Оборонительные сооружения Новгорода

Оборонительные сооружения Новгорода



Археологическое и историко-архитектурное исследование оборонительных сооружений Великого Новгорода позволило заново пересмотреть историю их возникновения, дать целостную картину развития и реконструкции системы городской обороны от XII до XVI—XVII в.  Наиболее интересной, является характеристика впервые открытых монументальных каменных стен и башен Окольного города, сооруженных в XIV столетии. 

Освещены три линии оборонительных сооружений Новгорода: детинец (кремль), острог (“окольный город”, или, как он назывался в XVII в., “Большой земляной город”) и “Малый земляной город”. Во избежание терминологической путаницы необходимо учесть следующее: “окольный город” означает внешний, вокруг лежащий, окружающий. Окольный город летописи упоминают в Пскове, в Москве. Однако такое название не совсем точно для Новгорода, так как Новгородские летописи внешнюю оборонительную линию Новгорода всегда называют “острогом” и никогда “окольным городом”. Точно так же надо помнить, что новгородский кремль назывался детинцем, и что мы употребляем слово “кремль” по отношению к новгородской крепости как установившееся общерусское название, а не как наименование данного памятника. 

Изучение укреплений Новгорода Великого проводилось в период работы в Новгороде археологической экспедиции ИИМК в 1947—1948 гг. При этом детально обследован был лишь внешний оборонительный пояс. Что же касается детинца, то был исследован небольшой участок между двумя круглыми башнями, в остальном же пользовались материалами реставрационных работ, проведенных в детинце Специальными проектно-реставрационными мастерскими в 1945—1947 гг. Материалы эти не полны, так как целью этих работ было восстановление памятника, а не его специальное научное исследование. Работы охватили лишь отдельные объекты и участки, не дав возможности ответить на ряд вопросов, касающихся памятника в целом. Полное археологическое, и историко-архитектурное изучение детинца является еще задачей будущего. Однако собранные материалы позволяют уже сейчас по-новому взглянуть на новгородские укрепления и сделать ряд выводов, которые, вероятно, будут подтверждены дальнейшими исследованиями.

Под 1044 годом в летописи помещено первое достоверное известие о строительстве новгородских укреплений. “Ходи Ярослав на Литву, а на весну заложи Новгород, и сделати”. Речь идет, очевидно, о постройке кремля. Раньше других так понял это известие составитель III Новгородской летописи, который передал его в следующих словах: “...а на весну заложи Новгород, и сдела на Софийской стороне каменной город”. Недостоверность III Новгородской летописи в древнейших частях делает ее ненадежным источником. Позже некоторые историки усомнились в том, что в 1044 г. был построен каменный кремль. Одним из аргументов для этого служила ссылка на частые известия новгородских летописей о пожарах детинца. Однако выражение летописи “детинец сгоре город” может относиться не к стенам, а к внутренним деревянным постройкам. Да и пожар самих стен, если они были каменные, не так уж невероятен: каменные стены всегда дополнялись деревянными частями, например навесами над ходовыми частями стен, которые и могли сгореть во время пожара. В пользу того, что в1044 г. был сооружен каменный кремль, говорит выражение летописи “заложи”, а не “сруби” или “постави”, как обычно говорится о деревянных постройках. В самом факте постройки каменных стен нет ничего противоречащего исторической обстановке. В это время строились укрепления с каменными башнями в Киеве; сооружались в Киеве, Чернигове, Новгороде грандиозные каменные храмы, по сравнению с которыми строительство каменных стен не представляется слишком сложной строительно-технической  задачей.  Эпоха расцвета Киевского государства была временем больших успехов русского каменного зодчества, и постройка в одном из важнейших городов каменных укреплений весьма вероятна.

Каков был этот кремль, каковы его размеры, каково его соотношение с позднейшим кремлем — сейчас решить невозможно. Никаких следов постройки XI в. не сохранилось. 

При постройке стен и башен избегали прямых или острых углов, являющихся выгодными пунктами атаки и более чувствительных к ударам осаждавших. Расположение, близкое к кругу, облегчало и наблюдение за операциями противника. Поэтому естественно сложившаяся округлая форма поселения была сохранена и при постройке укреплений. Так новгородский кремль в его современном виде представляет неправильный овал, вытянутый с севера на юг и вогнутый со стороны реки. Внешний же оборонительный пояс приближается к правильному кругу.

