Контрольная рабоат по Сценической речи

Министерство образования Республики Беларусь

УО «Витебский государственный колледж культуры и искусств»















КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По предмету «Сценическая речь»

Тема: 1. Особенности стихотворной формы произведения.

2. Дать характеристику понятия «лирический герой».

3. Основные поэтические жанры









                                                                      Выполнила учащаяся

				                            гр. НС   -13 (1) З\О
                                                                 Косенко Е.А.

	                                                                                Проверила  Котова М.Т.









Витебск – 2010







ПЛАН



1.Особенности стихотворной формы произведения (выбранного)



Значение слов «Поэзия», «Стихотворная форма»



Понятие «стихотворный текст»

1.3  Анализ стихотворного текста

 (на материале стихотворения А.С. Пушкина "Элегия")



2.Характеристика понятия «Лирический герой»



3.Основные поэтические жанры



Литература





















1.Особенности стихотворной формы произведения (выбранного)



Значение слов «Поэзия», «Стихотворная форма»



Поэзия (П.). искусство слова в собственном смысле (т. е. уже отграниченно от фольклора) возникает вначале как поэзия, в стихотворной форме. Стих является неотъемлемой формой основных жанров античности, средневековья и даже Возрождения и классицизма — эпические поэмы, трагедии, комедии и разных видов лирики. Стихотворная форма, вплоть до создания собственно художественной прозы в Новое время, была уникальным, незаменимым инструментом превращения слова в искусство. Необычная организация речи, присущая стиху, выявляла, удостоверяла, утверждала особую значимость и специфическую природу высказывания. Она как бы свидетельствовала, что данное высказывание — не просто сообщение или теоретическое суждение, а некое самобытное словесное «деяние». Гегель, рассматривая причины возникновения поэзии на примере знаменитой надписи-двустишия с извещением о павших при Фермопилах греках, замечает, что это двустишие само «... хочет проявиться как действие (poiein)...», а не просто сообщить о каком-то лежащем вне его действии (Соч., т. 14, М., 1958, с. 170). Двустишие, строго говоря, не информирует о факте, а создаёт художественный, поэтический факт, или шире — поэтический мир, в котором, например, могут говорить мёртвые: «Странник, во Спарту пришедши, о нас возвести ты народу, Что исполняя закон, здесь мы костьми полегли». И стихотворная форма сразу сигнализирует о «выведении» художественного мира из рамок обыденной достоверности, из рамок прозы (в исконном значении слова) — хотя, разумеется, обращение к стиху само по себе не является гарантией «художественности ».

 Необходимость стиха на ранних ступенях развития искусства слова диктовалась, в частности, и тем, что оно изначально существовало как звучащее, произносимое, исполнительское. Даже Гегель ещё убеждён, что все художественные словесные произведения должны произноситься, петься, декламироваться. Это неприменимо к современному роману, который полноценно существует и как читаемая «про себя» книга; хотя в прозе слышимы живые голоса автора и героев, но они слышимы «внутренним» слухом читателя. П. же, стих, с одной стороны, действительно себя выявляет лишь в устном бытии, а с другой стороны, только стих может всесторонне организовать звучащую материю речи, придать ей ритмическую закруглённость, законченность, завершённость, которые в эстетике прошлого нераздельно связывались с совершенством, красотой. В словесности прошлых эпох стих и выступает как такое «заранее установленное ограничение», которое создаёт возвышенность и красоту слова.

Становление художественной прозы действительно начинается лишь в эпоху Возрождения, а осознание и утверждение прозы как законной формы искусства слова происходит даже позднее — в 18 — начале 19 вв. В эпоху господства прозы причины, породившие П., уже как бы теряют своё значение: искусство слова теперь и без стиха способно созидать подлинно художественный мир, а «эстетика завершённости», в сущности, чужда литературе нового времени. Художественная проза обнаружила способность создавать красоту слова, не уступающую красоте слова в П.

  	Поэзия  в эпоху прозы не отмирает (а временами, например в России начала 20 в., даже вновь выдвигается на авансцену); однако она претерпевает глубокие изменения. В ней резко ослабевают черты завершённости; отходят на второй план особенно строгие строфические конструкции — сонет, рондо, газель, танка и т.п., развиваются более свободные формы ритма — дольник, тактовик, акцентный стих и т.п., в стих внедряются разговорные интонации.

  В новейшей поэзии раскрылись иные содержательные качества и возможности стихотворной формы. В поэзии 20 в. у А. Блока, Р. М. Рильке, П. Валери, Р. Фроста и др. со всей ясностью выступило то громадное усложнение художественного смысла, возможность которого всегда была заложена в природе стихотворной речи.

  Само движение слов в стихе, их взаимодействие и сопоставление в условиях ритма и рифм, отчётливое выявление звуковой стороны речи, даваемое стихотворной формой, взаимоотношения ритмического и синтаксического строения и т.п. — всё это таит в себе неисчерпаемые смысловые возможности, которых проза, в сущности, лишена. Многие прекрасные стихи, если их переложить прозой, окажутся почти ничего не значащими, ибо их смысл создаётся главным образом самим взаимодействием стихотворной формы со словами. Это взаимодействие создаёт сложнейшие и тончайшие оттенки и сдвиги художественного смысла, которые невозможно воплотить иным способом.

  Поэзия в высшей степени способна воссоздавать живой поэтический голос и личную интонацию автора, которые опредмечиваются в самом построении стиха — в ритмическом движении и его «изгибах», рисунке фразовых ударений, словоразделов, пауз и пр. Вполне закономерно, что поэзия нового времени — прежде всего лирическая П. В далёком прошлом стих выступал как единая и единственная форма всех основных жанров искусства слова; но именно в лирике предельно выявляются особые смысловые возможности стихотворной формы.

В современной лирике стих осуществляет двоякую задачу. В соответствии со своей извечной ролью он возносит некоторое сообщение о реальном жизненном опыте автора в сферу искусства, т. е. превращает эмпирический факт в факт художественный; и вместе с тем именно стих позволяет воссоздать в лирической интонации непосредственную правду личного переживания, подлинный и неповторимый человеческий голос поэта.











 Понятие «стихотворный текст»

Стихи — особая форма ритмичной речи. Стихотворный текст, в отличие от прозаического, делится не только на смысловые единицы — слова и предложения, но и на ритмические — стихотворные строки. И задача оформления стихов заключается прежде всего в том, чтобы облегчить читателю восприятие их ритмического строя.

Графически членение стихотворного текста на ритмические единицы выражается в том, что каждая стихотворная строка набирается отдельной строкой. В этом первая особенность оформления стихов.

Ритмическая организация стихов может быть основана на различных принципах. Так, классическое русское стихосложение основано на силлабо-тоническом принципе: стихотворная строка делится на стопы — группы слогов, один из которых является ударным. В зависимости от количества слогов в стопе и от последовательности ударных и безударных слогов различают стопы нескольких видов, например, ямб, хорей, дактиль и другие. Стихотворное произведение может быть написано как равностопными, то есть с одинаковым количеством стоп во всех строках, так и неравностопными стихами. Различным может быть и строение стоп в строках.

Для облегчения ритмичного чтения важно, чтобы читатель мог сразу заметить перемену ритма, связанную с изменением количества или строения стоп в строке. Отсюда вторая особенность оформления стихов: наличие строк с различными по величине отступами (втяжками) от левого края набора.

Если все строки стихотворного произведения равностопны и состоят из стоп одинакового строения, то начала их располагают от одной вертикали . Если же в стихотворении встречаются строки двух размеров (то есть различные по числу стоп или по их строению), то широко применяется такое расположение строк, при котором они начинаются от двух вертикалей.

Кажется естественным, что с отступом слева должны начинаться строки с меньшим числом стоп —они короче. Во многих случаях такое расположение строк действительно помогает читателю уловить ритмический строй стихов и к тому же позволяет зрительно уравновесить текст на левой и правой частях книжной полосы. Но бывает и так, что некоторые особенности стихотворного строя лучше выявляются, если с отступом расположены строки с большим числом стоп; таким способом, например, может быть подчеркнуто окончание строфы и полустрофы.

Встречаются стихотворения, где есть строки трех, четырех, пяти размеров, причем чередуются они в различной последовательности. При этом некоторые строки с различным количеством стоп могут оказаться особенно тесно связанными между собой рифмой или по смыслу. При оформлении таких стихов, например басен, принцип различных по величине отступов для строк с различным числом стоп требует корректива: наиболее тесно связанные между собой соседние строки, если они даже неравностопны, лучше начинать от одной вертикали.

В современной поэзии часто встречаются стихи с внутристрочными паузами, где каждая строка делится на несколько тактов. Чтобы показать принадлежность этих тактов к одной стихотворной строке и вместе с тем их некоторую обособленность, обычно применяется способ, называемый связанной выключкой строк (или набором лесенкой). По этому способу начала (первые такты) всех стихотворных строк располагаются на одной вертикали. Каждый же следующий такт стиха дается в виде отдельной наборной строки, с отступом. Размер отступа каждый раз определяется окончанием предыдущего такта.

