Экономика и нравственность

Экономика и нравственность

Митрополит Филарет (Вахромеев)

«Легче верблюду пройти в игольное ушко, нежели богатому войти в Царствие Небесное», — гласит религиозная мудрость. Этот нравственный постулат, осуждающий бизнесхватку и уж тем более всяческое стяжательство, несколько противоречит современным установкам государства как в рыночной России, так и в Беларуси. А ведь нынче всё больше молодых людей, делающих стремительные карьеры, причисляют себя к верующим. Как им избежать сумбура в умах и душах? 

— Но не станете же Вы утверждать, что эти слова Господа Иисуса Христа были сказаны в эпоху отсутствия частной собственности, свободного предпринимательства и рыночных отношений? Дело в том, что Господь сказал это о юноше, который всем сердцем хотел следовать за Спасителем, но его большое имение и необходимость поддерживать его сдерживали искренний порыв сердца и «заземляли» помыслы. 

А знаете ли, что «игольные уши», о которых говорил Христос, — это название 8-образной трещины в городской стене Иерусалима, через которую можно было протиснуться человеку средней комплекции? Отсюда и несколько иной смысл возникает при точном прочтении слов Спасителя: «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие» (Мф. 19: 24). В этих словах нет отказа в спасении, но есть предупреждение о трудностях. 

Господь осуждает не то, что человек обладает богатством, а те случаи, когда богатство начинает обладать человеком, подчиняя жажде наживы любой ценой всё лучшее в человеке. Не практические способности и деловая хватка плохи, а жестокосердие и цинизм, которые могут сопутствовать им. Не доход и не прибыль осуждаемы, а преступные и аморальные способы их обретения и низость целей, достижению которых они могут служить. 

Богатство, как и красота, как интеллект, здоровье, талант, — это большое испытание для тех, кто им обладает. Помните евангельскую притчу о талантах, то есть денежных единицах, зарытых в землю (Мф. 18: 13–30)? Она свидетельствует о том, что в вину вменяется недостойное обращение с теми дарованиями, которые посылает Господь, но никак ни сами эти дарования. 

Вот почему благочестивые купеческие традиции предполагали направление части доходов на строительство и благоукрашение храмов, на милостыню, на помощь ближним — хотя бы даже своим работникам и их семьям. Потому и в Москве, и в других крупных купеческих городах было «сорок сороков»... А то, что «купеческий крест — каменный», то есть, что духовное делание в сочетании с коммерцией и предпринимательством есть тяжёлый труд и серьёзное испытание совести и силы духа, — это известно с древнейших времён… 

Чтобы избежать недоразумений в этой весьма деликатной сфере рассуждений, хотелось бы рекомендовать Вам и читателям Вашей газеты ознакомиться с документом «Свод нравственных принципов и правил в хозяйствовании», который был принят на итоговом пленарном заседании VIII Всемирного Русского Народного Собора 4 февраля 2004 года. В нём подробно изложена позиция в этом вопросе церковного руководства и христиан — участников экономической деятельности. 

Как и при каких условиях Православная Церковь благословляет предпринимательский труд? Какие духовные усилия необходимо приложить, чтобы, занимаясь бизнесом, жить по-православному? 

— Об этом очень обстоятельно говорится в документе, принятом на состоявшемся в феврале сего года VIII Всемирном Русском Народном Соборе. Я имею в виду «Свод нравственных принципов и правил в хозяйствовании». Позвольте мне не пересказывать основных положений того, что уже известно, а лишь обратить внимание на один из богословских аспектов жизни и предпринимательства по-православному. 

Вы обращали внимание на то, что такие слова и понятия, как «богатый» и «убогий», имеют в своём основании общий корень? А ведь в этом заложен большой смысл. Богатым человек становится в результате успешного предпринимательства, которое, в свою очередь, только тогда может быть прочным и честным, когда оно Богом благословлено. Богатство требует чрезвычайно высокой ответственности, и поэтому оно является жизненным крестом, тяжким испытанием: тяжким настолько, что Вы и сами можете определить это, если вспомните, сколько жизней разрушается, сколько людей «гибнет за металл», когда они не понимают или не признают своей ответственности перед Богом за обретённое ими богатство. 

