Языческие верования смолян

Муниципальное общеобразовательное учреждение  

		Кайдаковская средняя школа.













	Языческие  верования

	Смолян











             Экзаменационный реферат



		        по литературе Смоленщины

	

	

									Выполнил:

									ученица  9 класса

									Иванова Анна.											Руководитель:

									Кондратенкова  В.А.					

	

	

				д. Кайдаково, 2005 г.


Содержание.



1. Вступление…………………………………………..стр.3

2. Языческие верования смолян…………………………..4

2.а. Этапы развития язычества……………………………5

3. Славянская религия……………………………………..6

3.а. Добрые и злые силы природы………………………..7

4. Предхристианская пора язычества…………………...12

5. Былина о Михаиле Потоке……………………………14

6. Заключение…………………………………………….16 

7. Список использованной литературы………………....17

	

	
1. Вступление.	

	

	Сейчас в нашу жизнь возвращается  огромный пласт православной культуры. И порою приходится слышать, что религия, достойна  называться религией, появилась у нас только после принятия христианства – тысячу лет назад. А до этого были разве что варварские, примитивные культуры, вдобавок порою связанные с человеческими жертвами. Одним словом,  «мрак язычества».  Духовная первобытность.

	Иногда говорят, будто о славянском язычестве ничего не известно.  На  самом деле есть книги  учёных – археологов, этнографов, специалистов по верованиям древних славян.

	Меня интересуют обряды и обычаи , и я решила более подробно узнать о них. В библиотеках  нашла много книг, в которых учёные рассказывают о том, что им удалось выяснить .Но эти книги написаны для специалистов: большинству  обычных  читателей их очень сложно понять. К сожалению, нет о славянском язычестве просто и доступно написанных книг, подобных тем, какие посвящены древнегреческой	 и древнеримской мифологиям.

	Однако, древняя религия наших предков, которую некоторые считают забытой, до сегодняшнего дня продолжает жить в наших повседневных обычаях. Доказательств этому сколько угодно.  

	Например: почему  нельзя  здороваться за руку через порог? Почему на свадьбе  разбивают тарелку? Почему, вселяясь в новый  дом, первый в него впускают кота? А ведь все перечисленные обычаи как раз оттуда,  из наших  языческих времён. Там, в этом  загадочном и необыкновенно  интересном мире, корениться наше мировоззрение. 


   2. Языческие верования Смолян.



Язычники, в отличии  от христиан и  последователей других мировых религий, поклонялись различным природным явлениям, обожествляя их. У первобытного населения  территории Смоленщины  был развит культ  животных - коня и медведя, почитавшихся  в качестве родовых или общеплеменных тотемов (духов покровителей ). Поклонялись Смоляне и  божеству солнечного диска. Большим почитанием также пользовались различные природные объекты: камни и священные рощи, в которых, по легендам, жили духи. Существовали и особые святилища, на которых стояли  идолы и где совершались  языческие обряды, в том числе и жертвоприношения. Порой  круглые жертвенники сооружались и в самих домах.

Наиболее  ярким памятником  языческих обрядов являются курганы – большие земляные насыпи, под которыми хоронили наших предков. Нередко богатых Смолян погребали  вместе с жёнами и слугами. В курганы  помещали также  разнообразные вещи, которые, по мнению язычников, могли пригодиться покойному в загробном мире. Смоляне, как и многие другие язычники, сжигали тела умерших. Они считали, что душа покойного с пламенем и дымом костра  быстрее достигает загробного  мира. После захоронения на могильном холме устраивалась богатая тризна – поминальный пир. Язычники верили,  что душе умерших ходят  по земле и населяют поля, реки и озёра.

Проявило язычество себя и в быту. Наши предки стремились украсить  себя различными амулетами. Их носили как женщины, так и  мужчины. Часто амулетами становились просверленные зубы диких зверей.




2. а. Этапы развития  язычества.