 	Бывает и так, что для передачи особенностей ритмического и интонационного строя стихов поэт находит какую-то другую форму расположения строк и тактов, иной раз — еще и усиливая эту форму увеличением пробелов между некоторыми строками в строфе и необычной пунктуацией.

Еще большей ритмической сложностью отличаются так называемые свободные стихи с произвольным, неравным числом неударных слогов между ударными. При очень большом разнообразии размеров оформление свободных стихов по принципу различных отступов для строк с неодинаковым строением привело бы к такому сложному их расположению, которое воспринималось бы читателями как неупорядоченное. Поэтому при оформлении свободных стихов все строки обычно начинают от одной вертикали.

Мы привели лишь самые распространенные варианты оформления стихотворных текстов. Но ритмический строй стихов так многообразен, что требует и других приемов. Например, быстрому темпу приводимых ниже стихов отвечает «скользящее» расположение строк.

 

В авторской рукописи не всегда особенно усложненные формы расположения стихотворных строк оправданы ритмическим строем стиха. Задача редактора в таких случаях — помочь автору найти лучшую графическую форму для его произведения.

В стихах нежелательны переносы, так как они нарушают ритм чтения, и это учитывается при выборе формата. Но все же отдельные особенно длинные строки приходится переносить. Чтобы переносы возможно меньше мешали плавному чтению, стихотворную строку не делят на полуслове, а переносят целые слова. Кроме того, переносимую часть строки помещают ближе к правому краю набора, а не начинают ее от левого края, как в обычном прозаическом тексте. Таким расположением подчеркивается связь переносимой части с основной строкой и ускоряется переход глаз к окончанию стихотворной строки. При этом возможны два способа: первый — переносимые части строк выключают к правому краю формата, так что их окончания находятся на одной вертикали; второй — переносимые части строк помещают в правой части полосы так, чтобы на одной вертикали находились их начала . В первом случае связь между основной строкой и ее переносимой частью выражена сильнее.

Стихотворное произведение часто делится на строфы — группы строк, объединенных ритмически и по содержанию. Существуют два основных способа разделения строф: первый — строфы отделяются пробелом, нормальная величина которого равна кеглю строки; второй — все строки первой строфы (и всех последующих нечетных) начинаются от одной вертикали, а второй строфы (и последующих четных) — от другой.

Первый способ более четко разделяет строфы и вместе с тем придает странице книги спокойный вид. Он может быть использован для стихов любого типа. Второй же подходит только для стихотворных произведений, все строки которых начинаются от одной вертикали. Его применяют только при особенно экономичном оформлении.

В XVIII—XIX вв. для разделения строф (в равностопных стихах) было принято начинать первую строку каждой строфы с абзацного отступа. При переизданиях произведений поэтов того времени часто повторяют этот прием. Мы считаем это неправильным, так как отступ в стихах служит сигналом перемены ритма. Отметим, что в рукописях поэтов той поры, например Пушкина, Лермонтова, Тютчева, строфы обычно начинаются без абзацного отступа.

1.3  Анализ стихотворного текста

 (на материале стихотворения А.С. Пушкина "Элегия") 



Безумных лет угасшее веселье

Мне тяжело, как смутное похмелье.

Но, как вино – печаль минувших дней

В моей душе чем старе, тем сильней.

Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе

Грядущего волнуемое море.

Но не хочу, о други, умирать;

Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;

И ведаю, мне будут наслажденья

Средь горестей, забот и треволненья:

Порой опять гармонией упьюсь,

Над вымыслом слезами обольюсь,

И может быть на мой закат печальный

Блеснет любовь улыбкою прощальной.

                                                                                               (1830)

А.С. Пушкин написал эту элегию в 1830 году. Она относится к философской лирике. Пушкин обратился к этому жанру как уже немолодой умудренный жизнью и опытом поэт. Это стихотворение глубоко личное. Две строфы составляют смысловой контраст: в первой рассуждается о драме жизненного пути, вторая звучит апофеозом творческой самореализации, высокого назначения поэта. Лирического героя мы вполне можем отождествить с самим автором. В первых строках (“безумных лет угасшее веселье/ мне тяжело, как смутное похмелье” ) поэт говорит о том, что он уже не молод. Оглядываясь назад, он видит за собой пройденный путь, который далеко не безупречен: прошлое веселье, от которого на душе тяжесть. Однако вместе с тем в душу переполняет тоска по ушедшим дням, она усиливается чувством тревоги и неизвестности будущего, в котором видится “труд и горе”. Но это также означает движение и полноценную творческую жизнь. “Труд и горе” обычным человеком воспринимается, как тяжелый рок, но для поэта – это взлеты и падения. Труд – творчество, горе – впечатления, яркие по значимости события, приносящие вдохновение. И поэт, несмотря на пройденные годы, верит и ждет “грядущего волнуемое море”.