В русском языке термин «богатство» выражается также понятием «состояние». Причём, Церковь рассматривает «состояние» не только в материальном, но также в душевном и в духовном плане как всеобъемлющую характеристику личности. Поэтому подлинный объём, настоящее качество и непреходящая ценность состояния предпринимателя, будь он представителем малого бизнеса, финансистом или нефтепромышленником, зависят от того, насколько он, по евангельскому выражению, «в Бога богатеет» (Лк. 12: 21). 

Убогий же испытывается материальной бедностью, чреватой многими бедами. Но в своей житейской тесноте он призван оставаться достойным человеком пред Богом и людьми. Убогий — у Бога на особом счету; он — катализатор нравственного чувства окружающих, живой призыв к милосердию, взаимопомощи, состраданию. Нематериальным богатством убогого должна быть чистота его жизни: в этом тяжесть креста бедности. 

По сути, в духовно сбалансированном обществе богатый и убогий состоят во взаимных обязательствах друг перед другом и призваны помогать друг другу жить в согласии с совестью, с обществом и с Богом. И к тем и к другим в равной степени обращены слова Господа Иисуса Христа: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Мф. 5: 3). А блаженная духовная нищета есть ни что иное, как жажда богообщения, стремление встретить, узнать, услышать Господа и последовать за Ним. 

Хотелось бы узнать Ваше мнение о том, как влияют христианские традиции на современное развитие нашего общества, на состояние его экономики? 

— В последнее время выражение «христианские традиции» довольно часто звучит в современном белорусском обществе, причём в самом разнообразном контексте: в сферах культуры и социальных отношений, политики и науки. 

Впрочем, это понятие зачастую используют лишь в качестве технического термина, и за ним не всегда стоит его глубокое понимание и деятельное стремление воплощать в жизнь Божественные заповеди, евангельские принципы и многовековой опыт их усвоения нашим народом. А ведь именно это и составляет содержание христианских традиций Белорусской Православной Церкви, белорусского народа и всего православного мира в многообразии Поместных Церквей и национальных культур. 

Влияние христианских ценностей на жизнь общества прямо пропорционально их востребованности в личной, сокровенной жизни человека. В этом вопросе не важно, чем ты занимаешься, каково твое социальное положение и сколько тебе лет. Важно то, как ты определяешь своё место «пред лицем Божиим во свете живых», по выражению библейского Псалмопевца Давида (Пс. 55: 14). 

«Свод нравственных принципов и правил в хозяйствовании» обращён именно к сердцу человека: это не декларация намерений, не призыв к преобразованиям, не инструкция к действию и не рецепт коммерческого успеха. Появление на свет этого соборного размышления вызвано желанием открыть в душе хозяйственника и предпринимателя то, что Христос Спаситель называл «источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4: 11). В определённой степени этот соборный документ является одним из ключей к пониманию универсального закона, который Творец положил в основание жизни человеческого рода. 

Для многих содержание «Свода» может стать строгим тестом на соответствие личных взглядов и поступков ценностям Христианства. По результатам такого «тестирования совести» каждый сможет самостоятельно сделать вывод о том, как же, в конце концов, влияют христианские традиции на современное развитие нашего общества и на состояние его экономики. Причём, вывод будет сделан на примере личного опыта экономической деятельности. 

Какое место должно занимать в жизни человека стремление к богатству? Совместимы ли богатство и нравственность? 

— Богатство не является критерием оценки человеческой личности. Его можно назвать, скорее, обстоятельством жизни человека, нежели мерилом качества его бытия с духовной точки зрения. 

Резко отрицательное значение богатство приобретает тогда, когда становится самоцелью, подчиняя себе все душевные, духовные и материальные стремления человека. 

Евангелие Христово предупреждает о том, что иметь попечение об одном лишь земном сокровище крайне губительно для души. «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше», — говорит Господь Иисус Христос (Мф. 6: 21). 

Христианское мировоззрение рассматривает богатство как испытание личности. Первая его стадия — это определение того, какое место занимает материальное благосостояние в системе нравственных ценностей человека. Затем следует выбор способов стяжания богатства. Далее наступает ответственность за то, как добытым богатством распорядиться. Наконец, встаёт вопрос, сколько же этого богатства нужно, чтобы душа насытилась. 

