Изучение Торы и добывание средств к существованию - две противоречивые обязанности

Изучение Торы и добывание средств к существованию - две противоречивые обязанности

проф. Иегуда Леви

Об изучении Торы в книге Иегошуа (1:8) говорится: "И размышляй о ней днем и ночью", а Мишна говорит: "Изучение Торы равносильно всем [другим мицвот Торы]". С другой стороны, мы обязаны также работать, чтобы добывать средства к существование. Хотя мудрецы и учили нас (трактат Авот, 4:10): "Трать меньше времени на бизнес, но занимайся Торой", тем не менее, труд ради хлеба насущного остается чрезвычайно важным делом. (Труд не только кормит; он важен сам по себе. С Б-жьей помощью мы посвятим этой теме отдельную лекцию.)

Важность трудовой деятельности ясно отмечена в ТАНАХе, особенно в книге Мишлей, например (6:6): "Пойди к муравью, ленивец, посмотри на пути его, и сделайся мудрым... Заготовляет летом хлеб свой".

Более того:  комментируя фразу "Так выбери жизнь" (Дварим, 30:19), раби Ишмаэль говорит, что Тора имеет в виду освоение ремесла. О том, что отец должен дать сыну профессию, мы узнаем из наставления царя Шломо: "Наслаждайся жизнью с женою, которую любишь"... - В той же мере, в какой [отец] должен обучать его Торе, он обязан научить его и ремеслу". Рашбац (раби Шимон бен Цемах Дуран) прямо говорит, что это одна из заповедей самой Торы. Таким образом, эти два требования - изучение Торы и добывание средств к существованию - должны конкурировать между собою за наше ограниченное время; поэтому мы должны решить, как правильно распределить его между ними.

Эта проблема не нова. Ее обсуждали еврейские мудрецы, проводя в своих дискуссиях аналогию с "тропинкой, которая тянется между двумя дорогами, одной из огня и другой из снега. Если идти слишком близко к огню, то можно обжечься; если приблизишься к снегу - замерзнешь. Так что же делать? - Надо идти между этими дорогами, стараясь не обжечься огнем и не замерзнуть от снега". Так эта проблема была сформулирована нашими мудрецами.

Обязанность добывать хлеб насущный возникла отнюдь не случайно. Она часть замысла Творца. Из слов Торы "И стал человек существом живым" (Берешит, 2:7) мудрецы пришли к выводу, что [Б-г] отдал первого человека Адама самому себе в рабы: не будет он работать - не будет и есть". (Это произошло еще при сотворении Адама, до его грехопадения.) В другом месте мы читаем: "Даже Адам не пробовал ничего, пока не совершал работу, как сказано (Берешит, 2:15): "И поместил его [Б-г] в саду Эдена, чтобы возделывать его и хранить его".

Еще категоричнее высказался Нецив (раби Нафтали Цви Иегуда Берлин из Воложина): "[Адам] пришел обрабатывать землю, и тем была выполнена цель Творения". Похожее толкование предлагает и раби Яаков Эмден: "С тех самых пор желает Всевышний, чтобы человек вставал рано на работу и шел добывать хлеб для своего дома". В книге "Сфат Эмет" сказано, что "[возвышение будничных дел] является основой служения человека Б-гу".

Таким образом, мы видим, что труд ради добывания средств к существованию - это не печальная необходимость, а неотъемлемая часть замысла Творца.

Как уже отмечалось, еврейские мудрецы требовали, чтобы отец обучал сына не только Торе, но и трудовой специальности, которая поможет ему зарабатывать себе на жизнь; о том, кто не выполнял эту обязанность, они говорили, что он как будто учит сына грабежу. Некоторые авторитеты считают, однако, что обучать сына ремеслу вовсе необязательно. При этом они цитируют раби Негораи: "Я отложил все ремесла на свете и учу моего сына одной лишь Торе". Казалось бы, раби Негораи, как явствует из его слов, не разделяет мнение, что обучение трудовой специальности - обязанность каждого отца. Однако при более глубоком анализе выясняется, что на самом деле никакого противоречия здесь нет. Рассмотрим проблему по пунктам.

