиция Русского музея в то время не отражала общей картины развития русского искусства.

В организации Русского музея имени Александра III участвовали ученые, общественные деятели, художники (Д.А. Клеменс, В.В. Стасов, А.Н. Бенуа, М.П. Боткин, С.П. Дягилев и др.). Однако, следуя вкусам придворных кругов, Совет Академии художеств, которому было поручено комплектовать фонды музея, отдавал предпочтение академической живописи и обходил вниманием картины художников демократического направления.

В Санкт-Петербурге общественная инициатива усложнялась противодействием чиновничьих кругов. Деятельность петербургских художественных музеев не имела такого общественного резонанса, как в Москве. В Москву переместился и центр художественного коллекционирования.

Для 2-й половины XIX – начала XX века характерно дальнейшее расширение социальной базы коллекционирования живописи, более целеустремленный её характер, углубление знаний коллекционеров, стремление к научному, систематическому подходу к подбору произведений.

Примером дифференциации и специализации тематики объектов художественного коллекционирования могут служить художественная галерея П.М. Третьякова, созданная как музей истории русского искусства, а также специализированные коллекции: русской живописи И.В. Цветкова с подбором коллекций рисунков-набросков, копий, вариантов и т.п., которые отражали процесс творчества художников; художника И.С. Остроухова, собиравшего древнерусскую живопись; Д.А. Ровинского, оставившего богатую коллекцию портретов, гравюр, лубочных картин. Появляются тематически более узкие живописные коллекции, посвященные одному хронологическому периоду или творчеству одного художника: коллекция М.П. Боткина (произведения А.А. Иванова), А.А. Коровина, С.П. Крачковского, И.И. Трояновского, К.А. Сомова, А.Н. Бенуа (живопись конца XIX – начала XX века.

Произведения старого западноевропейского искусства в Санкт-Петербурге собирал П.П. Семенов-Тян-Шанский (причем составлялась коллекция с учетом пробелов в эрмитажном собрании и после передачи в Эрмитаж сделала его фламандский отдел наиболее значительным и полным в мире), в Москве — Д.И. Щукин (свыше 250 полотен французских импрессионистов). Собрания новой французской живописи сформировали В.И. Щукин и И.А. Морозов, которые приобретали картины импрессионистов непосредственно на выставках в Париже.

Систематическое собрание по истории русского театра создал русский театральный деятель А.А. Бахрушин. Появились коллекционеры, которые собирали конкретные предметы материальной культуры. Русский фарфор собирал А.В. Морозов, охотничье и любительское русское и западноевропейское оружие — А.А. Кутуар де Бианкур, народную резьбу и вышивку — И.Я. Билибин. Большинство этих собраний было передано владельцами в дар обществу, благодаря чему они получили мировую известность.

К числу последних следует отнести Музей изящных искусств, открытый в 1913 г. при Московском университете специалистом в области античной истории, этнографии и искусства И.В. Цветаевым. Из собрания, созданного для учебных целей, оно превратилось в один из крупнейших просветительских центров Москвы.

Положительную роль в передаче или льготной продаже частными коллекционерами произведений искусства сыграли регулярно устраиваемые выставки, а также популяризация частных собраний на страницах периодической печати. Начало выставочной работе в России положила деятельность Общества передвижных художественных выставок (70-е — конец 90-х гг. XIXв.), а также деятельность художественного объединения "Мир искусства" (конец 90-х гг. XIX в. — 1917), возглавляемое С.П. Дягилевым. Передвижные выставки начиная с 1871 г. организовывало Общество передвижных художественных выставок, а с 1886 г. — Академия художеств в Санкт-Петербурге. Искусствоведческие общества создавались в Одессе (60-е гг. XIXв.), Риге (70-е гг.), Киеве, Харькове, Севастополе (80-е гг.). В провинции также складываются значительные собрания живописи как у частных лиц (П.М. Догадина в Астрахани, Г.Семенова в Житомире, Н.Н. Дубовского в Новочеркасске, В.П. Сукачева в Иркутске), так и возникающих повсеместно художественных музеях. В конце XIX в. появляются первые художественные музеи в провинции. В октябре 1891 г. А.П. Боголюбов, известный своими идеями художественного просвещения народа, обратился к министру двора И.И. Воронцову-Дашкову с письмом, в котором изложил проект устройства художественных музеев во всех провинциальных городах, имевших университеты, и в некоторых губернских. Он ссылался на опыт Западной Европы, где "каждый малоизвестный городок имеет при ратуше музей, охотно посещаемый и обогащаемый обитателями". А.П. Боголюбов считал это государственным делом. Спустя четыре года, в 1885 г., его стараниями и стараниями друзей-передвижников в Саратове открылся один из первых художественных музеев в провинции. Это событие вызвало большой резонанс в обществе. Газета "Саратовский листок" писала: "Сегодня — день открытия Радищевского музея в Саратове, учреждения совершенно нового не только для местного саратовского, но и вообще провинциального русского общества. Доселе всякие музеи, тем более чисто художественные, концентрировались в столицах... Провинция теперь жаждет развития..."

Вскоре художественные музеи открылись в Риге, Дерпте (Тарту), Феодосии и других городах как учреждения просветительского и учебного характера. Профиль их не всегда был строго выражен, некоторые музеи имели археологические, этнографические, нумизматические и иные материалы. Последнее относится к церковно-археологическим музеям, основу которых составляли ценные коллекции церковной живописи и предметов декоративно-прикладного искусства. Во второй половине XIX — начале XX века церковно-археологические музеи при духовных академиях и семинариях, церковно-археологических комитетах и обществах были открыты почти во всех православных епархиях Российской империи. К наиболее значительным музеям данной группы необходимо отнести музеи Тверской (1866), Киевской (1872), Петербургской (1879), Ростовской (1883) духовных академий, а также Троице-Сергиевой лавры (1880).



§ 3. Природоведческие музеи



С середины XIX в. происходит процесс специализации природоведческих наук — ботаники, зоологии, минералогии и антропологии. Этот процесс, а также открытие сущности жизненных процессов при помощи экспериментальных исследований и учения Чарльза Дарвина непосредственно повлияли на музейную деятельность. После выхода в свет дарвинского "Происхождения видов" (1859) в качестве главной в биологии стала рассматриваться задача не систематизации живых организмов, а построения филогенетической (отражающей эволюционные связи и близость происхождения) системы животных и растений, изучения среды обитания животных и их взаимодействия с внешними условиями. На этой основе сформировалась идея музея собственно биологического или общебиологического, иллюстрирующего "те общие законы и явления, что раскрываются при изучении животных форм, и те теории, которые направлены к истолкованию последних" (А.Ф. Котс).

