Следы исчезнувших культур

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИННОВАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ И ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

Пензенский филиал



Кафедра 

ДОКДАД

по дисциплине: «Развитие русского языка»

по теме: «Следы исчезнувших культур»

	

	

	

	

	

	

	Выполнил: ст.гр. 05И1 

	Тарасова Н.С.

	Проверил: 

	

	

	

	

	

	

	

2007


Оглавление

	

	Оглавление 	2

	Введение 	3

	«Ольмекская проблема»	4

	Памятники Северной Америки	6

	Знания древних египтян	7

	Древнейшая культура эпохи Шумера	10

	Легенда о всемирном потопе	13

	Список используемой литературы	15




Введение



Без достижений древних цивилизаций,

наш мир немыслим ни в одном своем звене.



В мире существует множество различных культур. Все они уникальны и не похожи друг на друга, но, несмотря на это, у них, практически у всех, есть одна общая черта – все они являются наследниками древнейших культур и цивилизаций. 

Многие из «истоков» сейчас исчезли и были забыты, но их следы остались в существующих культурах.


 «Ольмекская проблема»

  

К числу наиболее значительных мезоамериканских культур классического периода относятся теотихуаканская (Центральная Мексика) и майяская (южномексиканские области, Белиз, Гватемала, запад Сальвадора и Гондураса). Но прежде несколько слов о «первой цивилизации» Мезоамерики – культуре «ольмеков» на южном побережье Мексиканского залива (Табаско, Веракрус). Население этих областей в начале Iтыс. до н.э.(800-400 гг. до н.э.) достигло высокого уровня в культуре: в это время появляются первые «ритуальные центры» в Ла-Венте, Сан-Лоренсо и Трес-Сапотес, сооружаются пирамиды из адобов (самана) и глины, устанавливаются резные каменные монументы с сюжетами преимущественно мифологического и религиозного содержания.

Среди последних выделяются гигантские каменные антропоморфные головы в шлемах, вес которых иногда достигает 20 тонн. Для «ольмекского» стиля искусства характерна низкорельефная резьба по базальту и нефриту. Основным мотивом ее была фигура плачущего пухлого ребенка с приданными ему чертами ягуара. Эти «младенцы-ягуары» украшали и изящные нефритовые амулеты, и массивные топоры-кельты (у «ольмеков» существовал культ каменного топора как символа плодородия), и гигантские базальтовые стелы. Другой примечательной чертой «ольмекской» культуры был следующий ритуал: в глубоких ямах на центральных площадях поселений устраивались тайники с приношениями богам в виде отесанных блоков нефрита и серпентина, топоров-кельтов и статуэток из тех же материалов общим весом в десятки центнеров. Эти материалы доставлялись в «ольмекские» центры издалека: например, в Ла-Венту – с расстояния 160 и даже 500км. Раскопки выявили и гигантские головы, и ряды ритуально захороненных могущественных скульптур в чисто «ольмекском» стиле.

По серии радиоуглеродных дат это относится к 1200-900 гг.до н.э. Именно на основе вышеприведенных данных и была сформулирована гипотеза о том, что «ольмеки» - создатели самой ранней цивилизации Мезоамерики (1200-900 гг. до н.э.) и уже от нее происходят все остальные высокоразвитые культуры Мезоамерики – сапотекская, теотихуаканская, майя и др. Вместе с тем сегодня приходится говорить о том, что «ольмекская» проблема еще весьма далека от своего решения. Мы не знаем об этнической принадлежности носителей этой культуры (термин «ольмеки» заимствован от названия тех этнических групп, которые обосновались на южном побережье Мексиканского залива накануне конкисты). Нет ясности по поводу основных этапов развития культуры «ольмеков», точной хронологии и материальных признаков этих этапов. Неизвестна и общая территория распространения этой культуры, ее социально-политическая организация.

