Кадры и управление в Израиле

Кадры и управление в Израиле  

Влад Голь-де-Шмидт 

Известно, что в западных странах, в том числе и в Израиле, к различного рода дипломам об образовании, если они на русском языке, относятся не с тем пиететом, с которым к ним относились раньше в Союзе, т.е. по месту их получения.  

Тому много примеров и, в частности, мой личный пример.  

Когда я еще в начале 90-х был приглашен на интервью в один из государственных институтов Израиля и представил все свои дипломы и аттестаты членам малого УС, собранным по этому случаю, никто из них даже не взглянул на мои документы. Обратили внимание только на выписку из Энциклопедии (Who is who), где была обо мне небольшая заметка и на мои научные труды. Со мной, в основном, беседовали, после чего предложили работу на 3 месяца для завершения одного из проектов. Я, будучи ещё свежим репатриантом, естественно согласился, и в итоге, проработал в этом институте 12 лет, начав и завершив не один проект.  

В ряде СМИ, в том числе и русскоязычных, в последние годы также высказываются несколько странные суждения о дипломах и их обладателях, во всяком случае, о них пишут без всякого уважения, скорее с некоторым предубеждением, призывая "не молиться" на дипломы и, полагая, что это не так уж и плохо (кстати, в одном российском телешоу некий журналист заявил: "Иисус Христос не размахивал своими дипломами").  

Я же полагаю, что неуважение к дипломам - это очень плохо, и хотя молиться на диплом может быть и не нужно, для этого есть другие аксессуары, а вот уважать их желательно, особенно, если это, например, диплом доктора наук, защищенный в таком престижном Храме науки и образования, как Московский Государственный университет (МГУ) или аттестат профессора, присужденный ГК Союза ССР по образованию (Москва). 

 Правда, должен заметить, что к различного рода печатным документам, как и вообще к печатному слову (конечно, если оно написано грамотно и по делу), я отношусь гипертрофированно уважительно. Так, например, я до сих пор храню, свидетельство аэроклуба о моей летной (парашютной и планерно-самолетной) юности, документы о прохождении курсантской воинской службы в учебной авиаэскадрилье, трудовую книжку, свои книги, статьи, отзывы и ссылки на свои работы и многое другое, что, по-видимому, дает мне ощущение жизни в объемном (трехмерном) пространстве: прошлое, настоящее и, возможно, будущее (черно-белое фото-это и есть "прошлое").  

Настоящий (а не купленный) диплом, в частности, диплом кандидата и доктора наук, достаётся нелегко, это многие годы упорного, целенаправленного и нелегкого труда, дающие обширные знания и необходимый кругозор по специальности. Именно в этом, а конечно же не в "корочках" ценность диплома. Именно эти дипломы и стоящие за ними знания позволили нескольким репатриантам-эмигрантам, в их числе и мне, уже в не очень молодом возрасте (вот в таком, как на цветном фото внизу - это и есть "настоящее"), быть принятыми и, полагаю, плодотворно трудиться в единственном в Израиле государственном Институте геофизики и совместно с группой израильских ученых, составить и издать уникальные геофизические карты Израиля, провести компьютерное моделирование глубинного строения земной коры нашего региона, провести инженерно-геофизические и прогнозные работы в районах Мертвого моря, каньона Махтеш-Рамон (геологического "окна" Израиля) и др., участвовать в ряде исследований по европейским проектам и во многих аналогичных работах. Кстати, появление геофизические карт было встречено с интересом в геолого-геофизических кругах Израиля, и не только, для многих эти карты стали наглядными пособиями для дальнейших исследований. 

Не уважать и, тем более, стесняться рекламировать свой диплом может только тот, кто добыл его незаконно и, естественно, это скрывает. Вспомним публикации о не совсем легитимном приобретении дипломов о высшем и другом образовании целым рядом израильских функционеров и чиновников. Недавно, по этому поводу было разбирательство в Кнессете, относительно одного из его членов, которое закончилось не в его пользу.  

Кстати, это еще один аргумент в пользу рекламирования своих честно полученных дипломов. Между прочим, как известно, в каждой автобиографии есть пункт об образовании, где авторы, полагаю не без гордости, указывают, какими дипломами они обладают.  

