Культурная жизнь Османской империи

Реферат по истории Турции

Культурная жизнь Османской империи






КНИЖНОЕ ДЕЛО



Почитание, проявляемое к страницам Корана, делало эту книгу предметом особых забот. Поэтому деятельность, связанная с разными этапами создания и художественного оформлением многочисленных и пышных рукописных томов, занимала важное место в османском обществе, впрочем, как и во всех исламских странах.

Названия бумаги: Димашки (из Дамаска), Девлет-и абадиили Xundu (из Индии), Хатайи (из Китая), Ха-ририили СултаниСемеркапди (из Самарканда), Гюпи-и Тебризи (из Тебриза) подчеркивает ее происхождение, в зависимости от эпохи, из стран Востока, затем Запада; в то же время бумажные производства начинают появляться и в самой Турции. Если она импортируется в необработанном виде, ее улучшают, аппретируют в зависимости от предназначения. Поверхность должна была идеально гладкой, поэтому перед использованием бумага подвергается тщательной обработке. Кроме того, она может претерпеть разные метаморфозы: страница может быть расцвечена лишь одним оттенком (розовый, зеленый, бледно-желтый, серый и т.д.) или сделана под мрамор (эбру). Поля могут обозначаться силуэтом (типично турецкий декор), могут быть украшены с помощью кисточки декором флоры и фауны в персидском стиле или позолочены.

Для письма использовали перья из соломы и высушенного тростника (колем). Предварительно для удаления воды тростник закапывали в конский навоз, где он подсыхал и твердел. Затем края тростинок затачивали на подставках из обычной или слоновой кости (мактпа) с помощью перочинного ножа в зависимости от толщины выбранного шрифта. По мере использования было достаточно подтачивать кончик. Перья хранились в длинных и гладких портативных пеналах (дивит), прикреплявшихся к поясу, или в письменных шкатулках.

Переписчики обычно изображаются сидящими на полу или на подушках, пишущими на листке, положенном на левое колено, пользующимися, или нет, подлокотниками. Использование столов редко и придет позже.

Чернила могут быть густыми и разбавленными, блестящими и матовыми. Обычно используют черные чернила, получаемые от возгонки дыма, который образовывается от сжигания льняного масла, пчелиного воска или нефти. Технология производства чернил со временем менялась. В конце концов стали производить чернила из сажи, растительной смолы с добавлением дистиллированной воды; иногда ради приятного запаха добавлялась розовая вода. В отличие от китайских чернил, представлявших собой твердую массу, и европейских жидких чернил, османы использовали тампоны из пропитанных чернильной жидкостью шелковых нитей (лика), удерживавшими чернила в чернильнице. Таким образом, чернила не слишком быстро высыхали и не выливались в случае, если чернильница опрокидывалась. Каллиграф вытирал конец колем об эти нити, чтобы количество чернил не превышало необходимого. Помимо черных чернил, интенсивность окраски которых может варьироваться (густая черная, цвета гудрона, дымчатая, серая), и красных, используют желтые на базе сернистого мышьяка, белые, замешанные на свинцовых белилах, и золотистые чернила. Если чернила разбавлены (значит, не так схватываются), их можно смывать. Достаточно провести губкой или смоченным слюной пальцем — выражение «лижущий чернила» и по сей день относят в турецком языке к работникам умственного труда — и можно исправлять ошибки или использовать бумагу вновь, поскольку это драгоценный материал. Написанное высушивали с помощью тонкого песка (рик).

Каллиграфы (хаттат) зарабатывают на жизнь, главным образом переписывая Коран, составляющий более шестисот страниц, а также сборники молитв, научные и художественные произведения. Их мастерские находятся по соседству с крупными мечетями (в Стамбуле позади мечети Бейазита), библиотеками и рынками. Там переписчики, художники, позолотчики, переплетчики и другие мастера книжного дела обмениваются профессиональными секретами. Рукописи продаются у букинистов (сах-иафи), также объединенных в гильдию.

