Туринская плащаница

Туринская плащаница



Все версии нерукотворного Лика Иисуса Христа, так или иначе, восходят к единому источнику - к Туринской Плащанице, ткани, на которой действительно нерукотворным образом отпечатался не только Лик, но и Тело Господа нашего Иисуса Христа. Исследование Туринской плащаницы выходит за рамки диады «наука-искусство» в триаду культуры: целостное соединение науки, искусства и религии (три могучие сферы духовной жизни человечества).



Религия



Плащаница, как утверждает христианская церковь, то самое полотно, в которое, по преданию, ученики завернули тело Иисуса Христа, сняв Его с Креста, и которую нашли после Его чудесного Воскресения в скальной гробнице Голгофы в Палестине. Вот как повествует об этом Евангелие. Иосиф Аримафейский, один из тайных учеников Христа, купив плащаницу и сняв тело Господа со Креста, обвил плащаницею и положил во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень ко двери гроба. На третий день, уже после Воскресения, ученики Спасителя, войдя в гроб, которым служила небольшая пещера, увидели одни пелены лежащие. Эти пелены и есть Плащаница. Она стала святыней для учеников Христа. Ткань хранит на себе отпечаток Человеческого лица и тела со следами бичевания и ранами от гвоздей на руках и ногах, оставшимися после распятия. Плащаница – одно из самых ярких чудес, которое было даровано всему миру, «Пятое Евангелие».


Наука







Опираясь только на проверенные и научно аргументированные факты, накопленные к настоящему времени, о христианской реликвии как материальном объекте можно сказать следующее.

Хранящаяся в Соборе Джованни Батиста в Турине Плащаница – это длинное (4,3 x 1,1 м) полотнище со слабо проступающим на нем желтовато-коричневым отпечатком двух проекций обнаженного мужского тела (спереди и со спины), покрытого пятнами темного цвета, напоминающими подтеки и капли крови. Ткань льняная с редкими волокнами хлопка, сплетена вручную без применения каких-либо механизмов. Желтовато-коричневое изображение тела практически не проникает в глубь материи. Никаких посторонних веществ, которые могли бы его образовать, не найдено.

Споры о подлинности Плащаницы периодически разгорались на протяжении всех шестисот пятидесяти лет со времени ее появления. Исследование Плащаницы началось с 1898 года, когда Секондо Пиа (археолог, адвокат, фотограф-любитель) сделал с нее два снимка, проявил, и оказалось, что на ней запечатлено изображение в виде аналога фотографического негатива. Новые, более совершенные, фотографии были сделаны в 1931 году и по ним проведены повторные исследования.

Следующий этап в изучении Плащаницы относится к 1969 – 1973 годам, а в 1978- 1981 годах – повторное исследование.

В 1978- 1981 годах в рамках Проекта STURP (Shroud of Turin Research Project – проект исследования Туринской Плащаницы) специалисты из разных областей науки под руководством американского физика Джона Джексона, используя в общей сложности 8 тонн уникального оборудования, обрушили на ткань всю мощь современных методов анализа.

Перечислим некоторые методы, примененные в этих и более поздних исследованиях:

			разработана и применена уникальная методика для анализа под микроскопом мельчайших частиц (пыльцы растений);

			разработана и применена специальная оверлейная методика сравнения образов в поляризованном свете (получили данные о следах цветов, изобразившихся на Плащанице);

			рентгенографическое исследование пятен;

			спектроскопические исследования (в ультрафиолетовой, видимой и инфракрасной областях спектра);

			изучение размеров (сравнение мер длины);

			микроскопические исследования (полотно по типу плетения, волокна, видимое изображение золотистых отпечатков тела);

			радио-углеродный анализ;

			масс-спектрометрия;

			флуоресцентный анализ;

			компьютерная обработка изображения лица на Плащанице (метод, применяющийся для идентификации лиц на нечетких и пострадавших от времени фотографиях).

			использование специального Анализатора Изображений (VP-8) для преобразования оттенков интенсивности изображения в вертикальный рельеф, что дало возможность получить с помощью компьютера полномасштабного объемного изображения.





 



Это далеко не полный перечень всех естественнонаучных методов, примененных к Туринской Плащанице. На сегодняшний день появилась даже наука – синдология, от греческого «синдон» - Плащаница. Но и сейчас от нас полностью скрыт механизм формирования необыкновенного образа.

В настоящее время существует две основных гипотезы. Первую из них поддерживает большинство исследователей, работавших с Плащаницей. Состоит она в том, что перед нами естественно образовавшийся отпечаток мертвого тела человека, распятого на кресте.

Плащаница стала как бы негативом под воздействием очень сильного потока света изнутри. Профессор Кити Литл, физик-ядерщик из Великобритании, предположил, что льняная ткань подвергалась действию ионизирующей радиации. Вторая гипотеза утверждает, что образ на Плащанице является искусным произведением рук человеческих, полученным той или иной техникой (рисунком, эстампированием, выжиганием и т.п.). Но что это была за техника тоже не ясно. Ясно одно, художник, создавший образ на Плащанице, независимо от того, в каком веке он жил, должен был быть поистине уникальной личностью в истории мирового искусства. Изучением подлинности Плащаницы занимались зарубежные ученые, советские исследователи не принимали в этом участия до 1993 года. В 1988 году из девяти лабораторий, желавших проводить радиоуглеродный анализ полоски ткани, вырезанной из Туринской Плащаницы, допущены были только три (в Аризоне, Оксфорде и Цюрихе). Результат был неожиданным – она изготовлена в XIV веке. Однако крупные аналитики из Англии, Америки и Швеции не учли известных факторов, которые вызывают эффект «омоложения» ткани. Поэтому Джон Джексон предложил руководителю Седовской лаборатории в Москве Д.А. Кузнецову, специалисту в области биополимеров химии текстиля, провести модельные опыты. В результате кропотливых исследований, проведенных в 1993 – 1994 гг., было установлено, что у древних тканей под действием модельного «пожара» содержание С-13 и С-14 намного увеличилось. Изменение изотопного состава тем больше, чем древнее лен. Полученные закономерности применили к полотну из Турина. В 1997 году точную копию Туринской Плащаницы Джон Джексон передал в Сретенский монастырь, в Московский центр по изучению Плащаницы, в котором вместе трудятся с 1999 года православные физики, математики, биохимики, искусствоведы и ученые других специальностей.

Руководитель этого центра А.В. Беляков выдвинул гипотезу «огненного тела». Он допустил, что претворяющаяся плоть внутри льняной ткани в определенный момент была окружена некоей световидной энергией, форма которой повторяла форму тела, а интенсивность спадала по мере удаления от него. Соприкосновение «огненного тела» с плащаницей вызвало химические изменения в ткани и потемнение, подобно тому, которое происходит от воздействия сильного излучения. Одно из последних исследований заключает: «Для науки важно не то, чье тело обвивала Плащаница – Христа или другого погибшего аналогичным образом человека. Главное – она доносит до нас из глубины веков свидетельство не только страданий и смерти, но и вечной победы духа над смертью и забвением».



Искусство



Древнейшая ранневизантийская иконография Христа имеет своим источником отпечаток на плащанице. Существует несколько случаев чрезвычайно близкого совпадения пропорций и деталей лица на Плащанице с лицом Христа на нескольких монетах и иконах периодов правления Юстиниана I и Юстиниана II (VI – VII вв.). Специалисты находят, например, 46 совпадений в чертах образа на Туринской Плащанице с ликом Христа на древнейшей мозаике VI в., находящейся в монастыре св. Екатерины на горе Синай, Египет; и 63 совпадения между отпечатками лица на ткани и образом Христа на золотой монете, чеканившейся в VII в. в Византии (солид императора Юстиниана II датируемый 692-695 гг. н. э.).








Мария Чегодаева— известный искусствовед, проделала гениальный в своей простоте и уникальный эксперимент. Она наложила в компьютере изображение Христа на плащанице на изображение Пантократора из храма святой Екатерины на Синае — это, как известно, один из первых «портретных» образов Иисуса, — памятуя о главном постулате криминалистики: совпасть могут изображения лишь одного и того же лица...

Вот, что она пишет об этом: 

«Быть может, самое неопровержимое, самое странное и чудесное, что явило открытие Секондо Пиа, — поразительная близость лика Туринской плащаницы великим творениям Спаса Андрея Рублева и Пантократора из монастыря святой Екатерины на Синае. Именно на это я как искусствовед прежде всего обратила внимание. 

Удивительно, как повторяются в сотнях образов и картин узнаваемые портретные черты Иисуса, привычные настолько, что мы спокойно говорим про кого-то: «Он похож на Христа», как если бы речь шла о конкретном человеке, чьи изображения нам достоверно известны. Правильное, с античными пропорциями лицо: тонкий нос, волнистые, распадающиеся надо лбом и спускающиеся на плечи волосы, короткая бородка — таков Иисус Джотто, таков Спас Андрея Рублева, таким предстает Христос у Тициана, Веронезе, Рембрандта, Александра Иванова, таковы тысячи Его изображений во всех католических и православных храмах мира.

