Летний сад в Санкт-Петербурге

Летний сад в Санкт-Петербурге



Известно, что территория,  где ныне расположен Санкт-Петербург,  много веков назад принадлежала Великому Новгороду.  Земли  здесь  не  радовали плодородием или пышной растительностью:  преобладали чахлые  почвы, болота,  низкорослый кустарник,  негустые леса. Но достаточно  взглянуть на карту, чтобы убедиться, как велико значение этих мест -  и экономическое, и военное.       

Во времена  Петра  I,  в  результате Северной войны захваченные  неприятелем земли были возвращены государству Российскому.  Именно в  ходе этой  войны  возник  Санкт-Петербург  в  мае  1703 года как го-  род-крепость и город-порт, как форпост русского государства на бере-  гах Балтийского  моря.  У  каждого только что рождённого города есть  отправные пункты его дальнейшего развития.  Вокруг них  складывается  центр, растут жилые и общественные постройки.  Для Санкт-Петербурга,  ставшего с 1712 года столицей России,  такими пунктами  были  прежде  всего Петропавловская крепость и домик Петра I вблизи неё, чуть выше  по реке.  Однако имелись ещё две точки на левом берегу Невы,  важные  для формирования города. Это Адмиралтейство - судостроительная верфь  и крепость - и Летний дворец Петра немного выше по течению,  где  от  Невы отделяется её рукав - Фонтанка, которую тогда называли Безымян-  ным ериком. Соседство петровского дворца с прилегающим к нему Летним  садом и  близость Адмиралтейства предопредилили важность этого места  в жизни столицы.       

С первых  лет  существования города одной из самых важных задач,  вставших перед его строителями,  стало осушение болот. Без этого не-  возможно было сооружать здания,  даже простейшие,  устраивать сады и  парки. Для осушения Большого луга в начале  10-х  годов  XVIII  века  прорыли два канала между Невой и маленькой речкой Мьёй, позднее наз-  ванной Мойкой, - Красный, засыпанный в 80-е годы XVIII века, и Лебя-  жий, существующий  по  сей день.  Они отделили луг от Летнего сада с  востока и от рабочих слобод с запада,  превратив в настоящий остров,  так как  с  севера и юга его ограничивали Нева Мья,  продолженная на  восток до Безымянного ерика. 

Конечно, узенькие каналы нельзя назвать  серьёзными водными преградами, но они всё же затрудняли доступ сюда:  ведь мостов не было, Пётр запрещал их строить, желая таким радикаль-  ным образом  поощрить  "малое"  судоходство.  Царь  требовал,  чтобы  "употребляли суда точно так же,  как на сухом пути кареты и коляски,  а не  сорные телеги" и чтобы "каждый не совсем бедный постоялец имел                               у берега во всякое время перевозное судно". Так что простые горожане  на Большой  луг  и в Летний сад попадали редко.  Да к тому же что им  было здесь делать?  

В дворцовый Летний сад  их  обычно  не  пускали,  ехать отсюда  было некуда,  разве что на противоположный берег Невы,  но такая переправа через широкую реку требовала  немалых  усилий,  и  без особой надобности на ту сторону не отправлялись.       За время правления Петра I новый город на Неве приобрёл извест-  ность в Европе и стал привлекать всё больше иностранных путешествен-  ников. Они удивлялись,  как много удалось сделать здесь за считанные  годы. Среди  мест,  вызывавших особый интерес,  был Летний сад с его  окружением, включая Большой луг.  Летний сад  увековечен  во  многих  произведениях искусства, к нему не раз обращались художники и поэты,  и рассказывать о нём можно бесконечно. Сад - важнейшая часть ансамб-  ля Марсова поля,  его восточный "фасад".  В XVIII веке на протяжении  целых десятилетий они составляли одно художественное целое.  "Летний  сад был разбит на громадном пространстве,  захватывая часть Царицына  луга" - писал историк города В.Авсеенко, и это утверждение совпадает  со многими другими описаниями старого Петербурга.       

