Пресса в США

Пресса в США 

Первые американские газеты

Английские колонисты в Америке, из-за небольшой плотности населения и жесткого правления узнали о существовании газет сравнительно поздно. 25 сентября 1690 в Бостоне вышел первый номер «Паблик оккеренсиз («Publick Occurrences, both Forreign and Domestick»). Первую заметку этой первой в Америке газеты следует признать удачной: «Обращенные в христианство индейцы в некоторых частях Плимута недавно назначили день благодарения Господа за Его Милости». Однако, если газета намеревалась выжить, прочие материалы, надо признать, были выбраны не столь удачно. «Паблик оккеренсиз» содержала нападки на индейцев, воевавших на стороне англичан против французов, и пересказ скабрезной сплетни о французском монархе. Эта журналистика отражала вкусы издателя Бенджамина Харриса, который выпускал в Англии газетенку сплетен и сенсаций, пока его не отправили за решетку, а после того, как он опубликовал провокационную заметку о якобы имевшем место католическом заговоре против Англии, вынудили эмигрировать в Америку. Власти Массачусетса тотчас выразили свое «высокое негодование и возмущение» по поводу «Паблик оккеренсиз», так что первый выпуск первой американской газеты оказался последним. Очередная газета появилась в колониях лишь спустя 14 лет. 

«Бостон ньюслеттер» («Boston News-Letter»), вторая американская газета, возникла из рукописного листка, распространявшегося городским почтмейстером Джоном Кэмпбеллом. Это было куда более невинное издание, чьи полосы заполняли сообщения о новостях британской и европейской политической жизни, почерпнутые из лондонских газет. Впервые вышедшее в 1704, оно просуществовало 72 года. Покинув почтмейстерский пост в 1719, Кэмпбелл не забросил газету. Сменивший его на этом посту Уильям Брукер начал издавать собственную газету «Бостон газетт» («Boston gazette») 21 декабря 1719. На следующий день увидела свет третья американская газета – филадельфийская «Америкен уикли меркюри» («American Weekly Mercury»). 

Эти издания, как правило, старались не задевать колониальные власти. Первой газетой, осмелившейся предоставить место политическим диссидентам, была бостонская «Нью-Ингленд курант» («New England Courant»), которую с 1721 издавал Джеймс Франклин. Это наиболее литературная и читабельная из ранних колониальных газет; с первого же номера она ринулась в гущу политических баталий. Весьма злободневной проблемой тогда была кампания прививок против оспы, которые впервые стали делаться в Бостоне. Коттон Мэзер, один из влиятельнейших граждан Бостона, поддержал идею всеобщих прививок, а Джеймс Франклин выступал против нее. Так что первой политической кампанией американской газеты стала борьба с вакцинацией. На следующий год «Курант» взялся критиковать колониальное правительство: газета осудила власти за неспособность защитить население от пиратов. Эта политическая кампания завершилась тюремным заключением Франклина. Позднее суд постановил, что «Джеймсу Франклину настрого... запрещается печатать или издавать „Нью-Ингленд курант“». Чтобы обойти этот приговор, Франклин назначил официальным издателем газеты своего помощника – младшего брата Бенджамина. В 1729 Бен воспользовался благоприятной ситуацией и взял в свои руки выпуск «Пенсильвания газетт» («Pennsylvania Gazette»). Быстро превратив ее в одно из лучших колониальных изданий, он таким образом начал блестящую карьеру писателя, журналиста, издателя, бизнесмена, почтмейстера, ученого и государственного деятеля. 

Колониальная пресса

В 1727 в Аннаполисе стала выходить «Мериленд газетт» («Maryland Gazette»), в 1736 в Уильямсбурге появилась «Виргиния газетт» («Virginia Gazette»). Как отмечает историк американской журналистики Фрэнк Лютер Мотт, к 1765 лишь две колонии, Делавэр и Нью-Джерси, не имели своих еженедельных газет. В Бостоне их выходило целых четыре, в Нью-Йорке – три, в Филадельфии – тоже три, причем две на английском и одна на немецком языке. По две газеты выходило в Коннектикуте, Род-Айленде, в обеих Каролинах. Эти первые газеты, как правило, имели всего по четыре полосы. Их страницы обыкновенно заполняли короткие сообщения, документы и очерки, большей частью взятые из британских и европейских газет. 

