Бурятские праздники

Сагаалган





         Обитатели нашей планеты по движению Луны и Солнца в самом начале своей жизни заметили, что через известный промежуток наступает период времени, являющийся буквально повторением предыдущего. 

       Эти периоды были: сутки, месяцы, годы. Ознаменование наступления нового периода могло быть только в конце года, так как этим как бы завершается один целостный период. В течение года совершается известный оборот и в хозяйственной жизни. Поэтому у всех народов рано появился обычай ознаменовывать наступление нового периода празднованием «нового года».

     С давних времён народы Центральной Азии стали пользоваться лунным календарём. Времяисчисление по лунному календарю, основанному на чередовании лунных фаз, не совпадает с современным общепринятым календарём, рассчитанным на период годичного обращения Земли вокруг Солнца. Поэтому день Нового года по лунному календарю приходится большей частью на разные числа февраля месяца по солнечному календарю. Этот период года у скотоводов Монголии и Бурятии связан с завершением годового хозяйственного цикла, когда минует суровое зимнее время, начинается потепление и вместе с ним пробуждение природы от зимней спячки. Это время связано с массовым приёмом приплода у скота, началом изобилия молочной пищи.

      Молочный продукт (сагаан эдеэн) – это основная пища скотоводов. И когда гостю предлагают отведать молочную пищу, то буряты говорят: - «сагаалагты». Возможно, отсюда происходит название Сагаалган, как праздник молочной пищи. Месяц же в котором происходит Сагаалган, называется сагаан сар – белый месяц. 



                              Гостеприимен мой народ бурятский

                              И гостю – он  знаком иль не знаком,

                              Повсюду, где горит огонь очажный

                              Он преподносит чашу с молоком.



        Новогодний праздник народов Восточной и Центральной Азии – сложное явление, в котором одновременно  существуют религиозные системы и идеологии различных исторических эпох, начиная с самых древних времён  и, включая новообразования нашего времени.

       Уже на протяжении нескольких столетий Новый год у китайцев, корейцев, японцев, монголов и тибетцев совпадал с наступлением весеннего сезона, с праздником начала весны.  Это придавало особенную красочность и торжественность многим обычаям, обрядам и развлечениям этого праздника. Новый год никого не оставлял безучастным. И дело здесь не только в том, что в праздничные дни граница между участниками многочисленных игр, развлечений, шествий, процессий и зрителями практически исчезала: любой зритель эмоционально сопереживал, а, следовательно, и участвовал в них. Новый год является «всеобщим» днём рождения у китайцев, корейцев, японцев, монголов и тибетцев, именно с Нового года увеличивался возраст каждого.

       Природно-климатические условия обширного региона Центральной Азии, охватывающего территории по обе стороны озера Байкал, ещё в глубокой древности обусловили формирование особого хозяйственно-культурного типа – кочевого и полукочевого скотоводства и связанных с ним специфического уклада жизни и культурно- бытовых традиций. В этих условиях сложился особый цикл хозяйствования, ход которого стал определяться по лунному календарю. Начало этого цикла у предков монгольских народов означало наступление нового годового периода, что и стало отмечаться как новый год, сопровождаемый торжественными обрядами и церемониями. 

       В одной из версий происхождения Сагаалгана говорится, что в 1409 году реформатор тибетского буддизма великий Цзонхава покрыл золотом и драгоценными камнями статую Будды «Чтово –Чжу», привезённую Вень Ченем – супругой царя Сронцзан Хамбо в 640 году. В течение 15 дней перед статуей Будды при огромном стечении народа десятки тысяч монахов читали «Монлам –Ченмо» - Великие благопожелания, посвящённые 15 чудесам, совершёнными Буддой Шаньямуни в доказательство истинности своего Учения и божественности своего происхождения. Именно в эти дни он одержал победу над лжеучениями, которые отвергали его Учение и настраивали народ против него. Со времени Y Далай ламы Агван Жамцо великого встреча нового года сопровождалась «Монлам – Ченмо» и была канонизирована традиционной школой Гелугпа. С приходом Учения Будды в Монголию и Бурят – Монголию народы, населяющие эти земли, приняли традиционные буддистские праздники.

        Учёные – востоковеды Доржи Банзаров, Гомбожап Цыбиков и другие, специально изучавшие исторические корни Сагаалгана, пришли к выводу о глубоком его происхождении, о том, что в своей основе он не имеет ничего общего с религией, особенно с буддизмом. Как бы то ни было, празднование белого месяца принадлежит к древнейшим народным обычаям Центральной Азии, к временам, предшествовавшим эпохе Чингис-хана. Потомки этого завоевателя строго соблюдали древние свои учреждения. Монголы Золотой Орды, вероятно, праздновали белый месяц на берегах Волги до тех пор, покуда не приняли ислама.