Летний сад - почти ровесник города,  он существует с 1704 года.  В его  создании  и  украшении  принимали участие видные архитекторы:  Ж-Б. Леблон, И.-Г. Маттарнови, М, Земцов, мастера-садоводы Я.Роозен,  И.Сурмин, Л.Лукьянов,  И.Яковлев и другие не менее известные архитек-  торы.       По замыслу Петра,  сад должен был стать местом отдыха,  сочетая  черты городской и загородной усадьбы.  Здесь,  на левом берегу Невы,  была своего рода периферия, отделённая широкой водной гладью реки от  шума и суеты первой петербургской площади.  

В северо-восточной части  сада, где  до  основания  города находилась мыза (усадьба) шведского  майора Конау,  по проекту Д.Трезини построили небольшой  двухэтажный  Летний дворец Петра I,  сохранившийся до наших дней. В 1710 году на-  чали "бить сваи" под фундамент, к весне 1712 года здание было вчерне  завершено, но отделка фасадов и интерьеров продолжалась до 1714 года  при участии А.Шлютера. Прямоугольное в плане здание имеет мало обще-  го с дворцом в обычном понимании этого слова, оно невелико и сравни-  тельно скромно.  Фасады первоначально украшали лишь наличники окон и  русты по  углам;  чуть  позднее между окнами первого и второго этажа  были размещены двадцать девять рельефов из терракоты на темы  антич-  ной мифологии,  иносказательно  напоминающие события Северной войны.                                 

Планировка двух этажей дворца одинакова:  в каждом  по  шесть  жилых  комнат, поварня,  коридор и комната для дежурных денщиков и фрейлин.  Внизу были апартаменты Петра, наверху - покои Екатерины I. Хотя дале-  ко не всё внутреннее убранство сохранилось, многое в комнатах выгля-  дит так,  как при основателе города.       В 20-е годы XVIII века Летний сад быстро расширялся и благоуст-  раивался. К концу царствования Петра он был по размерам куда  больше  существующего в наши дни, включая территорию нынешнего Михайловского  сада и место,  где позднее появился Инженерный замок с его окружени-  ем. В то время обычно различали три царских Летних сада:  первый за-  нимал северную часть современного,  от Невы до  поперечного  канала,  позднее ликвидированного  (он  делил  территорию  примерно пополам),  второй - южную часть,  от канала до Мойки,  третий простирался южнее  этой речки.       

Как известно, садово-парковое искусство знает два основных типа  садов - регулярные и пейзажные (их иногда ещё называют соответствен-  но французскими и английскими).  Летний сад создавался как  регуляр-  ный, или, как его ещё именуют, архитектурный - с чёткой планировкой,  прямыми аллеями,  аккуратно подстриженными деревьями и  кустарником,  зачастую в форме правильных геометрических фигур:  шара, куба, пира-  миды. Образцом был Версаль,  знаменитая резиденция монархов  Франции  под Парижем.  Пётр хотел, чтобы его сад превзошёл парк "короля-солн-  ца" Людовига XIV.  Где бы он ни был и чем бы ни занимался,  царь  не  забывал про  свой  "огород"  (так  иногда называли в то время сады),  требуя, чтобы сюда доставляли ценные сорта деревьев и  цветов,  вся-  ческие диковинки, чтобы приглашались искусные мастера-садоводы.       

Как выглядел Летний сад в 20-е годы XVIII века,  даёт представ-  ление дневник  камер-юнкера Ф.-В.Берхгольца,  приезжавшего несколько  раз в Петербург в свите герцога Голштинского. "Сад это,- читаем мы,-  имеет продолговатую форму; с восточной стороны к нему примыкает Лет-  ний дворец Петра I, с южной - оранжерея, с западной - большой краси-  вый луг,  на котором при всех празднествах обыкновенно стоит в строю  гвардия... а с северной он омывается Невою,  в этом  месте  довольно  широкою". Обратите  внимание  в  этом  описании на "большой красивый  луг" к западу от Летнего сада - это будущее Марсово. Парадной частью  сада при Петре была северная,  примыкавшая к Неве, где обычно проис-  ходили празднества, торжественные церемонии. Именно здесь располага-  лось больше всего "садовых затей", восхищавших современников. В 1715                                 - 4 -  году в этой части сада архитектор И.-Г.Маттарнови,  один из строите-  лей здания Кунсткамеры на Васильевском острове, возвёл на берегу Не-  вы три галереи. Особенно нарядной была центральная, расположенная на  главной оси сада, примерно посередине между Фонтанкой и Лебяжьим ка-  налом. Её украшали двенадцать парных мраморных колонн,  широкий про-  ход посередине был устлан белыми и чёрными мраморными плитами. Здесь  была установлена античная статуя Венеры,  приобретённая для Петра  в  Италии. Царь настолько дорожил скульптурой, что даже приказывал ста-  вить для её охраны особых  часовых.  Мраморная  богиня  ,  названная  позднее Венерой Таврической,  ибо она долго находилась в Таврическом  дворце, ныне хранится в государственном Эрмитаже.       

От галереи вела вглубь сада аллея.  На ней были оборудованы че-  тыре площадки с фонтанами.  Во время торжеств и  приёмов  на  первой  площадке, Дамской, обычно находилась Екатерина I с придворными дама-  ми, на второй, Шкиперской, сам Пётр, проводивший здесь время в мужс-  кой компании,  потягивая пиво,  беседуя и развлекаясь игрой в шашки.  Шкиперскую площадку окружали четыре декоративно подстриженных куста,  в стороне был выкопан пруд. В беседке на острове посреди пруда часто  любил уединяться Пётр.       Повернув от четвёртой площадки по боковой аллее налево,  К Фон-  танке, посетитель через минуту-другую оказывался перед Гротом.  

Этот  павильон прямоугольной формы завершался куполом,  увенчанным шестиг-  ранным фонариком,  стены его были украшены колоннами и скульптурами,  а соединённые арками три зала отделаны туфом, причудливыми раковина-  ми, мелкими разноцветными камнями и толчёным стеклом.  Казалось, что  это сказочная пещера.       Общее внимание  привлекал  тогда  и  спроектированный  Леблоном  птичник, где содержались орлы, чёрные аисты и другие диковинные пти-  цы. Он напоминал, по словам историка искусства А.Новицкого, "необык-  новенно красивую  архитектурную игрушку самой затейливой конструкции  в форме индо-китайской  пагоды:  в  плане  представляя  осмиугольную  звезду, почти сплошь покрытую резным орнаментом" с крышей,  увенчан-  ной золочёным флюгером в виде дракона.       

Не раз  вспоминали  современники о фонтанах петровского Летнего  сада. Хотя они и уступали по масштабу и оригинальности замысла  фан-  тастической водяной феерии Петергофа, но очень оживляли аллеи и пло-  щадки.       В 1721-1724  годах в Летнем саду,  на месте одноэтажной царской                                 - 5 -  "мыльни", архитектор ван Звитен возвёл второй Летний дворец,  распо-  ложенный симметрично первому,  у ответвления от Невы Лебяжьего кана-  ла. Существовал он недолго и не сыграл заметной роли в  формировании  облика близлежащих мест. Куда более интересным сооружением оказалась  так называемая "Зала для славных торжесвований",  построенная на бе-  регу Невы,  в  1725 году в считанные месяцы для бракосочетания Анны,  дочери Петра,  с герцогом  Карлом  Фридериком  Голштейн-Готторпским.  Возвести её  "в  самом кратком времени преизрядным художеством" было  поручено одному из первых крупных российских архитекторов М.Земцову.  

Богато и  нарядно выглядели фасады:  плоскость стен между окнами (их  насчитывалось пятьдесят два) оживляли пилястры,  соединённые гирлян-  дами, линия  парапета  по краю крыши прерывалась вазами на пьедеста-  лах. Почти всё пространство внутри занимал огромный двухсветный зал,  украшенный живописью на батальные темы и шпалерами, к нему по сторо-  нам примыкали два более низких, одноэтажных помещения. Вход, над ко-  торым располагалась  скульптурная композиция с фигурами Марса и Неп-  туна, находился в центре, связывая зал непосредственно с аллеями са-  да. Из  "забав"  и украшений петровского времени до наших дней почти  ничего не дошло,  зато сохранилась ценнейшая коллекция садово-парко-  вой скульптуры - около девяноста мраморных статуй и бюстов. Приобре-  тённые по распоряжению Петра I главным образом в Италии,  они выпол-  нены мастерами венецианской школы П.Баратта,  Дж.Бонацца,  А.Тарсия,  Дж.Зорзони и другими.       

В XVIII  веке  скульптур  было больше двухсот,  но впоследствии  многие погибли или "перекочевали" в летние загородные царские  рези-  денции и в Эрмитаж. В числе статуй - бюсты (их тогда называли "груд-  ные штуки") Александра Македонского, Юлия Цезаря, римского императо-  ра Траяна, польского короля Яна Собеского, шведской королевы Христи-  ны, фигуры героев античной мифологии,  аллегоричные изображения при-  родных явлений или отвлечённых понятий ("Ночь",  "Полдень",  "Утро",  "Закат", "Навигация",  "Астрономия" и так далее).  Одна из самых из-  вестных скульптур  -  "Мир  и изобилие" работы П.Баратта,  аллегория  Ништадтского мира.  Сидящая женская  фигура,  олицетворение  России,  держит в  правой руке опрокинутый факел - символ окончания войны,  в  другой руке у неё - рог изобилия.  Рядом стоит крылатая богиня Побе-  ды, венчая Россию лавровым венком.       В петровское  время  скульптуры,  фонтаны,  павильоны  украшали  главным образом первый и частично второй Летний сад.  Но и третий не                                 - 6 -  пустовал. Здесь,  на южном берегу Мойки,  где теперь находится в Ми-  хайловском саду павильон Росси, в 1712 году начали строить небольшой  дворец для Екатерины I. Завершённый золочёным шпилем с фонариком, он  выглядел довольно  богатым  и  назывался "Золотые хоромы".  Конечно,  эпитет "богатый" применим к нему лишь в сравнении с  обычными  пост-  ройками тех лет, а рядом с великолепными царскими резиденциями более  позднего времени он показался бы маленьким и невзрачным. Этот дворец  дал ещё  одно название Большому лугу - Царицын луг.  

Именно оно чаще  всего употреблялось во второй половине XVIII века и даже в XIX веке.  Всевозможные хозяйственные постройки вокруг дворца: конюшни, оранже-  реи, амбары -  занимали  большую  территорию,  ограниченную  Мойкой,  Большой прешпективой (Невским проспектом), Кривушами (каналом Грибо-  едова) и Фонтанкой.  По воспоминаниям одного из современников, в на-  чале 20-х  годов  XVIII  века в саду у "Золотых хором" ещё ничего не  было,кроме фруктовых деревьев,  преимущественно яблонь, да пяти пру-  дов, где разводили живую рыбу для царских трапез.  Зато в оранжереях  и парниках зрели редкие для северных мест плоды - бананы,  ананасы и  другие дары щедрого юга. Вдоль берегов Мойки и Фонтанки отвели место  для прогулок, отсюда наплавной мостик через Мойку вёл во второй Лет-  ний сад.  

В своём любимом "огороде" Пётр I нередко устраивал ассамб-  леи - приёмы гостей,  где "можно друг друга видеть и о всякой  нужде  переговорить, так же слышать, что где делается...". Учреждённые ука-  зом от 26 ноября 1718 года, они сыграли заметную роль в ломке старо-  го быта.       Гости обычно съезжались к пяти часам пополудни и оставались  до  позднего вечера,  а  чтобы никто не мог уйти до окончания ассамблеи,  Пётр приказывал запирать ворота садовой  ограды.  Пока  приглашённые  веселились или,  наоборот,  скучали, рядом с садом, на Большом лугу,  играли оркестры.  Они состояли, как вспоминал очевидец, "из несколь-  ких труб,  фаготов,  валторн, гобоев и литавр. Капельмейстер из сол-  дат... бил там в огромный турецкий барабан и нередко считал  четвер-  ти, отчего и сам не всегда попадал в темп".  К началу празднества на  лугу обычно "выстраивались Преображенский и Семёновский полки,  царь  угощал солдат,  поднося  собственноручно  из деревянных чашек вино и  пиво. Народ толпился около горячих пирогов и печёного хлеба, жареных  туш свиней,  баранов  и  быков с золочёными рогами,  которые нередко  раздавал сам Пётр".       

После смерти  Петра  I  центр политической и общественной жизни                                 - 7 -  государства на некоторое время переместился в Москву.  В начале 1728  года туда выехала царская семья и двор, и переезд этот имел отчётли-  вый политический смысл, означая временное торжество противников пет-  ровских реформ. Они стремительно бежали из неуютного для них города,  и это, конечно, сказалось на молодой столице: в её облике всё замет-  нее стали  проступать  черты упадка и запустения.  Однако уже в 1732  году императрица Анна Иоанновна,  возведённая дворянством на трон  с  требованием вернуться к политике Петра,  возвратилась в Петербург, а  за ней волей-неволей потянулся и двор. Строительство в городе возоб-  новилось, но  в  1736-1737  годах  опустошительные пожары уничтожили  большую часть построек на Адмиралтейской стороне,  в том числе  и  у  Летнего сада.  

Бедствие заставило упорядочить застройку города, хоть  немного уменьшить скученность.  В 1737 году учредили так  называемую  "Комиссию о  Санкт-Петербургском строении",  сыгравшую важную роль в  развитии города.       С конца 20-х годов характер застройки города заметно изменился.  Если при Петре в первую очередь возводили здания практического  наз-  начения -  жилые дома,  всевозможные хозяйственные сооружения,  - то  теперь силы и средства  обращались  главным  образом  на  возведение  дворцов и храмов.  Произошла и стилевая эволюция: сдержанность архи-  тектурного оформление уступила роскоши и великолепию. Середина XVIII  века стала  периодом  безоговорочного господства в русском зодчестве  нарядного, праздничного,  ликующего стиля барокко.  В Петербурге,  в  том числе и у Летнего сада, были созданы здания, характерные для ар-  хитектуры этого стиля.  Это прежде всего творчество зодчего Бартоло-  мео Франческо Растрелли (1770-1771). Около Летнего сада построек его  не сохранилось,  но на определённом этапе формирования ансамбля  его  здания -  и  прежде  всего Летний дворец Елизаветы Петровны - играли  здесь главную,  определяющую роль. Поэтому нельзя не вспомнить об их  авторе. Будущий  зодчий,  сын известного скульптора Бартоломео Карло  Растрелли, приглашённого в Россию Петром I,  приехал сюда шестнадца-  тилетним юношей  вместе  с  отцом и провёл здесь почти всю жизнь.  

В  1730 году императрица Анна Иоанновна поручила молодому Растрелли со-  орудить для  неё новый одноэтажный Летний дворец рядом с Большим лу-  гом, на месте "Залы для славных торжествований". Приказ был выполнен  быстро. "Я  построил  деревянный дворец напротив Большой реки Невы,-  вспоминал позднее архитектор,- состоявший из 28 комнат с большим за-  лом. С большим спуском к воде для барок и придворных шлюпок".                                 

В начале 40-х годов Растрелли начал возведение ещё одного  Лет-  него дворца,  на этот раз для правительницы Анны Леопольдовны. Место  для него было выбрано в третьем Летнем саду,  у самого Большого луга  (там, где сейчас Инженерный замок).  Пока велось строительство прои-  зошёл дворцовый переворот, и на престол вступила Елизавета Петровна.  Она и  стала  хозяйкой  нового здания.  В середине и второй половине  XVIII века именно оно прежде всего бросалось в глаза всем, кто попа-  дал в эти места. Его стали называть Летним дворцом Елизаветы Петров-  ны. "Строение этого дворца,- читаем мы в документах  того  времени,-  начато 24 июня 1741 года. Повелено строить с крайним поспешанием". К  1744 году здание вчерне было закончено,  продолжалась лишь  отделка.  Сам Растрелли писал о дворце: "Это здание имело более 160 апартамен-  тов, включая сюда и церковь, зал и галереи. Всё было украшено зерка-  лами и богатой скульптурой,  равно как и новый сад, украшенный прек-  расными фонтанами, с Эрмитажем, построенным на уровне первого этажа,  окружённого богатыми трельяжами,  все украшения которых были позоло-  чены". Не случайно в этих немногих строках несколько раз встречается  слово "украшение": богатство декоративного убранства имело для архи-  тектора первостепенное значение.  Хотя 

Летнего дворца Елизаветы Пет-  ровны уже давно нет, рисунки, гравюры, картины, планы XVIII века да-  ют возможность достаточно отчётливо представить его облик.  С Потеш-  ного поля открывался вид на главный фасад дворца,  обращённый на се-  вер, к Мойке и Летнему саду.  На фоне светло-розовых  стен  эффектно  выделялись белоснежные  пилястры  и  резные  наличники огромных окон  второго, парадного, этажа. Нарядно выглядела балюстрада со статуями,  разорванный фронтон над центральной частью фасада, украшенный резной  декоративной скульптурой с гербом императрицы.  К парадному подъезду  вели не только два марша широкой лестницы,  но и два пандуса.  

Перед  дворцом был раскинут партерный цветник, тоже по рисунку Растрелли, в  его центре  били  фонтанные струи,  а вдоль Мойки тянулись аккуратно  подстриженные деревья,  похожие на зелёные пирамиды. Чтобы Елизавете  Петровне было удобно гулять в нём, через Мойку в 1744 году соорудили  специальную крытую деревянную галерею.  Внутри этого "служебного пе-  рехода" висели картины.  Те, кто приезжали во дворец, видели сначала  не северный фасад,  обращённый к Мойке,  а  противоположный,  южный.  Дворец с его, окружением был по существу, усадебной постройкой, мало  связанной с остальным городом, хотя и занимал в его центральной час-  ти большую территорию. После завершения строительства Летнего дворца                                 - 9 -  у северо-западного крыла здания по чертежам Растрелли построили  не-  большой павильон Эрмитаж,  а возле него появился "возвышенный сад на  каменном фундаменте" с двумя прудами.  Ещё через несколько лет архи-  тектор перекинул через Фонтанку Акведук, украшенный балюстрадой, ка-  риатидами на опорах, гирляндами, венками; вскоре к северо-восточному  крылу дворца пристроили,  тоже по проекту Растрелли,  "новый большой  галерейный зал",  убранный не менее богато, чем главные парадные по-  мещения, а  также придворную церковь.  

Дворцовая усадьба дополнялась  всё новыми и новыми постройками,  созданными в основном рукой одного  мастера, которому помогали архитекторы Алексей Евлашев,  Николай Ва-  сильев и многие другие.  Вблизи дворца устроили лабиринт с сетью из-  вилистых дорожек,  карусели  и  другие "забавы" - вполне в традициях  садово-парковой архитектуры XVIII века.  Елизавета  Петровна  любила  свой Летний дворец.  Весной, 30 апреля, она обычно переезжала в него  с двором из Зимнего дворца и жила здесь до 30 сентября,  так  что  в  эти месяцы  сюда перемещался центр государственной жизни.  Тут часто  происходили официальные приёмы,  всевозможные торжества.  Не потерял  своего значения дворец и после смерти дочери Петра.       Вскоре после постройки Летнего дворца с юга  Летнего  сада,  на  его границе  на  северо-западе,  у  Невы,  выросло другое сооружение  Растрелли - так называемый Оперный дом на  Царицыном  лугу.  Он  был  возведён в 1750 году в считанные месяцы, после того, как пожар унич-  тожил существовавший до этого Оперный театр вблизи Невской  проспек-  тивы. По-видимому,  в творчестве великого архитектора театр на Цари-  цыном лугу оказался постройкой заурядной. О нём даже не всегда вспо-  минали биографы Растрелли. Сооружение не вызывало одобрения: оно по-  казалось слишком тесным и неудобным.       

