Национальная культура

ИНСТИТУТ

ЭКОНОМИКИ И ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА



Экономика и Управление











КУЛЬТУРОЛОГИЯ



Реферат

на тему:

«Национальная культура»















Выполнил студент: Медведев С.С.  гр.: М-41з-2002

Проверил:___________________













Москва

2002г.

Введение.

Структура культурной жизни России представляет своеобразную триаду. Во-первых, это отечественная, общенациональная культура как составная часть мировой культуры; во-вторых, смешанная культура, рождающаяся в национальных образованиях на территории России на основе взаимодействия проживающих здесь представителей различных наций и народностей; и в-третьих, собственно национальная культура живущей в регионе нации.

В Советском Союзе в свое время бытовала жесткая директивная формула о культуре национальной по форме и социалистической по содержанию, как в тиски зажавшая сложный мир культуры. Подобная формула не способна была выразить многогранный облик культуры в ее динамике, так как страдала ограниченностью и механицизмом, забвением диалектики содержания и формы, законов преемственности культур. Не учитывалось, что советские нации и народности прошли большой и сложный путь исторического развития и каждая из них, как и вся страна в целом, добилась своих результатов, свидетельствуя, что даже самая малая культура способна внести свой вклад в мировую сокровищницу. Не учитывались мировые и местные дореволюционные культурные традиции как важнейшие составляющие новых культур.


Национальная культура — душа народа.

Национальные ценности в духовной сфере — огромное интеллектуальное богатство и неисчерпаемый резерв воспроизводства общечеловеческих ценностей, культурных и нравственных традиций народов, процесса общенационального созидания. Культура сегодня существует в национальной форме самовыражения. Национальное же рождается из конкретно-исторических особенностей жизни народа, его биосоциальной сущности.

Современный разговор о национальных культурах, поэтому надо начинать с наследия, доставшегося стране после победы революции, с тех рубежей, откуда начиналось новое культурное движение в многонациональном государстве. Население национальных окраин дореволюционной России к этому периоду находилось на феодальной и даже патриархально-родовой стадии общественного развития, массы были лишены элементарных основ культуры. Целые исторические пласты культуры были скрыты от наций и народов.

К примеру, до Октябрьской революции 50 народов и наций, населявших страну, не имели письменности. Среди туркмен, киргизов, узбеков, казахов, таджиков и многих других народов окраин Российской империи грамоту знали только отдельные лица. На территории Узбекистана и Казахстана не было ни одного высшего учебного заведения, а в Киргизии, Таджикистане и Туркмении не было не только высших, но и средних специальных учебных заведений. В Киргизии, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане совершенно отсутствовали общедоступные библиотеки. В 1906 году журнал Министерства просвещения «Вестник воспитания» предсказывал, что всеобщая грамотность населения будет достигнута в европейской части России через 120 лет, на Кавказе и в Сибири — через 430 лет, а в Туркменском крае через тысячелетие...

Победа революции внесла в жизнь народов России не только национально-культурные изменения, но и ряд серьезных проблем. В ее культурной программе были поставлены задачи развития национальных культур, национального культурного самоопределения и формирования содружества трудящихся. Создалась потенциальная возможность сохранить свою самобытность, ибо национальные культуры суть корни общей культуры. Целенаправленно формировались многочисленные отряды национальной интеллигенции: научно-технической и художественной. В каждой союзной республике были созданы Академия наук, университеты и научные центры, широкая сеть народного образования, свои национальные театры, живопись и архитектура, национальная кинематография.

Являясь социальным организмом, социальной общностью, нация самостоятельно определяет свое культурное развитие, но при этом следует учитывать чрезвычайно важный фактор — мировую культуру, влияющую на это развитие. Рассматривая национальную культуру во всем богатстве ее содержания и многообразии красок, как закономерную ступень в развитии мировой культуры и необходимый вклад в общечеловеческую цивилизацию, можно определить ее как синтез национально-особенного, инонационального и общечеловеческого (мирового), переработанного и освоенного национальным. Отсюда наблюдается два вида развития каждой национальной культуры: во-первых, как неповторимой, уникальной по форме, и, во-вторых, как части мировой культуры, осознающей и проявляющей себя в ней. Но и в том и в другом случае она содержит и выражает в той или иной форме общечеловеческое начало.

Самая главная и самая привлекательная особенность национальной культуры — это ее удивительное разнообразие, самобытность и неповторимость. Развивая особенности своей культуры, нация избегает подражания и униженного копирования, создает свои формы организации культурной жизни. Если культура не имеет особого, только ей присущего аромата, она подобна безликому человеку. Как и любое проявление индивидуальности, самобытность национальной культуры обогащается одновременно с общим расцветом нации, уверенностью в своем будущем месте в мировой цивилизации.

У каждой национальной культуры есть свои плоды: духовные обретения и открытия, свои драмы и трагедии, свое видение мира. Развитие ее совершается не в стерильной колбе, а в условиях социальных противоречий, борьбы прогрессивных традиций с отсталыми и консервативными явлениями. Свое будущее каждый народ сегодня связывает с национальной культурой, являющейся для него гарантом жизни и интеграции в общемировую культуру. Эта идея обладает своей имманентной логикой: именно она поддерживает духовный и интеллектуальный потенциал нации, выступает импульсом творческой деятельности человека, укрепляет духовное здоровье народа, создает его национально-нравственный идеал.

Каждая национальная культура принадлежит всему человечеству и обязана самовыразиться перед всем миром. Каждой из наших национальных культур еще предстоит сказать свое слово в мировой культуре нового времени. Ведь единой национально-культурной модели нет. Прибалтийским государствам присуща своя культурная модель, республикам среднеазиатским — другая и т. д. Но каждая из этих культур идет своим оригинальным и своеобразным путем к общечеловеческим ценностям.

Усилия общества по укреплению национальных культур встречают сопротивление различных общественных сил, например, как это ни парадоксально, — националистических элементов, декларирующих «свободу наций». Утрирование национальных ценностей в нашем содружестве, прежде всего, связано с общим экономическим и социальным кризисом страны, усилением групповых интересов, зачастую прикрывающихся национальными мотивами. Появившиеся лозунги о приоритетности коренной нации и ее особых прав на своей территории, дискриминация других наций несут большую опасность для общекультурного пространства и культур малых народов и народностей. Уместно здесь упомянуть, что такой тенденции мы не наблюдаем, например, в религии. Религиозные учения не замыкаются на узком понимании национальности. Ни христианство, ни ислам, ни буддизм не делят людей по этому признаку.

Однако националистические тенденции проявлялись и раньше и стали благоприятной почвой для сегодняшнего разгула национализма. Так, начиная с 50-х годов в некоторых среднеазиатских республиках сначала осторожно, исподволь, а затем все сильнее проявлялась тенденция к родоплеменному разделению народов. Все это происходило на фоне ритуальных заклинаний «о дружбе народов». Создавалась видимость беспроблемное в межнациональных отношениях, затушевывалась опасность национального эгоизма и национальной ограниченности в общественном и обыденном сознании. Национальное сознание противопоставлялось общечеловеческому видению мира. Известный психолог и социолог Э. Фромм писал: «Отсутствие объективности, когда это касается других наций, является вопиющим... В сущности... рассмотрев... отношения между народами... можно прийти к выводу, что объективность — это исключение, а искажение, обусловленное самолюбованием, — в большей или меньшей степени является правилом».

Лишенный благородных социальных идеалов человек выдвигает на первый план идеологию национальную, причем обычно вакуум заполняется широко доступной, доходчивой идеологией воинствующего национализма. Надо признать, например, что идея «национальной исключительности» продолжает оставаться частью нашей жизни, набирает силу процесс гипертрофирования национальной идеи. Печально, что под лозунгом отстаивания национальной самобытности народу вкладывают в руки острый камень национализма и натравливают бросать его в «инородцев».

Порой даже самого реалистически мыслящего человека кружит хмель национальной исключительности. Националистически ориентированный человек метафизически воспринимает национальное как нечто несовместимое с инонациональным. Такова, например, концепция «индоевропейского духа», которую проповедовали «новые правые» во Франции. Они предлагали «очистить» европейскую культуру от чуждых ей напластований, загерметизировать ее и изолировать от «посторонних» влияний. Естественно, такая позиция исключает возможность рождения универсальной общечеловеческой культуры, поскольку исходит из идеи «консервации» собственных «корней» и «истоков».

Без общения и открытости нация обречена на ограниченную культурную жизнь, в известном смысле — на культурное обнищание. Опасный путь культуры в самоизоляцию ведет к затхлой, ограниченной провинциальности, тормозит встречу с мировой цивилизацией. Даже из школьной физики известно, что система, не потребляющая энергии извне, обречена на «крутую» энтропию, на вырождение и распад. Замкнутых культур нет, они задохнутся в отдельных национальных норах. Автаркия — смерть для них. Культура — словно ожерелье из ряда культур-жемчужин. В духовно взаимосвязанном мире каждая национальная культура многочисленными нитями неизбежно связана с другими и зависит от них. Помышлять о своей изолированной культуре — это не только дань национальному мещанству и бессмыслию, это путь к гибельному изоляционизму, самоубийственному для культуры любого народа.

В каких формах это выражается, к каким последствиям приводит на практике? Например, порою под видом национальной самобытности в отдельных произведениях литературы и искусства, научных трудах предпринимаются попытки представить в идиллических тонах реакционно-националистические пережитки, противоречащие общечеловеческим ценностям.

Включение в духовную жизнь достижений духовно-нравственного опыта минувших поколений в лице их выдающихся представителей — одно из закономерных направлений культурного прогресса. Но и здесь мы порой сталкиваемся с тревожными явлениями, когда в сознании некоторых деятелей культуры освоение наследия прошлого отождествляется с безоговорочным и некритическим принятием всех содержательно-смысловых моментов в творческой деятельности мыслителей и художников минувших эпох. При таком подходе статус культурной ценности нередко обретают те взгляды и идеи, которые несут на себе след национальной мировоззренческой ограниченности, быть может и естественной для минувших культурно-исторических эпох, но совершенно несовместимой с современными критериями.

Опасность национального эгоцентризма и нетерпимости в культуре надо своевременно предотвращать и устранять, предугадывать и предупреждать, ни в коей мере не давая им разрастись как раковой опухоли. Известно, какие невероятные усилия приходится прилагать, чтобы устранять подобное. Лидеры крайних радикальных групп, выдвигающие справедливые лозунги о сохранении своей национальной культуры, в то же время допускают роковую ошибку, не понимая принципы взаимодействия национальных культур между собой и с культурой мировой, общечеловеческой. А ведь возможности развития и обогащения национальной культуры реальны только при наличии тесного сближения ее с общечеловеческой мировой культурой. Именно во взаимосвязи национальных культур проявляется объективная тенденция общекультурного процесса.

Смысл культурного движения по этому пути в том, чтобы открыть простор национальному духовному развитию, свободе национальных культур и языков, заботливому вниманию к особенностям каждой культуры на основе общечеловеческих приоритетов. Будучи открытой для мира, национальная культура не может развиваться вне целостного исторического контекста всей культуры данной эпохи. Способность одного народа осваивать достижения другого — важный показатель жизнеспособности его культуры. Эта способность не только обогащает свою нацию, преобразовывая ее облик, но и позволяет щедро делиться своими духовными ценностями с другими, обеспечивает взаимодействие и взаимопонимание людей, их восприятие инонациональных ценностей, преодолевает деформации в межнациональных отношениях. Являясь составной частью мировой культуры, каждая культура взаимодействует как партнер и соучастник в создании общечеловеческих духовных ценностей, развиваясь, по образному выражению М. М. Бахтина, на основе диалога культурных атомов. Отсюда стратегическое направление культурной национальной политики: органическое сочетание национальных и общечеловеческих ценностей, идейное и духовное содружество суверенных народов.

Достаточно часты взгляды, рассматривающие национальную культуру как антипод общечеловеческой, как нечто ей противоположное, конфронтационное, рассуждения о национальной культуре как об анахронизме, чем-то устаревшем, обреченном уйти с исторической сцены. Отсюда и контрдоводы, что общечеловеческая культура, в свою очередь, чужда национальному, противостоит ему, что это искусственный тип безнациональной культуры. В этом споре истина, как всегда, в практике. Культура, будучи сложной системой, включает в себя сегодня существующие национальные элементы. Если послезавтра они прекратят свое существование, то система исключит этот принцип деления и будет основываться на параллельных ему, существующих и ныне. Но нельзя сегодня исключить реальную культурную практику, не разрушая всю систему. Вот почему столь важна научная стратегия по дальнейшей консолидации и гармонизации национальных культур. И параллельно программам национального культурного развития необходимы научные программы межнационального культурного сотрудничества.

Культура является действенным фактором формирования нового международного типа духовного производства, рождающегося в содружестве культур. Общечеловеческие ценности — это не абстрактное понятие, они конкретно воплощаются в каждой национальной культуре. Николай Бердяев говорил: «Качество национальности зависит от раскрывающейся в ней человечности». В наше время, когда в различных странах и на континентах проживают сотни тысяч людей разных национальностей, заброшенных судьбой далеко от своих родных мест, прогрессивная национальная культура призвана от имени тех, кого объединяет общее этническое происхождение или культурное наследие, связывать их духовные интересы, сохранять и поддерживать национальные традиции. Так, в Польше, Словакии, Румынии, Югославии, в Канаде и Германии, Чехии проживает много украинцев, чьи национальные культурные силы тянутся к источникам родной культуры. Можно привести и другой пример: сейчас фактически нет культурных связей между казахами Китая, Монголии, Турции, Сирии, Ирана. А насколько сложна и тревожна проблема многих миллионов русских, оказавшихся за пределами своей родины, превратившихся в иностранцев. Забота о них, внимание к ним — святая обязанность России как цивилизованной страны.

Духовные связи с национальной диаспорой требуют к себе серьезного внимания. Постоянные контакты помогут сохранить живительные силы наций, поддержат национальную культуру как живую целостную систему. В будущем возможно формирование ряда русских, армянских и других параллельных национальных культур в бывших республиках бывшего Союза. Этот процесс международного взаимодействия носителей национальных культур помогает преодолевать существующую тысячелетиями или только что наметившую культурную изоляцию наций и отвечает пробивающей себе дорогу универсальной потребности в сохранении, сбережении и освоении общечеловеческого культурного «генофонда». В этом проявляется сила национальной культуры, как выразителя, охранителя и носителя гуманистических ценностей человечества.

Вполне естественно и закономерно стремление людей к познанию своей самобытной национальной культуры. Значение национального самосознания состоит в том, что оно морально укрепляет человека, пробуждает его интерес к отечественной истории, своим ценностям и традициям. Отрыв от национальных корней неизбежно приводит к национальному нигилизму и духовному оскудению.

В то же время ошибочные теоретические положения консервировали проблему национальной самобытности, тормозили динамику национальной духовной жизни. Многие годы национальное самосознание было закрыто и вычеркнуто из общественного сознания, из теоретических понятий и категорий. Выступления интеллигенции в защиту исконных национальных интересов и достоинства человека, не укладывавшиеся в прокрустово ложе государственных установок, рассматривались как «буржуазный национализм». Этот ярлык ставили на выборе определенных тем и героев в художественной литературе или на исследованиях белорусских философов по защите национального языка от засорения чуждыми заимствованиями.

Современная культурная ситуация создала новые условия для проявления возросшего национального самосознания. Его объективный рост — процесс прогрессивный. Но в эту идею закрадывается новая опасность: шовинизм. «Русская идея» уже трактуется кое-кем как враждебная общечеловеческим ценностям. Между тем, это понятие не национально-ограниченное, а глобальное, универсальное, связанное с общечеловеческим сознанием. Грань между подлинным национальным самосознанием, которому чуждо неприятие других наций, и грубым национализмом очень зыбка, и перейти ее несложно. В изначально чистую, светлую идею национального самосознания привносится значительная доля лживой спекулятивности.

Более того, возникает зловещее явление: конфликты межнациональные перерастают в коллизии внутри самих наций, совершается внутренний распад на родоплеменные и топонимические иерархии. Особенно это заметно на уровне обыденного сознания. В ряде мест развернувшиеся процессы национального возрождения трансформировались в национальное противостояние. Национализм и сепаратизм подтолкнули волну межэтнических конфликтов. В 1991 году в стране насчитывалось 76 точек, где межнациональная напряженность превысила «норму». Нарушение традиций уважения одной национальной культуры к другой несет острейшие кровоточащие конфликты. Свидетельство тому, например, хорошо всем известные сложнейшие ситуации в Закавказье.

Есть и еще одна проблема. Сложность развития национальных культур в образовавшихся суверенных государствах состоит в том, что в большинстве своем их население не образует наций в международно-правовом смысле и тем более национально-культурных общностей. Возникновение в новых государствах этнократии только усложняют эти процессы, не учитывающие тяготение значительной части населения к другим национальным ценностям»

За последнее время вошло в общественный язык понятие национального патриотизма. К нему надо отнестись со всем вниманием и осторожностью, памятуя, что любовь к отечеству всегда была святым и чистым чувством. В то же время любовь к своей нации нельзя превращать в бездумно фанатическое обожествление, фетишизировать свою нацию как богоизбранную, «самую умную и талантливую». Всякое возвеличивание своей нации и своего народа за счет других — не патриотизм, а национальная кичливость, прикрываемая «патриотической» вывеской. Общечеловеческий принцип, не противопоставляемый патриотизму, состоит в том, что человек, любя свою нацию и национальную культуру, понимает, что и в другой культуре всегда есть ценное и необходимое.

Под лозунгом так называемой народности зачастую проповедуются идеи «квасного патриотизма», проникнутые принижением и искажением общечеловеческих ценностей. Некоторые деятели культуры, представители литературно-художественной критики выступают за восстановление исконно национального патриотизма в противовес «антинациональному» интернационализму. Проявляется это в обращении к патриархальным ценностям, к реакционным элементам наследия отечественной культуры, к черносотенству, к идеям, давно отброшенным историей. В некоторых литературно-критических выступлениях, как уже говорилось, имеет место препарирование понятия общечеловеческого как антинационального, непатриотического.

Откуда корни этого «дикого», агрессивного национализма? Они лежат в недрах коррумпированного общества, в кланово-родственных связях, в дремучем лозунге джунглей: «мы одной крови!». Усиливаются явные или скрытые действия националистических, сепаратистских сил, ставящих выше всего свои интересы и амбиции. Для массового сознания особая привлекательность национализма состоит в том, что он «приподнимает» своих приверженцев на головокружительную высоту, предоставляет им право быть кем-либо, не становясь им в действительности, не прилагая для этого никаких усилий.

Есть люди, заинтересованные в межнациональных трениях, торпедирующие культуру межнациональных отношений. Это корыстное сословие безответственных политиканов, национал-карьеристов рекрутируется из ультраконсервативных и националистических элементов, стремящихся во имя власти к национальной изоляции, к мести и разжиганию межнациональных конфликтов. Что это за социальный тип? В массе своей это люди с авантюрными наклонностями, невежественные и грубые, с небольшим образованием, аморальные политические игроки и интриганы, ловко играющие на национальных струнах, вульгарные фальсификаторы истории и культуры. Подчеркивая исключительность своего народа, они выдвигают вперед собственные исключительность и превосходство.

Национальные столкновения опасны еще тем, что они несут в себе предвестие будущих религиозных конфронтации. У национализма есть повивальная бабка и преданнейшая служанка — фанатизм, в том числе религиозный.

Всполохи национализма сверкают повсеместно, и дальнейшее нарастание его легко предвидеть. Сегодня националистические элементы высоко подняли голову. Их действия уже дали свои печальные результаты. Националистическое цинично и агрессивно насилует национальное, происходит процесс отчуждения национальных культур, разрушения прогрессивных элементов цельной многонациональной культуры. В отдельных суверенных государствах отторжение «чужой культуры» происходит быстро и драматично, возникает так называемый окраинный национализм. Все это приводит к непредсказуемым последствиям: безудержному экстремизму, к культуре стерильного геноцида, к духовной изоляции, к обеднению родной национальной культуры. Ибо изоляционизм для нее — катастрофа. В последние годы почти в пять раз сократилось число гастролей театров и музыкантов между национальными республиками, национальные кинематограф и кинопрокат оказались замкнутыми в своих государственных границах, серьезно сократились переводческая деятельность и межнациональный обмен издаваемой литературой, свертываются комплексные исследования по культурологии.

Националистическая идея словно раковая опухоль может привести и к созданию фашистского государства. Ее усиление неминуемо связано с подавлением прав и свобод человека вне зависимости от его национальности, изоляцией от общечеловеческих ценностей, заменой свободы личности свободой нации. Национализм — типичный вид антикультуры, он враждебен прогрессивной, оригинальной мысли. «Мирного» национализма в природе не существует, он неизбежно связан с кровью и насилием, проявляется в экстремальных формах, несет политический анархизм и вырождение нации. Под лозунгами «защиты национальной культуры» и «национального возрождения» действуют отлично организованные силы экстремистов, теневой экономики, мафии и коррумпированных элементов партийного и государственного аппарата.

Сам национализм у его адептов вырастает до масштабов всесильной глобальной тенденции. Многие его сторонники подчеркивают, что он постоянно развивается и крепнет как решающий элемент человеческой истории. Они считают, что в XX столетии выразительнее, чем когда-либо, национализм движет народами и меняет политико-географическое лицо земного шара. Здесь следует признать: существует реальная опасность что «вирус национализма» может приобрести международный характер и вместо идеологического раскола наступит угроза расчленения стран и народов по национальному, этническому признаку. К этому могут привести и сегодня разнообразные концепции «исторического избранничества» и «мессианства». Великий русский философ В. Соловьев в свое время назвал национализм «сифилисом человечества» и рассматривал его «как знамя дурных народных страстей». «Я говорю о новом идолослужении, об эпидемическом безумии национализма, толкающего народы на поклонение своему собственному образу вместо высшего и вселенского Божества», — диагностировал философ.

Вызывает недоумение индифферентная позиция наших государственных органов по отношению к различным националистическим, шовинистическим и черносотенным организациям «ультра», наносящим своими деструктивными разрушающими действиями большой вред обществу. В немалой степени это связано с уродливым развитием отдельных национальных культур, не способных или не желающих подняться с прокрустова ложа догматических схем и влияния административно-командной системы, подавлявшей сложный и противоречивый культурно-исторический путь наций, когда не принимались в расчет исторические и демографические различия народов, например, в Прибалтике или Средней Азии.

Борьба с национализмом, шовинизмом, расизмом, антисемитизмом — а это и есть конкретные области, «горячие точки», где происходит «ошибка» общечеловеческого и националистического мировоззрения — нередко обесценивается холодным формализмом мероприятий культурно-досуговых организаций, отсутствием гибкого, индивидуального, «местного» подхода к носителям чуждых взглядов и норм поведения, шаблонным однообразием форм и методов воздействия на духовный, чувственный мир людей.

Тоталитарная система — явление враждебное прогрессивной национальной культуре. Последствия ее господства будут еще долго ощущаться в духовной жизни, в обострении национальных противоречий. «Великое переселение народов», исполненное с чингисхановской жестокостью, равнодушие к духовной жизни различных наций нанесли страшный удар по национальным культурам, разрушили их союз, — словно притаившаяся мина взорвала через десятилетия духовные связи народов.

Под видом борьбы с буржуазным национализмом происходили выселение целых народов, лишение их государственности, уничтожалось их культурное наследие. О судьбе немцев Поволжья и крымских татар хорошо известно. Но это только часть драматической картины. В 1944 году было опубликовано постановление ЦК ВКП(б) по Татарии, в котором была осуждена «популяризация ханско-феодального эпоса об Идегее». По руководящему указанию сверху критическому разгрому были подвергнуты башкирский, туркменский, азербайджанский народные эпосы. А сказители древнейшей киргизской жемчужины «Манас» оказались не больше не меньше как сторонниками буржуазного национализма, из-за чего де национальный эпос был засорен пантюркистскими и панисламистскими идеями, чуждыми и враждебными киргизскому народу».

Известно, что в результате межнациональной миграции, вызванной различными экономическими, социальными, демографическими и иными процессами, более 75 миллионов людей проживают вне границ своих национальных территориальных образований. Это накладывает отпечаток на их духовную жизнь, сказывается на национальной культуре. В местах компактного проживания национальных меньшинств необходимо особенно четко соблюдать права автономий, предоставлять возможность обучать родному языку своих детей, готовить и выдвигать национальные кадры. Остро назрела потребность сохранения культурной автономии малых народов, согнанных и насильно переселенных из своих родных мест и жаждущих возрождения национальной культуры, языка, обычаев, традиций, т.е. всего того, что составляет основу нормальной жизни каждого народа, его процветания. Именно в культуре очень важно предусмотреть максимальное расширение суверенности государств. В то же время опасна культурная политика, строящаяся на консервативных концепциях иерархии национальных культур в зависимости от статуса той или иной республики. В современном мире практически нет моноэтнических территорий. Нет ни одного уголка, где бы совместно не проживали, трудились, радовались и горевали люди самых разных национальностей. Эти люди, в том числе живущие за пределами своих государственно-территориальных образований или лишенные их, заслуживают, чтобы иметь необходимые условия и возможности для удовлетворения своих духовных запросов в сфере образования, обучения на родном языке, народного творчества. Отсюда необходимость создания в разных регионах очагов и центров национальной культуры, средств массовой информации, реализации религиозных потребностей.

Взаимодействие национальных культур: теоретический замысел и воплощение.

Духовные связи народов тесным образом переплетены и интегрированы под эгидой отечественной многонациональной культуры и общей исторической судьбы, единого «духовного кровообращения». В тугой узел противоречий переплелись прогрессивная идея и потребность сближения национальных культур и закономерный рост национального самосознания, самоутверждения. Сложность национальной политики в культуре в значительной мере обусловлена множеством этносов, различных религий и конфессий, высокой степенью поляризации взглядов и убеждений, множественностью культур.

На едином культурном пространстве не меньше, чем на пространстве экономическом серьезно отразится разрыв с общечеловеческой цивилизацией, который может произойти в результате преступно-легкомысленной политики агрессивного национального изоляционизма, проводимой и сегодня экстремистскими силами самых разных национальностей. Расчлененная на части культура — не самое плодоносящее поле.

Единое многонациональное «поле» культуры, на котором трудились «дети разных народов», разрезанное на суверенитеты, оказалось обреченным на бесплодие. По-новому, но трагично звучит ныне вопрос: «С кем вы, мастера культуры — с политикой или с культурой?» Именно с помощью Содружества и через него открывается кратчайший путь к воссоединению с мировой культурой. Ведь мировую известность аварец Расул Гамзатов получил через Советский Союз, так же как грузинскую поэзию открыли миру переводы на русский Пастернака и Заболоцкого. Многие наши «национальные» деятели литературы и искусства раскрылись и осуществились в огромном пространстве русского культурного мира.

Наиболее оптимистическая перспективная тенденция прогресса культур наций бывшего Союза связана с пониманием и возможностями единого культурного пространства, как сообщества свободных и равноправных культур, с идеями гуманизма, когда осуществляется приоритет права человека над правом нации. Почему же, вопреки мировому общецивилизационному процессу к сближению национальных культур, в нашем обществе происходит обратное и будущее связывается с отделением культур друг от друга, на почве которого бурно произрастает бурьян национального эгоцентризма? Уже древнейшие мудрецы сумели разглядеть в глубокой разобщенности народов и культур на заре мировой цивилизации опасность для общности человеческого рода. Главное заключается, писал Плутарх в «Антологии мировой философии», не в том, что «мы обитаем в городах и областях и отличаемся своими особыми законами и нравами, а в том, что мы рассматриваем всех людей как своих сограждан, что жизнь одна, подобно тому, как мироздание одно».

В сознании XX века все более утверждается идея всемирности культуры. Перед миром встает идея всечеловечности, идея и для России не новая. Кончается эпоха изолированности культур. На смену приближается эпоха планетарного единства, преобразующая традиционные ценности, эпоха, содержание которой пока еще довольно трудно предугадать. «Индивидуальность культур переходит в универсальную цивилизацию», — писал Н. Бердяев. Выдающийся философ М. Бахтин говорил, что культура погранична, поэтому и культурное самосознание возможно только при участии других культур — по контрасту, когда происходит их «взаимное отзеркаливание».

Развертывающиеся в мире интеграционные процессы свидетельствуют, что будущее общемировой культуры связано с тесным взаимодействием и сближением всех культур, их взаимопониманием и взаимотерпимостью. Когда общество «переболеет» национальным эгоцентризмом, вызванным драматическими конфликтами, оно неизбежно будет тянуться к мировым наднациональным структурам. Но при этом, естественно, каждая национальная культура внесет в них свою самобытность.

Новые проблемы, возникшие в межнациональных отношениях в нашей стране, выдвигают необходимость гармонического развития национальных культур и языков на основе многоцветия. Такое развитие может пойти двумя путями. Первый — самоизоляция от общей многонациональной культуры и движение к мировой культуре в одиночку. Второй — ориентация на то прогрессивное общее, что уже создано в период существования наций в рамках Союза, его развитие и интеграция через это общее в культуру мировую. Второй путь проще, продуктивнее, предпочтительнее. Но чтобы идти по нему, надо проделать гигантскую работу по отсечению всего чуждого подлинной культуре в наработанных межнациональных культурных связях и по восстановлению доверия между нациями.

Развитие многонациональной культуры может быть продолжено на новой основе благодаря прогрессивным изменениям в социальной жизни, создавшимся условиям для решения качественно новых задач в этнонациональных отношениях. Это развитие могло бы быть полезным, так как многонациональная культура наших народов, имеющая, несмотря ни на что, немало достижений и освобожденная от всего наносного, пошло-официозного, идеологизированного, могла бы стать посредствующим звеном между культурами наших народов и общемировой культурой. Но для этого необходим и более высокий уровень политической культуры, культурной политики. Отечественная культура тем богаче, чем ярче и красочнее каждая входящая в нее национальная культура. Отсюда нравственный облик содружества государств определяется уровнем его отношения к культуре любой нации. Без доброго и уважительного отношения к «чужой» культуре создать цивилизованное общество практически невозможно. Уроки прошлого напоминают, какую большую опасность представляет «замкнутый мир», когда народ живет за «железным занавесом», в самоизоляции, в закрытом социальном пространстве. Взаимное сотрудничество культур столь же важно и необходимо, как и соревнование между ними. Но самыми выносливыми и «приспособленными» оказываются именно те национальные культуры, которые помогают другим. Спасительный путь здесь — содружество национальных культур. Оно должно осуществляться на основе свободы, открытости, честности, гласности, взаимного уважения, но без демагогической трескотни, поверхностной риторики и вульгарного «учительства».

Содружество национальных культур помогло бы становлению у разных народов общих черт цивилизованного облика, порождению нового типа общественных отношений. Для некоторых национальных культур, к примеру славянских, этот процесс взаимодействия особенно примечателен и органичен, так как близки и родственны их корневые исторические истоки, гибки национальные границы и грани, но его нельзя представлять механически, вне учета противоречивых и кризисных явлений.

Сближение и взаимодействие национальных культур — диалектически многостадийный процесс, не лишенный своих «болевых точек». Так, на различных этапах общественного движения проявлялась определенная закономерность: отделяясь друг от друга, изолируясь от общего культурного потока, национальные культуры заметно ослаблялись. Наибольших же успехов и духовного обогащения они добивались, вступая во взаимодействие, в процесс взаимообогащения. Этот процесс шел всегда, для него нет границ государственных и временных. Есть весьма значительный и все еще неоцененный резерв: широкое открытие друг другу национальных ценностей, широкий обмен ими — но, конечно, обмен реальный, а не декларативный, как было в прошлом, когда создавалась ситуация видимого или ложного, мнимого сотрудничества. Взаимодействие национальных культур на новой и обширной географической сцене привело бы к их серьезным изменениям как в содержании, так и в форме, а главное, в их исторической судьбе.

Особого внимания требует художественная культура —

наиболее существенная сфера проявления национально-специфического, где диалектическое сочетание национального своеобразия с общечеловеческим звучанием является внутренним импульсом и непременным условием художественности.

Представляется весьма странным, что художественная литература, театр, кино нередко обходят молчанием вопросы, связанные со сложностью национальных отношений. Значительная опасность таится в том, что в культуре пропадает обостренное внимание к общенациональным проблемам, в свете которых решается духовное переустройство общества. Слабо развит обмен специалистами, получившими подготовку в различных республиках, что создает обстановку для определенной национальной замкнутости кадров. Этническая безграмотность негативно влияет на сферу культуры быта, национальные особенности поведения. Одной из важных причин обострения межнациональных отношений явилось волюнтаристское нарушение духовных интересов, культурных и исторических особенностей каждого народа. Пренебрежение спецификой национального быта, подавление культурного и национального многообразия принесли трагические результаты. Так, известные драматические события в Нагорном Карабахе показали колоссальную опасность, которую несет безразличие к социально-культурной сфере, национальной культуре, когда местное население не имело на клубов, ни театров на национальном языке.

Оставались без внимания жизненные коллизии, порожденные межнациональными браками. И это при том, что каждая пятая семья в России смешанная. В сводке Госстата СССР «Межнациональные браки в 1988 году» были приведены интересные сведения о положении в стране с этим вопросом. Особенно поражают данные о межнациональных браках по союзным республикам. Так, в 1988 году 57,2% русских мужчин, живущих на Украине, взяли в жены девушек других национальностей, в Белоруссии — 74,5%, в Грузии — 39,6, в Литве — 56,5, в Молдове — 61,9%. Почти такую же картину показывает статистика и по русским женщинам, вышедшим замуж за людей другой национальности: в Беларуси таких было 73,4%, в Грузии — 53,2, в Азербайджане — 40,3, в Молдове — 59,9, в Армении — 70,6%. Конечно, и сегодня большинство этих браков не распалось. Более того, их количество, хотя и в меньших масштабах, увеличилось. Из этих цифр наглядно видно, сколь важны различные аспекты интернационального быта, межнационального общения, повышения его культуры, особенно в области семейно-брачных отношений.

Большой вред наносит бытующая среди деятелей культуры практика «косметического изображения» истории своего народа, сопровождающаяся искажением исторического прошлого соседей — братских народов, неуважением к их национальным святыням. С легкостью необыкновенной в художественной литературе и искусстве даются поверхностные оценки жизни других наций, дилетантские обобщения, лишенные глубины и основательных знаний и оскорбляющие национальное достоинство. Имеет место и другая крайность, когда тот или иной народ изображается в сентиментально-слащавых тонах, в провинциально-восторженных красках.

Становление цивилизованного общества требует глубокой реорганизации деятельности многих организаций и учреждений культуры и искусства, образования, быта, создания новых форм проведения досуга и др. Утвердившиеся различные формы межнационального общения, такие, например, как дни или декады национальных искусств, юбилеи выдающихся деятелей культуры, «десанты» писателей в республики, зачастую носили «парадный», «декоративный» характер, проходили по разнарядке, часто подменялись парадными ритуалами, столь же формальными, сколь и бездейственными, а то и вредными. Взаимообогащение национальных культур нельзя, конечно, сводить к праздникам и юбилеям. Если такие формы культурного обмена скомпрометировали себя, то можно найти другие, может быть, более эффективные. Ведь здесь мы имеем дело как раз с той закономерностью, когда содержание значительно важнее отживших форм.

Путь к гармонизации межнациональных отношений лежит в значительной степени через культуру. Сегодня как воздух нужно воплощение в практику идеи, что народы «все распри позабыв, в единую семью объединяется». Известная формула Гете: «превыше народов человечество».

Универсализм духовных ценностей.

В условиях необходимости культурного обновления общества укрепление гуманистических идеалов и принципов невозможно вне основной тенденции развития культуры — обращения к общечеловеческим культурным ценностям. Возвышенные идеалы мировой культуры испокон века давали ей возможность подниматься над всеми разделительными границами, таможнями, государственными запретами. В этом одна из главных причин неприязни к ней тоталитарных государственных структур: невозможно было установить диктат над тем, что объективно выше их и недоступно их пониманию.

Поэтому так думают не все. Возник, например, в наше время острый, кровоточащий вопрос о перераспределении классических национальных ценностей. Логика проста: все национальные культурные ценности должны вернуться в национальные государства. Но законы мировой общечеловеческой культуры говорят обратное. Ценности, веками хранившиеся в мировых центрах цивилизации, нельзя расчленять, дробить, растаскивать, а необходимо сохранить во имя интересов всего человеческого сообщества, во имя целостности мировой культуры.

Примечательная особенность мировой культуры — ускорение процесса ее интеграции. Правда, многие сферы культуры, к которым относятся наука, философия, мораль, литература и искусство, образование, нравственные ценности человечества, всегда содержали не только классово направленные, но и общечеловеческие, универсальные начала. Они способствовали сближению народов, обогащали цивилизацию. Подчеркивая усиление этой глобальной тенденции, следует отметить ее позитивный характер, ее роль в решении всего комплекса задач формирования нового гуманистического видения мира. Но здесь надо учитывать ряд моментов.

С одной стороны, в мире происходят социально-экономические, политические и культурные процессы, порождающие глобальное, планетарное сознание. Крепнут экономические и культурно-информационные связи. Постепенное распространение новой технологии формирует унифицирующую тенденцию. Образы жизни разных народов оказываются похожими. Это порождает представление, что уникальные культурные особенности различных регионов планеты постепенно стираются, национальные черты размываются, глобальные процессы универсализируют мир.

С другой стороны, на планете существуют различные и многообразные культуры. Специфика жизни тех или иных народов предстает как фактор, оказывающий глубокое воздействие на характер социальной динамики. В противовес униформизации возникает контрнаправление на сохранение культурного достояния в его уникальной форме. Никогда прежде не было, пожалуй, столь мощного и разнохарактерного взлета региональных и национальных умонастроений, как в наши дни. Этнонациональные проблемы оказываются в центре внимания мировой общественности и приобретают глобальный характер.

Попытаемся охарактеризировать обе эти тенденции, представленные в современной западной исследовательской литературе, и выявить научные позиции, противостоящие различным версиям «глобализации» или «герметизации» культур.

В завершающемся столетии решающее значение для экономической и социальной жизни, для способов производства знания, отмечал американский социолог Д. Белл, а также для характера трудовой деятельности человека приобретает становление нового социального уклада. Революция в организации и обработке информации и знаний, в которой центральную роль играет компьютер, развертывается одновременно со становлением постиндустриального общества. Ход рассуждений Белла сводится к тому, что быстрое развитие научно-технической революции вносит качественные изменения в жизненный уклад народов, постиндустриальное общество приобретает сходные черты в Америке и Японии, на островах Тихого океана и у патриархальных североамериканских народов. В «тигле» информации окончательно обратятся в пепел те уникальные особенности культуры, которые «служат помехой стремительному разбегу цивилизации».

Более развернутую модель «схождения культур» развивает американский философ Дж. Мартин в книге «Телематическое общество. Вывоз ближайшего будущего». Когда речь идет о великих цивилизациях прошлого, — отмечает автор, — имеют в виду географические локальные регионы, скажем, Древнюю Грецию, Францию XVIII века, современную Америку. Но не то будет по прошествии нескольких десятилетий развития глобальных коммуникаций, когда «цивилизации» будут представлять собой географически рассеянные регионы, объединенные общей культурой. Постиндустриальная западная цивилизация свяжет воедино все англоязычные страны. Дж. Мартин возлагает особые надежды на транснациональные корпорации, выступающие, по его концепции, средством космополитизации мира. Однако, сетует автор, некоторые люди все еще эмоционально крепче связаны со своей страной, нежели с корпорацией, в которой они работают. Его утешает то, что иные уже сейчас испытывают большую лояльность к своей глобальной культурной зоне, нежели к своей национальной культуре.

Многие теоретики соглашаются с этими идеями «устарелости» национальных ценностей. На XVII Всемирном философском конгрессе (Канада, 1983 год), посвященном философским проблемам культуры, некоторые западные теоретики, в частности, Дж. Грант, Е. Пучипарелли, развивали тезис о том, что современные динамичные процессы несовместимы с сохранением национальных сокровищ. По их мнению, глобальные процессы космополитичны, безразличны к уникальности национальных культур.

Стремление возвести планетарное сознание в некий «повсеместно действующий и единственный принцип» присуще отнюдь не всем исследователям. Некоторые из них отчетливо видят, что интенсивный напор на разнородные культуры может иметь непредвиденные последствия. Так, Т. Стоуньер в книге «Информационное богатство» отмечает, что в своем постоянном ускорении техническое развитие вносит изменения не только в экономику, но и в культуру. Все это может, по мнению автора, обернуться культурным отчуждением, которое уже сейчас находит выражение в возрождении религиозно-фундаменталистских идей и культов. По мнению Стоуньера, культурная дезориентация может оказаться наиболее непредсказуемым и опасным явлением последних десятилетий XX века.

Нам ближе интернационалистический взгляд на мир, причем это не лицемерный интернационализм, а искренне честный. Он вовсе не отрицает национального своеобразия, уникальности культур, а, напротив, предельно восприимчив к особенностям культурных укладов, вбирает их черты, впитывает их в «тело» универсальной культуры человечества.

Все åùå бытует упрощенный взгляд на процесс взаимопроникновения общечеловеческих и национальных ценностей, якобы нивелирующий национальные культуры. Между тем, процесс этот не отрицает, а, наоборот, поддерживает обогащение национальных культур, выступает за их множественность и многоцветие, исходит из признания равного права всех наций на существование и развитие, требует соблюдения принципа равноправия при решении национальных проблем, чуткости, внимания и такта по отношению ко всем нациям и народностям, к их историческому прошлому, к самобытности их культуры. Основанный на системе пронизанных гуманизмом представлений о самоценности каждой нации, о возможности достижения, разумеется, при определенных условиях, равноправия и дружелюбия, взаимопонимания, а следовательно, и взаимодоверия между народами, этот процесс нацеливает людей мыслить и поступать в интересах всего человечества.

Вслед за национальной общностью усиливается поистине глобальная общечеловеческая общность, направленная на объединение людей всей планеты. Чувство этой общности направлено на созидательные действия и постепенно пронизывает как духовную жизнь общества в целом, так и мотивы, стиль и характер повседневного поведения людей. Общечеловеческое мировоззрение объединяет нации, выступает структурным стержнем целостной системы культуры, определяющим ее направленность, представляет собой специфический феномен. На его укрепление эффективно воздействует развитие ценностного содержания всех сфер культуры, и в первую очередь информатики, этики, науки и т.д. Это мировоззрение сказывается и на культуре человеческих отношений, в повседневном поведении людей, в социальном и культурном развитии наций и народов. Развитие естественно-научных основ такого мировоззрения происходит не в конфронтации, а в тесном взаимодействии с развитием гуманитарного знания, расширяющего и углубляющего теоретическую основу общечеловеческого мировоззрения данными социальных наук.

Это мировоззрение — стимулятор активной социальной деятельности личности, своеобразный регулятор ее общественно-политического поведения; оно открывает ей доступ к сокровищнице общечеловеческих культурных ценностей. В противовес ему националистическое сознание идейно обедняет человека, сужает его духовный кругозор, ограничивает сферу ценностных ориентации, создает весьма серьезное препятствие для проникновения в мир общечеловеческой культуры.

Соотнесение с категорией «общечеловеческое мировоззрение» таких понятий, как «направленность развития личности», «индивидуальная жизненная концепция», «познание», «творчество» (социальное, научное, художественное), способствует обогащению жизненной позиции личности, активизации ее чувства сопричастности к судьбам человечества, уважения к национальному своеобразию каждого народа. Последняя сфера требует особой деликатности, чуткости, не допускает никакого насилия.

Особую актуальность приобретает проблема последовательного формирования у личности, включенной в сферу национальных и межнациональных отношений, индивидуального общечеловеческого мировоззрения. Отметим в этой связи, что зафиксировать взаимообусловленность мировоззренческого кредо личности и ее жизненной позиции — еще не значит раскрыть всю неоднозначность проблемы укрепления мировоззренческих основ человека.

Процесс формирования индивидуального мировоззренческого кредо, сквозь призму которого адекватно отражалась бы сложность развития природных и социокультурных реалий, не мыслим без постоянного повышения роли культуры. В наше время, когда на новый уровень поднялись индивидуальное сознание, понимание нерасторжимой связи микрокосмоса «мира человека» с макрокосмосом всего сущего, новое содержание обрел вклад культуры в совершенствование мировоззренческих ориентации личности. Глобальность перемен, порождаемых научно-техническим прогрессом, вызывает подчас непредвиденные последствия. Разве не парадоксален, например, сам по себе факт, что наряду с бурным развитием науки в обществе реанимируются и мистические умонастроения? А автоматика и компьютеризация приводят подчас к снижению профессионализма и к бездуховности человека. Как ни велико значение национального достоинства человека, оно не снимает серьезной проблемы, связанной с имеющими место потерями таких основополагающих черт, как трудолюбие, скромность, бескорыстие и др.

Поскольку формирование мировоззрения нередко наталкивается на инертность и ограниченность человеческой психики, необходим постоянный поиск новых эффективных подходов. Этому препятствуют формализм, сведение процесса познания к дидактике, начетничеству, словесным увещеваниям; слишком большие упования на пропагандистские усилия. Перестали действовать высокопарные фразы о дружбе народов. На смену митинговщине приходит вдумчивая и кропотливая работа по реализации благородного принципа: не голое «провозглашение» общечеловеческих ценностей, а умение быть даже в самые трудные времена их последователями и защитниками. Причем эта позиция связана с внутренним осознанием собственной потребности человека, а не внешне ему навязана.

Сложность овладения нормами и образцами общечеловеческого мировоззрения связана с ограниченностью мышления человека, традиционными национальными стереотипами, наконец, не в малой степени, с недостаточным пониманием тех исторических тенденций в социально-культурном развитии наций, которые присущи современным культурным процессам.

У многих людей существует разрыв между теорией, нормативной моделью и повседневной практикой следования им. Чтобы преодолеть этот разрыв, надо неустанно искать алгоритмы взаимопереходов общечеловеческих и национальных ценностей, чему могут помочь последовательное осмысление, глубокое познание истории народов и наций, преодоление начетничества, фразеологии, догматизма.

Для обеспечения поиска этих алгоритмов полезно, на наш взгляд, рассматривать общечеловеческую культуру как систему, а национальные культуры — как относительно самостоятельные элементы. Такой подход снимает противоречие между национальным и общечеловеческим. Национальное стратегически рассматривается как одна из форм проявления общечеловеческого, «работает» на него немыслимо в отрыве от него. Общечеловеческое же также не мыслимо без национального как элемента системы. Игнорирование национального, как и игнорирование любого элемента любой системы, ведет к энтропии последней и неизбежной гибели.

Заметим, что до выдвижения на передний план в мировой культуре и цивилизации общечеловеческого национальное, как и другие характеристики культуры, «работало» само по себе, порой противореча этим другим характеристикам, тем самым постоянно «ломая» вектор прогресса культуры. Попытки объединить различные подходы к культуре были спонтанными, случайными, а потому малоэффективными. Хотя само стремление к такому объединению многозначительно: подспудно чувствовалась его необходимость.

Преобразование отдельных направлений, подходов к культуре в систему способно резко ускорить культурный прогресс, ибо объединительные тенденции теперь могут развиваться сознательно, необходимость каждого из элементов этой системы перестает подвергаться сомнению, появляется возможность применить к системе общечеловеческой культуры хорошо научно разработанный системный подход.

Содружество государств — содружество культур и языков.

Бесценным богатством нации является язык — своеобразный генофонд национальной культуры. Язык в жизни народа выполняет этнодифференцирующую и этноинтегрирующую функции, занимая не побочное, второстепенное место где-то на периферии, а одно из ведущих, так как выступает носителем духовной самостоятельности нации. Потеря языка для нее — это потеря взаимопонимания не только вне, но и внутри нее.

Россия получила от царизма запущенное «языковое хозяйство». Из более чем ста наций многие не имели письменности. Отсутствие письменности — драма для народа. Отечественным ученым пришлось создать алфавит для 50 ранее бесписьменных языков. Подобных примеров истории мировой культуры не известно. Ведь что означает для народа получение письменности? Это значит иметь реальную возможность говорить и писать на родном языке, т.е. духовно обогащаться, постигать исторический путь своей нации, знать и эффективно распространять свои культуру и эпос, утверждать свое национальное самосознание.

Язык — основная духовная территория народа. Правы те, кто называет его становым хребтом национальной культуры. В Древней Руси у слова «язык» было еще и второе значение — «народ». Дорожить родной речью — высокий нравственный признак верности Родине и нации. Эти чувства с большой художественной силой были выражены в годы Великой Отечественной войны Анной Ахматовой.

«Не страшно пол пулями мертвыми лечь,

Не горько остаться бел крова

И мы сохраним тебя, русская речь,

Великое русское слово

Свободным и чистым тебя пронесем

И внукам дадим, и от плена спасем

Навеки»

С чувствами русской поэтессы перекликаются слова аварца Расула Гамзатова:

«И если завтра язык исчезнет,

То я готов сегодня умереть»

Несмотря на широкое распространение национально-русского двуязычия (удельный вес свободно владеющих русским языком в качестве второго языка возрос с 80,1% в 1970 до 83% в 1979 году), родным языком пользуются все национальности (93,1% от обшей численности населения).

Требует своего дальнейшего серьезного исследования культура языковых взаимоотношений, вырастающая ныне в крупнейшую социальную, политическую, гуманистическую проблему. Естественно, что инонациональным жителям, проживающим в каком-либо национальном районе страны, нужно уважать традиции коренного населения изучать его язык и культуру. «Языковый» плюрализм — не простая проблема. Кто только эту чушь читает? Ведь восстановление законного права национального языка не может совершаться в ущерб другим языкам, необходим справедливый подход к их функционированию.

При решении вопроса о государственных языках следует тщательно учитывать интересы различных национальных групп, проживающих компактно в том или ином государстве. Объявление государственным языка коренного народа должно сопровождаться законодательной гарантией свободного развития языков всех других наций, населяющих ее территорию.

Современная национальная политика призвана создавать условия для успешного развития всех языков коренных национальных меньшинств в стране. Но при этом надо иметь в виду, что равноправие национальному языку нельзя обеспечить искусственно и формально. Необходимы не только колоссальная воспитательная работа, но и серьезная подготовка кадров, учебных пособий, а главное — желание людей, их духовная потребность. У нас довольно близоруко относились к национальным школам, было очень мало школ с преподаванием на родном языке. Родной национальный язык был оттеснен на далекую периферию. На Украине, например, нередко освобождали учеников по просьбе родителей от изучения родного языка. Совершенно ненормальным надо признать явление, когда в столице Кыргызстана была всего одна киргизская школа и ликвидировались смешанные школы, где обучение было на двух языках. В Татарстане только 7% школьников изучали родной язык, 1,5 миллиона татар не знало своего языка. В Башкирии, ссылаясь на отсутствие учебников, ликвидировали школы на татарском языке. В то же время весьма огорчительны имеющие сегодня место притеснения русскоязычного населения.

Ошибка системы народного образования состояла в том, что почти во всех школах русский язык был выдвинут в качестве альтернативного родному национальному языку, что приводило к забвению последнего и к языковой безграмотности, особенно молодого поколения. Недостаточно активными были деятели литературы и искусства. Ведь от них во многом зависит, чтобы не засохли родные национальные языки.

Есть и вторая сторона дела. Решение языковой проблемы в системе многонациональных государств может успешно осуществляться только путем сосуществования и дружеского сожительства всех языков населяющих его народов, но при условии наличия одного, общего для всех языка межнационального общения. Известно, что в Еврейском сообществе таким языком является английский. В условиях Содружества независимых государств таким языком органично должен стать русский. Без него трудно обойтись любой республике-государству, он необходим во всех сферах жизнедеятельности, он связан с обаянием русской классической культуры.

В отечественной культуре многие годы успешно практиковалось двуязычие — как норма и необходимость для всех народов, как общий культурный принцип и «канал» взаимодействия культур. Двуязычие — буквальный перевод международного термина «билингвизм». Некоторые политики называли двуязычие двоедушием. Видимо, произошло это по недоразумению или по незнанию, что этот термин обозначает явление, распространенное во всем мире. В условиях двуязычия существует лингва франка — свободный, всем принадлежащий язык. В нашей стране — это был русский язык. Уже прочно вошло в жизнь, что свободное владение двумя языками, использование их в различных повседневных сферах является естественным и обычным для людей, стало уже не политикой и не модой, а фактом жизни, который будет существовать, пока люди говорят на разных языках, и ни в коей мере не угрожает национальным культурам. Отсюда роковую роль играют различные законодательные акты, не учитывающие языковое взаимодействие, направленные на огосударствление единоязычия.

Русский язык — привычный и удобный инструмент духовного общения. Пушкин завещал русскому языку двуединую миссию — миссию единения и миссию сбережения иных языков и культур. В нынешних условиях он является важнейшим рычагом сближения независимых государств. Следует напомнить один примечательный факт. В 1948 году, в период «холодной войны» Аллен Даллес поучал: чтобы развалить СССР, не надо атомной бомбы, нужно только внушить его народам, что они смогут обойтись без знания русского языка. Нарушаются экономические, культурные и другие связи. Государство перестанет существовать.

Естественно, что в новых условиях существования Содружества независимых государств каждый гражданин изучает язык межнационального общения только по желанию, по велению разума и в силу реальной жизненной потребности и необходимости. В свою очередь, следует разумно поощрять стремление людей к изучению русского языка и к разноязычию, создавая для этого атмосферу социально-политической и духовной заинтересованности.

К сожалению, нет ни одной серьезной фундаментальной монографии о значении русского языка как средства межнационального общения. Со всей остротой стоит вопрос о его охране и защите, в него вторгаются чужеродные, калечащие его слова. Русский язык стал портиться, беднеть, терять свои богатства, размываться так называемым языком околиц. Во многих регионах слаба постановка преподавания русского языка. Не хватает свыше пяти тысяч преподавателей-русистов.

Проблемы русского языка органично связаны с местом русской культуры в современном обществе — ее великих литературы и живописи, философии и истории, ролью во всей духовной жизни. Они связаны с теми новыми задачами, которые русская культура призвана решать не только на своей национальной почве, но и в контексте консолидации многонациональной отечественной культуры.