Раньше общие природоведческие музейные собрания по своему составу удовлетворяли требованиям проведения всех типов исследований в области природы. В XIX веке стали развиваться специализированные собрания. Для новых, специфических исследований в области различных природоведческих дисциплин понадобились иные научно-исследовательские учреждения, которые не зависели от музейных коллекций. Только таксономические (систематические) исследования по-прежнему имели потребность в более специализированных собраниях природных объектов, которые не могли быть использованы в просветительских целях в полном объеме. В конце XIX в. началось отделение части природоведческих музейных фондов, предназначенных для экспозиционных целей, от основных исследовательских фондов, значительно больших по своим масштабам, чем экспозиционные.

Начиная с последней трети XIX в. проводилась большая работа по описанию видов предметов природы в мировом масштабе. Гигантское увеличение собраний этих предметов в музеях Европы обусловило новые подходы к их изучению. Это в свою очередь в число первостепенных задач поставило задачу совершенствования ботанической, зоологической, антропологической и палеонтологической систематики.

В соответствии с этим развивались новые собирательские методы и номенклатурные упорядочения, уточнялся принцип составления сопроводительной и собирательской документации. За международным упорядочением в ботанике (с 1863 г.) началось подобное урегулирование в зоологии (с 1904 г.), анатомии и других науках. Это означало введение в практику объективных методов определения типов предметов в таксономии. Последняя устанавливает названия видов предметов, в том числе и предметов музейных собраний.

Углубление специализации привело как к международному сотрудничеству хранителей крупных природоведческих музеев, так и к преобразованию последних в международные центры, которые позволяли с максимальной полнотой проводить сравнительные исследования. Возникали новые способы консервации музейных предметов, их интерпретации в экспозициях.

Научное описание коллекций природоведческих музеев стало главной задачей для их сотрудников. Новые открытия и находки останков не известных до этого времени видов животных ставили перед ними новые задачи. Дальнейшее развитие природоведческой исследовательской и собирательской работы на исходе XIX в. обусловило появление новых музеев.

В России в 1901 г. был открыт новый природоведческий музей в Петербурге. Его экспозиция, расположенная в здании таможенного пакгауза на Васильевском острове, привлекала внимание посетителей интересными биогруппами. Пополнялись коллекции растений, семян, гербариев Петербургского ботанического сада, который в рассматриваемый период стал ведущим центром развития ботаники в России.

Ботанический музей основан в Томске в 1885 году при Томском университете ботаников П.Н. Крыловыми. основные его функции – учебные и научные исследования, в музее имелась небольшая экспозиция, проводились экскурсии.

Осуществлялись целенаправленные закупки зоологических коллекций: для музея в Петербурге – у Филиппи (Неаполь, 1851), Лагоды А.И. (1871), Э.А. Эверсмана (Казань, 1877), С.М. Сокольского (1879) и др. Значительную часть поступлений составляли экспедиционные сборы научных обществ (Московского общества испытателей природы, Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии, Русского географического общества), Комиссии по исследованию фауны Московской губернии, Академии Наук и университетов. Центрально место занимали научные коллекции; в музее Московского университета были выделены экспозиционный фонд и учебные коллекции; экспозиции были систематическими. Во второй половине XIX века животных в них показывали в естественной обстановке, использовали биогруппы и диорамы. Высокого уровня достигло искусство таксидермии (А.М. Быков, И. и П. Ивановы, К. Приходько, П. и Ф. Девятовы и др.).

Зоологические музеи играли важную роль в подготовке специалистов-естественников, являлись основной базой научных исследований. Вокруг них группировались выдающиеся ученые: Г.И. Фишер, А.Л. Ловецкий, К.Ф. Рулье, А.П. Богданов, В.М. Шимкевич, Н.М. Кулагин, Н.Ю. Зограф, Г.А. Кожевников, Ф.Ф. Брандт, В.В. Заленский и др. В конце XIX – начале XX века для зоологических музеев в Москве и Петербурге были построены специально оборудованные здания.



§ 4. Музеи науки и техники



Очевидная нехватка общедоступных музеев науки и техники (в сопоставлении с масштабами страны и ускорением социально-экономического развития) начала восприниматься с середины XIX века путем создания частных, главным образом коммерческих музеев искусств и знаний: М.А. Шульце-Беньковской в Москве, К. Гаснера в Петербурге и др. Наряду с этим Русское техническое общество во всех провинциальных отделениях организовало музеи, а при Постоянной комиссии по техническому образованию – Подвижной музей наглядных пособий в Петербурге. Главным в их деятельности было обучение и просвещение, пропаганда передового опыта. Те же функции выполняли музеи учебных заведений, отраслевые промышленные музеи и фабрично-заводские музеи (так называемые заводские магазины).

Толчком к созданию технических музеев послужила Большая Лондонская выставка 1851 г. Она способствовала развитию европейской промышленности и торговли, также послужила примером для последующих всемирных выставок.

Одной из особенностей промышленных выставок являлся показ всех этапов производства предметов массового потребления, начиная с исходного материала и заканчивая действующими перерабатывающими машинами, которые производили конечную продукцию в присутствии публики. Это был только первый шаг к участию посетителей в управлении механизмами.

Толчок же к созданию первого промышленного музея в России дала 14-я Всероссийская мануфактурная выставка 1870 г. в Санкт-Петербурге, которую организовало Министерство финансов. Организаторы стремились к тому, чтобы выставка стала международной по своему значению — по образцу Парижской выставки 1867 г., которая широко отражала жизнь колоний. В ней впервые приняли участие почти все территории империи, в том числе Кавказ и Туркестан. Количество экспонатов втрое превышало их количество на предшествующей выставке 1861 г.

Экспонаты выставки отражали промышленное развитие России в первое послереформенное десятилетие. Было широко представлено железнодорожное строительство, судостроение, показана замена древесного угля каменным в тяжелой промышленности.

С деятельностью Русского технического общества и Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии связана организация в 1872 Музея прикладных знаний в Петербурге и Политехнического музея в Москве. После закрытия выставки в здании было решено разместить коллекцию Русского технического общества, Военно-педагогического музея и музея Общества популярных художников под названием "Общий музей прикладных знаний". В 1880 г. из этого музея выделился Художественный промышленный музей с большим техническим отделом, который существовал до 1917 г.

В 1872 г. по инициативе профессоров Московского университета А.А. Богданова и Г.Я. Щуровского в Москве была организована Всероссийская политехническая выставка. Вокруг них объединилась группа инженеров, изобретателей, владельцев крупных предприятий. Финансировали организацию выставки предприниматели, и уже 11 декабря 1872 г. она преобразовалась в Политехнический музей.

Согласно замыслу Г.Я. Щуровского, первого секретаря комитета по организации Политехнического музея, он создавался как научное учреждение с широкой программой распространения знаний через экспозицию и лекторий. В лектории музея читали лекции известнейшие деятели науки. Многие из них принимали участие и в его практической деятельности: А.А. Богданов являлся заведующим отделом прикладной зоологии, Г.Я. Щуровский — минералогического. А.А. Богданов и Д.Н. Анучин организовали в 1878 г. Антропологическую выставку и на ее основе Антропологический музей Московского университета.