Много работал Растрелли и в самом Летнем саду: сохранилось нес-  колько десятков чертежей архитектора к различным сооружениям.  С его  именем связано  строительство амфитеатра с цветочным партером против  второго Летнего дворца,  где с луга был вход в сад по мосту, переки-  нутому через Лебяжий канал.  Амфитеатр украшали беломраморные вазы и  бюсты римских императоров,  они эффектно выделялись на фоне  зелёной  стены.       Важнейшей работой 60-80-х годов было благоустройство набережных  Невы. На целые километры "низкие топкие" берега покрылись камнем,  и  это заставило по-новому "зазвучать" расположенные  здесь  площади  и  здания. Рядом с Царицыным лугом,  перед Летним садом, выросла изуми-                                 - 10 -  тельная по совершенству пропорций решётка,  Выполненная в  1771-1784  годах по  проекту архитектора Ю.Фельтона,  одного из главных творцов  невских набережных,  и П.Егорова. "Лучшею в мире" назвала эту ограду  Анна Ахматова.       Как и в прежние годы,  строителям Петербурга приходилось  вести  жестокую борьбу со стихией.  Одним из самых опустошительных было на-  воднение 1777 года,  оно причинило особенный ущерб  низинам,  в  том  числе Царицыну  лугу  и Летнему саду.  Для сада наводнение оказалось  роковым: лёгкие парковые сооружения,  фонтаны,  другие "забавы" были  сметены потоками воды, даже не все многолетние деревья выдержали бу-  рю. Постепенно внешние следы стихийного бедствия исчезли,  но многое  из того, что подверглось разрушению, например фонтаны, так и не было  восстановлено.       

В 80-х  годах  XVIII века был построен дом Н.Салтыкова на севе-  ро-западе Летнего сада.  Фельдмаршал князь Николай Иванович Салтыков  был одним из приближённых Екатерины II, воспитателем её сына Павла и  внуков - Александра и Константина; само место, отведённое для жилища  этого вельможи,  красноречиво  говорит  о его положении в высшем об-  ществе. Генерал-фельдмаршал,  кавалер всех русских орденов, он зани-  мал весьма  высокие  государственные посты,  был президентом военной  коллегии, председателем Государственного совета и  Комитета  минист-  ров, не  отличаясь  при этом ни талантом,  ни высокими человеческими  достоинствами. Проект   его   дома   выполнил    Джакомо    Кваренги  (1744-1817). Кваренги  повторил  судьбу не одного талантливого архи-  тектора-иностранца: почти полная  безвестность  в  родной  стране  и  блестящий, бурный взлёт в далёкой России.  Значение дома Салтыкова в  творчестве зодчего довольно скромно,  но в ансамбле Летнего сада  он  не заметен. Четырёхэтажный дом Салтыкова обращён фасадами на Марсово  поле, Дворцовую набережную  и  Суворовскую  площадь,  сформированную  позднее, в начале XIX века. 

С четвёртой стороны к нему примыкает ря-  дом стоящий дом.  Во время строительства здания его западная сторона  выходила в сад, тянувшийся до служебного корпуса Мраморного дворца и  отделённый от Царицына луга забором.  Эта сторона  оставалась  "глу-  хой", и лишь в 20-е годы XIX века при устройстве предмостной площади  и перепланировке всего района прорубили окна,  которые оживили мрач-  новатый вначале фасад.  Современное здание имеет в плане форму удли-  нённого прямоугольника с поясом посредине.  Сначала решено было пос-  тавить его основным фасадом к Неве, причём этот фасад оказался в два                                 - 11 -  раза уже бокового, "глухого", Обращённого на запад. Дом встал как бы  торцом к  Неве  и Марсову полю.  

В 1784 году рядом с домом Салтыкова  началось строительство особняка Бецкого,  законченное три года спус-  тя. Четырёхугольное в плане, с большим внутренним двором, дом Бецко-  го занимает территорию между Марсовым полем, Лебяжьим каналом, Двор-  цовой набережной и домом Салтыкова.  Стилистически оба здания близки  друг другу,  оба они - памятники  архитектуры  русского  классицизма  80-х годов XVIII века. Кто автор проекта дома, точно неизвестно. Од-  но время считали,что  им  мог  быть  Ж.-Б.Валлен-Деламот,  строитель  Большого Гостиного  двора  на Невской проспективе и Малого Эрмитажа.  Возможным автором называли и И.Старова,  назначенного  в  1784  году  главным архитектором "Конторы строений домов и садов её величества",  которую возглавлял Бецкой. Но всё же это лишь предположение.       С ноября  1833  года  по август 1834 года совсем рядом с Летним  садом на Пантелеймоновской улице  (ныне дом 5 по улице Пестеля, сох-  ранился в  перестроенном  виде)  жил  великий русский поэт Александр  Сергеевич Пушкин,  и часть дня проводил в Летнем саду. Чтобы попасть  туда, ему приходилось миновать Пантелеймоновский мост.  11 июня 1834  года он писал жене:  "Летний сад мой огород.  Я вставши ото сна  иду  туда в халате и туфлях.  После обеда сплю в нём,  читаю и пишу.  Я в  нём дома".       

К этому  времени  в  сравнении с XVIII веком и вид,  и характер  Летнего сада изменились.  В 1824 году,  второй раз в  своей  истории  после 1777 года,  он подвергся опустошительному наводению, после ко-  торого на месте разрушенных и повреждённых построек появились новые.  Там, где  стоял Грот,  вырос замечательно лёгкий и изящный "Кофейный  домик" по проекту К.Росси, а вблизи него - другой небольшой павильон  "Чайный домик", созданный архитектором Л.Шарлеманем, автором решётки  вдоль южной границы сада. Недалеко от неё, на берегу Карпиева пруда,  в 1839 году установили большую, почти пятиметровую вазу из эльфдаль-  ского порфира,  подаренную России шведским королём.  Постепенно круг  людей, посещавших Летний сад, стал расширяться. Не только высокопос-  тавленные чиновники и вельможи, но и не столь знатные горожане охот-  но проводили  здесь свободные часы.  В саду,  куда волей поэта водил  гулять юного Онегина гувернёр-француз,  Пушкин мог видеть бесчислен-  ных прототипов своих персонажей. Действительно,                           Весь Летний сад -                           "Онегина" глава                                 - 12 -       

В аллеях сада можно было встретить многих других известных  ли-  тераторов: И.Крылова, В.Жуковского, А.Дельвига, и других. Тарас Шев-  ченко в бытность студентом Академии художеств часто рисовал статуи в  Летнем саду.  Едва ли найдётся поэт,  живописец, композитор,живший в  Петербурге и не бывавший здесь, равно как и на Марсовом поле.       Летний сад  -  восточный зелёный сосед Марсова поля - настоящий  музей искусства.  Дивная решётка,  дворец Петра I,  памятник  Крыло-  ву,"Кофейный" и "Чайный" домики, беломраморные скульптуры, порфирная  ваза.Там есть небольшая гранитная площадка, созданная по проекту ар-  хитектора Г.Пильникова.  На  ней  четыре  чугунных треножника работы  К.Росси, а за ними изящная скульптурная группа  неизвестного  автора  начала XVIII  века  "Амур и Психея".  Она напоминает о древнем мифе:  юная Психея нарушила запрет своего возлюбленного, бога любви Амура,-  никогда не пытаться увидеть его лицо. 

Ночью, при мерцании светильни-  ка молодая женщина, склонившись над спящим, робко и восхищённо смот-  рит на  прекрасные черты,  чтобы заплатить затем горькой разлукой за  этот запретный миг.Но всё это экспонаты.  Примечателен и сам зелёный  наряд сада.  Здесь больше двух с половиной тысяч деревьев: липы, ду-  бы, клёны,  ясени и другие породы, устойчивые к колебаниям капризной  погоды Балтики.  Около  шестисот  из  них - старожилы,  им свыше ста  лет. Украшают сад цветы и декоративный кустарник  примерно  тридцать  сортов: акация, сирень, барбарис, жимолость и многие другие.       

Если у вас когда-нибудь появится возможность подробно осмотреть  Летний сад не упускайте её.  Не спешите, посмотрите на деревья, кус-  тарники окружающие вас, почуствуйте красоту самой природы этого мес-  та, посмотрите на каждую скульптуру,  вспомните страницы истории - и  вы непременно почувствуете удивительную завораживающую власть Летне-  го сада, где ещё раз думаешь  с гордостью о мужестве, труде и искус-  стве Человека.





     Список использованной литературы:

       1.        "Архитектурный ансамбль Марсова поля" В.С.Шварц

             издательство"Искусство" (Ленинградское отделение),1989г.



       2.              "Летний сад" Н.Семенникова

                            Лениздат,1970г.



       3.                 "Поэзия садов" Д.Лихачёв

                            Лениздат,1981г.