Отцы и пастыри

Отцы и пастыри

пастор Дмитрий Зенченко 

Никто не может обязать воспитанного человека быть христианином. Но для христианина важно быть воспитанным человеком – ведь по нашему поведению посторонние люди судят об искренности нашей веры и тех порядках, которые приняты в церкви. Многим людям незнание основ церковного этикета[1] препятствует даже войти в храм. Задача любого христианина – объяснить, как нужно вести себя в церкви и в повседневной жизни. Один из первых вопросов, естественно возникающих при личном общении – как следует обращаться к пастору?

Слово «пастор» происходит от лат. pastor, («пастух») и в церковном контексте означает поставленного церковью служителя Слова и Таинств. Пастор является пастырем малого стада овец Христовых, то есть общины верующих. В Ветхом Завете Сам Бог предстает в образе Пастыря[2]. В Евангелии от Иоанна Христос называет Себя «Добрым Пастырем»[3]. Обращаясь к апостолу Петру, Он говорит: «паси овец Моих»[4]. Сам же ап. Петр пишет: «Пастырей ваших умоляю я, сопастырь и свидетель страданий Христовых и соучастник в славе, которая должна открыться: пасите Божие стадо, какое у вас…»[5]. Таким образом, слово «пастор» (пастырь) сделалось титулом пресвитера или священника. При Реформации Западной Церкви Евангелическо-лютеранская Церковь унаследовала это название.

Обращение «отец» в раннем лютеранстве использовалось значительно чаще, чем сегодня. Это обращение начало выходить из употребления во времена пиетизма (17-18 вв.). Многим фанатически настроенным лютеранам тогда казалось, что обращение «отец» выглядит слишком «по-католически». К тому же, такое обращение считалось менее «теплым», чем «пастор».

Но обращение «отец», как и обращение «пастор», имеет библейское происхождение. Например, ап. Павел так говорит о духовном отцовстве: «Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих. Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием. Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу. Для сего я послал к вам Тимофея, моего возлюбленного и верного в Господе сына…»[6]. Ап. Иоанн также часто обращается к верующим «дети мои»[7]. Это означает, что, хотя в Евангелии от Матфея мы читаем следующее повеление Господа: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель - Христос, все же вы - братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос»[8], эти слова нельзя понимать буквально. Использование слова «отец» оправдано совершенно так же, как и употребление слова «учитель», и слова «наставник». Апостолы, говоря об отцовстве, не лишали Бога Его собственного отцовства. Рассуждая об отцах и детях, они говорили о земном духовном отцовстве, а не о небесном. Небесное же отцовство принадлежит только Богу, о чем и говорит Христос в Евангелии.

Мартин Лютер в своем Большом Катехизисе относит понятие «отцовство» ко всякой власти, в том числе и в церкви. «Существуют еще и духовные отцы, - пишет он, - …Только те называются духовными отцами, кто правят и руководят нами посредством Слова Божьего… Итак, являясь отцами, они имеют право на почитание даже более других. Однако [на самом деле] они получают его менее всех. Ибо мир “почитает” их тем, что изгоняет из страны и жалеет для них куска хлеба, и, короче говоря, они (как говорит Св. Павел в 1Кор.4:13) “как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне”. И все же, людям необходимо также внушать, что желающие, чтобы их считали христианами, обязаны перед Богом почитать достойными “сугубой чести” попечителей своих душ, чтобы обходиться с ними хорошо и обеспечивать их жизнь»[9]. Там же, рассуждая о плотских, гражданских и духовных родителях, Лютер говорит: «Они не должны быть лишены причитающейся им чести из-за своего поведения или своих недостатков. То есть мы не должны смотреть на их личности, какими бы они ни были, но нам следует рассматривать волю Бога, сотворившего и заповедавшего все таким образом»[10].

В последнее время обращение «отец» вновь все чаще можно услышать в лютеранских церквях. Такое обращение даже становится признаком консерватизма – в противоположность пониманию пасторства как служения, принципиально не отличающегося, например, от служения церковного сторожа. Такое обращение может подчеркивать, что лютеранин не отрекается от своего католического (не «папистского», но общецерковного) прошлого и признает свою принадлежность скорее к традиционной христианской церкви, чем к новым церковным группам.

Но есть другая крайность, когда пастор сам себя именует «отцом». Проблема в том, что многие церковнослужители скорее готовы к тому, чтобы учить с высоты своего опыта (независимо от того, насколько этот опыт существенен), нежели к тому, чтобы сидеть и слушать. Ведь бывают случаи, когда прихожанин сам может оказаться духовным отцом для своего пастора. «Отцами» не рождаются, но становятся, и сам пастор никогда не может присваивать себе это обращение. Пастор, например, должен подписываться «пастор Василий», а не «отец Василий». Эта норма относится и к другим традиционным христианским церквям, священники которых, в соответствии с церковными этическими нормами, подписываются «свящ. Никодим», а не «отец Никодим». Другими словами, именование не другого пастора, но самого себя «отцом» недопустимо не только с точки зрения этикета, но и этики.

Итак, к пастору допустимо обращение «отец Григорий», «отец Кристофер». Также ничто не препятствует использовать слово «мать» при обращении к пастору-женщине. Слово «матушка», тем не менее, в русском языке ассоциируется с супругой священнослужителя. 

Но нужно помнить, что обращение «отец» не является официальным. К незнакомому пастору мы обращаемся – «господин пастор», «Ваше преподобие»[11]. К пастору, имя которого нам известно, следует обращаться «пастор Михаил», «пастор Георг». В официальных случаях имя пастора упоминается с фамилией. Обращение к пастору по имени и отчеству не соответствует церковной традиции.[12] К епископу мы обращаемся «господин епископ», «Ваше преосвященство», к архиепископу – «господин архиепископ», «Ваше высокопреосвященство». К другим незнакомым церковнослужителям (к проповедникам, диаконам, кантору, министрантам) и прихожанам принято обращаться «брат», «сестра»; к знакомым – по имени или по имени и отчеству. Ко всей общине – «братья и сестры». При личном знакомстве к пастору также можно обращаться по имени, но не следует делать это, как и обращаться к пастору на «ты», находясь в церкви, или при посторонних. 

Список литературы

[1] Ранее изучением церковного и светского этикета занимались специальные дисциплины, традиционно именуемые ritus tactus и urbanitas sacerdotalis. Поскольку вопросы, связанные с этикетом, имеют отношение к этике и нравственности, эти дисциплины входили в обязательный курс обучения священнослужителя. 

[2] Пс 22:1; 79:2; Ис 40:11; Иер 31:10. 

[3] Ин 10:11. 

[4] Ин 21:15-17. 

[5] 1Пет.5:1,2. 

[6] 1Кор.4:14-17. 

[7] 1 Ин 2:1 и др. 

[8] Матф.23:8-10. 

[9] Большой Катехизис. Цит. по: Книга Согласия, М., 1998, С. 476-477. 

[10] Большой Катехизис. Цит. по: Книга Согласия, М., 1998, С. 467. 

[11] Форма обращения «преподобный» была введена на христианском Западе по отношению к епископам с 1485 г., по отношению к пасторам - с 1645 г. Если пастор имеет академическую степень, она также может быть указана при обращении, например: «преп. д-р Михаил Иванов». 

[12] Кроме того, обращение по имени и отчеству может быть воспринято самим пастором, как нежелание признавать его духовным лицом, но лишь гражданским.