Место и роль США в урегулировании ближневосточной проблемы

Реферат

Место и роль США в урегулировании ближневосточной проблемы




Под Ближним Востоком мы понимаем территорию от Ирака до Мавритании, на которой сегодня расположены 20 арабских государств общей площадью около 13.500 тыс. кв. км и населением более 300 млн. человек и одно еврейское – Государство Израиль площадью 14,1 тыс. кв. км, а вместе с территорией, присоединенной в ходе арабо-израильской войны 1948–49 гг., – 20,7 тыс. кв. км с населением 6 млн. человек.

Ближний Восток занимает исключительно важное геостратегическое положение: он находится на стыке трех континентов: Европы, Азии и Африки и контролирует кратчайший морской путь от Атлантического до Индийского океана через Гибралтарский пролив, Суэцкий канал и Баб эль-Мадебский пролив. На арабские страны приходится 61% мировых запасов нефти и 21% природного газа. Доля арабов в мировой добыче углеводородного сырья приближается к 20%, а по прогнозам должна возрасти до 45% [1].

Одним из первых американских президентов, обративших внимание на значимость региона, был Г. Трумэн. Еще в начале 40-х годов, когда сионисты вели спор с Великобританией за увеличение квоты еврейской иммиграции в Палестину, против чего возражал Лондон, Г. Трумэн однозначно и четко высказался в поддержку сионистских требований. Так, в своей автобиографии он писал: «Я уже давно познакомился с проблемой еврейского национального очага, с историей этого вопроса и с позицией англичан и арабов. Я скептически относился... к некоторым воззрениям и мнениям «молодых людей в смокингах» из государственного департамента (высказывавшихся за поддержку позиции арабов – прим. автора). Мне представлялось, что их не слишком волнует то, что происходит с тысячами перемещенных лиц (имеются в виду еврейские беженцы в Европе – прим. автора), имеющих отношение к этой проблеме. Я надеялся, что нам удастся соблюсти долговременные интересы нашей страны и в то же время помочь жертвам преследований обрести родину»[2].

В этой связи небезынтересно отметить, что президент Г. Трумэн объявил о признании Соединенными Штатами Израиля de facto за три часа до его официального провозглашения еврейскими руководителями. Отмечая вклад Г. Трумэна в дело создания еврейского государства, Д.Бен-Гурион позднее скажет, что «благодаря его помощи нам, благодаря его постоянному сочувствию нашим задачам в Израиле, его отважному решению признать наше государство и неуклонной поддержке в еврейской истории его имя (Трумэна) сохранится навеки» [2, c. 292].

В 1946 г. Трумэн охарактеризовал Ближний Восток как «район громадного экономического и стратегического значения для США» [3, c. 304]. Эта оценка региона Г. Трумэном разделялась всеми последующими президентами США. Под предлогом обеспечения безопасности Ближнего Востока США создали в Израиле, Саудовской Аравии и соседних с регионом государствах – Испании, Италии, Греции, Турции – сеть военно-воздушных, военно-морских баз и военных объектов. В Средиземном море на постоянном боевом дежурстве находится 6-й военно-морской флот США, готовый в любое время выполнить не только военные, но и политические задачи.

Исходя из долгосрочных геостратегических планов, Соединенные Штаты считают своими главными целями на Ближнем Востоке следующие:

– обеспечение контроля над нефтяными и газовыми месторождениями в арабских странах, контроль за добычей и экспортом их энергоносителей,

– военная, политическая и экономическая поддержка Израиля как главного после НАТО союзника США в регионе,

– борьба с воинствующим арабским национализмом и исламским экстремизмом,

– ослабление влияния России в регионе.

После террористических актов 11 сентября 2001 г. президент Дж. Буш дополнительно провозгласил новую долгосрочную цель, которая непосредственно касается арабских стран – борьба с международным терроризмом.

Какими же средствами и методами США пытались и пытаются сегодня реализовывать свои цели?

Известный американский политолог, профессор Гарвардского университета, директор Центра международных отношений Гарвардского университета Самуэль Хангтингтон, характеризуя средства и методы, используемые американскими внешнеполитическими ведомствами, отмечает, что США, опираясь на свою исключительность, превосходство и мощь, пытались в течение последних нескольких лет односторонне делать следующее: заставлять другие страны воспринять американские ценности и практику, касающуюся прав человека и демократии; мешать другим странам приобретать военные возможности, которые могли бы противостоять американскому превосходству в обычном вооружении; навязывать американские законы экстерриториально другим обществам; давать оценку странам в зависимости от их следования американским стандартам в области прав человека, наркотиков, терроризма, распространения ядерного оружия, распространения ракетного оружия, а теперь и религиозной свободы; применять санкции против стран, не отвечающих американским представлениям; содействовать интересам американских корпораций под лозунгом свободной торговли и открытых рынков; определять политику Всемирного банка и Международного валютного фонда таким образом, чтобы они служили тем же интересам корпораций; вмешиваться в местные конфликты, представляющие малый прямой интерес для США; вынуждать другие страны принимать экономическую и социальную политику, которые благоприятствовали бы американским экономическим интересам; содействовать продажам американского оружия за границу, в то же время пытаясь препятствовать сравнимым продажам других стран; отправить в отставку одного генерального секретаря ООН и навязать назначение его преемника; расширить НАТО, вначале включив в него Польшу, Венгрию и Чешскую Республику и больше никого; предпринять военную акцию против Ирака, а позже установить жесткие экономические санкции против этого режима; отнести некоторые страны к категории «государств-изгоев», исключив их из глобальных институтов за то, что они отказываются смиренно выполнять американские желания [4, с. 4, 5]. Добавим к этому, что в качестве средства давления на другие страны США пытаются использовать также «экономические санкции и военные вмешательства, бомбежки и обстрелы крылатыми ракетами своих противников» [4].

