Современное состояние проблемы изучения эгоцентризма в психологической науке

Содержание



Введение 												3

Глава 1. Эгоцентризм подростков в теоретическом анализе классиков современности. 

1.1. Феномен эгоцентризма в исследованиях отечественных и зарубежных психологов												4

1.2. Подростковый возраст, его особенности и отличительные характеристики. 										        10

1.3. Стили воспитания и ошибки, влияющие на формирование подросткового эгоцентризма. 										        14

Глава 2. Психологическое исследование эгоцентризма подростков и стилей воспитания в связи с ним.

2.1. Методы и инструменты исследования взаимодействия стилей воспитания и последствий ошибок восприятия и транслирования семейных отношений. 													        25

2.2. Аналитическое исследование установок и результатов воспитания        27

2.3. Психокоррекционные разработки для устранения ошибок		        38

Заключение 										        46

Библиография										        50

Список литературы									        51

Приложения										        55


Введение



Эгоцентризм грамматически включает в себя два слова, обозначающие «Я» - от латинского ego и «центр, сосредоточение» - от centrum. Вследствие чего понятийно эгоцентризм отображает такое взаимодействие человека и окружающей среды, а также отношение его к миру вообще, которое характеризуется сосредоточением человека на своём образе «Я» в этом мире. Мир рассматривается человеком эгоцентрическим исключительно в контексте собственного удобства и исключительной значимости. Поскольку ничто в человеке не является и не развивается само по себе, а только во взаимосвязи, мы предположили тесное взаимодействие стилей и методов воспитания ребёнка в качестве базы, на которой формируется и проявляется подростковый эгоцентризм. Это положение определено нами как гипотеза исследования.

Актуальность темы очень хорошо проявляется в современных школах всего мира. Мы же рассмотрим два класса средней российской школы, взяв за основу исследования две методики. Одна из них ADOB, или «Подростки о родителях». Другая – тест эгоцентрических ассоциаций ЭАТ, позволяющая выявить уровень эгоцентризма у подростка.

Целью исследования была определена тема соотношения эгоцентризма подростков и стилей воспитания, исследованная на восприятии подростками семейной обстановки и внутрисемейного развития. 

Основные задачи исследования выразились в следующих направлениях:

1. Проанализировать в сравнении и обобщении концепцию эгоцентризма в работах отечественных и зарубежных авторов.

2. Использовать методику ADOB в современной средней школе на младших и старших подростках для наблюдения зачатков и укоренений эгоцентризма.

3. Выявить и сопоставить проявления эгоцентризма у подростков разного возраста.

4. Разработать программу психокоррекционной работы с подростками и родителями с целью работы над ошибками родительского воспитания.

Объект исследования – восприятие подростков средней школы себя в развивающемся мире во взаимосвязи с семейными традициями.

Предмет исследования – взаимосвязь в динамике стилей семейного воспитания с формированием эгоцентризма подростков.

Цель работы – экспериментальный анализ на основе восприятия подростками семейных отношений наиболее «эгоцентрических» стилей воспитания, то есть таких стилей воспитания, которые неминуемо или в большей степени приводят к развитию подросткового эгоцентризма и выявление направлений коррекционной работы с подростками и их родителями. 


Глава 1. Эгоцентризм подростков в теоретическом анализе классиков современности.



1.1. Феномен эгоцентризма в исследованиях отечественных и зарубежных психологов



Понятие эгоцентризма сформулировано в работах Ж. Пиаже, который описал проблему как определённую интеллектуальную позицию по отношению к миру, развивающуюся по мере процесса познания ребёнком себя и окружающего в динамике собственного развития, неразрывно связанного с внешними изменениями и воздействиями. 

«Однако ясно, что с точки зрения генетической необходимо отправляться от деятельности ребенка для того, чтобы объяснить его мысль. А эта деятельность, вне всякого сомнения, эгоцентрична и эгоистична. Социальный инстинкт развивается в ясных формах поздно. Первый критический период в этом отношении следует отнести к 7-8 годам» [1].

Эгоцентризм, таким образом, в работах Пиаже отразился как некая особенность мышления, скрытая умственная позиция ребёнка, выражающаяся в своеобразной детской логике, речи, представлениях о мире, раскрываемая при помощи индивидуальных бесед и проявляющаяся в общении.

Понятие эгоцентризма вводится Ж. Пиаже как характеристика детского мышления на стадии интуитивного интеллекта. Эгоцентрическая позиция характеризуется тем, что ребенок-дошкольник при анализе окружающей действительности рассматривает ситуацию со своей точки зрения, которую он не осознает в качестве собственной, и которая выступает для него как абсолютная.