        Происхождение названия белого месяца толкуют различно; так как этот праздник в старину совершался осенью, то Доржи Банзаров утверждал, что название произошло от слова «цага» (творог), потому, что осенью, когда скотина мало даёт молока, начинают, есть творог. Поэтому «цаган сара» можно переводить: «творожный месяц» или «белый месяц». «Цаган» по-монгольски и значит «белый». По такому же поводу август назывался у бурят – монголов молочным месяцем, вероятно, предшествовал белому. В настоящее время это название почти забыто. У бурят известны следующие названия месяцев: зимние: буга (олень)-  декабрь, хуса (баран)- январь, ехэ улаан (большой красный) – февраль. Весенние: бага улаан (малый красный) – март, хуаа хагданай сара (месяц ветоши) – апрель, хjхын дуунай сара (месяц кукования) – май. Летние: мангирта сара (месяц луковиц) – июнь, бjбоолжэнэй сара (месяц удoда) – июль, хуу сара (месяц  зноя, месяц человека) – август. Возможно здесь суу, сара – молочный месяц. Осенние: улари сара  (месяц заморозков) – сентябрь, уури сара (месяц зорь) – октябрь, гуран сара (месяц диких коз) – ноябрь.

            Название праздника произошло от слов «сагаан», что означает «белый», или выражения «сагаан сар», т.е. белый (светлый) месяц. В настоящее время принято написание «Сагаалган», раньше писали «Цагаалган». В символике цветов белый месяц у монголо-язычных народов связан с понятиями добра, счастья, благополучия, честности, чистоты: Сагаан hанаан – чистосердечность, сагаан jйлэ хэрэг – доброе дело, сагаан зан – добродушие, сагаан сэдьхэл –незлобливость,  сагаан хjн – добрый, честный человек, сагаан тала – чистое поле, сагаан харгы – добрый путь и т.д. Отсюда и название «сагаан сара» – счастливый праздничный месяц.

        Первоначально и долгое время он отмечался осенью, в октябре, перед началом зимовки скота. У народов с кочевым скотоводческим бытом такое завершение года происходило в то время, когда скот, принеся весной, приплод и, нагуляв достаточно жиру за лето, вступал в новый период года – осень. В это время монголы и буряты праздновали  свой Новый год и в связи с наступлением нового годового цикла скотоводы прибавляли год себе и скоту. Так, например, тугал (телёнок) становился буруу (годовалым), буруу- хашаригом (двухгодовалым); хурьган (ягнёнок) – тjлгэ (годовалым), тjлгэ – шjлгэ (двухгодовалым); унаган (жеребёнок) – дааган, дааган – шjдэлэн и т.д. Эта традиция прибавлять возраст скоту осенью сохранилась у бурят и до сих пор.

        После распространения и утверждения буддизма среди монгольских народов празднование Сагаалгана было перенесено с осени на самый конец зимы или по-монгольски на первый месяц весны, т.е. примерно на февраль. Историческая наука пока не располагает данными относительно причин и точной даты этого переноса. Известно, однако, что Сагаалган был одним из популярнейших праздников аратов и потому буддийское духовенство не могло не считаться с ним и, в конечном счете, включило в свою религиозно – культовую систему. 

        Доржи Банзаров видел причину изменения срока празднования Сагаалгана исключительно в буддизме, который, распространяясь в Монголии и Бурятии, приспособил традиционный народный праздник к своему календарю. Этот вывод сохраняет свою силу до сих пор.

      Поскольку Бурятия являлась частью монгольского мира, а её население находилось в тесных этнокультурных связях с монголами (а определённые группы предков бурят были собственно монголами), Сагаалган в Забайкалье тоже был в значительной мере ламаизирован, внесены религиозные мотивы.

      В послереволюционные десятилетия, в годы социалистического строительства и культурной революции, развернулась острая борьба с религией и церковью, в ходе которой допускались крупные ошибки и перегибы, разрушались церкви, дацаны, преследовались служители культа.

      В Бурят – Монголии вместе с религией и церковью были объявлены реакционными, антисоветскими многие  духовно – культурные ценности. Народные традиции и обычаи, праздники, в том числе и Сагаалган. Последний признавался чисто религиозным праздником, которому не должно быть места в новом обществе и с которым необходимо вести решительную борьбу. В 20-30-х годах Сагаалган был просто запрещён, а те, кто праздновал его, преследовались. В послевоенные годы традиции цагаалгинского празднования  вновь ожили и постепенно восстановились  в своих «правах», приобретя новое содержание и формы.

        Период истории Бурятии после Октябрьской революции показал, что подлинно народные ценности и традиции, народные праздники, несмотря ни на какие запреты, не исчезают, не отмирают.

       Традиция празднования нового года по лунному календарю (монголо-бурятского Сагаалгана)  широко распространена в странах Центральной, Южной и Восточной Азии – в Китае, Японии, Вьетнаме, Корее и других странах. В Монголии этот праздник узаконен в 1960 году. В день праздника по всей стране проводятся торжества, игры и увеселения, спортивные соревнования. К этому событию приурочиваются подведение итогов хозяйственной деятельности, чествование ветеранов. 

      

      Исследования, проведённые учёными Бурятского института общественных наук, показали, что Сагаалган продолжает широко бытовать в народе, 80-90% бурятского населения, независимо от социально – профессиональной принадлежности, считает его национальным, традиционным бурятским праздником.

     Существуют две формы празднования: официальный дацанский и народный бытовой.

     Дацанский праздник начинается накануне, в ночь наступления традиционного нового года по лунному календарю и сопровождается соответствующими молениями и ритуальными действиями. В дни праздника, особенно в первые дни, прихожан, бывает довольно много, но это лишь небольшая часть бурятского населения республики. В целом создаётся торжественный настрой, ощущение близости и привязанности. Во всём этом комплексе проявляется неосознанное стремление к укреплению связи поколений, к обеспечению преемственности в культурно – духовном наследии, к созданию и поддержке здоровой морально – психологической обстановки.