В Политехническом музее были созданы отделения прикладной зоологии, лесного и сельского хозяйства, прикладной физики, механическое, техническое, мануфактурное, минералогическое и горнозаводское, архитектурное, морского и речного судостроения, почтовое, промышленное, этнологическое, учебно-образовательной деятельности, позже появился отдел новостей промышленности. На базе музея появились Высшие женские курсы, курсы для учителей, университет имени Шанявского (для лиц, не имевших гимназического образования). При музее существовали образцовая исследовательская пасека, передвижная выставка, которая плавала по рекам Москва и Ока, гидробиологическая станция в Косино под Москвой, Тифлисская научно-исследовательская станция.

Важную роль в жизни такой аграрной страны, как Российская империя, играли сельскохозяйственные музеи. В 1858 г. в Санкт-Петербурге был открыт Сельскохозяйственный музей Министерства государственных имуществ. Опыт деятельности этого музея во многом определили содержание инструкции министерства, согласно которой музеи создавались при палатах государственных имуществ в губернских городах империи.

Инструкция не предусматривала ассигнований каких-либо дополнительных средств на организацию музея, как и введения штатных должностей хранителей (консерваторов). В этих условиях трудно было ожидать развития музейного строительства при палатах государственных имуществ, однако в ряде губерний оно все же имело место.

Преемниками музеев палат государственных имуществ стали музеи губернских статистических комитетов, которые существовали в большинстве губернских центров Российской империи. В них накапливались материалы, которые должны были характеризовать экономику губерний, сельское хозяйство и промыслы, культуру и быт, а также природу и историю края. Однако в этих комплексных музеях часто получали преимущественное значение то одни, то другие отделы.

Деятельность музеев статистических комитетов была обусловлена потребностью в изучении прежде всего экономики края. Собранные коллекции образцов сельскохозяйственной продукции и минералов, этнографических и археологических предметов проходили атрибуцию, первичную классификацию, а также каталогизировались. Это позволяло в ряде случаев использовать их как в просветительской, так и в научно-исследовательской работе.

Вместе с тем уровень музеев, создание которых не входило в круг обязательных работ статистических комитетов, во многом определялся случайными факторами: научными интересами членов комитета, отношением со стороны местной власти и т.д. Эти обстоятельства приводили к неравномерному характеру их развития, смене периодов подъема и упадка.

Наконец, нельзя обойти молчанием появление на территории Российской империи первых частных технических коллекций. Одной из них владел витебский инженер Г.М. Юрченко, собравший в начале столетия предметы, имевшие отношение к строительству железных дорог (костыли, гонты и т.д.), коллекцию чертежей железнодорожных строений, открыток с видами вокзалов и каталогов технических производств. Немалую ценность имела профилированная библиотека, которая насчитывала свыше 1,5 тыс. томов.

К музеям науки и техники примыкали учебные музеи, количество которых в Российской империи в конце рассматриваемого периода достигло внушительных размеров.

Одно из важнейших требований, предъявляемых к школе во второй половине XIX в. самой жизнью, заключалось в развитии принципа наглядности обучения. Благодаря наглядности учащиеся получали конкретные представления об окружающей действительности, законах природы и общества, изучаемых предметах. Использование данного принципа содействовало живому восприятию и укреплению знаний, повышало интерес к занятиям.

В соответствии с общеевропейской тенденцией в учебных заведениях Российской империи в начале ХХ в. возникло большое количество учебных кабинетов и коллекций. Прежде всего, это касается средних учебных заведений, количество которых значительно увеличилось. Разные по качественному и количественному составу кабинеты физики, природоведения, механики и рисования имели мужские и женские гимназии, реальные и коммерческие училища, духовные и учительские семинарии.

Положительным в деятельности музеев этой группы нужно считать целенаправленное комплектование специфических по составу коллекций, хороший учет и хранение, реализацию образовательно-воспитательной функции. В результате была заложена основа самостоятельной области музейного дела, которой является работа с детьми.

В конце XIX – начале XX века, по мере возрастания социальной роли науки и техники, всё большее значение приобретало осмысление исторического пути, пройденного человечеством в процессе накопления рациональных знаний и навыков. Происходившие в это время и в России, и на Западе выделение истории науки и техники в самостоятельную область знания не могло не повлиять на музеи науки и техники: они задумывались и создавались именно как исторические, а не как выставки новейших научно-технических достижений. Исследования по истории науки и техники и курсы лекций проводились в Москве, Киеве, Харькове и др. городах. Академией Наук по инициативе А.С. Лаппо-Данилевского в 1915 году организовано первое специальное подразделение по истории науки. Проекты создания в России музея истории науки и техники с использованием новейших достижений мировой музейной теории и практики разрабатывали Н.А. Умов, П.П. Лазарев, В.И. Вернадский и др.



§ 5. Исторические музеи



С середины XIX века создается ряд новых музеев исторического профиля, что свидетельствовало в первую очередь о росте национального самосознания. Одновременно наблюдаются попытки правящих кругов государства использовать исторические музеи в своих политических интересах.

В 60—70-е гг. особенно активно создаются общества – центры по сбору и изучению исторических материалов в России. Особенно подробно хочется рассказать об Императорской Археологической комиссии в Петербурге, работавшей с 1859 по 1917 гг. Это правительственное учреждение, осуществляло надзор на археологическими работами и охраной памятников древности, являлось практически научным центром отечественной археологии в второй половине XIX – начале XX века. Подчинялась Министерству Императорского двора, имела ежегодную правительственную субсидию предназначенную для проведения раскопок. Инициатором создания и первым председателем был граф С.Г. Строганов, с 1886 г. работу возглавлял граф А.А. Бобринский. В состав комиссии входили председатель и его товарищ, три штатных члена, штатные чиновники, почетные члены. Комиссия имела свой музей, руководила Керченским музеем древностей и Римской комиссией археологических разысканий. По указу 1889 г. Археологическая комиссия получила исключительное право производства и разрешения на археологические раскопки на государственных крестьянских землях. На неё была возложена задача реставрации монументальных памятников искусства и старины и хранение всех документальных материалов, связанных с проведением реставрации. Комиссия привлекала к работе научные общества, музеи, статистические комитеты.

Вслед за Археологической комиссией возникают Московское археологическое общество (1866), Историческое общество Нестора-летописца в Киеве (1872), Археологический институт (1877) и др.

В пореформенное время появилась целая плеяда блестящих историков — С.М. Соловьев, Д.И. Иловайский, В.О. Ключевский, И.Е. Забелин, труды по истории которых имеют непреходящее значение. Археология и этнография становятся самостоятельными историческими дисциплинами. В 1840—1850 гг. начинается интенсивное изучение славянских курганов. Русские древности занимают главное место в трудах членов Московского археологического общества. На I Археологическом съезде, состоявшемся в Москве в 1869 г., поднимается вопрос о необходимости сохранения памятников старины от разрушения, на II съезде (Петербург, 1871 г.) — о состоянии и устройстве архивов, что свидетельствовало о заинтересованности научной общественности в сохранении культурного наследия нации.

