Ясенево

Ясенево

Коробко М.Ю. 

Ясенево, безусловно, памятник барокко с характерными для него не только пышностью и внешним блеском, но и известной традиционностью. Об этом наглядно свидетельствуют композиция "курдонера" - парадного двора, быть может, одного из первых по времени художественно скомпонованных усадебных дворов в России и остатки французского, то есть регулярного парка. Уникальность Ясенева в том, что это единственная загородная барочная усадьба, оказавшаяся в черте Москвы. 

Происхождение названия

Название Ясенево возникло вовсе не потому, что здесь якобы была ясеневая роща. Как и названия многих других подмосковных усадеб, оно носит владельческий характер, поэтому в данном случае Ясень (Ясин) это мужское имя, по аналогии с такими именами, как Ива, Осина, Береза. Так звали одного из первых владельцев этой местности, который по легенде он был ключником князя Андрея Боголюбского и одним из его убийц (есть версия, что Ясин был выходцем с Кавказа и его имя является указанием на его национальность). В разное время бывшие владения Ясеня назывались Ясенье, Ясиновское, Ясеневское, Ясиново. Яснево и, наконец, трансформировались в привычное слуху Ясенево, ныне также название и всего района. Как и Черемушки Ясенево ассоциируется с современной застройкой, но более позднего времени - 1970-х гг.

История и владельцы

Ясенево - один из самых древних населенных пунктов Подмосковья. Н.М.Карамзин предполагал, что оно упоминается еще в 1206 г. в одной из летописей при описании распрей удельных князей: "сретоша и братья у Ясенева", но первым документально известным владельцем Ясенева является великий князья Московский Иван Данилович Калита (ум. 1341). Оно упоминается около 1339 г. в одной из его духовных грамот, то есть завещании. Вплоть до конца XVI в. Ясенево принадлежало потомкам Калиты, в том числе Ивану Васильевичу Грозному (Ивану IV), в припадке гнева убившему своего старшего сына царевича Ивана Ивановича, которому и было завещано это село, в дальнейшем разделившее судьбу всех многочисленных царских владений. 

Судя по тому, что Ясенево издавна значится селом, в нем периодически сооружали деревянные церкви, сменявшие одна другую, однако их посвящения неизвестны. При царе Михаиле Федоровиче в Ясеневе было сооружена деревянная церковь Софии и дочерей её Веры, Надежды и Любови - в 1628-1629 гг. в окладных книгах Патриаршего казенного приказа она значится "новоприбылой", то есть только что построенной. Позже царь подарил это село некоему Ананье - младшему сыну своего духовника, протопопа Благовещенского собора Максима. Этот Ананья был одним из приближенных его жены царицы Евдокии Лукьяновны, неоднократно получал от нее дорогие подарки, возможно, Ясенево было пожаловано ему по ходатайству царицы в связи с женитьбой в 1631 г. Как владелец этого села Ананья упоминается в документе 1635-1636 гг. 

Ясенево ненадолго задержалось у Ананьи, вернулось в казну, но вскоре было подарено другому удачливому придворному - боярину и дворецкому князю Алексею Михайловичу Львову (ум. 1655). При нем в переписной книге 1646 г., в селе документально упоминается "двор боярский", т.е. усадьба, конный и скотный дворы. Церковь, видимо та, что была построена при царе Михаиле Федоровиче, называется несколько по-другому, чем раньше: Знамения Богородицы с двумя приделами: Николая Чудотворца и Софии и её дочерей. А.М.Львов выстроил при ней "колокольницу на столбах, на пять колоколов".

У А.М.Львова не оказалось наследников, Ясенево после его смерти в 1655 г., как выморочная вотчина, опять стало дворцовым, т.е. царским селом, принадлежавшем царю Алексею Михайловичу. В 1674 г. в Ясеневе была сооружено новое деревянное культовое здание, заменившее предыдущее. Оно, в свою очередь, состояло из двух церквей: верхней Знамения Богородицы, завершенной шатром и нижней Софии с дочерями. Кроме того, еще один шатер имел придел Николая Чудотворца. В селе крестьянскими избами, "государева воловенника" двор, два двора садовников и "26 дворов крестьянских, людей в них тож, у них же детей и братей и племянников и внучат и зятьев и шурьев и пасынков и захребетников 62 человека", что говорит о том, что Ясенево было одним из самых больших сел Подмосковья.

В 1690 г. Петр I пожаловал богатое Ясенево своему тестю боярину Федору (Иллариону) Авраамовичу (Абрамовичу) Лопухину (ум. 1713 г.). Поскольку тогда еще был жив его брат Иван Алексеевич (Иван V) то и им также была подписана жалованная грамота на Ясенево, полученная Ф.А.Лопухиным: "...та вотчина ему, боярину нашему Федору Авраамовичу, и его детям, и внучатам, и правнучатам, и в роды их неподвижно; и в той вотчине он, боярин наш Федор Авраамович, и дети его, и внучата, и правнучата по сей нашей царской жалованной грамоте вольны продать и заложити и в приданные дать; а в монастыри тое вотчины не отдавать".

Ясенево не принесло Лопухиным счастья, их фавор продолжался недолго. Вскоре они поссорились со своим влиятельным соседом - владельцем Узкого Т.Н.Стрешневым, способствовавшим Петру I в выборе супруги из этого рода. Сам Ф.А.Лопухин по подозрению в участии в заговоре стрелецкого полковника И.Е.Цыклера был в 1697 г. сослан на дальнее воеводство в Тотьму. Неизвестно сколько времени он там пробыл. Во всяком случае, в официальном списке придворных чинов 1705 г. Ф.А.Лопухин еще назван в числе бояр с отметкой: "Велено жить в своей деревне до указу", в ожидании решения его дальнейшей судьбы Петром I. Однако оно так и не последовало. Несчастная Евдокия Федоровна, с которой царь развелся, в то время уже была монахиней суздальского Покровского монастыря - другой способ развода для царской семьи тогда был невозможен. 

