Варианты реализации ненасильственных политических стратегий

Варианты реализации ненасильственных политических стратегий

Георгий Георгиевич Почепцов, доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой информационной политики Национальной академии управления при Президенте Украины.

Ненасильственные стратегии наиболее ярко иллюстрируют возможности расширения поля возможного действия. Часто они сами создают это поле, которое до этого отсутствовало, и втягивают в него власть. Это удается сделать благодаря тому, что активность, скорость принятия решений, гибкость всегда оказываются не на стороне власти. Происходит постоянное порождение новых задач, которые в краткосрочном периоде оказываются невыполнимыми для власти. Власть все время пытается перейти к насильственному разрешению конфликта, что является нарушением принятых правил игры. По сути, внедряется стратегия хаоса, но таковой она является только для одной стороны — власти. Другая сторона находится в ситуации планового развития событий. Именно по этой причине Дж. Шарп придает особое значение стратегии и стратегическому планированию. Методология удерживает порядок в этом беспорядке, но только для одной стороны.

Следует также отметить, что были как положительные результаты от применения данной методологии, так и отрицательные, о которых ее авторы предпочитают не упоминать.

Отметим, рассматриваемые примеры касаются небольших по размерам стран, где любая информация может распространяться очень быстро, даже вне действия СМИ. Второй объединяющей их особенностью является "южный" тип ментальности, где реагирование на ситуации происходит, более импульсивно.

Рассмотрим подробнее примеры неудавшегося применения стратегии (Венесуэла) и ее положительной реализации (Грузии).

Венесуэла

Хуго Чавес "раздражал" США тем, что поддерживал отношения с Кубой и Ливией, был первый главой государства, посетившим Саддама Хуссейна после войны в Персидском заливе. Чавес с помощью референдума изменил конституцию и продлил свое правление до 2006 г. У Чавеса была не только левая риторика, но и контроль над нефтью, что для США, которые очень чувствительны к своей энергетической безопасности, является достаточно болезненным.

11 апреля 2001 г. он смещается в результате военного путча, организованного военными, бизнес элитой и топ-менеджерами государственной нефтяной компании Petroleos de Venezuela (Pdvsa), которую он до этого подверг реформированию, что вызвало в ответ забастовку. За время своего правления Чавес принял ряд законов, включая земельный, которые в течение 24 часов после путча были аннулированы.

Моделью перехода к смещению стали массовые забастовки, возглавляемые в том числе и профсоюзами. Они завершились путчем.

Али Родригес, генеральный секретарь ОПЕК, сам из Венесуэлы, позвонил Чавесу и предупредил его о готовящемся путче. Как это ни парадоксально, это знание не спасло Чавеса, но дало ему возможность подготовиться, что вскрылось значительно позднее. Чавес попал в свой "Форос", с ним был также и лидер его фракции в национальной ассамблее. П. Кармоне, провозгласивший себя президентом, к удивлению всех через два дня без единого выстрела отдал власть обратно Чавесу.

Данная загадка объяснилась тем, что парашютно-десантная дивизия была размещена в секретных коридорах президентского дворца. Лидер партии позвонил Кармоне, лидеру ассоциации бизнесменов "Fedecameras", сообщив ему, что тот является таким же заложником, как и сам Чавес. Педро Кармоне дали 24 часа для того, чтобы тот вернул живым и невредимым Чавеса. Дворец в этот момент также был окружен демонстрантами, выступающими за Чавеса. Бывший американский офицер разведки сообщил Гардиан, что разработка планов путча заняла год. Путч стал насущной необходимостью, когда 8 и 9 апреля Ирак и Ливия вместе с Венесуэлой заявили о своих намерениях ввести нефтяное эмбарго.

В данном случае спасительным для Чавеса стало предупреждение генерального секретаря ОПЕК о готовящемся со стороны США перевороте, что позволило ему принять меры по обороне дворца и обеспечении своей безопасности.

Базой недовольства стало то, что улучшения жизни населения, обещанного Чавесом, не произошло, уровень его популярности в результате упал с 80 до 30 процентов. При этом Чавес вступил в конфликт с бизнес-элитой, особенно нефтяной. Его действия, как в рамках ОПЕК, так и внутри страны, поскольку он хотел удвоить поступления от американских нефтяных компаний, работавших в Венесуэле, также противоречили интересам США.

Хронология события была такова: 

11 апреля 2002 г. протестующие пошли к зданию нефтяной кампании; 

в ходе движения их развернули к президентскому дворцу, где обычно собирались сторонники Чавеса. Произошло столкновение, несколько человек были убиты; 

после выступления Чавеса с обращением, на телеэкранах появились оппозиционные политики, призвавшие вооруженные силы отстранить Чавеса; 

затем было объявлено об отставке Чавеса и новом президенте переходного правительства Педро Картоне; 

были закрыты национальная ассамблея, верховный суд и другие институции; 

12 апреля генеральный прокурор заявил, что это нарушение конституции и Чавес не уходил в отставку; 

силы безопасности начали аресты мэров и губернаторов, связанных с Чавесом; 

12 апреля Чавес был задержан и в течение последующих тридцати восьми часов его местопребывание постоянно изменялось; 

США признали свершившееся законным, чего не сделали некоторые страны (например Мексика и Аргентина); 

начались массовые митинги в поддержку Чавеса во многих городах Венесуэлы; 

отсутствие поддержки привело к тому, что военные отказались от своих намерений. 

Официальная версия звучала так: снайперы Чавеса убили 13 человек и ранили более 100. Чавес запросил убежище на Кубе, но ему не дали уйти. Командующий Веласко произнес по телевидению красивые слова, которые, наверняка, могли бы попасть в учебники истории, если бы события шли по запланированному сценарию: "Мы просим у народа Венесуэлы прощения за сегодняшние события. Мистер президент, я был предан вам до конца, но сегодняшние смерти нельзя простить".

До апреля шла шестимесячная кампания протестов, связанная со сменой менеджмента государственной нефтяной компании. Чавес в апреле уволил ряд руководителей со словами: "Не будет ни переговоров, ни разговоров, мы уже достаточно наговорились". Эта смена менеджмента важна, поскольку Венесуэла стоит на четвертом месте в мире по экспорту нефти.

В этой ситуации следует также не забывать об особой роли телевидения, поскольку оно сообщило о якобы добровольной отставке, что было частью плана по смещению. Телевидение находилось в руках противников Чавеса.

В январе уже 2003 г. в Венесуэлу прилетал бывший президент США Джимми Картер с предложением провести референдум, который при неблагоприятном голосовании привел бы к отставке Чавеса.

О неудавшемся перевороте был создан фильм, который был показан не только в Венесуэле, но и в Великобритании, Ирландии и других европейских странах. Соответственно, предлагаемая в фильме версия событий отличалась от той, которая демонстрировалась телевидением в апреле 2002 г. В самом Каракасе было показано шестиминутное видео, снятое в июне и демонстрировавшее вмешательство ЦРУ во внутренние дела, что было опровергнуто посольством США.

Есть определенные объективные причины, стимулирующие такие активные действия. Э. Луттвак видит следующие возможные факторы ослабления системы современных государств, облегчающих проведения путча:

серьезный и продолжительный экономический кризис с большим масштабом безработицы и высокой инфляцией; 

долгая и безуспешная война или серьезное поражение, военное или дипломатическое; 

хроническая нестабильность при многопартийной системе. 

А. Лейпхарт оценивает два параметра с точки зрения их возможного влияния на продвижение к демократии:

уровень экономического развития; 

степень интенсивности противоречий между разными сегментами общества. 

Во втором случае речь идет о возможности создания большой коалиции сегментов общества.

Грузия

События в Югославии и Грузии строились исходя из невозможности сотрудничества. Временем для акцентуации этого был избран поствыборный период, результаты которого признавались недействительными. Ставка была сделана на одну политическую силу, которая провозглашалась как самая активная оппозиция. Она же и эксплуатировала нематериальные ресурсы.

С точки зрения Запада "Седой лис" Шеварднадзе был неподходящей фигурой, но для негрузинского общества об этом говорил скорее И. Георгадзе, которого как раз не допустили к выборам. Шеварднадзе обладал собственным внутренним ресурсом. Ресурс оппозиции "подпитывался" извне, поскольку внутренние ресурсы были "приватизированы" исключительно Шеварднадзе. Столкновение этих двух ресурсов привело к исчерпанию ресурса Шеварднадзе, поскольку активная часть населения оказалась не на его стороне. М. Саакашвили в интервью киевскому пятому каналу (14 декабря 2003 г.) подчеркнул, что Шеварднадзе не мог отдать приказ на применение силы, поскольку его уже никто не слушал. Он перечислил ряд моментов, отражающих невозможность управления с его стороны:

охрана отказалась охранять; 

контрразведка отключила все телефоны и слушала мобильную связь; 

команда персонального вертолета не подчинялась; 

аэропорт был заблокирован4 

вокруг дворца стояла многотысячная толпа противников Шеварднадзе. 

Ресурс оппозиции, реально подпитываемый извне, состоял из:

телекомпания "Рустави-2"4 

молодежного движения "Кмара " (слово в переводе означает "Хватит"); 

обученных организаторов протестов. 

К тому же осуществлялось активное международное давление на Шеварднадзе, что также важно, поскольку в этом случае включается в действие еще один очень важный фактор — безопасность свергаемого лидера после его ухода. Такие переговоры обычно предоставляют или гарантии его существования в новой среде, или новое место пребывания, если лидер стремится к этому.

"Независимая газета" (8 декабря 2003 г.) включила в число факторов и армянское лобби в США, а Э. Шеварднадзе постоянно упоминает Дж. Сороса, что позволило "Итогам" назвать свою статью о нем "Распутин эпохи глобализации" (Итоги, 9 декабря 2003). Автор статьи перечисляет попытки удалить фонд Сороса из Югославии и Хорватии, а также отмечает реализацию такого решения в Беларуси. Канадская газета "Globe and Mail" говорит о 500 тысячах долларов для движения "Кмара", которая с апреля начала визуальную кампанию против Шеварднадзе в виде постеров и графитти. Рустави-2 получала деньги от Сороса с 1995 г.

Грузия, Югославия, Венесуэла демонстрируют, что информационное пространство (как внешнее, так и внутреннее) является важным элементом воздействия. Оно направлено на разрушения единства (реального или виртуального). Сегодня исследователи отмечают, что однопартийная система в нестабильном обществе является важной цементирующей силой. Так и информационное пространство может быть стабилизирующей или дестабилизирующей силой. В отношении Венесуэлы исследователи пишут: "Масс-медиа, в частности телевидение, стали главным инструментом военного переворота. Масс-медиа запустили систематическую кампанию, направленную на то, чтобы разрушать правительство Чавеса, предоставляя предубежденную информацию".

Прозвучал также анализ освещения событий в Венесуэле разными масс-медиа. Корреспондент Би-Би-Си действительно снимал в июне демонстрацию из ста тысяч человек против Чавеса, однако он также снял демонстрацию в 200 тысяч поддерживающих его людей. Об этом последнем событии американские газеты не рассказали. Снимая протестующих и поддерживающих, Г. Паласт подчеркивает, что против были богатые белые, за — 80 процентов жителей другого цвета кожи, для которых Чавес является их Нельсоном Манделой. Отречение от власти Чавеса было фиктивным, под дулами пистолетом его увезли на вертолете. И только благодаря одному из охранников, который дал ему мобильный телефон, ему удалось связаться с друзьями и семьей.

Другим важным аспектом воздействия является разрушение связки "власть — силовые структуры". Именно на это было направлены визуальные коммуникации как в Югославии, так и Грузии. Эта плакатная война началась с апреля и была приурочена к парламентским выборам, параллельно с этим изменилась риторика выступлений лидеров оппозиции. Развитие протестной ситуации идет следующими волнами:

плакатная война; 

информационная война; 

уличная война. 

Тем не менее, это всего лишь форма организации протеста. Для достижения же изменения в мозгах модель перехода должна была быть иной: на первое место должна была выйти когнитивная война, которая, среди прочего, обязана была отстранить от Шеварднадзе как его близких соратников, так и элиту:

когнитивная война; 

информационная война; 

уличная война. 

Оптимально закрепление когнитивных изменений (по теории К. Левина) происходит на фоне стрессовых ситуаций. В грузинском случае это были экономическое истощение страны (и тут вина самого Шеварднадзе огромна) и протестная эйфория, создававшая чисто психологическое ощущение гибели режима. Таким образом, в Грузии присутствовали объективные и субъективные основы отставки.

В целом данный инструментарий интенсивного изменения ситуации оказался успешным как из-за своей новизны, так и из-за эксплуатации совершенно новой сферы ненасильственных действий. Эта сфера составляет уязвимое место любой власти.