История распространения буддизма в России

План



	Введение

Буддизм как религия.

Геополитические и социокультурные предпосылки распространения буддизма в Забайкалье и политика Российского государства в отношении буддизма в XVIII в.

Особенности распространения буддизма в Калмыкии.

Буддизм в Начале XX века.

	Список используемой литературы.




Введение



Религия – это особая форма осознания мира, которая обуславливается верой в существование чего-то сверхъестественного, а также под воздействием этой веры заставляет совершать определенные поступки. Именно вера является основным признаком и неотъемлемым элементом любой религии. Любая религия состоит из моральных норм и определенного поведения, различных обрядов и, главное - объединение людей в какое-либо организационное сообщество, например, в церковь или религиозную общину).Все основные религиозные понятия и представлений, записаны в специальных священных текстах. Как убеждают яростные религиозные сторонники, эти тексты либо написаны непосредственно из уст бога, либо написанных людьми, которые по их мнению, уже достигли высшего уровня духовного развития.

Религия формируется как ответ на ситуацию несвободы человека и потребности в преодолении господствующих над ним сил. Эта потребность при определенных социально- экономических и политических условиях не может быть удовлетворена реальным образом, путем материально-практического изменения мира. Выходом для человека из создавшейся ситуации и является такой тип духовной деятельности, результатом которой является создание особого мира идеальных превращенных форм, мира сфантазированных существ, свойств, связей и отношений, с помощью которого человек рассчитывает удовлетворить свои потребности.

Религиозное мировоззрение или религиозная система представления мира в целом опирается либо на веру, либо на некий мистический опыт, но не как не на данные, которые проверяются научными данными.

Религия существует много веков, по-видимому, также долго, как существует человечество. За это время оно выработало множество разновидностей религий. Своеобразные религии существовали в Древнем Мире у египтян и греков, вавилонян и евреев. В настоящее время широкое распространение получили так называемые мировые религии: буддизм, христианство и ислам. Помимо них продолжают существовать национальные религии (конфуцианство, иудаизм, синтоизм и др.). И в своем реферате хотела бы написать о развитии буддизма в России.


1. Буддизм как религия



Изначальной формулировкой буддийского вероучения, вероятно, была доктрина Четырех Благородных истин. Она включает в себя определенные представления о природе мира и человека. В первых трех истинах утверждается, что страдание есть факт жизни, излагается теория его причины и постулируется существование способа его преодоления. Сам этот способ изложен в четвертой истине о Благородном Восьмеричном пути. Конституирует буддизм как религию именно способ избавления от страдания через достижение постоянного состояния покоя, который должен практиковаться индивидом в качестве курса нравственной и духовной тренировки.

Все индийские религии подчинены одному представлению, восходящему к доиндийским временам. И в ведийском, и в староперсидском языках оно обозначено одним и тем же словом со смыслом «закон». Согласно этому подходу все вещи и существа следуют или должны следовать определенному курсу, предписанному им. Этот курс основан на подлинной природе и устройстве существующего мира. Изза него должным образом встает солнце, сменяются времена года, и каждая индивидуальная часть вселенной выполняет собственное назначение. Такое представление могло сформироваться очень рано при возникновении и развитии контактов индивидов в обществах. Член племени должен действовать при помощи определенных способов, которые считаются выгодными для индивидов — его сотоварищей и его самого, а ряд других действий ему запрещен. Начиная с позднего ведийского периода, это представление выражается в концепции дхармы, покрывающей любую форму человеческого действия. Она включает в себя нормы нравственного поведения, но сама намного шире, и ее ритуальный аспект отражен в брахманической литературе буддийских и добуддийских времен, посвященной жертвоприношениям.

В VI в. до н.э. люди стали протестовать — не против дхармы, а против отношения класса брахманов к своим функциям и против того, что брахманы навязывали в качестве дхармы другим слоям общества. Но крайнего востока Индии брахманизм еще не достиг и даже на родине буддизма, вероятно, был достаточно недавним явлением, чтобы столкнуться с противостоянием и встречными претензиями. Претензии шакьев на принадлежность к наилучшей касте, касте воинов, известны; и, хотя в суттах — рассуждениях присутствует почтительное отношение к брахманам, их претензии подвергаются критике и отвергаются. Это не было индивидуальной особенностью буддизма, поскольку нет причин сомневаться в том, что предания о других наставниках и отшельниках — небрахманах, оставивших мир, отражают реальное состояние дел. Все эти наставники восставали против установившегося представления о дхарме, предлагали новые системы и учения о жизни в мире и пути спасения: от чистого гедонизма и материализма до самых крайних формам самоистязания. Две другие концепции, заимствованные буддизмом из современной ему мысли, — это догмы о карме, «действии» и сансаре, переселении душ или перерождении.