Культура «ольмеков» со всеми ее проявлениями отражает длительный путь развития: от конца II тыс. до н.э. до середины – последних веков I тыс. до н.э. Можно предполагать, что «ритуальные центры» с монументальной скульптурой появляются  Веракрусе и Табаско примерно в первой половине I тыс. до н.э. (возможно, даже и в 800 г. до н.э.), как в Ла-Венте. Но все, что представлено там археологически в 800-400 гг. до н.э., вполне соответствует уровню «вождеств», «союзов племен», т.е. заключительной стадии первобытнообщинной эпохи. Показательно, что первые известные нам образы письменности и календаря появляются на «ольмекских» памятниках только с I тыс. до н.э. ( стела С в Трес-Сапотес и др.). С другой стороны, такие же «ритуальные центры» с пирамидами, монументами и календарными иероглифическими надписями – представлены в Оахане сVII - VI вв. до н.э., а без надписей – в горной Гватемале, у предков майя. 

Появившись в Табаско около 4 тыс. лет назад, за 2 тыс. лет до н.э. они распространили свое культурное влияние на огромный регион и исчезли, чтобы уступить место иным цивилизациям. Это позволило выдвинуть гипотезу (А.Касо, в 1941г.), суть которой заключается в тезисе об ольмекской культуре как проматери более поздних культур – майяской, теотихуаканской, сапотекской и т.д.

Центр, из которого распространилось это влияние, известен под названием Ла-Вента. Другими важными центрами той же культуры были Трес-Сапотес в Табаско и Сан-Лоренсо. Ольмекские мудрецы достигли высочайших успехов в счете, составлении календаря, астрономических наблюдениях, иероглифической письменности и гомеопатии.

Хотелось бы отметить еще одно явление, распространенное в те времена – это игра в мяч, внешне похожая на современный баскетбол. Игроки должны были попасть мячом в каменное кольцо, прикрепленное к стене стадиона – специального игрового поля. При этом они должны были касаться мяча не руками, не ступнями, а лишь бедрами, ягодицами, плечами и локтями. Для обеспечения своей безопасности члены «команд» надевали специальную защитную одежду – маску и нагрудники. При этом они становились похожими скорее на бейсболистов. Некоторые полагают, что в конце игры победитель отрезал побежденному голову – наподобие гладиаторов римского Колизея. Однако в данном случае речь могла идти лишь  о религиозном жертвоприношении. Само соревнование носило ритуальный, магический характер. Ритуал этот теснейшим образом был связан с культом плодородия земли - изображения сцен игры и обезглавливания всегда содержали элементы растительного орнамента. 

Во главе общества стояли жрецы-астрономы. Только в классовом государстве возможно появление церемониального центра, подобно Ла-Венте. Социальной и производственной основой этого общества были земледельцы. Между верхушкой и земледельцами размещался слой, состоявший из ремесленников (камнетесов, гончаров, столяров), слуг, актеров, торговцев. Простое перечисление секторов хозяйства того общества способно воссоздать картину его экономики, основанной на земледелии и развитом ремесле. Причины подобной концентрации власти преимущественно в руках жрецов, как и ее истоки, следует искать в земледельческом характере самой религии ольмеков.

В ольмекском пантеоне главенствовал культ бога-ягуара, породивший позже культ бога дождя. 