Причём, заметьте, на каждом из этих этапов человека подстерегают сложнейшие искушения, о сути которых, думаю, каждый догадывается. И вот что опасней всего: достигнув желаемых вершин материального блага, его обладатель нередко обнаруживает ужасающую пустоту вокруг себя и в себе самом, которая становится причиной душевного кризиса и началом конца человеческой личности. 

Взглянем вокруг и обратимся к истории: период первоначального накопления капитала всегда и во всех странах криминализован до крайности. Нравы в этот период особенно жестоки и циничны. Воистину, «люди гибнут за металл»! И только когда в общественном сознании наступает понимание того, что богатство любой ценой — это путь в никуда, — только тогда начинают пробиваться ростки сострадания и милосердия, социальной ответственности и благотворительности, законодательной твёрдости и исполнительной дисциплины. 

Но сколько судеб уже бывает разрушено, сколько личных трагедий совершено!.. 

Совместимо ли богатство с нравственностью? В такой же степени, как совместимо с ним, например, здоровье. И то и другое весьма переменчиво: сегодня есть, а завтра? На чём строить свою жизнь завтра, если ты вдруг стал беден и болен? 

В одной из евангельских притч богатый человек воскликнул: «Душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись». Но Бог сказал ему: «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?» Рассказав эту историю Своим ученикам, Иисус Христос добавил: «Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет» (Лк. 12: 19–21). 

История и современность знает немало порядочных и нравственных людей, которые обладают солидными капиталами и употребляют их с высокой степенью социальной и духовной ответственности. Поэтому здесь речь идёт не о порочности богатства как такового, но о том, во что человек превращает его, приняв в свои руки: в орудие созидания или разрушения, в том числе и самого себя, и своих близких, и всего круга своего общения. 

Как следует строить культуру деловых отношений на основе христианских заповедей и традиций? 

— Мне кажется, нужно учиться не соединять «образ врага» ни с конкурентом, ни с деловым партнёром. Конечно, бизнес немыслим без состязательности, конкуренции и даже борьбы. Но для всех участников деловой активности существуют не только законодательные, но и нравственные правила ведения дел, которыми следует руководствоваться в собственных интересах и для общего блага. 

Такие качества человека, как зависть, ненависть, алчность, способны превратить жизнь его самого и окружающих людей в ад. Поэтому особенную ценность имеют в сфере предпринимательства высокая репутация, честность, порядочность, доброжелательность. По-настоящему сильный человек — это вовсе не «злой гений», но спокойный и уверенный в своей правоте труженик. Алчность и зависть суть признаки слабой натуры… 

Этика человеческих отношений, включая деловую культуру, требует воспитания чувств. А это процесс долгий, который может длиться не только годами, но периодами жизни целых поколений, когда духовно-нравственные сокровища, собранные предками, являются порою единственным, но воистину бесценным достоянием потомков. Ведь даже умение «держать удар», — а это выражение, по-моему, популярно в деловой среде, — это тоже категория из области культуры чувств и убеждений, которая формируется не в один день. 

Поэтому меня радует, что система образования в области управления фирмами и компаниями, предприятиями и персоналом, природными ресурсами и финансовыми потоками в нашей республике развивается довольно энергично. Но и здесь есть важная и очень тонкая особенность, о которой однажды сказал весьма уважаемый мною состоятельный бизнесмен и, хочу особенно подчеркнуть, деятельный христианин. 

Так вот, он заметил, что бизнес — это в большей степени психология, чем специальные экономические знания, потому что в противном случае все профессора экономических наук были бы олигархами. 

А психология есть наука о душе. И поэтому мы вновь возвращаемся к Евангелию как к лучшему учебнику по изучению человеческой души. Здесь и на Ваш вопрос о культуре деловых отношений мы находим ответ: очень краткий и ёмкий, как все заповеди Христовы: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Мф. 7: 12). Тот, кто полагает это «Золотое правило» в основание своей деятельности, будет благоуспешен во всём. 

Способны ли государство и бизнес совместными усилиями обеспечить социальную справедливость в обществе? 