Быстрый экономический подъем, рост национального самосознания, а также развитие исторических знаний привели к необходимости создания национального музея в центре русской государственности — Москве. В середине XIX в. несколько подобных проектов было отклонено высшими властями государства. Между тем потребность в таком учреждении после отмены крепостного права с каждым годом делалась все острее. В процессе создания Политехнической выставки возникала идея создания музея отечественной истории на основании материалов исторических отделов выставки. В начале 1872 г. последовало разрешение на его устройство. Будущему музею присваивалось имя наследника престола, великого князя Александра Александровича (Александра III), который принял покровительство над музеем и стал его почетным председателем. В этом решении выразилась определенная политика официальных властей: интерпретировать историю народа и государства надо было в духе идеологии самодержавия, православия и народности. Составление программы музея было поручено А.С. Уварову. В совещательный орган вошли С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, И.Е. Забелин, Д.И. Иловайский.

Открытие музея было приурочено к коронации Александра III в начале 1883 г. Первые посетители увидели 11 залов, представивших историю Руси с древнейших времен до конца XII в. В последующие дореволюционные годы к ним прибавились еще пять залов, экспозиция которых была доведена до XVI в. В 1889 г. в музее начала действовать аудитория на 700 человек, где читались публичные лекции по русской истории, а также проводили свои заседания научные общества и др.

Значительную роль в расширении музейной работы сыграло открытие Румянцевского музея во дворце на Английской набережной Санкт-Петербурга. 9 мая 1862 г. он открыл свои двери в Москве, в помещении дома Пашкова, под названием Московского публичного и Румянцевского музея, перевезенного по инициативе московской общественности из Петербурга в древнюю российскую столицу. В Московский публичный и Румянцевский музей как центральное научно-просветительское учреждение России передавались коллекции и предметы, которые относились не только к истории и культуре, но и к природе.

В археологических отделениях музеев продолжали собираться и изучаться материалы по истории первобытного общества. Французский археолог Г. Мортилье, опираясь на классификацию К. Томсена, разработал хронологическую систему, которая отражала этапы развития палеолитических культур. Эта система основывалась на разных способах обработки и формах орудий труда. Она была использована ученым при классификации большой археологической коллекции, представленной на Парижской международной выставке 1867 г.

Следующим этапом систематизации археологических музейных предметов был типологический метод шведского специалиста О. Монтелиуса. Все древние предметы он распределил по принципу однородности (1900). Предметы внутри типа распределялись по типологическим рядам в порядке их последовательного изменения. Метод О. Монтелиуса связывал отдельные "типологические ряды" путем группировки предметов, обнаруженных в одних захоронениях и кладах. Им была также разработана хронологическая классификация неолита, эпохи бронзы и раннего железного века Европы. Эволюционные ряды разных типов были связаны между собой хронологически. Использование результатов исследований О. Монтелиуса позволило музейным работникам, в том числе российским, установить относительную и абсолютную хронологию археологических музейных предметов.

Если в первой половине XIX века в археологическом изучении Российской империи ведущую роль занимали исследования античных древностей, то со второй половины века все больше места начали занимать первобытная и славянская археология. Археологи постепенно освобождались от высокомерия по отношению к обыденному археологическому материалу, что было характерно для периода становления этой дисциплины.

Во второй половине XIX века объектом изучения русской археологии, как уже было замечено ранее, становятся славянские, урартийские и первобытные древности. В ходе раскопок был выявлен богатый материал, который лег в основу ценных археологических собраний многих музеев, в том числе в Рязани, Твери, Тбилиси, Минусинска, Екатеринодара, Владимира. Сеть археологических музеев расширялась: Музей Московского археологического общества (1864), Ростовский музей церковных древностей (1883), Рязанский музей древностей (1896), Херсонский археологический музей (1898), Анапский музей древностей (1904). В начале XX века созданы первые учебные музеи: Томского университета, Археологического института в Москве (1911), Высших женских курсов в Киеве (1912). В организации и деятельности археологических музеев принимали участие И.А. Стемпковский, Н.Н. Мурзакевич, Д.Я. Самоквасов, И.Е. Забелин, Д.Н. Анучин, А.С. Уваров, А.А. Спицын, Б.В. Фармаковский, В.А. Городцов. в течении XIX века археологические музеи России прошли путь от собирания и показа случайных находок до организации собственных исследований и построения экспозиций в соответствии с принципами археологической типологии и систематики.

В конце 70-х гг. XIX века к Этнографическому музею в Санкт-Петербурге были присоединены Музей антропологии и Анатомический кабинет, а в 1910 г. — и Галерея Петра Великого. В 1867 г. на основе экспонатов Всероссийской этнографической выставки по инициативе В.А. Дашкова и А.П. Богданова был создан специальный Этнографический (Дашковский) музей, ставший составной структурной частью Московского публичного и Румянцевского музеев. В Петербурге проводились работы по пополнению отдела этнографии созданного в 1895 г. Русского музея Александра III, который возглавил Д.А. Клеменц. К 1900 г. относится основание Этнографического музея Харьковского историко-филологического общества. Этнографические отделы были открыты в музеях Архангельска, Ростова-на-Дону, Тбилиси, во всех местных отделениях Русского географического общества.

В конце XIX – началу XX века экспозиции этнографических музеев строились по географическому или лингвистическому принципу; функциональный показ вещей позволял выявить их назначение, влияние эволюционного метода сказалось на в показе эволюции человека начиная с доисторических времен. Интерес к зарубежным народам и "диковинкам2 сменился плановым изучением "диковинных" народов и отечественных "инородцев", русских и других славянских народов. Крупные этнографические коллекции содержали: музеи при отделениях Русского географического общества – в Тбилиси (1852), Иркутске (1872), Ташкенте (1876), Минусинске (1877), Тюмени (1879), Владивостоке (1890), Якутске (1891), Хабаровске (1894), Чите (1895) и др.; музеи и отделы этнографии научных обществ – Казанского общества археологии, истории и этнографии, Уральского общества любителей естествознания и др.; музеи (кабинеты) университетов – Московского, Петербургского, Дерптского, Гельсингфорсского, Варшавского, Музей древностей Киевского университета (1834); Музей отечествоведения Казанского университета (1857), губернские и городские музеи – в Рязани (1884), Архангельске (1895), Ростове-на-Дону (1898), Львове (1895), Вильнюсе (1856), Риге (1896), Тарту (1909); частные музеи – в Смоленске (княгини М.К. Тянишевой), Саратове (Радищевский музей), Лобнах (Скаржинской), Москве (А.П. Богданова).