Мы не ставим целью в данной статье всесторонне исследовать политику Соединенных Штатов на Ближнем Востоке, а только тот ее аспект, который касается их посредничества в урегулировании ближневосточного конфликта, а поэтому будем акцентировать и приводить примеры, главным образом раскрывающие эту тему.

Прежде всего скажем, что приведенные выше Самуэлем Хантингтоном факты о средствах и методах, применяемых США во внешней политике, полностью подтверждаются их действиями в отношении арабских государств. Так, в нарушение международных дипломатических норм Соединенными Штатами была принята «доктрина Эйзенхауэра», предусматривающая «право» одностороннего вмешательства, в том числе и вооруженным путем, во внутренние дела любой страны Ближнего Востока, для борьбы с «международным коммунизмом», а в 1979 г. – «доктрина Картера», разрешающая более активное использование американской военной силы в целях регулирования ситуации в выгодном для США направлении. Суть этой доктрины заключалась в откровенных притязаниях на «право» требовать в любом районе мира, который США в одностороннем порядке объявят сферой «своих жизненно важных интересов», установления угодных им порядков, не допускать там каких бы то ни было не устраивающих их социальных и иных перемен [3, c. 306–307].

Когда же, по мнению американских правящих кругов, эти «интересы» США могут быть ущемлены, провозглашалось «право» на вмешательство вплоть до использования всех необходимых средств, включая военную силу. В доктрине был предусмотрен также ряд мер, направленных своим острием против развивающихся стран и прежде всего против государств Ближнего Востока [3].

Следует отметить, что если в 50-е годы США рассчитывали добиться успеха в регионе, полагаясь главным образом на свою военную мощь, то в 60-х – начале 70-х годов ставка была сделана на использование военного потенциала Израиля. Отношения между США и Израилем развивались с тех пор стремительными темпами. Напомним лишь некоторые моменты.

В 1950 г. между ними были подписаны соглашения о воздушном сообщении, об оборудовании порта Хайфа, о поддержании воздушной базы в Лоде, о реконструкции и введении в действие около 200 миль железных дорог. В 1951 г. подписан Договор о дружбе, торговле и судоходстве, в 1952 г. – военное соглашение и соглашение об оказании чрезвычайной экономической помощи и соглашение о помощи по обеспечению взаимной безопасности, в 1956 г. – соглашение о финансировании программ взаимного обмена в области образования, об оказании культурной и научной помощи Израилю. В дальнейшем все эти соглашения продлевались и дополнялись. Отметим, что главной целью этих соглашений было содействие укреплению военной и экономической мощи Израиля. Подчеркнем также, что США все время оказывали Израилю политическую поддержку в международном плане, когда в Совете Безопасности или ООН обсуждались конфликтные ситуации на Ближнем Востоке. Израиль со своей стороны оказывал поддержку политическими и военными средствами планам США.

В начале 60-х годов администрация Дж. Кеннеди объявила о существовании «особых отношений» с Израилем и заключила с ним соглашение о военных поставках. В дальнейшем администрация Л. Джонсона неуклонно проводила курс на обеспечение военного превосходства Израиля над арабскими странами. В 1963 г. Израиль получил от США первую партию ракет класса «Земля-воздух», «Хок», в 1964 г. – танки, в 1966 г. – самолеты «Скайхок».

Война 1961 г. против арабских стран была начата Израилем после одобрения руководством США, которые рассчитывали, используя последствия этой войны, вынудить арабские страны пойти на уступки Израилю и смягчить свою позицию в вопросах ближневосточного урегулирования, однако тогда этому плану не суждено было осуществиться.

В декабре 1981 г. между США и Израилем был подписан «Меморандум о взаимопонимании в области стратегического сотрудничества». Впервые в истории американо-израильских отношений было официально закреплено сотрудничество между обеими сторонами, распространявшееся не только на Ближний Восток, но и на все Восточное Средиземноморье. Текст и сам дух меморандума были продиктованы «стратегией» американо-советского противостояния. Целью «стратегического сотрудничества», как указывалось в преамбуле, а затем повторялось в статье 1, было «сдерживание угрозы миру и безопасности региона», исходящей от Советского Союза или от других внешний сил, находящихся под советским контролем [5, с. 220].

Опуская целый ряд соглашений, подписанных между США и Израилем позднее, упомянем еще лишь о двух, а именно: «Меморандуме о взаимопонимании» от декабря 1987 г. сроком на 10 лет, предоставлявшем Израилю статус «Основного союзника США за пределами НАТО» и прежде всего в области совместных проектов и НИОКР по вооружениям, и «Меморандуме 1988 г.», сроком на пять лет, закрепляющем юридически сложившуюся практику сотрудничества между двумя странами в военной, технологической и политической областях, а также в области разведки [5, с. 230].

Таким образом, используя политические, экономические и военные рычаги, Соединенным Штатам удалось превратить Израиль в орудие достижения своих целей на Ближнем Востоке. Разумеется, что дружба с США отвечала интересам руководства Израиля.

До 70-х годов казалось, что военно-политический тандем США – Израиль окончательно подорвал сопротивление арабов, и мирный процесс урегулирования ближневосточного конфликта зашел в глубокий перманентный тупик.

Чтобы лучше представить последующие действия американцев, вкратце напомним истоки и суть конфликта по состоянию на тот период.