Памятники  Северной Америки



Древние памятники Северной Америки соответствуют сравнительно первобытному состоянию. Они разделяются на три группы. Первая начинается на востоке у истоков Аллегани в штате Нью-Йорк и тянется на юг от озера Эри до Миссури; вторая идет от Техаса на Мексиканском заливе до Южной Каролины; третья находится на Миссисипи и ее притоках, в штатах между Аппалачскими горами и Мексикой. Эти памятники состоят из валов и курганов, возведенных из земли или камня или из того и другого вместе и встречающихся в таком множестве, что были даже попытки признать их делом самой природы. В одном только штате Огайо существуют до сих пор около 10000 курганов и 1500 городищ. Курган Кагокиа в Иллинойсе, напротив Сан-Луи, имеет 220 м в длину, 160 м в ширину при основании и 29 м в высоту. Он занимает более 3 гек. земли, а в объеме равняется 600000 куб.м.  В графстве Адамс находится вал в 2,5 км, со рвом 20 м в ширину, который выложен в некоторых местах камнем. К западу от Миссисипи группировка этих холмов позволяет заключить, что они представляют собою следы древних городов (в Миннесоте, Миссури и Арканзасе). При устьях рек с широкими плодородными равнинами находятся самые большие курганы; многие из них, как удобные местности, были избраны для позднейших поселений, как то: Мариетта, Нью-Йорк, Портсмут и Цинциннати в Огайо, Луисвиль в Кентукки и Сан-Луи в Миссури. Городища, построенные для защиты или чтобы служить алтарями, имеют по большей части правильную форму (квадратов, кругов, параллелограммов, эллипсов и многоугольников) 1,5—12 м в высоту и обыкновенно заключают пространство в 40—500 ар, а некоторые и более, даже до 80 гектар. Почти всегда находятся в них одна или несколько цистерн. Оборонительные сооружения, возведенные на их высотах, небольших мысах, высоких речных берегах или полуостровах рассчитаны, по-видимому, не столько для отражения неприятелей, сколько для охраны имущества. Алтари же, всегда небольших размеров, по большей части квадратной формы, расположенные отдельными или соединенными между собою кругами или частями круга, имеющими 76—95 м в поперечнике, окружают при этом один или несколько курганов и лежат обыкновенно внутри более обширных городищ. Весьма часто в этих курганах находят также костяки. Подобно европейским могилам древних языческих народов, американские курганы своею высотой и величиной выражают также степень важности лица, в них похороненного. В Граве-Крике близ Паркерсбурга, в Западной Виргинии, нашли могилу высотой 22 м, а в Миамисбурге, в Огайо, другую могилу, в 21 м.

 Кроме этих исполинских сооружений, в Северной Америке были открыты и другие памятники древности, свидетельствующие о более высокой степени культуры сравнительно с культурою нынешних индейцев. Сюда принадлежат вазы из обожженной глины в 13—15 см величиной, красивой формы и с украшениями; курительные трубки и другие предметы из глины или камня с изображением человеческих голов американского типа или птиц, лягушек и т. п.; домашняя утварь, разные украшения и оружие из серебра и меди, находимые на Верхнем озере, из слюды в Аллеганских горах, из раковин на Мексиканском заливе и в Мексике. Эти предметы были выкапываемы из земли во всех местностях бассейна Миссисипи и указывают на деятельные торговые сношения между жившими здесь некогда народами, родственными, очевидно, между собою по религиям, нравам, законам и образу правления и достигшими цветущего состояния еще, вероятно, в эпоху, совпадающую с началом христианской эры. Население, которое в состоянии было построить и охранять такие обширные военные сооружения, очевидно, возводило их для защиты значительных благ; оно должно было по меньшей мере заниматься земледелием и во всяком случае стояло на более высокой ступени гражданственности, чем найденные европейцами при открытии Америки бедные индейские племена, из которых ни одно не обладало ни уменьем, ни средствами для производства подобных работ. Какая судьба постигла строителей этих сооружений, переселились ли они в теплый южный климат, или погибли от оружия чужеземных завоевателей, вторгнувшихся в их страну, или сделались жертвами голода и моровых поветрий, остается неизвестным.



Знания древних египтян



Величайшим памятником культуры древних египтян являются пирамиды.

Древнеегипетские рабочие по праву гордились своим мастерством строителей пирамид. Иногда это проявлялось в желании увековечить название своей артели; они малевали его краской или выцарапывали на огромных глыбах, с которыми управлялись, например: Бригада Победителей, Бригада Выносливых, Бригада Умельцев и т. д. Рабочие трудились от восхода до заката под лучами палящего солнца, поддерживаемые в рабочем состоянии целой армией «обслуживающего персонала», который через регулярные интервалы подносил им еду и питье, не давая тем самым свалиться замертво от истощения и жажды. 

