Психология переживания

Психология переживания

Понятие переживания в своем широком значении представляется как любое испытываемое субъектом эмоционально окрашенное и явление действительности, непосредственно представленное в его сознании и выступающее для него как событие его жизни. То есть, переживание - это особое, субъективное, пристрастное отражение, причем отражение не окружающего предметного мира самого по себе, а мира, взятого в отношении к субъекту, с точки зрения предоставляемых им (миром) возможностей удовлетворения актуальных мотивов и потребностей субъекта. Однако, переживание здесь мыслится как отражение и представляет собой переживание созерцание. Наряду с ним существует и переживание - деятельность (Василюк ). 

К проблеме переживания первым в советской психологии обратился Л.С. Выготский.  "Переживание вводится как единица сознания, где все  основные свойства сознания даны как таковые, в то время как во внимании, в мышлении не дано связи сознания" . В другом тексте Выготского читаем: "Действительной динамической единицей сознания, то есть полной единицей, из которой складывается сознание, будет переживание" . Стало быть, переживание, во-первых, наиболее полная (сравнительно с другими) величина в структуре сознания, во-вторых, это динамическая, то есть движущая поведением, величина и, наконец, в-третьих, в ней представлена личность в социальной ситуации развития. Выготский апробировал это понятие в своем анализе онтогенеза, стремясь, используя его, теоретически осмыслить "изменение личности как целого". В этом изменении выделяются "поворотные" переживания. В первых детских речевых реакциях выражено "аффективно-волютивное содержание". В нем и коренится "завязь" того особого отношения личности к своему миру, на которое указывает термин "переживание". За ним скрыты конфликты и кризисы развития ребенка. Выготский говорит о том, что возрастное развитие может быть представлено как история  переживаний формирующейся личности. Также, важным моментом является включение переживаний в контекст идеи об единстве аффекта и интеллекта, причем акцент ставится на сопряженности переживания с конфликтными ситуациями, через которые походит история индивида. И, наконец, переживания выступают как индикаторы различных эпох этой истории. 

Роль первоэлемента предметной области психологии отвел Рубинштейн Л.С. Переживание и знание - согласно его взгляду, два полюса этой области. "Два аспекта, всегда представленные в сознании человека в единстве и взаимопроникновении, выступают здесь как переживание и знание…Переживание это первично, прежде всего - психический факт как кусок собственной жизни индивида в плоти и крови его, специфическое проявление его индивидуальной жизни. Переживанием в более узком, специфическом смысле слова оно становится по мере того, как  индивид становится личностью и его переживания приобретают личностный характер" .

Итак, в переживании представлено субъектное начало сознания, столь же первичное, как и знание, в котором воплощено его объективное начало. Именно признак первичности придает понятию о переживании категориальный смысл. Рубинштейн выделяет два типа (или уровня) переживаний. Исходный уровень охватывает все непосредственно испытываемые субъектом психические состояния в качестве данных ему - как никому другому. Но человеку присущи и другие переживания, а именно те, которые становятся событиями его внутренней жизни.. В дальнейший анализ категории переживания Рубинштейн не углублялся. Более того, он поставил переживание в решающую зависимость от знания. Последнее же дано субъекту в другой, отличной от переживания категории образа как единственного известного нам психологического коррелята познавательного отношения субъекта к миру (Петровский А.В., Ярошевский М.Г.).

Эвристически перспективный подход к переживанию открыли работы Б.М. Теплова. Запечатлев результаты эмпирического изучения специальной проблемы музыкальных способностей, они осветили природу переживаний в глобальном масштабе интимного общения личности с миром духовной культуры ее "поглощаемости" субъектом, и по направленности на внешнюю по отношению к этому субъекту реальность. Этой реальностью являлись звуки не физической природы, а культуры, упорядоченные по одной ей присущим "алгоритмам". В чувствах тембра, ритма, гармонии и им подобных воссоздаются искусно и искусственно созданные звучания, различаемые психофизиологическим аппаратом человека, но имя совершенно иных задач, чем различение звуковых сигналов среды его обитания и выживания(Петровский А.В., Ярошевский М.Г.).

Согласно определению Теплова, "основной признак музыкальности - переживание музыки как выражения некоторого содержания".

Тем самым изначально обнажается категориальное различие между чисто сенсорными и музыкальными формами общения человека с действительностью. Сенсорика рождает образы, музыка - переживания. Неотъемлемый признак переживания - эмоциональная напряженность. Теплов подчеркивал, что "музыкальное переживание по самому существу своему - эмоциональное переживание и иначе, как эмоциональным путем, нельзя понять музыку" .

"Однако все эти, сами по себе ценные, идеи и представления носят разрозненный относительно нашей проблемы характер, поскольку они выдвигались "попутно", при решении совсем других теоретических задач, и их, конечно, совершенно недостаточно для теоретического освоения темы переживания. Чтобы это освоение носило систематический характер, чтобы оно не было механическим пересаживанием понятий из других концептуальных систем на новую теоретическую почву, а было осуществлено за счет органического роста самой теории деятельности, необходимо ввести в нее новую категорию, вокруг которой группировалась бы разработка этой проблемы. В качестве таковой мы и предлагаем категорию переживания" . 

Существуют особые жизненные ситуации, которые ставят субъекта перед необходимостью переживания. Это критические ситуации, характеризующиеся невозможностью: невозможностью жить, "реализовывать внутренние необходимости своей жизни". При этом в ситуации невозможности  перед человеком в той или иной форме встает "задача на смысл" как задача добывания осмысленности, поиска источников смысла, "разработки" этих источников и т.д. - то есть, производства смысла. "Именно эта общая идея производства смысла позволяет говорить о переживании как о продуктивном процессе, как об особой работе" . Так, переживание является деятельностью, самостоятельным процессом, соотносящим субъекта с миром и решающим его реальные жизненные проблемы.

Носителем и реализатором переживания является, в первую очередь, внешнее поведение. Внешние действия осуществляют работу переживания не прямо, достижением некоторых предметных результатов, а через изменения сознания субъекта и вообще его психологического мира. 

"Участие в работе переживания различных интрапсихических процессов можно наглядно объяснить, перефразировав "театральную" метафору З. Фрейда: в "спектаклях" переживания занята обычно вся труппа психических функций, но каждый раз одна из них может играть главную роль, беря на себя основную часть работы переживания, т. е. работы по разрешению неразрешимой ситуации" . В этой роли часто выступают эмоциональные процессы,  восприятие, мышление, внимание и другие психические "функции". 

Итак, существуют особые жизненные ситуации - критические, невозможные, - которые могут разрешить только процессы переживания. Переживание следует отличать от традиционного психологического понятия переживания, означающего непосредственную данность психических содержаний сознанию. Переживание представляется как особая деятельность, особая работа, реализуемая внешними и внутренними действиями, по перестройке психологического мира, направленная на установление смыслового соответствия между сознанием и бытием, общей целью которой является повышение осмысленности жизни (Василюк). 

Проблема критических ситуаций.

Существует четыре ключевых понятия, которыми в современной психологии описываются критические жизненные ситуации. Это понятия стресса, фрустрации, конфликта и кризиса.

Первоочередной теоретической задачей,  является выделение за каждой из понятийных фиксаций критической ситуации специфического категориального поля, задающего сферу ее, приложения. При этом тип критической ситуации определяется характером состояния "невозможности", в котором оказалась жизнедеятельность субъекта. "Невозможность" же эта определяется, в свою очередь, тем, какая жизненная необходимость, оказывается парализованной в результате неспособности имеющихся у субъекта типов активности справиться с наличными внешними и внутренними условиями жизнедеятельности. Эти внешние и внутренние условия, тип активности и специфическая жизненная необходимость и являются теми главными пунктами, по которым будут охарактеризованы основные типы критических ситуаций (Василюк). 

Ниже приведенная таблица Василюка типологии критических ситуаций, дает возможность более дифференцированно описывать экстремальные жизненные 

Таким образом, категориальное поле, которое стоит за понятием стресса обозначается  термином "витальность", понимаемая как  неустранимое измерение бытия, "законом" которого является установка на здесь-и-теперь удовлетворение. То есть, любое требование среды может вызвать критическую ситуацию только у существа, которое не способно справиться ни с какими требованиями вообще и в то же время внутренней необходимостью жизни которого является неотложное (здесь-и-теперь) удовлетворение всякой потребности, т.е. удовлетворение любой потребности происходит прямо и непосредственно, не встречая препятствий ни со стороны внешних сил, ни со стороны других потребностей и, стало быть, не требуя от индивида никакой активности. 

Полную реализацию такого гипотетического существования, когда блага даны прямо и непосредственно и вся жизнь сведена к непосредственной витальности, можно усмотреть, да и то с известными оговорками, только в пребывании плода в чреве матери, однако частично оно присуще всякой жизни, проявляясь в виде установки на здесь-и-теперь удовлетворение, или в том, что З. Фрейд называл "принципом удовольствия" (Василюк). 

Необходимыми признаками фрустрирующей ситуации согласно большинству определений является наличие сильной мотивированности достичь цель (удовлетворить потребность) и преграды, препятствующей этому достижению

Переход в ситуацию фрустрации осуществляется "в двух измерениях - по линии утраты контроля со стороны воли, т. е. дезорганизации поведения и/или по линии утраты контроля со стороны сознания, т. е. утраты "мотивосообразности" поведения, что на уровне внутренних состояний выражается соответственно в потере терпения и надежды" . 

Определение категориального поля понятия фрустрации задается категорией деятельности. Это поле может быть изображено как жизненный мир, главной характеристикой условий существования в котором является трудность, а внутренней необходимостью этого существования - реализация мотива. Деятельное преодоление трудностей на пути к "мотивосообразным" целям - "норма" такой жизни, а специфическая для него критическая ситуация возникает, когда трудность становится непреодолимой, т. е. переходит в невозможность (Василюк).

Определить психологическое понятие конфликта довольно сложно, т.к. существует очень тонкая граница различения с понятием фрустрации.

Ситуация фрустрации может создаваться не только материальными преградами, но и преградами идеальными, например, запретом на осуществление некоторой деятельности. Эти преграды, и запрет в частности, когда они выступают для сознания субъекта как нечто самоочевидное, являются по существу психологически внешними барьерами и порождают ситуацию фрустрации, а не конфликта, несмотря на то, что при этом сталкиваются две, казалось бы, внутренние силы. Когда запрет перестает быть самоочевидным и становится внутренне проблематичным, тогда ситуация фрустрации преобразуется в конфликтную ситуацию. 

"Так же, как трудности внешнего мира противостоит деятельность, так сложности внутреннего мира, т. е. перекрещенности жизненных отношений субъекта, противостоит активность сознания. Внутренняя необходимость, или устремленность активности сознания, состоит в достижении согласованности и непротиворечивости внутреннего мира. Сознание призвано соизмерять мотивы, выбирать между ними, находить компромиссные решения и т. д., словом, преодолевать сложность. Критической ситуацией здесь является такая, когда субъективно невозможно ни выйти из ситуации конфликта, ни разрешить ее, найдя компромисс между противоречащими побуждениями или пожертвовав одним из них" . 

Исходя из того, что строгой психологической теории кризисов "в собственном смысле слова говорить еще рано", Василюк предлагает в качестве системообразующей категорией  "будущей концепции" категорию индивидуальной жизни, понимаемой как "развертывающееся целое, как жизненный путь личности. Собственно говоря, кризис - это кризис жизни, критический момент и поворотный пункт жизненного пути. 

Внутренней необходимостью жизни личности является реализация своего пути, своего жизненного замысла. Психологическим "органом", проводящим замысел сквозь неизбежные трудности и сложности мира, является воля. Воля - это орудие преодоления "умноженных" друг на друга сил трудности и сложности. Когда перед лицом событий, охватывающих важнейшие жизненные отношения человека, воля оказывается бессильной (не в данный изолированный момент, а в принципе, в перспективе реализации жизненного замысла), возникает специфическая для этой плоскости жизнедеятельности критическая ситуация - кризис" . 

Итак, каждому из понятий, фиксирующих идею критической ситуации, каждому из понятий, фиксирующих идею критической ситуации, соответствует особое категориальное поле, задающее нормы функционирования этого понятия, которые необходимо учитывать для его критического употребления. Такое категориальное поле в плане онтологии отражает особое измерение жизнедеятельности человека, обладающее собственными закономерностями и характеризуемое присущими ему условиями жизнедеятельности, типом активности и специфической внутренней необходимостью. Конечно, определенная ситуация может вызвать одновременно и стресс, и фрустрацию, и конфликт, и кризис, но "именно эта эмпирическая интерференция разных критических ситуаций и создает необходимость их строгого различения" (Василюк).

Технологии переживаний.

Диапазон возможных носителей переживаний включает в себя множество форм и уровней поведенческих и психологических процессов - это и юмор, сарказм, ирония, стыд, нарушение константности восприятия и т.д. 

Любой носитель переживания ведет к желаемому эффекту потому, что он производит некоторые изменения психологического мира человека. Однако для их  описания приходится создавать концепцию психологического мира, и каждый исследователь, изучающий процессы переживания, вольно или невольно опирается на имеющуюся концепцию или создает новую. Так можно выделить пять основных парадигм анализа технологии переживания.

Энергетическая парадигма.

Использование энергетических представлений достаточно хорошо распространено, однако методологически проработано слабо, в связи с эти, проблематичными являются  понятийные связи между энергией и мотивацией, энергией и смыслом, энергией и ценностью и т.д. Однако выделить из имеющихся описаний процессов переживания те, которые относятся к энергетическим представлениям,  возможно. 

Отнятие энергии у некоторого содержания сознания представлено Фрейдом, где он рассматривает работу печали как постепенного отнятия либидо, связанного с образом любимого, а теперь утраченного объекта.

Разрядка энергии.  Иллюстрациями этой операции могут служить такие механизмы, как отреагирование и катарсис в их психоаналитическом понимании.

Придание энергии. Например, придание психической энергии действиям, объектам и идеям -"катексирования".  Процесс овладения этой операцией предстает как развитие искусства самомотивирования (Изард К.). 

Перевод энергии. Перенос энергии с одного психического содержания на другое не обязательно связан с уменьшением "заряженности" первого. Перевод энергии имеет два основных вида - перенос ее от одного содержания (мотива, действия, идеи) к другому и переход из одной формы в другую. 

К операции переноса энергии может быть отнесен также механизм "сдвига мотива на цель".

Порождение энергии. Эта операция почти не фигурирует в описаниях процессов переживания, а между тем ей следует придать большое теоретическое значение. Всякий успех, достижение, удача как бы повышают энергетический потенциал человека, что выражается в постановке им более высоких целей и в способности преодолевать большие трудности и препятствия(Нюттен Ж.). 

Пространственная парадигма.

В рамках этой парадигмы рассматриваются те "пространственные" измерения, в которых описываются процессы переживания. Выделяется два класса таких измерений - содержательно-психологические и формально- топические. К первому относятся такие специфически психологические оппозиции, как сознательное - бессознательное, интрапсихическое - интерпсихическве, ко второму: удаление - приближение, расширение - сужение, размыкание - замыкание и т. п. 

Временная парадигма.

Эта парадигма используется реже, чем предыдущие и к ней можно отнести следующие операции:

Временное контрастированние - соотнесение переживаемых событий с действительными или возможными событиями, прошлыми, настоящими или будущими(Савенко Ю. С.). 

Помещение события в   долговременную перспективу,  где переживаемое событие рассматривается субъектом не в сравнении с другим событием, а на фоне некоторой длительной перспективы, в пределе всей жизни человека или даже жизни человечества. 

В ходе переживания может осуществляться фиксация на каком-либо временном моменте. 

Генетическая парадигма. 

В рамках этой, связанной с предыдущей, парадигмы временная ось жизни поляризуется идеей развития. К ней могут быть причислены следующие механизмы: 

Регрессия. Например, защитный механизм, посредством которого субъект стремится избежать тревоги... возвращаясь на более ранние стадии либидиозного развития или развития Я.

Катарсис, интроекция, сублимация   - можно рассматривать как механизмы психологической защиты, одновременно  развивающие  личность. 

Информационно-когнитивная парадигма. 

Все когнитивные процессы, служащие переживанию, носят пристрастный, "идеологический" характер, т. е. доминирующим для них является интерес, мотивированность субъекта. Что позволят их отнести к оценочным операциям. Однако среди них можно выделить такие процессы, которые непосредственно строятся на операциях оценивания реальности, и такие, в которых оценивание не является собственно методом решения задач переживания. Так, в информационно-когнитивной парадигме выделяется два измерения - "оценки" и "интерпритации". 

Интрапсихические оценивающие механизмы можно проиллюстрировать процессами, снижающими "когнитивный диссонанс", вызванный принятием решения. 

Интерперсональные оценивающие механизмы составляют многочисленные приемы, направленные на поддержание или повышение своей самооценки, оценки в глазах окружающих, чувства самоценности и собственного достоинства и т. д. 

Механизмами "интерпретации"  могут иметь интеллектуальную форму:  интеллектуальных операций,  операция причинного истолкования событий, Объяснение или отыскание причин (истоков, оснований, поводов, мотивов, виновников и т. д.) переживаемого события и т.д. 

Перцептивная  форма. Это восприятие событий (внешних и внутренних), других людей и самого себя, которые хорошо репрезентируются защитными механизмами отрицания, проекции и идентификации (Василюк).

Типологический анализ закономерностей переживаний.

В начале этой работы, было взято за основу предложенное Василюком представление о переживании как о деятельности, борющейся с невозможностью, невозможностью жить, "в каком-то смысле борьба против смерти внутри жизни". Однако, развивая мысль дальше, он говори: "не все, что отмирает или подвергается какой-либо угрозе внутри жизни, требует переживания, а только то, что существенно, значимо, принципиально для данной формы жизни, что образует ее внутренние необходимости".  При выделении этих форм жизни и установлении законов, принципов, которые определяли бы "в существенном не только "нормальные" процессы реализации жизни, но и экстремальные жизненные процессы, т.е. процессы переживания". Таким образом, каждой форме жизни соответствует свой тип переживания, для того, чтобы выяснить основные закономерности процессов переживания и типологизировать их,  необходимо  представить основные психологические закономерности жизни и типологизацию "форм жизни".  

Находясь в рамках деятельностного подхода Василюк предлагает следующую типологию, где "жизненный мир" является предметом типологического анализа. 

Жизненный мир имеет внешние и внутренние аспекты, обозначаемые, соответственно, как внешний и внутренний мир. Также выделяются характеристики этих миров: внешний мир может быть легким либо трудным, а  внутренний - простым или сложным.  Рассмотрим эти "формы жизни" и соответствующие им переживания.

1 тип: внешне легкий и внутренне простой жизненный мир. 

Простой во внутреннем и легкий во внешнем отношении мир может быть только у существа, которое обладает единственной потребностью и живущее в условиях непосредственной данности соответствующего ей предмета. Центральным мироощущением здесь становиться принцип удовольствия.

Прототипом такого существования и мироощущения представляется плод в чреве матери, младенческое существование (но в меньшей степени) и соответствующее им инфантильное мироощущение. 

В таком мире, взятом во всей чистоте его характеристик, переживанию вообще нет места, поскольку легкость и простота мира, т. е. обеспеченность и непротиворечивость всех жизненных процессов, исключают возможность возникновения ситуаций, требующих переживания. Более того, даже когда бытие вдруг перестает по тем или иным причинам быть легким и простым,  существо, "воспитанное" легким и простым миром, не способно к переживанию в точном смысле слова.  Однако инфантильное сознание существует в новой жизни в форме установки. Детерминируемый этой установкой тип переживания составляет такие преобразующие психологический мир процессы, которые по своим целям направлены на достижение положительных и избегание отрицательных эмоциональных состояний, а по характеру своего осуществления являются нереалистическими, подчиняющимися сиюминутным импульсам, не учитывающими внешних и внутренних зависимостей жизни.

2 тип: Внешне трудный и внутренне простой жизненный мир. 

 Жизненные блага не даны здесь непосредственно, внешнее пространство насыщено преградами, помехами, сопротивлением вещей, которые препятствуют удовлетворению потребности. Для того чтобы жизнь могла осуществляться, необходимо преодолевать эти трудности.  Здесь  внешний аспект психологического мира развертывается в некоторую пространственно-временную перспективу.

В этом мире деятельность не подвержена никаким отвлечениям, она неуклонно устремлена к предмету  потребности и ей известны только одни препятствия - внешние.

Необходимым условием выживания в трудном мире является адекватное отражение реальности и сообразно ей построение деятельности. 

Прототипом простого и трудного жизненного мира являются  случаи, при которых одна какая-нибудь потребность (мотив, отношение) получает резко доминирующее положение и интенсивность, несопоставимую с силой других потребностей. 

Общей основой всех процессов переживания, свойственных данному типу жизни, является механизм терпения. 

Механизм терпения действует только в определенных границах (которые определяются развитостью самого этого механизма); за пределами их, когда возникает ситуация невозможности требуются другие механизмы переживания. 

В самом общем плане можно выделить два варианта "реалистического" переживания. 

Первый осуществляется в пределах пострадавшего жизненного отношения. В простейшем, "нулевом" случае этого варианта переживания выход из критической ситуации, происходит не за счет самостоятельного психологического процесса, а в результате нежданного объективного разрешения ситуации.

Более сложные случаи, требующие от субъекта специальной активности, осуществляются посредством компенсации утраченных (или сниженных) способностей или замещения. Поскольку речь идет о реалистическом переживании, не прибегающем к самообманам, единственный мыслимый выход состоит в таком преобразовании психологической ситуации, которое все-таки, несмотря ни на что, делает возможным реальное удовлетворение фрустрированной потребности. 

Второй вариант "реалистического" переживания подчиняется принципу реальности. Это переживание исходит из того, что непреодолима, борьба с ней бесполезна и, ее нужно принять такой, какова она есть, покориться, смириться и внутри заданных ею границ и пределов попытаться добиться возможности удовлетворения потребностей. 

3 тип: внутренне сложный и внешне легкий жизненный тип.

Внешний мир абсолютно легко проницаем для действия, и это делает невозможным никакое конечное действие. Легкость внешнего мира устраняет все процессы, протекающие между инициативой субъекта и реализацией мотива. Вся внутренняя структура деятельности и ее телесность при этом как бы выпадают, каждая отдельная деятельность, стоит ей только начаться, осуществляется мгновенно. Эта жизнь лишена ситуативности. 

Главная проблематичность и устремленность внутренне сложной жизни состоит в том, чтобы избавиться от мучительной необходимости постоянных, выборов, найти способ измерения значимости мотивов. Единственной же мерой сопоставления мотивов является ценность, поэтому принцип ценности - высший принцип сложного и легкого жизненного мира. 

Соответственно, прототипы внутренне сложного и внешне легкого существования находятся в сфере нравственного поведения.

Среди событий, подлежащих переживанию в легком и сложном мире, выделяется, в первую очередь, внутренний конфликт, рассматриваемый не просто как противоречие побуждений, а как противоречие, неразрешимое в данном виде. В ситуации конфликта невозможно ни отказаться от реализации противоречащих жизненных отношений, ни выбрать одно из них. Второй тип критической ситуации можно именовать как "внешний конфликт". Например, это ситуация исчезновения предмета  одного из жизненных отношений субъекта будет состоять в невозможности выбрать связанную с ним деятельность. Это конфликт между сознанием, для которого еще актуальна соответствующая смысловая установка, и бытием, в котором ее реализация уже невозможна (Василюк).

 В критической ситуации,  каков бы ни был ее конкретный характер, нарушаются одновременно и психологическое будущее, и смысл, и целостность жизни. Между этими нарушениями нет причинно-следственных связей, это различные измерения одного и того же - самой критической ситуации. Возникает разлад всей системы жизни, т. е. системы "сознание - бытие". Преодоление этого разлада жизни, т. е. переживание в легком и сложном мире, осуществляется за счет ценностно-мотивационных перестроек. 

Существуют два основных подтипа ценностного переживания. Первый из них реализуется, когда субъект не достиг еще высших этапов ценностного совершенствования, и сопровождается большим или меньшим изменением его ценностно-мотивационной системы. 

Ценностное переживание второго подтипа возможно только на высших ступенях развития ценностного сознания. Если до достижения этих ступеней ценность принадлежала личности, была частью, пусть даже важнейшей и неотъемлемой, но все-таки частью ее жизни, то здесь происходит оборачивание этого отношения - уже личность оказывается частью объемлющей ее ценности, принадлежит ей и именно в служении ей находит смысл и оправдание своей жизни. 

4 тип: Внутренне сложный и внешне трудный жизненный мир.

Трудность мира противостоит здесь не отдельной деятельности, а их совокупности и не может быть преодолена одними только внешними усилиями. С другой стороны, сложность жизненного мира не может быть разрешена только внутренне, поскольку она закреплена здесь во внешних предметных формах и связях. 

Основное новообразование, появляющееся у существа такого жизненного мира - это воля. Значение воли состоит в  воплощении целостности личности, как замысле человека о самом себе, о своей жизни. Таким образом, речь идет о самостроительстве личности, об активном и сознательном созидании человеком самого себя, о чувственно - практическом воплощении проектов и замыслов по созданию себя в условиях трудного и сложного существования, т.е. речь идет о жизненном творчестве.  Творчество и есть высший принцип данного типа жизненного мира. 

Конкретное обсуждение проблемы воли непосредственно связано с проблемами борьбы мотивов и выбора. При этом борьба мотивов может здесь разгораться и в ходе самой деятельности, во время ее реализации.

В четвертом типе жизненного мира путь деятельности к своей цели одновременно затруднен внешними препятствиями и осложнен внутренними колебаниями. Трудности возбуждают притязания других мотивов на определение активности субъекта, а эта актуализировавшаяся внутренняя сложность, со своей стороны, "оттягивая" на себя часть энергии, занятой в осуществляемой деятельности, обратным движением, но уже не извне, а изнутри усиливает трудность ее реализации, и нужна особая работа воли, чтобы довести в этих условиях деятельность до конца. 

Таким, образом, одна из основных функций воли состоит в том, чтобы не дать разгорающейся в поле деятельности борьбе мотивов остановить или отклонить активность субъекта. И в этом смысле воля - это борьба с борьбой мотивов. 

Воля по своей сущности - "орган" целостного человека, личности, она служит не отдельной деятельности, а строительству всей жизни, реализации жизненного замысла, и поэтому она защищает интересы той или иной деятельности не в силу своего подчинения ей, а по свободному решению сознания, вытекающему из этого жизненного замысла. 

В той мере, в какой поведение утрачивает это опосредование сознанием, оно перестает быть и волевым, какие бы препятствия оно ни преодолевало и каких бы усилий это ни стоило субъекту. 

Специфика жизненного мира четвертого типа состоит в том, что в нем возникают особые проблемы по согласованию требований надситуативности с требованиями, условиями и ограничениями ситуативности. 

Содержанием  надситуативности являются, во-первых, ценности, которые в принципе внепространственны и вневременны; а во-вторых, все те более или менее отдаленные замыслы, цели, намерения, ожидания, планы, обязательства и т. д., которые, непосредственно, не входя в данную пространственно-временную ситуацию, тем не менее при определенных условиях обнаруживают с ней некоторую связь. 

Глобальная задача и назначение воли и состоит, собственно, в практическом увязывании всех надситуативных перспектив жизни в одно действительно осуществляемое в конкретном, ситуативном реальном поведении личностное единство. 

Специфической для внутренне сложного и внешне трудного жизненного мира критической ситуацией является кризис -  поворотный путь жизненного пути личности, возникающий, когда в результате тех или иных событий реализация жизненного замысла становится субъективно невозможной. 

Исход переживания кризиса может быть двояким. Он состоит либо в восстановлении прерванной кризисом жизни, возрождении ее, либо в перерождении ее в другую по существу жизнь. Но так или иначе это некоторое порождение собственной жизни, самосозидание, самостроительство, т. е. творчество. 

В первом подтипе творческого переживания жизнь в итоге восстанавливается, однако она  не возвращается в прежнее свое состояние, но  сохраняется лишь то существенное, что конституировало эту жизнь, ее ценностная идея. 

"Второй подтип творческого переживания имеет место, когда замысел жизни оказывается основанным на ложных ценностях и дискредитируется вместе с ними самим опытом своего осуществления. Задача творческого переживания состоит, во-первых, в нахождении новой ценностной системы, во-вторых, в таком ее освоении и приложении к собственной индивидуальности, которое позволило бы придать смысл истории своей жизни и найти в этой ценностной системе идеал самого себя и, в-третьих, в реальном чувственно- практическом искоренении зараженности душевного организма отмирающими лжеценностями  и одновременно в чувственно-практическом же утверждении и воплощении выстраданного идеала" . 

Третий подтип ценностного переживания связан с высшими ступенями ценностного развития личности. Жизненный кризис создается разрушением или угрозой разрушения ценностного целого, частью которого личность себя мыслит. 

Итак, в заключении анализа типологии "жизненных миров", следует сказать, что, во-первых,  они не являются замкнутыми срезами психологической действительности, а компоненты единого психологического мира человека. Поэтому однозначной зависимости между типом критической ситуации и ее переживанием в реальной жизни не существует. И, во-вторых, они были представлены абстрагировано от конкретного многообразия содержания этих миров. И поэтому  выделенные закономерности переживания носят внеисторический, формально-психологический характер. Знание такого рода закономерностей позволяет описывать и объяснять ход течения процессов переживания, но их совершенно недостаточно для понимания определенного содержания переживания конкретного человека, живущего в определенную историческую эпоху и в определенной культурной среде. 

Поэтому типологический анализ переживания должен быть дополняться культурно-историческим анализом, направленным на выявление его конкретно- исторических, содержательных закономерностей.