После смерти владельца, скончавшегося в 1713 г., Ясенево унаследовал его сын Авраам Федорович Лопухин (ум. 1718 г.), пользовавшийся большим влиянием в Москве, особенно в среде старого боярства, враждебно относившегося к Петру I и ожидавшего, что его на престоле сменит сын Евдокии Федоровны царевич Алексей. В молодости А.Ф.Лопухин среди прочих молодых людей был послан царем в Италию "для изучения корабельного дела". Какие познания он там приобрел и как их использовал в дальнейшем неизвестно: о его служебной деятельности никаких сведений не сохранились. 

Вместе с друзьями и родственниками А.Я.Лопухин был привлечен к следствию по делу бывшей царицы и ее сына царевича Алексея. 19 ноября 1718 г. ему был вынесен приговор: "За то, что он, Авраам, по злонамерению желал смерти его императорскому величеству", радовался побегу наследника, "также имел тайную подозрительную переписку с сестрою своею, бывшей царицею, и с царевною Марьею Алексевною, рассуждая противно власти монаршеской и делам его величества, и за другие его вины, которые всенародно публикованы манифестом, казнить смертию, а движимое и недвижимое его имение его все взять на государя", т.е. конфисковать в пользу Петра I.

Опись Ясенева, сделанная по этому поводу в 1718 г., позволяет составить представление о том, как выглядела тогда эта большая усадьба. Церковь Знамения со "старинного письма" иконостасом уже значится ветхой. Двухэтажный господский дом, также деревянный, был построен из соснового и елового лесу и крыт тесом на четыре ската. В нем кроме сеней и чуланов, находилось семь комнат, или светлиц: две в верхнем и пять в нижнем этаже. Стены в некоторых светлицах были затянуты выбеленным полотном; окна в доме не везде стеклянные, есть и слюдяные. Меблировка состояла из обычных лавок по стенам, липовых и дубовых столов, шкафов, дюжины простых стульев и полдюжины витых, обитых кожею. Украшением стен служили иконы, но, кроме них, опись насчитала более тридцати западноевропейских гравюр ("листы печатные фряжские"). При доме находилась и неизбежная по тем временам "мыльня" (баня). 

Дом находился в центре парадного двора, огороженного забором с воротами, затейливо украшенными точеными балясинами и занимал пространство почти в десятину. Здесь также помещались: особый господский флигель из двух светлиц и целый ряд хозяйственных построек: поварня, т.е. кухня с двумя "приспешными" избами, изба приказчика, пивоварня с необходимой для пивоварения посудой и обстановкой, погреб и ледник с "напогребицею", то есть верхней частью, конюшня на девять лошадей, изба для конюха, две житницы. 

К главному двору примыкали еще скотный двор с сараями, хлевами и избами для скотников и для птиц и "остоженный" (сенной) двор с двумя амбарами. С двух сторон к забору усадьбы подходил громадный фруктовый сад, расположенный на трех с половинною десятинах, с прудами и деревянной шатровой беседкой. Согласно описи он состоял из тысячи восьмисот яблонь разных сортов, многих сотен слив и вишен. В саду был разбит небольшой цветник, обсаженный с четырех сторон красною смородиной, что говорит о наличии у бывшего хозяина и некоторого эстетического вкуса, очевидно приобретенного в Европе.

Сразу же после смерти Петра I в 1725 г новая владелица Ясенева императрица Екатерина I пожаловала его гофмаршалу Дмитрию Андреевичу Шепелеву (ум. 1759), впоследствии генерал-аншефу и строителю Зимнего дворца в Санкт-Петрбурге. Однако Д.А.Шепелев владел этой усадьбой недолго. В 1727 г. после вступления на престол императора Петра II, приходившегося сыном царевичу Алексею, Ясенево вместе с другими конфискованными имениями было возвращено сыновьям казненного вотчинника - Федору (1697 - 1757 г.) и Василию (1711 - 1757) Авраамовичам (Абрамовичам) Лопухиным. По разделу имений между ними вскоре единственным владельцем Ясенева стал Ф.А.Лопухин, дослужившийся до звания бригадира и, видимо, перешедший в гражданскую службу, т.к. в конце жизни он значится тайным советником. 

Церковь Знамения в Ясеневе при Ф.А.Лопухине последний раз упоминается в 1751 г. Вскоре она была заменена каменной церковью Петра и Павла. При этом любопытно нарушение традиции передавать новому храму посвящение старого. 

Почти одновременно усадьба была обстроена заново, причем также в камне. Ф.А.Лопухин выстроил новый господский дом - один из немногих каменных господских домов в Московском уезде, флигеля, конюшню, а так же некоторые другие. недошедшие до нашего времени, сооружения. Южнее усадьбы была поставлена ветряная мельница - так же большая редкость для Подмосковья. Однако она проработала не очень долго. Уже при жене предыдущего владельца Вере Борисовне Лопухиной, урожденной графине Шереметевой (1716-1789), унаследовавшей Ясенево в 1757 г., ветряная мельница стояла "в пусте" т.е. не действовала. В экономических примечаниях к планам генерального межевания Московского уезда она уже не упоминается. Вместо нее в Ясеневе значится мельница "о двух поставах", также устроенная южнее усадьбы на речке Битце (Анбице). Сама усадьба описана следующим образом: "По обе стороны оврага Дубровского церковь каменная святых апостолов Петра и Павла. Дом господский каменный и при нем два сада: один регулярный, другой плодовитый".

В самом конце XVIII в. Ясенево уже принадлежало дочери одного из екатерининских статс-секретарей - княгине Анне Григорьевне Белосельской, урожденной Козицкой (1767-1846) второй жене просвещенного барина XVIII столетия, дипломата и писателя князя Александра Михайловича Белосельского (1752-1809). Среди его детей от первого брака была и знаменитая княгиня Зинаида Волконская - одна из самых красивых и образованных женщин своего времени. Но её судьба связана с усадьбой Воронцово, а сведения о приездах в Ясенево, если таковые и были, не сохранились.

С 1799 г. император Павел I, пожаловавший А.М.Белосельскому командорский крест ордена Иоанна Иерусалимского, повелел ему в память о предках именоваться князем Белосельским-Белозерским. Однако в выданной князю доверенности на получение части денег за Ясенево, купленное в рассрочку за 169 тысяч рублей самим императором, двойного написания фамилии почему-то нет. Сделка состоялась 8 февраля 1801 г. В тот же день Павел I подарил Ясенево своей фаворитке княгине Анне Петровне Гагариной, урожденной княжне Лопухиной (1777-1805) на годовщину свадьбы.

Еще во время коронации в Москве Павел I отметил своим вниманием молоденькую А.П.Лопухину. Симпатия оказалась обоюдной. Вскоре девушка была пожалована во фрейлины. Император по-рыцарски относился к предмету своего обожания. Он даже способствовал браку А.П.Лопухиной со своим тезкой князем Павлом Гавриловичем Гагариным (1777-1850), ставшим генерал-адъютантом. Императорская щедрость казалась безмерной: сто тысяч рублей, огромный, роскошно обставленный петербургский дом, бриллианты... А ровно через год к этому перечню подарков, добавилось и Ясенево.

По легенде под необычный цвет перчаток А.П.Гагариной был окрашен Михайловский замок, в котором рядом с апартаментами Павла I поместились Гагарины. В этот колер традиционно окрашивали все здания, в которых находились государственные учреждения. В трагическую ночь 12 марта 1801 г. когда в спальню императора ворвались заговорщики, дверь, ведущая к Гагариным, оказалась закрыта… После его гибели скомпрометированную чету постарались убрать от двора, назначив князя посланником при одном из европейских дворов. 

Владелица Ясенева скончалась в Вене в 1805 г. Её тело было перевезено в Петербург и похоронено в Александро-Невской лавре. В надписи на надгробном камне, установленном П.Г.Гагариным она названа благодетельницей. С тех пор в характере князя, унаследовавшего Ясенево, стали проявляться различные странности. Один из родственников П.Г.Гагарина - офицер лейб-гвардии Егерского полка вспоминал, что князь жил уединенно в унаследованном от нее петербургском доме в окружении домашних животных, количество которых превосходило всем мыслимые пределы. Любовь к животным, явление благородное само по себе, будучи доведена до абсурда, превратилась в навязчивый кошмар, преследующий П.Г.Гагарина, он излечился от него лишь значительно позже, женившись на балерине М.И.Спиридоновой (известные по работам Н.М.Молевой сведения, согласно которым Ясенево якобы унаследовано им от отца - Гавриила Петровича Гагарина неверны, также как и её данные о якобы имевших место приездах в Ясенево А.П.Воейкова, Д.В.Давыдова и В.А.Жуковского).

П.Г.Гагарин оказался одним из немногих генералов, не принимавших участия в Отечественной войне 1812 г. Тогда в Ясеневе побывали французские части, выступившие из Москвы по старой Калужской дороге. "Ведомость, учиненная в Московском земском суде о владельческих селениях с показанием претерпенных ими от нашествия неприятеля разорении" показывает, что в Ясеневе ими было "отнято хлеба ржаного 3400, серого 4250 четвертей, сена 360 пуд[ов], лошадей 17, коров 30, баранов и овец 370".

В 1814 г. Ясенево купила княгиня Екатерина Сергеевна Гагарина (1794-1835), бывшая родной сестрой владельцев Черемушек Н.С. и А.С.Меньшиковых. Её муж шталмейстер князь Андрей Павлович Гагарин (ум. 1828 г.) "знаменитый своею смуглой красотою, присвоившею ему название Малек-Адиля (героя романа госпожи Cottin), избалованный женщинами…", писал о нем сенатор К.И.Фишер. Кроме того, К.И.Фишер счел нужным отметить, что А.П.Гагарин "…был добрый, обязательный и мягкий человек, в изъятие от всех Гагариных, но ветрен и сибарит". Видимо по этим причинам Ясенево не задержалось у Гагариных надолго. Уже в 1818 г. его приобрел другой представитель этого же рода - сенатор князь Сергей Иванович Гагарин (1777-1862).

Княгиня С.В.Мещерская, вспоминая свое детство в расположенной к юго-западу от Ясенева усадьбе Валуево у бабушки графини Е.А.Мусиной-Пушкиной, отметила в своих мемуарах, что "село Остафьево князя Вяземского было в 12 верстах, село Ясенево Гагариных - в 10 верстах от Валуева". Это замечание позволяет предположить взаимные приезды друг к другу в усадьбы семей Мусиных-Пушкиных и Гагариных, состоявших в достаточно близком родстве через князей Волконских. Не случайно картинная галерея, находившаяся в Ясеневе, в значительной степени состояла из портретов Волконских. Судить о ней можно в основном только по сходному по составу портретному собранию, принадлежавшем Мусиным-Пушкиным (ныне в Рыбинском историко-архитектурном и художественном музее заповеднике). По версии искусствоведа Е.В.Грамагиной оно имеет "валуевское" происхождение. В любом случае это ещё одно свидетельство о связях владельцев Ясенева и Валуева.

Некоторые ясеневские портреты были выполнены западноевропейскими мастерами: Бушарди, В.Ф.Винеманом, Жюлиеном и Митраубером. Портрет кого-то из Гагариных приписывался кисти Сальватора (Николая Ивановича) Тончи, знаменитого итальянского художника, приехавшего в Россию в свите бывшего польского короля Станислава Понятовского. Наличие его работы именно в Ясеневе вполне объяснимо. С.Тончи был женат на сестре владельца усадьбы княжне Наталье Ивановне Гагариной. Спесивые Гагарины вовсе не желали иметь такого родственника, поэтому княжне пришлось убежать со своим возлюбленным. 

Подробности их романа с юмором описаны англичанкой К.Вильмот в письме сестре: "Просвещению здесь уделяется такое ничтожное внимание, что несколько тривиальных софизмов воспринимаются как черная магия. 60-летний синьор Тончи вскружил голову 29-летней княжне Гагариной, рекомендуясь как атеист и приверженец системы теней Беркли [т.е. философии английского философа Дж.Беркли - М.К.]. Он единодушно был признан вдохновенным гением: перед синьором Тончи распахивались двери всех дворцов. Я однажды видела его, он произвел на меня впечатление жулика и шарлатана. Через некоторое время он пошел к московскому архиепископу за разрешением жениться. На вопрос, какую религию он исповедует, синьор Тончи засмеялся и ответил: "Любую или никакую"! Это вызвало всеобщий ропот. Тем не менее, на следующий день он сказался православной веры и согласно этому женился. Об этом мне с омерзением сообщили четыре толстых князя. Происшедшее событие обсуждалось в течение девяти дней…".

К.Вильмот ошиблась, указывая возраст супругов Тончи: ему было всего сорок восемь, а ей двадцать восемь лет. Впрочем, очевидно, что княжна, по меркам той эпохи засиделась в девицах, и выйти замуж ей было более чем проблематично. Её же избранник увидел в предстоящей свадьбе очередную возможность поиздеваться над своими потенциальными заказчиками - родовитыми русскими аристократами.

Одно из самых примечательных событий, произошедших в Ясеневе при С.И.Гагарине, состоялось 9 июля 1822 г. Тогда в ясеневской церкви в присутствии семьи владельца, а также соседних помещиков графов Толстых и князей Трубецких, приехавших из усадеб Узкое и Знаменское-Садки, венчались их родственники: граф Николай Ильич Толстой (1795-1837) и княжна Мария Николаевна Волконская (1790-1830). В Центральном историческом архиве г. Москвы сохранилась метрическая книга с записью об этом событии: "Женился Московского военносиротского отделения смотритель подполковник граф Николай Ильич Толстов [так в тексте - М.К.] 1-м браком, понял за себя дочь генерал[а] от инфантерии князя [Н.С.]Волхонскаго [т.е. Волконского - М.К.] Марию Николаеву, о ко[е]й надлежащий обыск за поручителей чинен был. Венчание вершили: иерей Иоанн Александров, диакон Георгий Тимофеев, дьячок Никифор Алексеев". Новобрачные отправились проводить медовый месяц в Тульскую губернию, где находилось имение Ясная Поляна, впоследствии получившее мировую известность благодаря одному из их сыновей - писателю Л.Н.Толстому. В его романе-эпопее "Война и мир" использованы факты из биографий родителей и других родственников, ставших прототипами литературных героев.

Как "образцовый хозяин", смело вносивший в практику земледелия новые агротехнические приёмы С.И.Гагарин ввел в Ясеневе плодопеременную систему разбивки садов, что позволило повысить их урожайность, и устроил образцовую ферму для разведения тонкорунных овец (в 1844 г. после смерти владельца Узкого графа П.А.Толстого он был избран президентом Императорского Московского общества сельского хозяйства). "Ко мне лично князь Сергей Иванович и супруга его, княгиня Варвара Михайловна, рожденная Пушкина [(1776-1854) - М.К.], были всегда очень добры и благосклонны; я бывал неоднократно в подмосковном имении князя селе Ясеневе, в восемнадцати верстах от Москвы, - вспоминал историк граф М.В.Толстой. - Это село замечательно по прекрасному саду и оранжереям с лучшими сортами плодовых деревьев, а еще более по древесным насаждениям, разведенным самим князем на многих десятинах. Князь, как искусный и опытный садовод, умел приохотить и ясеневских крестьян к садоводству. В первый приезд мой в Ясенево я был изумлен, видя на крестьянских полях не рожь и овес, а клубнику лучших сортов, малину, смородину и прочее, а на обширных пространствах вместо тощих нагорных лугов - яблони, груши, вишни и множество других деревьев и кустарников. Все это поступает в продажу в Москве".

С.И.Гагарин, дослужившийся до чина действительного тайного советника, скончался 4 декабря 1862 г. в своей усадьбе не оставив завещания. Как ближайшая родственница Ясенево унаследовала его дочь Мария Сергеевна Бутурлина (1815-1902), уже имевшая доверенность на управление всем имением. На наследство мог бы претендовать ее старший брат иезуитский священник князь Иван Сергеевич Гагарин (1814-1882) - основатель славянской библиотеки в Париже. Но ему за переход в католичество и самовольное пребывание за границей был запрещен въезд в Россию. Поэтому заявить свои претензии на Ясенево И.С.Гагарин не мог, т.к. после пересечения границы был бы тут же арестован. По свидетельству М.В.Толстого владелец Ясенева "…просил у государя императора Александра II как последней милости свидания с сыном. Государь, желая утешить заслуженного старца, разрешил изгнаннику прибыть на месяц в Ясенево, но с тем, чтобы он не въезжал в Москву и во всё время пребывания в деревне у отца находился под строгим надзором полиции". Однако либо И.С.Гагарина эти условия не устроили, либо он не успел приехать в Ясенево при жизни отца, который, до последней минуты надеялся на эту встречу.

При М.С.Бутурлиной садовое хозяйство в Ясеневе по-прежнему поддерживалось. "Великолепная яс[е]невская усадьба на высокой горе видна за много верст издали; она и поныне славится своими обширными садами и роскошью своих цветников", - вспоминал соседний помещик барон Д.О.Шеппинг, ставший одним из первых историографов этой усадьбы. 

Еще до получения Ясенева в собственность М.С.Бутурлина еще ранее начала приводить в порядок усадебную картинную галерею. Поэтому на оборотных сторонах портретов появились трогательные надписи вроде следующей: "Мария Афанасьевна Сеньдюкова взята в дом бабушкой моей Натальей Абрамовной Пушкиной, [у]рожд[енной] кн[яжной] Волконской. Родилась, должно быть, в 1795 г. Жила с тех лет сперва у бабушки Наталии Абрамовны Пушкиной, потом у дочери ея и матери моей княгини Варвары Михайловны Гагариной, рожденной Пушкиной, теперь у меня, и видит пятое поколение нашего семейства: Наталью Абрамовну, бабушку, княгиню Гагарину, мать мою, меня и братьев и сестер моих, детей моих и, наконец, внучат моих, всех и старших и малых любила горячо и за всеми четырьмя первыми поколениями неотступно ходила, как за здоровыми, так и за больными. Писала Марья Бутурлина рож[денная] Гагарина 29-го Сентября 1872-го года в селе Ясеневе". Ниже кто-то из детей М.С.Бутурлиной впоследствии добавил несколько слов о дальнейшей судьбе М.А.Сеньдюковой: "Она скончалась в Москве 22 декабря 1879 г. в доме Бутурлиных на Знаменке" (ныне д. 12/2).

В 1902 г. Ясенево унаследовали сыновья бывшей владелицы: Сергей (1842-1920), Дмитрий (1850-1920) и Александр (1845-1916) Сергеевичи Бутурлины. Два первых были кадровыми военными, вышедшими в отставку генералами от инфантерии. С.С.Бутурлин одно время был начальником расквартированной в Москве 2-й Гренадерской дивизии и товарищем председателя Воинского благотворительного общества "Белого креста", оказывавшего помощь уволенным в запас военнослужащим и их семьям. Д.С.Бутурлин занимал должность инспектора лечебных заведений Москвы. Их младший брат А.С.Бутурлин, напротив, имел ученую степень кандидата права и был писателем. Как бывший участник революционного движения, значительную часть жизни он находился под надзором полиции. 

Братья Бутурлины были вынуждены уступить крестьянам верхний пруд - один из цепи, ограничивающей ясеневскую усадьбу от деревни и 19 с половиною десятин земли. Правда, лес с неё должен быть сведен в пользу помещиков.

После национализации Ясенева картинная галерея вместе с частью библиотеки и вотчинным архивом была вывезена из усадьбы в Москву эмиссаром Музейного отдела Наркомпроса В.А.Мамуровским. В настоящее время установлено местонахождение только одной картины из ясеневского собрания, с 1920 г. находящийся в фондах Государственной Третьяковской галерее (хотя туда из Ясенева поступило как минимум два, а максимум четыре портрета - документы, рассказывающие об этом, противоречивы). Это карандашный рисунок работы Э.В.(В.Ф.)Бинемана, изображающий молодую женщину. Согласно каталогу портретных миниатюр, хранящихся в галерее, он считается изображением некой Д.Ф.Ивановой. Однако такую атрибуцию едва ли можно считать убедительной по ряду причин, в т.ч. и из-за отсутствия документальных данных, подтверждающих близкие связи между Гагариными и Ивановыми. Вероятнее всего на ясеневском портрете изображена М.С.Бутурлина до замужества, что подтверждается сходством с её более поздними изображениями. Усадебный архив канул в обширных хранилищах Государственного Исторического музея, и обнаружить его пока также не удалось. Вывезенная В.А.Мамуровским небольшая часть ясеневского книжного собрания была сдана в библиотеку Московского Государственного университета.

Практически все, что оставалось в Ясеневе после отъезда В.А.Мамуровского, было либо украдено, либо погибло. По свидетельству художника А.М.Васнецова, посетившего Ясенево в 1923 г. вместе с группой отдыхающих из санатория ЦЕКУБУ "Узкое": "Библиотека представляет собой груду сваленных на полу разорванных книг, многие книги уже растасканы, в настоящее время, однако приступают к регистрации. Кое-какая сохранилась екатерининская мебель, но, в общем, дом пустой, много вывезено. Любопытен вестибюль вроде сеней, двухсветный: из верхних окон можно было смотреть, кто приехал. Сохранился мраморный камин екатерининских времен". 

Господский дом никак не использовался и медленно разрушался, лестница, ведущая на бельведер, уже не существовала. Искусствовед А.Н.Греч, посетивший Ясенево почти одновременно с А.М.Васнецовым, описал его интерьеры следующим образом: "Остались пустые стены с ободранными обоями, выцветшими, кроме мест, где постоянно висели картины и портреты. Выломаны из […] зала украшения и медальоны. В одной из комнат грудой по колено навалены были разрозненные, разорванные загаженные книги - […] французские издания XVIII - XIX века в их ценных, украшенных гравированными виньетками и розетками обложках и обертках. Ветер сквозь выбитые стекла окон разнес изорванные листы по всем комнатам, снег лежал на них тяжелой [скатертью], мыши, последние обитатели дома, отгрызали углы и корешки. Так бесславно погибало разбитое, расхищенное Ясенево, пока пожар не унес и этих последних остатков".

Господский дом сгорел вместе со всеми сохранявшимися в нем остатками обстановки в следующем 1924 г. Сведения о его гибели дошли до Москвы не сразу. Так еще в 1925 г. Главнаука Наркомпроса предлагала профсоюзу железнодорожников Московско-Курской железной дороги использовать Ясенево под дом отдыха. Впоследствии руины ясеневского господского дома были частично разобраны. Остальные постройки, в т.ч. закрытую церковь, использовал совхоз "Ясенево".

Со 2-й половины 1970-х гг. в усадьбе ведутся реставрационные работы, в ходе которых на месте господского дома был сооружен малоудачный новодел, в значительной степени воссозданный "по аналогам". Его вместе с флигелями сначала занимал Всесоюзный производственный научно-реставрационный комбинат Министерства культуры СССР, а с 1991 г. Государственное реставрационное объединение "РЕСМА". К сожалению так и не оконченная реставрация на долгое время превратила Ясенево в реставрационный "долгострой".

Памятники архитектуры

Чтобы оказаться в усадьбе Ясенево, нужно доехать не до одноименной станцией метрополитена, а до следующей, называющейся "Битцевский парк" по одной из крупнейших природных территорий Москвы, в состав которой, помимо Ясенева, ныне входят усадьбы Знаменское-Садки и Узкое. Одно время предполагалась, что в эту часть города будет перенесен знаменитый московский зоопарк, однако, в т.ч. и из-за протестов местных жителей, он до сих пор остается на своем историческом месте, а о былых планах московских градостроителей напоминает до сих пор бездействующий восточный павильон "Битцевского парка", увенчанный забавной скульптурой, изображающей в разрезе "Ноев ковчег" - своего рода первый в мире зоопарк.

Находящаяся возле метро часть природного парка Битцевский лес, до 1992 г., бывшего обычным московским лесопарком, исторически относилась к имению Ясенево. До его усадьбы можно дойти пешком, выйдя в сторону окруженного бетонным забором местного кладбища, в 1990-х гг. резко разросшегося вопреки городским санитарным нормам. Ориентиром усадьбы от самого выхода из метро является церковь Петра и Павла, в которой венчались Н.И.Толстой и М.Н.Волконская. Хотя в популярной литературе её строительство обычно относят к 1733 г. эта датировка неправильная. Тогда владелец Ясенева Ф.А.Лопухин получил разрешение соорудить в своей усадьбе каменную церковь, но по каким-то причинам, скорее всего финансовым, строительство не состоялось. Только в 1751 г. Ф.А.Лопухин выхлопотал право строительства ныне существующей церкви - очень монументальной барочной постройки, имеющей в нижнем ярусе ризалиты с пилястрами большого ордера. Дата завершения работ пока не обнаружена, нужно думать, что они продолжались несколько лет. Таким образом, самая старая постройка Ясенева - церковь условно датируется 1-й половиной 1750-х гг.

Первоначально церковь не имела ныне существующих трапезной и колокольни, на первый взгляд кажущихся "родными". Колокольня изначально была совсем другой, а, кроме того, в 1832 г. к церкви был пристроен придел Варвары - соименный жене тогдашнего владельца Ясенева С.И.Гагарина. К 1860 г. выяснилось, что "придельный храм сей, не имея сводов, не прочен, и по заметному уклонению одной стены угрожает опасностью; колокольня входом на оную внутри сильно сужена, и в постройке не пропорциональна с храмом…". Поэтому тогда неким художником Калугиным был составлен проект реконструкции ясеневской церкви, осуществленный к 1863 г. Только тогда церковь получила трапезную и колокольню в формах, стилизующих отделку её основного объема.

Первоначально придел Варвары собирались восстановить, но после смерти С.И.Гагарина, не дожившего до завершения работ, заменили другим приделом, во имя Параскевы Пятницы - покровительницы торговли, что для местных жителей оказалось гораздо актуальнее, поскольку тогда Ясенево было большим торговым селом, в котором впоследствии было создано ссудосберегательное товарищество - одно из первых в Московской губернии и даже в России. В трапезной оказался помещен и придел Сергия Радонежского - соименный самому С.И.Гагарину.

В 1930-х гг. церковь закрыли. Одно время в ней был склад, затем она никак не использовалась и снова стала действующей только в 1989 г., поэтому все внутреннее убранство современное. В 1990-х гг. облик церкви исказило привнесение элементов декора, стилизованных в неорусских формах (дверные порталы, кресты над окнами и т.п.), и неудачная окраска в грязно-желтый цвет.

Башня, находящаяся на церковном участке севернее церкви, сооружена в 1970-х гг. реставраторами. Документальных оснований для её строительства не имеется. Напротив входа в церковь стоит мало выразительный двухэтажный кирпичное здание, вероятнее всего, относящееся к середине XIX века. В краеведческой литературе и на государственной охране оно значится как дом причта. Однако согласно описи Ясенева, составленной в 1901 году при страховании имения в московском отделении первого Российского страхового общества, в этом здании находились "людские комнаты конного двора", а само оно как часть конного двора соединялось заборами с его другими постройками, стоявшими по периметру, и образовывавшими замкнутое пространство.