До конца XVII в. существовало три типа библиотек (кютюпхаш). библиотеки при медресе и больших мечетях, которые хранят главным образом техническую и, в особенности, юридическую литературу, имперские библиотеки, из которых самая знаменитая — Ахмеда Ш (открыта в 1719 г.) во дворце Топкапы в Стамбуле, где собраны самые ценные и самые редкие манускрипты. После 1683 г. появляются публичные библиотеки. Инициаторами этой благородной идеи не были ни султан, ни служители культа, а меценаты, сами собиравшие книги и стремившиеся найти достойное использование своего богатства. Вход в такие библиотеки был свободный, можно читать на месте, взять какой-то труд домой или заказать копию. Содержание библиотек обеспечивалось через вакф. В конце XVIII в. в Стамбуле насчитывается 35 публичных библиотек, и в каждой из них находится от 1000 до 3000 турецких, арабских и персидских рукописей.

Искусство книгопечатания с применением арабского шрифта появилось в Османской империи лишь через два с половиной века после возникновения в Европе. Нельзя сказать, что книгопечатное дело было до этого вовсе неизвестно в Османской империи: например, с 1504 г. евреям испанского происхождения было позволено ввезти прессы с буквами на иврите в Стамбул и Салоники; армяне поступили также в 1567 г., греки — в 1627 г. На Балканах печатные книги появились в Валахии и Молдавии соответственно в 1634 г. и 1642 г. Что касается арабского шрифта, то греческий православный митрополит Алеппо, первый патриарх Антиохии, создал в Алеппо первую типографию с арабским шрифтом в 1706 г. Через некоторое время три типографии были открыты в Ливане: в монастыре Святого Иоанна в аль-Шувейре (1734 г., действовала до 1899 г.), в монастыре Святого Георгия в Бейруте (1751 г.) и в монастыре Map Муса в Дуруваре (1785 г.). Между тем первая турецкая типография с применением арабского шрифта была введена в Стамбуле в 1726 г. Ее творческим директором был обращенный в ислам венгр Ибрагим Мутеферрика (1674—1745 гг.).

Для того чтобы избежать протеста в консервативных кругах, Ибрагиму Мутеферрика было запрещено печатать книги религиозного и правового содержания. Поэтому первая османская типография печатала только книги научного, технического, исторического и филологического содержания. Эта типография действовала в Стамбуле с 1729 г. по 1743 г., затем ее деятельность была приостановлена. Она вновь заработала к 1783 г., начав с трудов по военному и морскому делу. После того как она некоторое время действовала при инженерной школе в Хаской, ее перевели в новые корпуса этой школы в Ускюдаре на азиатском берегу Босфора. Количество наименований, отпечатанных на османо-турецком языке, незначительно. По оценкам, между 1729 и 1839 гг. их появилось всего 439 книг!



ПИСЬМО



Письмо было необходимо для торговых дел, а также для административной работы и организации правосудия, которые оставили немало свидетельств важности письма в своих архивах, где, наряду с частными контрактами, фигурируют различные рескрипты и другие официальные документы. Применение письма не менее необходимо для распространения религиозной и светской науки; и обучение уже ведется как письменно, так и устно, с целью подготовки и формирования разносторонне грамотных людей, которые занимают места на первом плане в религиозной, правовой и интеллектуальной сфере. Эти обученные люди постоянно занимаются диктовкой, пишут сами, комментируют и переписывают, иногда во многих экземплярах, тексты манускриптов, которые османское общество хранит в больших количествах в библиотеках и во дворцах.

Если не умеешь писать, всегда можно обратиться к государственным писарям, арз-у халджи, или йазиджи, которые обычно обитают вблизи медресе, во дворах мечетей или, в Стамбуле, вблизи Высокой Порты.