Немного подробнее об Уральском обществе любителей естествознания (УОЛЕ), которое являлось одним из ведущих ествественно-научных обществ в России. Создано в Екатеринбурге в 1870 году по инициативе историка и географа Урала Н.К. Чуприна. Объединяло научные силы для изучения природы, истории, населения и хозяйства Урала, пропаганды естественно-научных знаний. Вслед за Чупиным общество возглавляли главврач Верх-Исетского госпиталя А.А. Мстиславский и краевед О.Е. Клер. почетными членами УОЛЕ были выдающиеся отечественные и зарубежные ученые: А.П. Карпинский, П.П. Семёнов-Тян-Шанский, Д.Н. Анучин, Д.И. Менделеев, Н.М. Пржевальский, Ф. Нансен и др. В структуре УОЛЕ выделялись несколько комиссий: метеорологическая (1872), по распространению естественно-исторических знаний (1872), археологическая (1890) и др. В 1914 при УОЛЕ открыто справочное бюро по ураловедению и прикладному естествознанию, создана библиотека, насчитывающая к 1916 году 56 тысяч томов. Сибирско-Уральская промышленная выставка, открывшаяся в Екатеринбурге в 1887 году, положила начало основанию естественно-исторического музея УОЛЕ, куда поступали экспонаты выставки. Музей обладал богатыми геологическими, минератогическими, палеонтологическими, археологическими коллекциями.

Большинство историческим музеев России возникло именно в рассматриваемый в этой главе период во второй половине XIX – начале XX века, преимущественно в исторических центрах России. Видную роль в их организации сыграли научные общества, статистические кабинеты, ученые архивные комиссии, учебные заведения (Собрание древностей при Тюменском реальном училище, 1872; Музейное собрание при Самарском реальном училище, 1880; Древлехранилище при Московской духовной академии, 1880, Древлехранилище при Нижегородской духовной семинарии, 1886). Наибольшей известностью пользовались Тверской историко-археологический музей (1866), Севастопольский музей (1869), исторический уголок города Вологды (1872), Черниговский исторический музей (1876), Тамбовский исторический музей (1879), Харьковский исторический музей (1866), Смоленский историко-археологически музей (1888), Калужский исторический музей (1893), Череповецкий историко-археологический музей (1895), Львовский исторический музей (1898), Бородинский исторический музей (1903), Пензенский историко-археологический музей (1905).

Основными источниками пополнения фондов исторических музеев во второй половине XIX – начале XX века являлись экспозиции. Проведенные силами местных и столичных ученых, покупка коллекций, дарения. На формирование музейных собраний благотворно повлияли: развитие историко-бытового направления в исторической науке, труды в области экономической истории, археологии и этнографии, сопровождавшиеся поиском и изучением вещественных, письменных и изобразительных источников; значительную роль сыграли археологические съезды. Фонды большинства исторических музеев содержали археологические коллекции, в том числе церковно-археологические древности, коллекции рукописных и старопечатных книг, нумизматические коллекции, коллекции документов и др. результаты собирательской и научно-исследовательской деятельности исторических музеев находили отражение в каталогах музеев.

Демонстрация памятников истории в экспозициях исторических музеев определялось уровнем развития исторических знаний и эволюционировала от хаотического показа древностей и раритетов (1-я половина XIX века) до построения системы хронологически упорядоченных тематических разделов (конец XIX – начало XX века). Большое внимание уделялось экспозиции в периферийных исторических музеях, создававшихся с просветительными целями. В 1880-90-е гг. в практику экспонирования внедряются этикетаж (текстовые пояснения) и устное разъяснение содержания экспозиции. На рубеже XIX – XX веков аудитория исторических музеев заметно расширилась и включала учащихся начальных, средних, специальных и высших учебных заведений, лиц вольных профессий, служащих, рабочих и крестьян. Исторические музеи в своей деятельности опирались на помощь общественности, бескорыстную работу энтузиастов-исследователей: А.К. Жизневского (Тверь), А.В. Селиванова (Рязань), Х.И. Попова (Новочеркасск) и др. В канун 1917 г. в России насчитывалось около 60 исторических музеев, но единого центра по их организации и осуществления научно-методического руководства не было.

В середине XIX века в связи с военной реформой получили достаточно широкое распространение военно-исторические музеи. Они рассматривались правительством как средство пропаганды военно-исторических знаний среди населения. Прежде всего были преобразованы ранее существовавшие музеи, восстановлен на новых началах Морской музей. Его первым начальником был капитан-лейтенант Н.М. Баранов, при котором, а затем и при его приемниках это учреждение быстро стало пополняться различными коллекциями; систематически устраивались публичные ознакомления с ним. В 1868 Достопамятный зал (литейный двор для производства артиллерийского оружия, на территории которого с 1756 г. по распоряжению генерала-фельдцейхмейстера П.И. Шувалова стали концентрироваться образцы артиллерийской техники) был реорганизован в Артиллерийский музей (с 1872 г. Артиллерийский исторический музей). В организации музея и пополнении его коллекций активное участие принимали А.С. Афанасьев-Чужбинский, Н.Е. Бранденбург, Д.П. Струков. В 1872 году в музей из Главного артиллерийского управления был передан архив XVII-XVIII вв. (100 тысяч документов), в 1879 – основная научная библиотека.

Наряду с крупнейшими военно-историческими музеями в Петербурге при Главном военно-инженерном училище, а позднее при Военно-инженерной академии (с 1855 года) существовало собрание памятников по истории военно-инженерного дела; основу коллекции составляли модели и макеты русских крепостей. Окончательное законодательное оформление Военно-инженерного музея относится к 1860-м гг., когда происходили коренные преобразования ряда военных музеев. Музей, вплоть до послереволюционного времени размещался в здании Инженерного замка, представлял собой учреждение закрытого типа, коллекции которого использовались для научных и учебных целей и были доступны лишь избранному кругу специалистов.

В послереформенное время появились также отдельные военные музеи широкого исторического профиля вне столицы. Морские музеи существовали в Николаеве, Севастополе (1869), Кронштадте. Последний был открыт как филиал Морского музея, откуда в него поступила значительная часть коллекций. Наиболее значительным из провинциальных военно-исторических музеев был Кавказский военно-исторический музей в Тифлисе (1888). Музей собирал и экспонировал памятники, свидетельствующие об исторических событиях, связанных с русско-турецкой и русско-персидской войнами. Мысль о создании военно-исторического музея в Киеве возникла в момент основания Киевского отделения Русского военно-исторического общества в начале XX века, однако к его организации так и не законченной к началу 1-й мировой войны, приступили лишь в 1910 г., положив основу фонда коллекции графа Бобринского, в которой имелось 58 предметов скифского оружия из раскопок.

