Древнерусская иконопись

2





Ижевский государственный технический университет

























КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА



по дисциплине «Культурология»













Выполнил:							студент гр. ВВ – 11 

									факультета МиМ

									Корепанов А. А.







Проверил:								Сорокина М. В.



















2002 год

Содержание

				

							стр.



Введение ………………………………………………………..  3



1.  История возникновения искусства иконописи …………...  4



Икона – живой художественный организм ……………….   5



3.  Искусство иконописи ………………………………………   8



4.  Вековое развитие иконописи ………………………………  11



Заключение …………………………………………………….   14



Список используемой литературы













































ВВЕДЕНИЕ



	Древнерусская иконопись  - выдающееся явление мирового искусства, часть 



драгоценнейшего наследия нашей национальной культуры, одно из ярчайших сви-



детельств духовного и художественного гения России.



      Начиная с X века – времени принятия Русью христианства в качестве государ-



ственной религии – тысячи храмов столетие за  столетием украшались драгоцен-



ными мозаиками, стенными росписями и иконами с  изображениями религиозных 



сюжетов на темы истории жизни Христа, Богоматери, апостолов и многочислен-



ных последователей христианского  учения – проповедников,  аскетов – монахов и 



мучеников за веру. Древнейшие центры искусства – Киев, Владимир, Новгород,  



Псков, Тверь, Москва – оставили нам бесконечное разнообразие местных памят-



ников живописи XI–XV веков, главным  образом  икон,  порой  весьма различных 



по стилю, но всегда единых как по содержанию, так и по своим идейным основам. 



Это внутреннее их единство постепенно, параллельно с объединением Русского 



государства под эгидой Москвы, привело в XVI–XVII веках к сложению целостно-



го национального художественного канона, воплотившегося  в древнерусской ико-



не, канона, традиция которого в значительной степени продолжала сохраняться и 



позднее – в XVIII–XIX веках, став с начала ХХ столетия объектом многочислен-



ных исследований, предпринятых историками культуры Древней Руси. Именно в 



результате их общих усилий необычайное художественное богатство образной си-



стемы иконы, её эстетическая ценность и изначально заложенный в ней общечело-



веческий идеал красоты и высокого гуманизма стали достоянием современности.



ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ИСКУССТВА ИКОНОПИСИ





Искусство древнерусской иконописи восходит к культурной традиции Ви-



зантии, к той традиции, где на протяжении столетий (в основном приблизительно 



с V по Х века) гармонично сплавились художественные достижения раннесредне-



векового Запада и Востока, эстетические ценности поздней античности (эллиниз-



ма) и малоазийской национальных культур (Египта, Сирии, Палестины), Закавка-



зья и сасанидского Ирана.



	Впитав в себя и творчески переработав это богатейшее византийское насле-



дие, Русь органично вошла в европейскую средневековую культуру, отбросив, од-



нако, - в силу  личного  духовного  миро чувствия – всё  чуждое её национальным 



устремлениям: порой излишнюю  репрезентативность  имперского  византинизма, 



несколько  холодноватую  “отстранённость”  образов  византийского  искусства, а 



нередко и чисто внешне понимаемую им «пренебесную» красоту «горнего» мира.



	На смену всему этому приходит система собственных эстетических ценнос-



тей: большая свобода иконографического канона, большая теплота иконописных 



образов и – что, быть может, важнее всего  –  гораздо  большая  обращённость ис-



кусства  к  «дольней»  (иначе  говоря  –  вполне  земной)  человеческой  жизни,  к 



духовно свободной человеческой личности.

















	2.  ИКОНА – ЖИВОЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ОРГАНИЗМ





	Нигде и никогда икона не играла такой большой роли, как в России. Иконы 



здесь издавна были непременной принадлежностью каждого здания – и храмово-



го, и общественно – гражданского, и просто жилого дома.



	Икона  (от  греческого «эйкон» - образ, изображение) совершенно не похожа 



на обычную картину. В иконе передаётся отнюдь не то, что художник видит обыч-



но своими  глазами,  а  то,  что  он  усматривает  в  реальной действительности, так 



сказать,  «духовными  очами»,  «внутренним»  взором,  -  прежде всего глубинные 



«первосущности» вещей, «первооснову» всего бытия – то, что в античной филосо-



фии называлось «эйдосами», или «идеями», а средневековые христианские мысли-



тели именовали  «первообразами»,  или  «прототипами»  всего  вещественного ма-



териального мира, в том числе и каждого человеческого индивида. Иконопись по-



этому – сакрально – ритуальное  искусство,  призванное  возводить  «внутренний» 



духовный взор каждого  зрителя  от образа к первообразу, от художественной реа-



льности изображения  –  например,  вполне  «земного»,  признанного «святым» ас-



кета – к запредельному (или, как говорили в древности,  к  «небесному») смыслу – 



«прототипу»  этого  изображения. Отсюда в иконах преобладание иконографичес-



ких «типов», идеализирующая условность формообразующих элементов, необыч-



ность пространственно – временных связей, неизменность и  своеобразная непре-



ложность строгого набора самих композиций в виде более или менее постоянных 



иконографических схем. Отсюда же и  сама столь часто  непривычная  для  совре-



менного глаза система средств художественной выразительности: это и обострён-

ная графичность, линеарность стиля, это и своего рода плоскостная  «ковровость» 



композиций со специфическим характером «вывернутой» перспективы, это  и  яв-



ная идеограмматичность отдельных образов, это, наконец, и часто применяемый в 



иконописи как бы «обратный»  принцип художественной передачи в  иконе  свое-



го рода «сверхдвижения»  (столь  характерного  для   динамики  духовной  жизни, 



особенно  при  создании  гиперболизированных  образов  «святых»)  через  некий 



«сверхпокой»,  внешне  выражаемый  в  подчёркнутой  статичности фигур, в отсу-



тствии глубины пространства и в своеобразной неподвижности, как бы «застылос-



ти» всех форм духовно «преображенного» в плоскости иконы «тварного» мира.



	Однако, несмотря на всю свою  каноническую  кодифицированность,  икона 



всегда остаётся живым  художественным организмом, отражающим изменения ис-



торической жизни  нации,  все  нюансы мирочувствия и мировосприятия художни-



ков  той  или  иной  эпохи  и  даже  того  или иного  района. Почти в любом случае 



можно указать на причастность иконы к той или иной местной школе живописи – 



новгородской, псковской, тверской, ростово – суздальской, московской – в зависи-



мости от того, к каким художественным центрам России тяготели мастера – ико-



нописцы; точно так же среди икон легко определить и памятники, созданные ху-



дожниками, принадлежащими к кругу наиболее прославленных иконописцев 



Древней Руси – Феофана Грека, Андрея Рублёва, Дионисия, Симона Ушакова.



	Древнерусские иконы писались на дереве по меловому грунту темперой – 



минеральными и растительными красками на яичной эмульсии – и покрывались 



затем для усиления цвета и предохранения красочного слоя слоем тонкой прозра-



чной масляной плёнки – олифой. При написании фонов икон и нимбов вокруг го-



лов святых использовали светлые золотисто -–жёлтые краски или же тончайшие 



листки чистого золота, которые должны были символизировать духовное сверх-



пространство или «небо» запредельного божественного мира. При этом и в самом 



написании иконы, и даже в её естественных природных материалах древнерусс-



ким мастером неизменно усматривался внутренний мистический смысл, отражав-



шийся в актах специального молитвенного освящения и очищения всего творчес-



кого процесса -  освящались и краски, и даже вода для их разведения.



	Непременным условием творчества ставилась и необходимость личной ду-



ховной чистоты самого иконописца, ибо только такой мастер, как считалось на 



Руси, был способен передать в иконе всю безмерность и красоту умозрительного 



мира сакральных ценностей.



	Таким образом, как сам художник, так и создаваемые им произведения явля-



лись носителями глубоко нравственных идей и понятий, столетиями возвышав-



ших душу народа среди всех бед и разрух, войн и насилия, столь характерных для 



эпохи средневековья.



























 ИСКУССТВО ИКОНОПИСИ





Искусство иконописи – особое искусство, чаще всего анонимное (мастера, как 



правило, не подписывали  своих  имён на иконах), в которых в  силу  его  традици-



онности и жёсткой канонизированности личность художника могла  раскрыться в 



основном за счёт нюансировки и акцентирования или отдельных элементов обще-



принятой эстетической системы, где  был  абсолютно  недопустим  произвольный  



полёт фантазии иконописца. Индивидуализировать это искусство было чрезвычай-



но трудно,  и  тем  не менее, как  показало  многовековое  развитие древнерусской 



живописи,  истинному таланту, истинному художественному творчеству иконопи-



сный  канон отнюдь  не  служил помехой в раскрытии личной  творческой индиви-



дуальности:  как  метко подметил один из исследователей иконописи, П. Флоренс-



кий,  «трудные  канонические  формы  во  всех  областях  искусства  всегда  были  



оселком, на котором ломались ничтожества и заострялись настоящие  дарования». 



Истинному художнику  было  достаточно сделать  ряд  сознательных, хотя и отно-



сительно небольших отступлений от традиционного  образца, чтобы тот получил в 



новом произведении – на ту же привычную  тему  –  совершенно новое звучание, а 



порой  и  значительно  обогащённое  внутреннее содержание, как бы повёрнутое к 



зрителю неведомыми до того гранями. Живое человеческое чувство всегда  проби-



вается в древнерусской иконе сквозь жёсткий иконописный  канон;  любой  иконо-



писный  сюжет неизбежно окрашен личным мироощущением художника, тем чут-



ким лиризмом души, что издревле был присущ русскому человеку.  Недаром  ещё 



до всеобщего признания древней иконописи  выдающимся  достижением отечес-



твенной культуры  Н. В.  Гоголь  в  середине прошлого века писал о  русских  ико-



нах:  « В них  нет  чрезмерной  восторженности,  экзальтации, но царит  спокойная 



сила… Необыкновенный лиризм, рождённый верховной трезвостью ума».



	Хотя  культовое назначение и накладывало на древнерусскую иконопись оп-



ределённую печать условности и метафизической отвлеченности, она  никогда  не 



была простой иллюстрацией религиозного учения. В произведениях  талантливых 



мастеров прошлого века находили отражение и  реальный  исторический  процесс 



бытия, и  все  изменения,  происходившие  в  самых недрах души русского народа, 



весь рост его духовного потенциала. Благодаря именно такой активной жизненной 



позиции древнерусским иконописцам удалось высказать и передать  даже  в  кано-



нических  сюжетах  своё  личное  отношение  к  окружавшей их действительности, 



свои национальные эстетические и нравственные идеалы.



Вместе  с  тем  иконопись отнюдь не становилась излишне приземлённой, не 



теряла присущей ей художественной возвышенности и  своеобразной,  почти  кос-



мической  надмирности. Если, по словам известного советского историка искусст-



ва М. В. Алпатова, христианский храм в целом мыслился как модель мира, космо-



са, а  храмовый  купол  представлялся подобием небосвода, то точно так же и каж-



дая икона понималась в свою очередь как подобие храма  и  модель  освящённого 



космоса, и хотя «современный человек, как правило, не принимает средневековой 



концепции духовного космоса», но «и его не могут не пленять порождённые этим 



воззрением  плоды  поэтического творчества; светлый космический порядок, тор-



жествующий над силами мрачного хаоса».



	Иконопись  в Древней Руси являлась наиболее распространённым видом ис-



кусства.  Но  если  в  частном владении, в домах имелись, как правило, лишь икон-



ные изображения отдельных фигур Христа, Богоматери  и  различных святых, то в 



церквах и соборах  к  ним  прибавлялись  и  иконы  с многофигурными сценами из 



жизни Христа (так называемые праздничные иконы,  или  праздники); здесь же на-



ходилось  и  немало икон святых, чьи изображения сопровождались большим чис-



лом  сцен  их   жития,  содержащих  множество  занимательных  подробностей   и 



дающих представление о той или иной исторической эпохе и обычаях людей того 



времени.





















































 ВЕКОВОЕ  РАЗВИТИЕ  ИКОНОПИСИ





Параллельно с развитием  и  усложнением иконографической, собственно ком-



позиционной  основы икон в  древнерусской живописи  исподволь  происходило и 



постоянное изменение образной и стилистической систем  в  их непосредственном 



художественном проявлении.



	Так, иконы XII – XIII веков отличаются подчёркнуто  репрезентативной  мо-



нументальностью и внутренним спокойствием образов, порой напоминающих нам 



о классических статуарных принципах античного искусства.



	В свою очередь бурная эпоха XIV века, явившаяся периодом  собирания  на-



циональных сил для отпора монголо – татарским  завоевателям, нашла  своё  отра-



жение в иконах необычайно динамичных, экспрессивных по форме, цвету и свету. 



Важную роль в появлении подобного рода икон сыграли имевшие тогда место ре-



лигиозно – философские споры относительно природы и сущности божественных 



«энергий» как формы проявления в мире самого Бога; связанное с этой проблема-



тикой мистическое  учение  о  божественном сверхприродном свете провозглаша-



лось в восточно – христианском мире (в том числе и средствами искусства) предс-



тавителями группы аскетов – «исихастов» («молчальников»). Именно происихаст-



ские черты явственно просматриваются в творчестве одного из ведущих мастеров, 



работавших в Древней Руси на рубеже XIV – XV веков, - прославленного Феофа-



на Грека.