Язычество нельзя представить как нечто неподвижное и застывшее. Как всякое явление оно  изменялось, проходя через стадии, периоды, этапы своего развития. Академик Б.И.Рыбаков отмечает четыре этапа.

Первый этап характеризуется верой людей в особую силу природной стихии. Добрые и злые силы ещё четко не определены и существуют в их сознании в виде  «упырей», «вурдалаков», «берегиней». Страшные рассказы о них и их проделках  долго сохранялись в народной памяти. В.Н.Добровольский, например , приводит сюжет  о девичьих посиделках, когда на вечеринку явились парни и пустились с ними в пляс. Во время    танца самая маленькая девушка пригнулась и неожиданно для себя заметила у них  хвосты. Это были «вурдалаки, они перегрызли девушкам шеи и ушли». 

На втором этапе смоляне, как и другие славянские народы, поклонялись Роду и Роженицам, на третьем – Перуну и Хорсу, а также Макоши,  на четвёртом этапе выступал на первый план Перун как княжеский бог, покровитель дружинников. Я не нашла сведений, насколько роскошно он выглядел на капище в Смоленске, но в сознании смолян он казался чужим, враждебным, жестоким богом. До сих пор сохранилось проклятие: «Перун тебя забей!». Параллельно ему тоже до сих пор имеет хождение  выражение: «Радимец тебя забей!», «Сто тебе радимцев!», «Почучь тебя радимец один, да двенадцать годин!», «Разорви тебя на двенадцать радимцев и с припадками!». Позднее появились проклятия: «Радимец тебя забей, француз тебя положи!», «Поляруш Польский тебя забей!».


3. Славянская религия.



Возникнув как результат   полной зависимости человека от природы, славянская религия в тоже время воплощала в себе ещё одну очень важную особенность – полное единство с природой, чаще всего как радость и нравственное удовлетворение. Божества у смолян-язычников выполняли разные функции – врагов, и защитников человека, его дома, очага; все они, за исключением Перуна, по сути своей были добрые существа, внимательные ко всем людским нуждам. Неслучайно с самого зарождения языческой веры упырям, вампирам и другим злым духам противостояли берегини, в ведении  которых находились рощи, озёра, реки, колодцы, огонь, дающие тепло, воду и пищу людям и излечивающие их от болезней.

Очистительная сила огня и воды закреплялась ритуально – в жертвоприношениях, что нашло своё отражение в массовых песнях, заклинаниях всякого рода, гаданиях, раскрывающих их очистительную силу. Так, смоленские крестьяне старались  в узелок золу из печи старой избы. Праздник  «свечи» на Смоленщине также связан с огнём и проходит в семейной обстановке – с песнями и плясками в честь хозяина и его  рода – племени.

В наше время во многих местах Смоленщины возбраняется плевать в огонь, не говоря уже о колодцах; целебную  воду испокон веков давали пить больным людям, на воде гадали, девушки ходили зимой к проруби, чтобы узнать своих суженых и т. д. 



3.а.   Добрые и злые  силы природы.



К древнейшим обычаям, уходящим  в далёкое языческое прошлое, можно также отнести стремление прасмолян к перевоплощению в животных и птиц с тем, чтобы перенять их силу, ловкость и выносливость, что  широко отразилось в сказках Смоленского края.

Первый период язычества был особенно продолжительным у всех славянских народов. Только постепенно они поднимались всё  выше и выше по ступенькам сознания. Очистительные реки, озёра, облюбованные ими для поклонения, звери и птицы, которым они приносили жертвы, со временем превращались в их сознании в мифологические существа, персонифицировались в кумиров, олицетворявших  добрые и злые силы природы. Свои новые  божества человек творил по своему образцу и подобию. Так появился Ярило – божество, с именем которого связывалось обновление жизни весной, существо, дающее животворную силу и энергию всей фауне и флоре. Ярин упоминается на Смоленщине   в ряде заговоров. Если соотнести название этого божества с современными понятиями, то ему созвучны   «ярость», «яростный».