В 1907 было создано Императорское Русское военно-историческое общество (ИРВИО), в уставе которого было записано, что целью общества является изучение военно-исторического прошлого русского народа во всех его проявлениях. Цель эта достигалась объединением лиц, работавших в области военной истории, организацией музеев, работами по сохранению, восстановлению, сооружению военных памятников и др. В 1912 г. Московский отдел ИРВИО издал 1-й том "Обозрения военных музеев".

Ещё в 1860-е гг. русской общественностью поднимался вопрос о создании центрального военно-исторического музея, в котором должны храниться материалы по военной истории России после Петровской эпохи. Для разработки его проекта, программы и ознакомления с историческими материалами для будущего музея была создана специальная комиссия под председательством генерала-адъютанта Н.Н. Обручева (1902). Работа комиссии была прервана из-за смерти председателя и начавшейся русско-японской войны (1904). Вернулись к идее лишь в 1907 г., когда был создан комитет по устройству русского военно-исторического музея при ИРВИО (Н.Н. Сухотин, А.З. Мышлаевский, В.С. Веденятин, А.К. Байов, А.Г. Сафронов, Струков, К.Г. Скипетров, М.Д. Строганов, архитектор – К.Г. Гоген). Однако начатая работа так и не была завершена.

В 1907 году полковник Генштаба В.А. Афанасьев выступил в печати с предложением об образовании Музея войны 1812 года. В Московском археологическом институте на заседании ИРВИО, в штабе Московского военного округа им были сделаны доклады на эту тему. Предложение Афанасьева встретило горячую поддержку. Московская городская дума постановила ходатайствовать о том, чтобы музей Отечественной войны 1812 года находился в Москве, был создан комитет по его организации. После нескольких лет работы комитет постепенно свернул свою деятельность, а его фонды влились в фонды Исторического музея.

Выставка Отечественной войны 1812 года была открыта в 1903 г. на станции Бородино. Была открыта для посетителей и Кутузовская изба в Филях.

Крупнейшее собрание военно-исторического профиля принадлежало помещику И.Х. Колодееву, проживавшему в Новоборисове, в непосредственной близости от места переправы отступавшей французской армии через р. Березина. В результате 30-летних поисков в России и за границей ему удалось собрать значительную библиотеку (около 15 000 томов на 11 европейских языках). Накануне 100-летия Отечественной войны 1812 г., когда начались подготовительные работы по созданию музея 1812 г. в Москве, И.Х. Колодеев принял решение о передаче его организаторам своей библиотеки. Позже его вдова пожертвовала туда же весь рукописный и изобразительный материал.

Таким образом, в послереформенное время развиваются и преобразуются старые военно-исторические музеи, возникают новые. Музеи должны были оказать содействие в развитии военно-исторической науки, служить целям военного образования и пропаганды. Эти задачи осуществлялись, в основном, в пределах армии, поэтому большинство военно-исторических музеев продолжали оставаться в дореволюционный период или полузакрытыми или закрытыми для рядового посетителя учреждениями. Расширение сети военно-исторических музеев сопровождалось окончательным формированием нескольких типов музеев. Были созданы музеи широкого исторического профиля; собранные в них памятники относящиеся к различным периодам, отражали историю отдельных родов войск, отдельные военно-исторические события. В этих музеях нашли место самые разнообразные виды памятников – вещественные, документальные, изобразительные материалы. Развивались музеи более узкой специализации, основным объектом сбора и изучения в них являлись отдельные виды вещественных памятников: обмундирование, снаряжение, оружие. Начала действовать мемориальные музеи, посвященные отдельным крупным событиям военной истории или выдающимся военным деятелям. Создавались войсковые музеи полков, бригад, корпусов.

Кроме перечисленных профилей музеев в конце XIX в. создавались и другие, в частности мемориальные музеи, увековечивавшие память выдающихся лиц.

Первые опыты мемориализации российских исторических деятелей относятся к 70-м гг. XIX века, когда отмечался 200-летний юбилей Петра Великого. Тогда жителями Вологды был выкуплен из частного владения сохранившийся домик голландского консула Гаутмана, в котором Петр не раз останавливался. После длительной реставрации в нем открылся мемориальный музей Петра I, ставший любимым местом жителей города.

В 1879 г. в Петербурге в Александровском лицее открылся музей А.С. Пушкина, а в 1881 г. — в Николаевском кавалерийском училище музей М.Ю. Лермонтова. Их открытие было заслугой прежде всего преподавателей и воспитанников этих учебных заведений. В 1917 г. тщательно собранные коллекции материалов (рукописи, портреты, издания сочинений, мемориальные вещи Пушкина и Лермонтова) поступили в состав фондов Пушкинского Дома АН, который существует с 1905 г.

Пушкинский Дом представлял собой три неразрывно связанных части: рукописное отделение, библиотеку, музей. Здесь на основе научно разработанных принципов родилось литературное музееведение. В его основу легло сочетание изобразительных материалов с рукописными, книжными и мемориальными — личными вещами писателя и предметами, типичными для его эпохи.

Вслед за Пушкинским Домом появилось желание собрать и сохранить для потомков наследие Л.Н. Толстого. В 1908 г. в Петербурге состоялся I Всероссийский съезд писателей, на котором была принята резолюция о создании в Петербурге Литературного Дома-музея Л.Н. Толстого. В 1909 г. было зарегистрировано Общество литературного музея в Петербурге, организовавшее выставку, материалы которой составили основу музея, открытого уже после смерти писателя в 1911 г. в Петербурге во временном помещении на Невском проспекте. Дом-музей Толстого включал библиотеку, читальню, аудиторию для публичных лекций и дискуссий и содержался на членские взносы Общества, выручку от продажи его изданий, устройства публичных чтений, спектаклей и концертов. 28 декабря 1911 г. был открыт музей Толстого в Москве.

В России открывались мемориальные музеи в честь и других выдающихся деятелей — художников, композиторов, выдающихся полководцев, общественных деятелей. Это музей А.В. Суворова в Петербурге и Дом-музей П.И. Чайковского в Клину, Дом-музей А.П. Чехова в Москве, Дом-музей И.С. Тургенева и др.

Становление "музеев местного края" в странах Европы происходило в тесной связи с родиноведческим (краеведческим) движением, возникновением и работой региональных обществ по изучению истории и древностей. В создании музеев принимали участие муниципальные власти и без прямой связи с историческими обществами. Инициаторами и руководителями "музеев местного края" были в большинстве своем учителя, муниципальные служащие и др. Большая часть таких музеев находилась во власти муниципальных (окружных, городских) властей, иные принадлежали региональным обществам. В центре внимания исследовательской и популяризаторской работы этих музеев было сохранение реликвий так называемого "доброго старого времени" и показ местным жителям исторического прошлого их малой родины. При этом предыдущим временам приписывались господствующие тогда "тишина и покой", в чем также проявлялся местный патриотизм.