Это индийские ответы на вечные проблемы страдания и зла. Человек поступает дурно и страдает от этого. Но он может страдать и тогда, когда не сделал ничего очевидно дурного. Значит, что-то дурное было совершено им в прошлой жизни, а если он поступает дурно и на первый взгляд не получает возмездия, он будет наказан за свой грех в другом рождении. Как и все теории, считающие грех и зло достоверной реальностью, доктрина перерождения покоится на вере и в конечном счете на вере в то, что грех непременно будет наказан. Буддизм перенял установившееся верование без возражений. В пользу этой доктрины свидетельствовали даже истории о буддийских архатах, способных узнавать судьбы умерших и об индивидах, вернувшихся с другого света, чтобы предсказать свою судьбу. Итак, когда мир представал как место, где для благоденствия была необходима определенная линия поведения, а индивид был уверен, что за любую свою ошибку он когда-нибудь будет наказан, людям было необходимо знать, какой дхарме следовать и какова истинная природа мира (в той степени, в какой это влияло на их линию поведения). Соперничающие наставники были готовы ответить на эти вопросы, и каждый из них заявлял, что нашел верный путь.

Буддизм лучше всего известен на Западе именно с этической стороны. Именно с этой стороны очевидны величие и оригинальность системы основателя буддизма, рассматривается ли ее отказ от бытовавших тогда представлений или их реформа, предпринятая в ходе исторического развития буддизма, или же отношение ее к другим системам, отмеченное определенным прогрессом в этических идеалах человечества. Это были не просто правила жизни для отшельников, но также и система для мирян, применимая во всех обязанностях повседневной жизни. Кроме того, и в монашеской сангхе сущностной частью обучения того, кто стремится к достижению высочайшей цели в своей настоящей жизни, оставались моральные принципы. У нас нет нужды сомневаться в том, что Будда взял все лучшее из этических учений, что только смог найти. Каждая система возникает на основе предшествующих ей, и сам Будда, согласно традиции, обвинял брахманов в том, что они изменили своей прежней чистой нравственности. Как сказал Брахма Будде при начале его проповеди, в мире было много тех, кто был готов принять новое учение; и к ним откровение пришло с той властностью, которой жаждала их нравственная природа. Кроме того, так как эту Дхамму считали «вечной» и внутренне присущей истинной природе вещей, думали, что Будда вновь открыл истину, которая была почти забыта.

Две черты, отличавшие буддийскую этику, — это практичная и осуществимая система, выработанная для мирян, и искусство, с которым были возвышены и облечены нравственным смыслом практики в современных ей верованиях или ритуалах. В рассуждении, обращенном к брахману Кутаданте, Будда рассказывает, как древний царь захотел совершить великое жертвоприношение и как в конце концов родовой жрец убедил совершить его так, чтобы не были убиты ни быки, ни козлы, ни домашняя птица, ни свиньи или другие живые существа, чтобы для столбов жертвенника не были бы срублены деревья и не была бы срезана трава для подстилки; чтобы не били слуг и рабов, а они делали бы свою работу, не плача и не боясь наказания.

Кутаданта спрашивает, какое жертвоприношение лучше и приносит большие плоды, чем это. Будда говорит, что это подаяние добродетельным отшельникам. Еще лучше — постоянное подаяние четырехсоставной сангхе, еще лучше — принятие убежища в Будде, и еще лучше — соблюдение с добрым расположением сознания изречений для учеников. Это пять моральных правил, обязательных для всех мирян: воздержание от убийства, от присвоения того, что не было дано, от превратного потворства страстям, от лжи и употребления опьяняющих напитков.

В проповеди, обращенной к Сингалаке, рассказывается, как Будда обнаружил, что некий домохозяин почитает шесть четвертей (стороны света, надир и зенит). Он говорит, что так велел ему делать отец. Будда не бранит его за это, но говорит, что четвертям не следует поклоняться таким способом. Он указывает на четыре греха — убийство, воровство, превратное потворство страстям и ложь; на четыре повода к дурному поведению — пристрастность, ненависть; глупость и страх; на шесть способов потерять богатство и шесть опасностей в каждом из них; на четыре вида врагов, которые выглядят как друзья, и на четыре вида истинных друзей.

Истинный адепт почитает четверти, глядя на мать и отца как на восток. Он говорит: «Они лелеяли меня, и я буду лелеять их; я буду служить им, я поддержу семью и буду приносить жертвы их отлетевшим душам». И родители отвечают ему пятью способами. Так же говорится и о других четвертях. Он почитает юг, выполняя обязанности по отношению к своим учителям, запад — лелея свою жену и будучи ей верным, север — будучи предан своим друзьям, надир — заботясь о своих рабах и слугах, а зенит — заботясь об отшельниках и брахманах. Это называлось «всеобъемлющим долгом буддийского мирянина», однако в действительности долг мирянина совсем не ограничивался такой установкой. Нравственное действие ведет к вознаграждению в виде счастья в настоящем или следующем существовании, чему учат со всей настойчивостью. Однако это не может привести к спасению, к полному избавлению от той жизни, в которой все преходяще, и поэтому приносит страдание. Даже мирянин считал своей задачей курс обучения (четыре ступени Пути), который сразу поднимал его выше стремления к блаженству, обретаемому при вознаграждении добрых дел.

О четверичной структуре Пути часто упоминается в поздних текстах, и, хотя в Каноне о ней также сказано, это, вероятно, изменение классификации более раннего учения. Часто рассказывается о том, как миряне достигали первых его трех ступеней.

На первой ступени тот, кто вступил в поток (сотапанна), разрушает трое оков (убеждение в том, что существует постоянная самость, сомнение и веру в добрые дела и церемонии). Он освобожден от подверженности перерождению в состоянии страдания, ему становится суждено просветление.

На второй ступени, разрушив трое оков и удалив страсть, ненависть и умственный беспорядок, человек становится возвращающимся один раз (сакадагами) и (если он умирает в этом состоянии) возвращается в мир только однажды перед достижением прекращения страданий.

В-третьих, разрушив пять низших оков (три упомянутых выше, сладострастие и злобу), он возрождается в более высоком существовании и, не подверженный возвращению в этот мир (анагами), достигает там нирваны.

На этих трех ступенях нет стремления к накоплению заслуг. Нравственная тренировка остается существенной частью, в которой действительные тенденции и принципы, ведущие к безнравственным действиям, искоренены, но более важным является искоренение всех тенденций, являющихся проявлениями жажды или страстного стремления (танха) к любой форме существования во вселенной. Это стремление, которое в его разных формах классифицируют как оковы, помехи и асавы, разрушается посредством знания об источнике страдания и пути его прекращения. Затем достигается четвертая ступень, ступень архатства, и индивид, если он еще не оставил мир, перестает ipso facto быть мирянином. Он избавил себя от стремления, которое делает желанной для обычного человека мирскую жизнь, и «пребывает в реализации освобождения сердца и освобождения постижения». Дорога к этому высшему опыту — Благородный Восьмеричный путь: правильное понимание, правильное стремление, правильная речь, правильное действие, правильный образ жизни, правильное усилие, правильная внимательность, правильное сосредоточение.

Рассматривая наш предмет в историческом плане, естественно задаться вопросом не только о том, что содержится в развившейся системе, но и о том, что можно считать подлинным учением Будды. Мы можем указать на определенные элементы, которые, вероятно, являются фундаментальными, и на многое, что явно представляет собой схоластическое добавление, но между этими двумя группами нельзя провести четкой дистинкции. Первые тринадцать сутт «Дигхи», например, содержат перечень моральных правил, известных как Сила. Он, несомненно, был вставлен редактором, который приурочил его к рассуждениям. И все же нельзя сказать, что он старше самих рассуждений; он явно старше лишь их современной редакции. Но другие фрагменты сутт являются древними и могут принадлежать к первоначальному учению. Это секции, которые повторно появляются в других местах. Как и все подобные фрагменты, они могут быть вставками, и мы вправе утверждать лишь то, что если это и не ipsissima verba Будды, то, во всяком случае, старейшие пассажи, представляющие Учение так, как его понимали ученики Будды. Рассмотрев одно из этих рассуждений, можно будет составить представление о том, каким было учение на определенном этапе, и, исходя из этого, судить о попытках, предпринятых в направлении реконструкции первоначального учения. По сути дела, фрагменты, которые оказываются добавлениями, не стремятся модифицировать доктрины или вводить новые принципы, противоречащие более раннему учению.

Среди этих рассуждений наиболее полное представление о буддийском воспитании дает сутта о плодах отшельничества. Она вставлена в предание о царе Аджатасатту, который осведомился о предводителях шести соперничающих школ, а затем пришел к Будде. Будда в ответ на заданный им вопрос об отшельничестве описал прохождение монаха через ступени нравственности и сосредоточения к проницательности с достижением полного просветления.

Царь спросил, может ли Будда объяснить, какой зримый плод (преимущество) можно обрести в этом мире от отшельнической жизни. Будда, указав на преимущества, которые даже раб или домохозяин получает, просто оставляя мир, рассматривает случай, когда в мире явился Будда. Человек слышит Дхамму и обретает веру в Будду. Он обнаруживает, что не может вести истинно религиозную жизнь в доме и оставляет мир. Он 1) соблюдает правила нравственности, 2) защищает врата своих чувственных способностей и, 3) приобретя внимательность и бдительность, становится 4) удовлетворен.



2. Геополитические и социокультурные предпосылки распространения буддизма в Забайкалье и политика Российского государства в отношении буддизма в XVIII в



История формирования буддийской духовной и социальной организации (сангхи) в России (на современных территориях Бурятии, Иркутской и Читинской областей, Калмыкии и Тувы) и распространения буддизма тесно связана с политикой Российского государства в этих регионах.

«Буддизм в России не имел статуса государственной религии (как это было в Монголии и Тибете), однако он был официально признан государством, которое регулировало отношения с ним посредством указов, правил, положений и других юридических актов, тем самым признавая его в качестве вероисповедания "терпимого" и разрешенного на определенных территориях Российской империи^.

Формирование буддийской организации и ее структур (традиционная модель сангхи была основана на тибетской и монгольской) в Забайкалье и в Иркутской губернии происходило при активном участии российского правительства.

В Калмыкии сангха начала формироваться самостоятельно в недрах Калмыцкого ханства на территории России (фактически в той форме, которую калмыки принесли из Джунгарии), однако все законодательные акты, юридически оформлявшие ее отношения с государством и признававшие ее статус на территории Российской империи, были санкционированы царским правительством.

В Туве буддизм существовал наряду с шаманизмом, в своей организационной форме подчинялся монгольской сангхе до начала XX в. Только в 1944 г. Тува вошла в состав СССР, однако в тот период о развитии буддизма в Туве говорить не приходится - до конца 80-х гг. на ее территории официально не было зарегистрировано ни одной буддийской общины.

Существенным фактором. объединяющим три этноса, исповедующие буддизм в России (бурят, калмыков, тувинцев), является их принадлежность к тибетско-монгольской культуре и религиозной традиции, к великой центральноазиатской цивилизации. Несмотря на то что тувинцы являются тюркоязычным этносом, их происхождение, культура, образ жизни, обычаи и даже язык в ходе истории оказались под сильным воздействием монгольской культуры. Два других этноса, исповедующие буддизм, - калмыки и буряты - самым непосредственным образом связаны с монгольской культурой своим происхождением, самосознанием, языком. Принадлежность к школе тибетского буддизма Гелуг, так называемой желтошапочной школе буддизма, основателем которой был Цзонхава (Х1У-ХУ вв.), также является мощным консолидирующим моментом, объединяющим эти народы России. Благодаря тибетскому буддизму они восприняли многие достижения древней культуры восточных цивилизаций - Индии, Китая, Средней Азии.

Важным моментом политики Российского государства в отношении буддизма было ограничение внешних сношений буддистов на территории России с Монголией и Тибетом - укрепление границ Российской империи в Забайкалье и уничтожение самостоятельности Калмыцкого ханства (1771 г.) объективно способствовали формированию самостоятельной, независимой буддийской сангхи - бурятской и калмыцкой.

История буддийской сангхи на территории России представляет собой во многом уникальное явление благодаря особым отношениям ее с государственными структурами Российской империи. Восточные (буддийские) страны, превратившись в колонии стран Запада, так и остались их колониальными придатками, в то время как территории Восточной Сибири и Калмыкии постепенно интегрировались в общероссийскую жизнь: их население становилось подданными, позже гражданами Российской империи. В этом смысле колониальная политика России не сводилась к классическим взаимоотношениям "метрополии" и "колонии", как это было на Западе. Соответственно особенной, "государственной" была политика России в вероисповедных вопросах.

Районы Добайкалья и Забайкалья на современной территории Бурятии исторически самым тесным образом связаны с историей феодальной Монголии и Китая. Этносы, населявшие эти территории, являлись подданными различных монгольских феодалов. Формирование региональной или национальной формы бурятского буддизма происходило в процессе присоединения Бурятии к России, постепенного перехода бурят-кочевников в верноподданство ей, обретения ими гражданства, интеграции их общественной жизни в российское государственное устройство, политическую и социально-экономическую жизнь России. Особую роль в этом процессе сыграли традиционные культы и верования, в том числе и шаманизм.

В XVII в. отсутствие государственности и единства, раздробленность бурятских родоплеменных образований, зависимость их от монгольских феодалов способствовали добровольному вхождению ряда бурятских "тайшей с улусными людьми" в состав Российского государства, переселению их на ее территорию и присяге на верноподданство России. Вместе с тем добровольное принятие бурятами русского подданства часто соседствовало с насильственными методами присоединения бурятского населения и обложения его ясаком. В результате буряты, уже принявшие российское подданство, снова возвращались в Монголию. Побеги бурят или их вооруженные выступления, как правило, были связаны с действиями сибирской администрации, ее злоупотреблениями и поборами, граничащими с грабежом и разбоем'.

Принимая новые народы в качестве подданных России, местная царская администрация столкнулась не только со своеобразной традиционной культурой кочевников, их бытом и особенностями традиционной психологии, но и с новой, малоизвестной в России той поры религией; буддизм школы Гелуг уже имел распространение в среде восточных бурят.

Появление новых подданных России, исповедующих буддизм, о котором в кругах местной царской администрации было весьма смутное представление, повлекло за собой ряд практических мер по обращению их в православную веру. Начинается строительство православных церквей на территории Бурятии, появляются первые православные миссионеры.

Таким образом, присоединение "иноверных земель людей", распространение буддизма и насаждение православия происходили одновременно, однако результаты были разные, в частности успехи православия на территории Забайкалья оказались достаточно скромными.

В 1689 г. был подписан "мирный трактат" в Нерчинске, по которому завоеванная русскими Забайкальская область окончательно признавалась собственностью России. Российский посол Ф.А.Головин подписал договор с шестью "мунгальскими тайшами", ходатайствовавшими о принятии их с улусными людьми в российское подданство и о разрешении кочевать им близ Селетинска. Было подписано также соглашение с табунуикими сайтами (в том числе с двумя ширетуями - настоятелями буддийских дацанов) о переходе их в верноподданство России. Вместе с тем было строго и четко указано: "В православную веру улусных людей, а также и самих их, тайшей и зайсанов не велено ни крестить и ни принуждать..." В материалах Комиссии по землепользованию и землевладению, работавшей в Забайкалье в XIX в., отмечалось, что в 1689 г. среди "поступивших в подданство России монгольских родов находятся уже последователи ламайского учения с двумя ширетуями (старейшими ламами) во главе; коренные же обитатели Забайкалья - тунгусы и буряты придерживались первобытного язычества -шаманства"2.

Распространению буддизма способствовала частая миграция в Забайкалье родоплеменных групп из Восточной Монголии. На смену традиционным культам, которые бытовали среди бурятского народа, главным образом шаманизму, пришла более развитая религия, принятие которой ознаменовало новый этап в развитии бурятского общества -становление феодализма.

В 30-х гг. XVIII в. происходило постепенное внедрение буддизма в различные этнические группы населения Добайкалья и Забайкалья. Процесс этот происходил постепенно - вначале буддизм внедрился у селенгинских монголов, затем у хоринцее. в XIX в. - у добайкальских родов левобережья Селенги, у тункинских, баргузинеких и аларских бурят, в XX в. в остальных ведомствах иркутских бурят3. Некоторые роды (например, селенпшекие этнические группы) были знакомы с буддизмом еще со времен утверждения его в качестве официальной религии монголов (XVI в.). В 1712 г. на территорию Забайкалья прибыли 100 монгольских и 50 тибетских лам. бежавших из Монголии от феодальных распрей и междоусобиц. Такое количество образованных представителей буддийского культа довольно быстро оказало влияние на развитие буддизма в Бурятии.

Первоначально буддийские культовые здания представляли собой княжеские молельни-юрты и разборные сумэ (общественные молельни), которые кочевали вместе с прихожанами. Приблизительно в середине XVIII в. началось строительство стационарных дацанов. Вместе с буддизмом у бурят появилась монгольская письменность, усилилось влияние монгольской культуры в целом. До размежевания границы с Китаем (1727 г.) монгольские и тибетские ламы могли свободно перекочевывать на территорию России, заниматься проповеднической деятельностью, а потом возвращаться обратно. После установления границы стал необходим контроль над вероисповедными делами бурят. В 1728 г. С.Рагузинским была составлена "Инструкция пограничным дозорщикам", в которой говорилось о запрете перехода лам на территорию России, об ограничении контактов с Монголией и Китаем и о необходимости налаживания обучения бурятских мальчиков монгольской грамоте и буддийской вере, чтобы впоследствии именно они смогли сформировать штат буддийского духовенства в Бурятии. "Инструкция" явилась первым официальным документом царского правительства, признавшего буддизм и сделавшего шаг в формировании буддийской сангхи в Бурятии.

К 1741 г. в Забайкалье действовали, по официальным документам, 11 "капищ" и 150 лам. Основываясь на реальном количестве лам и буддийских молелен, официальные власти подготовили материалы, которые вошли в Указ императрицы Елизаветы Петровны (1741 г.). Согласно этому указу, все вероисповедные дела бурят были регламентированы и оформлены юридически. Был определен штат буддийского духовенства в Бурятии (150 штатных лам), допускалось существование 11 "ламских капищ", также предписывалось всех наличных лам привести к присяге на верноподданство России, взять с них обязательство не переходить границу и не иметь сношений с "заграничными людьми" под угрозой смертной казни. Этот указ официально признавал наличие буддийского вероисповедания в России; ламы выделялись в особое сословие и освобождались от ясака.

Главным ламой стал Наван-Пунцук из Цонгольского рода, была утверждена главная Кильгонтуйская, или Цонгольская, кумирня. Все это способствовало официальному признанию буддизма "дозволенной религией".

Устав М.М.Сперанского, генерал-губернатора Сибири, об управлении инородцами (1822 г.) упорядочил взаимоотношения бурятского общества с Российским государством, ограничив вмешательство чиновников в управление бурятами.

На основании этого Устава "ламайское духовенство" было подчинено местной полиции наравне с прочими инородцами, но была сохранена свобода богослужения по "ламайским" обрядам и обычаям, было разрешено строить "молитвенные дома" с позволения губернского начальства.

"Кочующие инородцы", к которым относились практически все восточные буряты, составляли особое сословие, и на них распространялось действие Устава, который предоставлял им право управляться по их собственным законам и запрещал насильственное обращение в христианство.

Идея создания единой сангхи бурятского буддизма, отделенной от монгольской буддийской сангхи, осуществлялась по инициативе царского правитсл; ства, заинтересованного прежде всего в упрочении позиций 1'оссии в Забайкалье и в установлении контроля над зарубежными связями бурят. Царская администрация нуждалась также в регулярном сборе ясака со своих подданных. После присоединения Забайкалья к Российской империи административно-политическая система бурятского общества стала развиваться под воздействием русской государственности, однако в продолжение долгого времени в социальной жизни бурятам разрешалось править по собственным законам.

Важным центром забайкальского буддизма являлся Цонгольский дацан (1741 г.). первоначально "кошмовый" (передвижной); в середине XVIII в. его настоятелем становится Дамба Дорши Заяев (преемник Пунцука), который получил от царского правительства титул Главного Бандидо-хамбо-ламы всех буддистов, обитающих на южной стороне Байкала. Между дацанами в конце XVIII в. происходила борьба за первенство. В 1809 г. резиденцией верховного главы буддистов становится Гусиноозерский дацан. В первой половине XVIII в. увеличивается количество дацанов, а к концу века в Забайкалье насчитывалось уже 16 дацанов с 617 ламами, не платящими ясака. В некоторых родовых общинах к XIX в. на 100 мирян приходилось 50 лам.



3. Особенности распространения буддизма в Калмыкии



В конце XVI- начале XVII в. Буддизм начинает распространяться среди калмыков на территории России. Калмыки в ходе истории имели тесные и прямые связи с Тибетом, что наложило отпечаток на особенности их буддизма. Наиболее интенсивными эти контакты были в период существования Калмыцкого ханства.

В период правления Аюки-хана (1672-1724) усиливаются контакты Калмыцкого ханства с Тибетом. В 1718 г. Из Тибета прибыл Шукур-лама, который становится главой калмыцкого духовенства и сангхи. Калмыцкое ханство и буддийская сангха пользовались достаточной политической и экономической самостоятельностью, такая же самостоятельность была представлена калмыкам в социально-экономических вопросах.

События 1771 г. Нанесли мощный удар по буддизму и в целом по социально-политической автономии Калмыцкого ханства.

Екатерина II особым рескриптом упразднила автономию Калмыцкого ханства. С этого момента политика правительства становится более решительной, и постепенно территория Калмыкии превращается во внутреннюю провинцию России.

В конце XVIII- начале XIX в. Российское правительство проводит реформу управления калмыцким народом, в ходе которой была упразднена ханская власть. Сословные права буддийского духовенства продолжали регулироваться Уложением 1640 г. Однако вместо единого духовного лидера калмыков (представителя Далай-ламы) в каждом калмыцком улусе стали избирать собственного верховного ламу.

До 1771 г. В Калмыкии так и не сложился окончательно единый буддийский центр, и решающую роль в формировании и оформлении буддийской сангхи сыграли органы царской власти. Окончательно оформилась буддийская сангха в Калмыкии в XIX в. В результате появления юридических документов. Буддизм Калмыкии и буддизм Бурятии стал официально признанной на российской территории конфессией и попал в число так называемых терпимых вероисповеданий.

В начале XX века калмыцкие буддисты стали активнее контактировать с Бурятией и через нее с монгольским буддизмом. Это влило новые силы в развитие калмыцкого буддизма. В калмыцких хурулах появляются буддийские философские школы по типу тибетских, монгольских и бурятских, зарождается обновленческое движение, имевшее просветительный характер.



4. Буддизм в Начале XX века



XX век принес буддизму короткий и яркий период расцвета. Он ознаменовался появлением Императорского манифеста от 17 апреля 1905 г. "Об укреплении начал веротерпимости", который провозглашал право перехода из православия в другие христианские вероисповедания и даже нехристианские, что открывало возможности для возвращения к буддизму "крещеных инородцев". Последующий законопроект Ш Государственной Думы (от 26 мая 1909 г.) "О праве свободно Переходить из христианской религии, не исключая и православия, в религии еврейскую, магометанскую и языческие" так и остался законопроектом, хотя и имел общественный резонанс и практические последствия - процесс возвращения "язычников" (т.е. буддистов) в лоно буддийской сангхи усилился и приобрел в начале XX в. необратимый характер.

После Февральской революции 1917 г. Временное правительство "нашло возможность обратиться к насущным вероисповедным проблемам 'многоконфессионалъного Российского государства. Первым таким актом "Йилась форма присяги, в которой учитывались конфессиональные особенности военнослужащих (в том числе и буддистов). Наиболее важным было постановление Временного правительства "Об отмене вероисповедных и национальных ограничений" (20 марта 1917 г.), в 'бром было провозглашено равенство в правах всех граждан России ависимо от национальности и вероисповедания; оно отменяло все аннчения и регламентации того или иного вероисповедания, венствующее положение православия. Постановление "О свободе овести" (14 июля 1917 г.) по существу дополняло и конкретизировало предыдущий документ, не внося ничего существенно нового.

Для буддийских регионов этот период явился периодом наивысшего расцвета буддизма - строительства новых хурулов и дацанов, нового всплеска в развитии обновленческого движения, второй этап которого датируется 1917-1929 гг. Строятся новые хурулы в Калмыкии (в Багацохуровском. Яндыковском, Манычском. Малодербетовском улусах и др.), многие "заштатные" хурулы обретают официальный статус, основываются молитвенные кибитки. Расцвет буддизма происходит не только у астраханских калмыков, но и у донских, уральских, оренбургских, большинство из которых считались крещеными.

Временное правительство готовило новый законопроект о положении буддизма в России вместо все еще формально действовавших правил и положений. В связи с этим была создана специальная комиссия (во главе с профессором С.Котляревекнм. заместителем министра исповеданий и комиссаром Временного правительства, в нее же входил востоковед и буддолог С.Ф.Ольденбург, который был министром народного просвещения во Временном правительстве). В комиссию были делегированы представители от буддистов, в том числе Л.Доржиев. В законопроекте уже определенно звучало стремление реформировать буддизм, в нем говорилось о выборности и коллегиальности административной системы управления сангхой. об участии в управлении не только духовенства, но и мирян; об ограничении роскоши духовенства, чрезмерных поборов и т.д.

Этот проект был одобрен III Общебурятским съездом (1917 г.), однако он не был реализован. Произошла Октябрьская революция. Территории Бурятии и Калмыкии оказались охваченными борьбой за установление советской власти и гражданской войной. Произошла интервенция японцев на Дальнем Востоке.

20-е годы XX в. в Курятин и Калмыкии явились недолгим "золотым веком" буддизма в России. Были отменены все прежние регламентации и ограничения. началось бурное развитие религиозной жизни. строительство дацанов и т.д. Советская власть вступила в борьбу с буддизмом не сразу, занимаясь более важными для нее политическими и социальными проблемами. Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви от 23 января 1918 г. в связи с более поздний установлением советской власти на Дальнем Востоке, в Забайкалье и Калмыкии по сравнению с центральными регионами долгое время оставался нереализованным. Если середина 20-х гг. характеризовалась главным образом двумя методами давления власти на буддизм -экономическим и идеологическим (через антирелигиозную пропаганду, которая стала уже связываться с задачами классовой борьбы), то в 30-х гг. государство в отношении буддизма использовало методы политические.В 30-х гг. борьба с буддизмом была направлена как против консерваторов, так и против обновленцев. Проблема обновленческого течения в буддизме представляла собой наиболее сложную проблему для партийной и советской власти, так как его идеи поддерживали даже некоторые "партийцы и комсомольцы", увлеченные идеей тождества буддизма и марксизма. Партийными и советскими органами ставились задачи превращения ряда улусов в "безбожные улусы", проведения кампании за "отказ" населения от ряда дацанов, против "шарлатанской деятельности философских школ".

В 30-х гг. на защиту буддийской системы образования и подготовки новых кадров духовенства пытался встать А.Доржиев, к тому времени являвшийся полномочным представителем Тибета в СССР и защищенный (на весьма недолгое время) дипломатическим иммунитетом. В течение ряда лет он неоднократно обращался в Постоянную комиссию по вопросам культов при Президиуме ВЦИК, к Председателю Центрального исполнительного комитета М.И.Калинину с заявлениями, просьбами, ходатайствами о необходимости восстановления религиозного обучения мальчиков - будущих лам как условия существования буддизма на территории СССР. А.Доржиев обращался к М.И.Калинину с просьбой сохранить буддийские школы при дацанах и дать возможность обучать мальчиков с 7 лет по добровольному желанию их и их родителей буддийскому учению. Он также обращался в Постоянную комиссию по вопросам культов при Президиуме ВЦИК, в местные и союзные органы советской власти с многочисленными заявлениями и просьбами относительно положения буддизма в Бурятии, Калмыкии, Ленинграде. Все эти обращения остались без ответа.

Религия была признана идеологически вредной, не соответствующей новой обстановке, ей не было места в новом, социалистическом обществе.

Буддизм в настоящее время в России.

В годы Великой Отечественной войны среди буддийского духовенства Бурятии начинается движение за восстановление своей конфессиональной организации. Это движение, инспирированное сверху, безусловно, имело глубокие корни в Бурятии и нашло поддержку у населения. Военные годы способствовали возрождению религиозности. Появилось большое количество "бродячих" лам, которые но просьбе верующих отправляли религиозные обряды. Пользуясь смягчением политики И.Сталина в отношении религии, оказавшиеся на свободе ламы (П.Доржи. Б.Дандарон. Л.-Н.Дармаев и др.) обратились с просьбой открыть некоторые дацаны. В 1946 г. по инициативе верующих и группы лам состоялось совещание буддийских деятелей, на котором было принято Положение о буддийском духовенстве в СССР, содержащее основные принципы сотрудничества буддийской сангхи с Советским государством. В этом документе подчеркивались патриотические побуждения буддийского духовенства и их лояльность социалистическому строю. Он также узаконивал иерархию сангхи. определял нрава и обязанности различных категорий духовных лиц, формулировал некоторые принципы, которыми должно руководствоваться буддийское духовенство в своей практической деятельности и т.д. В целом Положение содержало в себе многие принципы обновленческого движения. Было разрешено восстановить Иволгинский дацан в Бурятии.

Сегодня буддизм начинает возрождаться. В настоящее время на территории России насчитывается около 1 млн последователей буддизма, большинство из которых проживает на территориях его исторического распространения - в Бурятии, Иркутской и Читинской областях, Калмыкии и Тыве. На 1 января 1999 г. было зарегистрировано 167 буддийских общин, групп и организаций. В Бурятии действует более 20 дацанов, существуют общины, не принадлежащие к школе Гелуг. В Тыве зарегистрировано 10 буддийских общин, в Кызыле действует хурээ (храм) Тувдан Чойхорлинг, Дхарма-центр, ряд дуганов (молитвенных домов). Буддизм здесь находится под особым покровительством Далай-ламы.

Буддизм в России достаточно многообразен, его идеи распространены и популярны в среде молодежи и интеллигенции, которые не соотносят себя с какой-либо определенной школой или направлением и не состоят в конкретной буддийской общине.

	
Список используемой литературы:

	

	Эдвард Томас. Будда: История и легенды: ЗАО Центрполиграф; Москва; 2003

	Баширов Л.А. . История религии в России. Учебник-М:изд-во РАГС, 2002.-592 с.

	Радугин А.А. Введение в религиоведение: теория, история и современные религии: курс лекций. – М: Центр, 200.-240 с.

	Маркова А.Н. Культурология. История мировой культуры. Учебник-М6 ЮНИТИ-ДАНА, 2006. -600с.

	5 Ю. Ф. Борунков, И. Н. Яблоков, |М. П. Новиков| Основы религиоведения Учеб. 1994.- 368 с.