«Настоящий русский дом» в Москве

«Настоящий русский дом» в Москве 

Ю. Р. Савельев, кандидат архитектуры

В начале 1895 года в Москве проходил съезд русских зодчих, которые изъявили желание осмотреть лучшие из новых архитектурных произведений первопрестольной. Среди самых заметных построек последних лет выделялся дом князей Юсуповых в Большом Харитоньевском переулке, отреставрированный академиком Николаем Владимировичем Султановым в 1892-1895 годах. Наибольший интерес вызвали интерьеры здания, выдержанные по желанию владельцев в московском стиле XVII столетия. Автор проекта писал: «Я показал (...) при электрическом освещении дом Юсупова. Эффект - полнейший. 5 февраля. (...) Вечером показывал съезду дом Юсуповых: было человек 100. Очень всем нравится, называют «волшебным». 6 февраля. (...) Показывал дом Юсупова. Было человек 100. 9 февраля. Был на закрытии съезда. (...) Мне много аплодировали за юсуповский дом»1.

Наряду с коллегами по архитектурному цеху, от увиденного в доме Юсуповых остался в восторге и президент Академии художеств, Великий князь Владимир Александрович. Кроме того, «иностранные принцы, присутствовавшие там, говорили, что никогда не видали ничего подобного»2. Сам Султанов, отнюдь не склонный переоценивать свои работы, тем не менее писал в декабре 1894 года о доме Юсуповых: «Когда отвыкаешь от него, он действительно поражает»3.

Эту городскую усадьбу пожаловал князю Г. А. Юсупову император Петр II в 1727 году. В 1891 году ее владельцы - княгиня З. Н. Юсупова и князь Ф. Ф. Юсупов - задумали реставрацию фасадов и создание новых интерьеров парадных помещений второго этажа, расположенных в восточной части ансамбля: большой палаты, кабинета князя, столовой и приемной. Как уже говорилось, интерьеры должны были быть выдержаны в стиле XVII - начала XVIII столетия - программном стиле царствования Александра III. Лучшим знатоком этого стиля считался Н. В. Султанов. Император, к сожалению, умер до окончания работ. Хозяева и зодчий «очень горевали, что (...) истинно «русский» царь не видел единственного «настоящего русского» дома в Москве!»4

24 сентября 1891 года Н. В. Султанов записал в дневнике: «Около 2-х ездил осматривать дом Юсуповых. С 5 до 3-х ночи ездил в Архангельское и потом в Ильинское. Князь и княгиня Юсуповы были очень милы; буду у них отделывать «русскую палату»5.

При разработке он Султанов опирался на архивные и иконографические источники, широко пользовался историческими аналогиями - описаниями и чертежами, стремясь не только к воссозданию в интерьерах образа воплощаемой эпохи, но и к научному обоснованию исторической достоверности каждого художественного решения. Наконец 6 мая 1892 года Султанов «кончил юсуповский проект и отослал перечерчивать в Москву»6.

По желанию заказчиков, главным должен был стать дворовый фасад дома, и Султанов запроектировал здесь парадные «сени» (вестибюль) с двухмаршевой лестницей. Их свод был расписан разноцветным «травным» орнаментом крупного рисунка по серебряному полю. На темно-красных стенах - большие зеркала с широкими позолоченными рамами. Два чучела огромных медведей держали сучковатые деревья, служившие вешалками. На второй этаж вела каменная лестница, украшенная фигурами раскрывших пасти львов с родового юсуповского герба. Изображения льва, оленя и орла из того же герба были вплетены в позолоченную растительную роспись стен.



Поднявшись на второй этаж, гости попадали в приемную, сохранившую редкую «китайскую» стилистику и по ней названную «Китайской». Здесь находился фарфор из княжеской коллекции, произведения лаковой живописи и две подлинные шелковые китайские завесы с златоткаными драконами - пятипалыми, что в Китае считалось атрибутом лишь императорского обихода и свидетельствовало о происхождении тканей из дворца императоров Поднебесной.

