Понятие культорология

Многочисленность определений свидетельствует о том, что культура сложное явление, и каждое определение подчеркивает какую-либо сторону культуры.

          В истории человечества, культура возникает в тот момент, когда человек утрачивает инстинктивную программу поведения. Чтобы выжить, он должен был создать новую, уже не природную среду обитания, новую экологическую нишу - культуру. Культура, в этом случае, выступает как механизм адаптации человека к миру. С этого момента, культура, противостоит природе как искусственное создание человека. К выработке такого механизма оказалась способной лишь та ветвь наших предков, которая смогла развить сознание - разум. Между деятельностью человека и культурой существует органическая связь. Человеческая деятельность преобразует окружающий мир, создает культуру. Вступая в жизнь, человек должен овладеть тем уровнем деятельности, который достигнут обществом. А это и есть овладение культурой. Отдельный человек в своем индивидуальном развитии в свернутом виде проходит все ступени развития культуры, которое раньше прошло все человечество. Культура стала механизмом социальной наследственности, поскольку социальный опыт не передается биологическим путем. 

         Она есть социальная память. Культура как мир человека. Духовность и интеллигентность.

Овладение культурой означает для человека возвышение его индивидуальной деятельности до всеобщих норм общества. Достигнутый обществом уровень культуры выступает как образец деятельности и поведения. Поэтому культура производит и самого человека. Он не только субъект, но и объект культуры. Но личностная форма культуры никогда не была и не может быть простым слепком с ее общих форм. Личность проявляет свою индивидуальность в освоении и развитии культуры.

            Еще в 1964 г. американские исследователи А.Кребер и К.Клакхон собрали 257 определений культуры и еще более 100 попыток определить это понятие описательно. С тех пор эти цифры только росли. Недостатка в определениях нет и в отечественной философии культуры. Уже это ярко свидетельствует о том, сколь сложен данный феномен. 

          Мир человека - это мир культуры. В своем первоначальном значении ("возделанное") культура противостоит "натуре" - природному, "дикому" и означает все то, что отличает человека от природы, отличает искусственный мир от естественного. Это мир, от начала и до конца создаваемый самим человеком. В этом смысле он противостоит и миру природному, и миру божественному, существующим помимо человека. В этом же предельно широком смысле культура включает в себя все накопленные людьми материальные и духовные ценности и способы их приумножения. 

Итак,  можно утверждать, что культура - это освоенный и овеществленный опыт человеческой жизнедеятельности. Опыт же представляет собой закрепленное единство знаний и умений, переросшее в модель действий при любой ситуации; программу, принятую в качестве образца при решении всевозможных возникающих задач. Иными словами, если переступить через известное благоговение, которое с эпохи Просвещения внушает европейцам этот термин, культуру можно рассматривать как определенный набор стереотипов, определяющий и тем самым ограничивающий человеку возможность действовать в любых условиях. 

         Культурная антропология (иногда социальная или социально-культурная антропология) — наука о культуре как совокупности материальных объектов, идей, ценностей, представлений и моделей поведения во всех формах ее проявления и на всех исторических этапах ее развития. В упрощённом понимании культурная антропология занимается изучением поведения человека и результатов его деятельности.  Как самостоятельная дисциплина сформировалась в конце XIX века в основном в США.

        Так ряд исследователей считают, что этнология и культурная антропология понятия синонимичные. Другие же полагают, что понятие культурная антропология шире понятия этнология и включает в себя последнее. По их мнению, культурная антропология выступает как обобщенное знание об основных институтах человеческой культуры, в то время как этнология представляет собой сравнительный анализ культур. 

         Социальная антропология — межпредметная научная дисциплина, изучающая человека и человеческое общество, закономерности их развития и культурное многообразие.

       Первоначально социальная антропология исследовала представления о человеке как общественном существе, сложившихся в так называемых «примитивных» обществах.

        К основоположникам социальной антропологии относят Э. Дюркгейма и Марселя Мосса, очерк последнего «О даре» считается классической работой в области социальной антропологии. Данных исследователей относят к разряду «антропологи в креслах», так как они использовали для анализа чужие наблюдения.

Большой вклад в развитие социальной антропологии внес известный представитель структурализма Клод Леви-Стросс.

      Становление социальной антропологии как научной дисциплины в первую очередь связано с именами антропологов А. Рэдклиффа-Брауна и Бронислава Малиновского.

        Вопрос о предмете культурной (социальной) антропологии начал активно обсуждаться в отечественной научной литературе с начала 90-х гг. Это стимулировалось прежде всего появлением специальности «Социальная антропология» в отечественной системе высшего образования и открытием антропологических кафедр и отделений в ряде российских вузов. Первая такая кафедра возникла в стенах факультета социологии Санкт-Петербургского государственного университета. 

         Объект изучения социальной (культурной) антропологии— общество. Однако очевидно, что общество является объектом исследования многих наук: социологии, демографии, социальной философии, исторической науки, экономической науки, социальная психология и многих других. Каждая из них имеет собственный ракурс рассмотрения социума — конкретный аспект, сферу жизни и деятельности индивидов, групп и человеческих сообществ в их развитии и взаимодействии друг с другом. Из наук, изучающих общество, наиболее близкой социальной антропологии безусловно является социология, хотя, конечно, это разные дисциплины. В целом социология и социальная (культурная) антропология являются отраслями единого знания об обществе (подобно тому, как, скажем, ботаника и зоология являются взаимосвязанными частями единой науки — биологии.

         Антропологи всегда работают в «других» обществах, в чужих для себя культурах. Они не являются членами этих обществ и культур.

          Специфика социальной антропологии, выделяющая ее из других социальных наук и обусловливающая ее место в системе научного знания об обществе, заключается в том, что в ее основе лежат три основных предметообразующих и исследовательских принципа, которые условно можно было бы назвать следующим образом: принцип «инаковости» («изучения иного»), принцип «целостности» («целостного подхода в анализе») и принцип «включенного наблюдения».

Первый — принцип «инаковости», или «изучения иного» — означает, что антрополог работает в «иных», «чужих» для себя обществах и культурах. Но антропология не только концентрируется на исследовании «иного». Она демонстрирует объект своего изучения как нечто целостное, то есть как систему, все элементы которой находятся в тесном, неразрывном единстве друг с другом. 

          Здесь мы имеем дело со вторым принципом социальной антропологии — принципом «целостности», целостного подхода к анализу социальной и культурной действительности. Для исследователя это означает, что какое бы явление реальности ни было избрано в качестве объекта изучения, оно всегда должно быть показано в совокупности всех его сторон, связей и взаимодействий, ибо без этого невозможно добиться его понимания, осмысления и адекватной интерпретации. Например, молодежную субкультуру невозможно понять без максимально полного анализа используемых ее членами символики и сленга. 

          Раскрытие их явного или тайного смысла и складывается общая целостная картина объекта исследования. Эту мысль хорошо выразил один из крупнейших историков современности Ф. Бродель: «Из маленьких происшествий, из путевых заметок вырисовывается общество. И никогда не бывает безразлично, каким образом на разных его уровнях едят, одеваются обставляют жилище. Эти «мимолетности» к тому же фиксируют от общества к обществу контрасты и несходства вовсе не поверхностные» . 

         В этой связи становится очевидной необходимость и третьего — исследовательского — принципа рассматриваемой нами дисциплины — «включенного наблюдения»: чтобы получить возможность изучать и верно понимать повседневную жизнь людей, антрополог должен стать «одним из них», то есть он должен наблюдать и регистрировать поведение людей в естественных условиях. Поэтому метод включенного наблюдения является ключевым в антропологическом исследовании. 

           Таким образом, социальная (культурная) антропология не претендует — да и не может претендовать — на статус некой универсальной науки о человеке. В задачи социально-культурной антропологии отнюдь не входит философский анализ «сущности человека», поскольку по своей сути и содержанию это прежде всего наука об обществе. 



           Философия культуры первоначально вызревала внутри грандиозных философских систем, которыми был богат XIX в. (особенно первая его половина), и не была видна “невооруженным” глазом.  Каждая часть реальности, понимаемой как реальность духовная, конструировалась путем выведения особенного из всеобщего. Формы особенного — право, мораль, религия, искусство, сама философия — ипостаси всеобщей субстанции. Духовный порядок восстанавливался за счет лишения личности автономии существования.

             Особый интерес для нас представляет исторический процесс формирования философского осмысления культуры в России. Он начался позже, чем на Западе — в начале XIX в., с полемики западников и славянофилов о путях развития отечественной культуры, но еще без ее философско-теоретического осмысления, которое принесла лишь в середине столетия книга Н. Данилевского “Россия и Европа”. Но это сочинение не было оценено современниками — не пришло еще в истории страны время культурологического взгляда на жизнь и развитие общества.   

        Лишь на пороге XX в. в широких слоях европейской интеллигенции, объединивших “великих антагонистов Шопенгауэра и Ницше”, “понятие жизни выдвинулось на центральное место, являясь исходной точкой всей действительности и всех оценок — метафизических, психологических, нравственных и художественных”.

      В начале XX в. вновь поднимается волна рационализма в исследованиях культуры (вскоре она быстро пошла на спад, но оставила след почти во всех направлениях культурологии). 

        Один из вариантов рационализма был представлен марксизмом, превратившимся к этому времени в мощное идеологическое движение, другой — философией М. Вебера (лидера умонастроений либеральной буржуазии).    

        Философия культуры первой четверти XX в. формировалась в чрезвычайно специфических условиях “российского бытия”, в ситуации исторической сверхуплотненности событий, ведь это период трех революций, первой мировой и гражданской войн и последовавшей за ними радикальной переорганизации социальной и духовной жизни. В это время пришли в действие созревавшие всю вторую половину XIX в. не духовные силы, а философские, художественные, социальные идеи обрели свою определенность, достигли высочайшей выразительности. В этот период в России сложился целый спектр философских направлений, так или иначе занимавшихся исследованием культуры.