После довольно мрачных по смыслу строк, которые словно выбивают ритм похоронного марша, вдруг легкий взлет раненной птицы:

Но не хочу, о други, умирать;

Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;

Поэт умрет тогда, когда перестанет мыслить, даже если по телу бежит кровь и бьется сердце. Движение мысли – это истинная жизнь, развитие, а значит

стремление к совершенству. Мысль отвечает за разум, а страдание за чувства.

“Страдать” - это ещё и способность к состраданию. Усталый человек тяготится прошлым и видит будущее в тумане. Но поэт, творец с уверенностью предсказывает, что “будут наслажденья меж горестей, забот и

треволненья”. К чему приведут эти земные радости поэта? Они даруют новые

творческие плоды:

Порой опять гармонией упьюсь,

Над вымыслом слезами обольюсь...

Гармонией, вероятно, является цельность пушкинских произведений, их безупречная форма. Либо это сам момент творения произведений, момент

всепоглощающего вдохновения…  Вымысел и слезы поэта –  это результат

вдохновения, это само произведение.

И может быть

на мой закат печальный

Блеснет любовь

улыбкою прощальной

.

Когда муза вдохновенья придет к нему, может быть (поэт сомневается, но надеется) он снова полюбит и будет любим. Одно из основных устремлений поэта, венец его творчества – любовь, которая, также как и муза, является спутником жизни. И эта любовь последняя.

“Элегия” по форме монолог. Оно обращено к “другам” - к тем, кто понимают и разделяют мысли лирического героя.

Стихотворение является лирической медитацией. Оно написано в классическом жанре элегии, и этому соответствует тон и интонация: элегия в переводе с греческого – “жалобная песня”. Этот жанр был широко распространён в русской поэзии с 18 века: к нему обращались Сумароков, Жуковский, позже Лермонтов, Некрасов. Но элегия Некрасова – гражданская, Пушкина – философская. В классицизме этот жанр, один из “высоких”, обязывал использовать высокопарные слова и старославянизмы.

Пушкин в свою очередь не пренебрёг этой традицией, и использовал в произведении старославянские слова, формы и обороты, причём обилие такой лексики нисколько не лишает стихотворение лёгкости, изящества и понятности.

Минувших = будущих

Старее = старше

сулит = предвещает (обещает)

грядущего = будущего “грядущего волнуемое море” - метафора из канона заупокойной церковной службы: Житейское море воздвигаемое зря напастей бурею, но Пушкин стремится от этого моря не к “тихому пристанищу”, но снова в стихию чувств и переживаний.

Други = друзья

Ведаю = знаю

Треволненья = тревоги, 

Порой – слово, никогда не употребляющееся в разговорной речи, но его часто можно встретить у Пушкина:

...О жены Севера, меж вами

Она является порой

(“Портрет”)

Порой восточный краснобай

Здесь разливал свои тетради

(“В прохладе сладастной

фонтанов...”)

Следует заметить, что если сгруппировать слова из текста по частям речи, то по ним прямо можно следить за ходом мысли и переменой настроения. Существительные,  почти только абстрактные:  веселье – печаль – труд – горе – грядущее – наслажденья – заботы – треволненья – гармония – вымысел – закат – любовь. В первом столбце только один глагол, поскольку это экспозиция, она статична, в ней довлеют определения: безумных – тяжело – смутное – минувших – старе – сильней – уныл – волнуемое. Зато, второй столбец насыщен контрастными действиями, передающими движение души: умирать – жить – мыслить – страдать – упьюсь – обольюсь – блеснёт. А если вслушиваться только в рифмы, выступает на первый план мотив хмеля: веселье – похмелье, упьюсь – обольюсь – тут даже отзвуки оргии.

На звуковом уровне текст удивительно плавный, певучий. Гласные и согласные звуки последовательно чередуются, сонорные преобладают над шипящими. Мелодичность вообще присуща поэзии Пушкина.

Стихотворение написано пятистопным ямбом в форме двух строф по шесть стихов с последовательной рифмой, женской и мужской. Оно может служить образцом жанра как со стороны формы, так и содержания.





























2. Характеристика понятия «Лирический герой»



«В поэте два человека – он сам и его муза, то есть его преображенная личность, и между этими двумя существами часто идет тяжелая борьба».



