Сибирский кинематограф (1896-1917 гг.)

Сибирский кинематограф (1896-1917 гг.)

Е.Н. Косых, К.В. Фадеев

Сибирский и российский кинематограф конца XIX - начала ХХ в. - интересная и малоисследованная страница истории культуры. Начало изучению кинематографии дореволюционной России положил Б.С. Лихачев монографией "Кино в России. Материалы к истории русского кино"1. Это первая попытка проанализировать историю отечественного дореволюционного кинематографа в его взаимодействии с зарубежным, охарактеризовать тенденции развития кинорепертуара в связи с политическими взглядами кинодельцов, показать политику царизма в области кино. В конце 1930-х гг. вышла в свет книга В. Россоловской "Русская кинематография в 1917 году", в ней содержится описательный обзор российского игрового и документального кино в период между Февральской и Октябрьской революциями. Тогда же был написан и большой труд Н.М. Исзунтова "История русской советской кинематографии", первая глава которого "Киноискусство дореволюционной России" была опубликована в конце 1950-х гг.2 Но развитие предреволюционного кино рассматривалось им лишь в той мере, в какой оно повлияло на киноискусство Советской России. 

В 1950-1990-е гг. новый фактический материал ввели в научный оборот И.В. Вайсфельд, С.С. Гинзбург, Н.А. Лебедев, В.С. Листов, Л. Погожева, Р.П. Соболев, Р. Юренев3. В частности, в 1963 г. появилась обстоятельная монография С.С. Гинзбурга "Кинематография дореволюционной России"4. На громадном фактическом материале автор дал подробный обзор и анализ демонстрировавшихся фильмов, попытался выяснить, как отражалась на кинематографии политическая борьба в России, как кинорепертуар зависел от запросов зрителя.

Дореволюционный же кинематограф Сибири до сих пор не стал предметом специального изучения историков и искусствоведов, если не считать статью Е.Н. Косых из истории томского кинематографа и обобщающих публикаций по раннему периоду кино Сибири В.А. Ватолина5.

Учитывая неразработанность темы и ее актуальность, а также чувствуя себя не вправе вдаваться в искусствоведческий анализ, авторы статьи избрали определенный тематический охват и угол зрения: с точки зрения расстановки общественно-политических сил в Сибири в данное время. Отсюда и аспект: рассмотрение кинематографа не столько для выяснения его внутренних закономерностей и особенностей, сколько для того, чтобы определить его политическую направленность, количественные и качественные характеристики.

Территориально исследование охватывает собственно Сибирь без Дальнего Востока и части Средней Азии, которые относились к региону до установления советской власти.

Источниковой базой статьи являются опубликованные документы и материалы, периодическая печать, в том числе специальные кинематографические журналы - "Сине-фоно" и "Вестник кинематографии". В качестве источника для нас служит также часовой научно-популярный фильм "Синема в России" (М., 1979), где приведены фрагменты игровых, хроникальных, видовых фильмов, демонстрировавшихся в 1896-1917 гг. К источникам же могут быть отнесены и многочисленные кадры из фильмов, иллюстрирующие исследовательские работы (например у С.С. Гинзбурга - 85 кадров).

Кино - это сравнительно молодой вид искусства, так как синематограф братьев Люмьер впервые демонстрировался в Париже в 1895 г. На следующий год он проник и в Россию, одновременно кино появилось в Сибири. Известно, что на Нижегородской выставке в 1896 г. новониколаевский предприниматель Ф.Ф. Махотин приобрел кинематографический аппарат и демонстрировал его в Сибири6. Но вплоть до конца первой русской революции сеансы кинематографа здесь оставались непривычным, экзотическим зрелищем, диковинкой, и только после организации в Омске и Иркутске (1908-1910 гг.) специальных фирм по прокату фильмов, что, естественно, уменьшило стоимость демонстрировавшихся лент, появились первые стационарные кинотеатры.

Уже в феврале-марте 1908 г. в Иркутске открылись кинематографы "Мираж" и "Иллюзион"7, 24 августа того же года в Томске -  "Метеор", который размещался в специально выстроенном деревянном здании на Обрубе8.

К началу Первой мировой войны в городах Сибири сложилась разветвленная сеть капиталистических предприятий-кинотеатров - "Гигант", "Глобус", "Иллюзион", "Новый", "Фурор", "Мир", "Заря", "Иллюзион-Глобус" - в Томске; "Художественный", "Большой", "Малый театр", "Прометей", "Олимп", "Мираж" - в Иркутске; "Русь", "Одеон", "Прогресс", "Гигант" - в Омске; "Гигант", "Диана", "Москва", "Иллюзион", "3аря", "Модерн" - в Новониколаевске; "Кино-Арс" - в Красноярске; "Модерн" - в Тобольске; "Иллюзион", "Триумф", "Каскад", "Новый мир" - в Барнауле. Их насчитывалось до 5-7 на крупный сибирский город.

Владели кинотеатрамими, как правило, средней руки промышленники, купцы. Бывали и исключения. Так, в Томске - тогдашнем культурном центре Сибири - наиболее известными и посещаемыми были, пожалуй, кинематографы "Новый" (владелец - миллионер А.Ф. Громов) и "Глобус" (владелец - активный общественный деятель инженер Я.И. Первак).

Между кинематографами как капиталистическими предприятиями шла беспощадная конкурентная борьба за зрителя. Какими способами она велась? Во-первых, необычностью объявлений в периодической печати, в которых постоянно подчеркивалось, что данная трагедия или комедия идет только в этом "кинемо", что трагедия или комедия произвели сенсацию в столицах и демонстрируются одновременно с Москвой и Петербургом. Для рекламы фильма использовались и имена артистов. В объявлениях утверждалось, что если в данной ленте снимались звезды западного кино Аста Нильсен, Женни Портен, Макс Линдер, русские - И.И. Мозжухин, В.В. Максимов, Вера Холодная, В.А. Коралли, то "качество фильма вне сомнения". Привлекали техническими новинками, вроде гремевшего в то время "Кинетофона" Эдисона. Так, инженер Я.И. Первак первым в Томске применил этот аппарат, дающий примитивное звуковое сопровождение для специальных лент, присылавшихся из Москвы. К примеру, 10 августа 1914 г. в его "Глобус" завлекали  публику "поющие и говорящие картины": "Москотта" - сцена из оперетты "Красное солнышко" и "Три барабанщика" - французская песенка в исполнении артистов московского театра "Летучая мышь"9. Зрителя привлекала и оригинальность музыкального сопровождения немых лент. В том же "Глобусе" в дополнение к традиционным пианино и скрипке долгое время играл духовой оркестр вольно-пожарного общества, а в 1915 г. его сменил оркестр из военнопленных чехов. В "Новом" немые кинокартины сопровождал собственный оркестр миллионера А.Ф. Громова, достопримечательностью "Фурора" являлся оркестр слепых.

Репертуарная политика провинциальных кинотеатров подвергалась цензурному контролю со стороны как центральных, так и местных органов власти. Ведущим органом в этом отношении стало Главное управление по делам печати Министерства внутренних дел. В своем циркуляре N11505 от 13 декабря 1908 г., разосланном всем губернаторам, оно указало на то, что "при разрешении публичного демонстрирования при помощи кинематографов картин необходимо всякий раз сообразоваться как с сюжетом разрешаемых к демонстрированию картин, так и с теми основными указаниями, кои содержатся в действующих узаконениях. Исходя из сего не могут быть разрешаемы, например, к демонстрированию картины, противные нравственности и благопристойности (ст. 45 Уст. о нак. и 1001 Улож. о наказ.), картины кощунственные (ст. 73-74 Угол. улож.), возбуждающие к учинению бунтовщического или иного преступного деяния (ст. 129 Угол. улож.) и, согласно ст. 138 Уст. о пред. и пресеч. преступ., картины, публичное демонстрирование которых будет признано неудобным местным условиям"11.

Кинематографический сеанс обычно длился 40 минут, за это время зрителю предлагались драма, комедия, хроника, так называемый видовой (географический, этнографический или научно-популярный) фильм. Как и в других местах России, состав зрителя был разнообразным, здесь можно было встретить и рабочего, и ремесленника, и мелкого буржуа, и интеллигента 12.

Причина популярности кинематографа у столь разнообразной публики (в 1916 г. в России было продано не менее 150 млн входных билетов) состоит в относительной дешевизне зрелища - за сеанс, как правило, платили 25 коп.13 Главное же состояло в том, что содержание фильмов отвечало запросам посетителей, отражало эстетические вкусы публики, ее представления о жизни и о морали. Но в то же время на примере развития кинематографа в Сибири наглядно видно, как искусство навязывало аудитории выгодные самодержавию и крупной буржуазии идеи, представления и нравственные ценности. Проанализируем содержание демонстрировавшихся в тогдашних иллюзионах кинофильмов.

Гвоздем программы являлся драматический игровой фильм. Он, согласно нормам буржуазного сознания того времени, почти всегда был посвящен тому или иному уголовному, мистическому или порнографическому сюжету, носившему налет сенсационности. Страницы буржуазных газет ("Сибирская жизнь", "Иркутская жизнь", "Сибирский листок", "Алтайское дело", "Омский телеграф", "Енисейский край", "Сибирь") пестрят такими названиями, как "Сонька - золотая ручка", "Сашка-семинарист", "Антон Кречет". Очень охотно буржуазная и иная публика смотрела уголовно-приключенческие ленты иностранных фирм: "Под гипнозом миллионов", "Вампиры", "Тайны Нью-Йорка", "Ультус-мститель". "Золотая ручка" - картина, идущая в кинематографе "Фурор", привлекает огромное количество зрителей, наполняющих зрительный зал и фойе. Напором публики выдавлена одна дверь, поломана касса и одному студенту нанесены повреждения руки", - отмечало издание "Утро Сибири" в Томске14.

Часто демонстрировались фильмы-иллюстрации, вольно трактовавшие содержание популярных песен, романсов, стихотворений, рассказов, повестей. В частности, электротеатр "Модерн" в Тобольске в середине мая 1916 г. демонстрировал 4-актную инсценировку популярной песни "Запрягу я тройку борзых темно-карих лошадей" в постановке известного режиссера Якова Протазанова16.

Начало Первой мировой войны характеризуется не только быстрым расширением отечественного производства кинокартин (вследствие сокращения импорта), но и появлением открыто шовинистических фильмов с натуралистическими сценами жестокости германских офицеров и солдат. Изнасилования, по словам очевидцев, стали чуть ли не центральным материалом в подобных фильмах17. Рецензируя "классический" фильм на эту тему - "Ужасы Калиша" (он демонстрировался буквально по всей Сибири), некто М. Ланский писал: "Калишские зверства" привели меня в кинемо: Масса любит кинематограф, и надо сказать, что простота воспроизведения и несложность замысла обеспечивают кинемо успех у широкой публики, у массы, падкой на зрелища. Фабула и воспроизведение "Калишских зверств" крайне грубы и элементарны, но впечатление у невзыскательной публики остается... зверства, ужасы, мутящие рассудок"18.

Этой же цели служили патриотические "фильмы-лубки", шовинистические агитки. В Иркутске, Красноярске, Томске, Омске, Барнауле на экранах коммерческих кинематографов мелькали: "Подвиг казака Кузьмы Крючкова" и "Бой в воздухе - подвиг русского авиатора", "Подвиг рядового Василия Рябова" и "Геройский подвиг сестры милосердия Риммы Ивановой", "Слава нам, смерть врагам" и им подобные ленты19. Тема войны широко эксплуатировалась в безвкусных комедиях, фарсах: "Тетушка огерманилась", "Тоже война", "Вова приспособился", "Вова на войне".

Российский кинематограф периода Первой мировой войны, отвечая запросам буржуазной культуры и буржуазного сознания, производил развлекательные фильмы-комедии - ленты типа: "Довольно неприличное положение", "Затруднительная свадьба", 

"Нынешний Самсон", "Секреты одной гостиницы", "Я замуж хочу поскорей", "Без рубашки", "Секрет любви", "Отец, сын и она". Эта "рядовая" кинопродукция однообразно и тенденциозно эксплуатировала половой вопрос, низводя отношения мужчины и женщины до заурядной "роковой" страсти. Тот же М. Ланский в отзыве на колоритный по названию фарс - "Омут Парижа" назвал эту кинокомедию "развратом, проиллюстрированным ярко и вульгарно, с пряной приправой"20.

Эротизированная "клубничка" проникла даже в видовые фильмы. Богатый кинематографической информацией журнал "Сине-фоно" поместил на своих страницах письмо педагога, в котором, в частности, сообщалось: "Демонстрировали мы картину "Извержение Везувия". Принимая ее, просмотрели некоторые части. Все в порядке: красочно, эффектно и строго академично. На сеансе неожиданно в полутемном зале, переполненном гимназистками и гимназистами, раздается громкое гоготание. Взглянул на экран: из кратера с последней лавиной взлетает балет из нагих танцовщиц и канканирует самые откровенные па:"21. Бывали такие случаи и в Сибири.

Всевозможные благотворительные, родительские и иные комитеты, организации не раз призывали местную администрацию запретить показ подобных лент. Вот, к примеру, высказывание барнаульского президиума родительских комитетов средних учебных заведений: "Признавая за кинематографами вообще культурное значение, заседание констатировало, что при существующей постановке дела кинематографы не отвечают своему назначению и посещение их не только учащимися, но и взрослыми является вредным, даже инсценировки классических произведений русской и иностранной литературы принимают в кинематографических постановках неприличный характер"22.

Справедливости ради надо отметить, что в отличие от игровых лент, видовые в своем большинстве имели воспитательное, культурно-просветительное значение.

В кинотеатрах городов Сибири демонстрировались и картины, воссоздающие на экране живописные ландшафты нашей Родины  и зарубежья: "По Волге", "По Кавказу", "Виды Праги", "Красота побережья Франции", "Виды города Джибути", "Поездка в Занзибар", "Корфу и его окрестности" и др. В некоторых фильмах отражены трудовые процессы: "Завод рыбных консервов в Астрахани", "Рыбные промыслы в Норвегии", "Охота на тюленей", попадались и научно-популярные ленты: "Пчелы", "Собирание меда", "Природа Булонского леса", "Изделия из бамбука", "Фабрикация спичек", "Гусеницы"23. Физическую культуру пропагандировали фильмы: "Молодое поколение Голландии", "Коньки в Норвегии", "Медвежья охота", "Автомобильные гонки в Одессе", "Переход через Кавказский хребет", "Изучение человеческого тела". Здесь кинематограф выступал как прогрессивное явление, ибо действительные духовные ценности всегда несут в себе элементы общечеловеческого содержания.

Бум кинопредпринимательства по инерции продолжился и с началом войны, так как кинематографический труд казался настолько простым и выгодным, что в него устремилось множество самых разных людей. Но большинство из них ждало разочарование. Так, в 1915 г. в строительное отделение Томского губернского управления поступило несколько проектов на строительство театров-кинематографов. Крестьянин В.Ф. Борисов из г. Тайги хотел построить на своей усадьбе по Алексеевской и Гондатьевской улице кинотеатр "Заря". С аналогичным проектом по строительству каменного здания театра-кинематографа в Центральной части Новониколаевска обратился и крестьянин В.И. Ежев. Однако из-за материальных трудностей, связанных с войной, оба эти проекта не были реализованы24.

А вот еще один интересный документ 1915 г. - прошение крестьянина с. Щеглово Н. Герасимова губернатору "Ввиду того, что я, ратник 2-го разряда призыва 1904 г., могу быть призван на действительную военную службу по мобилизации, и имею семейство из жены и 5 дочерей, самой старшей 8 лет - так что рабочих рук нет, ввиду этого желаю обеспечить свое семейство в будущем, прошу Вашего Превосходительства разрешить поставить кинематограф в селе  Щеглово. Театр небогатого содержания. При сем предоставляю проект о постановке здания под кинематограф"25.

Буржуазная печать пропагандировала как "просветительные", так и хроникально-документальные сюжеты. Ими, как правило, заканчивался киносеанс. Эта часть кинопродукции была далеко не безобидна. Хроника внесла заметный вклад в развертывание шовинистической кампании, начавшейся в первые месяцы мировой империалистической войны. Со второй половины 1914 г. французские фирмы "Пате", "Гомон", "Эклер", русские - А. Ханжонкова, А. Дранкова начинают выпускать документальные короткометражки, изображавшие царя, русскую армию, союзников, германского кайзера и его войска. Появились и сюжеты из фронтовой жизни. Монопольное право на производство военных съемок в действующей армии получил благотворительный Скобелевский комитет, руководимый сестрой генерал-адъютанта М.Д. Скобелева княгиней Н.Д. Белосельской-Белозерской26. Хроникально-документальные ленты трактовали захватническую войну как войну справедливую, ведущуюся во имя защиты народов (Сербии, Черногории) от германского империализма.

В Сибири широко шли хроникальные фильмы: "Под русским знаменем", "Священная война", "Трофеи наших войск", "Отступление австрийцев", "Похороны военного летчика Нестерова в Киеве", "Бой в воздухе", "Западный театр войны у союзников", "Песнь победы великой французской армии", "Вступление кавказских войск в Турцию", "Страница черной книги германских зверств", "Пребывание государя императора в действующей армии"27.

После поражения русской армии на фронте летом 1915 г. либеральная "Сибирская жизнь" достаточно откровенно отмечала: "Настроение в массе нервное, у многих - подавленное. Нужна бодрость, уверенность в будущем, спокойное отношение к переживаемому. Сейчас... поднят вопрос о создании "психологии тыла"28. И местные иллюзионы усердно создавали угодную правительству "психологию". Во время Великого поста, когда "увеселительные заведения" временно закрывались, по городам Сибири проводились недели  "патриотического" кино. Так, в Иркутске в середине марта 1916 г. в кинематографе "Большой" шла хроникальная лента "Государь император и наследник в Одессе", в те же дни в Тобольске демонстрировались "Патриотический журнал" и "Пребывание генерала Жоффра на фронте". Аналогичные сообщения можно встретить в омских и новониколаевских газетах29.

В многомиллионной сибирской деревне стационарных иллюзионов почти не было, впрочем, как и во многих губерниях Европейской России. Частные кинематографы вне городов были, как правило, передвижными.

В 1914 - начале 1917 г. в сибирской прессе постоянно отмечался коммерческий, морально растлевающий дух многочисленных кинематографов и ставился вопрос о строительстве "народных" кинемо со специальным подбором научных, географических, этнографических и "высокохудожественных" лент. Но рост цен в период Первой мировой войны довел перед Февральской буржуазно-демократической революцией стоимость одного кинематографического аппарата распространенной в то время в России модели "Кок" французской фирмы братьев Пате (без лент) в Сибири до серьезной суммы в 2 тыс. руб.

Несколько общественных кинематографов содержалось в сельской местности Сибири наиболее крупными кооперативами или их объединениями, делавшими отчисления на неторговую (культурно-просветительную) деятельность среди своих членов. Но перед революционными событиями 1917 г. система внешкольного образования (просветительной деятельности среди трудящихся) в Сибири не смогла осуществить либерально-буржуазные и умеренно-социалистические идеи о "народном", "общедоступном" и "высокохудожественном" кинемо из-за отсутствия на то необходимых денежных средств.

Таким образом, можно констатировать, что первоначально кинематограф в Сибири появился как конкурент цирку и ярмарочному балагану и воспринимался как некий технический "фокус". Но дальнейшее развитие кинопроизводства резко раздвигает рамки  репертуара, углубляет его, перераспределяет прежние и формирует новые функции кино в общественной жизни. Со временем киноленты стали использоваться как составная часть учебного процесса, как средство информации и форма художественного творчества. Вот поэтому одним из определяющих явлений начала XX в., наложившим свой отпечаток на социально-культурные процессы, многие исследователи считают формирование экранной культуры. В тесном взаимодействии с социальными процессами экран сыграл решающую роль в демократизации культуры, в формировании ее новых форм, оказавших значительное влияние на самые широкие слои населения.

Список литературы

1 Лихачев Б.С. Кино в России (1896-1926). Материалы к истории русского кино. Л., 1927.

2 Вопросы киноискусства. М., 1958. С. 252-307.

3 Вайсфельд И.В. Так начиналось искусство кино. М., 1972; Лебедев Н.А. Кинематограф в дореволюционной России. М., 1958; Листов В.С. Россия. Революция. Кинематограф. М., 1995; Очерки истории советского кино : в 3 т. М., 1956. Т. I. С. 18-21; Русское кино. 1908-1918. М., 1969; Соболев Р.П. Люди и фильмы русского дореволюционного кино. М., 1961.

4 Гинзбург С.С. Кинематография дореволюционной России. М., 1963.

5 Косых Е.Н. Кинематограф дореволюционного Томска (1908 - октябрь 1917 гг.) // Из истории Томской области. Томск, 1988. С. 73-80; Ватолин В.А. Кинематограф в дореволюционной Сибири (история, место в жизни современников) (начало XX в.) // Музей и общество на пороге XXI в. Омск, 1998. С. 109-111; Ватолин В. Синема в Сибири: Очерки истории раннего сибирского кино (1896-1917) // Киноведческие записки. 2002. N61. С. 359-379.

6 Сибирская советская энциклопедия. М., 1931. Т. II. Стб. 658. В то время Федот Махотин был артистом цирка-зверинца Ф.О. Эйгуса, и киноаппарат приобретен не им лично, а труппой вскладчину, так как стоил не меньше 500 руб. См.: Ватолин В. А. Синема в Сибири: Очерки истории раннего сибирского кино (1896-1917 гг.). Новосибирск, 2003. С. 8-19, 50-51.

7 Сибирь (Иркутск). 1908. 17 февраля, 12 марта.

8 Сибирская жизнь (Томск). 1908. 26 августа; Голос Томска. 1908. 1 августа.

9 Фотографии из книг: Томские зодчие прошлых веков. 400 лет городу Томску. Томск, 2004. С. 28; Томск: история города в иллюстрациях. 1604-2004. Томск, 2004. С. 369.

10 Сибирская жизнь (Томск). 1914. 10 августа.

11 Алисов Д.А. Культура городов Среднего Прииртышья в XIX - нач. XX вв. Омск, 2001. С. 130.

12 Сибирская жизнь (Томск). 1914. 15 октября; Жизнь Алтая (Барнаул). 1916. 9 августа.

13 В конце 1915 г. в России был введен так называемый военный налог на зрелища. Цена билета на сеанс в частных кинотеатрах поднялась в среднем на 40 коп. Это не могло не отразиться на посещаемости. Так, газета "Степной край" (Омск) от 7 февраля 1916 г. отмечала: "Увеличение казенного налога на билеты увеселений и зрелищ, в общей сумме выражающейся в 10 и 20 коп. на каждый билет, отразилось на сборах кинотеатров и сократило количество посещений:".

14 Утро Сибири (Томск). 1915. 10 января.

15 Ватолин В.А. Синема в Сибири:

16 Сибирский листок (Тобольск). 1916. 15 мая.

17 Вестник кинематографии. 1915. N9. С. 22.

18 Сибирская жизнь (Томск). 1914. 15 октября.

19 Алтайское дело (Новониколаевск). 1916. 13 марта; Омский телеграф. 1915. 25 февраля; Сибирский листок (Тобольск). 1916. 24 марта; Иркутская жизнь. 1916. 19 марта.

20 Сибирская жизнь (Томск). 1914. 15 октября.

21 Сине-фоно. 1916. N8. С. 54.

22 Жизнь Алтая (Барнаул). 1916. 26 ноября.

23 Алтайское дело (Новониколаевск). 1916. 19 января; Иркутская жизнь. 1916. 24 марта; Сибирь (Иркутск), 1915. 16 августа; Сибирская жизнь (Томск). 1915. 9 октября; Сибирский листок (Тобольск). 1916. 25 сентября; Омский телеграф. 1914. 26 ноября; Енисейский край (Красноярск). 1917. 21 января.

24 ГАТО. Ф. 3. Оп. 41. Д. 1567. Л. 2-12; ГАТО. Ф. 3. Оп. 42. Д. 2193а. Л. 1-5.

317

25 ГАТО. Ф. 3. Оп. 41. Д. 1607. Л. 1.

26 Лебедев Н.А. Указ. соч. С. 47.

27 Сибирь (Иркутск). 1914. 14, 16 октября, 28 декабря; 1915. 1, 9 января; Сибирская жизнь (Томск). 1914. 30 октября, 20 декабря; 1915. 9 октября, 8 ноября; 1916. 14 января, 12 марта; Утро Сибири (Томск). 1916. 18 июня, 30 ноября; Омский телеграф. 1914. 28 ноября; 1916. 28 февраля; Голос Сибири (Новониколаевск). 1917. 3, 13 января; Жизнь Алтая (Барнаул). 1916. 14, 23 августа, 16, 29 ноября; Сибирский листок (Тобольск). 1916. 2 февраля, 3 марта.

28 Сибирская жизнь (Томск). 1915. 7 ноября.

29 Иркутская жизнь. 1916. 18 марта; Сибирский листок (Тобольск). 1916. 24 марта; Омский вестник. 1917. 8 (21) февраля; Алтайское дело (Новониколаевск). 1916. 13 марта