Религия и атеизм: эволюционный взгляд

Религия и атеизм: эволюционный взгляд

… понимание религии может быть ключом к пониманию 

природы и функции культуры в общем и, 

следовательно,к выживанию нашего вида. 

Уэстон ЛаБарр. “Танец призраков” 

Можно ругать религию. Можно ее защищать. Но факт остается фактом – подавляющее большинство людей в истории человечества придерживалось или придерживается какой-нибудь религии или веры в сверхъестественное. Современный мир – не исключение. Воспользуемся данными американских социологических опросов последних лет (в силу их доступности в сети Интернет). Среди отвечавших безусловно верят в Бога около 64%, а совершенно не верящих или не имеющих достаточно информации для решения – всего 6%. В жизнь после смерти верят 71% опрошенных, а вовсе не верят – 19%. И так далее. Причем, это не такая уж особенность американского мышления, соответствующая картина достаточно характерна для всех развитых стран (не говоря уже об остальных). (Справедливости ради нужно все же отметить, что американцы лидируют по степени распространенности религиозных взглядов в современных условиях). И, естественно, возникают вопросы – что же такое религия, каковы причины ее выдающегося положения в общественной жизни? При этом, несмотря на доминирование религиозных взглядов в обществе, всегда находились люди, отвергавшие их и отдававшие предпочтение рациональному, научному мировоззрению. Если религия – норма, то что такое атеизм? Отклонение от нормы? Окончательных ответов на эти вопросы найти не удалось, несмотря на твердые надежды конца прошлого века (помните – “Бог умер”?). Однако поиск ответов продолжается, появилась даже отдельная дисциплина – психология религии – и новые исследования. 

Религия в человеческом обществе – универсальный феномен, такой же как институт семейных отношений (в какой-либо форме) или развитый, грамматически сложный язык. Этнографам неизвестны безрелигиозные культуры. Разумно предположить, что истоки всех универсалий, коль скоро они присущи человечеству в целом, можно обнаружить в самой человеческой природе. Так современная психолингвистика пришла к выводу, что любой нормальный ребенок имеет генетически обусловленную способность выучить и использовать какой-либо язык (или несколько), и это не требует от него специального обучения – достаточно просто находиться среди общающихся людей. Это не значит, что язык “запрограммирован” в генах, просто физиологически мозг человека устроен так, что он “нацелен” на обретение языковых навыков, и такая способность появилась в результате эволюционного развития человеческого вида. 

Социобиологи – специалисты, изучающие эволюционные основы культуры, считают, что способность исповедовать те или иные религиозные взгляды также является врожденной. Но если нетрудно предположить, каким образом развитие речи может способствовать выживанию и лучшей адаптации в процессе эволюции, то адаптационная ценность взглядов, никак не подтверждаемых реальностью, кажется сомнительной. Тем не менее, рассмотрим такую возможность. 

В первую очередь, прогресс человека как биологического вида связан с развитием когнитивных способностей – особых способностей к познанию, к установлению причинных связей между явлениями повседневной жизни, к прогнозированию последствий тех или иных действий. И, вроде бы, особое значение здесь имеет как раз подтвержденное соответствие взглядов на мир и реальности, эмпирический опыт, а религиозные взгляды отличаются именно своей полной неподтверждаемостью реальным опытом. В чем же их ценность? С развитием способности к пониманию растет и потребность в понимании, познавательный интерес, в то время как реальные возможности познания ограничены несовершенством существующих инструментов. Многие причинно-следственные связи невозможно установить и на данном этапе, тем более недоступны они были нашим предкам. В таком случае вполне эффективный выход – заполнить пробелы выдуманными причинами и объяснениями, облегчив бремя познавательного интереса. Таким образом, религия обеспечивает “понимание” непонятного. 

Развитие когнитивных способностей сопровождается и усложнением эмоциональной сферы. Способность к прогнозированию в неизбежном окружении неконтролируемых природных сил приводит к возникновению страха будущего. И здесь религия помогает снизить тревогу, обеспечивая утешающие схемы убеждений. 

Велика и социальная роль религии. Любая религия – иерархическая система (хотя уровни иерархий обосновываются по-разному – сравните христианство и буддизм). То есть наличие объединяющей религии помогает явно или неявно поддерживать в обществе определенный социальный порядок, что, естественно, повышает шансы членов такого общества на выживание. Религиозные системы, как правило, охватывают и мораль, служащую средством социального урегулирования. 

Таким образом, религия в человеческом обществе развилась как функциональное средство адаптации. Говоря упрощенно, на ранних этапах истории выживали те племена, которые смогли обрести какие-либо религиозные системы взглядов. Такие системы удовлетворяли соответствующие когнитивные, эмоциональные и социальные потребности людей и имели как генетическую, так и культурную основу. 

Означает ли это, что человек обречен на религиозную деятельность? Наследуем ли мы схемы религиозного поведения так же как пять пальцев на руках? Вовсе нет. Необходимо различать функции определенных убеждений и их содержание. Только ли религиозные убеждения могут выполнить необходимые функции и удовлетворить соответствующие потребности? Нет, и история убедительно это показывает. Более того, в процессе эволюции средств познания религия начинает играть реакционную роль, становится обузой именно в тех областях, в которых когда-то обеспечивала прогресс. 

Голландский философ Бенедикт Спиноза, будучи рационалистом, практически исключил Бога из картины мира, приравняв его ко всей вселенной. Бог Спинозы, таким образом, – вся совокупность законов природы. Современные атеисты также ищут объяснения устройства мироздания, используя научные методы без привлечения сверхъестественных сущностей. 

Научная, более или менее рациональная картина мира заменяет религиозную и служит, в частности, удовлетворению тех же, никуда не исчезнувших и у атеиста, потребностей. Однако здесь мы обнаруживаем и существенные различия. 

В отличие от религии, которая развивается в ответ на внешние изменения, если развивается вообще (например, попытки адаптироваться к современным знаниям), науке внутренне присуще развитие. В науке происходит постоянная смена идей, опровержение прежних и выдвижение новых. Если наука не развивается, она может стать религией (что, действительно, иногда происходит). К тому же наука объясняет лишь то, что может, оставляя за пределами объяснений широкое поле неопределенности и неизвестности. Непостоянство и неопределенность – цена рациональности и практической эффективности. То есть прежнего эмоционального комфорта, связанного со стабильностью и сверхобобщениями, наука дать не может, следовательно, человек эмоционально должен полагаться на себя самого более, чем на внешнюю поддержку религиозных идей. Таким образом, атеизм, в принципе, предполагает большую психическую зрелость, способность успешно справляться с неизбежными тревогами (это не относится к случаям псевдоатеизма, когда человек, например, “обижается на Бога” не помогшего в беде и решает “не верить” в него). Более того, научное мировоззрение позволяет испытывать удовлетворение от самого процесса изменений, от возникновения нового, хотя сохраняется и относительная стабильность в верности научным принципам (иначе наука не могла бы успешно заменять религию в эмоциональной сфере). 

Похожая ситуация складывается и в социальной сфере. При отказе от религии моральное поведение становится внутренним императивом, что опять же характеризует зрелую личность (естественно, когда речь идет об атеизме, а не просто о нигилизме). К тому же человечество выработало уже достаточно много рациональных правил общественной жизни, чтобы удовлетворить и эту, в основе – биологическую, потребность. 

Таким образом можно сказать, что атеизм в рамках биологической природы человеческого вида отражает более зрелые, “взрослые” формы построения мировоззрения. Возникает естественный вопрос – в какой степени атеистические взгляды соответствуют уровню “коллективной зрелости” человечества и его отдельных культур? Судя по данным социологов – не в такой уж большой. И, конечно, просто пропаганды атеизма было бы недостаточно для “повзросления” общества. Но не отдельных его представителей…