В справке Московской духовной консистории 1861 г. отмечено, что "…зданий, принадлежавших к сей церкви […] нет"). Кроме того, документально известно, что местные священнослужители имели в селе собственные дома. Бывший дом дьякона, оставшийся свободным после упразднения дьяконской вакансии в начале 1870-х гг. был куплен членом Московского общества любителей художеств коллежским асессором В.С.Раичем - владельцем "фотографического заведения" в Денежном переулке. Известно, что с 1871 года В.С.Раич работал как фотограф в деревне Мазилово, недалеко от Кунцева, которое тогда было популярной дачной местностью, что обеспечивало поток клиентов. Несмотря на это, фотоработы Раича встречаются не часто. "Людские комнаты" до передачи патриархии занимала музыкальная школа. Ныне они и церковь являются подворьем калужской Оптиной пустыни.

Ограда, окружающая большую территорию, выделенную подворью, возведена только в 1990-х гг. Её строительство в нарушение законодательства об охране памятников уничтожило северную часть подъездной дороги в усадьбу со стороны Новоясеневского проспекта, которая проходила между церковью и домом причта. Поэтому теперь перспектива усадьбы со стороны проспекта перекрыта. Дорога, ведущая к основным усадебным постройкам, делает большой поворот, огибая границы подворья, и только затем начинается её историческая часть. У этого поворота сохранилось одноэтажное здание конюшни, не имеющее точной датировки, однако его материал, белый камень, свидетельствует о древности здания. Конюшня значится на всех планах Ясенева, начиная с самого раннего -1766 г., и, следовательно, является постройкой середины XVIII в. В настоящее время конюшня используется по своему назначению, что встречается крайне редко. Небольшой участок рядом с ней огорожен для верховой езды.

Основные постройки усадьбы, замыкающие перспективу подъездной дороги, выглядят более чем непрезентабельно, по причине продолжающейся много лет и так и не завершенной реставрации. Барочные господский дом и соединенные оградой перпендикулярно поставленные флигеля, составляющие единый ансамбль с домом, но оформленные более сдержано, были сооружены в Ясеневе почти одновременно с церковью в середине XVIII в. 

В первой трети XIX в. при Гагариных усадьба была перестроена: флигеля дополнили мезонинами и классицистическими портиками с колоннами, на господском доме появилась вышка бельведера и т.п. Составить подробное представление об основной усадебной постройке можно по той же страховой описи 1901 года. Согласно ей "дом каменный крытый железом в два этажа с мезанином снаружи внутри оштукатурен, нижний этаж со сводами, в нем кладовые и кухня с русской печью и очагом, во втором этаже и мезонине [бельведере - М.К.] печи голландские изразчатые, стены клеены обоями, полы паркетные дубовые и сосоновые и сосновые крашенные оконные рамы, двери и лестница в мезонин сосновые и крашеные, приборы [дверные и оконные - М.К.] медные и железные. К дому примыкает каменное крыльцо с каменной лестницей для входа во второй этаж и при втором этаже два балкона: один деревянный, другой каменный с шестью каменными оштукатуренными колоннами и при нем каменный пандус для схода в сад. Занят [дом] бывает самой хозяйкой [М.С.Бутурлиной - М.К.] в летнее время".

В таком виде без существенных изменений Ясенево просуществовало до пожара 1924 г. "Усадьбы этой больше нет, она ушла за несколько лет до смерти Владимира Васильевича [Згуры]. Здесь помнится старый дом с чертами елисаветинского барокко в кустах цветущей сирени, регулярный французский парк с деревьями-старожилами. Так и не пришлось туда съездить вновь, чтобы снять эту удивительно красивую усадьбу", - вспоминал А.Н.Греч о поездке в Ясенево вместе с первым председателем Общества изучения русской усадьбы В.В.Згурой, погибшим в Феодосии во время Крымского землетрясения 1927 г.

Руины основного здания начали разбирать в начале 1930-х гг. - т.к. тогда на этом месте предполагалось строительство здания дома отдыха. Возможно, здесь сыграло определенную роль наличие по соседству известного санатория, расположенного в Узком. Вскоре эта идея умерла, как впоследствии строительство зоопарка в окрестностях Ясенева, но от бывшего господского дома частично уцелел лишь цокольный этаж и подвал, использовавшийся как овощехранилище. Флигеля вплоть до сноса деревни Ясенево были жилыми. Ограда между ними восстановили только во 2-й половине 1970-х гг.

Одновременно по проекту архитекторов Г.К.Игнатьева и Л.А.Шитовой на месте господского дома был выстроен новодел, имитирующий его внешний вид на момент строительства, то есть на середину XVIII в. (оштукатурен только в 1995 г.). Поскольку барочные усадьбы достаточно редки, реставраторам посчитали заманчивым получить, т.е. фактически построить заново еще одну. В соответствии с этим замыслом были снесены подлинные мезонины и портики флигелей. 

Поскольку материалов для достоверного воссоздания второго этажа дома оказалось недостаточно, использовались аналоги: господские дома в Глинках, Лопасне и других местах. Белокаменный декор заменил специальный бетон. Подобные "натяжки" были допущены и при воссоздании других частей здания: вместо сводов в боковых крыльях были устроены плоские железобетонные перекрытия, формы слуховых окон, парапета над центральным ризалитом и печных труб заимствованы с петербургских зданий, зачастую сохранивших аналогичные детали уже в редакции XIX столетия и т.п… Тем не менее, этот характерный для нашего времени пример псевдореставрационной "клюквы" имеет статус памятника архитектуры и находится на государственной охране. 

Существовал и второй проект, более достоверный: восстановить здание таким, каким оно было в XIX - начале XX вв., но его отвергли. В итоге безвозвратно оказалась утрачена и историко-культурная среда Ясенева того времени. К сожалению, при принятии решения не было учтено и современное градостроительное положение усадьбы. Ее окрестности застроены с севера, юга и запада новыми панельными домами, а непомерно вверх разросшийся парк почти полностью закрывает вид новодела, тогда как бельведер, поднявшийся над деревьями, хотя бы указывал его место - недаром Ясенево до пожара было видно с достаточного расстояния.

Целью воссоздания господского дома усадьбы Ясенева оказалось всего лишь его использование под склад стройматериалов, ныне принадлежавший государственному реставрационному объединению "РЕСМА".

К сожаланию, реставрационные работы в Ясеневе так и не доведены до конца, поэтому усадьба окружена строительными заборами и временными сооружениями, что сделало этот редкий образец довольно раннего периода усадебного строительства малопривлекательным.

С запада, юга и востока основные усадебные постройки Ясенева окружает старый парк, переходящий в лес. Еще в 1920-х гг. он являлся прекрасным примером французских регулярных насаждений, но к настоящему времени сильно зарос и запущен. В парке частично сохранились аллеи, группы и отдельные экземпляры старых деревьев, в т.ч. дуб, про который ходит легенда, что под ним любил сидеть Петр I. Очевидно, этот дуб упоминается в дневнике М.П.Погодина, описавшего прогулку в Ясенево из Знаменского-Садков, устроенную 7 августа 1822 г. Трубецкими и их гостями, где все "знаменское общество" "…отдыхало на "печальной лужайке" между тремя аллеями перед Ясеневским прудом под старым ветвистым дубом".

Еще несколько крупных экземпляров дуба черешчатого растут вдоль забора, окружающего так называемую деревянную "дачу Коллонтай", расположенную юго-восточнее основных построек усадьбы. Длинная липовая аллея ведет от них на восток в сторону леса. Некогда она завершалась беседкой. Аллеи также идут по периметру парка. Из цепи прудов, ограничивающих территорию Ясенева с запада, со стороны бывшей деревни лишь один находится в более-менее приличном виде. К югу от господского дома частично сохранился открытый партер. От него в сторону Знаменского-Садков ведет аллея, современным продолжением которой является улица Инессы Арманд (до 1987 г. часть Соловьиного проезда). Остатки аллеи сохранились на "зеленом островке" по середине её проезжей части. На плане 1766 г. именно она названа дорогой из села Ясенева на мельницу, находившуюся примерно в районе Московской кольцевой автодороги, прокладка которой отрезала от Ясенева его южную часть.

Еще в 1-й половине ХХ в. ныне заросший парк Ясенева оставлял совсем другое впечатление. "Быть может, каждая русская усадьба связывается в памяти с теми или иными цветами. В Ершове это незабудки, в Остафьеве и Белкине - водосборы, в Ясеневе - сирень, - вспоминал А.Н.Греч. - Здесь заросли сирени непроходимой чащей окружают пруды, спадающие террасами, пруды, несущие на зеркальной поверхности своей благоухающие лепестки обсыпающихся цветов. Верно, бесконечное количество лет вырастали побег от побега эти сиреневые заросли, быть может, в основе своей современные древним липам парка. Старые, дуплистые деревья, точно готовые распасться на части под тяжестью своих ветвей и крон, образуют правильные, расходящиеся геометрическим узором аллеи типично французского в своей планировке парка. Но именно в вольном росте этих регулярных насаждений заключатся своеобразная прелесть старинных русских парков, тот непредвиденный их украшателями вид, который столь пленяет по миновании более чем вековой их жизни".

Как характерную черту некогда свойственную Ясеневу, отметим и наличие большого оранжерейного хозяйства, существовавшего еще на рубеже XIX-XX веков и, скорее всего, бывшего убыточным. Рядом с западным флигелем находится фундамент здания оранжереи, которое значится на госохране вместе с домом и флигелями, как якобы существующая постройка. 

Список литературы

Греч А.Н. В.В.Згура в "русской усадьбе" //Сборник Общества изучения русской усадьбы. 1927. Вып. 6-8. С. 45.

Долгова С.Р. Короткие рассказы о Москве. М., "Мосгорархив", 1997. С. 148.

Игнатьев Г.К. Шитова Л.А. Исследование и реставрация сооружений парадного двора усадьбы Ясенево// Охрана и реставрация памятников архитектуры: Опыт работы мастерской № 13. М., 1980. С. 132-137.

Ионов И.Н. Ясенево. М., 1982.

Коробко М.Ю. Ясенево// Усадебное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. С. 

Либсон В. Возрожденные сокровища Москвы. М., 1983. С. 156-158.

Молева Н.М. Ясенево// Вопросы истории. 1984. № 4. С. 184-188.

Певзнер Л.И., Сахарова И.М. Государственная Третьяковская галерея. Каталог собрания. Портретная миниатюра XVIII-начала XX века. М., 1997. С. 114, 116.

Толстой М.В. Хранилище моей памяти. М., 1995. С. 81-82.

Узкое и его окрестности в протоколах Комиссии "Старая Москва"// Коробко М.Ю. Усадьба Узкое: Историко-культурный комплекс ХVII-ХХ веков. М., 1996.

Холмогоровы В.И. и Г.И. Исторические материалы о церквах и селах ХVI-ХVIII ст. Пехрянская десятина. Московский уезд. М., 1892. С. 55-59.

Шеппинг Д.О. Древний Сосенский стан Московского уезда// Сергеев И.Н. Царицыно. Суханово. Люди, события, факты. М., 1998. С. 413-414, 461-468.

Ясенево// Среди коллекционеров. 1924. № 7-8. С. 52.