На протяжении веков создавались и перестраивались части укреплений, причем сам детинец на протяжении всей истории Новгорода ни разу не подвергался осаде. Поэтому улучшения и перестройки детинца вызывались общим развитием военно-инженерного искусства, а не практикой использования его для обороны.

Еще в 1936 г. Б. К. Мантейфель произвел обследование новгородского вала и обмеры обнаженных частей каменной кладки в насыпи вала, которые он считал основаниями башен. За годы Великой Отечественной войны вал на многих участках был разрушен, и в разных местах обнаружилась незамеченная раньше каменная кладка. В связи с этим было произведено новое обследование вала. Важным результатом обследования явилось установление того факта, что каменная кладка в насыпи вала представляет собой не только фундаменты башен, но и отдельные части большой каменной стены. 

В 1116 г. детинец был несколько расширен и перестроен: “В то же лето Мьстислав заложи Новъгород болии пьрваго”. Это сообщение дает основание предполагать, что в данном случае значительно расширилась площадь кремля. Возможно, что встречающееся в XIV—XV вв. обозначение южной части кремля — “околоток” передает   более   древнюю   традицию. 

В 1116 г. речь, несомненно, шла о каменном городе. В этом году строилась уже каменная крепость новгородского пригорода—Ладоги. В 1195 г. на городских воротах, выходивших к Волхову, была заложена каменная церковь: “Заложи [архиепископ Мартирий] церковь камяну на городьных воротех... в имя святые богородиця положение ризы и пояса”. По этой церкви позже ворота и башня назывались Богородицкими, или Пречистенскими. Дальнейшие сведения о новгородском детинце так же отрывочны. Мы узнаем лишь о каменных церквах, сооружаемых над воротами. В записях на протяжении десятков лет нет ни строчки о перестройке укреплений, которая, конечно, производилась. Но зато: в 1233 г. “заложена бысть церковь, на воротех от Неревьскаго конця, святыи Феодор”; в 1296 г. архиепископ Климент “постави... церковь камену святого Въскресениа на воротех” ; в 1297 г. “архимандрит Кирилл... постави церковь камену святого Преображение на воротех от Людина конца”; в 1305 г. “постави Семеон Климович церковь камену на градных воротех от Пруськой улици” ; в 1311 г. архиепископ Давыд “постави церковь камену на воротех от Неревьского конца, во имя святого благоверного князя Владимира”.

На конец XIII и на XIV в. приходится развитие торговли Новгорода с Западом и с “Низовской землей” (северо-восточными княжествами). Это эпоха расцвета Новгорода, особенно ярко выделяющегося на фоне общего разгрома Русской земли Батыем. Новгород, который избег непосредственного разгрома, был хранителем завоеваний русской культуры и продолжал ее развивать даже в тягчайшие годы татарского ига. Новгородское зодчество XIV в. отражало успехи в развитии культуры. К сожалению, мы не знаем кремля этой эпохи: детинец в его современном виде — это сооружение московского времени. Благодаря   археологическим   исследованиям найдены каменные стены окольного города XIV в., но не найдены еще башни и стены кремля этого времени, кроме участка стены у звонницы, в позднейшее время облицованного кирпичом. Поэтому реконструировать облик укреплений XIV в. в настоящее время невозможно. Нужны специальные архитектурно-археологические исследования, вскрытие отдельных частей памятника, которые дадут точные данные об этой отдаленной эпохе его строительства. Во всяком случае, хотя основное внимание в XIV в. было уделено сооружению валов и стен окольного города, кремль также подвергся значительным перестройкам.

Лишь под 1331 годом записаны конкретные сведения о перестройке кремля: “заложи владыка Василий город камен от святого Володимера до святой богородици, а от богородици до Бориса и Глеба”. Таким образом, была возобновлена каменная стена вдоль Волхова. Как выше было сказано, на отдельных участках эта стена сохранилась до наших дней и может служить своеобразным эталоном для определения строительства при архиепископе Василии. Постройка продолжалась два года, а в 1334 г. “владыка и каменный город покрыл”. За этим следует постройка каменной стены окольного города и многочисленные постройки каменных городов — Орешка, Луги, Порхова.