Как, каким образом возник этот канонический образ Иисуса, принятый и Западной, и Восточной Церковью? Еще одна загадка. 

В XVII веке первый исследователь христианских древностей Антонио Бозио обнаружил в катакомбах святого Калликста фреску с очевидным изображением Христа, совпадающим с каноническим образом. Бозио датировал ее началом II века, то есть временем, когда теоретически еще могли быть живы люди, в детстве видавшие живого Иисуса. К сожалению, фреска погибла, осталась лишь копия, сделанная Бозио, так что проверить его датировку невозможно. Но совершенно поразительный образ Иисуса предстает перед нами в Христе монастыря святой Екатерины на Синае. Создан он не позднее, чем в VI веке. Сделанный в технике энкаустики, реалистический и живой образ Иисуса кажется уже просто портретным, в нем присутствуют индивидуальные, неповторимо характерные черты: удлиненное лицо с отчетливо обозначенными скулами и запавшими щеками; глубоко посаженные удлиненные глаза; хорошо видные надбровные дуги; довольно длинный нос, маленький рот; характерная линия волос надо лбом...

Когда сравниваешь негативную фотографию Туринской плащаницы с Христом монастыря святой Екатерины на Синае, поражает абсолютное сходство; мысль, что это одно и то же лицо, с какого-то времени просто не давала покоя. И в какой-то момент пришла идея: поразительно, но факт —это субъективное впечатление может быть объективно проверено и подтверждено. Как? Возможности компьютера позволяют соединить два изображения — вот такой, не слишком сложный эксперимент я и произвела, и результат оказался ошеломляющим: фотография Иисуса (а как иначе называть фото-лик Туринской плащаницы?) полностью совмещается с ликом Синайского Христа. Два изображения слились в одно — на экране монитора возник новый, доселе не существовавший образ. Я, конечно, прекрасно знаю утверждение криминалистики, что слиться могут только изображения одного и того же человека... Кто тут что подтверждает: лик ли плащаницы свидетельствует о верности явленного нам древними иконописцами человеческого облика Иисуса? Святая ли намоленная икона подтверждает подлинность плащаницы? Для меня это подтверждение подлинности и синайского Пантократора как реального «портрета» Иисуса Христа, и Лика Туринской плащаницы как запечатленного на пелене чуда Воскресения.

Но не только это. Лик Туринской плащаницы — свидетельство реальной правды того, что «изначала сущий» Иисус Христос остается реально «сущим» и по сей день. За два года до прихода грозного, поистине апокалипсического ХХ века Он явился людям не древней иконой, обретенной ребенком на пепелище, как Казанская Божия Матерь, не чудесным видением, подобным чуду Преображения, как фатимская Мадонна. Он предстал при свете красной электрической лампы в оснащенной по последнему слову техники фотолаборатории в виде проявленной фотопластинки, словно два тысячелетия только и ждал открытия фотографии... Отбросившее религию как истасканную ветошь, преисполненное атеизма и «научного материализма» человечество узрело фотопортрет Бога. Он вновь явил себя — теперь уже в преддверии XXI века, почти невыносимым для нашей психики смещением всех понятий, сбоем всех представлений о научном прогрессе, о мировосприятии современного человека... Как принять, как осмыслить такое: эксперимент, проделанный на компьютере, — и возникающий на экране Иисус Христос. Взгляните на этот поразительный образ, на Лик Туринской плащаницы, открывший глаза. Спокойный, мудрый, но несколько отрешенный взор Синайского Пантократора, соединившись с ликом Туринской плащаницы, изменился. Иисус словно вопрошает нас о чем-то, скорбит, ждет отклика.

Можно ли воспринимать Его, как воспринимала Христа интеллигенция, начиная с XVIII века, Человеком, прошедшим свой земной путь тысячелетия назад и таким же далеким от нас, как ветхозаветный Адам; Богом, взирающим с алтарной стены храма, запрестольным образом, иконой — чем-то сакральным, требующим ритуального поклонения, но столь же далеким, чуждым нашей современной житейской суеты? Смыкаются тысячелетия, исчезают грани времен; здесь, сегодня, сейчас звучат обращенные лично к каждому из нас слова надежды, утешения, но и укора, и серьезного предупреждения, которым не стоит пренебрегать, — Я с вами во все дни до скончания века (Мф.28: 20)».







2