           В 20-е годы приобретает новое значение одна из важнейших для русской философии культуры начала века тема “личность и культура”.

           Коммунистическая идеология 30-50-х годов, выразившая утилитарно-упрощенный, приспособленный к нуждам тоталитарного государства вульгаризированный марксизм,  превратила отечественное поле философского исследования в бесплодную пустыню. Вполне естественно, что философия культуры оказалась в числе “буржуазных лжеучений”, о которых полагалось говорить два-три уничижительных слова или просто умалчивать. Достаточно сказать, что в сталинской интерпретации марксисткой философии отсутствует даже понятие “культура”. 

           Только в 60-е годы, в процессе освобождения страны от тяжкого наследия сталинизма, началась разработка философами проблем теории культуры — в статьях и книгах В. Библера, Е. Боголюбовой, В. Давыдовича, Н. Злобина, В. Келле, Л. Когана, Э. Маркаряна, В. Межуева, Э. Соколова.

          Едва ли не единственная книга 80-х годов, которая целиком посвящена философии культуры, — книга Н. 3. Чавчавадзе “Культура и ценности”. “...Под культурой, — писал Н. 3. Чавчавадзе, — мы понимаем мир воплощенных ценностей, преобразованную сообразно им природу человека и его среду — мир орудий и его материальной и духовной деятельности, социальных институтов и духовных достижений. Культура есть продукт труда в самом высоком и широком смысле этого слова — продукт творческий, преобразующей и самопреобразующей деятельности. 

                        В начале 90-х годов, преодолев традиционное неприятие “буржуазной философии культуры” и испробовав немало наименований, доказала свое право на существование и свою необходимость отечественная философская теория культуры. Началось чтение курса “философия культуры” на философских факультетах в университетах (Санкт-Петербургском, Киевском, Уральском, Московском).

                     Последние годы XX столетия ознаменовались бурным всплеском интереса к культурологии. Волна публикаций на темы культуры начала подниматься с середины 80-х гг. и продолжает нарастать до конца 90-х гг. Наряду с работами, посвященными исследованию отдельных культурных феноменов и систем, вопросов истории культуры, особенно отечественной, различных аспектов современной культурной ситуации в стране и мире, с начала 1990-х годов хлынул поток книг и статей, в которых так или иначе ставились общие проблемы культурологии, связанные с изучением культуры в ее целостности. Объектом пристального внимания стала не только сама культура, но и знание о культуре — ее специфика, статус, структура, соотношение с другими областями гуманитарного и социального знания и т. д.

          Состоялся ряд конференций и симпозиумов, посвященных обсуждению философско-теоретических проблем культуры. Появилось множество учебников и учебных пособий по культурологии. Культурология, которая до того даже не числилась в составе наук по ВАКовской классификации, быстро превратилась в одну из основных областей гуманитарной науки.

            Столь бурный взлет культурологической мысли в России объясняется, главным образом, двумя причинами.

          Первая носит общий характер и связана с социальными переменами в стране. Эти перемены не только глубоко затронули содержание культуры, но и привели к тому, что разговоры о культуре приобрели необыкновенную популярность.

             Вторая, более частная причина, являющаяся по существу следствием первой, но оказавшая более непосредственное и потому особо значимое воздействие на развитие культурологической мысли, заключалась в том, что культурология была введена (с 1992/93 уч. г.) в учебные программы всех вузов страны в качестве обязательной гуманитарной дисциплины. Собственно говоря, именно это обстоятельство и определило оформление в нашей стране культурологии как особой науки. Даже само слово “культурология” приобрело хождение в этой связи. 

            В настоящее время мы присутствуем, вероятно, при конце долгого методологического пути исследования культуры, начавшегося два века тому назад. У истоков этого пути стояла борьба за право культуры считаться достойной областью философии. Обращение к исследованию культуры диктовалось стремлением человека отстоять сферу свободного от сковывающей силы рассудка бытия. 





Литература:

Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию: Учебное пособие. М.: Изд-во МГИК, 1994; 

Культуральная антропология: Учебное пособие // Под ред. Ю.Н. Емельянова и Н.Г. Скворцова. СПб.: Изд-во СПбГУ, 1996; 

Воронкова Л.П. Культурная антропология как наука: Учебное пособие. М.: Диалог-МГУ, 1997; 

Ельмеев В.Я. О методах исследования социальной сущности человек // Проблемы теоретической социологии. Выпуск 3 / Под ред. А.О. Бороноева. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2000. С. 117.

Лосский Н.О. История русской философии: М., 1991. 

М.С.Коган, Ю.В.Перова. Философия культуры. Становление и развитие. СПб.: Издательство «Лань», 1998.