Среди востоковедов и политологов нет единого мнения об истоках конфликта. Экстремисты полагают, что они уходят своими корнями в те времена, когда евреи были изгнаны римлянами из Эрец Исраэль после подавления еврейского восстания под руководством Бар Кохбы в 132 г., н.э. и рассеяны по другим странам. Другие считают, что его признаки появились во второй половине XIX века, когда в Палестину на свой страх и риск устремились группы евреев из России и стран Восточной Европы. Третьи, чье мнение разделяет и автор статьи, придерживаются точки зрения, что начало конфликту положило решение Всемирного сионистского конгресса в Базеле (Швейцария) в 1897 г. о намерении создать еврейское государство в Палестине. Есть и такие, кто считает началом конфликта Декларацию лорда Бальфура, принятую парламентом Великобритании в 1917 г., о праве евреев на создание своего «очага» в Палестине, что явилось правовой международной основой для деятельности сионистов, и, наконец, некоторые полагают, что конфликт начался со времени провозглашения Государства Израиль.

Как бы там ни было, но его основной характерной чертой до создания государства была борьба за землю между еврейскими иммигрантами и местными арабами, носившая внутрипалестинский аспект. После же создания Государства Израиль конфликт получил новое арабо-израильское измерение, поскольку в него непосредственно оказались вовлечены соседние арабские государства. И, наконец, после арабо-израильской войны 1973 г. конфликт разросся до масштаба международного ближневосточного, так как с этого времени прямо или косвенно в него оказались втянуты десятки государств мира. При этом четко обозначились и его основные участники, а именно: с одной стороны – Израиль и поддерживающее его международное сионистское движение, а также Соединенные Штаты, а с другой – палестинские арабы, поддерживающие их арабские страны и некоторые мусульманские государства.

Таким образом, на сегодня конфликт продолжается уже 104 года, его жертвами стали тысячи арабов и евреев, а его материальные потери оцениваются в миллиарды долларов. Стремясь урегулировать конфликт, Генеральная Ассамблея ООН 29 ноября 1947 г. приняла резолюцию о создании на территории Палестины двух независимых государств: еврейского, площадью 14,1 тыс. кв. км и арабского, площадью 11,2 тыс. кв. км. Однако эта резолюция не только не способствовала разрешению конфликта, но еще больше осложнила его. В ходе последовавшей арабо-израильской войны 1948–49 гг. Израиль захватил 6,7 тыс. кв. км территории, отводившейся арабскому государству, 750 тысяч палестинцев стали беженцами [4, c. 64]. Позднее, в ходе войны 1967 г. Израиль захватил у арабов еще 70 тыс. кв. км территории: Синайский полуостров у Египта, сектор Газа, Западный берег реки Иордан и восточную часть Иерусалима у палестинцев, Голанские высоты у Сирии и небольшие участки территории у Иордании и Ливана. По данным ООН, только в июне 1967 г. беженцами стали 100 тыс. египтян и сирийцев, а также около 300 тысяч палестинцев [4, c. 64]. По оценкам, на начало 2000 г. палестинских беженцев в разных странах насчитывалось уже около 4 млн. человек. Кроме того, надо упомянуть, что на оккупированных территориях Израиль создавал еврейские поселения, число которых к концу 80-х годов превысило 200 [6, c. 190].

До октябрьской войны 1973 г. позиции конфликтующих сторон сводились к следующему: арабские страны и палестинцы в соответствии с резолюциями СБ ООН № 242 и 339 требовали отхода Израиля к границам 1967 г., а Израиль под разными предлогами затягивал выполнение этих резолюций. В качестве средства решения конфликта он предлагал двусторонние переговоры с каждой из арабских стран и палестинцами в отдельности, а последние настаивали на созыве международной конференции под эгидой ООН, на которой был бы обсужден весь комплекс вопросов.

Сложившаяся к тому времени военно-политическая обстановка в регионе (ни войны, ни мира, ни переговоров) отвечала интересам Израиля, который использовал ее в своих целях.

Чтобы пресечь подобные действия Израиля и привлечь внимание мировой общественности, прежде всего США и СССР, к необходимости возобновить процесс урегулирования, президенты Египта и Сирии – Анвар Садат и Хафез Эль-Асад – договорились нанести по Израилю внезапный мощный военный удар. В начале октября 1973 г. египетские войска прорвали израильскую оборону на Суэцком канале, а сирийские начали наступление на Голанских высотах. Эта акция и ее первые арабские успехи явились полной неожиданностью не только для Израиля, но и для США. Следует отметить, что израильтяне не только сумели быстро приостановить египетско-сирийское наступление, но и перейти в контрнаступление в направлении на Каир и Дамаск. События угрожали перерасти в новую мировую войну, с вовлечением в нее Соединенных Штатов и Советского Союза. Как заявил позднее президент США Дж.Картер в выступлении на сессии Генеральной Ассамблеи ООН 4 октября 1977 г. «война там (имея в виду октябрьскую войну 1973 г.) уже приводила мир на грань ядерного противостояния» [9, c. 133].

Осознав в то время опасность возникновения большой войны в регионе и ее негативные последствия для США, на Ближний Восток в срочном порядке прибыл государственный секретарь Генри Киссинджер и начал переговоры с заинтересованными сторонами о прекращении огня, подключив к ним Советский Союз. Благодаря его усилиям перемирие было заключено, но результат, на который рассчитывали президенты Анвар Садат и Хафез Эль-Асад, был достигнут. Исход войны открывал перспективу политического решения конфликта. 21 декабря 1973 г. под эгидой ООН и под председательством Советского Союза и Соединенных Штатов открылась Женевская мирная конференция по ближневосточному урегулированию, однако по вине США и Израиля работа этого форума оказалась крайне непродолжительной и, по существу, безрезультатной.

Вместе с тем итоги войны на поверку оказались весьма существенными и далеко не ограничивались созывом Женевской конференции.

Прежде всего потерпела крах израильская военная доктрина, предусматривающая возможность нанесения военных ударов по арабским странам без существенных для себя потерь. В этой войне Израиль понес материальные убытки, оцениваемые в 4 млрд. долларов США, что составляло примерно половину валового национального продукта страны в 1973 г. Кроме того, он потерял 2,8 тыс. человек убитыми ,8 тыс. ранеными, 840 танков, 120 самолетов [9, c. 130].