Первой нью-йоркской газетой была «Нью-Йорк газетт» («New York Gazette»), основанная в 1725 Уильямом Бредфордом. Но важной вехой в истории американской журналистики стала вторая газета – «Нью-Йорк уикли джорнэл» («New York Weekly Journal»), которую в 1733 начал печатать Джон Питер Зенгер. «Нью-Йорк газетт» была типичной колониальной газетой: она не создавала себе трудностей, целиком и полностью поддерживала курс губернатора колонии. Однако сам губернатор Уильям Косби был весьма противоречивой фигурой, от которого отшатнулись многие уважаемые граждане колонии. Им требовался орган, отражавший их взгляды, и Зенгер, молодой немецкий печатник, решил издавать такую газету. Зенгеровская «Уикли джорнэл» сразу же бросилась в атаку на колониальную администрацию. 17 ноября 1734 по указанию губернатора Зенгер был арестован по обвинению в распространении клеветнических слухов в подрывных целях (пока он находился в тюремной камере, выпуском газеты занималась его жена Анна). На судебном процессе, состоявшемся в августе 1735, адвокат Зенгера Эндрю Гамильтон обратился к присяжным с пламенным призывом защитить «дело свободы... разоблачать произвол властей и давать ему отпор... говоря и публикуя правду», и присяжные, несмотря на давление судьи, признали Зенгера невиновным. Эта тяжба ознаменовала важный шаг в борьбе за право газет публиковать критику правительства и имела серьезные практические последствия: британские власти не осмеливались подвергать репрессиям американских журналистов даже накануне революции, когда критика правительства резко усилилась. После процесса Зенгера англичане опасались, что им не удастся добиться в американском суде присяжных обвинительного приговора американскому журналисту. 

Газеты и американская революция

Основным ограничением свободы печати в Англии 18 – середины 19 вв. был гербовый сбор, из-за которого цена на газеты возросла настолько, что малообеспеченные слои населения не могли их покупать. Закон о гербовом сборе, принятый английским парламентом в 1765, должен был обложить тем же налогом и американские газеты. Но колонии не имели своих представителей в этом парламенте, и американские газеты восстали против нового налога. Они печатали письма и памфлеты с критикой закона – «фатального черного закона», как назвал его один редактор, они публиковали сообщения о митингах и шествиях против нового налога. Вице-губернатор Нью-Йорка Кэдуолладер Колден утверждал, что газеты прибегали «к любым измышлениям, на которые способна злоба, дабы добиться своей цели и побудить народ к неповиновению законам и бунту». 

Закон о гербовом сборе должен был вступить в силу 1 ноября 1765. По мере приближения этого рокового дня газеты стали выходить в виде надгробной плиты и заявляли о своей «кончине – в надежде на воскресение к новой жизни». Когда назначенный день прошел, а англичане не предприняли никаких действий, газеты вновь стали выходить, но без гербовой марки, и «Мэриленд газетт» назвала себя «Привидением покойной „Мэриленд газетт“, котороя не скончалась, но спит». Закон о гербовом сборе так и не вступил в действие и вскоре был отменен. Аналогичные протесты прокатились по колониальным газетам, когда в 1767 британский парламент одобрил законы Тауншенда, облагавшие пошлинами американский импорт стекла, свинца, краски, чая, и – что особенно важно для прессы – бумаги. Соглашения об эмбарго на английские товары, выполнение которых контролировалось главным образом через прессу, привели колонии к новой победе. В 1770 все пошлины, за исключением чайных, были отменены. 