Следует различать различные стили письма. Например, в административных документах использование определенного стиля письма имеет юридическую силу; каждый чиновник, который исполняет работу (переписывает фирманы, чертит монограмму султана, тугра), занимает четко определенный пост. Он пользуется канцелярским почерком, называемым диваии. Кроме своих высоких эстетических качеств, этот стиль имеет целью свидетельствовать о том, что документ исходит от властей. Состоящее целиком из связанных лигатур, это письмо не допускает между буквами и даже словами никакого прерывания линии, чтобы не позволить никакой подделки документа. Полностью занятое пространство страницы является гарантией, как нотариальный акт на Западе.

Некоторые виды письма трудны для прочтения непосвященными; это касается стиля сийакат, используемого в счетоводстве, ставшего курсивным из-за быстроты пишущего.

По обычной необходимости используют форму письма с закругленными, курсивными и мягкими элементами пасх, иногда называемую «почерком переписчиков». Со своей стороны, каллиграфы никогда не прекращали изобретать новые стили письма или совершенствовать существующие на свой манер.

Османская империя, обладавшая высокой степенью централизации, нуждается в почтовой сети. В каждом более или менее крупном городе был служащий, уполномоченный получать официальные письма и документы, затем передавать их местным властям и оповещать, в обратном направлении, подведомственные султану организации о политической, социальной, экономической ситуации в районе, который он помогает контролировать. Специальные курьеры связывали столицу с различными городами, следуя по определенным маршрутам, не всегда совпадающим с караванными путями и имеющими другой тип перевалочных пунктов, нежели караван-сараи, а именно сооружения меньшего размера, но также защищенные и с запасом воды и расположенные через каждые двенадцать или двадцать четыре километра, в зависимости от района.

Почта — важный для правительства механизм. Но она содержит в себе, как условие, централизованную и безопасную обстановку. Эффективная служба голубиной почты дублировала почту на лошадях.



ИСКУССТВА



Османская империя, как, впрочем, и любая другая империя, по определению является продуктом искусственного объединения, где раздробленность, как характерная черта той эпохи, проявляется на религиозной почве с полным пренебрежением к любым культурным, языковым и этническим истокам завоеванных народов. Так, в свете современных исследований мы видим, что схема тюркско-мусульманского нашествия в Анатолии в XI—XIII вв. и последовавшего за ним захвата Балкан, которые подчинили и частично поглотили местное население, представляется все более грубой и неспособной отразить реальность.

Как мы уже отмечали, известно, что не все пришельцы, в подавляющем большинстве тюркоязычные, были мусульманами; частью они были анимистами (шаманистами) или принадлежали к восточно-христианским конфессиям (несториане, монофиситы). Такое смешение народностей продолжалось до тех пор, пока османская администрация не разделила своих подданных — начиная со второй половины XV в. — на три большие религиозные группы: православные христиане, называемые Рум, восточные христиане, или эрмеии, и иудеи, йахуди. Мусульманская группа стала горнилом, в котором постепенно растворялись все исламизированные элементы. В этом контексте можно понять, что религиозные корни людей искусства не обязательно свидетельствуют об их этнической принадлежности или определенной культурной традиции. Следует также обратить внимание на то, что османское искусство, с момента своего зарождения, затем на протяжении всего своего существования, будет испытывать различные влияния: византийское, иранское, сирийское, китайское и, несомненно, многие другие. Трудно точно определить роль каждого из них, потому что они слились в единое целое, потому что произошла унификация этнокультурных компонентов, отличная от простого скрещивания. Восхитительной способностью Османской империи, моделью для которой послужила Римская империя, стало то, что она сумела объединить творчество художников различных культур и традиций, а с другой стороны, направить их знания и способности на создание исключительных творений, как это видно в Области архитектуры.

Османское имперское искусство остается прежде всего искусством ислама. Это так, потому что османское государство является мусульманским, и его творения подчинены, по крайней мере, в главном, религиозной необходимости и идеологии ислама; потому что, несмотря на свой творческий дух и различные влияния извне, оно имеет свои корни в мусульманском мире; наконец, потому, что оно представляет наряду с другими искусствами ислама определенный ряд общих черт, не обязательно вытекающих из религии.