Египтологов уже давно мучил вопрос о том, как фараону Хуфу удалось расселить всю эту армию рабочих. Они, должно быть, жили где-нибудь поблизости в бараках, но где? Ленер считал, что, говоря языком археологии, невозможно себе представить, чтобы «вся эта армия рабочих вместе с их жилищами, подъездными дорогами, топографическими разметками, могла так вот, просто, взять и исчезнуть без следа». 

В 1988 году Ленер и Захи Хавас, тогдашний директор археологических исследований, ведущихся в Гизе и Саккара египетским Управлением Раскопок и Древностей, предприняли совместные раскопки в песчаном чашеобразном карьере к югу от Великой пирамиды, где, по их мнению, должны были находиться бараки строителей. Дело в том, что десятью годами раньше группа австрийских археологов действительно обнаружила на этом участке глиняную посуду, а также пепелища костров и рыбьи кости, что натолкнуло ученых на мысль: это место когда-то служило пристанищем для большого числа людей. Уже по прошествии нескольких недель работ Ленер и Хавас открыли остатки пекарни-пивоварни, восходившие к IV династии; значит, жилища рабочих были где-то неподалеку. Ученые исходили из того, что, как выразился Ленер, «было бы странным строить амбар для зерна и пекарню там, где никто не живет». Археологи также откопали несколько небольших захоронений, в беспорядке разбросанных по карьеру, которые, по их предположению, не могли быть ничем иным, как только кладбищами рабочих, умерших в ходе строительства пирамиды. Хавас полагает, что им в конце концов удастся раскопать две деревни, погребенные под песками Гизе, в одной из которых, по-видимому, жили ремесленники, вырубавшие и тесавшие камень, а в другой — рабочие, занятые транспортировкой блоков на место. 

В то время как большая часть строительного материала готовилась в карьере, расположенном прямо на Гизехском плоскогорье, мелкозернистый белый известняк, который шел на облицовку пирамиды, добывался в Тура, на противоположном берегу Нила, а гранит, необходимый для украшения погребальной камеры фараона, доставлялся по реке из Асуана, что в 640 км к югу. 

Не меньшую значимость, чем сама пирамида, имел комплекс погребальных сооружений, воздвигнутых вокруг нее. Комплекс пирамиды Хеопса — который во многом отличался от подобных сооружений, построенных вокруг Ступенчатой пирамиды Джосера — стал впоследствии эталоном для строителей будущих поколений. Здесь стена, возведенная вокруг пирамиды, отделяла от внешнего мира только ее саму. За ее пределами оказались три «подсобные» пирамиды меньших размеров, построенные для трех жен фараона, а также несколько кладбищ масштаб и два храма, соединенных друг с другом и с главной усыпальницей крытым переходом. Сегодня, однако, большая часть оригинального храмового комплекса Великой пирамиды все еще лежит погребенная под домами каирского пригорода Назлет эль-Симман. Участок содержит остатки Храма Долины, где жрецы совершали свои первые погребальные обряды над фараоном Хуфу, и довольно значительную секцию перехода — крытой дорожки, по которой служители заупокойного культа переносили забальзамированную мумию Хуфу из Храма Долины в его погребальную камеру в пирамиде. 

В 1954 году обычная расчистка мусора, предпринятая в южной части основания Великой пирамиды, привела к необычайному открытию: архитектор и археолог Кемаль эль-Малах раскопал еще одну дотоле неизвестную часть комплекса гробницы Хуфу — погребальные шахты, в которых находились священные барки, используемые в обряде погребения фараона. Первая из двух лодок была извлечена на поверхность и самым тщательным образом реконструирована. 

После смерти Хуфу его сын Хафра (Хефрен) и внук Менкаура (Микерин) построили на Гизехском плоскогорье еще две пирамиды, но уже меньших размеров, хотя и укомплектованные всеми необходимыми постройками, включая храмы-молельни, переходы и второстепенные гробницы. 