Это понятие вошло в древнерусские имена: Ярослав, Яромир, Ярополк; отсюда название весенних посевов -  «яровые»; слово  «яриный» имеет у нас значение  -   «голубой», а зелёный цвет – цвет радости и надежды; синий цвет  - цвет яровых; хорошие овсы всегда синие; в основе овсеня лежит культ зерна, весны, жизни.

С Ярилы  в древние времена смоляне начинали свой год. Ранней весной,  когда  всё в мире, они представляли   Ярило в образе румяного юноши,  мчащегося на белом коне в белоснежных одеждах. Он являлся в их мир дважды году – в раннюю и позднюю весну. Во втором случае он представлялся уже не безбашным юношей, которому всё по плечу, а убогим стариком, которого хоронили со всеми почестями.

Бога весны и обновления  Ярило сменял Купала – бог  лета, со своими многочисленными  помощницами – русалками. В самый продолжительный день, 23 июня, смоляне устраивали гулянья в чес этого  божества: обливали друг друга водой, а вечером зажигали костры. Молодёжь попарно прыгала через огонь. Здесь,  безусловно, было что – то от прежних обрядов, пришедших из глубоких времён язычества, когда вода и огонь были очистительными  атрибутами веры.

 Главная особенность купальской ночи – очищающие костры. Вокруг них плясали, через них прыгали: кто удачнее и выше – тот будет счастливее.

Костры устраивали за селением, или на росстанях, на меже. В огонь подбрасывали бересту, чтоб горело веселей и ярче. Обвязывали соломой старые колёса, поджигали их и спускали с пригорков.

«Огонь очищает от всякия  скверны плоти  и духа, - писал один из этнографов 19 века, - и на Ивана Купалу  прыгает через него вся русская деревенщина».

В некоторых местах  через купальский огонь прогоняли домашнюю скотину, чтобы уберечь её от мора.

 В купальских кострах матери сжигали  снятые с хворавших детей сорочки, чтобы с одеждой сгорели и самые болезни.

 Молодёжь, подростки, дети, напрыгавшись через костры, устраивали шумные весёлые игры, потасовки, бег наперегонки. Обязательно играли в горелки.

Участники выстраивались парами  друг за другом, водящий ходил перед ним и выкрикивал ( или пели, выкрикивали все хором):

			Гори , гори ясно

			Чтобы не погасло.

			Глянь на небо – 

			Птички летят,

			Колокольчики звенят:

			Диги – дон, диги – дон

			Убегай скорее вон!

При последних словах первая пара, не разнимая рук, бежит вперёд, а водящий пытается догнать. « Если кого поймает , то становится с пойманным в последние пары, а кто отделился от своей пары становиться впереди гореть ( водить ); если же горевший никого не поймал, то снова становится гореть».

При этой игре пелись разные припевки, в каждой местности свои.

Вот некоторые из них:       

Гори, гори жарко           Жена на кобылке      Погляди – ка вверх -

Едет Захарка,                  Дети на тележках     Там несётся пест!

Сам на кобыле,                Слуга на собака

		Стой, гори на месте,

		Гори, не сгорай,	

		По бокам глазами 

		Поменьше стреляй,

		А гляди на небо,

		Там журавли,

		А мы ноги унесли!



Если горевший не разъединит бежавшую пару, его дразнят:

			Ярка, не ярка,

			Баран, не  баран,	

			Серая овечка не женится,

			Дай сенца – объягнится.

Иванов день – день ведьм, оборотней, колдунов, остерегайся проазов нежити (домовых, водяных, лешех, русалок).

Ведьмы собираются на лысой горе в Киеве и празднуют там свою ночь. Ведьмы отбирают у коров молоко, портят хлеба, водяные стремятся утащить человека под воду, леший путает вошедших в лес, заводит их в чащобу и пр.

Характерная примета Ивана Купалы – многочисленные обычаи и предания, связанные с растительным миром.

Иван Купала – Хорошие травы.

Иванов день пришёл – траву собирать пошёл.