— По-моему, в этом вопросе речь должна идти не о способностях, а об обязанностях. Если государство и бизнес хотят существовать, то они обязаны ставить во главу угла именно поддержание социального равновесия в обществе. Причём под обществом я имею в виду не только граждан страны в целом, но и членов каждого трудового коллектива фирмы, банка, завода, министерства, школы, больницы и так далее вплоть до… семьи, где учитываются интересы даже самого маленького человека. 

Балансировка интересов всех слоёв общества является, в определённом смысле, целью существования любого государства. Совсем не случайно в мировой практике наиболее успешной считается та государственная система, деятельность которой граждане как бы и не замечают. Когда основные социальные показатели сбалансированы, всё работает чётко и слаженно, каждый имеет возможность делать своё любимое дело без ущерба для других, на пользу себе и людям, в общем, не обращая внимания на механику государственного функционирования. 

Отдельный вопрос — как государству и бизнесу уравновесить свои обоюдные интересы во взаимоотношениях друг с другом? Сложнейшая тема, при обсуждении которой каждое крайнее суждение приводит в тупик. Двадцатый век вместил в себя страшные экономические депрессии 30-х годов, стремительные подъёмы экономик стран с тоталитарными режимами, экономическую стагнацию мировой сверхдержавы, «чудеса» сплочённых национальных экономических систем, становление новых форм хозяйствования на постсоветском пространстве, глобализационные процессы. Какой обильный материал для размышлений и изучения! 

Какое место занимает человек в экономике? Как ему, тратя всё время на работу и карьеру, сохранить себя как личность? 

— Разумеется, человек занимает в экономике центральное место и как объект экономической деятельности, и как её субъект. Мне не совсем понятно, почему Вы предполагаете, что работа и попечение о карьерном росте приводят к потере личности. Мы уже говорили о морально-нравственных и духовных приоритетах в деятельности предпринимателя. Его занятость и плотный рабочий график — это ещё не утрата личностных качеств. 

Утрата личности начинается там же, где и страсть в её религиозном смысле, когда некая идея овладевает всем существом человека, не оставляя даже остатка для семьи, для настоящей дружбы и, наконец, для собственной души. В таких случаях говорят о «всепоглощающей страсти» к своему занятию, будь то добывание денег, изучение научной проблемы, блуждание в виртуальном мире или что-то иное. 

Человек — слишком сложное существо, чтобы довольствоваться горизонтальным измерением своей жизни. Его личность уникальна тем, что несёт в себе образ и подобие Божие. Без осмысления этого можно очень много работать, но в конце концов «раствориться» в ежедневной суете, нигде не оставив о себе ни доброй памяти, ни сердечных воспоминаний. 

Это один из самых страшных видов одиночества: когда человек понимает, что его никто не любит, а материальные плоды его трудов ценятся выше его самого. Такое часто бывает с теми, кто собирается осчастливить весь мир, а на деле не способен подарить простое человеческое счастье даже одному близкому человеку… Такова болезнь духа, и диагноз её состоит в отсутствии вертикального измерения собственной жизни. Духовно нездоровая личность действительно может потеряться в меркантильной суете, в пустых увеселениях и в толпе случайных и равнодушных спутников. 

Какими моральными принципами должны руководствоваться предприниматели в своей деятельности? Может ли конкурентная борьба вестись по правилам? 

— А разве она может вестись без правил? Премудрый Екклесиаст весьма образно сказал несколько тысячелетий тому назад: «Кто копает яму, тот упадет в нее, и кто разрушает ограду, того ужалит змей» (Еккл. 10: 8). Господь Иисус Христос в Гефсиманском саду подтвердил, что «все, взявшие меч, мечом погибнут» (Мф. 26: 52). Распространите эти высказывания на сферу экономических отношений, — и Вы увидите в них правила, ограничивающие свободную конкуренцию от превращения её в криминальное противостояние. 

Институт собственности тяжело прививается в нашем обществе. Как должны развиваться отношения собственности, собственников и государства? 

— Владение собственностью неотъемлемо от человеческой природы. Обыкновенному человеку свойственно желание устроить своё жилище, обеспечить семью, вырастить детей, дать им образование и профессию, наконец, оставить наследство своим потомкам. 

Всё это, по большому счёту, и составляет институт собственности, о котором Вы говорите. Но отношения государства и общества к собственности и к собственникам, действительно, могут быть довольно своеобразными. Например, я помню дискуссию в прессе в начале 1980х годов об упразднении права наследования. Предлагалось, чтобы отцы ничего не передавали в наследство своим детям, и все молодые люди начинали бы жизнь «с нуля», но зато при полном равенстве стартовых условий. Сегодня это звучит как бред, но тогда газеты пестрели всевозможными болезненными «прожектами». 

Рецидивы такого мышления остались по сей день. Определённый слой общества предпочитает не иметь почти ничего, потому что не хочет нести ответственность ни за что. У других уровень потребностей ограничивается наличием дешёвого алкоголя и табака. Сильный и свободный собственник может представляться опасным, например, малоспособному начальству или ленивому соседу… 

Ответ на Ваш вопрос я связываю именно с преодолением подобных мировоззренческих комплексов. Человек труда — это не только рабочий с молотом и крестьянка с серпом. Трудящимся становится каждый, кто не сидит сложа руки и соблюдает требования закона. В общественном сознании мелкий и средний предприниматель должен с полным на то основанием обрести статус труженика, а не комичного персонажа со страниц сатирического журнала полувековой давности. 

Невозможно игнорировать ту объективную истину, что именно слой среднего и малого предпринимательства всегда выводит экономику из нестабильных или болезненных состояний. Крепкий средний слой создаёт рабочие места, платит налоги и не очень-то интересуется политикой, потому что у него есть своё дело: хозяйство, предприятие, производство, ферма, магазин и так далее, включая весь спектр современного рынка. Единственное, что ему нужно от государства, — это простые, понятные и устойчивые правила, которые оно устанавливает для регламентации своих отношений с предпринимательскими структурами всех видов и масштабов. И конечно, чтобы его не опекали чрезмерной заботой. 

…Когда одного литературного персонажа работодатель спросил, что ему нужно для работы, тот ответил: «Чтобы меня любили». И пояснил: «Мне хорошо работается, когда меня любят». По-моему, это универсальное условие для процветания человека труда, народа и всей страны. 

Благодаря чему Церкви удаётся строить столько новых храмов? Какие проблемы хозяйственного характера испытывает Церковь, как они решаются? Прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию с введением новых земельных налогов. 

— Церковь живёт на пожертвования верующих. Вообще, внешнему взору было бы намного легче понять Церковь, если бы её воспринимали не с традиционным светским мерилом, как некий социальный институт или организацию, а как религиозную общность людей, имеющих общую веру, общие цели и общее будущее. Эта общность основана, помимо догматов веры и формообразующих канонов, на совести как на главном дисциплинарном основании. Это и приводит людей к помыслам о жертвенном участии в строительстве Церкви Христовой. В том числе — в строительстве храмов. 

Обратите внимание: темпы строительства православных церквей различны в разных местах. И дело здесь далеко не только в количестве потенциальных жертвователей, к которым община может обратиться с ходатайством о содействии. В каждом случае храм сооружается верой людей и Промыслом Божиим, Который над всеми людьми имеет особое попечение. 

Часто говорят, что храмы строят не жители земли, а жители Царства Небесного, в чью честь освящаются храмовые престолы: святые, Небесные силы — Ангелы, Божия Матерь и Сам Господь, а люди лишь исполняют те призывы свыше, на которые отзываются их сердца. 

В хозяйственных делах Церковь сталкивается с теми же трудностями, какие испытывает весь народ. Ведь Церковь — повторюсь! — это и есть народ с его радостями и горестями, проблемами и способами их решения. При этом, Церковь ставит во главу угла молитву, а не добывание стройматериалов или ангажирование спонсоров. Как молимся, так и строим… Терпеливо, медленно, — но верно. 

Что касается досадного введения новых земельных налогов, позвольте мне отнести Ваш вопрос к тем народным избранникам, которые проголосовали за это новшество. Существующие проблемы понятны, неясными остаются лишь подобные способы их решения. Впрочем, я уверен, что наше общество вскоре исцелится от этого неожиданного удара. Кстати, тот минский батюшка, который слёг с инфарктом в результате логичного, с точки зрения налоговых структур, развития возникшей налоговой проблемы, уже поправляется… 

Каково Ваше мнение по вопросу деления верующих в Беларуси на различные категории (например, на основе данных социологических опросов по выяснению конфессиональной принадлежности, которые исходят из количества людей, регулярно посещающих церкви, или из количества прихожан, или по другим признакам)? 