Древние египтяне поставили здесь на плоскогорье и своего вечного стража пирамид — Великого Сфинкса. Фараон Хафра приказал высечь его колоссальную статую — 73,2 м в длину и 20,1 м в высоту на уровне головы — из целикового обнажения породы, оставленного в карьере строителями пирамиды Хуфу. У статуи лицо с чертами фараона Хафра, царский головной убор и традиционная накладная борода фараонов, а туловище — возлежащего льва, ибо издревле считалось, что это полу мифическое существо стоит на страже священных мест. Какой еще тайный смысл приписывался Великому Сфинксу его создателями, до сих пор остается загадкой? 

Хотя Сфинкс вот уже 70 лет, с 1926 года, стоит полностью очищенный от мусора, большую часть своего 4500-летнего существования он «пролежал» заваленный по «самую шею» песками пустыни. За все это время было сделано несколько попыток очистить его от песчаных завалов. Одна из самых первых и наиболее драматичных операций по его расчистке, о которой известно ученым, была предпринята около 1400 года до н. э. фараоном Тутмосом IV, сыном Аменхотепа II. Причиной тому послужил сон, якобы увиденный Тутмосом, тогда еще наследным принцем, однажды во время отдыха на Гизехском плато. Ему приснилось, будто Сфинкс, явившийся ему в облике Горемахета (божества, сочетавшего в себе черты богов Гора и Ра), поведал принцу, что ему суждено стать фараоном только в случае, если он освободит его, Сфинкса, от песка. Тутмос выполнил его волю: он не только откопал Сфинкса, но и сделал ему «косметический ремонт» лица, облицевал туловище известняковыми блоками и выкрасил его в красный, синий и желтый цвета. Пророчество Сфинкса, данное им Тутмосу, сбылось — он действительно стал фараоном. В благодарность Тутмос приказал выбить рассказ о своем сновидении на высокой гранитной стеле, которую он поставил между гигантскими лапами чудовища. 

Спустя три столетия после того, как был вырублен Сфинкс и возведены три гизехские пирамиды, эпоха строительства пирамид в Египте подошла к концу. Пепи II, в результате правления которого на несколько столетий приостановилось централизованное управление страной, воздвиг в Саккара последнюю пирамиду Древнего Царства. Пытаясь как-то возродить былое величие, фараоны XII династии Среднего Царства (2040—1640 гг. до н. э.) возобновили строительство пирамид, но им не удалось создать ничего подобного грандиозным творениям древности. Сложенные в основном из обожженного на солнце кирпича-сырца, а не каменных блоков, пирамиды XII династии очень быстро развалились, превратившись в гигантские кучи мусора и щебня: солнце, ветра и египетские редкие, но проливные дожди в конце концов сделали свое черное дело. 

Как же выглядят пирамиды Египта, если их поставить рядом с наиболее известными архитектурными памятниками западного мира? По количеству использованного материала пирамиды, конечно, не имеют себе равных. Однако по высоте их силуэты, расположенные слева направо, дают следующие сопоставления: 