Далее следовала «Проходная» - древние сени первоначального входа на второй жилой этаж. Она была расписана травным орнаментом по зеленому полю и обогатилась двумя порталами с повышенной декоративной орнаментикой.

«Китайская» и «Проходная» служили преддверием самого большого помещения дома - Столовой палаты, предназначенной для приемов и празднеств. Квадратная в плане и перекрытая высоким сомкнутым сводом, она освещалась высокими окнами. Свод расписали белым с позолотой травным орнаментом крупного рисунка по малиновому фону с круглыми медальонами: в верхних - знаки зодиака, в нижних - древнерусские мифологические персонажи: сирин, индрик (единорог), полкан (кентавр), неясыть (пеликан), павлин и другие. Четыре люстры древнерусской формы висели на металлических позолоченных связях, а пятая, центральная, держалась на цепи, спускавшейся из центра свода. Простенки закрывали зеркала со свинцовыми переплетами, задергивавшиеся завесами из тяжелой материи. Интерьер дополняла мебель, горки для серебряной посуды и высокая печь, облицованная подлинными изразцами XVII столетия. По древней традиции стены были покрыты темно-пунцовым бархатом. Порталы, ведущие из зала во внутренние покои, фланкировали колонны, богато декорированные сложной «барочной» орнаментикой. Зал украшали портреты императора Петра II, его деда Петра I, двоюродного деда - царя Федора Алексеевича и прадеда - царя Алексея Михайловича.

Кабинет князя Ф. Ф. Юсупова находился в глубине анфилады, выходящей окнами в сад и на Большой Харитоньевский переулок. На его своде раскинулось «звездотечное небесное движение, двенадцать месяцев и беги небесные», то есть астрономическая карта неба. Н. В. Султанов знал о существовании подобных росписей в столовой палате царя Алексея Михайловича и царевны Софьи Алексеевны, царевен Татьяны Михайловны и Марьи Алексеевны, в загородных дворцах Коломенского и Алексеевского, в палатах князя Василия Голицына. «10 мая [1892 года]. Санкт-Петербург. С первым поездом выехал в Пулково. Разыскал там в библиотеке карту звездного неба XVII века (для дома Юсуповых). (...) 19 мая. Достал в Публичой библиотеке «Астрономию XVII века» с картой звездного неба для дома Юсуповых. (...) 2 января [1893 года] делал чертежи для юсуповского дома (карту полушария XVII века), а затем приготовил их к отправке с письмом [К. Е.] Морозову. (...) 4 января (...) был в Публичной библиотеке, (...) переводил латинские надписи к карте звездного неба XVII века для юсуповского плафона. (...) 5 января (...) в Публичной библиотеке [работал] над рукописью XVII века (космография)»7.

Н. В. Султанов обнаружил не только первоклассные графические источники, но и редкое письменное свидетельство XVII века - описание столовой палаты дворца царя Алексея Михайловича, оставленное секретарем папского посольства Лизеком: «на потолке изображены небесные светила ночи, блуждающие кометы и неподвижные звезды, с астрономическою точностью. Каждое тело имело свою сферу с надлежащим уклонением от эклиптики; расстояние двенадцати знаков небесных так точно размерено, что даже пути планет были обозначены золотыми тропиками и такими же колюрами равноденствия, и повороты солнца к весне и осени, зиме и лету»8. Кабинет отапливался печами, облицованными опять же подлинными изразцами XVII века. Разнообразная по назначению мебель, орнаментальная роспись, старинные люстры и настенники, серебряная посуда, ковры и старинная утварь из коллекции владельцев дополняли убранство.

Большой художественный интерес представляла столовая - удлиненное сводчатое помещение с высокими изразцовыми печами. Декоративный мотив орнаментации стен следовал традиции больших древнерусских восковых свечей - «вощаниц». В орнамент вплетались клейма с изображениями фрагментов княжеского герба владельцев дома. По периметру шла посвятительная надпись древнерусским шрифтом о пожаловании палат Юсуповым Петром II и их «возобновлении» в 1893 году. Обеденный стол окружали изящные стулья, обитые парчой. Стилистика мебели, светильников, оконных переплетов, посуды и даже столовых приборов вполне соответствовала общему художественному замыслу.

В гостиной З. Н. Юсуповой («Гербовой») и «Портретной» решено было изменить расцветку стен, установить изразцовые печи, повесить новые светильники и заказать новую мебель. Стены покрыли «серебряным орнаментом с разноцветной прозрачной растушевкой» на светло-зеленом фоне. Название «Гербовой» гостиная получила из-за имеющихся здесь фрагментов родового княжеского герба в позолоченных и посеребренных медальонах. В интерьере находились венецианская хрустальная люстра и подлинная печь из Поволжья с редкими изразцами лимонного цвета. В обивке мебели использовался бархат, дорогие шелковые материи, тканые по древним образцам, и позолоченная кожа.

Что касается «Портретной», она располагалась между гостиной З. Н. Юсуповой и кабинетом Ф. Ф. Юсупова и хранила двенадцать портретов выдающихся предков хозяев, начиная с их легендарного родоначальника. Позолоченный фон картин и лепного орнамента гармонировал с малиновым цветом свода и таким же малиновым цветом шелка, покрывавшего стены. Мебель также была обита малиновым бархатом с золотым шитьем. Разнообразие цветовой гамме интерьера придавали желтые и синие печные изразцы с прихотливыми рисунками.

Строительные и отделочные работы первого этапа завершились в мае 1893 года, и 12 мая дом был освящен. «Я забыла тебе сказать, - сообщала З. Н. Юсупова младшему сыну Феликсу, - что Н. В. Султанов поднес мне хлеб-соль на чудном блюде, в середине которого находится - отгадай-ка что? Твой портрет! Вот хороший сюрприз, не правда ли?»9. 17 мая состоялось новоселье, о котором Султанов писал: «Был на «большом» новоселье у Юсуповых; у них обедали великие князья Сергей и Павел Александровичи, Елизавета Федоровна, свита, Истомин, Жуковский, гр[аф] Белевский и я. Дом произвел фурор: Великий князь и Великая княгиня пили «за зодчего». Мое торжество было полное»10.

Через месяц начался второй этап: предстояло построить домовую церковь и Соколиную комнату. Церковь в честь святителя Николая чудотворца и мученицы Татианы располагалась на третьем этаже. Султанов выполнил для нее эскизы росписи и внутренней отделки, проект иконостаса, рисунки церковной утвари, мебели и священнических облачений. Источником послужили интерьеры храмов в Новодевичьем и Донском монастырях. «22 июля [1893 года]. (...) Ездил осматривать Новодевичий монастырь для юсуповской церкви. (...) 2 сентября. Ездил с [К. Е.] Морозовым в Донской монастырь разыскивать стенопись XVII века для юсуповской церкви»11. В сентябре 1894 года происходила установка иконостаса. Чин освящения совершил священник церкви святого благоверного князя Александра Невского и преподобного Сергия Радонежского генерал-губернаторского дома Константин Зверев.

В 1894-1895 годах Н. В. Султанов создал Соколиную комнату. По преданию, первый этаж дома Юсуповых представлял собой загородный охотничий дворец Ивана Грозного, куда тот приезжал позабавиться соколиной потехой. Боковые поверхности сомкнутого свода были расписаны мастерами К. Е. Морозова по эскизам Н. В. Султанова. На северном лотке со стороны двора изображалась сцена «Отъезд царя на охоту», на противоположном - «Поднесение царю красной соколиной перчатки», на западном - «Сцена охоты», на восточном - «Пир после охоты и представление царю убитой дичи». Об авторстве Н. В. Султанова свидетельствуют его собственные дневниковые записи. «23 сентября [1894 года]. (...) Сделал эскизы трех сторон Соколиной комнаты. (...) 1 октября. (...) Скопировал сцену отъезда царя на «охоту» для одного из лотков сомкнутого свода Соколиной комнаты. Проработал до часу ночи: очень много приходится «шарить» по источникам. (...) 31 октября. (...) Ходил с княгиней в Соколиную комнату и в церковь и все решили. (...) 3 ноября. (...) Решил окончательно роспись стен «Соколиной» комнаты. (...) 3 января [1895 года]. (...) Дал Морозову дальнейшие указания о расписании Соколиной комнаты»12. Султанов же сделал проектные рисунки мебели, ажурных позолоченных металлических решеток и рамы для портрета Ивана Грозного, в орнамент которой была вплетена молитвенная надпись с Царского места в кремлевском Успенском соборе. «[Юсуповым] Соколиная комната понравилась», - отмечал архитектор13.

Убранство дома дополняла изысканная мебель, изготовленная опять же по рисункам Н. В. Султанова в Европе, преимущественно в Венеции. Металлический накладной орнамент обитых бархатом дверей выполнялся по образцу из храма Покрова Пресвятой Богородицы в Медведкове. Помещения украшали как подлинные люстры конца XVII века, так и созданные Султановым в их стиле новые, а также настенники, поставцы, настольные подсвечники с фарфоровыми свечами красного и зеленого цветов. Много было здесь подлинных предметов конца XVII века - печи, люстры, паникадила, материи, которыми славился московский антикварный рынок. Известно, что Султанов часто наведывался к знакомым антикварам, ценил старинные вещи и хорошо разбирался в их художественных достоинствах.

В 1893-1899 годах по проекту Н. В. Султанова на месте старых деревянных построек были возведены два полукруглых одноэтажных флигеля, выдержанные в стиле главного дома и составившие с ним единый архитектурный ансамбль. Правый предназначался для служащих, левый - для хозяйственных служб: «конюшни, сараев, прачечной, ледника и электрической машины». В центре двора устаивался круглый газон, вокруг которого могли циркулировать машины и экипажи. Для въезда с Трехсвятительского переулка сооружались новые ворота, а с внешней стороны дома разбивался сад. В 1896-1897 годах по Большому Харитоньевскому переулку установили изящную металлическую ограду в стилистике XVII столетия.

Ансамбль дома Юсуповых в Большом Харитоньевском переулке является одним из наиболее ценных объектов культурного наследия столицы. Его история уходит корнями в далекое прошлое - в эпоху Ивана Грозного. Наша главная задача состоит в том, чтобы восстановить и сохранить для будущих поколений этот выдающийся памятник архитектуры и истории.

Список литературы

1. ОР РНБ. Ф. 757, оп. 1, д. 6. Дневник за 1895 г.

2. Князь Феликс Юсупов. Перед изгнанием. 1887-1919. М., 1993. С. 33.

3. ОР РНБ. Ф. 757, оп. 1,. д. 5. Дневник за 1894 г.

4. Там же. Д. 5. Дневник за 1894 г. 31 октября.

5. Там же. Д. 2. Дневник за 1891 г.

6. Там же. Д. 3. Дневник за 1892 г.; Султанов Н. В. Реставрация дома князей Юсуповых // Зодчий. 1893. № 5. С. 35-36.

7. ОР РНБ. Ф. 757, оп. 1, д. 3. Дневник за 1892 г.; д. 4. Дневник за 1893 г. 

8. Архив ИИМК РАН. Ф. 16, оп. 1, д. 32, л. 69-70. 

9. Из семейной переписки Юсуповых // Река времен. Т. 2. М., 1995. С. 103. Письмо от 15 мая 1893 г.

10. ОР РНБ. Ф. 757, оп. 1, д. 4. Дневник за 1893 г. В дневниках Н. В. Султанова упоминаются подрядчики, которые выполняли его заказы: М. Ф. Харламов (изразцовое и керамическое производство), П. И. Чумаков (бронзолитейное дело), К. Е. Морозов (стенопись), Шмидт и Казаков (мебель), Сапожников (материи) и другие.

11. Там же. Д. 4. Дневник за 1893 г. Хоругви для церкви вышивались монахинями Иоанно-Предтеченского монастыря.

12. Там же. Д. 5. Дневник за 1894 г., д. 6. Дневник за 1895 г.

13. Там же. Д. 5. Дневник за 1894 г. 19 марта.