1. Никто из мудрецов не возражает, что на отца возложена мицва обучить сына специальности. Подобного возражения нет ни в Мишне, где это положение было впервые сформулировано, ни в разработанных на ее основе законах. Достаточно упомянуть постановления, гласящие, что даже в шаббат можно договариваться о профессиональной подготовке сына и что отец, ударивший своего сына в процессе обучения специальности и случайно убивший его, освобождается от наказания ссылкой.

2. Два еврейских законодателя Риф (раби Ицхак Алфаси) и Рош (раби Ашер бен Иехиэль) цитируют замечание р.Негораи вместе с постулатом, что отец обязан научить сына ремеслу. Эти авторы известны своей приверженностью только тем положениям, которые приняты в качестве валахи; они не приводят противоречивые мнения из текста Гемары. Отсюда можно сделать вывод, что эти два положения (обязанность обучать ремеслу и высказывание раби Негораи) носят практический характер и между ними нет противоречий и разногласий.

3. Раби Йосеф Каро ясно и однозначно излагает ту же самую мысль в "Шулхан Арухе": "Обязан [отец] научить сына ремеслу после того, как он обучил его Торе, и очевидно, что в этом вопросе нет разногласий".

4. Другие комментаторы (включая, к примеру, раби Шмуэля Эйделиса, Магарша) тоже считают, что здесь нет противоречия: "Раби Негораи... конечно же не возражает, ибо всякий должен обучиться специальности; его слова надо понимать так: Я отложил обучение [сына] ремеслу как постоянное занятие, и я учу [его] Торе по твердому расписанию, а ремеслу - когда есть свободное время".

Двести лет назад автор книги "Сефер Га-брит" подверг резкой критике неправильный подход к высказыванию раби Негораи: "Отцы делают это [обучают сыновей только Торе] из благочестивых побуждений, опираясь на слова раби Негораи: "Я отложил все ремесла на свете и учу моего сына одной лишь Торе". Они не понимают, что такую практику порождает йецер гара (склонность к плохому), которому присуще облекать нехорошие вещи в одежды святости. Этот йецер умеет придать каждому преступлению видимость благочестия, как будто оно совершается во имя Небес. Они не понимают, что это вовсе не мнение раби Негораи, как писал Магарша ( см. выше)".

Далее автор "Сефер га-брит" объясняет, что "краеугольный камень и фундамент" Б-жественного служения в том и состоит, чтобы "иметь специальность, которой сможешь зарабатывать себе на жизнь, прилагая собственные усилия и не нуждаясь в помощи других людей". Он продолжает: "Меня печалит та высокомерная практика, которая сложилась в последнее время, когда многие наши люди отказываются учить своих сыновей ремеслу, заносчиво и высокомерно утверждая, что ремесла - позор для нас... Еще больше я сержусь на знатоков Торы, которые не желают учить своих сыновей ремеслу, а только Торе, утверждая при этом, что их сыновья будут раввинами и судьями; ведь немногие становятся столь мудрыми в Торе, чтобы выносить решения для еврейского народа. В результате им не хватает ни того, ни другого (знаний Торы и владения ремеслом)... Нет сомнений, что всякий, кто нарушает постановления наших мудрецов в этом вопросе и не учит сына ремеслу, будет отвечать перед Небесным судом и наверняка понесет кару".

Эти замечания произвели такое глубокое впечатление на автора "Сдей хемед", что он переписал в свою книгу всю эту главу целиком!

Важно отметить, что все приведенные нами материалы относятся только к обязанности отца обучить сына трудовой специальности. Между тем, еще Мишна (трактат Авот) ясно сформулировала долг каждого еврея личным трудом зарабатывать себе на жизнь: "Изучение Торы, не сочетаемое с трудом, - сходит на нет и влечет за собой грех". В двух авторитетнейших кодексах еврейского права Тур" и "Шулхан Арух" соответствующие постановления сформулированы на основе этой мишны без указания в комментариях других мнений, как уже подробно разъяснялось в предыдущей лекции и в ранее приведенном толковании рава Эйделиса (Магарша). По тому же вопросу весьма резко высказался также ранний комментатор Торы раби Моше ибн Махир:

"Всякий, кто боится Б-га и стремится к праведности и милосердию, должен зарабатывать на жизнь трудом рук своих, не взваливая на общину заботу о себе. Иначе он запятнает честь Б-га, честь Торы и Б-гослужения и свою собственную честь в глазах других; и это помимо того факта, что, исходя из существующего закона, справедливости и здравого смысла, не полагается жить за счет других... Разве не создал меня Творец, как и других людей, с руками и ногами? Почему бы мне тогда не поискать для себя подходящее место, чтобы выполнять волю Творца и зарабатывать на жизнь трудом рук моих?

Кто-то может возразить: "Как я могу работать, уклоняясь от занятия Торой и служения Б-гу? Когда же мне пестовать обитель духа моего и приводить ее к полному цветению? Ведь Тора длиннее земной окружности, а день короток, и работы так много". На первый взгляд, это сильный аргумент, но при тщательном разборе он рассыплется в прах. На самом деле, сей довод неубедителен по той простой причине, что обе эти вещи заповеданы Царем вселенной. Именно Он повелел нам изучать Тору и Он же заповедовал трудиться. Почему же мы должны игнорировать одну заповедь, возвышая другую, когда обе они равно хороши и осуществимы, и ни одна не может существовать без другой?

Между тем, Тора учит нас, что нельзя превращать работу в главный смысл своей жизни, а Тору считать лишь второстепенным занятием. Наоборот, именно работа должна быть второстепенным, преходящим занятием: пусть ее будет ровно столько, чтобы обеспечивать свои повседневные нужды; и не надо гоняться за роскошью, а лучше уповать на Б-га, ибо только Он дает пропитание Своим творениям".

Такого мнения придерживались не только мудрецы прошлого. Руководители нашего поколения рассуждали в том же духе. Уместно привести слова раби Моше Вайнштейна: 'Человеку не только разрешено, - он обязан искать заработок и трудиться, добывая средства на жизнь; и запрещено ему говорить, что даже если он ничего не будет делать, то Б-г каким-то образом обеспечит его необходимым". В другом месте раби Файнштейн писал: 'Человек должен, конечно, заботиться о своем доходе и обо всех своих нуждах - для себя, своей жены и всех членов семьи, зависящих от него; и надо, чтобы были у него средства не только на один день, а на продолжительное время, как если бы он владел полем или фирмой".

Эти слова раби Вайнштейна нужно сопоставить с его же двумя другими замечаниями, где он подчеркивает важность учебы в колеле (йешиве для семейных мужчин) и даже осуждает чье-то намерение покинуть колелъ, принятое на том основании, что нельзя якобы извлекать выгоду из Торы. Раби Файнштейн называет сей довод "советом йецер га-ра". На первый взгляд, это мнение противоречит вышеприведенному. Но, возможно, рав просто имел в виду два разных типа учеников, в последнем случае обращаясь к тем, кто по уму и личным качествам годился в духовные лидеры своего народа.

Здесь важно помнить одну вещь: нельзя рассматривать мирские дела как нечто отделенное от служения Б-гу; наоборот, следует так организовывать свою повседневную деятельность, чтобы она стала важным элементом жизни по Торе. В этом случае стремление заработать на жизнь не только не вступит в противоречие с занятием Торой, но лишь возвысит и улучшит эти занятия. В своем письме к бывшему ученику, который, закончив учебу в йешиве, пошел работать и вскоре стал жаловаться на тяготы "двойной жизни", рав Ицхак Гутнер привел такую остроумную аналогию: "Тот, кто постоянно снимает комнату в частном доме и также номер в гостинице для временного проживания, конечно же ведет "двойную жизнь". Но тот, кто снимает двухкомнатную квартиру, ведет привольную, а не двойную жизнь".

Хорошим пояснением к примеру рава Гутнера может служить высказывание наших мудрецов: "Более велик тот, кто получает доход трудом рук своих, чем тот, кто боится Небес". Он имел в виду, что добывание средств к существованию - само по себе очень важное дело. На эту тему есть прекрасные высказывания таких известных мудрецов прошлого, как Магарал (раби Иегуда Лива) и Магарам Алашкар; мы рассмотрим их в следующей лекции.

Итак, мы подробно обсудили важность трудовой деятельности, оставив в стороне необходимость изучения Торы, что само по себе не требует доказательства. Известно, что Тора должна находиться в центре нашей жизни, а работа - на периферии, и что мы должны, как сказано в трактате Авот, "не быть слишком предприимчивыми, но заниматься Торой". Распределяя время между изучением Торы и работой, следует руководствоваться этими правилами.

Мудрецы не дают нам конкретных указаний о том, как делить время между этими двумя обязанностями. Очевидно, все зависит от индивидуальных потребностей и возможностей человека и от его личных склонностей. Для некоторых "одной главы утром и одной главы вечером" достаточно, чтобы выполнить заповедь "Да не отойдет эта книга Торы от уст твоих"; у других изучение Торы становится смыслом жизни, а работа - лишь приложением в буквальном смысле этого слова.

Рассмотрим ряд примеров из жизни наших мудрецов, чтобы понять, как следует правильно распределять свое время. Мидраш сообщает: Сказал Раби от имени святой общины: "Приобретай ремесло вместе с Торой. Где источник этих слов? - "Наслаждайся жизнью с женою, которую любишь". Но почему он называет их "святой общиной"? - Потому что там были рав Йоси бен Мешулам и раби Шимон бен Менасия, которые привыкли делить день на три части: одну треть - для изучения Торы, одну треть - для молитвы и одну треть - для работы. Некоторые говорят, что они сосредоточивались на Торе зимой [период бездействия в сельском хозяйстве], а на работе - летом."

Раши так объяснял (в приписываемом ему комментарии) положение Мишны (Авот) "Изучение Торы да будет твоим постоянным занятием": "Не выделяй для Торы строго установленное время, а учи ее весь день". Рашбац сомневается: "Но это невозможно, ведь в Гемаре сказано: "Выполняй эту мицву в соответствии с повседневными условиями". Смысл мишны, скорее, в том, что время, выделенное для Торы, должно быть фиксированным, а все другие дела надо планировать, ориентируясь на это время (посвященное изучению Торы, которое призвано стать твоим главным занятием). Сходное толкование дает и сам Раши в другом месте: "Поскольку человек должен заниматься работой (дерех эрец) - ведь без дерех эрец не может быть и Торы, - ему надлежит выделять твердо установленное время для Торы, чтобы не быть весь день привязанным к своей работе".

Объясняя, как надо делить время учебы на три части - треть на ТАНАХ, треть на Мишну и треть на Талмуд, -Ромбам приводит в пример человека, который занимается своим ремеслом три часа и девять часов отдает изучению Торы. (Некоторые приводят слова Рамбама в качестве обязательного правила; из контекста, однако, ясно, что это всего лишь иллюстративный пример.)

Стоит упомянуть также "ранних праведников", которые тратили по девять часов в день на молитвы, оставляя всего три часа для изучения Торы и работы.

Рава (авторитетнейший мудрец эпохи составления Вавилонского Талмуда) просил учеников не приходить в дом учения в месяцы нисан и тишрей, когда сельскохозяйственные работы были в полном разгаре и плата за них была высока. Хорошо заработав в этот период, ученики могли потом не беспокоиться о хлебе насущном весь остальной год. Отсюда Магарал приходит к выводу, что допустимо в какой-то мере пренебрегать изучением Торы в течение ограниченного периода времени, чтобы затем посвятить ей больше времени.

Здесь уместно задать важный вопрос. Как объяснить в свете всего вышесказанного нынешнюю позицию подавляющего большинства руководителей йешив, которые побуждают учащихся изучать Тору все время, не отвлекаясь на другие занятия? Учеба на "полную ставку" существовала, конечно, и до Второй мировой войны, но тогда она была уделом лишь узкой группы особо одаренных людей, целиком посвятивших себя Торе. Сегодня этот подход стал нормой, что само по себе беспрецедентно в еврейской истории. Некоторые ведущие авторитеты говорили мне, что это временное предписание (гораат шаа). Катастрофа уничтожила практически весь фундамент глубокого изучения Торы, и, чтобы восстановить его, от учащихся йешив требуется высочайшая степень прилежания, даже если это вредит некоторым людям и ведет к отдельным искажениям в нормальной системе обучения. Есть также мнение, что эта мера вызвана необычайным ростом популярности светского образования, что вызывает определенную тревогу: ведь стоит йешиботнику всерьез увлечься новыми знаниями, и он может совершенно забросить Тору.

В заключение отметим, что нет определенных правил распределения времени между изучением Торы и работой; каждый человек должен сам решать этот вопрос, консультируясь с раввинами. О том, кто выбирает свой путь, руководствуясь страхом перед Б-гом, сказано в Талмуде: "Неважно, делает он много или мало; главное -чтобы сердце его было обращено к Небу". И еще сказано: 'Тот, кто приходит очищать себя, удостаивается помощи [от Всевышнего]". Он может быть уверен, что помощь свыше позволит ему сделать правильный выбор.

"Люби труд!"

Мишна однозначно повелевает нам любить труд. Необходимость трудиться очевидна для всех, ибо мир, созданный Б-гом, устроен так, что только работа дает возможность преуспеть в нем. Однако необходимость - это еще далеко не любовь. Чтобы любить труд, надо видеть в нем самостоятельную ценность, о чем как раз и говорят комментаторы Мишны: "Даже тому, у кого есть независимый источник дохода, лучше трудиться - ибо тогда он будет работать не ради денег, а из любви [к труду]". Мудрецы Талмуда разъясняли: "Люби труд! - Что это значит? Если у человека нет работы, что он должен делать? Если есть у него запущенный двор или заброшенное поле - пусть приведет их в порядок, как сказано: "Шесть дней трудись и выполняй всякую работу твою."

Почему же мудрецы требуют от нас любить труд? Комментаторы дают разные объяснения:

1. Известный комментатор Мишны 15-16 веков раби Овадия из Бертиноро говорил: "Ибо безделье ведет к безумию". Другими словами, трудовая деятельность - важное условие для душевного здоровья. Но по мнению раби Яакова Эмдена, это недостаточное объяснение мишне, поскольку дальше в ней сказано: "возненавидь высокое положение". Отсюда следует, что мишна имеет в виду не того, кто бездельничает, вообще не работая, а того, кто занимается чем-то иным помимо работы - такому человеку тоже рекомендуется любить труд.

2. Поэтому раби Яаков Эмден считал, что речь идет о физическом здоровье: "Ученые приходят к единому мнению, что большинство болезней возникают у человека из-за недостаточной активности".

3. Магарал говорил: "[Любовь к труду] побуждает человека любить Б-га, ибо тогда изучающему Тору не понадобятся другие люди [чтобы содержать его], ведь [если изучающий Тору нуждается в пожертвованиях, то тем самым он] подрывает честь Торы. Если бы изучающие не брали материальную помощь [у общины], то уважение к Торе значительно возросло бы."

Все эти комментарии отмечают жизненную необходимость труда, подчеркивают его ценность лишь для решения той или иной проблемы, не видя в нем самостоятельное благо, прямое средство служения Б-гу.

Разобрав еще одно высказывание мудрецов, мы поймем и главную мысль этой мишны. Из стиха ТАНАХа они выводят наставление: "Более велик тот, кто живет от труда рук своих, чем тот, кто боится Неба". Попробуем разобрать эту трудную для понимания фразу. Если речь идет о человеке, который не боится Неба, то как он может быть выше того, кто боится Неба? Ведь учат нас мудрецы: "Нет ничего на свете для Б-га кроме страха перед Небом". Если же здесь говорится о человеке, который получает доход от своего труда и боится также Неба, то каким образом сей доходный труд усиливает его величие?

Есть несколько ответов на этот вопрос. Самое исчерпывающее толкование можно найти в трактате Авот (4:1): "Кто богат? Тот, кто рад своей доле, как сказано (Тегилим): "Когда ешь ты от плодов труда рук твоих, счастлив ты и благо тебе" Но где здесь указание на радость? В приведенном выше стихе говорится только о счастье и благе. Скорее всего, мудрецы подразумевали очевидный факт; о радости просто нет необходимости говорить. Ибо само собой разумеется, что, питаясь плодами труда рук своих, человек неизбежно чувствует радость в сердце.

