Бог. Его имя. Философия

Реферат на тему:

Бог. Его имя. Философия


К понятию Единого Бога можно прийти многими путями, в том числе и рассуждая об имени Бога.

Проследим ход мыслей великого философа-теолога Николая Кузанского, который, учитывая удаление пространства в бесконечность в любую сторону или в сторону увеличения, ввёл понятие - Максимум: «...недаром великий Деонисий говорит, что понятие Бога приближается больше к Ничто, чем к Чему-то. Но святое незнание учит меня: то, что кажется уму ничем, есть Непостижимый Максимум... В самом деле, если Максимум есть тот Максимум, которому ничто не противостоит, то ясно, что ему не может подходить никакое собственное имя; ведь все имена налагаются, исходя из некоторой неповторимости смысла, благодаря которому одно отличается от другого, а там, где все вещи суть Единое, никакое собственное имя невозможно. Гермес Трисмегист справедливо говорит: «Поскольку Бог есть Всеобщность вещей, ни одно имя не есть его имя собственное, иначе или Бога пришлось бы назвать всеми именами, или все назвать Его именем».

Имена налагаются сообразно нашему различению вещей движением рассудка, рассудок не в силах выйти за пределы противоположности, и нет имени, которому в его движении не противопоставлялось бы другое. Соответственно, единству в движении рассудка противоположно множество, или многочисленность. Богу подходит не это единство, а такое, которому не противоположны ни различие, ни множество, ни многочисленность.

Это имя несказанно и превосходит всякое понимание. В самом деле, кто сможет понять бесконечное... Отсюда ясно, что утвердительные имена, которые мы приписываем Богу, Его бесконечно умаляют».

Ну что ж, добавить к этому почти и нечего, это всё-таки Кузанский.

Но сама тема довольно парадоксальна сама по себе. Казалось бы, всё понятно. Но попробуйте объяснить какому-либо верующему, что Брама, Яхве, Деос, Дао, Аллах, Господь и т.д. - это разные имена одного и того же Единого Единственного Бесконечного Бога. Видимо, даже когда верующий всё понимает, он ощущает некоторую ранимость. Начинает проявляться некая эгоистичность, тщеславие. Как бы в общности теряется интимность. Или хочется, чтобы именно твой Бог был самым реальным, самым мощным, самым большим, то есть был исключительно лучшим по сравнению с другими, а тут на тебе - Он оказывается общий и одинаковый у всех. И даже у самых матёрых атеистов.

И даже непривычно - наш стал у чужих, а чужой у нас, ну и что, что это одно и то же. И не с кем поспорить, и не кому нос утереть, и не в кого выстрелить. Трудно отделаться от этой эмоциональной примитивщины.

А ведь понятно, что если собрать сто человек ста национальностей, говорящих на ста языках и показать им одно яблоко, то они произнесут сто различных слов-названий, а если показать на одно небо, то все опять услышат сто различных слов, абсолютно одинаковых по смыслу. Точно такая же ситуация и с именем Господа.

В какой-то мере можно использовать слова-имена с нейтральным смыслом и без всякой окраски, например, - Единый, Сущий, Бесконечный и т.д.. Но очень проблематично использовать слова-имена-определения типа Мудрый, Сильный, Красивый и т.д.. В подобных случаях давать или приписывать какие-либо имена Единому Богу, озвучивать какие-либо качества и свойства просто глупо, безумно и опасно. Потому что, во-первых, - трудно вообще перечислить все имена и качества Беспредельного, Бесконечного и почти нам Неизвестного Бога. Делая что-то подобное мы выглядим смешно и нелепо, ибо этим ограничиваем, умаляем Единого Великого Бога. Более того этим вносим распри, кровь и войны, сумятицу в умах, непонимание и разногласия. При этом всегда можем потерпеть сокрушительное поражение от какого-либо умника, типа Секста Эмпирика. Вот от него показательный пример: « .. .если Он обладает всеми добродетелями, то Он обладает и мужеством. Если он имеет знание мужества, то имеет и знание страшного, что является опасностью для Него Самого. Если существует страшное для Бога, то оно способно Его отяготить. Следовательно, Он доступен отягощению и гибели, значит Он тленен». И еще: «...если Он имеет способность принимать хорошие решения, то и решает, если решает, то есть нечто неясное. Ведь если для Него нет ничего неясного, то Он и не решает и не обладает способностью принимать хорошие решения, - что нелепо.» Ну? Каково...?

