Личностные новообразования у детей в период кризиса трех лет

Личностные новообразования у детей в период кризиса трех лет

Традиционным для советской психологии является анализ возрастного кризиса раззвития, предполагающий описание тех новообразований, которые возникают в этот период. Новообразованиями кризиса 1 года считают мотивируемые представления, активность; новообразованием кризиса 7 лет — возникновение личного сознания и конкретной самооценки; младшего школьного возраста — рефлексию, подросткового — чувство взрослости, самоопределение.

Для всех исследователей, изучавших кризис 3 лет, очевидно, что главные изменения в этот период сосредоточены вокруг «оси Я». Их сути в психологической эмансипации Я ребенка от окружающих взрослых, которая сопровождается рядом специфических проявлений — упрямством, негативизмом и др. [3]. Новообразованием кризиса 3 лет называется также возникновение системы Я [2], появление «личного действия» и чувства «Я сам» [8].

Надо отметить, что исследователи скорее обозначили область существенного, сферу поиска, нежели действительно раскрыли психологическое содержание этих новообразований. Поэтому пока невозможно ответить на вопрос о том, как соотносятся эти понятия. Включает ли, например, система Я два других новообразования, или они лишь частично совпадают, или, может быть, являются совершенно самостоятельными? Какие среди них центральные понятия или их значение равноценно?

Неясность вопроса о личностных новообразованиях, складывающихся в период кризиса 3 лет, побудила нас к их исследованию. Выбор направления поиска определялся общими исходными представлениями о личности как системе отношений к предметному миру, к другим людям и к себе в. ее генезисе. В ходе ранее проведенной работы под руководством М. И. Лисиной удалось наметить развитие каждой из этих линий отношений в период от рождения до 7 лет [5]. Собственно личностные структуры, как предполагала М. И. Лисина, складываются при взаимном пересечении трех видов отношений, при их «завязывании в узелки» (по терминологии А. Н. Леонтьева). При этом оформившееся личностное образование отличается более высоким уровнем организации, определяемым интеграцией входящих в него отношений.

Эта гипотеза легла в основу исследования С. Ю. Мещеряковой [7]. Ей удалось проследить становление в младенчестве личностного новообразования, названного активностью. Идея о личностном новообразовании как преобразовании одновременно всех трех видов отношений в новое целое была положена и в основу нашей работы, которая осуществлялась в два этапа. На I этапе изучались личностное новообразование критического периода 3 лет и соответствующий ему поведенческий комплекс, на II анализировались те определяющие личность отношения, которые, преобразуясь, входят в личностное новообразование. Материалы исследования представлены в статье в этой последовательности.

Гордость за достижение — личностное новообразование периода кризиса 3 лет

Как правило, говоря о кризисе 3 лет, в качестве его симптомов традиционно называют упрямство, негативизм, протест против близких взрослых, строптивость, стремление к деспотическому управлению окружающими. Анализ этой негативной симптоматики позволил исследователям выделить неудовлетворенность взаимоотношениями со взрослыми, стремление занять иную позицию в окружающем мире как причину возникновения этих проявлений.

Вместе с тем ряд психологических наблюдений показывает, что определенное число детей практически не обнаруживают негативных проявлений в указанном возрасте или легко и быстро их преодолевают, причем их личностное развитие протекает нормально. Эти данные побуждают обратить особое внимание на позитивную симптоматику кризиса 3 лет, ибо без нее картина развития является неполной, а понимание происходящих личностных процессов односторонним. Однако именно эта — позитивная — сторона кризиса оказалась наименее изученной.

В связи со сказанным представляется продуктивным различать объективный кризис — перелом в психическом развитии и субъективную картину поведения, сопровождающую этот перелом. Объективный кризис — обязательный и закономерный этап развития личности в онтогенезе, обнаруживающий себя в появлении личностных новообразований. Внешне же по субъективной картине протекания он будет характеризоваться позитивной симптоматикой, свидетельствующей о перестройке личности детей, и необязательно будет сопровождаться негативным поведением. Появление последнего связано с неблагоприятными условиями жизни и воспитания ребенка.

В своей работе мы стремились обнаружить то качественно новое в поведении детей, что появляется в период кризиса, доказать, что это — форма проявления личностного новообразования, становлением которого завершается переход к более старшему возрасту. Главным критерием качественно нового в детском поведении в период кризиса М. И. Лисина предложила считать появление неожиданного в поведении ребенка в привычной ситуации, как правило сопровождающегося аффективной реакцией, не соответствующей по силе той причине и ситуации, которые ее вызвали.

В ходе наблюдений отчетливо проявился весьма своеобразный комплекс поведения детей. Во-первых, стремление к достижению результата своей деятельности: они долго и настойчиво манипулировали предметом, перебирали варианты действий с ним, отыскивали нужный, практически не отвлекались. Неудача, как правило, не приводила к отказу от задуманного: дети обращались за помощью к взрослому или искали иные, более легкие решения, не изменяя своего намерения, конечной цели.

Во-вторых, достигнув желаемого, они стремились тут же продемонстрировать свои успехи взрослому, без одобрения которого эти успехи в значительной степени теряли свою ценность, а радостные переживания по поводу их существенно омрачались. Отрицательное или безразличное отношение взрослого к демонстрируемому результату вызывало у них аффективные переживания, побуждало с удвоенной энергией добиваться внимания и положительной оценки.

В-третьих, у детей появилось обостренное чувство собственного достоинства, это выражалось в повышенной обидчивости и чувствительности к признанию достижений взрослым, эмоциональных вспышках по пустякам, бахвальстве, преувеличениях.

Описанный поведенческий комплекс по предложению М. И. Лисиной был назван гордостью за достижения. По нашим данным, он разворачивается в трех плоскостях отношений - к предметному миру, другим людям и к себе. Рассмотрение их во взаимосвязи позволяет увидеть здесь тот узелок, который завязывается в процессе личностного развития. Однако необходимых доказательств истинности этого у нас не было. Получить их предполагалось в эксперименте, моделирующем естественные условия возникновения исследуемого поведенческого комплекса.

При анализе психологической литературы были выделены критерии, согласно которым описанный нами комплекс «гордость за достижения» правомерно рассматривать как коррелят личностного новообразования. Мы считали, что свидетельством этого являются преобразования в поведении, которые охватывают одновременно три главных стороны отношения человека к действительности и при этом имеют характер не количественного, а качественного изменения, протекающего в достаточно высоком темпе.

Организованная экспериментальная процедура выглядела следующим образом. Ребенку предлагались разнообразные задачи -на- действия с предметами, взрослый оценивал достигнутые им результаты. Тем самым в эксперименте актуализировались два рода связей: ребенок — предметный мир и ребенок — другие люди, причем во втором случае отношения к себе и другим оказывались слиты в реакции ребенка на оценку взрослого. Развести их мы считали возможным, используя качественный анализ отношения детей к различным оценкам.

В эксперименте из 5 проб участвовали 30 детей детского сада 2,6— 3,6 лет. Каждая проба включала решение 3 практических   задач. Так, в I пробе ребенок должен был собрать собачку-пирамидку, используя картинку; грузовичок, домик из деталей конструктора. За первую задачу, независимо от качества исполнения он получал похвалу, за вторую — оценку «сделал» или «не сделал» соответственно своему результату, решение третьей задачи не оценивалось. При затруднениях экспериментатор предлагал ребенку помощь. Четыре другие пробы строились аналогичным способом, что было связано с необходимостью выявления устойчивых характеристик поведения.

Активность детей в ходе выполнения экспериментальных заданий характеризовалась по двум группам параметров. Первая группа (связь ребенка с предметным миром) отражала ценность достижений в осуществляемой деятельности (принятие задачи, свидетельствующее об интересе и мотивационной обеспеченности деятельности; целеустремленность в выполнении задания), включенность в решение задачи (глубина вовлеченности в сам процесс деятельности), оценку ребенком продуктивности своей деятельности; вторая (связь ребенок — взрослый) — самостоятельность в выполнении заданий (отношение ребенка к помощи взрослого, его эмоциональные проявления); поиск оценки взрослого и отношение к ней. По каждому параметру были составлены шкалы, характеризующие качественные ступени изменения исследуемых аспектов детской активности. Результаты подсчетов в сумме для всей выборки представлены в таблице.

Данные таблицы показывают, что поведение детей при выполнении предложенных заданий преобразуется по мере взросления. Это касается обеих актуализированных в опытах линий связей. Несмотря на небольшой возрастной интервал (4 мес), полученные сдвиги носят статистически значимый характер. При переходе от младшей к средней возрастной подгруппе изменения наиболее интенсивны (в 2 раза); при переходе от средней к старшей подгруппе темпы изменений снижаются (в 1,2 раза).

Качественный анализ материалов отношения детей к своей деятельности и к оценкам ее взрослыми позволил установить, что фиксируемые в эксперименте изменения имеют характер не количественного роста, а качественного преобразования и охватывают все три линии отношений — к предметному миру, к другим людям и к себе.

Так, результативная сторона деятельности становится для детей все более значимой, а фиксация их успехов взрослым  — важным элементом ее исполнения. Соответственно этому возрастает и субъективная ценность совершаемого, что вызывает к жизни появление аффективных форм поведения, таких, как преувеличение своих достижений, попытки обесценить свою неудачу. Возрастает активность детей и в поиске оценки взрослого, совершенствуются средства этого поиска.

В младшей возрастной группе дети, как правило, безразлично воспринимают оценку взрослого: поведение в ответ на положительную и отрицательную оценку существенно не    меняется. В средней же возрастной группе отрицательная оценка, даже будучи справедливой, порождает целый комплекс аффективных проявлений. В то же время возникает и особое отношение к несправедливому мнению. Незаслуженная похвала вызывает у детей чувство смущения, неловкости. В старшей возрастной группе яркость аффективных проявлений несколько ослабевает, на первый план все больше выступает умение противостоять    несправедливой оценке, аргументировать ценность своей деятельности.

В целом полученные результаты, отвечая выдвинутым критериям, свидетельствуют о том, что в период кризиса 3 лет складывается личностное новообразование, проявляющееся как гордость за свои достижения.

Особенности поведения детей при выполнении экспериментальных заданий



Показатели детской активности

Оценка активности детей разного возраста (в условиях баллах). 



2,6-2,10

2,10-3,2

3,2-3,6

Принятие задачи

Настойчивость

Включенность

Самостоятельность

Оценка своего результата

Поиск оценки взрослого

Отношение к оценке взрослого

504

370

314

385

241

244

140

621++

592++

493++

663++

933++

422++

285++

669

604

516

672

1302++

630++

343++



Примечание: статистические различия устанавливались по критерию Вилкоксона : ++ значимость при р=0,01, + при р=0,05

Развитие отношения, определяющих становление личностного новообразования периода кризиса трех лет

Уже говорилось, что исходным для нас было представление о становлении личностного новообразования как появления у  детей нового видения мира, других и себя, т. е. целостности, интегрирующей входящие в нее отношения, которые к моменту оформления этой личностной структуры достигли определнного уровня развития. Каково же своеобразие этих отношений к концу раннего детства?

Согласно литературным источникам, в раннем возрасте отношение ребенка к предметному миру существенно пре-образуется. В основе этого преобразо-вания лежит овладение собственно предметным действием, т. е. обществен-но выработанным способом его упот-ребления, формирующее у малыша предметное отношение к действительности» [8]. В тесной связи с этим находится и развитие отношения ребенка к взрослому: «...процесс освоения предметного действия имеет для ребенка  смысл тех отношений, в которые он вступает со взрослым, именно благодаря этому и возникает тенденция следовать образцу действия, показываемому взрослым... Получаемый после осуществления предметного действия

результат не может служить крите-рием правильности употребления пред-мета-орудия. Таким критерием может служить только соответствие образцу, носителем которого является взрослый» [9, 11]. Другими словами, у ребенка раннег возраста складывается отношение к взрослому не только как к источнику тепла и заботы, но и как к образцу для подражания. Значительно меньше известно, как развивается отношение ребенка к себе в раннем возрасте. Как правило, отмечается лишь роль речи в этом процессе: использование личных местоимений, имен оценивается как показатель развития детского самосознания. Фактическая неизученность генезиса отношения к себе у детей этого возраста, не позволяющая в полной мере раскрыть специфику личностного новообразования периода кризиса 3 лет побудила нас исследовать этот вопрос с особым вниманием. Это тем более важно, так как именно новое чувст во Я признается важнейшим новообразованием в период кризиса 3 лет

Экспериментально было установлено. что на первом году жизни развивается весьма своеобразное отношение ребенка к себе. Оно складывается главным образом в ходе общения со взрослыми, вполне адекватно и непосредственно отражая те чувства любви, заботы, безусловного принятия личности, которые исходят от окружающие и адресованы младенцу. Как следствие этого у малыша формируется эмоционально-положительное самоощущение переживание своей значимости для окружающих [6]. Такое отношение ре бенка к себе авторы называют общей самооценкой. Однако роль опыта предметно-манипулятивной деятельности в развитии образа себя еще весьма незначительна. Хотя младенец и переживает результат своих действий — он его радует или огорчает,— но это переживание не носит характера «успеха» или «неуспеха» в психологическом значении этих терминов на личностном уровне. Напротив, ребенок-до школьник способен переживать результат своих действий как личностно значимый: достигнутым он гордится, а неудача способна уязвить его. Отношение к себе, образ себя начинает все более корректироваться опытом самостоятельной деятельности [7], а к концу дошкольного возраста самооценка становится самостоятельным мотивом поведения [8].

Сопоставляя то, что известно о младенчестве и дошкольном возрасте, мы предположили, что в раннем возрасте непосредственное, эмоциональное отношение взрослого к ребенку, характерное для младенческого периода, начинает усложняться за счет требований, предъявляемых взрослым к достижениям малыша в предметной сфере на фоне и при сохранении прежних форм отношений. Такая практика, отражаясь в детском образе самого себя, в свою очередь изменяет его. У детей раннего возраста складывается, дифференцируясь от общей самооценки, отношение к себе, основанное на своих реальных достижениях, т. е. на основе конкретной самооценки. Иными словами, дифференциация отношений взрослого к ребенку — непосредственных и опосредствованных в форме оценки конкретного достижения — приводит к дифференциации самооценки ребенка на общую и опосредствованную достижением — это суть тех процессов, которые совершаются в раннем детстве по линии развития отношения ребенка к себе.

Эксперимент строился таким образом, что в первой и последней его фазах экспериментатор выражал ребенку общее доброжелательное и заинтересованное отношение. В промежуточных фазах, рассматривая вместе с ребенком картинки, он спрашивал о названии изображенных на них предметов, животных и растений. Если ребенок называл правильно, ответ оценивался: «Хорошо, ты знаешь это», в противном случае — «Плохо, ты не знаешь этого». Каждый ребенок встречался с экспериментатором несколько раз в двух различных ситуациях. В одной из них отмечались и соответственно оценивались только удачные ответы, в другой — только неудачные, за них малыш получал отрицательную оценку.

По комплексу устойчивых различий в поведении детей в I и II экспериментальных ситуациях, а также при их смене мы судили о дифференциации общего отношения ребенка к себе и конкретного, основанного на его реальном достижении при решении задачи. В опытах участвовали 30 детей 2—3 лет;

фиксировались ориентировочные, двигательные, эмоциональные и речевые компоненты поведения.

Обнаружилось, что дети 2—2,5 лет своеобразно воспринимали оценки экспериментатора: и в случае отрицательной оценки, и в случае положительной происходили однонаправленные изменения, дети реагировали сходно и, что особенно важно, в положительном эмоциональном диапазоне. Различие же проявилось в том, что при положительных оценках количественная выраженность всех компонентов поведения была выше и интенсивнее возрастала, чем при отрицательных оценках. Полученные данные позволили заключить, что в сознании ребенка 2—2,5 лет отношение взрослых к его достижениям еще не выделилось как самостоятельное, а погружено в контекст общих отношений между ними, которые, будучи окрашены эмоционально положительно, сообщают ту же модальность переживаниям и любой конкретной оценке экспериментатора вне зависимости от ее знака.

С возрастом (2,5—3 года) реакции детей на оценку взрослого приобретают все более устойчивый характер, постепенно обособляясь от контекста, в который они были включены. Это обнаруживается в характере влияния оценки взрослого на деятельность детей: если у младших отрицательные оценки снижали ее привлекательность и расстраивали активность, а положительные, напротив, стимулировали сотрудничество, способствовали развитию детской инициативы, то старшие дети в ответ на отрицательную оценку начинали варьировать средства, направленные на поиск выхода из создавшегося затруднения, сохраняя в целом положительное отношение к самой деятельности и общению со взрослым.

Параллельно с этим изменялся характер переживаний детьми событий эксперимента. Они приобретали все более личностную окраску: неудача уже до оценки взрослого вызывала у старших детей смущение, чувство неловкости, стремление избежать ее, сделать так, чтобы она не была замечена; переживание радости при удаче сопровождалось гаммой других чувств — дети невольно требовали внимания и признания своей удачи окружающими, испытывали чувство гордости, связанное с ней.

Отношение детей к конкретной оценке оказалось зависимым не только от непосредственного отношения взрослых к ним, но и от той стратегии оценивания, которую реализовывал экспериментатор в разных ситуациях. Предшествующий положительный опыт, полученный в ситуациях, где отмечались только удачи, усиливал желание детей рассматривать картинки, побуждая их разнообразить содержание контактов со взрослым. Дети практически не отказывались от совместной деятельности, не пытались уклониться от нее. В отличие от этого негативный опыт, полученный в ситуациях, где отмечались только неудачи, ослаблял побуждение детей к осуществлению и продолжению деятельности. Резко сокращались речевые высказывания, они, как правило, определялись лишь рамками задачи «назвать». Нередки были случаи отказа от предложенной деятельности или замены ее эмоциональным общением.

Стратегия оценивания детей, при которой отмечаются только неудачи, промахи ребенка, является для них эмоционально очень трудной и поэтому, можно думать, малопродуктивной для развития. Негативная стратегия оценивания, вступая в противоречие с предшествующим опытом ребенка, рождает у него чувство неблагополучия, направляет детскую активность на поиски выхода из создавшегося положения, нередко возвращая его к генетически более ранним формам отношения — непосредственным аффективно-личностным связям, способствует переносу отрицательных переживаний на сферу его предметной деятельности. В более старшем возрасте влияние такой стратегии прослежено, в частности, в работе 3. Гелуса [4].

Итак, приведенные данные показывают, что в период кризиса 3 лет возникает личностное новообразование, проявляющее себя в форме гордости за достижения. Оно интегрирует сложившиеся у детей на протяжении раннего детства предметное отношение к действительности, отношение к взрослому как к образцу, отношение к себе, опосредствованное достижением.

Трудность поиска точного термина, позволяющего с достаточной ясностью выразить специфику личностного новообразования, возникающего на рубеже раннего и дошкольного детства, нового видения мира и себя в нем, вынуждает нас прибегнуть к развернутому описанию. 

Новое видение себя состоит в том, что ребенок впервые открывает материальную проекцию своего Я, которое может быть воплощено вовне, а его мерой могут служить его достижения. Поэтому каждый результат деятельности становится для ребенка и утверждением его Я. Подчиняя свою предметно-практическую активность культурной традиции, главным носителем которой в рассматриваемый возрастной период является взрослый, ребенок преобразует свое отношение к нему — взрослый предстает как знаток и ценитель детских достижений. Поэтому малыш начинает с особым пристрастием воспринимать оценки, искать и требовать у него признания своих достижений и тем самым утверждать себя. Одобрение и похвала взрослого рождают у малыша чувство гордости, собственного достоинства. В свою очередь, признание окружающих преобразует его чувства, испытываемые при достижении результата: из радости и огорчения эти чувства превращаются в переживания успеха-неуспеха. Предметный мир для ребенка становится не только миром практического действия, миром познания, но и сферой самореализации, сферой, где он пробует свои силы, возможности и утверждает себя. Новизна складывающегося видения и связанная с этим обостренность чувств рождают тот облик ребенка критического возраста, который так ярко описан в психологической литературе.

Становление новой личностной структуры, в которой собственное Я оказывается спроецированным в различные формы деятельности и на окружающих в связи с ней, имеет важные последствия для дальнейшего развития ребенка. Сфера достижений, сливаясь со сферой отношения к себе, Я малыша, способствует появлению детского самолюбия — мощнейшего стимула к саморазвитию и самосовершенствованию. Благодаря тому что Я ребенка теперь может быть спроецировано вовне, отлито в форму достижения, создаются объективные предпосылки для эмансипации оценки детей о себе от мнения о них окружающих, для выработки внутренних критериев самооценки, для развития ее адекватности, реалистичности. Освобождение отношения к себе от мнения взрослых служит основой развития у детей чувства самоуважения, которое становится источником развития и внутренним регулятором самостоятельной деятельности и взаимоотношений с окружающими. Завязывающаяся в период кризиса связь «Я и мои достижения» становится толчком к развитию детского самосознания. Я ребенка, опредмечиваясь в продукте, результате деятельности, может предстать перед ним в форме объекта, который нужно осознать и подвергнуть анализу.

Активность же личностной структуры рождает ряд специфических возрастных феноменов, описанных в психологической литературе. Так, например, феномен чувствительности к собственности обнаруживает особую пристрастность детей к обладанию вещами. В основе этого лежит своеобразная сращен-ность предмета и Я.

Л. И. Божович, называя личностным новообразованием, оформляющимся в период кризиса 3 лет, возникновение системы Я, писала: «Для того чтобы сказать нечто более содержательное о структуре «системы Я», нужны специальные исследования по этой проблеме» [2; 34]. Наше исследование и явилось таковым.

Что содержательно нового оно вносит в понимание возникающей системы Я? Нам представляется, что система Я, возникающая на рубеже раннего и дошкольного возраста, может быть понята как важнейшая ступень в развитии самосознания. До ее возникновения, в период младенчества Я ребенка существует непосредственно, в потоке бытия и осознается малышом в форме переживания своего существования. В раннем детстве эпизодически возникают ситуации выхода из непосредственной поглощенности бытием. Наиболее известным примером таких ситуаций является восприятие ребенком себя в зеркале и на фотографиях. По нашему мнению, главная подготовка к новой форме осознания себя происходит не в сфере непосредственного самовосприятия и самопознания, а в ходе развития предметной практики ребенка и делового общения со взрослыми, содержанием которых является овладение культурным опытом. В критический период складывается система, обобщающая весь опыт раннего детства и позволяющая Я ребенка выйти из состояния непосредственной поглощенности бытием, предстать как объект, осуществить рефлексию. Своеобразие этой возрастной формы самоосознания состоит в том, что она носит опосредствованный — достижением в деятельности — характер и совершается не во внутреннем, идеальном плане как акт самоанализа, а имеет развернутый вовне характер процесса оценки своего достижения и сопоставления своей оценки с оценкой окружающих, а тем самым себя с другими людьми.

Становление такой системы Я, где точкой отсчета является достижение, полученное во взаимодействии с окружающим миром, знаменует собой переход к дошкольному детству, который А. Н. Леонтьев назвал «периодом фактического складывания личности».

Список литературы

1. Авдеева Н. Н., Елагина М. Г., Мещерякова С. Ю. Формирование личности ребенка в дошкольном возрасте // Психологические основы формирования личности / Под ред. И. В. Дубровиной, Н. Н. Толстых. М., 1986. 322 с.

2. Божович Л. И. Этапы формирования личности в онтогенезе // Вопр. психол. 1978. № 4. С. 23—35.

3. Выготский Л. С. Вопросы детской (возрастной) психологии // Собр. соч.: В 6 т. М., 1984. Т. 4. С. 243—285.

4. Гелус 3. О диалектике внешних и внутренних условий в развитии личности // Психолого-педагогические проблемы становления личности и индивидуальности, в детском возрасте. М., 1980. С. 15—22.

5. Лисина М. И. Формирование личности ребенка в общении // Психолого-педагогические проблемы становления личности и индивидуальности в детском возрасте. М., 1980. С. 36—46.

6. Лисина М. И., Авдеева Н. Н. Развитие представлений о себе у ребенка первого года жизни // Исследования по вопросам возрастной и педагогической психологии. М., 1980. С. 32—55.

7. Лисина М. И., Сильвестру А. И. Психология самосознания дошкольников. Кишинев, 1983. 110 с.

8. Эльконин Д. Б. Детская психология. М., 1960. 328 с.

9. Эльконин Д. Б. Заметки о развитии предметных действий в раннем возрасте // Вестник МГУ. Сер. 14. Психология. 1978. № 3. С. 3—12.

Т. В. ГУСЬКОВА, М. Г. ЕЛАГИНА. Личностные новообразования у детей в период кризиса трех лет.