Важнейшим открытием Пиаже явилось проявление эгоцентризма в детской речи, являющейся следствием восприятия мира. Пиаже считал детский эгоцентризм неотъемлемым качеством детского восприятия мира, которое характеризует «реальную» субъективную картину мира, воспринимаемого детским «Я», неотделимым от природной среды роста и развития ребёнка. 

«Я» ребёнка, неотделяемое от окружающего мира, даёт ему вполне реалистичную картину абсолютного восприятия. Неспособность воспринимать и анализировать отношения, а также воспринимать себя как субъекта отношений, ребёнок искренне верит в то, что луна сопровождает его, а ветер исходит из колебаний воздуха ветвями деревьев. Отношения для ребёнка являются сиюминутным следствием видимого восприятия. Вода может одновременно быть «сильной», удерживая лодку, и – через минуту – «слабой», не удерживающей даже маленький камень. Противоречивые понятия могут вполне уживаться или чередоваться в восприятии ребёнка в зависимости лишь от шкалы детского опыта реального восприятия мира.

Концепция эгоцентризма Пиаже связана с концепцией психоаналитиков, с одной стороны, социологической школы Э. Дюркгейма - с другой. Пиаже исходит из понятия аутистического мышления и определяет эгоцентрическую мысль, как промежуточную форму между мыслью аутистической и разумной.

«Но что же это такое, эти "объясняющие явления"? - спрашивает Пиаже. - В этом отношении психология мысли всегда наталкивается на два основных фактора, связь между которыми она обязана объяснить, - фактор биологический и фактор социальный. Если попробовать описать эволюцию мысли с биологической точки зрения или, как теперь становится модным, только с социологической точки зрения, то рискуешь оставить в тени половину действительности. Значит, не надо терять из вида оба полюса, ничем не надо пренебрегать. 

Но, чтобы начать, необходимо остановить свой выбор на одном из языков в ущерб другом}'. Мы выбрали язык социологический, но мы настаиваем на том, что в этом нет исключительности - мы оставляем за собой право вернуться к биологическому объяснению детского мышления и свести к нему то описание, которое мы попытаемся здесь дать. 

Расположить наше описание с точки зрения социальной психологии, отправляясь от самого характерного в этом смысле явления - эгоцентризма детской мысли, - вот все, что мы попытались сделать для начала. Мы старались свести к эгоцентризму большую часть характерных черт детской логики» [1].

Разные исследователи (H.Hoffman, R.Selman, Г.Дюпон) вкладывали различный смысл в понятие эгоцентризма, поэтому тема эта вызывала споры и полемику авторов. В психологической литературе СССР изучению мышления ребёнка посвящён целый ряд исследований (работы П. П. Блонского, Л. С. Выготского, Д. Н. Узнадзе и его сотрудников и ряд других). Советские учёные возражали Ж.Пиаже в том плане, что мировосприятие ребёнка, характеризующееся «абсолютной относительностью», не стоит называть эгоцентризмом. Такая позиция сложилась в связи с негативным взглядом, отображающим понятие «эгоцентризм» в советском обществе. Эгоцентризмом советские исследователи называли стойкую девиантную позицию человека вне зависимости от возраста, к которой приводят неправильные стили воспитания и неразвитость психики [2].

Западные последователи Пиаже, в том числе Г. Дюпон, Д.Элкинд, предполагали, что детский эгоцентризм преодолим и неразрывен с аффективным личностным опытом. В этой связи Д.Элкинд вводит новые понятия личностного эгоцентризма [3]. «Воображаемая аудитория» сопровождает ребёнка повсюду и заменяется впоследствии в процессе нормального развития отделимым понятием «общества»; «личный миф» как убеждение в собственной уникальности в области чувств и переживаний в дальнейшем взаимодействии имеет тенденцию перерастания в эмпатию лишь в случае благонастроенного мира, то есть, в первую очередь, семейной среды как первоначальной социализации.

От типа социальных отношений ребёнка напрямую зависит эгоцентричность речи и поведения подростка.

В дискуссивной среде эгоцентрическая речь подростка «затухает», вызывая внутренние сомнения или неприятие.

Кроме того – и в связи с этим в том числе, проявление эгоцентризма в речи снижается с возрастом. И если в 3 года она занимает 75%, то после 7 лет постепенно исчезает без следа, заменяясь логическими связями и сопоставлением отношений другого порядка.

И далее, проявления в подростковом возрасте в спонтанной речи эгоцентризма, следует рассматривать как последствия нарушения процессов воспитания.

Во всех случаях Ж.Пиаже имеет в виду познавательный эгоцентризм. В его интерпретации это неосознанный объективизм личного опыта, отсутствие осознания или принятия собственной субъективности при осознании объективности внешнего мира. И если подросток не может отделить себя от мира, а в поступках и явлениях не видит причинно-следственных связей, это должно явиться тревожным фактором, вызывающим необходимость коррекции мышления и непременной социализации.

Личностный эгоцентризм проявляется в том, что ребенок считает свою собственную душевную, духовную организацию тождественной духовной организации, ценностям, потребностям других людей и поэтому не всегда способен учитывать мотивы и интересы другого в своем поведении. Ж. Пиаже отмечал, что «во взаимоотношениях с людьми ребенок безусловно ставит себя на первое место, часто требует подчинения» [4]. 

Результаты эмпирических исследований либо обнаруживают низкую нелинейную корреляцию между уровнем развития эгоцентризма и сформированностью формальных операций, либо никак не подтверждают тезис о роли интеллекта в появлении подростковой формы эгоцентризма (L.Goosens; W.Gray & L.Hudson и др.). Возникает необходимость выдвижения новых предположений относительно возникновения и развития личностно-аффективных компонентов эгоцентризма, впервые возникающих в подростковом возрасте.

В русле психоаналитической традиции в качестве источника возникновения и развития подростковой формы эгоцентризма, проявляющегося в личностно-аффективной сфере, рассматриваются процессы развития самости (D.Lapsley et al.; T.Riley et al. и др.) и процессы становления идентичности (Э.Эриксон, J.Marcia).

Если родители не предоставляют ребенку возможность в удовлетворении базовых потребностей в зеркализации, идеализации, не удовлетворяют его потребность в «похожести», то подросток будет демонстрировать ярко выраженную «Воображаемую аудиторию». Он будет ожидать, что окружающие настроены к нему критически, неодобрительно. Постоянное прогнозирование подобного отношения к нему периодически будет меняться на предвосхищение противоположных реакций. Конструируя «Воображаемую аудиторию», взрослеющий человек учится распределять свою психическую энергию между самим собой, своими близкими и другими людьми таким образом, чтобы часть энергии оставалась направленной на самого себя; таким образом, «Воображаемая аудитория» играет важную роль в развитии самости.

Чувство эго-идентичности состоит в уверенности человека в том, что его способность сохранять внутреннюю тождественность и целостность согласуется с внутренней оценкой его тождественности и целостности, данной другими людьми. Следовательно, подростки, только еще обретающие свою идентичность, могут быть озабочены тем, что они из себя представляют, соответствуют ли они ожиданиям других, т.е. проявляют ли они свою индивидуальность. По словам Э.Эриксона, формируя собственную идентичность молодые люди иногда болезненно, часто из любопытства проявляют озабоченность тем, как они выглядят в глазах других по сравнению с тем, что они сами о себе думают [5]. Чем дальше подросток от достигнутой идентичности, тем больше ему необходима обратная связь от окружающих, тем больше он склонен мысленно предвосхищать реакции других на себя, чтобы затем сравнивать реальное отношение к нему с прогнозируемым. У человека, демонстрирующего кризис идентичности или ее диффузию, будут ярко проявляться феномены центрации на себе в личностно-аффективной сфере. Транслируемые в культуре требования к формированию идентичности в подростковом возрасте могут ошибочно пониматься субъектом как повышенный интерес окружающих к нему персонально, а не как общие требования ко всем людям данного возраста. Из-за подобного смешения может возникать описанная Д.Элкиндом «Воображаемая аудитория» как один из компонентов эгоцентризма в подростковом возрасте. Новизна ощущений подростка, появляющаяся у него из-за развития идентичности, может приводить к возникновению чувства собственной уникальности и неуязвимости, что характеризует «Личный миф». В эмпирических исследованиях процесса развития идентичности как возможного источника развития таких личностно-аффективных компонентов эгоцентризма как «Воображаемая аудитория» и «Личный миф» показано наличие невысокой, но значимой корреляции между выраженностью личностно-аффективных компонентов эгоцентризма и степенью сформированности идентичности (B. O' Connor & J.Nicolic). 

Несмотря на многообразие исследований подростковой формы эгоцентризма, два принципиальных вопроса не получили своего решения. Это вопрос о том, как соотносятся друг с другом эгоцентризм в интеллектуальной сфере и эгоцентризм в личностно-аффективной сфере; и другой - вопрос о том, как изменяются личностно-аффективные компоненты эгоцентризма с возрастом.


1.2. Подростковый возраст, его особенности и отличительные характеристики.



В подростковом возрасте на первый план выходит общение со сверстниками. Стремление влиться в компанию, быть принятым в ней и одновременно отстаивать свою индивидуальность, «свои права» перед родителями – наиболее характерные черты поведения подростков. Общение со сверстниками, принадлежность к выбранной группе, соответствие ее нормам и правилам важны для подростка больше всего. Это может выражаться в стремлении одеваться определенным образом, слушать музыку определенного направления, читать литературу определенного плана, если это интеллектуальная тусовка. То есть выражать себя выбранным, доступным способом, заручившись поддержкой значимой группы. Здесь материальный фактор выступает как способ соответствия, средство для легкого вхождения в коллектив сверстников. 