	Подобное экспрессивное направление в искусстве Древней Руси (особенно 



ярко проявившееся в новгородских и псковских стенных росписях последней чет-

верти XIV века, а  также  в  ряде  икон  типа  псковского  «Собора  Богоматери»), 



естественно, не могло не вызвать вскоре и своего рода реакции на него. Это проя-



вилось в стремлении к более спокойной и более уравновешенной системе образов. 



И вот на смену удивительно напряжённой живописи исихазма приходит  гармони-



чное искусство Андрея Рублёва, его учеников и  последователей  –  вплоть  до зна-



менитого иконописца рубежа  XV  –  XVI  столетий Дионисия, автора прославлен-



ных стенных росписей Ферапонтова монастыря.



	Искусство  Рублёва  и  его  школы  по  праву  считается наивысшим взлётом 



древнерусской живописи. Вообще искусство XV века явилось самой блестящей и 



одухотворённой страницей в истории древнерусской культуры; творческие дости-



жения этой эпохи служат в дальнейшем неизменным, хотя и более недосягаемым, 



художественным эталоном для мастеров – иконописцев XVI столетия.



	В  XVI  веке, насколько оскудевал духовно – нравственный смысл, духовная 



глубина самой подосновы творчества и насколько средневековый символизм куль-



туры перерождался в  более рационалистический «аллегоризм», настолько же бле-



днел и язык художественных средств средневекового искусства. На всём протяже-



нии  XVI  века  параллельно со всё большим «огосударствливанием» и «обмирще-



нием»  всех  сфер  жизни общества – в силу всё большего укрепления централизо-



ванной самодержавной  власти – шаг за шагом складывается искусство совершен-



но иного  типа,  при  внешнем сохранении всё той же средневековой эстетики, ис-



кусство, ассоциирующееся (хотя и с некоторой степенью условности) с понятием 



«неоклассицизма» как чего – то достаточно тяжелого, достаточно холодного, дос-



таточно  умелого,  хотя  и   той   умелостью,   что   порождается  у силенным,  но  



весьма внешним подражанием классическим  образцам  искусства  прошлого. Для 



иконописи эпохи Ивана Грозного всё более  характерным становятся строгие, тем-



ные лики и такие же строгие, тёмные,  глуховатые  краски  –  древнерусская икона 



переживает в это время период определённого кризиса, из которого она вновь вы-



ходит лишь с начала следующего, семнадцатого столетия, крестьянской народно – 



декоративной эстетике, с другой – к всё более проникающим с Запада началам ре-



алистического искусства.



	Иконы  XVII  века поэтому отмечены как явно проступающим в них интере-



сом художников к реальным сторонам окружающей действительности,  так  и  всё 



более  усиливающейся  декоративностью, стремлением к особой тонкости и изощ-



рённости исполнительской  манеры,  присущей, например, мастерам царской Ору-



жейной палаты.



	Эти же основные эстетические принципы оставались  почти  неизменными и 



в позднейшей иконописи XVIII – XIX веков, разумеется  в  том  её  русле,  которое 



оставалось исконно традиционным.



























	ЗАКЛЮЧЕНИЕ





	Духовная и художественная значимость русской иконописи общепризнанна, 



и слава её давно перешагнула границы нашей страны.



	Было бы неверно сводить значение иконы лишь к функции историко – напо-



минательной:  ещё  более  ценилась средневековым человеком её способность ука-



зывать на высший духовный смысл бытия – иконные образы в своей космологиче-



ской устремлённости как бы вбирали в себя все иерархические уровни человечес-



кой истории и провозглашали при том непреложный во все времена закон любви 



человека к человеку – как всеобщий закон человеческого существования.



	Можно сказать, что активно провозглашаемое понятие о светлых духовных 



началах  человечества является  основным  внутренним  смыслом  древнерусской 



иконы  на  всём  протяжении  её  существования. Думается, что в первую очередь 



именно поэтому столь, казалось бы, удалённое от нас по времени  искусство  ико-



нописи и ныне не оставляет равнодушным современного зрителя не только в Рос-



сии, но и далеко за её пределами.































	

ЛИТЕРАТУРА







Большая советская энциклопедия. Третье издание. – М.: изд. «Советская энци-



клопедия», 1972.



Брук Я. В. Живое наследие. – М., 1970.



Древнерусское искусство. – М.: 1970.



Лазарев В. Н. Русская средневековая живопись. Статьи и исследования. – М., 



1970.



Малков Ю. Г.  Русские иконы XII – XIX веков. – М.: изд. «Искусство», 1988.