Как сказано выше, архитектурно-археологический анализ новгородского кремля в целом затруднен тем, что мы не имеем, исчерпывающих данных о памятнике. Обмеры кремля — неполные. Нет обмеров круглых башен, Княжой башни, многих прясел стены. Что еще важнее — это отсутствие общего сводного плана кремля, его точной топографической съемки. Нет данных о характере кладки и перестройках отдельных частей кремля.

Как памятник московского зодчества XV— XVII вв. новгородский кремль является исключительно целостным в военном отношении сооружением. Каждое прясло стены образует с прилегающими башнями военно-оборонительный комплекс. Башни новгородского кремля расположены таким образом, что участки стен между ними простреливаются их фланговым огнем из пушек и пищалей. Для этого они выступают за периметр стен. Однако башни рассматриваются и как узлы обороны, способные оказывать сопротивление в случае прорыва врага внутрь крепости. Поэтому часть бойниц, хотя и меньшая, расположена и с внутренней стороны. Самостоятельно и военно-архитектурное решение каждой башни. В зависимости от назначения и положения ее в системе обороны каждая башня имеет свой особый облик и свои технические детали. К слабым сторонам новгородского кремля следует отнести указанную выше недостаточность обороны проезжих башен, а также несовершенное устройство бойниц в некоторых башнях, дававшее возможность обстрела только по прямой, без достаточного радиуса поворота пищалей. Впрочем, этот последний недостаток компенсировался наличием большого числа боевых отверстий. В остальном новгородский кремль находится на уровне самых совершенных современных ему сооружений, таких, как московский и нижегородский кремли. 

В связи с участием итальянских зодчих в строительстве многих русских кремлей, создалась легенда о том, что эти постройки якобы копируют итальянские образцы. Пытались видеть руку итальянского мастера (хотя для этого нет никаких исторических данных) и в строительстве отдельных участков новгородского кремля, в частности Покровской башни. Между тем простое сравнение облика русских и итальянских крепостей, даже без глубокого анализа, покажет их резкие отличия. Изучение укреплений Новгорода показывает, что основная городская территория его уже в XII в. достигала пределов, которые служили границей города в позднейшее время. Сохранившаяся доныне линия валов окружала Новгород уже в XII в.

 Изучая укрепления, нельзя отрывать их от социальной и политической истории городов. Расцвет новгородского фортификационного зодчества связан с его особой ролью как центра обороны против шведско-немецкой агрессии, со временем наивысшего экономического и политического расцвета Новгородской республики. Второй период успехов в этой области связан с включением Новгорода в Московское государство и с мероприятиями общерусского правительства по созданию опорных крепостей в пограничных районах.

 Средневековая стратегия, рассчитанная не на штурм, а на длительную осаду городов, давала преимущества обороняющимся за такими укреплениями, как новгородские. Они рассчитаны на длительную оборону. Кольцо монастырей вокруг Новгорода вследствие особых местных условий не могло служить целям обороны и чаще создавало лишь опору осаждающим.

 Новгородский кремль был каменным уже в XI в. Его древние части не сохранились: дошедшие до нас стены и башни являются памятниками московского зодчества. Анализ конструкции и планировки новгородского кремля показывает, что он принадлежит к выдающимся памятникам расцвета русского градостроительства.



Белая башня.

Белая башня — круглая, ее окружность по наружной стороне (у основания) равна 53,6 м, диаметр 15,45 м. В нижних частях толщина стен достигает 2,2 м. Бойницы имеют сложное устройство: внутри находится довольно большая перекрытая коробовым сводом печура, в которой устанавливалось орудие, она тремя уступами сужается внутрь стены и выходит наружу узким боевым отверстием. Башня имела три яруса. Ход на III ярус сделан в виде кирпичной лестницы в толще стены. Остальные ярусы сообщались между собой при помощи деревянных лестниц, ведших на деревянные же помосты. Изучение кладки Белой башни (из булыги на известковом растворе, с облицовкой кирпичом) и устройства бойниц и ниш приводит к заключению, что она построена одновременно с участком кремлевской стены между Федоровской и Митрополичьей башнями и одновременно с этими башнями, т. е. в конце XV в. Постройка Белой башни на валу и круглых башен в кремле относится к реконструкции новгородских укреплений, предпринятой московским правительством в конце XV в.



При подготовке данной работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru