Россия в диалоге культур

Россия в диалоге культур




Культура не дается нам от природы. Она - благоприобретенный способ деятельности, позволяющий изменить наш социум, подняться на новую ступень развития, обуздать или усилить воздействие силы природы, оптимизировать социальные отношения, "очеловечить" самих себя.

Если рассматривать культуру в историческом аспекте и оценивать страны и исторические эпохи по уровню культурного развития, то мерой культурности оказывается степень приближенности регионов к европейской культуре.

В традиционных, не затрагиваемых коренными преобразованиями обществах, культура выглядит практически не меняющейся. Уже полтора века в исторической литературе, в публицистике, обсуждается вопрос взаимодействия русской культуры и русского менталитета с культурами Запада и Востока.

Вспомним славянофилов и западников. Обратим внимание на аналогичные споры сегодня. В противопоставлении "Востока" "Западу" выступают не географические регионы, а два противоположных типа: культурного и цивилизационного развития.

«Запад» - это цивилизация, проникнутая вниманием и уважением к человеку, как личности, считающая блага человека важнейшей целью общественного развития. Она сложилась в Европе XV-XVII вв. и распространилась позднее на Северную Америку, Австралию, а с конца прошлого века - и на Японию.

Для западного типа развития характерно безудержное стремление к ускоряющимся прогрессивным изменениям общества и связанных с ним наук, непрерывное совершенствование социальных связей и отношений.

"Восток" - это традиционные общества и культуры, характеризующиеся установкой на адаптацию индивида к сложившейся социальной среде, выработку коллективистского менталитета, в противовес индивидуалистической доминанте на Запада.

Что же представляет собой русская культура, русское мировосприятие, к какому типу цивилизационного развития тяготеет Россия? Славянофилы утверждали, что Россия идет совершенно самобытным путем; ее культура, сознание и историческое поведение не имеют ничего общего ни с западным, ни с восточным вариантами.

Эта идея нашла выражение в знаменитом четверостишии Ф.Тютчева:

«Умом Россию не понять.

Аршином общим не измерить:

У ней особенная стать -

В Россию можно только верить».

Эта концепция абсолютировала "русскость", в то время, как на деле России необходимо было модернизироваться, пытаться догнать развитые европейские страны.

Однако, Россия предпочла восточный путь развития. Христианство пришло в Россию не в европейском, а в восточном (византийском) варианте. В течение короткого времени, во времена Петра I, Россия перенимала части западной культуры и технологии.

Однако заимствовались не элементы рациональности, передовой опыт в экономике, в системе образования, в политике, а незатейливые развлечения на "дурной" потребительский вкус.

Как реакция на категоричность славянофильства родилась специфическая концепция евразийской культуры. Евразийцы не хотели смотреть на Россию как на культурную провинцию Запада.

Азиатское воздействие глубоко вошло в ткань русской политической культуры, впитавшей в себя деспотическую организацию государства, харизматического лидера, стремление к экспансии, установку на коллективность, соборность вместо перенятия гуманизма, западной демократии и правосознания.

Сегодня над развитыми странами Запада нависла опасность вандализма, ведущая к разрушению и деградации личности. Эта проблема, генерируемая "третьим миром", явственно прорисовывается и в России.

Новое политическое мышление и вандализация культуры - процессы-антиподы, диаметрально противоположные по своей направленности. "Новое политическое мышление", провозглашенное в годы перестройки М.С.Горбачевым, было призвано придать больший динамизм и цивилизованность российским международным и межнациональным отношениям.

Вандализация культуры и дегуманизация личности происходят за счет объективно складывающихся социальных условий. В этом направлении действует пропагандистская машина тоталитарных режимов.

Нарушение соотношения "цивилизация - культура" в значительной степени связано с выходом на авансцену истории в конце XIX и, особенно, в ХХ веке радикально настроенных, но недостаточно культурных масс, не привыкших к миролюбивой, гуманистической этике, не знакомых с либерально-демократическим путем общественного развития Запада.

Небывалый рост преступности в России является следствием вандализации культуры. Под действием миллионов, получивших "воспитание" в репрессивных учреждениях, российская культура все более становится криминальной, происходит смешение лагерной и обычной зон жизни. Само наше мышление становится уголовным, а язык - "блатным".

Накануне президентских выборов на Украине в печати было опубликовано письмо группы украинских писателей, где говорилось, что русский язык - это "язык попсы и блатняка". В сознании образованного украинца словосочетание "русский язык" ассоциируется со словечками преступного мира, а через него - с ненавистной постсоветской системой.

Вряд ли россияне представляют себе, до какой стадии разложения дошел сегодня русский уголовный язык, коим политическая элита (за редкими исключениями) владеет в совершенстве. Словарный запас многих нынешних чиновников не превышает 500 слов, причем половина из них - воровская феня, арго и мат.

Многих россиян охватывает подлинный ужас, чувство надвигающегося оруэлловского мрака. Они не желают повторения 37-го года, когда требовалось идти не туда, куда хочешь, а куда гнал строем конвой по окрику пьяного начальства.

Некоторые кандидаты в депутаты, политические и общественные деятели умудряются непристойно выражаться во время встреч с избирателями, на пресс-конференциях (читая заранее заготовленный текст) и т.д.

Бывший украинский премьер-министр Янукович писал свою должность в анкете с двумя ошибками и собирался в случае избрания президентом "сделать язык попсы и блатняка вторым государственным".

Но русские писатели, интеллектуалы, режиссеры, актеры будто бы всего этого не слышат. Неужели хамские выкрики российской гастрольной попсы да еще скучные личики "Фабрики звезд", ежедневно мелькающие на экранах телевизоров, будут и впредь вести российский народ к полной моральной деградации?

Страшна полукультурная масса, зацикленная, в лучшем случае, на технической узкоспециализированной деятельности, но не освоившая многовековых пластов моральных и художественно-эстетических традиций.

Как заметил однажды А.Твардовский, страшен не тот, кто за всю жизнь не прочитал ни одной книги, а тот, кто прочитал лишь одну книгу. Начиная с античности сложилось четкое представление о трех ликах культуры: Истине, Добре и Красоте, образующих триединство и обусловливающих друг друга. Подлинная культура призвана служить добру.

Самой возвышенной сферой жизнедеятельности человека является духовная сфера. В ней рождается то, что отличает человека от других живых существ - дух, духовность. Люди и общество нуждаются в создании и освоении духовных ценностей, в нравственном совершенствовании, удовлетворении чувства прекрасного, познании окружающего мира.

Индивиды резко отличаются друг от друга по объему своего словарного запаса с амплитудой колебания от Шекспира (12 000 слов) до какой-нибудь Эллочки людоедки, обходящейся... 30 словами.

Но ведь за словарным запасом, его количественной и качественной стороной, стоят определенные характеристики индивда - его общеобразовательный и культурный уровень, принадлежность к той или иной социальной группе, специфика микросреды, в которой он сформировался.

Чем выше образовательный уровень человека, тем шире его интересы. Любое знание он рассматривает как благо, откладывая его про запас. По меткому сравнению Э.В.Ильенкова "человек, изъятый из общественных отношений, мыслит так же мало, как и мозг, изъятый из человеческого тела". (См.: Ильенков Э.В. Диалектическая логика. - М., 1984. - С. 165).

Каковы внутренние законы развития общественного сознания? Прежде всего - отсутствие "жесткой связи" между общественным бытием и общественным сознанием (вопреки утверждению Маркса). Закон отсутствия "жесткой связи" обнаруживается в способности общественного сознания опережать общественное бытие.

В тоталитарных обществах "под каблуком" политической цензуры и политической практики находятся все институты. Из сознания выбрасываются общечеловеческие моральные ценности, нравственным объявляется лишь то, что служит достижению поставленных властью целей. Гитлер, например, публично провозгласил "освобождение" немцев от такой, по его мнению, химеры. как совесть.

В действительности общественное бытие реализует себя и функционирует посредством сознания. Это органическая системная зависимость, как писал М.К.Мамардашвили. (Мамардашвили М.К. Как я понимаю философию. - М., - 1990. - С. 298).

В каждом народе имеются черты, связанные с историческими особенностями, национальными традиция, культурным уровнем народа. Не случайно мы говорим об американской деловитости, немецкой пунктуальности, российской необязательности и т.д.

Общественная психология формируется стихийно, непосредственно под воздействием идеологии, выступающей как продукт "особо уполномоченных" представителей правящего класса, - его идеологов.

В последнее время в литературе и СМИ получило права гражданства понятие "менталитет", определение которого в энциклопедических и учебных изданиях весьма приблизительное. Материалы, в которых находят отражение объективные факторы общественной психики, в значительной мере политизированы, пропитаны идеологией.

Российскому телезрителю представляются только "нижние" этажи общественной психологии. Именно в таком методологическом ключе решал проблему идейно-психологического воздействия на массы марксизм-ленинизм, вкладывая в сознание народа черты русского коммунизма, общинное сознание, стремление к вселенской соборности, взгляды той социальной группы, к которой индивид принадлежит (к классу, нации, социальной и профессиональной группе и т.д.).

Выдающийся отечественный историк Е.В.Тарле писал:

"Вряд ли что может быть труднее для историка известного идейного движения, чем разыскивание начала этого движения. Как зародилась мысль в индивидуальном сознании, как она себя поняла, как перешла к другим людям, к первым неофитам, как постепенно видоизменялась...". (Тарле Е.В. Дело Бабефа. - М., 1981. - С. 29).

Как бы мы не старались сегодня поднять повыше планку личных свобод, ее неизбежно тянет вниз недостаточная культура нашего общества. Что справедливо с точки зрения юридической, может выглядеть несправедливым в плане моральном. Есть понятия, которые отсутствуют в праве, но чрезвычайно важны для нравственного сознания.

К таким понятиям относятся: "милосердие", "искренность", "дружелюбие", "скромность", "самоотверженность", "лицемерие", "подлость", "угодничество" - качества, отсутствие или наличие которых не подлежит уголовному и административному преследованию. Власти стремятся повернуть общество к тоталитарному режиму, пренебрегая цивилизованными правовыми нормами.

Н.А.Бердяев с горечью писал: "Поистине трагично положение философа в России. Его почти никто не любит. На протяжении всей истории культуры обнаруживается вражда к философии. Философия есть самая незащищенная сторона культуры". (Бердяев Н. А. Опыт философии одиночества и общения // Мир философии. - М., 1991. - Ч. 1. - С. 111).

Философию, как отмечал Э. В. Ильенков, рождает не бесстрастное любопытство в часы досуга, а острая и настоятельная потребность рационально разобраться в острейших проблемах, вставших перед обществом. Вся она в диспуте, в страстном полемическом диалоге с системой взглядов на мир и жизнь. (Ильенков Э.В. Общественное сознание и его формы. - М., 1986. - С. 329).