Языческие обряды славян

Язычество - это общее название всех исконных верований разных народов, берущих свое начало из глубины веков. Славянское язычество - это наша вера, вера всего славянского народа. Одного из древнейших народов, в который входят сегодня: русские и украинцы, белорусы и поляки, чехи и словаки, болгары и македонцы, сербы и черногорцы, словенцы и хорваты. Все мы понимаем друг друга без особого труда, поскольку у нас общий язык. Мы печем блины, провожая Масленицу - Морену и рассказываем древние сказки про Бабу - Ягу. Хлеб у нас до сих пор всему голова, а гостеприимство в чести. На Купалу мы прыгаем через костры и ищем цветущий папоротник. В наших домах вместе с нами живут домовые, а в реках и озерах купаются русалки. Мы гадаем на Коляду, а иногда просто подкидываем монету. Мы чтим наших предков и в день памяти оставляем им подношения. Хвори да болезни мы лечим травами, а от упырей - вампиров используем чеснок да осиновый кол. Мы загадываем желание, сидя между тесками и плюем через левое плечо, встретив черную кошку. Рощи и дубравы для нас святы, а из родников мы пьем целебную воду. Мы заговариваем, рыбацкие снасти и читаем обереги от сглаза. Удаль молодецкая находит себя в кулачных боях, а в случае беды наши храбрые воины отведут ее от славянской земли. И так будет всегда из века в век, ибо мы есть внуки Даждьбожии.

Свадебный обряд - По славянскому обычаю жених похищал невесту на игрищах предварительно договорившись с нею о похищении: "Схожахуся на игрища... и ту умыкаху жены собе, с нею же кто съвещашеся: имяху же по две и по три жены". Затем отцу невесты жених давал вено - выкуп за невесту. За день до свадьбы будущая тёща печёт курник, посылая его в дом жениха. Жених же посылает в дом невесты живого петуха. В предсвадебный день никаких увеселений не происходит. Все тщательно готовятся к веселью. Утром свадебного дня жених извещает невесту, чтобы она готовилась к венцу. Родители невесты расстилают на скамье шубу, сажают на неё свою дочь и начинают одевать в свадебный наряд. Как только оденут, то посылают гонца к жениху. Вскоре свадебный поезд подъезжает к воротам. Дружка жениха стучит в ворота, вызывает хозяина и говорит, что, мол, охотимся на зайцев, да один заяц махнул к тебе за ворота, надобно-де отыскать. Жених усердно ищет спрятанного "зайца" (невесту), а, отыскав, и испросив благословения у родителей, сажает в свадебный поезд и едет на венчание. Долгое время "венчание" в греко-кафолической церкви с обязательной проповедью про "семейное счастье" какой-то там израильской семьи, не считалось настоящим венчанием, ибо люди долго ещё с почтением относились к обычаям СВОИХ предков. Степан Разин, например, отменил церковное "венчание", повелев венчаться вокруг дуба. Венчание происходило после полудня, ближе к вечеру. В это время мать жениха готовила в клети брачное ложе: вначале настилала снопы (числом 21), поверх перину и одеяло, сверху бросала кунью шубу или шкуру куницы (либо ласки). Возле ложа ставились кадки с мёдом, ячменём, пшеницей, рожью. Всё подготовив, будущая свекровь обходила ложе с рябиновой веткой в руке. 21 сноп означает "огненную страсть" (утроенная семёрка, число Огня), кунья шуба должна была волшебным образом разжечь страсть у невесты, точно так же, как и шкурка куницы или ласки. Обратите внимание на названия зверьков, чьи шкурки использовались в волшебных .целях, по-видимому, ещё с общеиндоеропейских времён, если не раньше. Куна (куница) - того же корня, что и латинское cunnus, норка - то же, самое, только иносказтелъно, и, наконец, ласка собственно и означает ласку. Ветвь рябины служит, во-первых, своего рода, очистительным средством, а, во-вторых знаком плодородия. Само слово венчание означает покрытие головы, венком (венцом). Перед венчанием место жениха занимал младший брат или подросток, родственник невесты, у которого жениху необходимо было выкупить место рядом с невестой. Обряд называется "продажа сестриной косы". Около невесты садятся также "глазки" - две родственницы невесты, чаще всего сестры или сеструхи (т.е. двоюродные сестры). Они во время всей свадьбы помогают невесте. Каждая из "глазок" держит в руках по блюду, завязанному платками концами в низ. В одном блюде лежит платок, повойник, гребень и зеркало, а в другом две ложки и краюха хлеба. После выкупа жених и невеста, держа в руках по зажжённой свече, шли к храму или свещенному дубу. Впереди них шли плясуньи, за ними несли коровай, на котором лежали сребреники. Позади молодых осыпало нёс чашу с хмелем, зерном и серебром. Сваха осыпала невесту и жениха из чаши. Гости желали невесте столько детей, сколько шерстинок в тулупе. После таких пожеланий сваха милостиво осыпала ещё и гостей. Раньше венчал жрец, брал невесту за руку, поручал её жениху и приказывал им поцеловаться. Муж покрывал жену полой своего платья или плаща в знак покровительства и защиты, после чего жрец давал им чашу с мёдом. Стоя перед жертвенником, муж и жена трижды поочередно пили из чаши. Остатки мёда жених плескал в жертвенник и бросал чашу под ноги, приговаривая: -"Пусть так под ногами будут потоптаны те, кто будет сеять меж нами раздоры"-. Кто первый ступал ногой на чашу, тот, по поверью, становился главой в семье. На почётном месте за свадебным столом всегда сидел деревенский знахарь или колдун. Однако, он занимал почётное место не из-за того, что мог, разозлившись от недостаточного к нему почтения, "превратить в волков свадебный поезд" (зачем колдуну поезда с волками?), а оттого, что как раз зачастую являлся потомком тех самых волхвов, на протяжении сотен лет венчавших наших прапрадедушек с прапрабабушками. По дороге домой молодые шли, крепко прижимаясь друг к другу, а гости попеременно дёргали их за рукава, пытаясь разлучить. После такого нехитрого испытания все усаживались за стол и начинали пировать. Все, кроме молодых, перед которыми хотя и стояла жареная курица, но съедали они её лишь по окончании пира. Ни пить, ни есть молодым во время свадебного застолья не разрешалось. Когда на стол подавали курник, то это означало, что настала пора - "Тетера на стол прилетела - молода спать захотела". В разгар веселья молодые уходили в клеть, где заранее было подготовлено брачное ложе. Под напудствие, молодожёны, захватив закутанный в рушник обрядовый коровай и курицу, закрывались в клети. У дверей с обнаженным мечом ходил дружка жениха, охраняя покой новобрачных.

Кунью шубу топтать!

Друг дружку толкать!

Здоровенько спать!

Весёленько встать!

После таких, достаточно откровенных пожеланий, гости удалялись в дом, но через некоторое время посылали узнать о "здоровье". Если жених отвечал, что он в "добром здоровье", значит "доброе" свершилось. "Весёленько встав", молодые приступали к еде. Взявши курицу, новобрачный должен был отломить ножку и крыло, после чего бросить их назад через плечо. Отведав курицы и коровая, молодые присоединялись к гостям, и веселье продолжалось. Дружка жениха читал благословения, например, такие: К гостям:

Еста, добрые люди!

Гости полюбовные,

Званые и незваные,

Усатые и бородатые,

Холостые неженатые.

У ворот приворотнички,

У дверей притворнички.

По полу ходючи,

По середе стоючи.

Из кута по лавке

По кривой, по скамейке!

Благословляйте!

К молодицам:

Молоды, молодки!

Хорошие походки,

Куньи шубы,

Соболиные пухи,

С поволоками глаза,

С помали голова,

Золоты кокошки,

Серебрены сережки,

Дочери отецки,

Жёны молодецки!

Благословляйте!

К девицам:

Красные девицы

Пирожные мастерицы,

Чёсаные головы,

Обутые голени,

Криночные блудницы

Сметанку снимали,

Кокурки месили

Под застрех хоронили

Пастушков дарили.

Благословляйте!

К ребятам:

Еста! Малые ребята

Свиные херята!

Кривые желудки,

Жимолостные ноги,

Брюховичные рожи,

На жопу похожи.

Благословляйте!

После подобных благословений пир разгорался с новой силой. Застолье заканчивалось игрищами, после которых те, кто ещё мог ходить, расходились по домам.

Обряд имянаречения - Если славянин или славянка с рождения были названы славянским именем, то обряд наречения проводить не нужно. Конечно, если нет необходимости наречь новым именем. Если же человек не был крещён или приведён к какой-либо другой чужой вере, то обряд наречения проводят следующим образом. Нарекаемый стоит лицом к Свещенному Огню. Жрец трижды окропляет родниковой водой лицо, чело и темя, произнося слова: "Яко тоя вода чиста, тако будет чисто лице; яко тоя вода чиста, тако будут чисты мысли; яко тоя вода чиста, тако будет чисто имя!". Затем жрец отрезает прядь волос у нарекаемого и кладёт их в Огонь, произнося при этом шёпотом новое имя. До того, как человек получит имя, никто, кроме жреца и нарекаемого не должен выбранное имя знать. После этого жрец подходит к человеку и громко произносит: "Нарцемо имя тебе...(имярек)". И так трижды. Жрец даёт наречённому горсть зерна для принесения требы и братину сурьи для поминовения предков. Славянин, который был до этого крещён, либо был приведён к какой-либо другой чужой вере, должен сначала пройти обряд очищения. Для этого усаживают человека на колени на колоду (он не Должен касаться коленями земли), обводят это место замкнутым кругом. Перед тем, как сесть в круг, нарекаемый снимает с себя одежду, обнажаясь по пояс. Круг чертится ножом, который потом оставляют в земле до окончания обряда. Как правило, перед началом наречения бросают жребий: достоин ли человек такой чести получить Славянское имя и перейти под покровительство Предков. Делается это следующим образом: жрец, стоя за спиной нарекаемого, трижды взмахивает топором над головой последнего, стараясь слегка коснуться лезвием волос. Затем бросает топор на землю за своей спиной. Если лезвие упавшего топора указывает на нарекаемого, то продолжают обряд. Если нет - откладывают наречение до лучших времён. Итак, если жребий выпал удачно, то нарекаемому слегка омывают голову родниковой водой, обносят посолонь огнём, осыпают зерном, делая очистительные движения руками. Очищение проводит жрец или трое жрецов. Обходят нарекаемого посолонь по кругу, держа свои правые руки над его головой. В это время они протяжно возглашают клич "Гой" - три раза. Подняв руки к небу, торжественно восклицают: "Нарцемо имя тебе...", далее произносится имя, выбранное общиной (по согласованию со жрецом), или имя, которое нарекаемый выбрал себе сам (опять же по согласию жреца). И так восклицают три раза. Круг разрывается, наречённому даётся горсть зерна для его первого жертвоприношения и ковш с мёдом для поминовения предков, под чьё покровительство он теперь переходит.

Похоронный обряд - Простейший похоронный обряд состоит в следующем: "Аще кто умряше, творят трызну надъ нимъ, и посемъ творяху краду велику (особый костёр, "крада" (крадущий из нашего мира положенные на него предметы) выкладывается в виде прямоугольника, высотой по плечи человека. На 1 домовину необходимо брать в 10 раз более дров по весу. Дрова должны быть дубовые или берёзовые. Домовина же делается в виде ладьи, лодки и т.д. Причём нос ладьи ставят на закат солнца. Самым подходящим днём для похорон считается пятница - день Мокоши. Покойника одевают во всё белое, закрывают белым покрывалом, кладут в домовину милодары и поминальную еду. Горшок ставят в ногах покойного. Покойник у вятичей должен лежать головой на запад), и възложахуть и на краду мертвеца сожжаху (Поджигает старейшина, либо жрец, раздевшись по пояс и стоя спиной к краде. Краду поджигают днём, на закате, чтобы покойный "видел" свет и "шёл" вслед за уходящим солнцем. Внутренность крады набита легковоспламеняющейся соломой и ветками. После того, как огонь разгорится, читается погребальная молитва:

Се сва оне ыде

А тужде отроще одьверзещеши врата ониа.

А вейдеши в онъ - то бо есе красен Ирий,

А тамо Ра-река тенце,

Якова оделяшещеть Сверьгу одо Яве.

А Ченслобог ученсте дне нашиа

А рещет богови ченсла сва.

А быте дне сварзеню

Ниже быте ноще.