       Сагаалган – один из весьма популярных традиционных праздников бурят – монгольского народа, отмечаемых абсолютным большинством населения. Традиция сагаалганского празднования имеет важное значение в деле укрепления связи поколений и семейно – бытовых отношений. 

      В Бурятии в целях сохранения исторических и трудовых традиций бурятского народа, усиления воспитания трудящихся в духе интернационализма и дружбы в 1990 году был подписан указ о придании национальному празднику «Сагаалган» статус народного праздника в Бурятии.

     Буряты не так богаты праздниками, как русские, которые удивятся, когда узнают, что у бурят один только праздник в году – это белый месяц. По европейскому календарю нельзя с точностью определить день, в который начинается белый месяц; приблизительно он бывает около сырной недели, несколько ранее или позже её, а иногда в самую масленицу.

     Из глубокой старины пришла к нам эта народная традиция. Она свято почиталась бурятами, собирала их в дни Сагаалгана. Люди желали друг другу здоровья, благополучия, а доме, счастья и добра. Прекрасно сказал об этом народном празднике поэт Баир Дугаров:



                                              Праздник Белого месяца 

                                              Я встречаю на родине.

                                              Небо ясное светится,

                                              Ветки снежные трогает

                                              На печурке дымится

                                                   солнечный саламат

                                              До земли поклониться

                                                   землякам моим рад!

                                              В праздник Белого месяца

                                              Так у нас повелось,

                                              Людям надо встречаться,

                                              Чтоб светлее жилось,

                                              Чтоб убавилось горя, 

                                              Чтоб тучнели стада,

                                              Чтобы небо над взгорьем

                                              Голубело всегда… 



     Относительный перерыв в хозяйственной деятельности создавал условия и время для приготовления особых угощений, для украшения жилищ, для многочисленных визитов, игр, развлечений, веселья. В праздновании Сагаалгана выделялись 3 основные фазы: канун, первый день Нового года, остальные дни праздника.

       Сутки перед Сагаалганом, Новым годом по лунному календарю, по-бурятски называют «бутуу удэр» - закрытый, глухой или, переводя по смыслу, тёмный.

       Действительно, в эту лунную ночь темно, тоненький серп новорожденного месяца следующих суток, когда начнётся Сагаалган, сияет особенно ослепительно и празднично. Хотя, строго говоря, бутуу случается в конце каждого месяца, но особенно отмечается лишь перед Новым годом по лунному календарю.

       Само понятие «бутуу удэр» как тридцатого, завершающего дня последнего зимнего месяца, называемого по-монгольски - «лавай» часто воспринимают как символ старого года, уходящего в «темноту» времени. Это стык старого и нового.

      Традиция проводов старого года называется «бутуулэх». Как и у многих других народов, у бурят перед новым годом, точнее перед «бутуу» спешили, прежде всего, рассчитаться с долгами, будь это деньги, скот или услуги и обязательства. Важно было также помириться с тем, с кем случился разлад или ссора.

      Ещё за месяц до праздника, а иногда и раньше начинались приготовления. Наводили порядок в юрте и ограде, выгребали весь мусор и сжигали его в юго-восточном направлении. Затем проводили обряд очищения – окуривали всех членов семьи и имевшиеся строения.

     Из сундуков доставалась праздничная одежда или шились красивые шёлковые и меховые наряды, всем от мала до велика.

      Приготавливали подарки. У бурят есть замечательный обычай подавать закуренную трубку, дарить платки и куски китайского шёлка (хадак), в знак учтивости, дружбы, уважения. 

      За день до «бутуу», т.е. 29 числа последнего зимнего месяца по лунному календарю, завершают приготовления: проводят обряд почитания домашних святынь, изображений богов, проводят основательную уборку дома,   хозяйства и окрестностей вокруг жилья, перетряхивалась постель и сундуки, доставалась новая или чистилась старая одежда. 

      Во все времена непременной принадлежностью бурятского двора  была «сэргэ» – коновязь в виде вкопанного в землю столба, верхняя часть которого покрывалась резным орнаментом. Коновязь служила предметом особого почитания. Наличие её во дворе свидетельствовало о богатстве и достоинстве хозяина, а её отсутствие – о безлошадности и бедности. Коновязь, как предмет кочевого скотоводства нашла отражение в пословицах, поговорках, песнях, благопожеланиях и улигерах.

                                           

                                       Унтаршагjй гуламтатай

                                       Унашаjй сэргэтэй ябаарай.

                                       Пусть тлеет неугасимый огонь в твоём очаге,

                                       Пусть вечно стоит твоя коновязь.



      Мужчины, выбирая лучших своих скакунов, расчёсывали  им гриву, готовили новые с начищенными бляхами, сбрую и седло. Меняли на новые даже ошейник и привязь собаки.

     Хозяйки готовили кушанья и начинали выставлять их на стол во второй половине дня. Садились вечером дня «бутуу» в полном составе – от стариков до молодёжи, всей семьёй. Все в нарядных одеждах, застёгнутых на все пуговицы, и, согласно древнему монгольскому обычаю, в головных уборах. Начинали с чая, который  сначала преподносили огню и богам, а потом хозяйка наливала хозяину дома, затем остальным домочадцам.