Несовпадение биографического автора и структуры сознания, системы ценностей, выраженных в его лирике, было в фокусе внимания литературоведов в 1950 – 1960 гг., когда закрепляется понятие лирический герой. С его помощью подчеркивалось, что переживания автора объективируются, очищаются от всего случайного, как бы фильтруются:  «Несмотря на то, что в главной своей сути (и часто даже во многих деталях) он [лирический герой – И.И.] несет в себе отпечаток личности поэта, его неповторимой судьбы, его миропонимания, – характер лирического героя, его биография могут не совпадать с характером и биографией поэта», – писал А.А. Михайлов. При этом исследователь допускает существование стихотворений вовсе без лирического героя, где автор говорит от своего имени:  «Когда Маяковский заявлял: “Я сам расскажу о времени и о себе”, – то это значило, что поэт не растворял себя в некоем объективированном лирическом герое, а в собственной плоти являлся перед читателями и говорил. Говорил от своего имени о главном своем жизненном призвании – о поэзии, о “месте поэта в рабочем строю”, яростно спорил со своими противниками, сердечно и доверительно беседовал с Пушкиным…».

	

Лирический герой — важное понятие, касающееся изображения человека в лирических произведениях. Вопрос о содержании и границах этого понятия, о том, насколько оправданно использование термина «лирический герой» при анализе лирических стихотворений, вызывает споры теоретиков литературы.

Между тем в последние десятилетия и в научном литературоведении, и в практике лирическим героем принято называть человека, от лица которого написано стихотворение. Как правило, внутренний мир именно этого человека, его представления о жизни раскрыты в лирическом произведении. Лирический герой, в таком понимании, — это образ человека, созданный в лирическом произведении, независимо от того, совпадает этот человек с автором стихотворения или, напротив, отличается от него. В этом случае лирический герой отождествляется с субъектом высказывания в лирическом произведении, то есть с лирическим субъектом.

Лирический герой - это образ того героя в лирическом произведении, переживания, мысли и чувства которого отражены в нем. Он отнюдь не идентичен образу автора, хотя и отражает его личные переживания, связанные с теми или иными событиями его жизни, с его отношением к природе, общественной деятельности, людям. Своеобразие мироощущения, миропонимания поэта, его интересы, особенности характера находят соответственное выражение в форме, в стиле его произведений. Лирический герой отражает те или иные характерные черты людей своего времени, своего класса, оказывая огромное влияние на формирование духовного мира читателя.

Нередко термин «лирический герой» используется при анализе эпических произведений, чаще всего поэм. Некоторые литературоведы говорят даже о «лирическом герое» в «Евгении Онегине» и в «Мертвых душах». Вероятно, в этих случаях имеется в виду либо автор, голос которого открыто звучит в произведении, либо понятие «лирический герой» заменяет другие — «автобиографический герой», «образ автора». Заметим, что такая замена ничем не оправдана, так как «лирический герой» — это «герой» лирического произведении. Недопустимо отождествлять лирику как род литературы и лиризм как особого рода субъективность, открытость, совокупность настроений и переживаний, выраженных в тексте.

Термин «лирический герой» необходим для обозначения человека в лирических произведениях. Однако отождествлять лирического героя со всяким лирическим субъектом нельзя. Ведь в большинстве стихотворений лирический субъект совпадает с самим автором произведения. Поэтому вместо термина «лирический герой» можно использовать простые и понятные слова, указывающие на принадлежность мыслей, чувств, настроений, выраженных в стихотворении: «поэт», «автор». Можно просто говорить о том, что, например, в стихотворении «...Вновь я посетил...» именно Пушкину, а не «лирическому герою» принадлежат мысли о будущем, о «племени младом, незнакомом», а в стихотворении Некрасова «Размышления у парадного подъезда» именно сам поэт, автор стихотворения, обращается с горькими словами к русскому народу.



Пушкин, Некрасов, Тютчев, Фет — это лирики без лирического героя. Авторский образ в их лирических произведениях как бы слит с реальной личностью — личностью самого поэта. Называть этот лирическим героем неуместно, ведь лирический герой, как точно заметила исследовательница Л.Я.Гинзбург, — «это всегда отражение, отделившееся от отражаемого».



Говорить о лирическом герое следует тогда, когда в стихотворении, написанном от первого лица, лирический субъект в той или иной степени отличается от поэта, автора стихотворения. Варианты такого несовпадения могут быть различными. Иногда поэты сами подчеркивают моменты расхождения между «я» поэта и «я» человека, о котором они пишут. Поэт как бы вживается в чужую (или чуждую) ему роль, надевает «лирическую маску». Иногда различия затушеваны, не столь очевидны. Например, духовный мир автора, его внутренний опыт, положенный в основу лирического произведения, может оказаться лишь частью духовного мира группы людей, современников (это особенность многих стихотворений М.Ю.Лермонтова). Важно помнить, что термин «лирический герой» выявляет различия между автором-поэтом и лирическим субъектом. Только в этом случае его применение имеет глубокий смысл.