Бывают моменты, когда подросток не находит общего языка со сверстниками, у него нет возможности быстро и гармонично влиться в компанию. Причинами могут послужить природная застенчивость, неумение общаться и налаживать контакт с людьми, роль «отверженного» или «козла отпущения» в классе, переход в новую школу... Если при этом у подростка еще и занижена самооценка, низкий уровень ответственности за свои действия, нет умения отстаивать свою точку зрения, но есть желание во что бы то ни стало попасть в выбранную компанию, подросток может попытаться купить расположение сверстников. 

Одна из наиболее отличительных особенностей подросткового периода – перестройка взаимоотношений со взрослыми. Противостояние извечного вопроса «Отцы и дети» относится именно к подростковому периоду. Не зависимо от того, какими были отношения между детьми и родителями в семье до грани подросткового возраста – взрослея, подросток обязательно попробует противостоять миру взрослых с тем, чтобы вычленить и адаптировать себя к будущему обществу взрослых взаимоотношений.

Если в этот момент подросток встретит потакание своим прихотям и отступничество родителей, его эгоцентризм в смысле непревзойдённой исключительности потребностей укоренится и преодолеть его будет всё сложнее. Если же подросток встретит другой полюс невнимания – принуждение и авторитаризм, по силе превосходящих его возможности преодоления, подросток обещает вырасти в тревожно-мнительную инфантильную личность. Даже неглубокие наблюдения позволяют сделать вывод опасного влияния крайностей на формирование личности и дальнейшую судьбу подростка.

Помимо стилей воспитания, состав семьи и отношения между её членами тоже сильно влияют на поведение подростка. Большая часть трудных подростков живут в неблагоприятных семьях. То есть отношения между взрослыми членами семьи тоже имеют на детей. И если родители противоречат друг другу – это не может не сказаться на формировании потребительского отношения ребёнка к себе, характеризующегося в первую очередь эгоцентризмом и нарушением всех взаимосвязей ещё несформированной структуры личности подростка. 

Причём «парное воспитание», когда родители стоят оба на одних позициях, тоже имеет свои перегибы. Так, в семье, где отлажено хозяйство, ребёнок может и не научиться его вести, так как не видит необходимости в этом. В семье же, где хотя бы один родитель проявляет «бесхозяйственность», роль хозяйки может взять на себя старший ребёнок или дочь.

В авторитарной семье, где свобода жёстко ограничена, подросток может вырасти в самостоятельного свободолюбивого человека, а где ярко выражена вседозволенность, ребёнок может вырасти зависимым.

Поэтому можно сделать вывод, что из отдельно взятых свойств родителей или методов воспитания невозможно ни вывести свойства личности подростка, ни спрогнозировать его дальнейшее развитие. Тогда как эмоциональный тон отношений вне зависимости от конкретных качеств родителей или ребёнка в большей степени влияют на развитие и формирование личности ребёнка и особенно в подростковый период. 

Не зря, говоря о воспитании детей, психологи говорят, что прежде всего детей надо любить. Близкие доверительные отношения растапливают и смешивают эгоцентрические познавательные установки, не давая им вырасти в стену подросткового агрессивного неприятия или потребительства.

Причём постулат «все родители любят своих детей» имеет меньшее влияние на конкретный процесс формирования. Как сказала одна девочка-подросток 12 лет в процессе беседы «мало уметь любить, надо ещё научиться проявлять свои чувства, иначе ведь ничего не получится».

Наблюдая подростковые отклонения в поведении в сторону неуверенной тревожности или гипертрофированной демонстрации, можно уже делать некоторые выводы относительно важности социализации детей и подростков. Подростковый возраст наиболее прочих демонстративен. С одной стороны, подросток ещё не научился отделять игру от эксперимента, с другой стороны – уже опробовал некоторые опыты по удовлетворению потребностей в зависимости от позиционирования. Но поскольку опыты эти большей частью неосознанные, ещё можно отследить искажения восприятия и достаточно безболезненно модифицировать их. В любом случае необходимость социализации подростка неоспорима. 

Вывод: подростковый эгоцентризм проявляется в опыте, так называемом методе проб и ошибок социализации. Если детский эгоцентризм дошкольника был так сказать изолированным эгоцентризмом, в котором не было необходимости обращения к социуму, то в подростковом возрасте личное Я подростка ищет соответствия и применения в обществе. Подростковый эгоцентризм переплетён с общественным мнением. Общественные постулаты пропускаются через призму личностных потребностей, собственные взгляды и представления ищут поддержку в обществе.



1.3. Стили воспитания и ошибки, влияющие на формирование подросткового эгоцентризма.