Как и большинство исламских искусств, османское искусство является имперским, и очень централизованным: в столице, в Стамбуле, воздвигаются самые величественные и значительные памятники, и именно там занимаются поисками архитектурных решений; провинции, с большей или меньшей долей верности и часто не без утверждения своих собственных тенденций, испытывают постоянное влияние Стамбула, как до этого они испытывали его из Бурсы и Эдирне, бывших столиц.

Как и в любой исламской цивилизации, османская цивилизация отдает приоритет архитектуре и искусству книги. Первая предоставляет очевидное преимущество мечети, единственному монументу, который действительно задумывается надолго, поскольку, несмотря на трансцендентность Всевышнего, мечеть в какой-то степени — Его обиталище, она подтверждает Его превосходство, подчеркивая в то же время величие ислама и величие монарха, призванного направлять его. Османская мечеть имеет особенность быть составной частью религиозного комплекса (кюлийе), включающего в себя медресе, богадельни, хамамы, мавзолеи и т.д. Что касается искусств книжного дела, в частности каллиграфии, то они занимали привилегированное положение. Кстати, турки любят повторять поговорку: «Коран появился в Мекке, прочитан в Египте, а переписан в. Стамбуле».

Османская архитектура имеет исключительно городской характер. Малых городов она касается значительно меньше, чем центральных, а поселки и деревни вообще не имеют архитектурного облика. Конечно, существует своего рода сельская архитектура: это различные сооружения — караван-сараи, мосты, площади, мавзолеи, надгробия. Но художественная мысль, творчество зарождаются именно в крупных городах, главным образом в Стамбуле, где в мастерских султана собираются лучшие люди искусства (эхль-и хиреф) со всей империи, и если еще есть умельцы среди селян и кочевников, как, например, изготовители ковров, то все равно они зависят от города с точки зрения реализации своей продукции.

Что касается османского декоративного искусства, то оно следовало укоренившимся исламским традициям: оно остерегается изображения человека, запрещенного, по крайней мере, в архитектуре. Но это не мешало производить замечательные миниатюры и изделия из керамики, и художники имели возможность творить, создавая абстрактные рисунки геометрической формы, и даже разработали целую программу по широкому и систематизированному использованию декоративных надписей.

В данной главе будет сделан обзор основных видов искусства, включая музыку и танцы, с особым вниманием к виду искусства, которое символизирует могущество Османской империи, — архитектуре. Здесь также помещена хронология сооружения основных османских памятников архитектуры, построенных вне столицы.




АРХИТЕКТУРА



Несмотря на самое разное влияние со стороны византийской, персидской, сирийской и еще многих других культур и на их гармоничную ассимиляцию, согласно последним исследованиям, османское искусство берет истоки в искусстве Сельджукидов Малой Азии. Именно отсюда пристрастие к красивому, хорошо обработанному камню, к облицовочной керамике, к мраморной отделке, к изготовлению арок, сводов и портиков из ячеистого материала, который обычно называют сталактитами или пчелиными сотами (мукарпас).

Между тем, начиная с XIV в., происходит глубокое обновление художественного творчества и техники, которое со временем будет ускоряться и достигнет своего совершенства в XVI в. с приходом великого архитектора (мимара) Синана, стоявшего у истоков того, что по праву называют классическим османским искусством. Это обновление, заметное в облицовочном декоре керамической плиткой, особенно впечатляюще в архитектуре, в первую очередь в мечетях.

Османская архитектура приобретала свои очертания на протяжении веков, по мере того, как маленький эмират превращался в империю. Три источника питали вдохновение османов:

• арабский мир, давший рождение исламу и главной архитектурной форме, присущей ему, — мечети;

персидское соседство: турки продвигались в сторону Анатолии по территории Персии, где зародились и развились типы религиозных зданий, ставшие неотъемлемой составной частью религиозных архитектурных комплексов: медресе, богадельни и мавзолеи (тюрбе):

византийское наследие, которое постепенно, но все более внушавшее османским монархам имперские идеи.