Неуважение к дипломам, а диплом - это законный документ об образовании, и, следовательно, неуважение к закону и образованию, возможно и является основной причиной, имеющего места "балагана".  

Наверное, как об этом пишут некоторые авторы, университетский диплом это действительно еще только "стартовая площадка для карьеры, а не гарантия ее успешности", а вот диплом доктора наук и аттестат профессора плюс уже наработанный с годами профессиональный опыт - должны быть, по моему мнению, просто обязаны быть, гарантией карьеры, а также успешности и известности специалиста.  

Я, к примеру, совсем не был огорчен, а наоборот весьма польщен тем, что моя биография, основные научные достижения и ключевая библиография были помещены в книге "Российская прикладная геофизика ХХ века в биографиях" (Изд. Российской АН, 1998, Москва, с. 58-62, под редакцией академика В.Н.Страхова). К тому времени я уже несколько лет находился в Израиле и обо мне могли бы и забыть. Эта книга, что важно отметить, была издана не на коммерческой основе (в противоположность тому, как это принято сейчас на Западе).  

Чтобы получить диплом доктора наук, а затем и аттестат профессора, уже имея диплом кандидата наук и аттестат старшего научного сотрудника, я прошел долгий, сложный и очень нелегкий путь.  

В 60-е годы, в Казахском геофизическом тресте, под руководством заместителя министра геологии, проводились обобщения региональных геофизических исследований по глубинному геологическому строению Казахстана, которые к концу десятилетия были завершены. Я в это время был начальником крупной партии обобщения, которая непосредственно и проводила эту работу. На защите отчета, с основным докладом выступил я, было также несколько содокладов по отдельным разделам. Ведущими рецензентами были академик Шлыгин Е. Д. (геолог) и профессор Непомнящих А. А.(геофизик). Ими и всеми участвующими в дискуссии наша работа оценивалась очень высоко. Более того, было предложено выдвинуть ее на Государственную премию на этом же Совете, поскольку эта было одно из первых исследований в Союзе такого плана, масштаба и охвата. Впрочем, дальше предложения дело не пошло, но это уже другая история, было это связано с иными, в частности, конъектурными, соображениями.  

Вскоре, по результатам работы нашим коллективом была издана в Москве в издательстве "Недра" крупная монография, не потерявшая актуальности до настоящего времени.  

В основу докторской диссертации, легли мои исследования в рамках этой комплексной коллективной работы, подкрепленные затем, формализованной постановкой задачи и математическими методами ее решения. Кстати, опубликованная позднее, в этом же издательстве, на основе докторской диссертации, моя монография, через несколько лет была переведена и опубликована в Пекине на китайском языке.  

Естественно, диссертация прошла апробацию по месту моей работы (что особенно сложно, тем более, что это была первая докторская диссертация в нашем институте - кто через это проходил, знает, что значит "нет пророков в своем отечестве"), а также в академических институтах Алма-Аты, Ленинграда, Новосибирска, Иркутска, Красноярска, Москвы и принята к защите в МГУ, где в те годы, по слухам, процветал антисемитизм. Эти слухи, в какой-то степени, довлели надо мной, да и некоторые московские коллеги, говорили, что с моей фамилией там делать нечего и меня обязательно на защите "завалят". Вместе с тем, я полагал, что проделал капитальные исследования, знаю свою работу лучше, чем кто-либо другой и поэтому не очень опасался за результат. Тем более, что прежде, чем диссертация была представлена к защите на Объединенном УС МГУ, членами которого на тот момент было около полусотни крупнейших ученых, я прошел предзащиту на двух специализированных кафедрах МГУ: геофизики (заведующий, чл-корресп. АН СССР и начальник Управления геофизики Мингео СССР Всев. Влад. Федынский, специалист, уважаемый всеми геофизиками страны) и общей геологии (заведующий, академик Влад. Иван. Смирнов, крупный ученый, строгий, но, очень достойный человек, во всяком случае, судя по отношению ко мне и моей работе).  

В итоге, результат защиты был весьма успешным.  

Возможно, вирусом антисемитизма в университете были больше заражены гуманитарные факультеты, и меньше - естественные, технические, как бы то ни было, меня это, к счастью, не коснулось.  

Характерно, что в Израиле, какие бы документы при устройстве на работу не были представлены, вас спросят: "Вы от кого, кто вас прислал, с кем вы знакомы?", т. е. по чьей вы протекции, что характеризует бытующие здесь методы формирования кадров, особенно, если речь идет о государственных учреждениях.  

Не исключено, что в не совсем благоприятном экономическом, политическом, информационном и др. положениях нашей страны (опрос "Мадад Шалом", проведенный в конце сентября 2005 года, показал, что большинство еврейского населения Израиля считают, что по 9 из 11 ключевых показателей положение в стране ухудшилось, Wallanews) при прочих равных условиях, немалую роль играет стиль и методы подбора кадров и организационная структура управляющих систем Израиля (а "кадры..., как мы помним, ... решают всё" и это вполне серьёзно).  

Как, в этом смысле, выглядят организационные и кадровые проблемы Израиля можно почерпнуть из очень многих материалов наших бумажных и электронных СМИ (да и не только, но и из личных наблюдений, бесед с коллегами, знакомыми и др.).  

Из них видно, что многие годы, важнейшие промышленные и хозяйственные отрасли возглавляли и продолжают возглавлять малокомпетентные люди, слабо представляющие себе суть дела, которое им поручили, и за которое, несмотря на отсутствие соответствующих профессиональных знаний, они взялись (по известному выражению "каждая кухарка может управлять государством"), да и сами управленческие структуры недостаточно профессиональны. Несомненную отрицательную роль играют политические назначения, связи, протекционизм, благодаря которым малокомпетентные люди не только проникают в управляющие структуры, но и "тянут" за собой своих многочисленных родственников, устраивая их на "теплые" и в то же время, ответственные "местечки" (джобы). Компетентные специалисты, в том числе крупные ученые и "крепкие" профессионалы, не имеющие соответствующих протекций, а это в основном новые граждане, остаются за бортом, отчего проигрывают в первую очередь государство и общество, конечно же, и сами эмигранты, которые в итоге уезжают.  

Недавно проведенная проверка знаний учителей младших классов, преподающих математику показала, что 10% учителей (полагаю, что процент явно занижен) тест не сдали, т.е. они не знают предмета, который преподают. Интересна реакция на этот результат высокопоставленного чиновника: "не знают математику, пусть преподают литературу" (хотелось бы думать, что он шутил).  

В то же время многие специалисты (в том числе и учителя) высокой квалификации, но не той "ментальности", на работу не принимаются с удивительнейшей формулировкой: "у вас слишком высокая квалификация для нас".  

Известна также "закрытость" израильских академических и университетских кругов для приехавших или намеревавшихся это сделать, учёных. Чувствуя такую замкнутость и недоброжелательность, многие крупные личности сюда не едут, а приехавшие - уезжают, особенно активно в последние годы, понимая, что здесь можно существовать только "серой лошадке", да и общая обстановка не очень благоприятна.  

В 2005 году ожидается, что официальное число граждан, покинувших нашу страну, достигнет 25.000, а в целом, за последние годы оно составляет около 50.000 человек.  

Пробиться в ряды истеблишмента практически невозможно. При том, что русскоязычная алия составляет 20% населения Израиля, только, примерно, 1% её представлен в израильских властных структурах. Подчас, неблаговидную роль играет и собственно, так называемая "русская улица", голосуя на очередных выборах за ту или иную партию, не очень разобравшись в сути дела, а то и вообще игнорируя выборы, нанося, тем самым ущерб только себе.  

Всё это в итоге, приводит к недоверию к властным структурам, к партиям, а также порождает коллективную психологическую усталость и апатию общества, наглядным примером чего служит проценты явки избирателей на местные выборы и выборы в Кнессет.  

После такого "оптимистического" введения, становится очевидным, что надо бы трансформировать систему управления, чтобы нейтрализовать негативные последствия такого метода подбора кадров. Возможно, имеет смысл как-то формализовать задачу (проблему) и автоматизировать процесс принятия решений, чтобы хоть немного уменьшить влияние человеческого (если он не очень профессионален) фактора на результат.  

Попробуем предложить один из возможных выходов из создавшейся ситуации, пусть пока только теоретически.  

Проанализируем, в частности, возможности использования для решения управленческих проблем, кибернетики (в переводе с греческого - искусство управления), а именно ее, весьма важного, "кадрового" аспекта, вспомнив, что впервые этот термин, был использован для определения науки об управлении человеческим обществом. Сделал это ещё задолго до Н. Винера, в 1834 году, известный французский учёный А.М. Ампер (он назвал науку управления государством, которая помогает правительству решать встающие перед ним задачи о процветании страны, кибернетикой). Примерно, в таком же духе, высказывался в свое время древнегреческий философ Платон. Вопросы управления в социальных системах были подробно рассмотрены Н.Винером в книге "Кибернетика и общество", опубликованной в 1954 г.  

Мой опыт в этом вопросе достаточно специфичен. В свое время, я использовал кибернетический подход для решения сугубо технических, а именно, геофизических, управленческих проблем. Примерно за два года до переезда в Израиль в г. Киеве в Украине, было издано тиражом в 1000 экземпляров моё учебное пособие под названием "Элементы прикладной геофизической кибернетики и информатики" (1989, 96 с.). Оно базировалось на цикле лекций, который я, дополнительно к своей основной научной работе, читал в Институте повышения квалификации руководящих работников и специалистов системы Министерства геологии СССР (филиал в г. Алма-Ате), в течение нескольких лет. А лекции, в свою очередь, основывались на моей практической деятельности в Геофизическом институте.  

Геофизическая кибернетика предполагала разработку методов выбора стратегии и управления геофизическими исследованиями, их оптимизацию в геологоразведочном процессе (ГРП). Используя современные (на тот момент) технические, программно-математические средства и кадровые ресурсы, она должна была на всех стадиях ГРП создать единый и непрерывный процесс полевых и камеральных (обработка и интерпретация) работ, чтобы с учетом своевременной корректировки исследований (с использованием обратных связей) свести к минимуму сроки и затраты на разведку полезных ископаемых.  

Рассмотрим в весьма популярной форме специфические элементы прикладной кибернетики в приложении к анализу социальных процессов в организованном в государство, человеческом обществе.  

Итак, кибернетика - это наука об управлении сложными системами с обратной связью. Выделим из общего определения кибернетики следующее утверждение: кибернетика занимается изучением систем любой природы (в том числе, и человеческого общества), способных воспринимать, запоминать ... информацию и использовать её для управления. В чём же суть управления?  

Управление представляет собой процесс преобразования исходной информации в конкретные действия, т.е. в решения, при этом имеется в виду, что в реальных условиях предполагается обратная связь. Следовательно, успех управления прежде всего зависит от качества и полноты исходной информации и от того как выполнено её преобразование, т.е. важно по каким правилам идёт "игра", какими принципами и каким образом действий, другими словами, каким алгоритмом, руководствуются при принятии решений.  

Принципиальная схема управленческой информационной системы с обратной связью, т.е. системы кибернетической, достаточно проста. Она состоит из двух элементов: управляющего органа и управляемого объекта; от последнего в управляющий орган поступает исходная информация, здесь она анализируется и преобразуется в командную информацию (решение), которая возвращается в управляемый объект; под воздействием решения в этом объекте происходят изменения. Конечно, реальная система неизмеримо сложнее, она состоит из многих взаимосвязанных подсистем, а решения принимаются во многих её пунктах.  

"Отец" современной кибернетики Н.Винер неоднократно писал, что "машины изобретательнее людей", что "машина умнее своего создателя" и т. п. Тем не менее, и, несмотря на то, что кибернетический подход подразумевает оптимальную формализацию и математизацию задачи, несмотря на использование в процессе управления экспертных систем с элементами искусственного интеллекта и т.п., этот подход лишь частично умаляет роль человека, но не снимает с него ответственность за результат, поскольку, в любом случае, окончательное решение принимает человек, т.е. "машины должны работать, а люди думать", хотя здесь и ограничен полный произвол человеческого фактора.  

Лица, получающие первичную информацию и реализующие рекомендации и решения, входят в управляемый объект, лица участвующие в разработке рекомендаций и принятии решений представляют управляющий орган.  

Так как мы говорим об управлении, то ясно, что в человеческом сообществе, речь идёт о руководителях тех или иных систем, предприятий, организаций, в том числе, и государственного уровня, которым предстоит принимать ответственные, подчас судьбоносные, решения на основе формальных "кибернетических" рекомендаций.  

В связи с этим, возникает естественное сомнение, способны ли непрофессионалы адекватно воспринимать мало знакомую им специфически-профессиональную информацию и превращать её в грамотные указания, приказы, инструкции, отвечающие интересам дела, общества и государства, даже если у них имеются профессионально подготовленные советники.  

Так, например, в недавнем интервью известный израильский политолог и экономист заметил, что пребывание на "высоком" посту, одного из политических назначенцев в недалеком прошлом, поссорило "нашу страну с финансовыми рынками" и обходился этот чиновник "стране в миллионы шекелей" каждый день.  

Недостаточно продуманные, без глубокого анализа, безответственные, принятые по конъектурным политическим соображениям непрофессиональные решения, могут иметь далеко идущие и "долгоиграющие", а часто и трудноисправимые последствия. Это наиболее ярко проявилось, например, в идеях "мирного" договора в Осло (и последующей за ним интифадой - усилением палестинского террора ), поселенческого движения в Израиле (и частичного отказа от него - Ямит, Газа и т.д. и дальнейшей эскалацией палестинского террора), в заключении долгосрочных (многолетних) внешних и внутренних, далеко не всегда оптимальных и экономически выгодных договоров малокомпетентными высокопоставленными чиновниками, занимающими свой пост всего два-три месяца и никогда на него больше не назначаемые, etc. В связи с часто имеющей место политической чехардой, был случай, когда некий министр занимал свой пост один день и, возможно тоже успел принять ответственные решения.  

Правда, вновь назначаемый "начальник" по принципу "я начальник ты дурак, ты начальник - я дурак" сразу же отменяет начинания и решения предшествующих коллег, но, к сожалению, как правило, отменяются лучшие (если их можно так назвать) решения.  

При всем этом, нужно отметить, что разные слои населения относятся ко всей этой чехарде по-разному: кто-то категорически отрицательно, а кто-то и весьма положительно. Итак, возникают извечные российские (как выясняется, и наши) вопросы: "кто виноват" и "что делать". В ответ на первый вопрос, классик когда-то заметил: "беда России - дураки и дороги". В Израиле дороги неплохие.  

Что же касается вопроса "что делать", а главное делать правильно и своевременно, т.е. оптимально, в сложных ситуациях, и самое главное, каковы будут последствия, никто никогда не знал, не знает и предвидеть не может, тем более, на интуитивном уровне, без глубокого анализа и моделирования возможных ситуаций и результатов.  

Вот здесь как раз и может помочь, кибернетический концептуальный подход, который автоматизирует и дисциплинирует управляющие структуры, изменяет образ мышления задействованных в этих структурах людей, а также, в принципе, может кардинально повысить экономическую эффективность всей системы, оптимизируя результат.  

Не исключено, привлечение и других подходов для принятия стратегических управленческих решений, например, теории игр, раздела математики, предметом которого является анализ принятия оптимальных решений в условиях конфликта (израильскому ученому профессору Исраэлю (Роберту) Ауман в этом году присуждена Нобелевская премия за весомый вклад в этой области). Кстати, интересная деталь. Два американских ученых в исследовании "The Natural History of Ashkenazi Intelligence" ("Естественный путь развития умственных способностей европейской ветви евреев") пишут: "Несмотря на то, что евреи составляют лишь 0,25% населения Земли и лишь 3% населения США, на их долю приходится 27% всех Нобелевских премий и 50% чемпионов мира по шахматам".  

Почему же и в Израиле, где так много евреев, так относительно мало Нобелевских лауреатов и чемпионов мира? (шутка!?).  

В целом, если вернуться к обсуждаемой проблеме, речь идёт о создании оптимальной организационной системы, функционирование которой может быть критериально оценено и при необходимости быстро усовершенствовано или реорганизовано.  

Такой подход должен обеспечить принятие стратегических (или хотя бы, верных тактических) решений не только по отдельным отраслям, но и в в целом по государственной системе, с учётом современных, выверенных, взвешенных и уже апробированных в промышленно развитых и успешно развивающихся странах, критериев.  

А вот, чтобы это произошло, при прочих равных условиях, нужны грамотные дипломированные специалисты - профессионалы. Таким образом, мы пришли к тому с чего начали и, круг замкнулся.