Древнегреческое искусство

От времени расцвета древнегреческого искусства нас отделяет две с половиной тысячи лет. Все в мире с тех пор неузнаваемо изменилось. Но сила и слава античного искусства оказалась вечной. Ника Самофракийская доныне не победно трубит в свой утраченный рог, и никакие бури, бури столетий не могут заглушить беззвучного шума ее мраморных крыльев. 

Античность осталась и вечной школой художников. Когда начинающий художник приходит в классы, ему дают рисовать торс Геракла, голову Аполлона. Период ученичества остается далеко позади, а зрелый мастер снова и снова обращается к образам античности, разгадывая тайну их гармонии и неувядаемой жизни. 

Древние греки, называющие себя эллинами, создали свою уникальную культуру, которую можно рассматривать как базу мировой культуры. 


К IV веку до н.э. в Греции существовало уже несколько широко известных и хорошо себя зарекомендовавших школ рисунка: Сикионская, Эфесская и Фиванская. Особо прославилась Сикионская школа рисунка. 

Ставя во главу изобразительного искусства образ человека, греческие художники наблюдали и изучали человеческое тело во всех его деталях. Используя традицию построения изображения человеческий фигуры по канонам, греческие художники выдвинули новую проблему в искусстве и удачно решили ее в своих творениях. Они утверждали, что в мире царит строгая закономерность, и сущность прекрасного заключается в стройном порядке, в симметрии, в гармонии  частей и целого, в правильных математических отношениях. 

Один из великих скульпторов классической эпохи Древней Греции (V-IV вв до н.э.) – Поликлет родился не раньше 480 г. до н.э. в Аргосе и являлся главой северопелопокесской, Сикионской школы рисунка. Самые ранние его работы – это статуи атлетов, победителей Олимпиад. Поликлета в первую очередь интересовала проблема формы. Он написал сочинение (трактат) о пропорциональной закономерности частей человеческого тела. В качестве идеальных – длина ступни 1/6 высоты, высота голов – 1/8 длины тела, лицо и кисть руки равны одной десятой, для лица установлен принцип делении на 3 равные доли. Образами, созданными по «Канону», являются «Дорифор» (копьеносец) и «Диадумен» (юноша с победной повязкой). Проблема, интересовавшая Поликлета, - движение в состоянии покоя. 

Балан энергий Поликлет создает с помощью хаизма. 

Хаизм (греч. chaismos – крестообразное расположение) – изображение стоящей человеческой фигуры, в которой тяжесть тела перенесена на одну ногу, поднявшемуся бедру соответствует опущенное плечо, опущенному бедру поднятое плечо. 

Статуя «Дорифора» служила образцом для художников. 

Плиний в своей «Естественной истории» пишет, что из этой статуи художники извлекали, как будто из книги, твердые правила и законы. Таким образом, Поликлет в этом произведении оставил последующим поколениям художников как бы учебник своего искусства. 

О методах обучения художников в эту эпоху мы узнаем лишь из теоретических трудов более позднего времени – из сочинений Плиния, Павзания, Ветрувия и других, а также на основе изучения сохранившихся произведений скульптуры, вазовых росписей, копий произведений античных художников (например, помпейских росписей).


Приступая к анализу методов обучения изобразительному искусству в Древней Греции, насколько это возможно сделать по имеющимся сведениям, необходимо вспомнить прежде всего имя прекрасного рисовальщика Полигнота. В Афинах, где ему были дарованы права гражданства, он стал при Кимоне во главе кружка художников. Здесь он и развернул свою педагогическую деятельность. Он призывал учеников стремиться к реальности изображения, передавать в рисунке природу такой, какой видит ее художник в жизни. Владея лишь средствами линейного рисунка (Полигнот еще не умел передавать явления светотени), он тем не менее стремился передавать даже фактуру предметов. Плиний пишет, что «Полигнот ...который нарисовал женщин в просвечивающей одежде, прикрыл головы их пестрыми чепцами и первый внес в живопись очень много нового, коль скоро начал открывать рот, показывать зубы и вместо прежнего неподвижного выражения лица давать разнообразие».