Интересная дискуссия на эту тему получилась в православной церкви. Православный монах Иларион решил удалиться от суеты мира и поселился в одиночестве в горах Кавказа. Там, как и подобает такого рода преданным Богу и решительным людям - он усердно молился, и не просто молился, а упражнялся в «Иисусовой молитве», которая представляет один из видов медитации. Поэтому Иларион называл себя не просто «монах», а «схимонах». Видимо, благодаря своей чистоте и усердию он продвинулся в своём намерении очень сильно, и даже, возможно, получал неоднократно озарение. Об этом можно судить из его книги, которая называется «На горах Кавказа». В этой книге можно найти много интересного и мудрого, автор прошёл долгий путь и в своей мыслительной деятельности пришёл к многому тому, о чём мы уже говорили в первых главах. Один из главных его выводов: «Как Дух чистейший и беспредельный, Господь весь находится повсюду всем своим Существом». Книга стала быстро очень популярна среди священнослужителей, монахов и просто верующих.

Очень книга понравилась русским монахам, находящимся в монастырях Греции на Афоне, особенно они прониклись следующим выводом Илариона этой книге: «Имя Бога - это Сам Бог». Эту короткую фразу, мысль можно очень глубоко и по разному трактовать, и монахам она очень понравилась. Но руководство как в России, так и на месте вначале отнеслось к этому осторожно, а затем и вовсе не поддержало эту глобальную мысль и объявило ее ересью.

В Андреевском ските монахи сместили из-за разногласий по этому вопросу своего игумена, а позже их примеру поступили и другие; новое понятие приняли все монастыри Афона. Толпы монахов кричали: «Имя Божие - Сам Бог, Сам Бог!» Их назвали «имяславцы». В самой России это понятие поддержали многие известные люди, в их числе были С. Булгаков и П. Флоренский, который сделал существенную поправку к одному из вариантов этого понятия: «Имя Божье есть Бог, но Бог не есть (только) имя».

Руководство православной церкви назвало это бунтом и для начала прекратило «бунтовщикам» все поставки провианта из России. А затем послало туда войска во главе с архиепископом Рождественским. Конечно, убедить монахов с помощью армии было не возможно. С монахами обошлись как с обычными смертными бунтарями и около тысячи человек очень грубо, насильственно затолкали на пароход «Херсон», и повезли в Россию для наказания и перевоспитания. Этот случай очень актуален, ибо всё это произошло в нашем веке в 1913 году. Вообще, судьбе этих монахов не позавидуещь. Ведь уже через несколько лет пришли большевики... Как видите, эта тема совсем небезопасна.

На этом и закончим тему имени Бога. «Слава Ему, создавшему все вещи, сущность которых Он Сам». (Ибн Араби).

Теперь подведём итог пройденного. - Из всего рассмотренного материала бесспорно видно, что существует Один Единственный Бесконечный Бог. И все основные религии это признают. Они также единогласно признают наличие некой внутренней Божественной Иерархии. Во всех религиях неправильное понятие этих двух истин ведёт к поклонению одновременно многим Богам в одинаковой степени. Во всех религиях правильное понимание этих истин ведёт к поклонению Единому Богу и уважению к Его Иерархии. Поэтому не может быть никаких разногласий между верующими различных религий по сути понятия Бога. Все разногласия на эту тему смешны и глупы, в худшем случае специально надуманны или спровоцированы умышленно с какой-то корыстью. Все видимые различия в религиях - это различия в культах, которые устанавливают священники, это различия в способах поклонения и в формах почитания.

И это понятно и нормально, ибо зависит от многих факторов: от в начале заложенных традиций, которые несут почерк их выдающихся авторов; от национальных особенностей народов, их исторического прошлого, даже от географического и климатического их положения и т.д..

И даже все церкви, конфессии, несмотря на свои внешние и внутренние различия, - очень похожи между собой своими историческими деяниями. Все они призывали к добру и делали много добра, но и никто из них не смог остаться чистым, непогрешимым и незапятнанным; все без исключения, выпачкались кровью людей и насилием. Всем известны деяния католической инквизиции. В православии известна борьба против староверов и сектантов-протестантов. Всем известны кровавые споры между различными религиозными течениями Индии, а также между различными мусульманскими направлениями. Даже с виду мирные буддисты не могут утверждать отсутствия в своей истории неприличных фактов.

В 1845 году в Китае в городе Кантоне ученый Хонг принял христианство и создал секту тай-пинов. Местным буддистам это, конечно, не понравилось. И вдова императора Тси разогнала и уничтожила всех. Осталась одна религия.

И даже мудрейшие евреи не остались здесь на чистой стороне. Вот как описывает картину своего наказания-отречения средневековый философ Уриэль Акоста за свое инакомыслие: «Я вступил в синагогу, полную мужчин и женщин, собравшихся на зрелище... Я встал в угол, и привратник велел мне обнажиться. Я обнажил тело до пояса, повязал голову платком, разулся и, вытянув руки, обнял ими нечто вроде колонны. Подошел привратник и привязал мои руки к этой колонне веревкой. Затем подошел ко мне кантор и, взяв бич, нанёс мне тридцать девять ударов по бокам... Во время бичевания пели псалом. После этого я сел на пол. Ко мне подступил проповедник или мудрец (о, сколь смехотворны дела человеческие), и разрешил меня от отлучения.

Итак, открывались теперь передо мною врата неба... Затем я оделся, подошел к порогу синагоги и простерся на нем, причем привратник поддержал мою голову. И вот все выходящие из синагоги стали переступать через меня. О, бесстыднейшие из смертных! О, отвратительные старейшины...» Немного позже то же самое пытались проделать с великим Барухом Спинозой, и даже неудачно пытались убить его.

И молодые протестанты, которые восстали против всякой грязи в церкви, выразили ей открытый протест и попытались всё сделать по-другому тоже не смогли избежать крови и уподобились всем. Лютер говорил, что инакомыслящих надо побеждать умом, знанием Писания, а не огнем - иначе палачи были бы самыми учеными теологами в мире. Немного прошло времени со времени произношения этой разумнейшей мысли, когда последователь Лютера и непоколебимый авторитет протестантов - Кальвин вёл дискуссию с Михаилом Серветом на тему все присутствия, вездесущности Бога: «Как, жалкий человек, - воскликнул Кальвин, - если бы кто-нибудь, ударив ногой по этому полу, сказал, что попирает Бога твоего, - ты и этому не ужаснулся бы?»

«Нет, - спокойно ответил Михаил, - потому что я не сомневаюсь, что естеству Божию всё причастно».

«И дьяволы причастны?» - спросил Кальвин.

«А ты сомневаешься?» - спросил в ответ Сервет.

Михаил Сервет был не только хорошим теологом, но в отличии от Кальвина, этот красивейшей и добрейшей души человек был знаменитым врачом и великим учёным, открывшим задолго до Гарвея кровообращение в человеческом организме. Кальвин не понял мыслей ученого, не нашел убедительных аргументов против и логически следуя своим заблуждениям, сжёгСерве-та вместе с его книгами, таким образом якобы решив спор в свою пользу. «Павшего врага Кальвин оскорблял, как это делают все подлецы у власти» - комментировал это событие Вольтер. Кальвин был готов уничтожить не одного человека, его сыщики наблюдали, как люди слушали «великого» пастора и как только замечали разговор или малейший смех - тут же сажали в тюрьму, со всеми присущими ей экспериментальными вопросами.

На этом закончим перечень постыдных дел всех церквей. И с полной уверенностью теперь можем утверждать, что ни один верующий, ни одной религии не может упрекнуть верующего другой религии или похвастаться чистотой своей конфессии. То есть и в добре и во зле все церкви равны, все религии одинаковы. Поэтому вопрос перехода верующего из одной церкви в другую, в другое верование просто глуп. Достаточно быть просто хорошим верующим.

Поэтому самые умные и самые мудрые люди не видели никакой разницы ни между религиями, ни между священниками разных религий, ни между Богами, Которым те поклонялись. Они мало объясняли непонятливым людям, но специально демонстрировали своё поклонение другому Богу, твоему Богу, вашему Богу. Ведь это один и тот же Бог, и они это прекрасно понимали. Вот несколько примеров.

Священник и мученик Павел Флоренский в своей основной работе «Столп и утверждение истины» произносит:

«Бог Иисуса Христа Бога Моего и Бога Вашего Твой Бог будет моим Богом».

Знаменитый Паскаль был глубоко верующим человеком и даже получал озарения, вот его слова:

(Достоверность, достоверность. Радость. Мир. Бог Иисуса Христа. Восхожу я к Богу Моему и Богу Вашему. Твой Бог будет моим Богом».

Прокл (412-485 г.): «Философу не подобает быть служителем культов одного города или культов, общих нескольким городам (народам), ему следует быть вообще иерофантом Всей Вселенной».

Иерофант - это слово обозначает человека, достигшего и причастного своим умом высочайшего понимания Единого Мира-Вселенной-Бога, Его Иерархии строения и некоторых особенностей, благодаря пониманию которых, их применению и им следованию, - и сам стал частью этой Иерархии. Поэтому, например, далеко до нашей эры - мудрецы, когда предсказывали - говорили об Иисусе Христе, - говорили о «Великом Иерофанте» или о «Великом Иерее, стоящем пред Ангелом Господним». Когда до обозначенного Проклом уровня понимания дошёл наш Всеволод Соловьёв, то его критики и исследователи, включая и сегодняшних, пришли в неудоумение и застыли в нем до сих пор: «Так кем же в конце концов был этот Соловьев - православным или католиком?» Эти слабоумы и до сих пор решить не могут и не решат, потому что односторонни, частичны и неполноценны.

Наша великая Елена Рерих была умнейшим человеком двадцатого века, она жила в Индии среди людей разных верований и во многих своих произведениях повторяла одну и ту же мысль: «Скажу очень важное - прежде говорили: «И возрадовался дух мой о Боге Спасе моём», а теперь говорите: «И возрадовался дух мой о Боге Спасе твоём».

Это представлены позиции людей с очень высоким уровнем сознания. А каждый читатель вправе иметь свою позицию, согласно своему уму, уровню развития и накопленного жизненного опыта.

На этом можно было бы, и закончить всю тему религий и Бога. Но уверен - многим читателям запомнился провокационный вопрос Кальвина о дьяволах и дерзкий ответ Михаила Серве-та. Почему-то упорно бытует мнение, что с понятием Бога связано только творение, созидание, цветение, радость. А этому розовому утопизму противостоит - разрушение, увядание, гниение, горе и беда - это с Ним не связано, это дело Его врагов. Получается парадокс - Мир расколот на две половины: связанную с Богом и несвязанную с Богом.

И вот тена, столько рассуждали о Единстве Бога, о Его бесконечности, о Его вездесущности и всеприсутствия, а вдруг всё каким-то Кальвиным и ему подобными ставится под сомнение. И Бог у них оказывается соответственно - половинчатым, ограниченным, и не везде Он присутствует, и во всём Он существует, а значит, по логике он может контролировать только часть Мира, а значит Он невсемогущ и невсезнающ. Без раскрытия этой темы, темы добра и зла все наши предыдущие труды напрасны и анализ - неполный. Это мы сделаем в следующей главе.


Литература



Ответ Джо Соросу, Роман Череш, Санкт-Петербург, Изд-во»Тема».

Философский словарь. М.: Политиздат, 1987. 

Современная западная философия. Словарь. М.: Изд-во полит. литературы, 1991. 

Тоффлер О. Смещение власти: знание, богатство и принуждение на пороге XXI века. М.: Изд-во АН СССР, 1991. 

Новая технократическая волна на Западе. Под ред. П. С. Гуревича. М.: Прогресс, 1986. 

Тоффлер О. Третья волна. В жур.: США - экономика, политика, идеология. № 7-11 за 1982 год.

Введение в философию. Учебник для высших учебных заведений, 2 том. П/р Фролова И. Т. - М., 1989г. 

Мир философии. Книга для чтения, 1 часть. М., 1991г. 

Фiлософiя. Курс лекцiй. П/р Бичко I. В. - К., 1993г. 

Мир философии. М., 1991. Ч. 1.

История философии в кратком изложении. М.:” Мысль” , 1994

Зеньковский В.В. История русской философии. В 4-х ч.  Л., 1991.

Нарский И.С. Западноевропейская философия 19 в. –М., 1976.

Фромм Э. Бегство от свободы. – М.: Прогресс, 1990.