     Архи, молочной водки, удостаивались лишь те, возраст которых перевалил за 50 лет.

     Накануне нового года совершался обряд «бурхан дэлгээлгэ» (развешивание бурханов): раскрывались и вывешивались изображения божеств, писанных на холсте. Затем перед божницей становились яства, зажигались «зула» (лампады), «хужэ» (спрессованные в виде палочки ароматные травы).

     В дацанах накануне нового года начинаются хуралы (богослужения), посвящённые Сагаалгану. Хуралы относятся к чисто церковной деятельности духовенства. Посещение их для мирян  - добровольное дело. Перед Новым годом, желательно, чтобы миряне совершили обряд «жэлэй заhал» – «поправка к году» или «коррекция года». «Жэл» – год для бурят означает не только временной отрезок, больше это понятие морального отношения к нему. Эти вопросы надо решать для успокоения души.

        Каждый хурал имеет своё название, например, Сахюсан хурал – богослужение, обращённое к 10 защитникам – покровителям Учения  (Арбан Хангал) с просьбой о защите всех живых существ, об устранении помех, препятствий на пути следования Учения Будды.

      На следующий день проводился обряд «Дугжууба», во время которого проводится специальный ритуал устранения всех помех, очищения от всего плохого, для того, чтобы в новом году человек имел благополучие, испытывал счастье, мир и спокойствие.  В старину, накануне праздника, люди обтирались кусочком теста, затем лепили из него фигурку человечка, как бы передавая этой символической фигурке все свои болезни, беды. Люди приносили эти фигурки в дацан и складывали их в течение дня в будущий костёр. После молебна лама освещал костёр, зажигал его, а люди просили, чтобы с огнём ушло, сгорело всё плохое. Во время ритуала проводится церемония очищения и подавления злых сил с помощью огня. Верующие должны мысленно представить, как в этом огне сгорают все духовные препятствия и дурные помыслы. Разжигание костра – обязательный ритуал «Дугжууба» или ещё по-другому он называется «Соор залаха». «Соор» - название необычного треугольника пирамидального сооружения, украшенного языками пламени.  Кроме того, часто воздвигался алтарь  перед каждой юртой, на котором возжигали на восходе солнца в первое утро Нового года благовонные травы.

      В последний день старого года «Бутуу удэр», проводится хурал в честь защитницы Балдан Лхамо, которая является покровительницей Учения Будды в странах северного буддизма. В канун нового года она нисходит  на землю и обходит своих подзащитных, даруя им своё благословение.

      В течение последующих 15-ти дней в дацанах читаются Большой Монлам –богослужения, посвящённые чудесам, которые совершил Будда. В эти дни верующие могут заказать благопожелания ради достижения благополучия и удачи в течение всего года, а стараться совершать добро.

     В эти дни можно посетить ламу – астролога (зургайши), узнать об особенностях года для себя, совершить ритуал вывешивания коня – ветра (хий морин).

     Только после окончания утреннего молебна в первый день праздника люди начинали поздравлять друг друга с приходом Белого месяца, желают счастья, долголетия, здоровья, прибавления в семье, прощают друг другу обиды.

     Первым с праздником поздравляют отца  семейства, который желает детям счастья и долголетия. После взаимных поздравлений и краткого разговора начинается пирование. 



                                           Новорожденный белый месяц,

                                           Звёзд касаясь острой бородкой,             

                                           Путь к земле сиянием метит

                                           Приближается к юрте кротко.

                                           Новый год пришёл к скотоводам

                                           Хоть коварны вьюжные сети.

                                           На виду у всего народа 

                                           Месяц молодо, ярко светит.           

                                           Он на облаке серебристом

                                           Всем разносит свои подарки

                                           Скакуны отборны и быстры,

                                           Машут гривами в беге жарком.

                                           Кто мечтал о рождении сына

                                           Не тревожится путь напрасно

                                           Он родится крепким и сильным,

                                           В нём отцовский род не угаснет.



    Когда каждое семейство кончит у себя все обряды и поздравления, мужчины, одетые  в лучшие платья, съезжаются в юрту к главе поколения. Каждый гость, выпивая вино, должен высказать приличное пожелание счастья хозяину (юроол). 

        Многие жители в странах Восточной Азии прикрепляют к стенам, деревьям напротив своего дома надписи, гласящие: Выйдешь из ворот – увидишь радость», Поднимешь голову – увидишь радость». В частных домах обычно ограничивались общим пожеланием вроде: «Пусть пребудут в доме пять видов счастья», каковыми обыкновенно считались  долголетие, счастье, плодовитость, почёт, богатство.

      У кочевников – скотоводов на первом месте стоят обряды, призванные способствовать цветению трав и богатому приплоду скота. Ярко эти пожелания скотовода выражены в древнем пожелании: 



                                        «Да будут люди в благополучии

                                                                          и благоденствии,      

                                          Да будет большой приплод и зелёная трава,           

                                          Да будет вода аршаном!»



     Особое внимание уделялось в дни Сагаалгана угощению. Праздничная пища в большом количестве готовилась к празднику, как для людей, так и для богов. Новогодняя пища  - это, прежде всего ритуальная еда, и не только потому, что много еды готовилось для богов, духов, предков (а затем съедалось празднующими, так в единой трапезе соединялись боги и люди, предки и потомки). Новогодней пище придавалось магическое значение – способность содействовать процветанию и долголетию людей, богатому урожаю и приплоду скота. Эта пища, как праздничная и самая престижная включала блюда, довольно редкостные для повседневной пищи, делался акцент на самом желаемом. Отсюда и особые требования к внешнему виду угощений и посуде. Почётным блюдом служила отварная баранья голова или грудинка. Конечно же, готовились бууза (позы), пельмени, саламат, варился бухлёр и другие блюда: уураг (молозиво), айрhан (творог), ээзгэй, тараг (простокваша), айраг (кислое квашёное молоко), шамар , jрмэ (сушёные пенки), мяханай зjйлнjjд – ормог, эреэлжэ, тархи (голова), хототой шуhан (кровяная колбаса), бjхэли мяхан (мясной бухлёр), jбсjj юjjhэг (грудинка), хуушуур (чебуреки). Буузами, пельменями угощали всех соседских детишек.	

                         

                                          Ногоон сайhаа хjртэгты!

                                          «А» jзэг – эрдэмэй дээжэ,

                                          Агта морин – малай дээжэ,

                                          Аяга сай – эдеэнэй дээжэ,

                                                  Буряад зоной хуушан еhо заншалаар

                                                  Бэе бэедээ мэндэ

                                                  Hайниие хjсэел,

                                          Саган эдеэнэй дээжэhээ

                                                                      хjртэе,

                                           Сагаа, тарагhаа заатагjй

                                                                      амсая!

                                                  

      Посуда делилась на повседневную и праздничную, употреблявшуюся при приёме почётных гостей. Чашечка для кумыса –аянга- вытачивалась резчиками из нароста и корня берёзы, а иногда из привозного сандалового дерева. Тщательно полируя поверхность чашечек, мастера выявляли естественный узор дерева и богатство его окраски от белой до тёмно – коричневой. Иногда эти чашечки покрывались лаком и оправлялись в серебро. Посуда крупной формы (продолговатые чаши в виде корытца для мяса – тэбшэ) делалась просто из ствола берёзы, лишённого сучков. Деревянная посуда обычно обходилась без особого украшения. А если оно и было, то выражалось лишь в одном или двух резных поясках в верхней части. Когда шли поздравлять соседей, то часть блюд ставили на специальную широкую тарелку.

        Угощение ставилось на невысокие столики, которые нередко являлись произведением искусства. Вот как описывается такой столик высотой 50 см. У него прямоугольная крышка, покрытая красным лаком и обитая зелёным сукном. Сделан столик из разных пород дерева. Крышка его из лиственницы, ножки – из сосны. Доска под крышкой, соединяющая ножки – из сосны.  Доска под крышкой, соединяющая ножки с крышкой – из кедра - покрыта тонким лотосовидным орнаментом. Все 4 ножки вырезаны в форме роговидного орнамента.

       Длина традиционного сундука была немногим больше метра, ширина и высота около 50 см. Ставился он обычно таким образом, чтобы была видна только одна его сторона, украшенная орнаментальной росписью и позолотой. Как правило, роспись сундуков представляет сочетание геометрических и растительных мотивов, образующих сложное красивое узорочье.  Каждый сундук ставился на равный ему по размеру jхэг – особый ящик на четырёх ножках, на лицевой стороне которого имелись дверцы. Jхэг и сундук расписывались одинаково, преимущественно ярко – красным, жёлтым и синим цветом. Форма мебели определялась её удобством для кочевой жизни. Каждая вещь занимала в юрте определённое, с давних времён «присвоенное» ей место. Двенадцать животных календарного цикла символически «прикреплялись» к разным хозяйственным точкам юрты. Вот их последовательность (по часовой стрелке):



                                мышь, бык, тигр – север

                                заяц, дракон, змея - восток 

                                лошадь, овца, обезьяна – юг

                                курица, собака, свинья – запад.



      Каждое животное как бы определяло хозяйственное назначение того места, с которым его связывала традиция. Мышь – знак богатства и его накопления, в северной части под знаком мыши хранили самое дорогое имущество и сажали почётных гостей. Собака – символ охоты, в северо-западной части юрты хранилось оружие. Дракон – символ воды и водной стихии, на женской (восточной) половине хранились сосуды с водой. Под знаком овцы (юго-запад) содержали новорожденных ягнят, под знаком быка (северо-восток)  - продукты в ящиках и т.д. 