Аристотель отмечал и указывал, что Полигнот идеально передавал форму человеческого тела. Рисовал Полигнот человеческие фигуры в натуральную величину. Его живопись представляла собой полихромные (раскрашенные) рисунки, фон в этих рисунках — светлый. Полигнот по-настоящему развил культуру линейного рисунка, начал уважать линию и передавать ею движение и жизнь человеческих фигур. «Сколько разнообразия и сколько красоты в картине фазосского художника!» —восклицает историк Павзаний. Влияние Полигнота на художников было огромным, он имел множество учеников и последователей.

Настоящая же революция в области рисования и методов обучения приписывается Аполлодору Афинскому (около V века до н. э.), которого Плиний относит к «светочам искусства». Аполлодор считается первым скиографом, то есть тенеписцем, и вместе с тем первым станковым живописцем, включившим в технику живописи смешивание красок и их градаций сообразно свету и тени. Заслуга Аполлодора заключается в том, что он впервые ввел светотень и стал модулировать тоном объем формы в рисунке. До Аполлодора греческие художники изображали форму предметов одними линиями и не представляли себе, как можно иначе передать форму предмета на плоскости. Современному художнику тональная моделировка формы кажется обычным делом, но в то время светотень в рисунке, создававшая иллюзию реального объема, почиталась за чудо.

Эти принципиально новые положения отразились не только на практике изобразительного искусства, но и на методике его преподавания. Появилась необходимость в совершенно иных методах обучения. Передача формы, объема на плоскости требовали новой методики обучения.

Являясь замечательным художником, Аполлодор в то же время был и прекрасным педагогом. Его учеником был прославленный живописец древности Зевксис, которого сам Аполлодор в одной из сочиненных им эпиграмм назвал «похитителем своего искусства».

Зевксис (420—380 годы до н. э.) был родом из Гераклеи, учился у Аполлодора в Афинах, а затем открыл свою школу в Эфесе. Зевксис имел много учеников и последователей. Желая помочь ученикам понять прекрасное в жизни и в искусстве, он, как и многие художники Древней  Греции, старался найти и установить идеал и канон красоты. Создавал канон красоты Зевксис не на основе фантазии и представления, а опираясь на изучение натуры. О том, как Зевксис рисовал красивейшую женщину Греции Елену, нам повествует Плиний. Он рассказывает, что Елену для кротонцев Зевксис написал не с одной натурщицы, а с нескольких. Кротонцы прислали Зевксису красивейших девушек своего города, чтобы он из них выбрал лучшую для позирования. Среди них художник отобрал пять натурщиц и, списывая то с одной, то с другой наиболее прекрасные формы, создал столь идеальный образ женщины, что «взглянуть на него было неземным наслаждением».

Много усовершенствований внес Зевксис в методику построения изображения формы предметов средствами светотени. Леон Баттиста Альберти пишет: «Говорят, что Зевксис, древнейший и известнейший живописец, почитается как бы главой всех остальных в познании свойств светов и теней и что подобная слава была уделом немногих».

Благодаря глубокому знанию законов природы, техники и технологии изобразительного искусства, Зевксис приобрел огромную славу. За свои картины он получал огромные деньги и накопил колоссальное состояние. На склоне лет он даже перестал работать за деньги и дарил свои произведения царям и городам, заявляя, что его картины превосходят всякую цену. Вел он очень роскошную жизнь и показывался в публичных местах в золоте и пурпуре.

Как художник и педагог Зевксис был очень требовательным как к ученикам, так и к самому себе. «Передают, что ...впоследствии Зевксис нарисовал мальчика, несущего виноград, к винограду подлетели птицы, и Зевксис, рассердившись на свою картину, обнаружил то же самое благородство, заявляя: «Виноград я нарисовал лучше, чем мальчика, потому что, если бы я и мальчика нарисовал вполне удачно, птицы должны были бы его бояться».

Как мы видим, греческие художники стремились к реальности изображения, они старались показать реальный мир как можно точнее, доходя до иллюзорности. Все это нашло свое отражение и в методике обучения. Натура являлась источником знаний, а следовательно, в основу преподавания было положено рисование с натуры.

Вместе с Зевксисом продолжал развивать принципы реалистического искусства другой замечательный художник того времени Паррасий. Плиний пишет о нем: «Паррасий родился в Эфесе и сам многое внес в область своего искусства. Он первый придал живописи симметрию, первый стал передавать игру лица, изящество волос, красоту лица, по признанию художников достигши первенства в контурах. В этом заключается высшая тонкость живописи» 

Уметь хорошо передать «игру лица», «достигши первенства в контурах» — это прежде всего в совершенстве владеть рисунком, для чего была нужна основательная школа. И высказывание Плиния о Паррасий еще раз говорит о том, что методика обучения рисунку в то время в Греции была поставлена на должную высоту.