Отметим, что термин лирический герой впервые использовал Ю.Н.Тынянов в статье «Блок» (1921). Он обнаружил несовпадение биографии и личности реального Блока с образом человека, созданным в его стихотворениях. «Блок, — утверждал Тынянов, — самая большая лирическая тема Блока. Эта тема притягивает как тема романа еще новой, нерожденной  (или неосознанной) формации. Об этом лирическом герое говорят и сейчас». Исследователь указал на важную особенность, присущую лирике многих поэтов «серебряного века». Лирический герой появляется не только в поэзии Блока, в основе которой лежит миф о «пути», создававшийся самим поэтом на протяжении многих лет. Присутствие лирического героя — важнейшая особенность поэзии Андрея Белого (Б.Н.Бугаева), Федора Сологуба (Ф.К.Тетерникова), В.Я.Брюсова, Н.С.Гумилева, С.А.Есенина и других поэтов начала XX в.









































Основные поэтические жанры



Жанр (от фр. genre) – это исторически сложившаяся группа произведений, объединенных общими признаками содержания и формы. К таким группам относятся:  романы, повести, поэмы, элегии, рассказы, фельетоны, комедии и т.д.  В литературоведении нередко вводится понятие литературного вида, это более широкое понятие, чем жанр. В этом случае, роман будет считаться видом художественной литературы, а жанрами - различные разновидности романа, например, приключенческий, детективный, психологический, роман-притча, роман-антиутопия и т.д.  

Жанры, будучи категориями историческими, появляются, развиваются и со временем "уходят" из "активного запаса" художников в зависимости от исторической эпохи: античные лирики не знали сонета; в наше время архаическим жанром стала родившаяся еще в древности и популярная в XVII-XVIII веках ода; романтизм XIX века вызвал к жизни детективную литературу и т.д.

Существуют три основных разновидности поэтического искусства — лирика, эпос и драма, представляющие собой первое деление в классификации поэтических произведений. Следующей ступенью в этой классификации является деление каждог на жанры, которые делятся на виды: (элегия, ода, мадригал и т. д. — лирические жанры; басня, рассказ, повесть, роман, эпопея и пр. — эпические; комедия, драма, трагедия, водевиль и т. п. — драматические). Наконец жанры обычно получают дальнейшие подразделения (напр. роман бытовой, роман авантюрный, психологический и т. п.). 



Chanson de geste (буквально «песнь о деяниях») — жанр французской средневековой литературы, эпические поэмы, самая известная из которых — «Песнь о Роланде».

Выражение «chanson de geste» засвидетельствовано в средневековых памятниках начиная с XII века. Слово «жеста» (geste, от лат. gesta, «деяния») означало в старофранцузском языке «рассказ о подвигах» и относилось прежде всего к героическим традициям, связанным либо с отдельным персонажем, либо с его родом, либо даже с целым коллективом. Поэмы сохранились примерно в сотне рукописей XII—XIV веков. В середине XIX века этот жанр заново открыли филологи-романтики, давшие ему толкование в тех же понятиях, к каким прибегали в то время для объяснения гомеровских поэм. Все песни о деяниях, за исключением «Гормона и Изамбара», написаны десятисложным (с цезурой по схеме 4 + 6, очень редко 6 + 4) или александрийским (6 + 6) стихом.



Балла́да — лиро-эпическое произведение, то есть рассказ, изложенный в поэтической форме, исторического, мифического или героического характера. Сюжет баллады обычно заимствуется из фольклора. Баллады часто кладутся на музыку.



Вирелэ́, ныне чаще виреле́ (фр. virelai) — старофранцузская стихотворная форма с трёхстрочной строфой (третья строка укорочена), одинаковой рифмовкой и с припевом. Одна из типичнейших твёрдых форм в поэзии и музыке Ars nova. Хрестоматийные образцы виреле оставил Гильом де Машо, автор одноголосных пьес (в т.ч. знаменитого Douce dame jolie) и многоголосных обработок.



Герои́да — греческое название особого вида элегии, в котором выражение чувства неудовлетворенной и тоскующей любви влагаются в уста богов и героев.



Дастан (от персидского слова "дестан" (Фарси: داستان), которое означает "рассказ"[1][2]) — эпическое произведение в фольклоре или литературе Ближнего и Среднего Востока и Юго-Восточной Азии. Обычно дастаны являются фольклорной или литературной обработкой героических мифов, легенд и сказочных сюжетов. Дастан описывает фантастические и авантюрные ситуации, в нём нередко усложнённый сюжет, несколько гиперболизированы события и идеализированы герои.



Ди (фр. Dit, Dict — буквально «сказ») — в старофранцузской литературной терминологии — обозначение относительно короткого стихотворного произведения преимущественно дидактического характера, тематически совершенно неопредёленного. Ди исполнялись устно, но без опоры на мелодию и музыкального сопровождения.



Дра́па — основная форма хвалебной песни в скальдической поэзии. Название, вероятно, означает «песнь, разбитая на части» (от глагола «разбивать»). По своей композиции драпа похожа на стихотворный перечень имен или каких-либо сведений. Каждая из вис, составляющих драпу, — как правило, замкнутое целое, не только в метрическом, но и в смысловом отношении. Сюжет в драпе отсутствует. Не бывает также и прямой речи, диалогов, монологов и т. п 



Кансо́на (окс. canso, "песня") - песнь, созданная окситанскими трубадурами и впоследствии перешедшая во многие другие языки. Окситанское слово вошло в употребление не ранее 1170 г., вытеснив старинное vers («стихи»).



Каса — жанр корейской средневековой поэзии. Каса представляют собой крупные стихотворные произведения о знаменательных событиях прошлого, достопримечательностях страны, жизни народа Кореи и его соседей. Стихотворная форма процветала во время династии Чосон, а появилась ранее, во время династии Корё.



Ксе́нии (др.-греч. ξένια «подарки гостям», ед. ч. ξένιον от ξένος «гость») — в античной и новоевропейской поэзии короткие юмористические или хвалительные стихотворения, обращенные к каким-либо лицам.



Ли́мерик — форма короткого юмористического стихотворения, появившегося в Великобритании, основанного на обыгрывании бессмыслицы.



Мадрига́л (фр. madrigal, итал. madrigale) — в классической поэзии небольшое по объёму лирическое стихотворение-комплимент, стихотворение хвалебного содержания.



Макарони́зм (итал. macaronismo, от блюда макароны, воспринимавшегося как грубая крестьянская пища, ср. названия вроде «кухонная латынь») — смешение слов и словосочетаний различных языков в тексте. К «внутренним» макаронизмам относятся также сложные слова-гибриды, образованные из корней разных языков (например, автомобиль из греч. αὐτο- и лат. mobilis).



Мансёнг — скальдический жанр, находящий формальное выражение в драпе или отдельной висе, с доминирующей прагматической (восходящей к магической) функцией и с содержанием, обусловленным выражением (или констатацией) скальдом его чувства к женщине.



Пастуре́ль (фр. pastourelle) — разновидность кансоны, повествовательная песня о встрече лирического героя (как правило, рыцаря) с пастушкой (pastoure) и его заигрываниях, часто прерываемых агрессивным вмешательством друга пастушки.



Пеан или пэан (др.-греч. παιήων, παιάν, παιών) — хоровая песнь древнегреческой лирики, жанр древнегреческой поэзии, гимн богам. Точная этимология слова «пеан» неизвестна, но весьма вероятна его связь с кругом представлений об искусстве врачевания.



Поэ́ма — (греч. póiema), крупное стихотворное произведение с повествовательным или лирическим сюжетом. 

Существует много жанровых разновидностей поэмы: героическая, дидактическая, сатирическая, бурлескная, в том числе ирои-комическая, поэма с романтическим сюжетом, лирико-драматическая. 



Причитания — жанр обрядового фольклора, характерный для многих мировых культур. Причитания являются одним из древнейших видов народной поэзии, они существовали еще в Древней Греции. Как правило, причитания имеют особую плачевую мелодику, в них выражается горе исполнительницы по поводу какого-то конкретного события (смерти близкого человека, войны, стихийного бедствия и т. д.). В большинстве культур причитания исполнялись только женщинами, хотя у некоторых народов (курды, сербы) существовали специфические мужские плачи.



Роман в стихах — специфический литературный жанр, представляющий собой сплав тематики и фабулы прозаического романа и поэтической формы. По форме и внешним признакам достаточно мало отличается от поэмы, поэтому в некоторых случаях их дифференциация представляет собой определённую сложность. Наиболее известный пример — роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин».



Рубаи́ (во множественном числе «рубайат»), (другие названия: дубайти, таране) — четверостишие; форма лирической поэзии, широко распространённая на Ближнем и Среднем Востоке (наравне с газелью и касыдой). Прародителем служило устное народное творчество иранцев. В письменном виде рубаи существует с IX-X вв. По содержанию — лирика с философскими размышлениями. Стихотворения состоят из четырех строк (двух бейтов), рифмующихся как ааба, реже — aaaa, то есть рифмуются первая, вторая и четвёртая (иногда и все четыре) строчки. Рубаи строятся в метре аруза.



Наиболее известные авторы рубаи — Омар Хайям, Мехсети Гянджеви, Абу Абдаллах Рудаки и Захириддин Бабур.



Рыцарская поэзия — одним из самых ярких выражений миросозерцания, выработанного рыцарством и сменившего собой более суровый и грубый дух собственно феодального периода, является поэзия провансальских трубадуров , перешедшая затем в соседние страны.



Садистские стишки — жанр современного русского юмористического фольклора. Стишки представляют собой четверостишия с попарно рифмующимися строчками (реже двустишия), чаще всего в дактиле, в которых рассказывается о гибели или получении увечий главным персонажем, причём обычно в результате некоего техногенного воздействия.

Бо́льшая часть садистских стишков представляют собой пародии на правила техники безопасности и иллюстрацию трагических последствий вопиющего нарушения этих правил. 



Сиджо́, сичжо́ — жанр корейской лирической поэзии, изначально называемый таньга (дословно «короткая песня»). Сиджо родственно японскому стилю хокку. Каждая строка стихотворения сиджо содержит 14-16 иероглифов (или слогов хангыля), всего 44-46 в трёх строчках. В середине каждой строчки делается пауза, поэтому при переводе на другие языки часто используется шесть строчек, а не три. Наиболее известный автор сиджо — Юн Сон До.



Сирве́нта, сирвенте́с — один из важнейших жанров поэзии трубадуров XII—XIII вв. Формой напоминала любовную кансону, но отличалась поднимаемыми в ней темами. Главными в сирвенте являлись вопросы общественно-политические, религии, морали, личные выпады поэта против его врагов («персональные» сирвенты). Существовало несколько разновидностей персональной сирвенты: литературно-пародийные (высмеивание собратьев-трубадуров), похвальба — шутливая песня, в которой трубадур часто иронически перечисляет свои достоинства, плач — во славу достоинств оплакиваемого лица: покровителя, трубадура, Дамы. Морализаторские сирвенты впервые встречаются у Маркабрюна. Сирвенты на политические темы с призывами к войне или, наоборот, к миру, порицанием врагов — были одним из самых распространённых видов жанра. Знаменитым мастером политической сирвенты является Бертран де Борн. 



Стансы (фр. stance от итал. Stanza — помещение, комната, остановка) — стихотворение, состоящее из композиционно законченных строф и обособленных друг от друга. Это выражается в запрещении смысловых переносов из одной строфы в другую и в обязательности самостоятельных рифм, не повторяющихся в других строфах.



Хвалебная песнь — основной жанр скальдической поэзии. К хвалебной песни относятся драпа и флокк.



Эле́гия (греч. ελεγεια) — жанр лирической поэзии; в ранней античной поэзии — стихотворение, написанное элегическим дистихом, независимо от содержания; позднее (Каллимах, Овидий) — стихотворение с характером задумчивой грусти. В новоевропейской поэзии элегия сохраняет устойчивые черты: интимность, мотивы разочарования, несчастливой любви, одиночества, бренности земного бытия, определяет риторичность в изображении эмоций; классический жанр сентиментализма и романтизма («Признание» Евгения Баратынского).



Эпигра́мма (др.-греч. ἐπίγραμμα «надпись») — небольшое сатирическое стихотворение, высмеивающее какое-либо лицо или общественное явление. 

ю пользовались эпиграммы актёра Валентина Гафта.













Литература: 







Анализ стихотворения. Учебно-методическое пособие. Москва.Издательство "Экзамен", 2005г.



Гаспаров М. Современный русский стих. Метрика и ритмика. - М.: Наука, 1974. 



Жирмунский В.М. Теория стиха. - Л.: Наука, 1975. 



Квятковский И.А. Поэтический словарь. - М., 1966. 



Литературный энциклопедический словарь. - М., 1987. 



Литературоведение: Справочные материалы. - М., 1988. 



Лотман Ю.М. Анализ поэтического текста. - Л.: Просвещение, 1972. 



Поэтический строй русской лирики. Сб. - Л.: Наука, 1973. 



Скрипов Г.С. О русском стихосложении. Пособие для учащихся. - М.: Просвещение, 1979. 



Словарь литературоведческих терминов. - М., 1974. 



Францова Н.В., Т.В.Доронина, Н.С.Генералова. Литература. Анализ эпизода.



Энциклопедический словарь юного литературоведа. - М., 1987.