Проблема субъективного переживания

Проблема субъективного переживания

Реферат

Московский Государственный Университет им. М.В. Ломоносова

факультет психологии

кафедра психологии личности

Москва, 2001 г.

Попытки рассмотреть действие механизмов мотивации показывают, что во взаимодействии эмоций и процессов познания порой достаточно отчетливо участвуют и посредничают таинственные субъективные феномены, вроде чувства реальности, которое, как было показано выше, оказывает заметное влияние на возникновение эмоций. 

В советской психологии существует традиция рассматривать переживание в качестве одной из центральных категорий, характеризующих психическое. С. Л. Рубинштейн в «Основах общей психологии» говорит о том, что "всякий психический факт - кусок реальной действительности и отражение действительности".

Эти два аспекта, всегда представленные в сознании человека в единстве и взаимопроникновении ступают здесь как переживание и знание. Моментом знания в сознании особенно подчеркивается отношение к внешнему миру, который отражается в психике. Переживание это первично.

Как можно видеть, речь идет об аналитическом сечении целостного акта психического отражения, выделении и противопоставлении в нем полюсов знания и переживания, иначе - отражаемого содержания и его субъективного носителя. 

Образы, мысли, идеи не могут существовать без некоторого носителя, субстанции воплощения, и такой субстанцией является субъективное переживание. Человек может для сохранения перекодировать образы в ту или иную систему символов и знаков, но для того, чтобы стать достоянием другoгo человека, они должны быть им перевоплощены обратно, переведены из конвенционального внешнего во внутренний, живой носитель. Именно субъективное переживание является носителем психических образов, а не физиологические процессы.

Реальность субъективных переживании позволяет охарактеризовать их как универсальную онтологическую основу психического образа, как конкретно-субъективную форму существования отражаемого в нем содержания. Другими словами, в психическом переживание проявляется в качестве реального носителя познавательных образов (воспринимаемых, представляемых, мыслимых) и в этом смысле противопоставляется отражаемому в них идеальному содержанию (которое неминуемо переживается): «Субъекту идеальное есть лишь содержание психического отражения объективного мира» (Гальперин). Разумеется, противопоставление переживания и отражаемого содержания (образов, знаний) является относительным, так как в целостных психических явлениях эти два полюса всегда выступают в единстве формы и содержания. Следует отметить, что в виде переживания и знания в психике человека обнаруживаются моменты, «в тех или иных формах представленные даже в совсем элементарных психических образованиях» (Рубинштейн), т. е. речь идет не только о высшей форме отражения—сознании.

Многие проблемы, касающиеся переживания, не разработаны даже на уровне гипотез. Отсутствие представлений о границах эмоциональной сферы отражения автоматически обусловливает неопределенность в вопросе об основных видах переживания. 

Игнорируются при анализе психического весьма разнообразные и функционально важные явления. 

Таковы, например:

чувства меры реальности отражаемого содержания, которые обычно не замечаются из-за постоянного присутствия в психическом, но отчетливо обнаруживаются при психотических нарушениях, когда действительность воспринимается нереальной или в нее проецируются и воспринимаются реальными образы галлюцинаторного происхождения;

чувство узнавания, тоже столь же мало заметное в нормально функционирующей психике и столь же явно обнаруживающееся в случае застрявшего припоминания, при неспособности человека идентифицировать узнаваемое явление, а также при аномалиях в виде симптома «уже виденного» в отношении того, что никогда раньше не воспринималось, или «никогда не виденного» при восприятии хорошо известных предметов;

чувства пространственного расположения предметов в отношении тела;

чувства способа действия;

чувства сходства, ожидания и многие другие психические явления, имеющие признаки непосредственного субъективного переживания.

Таким образом, непосредственный опыт как будто говорит о том, что наряду с эмоциями существует множество других психических явлений, обладающих признаками переживания. Но что в таком случае объединяет и различает эти разновидности переживания, какие возможны дальнейшие характеризующие его дифференциации? Данные вопросы остаются открытыми.

«Гедоническое пространство» и проблема переживания. 