Эта эволюция влияний приводит в конечном счете к соединению всех этих форм, отвечающему потребностям формирующегося османского общества. Арабское влияние выражается в мечети с колоннами — прямое наследие арабо-мусульманских традиций как место собрания правоверных. В анатолийском доосманском обществе, а затем и в османском от XIII в. до XV в., построенная в таком стиле мечеть, называемая Улу Джами («Большая мечеть»), находится в центре первой османской столице Бурсе. Ее монументальность подчеркнута переходом деревянных опор в каменные, которые постепенно раздвигаются, а пространство между ними закрывается куполами. Улу Джами, построенная в 1399 г., имеет двенадцать опорных пилонов — потребовалось двадцать равных по диаметру куполов, чтобы накрыть пространство между ними и стенами. Через несколько лет была построена мечеть Улу Джамив Эдирне — второй столице — впоследствии названная ЭскиДжами («Старая мечеть»), в которой уже только четыре колонны и, соответственно, лишь девять куполов. Таким образом, видно, что строительство мечетей эволюционирует от сокращения количества куполов к покрытию сооружения всего одной полусферой.

Этот единственный купол над квадратным пространством представляет собой второй тип первоначальных османских мечетей, но он может покрыть лишь небольшое пространство. Поэтому все усилия османских архитекторов направлены на то, чтобы увеличить диаметр купола с одновременным упразднением опорных элементов, поддерживающих свод. По мере того как диаметр крыши растет, очевидно, возникает необходимость поднятия высоты стен из-за риска, что масса купола может раздавить всю конструкцию храма. Османы, таким образом, начинают строить величественные здания, совершенно отличные от тех, что мир знал до этого.

В последние годы первой половины XV в. османы приобрели уже достаточно технического мастерства, чтобы создавать своды больших размеров: над мечетью Юч шерефели ([над минаретом] «Три балкона») в Эдирне (1437—1447) и над мечетью Фатих в Стамбуле, построенной сразу после взятия Константинополя, затем разрушенной землетрясением и вновь отстроенной в 1771 г.; их купола составляют соответственно 24 и 25 метров в диаметре; свод над мечетью Селима в Стамбуле, построенной в 1552 г., также составляет 24 метра.

Было бы трудно отрицать, что на эти архитектурные поиски, огромная и прославленная базилика Святой Софии (диаметр купола 31 метр, высота над землей 54 метра), построенная императором Юстинианом в 532 г. и завершенная в 537 г., не оказала влияние, пусть и несколько запоздалое. В глазах османов она представляет собой символ христианства и Византийской империи, не имеющий равных по красоте и величию, поэтому архитекторы бьются в стремлении превзойти ее или по крайней мере создать что-то подобное.

Именно при Сулеймане Великолепном (1520— 1566) Османская империя достигает размеров, сравнимых с империей Юстиниана, а экономические и людские ресурсы способны позволить повторить, вольно или исподволь, грандиозное свершение уже не как раболепное подражание, а как принятие вызова. Для осуществления этой идеи султану представляется шанс в лице исключительно талантливого архитектора Синана (1489—1588), который в течение полувека руководил всем имперским строительством.

В 1548 г. в своей первой большой мечети — Шах-заде (1544—1548) — Синан на одном дыхании создает великолепный, почти совершенный монумент, который можно сразу использовать и постепенно украшать. Вместо того чтобы поддерживать парус свода двумя полукуполами — как в мечети Баязида II в Стамбуле, завершенной в 1505 г., — Синан склоняется к безупречно сцентрованному плану, который он подпирает четырьмя образующими крест полусферическими куполами, так, чтобы вся кровля покоилась на четырех опорных пилонах, поддерживаемых пятой из четырех крупных арок. Отныне внутри храмов больше нет приделов, нефов, а только свободное пространство; во внешнем облике это уже не куб, покрытый шарообразным колпаком, а последовательность превосходно связанных между собой ярусов, благодаря сводам цилиндрических башен по углам, имеющим архитектоническую функцию противовеса. Этот план будет использован при сооружении многочисленных больших мечетей Стамбула, а именно Султана Ахмеда («Голубая мечеть», 1609-1617) и Ени Джами (1597-1575). Между тем при сооружении самой красивой мечети Стамбула — Сулеймание (1550—1557) Синан вернулся к предыдущим моделям и предпочел опустить купол в 26,50 метра в диаметре и на высоте в 53 метра на два полусферических купола.

Сооружение мечети Селимийе (1565—1575), которое было предпринято десятью годами позже в Эдирне, стало главным шедевром Синана и одним из самых выдающихся достижений мировой архитектуры. Художник наконец отваживается соорудить полусферический купол, который даже немного превзойдет купол храма Святой Софии (проектный диаметр составляет 31,28 м, тогда как купол юстинианского храма не превышает 31 м). Огромный свод покоится уже не на полусферических куполах, а на 8 пилястрах, и его вес воспринимается одновременно последовательностью арок и полусфер и элегантными контрфорсами, вносящими гармонию в облик всего сооружения. Считающаяся одним из чудес османской архитектуры, мечеть Сели-мие в Эдирне знаменует расцвет могущества Империи. Превзойти Синана было практически невозможно. Его последователи лишь подражали великому мастеру, так и не сумев найти новых путей.

Что касается применения декора в архитектуре, то османы остаются в этом непревзойденными мастерами. Они питают пристрастие к цветному камню, к облицовке мрамором, к раскраске и, конечно же, к облицовочной керамике, предпочитая красоту растительного мира геометрическим фигурами и не забывая о надписях, к которым всегда имели склонность.

Конечно, образец султанских мечетей Стамбула тяготел к распространению по всей империи, но османские султаны предоставляли тем не менее широкую автономию подчиненным сообществам, и, в частности в культурном плане, никаких попыток «тюрки-зации» или «культурного колониализма», не делалось. Таким образом, абстрагируясь от некоторых европейских районов империи и Анатолии, существует мало памятников архитектуры в «османском» стиле. Например, в арабских провинциях можно насчитать не более пятнадцати крупных сооружений, которые можно было бы отнести к навеянным стилем столичных мечетей (в Алеппо 4, в Дамаске — 5, в Каире — 3, в Тунисе — 1, в Алжире — 1). Местные архитекторы и строители сумели внести в некоторые существующие «османские» сооружения элементы форм и декора из национальных традиций. И наоборот, в архитектуре некоторых городов были использованы элементы, перенятые у османов, которые обогатили местное искусство.

Из османского зодчества заимствовалось лишь два элемента:

османский минарет, имеющий форму ракеты, который можно встретить повсюду, как на Балканах, так и в крупных арабских городах;

использование керамики — само заимствованное у персов — в форме панно (импортируемых или местного производства), имитирующего керамику Изника и Кютахьи.

Наконец, характерные в основном для мечетей купола были переняты и при сооружении других зданий, таких как мавзолеи (тюрбе), хамамы, больницы (имарет) и, особенно, крытые базары (бедес-теп), как это можно еще видеть на больших базарах Стамбула и Анкары (последний сейчас превращен в музей анатолийских древностей).




Литература



Архипов Дмитрий Борисович. Краткая всемирная история. Наукометрический анализ / РАН; Институт аналитического приборостроения. — С.Пб. : Наука, 1999. — 189с.

Егер Оскар. Всемирная история: В 4 т. — Изд. испр., доп. — М. : АСТ, 2000. — На обл. авт. не указан. На обл. загл. тома.  Т. 3 : Новая история. — М. : АСТ, 1999 — 719с. 

Коллас. История Турции. — К.; М. : ЕВРОЛИНЦ, 2003. — 331с.

Вамбери Герман. Очерки жизни и нравов Востока: Сочинение: Пер.с нем.. — СПб. : Изд. В.Ковалевского, 1877. — 546с





2