Риторика

Риторика

Реторика, или Риторика (греческое rhētorikḗ, латинское rhetorica) — выросла на древнегреческой почве в VI—IV вв. до н. э. как теория искусства убеждать словом. «Реторика — творец убеждения» (Горгий Леонтинский и др.). Развитие товарно-денежного хозяйства в условиях антично-рабовладельческой формации привело к возвышению городов-государств (Афины и др.), к открытой и острой борьбе классов и партий. В условиях античного общества почти исключительной формой «убеждения» (агитации) была ораторская речь — необходимое и могущественное орудие политического успеха  «Речь ораторская»). Поэтому Р. возникла как теория ораторской речи и тем самым как тактическое руководство в политической борьбе. Это определило содержание и характер Р. Еще сицилийцу Кораксу (VI в.), которого считали — вместе с Эмпедоклом — «изобретателем» Р., приписывалось основное теоретическое положение: «главная цель оратора — не раскрытие истины, но убедительность при помощи вероятного (eikós)». Впоследствии, несмотря на попытку Аристотеля обосновать Р. не как искусство убеждать, а как руководство к отысканию лучших способов аргументации в связи с обстоятельствами и природой данного дела, положение Коракса повторялось неоднократно греческими и римскими риторами: цель Р., по Корнелию Цельсу, — «говорить убедительнее в сомнительных общественных делах. Оратор ищет только подобия истины. Ибо не сознание правоты является наградой, а победа в споре...» Еще Платон осудил Р. как «искусство обмана», «словесную ловкость» «великое делать малым, малое великим, ложное истинным, истинное ложным». Осуждение Р. было осуждением софистической философии. Субъективно-идеалистическое учение софистов с их релятивистски-скептическим отношением к «познанию истины» было философским основанием Р. Из положения Протагора — «вещи являются для каждого лишь тем, что он в них видит, согласно своим свойствам, следовательно человек — мера всех вещей» — вытекало, что хотя все суждения правильны, но не все равноценны, т. е. индивидуум или коллектив познают реальность не в одинаковой степени, а в соответствии с «состоянием организма», которое может измениться под влиянием людей, познающих больше, чем другие; люди эти — софисты и ораторы, влияющие на общество посредством слова. Мера истинности и убедительности слов оратора — дело его «искусства», его «изобретения». Поэтому Р. занята отысканием действенных речевых средств для создания убедительности независимо от объективного содержания. Отсюда чисто практическая задача Р. — вооружить политика средством «пленения» и «укрощения» массы. 

В соответствии с этим Р. изучает: 1. Изобретение идейного материала речи: а) отыскание выгодной точки зрения и опорного пункта, «статуса для аргументации»; б) нахождение доказательства и аргументации при помощи диалектики, которой древние называли науку вести спор при помощи логич. доводов, достигшее у софистов особой изощренности; в) использование «общих мест» — формально логических «источников» «распространения» аргументации: обобщений и разделений вида и рода, сравнений, контрастов и пр.; г) применение средств эмоционального воздействия в соответствии с тем, какой эффект желателен: энтузиазм или ненависть, страх или надежда и пр.; д) характер нравственного облика оратора, гарантирующий доверие к словам. 2. Распределение материала речи — ораторский порядок, основанный не на логической или исторической последовательности, а на психологической действенности; общая композиционная схема речи: а) вступление (разных видов); б) повествование, имеющее целью выгодный подбор и размещение фактов, в) рассуждение — обоснование своих положений и опровержение противных, г) заключение — подведение итогов, агитационный призыв. 3. Изложение, или стиль речи, забота о котором «необходима вследствие нравственной испорченности слушателей»: а) стилевые особенности судебной, общеполитической, торжественной речи; б) разделение стилей на «простой», «умеренный» и «возвышенный» в зависимости от использования «украшений»; в) строение периода; г) «тропы» (метафора, метонимия, перифраз и пр.), «фигуры мыслей» (антитеза, градация, коррекция и пр.) и «словесные фигуры» (риторический вопрос, анафора и пр.). Кроме указанных трех частей в Р. включались вопросы изучения слушателей (у Аристотеля) и вопросы запоминания речи и произнесения (голос, жесты и пр.). 

По мере развития прозы исторической, философской и художественной Р. становилась теорией «красноречия» вообще: проза неораторская складывалась под влиянием ораторской речи и реторических принципов. С падением античной демократии реторика утратила прямой тактико-политический характер. Августин (IV в.) теологизировал античную реторику, и впоследствии она стала частью средневековой схоластики — догматической теорией «сочинения»: учением о «хриях», «тропах» и «фигурах». В несколько модернизированном «облегченном» виде она перешла в дворянско-буржуазную школу на правах «теории словесности», преимущественно «прозы». С другой стороны, буржуазия возродила Р. как ораторскую теорию в соответствии с нуждами классовой борьбы сперва с феодалами, а затем с пролетариатом (классический образец — «Parliamentary logic» (Парламентская логика, 1808) В. Г. Гамильтона). Философское обоснование дал ей Гегель: в «Эстетике» он, исходя из принципов античной Р., определил реторическое слово как практическое средство «убеждения» в целях «достижения интереса» в отличие от речи «поэтической», выражающей «дух, свободно созерцающий свою сущность». Реторическое слово служит не «истине», а «выгоде», отражая накипь «наличного бытия». Так. обр. Гегель санкционировал разделение речи как выражения подлинной действительности («духа») и речи реторической — с установкой на слушателя, на убеждение и «достижение интереса» (агитация). Вся буржуазная наука приняла гегелевскую трактовку реторического слова за основу (вплоть до наших дней), т. к. эта трактовка соответствует буржуазной практике: идеологическая обработка масс, необходимая для «достижения интереса», требует не истины, а «правдоподобия» как формы политического обмана. Р. фетишизирует слово, наделяя его собственным, в конечном счете мистическим содержанием и имманентной «силой». Пролетариат не нуждается в средствах обмана, не «изобретает» истин и не фетишизирует форм выражения. «Нет ничего противнее духу марксизма, как фраза» (Ленин). Об ораторском искусстве пролетариата — см. «Речь ораторская». 

Список литературы 

Платон, «Федр», «Горгий» (русский перев. В. Н. Карпова в «Сочинениях Платона», чч. 2—4, изд. 2, СПБ, 1863) 

Аристотель, Риторика, СПБ, 1894 

Квинтилиан, Двенадцать книг риторических наставлений, перев. с латинск. А. Никольский, 2 чч., СПБ, 1834 

То же, перев. 10-й книги В. А. Алексеева, СПБ, 1896 

Cicero, De Oratore, впервые изд. в Subiaco, 1465, комментир. изд. F. Ellendt, Königsberg, 1840 

G. Sorof, 3 Aufl., Berlin, 1875 

A. S. Wilkins, Oxford, 1892, и др. 

Его же, Orator, впервые изд. в Венеции в 1492, комментир. изд. О. Jahn — W. Kroll, Berlin, 1913, и др. 

Его же, Brutus, впервые напечатано в 1475 

позднейшие изд. H. Meyer, Halle, 1838, Th. Stangl, Lpz., 1886, переиздано в 1920, Martha, P., 1907, и др. 

Tacitus, Dialogus de oratoribus, hrsg. v. A. Gudeman, 2 Aufl., Lpz., 1914 

Augustinus A., De doctrina christiana, Bonn, 1930 

Rhetores graeci, ex recognitione L. Spengel, 3 Bde, Lpz., 1853—1856 

с 1894 выходит 2 изд., под ред. Н. Rabe и других, пока вышли тома I, II, V, VI, X, XI, XIII—XV, последний том вышел в 1931 

Walz, Rhetores graeci, 9 Bde, Stuttgart, 1832—1836 

Halm C., Rhetores latini minores, Lpz., 1864 

Norden E., Die antike Kunstprosa, 4 Bde, Lpz., 1915—1923 

Gomperz H., Sophistik und Rhetorik, Lpz., 1912 

Chaignet A. E., La rhétorique et son histoire, P., 1888 

Volkmann R., Die Rhetorik der Griechen u. Römer, 2 Aufl., Lpz., 1885 

Ernesti J. A., Initia rhetorica, Lpz., 1750—1783 

Schott H. A., Die Theorie der Beredsamkeit, Lpz., 1828—1849 

Blair H., Lectures on Rhetoric and belles-lettres, 3 vv., Dublin, 1783 

Campbell G., The Philosophy of Rhetoric, 2 vv., L., 1776 

Whately R., Elements of Rhetoric, ed. l, Gotha, 1827, ed. 10, N. Y., 1880 (есть нем. перев. «Grundlagen der Rhetorik», 1884) 

Bascom J., Philosophy of Rhetorik, 2-nd ed., N. Y., 1888 

Wackernagel W., Poetik, Rhetorik u. Stylistik, 3 Aufl., Halle, 1906 

Batteux Ch., Principes de littérature, в серии «Cours des belleslettres», P., 1765 

Philippi A., Die Kunst der Rede, Lpz., 1896 

Le Clerc J. V., Nouvelle rhétorique française, P., 1822 

Ломоносов М. В., Краткое руководство к красноречию, кн. I, в которой содержится риторика..., СПБ, 1748 (и в «Сочинениях», ред. М. И. Сухомлинова, т. III, СПБ, 1895) 

Опыт риторики (по Блеру), СПБ, 1791 

Никольский А. С., Основания российской словесности, СПБ, 1792 

Рижский Ив., Опыт риторики, СПБ, 1796 

Мерзляков А., Об истинных качествах поэта и оратора рассуждение, М., 1824 

Толмачев Я., Военное красноречие, 3 чч., СПБ, 1825 

Галич А. И., Теория красноречия для всех родов прозаических сочинений, СПБ, 1830 

Кошанский Н., Общая реторика, СПБ, 1829 

Сперанский М., Правила высшего красноречия, 1844 

Фойгт К., Мысли об истинном значении и содержании риторики, «ЖМНП», 1856, ч. 86 

Миттермайер К., Руководство к судебной защите по уголовным делам, М., 1863 

Гегель, Курс эстетики, кн. II, М., 1860 

Луньяк И., Риторические этюды, СПБ, 1881 

Певницкий В. Ф., Церковное красноречие и его основные законы, Киев, 1906 

Гофман В., Слово оратора (Риторика и политика), Л., (1932). См. также библиографию к ст. «Речь ораторская». 

В. Гофман