Определенную интерпретацию проблема переживания получает и свете трехмерной концепции чувств В. Вундта. Если учесть расширенную трактовку в этой концепции сферы эмоционального, тот факт, что чувства характеризуются в ней как «субъективный элемент душенной жизни», сопровождают всякий акт отражения и образуют отдельный пласт психического—ее можно рассматривать как концепцию не столько эмоции, сколько субъективного переживания. Согласно этой концепции эмоциональные переживания удовольствия-неудовольствия представляют собой одни из возможных (но не обязательных) компонентов субъективного переживания, а традиционные эмоции типа радости, стыда, гнева - определенные формы развития субъективного переживания во времени.

Развитие этих взглядов способно привести к коренному изменению представлений о принципиальном строении психического. Так, из них следует вывод о двуплановости субъективного образа, о том, что всякое содержание получает в нем двойное отражение: на основе тех или иных когнитивных характеристик и, кроме того, в виде чувств-переживаний. 

Пережить- это значит не просто субъективно испытать, а испытать непременно особой как-то специфически, и это «как-то» непосредственно схватывается субъектом на изначально ему доступном сложном языке, который только в развитых формах психики становится частично вербализуемым, причем с иллюзией принадлежности вербализованных отстоявшихся форм исключительно полюсу знания и объекта. 

"Чувственная ткань" отражения и сознания является не сенсорной, как это следует из господствующей в психологии доктрины когнитивизма, а чувственной в вундтовском смысле слова. Одно из преимуществ данной гипотезы заключается в том, что при ее принятии не возникают затруднения, связанные с необходимостью объяснения взаимодействия образований разной модальности в целостном акте отражения. Ею предполагается, что основа отражения - чувственная ткань - уже изначально является амодальной и что язык субъективных переживаний-чувств является как бы общим знаменателем, через который могут связываться впечатления от разных органов чувств и, что особенно важно, образовываться сенсомоторные, иначе - созерцательно-деятельностные сплавы. 

Функции переживаний. 

Концепция В. Вундта содержит следующие предположения о функциональном назначении чувств-переживаний:

Они отвечают за целостность, структурированность отражения. 

Чувства способны служить посредником, связующим звеном между отдельными образами, мыслями, представлениями в том, что У. Джемсом было названо «потоком сознания»: благодаря чувству, вызванному некоторой ситуацией, мы вспоминаем о другой ситуации, когда-то вызвавшей сходное или противоположное чувство. Данное их проявление особенно отчетливо наблюдается когда этот процесс как бы застревает и мы переживаем чувство, указывающее, что с чем-то подобным мы уже сталкивались, но неспособны восстановить, с чем именно. Связывая в "потоке coзнания" отдельные образы и идеи, чувства обнаруживают себя, согласно В. Вундту, в качестве механизма ассоциаций. 

Чувства-переживания представляют собой первую фазу развития активных эмоциональных реакций, или аффектов, а  также возникающих из аффектов волевых побуждений и итоговых внешних действий, иначе говоря - участвуют в осуществлении процессов, которые в современной психологии называются мотивационными.

Таким образом, концепция В. Вундта помогает узаконить и локализовать в системе психического разнообразие субъективных переживаний не только категориально и в структурном отношении, но и функционально, изображая их При усвоении новых навыков, знаний, умений, происходит своеобразное сокращение, свертывание переживаний, складываются чувства более высоких порядков обобщения, исчезает переживание напряжения и т. п. 

Способность одного явления или события напоминать о другом как один из самых ярких психологических феноменов, принятых в качестве универсального объяснительного принципа в ассоцианизме, тоже должна иметь объяснение, обеспечиваться некоторым механизмом и реализующим процессом. Постановка проблемы переживания открывает определенные перспективы в выяснении этого механизма.  От частного чувства могут актуализироваться общие чувства, сложившиеся на основе слияния как симультанных, так и сукцессивных переживаний. Актуализация общего сукцессивиого чувства вооружает субъекта представлением о возможном чувственном развитии ситуации или отдельных ее элементов. 

Таким образом, значение слияния чувств не исчерпывается структурированием отражаемого содержания в данной ситуация и распространяется на будущее. .Сложившиеся; чувственные комплексы откладываются в опыте, обеспечивая приспособительные эффекты, значение которых трудно переоценить. Опытный субъект, воспринимая ситуацию, чувственно переживает значительно больше, чем непосредственно ему открывается стимуляцией. По эпизодическим обрывкам частных чувств он способен восстановить ту чувственную картину, которую могла бы вызвать стимуляция, в данный момент скрытая и на него не действующая; по первым признакам некоторого разворачивающегося события он способен с предвосхищением пережить всю чувственную «мелодию» этого события. Иначе говоря, в переживаниях-чувствах, а через них и в объективизированных представлениях ему на основе наличной стимуляции открывается его опыт, имеющий к ней отношение.                   