В этом контексте необходимо рассматривать массовое создание музеев, которое происходило на большей части территории Российской империи в начале ХХ в. Музейное строительство тут начинают научные общества и церковь, земские и учебные заведения. Музеи, как правило, существовали в виде дополнения к этим учреждениям, которые находились в губернских городах. Инициатива их создания исходила в основном от демократической общественности. Учителя, мелкие чиновники, духовенство — вот та среда, из которой вышли краеведы и подвижники музейного дела.

Во второй половине XIX — начале XX века в развитии музеев произошли определенные перемены. Открытие новых рынков сбыта, источников сырья, колониальные завоевания в Африке и Азии, научный и технический прогресс, исследовательские экспедиции — все это содействовало обогащению музейных коллекций. Вопросы систематизации, каталогизации, реставрации, исследовательская и выставочная деятельность музеев все больше выступали на первый план. Происходил раздел между публичными представлениями экспонатов и исследовательским собирательством, что нередко вело к элитарной изоляции музеев от общественности.

Однако ведущей тенденцией в этот период становится демократизация большинства музеев, выразившаяся в расширении участия общественности в их создании и деятельности. Возникли новые профили музеев и выставок (почтовые, промышленно-технические, сельскохозяйственные и др.). К их посещению начали привлекаться широкие массы населения.

Тенденция к представлению музейных предметов как диалога с посетителями музея или выставки на рубеже XIX и XX вв. становится преобладающей.

В связи с повышением общественного престижа науки и образования многие сотрудники музея отдают преимущество представлению экспонатов в "аналитической" манере, рассматривая их только как первоисточник. Сторонники этого подхода придерживались точки зрения, согласно которой археологические находки или изделия ремесла должны быть размещены в определенном порядке, удовлетворяющем требования ученых, но не профанов, которые с трудом замечают незначительную разницу между отдельными предметами в их последовательности.

Противоположная школа музеологов считала лучшим синтезировать предметы в выразительное, полное смысла целое, например показ групп чучел животных в среде проживания или демонстрация интерьеров, в которых произведения искусства были бы представлены вместе с мебелью и другими бытовыми вещами определенной эпохи.

С середины XIX в. до первой мировой войны музеи имели больший успех в формальном допуске в свои залы посетителей, чем в раскрытии богатств своих экспозиций умам людей. Поступления в фонды музеев оставались хаотическими, случайными, неплановыми, многие из них были получены в дар. Стиль представления экспонатов оставался фрагментарным и несистематизированным. Архитекторам не удавалось внести необходимые изменения в музейную архитектуру.

В конце XIX в. возникает термин "музеология" как определение специфической отрасли знаний, связанных со всеми аспектами жизнедеятельности музея. Появляются специальные музеологическая литература и периодика.

В музеях появились штатные должности хранителей ("консерваторов") музейных собраний. Их занимали ученые-специалисты в конкретных сферах природоведения, техники, гуманитарных наук, связавших свою научную деятельность с работой в музеях. Профессионализация сотрудников музеев была направлена исключительно на работу с коллекциями — определением, систематизацией, описанием и каталогизацией музейных собраний. Специфическим итогом научной деятельности в музеях наряду с научными трудами являлись каталоги конкретных коллекций.

Необходимость сохранения коллекций вызвала к жизни профессию реставраторов, которые специализировались на обновлении музейных предметов.

Экспозиционная деятельность как музейная специальность еще не сформировалась. Собрания экспонировались в русле общепринятой для своего времени той или иной сферы знаний. Только в самом конце XIX — начале XX века связи с популярностью музеев и ростом их посещения возникла необходимость искать средства экспонирования, доступные широкому кругу посетителей. Систематические экспозиции стали дополняться ансамблевыми и тематическими.

Решающее значение для развития музейной деятельности во второй половине XIX — начале ХХ в. имело общественно-просветительное движение. Возможность использовать наглядный и предметный музейный материал для просвещения народа, расширение научных знаний привлекли к организации и деятельности музеев демократически настроенных ученых, интеллигенцию, буржуазию. На этой основе был создан новый тип общественного музея, демократизировалась деятельность частных коллекционеров, которые делали свои собрания доступными для осмотра или передавали их в общественное пользование.

С началом первой мировой войны объем деятельности большинства музеев стран Европы, в том числе и России, резко сократился.

Таким образом, в конце XIX – начале XX века в России уже сложилось развитое музейное дело.




ЗАКЛЮЧЕНИЕ



18 мая - Всемирный день музеев, день, когда все музеи открыли свои двери для посетителей бесплатно. Во всем мире такая тенденция, что музеи - самая демократичная организация. Если мы посмотрим, сколько публики за год посещает один из центральных европейских музеев – Национальную галерею, – это пять миллионов. Эрмитаж - порядка нескольких миллионов. Третьяковская галерея имеет у нас свыше миллиона посетителей, когда проводятся какие-то крупные выставки, эта цифра доходит и до полутора миллионов посетителей в год.

Сегодня как раз такой этап развития музейного дела, когда публика, зритель, посетитель музея становится одной из самых главных и ключевых фигур. И обобщая, можно сказать, что музеи развивались из такого института, как сокровищница, некая коллекция, собрание элитарное, образовательное, а потом музей становится местом, куда публика стремится прежде всего, чтобы провести время интересно и комфортно, чтобы получить какие-то высококачественные, культурные впечатления. И, конечно же, такое положение вещей было не всегда, музейное дело в России, также как и во всем мире прошло довольно длинный исторический путь.

Именно описанию и изучению этого интереснейшего и многотрудного пути была посвящена данная дипломная работа.

Подводя итоги всей работы, необходимо вновь обозначить исторические этапы развития музейного дела в России.

Исторические факты свидетельствует о том, что основы музейной деятельности начали формироваться уже в Древней Руси: происходило собирание, хранение и демонстрация узкой публике музейных предметов, в которых наряду с экономическими и эстетическими аспектами видели объекты изучения. Первые домузейные собрания несли на себе отпечаток общественных отношений, отражали духовные, культурные и идеологические интересы правящей верхушки и нередко служили средством укрепления ее власти.

Перемены, произошедшие в собирательстве и музейном деле связаны с именем и реформаторской деятельностью Петра I, отличающимся жаждой знаний, чувством современности, стремление поднять Россию до просвещенного уровня, поднять на новую ступень экономического и культурного прогресса. В начале XVIII века царь Петр сам основал три музея , определив на длительную перспективу пути культурного развития страны. Первый петровский музей – "кабинет диковинок", знаменитая Кунсткамера, собравшая биологические, анатомические и этнографические достопримечательности была открыта для посетителей в 1719 году.

Также можно напомнить, что в начале XVIII века в России были собраны богатейшие частные коллекции, главными зрителями и исследователями которых были владельцы этих коллекций. Немногочисленные посетители, которые допускались к осмотру собраний, как правило, не имели достаточных знаний о выставленных предметах, не были готовы к их восприятию. Однако, в последствие, именно эта большая работа, проведенная коллекционерами в XVIII вв., легла в основу и содействовала дальнейшему развитию российского музея как социального института в следующем, XIX в. А тогда в XVIII веке в России происходило первичное формирование музея как социального института, а в целом музейная политика и музейное дело имели в своей основе просветительские и научные цели.

Далее, ни в XVIII, ни в первой половине XIX века про музеи нельзя было сказать, что они занимают важное место в культурной жизни страны. Они начали служить ученым, но для широкой публики музеи оставались собранием диковин, не понятных для неподготовленной публики. Отбор и презентация музейных предметов находились на низком уровне.

Мотивация посещения музеев представителями низших сословий коренным образом отличалась от того, что приводило туда монархов, знать, ученых и др. В своем большинстве простые люди интересовались "хлебом насущным", у них не было ни времени, ни сил посещать музеи для получения знаний либо эстетического удовлетворения. Стремление к искусству и наукам приглушалось более прагматическими заботами, за исключением талантливых и высоко образованных личностей. К тому же то, что люди могли увидеть в большинстве крупных музеев, мало касалось их жизни, эффект от осмотра чудесных и редких предметов был не более, чем кратковременная вспышка восхищения.

Вместе с тем в первой половине XIX века в музейной работе произошли определенные перемены. Увеличилось количество публичных музеев, расширилась география их размещения, начался процесс дробления некоторых комплексных крупных музеев на меньшие специализированные учреждения, уделялось больше внимания их воспитательной функции. Все чаще устраивались промышленные и сельскохозяйственные выставки, на базе которых создавались музеи. Тенденции, наметившиеся в музейном деле в первой половине XIX века, получили развитие в последующий период.

Во второй половине XIX — начале XX века в развитии музеев произошли определенные перемены. Начали решаться вопросы систематизации, каталогизации, реставрации, активизировалась исследовательская и выставочная деятельность музеев. Происходил раздел между публичными представлениями экспонатов и исследовательским собирательством. Ведущей тенденцией в этот период становится демократизация большинства музеев, выразившаяся в расширении участия общественности в их создании и деятельности. Возникли новые профили музеев и выставок (например, почтовые, промышленно-технические, сельскохозяйственные), которые посещали уже широкие массы населения.

Тенденция к представлению музейных предметов как диалога с посетителями музея или выставки на рубеже XIX и XX вв. становится преобладающей. Образуются различные музейные "школы", в разных манерах представляющие музейные экспонаты публике.

В конце XIX в. возникает термин "музеология" как определение специфической отрасли знаний, связанных со всеми аспектами жизнедеятельности музея. Появляются специальные музеологическая литература и периодика. В музеях появились штатные должности хранителей ("консерваторов") музейных собраний, реставраторов.

В самом конце XIX — начале XX века связи с популярностью музеев и ростом их посещения возникла необходимость искать средства экспонирования, доступные широкому кругу посетителей. Решающее значение для развития музейной деятельности во второй половине XIX — начале ХХ в. имело общественно-просветительное движение, использующее наглядный и предметный музейный материал для просвещения народа, расширение научных знаний.

Таким образом, в конце XIX – начале XX века в России уже сложилось развитое музейное дело, однако с началом первой мировой войны объем деятельности большинства музеев сокращается.

Каким будет музей в новом веке? Где его место в новом социокультурном контексте? В контексте, обусловленном победой информационных технологий и экологическими катастрофами, глобальными сдвигами в общественном сознании и утерей традиционных культурных ценностей? В поисках ответов на эти вопросы следует опираться на достижения музейной практики прошедшего времени.

История музеев красноречиво свидетельствует об их положительном воздействии на общество. Музейная деятельность способствовала развитию науки, образования, искусства, осмыслению ценности природы и исторического наследия, формированию общекультурной среды. Кроме того, являясь продуктом своего времени, музеи отражали экономические, социальные и политические условия тех обществ, в которых они создавались. Тесная связь музеев с разными сторонами общественного развития, а также их вклад в духовную жизнь народов ставят изучение истории музеев в один ряд с ключевыми проблемами историографии и культуры. Раскрытие многогранности явлений культуры, их общих закономерностей и особенностей невозможно без изучения исторического прошлого музеев.

Что и попытался проделать автор данной работы на протяжении всего повествования об истории музейного дела, как интереснейшей и многоплановой науки, изучающей вопросы возникновения и развития музеев, музейной сети и организации музейного дела.




СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ



		Указ Петра I от 1704 г. "О доставлении в гос.учреждение куриозных вещей и древностей".

		Указ Петра I от 1722 г. "Об охране "потешной флотилии".

		Указ Петра I от 1722 г. "О починке разрушающихся строений г.Булгар".

		Указ Петра I от 1724 г. "О сохранении при Александро-Невском монастыре петровского ботика".

		Циркуляр Министерства внутренних дел от 1826 г. "О сборе сведений о находящихся в пределах империи древностей и в каком положении они находятся".

		Боханов А Н. Коллекционеры и меценаты России. - М., 1987.

		Балюк Н.А. Музей и дети. Концепция педагогического взаимодействия. -Тобольск, 1998.

		Грицкевич В.П., Гужаловский А.А. История музеев мира. - Минск, 2003.

		Грицкевич В.П. Источниковедение истории музейного дела и проблемы историко-сравнительного подхода. Минск, 1999.

		Дремайлов А.В. Музеи и информационное пространство: проблема информатизации и культурное наследие. - Ярославль, 1999.

		Игнатьева В.М. Музееведение. Советские музеи: Учебное пособие. - М., 1968.

		История музейного дела в СССР. Сб. науч. тр. НИИ музееведения. - М., 1957. Вып.1.

		Музей и власть. - М., 1991. Ч. 1—2.

		Наседкин К.А., Наседкин А.А. Сеть Культурного Наследия и "Музеи России". - Ярославль, 1999.

		Никулин П.Ф. Теория и методика источниковедения в отечественной истории X - начала ХХ вв.. Часть I. - РУДН, 2002

		Очерки истории музейного дела в России. - М., Вып. 2. 1960; Вып. 3. 1961; Вып.5. 1963; Вып. 6. 1968; Вып. 7. 1971.

		Российская музейная энциклопедия. М., 2001

		Российский энциклопедический словарь. М., 2003

		Станюкович Т.К. Кунсткамера Петербургской Академии наук. - М., 1953.

		Станюкович Т.К. Этнографическая наука и музеи. - Л., 1978.

		Толстой В. Музей в России больше чем музей. - Ассоциация музеев

	России. http://www.amr-museum.ru/russ

18. Турьинская Х.М. Музейное дело в России в 1907—1936 годы. - М., 2001.

19. Фролов А.И. Основатели российских музеев. - М., 1991.

20. Чижова Л.В. Из истории художественных музеев России. - М., 1991.