Во время этих кампаний протеста американских колоний против англичан газеты стали выходить с изображениями расчлененных змей, символизирующих слабость разобщенных колоний, а также гробов, символизирующих жертвы бостонской бойни; в них публиковались списки «врагов своей страны», которые вопреки бойкоту продолжали импортировать английские товары; печатались воинственные очерки Джона Дикинсона, а в 1776 – памфлеты Томаса Пейна. Газеты именовали британских чиновников и их сторонников «ехиднами», «презренными изменниками», «сатанинскими сатрапами тиранов», «отъявленными негодяями». Тайный план «Бостонского чаепития» – акции протеста против решения английского парламента разрешить Ост-Индской компании беспошлинный ввоз чая в Америку – был разработан в 1773 в доме Бенджамина Эдеса, редактора «Бостон газетт». Среди других газет, лидировавших в борьбе против английских властей, были «Массачусетс спай» («Massachusetts Spy») Исайи Томаса и «Нью-Йорк джорнэл» («New York Journal») Джона Холта. Одно из таких мятежных изданий, «Провиденс газетт» («Providence Gazette»), в самую неспокойную пору издавали две дамы – Сара и Мэри-Кэтрин Годдард. 

Но отнюдь не все колониальные газеты поддерживали антибританские настроения «Сынов свободы». «Нью-Йорк газеттир» («New York Gazetteer») Джеймса Ривингтона, одно из лучших и самых популярных колониальных изданий того времени, давала высказаться представителям обоих лагерей в разгоравшемся конфликте – тори, американским сторонникам Англии, и «патриотам». Невзирая на декларируемую приверженность принципам свободной печати, «Сынов свободы» раздражала газета Ривингтона, и они ответили еще более открытыми нападками на тори. Группа членов общества «Сыны свободы» разгромил типографию Ривингтона, а после начала войны за независимость его самого арестовали и вынудили подписать заявление о лояльности Континентальному конгрессу. 

И все же большинство американских газет накануне революции являли собой пример того, чего не знала ни одна страна в мире: прессу, приверженную критике и даже низвержению существующего правительства. Такая позиция для газет в целом нетипична и чревата немалыми трудностями. Ведь, в отличие от брошюр и памфлетов, газеты должны выходить регулярно. Их издатели не могут скрываться от властей; будучи владельцами действующих предприятий, они, как правило, заинтересованы в общественной стабильности, а значит, и в поддержании стабильности власти. Все это делает газеты достаточно консервативной силой, которая скорее заинтересована в сплочении общества, нежели в выступлениях против властей. Одно из объяснений весьма нехарактерной роли газет в Америке накануне войны за независимость состоит в том, что газеты и впрямь объединяли и поддерживали общество – новое сообщество, формировавшееся внутри Британской империи, нацию американцев. Эти газеты были лояльны властям – новым властям на континенте, представленным «Сынами свободы». Многие историки сходятся во мнении, что Американская революция не имела бы успеха без поддержки колониальных газет. 

Партийная пресса

В неспокойную послереволюционную пору американские газеты продолжали оставаться ареной яростной критики – на сей раз не британских властей, а своих политических оппонентов. Обе возникшие партии – федералисты и республиканцы – имели свои газеты, и эти газеты не испытывали симпатий к представителям противоположного лагеря. Вот как восприняла отставку Джорджа Вашингтона в 1796 «Аврора» («The Aurora»), республиканская газета, которую издавал в Филадельфии Бенджамин Франклин Бах: «Человек, являющийся источником всех невзгод нашей страны сегодня низведен до уровня своих простых сограждан и более не располагает властью приумножать беды Соединенных Штатов». 

Хотя поначалу свобода печати оставалась вне рамок Конституции 1787, ее гарантировал Билль о правах. Тем не менее лидеры Федералистской партии, все более недовольные критикой со стороны республиканской печати и опасаясь войны с Францией, вскоре попытались заткнуть этим газетам глотки. В 1798 Конгресс принял, а президент Дж.Адамс подписал Закон о подстрекательстве – пожалуй, самую серьезную угрозу свободе печати в США. По этому закону, «любое лживое, скандальное и злонамеренное выступление в печати... против правительства Соединенных Штатов, Конгресса или президента» с целью «оскорбить или опорочить их» подлежало наказанию в виде штрафа или тюремного заключения. Среди прочих, ведущие редакторы-республиканцы Нью-Йорка, Новой Англии и Филадельфии (тот же Бах) были обвинены в нарушении Закона о подстрекательстве или в распространении клеветнических слухов в подрывных целях, – это обвинение было в свое время выдвинуто против Зенгера. По меньшей мере 15 человек было осуждено. 