Часть трав и цветов собирают днём, часть ночью, а некоторые только по утренней росе. Когда рвут травы, говорят: « Земля мати, благослови меня травы братии, и трава мне мати!».

Травы и цветы, Собранные на Иванов день, кладут под Иванову росу, Высушивают и сберегают их, Почитая больше целебными, нежели собранные в другое время. Ими окуривают больных, борются с нечистью, употребляют их и для разжигания любви или для « отсушки».

В день Ивана Купалы девушки завивают венки из трав: Иван – да – Марьи, лопуха, бородицкой травы и медвежьего уха; вечером выпускают эти венки, на воду наблюдая, как и куда они поплывут. Если венок тонет, то значит, суженый разлюбил и замуж за него не выйти.

Из чудесных трав, собираемых в это время, стоит назвать «плакун – траву», особенная сила которой, по мнению крестьян, заключена в её корне, имеющем  свойство прогонять злого духа;        владелец же корня будет внушать тебе страх; «терлыч – трава» употребляется для очарования парней девушками: они носят её у себя за пазухой и приговаривают: «Терлич, терлич хлопцев покличь!». Трава  чернобыльник, по народному поверью, противна ведьмам и охраняет от них дом и двор. Её же заплетают в плети и кладут под Иванову росу и приговаривают: «Мать – земля, отец – небо , дайте рабам вашим от них здоровья!».  

Живого образа Купалы народная фантазия не сохранила, зато его спутницы и помошницы – русалки – представлялись молодыми и красивыми девушками и женщинами в белом одеянии или  нагими – с длинными волосами, спускающимися по спине и груди. Само слово  «русалка», видимо происходит от слова « русло» реки, может быть , от «русых» волос, которыми эти языческие бржества прикрывали своё тело. В.Н.Добровольский записал на Смоленщине  песни о русалках, просящих у девушек и молодых женщин платья, чтобы прикрыть свою наготу:

		У ворот берёза зелена стояла,

		На той берёзе русалка сидела,

		Рубахи просила.

		Девки, молодухи! Дайте мне рубаху,

		Хоть худеньку, худеньку,

		Так белым беленьку.	 

В лучшую пору лета, когда всё вокруг цвело и буйствовало, русалки выходили из рек  и озёр и странствовали по берегам, заманивая молодых мужчин, увлекая их с собой в омут, где они жили в кристальных дворцах.

И  Ярило и Купала воплощали в себе и высокое  (божественное) и низкое (бесовское): Ивана Купала представляли и как  Иван Креститель, и как шут на  «том бесовском игрилище, когда емшеся за руки,  нечестиво ходят и скачут, и песни поют». Конечно, со временем эта «двойственность» преодолевается: языческое  мифологическое сознание порождает новое божество – Волоса  или Влеса, или Велеса смоляне отмечали зимой. В этот день, сохранившийся и до сих пор  в ряде мест, выпекались хлеба в форме животных, поскольу Влес считался, прежде всего « скотским богом», защитником земледельцев. В посвящённые ему дни люди  наряжались в звериные шкуры, чтобы  приблизится хоть по  внешнему обличию к нему, надевали маски зверей, выворачивали тулупы.


4. Предхристианская пора язычества.



Со временем языческие божества абстрагировались в  сознании наших далёких предков, как бы отдаляясь от них, приобретая особое положение. Собственно, таким образом, в сознании язычников появился Сварог – высшее божество,    которому подчинялось всё небесное, земное и подземное.

Легенда рассказывает, что некогда Сварог подарил людям кузнечные клещи, научил выплавлять медь и железо, а прежде, по мысли славян, - и это вполне созвучно современным представлениям – на  Земле царил каменный век, люд пользовались палицами и камнями. К тому же Сварог установил самые первые законы, в частности, велел каждому мужчине иметь только одну жену, а женщине – одного мужа.

В «Слове о полку Игореве» среди богатейшей языческой символики можно найти иносказательное название ветров: «Стрибожьи внуки». Значит, ветры считались внуками неба.

Чтобы следить за жизнью на земле, Сварог создаёт  помошника себе в лице сына Дажьбога – светлое существо, солнце. Когда появился этот божий божий глаз, люди решили, что через него они будут осуществлять все свои сношения с высшими небесными силами. По представлению смолян – язычников, Дажьбог жил где - то  на востоке, в стране вечного лета. Свой трудовой день он начинал с объезда на колеснице отведённого ему царства. В колесницу были впряжены белые кони. Как пишет  А.Н.Афанасьев в книге  «Поэтические воззрения славян на природу», Дажьбогу в его неустанных трудах помогали две любимые сестры: Утренняя  Заря, выводившая из стойла коней, и Вечерняя Заря, заводившая их обратно за конюшню, после окончания работ.  

Как отмечает В.Н.Добровольский, смоляне сравнивали Дажьбога с солнцем, с зерном. О  хорошей урожайной пшенице  говорили:  «Пшаница, як солнце». Эта яровая или озимая культура в народной поэзии наших предков ассоциировалась образом  юной красивой девушки и солнца: «А у поли пашеничка  пирястой стояла».

Дажьбог, как видно из изложенного, осуществлял  связь человека с высшими божествами, связывал в единый узел жизни небо и землю, которые представлялись в его сознаньи как муж и жена, от брака которых  рождается всё живое.

Землю мы до сих пор называем Матерью, и это трудно оспорить. Только вот мы далеко не всегда  обращаемся с ней как положено почтительным детям. Язычники же  относились  к ней с величайшей любовью, и все сказания говорят, что Земля платила им тем  же. В одной из былин героя предостерегают,  чтобы он не вздумал сражаться с каким – то  богатырём. Этот  герой непобедим, а почему? -  «Его Земля  - Матушка  любит»…

Из женских божеств смоляне, как и другие славянские народы, поклонялись Макоши – матери урожая, главной роженице, вместе с её подручными Ладой и Лелей, которые были активнейшими посредницами любви и браков.

Макош,  по утверждению современного историка О.М.Рапова, в более поздние христианские времена стала именоваться Параскевой Пятницей – искусной рукодельницей, пряхой, которую полностью  посвящался пятый день недели.

В позднейшую, предхристианскую пору язычества, у славян заметно выделяются  два божества: Сварог – бог, господин неба и земли, и Перун – громовержец, унаследовавший огонь от Дажьбога, покровитель славянского воинства.


5. Былина о Михаиле Потоке.



К моменту принятия христианства этот языческий пантеон почти сравнялся с пантеоном христианским. Видимо, поэтому смоляне приняли новую веру без особого надрыва и нервных потрясений, хоть не без противодействия, на что намекает известная былина о Михаиле Потоке.

Смысл этого огромного устно – поэтического произведения связан с русским богатырством. Оно повествует о том, что Илья Муромец посылает из своей богатырской заставы Михаила потока « в черны – то грязи смоленские», где он должен покорить «кобру тёмную», кривичей язычников.

Прибыв на Смоленщину, Михайло встречает Марию Белую Лебедь – дочь местного языческого князя. Княжна – красавица оказалась чародейкой: в одно время – птица, а в другое – девица, которая поставила целью погубить христианского богатыря. После того, как они повенчались, Мария Белая Лебедь трижды пытается умертвить Михайлу. В первый раз она напоила его допьяна и живого закопала в землю. Только проезжавшие друзья – товарищи из богатырской заставы выручили его.

Мария Белая Лебедь поставила Михайле условие: если кто умрёт первым, то в гроб должен лечь и второй, по старинному языческому обычаю. Находясь по делам службы  отлучке, Михайло Поток узнаёт, что жена его умерла. Убитый горем, он возвращается домой, видит жену мёртвой и даёт  распоряжение приготовить на двоих просторную могилу.

