Бытие культуры

РЕФЕРАТ

Тема: Бытие культуры






Содержание



1. Культура и цивилизация

2. Культура и природа

3. Человек в контексте культуры

4. Список литературы






1. Культура и цивилизация



В основе отделения культуры от цивилизации, в основе самого понимания сути данной проблемы лежит различие между материальной и духовной культурой.

При всей условности подобного деления тем не менее можно сказать, что материальную культуру представляют предметы и системы, характеризующие уровень развития производительных сил общества, методы производства, способы его организации и управления. Сюда относятся: все, что касается производства средств потребления и рынка их сбыта, а также финансового обеспечения функционирования этого рынка; все предметы, удовлетворяющие исходные биологические потребности человека и повышающие уровень комфорта его жизни; коммуникации всех видов и строительные сооружения всех типов.

Таким образом, здание фабрики или консерватории, новую модель самолета или горнолыжных ботинок, земледелие или компьютерное обеспечение производства мы, конечно, отнесем к материальной культуре, в то время как музыкальная симфония или театральный спектакль, религиозная служба или книга (независимо от того, как мы к ней относимся) – это духовная культура. Однако усадьба в Абрамцеве, здание исторического музея в Москве или мавзолей Тадж-Махал в Индии – это материальная или духовная культура? А картина известного художника, если она как материальный предмет числится за музеем и имеет определенную цену в тех или иных денежных знаках?

Чаще всего нам бывает трудно четко разделить в культурном объекте его материальное бытие и его духовную ценность. Если бы вдруг не стало человека, то все галереи и музеи оказались бы лишь хранилищем материальных вещей – холстов со слоем краски на них; мрамора, бронзы, гипса, так или иначе обработанных тем или иным инструментом; построек из какого-либо материала (гранита, кирпича, дерева), сооруженных с использованием определенных орудий труда.

Ценность вещи определяется не только тем, что она способна удовлетворить ту или иную потребность человека, но и тем, что в ней опредмечен его труд, его творчество, его дух. Ценность возникает за предметным бытием вещи и связана с тем, какое значение мы этой вещи придаем, какое содержание в нее вкладываем. Таким образом, различие между материальной и духовной культурой не столь прямолинейно и очевидно, как может показаться на первый взгляд. Однако это различие существует, и связано оно с тем, какого рода потребность – материальную или духовную – вещь удовлетворяет, к какому бытию – тела или духа – она имеет отношение.

Впервые о различении культуры и цивилизации вопрос был поставлен в начале XX в. в Англии. В то время считали, что культура есть принадлежность элиты как носительницы интеллектуального потенциала и научно-художественных ценностей общества. Цивилизация же имеет отношение к обществу как таковому в целом, к широким социальным слоям, которые все более приобретали форму анонимной и аморфной массы людей, занятых в материальном производстве. Культурной элите отводилась роль судьи и наставника масс, а сама идея культуры понималась как реакция элиты на заурядность остального населения. Однако подобный взгляд имел существенные недостатки в связи не только с однозначным утверждением в нем элитарной концепции культуры, но и с игнорированием теснейшей связи между общественным сознанием и материальным бытием общества.

Из этого характерного для XIX в. противопоставления культуры и цивилизации возникает известная элитарная концепция культуры.

В XX в. идея различения культуры и цивилизации приобретает особую актуальность и остроту. В связи с этим выделяются два главных направления в рассмотрении этой проблемы.

Один ряд исследователей помещает различие между культурой и цивилизацией не в сферу их сравнения в качественном отношении или возможности сравнительной оценки их культурного содержания, а в область антропологического разведения данных понятий и истолкования их с этнологических позиций. В этом смысле цивилизация рассматривается как совокупность культур регионального уровня. Так, например, цивилизация майя охватывает последовательность не просто нескольких этапов развития культуры, а нескольких культур, различных по содержанию, но единых по этносу. Таким образом, цивилизация определяется единством носителя культур, которые могут быть различными по времени и даже по содержанию. Подобный подход к пониманию цивилизации отражает взгляд на нее как на процесс эволюции культур в направлении к более сложным состояниям.

Другой ряд исследователей полагает, что различие между культурой и цивилизацией носит качественный характер. Под цивилизацией при таком подходе понимается в основном создание материально-технической базы, обеспечивающей дальнейшее развитие собственно культуры, повышения комфортности бытия. Такое понимание цивилизации связано с тем, что здесь отдается приоритет научно-техническому прогрессу, но не нравственному развитию, технологии, но не духовному совершенствованию. Таким образом, в различении культуры и цивилизации принимается в расчет направление экспансии человеческих усилий: если они ориентированы на преобразование окружающего мира, то это связывают с цивилизацией; если усилия направлены внутрь, на самого человека, развитие его природы, его способностей, его человеческих качеств, то это культура. В последнем случае усилия, даже если они направлены вовне, становятся в конце концов культурой, оказываются реализацией возможностей культурного, развитого человека, который способен культурно опредметить свои силы и способности.

Понимание того, что является ведущим и что подчиненным в соотношении культуры и цивилизации, определяет парадигму ценностей общества. Если культура подчинена цивилизации и обслуживает ее нужды, в обществе, как правило, происходит крен в ее сторону материальных ценностей и материального успеха, предпочтение отдается скорее науке, чем искусству, наблюдается определенное духовное оскудение, господствуют прагматизм и утилитаризм. Если цивилизация служит культуре и способствует ее дальнейшему развитию, тогда в обществе возможна достаточная сгармонизированность между материальными и духовными ценностями, что обеспечивает действительный, а не мнимый прогресс. Превалирование культурных ценностей над цивилизационными создает основу для правильного определения характера потребностей человека и общества, отделения действительных и исходных человеческих потребностей от фиктивных и мнимых. Цель культурного развития заставляет человека пересмотреть свои ориентации в отношении к природе, к самому себе, способствует реализации гуманистических представлений и ценностей, обращению к проблемам человека, а не к проблемам самоцельного развития производства, экономики, управления и т.п.

Различение между цивилизацией и культурой имеет, таким образом, как теоретические, так и практические последствия, ибо общепризнано, что первая направлена в основном на удовлетворение материальных потребностей, в то время как вторая так или иначе означает стремление к идеалам красоты, добра, истины, справедливости. Подлинная культура – это очеловечивание и очеловечивание человека (т.е. воплощение и реализация). Согласно О. Шпенглеру ("Закат Европы"), цивилизация – это последний этап развития культуры, которая как всякий живой организм проходит соответствующие этапы жизни. Цивилизация как исключительно технико-математическое явление противоположна культуре как царству органически-жизненного. Предпочтение цивилизационного развития в ущерб культуре означает затухание общества, переход его существования в фазу бесплодного накопления материальных достижений. Сходные взгляды высказывали А. Тойнби, Н.Я. Данилевский, П. Сорокин. Ф. Ницше, критикуя современную ему культуру, также обозначает различия между культурой как способом реализации всей полноты человеческого духа и цивилизацией как формой его угасания.

Русский социолог, идеолог славянофильства Н.Я. Данилевский (1822-1885) в книге "Россия и Европа" (1969) сформулировал теорию культурно-исторических типов. Она гласила: не существует всемирной истории, есть лишь история конкретных цивилизаций, имеющих неповторимый характер. Культурно-исторический тип представляет собой единство религиозного, социально-бытового, промышленного, политического, научного и художественного направлений развития. Подобно всему живому они находятся в непрерывной борьбе друг с другом и внешней средой, проходят естественно-предопределенные стадии возмужания, дряхления и гибели. Начала цивилизации одного типа не передаются народам другого, а вырабатываются каждым народом для себя при определенном влиянии со стороны. Ход истории есть смена вытесняющих друг друга типов. Данилевский выделял десять таких типов, частично или целиком исчерпавших возможности своего развития: египетский, китайский, древнесемитический, индийский, иранский, еврейский, греческий, римский, аравийский, германо-романский и два погибших насильственной смертью: мексиканский и перуанский. Перспективным, с точки зрения истории, Данилевский считал славянский культурно-исторический тип, представленный русской культурой.

Немецкий философ культуры, автор трактата "Причинность и судьба. Закат Европы" О. Шпенглер (1880-1936) выдвинул концепцию, которая отразила господствующую установку европейского общественного сознания переломной эпохи конца Первой мировой войны. Закат Европы знаменует собой победу техники над духовностью, мировых городов – над провинцией, плебейской морали – над аристократической. Конец сопровождается деградацией традиционной религии, искусств, нравственности, способствует превращению людей в безликие массы. Единственным оплотом культуры остается "органический человек", крестьянин, связанный корнями с родной почвой. Однако и он подвергается насильственному давлению со стороны цивилизации. Цивилизация является заключительной стадией развития любой культуры.

Культуры Шпенглер рассматривает как организмы с длительностью жизни примерно 1000 лет. В своем развитии они проходят общие три цикла: докультурный, культурный и цивилизованный. Первый связан с мифологией и религией, второй – с философией, наукой и искусством, а третий характеризуется заменой новаций бесконечным тиражированием однажды найденных форм и смыслов.

Сущность культуры Шпенглер усматривал в религии и выделял восемь культурных форм: египетскую, вавилонскую, индийскую, китайскую, греко-римскую (аполлоновскую), византийско-арабскую (магическую), западноевропейскую (фаустовскую) и культуру майя. Концепцию Шпенглера современники критиковали за фатализм и формализм, выразившиеся в стремлении понять сложную картину мировой культуры сквозь призму умозрительных схем.

Преодолеть недостатки "интуитивного схематизма" теории О. Шпенглера пытался английский культуролог и философ А.Д. Тойнби (1889-1975). Лейтмотивом исследования Тойнби была идея о том, что ход истории нельзя уложить ни в одну, даже самую совершенную схему.

Однако свою теорию Тойнби построил в сходном ключе с теориями Данилевского и Шпенглера, в духе концепции круговорота локальных цивилизации. Он выделил во всемирной истории 21 тип культуры: египетский, шумерский, вавилонский, сирийский, арабский, минойский, хеттский, эллинский, западный, иранский, индийский, индуистский, китайский, японо-корейский, дальневосточный, православный, российский, андский, маяйанский, юкатанский и мексиканский. Каждая цивилизация проходит пять общих стадий внутренней эволюции: возникновение, рост, надлом, разложение и гибель.

Движущей силой цивилизаций он называл "творческое меньшинство", носителя "жизненного порыва", действующего по законам "вызова и ответа" и увлекающего за собой "инертное большинство". Специфику цивилизации, смысл ее жизни определяет картина "вызовов-ответов". "Вызов"- это форма воздействия на цивилизацию природного, исторического, социального факторов, отвечая на которые общество развивается. Формы "ответов" определяют характер приспособления народов, причем внешние факторы (миграции, катаклизмы, войны) сказываются более на заре цивилизации, а внутренние – в эпоху ее упадка.

Способность раньше других воспринимать "вызов" и вырабатывать на него должную реакцию – привилегия "творческого меньшинства". Она проходит три стадии: сначала функционирует как власть авторитета, затем – в форме авторитета власти и, наконец, как тотальное насилие над большинством. На завершающей стадии элита превращается в замкнутую касту, утрачивает свой творческий потенциал, оказывается в силу этого неспособной правильно реагировать на "вызовы", что заставляет ее осуществлять господство силой принуждения. Масса все более отвращается от элиты, становится "внутренним пролетариатом" и разрушает бастион власти, если только он сам не гибнет от природной катастрофы или военного поражения.

Тойнби считал гибель цивилизации фатальным историческим явлением. Необходимую стабильность ей способны придавать: компетентность элит, разумность социального устройства, современность и гибкость "ответов", забота о развитии духовно-нравственного потенциала людей. Признавая культурный прогресс, он видел его в духовно-религиозном совершенствовании человечества.






2. Культура и природа



Проблема отношений между природой и культурой, с учетом того, что последнюю именуют второй природой, кажется простой, но является чрезвычайно сложной. Создав вторую природу, человек не только не отказался от первой, но и не мог этого сделать, ибо сам является прежде всего порождением природы и носит в себе природное начало. Человек по-прежнему остается существом биологическим, хотя в равной мере он существо социальное и культурное. Проблема отношения природы и культуры выступает уже на уровне самого человека, обозначаясь как проблема соотношения в нем равноправных начал, каждое из которых только в опоре на другое получает импульс и возможность развития. Не противостояние двух начал, но их сотрудничество и взаимодополнение всегда считались основой понимания гармоничного человека, идеал которого известен человечеству со времен античности.

Что касается отношения природы и второй природы, созданной человеком, то эти отношения развиваются весьма проблематично. Можно согласиться с тем, что природа как таковая в ее естественном, натуральном бытии находится вне культуры, которая создана искусственно. Однако само отношение человека к природе – это культурный факт. Человек всегда был склонен очеловечивать природные явления, одушевлял природу, отчего и возникли первые его религиозные культы. Однако с отходом от языческих верований и переходом к монотеистическим религиям его отношение к природе стало меняться. Так, например, уже Сократ считал изучение природы делом недостойным; человек, по его мнению, должен устремлять свой интерес к постижению духовных вещей: добра, справедливости, прекрасного.

Каков же человек на самом деле, и как соотносятся в нем природное и культурное начала? И как они должны соотноситься в обществе? В подходе к рассмотрению данного вопроса выделяются две разных тенденции, которые, конечно, весьма условно можно отождествить с именами Ж. Ж. Руссо и Э. Фрейда.

З. Фрейд считал, что человек изначально, по своей природе, общей с природой животного мира, порочен, и не столь уж чист и безгрешен даже ребенок. Итак, человек обуреваем разрушительными побуждениями и инстинктами. Он хочет власти, стремится к удовольствиям и насилию. Это в основе своей нарциссическая личность, ставящая свои интересы и желания выше всего остального. Он не способен кого-то бескорыстно любить, он ревнив, жесток, склонен ко лжи. Культура поэтому выступает средством подавления изначально порочных вожделений, деструктивных стремлений, она сдерживает их проявление с помощью тех форм, которые созданы в культуре и которые, налагаясь на естественные мотивы и побуждения, становятся механизмом удерживания последних в "культурной узде". Иначе естественные инстинкты человека угрожали бы обществу и вообще могли бы разрушить его. Культура, таким образом, призвана подавить природу и сделать безопасной социальную жизнь в обществе. "Всякая культура, - пишет Фрейд, - вынуждена строиться на принуждении и запрете влечений…".

Чем выше уровень культуры, тем искуснее действуют механизмы использования энергии инстинктов для активизации полезной, общественно значимой деятельности и, следовательно, тем сильнее подавление природы человека. Культура репрессивна, но она необходимое зло и потому, в конечном счете, оказывается благом.

В свою очередь Ж.Ж. Руссо утверждал, что человек изначально добр, его природа чиста. Его естественные проявления простодушны и безгрешны. И это культура делает его лицемерным и порочным. Он усваивает культурные формы поведения, которые не искренни, он следует нормам этикета, которые неестественны и условны. Культура разрушает его непосредственность и связывает естественность проявлений жесткими путами условностей, которые еще нужно и освоить, чтобы считаться культурным человеком. В итоге, культура не столько развивает, сколько развращает простодушного человека, делает его лживым, неестественным. Таким образом, Руссо отрицал роль наук и искусств в улучшении нравов людей, считая, что они, напротив, подавляют лучшие задатки ребенка, поэтому необходимо возвращение к природе, на лоне которой и можно воспитать физически и нравственно здорового человека.

Очевидно, обе рассмотренные позиции, обозначившие крайние подходы в оценке культуры, в основном слишком радикальны, хотя, безусловно, в каждой из них есть справедливые замечания. Действительно, человек соединяет в своей природе разные истоки и тенденции; однозначно утверждать, что он только плох или только хорош, было бы неверно. Культура отнюдь не столь чужда человеку и не столь зловредна для него; если она и ограничивает поведение человека определенными рамками, то, с другой стороны, она открывает ему значительные возможности для развития, очерчивает перспективы возможного, указывает горизонты желаемого. Человек без культуры, лишенный ее познавательных механизмов и приспособительных инструментов, не был бы человеком.

Характеризуя способы проявления человека в мире и обществе, обычно различают, условно говоря, два порядка, которым подчиняется его поведение. С одной стороны, человеку свойственно вести себя, естественно реагируя на мир, подчиняясь лишь собственным склонностям и желаниям. Это так называемое естественное поведение, в котором человек действует спонтанно, стихийно. С другой стороны, традиционно культурным считалось поведение, которое регламентировано определенными правилами и нормами, подчинено принятым в обществе условностям. Подобное поведение регулировалось разного рода нормами (религиозными, правовыми, моральными и т.д.) и в отличие от естественно-стихийного было обусловленным.

В истории человечества в разные времена и в разных странах эти два порядка оценивались по-разному, неоднозначно. Например, для последователей китайского философа Конфуция (551-479 гг. до н.э.) соблюдение принятых норм было показателем высокой культуры, знания культурных ритуалов и традиций. Для греческих же киников (одна из философских школ Древней Греции) или китайских даосов – последователей учения даосизма – идеалом были отношения, вытекающие из естественного порядка, а все конвенциональные нормы истолковывались как источник неоправданной несвободы или искажение естественного порядка, которому следует весь мир.

На европейской почве проблема соотношения природы и культуры – аполлоновской и дионисийской. Эти понятия ввел немецкий философ Фридрих Ницше (1844-1900) (произведенные от имен богов Аполлона и Диониса, олицетворяющих соответственно рациональное, светлое начало и темное, иррациональное), назвав дионисийской культурой проявление природной стихии, хаотического, оргиастического начала. Сам Ницше видел идеал в равновесии этих двух начал бытия, тем не менее его поэтизация темного, стихийно-неоформленого начала послужила неким оправданием позднейшей иррационалистической философии культуры.

Иное отношение к природе мы видим в культурах Востока. Большинство восточных религий является пантеистическими или панентеистическими, т.е. либо отождествляющими бога и мир, либо рассматривающими сам мир пребывающим в боге; поэтому признание независимости и самоценности жизни природы считается здесь этической нормой. Например, японец никогда бы не вообразил себя господином природы, которую нужно покорять. Напротив, умение чувствовать природу, понимать ее и выражать свое единство с ней во всех формах человеческой деятельности всегда считалось в Японии обязательным качеством культурного, цивилизованного человека.

Наше время, когда природе нанесен значительный и нередко невосполнимый ущерб человеком, осуществляющим свою практику овладения природой, невольно наводит на мысль, что культура в своем развитии неизбежно становится враждебна природе. И сейчас, когда природа, по выражению писателя Д. Гранина, "болеет человеком", очень важно найти формы взаимодействия с природой, которые обеспечили бы им совместное существование.

В наше время признаком культуры становится не победное противоборство с природой, а бережное сохранение земного природного достояния человечества. И на смену западным образцам культурной деятельности приходит осознание необходимости выстроить иное отношение к природе, экологичное в своем содержании и настроении, определяемое типичным для Востока пониманием мира как единства природы и культуры. Что же касается завоевания или покорения природы, то известный отечественный ученый Л.Н. Гумилев считал это "самым мучительным способом видового самоубийства". Искажая, разоряя и умерщвляя природу, человек подрубает основы собственного существования, с одинаковым "успехом" губя в себе и живое животное, и духовного человека.



3. Человек в контексте культуры



Человек есть главный предмет культурологии. Гуманитарный ее статус определяет, что вся проблематика культуры сводится, в конечном счете, к человеку и им же, по сути, вся эта проблематика определяется и создается. Человек – творец культуры, ее потребитель, ее герой.

Именно способность человека создавать культуру отличает его от животных. И именно культура, образуя механизм наследования, позволяет человеку сохранять опыт и поэтому развиваться, во-первых, целенаправленно и, во-вторых, быстрее чем другие живые формы на Земле. И именно уровнем развития культуры определяют высшие и низшие стадии развития общества, фазы развития цивилизации.

Культура определяет содержание и формы проявления потребностей человека. В своем развитии человек совершенствует свои потребности в смысле выражения в них глубины и сложности все более полно осознаваемой им своей человеческой природы. Даже чисто биологические потребности в еде, сне и т.п. приобретают у него все более человеческую, т.е. содержательную и облагораживающую культурную форму. В ходе своей истории человек непрестанно очеловечивает свои потребности и способ их удовлетворения, самим бытием своим связывая природное и социокультурное.

Человек становится предметом культуры в трех главных проявлениях своего бытия. Прежде всего, человек есть часть природы и потому существо природное. Природное начало в нем – это основа самой возможности его культурного развития: все его способности и умения имеют определенный природный субстрат – человеческий мозг, человеческие руки, человеческие органы чувств. Культура развивает и дисциплинирует ум, расширяет пространство восприятия и понимания окружающего мира; культурный контекст и воспитание позволяют чувствам приобрести человеческую чуткость и тонкость, глубину и изощренность, стать собственно человеческими, умными чувствами.

Однако природным началом человека полнота его бытия не исчерпывается. Над ним надстраивается надорганическое его бытие, делающее человека и социальным, и культурно-историческим существом. В этом своем качестве человек выступает на трех уровнях своего проявления. Прежде всего, он осознает себя как человеческую личность в ее индивидуальном бытии и богатстве всех индивидуально присущих ей свойств и характеристик. В то же время человек осознает себя и частью общества, в культуре которого он ускорен. При расширении его культурного кругозора он начинает осознавать себя и частью человечества, ощутив свое единство с ним.

Наконец, человек выступает и как род в единстве истории всех предшествующих и последующих поколений. Он осознает себя как существо вселенское, космическое, причастное к вечному бытию мира. Человек открывает для себя вечную свою природу и вместе с тем осознает всю меру своей человеческой ответственности за судьбу мира. На этом уровне понимания себя человек становится предметом культуры, которая рассматривается в самом широком, духовно-метафизическом значении.

Мы привыкли определять культуру как то, что создает человек. То есть мы как бы выносим культуру вне человека. Но ведь культура – это и то, что в самом человеке – как уровень, как способность: воспринимать, реагировать, оценивать, творить. Культура как способ организации человеческих отношений и содержания этих отношений (регламентация) – внешняя культура. Организация содержания и формы выражения этих отношений – внутренняя культура человека.

Внешняя культура облекается в формы выражения, зависящие от национальных традиций, исторически сложившихся в данной общности, данном регионе. Она вырабатывает разноуоровневые техники столь же разнообразных взаимодействий в обществе. Но если внешняя культура дает человеческому творчеству форму выражения, то душу ему дает внутренняя его культура.

Внутренняя культура представляет собой то, что является общим для всех, ибо основана на вечных ценностях, единых для человеческой природы, которая понимается не только как биологическая, но и как социальная, и как духовно-вечная. Внутренняя культура имеет в виду не формальную организацию отношений ("технику"), а умение различать добро и зло и жить по совести.

Культура уравновешивает и гармонизирует природное и духовное в человеке, обеспечивая равновесие и психологическое здоровье как человека, так и общества. Облагораживая и утончая природное, культура содействует его новому, очеловеченному развитию, реализуя все физические и духовные силы человека в его разностороннем творческом выражении.

Культура, как и всякое социальное образование или институт, проявляется по отношению к человеку двояким образом. С одной стороны, культура служит самопознанию человека, способствует его самоидентификации, т.е. определению "кто я в мире", помогает ему понять свои возможности и особенности, уровень своих притязаний и ограничений в культуре и обществе. С другой стороны, культура всем строем своих общезначимых ценностей, норм, установлений осуществляет определенную "подгонку" человека (то, что называют социализацией) под совокупность господствующих в обществе представлений; современная культура "массового изготовления" в значительной мере нивелирует личность, подгоняя ее под определенный стандарт.

Одной из проблем поведения человека в культуре является недопущение им смешения процессов социализации и стандартизации. Введение человека в рамки доминирующей культурной модели не должно стирать его уникальность, истреблять его духовность, закрывать путь к реализации его индивидуальной самобытности. Иными словами, культурное формирование человека (формирование его культурой общества, в котором он живет) должно опираться на создание таких условий, которые бы способствовали полному развитию общечеловеческого в человеке и в то же время раскрытию в нем его самобытности, ибо только культурное разнообразие способностей, творческих проявлений, деятельностных позиций может реально обогатить культуру, создать широкое и мощное основание под культурный рост человечества.

В задачи культуры по отношению к человеку входит: вооружить человека инструментом для самоосознания, без которого нет понимания ни целостности собственной личности, ни своей связи с целостностью общества; помочь человеку самоопределиться, познать и понять себя, выявить свои склонности и способности; найти место для их проявления с радостью для человека и пользой для общества. Общество же должно создать условия для возможности полной творческой реализации человека, чем и обеспечивается прирост "энергии культуры". Будущее строит человек, который формируется сегодня. И образ будущей культуры включает в себя образ нужного этой культуре человека. Именно в культуре формируется понятие об идеале человека, и, независимо от всех других представлений, об идеале. Неизменной его характеристикой выступает творческая способность, основанная на владении наследуемой культурной традицией, умении приобщиться к ней и представленному в ней культурному богатству человечества. Культурное развитие человека означает все большее превращение его из объекта культуры в ее активный творческий субъект. Гармонически развивая личность, сознающая себя субъектом культуры, утверждает себя через утверждение культуры.






4. Список литературы



Берестовская Д. С. Культурология: Учеб. пособие. – Симферополь, 2003.

Кононенко Б.И. Основы культурологии: Курс лекций. - М.,2002.

Культурология: Учеб. пособие / Под ред. А. А. Радугина. – М., 1998.

Петрова М.М. Теория культуры: Конспект лекций. – С.-П., 2000.

Самохвалова В.И. Культурология:Краткий курс лекций. – М.,2002.

Скворцова Е.М. Теория и история культуры: Учебник. –М., 1999.