Об этом свидетельствуют и данные археологических раскопок близ Пестума (1968—1969), где впервые были обнаружены образцы живописи древнегреческих мастеров. Посейдония (Пестум) была далекой провинцией, и работали здесь второстепенные мастера, однако рисунком они владели прекрасно. Об этом убедительно говорит метод работы художника над композицией, когда он без особого труда перекомпоновывал первоначальный сюжет и создавал новый рисунок. «Композиция росписей нередко намечалась по нескольку раз — об этом можно судить изучая фрески при боковом освещении. Сюжеты росписей разнообразны: вереницы всадников, поединки кулачных бойцов или греческих пехотинцев-гоплитов, грифонов и фантастических птиц».

Развитие и совершенствование мастерства, а вместе с тем и методов преподавания требовали общения и соревнования между художниками-педагогами. О таком общении и товарищеском соперничестве между Зевксисом и Паррасием Плиний пишет: «Про Паррасия передают, будто он вступил в состязание с Зевксисом. Зевксис принес картину, на которой виноград был нарисован так удачно, что подлетали птицы. Паррасий же принес полотнище, нарисованное так правдоподобно, что Зевксис, гордясь этим приговором птиц, стал требовать, чтобы полотнище было убрано и чтобы была показана сама картина, а затем понял свою ошибку и под влиянием благородного стыда уступил пальму первенства Паррасию, так как сам он обманул птиц, а Паррасий — его самого, художника».

Стремясь к правдоподобию изображения, жизненной выразительности своих композиций, художники, естественно, интересовались и успехами своих собратьев по искусству, отдавали дань уважения их мастерству и знаниям. Как передают историки, Паррасий пользовался большим авторитетом среди своих коллег и как художник, и как ученый-теоретик. Он разработал канон пропорций человеческого тела, которым пользовались многие его ученики и последователи, написал специальный трактат о рисунке, в котором особое место уделил линии. При обучении рисунку Паррасий требовал прежде всего обратить внимание ученика на роль и значение линии как основного средства выражения формы на плоскости. Раскрывая специфику линейного рисунка, как ее трактовал Паррасий, Плинии пишет: «...Ведь рисовать тела и их поверхности трудно, но многие в этом достигли славы, зато рисовать одни только очертания и ограничивать пределы оканчивающегося рисунка — редко кому да удается. Ведь контур должен состоять только из своей линии и так обрываться, чтобы намекать на то, что скрыто».

Это уже яркая характеристика теоретических основ методики обучения рисунку, которым должны были следовать учителя и начинающие художники. Видимо, Паррасий придерживался определенной методической последовательности построения изображения, которая в его законченных произведениях становилась незаметной, однако была необходима начинающим художникам. Об этом в свое время писали Антигон и Ксендкрат, анализировавшие его произведения, об этом не случайно упоминает Плиний: «В его картинах и бумагах видны многие следы грифеля, которые, как говорят, очень полезны художникам.

Разрабатывая сегодня методические положения обучения рисованию, мы не можем пренебречь этим опытом, он должен привлечь наше внимание так же, как привлек в свое время художников эпохи Возрождения. В своем трактате о живописи Альберти пишет: «Сначала мы скажем об очертании. Очертанием в живописи будет то, что кругом очерчивает поля. В этом Паррасий, тот живописец, что у Ксенофонта беседует с Сократом, был, говорят, весьма опытен и много изучал эти линии. Так вот я утверждаю, что в этих очертаниях нужно всячески добиваться того, чтобы они состояли из тончайших линий, почти ускользающих от взора, в чем обычно упражнялся живописец Апеллес и состязался с Протогеном. А так как очертание — не что иное, как рисунок края, то, если оно сделано слишком заметной линией, покажется, что это не граница поверхности, а трещина, и я хотел бы, чтобы при очертании не стремились ни к чему другому, как только к тому, чтобы проследить край, а для этого, утверждаю я, требуется много упражнений».

Хотя и трудно дать всесторонний, научный анализ методики обучения рисованию в Древней Греции по разрозненным сведениям древних писателей, отметим некоторые характерные особенности преподавания.

Совершенно бесспорно, что при рисовании соблюдалась ясность и четкость в передаче очертаний предмета. Линия в рисунке играла первостепенную роль. При изображении предмета художник должен был четкими, без лишних штрихов и росчерков, одними линиями наметить его форму. А этого можно было достигнуть только в результате многолетней работы над натурой. Греческие художники не только владели высокой техникой рисунка, они прекрасно знали форму и строение человеческого тела. Об этом убедительно свидетельствуют произведения вазовой живописи, скульптуры и копии с произведений греческих художников, выполненные римскими живописцами. Передавая форму предметов, как это видно из сведений древних писателей, греческие художники не ограничивались только линейными изображениями, но наглядно и убедительно передавали средствами светотени (тона) объем и фактуру предметов. Для иллюстрации приведем выдержки из сочинения филострата Старшего, где он дает описание картины «Пиндар»: «Думаю, ты удивляешься, почему эти пчелы здесь нарисованы с такой точностью? Ты видишь ясно их хоботок, лапки, крылья, цвет их тельца; и это все нарисовано не мимоходом, не кое-как, ибо разнообразием красок картина передает все так, как бывает в природе». Описывая другую картину, Филострат отмечает: «Удивительно хорошо удалось художнику нарисовать до мелочей точно паука, передать всю раскраску его точками, как в природе, все его шелковистое тельце, такое злое и дикое. Только хороший мастер, искусный в передаче реальности, так может писать. Сверх того, он изобразил и тонкие нити его паутины. Смотри! Вот эту толстую нить паук приделал к углу квадратом, как канат у станка, а к этому шнуру прилажена тонкая ткань; она состоит из нитей, идущих во много рядов, закругленных, как на гончарном станке».

Итак, можно сделать вывод, что греческие художники стремились к реальности изображения, часто доходя до иллюзорности. Понятно, что для приобретения навыков подобного мастерства нужна была хорошая школа рисунка. К IV веку до н. э. в Греции существовало уже несколько прославленных школ рисунка: Сикионская, Эфесская, Фиванская. Эти школы имели различные методические установки. Фиванская школа, основателем которой был Аристид, или Никомах, большое значение придавала светотеневым эффектам, передаче жизненных ощущений и иллюзии. Эфесская школа, создателем которой считается Эфранор из Коринфа (по другим источникам —Зевксис), основывалась на «чувственном восприятии природы и на внешней красоте». Эта школа стремилась к иллюзии, но была «небезукоризненна в рисунке». Сикионская школа, основанная Эвпомпом,  базировалась на научных данных естествознания и строго придерживалась законов природы. В этой школе требовалась «величайшая точность и строгость рисунка».

Сикионская школа оказала большое влияние на методику преподавания рисования и на дальнейшее развитие изобразительного искусства. Эта школа придерживалась научного метода обучения, она стремилась приблизить ученика к природе, научить его чтить закономерности строения природы, воспитывала у ученика любовь к изучению красоты природы. В результате обучения Сикионская школа рисунка давала очень высокую профессиональную подготовку молодым художникам. Из этой школы вышли такие прославленные художники, как Памфил, Мелантий, Павзий и великий Апеллес.

Говоря о Сикионской школе, необходимо прежде всего сказать о ее основателе — Эвпомпе (400—375 годы до н. э.). Он был прекрасным педагогом и хорошим живописцем. Особое место в истории изобразительного искусства Эвпомп занимает как выдающийся представитель художественной педагогики.

Эвпомп впервые обратил серьезное внимание на научную основу изобразительного искусства, положив рисунок в основу своей школы. Стараясь ввести в искусство научные принципы и стремясь к величайшей точности рисунка, Эвпомп подошел по-новому и к методу обучения. Он призывал своих учеников изучать закономерности природы на основе данных науки, главным образом, математики. Плиний пишет: «Значение Эвпомпа в живописи было так велико, что из-за него внесено было новое деление живописи: до него она делилась на живопись Эллады и Азии, а из-за этого уроженца Сикиона живопись Эллады в свою очередь была разделена и получилось три школы: Ионийская, Сикионская, Атическая».

Наиболее выдающейся личностью Сикионской школы и ее фактической главой был Памфил — ученик и последователь Эвпомпа. Памфил был очень образованным человеком и блистательным художником. Плиний пишет о нём: «Сам Памфил родом был македонянин, но он первый вступил в область живописи, обладая всесторонним образованием, особенно же знанием арифметики и геометрии; без их знания, по его словам, нельзя было достичь совершенства в области искусства».

Прекрасно понимая, что во время рисования с натуры человек не только наблюдает предмет, но и познает его строение, Памфил придавал большое значение рисованию как общеобразовательному предмету и с этой целью содействовал введению рисования во всех греческих школах. Плиний пишет: «Благодаря ему сперва в Сикионе, а потом во всей Греции было установлено так, что свободные дети учились рисованию, то есть живописи на буковом дереве, причем это искусство было включено в число предметов первоначального образования ».

При обучении рисованию художников-профессионалов Памфил особенно большое внимание уделял научному обоснованию каждого положения изобразительного искусства и, в частности, математической закономерности. Сам Памфил был большим знатоком математики и много работал в области геометрии, так как считал, что эта наука помогает развитию пространственного мышления и облегчает процесс построения изображения на плоскости. На дверях Сикионской школы рисунка, говорит Плиний, было написано: «Сюда не допускаются люди, не знающие геометрии».

Желание обосновать главные положения изобразительного искусства данными науки стало затем традицией не только Сикионской школы, но и других. Эта мудрая традиция Сикионской школы передавалась последующим поколениям художников и достигла своего наивысшего расцвета у художников эпохи Возрождения, которые были большими знатоками математики и умели использовать эту науку в практике изобразительного искусства.

Как видим, у Памфила была своя система обучения рисунку, основанная на строгих научных положениях. Чтобы овладеть этой системой, а также установленными научно-теоретическими и практическими положениями искусства, требовалось большое количество времени, поэтому курс обучения у Памфила продолжался 12 лет. За обучение он брал довольно большую плату — один талант (26,196 кг золота). «Никого он не учил дешевле одного таланта, и эту плату ему уплатили и Апеллес и Мелантий», —пишет Плиний.

Как отмечают историки, Памфил был крупным теоретиком искусства, однако мы не знаем, были ли его труды посвящены только изобразительному искусству или в них рассматривались вопросы теории преподавания — методики.

Продолжателем дела Памфила были его ученики — Мелантий и Апеллес. Они развивали его методические положения и принципы искусства, методические приемы обучения рисунку.

Самой крупной фигурой не только Сикионской школы, но и всего античного искусства был Апеллес (356—308 годы до н. э.). Этот художник достиг наивысшей славы среди всех художников древности, впоследствии его имя стало нарицательным среди художников и теоретиков искусства.

Первоначальное художественное образование Апеллес получил в Эфесской школе. Первым его учителем был Эфон Эфесский. Затем Апеллес перешел в школу Памфила, где очень скоро превзошел своего учителя. Позднее он и сам стал заниматься педагогической деятельностью.

Об Апеллесе как художнике-педагоге известно следующее. Обучение он начинал с освоения технологии и техники рисунка и живописи. Его воспитанники учились растирать краски, знакомились с техникой работы и основательно изучали рисунок. Рисунок был главным учебным предметом, им занимались ежедневно. У Апеллеса было правило: «Ни одного дня без линии». Он считал, что «в живописи, как и в музыке, постоянное занятие необходимо». С учениками Апеллес был прост, но очень требователен.

Высокие требования Апеллес предъявлял и к самому себе. Плиний пишет, что «он выставлял свои замечательные картины на балконе напоказ прохожим и, прячась за картиной, слушал, какие недостатки отмечались».

В основу своего искусства Апеллес положил точный рисунок, который обеспечивал реальность изображения. Многочисленные описания картин Апеллеса говорят об их исключительной выразительности и реальности. Однако его произведения не являлись результатом лишь точного изображения натуры. Апеллес не срисовывал всех мельчайших деталей, не воспроизводил на картине предмет с натуралистической точностью, а передавал лишь самые характерные признаки натуры. Плиний указывает: «Присвоил он себе славу и в другом отношении: восхищаясь картиной Протогена, стоившей ему громадного труда и выполненной со слишком боязливой рачительностью, Апеллес заметил, что Протоген во всем ему равен, но в одном он превосходит Протогена, а именно в умении вовремя прекратить работу над картиной; тем самым дал достопамятный урок, что часто чрезмерная тщательность бывает во вред».

Всем основным положениям изобразительного искусства Апеллес стремился дать научное обоснование. Как утверждают историки, им было написано несколько книг о правилах своего искусства. Одно из сочинений об искусстве Апеллес посвятил своему ученику Персею. К сожалению, о содержании этого труда нам ничего не известно.

Апеллес был художником широкого диапазона — он писал исторические картины, натюрморты и портреты. Особенно часто он изображал Александра Македонского и его славных полководцев. Эти портреты были настолько великолепны, что Александр Македонский однажды сказал: «Есть в мире два великих Александра: один непобедимый, сын Филиппа, другой неповторимый, сын Апеллеса».

В портретах Апеллес достигал поразительного сходства. Плутарх рассказывает, что один из полководцев Александра Македонского Касандр затрясся всем телом, увидев изображение царя. Грамматик Апион пишет, что некий прорицатель по портретам Апеллеса точно угадывал, сколько лет изображенным остается до смерти и сколько ими уже прожито.

Как художник, Апеллес обладал феноменальной зрительной памятью. Плиний рассказывает, что однажды Апеллесу пришлось быть в Александрии и завистники художника подговорили царского шута пригласить Апеллеса на пир к Птоломею. Когда Апеллес явился, Птоломей страшно разгневался и стал спрашивать, кто его пригласил. Чтобы точно указать виновного, Апеллес выхватил из печки уголь и на стене набросал портрет, по которому Птоломей узнал лицо своего шута.

Насколько достоверно это событие и происходило ли оно именно так, как поведал Плиний, — для нас не так важно. Важнее другое: этот факт говорит о том, что в методах овладения изобразительным искусством рисунок по памяти играл у Апеллеса важную роль. И, видимо, входил в систему обучения молодых художников.

Необходимо отметить чрезвычайную любознательность Апеллеса. Он желал знать все об искусстве рисования и живописи. Узнав о каком-либо известном художнике, он стремился увидеть его произведения. Так, услышав о славе Протогена, он совершил путешествие на остров Родос.

К IV веку до н. э. греческое искусство достигает высокой степени совершенства. Художники уже научились передавать на плоскости не только объем (трехмерность) предметов, но и явления перспективы. Более того, они начинают разрабатывать теорию перспективы применительно к задачам изобразительного искусства. Так, живописец Агафарк, сын Эвдема из Самоса, написал сочинение по перспективе для театральных художников-декораторов. К этому его побудил Эсхил, которому Агафарк помогал оформлять сцену для спектакля.

Известно также, что в IV веке до н. э. большим успехом у современников пользовался художник Перейка. Он писал картины, изображающие цирюльни, сапожные мастерские, лавки съестных припасов, то есть изображал интерьеры. Вполне естественно, что построение интерьера требовало применения законов перспективы.

Умение греческих художников пользоваться правилами перспективного построения позволяло им справляться со сложной задачей изображения в ракурсе. Плиний рассказывает, что Павзий написал быка мордой к зрителю, а не сбоку, и тем не менее размеры быка вполне обнаружены.

Однако не  следует думать, что греки имели теорию перспективы, сходную с нашей, основателем которой был Филиппо Брунеллески, поставивший во главу перспективного построения три основных правила центрального изображения: главную точку схода, линию горизонта и расстояние от модели до глаза художника. Возможно, у греков существовала особая теория перспективы — стереоперспектива, позволяющая  создавать иллюзию подлинного пространства и объема. Если верить рассказам Плиния и других историков о выразительности произведений греческих художников, то передача формы предметов была «натуральной», то  есть  предмет  на  изображении  выглядел таким, каким его видит человек двумя  глазами. Кроме того, известно, что для передачи пространства и объема не обязательно соблюдать одну точку схода и линию горизонта.

В заключение отметим, что греческие художники при построении реалистического изображения на плоскости пользовались определенными законами перспективы и с их помощью добивались желаемого результата. Их произведения для того времени были достаточно реальны.

В процессе рисования с натуры греческие художники изучали и анатомию. Об этом наглядно свидетельствуют копии с античных скульптур, на это указывают и исследователи этого вопроса. Кроме того, известно, что Геро-фил из Халкедона и Епазистрат из Кеоса занимались изучением анатомии, рассекая трупы.

По сохранившимся копиям произведений Древней Греции мы убеждаемся, что греческие скульпторы воспроизводили форму тела с исключительной анатомической точностью. В произведениях этих художников оно передано так верно, что даже самый строгий современный критик не сможет найти в них малейшей неточности. Все мускулы не только правильно моделированы на своих местах, но и, более того, формы одного и того же мускула различно подчеркнуты на правой и левой стороне тела, в зависимости от характера движения и напряжения мускула.