А усекнуте ты,

Бо се есе - явски.

А сыи есте во дне божстем,

А в носще никий есь,

Иножде бог Дид- Дуб-Сноп наш...

По окончании молитвы все замолкают до тех пор, пока к небу не поднимется огромный столб пламени - знак того, что умерший поднялся к Сварге), а посем собравши кости (у Северян, например, принято было кости не собирать, а насыпать сверху малый холм, на котором устраивалась тризна. Бросив сверху оружие и милодары, участники тризны расходились, чтобы набрать в шлемы земли и насыпать уже большой могильный холм), вложаху в судину малу (глиняный горшок) и поставяху на столпе (в маленькой погребальной избушке "на курьих ножках") на путехъ (на пути из селения к закату солнца), еже творять Вятичн и ныне (обычай ставить избушки "на курьих ножках" над могилой сохранился в Калужской области до 30-х годов XX века)".

Обряды в честь мертвых - во многих славянских землях до сих пор сохранились следы праздников в честь мертвых. Народ ходит на могильники 1 Сухеня (Марта), в час рассвета и там приносит жертвы мертвым. День носит название - "Навий день" и также посвяшен Морене. Вообще любой обряд в честь мертвых имеет свое название - Тризна. Тризна по умершиим есть пир посвященный в их честь. Со временем славянскую Тризну, изменили в поминки. Тризна ранее представляла собой целый ритуал: На могильник приносят лепешек, пирогов, крашенных яиц, вина, и поминают мертвого. При этом, обычно женщины и девушки причитают. Причитанием вообще называют плачь по покойнику, но не безмолвный, не простой истерический припадок, допускающий потерю слез часто без звука, или сопровождаемый всхлипыванием и повременными стонами. Нет, это печальная песня потери, лишения, которой автор,сам потерпевший или понесший лишение. Автор таких причитаний, обливаясь горючими слезами об умершем родственнике, и будучи не в состоянии затаить в себе душевной тревоги падает на могильник, где скрыт прах, или ударяя себе в грудь, плачет, выражая на распев в форме народных песен, слово сказанное ею от всей души, от всего сердца, часто глубоко прочувственное, иногда даже носящее в себе глубокий отпечаток народной легендарности. Ниже приведены примеры таких песен:

Плач дочери по отцу

Со восточной со сторонушки

Подымалися да ветры буйные

Со громами да со гремучими,

С моленьями да со палючими;

Пала, пала с небеси звезда

Все на батюшкину на могилушку...

Расшиби-ка ты, Громова стрела,

Еще матушку да мать—сыру землю!

Развались ко ся ты, мать—земля,

Что на все четыре стороны!

Скройся-ко да гробова доска,

Распахнитеся да белы саваны?

Отвалитеся да ручки белыя

От ретива от сердечушка.

Разожмитеся, да уста сахарныя!

Обернись ко ся да мой родимый батюшка

Перелетным ты, да ясным соколом,

Ты слетайко-ся да на сине море,

На сине море, да Хвалынское,

Ты обмой-ко, родной мой батюшко,

Со белова лица ржавщину;

Прилети-ко ты, мой батюшко,

На свой ет да на высок терем,

Все под кутисе да под окошечко,

Ты послушай-ко родимый батюшко,

Горе горьких наших песенок.

Плач старухи по старику

На кого ты, милый мой, обнадеялся?

И на кого ты оположился?

Оставляешь ты меня, горе горькую,

Без теплова свово гнездышка!...

Не от кого то горе горькой.

Нету мне слова ласкова,

Нет то мне слова приветлива.

Нет то у меня, горе горькие,

Ни роду то, ни племени,

Ни поильца мне, ни кормильца...

Остаюсь то я, горе горькая,

Старым то я, старешенька,

Одна, да одинешенька.

Работать мне — изможенья нет.

Нет - то у меня роду—племени;

Не с-кем мне думу—думати,

Не с-кем мне слово молвити:

Нет у меня милова ладушки.

После причитаний устраивалась тризна. Есть также народные тризны, во время которых памятствует весь народ. В современности, народ совершает такую тризну на Радуницу или Великдень(Пасха). Песни, явства, и причитания доставляют отраду душам умерших и они за это, живым внушают полезную мысль или совет.