     В фольклоре монгольских народов есть сюжеты, связанные с названиями годов, в частности объясняющие, почему 12-летний цикл начинается с года мыши. Однажды – так гласит легенда, – Будда пригласил к себе на день рождения всех животных, какие захотят прийти. Пришло 



12 зверей: время стояло холодное, а чтобы попасть к Будде, нужно было переплыть широкую реку. Каждому животному в порядке живой очереди Будда подарил по одному году управления. Первой пришла - Крыса – ей достался первый год 12-летнего цикла. Правда, очевидцы этого замечательного заплыва утверждают, что первым достиг противоположного берега Буйвол, а Крыса, которой не хотелось мокнуть в холодной воде, попросила Буйвола перевезти её на своей спине, и тот по доброте душевной согласился. Пока буйвол отряхивался, чтобы предстать перед Буддой в приличном виде, Крыса, соскочив с его спины, быстренько побежала вперёд, и в очереди за предполагаемым дефицитом оказалась первой. Она была вознаграждена за оперативность и умение пользоваться обстоятельствами. Часть зрителей потом божилась, что это была не Крыса, а маленькая, но умненькая Мышь, и что она вовсе не попросилась к Буйволу на спину, а проехала «зайцем». Буйвол её не заметил и был весьма удивлён, оказавшись в очереди вторым. Чуть – чуть отстал от Буйвола Тигр, которому достался третий год. Болельщики, увлечённые соревнованием между Буйволом и Тигром (они с тех пор и в жизни соревнуются друг с другом), как следует, не рассмотрели, кто пришёл четвёртым – Кот, Заяц или  Кролик. За давностью лет истину установить невозможно, и у восточных различных народов так и осталось разночтение относительно хозяина четвёртого года. Пятым был Дракон, шестой  оказалась Змея, седьмой – Лошадь. Тут по реке пошла полоса тумана, и опять неясно, кто был восьмым – Коза или Овца (а может быть, Баран). Девятой в очереди стала Обезьяна. Вас удивляет, что прыткая Обезьяна пришла так поздно»? Она просто не хотела  рисковать и внимательно присматривалась, наблюдая за пловцами. Лишь убедившись в безопасности мероприятия, она вошла в воду. Десятым прибежал Петух (а может быть, и Курица, кто их, мокрых, разберёт). Он задержался, потому, что долго и обстоятельно рассказывал своей многочисленной семье, как она должна жить в его отсутствие. Одиннадцатой прискакала Собака. С утра у неё была масса хозяйственных дел, и, едва с ними управившись, она разгорячённая бросилась в воду. Говорят, потом долго кашляла. И, наконец, последним появился Кабан (по другим источникам, прислал вместо себя Свинью). Он не очень спешил: не честолюбив, не привередлив, он ив жизни обычно добирает всё, что осталось ему после пронырливых. Ему Будда подарил последний оставшийся год, но самый хороший: год Кабана отличается изобилием и спокойствием. Так была награждена великолепная черта характера - способность удерживаться от соблазна, тянуть одеяло на себя.





                              

                                Праздник Белого месяца,

                                                  праздник вечного месяца.

                                 Только доброе ценится,

                                                   только в светлое верится.

       

     Дети и молодёжь собирались в большую группу и объезжали в первый день Сагаалгана все дворы в улусе. Их угощали. После этого они посещали ближайших родственников, живущих в отдалённых улусах. В дни белого месяца проводились игры, они были очень разнообразны, например: стрельба в лодыжки (шагаай харбаан), шагай шjjрэн (хватать лодыжки), hээр шааха (сломать кость кулаком), шахматы (шатар), домино (дулун), лото (уугур), пёстрая черепаха (алаг мелхий), загонять оленя  (буга тавих), круг (хорло) и т.д.                             

    В дни Сагаалгана можно услышать звук ритуальной трубы (jхэр бjреэ), состязание в пении (дуу буляалдаан), увидеть зажигательный ёхор. 

    Большие открытые просторы, на которых происходили праздничные гуляния бурят, где пели песни, устраивали игры, состязания, были местом, куда приходили в своих лучших костюмах. Поэтому народный костюм так декоративен и хорошо смотрелся издали. Даже на расстоянии можно различить его конструкцию, часто подчёркнутую узкой цветной полосой (орнаментом) и соотношение отдельных частей.

      Большой нарядностью отличаются халаты из белого атласа: воротник- стойка с полукруглыми углами, левый борт заходит за правую пазуху и отделан полосами плиса, бархата или шёлка. Обшлага рукавов представляют собой род раструба с широким верхним концом. Воротник, правый борт и обшлага делались из одноцветной дорогой ткани. Дополнением служил широкий шёлковый кушак. Головные уборы были разнообразными. К наиболее древнему относится шапка «юдэн» с наушниками и полукруглым выступом, закрывающим шею, её надевали в ненастную погоду. Островерхие головные уборы украшали кисточки из красных шёлковых ниток, навески из серебра со вставками из камней.

     Необходимым ритуалом в Сагаалган считался обмен подарками. Качество и ценность их не имеют значения, лишь бы это был материальный предмет: молочные продукты,  хадаг (женщинам вместо хадага преподносили платок), пачка сахара или печенья конфеты, просто деньги. Существует веками  отработанный  ритуал вручения подарка. Даритель должен держать в руках хадаг (длинный шёлковый шарф голубого цвета, иногда 1,5 м в длину, 20-30 см в длину). Поверх хадага на ладонь правой руки или на соединённые ладони ставился подарок. Даритель и получатель должны были обязательно быть в головных уборах и стоять лицом друг к другу. Людям, родившимся в год с тем же циклическим знаком, что и наступающий год, вручают изготовленную из войлока или дерева небольшую фигурку соответствующего животного, которая должна храниться в течение года.

     На территории республики имеются минеральные краски всех основных цветов, но особенно любимы синий цвет – символ постоянства,

             зелёный – символ вечной жизни,

             белый – символ благородства мыслей и чувств,

             красный – символ радости и

             жёлтый – символ любви.

     Драпировки, стяги, вымпелы, ленты, кисти этих цветов как нельзя лучше создают праздничную атмосферу Сагаалгана. Чёрный же цвет – цвет мрака, ночи, измены. В тех случаях, когда при росписи поверхности, например, сундуков, используется в качестве фона чёрный лак, народные мастера очень умело, вводят в роспись киноварь с позолотой и тем самым как бы нейтрализуют нежелательную черноту.

     Наиболее распространёнными орнаментами являются узоры трёх основных групп: геометрические, растительные и зооморфные. Чаще всего орнаментальные композиции построены на основе ритма и симметрии. Разнообразны техника и способ нанесения узоров на украшаемую поверхность, так, на дереве он выполнен посредством резьбы, росписи и выжиганием, на металле – посредством чеканки, насечки, гравировки, чернения, штамповки и прорези, на ткани и коже – посредством вышивания, аппликации и тиснения. Кроме того, узор получают путём ковки металла, плетением, витьём, вязанием, тканьем и мозаикой.

     Вот некоторые наиболее распространённые орнаменты:

Бадма цэцэг – растительный, лотосовидный узор. Узоры, составленные из лепестков лотоса (не растущего в Бурятии) свидетельство некогда обширных культурных связей с народами Юго-Восточной Азии. Лотосовидный орнамент считается буддистским символом чистоты мыслей, честности и благородства.

Долгин хээ – криволинейный узор, напоминающий волны.

Набшаhан и цэцэг угалза – узор, состоящий из растительных и цветочных элементов. Эти узоры условно изображающие листья и цветы чаще всего украшали серебряные вещи. Воссоздавая в декоративной форме флору степей, эти узоры являются символами здоровья и вечной жизни.

Нурба гашил – знак, символизирующий дружбу, возникновение жизни, олицетворяющий мужское и женское начало.

Тумэн жаргалан – геометрический узор, символизирующий пожелание «10 тысяч лет счастья» или «вечная жизнь».

Улзы уялна – узел благополучия, изображаемый в виде клетчатого или криволинейного переплетения. Он приносит человеку счастье, благополучие, долголетие и изображается в центре украшаемого предмета. Считается, что этот знак решает ту же задачу, что и меандр в искусстве древних греков – линейную попытку передать вечное движение и вечную жизнь.

Jjлэн хээ – облачный узор, символизирующий счастье.

Хашаа хээ – геометрический узор, символизирующий счастье.

Эбэр угалза – роговидный узор. Повторяющиеся ряды завитков часто покрывали всю украшаемую поверхность. В этом орнаменте скотоводы видели символ благополучия и процветания, с этим орнаментом связывали свои стремления к увеличению своего главного богатства – поголовья скота.

        Задолго до нового года мы уже знаем, какой это будет отрезок времени по лунному календарю, под знаком какого животного пройдёт, просматриваем возможные гороскопы, высчитываем свои судьбы и жизни.

        А тем временем где-то далеко, под жарким солнцем Юго-Восточной  Азии взлетает в небо сказочный конь и только в конце февраля появляется над нашими просторами, над холодными землями бурятской степи... Это значит, что домчался до нашей степи новый год.

      Всё-таки человеческой душе нужен праздник, ведь он был, есть и будет во все времена нашего бытия. Нужен такой, как Сагаалган – от Саян до Витима.

    В эти дни особую традицию приобретает вывешивание «хий морина» – белого флажка с изображением «крылатого коня», и пусть над нашими головами всегда развивается он – символ жизни. И над Байкалом тоже!



                                      Амар мэндэ, Шэнэ жэл!

                                      Амар мэндэ, Сагаан hара!

                                      Амаршалжа бjгэдын нэрэhээ

                                      Адханаб шангаар гарыеш.

                                      Амгалан жэл болохонь болтогой,

                                      Амжалтата жэл орохонь болтогой! -

                                      Гэhэн юроол бууба.









СУРХАРБАН



     «Всё богатство родного края от вымени Земли»,- говорили её дети – буряты, привставая на стременах, и оглядывая степные горизонты, пасущихся у ближних сопок овец – пенными барашками по бескрайнему морю разнотравья, табуны лошадей вдоль жемчужной нити реки, вдыхая терпкий аромат древней страны, завистливо поглядывая  на парящего в вышине орла – уж он-то видит землю во всей её красоте!

       Когда в семье кочевника рождался ребёнок, его отрезанную пуповину зарывали в землю, это место называлось тоонто. Если человек заканчивал свои дела в этом мире, перед его погребением совершался обряд «выпрашивания земли». Так человек рождался из лона Земли и возвращался в него после смерти.

       Почитательное отношение к земле прививалось с детства, взрослые говорили ребёнку, что нельзя царапать землю острым, рвать траву, причинять боль Матери – Земле. Даже носки бурятских сапог – гутулов были зашиты вверх, чтобы не споткнуться на ровном месте и не обидеть Землю. Недаром сутью элемента Земли выступает в буддизме справедливость Матери, а цвет его – белый, священный для каждого бурята.

       Белым войлоком устилали землю во время праздников, белую берёзу, растущую из земли, украшали белыми шёлковыми лоскутами, белым молоком от белой кобылицы окропляли землю, прося у неё благодати, белый хадак – шёлковая материя – подносили в знак уважения обеими руками.

     Белая молочная пища – зачин большого праздника у бурят, большого и маленького.

     Главным же торжеством в году считается, как и встарь, Сагаалган – приход Белого месяца.

      Обряд почитания Земли проходил летом и считался вторым по значению праздником у бурят. В его основе – доламаистский культ Большой Тайлаган.

      Ритуальная часть праздника обычно проходила на горе, где делались жертвоприношения хозяевам – духам местности возле обо. «Небо – Отец, Земля – Мать!» - восклицал, спешившись с коня, человек и расправлял прибитую копытами траву. На заре он поднимался в гору к обо – жертвенным камням, испрашивая у небожителей – тэнгринов, духов – эжинов позволения служить их земле.

     После молебствования,  внизу в степи наступал черёд игрищам и состязаниям. Они влючали в себя стрельбу из национального лука, стрельбу из спортивного лука, бурятскую борьбу и скачки. Это был истинно народный праздник, собиравший толпы народа со всей округи. Таковым он остаётся и сегодня под названием «сурхарбан».

      В давние времена мишени для стрельбы из лука делали из кожаного ремня –«сур». Потом это название перенесли на другие мишени из кожи, а соревнования по стрельбе – сурхарбан – стало названием всего праздника. И не случайно. Лук и стрелы исстари висели в юрте на почётном месте, никому нельзя было переступать через них. Стрела играла важную роль в обрядах призывания плодородия, счастья, была талисманом – оберёгом.

         Для стрельбища выбирали ровное место и рыли канавки, расстояние между ними было в три лука. В канавках расставляют вплотную друг к другу «суры» – комочки шерсти, обшитые кожей. Победителем считался тот, кто выбивал больше мишеней.

     Сколько сказок и легенд связано с верными помощниками и друзьями людей – скакунами. В сказках, народных преданиях они выручают героев, служат верой и правдой.

      Конь всегда был рядом с бурятом. Он не только спасал всадника во время перекочёвок  и вооружённых стычек, но и давал мясо, кумыс. Конский волос шёл на изготовление верёвок, из кожи шили обувь, из сухожилий сучили крепкие нити. В первом тысячелетии коневодство в Забайкалье было основным видом хозяйствования.

     В напряжении держат зрителей соревнования конников. Заезды русских троек, рысаков, скачки и конкур, самый увлекательный и техничный вид состязаний.

    Участники скачек соревновались на дистанции три – четыре километра. Хозяин беговой лошади выхаживал её за месяц до скачек. После скачек произносилась хвала коню, пришедшему первым:



                                   Закрывающий тень от высокой горы,

                                   Туманящий широкую жёлтую степь,

                                   Копытами зло разметающий,

                                   В пылу врага сокрушающий,

                                   Раздувающий львиную грудь, 

                                   Бег твой подобен полёту Гаруди!



    Мифической птице Гаруди и орлу уподоблялся и победитель в бурятской борьбе, который исполнял танец в её честь. В борьбе проигрывал тот, кто хоть коленом или пальцем касался земли, - отголосок прежних верований о неприкосновенности Матери – Земли. Победитель же воспарял к Небу.

    Борьба всегда была украшением Сурхарбана. Привлекательна она, по мнению болельщиков тем, что в национальной борьбе не всегда выигрывает более сильный или тяжёлый атлет. Нужна ещё и ловкость: правила неумолимы – коснулся рукой земли – выбыл из турнира. Всегда схватки были острыми, приносили немало сюрпризов. Наградой победителю, как правило, служил живой баран, которого победитель уносил на руках под восторженные крики зрителей.

      Сурхарбан. Это звучное слово издавна завораживало и привлекало людей на праздник – стремительный, как звон стрелы или полёт скакуна, радостный как песня и танец. Сурхарбан – это состязание метких, сильных и быстрых.  

      Одной из версий почему праздник Сурхарбан проводится летом, является версия о том, что в дни празднования Сагаалгана, то есть в зимнее время года холода мешали проводить соревнования по стрельбе, конным скачкам, национальной борьбе и другие состязания, поэтому и зародилась традиция померяться силами в меткости, силе, ловкости летом. 

     На больших открытых просторах, где происходили праздничные гуляния, соревнования, и состязания можно увидеть бурят в национальных костюмах, услышать мелодичные песни, увидеть зажигательный ёхор.





















































                            Список использованной литературы





Бурятский бытовой орнамент (сост. Е.Б. Батоцыренова АН СССР СО БФ г.Улан-Удэ 1974г.

Бурятский костюм 19-20в.(Р. Д. Бадмаева, И. А. Бутуханова) г. Улан- Удэ, 1979г.

Календарные обычаи и обряды народов Восточной Азии: Новый год М., изд-во Наука 1985г.

Бурятское народное искусство Тумахани А. В. г.Улан-Удэ 1970г.

Белый месяц. Празднование Нового года у монголов. Доржи Банзаров. г.Улан-Удэ 1971г.

Сагаалган. (Г. Заятуев Ш. Чимитдоржиев)   г.Улан-Удэ 1989г.(Буряад jнэн)

Цагаалган Г. Цыбиков г.Улан-Удэ 1991г.

8. Буряты. Традиции и культура. Улан-Удэ, 1992г.