Итак, в Древней Греции было серьезно поставлено дело преподавания изобразительного искусства. Греческие мастера призывали учеников изучать искусство на основе данных науки. В своих методических положениях они указывали, что художник в своей творческой работе должен отдавать преимущество знанию, рассудку, а не порывам вдохновения. В этом отношении показательны рассуждения Платона. В своих «Законах» он пишет: «Существуют две музы, которые хотят и могут обе нравиться, однако, совершенно различны. Муза мудрости имеет то преимущество, что делает своих учеников лучшими; обыкновенная же муза портит их. Художник должен следовать за первой и закрывать уши от соблазнов другой».

Несколько слов о технике рисунка в Древней Греции. Рисовали преимущественно на деревянных (буковых) дощечках, реже на папирусе. Буковые доски приготовлялись двумя способами: для рисования стилусом (заостренной костяной или металлической палочкой) доски покрывались слоем воска, иногда воск подкрашивался каким-нибудь цветом; для рисования кистью буковую дощечку грунтовали специальным левкасом белого цвета (излюбленный метод работы мастеров Афинской школы). Такие доски применялись главным образом для ученических работ, для набросков и предварительных эскизов. Когда рисунок был надлежащим образом уточнен, художник его перерисовывал на папирус или прямо на стену для фрески или на керамическую вазу.


Древнегреческая цивилизация была первой в Европе; ее часто называют «колыбелью» европейской культуры. Эту метафору, некоторые исследователи считают не вполне удачной. Человек вырастает, выходит из колыбели – и забывает о ней: она ему больше не нужна. Считают, что более уметен другой образ: античная Греция – фундамент европейской цивилизации. Вся последующая история Европы зиждилась и зиждется на этому могучем фундаменте и немыслима без него. 

Эпоха античной Греции была самой блестящей эпохой в истории развития изобразительного искусства древнего мира. Значение греческого изобразительного искусства чрезвычайно велико. Здесь был заложен метод научного понимания искусства. Греческие художники-педагоги призывали своих учеников и последователей изучать природу, наблюдать ее красоту, указывали, в чем она заключается. По их мнению, красота заключается в правильной пропорциональной соразмерности частей, совершенным образцом которой является человеческая фигура. Они говорили, что пропорциональная закономерность человеческого тела в своем единстве создает гармонию красоты. Главный принцип софистов гласил: «Человек — мерило всех вещей». Эта философия легла в основу искусства Древней Греции. Великие зодчие, устанавливая пропорции колонны и капители, исходили из пропорциональной закономерности частей человеческого тела. Этот метод расчета пропорций архитектурных деталей, в основе которого лежит эстетическое начало, в дальнейшем в эпоху Возрождения стали применять и художники флорентийской школы.

Античная культура дорога нам прежде всего тем, что она заложила основы для дальнейшего развития науки и искусства: в искусстве был указан путь к реализму, а в науке — к материалистическому мировоззрению.

Античная культура восхищала и вдохновляла художников эпохи Возрождения, ей поклонялись и брали ее за образец основоположники всех академий, она помогала в научных исследованиях многим ученым.

Но особенно велика роль античной культуры в развитии реалистического искусства, а становлении и развитии академической системы обучения. Она и сегодня вдохновляет нас на поиски более эффективных методов преподавания изобразительного искусства, на научную разработку методов обучения рисованию. Сегодня, разрабатывая новые методы обучения рисунку, мы, как и древние греки, стараемся дать научное обоснование каждому положению, предлагаем методы обучения, научно-обоснованные и проверенные практикой, ищем пути, которые помогали бы быстрее нашим ученикам овладевать основами изобразительного искусства.


Литература:



Н.Дмитриев «Краткая история искусств» Москва, 2004 г. 

Н.Н.Ростовцев «История методов обучения рисованию» (Зарубежная школа рисунка) Москва «Просвещение», 1981 г. 

В.Соколова «Методика преподавания изобразительного искусства в школе». 

И.Суриков «Древняя Греция: история и культура». Москва «Астрель», 2005 г. 

Н.Н.Ростовцев «Методика преподавания изобразительного искусства в школе» Москва, «Просвещение», 1974