В 1801 президентом страны был избран Т.Джефферсон, отчасти по причине общественного недовольства Законом о подстрекательстве, который вскоре был отменен. «Я по собственной доброй воле подверг себя великому эксперименту, – писал Джефферсон в 1807, – долженствующему доказать ложность утверждения, будто свобода печати несовместима с упорядоченным правлением». Безусловно, США в ряде случаев отказывались от приверженности «великому эксперименту» Джефферсона, в особенности, хотя и не исключительно, в военное время. Тем не менее эксперимент имел продолжение, и пресса США постепенно демонстрировала не только совместимость с поддержанием «упорядоченного правления», но и особый талант для его поддержания. 

Когда в 1801 Джефферсон занял пост президента, в стране насчитывалось около 200 газет. В 1786 печатный станок был перевезен через горы, и к западу от Аллеганского хребта начала выходить первая газета – «Питтсбург газетт» («Pittsburgh Gazette»). Первой ежедневной газетой в Америке стала «Пенсильвания ивнинг пост» («Pennsylvania Evening Post»), которую в 1783 начал издавать Бенджамин Таун. Она просуществовала всего 17 месяцев, но к 1801 в стране насчитывалось уже около 20 ежедневных газет, в том числе шесть в Филадельфии, пять в Нью-Йорке и три в Балтиморе. Ежедневные американские газеты имели важное преимущество: они снабжали купцов своевременной информацией о ценах, рынках и движении торговых судов. К 1820 в названиях более половины газет крупнейших городов фигурировали слова «адвертайзер» (рекламист), «коммершиал» (коммерческий) или «меркэнтайл» (торговый). Эти «торговые газеты» часто печатались на крупноформатных листах, или «простынях», и были довольно дороги – около 6 центов за экземпляр, т.е. недоступны для большинства городских ремесленников или механиков. 

Грошовая пресса

Утром 3 сентября 1833 на улицах Нью-Йорка появилась газета, напечатанная на осьмушке листа и заполненная новостями и полицейскими сводками. Новую газету издавал молодой печатник Бенджамин Дей, который продавал свою «Сан» («Sun») за один цент. Самой многотиражной американской газетой того времени была нью-йоркская «Курьер энд энкуайрер» («Courier and Enquirer»), торговая газета, которая ежедневно расходилась тиражом 4,4 тыс. экз. в городе с 218-тысячным населением. В 1830 самая, пожалуй, респектабельная газета в мире – лондонская «Таймс» («Times»), которую в 1785 основал Джон Уолтер – ежедневно выходила тиражом 10 тыс. экз. Тем не менее по прошествии двух лет Дей продавал ежедневно 15 тыс. экз. своей дешевенькой маленькой «Сан». 

Первый печатный цилиндр, изобретенный немцем Фридрихом Кёнигом и усовершенствованный в Англии Нейпиром, в 1825 был впервые применен в США. Его улучшенная модель, двухцилиндровый печатный станок, была построена в 1832 в Нью-Йорке Ричардом Хоу. Паровая машина впервые была использована в лондонской типографии «Таймс» в 1814. В 1835 Дей печатал в Нью-Йорке свою «Сан» также на паровой печатной машине. Новые станки позволили многократно увеличить тиражи. Старый гуттенбергов пресс мог печатать 125 экз. газет в час, а в 1851 типографские машины «Сан» печатали уже 18 тыс. экз. в час. 

Джеймс Гордон Беннет, одна из наиболее ярких фигур в истории журналистики, в 1835 основал собственную грошовую газетку «Геральд» («Herald»). За два года ее ежедневный тираж достиг 20 тыс. экз., правда и цена выросла до 2 центов. В Бостоне несколько грошовых газет прогорели, причем две из них начали выходить даже задолго до «Сан». Первой успешной газеткой в городе стала «Дейли таймс» («Daily Times»), выходившая с 1836. В Филадельфии с 1835 печаталась «Дейли транскрипт» («Daily Transcript»), с 1836 – «Паблик леджер» («Public Ledger»); в 1837 появилась балтиморская «Сан». Все эти газеты стоили один цент. 

Первой дешевой газетой во Франции была вышедшая в 1836 «Ла пресс» («La Presse») Эмиля де Жирандена. В первой половине 19 в. газеты стоимостью один-два пенни продавались и в Англии, однако между этими газетами и их американскими двойниками было одно важное различие: английским грошовым газетам – «бедняцкой прессе», как их называли – приходилось уходить от гербового сбора, который в 1815 составлял до 4 пенсов за экземпляр, поэтому все они издавались подпольно. Между 1830 и 1836 в Англии выходило более 560 немаркированных газет. Одна из них, «Тупенни диспетч» («Twopenny Dispatch») Генри Хетерингтона, в 1836 имела тираж 27 тыс. экз. Английские грошовые газеты, существовавшие нелегально, стояли на весьма радикальных политических позициях. «Политика есть благородное искусство разделения общества на два класса – рабов и грабителей», писала в 1834 другая газета Хетерингтона «Пур мэнз гардиан» («Poor Man's Guardian»). В 1855 гербовый сбор в Англии был отменен. 

Большинство грошовых газет Америки мало интересовалось политикой; тем не менее они сыграли свою роль в вовлечении городских рабочих и иммигрантов в политическую жизнь, став для них доступным источником информации. Лозунгом «Сан» был эгалитаристский девиз «Светит всем», и расцвет дешевой прессы был связан с распространением в США принципов джексоновской демократии. 

Другой стороной влияния дешевых изданий на газетную политику явились перемены в материальном положении издателей, вызванные увеличением массовых тиражей. Беннет, начавший свой «Геральд» с капиталом в 500 долл., быстро стал богачом. В 1849 «Сан» была продана за 250 тыс. долл. Газеты превратились в прибыльные предприятия. 

Репортеры

На раннем этапе существования газет редакторы просто сидели и дожидались новостей – ждали, когда почта доставит газеты из других городов или письма, ждали, что кто-то принесет в город какое-нибудь интересное сообщение, услышанное от случайного встречного в придорожной гостинице. «Вчера почты не было, – написал в 1805 редактор «Орлинз газетт» («Orleans Gazette»), – и мы ломаем голову над тем, какие бы факты, похожие на новости, поместить на страницах нашей газеты». Ожидание новостей было особенно долгим в Америке 18 – начала 19 вв., когда вести из Европы шли через Атлантику по два месяца, а затем недели две уходило на то, чтобы они преодолели болота и леса все еще дикого континента (битва при Новом Орлеане, к примеру, состоялась 8 января 1815 – через две недели после того, как в Бельгии был заключен мирный договор, положивший конец англо-американской войне). Подобное долгое ожидание постоянно сопровождалось чувством неуверенности: информационный вакуум заполняли разного рода слухи, первые сообщения нередко оказывались ложными, и их приходилось опровергать. 

Стремясь ускорить доставку новостей и добиться их достоверности, редакторы стали нанимать корреспондентов, которые могли бы посылать им сообщения в обмен на бесплатную подписку. «Мы ожидаем, что наши корреспонденты по всей стране будут знакомить нас, по возможности своевременно, с наиболее интересными происшествиями, событиями и фактами, достойными публичного внимания» – писал в 1729 Бенджамин Франклин в своей «Пенсильвания газетт». В 1792 коммерческая газета «Ллойдс лист» («Lloyd's List») в Лондоне уверяла читателей, что имеет 32 корреспондентов в 28 различных портах. 