Семья – это чаще всего скрытый от внешнего наблюдения мир сложных взаимоотношений, традиций и правил, которые в той или иной степени сказываются на особенностях личности ее членов, и в первую очередь детей. Тем не менее, существует ряд объективных социальных факторов, которые, так или иначе, сказываются на всех без исключения семьях. Среди таковых можно отметить разрыв соседских, а не редко и родственных связей, все большая включенность женщины в производственную деятельность и ее двойная нагрузка – на работе и в семье, дефицит времени на воспитание и внутрисемейное общение, жилищные и материальные затруднения. Наибольшую опасность представляют те ошибки, которые (вольно или невольно) допускаются родителями в построении взаимоотношений с собственными детьми, забывая о том, что эти взаимоотношения имеют воспитательный характер.

Отсутствие должного контроля над поведением ребенка, обстановка изнеженности, заласканности, беспринципной уступчивости, беспрерывное подчеркивание существующих и несуществующих его достоинств формируют истерические черты характера. Те же последствия вызывает и безразличное отношение, своего рода отвержение. Чрезмерный контроль, предъявление слишком строгих нравственных требований, запугивание, подавление самостоятельности, злоупотребление наказаниями, в том числе и физическими, ведут, с одной стороны, к формированию у ребенка жестокости, а с другой – могут подтолкнуть его к покушению на самоубийство. Отсутствие эмоционального контакта, теплого отношения к ребенку в сочетании с отсутствием должного контроля и незнанием детских интересов и проблем приводит к бегству из дома, к бродяжничеству, во время которого часто совершаются серьезные проступки. 

Родительские установки довольно часто оказываются связанными с супружескими отношениями, с отношениями к собственным родителям, с личными особенностями взрослых членов семьи и детей. К тому же родители могут быть эмоционально или нравственно не подготовлены к выполнению родительских функций, у них может отсутствовать родительская мотивация, чувство ответственности за воспитание ребенка может быть не развито или, напротив, гипертрофировано. Они могут испытывать дефицит уважения к себе и вследствие этого не чувствовать себя вправе контролировать ребенка и направлять его развитие. 

Самой распространенной ситуацией во многих нынешних семьях является неумение, а иногда и нежелание родителей строить свои взаимоотношения с детьми на основе разумной любви. Рассматривая ребенка как личную и частную собственность, такие родители могут либо чрезмерно опекать его, стремясь немедленно удовлетворять любую прихоть, либо постоянно наказывать, испытывая на нем самые жестокие средства воздействия, либо всяческими способами уклонятся от воспитания, предоставляя ребенку полную свободу. Осознание ошибок может прийти очень поздно, когда исправить что-либо в деформированной личности ребенка, бывает невозможно.

Рассмотрим ниже «неправильные» типы семейного воспитания, выявленные в процессе изучения литературы и наблюдения семейных отношений, которые могут привести к серьезным проблемам в отношениях родителей с детьми:

Гиперпротекция (гиперопека) потворствующая:

Ребенок находится в центре внимания родителей и других членов семьи. Они стремятся к максимальному удовлетворению его потребностей. Это кумир семьи. Ребенок не возмущается, ему это не выгодно, за него итак все делают. В результате страдает произвольность, целеустремленность, недостаточно усваиваются нравственные нормы.

Гиперпротекция (гиперопека) доминирующая:

Ребенок не имеет возможности совершать самостоятельные поступки, перед ним ставятся многочисленные ограничения и запреты. У ребенка не формируются инициатива и чувство долга.

Гипопротекция потворствующая:

Ребенок предоставлен самому себе, родители не контролируют его, заняты собой. Часто это приводит к отклоняющемуся поведению

Гипопротекция доминирующая:

За ребенком осуществляется только формальный контроль, а на самом деле родители ребенком не интересуются. Изредка встречается семейная демократия, доведенная до абсурда. Самостоятельность и свобода – необходимые условия воспитания, но не основные. Не забывайте, что абсолютная свобода равняется одиночеству. 

Повышенная моральная ответственность:

Сочетание высоких требований к ребенку с пониженным вниманием к его потребностям. Иногда ребенок растет как помощник матери. Например, он нянчит младших детей, пока мать находится на работе. Так дается установка на самопожертвование, но такая жертва никому не нужна. В итоге формируется тревожно-мнительная акцентуация личности.

Эмоциональное отвержение:

Нежелательный ребенок, например. Ребенок в этой ситуации нередко ощущает себя помехой для родителей. Этот стиль воспитания ведет к формированию невротических расстройств у ребенка.

Жестокое обращение с детьми:

Уже в раннем детстве ребенок познает все виды наказания. Родители злоупотребляют наказаниями, избивают ребенка, лишают его удовольствий, не удовлетворяют его потребностей.

Воспитание в культе болезни:

Фиксированное внимание на любом недуге, на недомогании. Родители формируют образ «больного», проявляют особую заботу. В результате ребенок делает вывод: «Меня любят тогда, когда я болею». Такой стиль воспитания формирует у ребенка эгоцентризм, завышенный уровень притязаний.