Последовавшее в 1973–74 гг. совместное нефтяное эмбарго арабских стран против западных государств и прежде всего против США привело к потере последними 0,5 млн. рабочих мест и к сокращению ВНП на 20 млрд. долларов, а по прогнозам, в случае нового подобного эмбарго продолжительностью в шесть месяцев оно привело бы к росту безработицы в США на 1–1,5 млн. человек и сокращению ВНП на 39–56 млрд. долл. [9, c. 135]

И, наконец, главный итог войны состоял в том, что американский истэблишмент понял, что провозглашенный президентом Г.Трумэном политический курс на Ближнем Востоке при опоре только на Израиль при игнорировании интересов арабских стран, проводившийся впоследствии всеми президентами Соединенных Штатов и особенно Д.Эйзенхауэром и Дж.Картером, оказался крупнейшей стратегической ошибкой, приведшей к возникновению в регионе негативных процессов антиамериканской направленности.

ближневосточный америка израиль

Крупномасштабные поставки американского оружия Израилю и своему другому союзнику в регионе – Саудовской Аравии (с 1950 по 1970 г. Израилю было поставлено оружия на сумму 14,2 млрд. долл., а Саудовской Аравии – на 34,3 млрд. долл., а позднее с 1974 по 1981 г. Израилю была оказана военная помощь США на сумму 13,5 млрд. долл. [7, c. 178; 5, c. 48] заставили ряд арабских государств обратиться за военной помощью и закупкам оружия к СССР, Китаю и другим социалистическим странам. В итоге Ближний Восток в течение нескольких лет превратился в опасный арсенал.

В ответ на развязанную в США антиарабскую кампанию средства массовой информации большинства арабских стран развернули антиамериканскую кампанию, в ходе которой представляли США врагом № 1 не только арабских, но и всех мусульманских государств, призывая их население вести с ними непримиримую борьбу до победного конца, что серьезно подрывало авторитет США на международной арене.

Опасность повторения октябрьских событий 1973 г. в регионе и их пагубные последствия для США вынудили последних внести серьезные коррективы в свою прежнюю ближневосточную политику, а именно – необходимость сбалансированного учета интересов арабских стран. Убедившись, что у силового решения конфликта нет перспектив и что враждующие стороны еще не готовы обсуждать весь комплекс разногласий на международных форумах типа Женевской мирной конференции, американцы развернули активную дипломатическую деятельность по подрыву фронта арабских государств, противостоящих Израилю, чтобы склонить кого-либо из них на прямые переговоры с ним при посредничестве США.

Таким государством оказался Египет, президент которого Анвар Садат не устоял перед американскими обещаниями о предоставлении Египту крупной экономической, финансовой и военной помощи. В сентябре 1978 г. в Кэмп-Дэвиде (США) состоялась тройственная встреча президента США Дж. Картера, президента Египта А. Садата и премьер-министра Израиля М. Бегина в ходе которой были выработаны и подписаны два документа: «Рамки для заключения мирного договора между Египтом и Израилем» и «Рамки для мирных переговоров по Ближнему Востоку». А 26 марта 1979 г. А. Садат и М. Бегин подписали в Вашингтоне сепаратный мирный договор, согласно которому Египет в обмен на вывод израильских войск с Синая отказался от поддержки сил, выступающих против Израиля. За подписание мирного договора между Египтом и Израилем США ежегодно выплачивают до сих пор безвозмездно Израилю 3 млрд., а Египту 2 млрд. долл. в качестве разного рода помощи [5, c. 38; 10, c. 5]. В США по этому поводу ликовали, чрезмерно превознося успех своей дипломатии, ведь из рядов фронта арабских государств было выбито главное звено. Теперь большая война арабов против Израиля, во всяком случае в ближайшем будущем, была невозможной.

Что касается реакции арабских государств на подписание мирного сепаратного договора между Египтом и Израилем, то она была неоднозначной: в странах, сотрудничающих с США, – сдержанной, а в странах с национально-патриотическими режимами договор был встречен с негодованием. Президент Египта А. Садат был объявлен предателем арабских интересов, а позднее – в октябре 1981 г. убит египетскими мусульманскими экстремистами.

После октябрьской войны 1973 г. посредничество США в урегулировании ближневосточного конфликта становится одним из главных направлений политики в регионе. По замыслам администрации США, упомянутый выше документ – «Рамки для мирных переговоров» должен явиться схемой, по которой будут заключаться последующие договоры Израиля с другими странами-участниками конфликта. Надо сказать, что взяв на себя миссию посредника, США преследовали и продолжают преследовать прежде всего свои цели и только потом, в определенной мере, учитывать интересы арабских государств и Израиля, с которым, как показало дальнейшее развитие событий, у них будут возникать на этой основе серьезные, пока тактические, расхождения.

Рассчитывая на поддержку Египта после подписания документа «Рамки для мирных переговоров по Ближнему Востоку», премьер-министр Израиля М. Бегин попытался продлить кэмп-дэвидский процесс, начав трехсторонние переговоры Израиль – Египет – США в мае 1979 г. об установлении системы «автономии» для населения оккупированных в 1967 г. Западного берега р. Иордан и сектора Газа, однако последние выявили серьезные непреодолимые разногласия и через год были приостановлены.