В Америке Бенджамин Расселл, редактор «Массачусетс сентинел энд рипабликен джорнэл» («Massachusetts Centinel and Republican Journal»), в 1790 предпринял еще один шаг для улучшения сбора новостей. Репортеры стали узнавать новости от матросов с прибывших кораблей. А вскоре сотрудники газеты уже выходили встречать очередные рейсы и мчались к кораблям на весельных лодках. Один из первых примеров совместного сбора новостей дали крупные нью-йоркские газеты, совместно зафрахтовавшие лодку, которая дежурила в городской гавани и первой завладевала европейскими газетами и вестями. 

В Лондоне дело по сбору новостей было поставлено особенно хорошо. Крупный прорыв произошел в конце 18 в., когда газеты получили право посылать репортеров на парламентскую галерею. В те годы не разрешалось вести записи. Первым в отчетах о парламентских дебатах преуспел Уильям Вудфолл, редактор «Морнинг кроникл» («Morning Chronicle»), но вскоре Джеймс Перри, один из самых предприимчивых журналистов Англии, переплюнул Вудфолла, направляя команды репортеров для освещения парламентских дебатов. Наконец, в 1783 репортерам на галерее было позволено вести записи – вот когда стенография стала основным профессиональным навыком репортеров. Еще одно новшество принадлежало Джеймсу Перри, отправившемуся в Париж для получения из первых рук известий о ходе Французской революции. В 1807 лондонская «Таймс» откомандировала Генри Робинсона для освещения наполеоновских войн. 

В США в первые десятилетия 19 в. репортерам во главе с Джеймсом Гордоном Беннетом пришлось приложить немало усилий, чтобы завоевать право освещать судебные процессы. Репортажи из полицейских судов стали козырем первых грошовых газет. В 1836 Беннету удалось на короткий срок утроить тираж своего «Геральда» – он лично отправился на место убийства молоденькой проститутки и провел самостоятельное расследование преступления. По мере роста тиражей дешевых газет редакторы получили возможность нанимать новых репортеров. В 1840-е годы «Геральд» отправил одного человека освещать события мексиканской войны, а в 1860-е годы уже 63 репортера писали о боях гражданской войны. 

Однако самым радикальным нововведением, позволившим повысить оперативность, широту охвата и достоверность газетных сообщений, стало изобретение Сэмюэла Морзе – телеграф. Газеты стали основными клиентами телеграфных компаний, а высокая цена телеграфных сообщений привела к созданию телеграфных агентств новостей вроде «Ассошиэйтед пресс» («Associated Press»), которое возникло в 1848 как кооперативное предприятие нью-йоркских газет. В том же году беннетовский «Геральд» мог уже похвастать тем, что в одном его номере публикуются «десять колонок важнейших новостей, полученных по электрическому телеграфу». Впервые в истории телеграф позволил газетам использовать известия о событиях, которые произошли накануне в городах, расположенных в сотнях, а потом и в тысячах миль от типографии. После прокладки в 1866 трансатлантического кабеля американские газеты получили возможность печатать новости из Европы с такой же оперативностью. 

Мастерство газетного репортажа достигло зрелости в период американской Гражданской войны. Чтобы дать глубокий и подробный анализ политических конфликтов и баталий, репортерам приходилось превозмогать суровые тяготы, а подчас и цензурные гонения со стороны властей; тех из них, кто проникал в неприятельский тыл, могло ожидать тюремное заключение по обвинению в шпионаже. Среди военных репортеров выделялись Алберт Ричардсон из «Нью-Йорк трибюн» («New York Tribune»), Генри Виллард из «Нью-Йорк геральд» («New York Herald») и два южанина – Феликс Грегори де Фонтейн из «Шарлотт курьер» («Charlotte Courier») и Питер Александер из «Саванна репабликэн» («Savannah Republican»). 

Это был период колоссального газетного бума. В 1860 в США выходило 3 тыс. газет, в 1870 – 4,5 тыс., в 1880 – 7 тыс.!