Почему он рад, объяснять, наверное, не надо. Труд, ремесло пробуждают творческие способности и дают человеку независимость; в результате работник испытывает чувство удовлетворения. Человеку изначально свойственно стремиться к этим двум вещам, ибо они дают ему радость. Подтверждение этому тезису мы находим в комментарии Магарала к мишне: "Главная ценность любви к труду (а не просто занятия трудом)... состоит в том, что [если человек любит труд и] радуется плодам труда рук своих, то благодаря этому он неизбежно начинает испытывать любовь [к Б-гу]". В результате его величие больше, чем у того, кто боится Неба, ибо любовь к Б-гу выше страха перед Ним, как говорили наши мудрецы: "Более велик тот, кто действует из любви, чем тот, кто действует из страха". Далее Магарал разъясняет: "Исполненный радости и любя труд рук своих, он не может не любить Того, Кто одарил его всем этим. Ибо если кто-то дает человеку подарок, и он принимает его и чрезвычайно ценит сей дар, как может он не любить того, кто дал его?" Теперь нам станет понятно следующее замечание Магарала: "Ибо труд делает человека цельным". Другими словами, благодаря труду человек достигает той цели, ради которой он был сотворен. Таким образом, любовь к труду и получение дохода от него ведут человека к возвышенному состоянию любви к Б-гу.

Труд как часть "хождения путями Б-га"

Однако труд характеризуется еще и другим. Почему Б-г создал человека для труда? Почему Он сделал его "рабом самого себя, который, если не работает, то не ест"? (Эта тема рассматривалась в предыдущей лекции.) Почему Он сотворил его таким, что его "цельность" зависит от труда? Все это наводит на мысль о существовании в труде еще одного важного аспекта. Еще одно значение труда, помимо того, что он приносит доход, здоровье и радость, раскрывается в мидраше. Говорили мудрецы: "Б-г не позволил Своему Присутствию обитать среди сынов Израиля, пока они не совершили работу, как сказано: "И построят мне святилище, и Я буду обитать среди них" (Шмот, 25:8).

                         Строительство скинии Завета (походного храма во время скитаний евреев по Синайской пустыне) включало в себя все категории работ: "Все виды работ [запрещенных в шаббат] мы выводим из Скинии". Слова мудрецов позволяют сделать вывод: самого наличия Скинии еще недостаточно для привлечения Шехины (Б-жественного Присутствия) в стан сынов Израиля; для этого надо, чтобы евреи своими руками построили Скинию, и тогда Шехина будет обитать среди них.

Далее мудрецы говорят, что заслуга самой работы может защитить нас, даже если этого не сделают заслуги наших предков. Га-Хида (раби Йосеф Хаим Давид Азу-лай) добавляет, что важность труда заключается в нашем подражании Б-гу, создавшему мир за шесть дней. Эта мысль выводится из мидраша: "Ходите за Г-сподом Б-гом своим". Разве может плоть и кровь ходить за Б-гом?... Скорее всего [смысл этого в том, что] в самом начале Творения Б-г сажал [Сад Эденский]... [поэтому] и ты, когда вступишь в Страну, должен вначале заняться посадками.

Б-г любит труд, как мы видим, за его важную роль в заселении мира. Сказал пророк: "Не для пустоты сотворил Он ее; Он образовал ее, чтобы населить" (Ишаягу, 45:18).

             Таким образом, труд - это не только способ заработать на жизнь, но и нечто более возвышенное.

Любовь к труду важна также тем, что благодаря ей человек становится истинным слугой Творца, Который хочет, чтобы созданный Им мир был заселен. Кроме того, труд - это один из способов "ходить за Б-гом". Б-г сотворил мир, и человек продолжает Его дело, участвуя в заселении и обустройстве этого мира. Вот почему наши мудрецы так часто хвалили труд; ведь Б-г сохраняет Свое Присутствие в среде Израиля лишь в том случае, если они продолжают начатый им процесс. В результате эта заслуга намного превосходит все остальные, включая заслугу наших предков. Великий комментатор Торы Раши не зря говорил, что Б-г хочет, чтобы "в мире доставало всех профессий". Теперь ясно, почему еврейские мудрецы требовали от нас любви к труду и почему они рекомендовали заниматься именно творческим трудом (мелаха), а не просто работой. Ибо в концепции труда важны аспекты творчества и достижения цели, а не грубые физически усилия. Ясно также, почему труд считается кульминацией Творения, как писал Нецив (раби Нафтали Цви Иегуда Берлин): "[Адам] пришел обрабатывать землю, и тем самым была осуществлена цель Творения". И еще мы можем теперь, наверное, объяснить, почему награда за труд иногда приравнивается к награде за изучение Торы, как писал Магарам Алашкар: "Не следует думать, что если человек полдня учится и полдня работает, его награда за полдня труда не такая, как за полдня учебы. Поэтому [мудрецы] нам сообщают, что тот, кто учится один час в день и наслаждается плодами труда рук своих, более велик, чем тот, кто учится весь день и не совершает никакой работы ради поддержания [своей] учебы. Ибо "изучение Торы, не сочетаемое с трудом, - сходит на нет и влечет за собой грех".

Хотя далее рав Алашкар приводит мишну, говорящую не столько о любви к труду, сколько о заработке на пропитание, ясно, однако, что он имеет ввиду оба аспекта труда - обеспечение жизненных нужд и любовь к труду в чистом виде, поскольку он сам говорит о наслаждении плодами собственного труда.

Несмотря на все вышесказанное нельзя забывать, что изучение Торы тоже относится к процессу строительства окружающего мира. Не случайно знатоков Торы называют "строителями".

Выбор профессии

Человек занят трудом значительную часть своего времени. Поэтому выбор профессии играет огромную роль в формировании его характера и поведения. Выбирать профессию надо очень тщательно, чтобы она соответствовала личным качествам человека и не подрывала его душевное благополучие. Раби Меир говорил: 'Человек должен обязательно научить своего сына чистому и легкому ремеслу"; это значит, чистому от вредных для души элементов и легкому, чтобы ремесло не отнимало все его силы. На основе вышеизложенных доводов о любви к труду ясно также, что выбранное ремесло должно быть по душе человеку. Поэтому в книге "Ховот Га-левавот" ("Обязанности сердца") сказано: "У каждого человека есть склонность к определенному ремеслу или предпринимательству... к которому Г-сподь привил особое влечение в его натуре... Найдя такое ремесло и убедившись, что оно влечет его и подходит для его физического состояния,... человек должен использовать это ремесло для добывания средств к существованию". Та же мысль звучит в высказывании раби Овадии Сфорно. Тот, кто следует этим наставлениям, легко полюбит свою работу, и эта любовь поможет ему, в свою очередь, получать радость от жизни и любить Б-га.

При выборе "чистой" профессии надо учесть еще один момент. Многие современные специальности требуют университетской подготовки, что вызывает озабоченность по двум причинам. Во-первых, часть изучаемых в университетах предметов противоречит Торе, и во-вторых, социальное окружение в таких учебных заведениях может пагубно отразиться на студенте. Религиозные лидеры предыдущего поколения занимались этой проблемой; далее мы рассмотрим, с Б-жьей помощью, некоторые решения. Что касается социального окружения, тут многое зависит от личности студента и условий, в которых он вырос. Но предпочтительно, конечно, чтобы он подыскал аналогичную учебную специальность там, где нет опасности дурного влияния.

Имеются также иные возражения: студент может так увлечься светскими науками, что они целиком поглотят его интерес, и в результате он прекратит заниматься Торой. У этого беспокойства есть основания, но оно далеко не ново. Еще в средние века и даже раньше медицина считалась "академическим" ремеслом, что не помешало, однако, некоторым великим знатокам Торы быть практикующими врачами и самим поощрять занятия медициной в еврейских общинах. Однажды Рашба (раби Шломо бен Аврагам, 1235-1310, Испания) запретил молодежи изучать работы греческих философов, но этот запрет не распространялся на медицинские труды. Автор книги "Сефер Га-хасидим" тоже высоко ценил изучение медицинской науки; поощрял ее изучение и раби Яаков Эмден. Все они, видимо, считали, что от такого "послабления" евреи больше приобретут, чем потеряют.

Следуя Творцу, мы должны искать радость и удовлетворение в своем творческом труде, каким бы делом нам ни приходилось заниматься: сажать дерево, готовить исключительно вкусное блюдо к шаббату или разрабатывать новую техническую идею. В труде важно также чувство независимости, которое дается тому, кто избавлен от необходимости есть "хлеб позора", незаработанный его личными усилиями. Если мы будем любить свой труд, то не только добьемся экономических, физических и психологических преимуществ, но и осуществим главную цель: будем "ходить за Б-гом".

При выборе профессии мало знать, обеспечит ли она средства к существованию; мы должны прежде всего убедиться, что приобретенная специальность не подорвет наше духовное здоровье, что у нас останутся время и силы для изучения Торы и выполнения мицвот и, наконец, что она понравится нам. И все это с учетом потребностей еврейского народа, о чем говорилось в одной из предыдущих лекций.