В апреле 1982 г. Израиль начал войну в Ливане с целью разгромить находившиеся там палестинские военные формирования, чтобы заставить палестинцев подключиться к кэмп-дэвидскому процессу. США не только одобрили эту силовую акцию, но и направили в Ливан свои войска в составе так называемых «многонациональных сил» вместе с французами и итальянцами. Когда же стало ясно, что война принимает затяжной и непопулярный характер, они под давлением международного сообщества были вынуждены вывести их оттуда и отмежеваться от действий израильтян против палестинцев и ливанских национально-патриотических сил. К тому же США осознали, что продолжение их участия в этой войне может испортить отношения с арабскими странами. Что касается Израиля, то, потеряв, по официальным данным, 650 человек убитыми и несколько тысяч ранеными, он также был вынужден уйти из Ливана, не добившись своей главной цели – подключения палестинцев и ливанцев к кэмп-дэвидской схеме. Ливанская операция еще раз продемонстрировала бесперспективность ставки США и Израиля только на силовые методы в подходе к ближневосточному урегулированию. Сделав соответствующие выводы, США возвращаются к дипломатическим методам решения конфликта.

В марте 1988 г. госсекретарь США Дж. Шульц выступил с новым американским планом урегулирования ближневосточного конфликта. На этот раз он предусматривал созыв международной конференции с участием пяти постоянных членов СБ ООН.

В рамках конференции предполагалось проведение прямых переговоров в двусторонних «географических» комиссиях. В плане также предусматривались два этапа переговоров. На первом этапе должны приниматься промежуточные соглашения, которые будут действовать в течение трех лет, на втором – вырабатываться окончательные соглашения, основой для которых послужат резолюции №№ 242 и 338 СБ ООН. Как предполагали в Вашингтоне, промежуточные соглашения, рассчитанные на три года, обеспечат «прорыв» в сфере урегулирования и одновременно необходимую паузу, в ходе которой Соединенным Штатам удастся добиться выработки компромиссных решений [6, c. 210].

План Дж. Шульца был близок к внешнеполитическим установкам левого блока «Маарах», однако на парламентских выборах 1988 г. последний потерпел поражение, и к власти в Израиле пришел блок правых сил во главе с «Ликудом», отвергнувший план Дж.Шульца, на который американцы возлагали большие надежды. Отказ израильтян принять этот план вызвал недовольство США.

Продолжавшееся палестинское восстание – «интифада» на оккупированных территориях создало новую обстановку в регионе. Именно оно дало импульс для мирных инициатив, с которыми ООП начала выступать в конце 1988 г. На состоявшейся в Алжире в ноябре XIX сессии Национального совета Палестины была принята Декларация, в которой объявлялось о признании резолюций №№ 242 и 336 СБ ООН и содержался призыв к проведению под эгидой ООН международной конференции по Ближнему Востоку. В декабре 1986 г. на сессии ГА ООН Арафат подтвердил осуждение его организацией всех форм международного терроризма.

Администрация президента Рейгана сочла изменения в палестинской позиции отвечающими всем выдвигавшимся к ООП требованиям и буквально накануне передачи власти новой администрации приняла решение о вступлении Соединенных Штатов в официальный диалог с ООП. Первые контакты состоялись в Тунисе в декабре 1988 г.

Однако последовавшие затем изменения в обстановке на Ближнем Востоке (критика Арафата внутри ООП, его намерение вернуться к поддержке политики терроризма, продолжение израильскими властями строительства новых поселений на оккупированных территориях, вторжение Ирака в Кувейт) вынудили американцев прервать продолжавшиеся 17 месяцев контакты с ООП, что затормозило развитие процесса ближневосточного урегулирования.

В конце 1991 г. администрация Буша вновь выступает с инициативой возобновления израильско-палестинских переговоров в рамках международной конференции. В итоге «челночной дипломатии» государственного секретаря Дж. Бейкера 30 октября 1991 г. в Мадриде при посредничестве США и России была созвана мирная конференция по Ближнему Востоку, в которой приняли участие израильская, сирийская, ливанская и объединенная иордано-палестинская делегации. Эксперты не питали больших надежд на успех конференции, поскольку исходные позиции основных участников – Израиля и палестинцев – были диаметрально противоположны.

Премьер-министр Израиля Ицхак Шамир заявил перед конференцией, что не будет никаких территориальных уступок, никаких переговоров о судьбе Восточного Иерусалима, никаких контактов с ООП. Такая же твердость позиции была выражена и членами палестинской делегации. Так, Хейдар Абдель Шафи заявил, что «Израиль должен уйти со всех оккупированных территорий, а палестинцам должно быть предоставлено право на самоопределение, Восточный Иерусалим должен снова стать арабским» [11, c. 3].

И тем не менее, несмотря на отсутствие тогда конкретных результатов, эта конференция сыграла положительную роль – она дала толчок прямым израильско-палестинским переговорам, в итоге которых при посредничестве США 13 октября 1993 г. в Вашингтоне была подписана Декларация о принципах промежуточного урегулирования, в которой отмечалось, что Организация освобождения Палестины (ООП) признает Израиль как государство и осуждает терроризм как средство достижения политических целей, а Израиль признает ООП как единственную законную представительницу палестинского народа. Надо сказать, что это было большим шагом вперед с точки зрения перспектив урегулирования ближневосточного конфликта.

В Декларации говорилось, что в течение 5-летнего периода с оккупированных Израилем сектора Газа и Западного берега р.Иордан будут выводиться израильские войска и в этих районах постепенно восстановится палестинское самоуправление, после чего будут решаться вопрос о статусе Иерусалима, проблема палестинских беженцев и палестинского государства.

После принятия этого документа между израильтянами и палестинцами начались нелегкие переговоры по вопросам конкретного претворения в жизнь достигнутых договоренностей, которые в итоге завершились подписанием в Вашингтоне 28 сентября 1995 г. временного соглашения, предусматривающего расширение рамок Палестинской национальной администрации на Западном берегу р. Иордан и проведение в конце 1995 – начале 1996 гг. первых выборов в Совет ПНА. К этому моменту израильтяне обязались вывести из арабских населенных пунктов на Западном берегу р. Иордан свои войска, сократить к середине 1997 г. общее военное присутствие в районах ПНА, а также начать в мае 1996 г. переговоры об их окончательном статусе.

Это была большая программа, выполнение которой затягивалось на ряд лет. При этом исключительно важным являлся момент согласия Израиля вернуть палестинцам уже на промежуточном этапе значительной части оккупированных палестинских земель. В этой связи вся территория Западного берега р.Иордан разделялась на 3 зоны: «А», «В» и «С» с указанием ориентировочных сроков эвакуации или сокращения численности находящихся там израильских войск и передачи территорий под контроль ПНА. Эту операцию намечалось провести в три этапа и закончить к середине 1997 г.

Декларация о принципах промежуточного урегулирования 1993 г. принесла Израилю определенные политические дивиденды. Она позволила подписать 26 октября 1994 г. при посредничестве США мирный договор с Иорданией, что входило в планы как США, так и Израиля, поскольку ослабляло противостоящий ему фронт арабских государств. Кроме того, она способствовала ослаблению его политического и экономического бойкота не только со стороны государств третьего мира, но и ряда мусульманских и арабских стран, что помогло оживить экономику страны, особенно в сфере финансов и внешней торговли. К 1995 г. Израиль наладил политические и экономические связи уже со 104 странами мира [12, c. 110].

Несмотря на, казалось бы, явные выгоды для Израиля договоренностей с ООП, израильское общественное мнение и политические круги оказались в состоянии глубокого раскола. Тогда как левые партии и движения высказывали удовлетворение, ультраправые и религиозные партии упрекали премьер-министра И. Рабина в излишних уступках палестинцам и тормозили выполнение достигнутых договоренностей. Жестокое противостояние сторонников и противников мирного процесса урегулирования с палестинцами нашло свою кульминацию в убийстве 4 ноября 1995 г. премьер-министра И. Рабина, подписавшего с Я. Арафатом соглашения 1993 и 1995 гг.

После кратковременного пребывания у власти «рабочего» правительства Шимона Переса (ноябрь 1995 г. – май 1996 г.) власть в стране перешла к правому блоку «Ликуд». Вновь избранный премьер-министром лидер блока Биньямин Нетаньяху по своим политическим взглядам, особенно в вопросах ближневосточного урегулирования, отличался от своих предшественников приверженностью к крайне правым сионистским убеждениям. Блок «Ликуд» вел свою предвыборную кампанию под лозунгами: «Мир с арабами возможен только с позиции силы, «нет» – возврату Голанских высот Сирии, созданию палестинского государства, возвращению палестинских беженцев, разделу Иерусалима, «да» – продолжению колонизации арабских земель». Эти лозунги и легли в основу коалиционного соглашения и политической программы Нетаньяху. Более того, участники коалиции считали неприемлемым принцип «мир в обмен на земли», который поддерживало международное сообщество, в том числе США и Россия. «Ликуд» руководствовался принципом «мир в обмен на безопасность», который фактически являлся прежним лозунгом правой оппозиции «мир в обмен на мир», без пересмотра существующих границ Израиля [13, c. 59].

Учитывая подобную позицию правительства Нетаньяху, палестинцы не могли пойти на серьезное продвижение в вопросах урегулирования конфликта. Жесткость позиции нового израильского руководства была настолько очевидна, что даже президент Клинтон воздержался от ее поддержки, чтобы не ставить под угрозу интересы Вашингтона в арабском мире.

Вначале Нетаньяху старался делать вид, что готов выполнять соглашения, подписанные И. Рабином с палестинцами. Так, на встрече с президентом АРЕ Мубараком он обещал в ближайшее же время возобновить переговоры с палестинской администрацией, в том числе о снятии блокады с палестинских районов, выводе войск из арабского города Хеврон на Западном берегу р.Иордан и освобождении палестинских заключенных из израильских тюрем. Однако, как показали последующие события, эти обещания представляли собой тактический маневр, имеющий целью добиться от Мубарака поддержки во время его предстоявшей поездки в Вашингтон и не более того. На деле Нетаньяху делал все, чтобы при каждом удобном случае затянуть выполнение соглашений с палестинцами. Так, на подписание протокола о выводе израильских войск из Хеврона, о чем была достигнута договоренность ранее, ушло более четырех месяцев и этот документ был подписан лишь 15 января 1997 г. И практически сразу после этого правительство Нетаньяху приняло решение приступить к строительству нового жилого еврейского квартала в районе Хар Хома в Восточном Иерусалиме, что вызвало резкий протест палестинцев, решительное осуждение арабских и исламских государств, острую негативную реакцию международного сообщества.

Можно сказать, что за время нахождения Нетаньяху у власти с мая 1996 г. по апрель 1999 г. в рамках переговоров с палестинцами было решено лишь несколько второстепенных вопросов: открытие аэропорта и строительство морского порта в Газе, обеспечение «безопасных коридоров» между Газой и Западным берегом, освобождение части палестинских заключенных, а также вывод израильских войск лишь с 2% зоны «С» и 7% зоны «В». Это были мизерные результаты, которые никоим образом не могли удовлетворить палестинцев. Главные же проблемы конфликта, а именно: вывод войск со всех оккупированных палестинских территорий, создание палестинского государства, статус Иерусалима, возвращение беженцев – остались нерешенными. Более того, за это время израильтяне укрепили военные и экономические позиции на оккупированных территориях.

Давая оценку деятельности правительства Нетаньяху после года его пребывания у власти, авторитетная французская газета «Монд дипломатик» писала: «Менее чем за год Биньямин Нетаньяху сумел подорвать отношения, которые установили Ицхак Рабин и Шимон Перес с палестинцами и рядом арабских государств. И если он согласился присоединиться к «процессу Осло» (т.е. вашингтонским соглашениям между палестинцами и израильтянами 1993 и 1995 гг.), то похоже, только для того, чтобы сорвать его. Находясь в оппозиции, лидер блока «Ликуд» называл эти соглашения «национальной катастрофой». Став премьер-министром, он продолжал выхолащивать их с намерением вовсе похоронить» [14, c. 75].

Пришедшее на смену правительству «Ликуда» в мае 1999 г. так называемое левое правительство блока «Единый Израиль» во главе в Эхудом Бараком подтвердило приверженность Израиля ранее заключенным арабо-израильским соглашениям. Вместе с тем Барак очертил «красные линии» в позиции Израиля в отношении палестинцев, которые вначале, по-существу, не отличались от позиций правительства Нетаньяху, а именно: Иерусалим остается единой и неделимой столицей Израиля, существующие израильские поселения на палестинских территориях не будут демонтироваться. Э.Барак отметил также, что палестинские беженцы не должны возвращаться в Израиль и призвал США помочь тем странам, в которых размещены беженцы.

Позднее, однако, Э. Барак в ходе продолжительных и трудных переговоров с палестинцами, продолжавшихся почти 8 месяцев, смягчил свою позицию и даже допускал возможность пойти на некоторые уступки в том, что касается статуса Иерусалима и еврейских поселений. По мнению бывшего спецкоординатора администрации США по Ближнему Востоку Денниса Росса, в течение нескольких лет занимавшегося урегулированием ближневосточного конфликта, в 2000 г. «прорыв в переговорах между израильтянами и палестинцами был исключительно близок. Особенно это касалось израильско-сирийского направления. Соглашение уже было готово к заключению» [15, с. 48–50], однако у американцев просто не хватило времени завершить переговоры с Хафезом Асадом из-за состояния его здоровья (через три месяца Хафез Асад умер). Что касается израильско-пале-стинских переговоров, то дело всегда обстояло трудно, но и здесь, по мнению Д. Росса, наметился просвет, так как «Э. Барак был готов уступить во многом, включая контроль практически над всем Западным берегом р.Иордан и Храмовой горой») [15].

Израильская оппозиция расценила возможные уступки Э. Барака палестинцам как предательство национальных интересов. В этой связи в декабре 2000 г. в стране разразился глубокий политический кризис: правительство Э. Барака было вынуждено уйти в отставку.

В итоге последовавших в феврале 2001 г. всеобщих выборов премьер-министра победу одержал 73-летний лидер правого блока «Ликуд» Ариэль Шарон, сформировавший в марте правительство национального единства, в состав которого, кроме представителей возглавляемого им блока, вошли лидеры партий «Авода», религиозной партии «ШАС» и «Мафдал», а также несколько других мелких партий.

Еще во время предвыборной кампании А. Шарон заявлял, что в случае прихода к власти он ужесточит позицию Израиля на переговорах с палестинцами и начнет переговорный процесс с нуля без учета договоренностей, достигнутых Э.Бараком. Он, в частности, отмечал, что «в принципе не против создания национального палестинского государства, но только при соблюдении четырех условий. Первое – образование такого государства должно стать результатом израильско-палестинских переговоров и решения обеих сторон. Второе – не должны пострадать интересы безопасности и обороноспособности Израиля. Третье – новое государство должно быть полностью демилитаризовано. И, наконец, четвертое – палестинцы подтверждают полное окончание конфликта и отказываются от дальнейших территориальных претензий» [16].

Как и следовало ожидать, подобная позиция А. Шарона сразу же вызвала всплеск новой волны «интифады». Последовали террористические акции на территории автономии и в самом Израиле и акты возмездия на них со стороны израильтян, что привело к открытым вооруженным столкновениям между израильской армией и палестинской полицией. С обеих сторон появились убитые и раненые.

В конце 2000 г. произошла смена администрации в США, президентом страны стал республиканец Дж. Буш-младший.

Поначалу создавалось впечатление, что ближневосточная политика новой администрации претерпит определенные коррективы по сравнению с моделью, практиковавшейся командой президента Б.Клинтона. В заявлениях сотрудников Госдепартамента делались намеки на стремление США «отстраниться» от прямого участия в процессе урегулирования. Как заявляла в этой связи советник президента по национальной безопасности Кондолиза Райс, Вашингтону не следует думать об американской вовлеченности ради «вовлеченности». По ее мнению, больше ответственности за будущие переговоры должно быть предоставлено самим израильтянам и палестинцам, а США будет вести себя осторожнее, прежде чем вмешиваться в качестве посредника. Не могло не обратить на себя внимание и заявление представителя Госдепартамента Р. Баучера 8 февраля 2001 г. процитировавшего госсекретаря, а именно: что «параметры, обозначенные Б.Клинтоном палестинцам и израильтянам, более не являются американскими предложениями» [20, c. 66].

Более четко позицию новой администрации по Ближнему Востоку обозначил сам президент Дж. Буш. На встрече с премьер-министром Израиля А. Шароном 21 марта 2001 г. в Вашингтоне он заявил, что «его администрация намерена сотрудничать со всеми государствами, чтобы дать миру шанс, и что США не будут оказывать давления на какую-либо из сторон» [20]. Вместе с тем он сказал, что начинает процесс перевода посольства США из Тель-Авива в Иерусалим, что было расценено рядом журналистов как жест в сторону поддержки Израиля.

В разгар израильско-палестинских вооруженных инцидентов в конце марта 2001 г. в Аммане состоялось 20-е совещание арабских государств, на котором прозвучала резкая критика США за наложение вето на резолюцию СБ ООН о размещении международных наблюдателей на палестинских территориях, против чего возражали израильтяне, что также свидетельствовало о поддержке Соединенными Штатами Израиля.

Таким образом, выходит, что заявление Дж. Буша о том, что США не будут оказывать давления ни на одну из сторон в конфликте, расходится на практике с конкретными делами.

Похоже, что в то время у администрации Дж. Буша еще не было конкретной программы действий на Ближнем Востоке, а поэтому основные рекомендации госсекретаря К. Пауэлла и помощника президента по вопросам национальной безопасности К. Райс палестинской и израильской сторонам сводились к необходимости принятия в качестве первостепенного условия для возобновления переговоров предложений, высказанных в плане руководителя ЦРУ Дж. Тенета по дезэскалации конфликта и в докладе комиссии по расследованию причин, приведших к обострению обстановки в регионе, возглавляемой сенатором Митчеллом в мае 2001 г.

В докладе комиссии Митчелла причины эскалации насилия возлагались на обе стороны и предусматривали обоюдное и одновременное прекращение насилия, что соответствовало в то время позиции Соединенных Штатов. Израиль, по мнению авторов доклада Митчелла, должен устранить причины, приведшие к взрыву насилия со стороны палестинцев, прежде всего прекратить продолжение строительства поселений на оккупированных территориях, а также отменить меры по ограничению жизненных условий палестинцев [17, с. 79–80]. Предложения комиссии Митчелла были в целом приемлемы для палестинцев, но оказались неприемлемы для израильтян.

По некоторым публикациям в американской печати, администрация Дж. Буша готовила летом 2001 г. план конкретных мероприятий по Ближнему Востоку, однако террористические акты 11 сентября против Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и Пентагона в Вашингтоне переключили внимание администрации на борьбу с международным терроризмом, оттеснив на некоторое время на второй план другие политические проблемы, в том числе проблему ближневосточного урегулирования.

Вскоре, однако, основные положения политики администрации Дж. Буша по ближневосточному урегулированию были официально подтверждены в совместном заявлении президентов США и России от 13 ноября, в котором говорилось, что «Россия и США как коспонсоры ближневосточного мирного процесса призывают руководство Израиля и Палестинской национальной администрации предпринять срочные шаги по разрядке напряженности, воздерживаться от действий, наносящих ущерб другой стороне, восстановить диалог на высоком политическом уровне. Необходимо также незамедлительно перейти к выполнению плана Тенета и рекомендаций доклада Митчелла: прекратить насилие, наладить устойчивое взаимодействие в сфере безопасности, осуществить меры доверия и возобновить субстантивный переговорный процесс» [18]. А 26 ноября, выступая в Луисвиллском университете штата Кентукки, госсекретарь К. Пауэлл уточнил некоторые аспекты, подчеркнув, в частности, что «палестинское руководство должно приложить 100-процентные усилия для того, чтобы покончить с насилием и террором. Ясно, что никакого мира не будет до тех пор, пока израильтяне не избавятся от постоянного страха перед терактами, организаторы которых должны быть арестованы и наказаны. Палестинцам надо понять, что своих целей они смогут добиться только через переговоры». Это, по его словам должны понять и израильтяне. Израиль «должен добровольно прекратить свою оккупацию палестинских территорий в соответствии с резолюциями №№ 242 и 338 Совета Безопасности ООН и признать жизнеспособное палестинское государство, в котором палестинцы сами могут определять свое будущее на собственной земле и жить с чувством достоинства и безопасности» [19]. Он отметил также, что для достижения мира на Ближнем Востоке необходимы усилия всего международного сообщества: ООН, ЕС, Египта, Иордании, России и других стран, уже сделавших свой вклад в решение ближневосточной проблемы.

В конце ноября на Ближний Восток в срочном порядке прибыли два высокопоставленных посланника США – помощник госсекретаря Уильям Берне и новый спецпредставитель США на Ближнем Востоке Энтони Зинни с конкретной задачей: в максимально короткий срок организовать диалог между израильтянами и палестинцами о прекращении огня и возобновить переговоры о политическом будущем региона.

Вновь резко обострившаяся тогда обстановка в регионе вследствие серии террористических актов исламских религиозных группировок и операции возмездия против них израильских властей с использованием армейских подразделений, танков и авиации не позволила американским посланникам выполнить ставившиеся перед ними задачи.

Таким образом, посреднические усилия администрации Дж.Буша за время нахождения у власти не привели пока к каким-либо положительным результатам. В регионе, по-существу, разгорается настоящая война.

Что касается в целом посреднической миссии США в урегулировании ближневосточного конфликта за время с октября 1973 г. и по настоящее время, то пока, по-видимому, еще рано делать какие-либо выводы. С одной стороны, заключение мирных договоров Израиля с Египтом и Иорданией при посредничестве США приглушило остроту конфликта, но не разрешило его. С другой стороны, оставшаяся без изменений политика США, проводимая, как и раньше, силовыми методами и в нарушение норм международного права, способствовала росту в регионе террористической деятельности исламских фундаменталистских организаций антиамериканской и антисионистской направленности.

Объявленная президентом Дж. Бушем после терактов 11 сентября прошлого года в Нью-Йорке и Вашингтоне война против международного терроризма без четкого определения его сути и прежде всего таких понятий, как критерии кого и по каким признакам считать международным террористом, вызывает сомнения в объективности американцев, которые, как мы видим, до сих пор придерживаются на практике двойного стандарта, разделяя международных террористов на плохих и хороших в зависимости от своих интересов. Международному сообществу еще, видимо, придется серьезно разбираться с этим феноменом и, в частности, как оценивать в этой связи бомбежки США Югославии и некоторых стран Ближнего Востока.






Список литературы



Говард М. Сакер. История Израиля. Т. 2. – Иерусалим: Библиотека-Алия, 1992.

Современные Соединенные Штаты Америки. Энциклопедический справочник. – М.: Политлитература, 1988.

Государство Израиль в 80-е годы: Очерки. – М.: Наука, 1992.

Фармазян P.A. Военная экономика американского империализма. – М.: Мысль, 1983.

Борисов Р.В. США: ближневосточная политика в 70-е годы. – М.: Наука, 1982.

Симановский С.М., Стрепетова М.П. Израиль. Наши деловые партнеры. – М.: Международные отношения, 1995.