	Спустили их во матушку – землю,

	Зарыли – то их в белы пески…

Очутившись в домовине, Мария превращается в змею подколодную и пытается ужалить мужа – богатыря. Но так как в домовине у Михайлы было припасено всё необходимое, в том числе и оружие, он обнажает меч и разрубает язычницу – оборотня на мелкие куски. Правда, защитив себя от колдуньи, он вскоре меняет гнев на милость и оживляет  жену с помощью живой  и мёртвой воды. Супруги выходят из могилы – домовины целыми и невредимые.

Пытаясь погубить русского богатыря с помощью хитрости и коварства, Мария Белая Лебедь прибивает сонного Михайлу к городской стене – по рукам и по ногам. У неё  не хватило пятого гвоздя, чтобы пронзить его через грудь. И пока она искала гвоздь, сестра смоленского кривического князя Ивана Акульивича – Анастасия – освобождает Михайлу. По освобождении он убивает жену – чародейку и князя – язычника, Женится на Анастасии, обратив её в христианскую веру. Добро торжествует над злом, благодарность христианская разливается по  всей Русской земле.

Былина о Михаиле Потоке создавалась в переходный период  и отразила сложность взаимоотношений между старым язычеством и новым христианством в сознании людей. Как и по всей святой Руси великой, смоленские языческие божества уступили место христианским. Новое наслаивалось на старое – тем более, что оно было вполне подготовлено, чтобы перейти в новое качество. Наслаиваясь на старое, структурно изменяя его, оно само внутренне прообразовывалось спокойным естественным путём. Вот почему ряд языческих верований и ритуалов перешёл в христианские, продолжая существовать на новой основе.

Язычество смолян опиралось на мифологическое сознание, ярко отразившееся в разных жанрах устно –поэтического творчества, письменное  художественное творчество  их основывалось уже на других, Христианских воззрениях, хотя и в нём, особенно на первых порах, заметное место занимали языческие верования.




6. Заключение.



Обычаи и обряды складывались веками, и сейчас они возвращаются в нашу жизнь. Я думаю, что это очень хорошо, нам есть чему поучиться у наших предков. Ведь в эпоху, когда складывались  мифы, люди, умели думать не хуже, чем теперь. Просто они думали и выражали свои познания на другом языке  - на языке мифа. Вот один пример. Много столетий живёт на севере Европы, в тундрах Кольского полуострова, такой народ – саамы.

 «Земля – живое существо, - говорили саамы. – Деревья и травы – её волосы. Зелёный дёрн, тундровые мхи – её кожа. Нельзя делать больно Земле, нельзя её ранить»… « Дикое суеверие,  - отмахнулись наши современники.  И приехали в тундру на вездеходах и тракторах. А теперь мы хватаемся за головы: оказывается, северная природа очень ранима. Там, где один раз прошёл вездеход, вскоре возникает страшный овраг – незаживающая рана Земли… Между тем саамы знали это всегда. И в просторах северной тундры от века  уживались друг с другом  Земля, олени и человек. И что с того, если закон этой жизни был записан не на  языке формул, а на языке мифа? 

Есть такая хорошая поговорка: кто выстрелит  в прошлое из пистолета, в того  будущее выстрелит из пушки… 


7. Список использованной литературы.



1.   Брудницкий В.И. «Обряды вчера и сегодня».  - М., 1968.

2.   Коринфский А.А « Народная Русь» - Смоленск: «Русич», 1955 – 656 стр.

3. Носова Г.Я  «Язычество в православии».  - М., 1975.

4. Руднев В.А  «Обряды народные и обряды церковные». – Лениздат. 1982 – 159 стр. 

5. Рыбаков Б. А  «Язычество древних славян». – М., 1981.

6. Рыбаков Б.А  «Языческое мировоззрение  русского средневековья». -  В.И., 1974; №1.

7. Суханов  И.В  « Обычаи, традиции и преемственность поколений». – М., 1976.

8. Тейлор Э. « Первобытная культура». – М., 1976.

9.  Угринович Д.М « Обряды «за» и «против». – М., 1975.







4