— В Библии есть очень примечательный социологический количественный показатель. Его нередко использует Сам Господь, но я приведу его в изложении апостола Павла в отношении числа верующих: их столько, «как много звезд на небе и как бесчислен песок на берегу морском» (Евр. 11: 12). 

К статистическим данным я отношусь сдержанно. В церковной практике мы, естественно, анализируем общее присутствие прихожан на наших службах или в дни особых торжеств; мы также знаем, сколько крещений, венчаний и отпеваний совершается в наших храмах. 

Но сколько верующих в Беларуси, в России и в мире, точно не скажет никто. Вера порою вспыхивает в человеке в мгновенье, а порою годами тускнеет от привычки или нерадения. В минуту смертельной опасности человек может исповедать себя верующим и уйти из жизни через несколько минут, а может даже в глубокой старости так и не понять, зачем он жил, хотя при этом и будет помнить, что когда-то бабушка крестила его в церкви… Вера и покаяние, исповедание и отступничество не поддаются точному социологическому фиксированию. 

Однако при этом Церковь различает состав своей паствы. Например, в одном из своих посланий апостол Иоанн Богослов отдельно обращается к отцам и отдельно — к их детям. Апостол Павел находит разные слова для мужчин и для женщин, для старцев и для юношества. По-разному строится апостольская проповедь для афинян и для римлян, для жителей Иудеи и для обитателей других земель. Но здесь, говоря современным языком, уже не статистика и не деление паствы по формальным признакам, но пастырская психология, основанная не на разделении или противопоставлении, а направленная к всеобщему единству, к общей вере. 

В то же время надуманы попытки делить верующих по признакам «интенсивности веры». Надо сказать, что в разные времена христианской истории признаки принадлежности к евхаристической церковной общине были разными. Так, по традиции, православным христианином является тот, кто соблюдает посты и причащается, по меньшей мере, четырежды в год — по числу многодневных постов. Были в истории и остаются по сей день и более подробно регламентированные требования и рекомендации. Но мы должны также внимательно учитывать особенности исторического периода, который переживаем, и возможности людей полноценно участвовать в церковноприходской жизни, которые, согласитесь, сегодня более ограничены, чем, к примеру, в самом начале ХХ века, когда и храмов, и монастырей было многократно больше. 

Поэтому мне кажется предпочтительней не количественный, а качественный подход, при котором народ Божий, многочисленный, как «звезды небесные» и как «песок на берегу морском», — это вся совокупность Святой Церкви от сотворения мира до его последнего дня и часа. 

Некоторые утверждают: «Бог у меня в душе, и в церковь мне ходить необязательно». Как бы Вы прокомментировали подобное утверждение? 

— Прежде всего, следовало бы попытаться узнать у такого человека, как зовут того бога, который у него в душе. Дело в том, что библейский Бог — это Личность. Каждая из ипостасей Пресвятой Троицы — Отец, Сын и Святой Дух — это неслиянные и нераздельные Личности, с Которыми земной человек может общаться, как говорится, лицом к лицу. 

Но при этом Господь имеет преимущественное право устанавливать порядок и правила общения человека с Собою. Эти правила сохраняет и соблюдает созданная Им Самим Церковь. В Церковь входит та часть человеческого сообщества, которая желает Богообщения и живёт ради него. Именно поэтому личная молитва не заменяет, но дополняет общецерковное богослужение. 

Кроме того, Создатель жизни утвердил семь церковных Таинств, при помощи которых поддерживается и обновляется бытие Церкви в целом и каждого её члена, то есть каждого верующего человека, в частности. 

Если кто-то считает, что он вправе навязывать Богу свои правила общения и пренебрегать тем, что установил Сам Творец, то это, по меньшей мере, невежливо в отношении Создателя… Вообще такая логика напоминает ситуацию, когда человек вроде бы и хочет пить, но предпочитает размышлять о воде, нежели встать и пойти к её источнику.