Из-за амодальности сферы переживаний чувственное ожидание изменения стимуляции имеет возможность связываться в ней в единый комплекс с чувственной картиной тех активных действий индивида (двигательных—повернуть, толкнуть и т. д., или умственных — сложить, отвлечься, обобщить...), которые являются условием преобразования стимуляции. 

Очевидно, что в организации психического должна быть инстанция, в которой могли бы происходить такого рода перцептивно-проприоцептивные синтезы. 

Наряду с различными вариантами проявления чувств в качестве связующего звена между отдельными элементами приобретенного опыта они служат также основой для приобретения такого опыта, его структурирования и упорядочения. 

"Смутные" переживания интенсивно изучаются в психосемантике. Эти переживания создают возможность исследования при помощи субъективного шкалирования, семантического дифференциала и других приемов построения семантических пространств,  именно они обсуждаются под названием коннотативного значения объектов.

Субъективные переживания и мотивация

Из вундтовских составляющих субъективного переживания наиболее прямо презентирует мотивацию измерение удовольствия-неудовольствия. Положение о том, что полезные, нужные с точки зрения потребностей воздействия и ситуации получают положительную окраску, а вредные - отрицательную, в психологии эмоций признается с редким согласием.               

Непосредственным «предметом» мотивационных отношений, в частности отношений удовольствия-неудовольствия, могут служить не внешние воздействия и отражающие их познавательные образы, а специфические субъективные переживания. Иными словами, существуют; и имеют широкое распространение случаи, при которых мотивационное значение предметов и воздействий идентифицируется не по их познавательным характеристикам, а по тому переживанию, инварианту или «мелодии» чувственного впечатления, которое ими вызывается.

Опосредованность мотивационного распознавания объектов переживанием, отсутствие прямой привязанности этого процесса к сенсорно-перцептивным признакам делают его менее жестко детерминированным, зато более универсальным и гибким; благодаря этому, например, в качестве мотивационно значимого может восприниматься не само по себе воздействие, а его специфическое отношение к опыту индивида. 

Переживаниями опосредованы и другие случаи возникновения мотивационного отношения к сложным, особенно многомодальным воздействиям и развернутым во времени событиям.

Особую разновидность взаимодействия мотивационных отношений с другими компонентами поля субъективных переживаний составляют случаи возникновения эмоциональных реакций с условием учета контекста ситуации. Речь идет о распространенном, хотя явно недостаточно осмысленном феномене. Как правило, фрустрирует и вызывает, например, гнев не просто неуспех, недостигнутая цель, а непредвосхищенный неуспех, что означает участи в возникновении этой реакции момента, привносимого из прошлого.

Эмоции, которые В. Вундт называл аффектами, часто возникают не на само по себе событие, а на определенное стечение связанных с ним обстоятельств.           

Но если есть феномен, должен быть и лежащий в его основе процесс и механизм. Процесс взаимодействия переживаний различного происхождения, их слияния в общее чувство, соответствующее целостной ситуации, по своим признакам отвечает тому, чтобы быть задействованным в механизме, обеспечивающем учет обстоятельств. Такой механизм способен формировать непосредственные субъективные впечатления неожиданного успеха, несправедливого упрека, неоправданного риска, легкомысленного решения и других комплексных переживании, способных  перерасти  в  выраженные  эмоциональные реакции.

Участие ситуативных факторов в формировании мотивационных побуждений отчетливо демонстрируют также феномен градиента цели, означающий зависимость мотивационного отношения к ней от воспринимаемого расстояния до нее в «жизненном пространстве». Поле субъективных переживаний представляется вполне подходящим основанием для конкретно-психологических процессов, обеспечивающих различное мотивационное отношение к одной и той же цели. 

В целом стоит подчеркнуть, что в проблематике субъективных переживаний м, в частности, их отношения к мотивации вопросов значительно больше, чем ответом. Ее можно обозначить как важнейшую зону для перспективного развития психологии мотивации.

Список литературы

1. Вилюнас В.К. Психология эмоциональных явлений.

2. Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека.