Теоретические основы исследования способов психологического воздействия электронных СМИ на население

Теоретические основы исследования способов психологического воздействия электронных СМИ на население

1. Введение

Развитие информационного общества является одной из ведущих мировых концепций на рубеже тысячелетий. Сегодня мощь каждого государства определяется не столько индустриальным, и тем более не военным потенциалом, а в первую очередь способностью органично и своевременно вписаться в глобальное информационное пространство, активно создавать и использовать информационные ресурсы и знание - главный фактор благополучия в грядущем информационном веке.

Лидерами формирования информационного общества во многих странах выступают крупнейшие города, зачастую обладающие наиболее развитой информационной инфраструктурой и богатыми информационными ресурсами, владеющие самыми современными информационными и коммуникационными технологиями. И Россия, конечно, не исключение.

Формирование информационного общества - комплексная проблема, включающая как политико-экономические, социально-культурные, правовые так и технологические аспекты. В последнее время активно развиваются технологии, направленные на психологическое воздействие, психическую обработку, “промывку мозгов”. И в таких технологиях используют самые современные достижения науки и техники, в частности телекоммуникационные и компьютерные технологии. Причиной развития подобных технологий являются самые разнообразные потребности бизнесменов, политиков, педагогов, ученых. Данные технологии задействованы в таких общественно значимых феноменах и процессах как реклама товаров, политическая реклама, выборы, различные геополитические процессы, войны, прочие конфликты и т.д.

Целью данной курсовой работы является обсуждение широкого круга вопросов связанных с исследованием психологических воздействий электронных СМИ на человека.

Мы рассмотрим механизм такого воздействия, отметим некоторые психологические теории на эту тему, проанализируем проблему безопасности и защиты личности в условиях информационного общества, в котором все активнее эксплуатируются различные электронные СМИ (радио, телевидение, компьютеры, Интернет и т.п.), затронем перспективы развития самого постиндустриального информационного общества и человека в нем.

	В воздействии электронных СМИ на человека можно выделить как положительные моменты, так и отрицательные. Задача человека заключается в том, чтобы максимально полно воспользоваться всем положительным и избежать негативных, часто неконтролируемых последствий использования современных средств медиа, использующих радио-, теле-, компьютерные коммуникационные технологии.

2. Современное информационное общество

Сегодня вряд ли кто будет оспаривать очевидное обстоятельство: слово "информация" приобрело поистине магическое значение, а современные информационные технологии стали подлинным локомотивом мирового экономического и технологического развития. Мультипликативный эффект открытий и изобретений в области обработки информации и коммуникации проявляется неотвратимо. История дает нам несколько примеров этих эффектов, которые с полным основанием можно называть информационными революциями.

Пожалуй, первым технологическим достижением, имевшим огромное общественное и культурное значение, было изобретение Иоганном Гутенбергом печатного станка, использовавшего подвижные металлические литеры. Библия Гутенберга, напечатанная в 1456 г., приоткрыла дверь в культурное пространство, передвижение в котором привело нас через 500 лет в информационный век. Впервые в истории человечество получило возможность массово производить и распространять информацию в компактной, сохраняемой длительное время и общедоступной форме.

Не будем останавливаться на двух последующих информационных революциях конца XIX - начала XX веков: изобретениях телефона и радио. Телефон оказался первой сугубо личной коммуникационной технологией, а радиосвязь кардинально расширила понятия коммуникационной сети и информационного пространства.

Четвертую информационную революцию совершил персональный компьютер. Если вторая и третья революции охватывали средства передачи информации, то создание ПК решительно преобразовало способ формирования, организации и распространения знания. Это изобретение позволило массе людей приобщиться к профессиональным знаниям, общественному информационному богатству без помощи посредников и тем самым превратить профессиональные знания в личностно-значимые. Интеллект человека, поддерживаемый ПК, стал инструментом, ориентированным на самопознание и саморазвитие. Персональная компьютерная вездесущность широко распахнула ворота в информационный век. Теперь осталось лишь обеспечить легкий и свободный доступ к информации по всему миру. Это и происходит сегодня, причем революционное значение сетевых коммуникационных технологий уже осознано одновременно с их созданием. Глобальная информационная инфраструктура, информационная супермагистраль, "информация на кончиках пальцев" - это различные наименования пятой информационной революции, революции в телекоммуникациях. Эти метафоры означают, что новые технологии уничтожают понятие расстояния как таковое.

Фактически эта революция интегрирует эффекты всех предшествующих, ибо создает технологическую основу объединения интеллектуальных способностей и духовных сил всего человечества. Как никакое предшествующее открытие или изобретение в мире информации и коммуникаций, сетевая информационная революция оказывает мощное воздействие на все сферы жизни общества: политику, экономику, культуру и, разумеется, на жизнь и безопасность людей.

Опыт развития мировых открытых сетей, например, Интернета, позволяет говорить о начале новой эры в развитии средств и систем переработки информации. В таких сетях пользователь воспринимает сам себя и воспринимается другими как неотъемлемый компонент единого информационного сообщества. Именно это обстоятельство требует внимательного анализа новых угроз, порожденных сетевой информационной революцией, физическому, психическому и социальному здоровью людей.

Человечество неотвратимо вступает в информационную эпоху. Вес информационной экономики постоянно возрастает, и ее доля выраженная в суммарном рабочем времени, для экономически развитых стран уже сегодня составляет 40-60% и ожидается, что к концу века она возрастет еще на 10-15%.

Одним из критериев перехода общества к постиндустриальной и далее к информационной стадии развития может служить процент населения, занятого в сфере услуг:

- если в обществе более 50% населения занято в сфере услуг, наступила постиндустриальная фаза его развития;

- если в обществе более 50% населения занято в сфере информационных услуг, общество стало информационным.

В ряде публикаций отмечается, что США вступили в постиндустриальный период своего развития в 1956 году ( штат Калифорния преодолел этот рубеж еще в 1910 году), а информационным обществом США стали в 1974 году.

Признавая несомненность достижений США и других стран в области информатизации, необходимо понимать, что определенная доля “информационности” этих стран создана за счет выноса ряда материальных, нередко экологически вредных, производств в другие страны мира, за счет так называемого “экологического колониализма”.

Закон экспоненциального роста объема знаний.

По подсчетам науковедов, с начала нашей эры для удвоения знаний потребовалось 1750 лет, второе удвоение произошло в 1900 году, а третье - к 1950 году, т.е. уже за 50 лет, при росте объема информации за эти полвека в 8-10 раз [1]. Причем эта тенденция все более усиливается, так как объем знаний в мире к концу ХХ века возрастет вдвое, а объем информации увеличится более, чем в 30 раз. Это явление, получившее название “информационный взрыв”, указывается среди симптомов, свидетельствующих о начале века информации и включающих:

- быстрое сокращение времени удвоения объема накопленных научных знаний;

- превышение материальными затратами на хранение, передачу и переработку информации аналогичных расходов на энергетику;

- возможность впервые реально наблюдать человечество из космоса (уровни радиоизлучения Солнца и Земли на отдельных участках радиодиапазона сблизились) [2].

Концепция постиндустриального общества как общесоциологическая теория развития достаточно глубоко разработана западными исследователями: Д.Беллом, Дж.Гелбрейтом, Дж.Мартином, И.Масудой, Ф.Полаком, О.Тоффлером, Ж.Фурастье и др. Именно Ж.Фурастье определил постиндустриальное общество как “цивилизацию услуг”.

Отечественная наука обратилась к данной проблематике значительно позже. Это было связано с идеологией, в частности с тем, что в терминах ”постиндустриальное”, “информационное” видели альтернативу формационным терминам - “социалистическое”, ”коммунистическое” общество. Понятие информационного общества нельзя считать рядоположенным с различными типами формаций, оно является лишь наиболее оптимальным способом развития любой из них.

Среди отечественных ученых, внесших значительный вклад в развитие этого направления, необходимо отметить В.М.Глушкова, Н.Н.Моисеева, А.И.Ракитова, А.В.Соколова, А.Д.Урсула и др. В настоящее время активно работают в этом направлении Г.Т.Артамонов, К.К.Колин и др.

Как же может быть определен сам термин “информатизация”? От ответа на этот вопрос существенным образом зависят подходы к анализу реального состояния и перспектив развития процессов информатизации общества.

Наиболее полным представляется взгляд на информатизацию как “системно-деятельностный процесс овладения информацией как ресурсом управления и развития с помощью средств информатики с целью создания информационного общества и на этой основе - дальнейшего продолжения прогресса цивилизации” [4].

По мнению ряда авторов, процесс информатизации включает в себя три взаимосвязанных процесса:

- медиатизацию - процесс совершенствования средств сбора, хранения и распространения информации;

- компьютеризацию - процесс совершенствования средств поиска и обработки информации, а также

- интеллектуализацию - процесс развития способности восприятия и порождения информации, т.е. повышения интеллектуального потенциала общества, включая использование средств искусственного интеллекта.

Специалистами отмечается [5], что, к сожалению, социальная информатизация часто понимается как развитие информационно-коммуникативных процессов в обществе на базе новейшей компьютерной и телекоммуникационной техники. Информатизацию общества в принципе надо трактовать как развитие, качественное совершенствование, радикальное усиление с помощью современных информационно-технологических средств когнитивных социальных структур и процессов. Информатизация должна быть “слита” с процессами социальной интеллектуализации, существенно повышающей творческий потенциал личности и ее информационной среды.

При обсуждении в конце 80-х гг. концепции информатизации страны учеными и специалистами выделялась главная мысль - дело не столько в концепции информатизации, сколько в концепции развития общества, всех его структур, что информатизация - спутник демократизации и невозможна без нее.

Идущий во всем мире процесс становления и развития информационного общества носит объективный характер и не может не затрагивать “извне” и нашу страну, но слабые успехи демократизации нашего общества приводят к отсутствию серьезного социального заказа “изнутри” на совершенствование информационной среды.

Что же такое информационное общество? Каков его образ?

Например, по мнению А.И.Ракитова [6] общество считается информационным, если:

- любой индивид, группа лиц, предприятие или организация в любой точке страны и в любое время могут получить за соответствующую плату или бесплатно на основе автоматизированного доступа и систем связи любую информацию и знания, необходимые для их жизнедеятельности и решения личных и социально значимых задач;

- в обществе производится, функционирует и доступна любому индивиду, группе или организации современная информационная технология;

- имеются развитые инфраструктуры, обеспечивающие создание национальных информационных ресурсов в объеме, необходимом для поддержания постоянно убыстряющегося научно-технологического и социально-исторического прогресса;

- происходит процесс ускоренной автоматизации и роботизации всех сфер и отраслей производства и управления;

- происходят радикальные изменения социальных структур, следствием которых оказывается расширение сферы информационной деятельности и услуг.

Учеными выделяются два основных теоретико-методологических подхода к информатизации общества:

- технократический, когда информационные технологии считаются средством повышения производительности труда и их использование ограничивается, в основном, сферами производства и управления;

- гуманитарный, когда информационная технология рассматривается как важная часть человеческой жизни, имеющая значение не только для производства, но и для социальной сферы.

Причины значительного распространения технократического подхода, отождествления понятий “информатизация” и “компьютеризация” носят как объективный, так и субъективный характер. Объективно развитие новой техники вообще и, в частности, вычислительной техники идет стремительно, имеет “агрессивный” характер. Субъективно же существует весьма значительное число людей как незнакомых с проблемой, так и тех, кому внедрение в общественное мнение подобного отождествления приносит ощутимые финансовые и политические дивиденды.

Социальная информатика - наука, изучающая комплекс проблем, связанных с прохождением информационных процессов в социуме. Это новое научное направление возникло на стыке таких дисциплин как информатика, социология, психология, философия. Впервые понятие “социальная информатика” было предложено А.В.Соколовым и А.И.Манкевичем в 1971 году.

Один из основоположников социальной информатики академик А.Д.Урсул рассматривает социальную информатику как научную базу формирования зарождающегося информационного общества.

3. Основы психологического воздействия на человека

В середине двадцатого века началось серьезное изучение того, без чего уже трудно представить нашу жизнь - рекламы и более широко средств массовой информации (СМИ). Мы сталкиваемся с рекламой повсюду - сидя дома перед телевизором, слушая радио - везде, где бы мы ни находились.

Некоторых людей раздражают постоянные рекламные ролики, появляющиеся посреди любимой телепередачи или повторяемые 100 раз за час по радио. Однако стоит обратить внимание на то, что как бы нам не нравилось это “засилие рекламы” - мы постоянно следуем ей - выбираем “Pepsi”, читаем “ТВ-парк”, покупаем телевизоры “SONY”, пользуемся услугами Столичного Банка Сбережений - да мало ли что еще. Не приходится говорить о том, что выбираем мы исключительно “отрекламированных” президентов - никто не поставит на “темную лошадку”. Причем одна реклама действует на нас более эффективно, чем другая.

Каждый человек объясняет этот парадокс по-своему. Но существует также и научная точка зрения, основанная на многолетних исследованиях, что делает ее более предпочтительной перед ненаучными, хотя нельзя с уверенностью сказать, что она является правильной.

Реклама в США играет жизненно важную роль как стимулятор экономического роста. Ее можно считать так же развлекательной стороной американской жизни, а многие из творений специалистов по рекламе относятся к подлинным произведениям искусства.

С середины нашего века применение массового психоанализа в рекламе стало основой деятельности торговых компаний. Специалисты ухватились за психоанализ в попытке найти более эффективные средства для сбыта своих товаров - будь то продукты, идеи, отношения, кандидаты, цели или душевное состояние.

Новые специалисты называют себя теперь "аналитиками мотивов", или "исследователями мотивов". Лун Ческин, один из виднейших деятелей в этой области, определил ее следующим образом:

“Анализ мотивов относится к типу исследований, которые ставят целью узнать, что побуждает людей делать тот или иной выбор. В этих исследованиях используются средства, предназначенные постичь области бессознательного или подсознательного, поскольку предпочтения обычно определяются факторами неосознаваемыми. Фактически покупатель действует эмоционально и принудительно, реагируя на образы и побуждения, связанные в подсознании с продуктом".

Один специалист по СМИ сказал однажды, что женщины платят за крем во много раз дороже, чем за мыло, потому что мыло сулит им только чистоту, а крем - красоту. "Люди покупают не ланолин, а надежду, не апельсины, а жизненную силу, не автомобили, а престиж.

В исследованиях мотивов и соответствующих экспериментах нет ничего неприкосновенного и святого... Они имеют свои серьезные и смешные стороны, но кроме того, - считаю своим долгом сказать об этом откровенно, - они имеют и глубоко античеловеческий смысл. Многие из них представляют скорее регресс, а не прогресс для человека в его борьбе за то, чтобы стать разумным и самостоятельно мыслящим существом.

Практически эти методы очень далеки от непогрешимости, точности, что вынуждены признать и многие специалисты-психоаналитики. "Но тем не менее ужасное начало положено".

Психологическое воздействие на потребителей.

Увлечение психоанализом объясняется падением спроса на многие американские товары и разочарованием в традиционных методах исследования рынка.

Самым распространенным среди них был статистический метод подсчета перспективных потребителей ("метод подсчета сторонников"), заключающийся в предварительном выявлении лиц, склонных приобрести тот или иной товар. Например: женщины такого-то возраста, такого-то общественного и семейного положения, проживающие в таком-то штате, готовы купить такой-то предмет домашнего обихода по такой-то цене.

Более углубленными наблюдениями установлено, что люди часто не знают, чего хотят, и вовсе не расположены откровенно делиться своими симпатиями и антипатиями.

Журнал "Бизнес уик", комментируя кажущееся часто неразумным поведение покупателей, писал: "Люди действуют как будто неблагоразумно, в действительности же целесообразно. Их поведение приобретает смысл, если рассмотреть его именно с точки зрения их потребностей, целей и побуждений. В этом, кажется, и состоит секрет понимания людей и воздействия на них".

В середине века американскую торговлю стало беспокоить и то обстоятельство, что потребители довольны тем, что у них есть, и не очень стремятся к новым приобретениям. Между тем количество товаров возросло с 1940 года в четыре раза и было установлено, что каждые 25 лет производительность труда удваивается. Таким образом возникла опасность перепроизводства, тем более грозная, что значительно возросла покупательная способность населения.

Это вызвало настоятельную необходимость стимулировать торговлю любыми средствами. Специалисты-производственники стали переучиваться на коммерсантов, и в высших кругах строились планы революции в торговле. Расходы на рекламу составили в 1955 г. девять миллиардов долларов против восьми в 1954 и шести в 1950. Некоторые фирмы стали вкладывать в рекламу до четверти своих доходов, а один крупный фабрикант косметики воскликнул: "Мы продаем не губную помаду, а покупаем потребителей".

На пути увеличения спроса на товары стояли два сильнейших препятствия: первое - как будто полная удовлетворенность населения прежними приобретениями и второе - все возраставшая стандартизация продуктов, лишавшая их индивидуальных признаков.

Именно в то время забрезжили две новые идеи, подсказанные психологами: пропагандировать среди населения чувство недовольства тем, что у него есть, и все мерно побуждать ко все новым и новым покупкам; обратиться к стимулам, хранящимся в подсознании потребителей и энергично их эксплуатировать.

"Чем больше сходство между продуктами, - заявил тогда видный специалист по рекламе Дэвид Огилви, - тем меньшую роль при их выборе играет рассудок. Это касается не только сигарет, пива, кондитерских изделий и т. п. предметов широчайшего спроса, но также автомобилей".

Ему вторил другой специалист, предлагавший решительные меры. "Если падает спрос на какой-либо товар, - писал он, - то необходимо оглушить потребителя таким образом, чтобы он сделал покупку пока находится в бессознательном состоянии".

Слово "бессознательное" стало девизом и содержанием нового направления в СМИ.

Теории психологических состояний.

Современные рекламные специалисты США придерживаются теории трех психологических состояний: 1) человек знает, что с ним происходит, и может объяснить это; 2) человек отдает себе отчет в своих чувствах, но не может объяснить их причину; 3) человек ничего не знает ни о своем состоянии, ни о вызвавших его причинах. Особенно усиленно изучаются в последнее время состояния второе и третье. Это область анализа мотивов, или, для краткости, АМ. За звание родоначальника этого направления спорят между собою Эрнест Дихтер, руководитель Института анализа мотивов, и Лун Ческин, директор Института цвета.

АМ. приобретает все больше последователей. Об этом можно судить хотя бы по тому, что справочник, составленный психологом Джорджем Смитом и содержащий сведения о 150 исследователях мотивов и более 80 фирмах, заинтересованных в таких исследованиях, стоит 25 долларов. Вообще же психологов, работающих на рекламу, насчитывается ныне в США по крайней мере семь тысяч. Они числятся либо в штате рекламных фирм, либо непосредственно в информационных отделах промышленных и торговых предприятий.

Д-р Лихтер получает за однодневную психологическую консультацию 500 долларов, а его институт занимает 30 комнат, в которых скрытым образом изучаются реакции телезрителей на соответствующие телепередачи. Институт издает журнал "Мотивы", годовая подписка которого стоит 100 долларов. За специальные исследования взимается от нескольких сот долларов до 25 тыс. Доход института составил в 1955 году 750 тысяч долларов. Работают в нем 25 специалистов-психологов, антропологов. Д-р Лихтер утверждает, что к приобретению товара побуждают чувства, таящиеся в глубинах мозга, и именно их надо мобилизовать при помощи рекламы. "Продавайте, - сказал он однажды владельцу обувной фирмы, - не туфельки, а красивые ножки".

Другой видный сторонник А.М., Пьер Мартино, заведующий отделом исследований газеты "Чикаго трибюн" тратит ежегодно на психологические и социологические изыскания сто тысяч долларов. "Я хочу найти разумное объяснение тому, - писал Мартина, - что современная реклама пытается делать путем сочетания множества видов символической связи. Здесь и семантика, и эпистемология символических форм Кассирера и Лангера, вся психология эстетики и символическое поведение в понимании антропологов".

Лун Ческин возглавляет институт, 50 сотрудников которого занимаются изучением влияния цвета и другими глубинными исследованиями. Он любит вспоминать о том, как однажды победил д-ра Лихтера в конкурентном исследовании одной фабричной марки.

Третий видный сторонник А.М. - Джеймс Викари психолог, социолог, антрополог.

Исследованием мотивов занимаются также крупнейшие информационные фирмы. Такими исследованиями руководят весьма авторитетные специалисты, заставляющие своих подчиненных повышать квалификацию при помощи лекций и чтений соответствующей литературы, куда входят уже сотни названий, в том числе и работы И.П. Павлова. Предметом исследования одной из таких фирм послужил, например, биологический месячный цикл женщины, с целью установить эмоциональные особенности каждого периода и наиболее эффективные мотивы потребления тех или иных товаров, соответствующие этим эмоциональным состояниям.

Методы исследования мотивов.

Методы исследования мотивов нередко черпаются из психиатрической клиники. К ним относится, к примеру, психоаналитическая беседа, проводимая также по телевидению и имеющая целью выявить все оттенки чувств, вызываемые, в частности, такими интимными товарами, как слабительные, средства от пота, полноты, гигиенические салфетки и т. п.

Применяются также методы замаскированные, когда исследуемые лица не подозревают цели опыта и обнаруживают себя косвенным путем, описывая, например, незнакомую картину или толкуя причудливые чернильные пятна (тест психиатра Германа Роршаха). Такой метод носит название проекционного.

Кроме психологических используются физиологические методы исследования, например, кожно-гальванического рефлекса. Производятся исследования при помощи гипноза, позволяющие восстановить давно воспринятые впечатления, выявить склонность испытуемых к одним маркам товара и отрицательное отношение к другим.

Опыты с подпороговыми эффектами. В одном кинотеатре в Пью-Джерси во время демонстрации фильма на экране появилась реклама мороженого. Вспышки были очень короткими, но достаточными для того, чтобы их заметили. В результате резко увеличилась продажа мороженого. После этого были проведены успешные опыты также с телезрителями, но специалисты считают, что такие опыты больше подходят для кино.

"Люди странно преданы своей марке сигарет, но да же при специальных испытаниях не могут отличить ее от других. Они курят целиком ее образ". Такой вывод сделали авторы одного исследования. Задача рекламы, стало быть, состоит в том, чтобы создать в умах потребителей такие образы товаров, которые в условиях конкуренции побуждали бы их приобрести рекламируемое. Это тем более необходимо, что многие предметы потребления стандартизированы. Только шесть человек из 300 испытуемых смогли различить марку трех предложенных им сигарет. Лун Ческин создал образ маргарина в виде цветка клевера, а Дэвид Огилви - образ мужской рубашки в виде усатого мужчины с черной повязкой на глазу. Образ этот повторялся множество раз в рекламах фирмы, даже без текста, и имел большой успех.

В 50-х годах одна рекламная фирма провела исследование 8 курящих мужчин и заранее установила, какой марке сигарет привержен каждый из них. Применялись различные методы, в том числе тест Роршаха. Подробности опыта засекречены.

После падения спроса на сигареты, вызванного широко опубликованными данными о связи курения с легочным раком, многие ведущие фирмы изменили свои марки, стремясь создать новые образы, более соответствующие личным особенностям потребителей.

Специальными исследованиями установлено, что только незначительная часть покупателей автомобилей интересуется их техническими качествами. Для подавляющего большинства он имеет социальное и психологическое значение, как символ их индивидуальности и общественного положения. В одном исследовании установлена даже связь между маркой машин и наиболее ей соответствующей (по мнению исследователей) личной и общественной характеристикой предполагаемого покупателя. О таком лице опытный психолог может заранее сказать, какие он курит сигареты, какой потребляет крем для бритья, какой бритвой бреется и какой авторучкой пишет.

Анализ внутренних переживаний.

В других случаях реклама строится на смягчении или подавлении чувства вины, испытываемой потребителями при покупке некоторых товаров, например, сигарет, кондитерских изделий, алкогольных напитков (чувство вины за нарушение гигиенических правил).

Установлено, что люди курят, чтобы освободиться от напряженного состояния, стать более общительными или уравновешенными, наградить себя за труды. Самый важный мотив: американцы курят вопреки грозящей им опасности. Это доказывает их силу, мужество. Курящие подростки демонстрируют этим свою самостоятельность, зрелость. Курящие молодые люди выглядят старше, а пожилые - моложе.

"Вина" потребителей конфет была смягчена тем, что стали выпускать маленькие или плиточные конфетки, которые можно есть по кусочку, не нарушая их вида. Это же рекомендовалось текстом рекламы, добившейся заметного успеха в сбыте "запрещенных" сластей.

Исследованиями страха перед воздушной катастрофой установлено, что люди не столько боятся своей смерти, сколько реакции семьи на их гибель. Один из исследованных мужчин представлял себе, как жена, узнав о его гибели, скажет: "Проклятый дурак, не мог ехать поездом". В результате авиакомпании стали изображать на своей рекламе маленькую женщину и убеждать ее (текстом рекламы), что таким путем муж скорее к ней вернется. Одновременно стали подбирать стюардесс и пилотов, умеющих говорить спокойно, убедительно, и более того, стали даже специально учить персонал таким интонациям, записывая их выступления на пленку для последующего их разбора. (Образец объявления: "Компания ищет пилота, который умеет так же хорошо говорить по радио, как он ведет машину".)

Многие клиенты боятся банков и предпочитают брать взаймы у частных заимодавцев, хотя те берут более высокий процент. Дихтер объясняет это более строгим моральным авторитетом банка, под контроль которого попадает должник. При сделке с частным кредитором роли меняются: должник осознает свое моральное превосходство над ним, и таким образом "более высокий процент - это небольшая компенсация за эмоциональное равновесие".

Внутренние потребности.

Другие глубинные мотивы, используемые в рекламе: Чувство уверенности (домашние холодильники, кондиционеры воздуха). Надежность (мыло, патентованные фармацевтические средства).

Самоудовлетворение (экскаваторы: машинисты обижались на то, что их изображают едва видными по сравнению с машинами; продажа усилилась, когда на рекламе стали показывать машинистов хозяевами машин, а не придатком к ней).

Творческие наклонности (садоводством увлекаются пожилые люди, которые не могут уже иметь детей; работа на земле - компенсация бездетности. Печение торта напоминает рождение ребенка, торт - символ ребенка. Сухое печенье - символ плохого ведения хозяйства, женщины против него, как и против концентратов; совет: не давать им все в готовом виде, а оставлять что-нибудь для их хозяйственной самодеятельности. При продаже готовых домов умышленно оставляют некоторые мелкие недоделки, чтобы удовлетворить потребность покупателей в самодеятельности. В патентованных лекарствах оставляют небольшие пробелы для вмешательства врачей).

Объекты любви (изображение матери сопровождает выступление пианиста Либерейса, а его самого показывают на рекламе "со всеми ямочками", привлекающими бездетных женщин).

Сила (мощные автомобильные моторы; "полная мощность" на рекламе бензина "ЭССО"; моторные лодки).

Семейные традиции (вино: "Добрые старые времена - родное сладкое домашнее вино - вино, которое делала бабушка". С такой рекламой фирма вдвое увеличила сбыт своего вина и стала тратить на рекламу 2 млн долларов - самая крупная сумма в винодельческой промышленности).

Бессмертие (страхование жизни: женщин надо страховать, не напоминая им, что они стареют; мотивы настойчивости и пользы страхового агента, а также обеспеченности семьи после смерти застрахованного кормильца бессмысленны. Надо обещать застрахованному "надежду на бессмертие", достигаемое через гарантию от забвения: мужчина и после смерти будет руководить своей семьей - "герой, вечный защитник, кормилец, утешитель и руководитель").

Доминирующая роль врожденной сексуальности.

Сексуальные мотивы использовались в рекламе эмпирически задолго до появления психоанализа, но учение Фрейда побудило по-иному посмотреть на это дело. Исследованиями обнаружено, что многие косметические товары оставались на туалетных столиках женщин неиспользованными и даже неначатыми: женщины были разочарованы в том, что прежние средства не помогли им достигнуть цели, ради которой они прибегли к косметике, получившей у них название "мертвого энтузиазма". В середине 50-х годов появилось 250 новых марок парфюмерных и косметических изделий, но их нельзя было рекламировать по-старому, потому что грубый сексуальный мотив уже не действовал. Исследователи нашли, что надо делать акцент на поэзии, фантазии отношений между полами, на капризе и т.п. В то же время реклама некоторых предметов женского туалета стала приобретать более открытый сексуальный характер. Широкую известность получила реклама бюстгальтеров с изображением женщины в одной этой принадлежности туалета, бродящей среди толпы нормально одетых людей. Надпись гласила: "Мне приснилось, что в новом бюстгальтере я остановила уличное движение". Подобные сны стали изображаться и на других рекламах, а одна фирма объявила 10 тысяч долларов премии за лучший сон. Макмарра установил, что авторучки - символ мужского тела, а Дихтер - что автомашина - символ любовницы. Нильсон наблюдал болельщиков спортивной борьбы и пришел к заключению, что женщин среди них вдвое больше мужчин, и что у них сильны садистские и мазохистские переживания. Психоаналитики выяснили, что в середине XX века мужчины и женщины обнаружили сильную потребность сохранить отличительные свойства своего пола и соответственно этому стали строить рекламу предметов, предназначенных для мужчин и женщин, делая в одних случаях ударение на мужественности, в другой - на женственности. В рекламе женского белья большую роль сыграл нарциссизм: показывали женщину в белье, любующуюся собой в зеркале. Продажа женского белья рекордно увеличилась. Бритье бороды психоаналитики рассматривают как символическую кастрацию; когда большому числу мужчин предложили раз и навсегда избавиться от бороды при помощи специального крема, то охотников оказалось очень мало. Сигара - символ мужественности. Молодой отец угощает сигарой и этим как бы заявляет, что у него родился ребенок. Мужчина просит у дамы разрешения закурить сигарету, но он явно неискренен. Придя к выводу, что женщинам нравится, когда мужчины курят, психоаналитики стали советовать владельцам магазинов предлагать женщинам сигары, как подарок мужьям, и это имело успех. Психоаналитики обнаружили, что у мужчин и женщин различные мотивы покупки одних и тех же товаров. Мужчина, например, смотрит на дом, как на мать, к которой он приходит отдохнуть после утомительного рабочего дня, женщина сама себя отождествляет с домом. В соответствии с этим стали дифференцировать рекламу. Изменилась даже реклама спиртных напитков, когда обнаружилось, что их покупают не только мужчины, но и женщины. Например, изменили форму посуды и даже этикетки, закрутив у них углы. С другой стороны, на рекламе сигар стали изображать мужественных мужчин с татуировкой на руке. Это нашло такой отклик, что в продаже появились узоры татуировки, которые можно наклеивать на предплечье.

Переживания детского возраста.

Эти переживания особенно энергично эксплуатируются в рекламе продуктов питания, сигарет и жевательной резины. Основой основ служит здесь толкование полости рта, как зоны наслаждения. Грудной ребенок находит успокоение и удовольствие в материнской груди, взрослые - в пище, курении, сосании. Многие пищевые продукты приобретают таким образом скрытое психологическое значение, служащее предметом исследований. Д-р Лихтер занялся исследованием мороженого и пришел к выводу, что его надо показывать на рекламе не в виде аккуратно разложенных пакетиков, а обильными порциями на тарелках или в вазах, потому что здесь потребитель может утопить свой рот в вожделенной сласти. Рекламные кампании, построенные в середине 50-х годов на этой рекомендации, сильно повысили спрос на мороженое. Супы нравятся людям по той причине, что бессознательно напоминают об околоплодной жидкости в утробе матери. - Курение толстых сигар воспроизводит сосание большого пальца, курение длинных сигарет - кусание ногтей. Курение табака и жевание резинки снимает напряжение, успокаивает. Уже сама папироса в руках - это начало привычной повторяющейся успокоительной процедуры. Наблюдения над женщинами - покупательницами в новейших огромных магазинах самообслуживания (супермаркетах) показали, что покупки часто совершаются здесь не по заранее составленному перечню, а импульсивно - под влиянием обилия товаров. Большую роль при этом играют внешний вид товара, его запах, цвет: маринады, фруктовые компоты в стеклянных банках, конфеты, пирожные, закуски составляют в общем более 90% таких импульсных покупок. Джеймс Викари взялся исследовать это влияние и в качестве физиологического показателя выбрал количество мигания глаз покупательниц при помощи скрытой камеры. У нормального человека глаза мигают 32 раза в минуту, при сильном волнении, напряжении - до 50 - 60 раз, при расслабленном состоянии - до 20 и менее. Викари установил, что во время отбора товаров число миганий у женщин падает до 14 в минуту, что можно сравнить с состоянием транса. Женщины как бы загипнотизированы окружающим их и доступным изобилием, они не замечают своих знакомых, не здороваются с ними, ударяются о полки, спотыкаются о ящики, не видят камеры, щелкающей на близком расстоянии от них. Когда женщины, наполнив свои тележки, направляются к контрольному прилавку, картина меняется: число миганий увеличивается у них до 25 в минуту, а при звуке аппарата, выбивающего чек, и при голосе кассира, называющего сумму, - до 45 в минуту. Во многих случаях оказывалось, что у покупательниц не хватало денег, чтобы расплатиться за "импульсивные" покупки. После исследований стали прибегать к еще более яркой и привлекательной упаковке. При этом обнаружилось, что сильнее всего гипнотизируют желтый и красный цвет (на мужчин сильнее действует синий). Появилась упаковка, изображающая соблазнительные процессы приготовления пищи и как будто взывающая к завершению таких процессов. Рекламные работники додумались даже до говорящей упаковки, начинающей тихую беседу о товаре, когда берешь его в руки. Исследованиями установлено, что женщины, направляясь за покупками, оставляют очки дома. В связи с этим стали раскладывать товар на уровне глаз, а особенно соблазнительные товары - на видном изолированном месте и в большом количестве, что называется навалом, так как изобилие сильно привлекает покупателей. В некоторых магазинах имеются, наряду с тележками для взрослых, также маленькие тележки для детей. Ребята набирают в них то, что им нравится, а затем, нередко со спорами и пререканиями, заставляют матерей платить. Резко повышают сбыт магазины, дающие попробовать товар (например, сыр) или угощающие напитками (например, кока-колой). Общий эффект таких соблазнов: увеличение расходов средней американской семьи на питание с 23% до 30% заработка. По пути торговцев товарами широкого потребления пошли также некоторые страховые общества, раскладывающие свои полисы на столиках в магазинах дорогих вещей и добивающиеся успеха: покупатели берут их. Тщательные и продолжительные наблюдения над приобретением дорогих вещей показали, что и такие вещи покупают импульсивно, но нередко также с целью освободиться от напряженного состояния, к которому приводит нерешительность.

Социальная стратификация.

В 1948 году вышла из печати книга Ллойда Уоркера "Общественный класс Америки", в которой был дан анализ мотивов поведения людей разных классов. Книга стала важнейшим пособием к изучению рынка, а автор - компаньоном рекламной фирмы. Уоркер различает шесть классов:

1. Высший (представители старинных аристократических фамилий). 2. Высокий (новая богатая аристократия). 3. Высший средний (различные специалисты, руководители фирм, владельцы крупных торговых предприятий). - Эти три класса составляют 15 % населения. 4. Средний (служащие, ремесленники, квалифицированные рабочие). 5. Низший средний (рабочие, некоторые иностранные прослойки). - Эти два класса составляют 65% населения. 6. Низший (остальные) - 20% населения.

Для торговых компаний особый интерес представляют классы 4 и 5, составляющие большинство населения и обладающие большой покупательной способностью. При этом коммерсанты больше интересуются женщинами этих двух классов, на долю которых падает около 80% семейных решений о новых приобретениях. Этих женщин называют "Миссис среднее большинство" или "Любимицей рекламных агентств". - В связи с этим в американской литературе появились исследования, касающиеся потребностей и привычек таких женщин, их социального, семейного, морального и религиозного облика. Цель таких исследований отнюдь не академическая, а чисто практическая: найти наилучшие средства для привлечения женщин в магазин.

Американское общество состоит из многочисленных классов и классовых прослоек, для которых ("не считая самых низких слоев, погруженных в мрак невежества") характерно стремление вверх по общественной лестнице. Огромную роль играют при этом материальные символы общественного положения, с громадной выгодой эксплуатируемые рекламой. Торговые фирмы продают символы, а население охотно их покупает. Это значит, что можно успешно рекламировать более дорогие и изысканные продукты питания, одежду, убранство жилья, автомобили. Большую помощь оказывают специальные исследования. Ческин установил, что покупка платья продолжается 90 минут и основана на 3 основных мотивах: 1) влюбленность в платье - его цвет, покрой и т. д. 2) сама женщина в платье, 3) мода. Решающую роль (40% покупок) играет мода, побуждающая принять положительное решение даже в тех случаях, когда платье не нравится. Другие исследования привели к заключению, что есть три важнейших средства воздействия на покупателя (имея в виду его стремление занять более высокое общественное положение): 1. Предлагать предметы большого размера. Это касается, например, кухонных плит, но больше всего - автомобилей ("Люди понимают, что если вы сделали скачок от "Форда" к "Кадиллаку", то вы украли деньги," - Пьер Мартина, руководитель исследований при газете "Чикаго трибюн"). Маленькая машина - низкий престиж, большая машина - высокий престиж. 2. Указывать на ярлыке соответствующего предмета высокую цену. Парадоксальный факт, но вполне реальный: известно, например, что машину "Шевроле" не покупали вследствие умеренной ее цены по сравнению с другими марками; одна фирма выпустила духи стоимостью 45 долларов за флакон, вторая - сигареты по 35 долларов за пачку; третья - шариковую ручку стоимостью 50 долларов. 3. Заручаться отзывами знаменитостей о продаваемом товаре. Имеются специальные фирмы, организующие сбор таких отзывов и делающие огромные обороты. Общий вывод: "Мы можем только догадываться о напряжении и волнении, вызываемых безумной погоней за эмблемами успеха в нашем обществе, и содрогаться при мысли о том, к чему это может привести во время экономического застоя," - Роберт Лекахман, экономист.

Борьба с подсознательным сопротивлением.

Речь идет о нелогичном и настойчивом сопротивлении как раз тем элементам рекламы, которые специалисты считают наиболее эффективными. Так, например, многие женщины категорически отвергли изображение нового, автоматически переключающегося холодильника, с открытой дверью. Говорили, что это неоправданная расточительность. На рекламе автоматических стиральных машин фирма показывала, что во время стирки семья может даже спать и помещала всех членов семьи в одной кровати. Это возмутило женщин, заявлявших, что семья, приобретающая такую стиральную машину, может обзавестись и достаточным числом кроватей. Медицинское общество, призывавшее население пользоваться помощью только квалифицированных врачей, показало в своем кинофильме девушку, обратившуюся к шарлатану и обжегшую лицо во время рентгеновского снимка. В результате население данного района вообще стало отказываться от рентгеновского обследования. Желая показать прочность чемоданов из стекловолокна, фирма изобразила на рекламе чемодан, выпавший из самолета и оставшийся невредимым. Это сильно напугало читателей рекламы, так как, по их мнению, это означало, что чемодан может пережить воздушную катастрофу, а они - нет. Реклама супа с отрывным купоном, дававшим право на премию - нейлоновые чулки, сильно обидела хозяек, заявивших, что ногам не место в супе. Реклама пива подчеркивала низкую калорийность своего напитка с целью привлечь потребителей, боящихся пополнеть. Это привело к падению спроса. Специальное исследование показало, что низкая калорийность ассоциируется с болезнью, самоограничением, диетой и т. п. непривлекательными понятиями. В одном случае специалисты пришли к выводу, что телевизионная реклама воспринимается лучше, когда она включается в плохую программу, чем в хорошую, так как хорошая отвлекает от рекламы. Во всех примерах (кроме последнего) потребовалось много усилий, чтобы избавить информацию от подобных вредных для дела ассоциаций, которые она может вызвать. Некоторые фирмы (с помощью психологов) стали проверять на свободные ассоциации (по Фрейду) все слова, составлявшие текст их рекламы.

Психологические соблазны детей.

"Будущая профессия всех сегодняшних детей - быть квалифицированными потребителями" (Д. Рисман. Одинокая толпа). К такой профессии надо готовить, и реклама активно этим занимается. Во-первых, миллионы мальчиков и девочек сами потребители. В школах распространяют огромное количество рекламных материалов, в том числе игрушек, и в качестве помощников торговых предприятий привлекают учителей. Во-вторых, в школе же дети узнают о многих товарах для взрослых и становятся бесплатными агентами, настойчиво побуждающими родителей приобретать эти товары. Нередко детишки распевают звучные рекламные стишки и тем самым способствуют запоминанию тех или иных марок. Содержание таких стишков часто не соответствует детскому возрасту. В-третьих, организуется специальная молодежная реклама. Студенты, например, получают вознаграждение за раздачу товарищам бесплатных образцов сигарет.

Новые возможности для увеличения числа потребителей.

В середине 50-х годов в США началась кампания по усилению сбыта многих товаров, прежде всего мужской одежды и обуви. Американцы носили долго одни и те же довольно грубые костюмы, головные уборы, а после войны донашивали военные ботинки. Женской одежды и обуви продавали значительно больше, чем мужской. По совету психологов новая рекламная кампания строилась на создании и укреплении понятия "старения" предметов потребления. Появлялись все новые и новые образцы товаров, а для успеха дела мужской туалет стали рекламировать через женщин и даже, в некоторых случаях, через женские журналы. На одной рекламе, например, были изображены четыре женщины, каждая в наряде соответственно определенному случаю и каждая с мужской шляпой, которую она протягивала мужчине, приглашая его одеться соответственно ее наряду. На рекламе появились разноцветные костюмы, особенно рубашки, получившие большое распространение среди мужчин. Мужские платяные шкафы постепенно заполнялись предметами, которых там раньше не бывало. Реклама оказала воздействие также на наиболее консервативную часть населения - фермеров, которые тоже стали одеваться и обуваться так, как никогда до этого. Понятие "старения" реклама стала связывать с такими предметами домашнего обихода, как холодильники, электробытовые приборы и многое другое, не говоря об автомобилях. В одной области одни модели сменялись другими, чтобы не отстать от моды, множество людей приобретало новые предметы, когда старые были еще в хорошем состоянии. Новым толчком для развития рекламы в США послужило увеличение свободного времени. Американцы не любят безделья даже во время отдыха, и вот появились в продаже игры и занятия (моторный спорт, рыболовство, предметы для самодельного конструирования и т. п.), продававшиеся за огромные суммы. Окрыленные успехом специалисты-психоаналитики начинают активно вмешиваться в политическую пропаганду (сбор средств в различные фонды, создание "климата оптимизма" в США и многое другое), предлагая свои услуги для усиления воздействия на духовную жизнь американцев и их гражданское поведение.

Психологическое воздействие на граждан. Образ политика.

Кампания по выбору президента 1952 года (в которой конкурировали Эйзенхауэр от республиканской партии, выбранный президентом, и Стивенсон от демократической) проводилась по всем правилам современной крупнейшей национальной рекламной кампании. И это не удивительно, так как в числе руководителей этой политической кампании были виднейшие специалисты по рекламе и известные рекламные фирмы. В основу кампании были положены отнюдь не убеждения кандидата и не его политическая платформа, - требовалось созидать "образ" президента в таком же смысле, как по учению психоаналитиков создается образ товара. Задача при выборе президента такая же, утверждал Рессор Ривз, как при продаже двух одинаковых по качеству тюбиков зубной пасты разных фирм: победу одержит та, название которой сильнее внедрено в память потребителей. В связи с этим он предложил напоминать об Эйзенхауэре (на которого работал) ежедневными короткими (в несколько минут) сообщениями. В сценарии кампании предусматривались и тщательно разрабатывались малейшие детали "образа": выражение лица, голос, интонации, костюм, прическа и даже цвет оправы очков. Наименьшее значение придавалось содержанию речей: во время получасовой демонстрации по телевидению кандидату, случалось, давали на выступление не более минуты. Стивенсон в этой кампании провалился по той причине, что у него было меньше денег, чем у его противника. Крупные рекламные фирмы ему не помогали, так как боялись вызвать недовольство своих заказчиков - республиканцев. Однако со Стивенсоном проделывали то же, что с Эйзенхауэром, и он однажды с горечью произнес: "Мысль о том, что вы продаете кандидатов на высокие посты, как овсяную кашу для завтрака, предельно оскорбительна для демократии".

Формирование членов коллектива для проявления инициативы.

В середине нашего столетия в США обозначилось стремление многих людей объединяться в разного рода группы. Такая тяга в коллективы сильно поощрялась сверху, со стороны власть имущих, потому что управлять группой легче, чем неорганизованными людьми. Появились "общественные инженеры", готовые помочь администрации в управлении непокорными подчиненными. В связи с этим социолог Дэвид Рисман сделал анализ распространенного детского рассказа "Мотор Тудл", в котором шла речь о молодом моторе Тудле, которого обучали следить за красным сигналом и не съезжать с дороги, что тому больше всего хотелось. За ним, однако, следили, и однажды, когда он позволил себе такую вольность, он наткнулся на красный сигнал. Такие же запретительные знаки оказались справа, слева, сзади, мотор вынужден был вернуться на большую дорогу и пообещать впредь не покидать ее. Рисман усмотрел в этом рассказе прообраз американской системы воспитания детей в духе подчинения. Своеобразное отражение такой вид массового воздействия получил в телевидении, где ныне имеются, например, в законсервированной форме (записанными на пластинки) многие варианты смеха, от тихого до громоподобного. Ими пользуются во время телепередач, исходя из того, что никто не любит смеяться в одиночку. Изобрели даже аппарат, при помощи которого можно воспроизвести до ста видов смеха. Поступающего на работу в промышленное предприятие психологи проверяют с точки зрения его умения ладить с людьми (бригадой, звеном) и уживаться с ними. Исследуется также принадлежность кандидата к нежелательной для администрации группе, прежде всего к профессиональному союзу. С другой стороны, на предприятии пытаются создать хороший эмоциональный климат, чтобы смягчить недовольство рабочих и удержать их от выражения протестами вступления в тот же профсоюз. Практически это выглядит так. Группа женщин-работниц жаловалась на тесное колированное помещение, в котором им приходилось работать. Настроение их поднялось, когда им сделали шторы для окон и улучшили освещение. Один служащий чувствовал себя угнетенным оттого, что в его письменном столе было только три ящика, а у его товарищей по работе - четыре. Он воспрянул духом, как только ему переменили стол. Особые тесты - перекрестные методы оценки - применяются к руководящим работникам. При выдвижении человека на более высокую должность его испытывают в некоторых случаях так, что он сам об этом не догадывается, например, в обществе гостей или после выпивки. Во многих фирмах тщательно исследуется домашняя и семейная жизнь кандидата на работу. Усиленное внимание уделяется женам. Существует даже наиболее желательный - идеальный тип жены работника фирмы - она должна:

1) легко приспосабливаться к обстоятельствам,

2) быть очень общительной и

понимать, что ее муж всецело принадлежит фирме. "Всецело" - значит буквально душой и телом.

"Методы получения согласия" - это название книги-руководства по психологии воздействия. В ней ряд статей, и ее редактор Эдвард Л.Бернейз пишет, что "на создание благоприятного отношения к товарам тратится в США значительно больше миллионов, чем на создание благоприятного отношения к компаниям, производящим эти товары". Создать такое отношение входит в задачу специалистов по связям с общественностью, которых в Америке около 40 тысяч; на соответствующее развитие общественных отношении лишь сто ведущих компаний израсходовало 50 миллионов долларов. Информационный аппарат, имеющийся в распоряжении системы общественных связей: 1.800 ежедневных газет, 10.000 еженедельных газет, 7.600 журналов, 2.000 торговых журналов, 7.635 названий иноязычной периодики и периодики для афроамериканцев, 6 тыс. театров, а также теле- и радиоприемники. Такими целями, как широко пропагандируемая улыбка на лице, промышленные и торговые корпорации уже не удовлетворяются - им нужно перестраивать сознание населения и реорганизовывать общество по данным образцам. Техникой "общественных отношений" пользуется религия - для упрочнения своего финансового положения, воздействия на верующих, показа практической ценности некоторых религиозных понятий и возвращения отбившихся от веры в лоно церкви. В основе всей этой деятельности лежит уверенность в том, что на людей действует не логика, а инстинкт и эмоции, поэтому на эмоциях и надо играть. Этим занимаются социологи, психологи, антропологи, разрабатывающие теорию "движущих сил" и способы их приме нения в жизнь. Широко прибегают к психологическим методам воздействия многочисленные благотворительные фонды, занимающие в США 4-е место по денежным средствам. Это целая отрасль хозяйства, пользующаяся услугами более 400 фирм, специализировавшихся на сборе средств для фондов, разбросанных по всей стране. Для того чтобы убедить человека отдать доллар, требуемся больше усилий, чем для того, чтобы убедить его истратить доллар, заявляет один из специалистов этого дела (Джойс), поэтому нужно уметь убеждать. Резервы же далеко еще не исчерпаны. Профессионалы, вроде того же Джойса, располагают, например, картотеками до 70 тысяч фамилий, в которых записаны все слабости возможных жертвователей и которые непрерывно пополняются, "подобно картотекам федерального бюро расследований на лиц, подозреваемых в коммунизме". По мнению другого специалиста, Бетти, в настоящее время разработано уже более 30 мотивов жертвования. Среди них очень сильны мотивы: личной выгоды (построим больницу, сами будете в ней лечиться); интересов общества; деловой выгоды (жертвователь может установить связи с "лучшими людьми города", тоже жертвователями, и извлечь из этого пользу).

О воспитании в духе оптимизма.

В 20-х годах американцы по 10 раз в день повторяли формулу Эмиля Куэ: "Мне становится все лучше и лучше". Постепенно становилось очевидным, что таким заклинанием мало чего можно добиться в деловой жизни, но в середине 50-х годов куэизм вновь стал возрождаться. Тон задавали высокие деловые и правительственные круги, пресса. Все в один голос утверждали, что промышленность и торговля успешно развиваются, что перспектива здесь самая блестящая. Такая кампания получила название "торговля психологией" и, как впоследствии обнаружилось, она была организована и непрерывно вдохновлялась все теми же специалистами по психологическому воздействию. Цель у нее была весьма определенная: заставить людей покупать все больше и больше - под влиянием ли импульса, или для престижа, для приятного провождения времени. Д-р Дихтер больше всего опасался ослабления напряженности такого бума и писал по этому поводу так: "Наше процветание держится на психологическом фундаменте, и те экономисты и представители деловых кругов, которые предсказывают спад, играют с огнем и оказывают нам плохую услугу". Заметную роль во всем этом деле играл президент Эйзенхауэр - "оптимист во что бы то ни стало". "Спокойная, мечтательная, рассеянная улыбка" стала символом кампании, и ее можно было наблюдать в тех местах, где недавно побывал президент. В 1956 году Эйзенхауэр собрал у себя на ферме 500 лидеров республиканской партии (в связи с предвыборной кампанией), и когда председатель Холл громко спросил, все ли счастливы, собравшиеся хором воскликнули: "Да, счастливы!" ("Нельзя недооценивать значение улыбки", - говорил он на этом совещании). Вскоре вспыхнула война на Среднем востоке, стершая с лица американцев "рассеянную улыбку".

В 1956 году Джон Шнайдер, в прошлом агент по рекламе, опубликовал сатирический роман "Золотая дудка", в котором описал приемы "торговли психологией", мобилизованные во время президентских выборов 1960 года. По мнению автора, это был кульминационный пункт направления, получившего начало в 1952 году, когда специалисты по рекламе появились среди руководящих деятелей обеих политических партий и когда впервые кандидаты в президенты стали товаром, политические кампании - делом, способствующим продаже, а избиратели - рынком. Соперничество между кандидатами свелось, по Шнайдеру, к усиленной борьбе между крупнейшими рекламными фирмами, руководившими кампаниями. Применялись новейшие способы воздействия на публику, прежде всего соответствующим образом инсценированные "эффективные представления". Что до речей, то даже "пятиминутные" считались слишком длинными. "Послушайте, - сказал однажды руководитель рекламной фирмы "своему" кандидату, пожелавшему выступить с речью о внешней политике в атомном веке, - если хотите произвести впечатление на проповедников, интеллигентов, студентов Колумбийского университета, то используйте для этого свое личное время, а не мое, телевизионное. Учтите свой рынок, человек. Ваш рынок - 40 - 50 миллионов слюнтяев, сидящих дома и следящих за вашим вздором по радио и телевидению. И этих слюнтяев беспокоит атомный век? Чепуха! Их тревожит оплата счета в бакалейном магазине в следующую пятницу". "Упакованная душа" - синоним стандартизации американских граждан. В этом смысле Паккард считает показательным два новых американских института, деятельность которых имеет прямое отношение к унификации сознания граждан. Первый из них - это новейшие жилищные массивы, оборудованные вплоть до запаса продуктов в холодильнике. В такой дом можно переехать совсем налегке и сразу же попасть в уютную обстановку. Дело, однако, не только в материальном оснащении, но и культурном, социальном, психологическом. Через час - полтора по приезду к новоселам являются соседи с приглашением принять участие в игре, прогулке, совместном чтении и т.п. Так создается желательная атмосфера. Второй новый тип учебного заведения (в Лос-Анджелесе), готовящего специалистов для промышленности "по заданному образцу" ("по заказу''), т.е. не только с техническими и организационными знаниями и умениями, но и самыми подходящими для заказчиков социальными и психологическими установками. Студентов учат правильному отношению к работе, работодателю, товарищам по работе и коллективу в целом. Американцам 2000 года, пишет Паккард, психологические методы воздействия, практикуемые в настоящее время, покажутся смешными и старомодными. К тому времени будут, вероятно, разработаны физические методы воздействия на сознание - так называемый биоконтроль, начало которому положено в наши дни. Мозгом человека и человеческим поведением научатся управлять на расстоянии, как управляют ныне самолетами, станками и снарядами. Для управляемых такие операции будут безболезненными, но... "когда начинаешь манипулировать, разве удержишься? Кто должен установить границы, за которыми такие манипуляции становятся общественно нежелательными?"

Рассмотрим вопрос о признании методов глубинной рекламы. Директор одной фирмы сказал так: "Ученые профессора и люди с кристально чистой душой изучают психику покупателей. Они пытаются доказать, что продажа регулируется либидо или подсознательной ненавистью мужчин к своим отцам. Фактически же потребителям нравятся премии и нравится получать что-нибудь ни за что. Все мы немножко виноваты в воровстве..." Альфред Политц не отрицал анализа мотивов, но считал, что методика их недоработана, "поэтому доверчивым заказчикам сбывают под видом науки неприкрытую галиматью". Позднее он упрекал психологов в том, что они проводят опыты не над теми покупателями и не в той обстановке, которая требуется. Сам он делал это в "магазине Политца". Лихтер, которого сильно критиковал Политц, назвал его выступление "эмоциональной вспышкой". Некоторые психологи говорили, что анализом мотивов нельзя злоупотреблять, что это серьезное направлением нуждающееся в совершенствовании. В начале 50-х при Центре по изучению вопросов рекламы был создан специальный Комитет для оценки анализа мотивов. Председатель этого комитета, Уоллес Валфек, ознакомившись с делом, заявил, что анализ мотивов так же далек от жульничества, как от чудес. Ниже следуют 4 группы наиболее серьезных возражений против анализа мотивов.

1. Анализ мотивов не единственное средство решения коммерческих вопросов. Продажа зависит от многих факторов.

Анализом мотивов (если только они не сводятся к комплексу Эдипа, инстинкту смерти и обучению туалета), можно пользоваться. По мнению проф. Смита, для успеха дела необходимо обнаруженные психоанализом подсознательные чувства поднимать до уровня сознания. Д-р Дихтер: "Насчет покупки товаров люди принимают решения не только подсознательные, но и вполне сознательные". Некоторые специалисты указывали на то, что анализ мотивов в 20 - 30% случаев не приносит ни какой пользы, а другие рекомендовали пользоваться этим методом, как дополнительным.

2. При анализе мотивов неправомерно пользуются клиническими методами исследования, к тому же не вполне совершенными (как, например, тест Роршаха). Анализ мотивов требует много времени и обходится очень дорого. Нужны так же большие группы испытуемых (Валфек заметил, что самая большая группа, которую он видел, состояла из 200 человек, что совсем недостаточно). Ческин заявил, что групп менее 600 человек у него не бывает.

Анализ мотивов могут производить только знающие, опытные специалисты; как массовое средство, он не годится. Исследования по проекционным тестам не поддаются статистической обработке и допускают субъективное толкование.

4. Результаты психоаналитических исследований никогда не проверяются обычными объективными методами (прежде чем их начинают применять практически). С другой стороны, многие практики охотно прибегают к анализу мотивов. Некоторые из них приглашают д-ра Лихтера на неофициальную беседу и платят ему 2.500 долларов за высказанную им вскользь полезную идею. В общем анализ мотивов находит все больше энтузиастов и все шире распространяется. В конце 1954 года журнал "Принтере Инк" спросил 64 из бранных специалистов по рекламе, пользуются ли они анализом мотивов. Тридцать два ответили утвердительно и указали, что проводили следующие испытания:

Психоаналитические беседы - 27 раз

Метод - "психосписка" (Р) - 12

Групповой психоанализ - 12

Проекционные методы - 9

Ассоциации слов - 7

Тематические тесты - 4

Определение характера - 3

Социодрама - 2

Тест Роршаха - 1

(По Паккарду тут есть ошибка: тест Роршаха тоже относится к проекционным).

Бальфен пришел к выводу, что анализ мотивов далек от совершенства, но ему предстоит большая будущность. Он ныне находится на таком же уровне, как наука об общественных отношениях находилась в начале З0-х годов. Что у этого метода хорошие перспективы, признают и другие авторитетные специалисты. Ввиду этого необходимо подойти к этому делу также с точки зрения морали.

	Моральной оценке подлежит прежде всего сам факт психологического воздействия на миллионы людей. Допустимо ли оно? Некоторые специалисты изредка задумываются над этим вопросом, другие же убеждены в том, что такое воздействие прогрессивно: быстрое развитие США, утверждают они, стимулируется систематически возбуждаемым чувством чувства. В доказательство приводят много примеров из разных отраслей неудовлетворенности и призывом приобретать все больше товаров для ликвидации этого промышленности и самодовольно восклицают: "Как все довольны!" В действительности не все довольны и далеко не всем нравится это непрерывно культивируемое стяжательство, якобы обеспечивающее Америке постоянное процветание. Что же произойдет с народом, когда он убедится, что такую уверенность в него вселяют руководители промышленности и правительства ради своих эгоистических целей? По существу ни один из вышеприведенных примеров не достоин положительной моральной оценки: ни поощрение хозяек к импульсивной трате денег, ни эксплуатация человеческих слабостей, ни развращение детей рекламой, ни вся эта расточительность, которую внушают населению. Это понимают и некоторые специалисты, занимающиеся такими делами. "Можно сказать, - пишет один из них, Николае Сэметэг, - что пользоваться доверием человека, эксплуатировать его неправильные представления, превращать в капитал его незнание - с точки зрения морали достойно порицания". "Ничем нельзя оправдать игру на зависти, алчности, ненависти, - пишет другой специалист, Миллер, - в конце концов это влечет за собой неуважение к человеку". "В прошлом, - писал журнал "Нейшн", - социологи исследовали неразумное поведение человека с тем, чтобы его исправить, ныне же им с выгодой торгуют". "У нас нет доказательств, - пишет Бернайс Аллеи, - что большое количество материальных ценностей, например, автомобилей, сделало бы кого-нибудь более счастливым, - на самом деле факты говорят, по-видимому, об обратном". Куда же может привести такая пропаганда безграничного потребительства? Директор рекламного отдела одной крупной фирмы отвечает на этот вопрос так: "Если мы создаем общество только для того, чтобы удовлетворить автоматизированное производство, то мы можем разрушить самое ценное в нашем обществе". А известный экономист Роберт Лекахман заявляет: "Все эти хорошие вещи, достойные всеобщего восхищения, вызвали вместо этого хроническую экономическую ипохондрию". А д-р Дихтер проповедует комфорт, роскошь, престиж и вообще борьбу с американским пуританством и преимущества гедонистического отношения к жизни. Возникает, таким образом, моральное разногласие и к числу осуждающих присоединяются в некоторых случаях представители религии. Одновременно со спорами между специалиста ми возникают некоторые формы протеста и в самом населении. Люди стали так скептически относиться к рекламе, что на них, кажется, никакая психологическая атака уже не действует. (Не это ли заставило специалистов по рекламе обратиться к области подсознательного?) Против таких атак появились мощные защитные механизмы. Люди не дают себя убеждать и в каждой обстановке пользуются возможностью выбора. А если человек знает, что произойдет дальше, он не дает себя серьезно обработать. Клайд Миллер писал в книге "Процесс убеждения": "Когда мы учимся распознавать намерения этих деятелей, пытающихся убеждать нас, мы вырабатываем у себя "рефлекс опознания". Такой рефлекс может защитить нас не только от мелкого надувательства специалистов по психологическому воздействию, заправляющих делами нашей повседневной жизни, но также от фальшивых внушений облеченных властью руководителей". Однако одной только рациональной защитой от психоманипуляторов проблема не решается. Такая линия поведения не только непрактична, но и непривлекательна. Это должен быть мрачный мир, в котором живут люди постоянно спокойные, разумные, правильно думающие. Иногда приятнее и легче быть нелогичным. Я предпочитаю быть нелогичным по своей воле и убеждению, чем подвергаться манипуляциям со стороны. Мне кажется, что наиболее серьезным проступком психоманипуляторов следует считать их вторжение в тайны нашего сознания, а эти тайны мы должны защищать.

4. Воздействие электронных СМИ на население

Какие же информационно-психологические воздействия мы имеем в виду?

Во-первых, речь идет о воздействии на индивидуальное сознание человека как гражданина, как субъекта политической жизни, обладающего правосознанием и менталитетом, духовными идеалами и ценностными установками. Гражданин - это сознательный субъект отношений с властью, строящий свое жизненное поведение в зависимости от того, насколько он этой власти доверяет. Его поведение может принимать как острые формы политического экстремизма, так и вялые формы политического равнодушия, в не меньшей степени сказывающиеся на общественной и личной жизни людей.

Политическая реальность нашей жизни такова, что любые информационно-психологические воздействия, осуществляемые через каналы СМИ или межличностного общения (например, слухи), являются манипулятивыми по сути дела, а нередко инструментами провокации. И если к манипулятивной природе воздействия электронных СМИ большинство населения привыкло, признает их цивилизованными средствами политико-психологической борьбы и к ним уже выработан политический иммунитет и приемы личностной психологической защиты, то с анонимными сообщениями, запущенными по Интернету, дело обстоит сложнее. Хотя использование глобальной сети электронных коммуникаций только набирает силу, в Интернете уже вольготно расположились политические авантюристы, пропагандисты, разжигатели слухов, лишенные доступа к официальным СМИ. Очевидно, политические манипуляции через Интернет следует рассматривать как объект международно-правового регулирования, и рано или поздно придется решать вопросы электронного цензурирования на интернациональном уровне, несмотря на все провозглашенные декларации о свободе информации.

Вообще, не так просто подобрать аналог Интернету со всеми его функциями: это и канал личной переписки, и дополнение к библиотечным фондам, и медиатор в групповых совещаниях или в совместной трудовой деятельности, и способ распространения "листовок" либо их аналогов для поиска и вербовки единомышленников, и продукт активности информационных агентств либо редакций и телерадиостудий, и способ осуществления опросов мнения самых разных групп населения по злободневным проблемам, и канал взаимодействия между участниками тесно между собой связанных и спаянных групп, и приобретающий все большее значение инструмент public relations для корпораций и государств, а в последнее время - еще и неожиданно возникшее и разросшееся "виртуальное кладбище" для безвременно (или временно) "усопших" электронных игрушек. Это список далеко не полон.

Нельзя не отметить, что современные электронные телекоммуникации способствуют приобретению средствами массовой информации такого высоко ценимого качества, как интерактивность. Интерактивные передачи и материалы вызывают повышенный интерес у слушателей, читателей и зрителей, а в качестве желанного побочного эффекта привлекают рекламодателей. Любая тематика, которая привлекает общественное внимание, служит предметом обсуждения в многочисленных телеконференциях, или ньюс-группах Интернета.

Списки рассылки подобных тематических телеконференций функционируют в Интернете беспрерывно и в гигантских масштабах. В отдельных случаях они способны подменить средства массовой информации. Так случилось в 1991 г. в России во время недолгого августовского путча. Хотя путчистами была введена цензура, Интернет никак не контролировался. Рядовые пользователи компьютерных сетей в СССР по собственной воле выполняли функции, присущие СМИ, информируя отечественных и зарубежных участников телеконференций о происходящих событиях с большей оперативностью и пользуясь заведомо большим доверием, чем цензурированные официальные информационные службы.

Во-вторых, речь идет об информационных воздействиях, прямо угрожающих физическому или психическому здоровью человека. Такие воздействия на протяжении многих лет формируют морально-психологическую атмосферу в обществе, питают криминальную среду и способствующих росту психических заболеваний. Сектантское проповедничество, распространение мистических и эзотерических учений и практик, магии, целительство, шаманство и т.п. по Интернету приобрели угрожающий размах. Как результат - социальная и личностная дезадаптация, а в ряде случаев - разрушение психики человека.

Однако еще более грозная опасность вызвана распространением по сети Интернет непристойной и оскорбляющей общественную нравственность информации, недобросовестной рекламы, мошеннических операций и т.п. Не вызывает сомнения, что размещение на Web-сайтах порнографических картинок нарушает сложившиеся в обществе стандарты морали. Надо признать, что серверы с такой информации посещаются часто, в том числе детьми и подростками. Ведь посредством Интернета гарантируется куда большая конфиденциальность и анонимность, чем посещение кинотеатров или магазинов с открытой или подпольной порнолитературой и порновидеофильмами. Практически отсутствует риск быть замеченным или узнанным. Сетования моральных или религиозных авторитетов по поводу интернетовских непристойностей остаются гласом вопиющего в пустыне, а обойти ограничения, налагаемые программными фильтрами, для способных подростков не составляет большого труда.

Практика размещения на Web-сайтах порнографических изображений безусловно нарушает сложившиеся в обществе представления о приличиях и пристойности. Поскольку Интернет в целом никому конкретно не принадлежит, а потому никем конкретно не регулируется, то нет и не может быть отвечающей за Интернет административной инстанции, которая могла бы в глобальном порядке, централизованно запретить эту практику. Положение осложняется тем, что информация может храниться на Web-сайтах в другой стране или на другом континенте, где законодательство не готово устанавливать ответственность за хранение и распространение непристойной информации. Интернет воспринимается людьми как средство массовой информации, однако попытки подвергнуть пользователей, провайдеров или производителей информации для "Всемирной паутины" дополнительному юридическому регулированию в отдельных странах не привели к каким-либо заметным успехам. Проблема должна решаться на международном уровне, возможно в рамках ЮНЕСКО.

В третьих, Интернет служит весьма удобной площадкой для подготовки и осуществления информационно-террористических и информационно-криминальных действий. В нем могут распространяться пропагандистские материалы преступных организаций, рецепты изготовления взрывчатых и ядовитых веществ, оружия, наркотических и психотропных средств, наконец, изощренных алгоритмов вскрытия шифров. Вся эта информация легко маскируется под научно-техническую информацию. Отсутствие географических границ, трудно определимая национальная принадлежность объектов сети, возможность анонимного доступа к ее ресурсам все это делает уязвимым системы общественной и личной безопасности. Поэтому нужна согласованная межгосударственная платформа борьбы не только с международными террористическими и криминальными организациями, но и с отдельными группами и злоумышленниками, способными в корыстных или хулиганских целях нанести ущерб личной безопасности.

В-четвертых, это международно-правовая защита персональных информационных ресурсов и интеллектуальной собственности, а также авторских прав на материалы, распространяемые по мировым открытым сетям, в первую очередь по Интернету. Должны быть выработаны согласованные международные правовые нормы, устанавливающие ответственность за компьютерные преступления, злоумышленное проникновение в информационные сети и личные архивы, нарушение прав и законных интересов граждан в процессе информационного обмена.

У людей различна психологическая устойчивость к процессам информатизации. Необходимо точное определение предельно допустимых нагрузок на психику у различных социальных групп в условиях возрастающих потоков информации.

Особого внимания требуют женщины, принявшие на себя основной “удар” в области практической компьютерной работы. Далее, например, известно, что наиболее подвержены “зомбированию” по телевидению молодежь и люди пожилого возраста. Необходимо правовое ограничение объема и содержания телевизионного воздействия, разработанное на базе глубоких научных исследований психологов.

На повестке дня активное развитие научного направления - информационной (компьютерной) психологии.

Эта наука, видимо, должна исследовать такие проблемы, как:

- страх человека перед стремительно совершенствующейся информационной техникой, ростом и усложнением информационных потоков (компьютерофобия);

- “информомания” как болезнь человека, отдающего приоритет общению с ЭВМ, а не с людьми;

- утомляемость людей при работе на компьютере и т.д.

Уже появился термин “киберболезнь”, которой подвержены люди, часто находящиеся в виртуальной реальности.

Должны создаваться соответствующие рекомендации для разработчиков ЭВМ, специалистов по эргономике, а также пользователей.

Значительные наработки в этом направлении уже есть. Так, например, люстра, изобретенная выдающимся русским биофизиком А.Л.Чижевским, насыщая воздух аэроионами, нейтрализует смог положительных ионов в компьютерных помещениях, компенсирует потери отрицательных зарядов в организме человека, снимает усталость и стрессы. Ряд монохромных ноутбуков имеют большой жидкокристаллический экран, дающий до 64 оттенков серого цвета, что снижает утомляемость глаз.

В социально-экономическом отношении очень важна практическая реализация уже имеющегося нормативного положения о доплате лицам, постоянно использующим в своей работе компьютерную технику.

Каждая социальная группа имеет свой специфический вариант социализации, а это значит, что в условиях информатизации все современные средства коммуникации и компьютеры должны делать учет этой специфики более совершенным, а не нивелировать ее, стандартизуя человека.

Остановимся на основных социальных проблемах и вариантах их решения в условиях информатизации:

- проблема языковой коммуникации.

Языковая коммуникация составляет ядро информатизации. Значит, электронные средства информатизации должны органически встраиваться в сеть естественно сложившейся для каждого человека языковой среды. В условиях России широкое распространение нерусифицированных программных средств, формирование общественного мнения о нормальности подобной ситуации - тяжелая по перспективным последствиям социальная проблема.

Должны быть разработаны средства информатики и компьютерной лингвистики массового применения. Имеющиеся средства не соответствуют социальным потребностям либо по уровню доступности, либо по цене.

Под информационной безопасностью понимается состояние защищенности информационной среды общества, обеспечивающее ее формирование и развитие в интересах граждан, организаций и государства.

Обеспечение информационной безопасности личности означает ее право на получение объективной информации и предполагает, что полученная человеком из разных источников информация не препятствует свободному формированию и развитию его личности.

В качестве воздействия на личность могут выступать:

- целенаправленное информационное давление с целью изменения мировоззрения, политических взглядов и морально-психологического состояния людей;

- распространение недостоверной, искаженной, неполной информации;

- использование неадекватного восприятия людьми достоверной информации.

Информационные воздействия опасны или полезны не столько сами по себе, сколько тем, что управляют мощными вещественно-энергетическими процессами. Суть влияния информации как раз и заключается в ее способности контролировать вещественно-энергетические процессы, параметры которых на много порядков выше самой информации.

Учеными установлено, что пользователи в псевдореальном мире гораздо в большей степени, чем в мире обычном, подвержены внушению и гипнозу. Запрограммировать игровую программу на ту или иную установку не представляет труда. “Виртуальную” систему можно заразить вирусом, который будет кодировать на слова, что позволит в дальнейшем осуществлять “зомбирование”.

За рубежом наблюдение за соблюдением прав граждан в этом отношении - компетенция специальных уполномоченных по защите прав граждан в информационных системах.

Существует два смысла понятия информационный образ жизни:

1. образ жизни людей в информационном обществе, где все стороны жизни в значительной степени пронизываются информационными отношениями, базирующимися на современных информационных технологиях;

2. информационный аспект образа жизни.

Сегодня учеными и специалистами ставится вопрос о необходимости развития информационной экологии, формирующей здоровый информационный образ жизни людей в социальной и природной среде. Соблюдение правил информационной гигиены приводит к сознательно избранному информационному образу жизни, на склоне которой человек не жалеет, что прожил ее зря.

Под образом жизни понимается система видов жизнедеятельности общества в целом, социальных групп, личности, определяемых социально-экономическими условиями.

Главной чертой образа жизни является его системность, проявляющаяся в том, что входящие в его состав виды деятельности взаимосвязаны между собой: изменение одной из них ведет к изменению другой.

Каковы же составляющие образ жизни виды деятельности? Это:

- трудовая;

- общественно-политическая;

- учебная;

- бытовая;

-социально-культурная;

- досуговая деятельность.

Рассмотрим новые возможности, предоставляемые информатизацией, для совершенствования ряда из перечисленных слагаемых образа жизни.

Общественно-политическая деятельность обретает новую глубину с использованием интерактивного телевидения (телевидения с обратной связью). Добавление к обычному телевизору передающего устройства с пультом обратной связи позволяет зрителю реагировать на вопросы ведущих телепрограмм, принимать участие в анкетированиях, голосованиях и т.д. Создается также новый рынок заказного цифрового телевидения на экране компьютера.

Активно развивающаяся педагогическая информатика занимается проблемами создания и реализации концепции образования людей, которым предстоит жить в информационном обществе. Среди целей информатизации образования, наряду с универсальными (развитие интеллектуальных способностей, гуманизация и доступность образования) определяется и ряд специфических - компьютерная грамотность, информационное обеспечение образования (базы знаний и данных), индивидуализированное образование на основе новых компьютерных технологий обучения. Мультимедиа, в частности, помогут осуществить смену парадигмы образования: от “наполнения сосуда” к “воспламенению факела”, т.е. раскрытию и развитию индивидуальных возможностей человека.

Появление мультимедиа приводит к созданию не только новых рабочих мест, но и особых возможностей для изменения культуры бытового, производственного (учебного) и экономического поведения.

Гипертекст как обучающее средство сегодня начинает активно использоваться в учебном процессе, внося свой вклад в совершенствование индивидуализации обучения.

В развитых странах, например, в Великобритании, в законе об образовании гарантируется право учащихся с 6 лет пользоваться новыми информационными технологиями в учебном процессе [11].

Бытовые компьютеры в принципе имеют по сравнению с профессиональными более ограниченные возможности (по ресурсам памяти, набору внешних устройств и др.). Однако, сегодня согласно мировым стандартам бытовой (домашний) компьютер представляет собой машину, оснащенную микрофоном, проигрывателем CD-ROM, стереодинамиками, факсимильной связью и т.п. В России под домашним компьютером часто понимается пока предельно усеченная модель.

Бытовые компьютеры предназначены для массового использования в домашних условиях при решении вычислительных, обучающих, информационно-справочных, игровых и других задач.

Важными областями применения бытовых компьютеров также являются:

- обеспечение информационных потребностей людей ( доступ к различным базам данных и знаний, общение с владельцами других ЭВМ по линиям связи и др.);

- автоматическое управление домашним хозяйством (управление микроклиматом, освещенностью, расходом электроэнергии и отопительной системой, устройствами бытовой техники, обеспечение неприкосновенности и безопасности жилища и др.).

Развитие мультимедийных технологий и увеличение места, занимаемого ими в жизни современного человека, отразилось, конечно не только на науке и игре, но и на искусстве.

Так, например, первый выполненный в технологии мультимедиа CD-ROM “Сокровища России” (стоимость 55$), посвященный русскому искусству Х - начала ХХ веков, содержит карты Российского государства в динамике его развития и так называемую “временную линию”, позволяющие вести анализ развития русского искусства во времени и пространстве.

В мире фиксируется четкая тенденция развития “инфоразвлечений”. Развлекательные информационные средства делятся на воспроизводящие средства и средства, обеспечивающие участие (интерактивные средства).

За одно десятилетие были созданы 4 поколения интерактивных средств. Компактные диски знаменуют появление пятого поколения. Первые три поколения интерактивных средств объединяют постоянно усложняющиеся версии видеоигр. В четвертом поколении были объединены видеоигры и бытовые компьютеры при одновременном расширении ассортимента развлечений за счет включения логических игр, музыкальных и художественных интерактивных программ. В настоящее время среди последних достижений можно выделить компьютерную мультипликацию. Появившиеся оптические диски, предлагающие игроку возможность альтернативного выбора решений, являются первым шагом к продукции пятого поколения.

В США покупаются системы, обеспечивающие воспроизведение полнометражного фильма в режиме CD-Interactive на большом телевизионном экране.

По прогнозам ряда специалистов домашний компьютер, вместе с разнообразными on-line-службами, текстовыми и аудиовизуальными новостями, видеоиграми в перспективе победит телевизор, погубит интерактивное телевидение.

	В условиях стремительного совершенствования информационных технологий и беспредельного развития предоставляемых ими возможностей, самым актуальным вопросом продолжает оставаться вопрос о целевых жизненных установках конкретной личности.

5. Проблема безопасности личности в информационном обществе

Глобальный характер информационного развития, формирование транснациональной информационно-телекоммуникационной инфраструктуры порождает немало новых и непростых проблем, связанных с обеспечением безопасности личности. Решение многих из них возможно лишь на путях многостороннего международного сотрудничества, настойчивого подталкивания к переговорам, последовательного выдвижения предложений, способных поставить под международный контроль источники угроз этой безопасности. В конце переговорного туннеля - широкомасштабные международно-правовые соглашения по всему спектру угроз, вызываемых возможным использованием новых информационных и телекоммуникационных технологий для достижения криминальных целей в информационной сфере жизни общества, инструментов информационно-психологического воздействия, подрывающих демократические тенденции развития общества.

Очевидно, что в Интернете пользователь не только получает возможность доступа к различным информационным серверам этой сети, но и создает канал для доступа к своему компьютеру. В сети Интернет отсутствует какой-либо управляющий или контролирующий орган, путь любого сообщения формируется случайным образом. Ответственности за помещаемую в Интернет информацию фактически не несет ни автор, часто анонимный, ни провайдер. Равно как никто не несет ответственности и за попытки несанкционированного доступа к сетевым информационным ресурсам. Все вопросы защиты собственной информации относятся к компетенции пользователя. Несмотря на многие объективные сложности, необходима активная работа по созданию международных правовых положений, в определенной степени устанавливающих ответственность за несанкционированный доступ к ресурсам Интернета.

Напомним Резолюцию 428 Консультативной Ассамблеи Совета Европы (раздел С), в которой сформулированы два правила:

1. в случае противоречия между правом на свободу информации и на уважение частной жизни, приоритет отдается последнему;

2. частная жизнь общественных деятелей должна защищаться, как и частная жизнь других граждан, за исключением случаев, когда она может оказать воздействие на общественно-значимые события.

Эти правила постоянно испытывают деформации со стороны электронных таблоидов в Интернете, а существующие национальные законодательства по защите данных персонального характера далеки от совершенства. Во многих странах, в том числе и в России, такое законодательство только разрабатывается.

При защите интеллектуальной собственности на формируемые базы данных, помещаемые в открытые сети, особое значение имеет согласование национальных законодательств, регулирующих защиту интеллектуальных продуктов, авторских и смежных прав. Ведь сегодня возможна ситуация, когда информация собирается в одной стране, а используется в другой - с иной системой информационного законодательства. Особое внимание следует обратить на обеспечение личных неимущественных и имущественных прав на документированную информацию как на произведение при работе в трансграничных информационных сетях. Ломка географических и геополитических границ лишь усугубляет эту проблему.

Проблема защиты информационных ресурсов отнюдь не нова - издавна государство, коммерческие и общественные организации и частные лица собирали, хранили и защищали от хищения или разрушения информацию, а другие государства, организации и частные лица старались похитить или разрушить эту информацию. Расширение объемов информации, хранимой на магнитных и оптических носителях, быстрый рост компьютерных сетей и числа пользователей, работающих в них, облегчение возможностей их доступа к циркулирующей по сетям информации существенно повышает вероятность хищения или разрушения этой информации.

В настоящее время значимость проблемы защиты информационных ресурсов, в том числе личных, определяется сплавом следующих факторов:

    -развитием мировых и национальных открытых компьютерных сетей и новых информационно-коммуникационных технологий, обеспечивающих легкий доступ к информационным ресурсам;

    -переводом все большей части информационного ресурса с бумажных на электронные носители и концентрация ее в различного рода информационных системах (в базах и банках данных, на оптических дисках и т.п.);

    -повышением "цены" создаваемой и накопленной информации, служащей реальным ресурсом социально- культурного и личностного развития;

    -разработкой и постоянным совершенствованием информационных технологий, которые могут эффективно использоваться для криминального проникновения в компьютеры, подключенные к открытым и даже защищенным сетям.

Подводя некоторый итог, можно придти к выводу, согласно которому степень доверия населения к информации, размещенной в Интернете или распространяемой традиционными СМИ, одинакова. По-видимому, Интернет обязан таким доверием именно СМИ, с которыми его столь часто отождествляют. Действительно, в глазах многих Интернет мало чем отличается от электронных средств массовой информации - тем более, что последние охотно предоставляют желающим доступ к информации посредством Интернета. В силу подобного смешения правовое регулирование Интернета должно быть, с одной стороны, аналогичным правовому регулированию традиционных СМИ, а с другой стороны, включать дополнительные тщательно продуманные положения, которые бы регулировали те аспекты применения Интернета, которые отличают его от СМИ. Мировое сообщество еще должно выработать механизмы проведения в жизнь наиболее назревших норм, призванных регулировать связанную с применением Интернета деятельность организаций и частных лиц.

Мощь сетевых технологий многократно умножается благодаря новым технологиям мультимедиа и виртуальной реальности. Виртуальные реальности (ВР) были вызваны к жизни не только практическими потребностями: в сфере обучения, коммуникации, но и новыми возможностями, которые открываются в сфере досуга и культуры. Виртуальные реальности обещают новые миры и переживания; снова становятся актуальными идеи "путешествий", но уже не географических, а в иных реальностях - виртуальных. Однако виртуальное путешествие небезопасно для личности. По сути, виртуальные реальности вовлекают человека в новые формы существования, в определенной мере могут формировать личность. Могут они породить и новые формы социального контроля. Нельзя отрицать, что виртуальные имитационные реальности можно использовать в целях манипулирования сознанием, погружать человека в состояния, приводящие к фрустрации, предъявлять несуществующие миры и т.п. Кроме того, сами пользователи ВР-систем могут использовать их для экспериментирования над своей психикой. Может показаться, что сегодня подобные задачи решаются без всяких виртуальных реальностей, например, с помощью средств массовой информации или психотренинга. Однако с практической точки зрения технологии ВР позволяют сделать воздействие индивидуальным, ориентированным на сознание конкретной личности.

Эти технологии открывают новые возможности для системы властных отношений. Во-первых, они позволяют заменить прямой социальный контроль и воздействие опосредованными. Вместо прямых требований и ограничений виртуальные реальности приглашают нас в завлекательные миры и путешествия, вместо грубого или более или менее мягкого подавления происходит свободное вовлечение. Во-вторых, властные отношения здесь облекаются в сверхсовременную форму: техническую, психотехническую, отчасти мистическую - ведь позволяя создавать несуществующие в физическом смысле явления, виртуальные технологии вводят человека в мир тайны и мечты.

Негативные социально-психологические последствия развития технологий ВР и современных символических визуальных систем заключаются в следующем. Во-первых, в этих системах, как в полноценных реальностях, человек может потерять ориентиры в мире, различия между реальным и иллюзорным. Многие отмечают, что, попробовав виртуальной "пищи", люди быстро к ней привыкают и далее предпочитают ее обычной "еде". Пугающей выглядит высокая степень иллюзорности, достигаемая в виртуальных реальностях, а массовое увлечение новыми технологиями лишь усугубляет эту опасность. Сможет ли человеческая психика безболезненно приспособиться к пребыванию в киберпространстве, будет ли оно безвредным, не отступит ли реальный мир под натиском иллюзорного - это все не пустые вопросы. Не исключено, что общество просто захлестнет информация, распознавание истинности которой будет затруднено.

Далее, в настоящее время резко возросли возможности влияния на сознание человека и манипулирования им. Реклама, прямое внушение, визуальное искусство, визуальный фон среды, эффективно формируемый с помощью технологий ВР, - вот только отдельные примеры подобного воздействия. Визуальные системы вовлекают современного человека в миры и реальности, не только помогающие ему жить (полезная информация, помощь в снятии напряжений и стрессов, возможность реализовать свои желания и т.п.), но и разрушающие его психику. Именно в рамках визуальных систем человек получает легкий доступ к деструктивным для психики событиям и сюжетам. Современный человек все больше погружается в эти реальности, не отдавая себе отчета, куда это его может завести.

Таким образом, можно выделить следующие направления международного сотрудничества по проблемам личной безопасности в информационной сфере:

1. Необходимо договориться об общем взгляде на проблемы воздействия информации на индивидуальное и массовое сознание, на политико-идеологическую сферу и на психику человека, договориться о согласованном понимании используемых понятий.

2. Необходимо начать подготовку международных соглашений о контроле над производством и внедрением в компьютерные сети и системы информационных технологий, которые реально или потенциально могут использоваться в террористических и криминальных целях.

3. Надо начинать переговоры о международно-правовой защите сетевых информационных ресурсов, в том числе данных персонального характера, интеллектуальной собственности, а также авторских прав на материалы, распространяемые в Интернете и других открытых сетях.

4. Необходимо на международном уровне рассмотреть возможности контроля и ограничения распространения по сети Интернет непристойной и оскорбляющей общественную нравственность информации, недобросовестной рекламы, мошеннических операций и других материалов, оказывающих негативное воздействие на физическое, психическое и социальное здоровье людей.

	Этим самым будет внесен важный вклад в обеспечение безопасности личности в информационной сфере.

6. Заключение

В заключение рассмотрим прогнозируемый учеными характер изменений социальной структуры под влиянием информатизации, воздействия электронных СМИ.

Количество социальных групп будет расти, что приведет, естественно, к уменьшению их среднего размера. Современные информационные технологии предоставляют реальную возможность более точного, оперативного учета интересов людей.

Качественные параметры социальных групп будут улучшаться по таким параметрам как уровень образования, интеллектуальности и др.

Новые процентные соотношения между социальными группами, выделяемыми в обществе по различным критериям, будут, вероятно, выглядеть следующим образом:

1) возрастет доля людей, занятых интеллектуальным трудом - интеллектуалов. Прогнозируется появление особого класса “интеллектуалов”.

Для тех же, кто не захочет или не сможет интеллектуально трудиться, предполагается труд в сфере информационных услуг, которые должны в информационном обществе составлять более 50% в структуре занятости, или в сфере материального производства.

2) увеличится количество работоспособных людей.

Люди старшего возраста смогут даже после ухода на пенсию продолжать работать, так как повысится планка работоспособного возраста (тело стареет раньше мозга).

Пирамидальная социально-экономическая структура все больше и больше будет уступать место сетеобразной (мозаичной) структуре. Структура сети точнее соответствует новой информационной технике.

Американские исследователи отмечают, что “конвергенция меняющихся общественных и личных ценностей с новой техникой и энергоэкономическими нуждами делает становление мозаичного общества по существу неизбежным”.

На одном из самых высоких мест в иерархии ценностей (наряду с инновацией, оригинальностью) оказывается автономия личности, что традиционному обществу вообще не свойственно. Там личность реализуется только через принадлежность к какой-либо определенной корпорации, будучи элементом в строго определенной системе корпоративных связей. Если человек не включен в какую либо корпорацию, он не личность. В техногенной цивилизации возникает особый тип автономии личности: человек может менять свои корпоративные связи, поскольку он жестко к ним не привязан, он может и способен очень гибко строить свои отношения с людьми, погружаться в разные социальные общности, в разные культурные традиции.

Современная наука и техническое творчество втягивают в орбиту человеческой деятельности принципиально новые типы объектов, освоение которых требует новых стратегий. Речь идет об объектах, представляющих собой саморазвивающиеся системы, характеризующиеся синергетическими эффектами. Их развитие всегда сопровождается прохождением системы через особые состояния неустойчивости (точки бифуркации), и в эти моменты небольшие случайные воздействия могут привести к появлению новых структур, новых уровней организации системы, которые воздействуют на уже сложившиеся уровни и трансформируют их.

Если в доинформационном периоде своего развития общество в качестве стимула к действию эффективно использовало стремление человека к сытости, материальному комфорту, то при переходе к информационному обществу действие этих стимулов резко ослабевает, так как сносное удовлетворение физиологических потребностей человека требует незначительных усилий.

В информационном обществе необходимо найти общественный усилитель слабо выраженных духовных стимулов деятельности человека.

Стимулирующими деятельность человека усилителями могут быть:

- гарантии повышения общественного статуса;

- возможность получения элитного образования;

- общественная известность.

- специальная организация социально-экономического пространства.

Среди факторов, способствующих формированию благоприятного для развития технологических инноваций социально-экономического климата, Дж.Стьютвилл особо выделяет так называемый “информационный пул”.

Эффект нового “информационного пула” возникает когда концентрация ярких индивидуальностей “на квадратную милю обеспеченной необходимой инфраструктурой площади” вновь создаваемого промышленного региона начинает заметно превышать критический уровень. Возникающий при этом скачок интенсивности обмена знаниями, поддержанный благоприятными условиями для немедленной практической их реализации (в рамках инфраструктуры производственного сервиса активно развивающегося нового промышленного региона), ведет к резкому ускорению характерного для такого региона инновационного цикла “идея - технология - продукт”.

Примером такого типа регионов, где социально-экономический эффект “информационного пула” устойчиво наблюдается уже не одно десятилетие и стал поэтому за последние годы объектом пристального изучения экспертами многих стран мира, обычно называют Кремниевую долину (Silicon Valley) в Калифорнии и “коридор высокой технологии”, расположенный недалеко от Бостона вдоль “дороги 128”. Научной базой Кремниевой долины является Станфордский университет, Массачусетсский технологический институт.

Основными чертами трудовой деятельности в постиндустриальном, информационном обществе будут являться:

- физические перемещения будут заменены в той или иной мере информационными связями, т.е., образно говоря, произойдет замена перемещения людей движением сообщений (посылаемых людьми сигналов). Сегодня по оценкам экспертов 90% всех транспортных перемещений людей связано с информационными целями (совещания, подписи, справки и т.д.). Современное “надомничество” резко уменьшает необходимое время присутствия людей на рабочих местах, в учебных заведениях. Это потребует радикальной перестройки производственного и учебного процессов, значительного повышения культуры и сознательности людей, а также выработки нового контрольно-оценочного аппарата.

Повысятся требования к интеллектуальным и творческим способностям человека, к его психофизическим характеристикам. Возникнет проблема безработных поневоле, т.е. людей, находящихся в активном возрасте, но чьи способности к труду не будут отвечать новым требованиям. Чем значительнее будет эта группа, тем острее будет проблема их занятости.

Встанет проблема адекватно высокой оплаты интеллектуального труда, готовность к этому представителей других социальных групп.

Возникает серьезная опасность “роботизации” человека, занятого информационным трудом.

Сегодня тотальная электронная слежка охватывает в США около 2/3 из 12 млн. работающих у дисплеев (к 2000 году их будет 40 млн.) и распространяется с рабочих и служащих уже на специалистов инженеров, бухгалтеров и врачей. В итоге растут “технострессы”, требования работников вернуться к персонифицированному контролю как “допускающему диалог”, протесты против вторжения в “приватную область” трудовой жизни, множатся призывы социологов доверять новым поколениям работников, полагаться на их самодисциплину и самоконтроль в целях и экономического, и социального прогресса современного производства.

Появление информации в качестве потребительских благ ведет к качественным сдвигам в потреблении, образе жизни, рождает новую модель жизнедеятельности индивидов. В условиях информационного общества важную роль начинают играть не просто материальные и духовные блага, а организационно-информационные факторы - “порядки”. Уровень и образ жизни начинают зависеть не столько от количества полученного хлеба, мяса, одежды, книг, сколько от уровня услуг, культуры, образования.

Однако, стремительное нарастание уровня услуг может привести к тому, что значительное количество людей “потеряется” в этом море изобилия, включится в гонку за качеством услуг ради них самих, а не ради развития человека. Может минимизироваться деятельностная и максимизироваться потребительская сторона образа жизни людей, что, в конечном итоге, приведет к деградации общества.

Данная проблема уже заявила о себе в развитых странах мира. Например, преимущество японской модели экономики состоит в ее способности преодолеть своеобразный "демонстрационный эффект", который экономист Ф.Хирш определил как феномен "позиционной экономики", в которой важен не абсолютный уровень потребления, а относительный, в сравнении с другими членами общества. В экономике, где важно не потреблять, а потреблять больше других, индивидуальный выигрыш отдельных людей не прибавляет счастья обществу в целом. Например, важным становится не качество автомобиля, а его относительная престижность по сравнению с автомобилем соседа. Жизнь в таком обществе превращается в бесконечные "крысиные гонки". Неравенство из средства стимулирования производителя превращается в самоцель.

Понятно, что движение к равенству в японском обществе не есть всеобщая уравниловка. Иным становится сам способ самовыражения. Американец соревнуется в потреблении, японцы - в производстве. Возникает новое качество мотивации.

Труд как потребность в условиях информационного общества есть один из опорных элементов концепции постиндустриального общества И.Масуды, некоторые элементы которой уже реализуются на практике в Японии. Данная теория противопоставляет цикл развития общества индустриального типа: "материальные потребности - производство материальных благ - потребление - удовлетворение - развитие материальной производительной силы - материальные потребности" циклу развития общества постиндустриального типа: "потребности в достижении - производство информации - действие по достижению цели - удовлетворение - развитие информационной производительной силы - потребности в достижении".

Речь идет о новом качестве японской модели. Об этом, кстати, говорит и то, что конкуренция на мировом рынке заставляет американские корпорации все в большей мере использовать именно японский опыт.

Для преодоления опасности возникновения общества потребления, подконтрольного электронным СМИ, необходимо:

    -систематически в масштабах государства производить поиск и отбор людей, заинтересованных в самом процессе деятельности, творческой работы с дальнейшим созданием им благоприятных условий. Эта направление должно иметь для общества, государства приоритетный, стратегический характер;

    -формировать общественное мнение о необходимости трудовой деятельности и творчества, воспитывать с детства установку на это.

	    -создавать гибкую, совершенную систему материального и морального стимулирования деятельности как таковой.

Список литературы

1. Васильев Р.Ф. Охота за информацией. М., 1973, с.20.

2. Громов Г.Р. Очерки информационной технологии. М.,1993, с. 19-20.

3. Porat M. Global implications of information Society. J.Community, 1978, Winter, p.76.

4. Урсул А.Д. Информатизация: необходимость концепции и принципы ее разработки // КП, 1990, №2, с.71.

5. Вовканыч С.И., Парфенцева Н.А. “Социальный интеллект”: метафора или научное понятие? // Социс, 1993, № 8, с.153.

6. Ракитов А.И. Философия компьютерной революции. М.1991, с.32-33.

7. Колин К.К. Социальная информатика - научная база постиндустриального общества // Социальная информатика - 94, М., 1994, с.5.

8. Соколова И.В. Проблемы становления информатики как учебной дисциплины // Социальная информатика - 95, М., 1995, с.19-22.

9. Майерс Д. Социальная психология. С.-П., 1997.

10. Хромов Л.Н. “Рекламная деятельность: искусство, теория, практика”, Петрозаводск АО “Фолиум”, 1994.

	11. Чайнова Л.Д., Горвиц Ю.М. Компьютеры для детей: психологические проблемы безопасности и комфорта. // Психологический журнал, 1994, №4.