— Статуя Свободы, 92,6м 

— Ступенчатая пирамида, 62,2 м 

— Тадж Махал, 95,6 м 

— Ромбовидная пирамида, 105,6 м 

— Базилика Св. Петра, 139,9 м 

— Великая пирамида Гизе, 146,5 м 

— Кёльнский собор, 158 м 



Древнейшая культура эпохи Шумера



                               После того как царственность низошла с небес,

                                            Эреду стал местом царственности…



В этом городе, расположенном на берегу пресноводной лагуны у  самого  Нижнего моря (Персидский залив) собрались усталые путешественники.  Захватив  город, они не разрушили его. Он служил им перевалочным  пунктом.  Записанный  через несколько веков миф рассказывает, что  здесь  находился  дворец  бога  Энки, воздвигнутый на дне океана. Ни один бог, кроме Энки не имел туда доступа.  В первозданном океане  добрый  Энки  создал  город  Эреду  и  вознёс  его  над поверхностью вод так,  что  он  «засиял»  подобно  высокой  горе.  Омываемый пресными водами,  этот  город  являлся  собственностью  бога  Энки,  который охранял его и его жителей. Это был  священный  город.  Паломники  продолжали посещать его и после того, как в небесной иерархии произошли перемещения,  и бог Энки отошёл на второй план, уступив первенство своему брату  Энлилю.  На протяжении  нескольких  веков  жители  Южной   Месопотамии   строили   здесь святилища. И шумеры воздвигли в  этом  месте  свой  первый  храм,  пока  еще небольшой и скромный,  не  отличающийся  ни  совершенством  архитектуры,  ни богатством украшений.

Путь продвижения шумеров на север точно не известен.

Вторым городом, которым, по-видимому, овладели шумеры стал город Урук, который находится в 75 км к северу-западу от Эреду. Этот  город  очень  рано стал  играть  роль  одного  из   главных   политических,   экономических   и религиозных центров Шумера. Археологический материал  свидетельствует  также о  стремительности,  с  какой   росли  культура  и  могущество   государства шумеров.  В   окрестностях   Урука   обнаружено   древнейшее   искусственное возвышение, на каких в Двуречье строились храмы. Стоящий на  нём  храм  бога Ана,  сложенный   из   известняковых   блоков   археологи   назвали   «Белым святилищем». Внушительные размеры (80 х 30  м),  совершенство  архитектурной формы, сводчатые ниши, ориентированные на четыре  стороны  света,  лестницы, ведущие в алтарь, - всё  это  делало  храм  настоящим  чудом  архитектурного искусства даже в глазах искушённых археологов.

Другие шумерские города той эпохи с точки зрения материальной культуры и архитектуры  мало  отличались  от  Урука.  В  центре  каждого  из  них  на искусственной платформе возвышался храм в честь  бога-покровителя-владыки  и повелителя города, всюду тот же  метод  украшения  стен,  такие  же  ниши  и свободно стоящий жертвенный стол  и  пр.  Тождество  материальной  культуры, религиозных  верований,   общественно-политической   организации   различных шумерских городов-государств не подлежит  сомнению.  Однако  это  отнюдь  не доказывает  их  политической  общности.   Напротив,   скорее   всего   можно предположить, что с  самого  начала  экспансии  шумеров  вглубь  Месопотамии возникло соперничество между отдельными городами -  как  вновь  основанными, так и завоёванными. Сохраняя культурную  и  религиозную  общность,  а  также тождественную хозяйственно-политическую структуру общества, шумеры вместе  с тем создали из отдельных городов самостоятельные, нередко  враждующие  между собой государства. Отголоски этих войн, которые велись ещё на  заре  истории Шумера, дошли до нас в строках эпических поэм,  сложенных  в  более  поздние века, когда описываемые в них события превратились в легенды, а  живые  люди -  в богоподобные существа.

Однако не прекрасные сосуды и не великолепная  архитектура  привлекает особое внимание  исследователей,  а  возникшая  в  это  время  письменность. Именно в тех культурных  слоях  Урука  были  обнаружены  первые  таблички  с пиктографическим письмом. В  Эрмитаже  также  хранится  один  из  древнейших памятников   письменности   -    плитка   с   пиктографическими    значками, высеченными, как полагают учёные, около 2900г. до н.э. В настоящее  время  в музеях Европы, Азии и Африки имеется уже около четверти миллионов  шумерских табличек и фрагментов.  Изучена  и  обследована  лишь  небольшая  их  часть. Известно, что, по крайней  мере,  95%  этих  документов  представляют  собой тексты хозяйственного содержания: описи инвентаря, счета, расписки,  отчёты, сведения о жертвоприношениях и храмовом имуществе. На этом основании  учёные пришли  к  выводу,  что  письменность  в  Шумере   возникла    в   связи   с хозяйственными потребностями и  особенностями  экономии.  Шумерские  города- государства нуждались в точном учёте всех материальных  ценностей,  расходов и  доходов.  Появившаяся  благодаря  прозаическим,  будничным   потребностям шумерская письменность быстро  прошла  несколько  фаз  развития  и  довольно скоро усовершенствовалась. Первоначальные рисунки  предметов,  малопригодные для сложных  понятий,  были  заменены  значками,  передававшими  звуки.  Так возникло фонетическое письмо.  Древнейшие  таблички,  в  большом  количестве найденные в так называемом слое  Урук,  представляют  собой  пиктограммы, изображающие собой человека, части его  тела,   орудия  и  пр.  Эти  «слова» говорят о людях, о животных и растениях, об орудиях, сосудах и т.д.  Из  них мы узнаём, что у шумеров были плуги, повозки,  корабли,  возы  на  полозьях, различные  орудия   и   утварь.   Позднее   пиктограммы   стали   заменяться идеограммами, смысл которых не совпадал со  значением  рисунка.  Знак  ноги, например, стал означать не только ногу, но и различные  действия,  связанные с ногой. Первоначально таких  значков,  в  которых  нелегко  было  разгадать прототип-картинку,  насчитывалось  около  2000.   Очень   скоро   их   число сократилось на две трети; одним и тем же знаком стали  обозначать  одинаково звучащие  или  однокоренные  слова,  например,  слова,  обозначавшие  орудие пахоты и пахоту. После этого оставалось уже сделать всего  один  шаг,  чтобы знаки приобрели чисто звуковое значение – возникло  слоговое письмо.  Однако ни шумеры, ни народы,  заимствовавшие  у  них  систему  письма,  не  сделали следующего шага – не создали алфавитного письма.

Создали   шумеры   и   системы   счисления   –    десятиричную    и шестидесятиричную.  При  помощи  соответствующих  символов   они   научились обозначать как очень большие величины, так  и  самые  малые  дроби.  Мягкой, пластичной глины было сколько угодно  под  руками.  Под  лучами  солнца  она быстро высыхала, превращаясь в камень. Не было недостатка и в тростнике,  из которого делались палочки для письма. Может быть этим объясняется страсть  к письму,  так  владевшая  шумерами,  да  и  их  преемниками  в   Месопотамии? Шумерские писцы выдавливали клинописные знаки вначале на небольших  (4-5  см в длину и  2,5-3 см в ширину) и «пузатых» глиняных  табличках.  Со  временем они становятся крупнее (11 х 10 см) и более плоскими.

Попытки  хотя  бы  приблизительно   датировать   время   возникновения письменности у шумеров ведут к таким же запутанным  и  ожесточённым  спорам, как и вопрос  об их  происхождении  или  времени  появления  в  Месопотамии. Предметом  дискуссии  является,   например,   датировка   упомянутого   выше письменного  документа  –  камня  с   пиктографическими   знаками.   Однако, поскольку в археологических слоях, относящихся приблизительно к 2900  г.  До н.э.  находится  уже  много  табличек   с  идеографическими  знаками  вместо рисуночного, можно сделать вывод, что  с  момента  возникновения  древнейших записей  прошло,  по  меньшей  мере,  200-300  лет.  Если   допустить,   что письменность шумеров не могла развиться за  такой  короткий  срок  –  а  они пришли  в  Месопотамию  незадолго  до    эпохи   Урука, -  то возникает предположение, что шумеры владели искусством письма ещё на своей прародине.

Археологический материал,  относящийся  к  этому  времени,  необычайно богат и выразителен. Благодаря ему учёные смогли  с  большой  достоверностью восстановить внешний облик  шумерских  городов-государств,  их  общественно- политическую структуру, занятия жителей и  религиозные  верования.  Раскопки рассказывают о том, как набирало мощь государство шумеров,  как  развивалось их ремесло, торговля, зодчество. Поражает и  восхищает  темп  культурного  и экономического развития Шумера. Как мало понадобилось времени, чтобы  вместо облепленных глиной тростниковых хижин появились  огромные  постройки,  чтобы безжизненные, затопляемые во время разлива рек или,  наоборот,  безводные  и пустынные районы превратились в цветущие  сады,  поля  и  луга,  разрезанные сетью ирригационных каналов, которые служили также и для  судоходства.  Даже при самом беглом обзоре достижения шумеров в области  материальной  культуры в эпоху  Урука  поражаешься  необычайной  жизнеспособности  этого  народа  и многообразию его талантов. Это был  народ  строителей,  художников,  хороших организаторов и т.д.

Экспансия шумеров, отголоски которой запечатлены в позднейшем  эпосе, вела  на  север.  Соперничавшие  между  собой  города-государства   всячески старались   укрепить   свою   мощь.   Процветает   торговля,   растёт   сеть ирригационных каналов, расширяются  площади  орошаемых  земель,  развиваются религиозные культы – один из важнейших  элементов  духовной  жизни  шумеров, считавших, что люди созданы богами и являются их собственностью,  а  поэтому должны служить богам и умножать их  богатство  и  благосостояние.  Шумерские города-государства  ревниво  оберегают   свою   территорию,   независимость, внимательно следят за успехом друг друга, готовы  в  любой  момент  напасть, захватить, подчинить. 




Легенда о всемирном потопе



Вопрос о всемирном потопе коснулся  и  государства  Шумеров.  Леонардо  Вулли обнаружил  трёхметровый   слой   чистого   песка   без   каких-либо   следов человеческой деятельности, внезапно прерывающий  культурные  слои  Ура.  Это является бесспорным доказательством того, что около середины  4  тысячелетия здесь имел место мощный катаклизм, охвативший обширную территорию –  по  тем представлениям, огромную, чуть ли не  весь  мир.  В  городах,  расположенных дальше к северу, толщина слоя чистых речных отложений не так  велика  как  в Уре: около полутора метров в Уруке, около полуметра  в  Кише.  На  основании этих данных Вулли  составил  карту  территории,  охваченной  потопом.  Более поздние исследования  показали,  что  многие  города  Месопотамии  сохранили следы наводнений, происходивших в разное  время:  обнаруженные  слои  чистой земли относятся к различным периодам. Это открытие нанесло удар  сторонникам идеи  общемесопотамского  всемирного  потопа.   Однако   проблема   великого наводнения,    увековеченного    месопотамской     трагедией,     продолжает существовать. Учёные утверждают, что во  время  самой  грандиозной  из  этих катастроф поселения, расположенные на более возвышенных местах,  уцелели.  А раз уцелели населённые пункты, уцелели и люди, которые сохранили и  передали последующим поколениям память о катастрофе. Если предположить, что во  время наводнения, затопившего Ур в Эль - Обейдскую эпоху,  шумеров  здесь  ещё  не было,  то  крупные  наводнения  следующего   периода   (Джемдет   -   Насра) происходили уже при  них.  Об  одних  они  слышали,  другие  пережили  сами. Несомненно одно, в этой заимствованной и  распространённой   ветхим  заветом легенде заключено зерно исторической правды.


Список используемой литературы.



1.Эра царствующих богов.

  Пер.  с  англ.  В.  Мартова.  -   М.:  ТЕРРА  –  Книжный  клуб,  1998.  –

 Энциклопедия «Всеобщая   иллюстрированная история».

2. Крамер Сэмюэл. Н..

    История начинается в Шумере. 2-е изд. Пер.с англ. Ф.Л. Линдельсона. М.:

 Наука.   Главная  редакция  восточной   литературы,   1991.   (По   следам

 исчезнувших культур востока).

3. М. Белицкий

   Забытый мир шумеров.Пер.с  польск.  Послесл.И.С.  Клочкова.  М.:  Главная  редакция   восточной литературы издательства «Наука», 1980.





2