Противоречивое воспитание:

Резкая смена приемов воспитания. Например, резкий переход от строгого стиля воспитания к либеральному стилю воспитания – и наоборот. Подобное отношение родителей содействует формированию у ребенка таких черт характера, как упрямство, тревожность, неустойчивая самооценка.

Современные классификации выявляют как общие стороны, обобщённые нами, так и разночтения. Нам видится наиболее явной сторона сопоставления интереса и требовательности к ребёнку, так она наиболее выявляет соотношение человеческого эгоцентризма и социализации, на которую ориентировано преодоление вышеозначенного. Поэтому, классифицировав стили воспитания по шкале требовательность-интерес, мы получаем следующую картину семейных отношений родителей и детей.

ТРЕБОВАТЕЛЬНОСТЬ — завышенная

ИНТЕРЕС К РЕБЕНКУ — недостаточный

Сочетание высоких требований к ребенку с пониженным вниманием к его потребностям вызывает у ребенка повышенную моральную ответственность, зачастую для него непосильную. Иногда ребенок растет как помощник матери, например, нянчит младших детей, пока мать находится на работе. Так дается установка на самопожертвование, а в итоге формируется тревожно-мнительная акцентуация личности.

На первый план может выходить эмоциональное отвержение. Родители злоупотребляют наказаниями, лишают ребенка удовольствий, не удовлетворяют его потребности. Получается воспитание по типу «Золушки». Ребенок в этой ситуации нередко ощущает себя помехой для родителей. 

Этот стиль ведет к формированию невротических расстройств у ребенка.

ТРЕБОВАТЕЛЬНОСТЬ — завышенная

ИНТЕРЕС К РЕБЕНКУ — излишний

Излишняя требовательность родителей в сочетании с повышенным вниманием к ребенку ведет к гиперпротекции. Ребенок не имеет возможности совершать самостоятельные поступки, перед ним ставятся многочисленные ограничения и запреты. У ребенка не формируются инициатива и чувство долга.

ТРЕБОВАТЕЛЬНОСТЬ — заниженная

ИНТЕРЕС К РЕБЕНКУ — недостаточный

Недостаток интереса к ребенку вместе с невысокой требовательностью ведет к гипопротекции.

Ребенок предоставлен самому себе, родители не интересуются им и не контролируют его, заняты собой. Часто это приводит к отклоняющемуся поведению.

Иногда родители пытаются контролировать ребенка, но при таком стиле воспитания контроль носит формальный характер. На самом деле родители ребенком не интересуются. Самостоятельность и свобода являются необходимыми условиями воспитания, но не основными: абсолютная свобода равняется одиночеству.

ТРЕБОВАТЕЛЬНОСТЬ — заниженная

ИНТЕРЕС К РЕБЕНКУ — излишний

Если повышенный интерес к ребенку сопровождается нетребовательностью родителей, если стремятся к максимальному удовлетворению его потребностей, то ребенок оказывается в центре внимания родителей и других членов семьи. Это кумир семьи. Ребенок не возмущается: ему это невыгодно, за него и так все делают. В результате страдает произвольность; недостаточно усваиваются нравственные нормы.

В гипертрофированных случаях такой стиль воспитания вызывает настоящий культ болезней. Внимание фиксируется на любом недуге, на недомогании; родители формируют образ «больного», проявляют излишнюю заботу. В результате ребенок делает вывод: «Меня любят больше, когда я болею». Такой стиль воспитания формирует у ребенка эгоцентризм, завышенный уровень притязаний.

При резких колебаниях требовательности и непостоянном интересе к ребенку возникает противоречивое воспитание. В таких случаях возможны переходы от строгого стиля воспитания к либеральному — и наоборот. 

Причины противоречивого воспитания весьма различны. Порой это определенные обстоятельства в жизни семьи, мешающие наладить адекватное воспитание. Но нередко основную роль в нарушении воспитательного процесса играют личностные особенности родителей. Этот стиль воспитания содействует формированию у ребенка таких черт характера, как упрямство, тревожность, неустойчивая самооценка.

Проведённая классификация позволяет сделать вывод о том, что при пониженной требовательности к ребёнку в сочетании с повышенным интересом, что наблюдается в потакающем стиле воспитания, детский эгоцентризм закрепляется в подростковом возрасте как черта личности, приводя к искажённому восприятию действительности исключительно через призму своего Я.

Причины негармоничного воспитания различны. Порой это определенные обстоятельства в жизни семьи, мешающие наладить адекватное воспитание. Но нередко основную роль в нарушении воспитательного процесса играют личностные особенности самих родителей. 

Поэтому, наказывая детей, родители, во-первых, должны быть едины в поиске способа выхода из затруднительной ситуации, и, во-вторых, ребенок должен чувствовать, что каким бы ни был его проступок, любовь родителей он не утратит ни при каких обстоятельствах, что наказание вызвано не к его личности, а только к его конкретному проступку. В-третьих, воспитательные методы и средства не должны унижать достоинства ребенка, т.е. необходимо сочетать обоснованную требовательность с тактичной формой ее предъявления. Только при этих условиях родителям удастся сохранить свой авторитет в глазах детей, а справедливость и согласованность предъявляемых ими требований будут расцениваться как норма поведения и руководство к действию.

Естественно, проблемы семейного воспитания могут быть обусловлены и целым рядом других причин. Однако это не исключает, а лишь подтверждает то, насколько многообразны и сложны вопросы формирования личности ребенка в семье, и как важно представлять те трудности, с которыми может столкнуться каждый родитель, чтобы по возможности избежать подстерегающих его в этом деле ошибок.

По нашим данным, «потребительское отношение» ребенка к родителям не является исключением. Вместе с тем родители часто упрекают детей в невнимании к ним, иногда делают это в грубой, категоричной форме («Ну что ты привязалась ко мне, какая ты жестокая, не видишь, я с работы пришла, устала!»). 

Словом, задача построения оптимальных, на началах взаимного уважения отношений ребенка и родителей актуальна для обеих сторон. 

Для того чтобы перерасти детский эгоцентризм, необходимо осознание субъективности восприятия и установить причинно-следственные связи в системе межличностных взаимоотношений. Понятно, что сделать это человеку в одиночку невозможно. Процесс социализации в подростковом возрасте проходит в трёх измерениях: семья – школа – внешкольное времяпровождение. Под внешкольным времяпровождением мы имеем ввиду процесс бесконтрольного общения с друзьями и, чаще всего, бесцельного. Исключение составляет общение в центрах детского творчества, внешкольных кружках и студиях. В таких случаях процесс социализации проходит гораздо успешнее и быстрее чем тогда, когда подросток, предоставленный сам себе, находит круг общения среди таких же бесцельных субъектов, формируя так называемую «тусовку», которая хороша для исследования и наблюдений, но не даёт эффекта в процессе перерастания детского эгоцентризма, а зачастую наоборот, закрепляет его.

Конечно, не исключены случаи «нетипичного взросления», когда, независимо от внешних факторов, подросток перерастает детский эгоцентризм благодаря «случайному» столкновению с системой взглядов, или когда стрессовая ситуация заставляет его освободиться от детского эгоцентризма. Но эти нетипичные случаи нами отдельно рассматриваться не будут.

В большинстве случаев в процессе развития, в особенности в подростковом возрасте, на сознание влияет огромное количество факторов, среди которых наиболее значимым по воздействию – как положительному, так и отрицательному, являются особенности семейной ситуации.

Об этом говорит картина сопоставления перемен, происходящих в семье и влияющих на поведение подростка вне дома. Не будучи склонным обсуждать семейную ситуацию в школе, подросток несёт на себе отпечаток происходящего дома, продлевая в отношении к сверстникам и особенно к учителям модель семейных отношений. В обратном порядке, но в меньшей степени, изменения, происходящие в организме и психике подростка, влияют на климат семейных взаимоотношений. Так эгоцентризм подростка может обратить на себя внимание родителей и неосознанно потребовать изменения модели поведения и даже стиля воспитания. Если родители сами не являются закоренелыми эгоистами, процесс этот пройдёт в целом неопасно, хотя и небезболезненно.

В семье детский эгоцентризм выражен в ещё большей неосознаваемой степени – в том смысле, что ребёнок не ставит под сомнение смысл существования семьи как ячейки исключительно направленной вниманием на него. И если ребёнок в семье один – это подтверждает его несомненную исключительность. Но и в случае существования братьев и сестёр ребёнок воспринимает семейные отношения лишь в буквальном неделимом исключительно эгоцентрическом смысле. Являясь центром мировосприятия, ребёнок неосознанно позиционирует себя и центром мироздания. 

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что основным моментом и смысловой направленностью подросткового периода есть преодоление эгоцентризма, являющегося, таким образом, чертой детского развития, этот период обозначается особенно важным переломным моментом в жизни и протекает, не оставляя травмирующих последствий в психике ребёнка, в благоприятной обстановке семейного воспитания, с соблюдением соответственных норм и стилей воспитания. Наши наблюдения и анализ литературы приводит к следующему выводу относительно стилей воспитания, приводящих к развитию и укоренению эгоцентризма в подростковом возрасте: потакающий стиль наиболее способствует закреплению эгоцентризма у подростков при совпадении двух основных факторов: повышенного интереса и пониженной требовательности к подростку в семье и окружающем его социуме.


Глава 2. Психологическое исследование эгоцентризма подростков и стилей воспитания в связи с ним.



2.1. Методы и инструменты исследования взаимодействия стилей воспитания и последствий ошибок восприятия и транслирования семейных отношений.



Для анализа взаимозависимости стилей воспитания и уровня эгоцентризма подростков мы выбрали две проективные методики, одна из которых показывает восприятие подростком семейной ситуации (ADOR, сокращено «Подростки о родителях») и проективный тест эгоцентрических ассоциаций (ЭАТ), выявляющий уровень эгоцентризма у подростков [7].

Основой служит опросник, который создал Шафер в 1965 г [14]. Эта методика базируется на положении Шафера о том, что воспитательное воздействие родителей (так, как это описывают дети) можно охарактеризовать при помощи трех факторных переменных: принятие-эмоциональное отвержение, психологический контроль-психологическая автономия, скрытый контроль-открытый контроль. При этом принятие здесь подразумевает безусловно положительное отношение к ребенку вне зависимости от исходных ожиданий родителей.

Использование опросника в Чехословакии на выборке молодежи показало необходимость его переработки и адаптирования к социокультурным условиям. Модифицированный вариант опросника был предложен З. Матейчиком и П. Ржичаном в 1983 г. 

В ходе международного научного сотрудничества лаборатории клинической психологии Института им. В. М. Бехтерева с Институтом психодиагностики (Братислава, Словакия) эта методика была апробирована на подростках 13-18 лет в России, как это предусмотрено авторами модификации. 

Закономерно, что больше всего старшеклассники хотели бы видеть в своих родителях друзей и советчиков в одном лице. Поскольку подростковому возрасту характерно притяжение дружеского круга сверстников и одновременно остаётся потребность поддержки и помощи. Кроме того, многие вопросы они пока не могут формулировать и обсуждать в кругу друзей, полагая свои волнения сугубо индивидуальными.

Таким образом, семья по-прежнему является главной социализирующей и формирующей силой в нестабильном подростковом мире.

На поставленный вопрос в беседе со старшеклассниками «Кто из вашего окружения важнее всего для вашего мировоззрения, даже если он вас фактически не понимает?» - большая часть опрошенных старшеклассников ответила «родители» («мать» или «отец»)

Мы исследовали 50 подростков из 6-го и 8-го классов средней школы смешанного типа. 

Опросник «Подростки о родителях» показал установки и методы родительского воспитания с позиции подросткового восприятия.

Методика ADOR основывается на положении Шафера о тройственной характеристике воспитательного воздействия родителей с точки зрения подростков. Это три факторные переменные: приятие – эмоциональное отвержение, психологическое давление – психологическая автономия, скрытый контроль – открытый контроль. 

Принятие предполагает положительное взаимодействие подростка с родителями, доверие и открытость. Эмоциональное отвержение полюсно отображает отрицательное отношение к ребёнку, язвительность, отстранённость и враждебность.

Психологическое давление самое опасное, поскольку подросток с его неоформленной жизненной позицией легко может быть переориентирован пусть и в благородную сторону, но без выраженного самосознания и самоопределения подростка не может не нанести вред его формирующейся структуре личности. Психологическая же автономия в нормальном развитии предполагает свободное формирование самосознания подростка

Скрытый контроль предполагает декларирование демократии и независимости и труднее может быть отслежен, тем и опасен – в то время как открытый контроль при своей необходимости тоже не терпит перегибов. 

В начале эксперимента подростка информируют о целях и задачах исследования и инструктируют относительно выполнения теста. Если подросток, прочитав утверждение, в большей степени соотносит его с поведением отца или матери, он обводит «2», если частично – «1», если не соответствует – «0».

Бланки выдаются отдельно на отца и мать. (Приложение 1).

Процесс обработки включает в себя заполнение таблиц по каждому параметру: POZ – позитивный интерес, DIR – директивность, HOS – враждебность, AUT – автономность, NED – непоследовательность средним арифметическим баллом в соответствии с характером вопроса. Показатель 1-2 балла говорит о слабой выраженности параметра, 4-5 подразумевает отчётливую выраженность характеристики. 

К шкале позитивного интереса относятся вопросы 1, 6, 11, 16, 21, 26, 31, 36, 41, 46; к шкале директивности - 2, 7, 12, 17, 22, 27, 32, 37, 42, 47; к шкале враждебности - 3, 8, 13, 18, 23, 28, 33, 38, 43, 48; к шкале автономности - 4, 9, 14, 19, 24, 29, 34, 39, 44, 49; к шкале непоследовательности - 5, 10, 15, 20, 25, 30, 35, 40, 45, 50.[8]

Проективный тест эгоцентрических ассоциаций (ЭАТ) требует соблюдения ряда условий. Его можно проводить как индивидуально, так и в небольшой группе, в которой испытуемые обеспечены отдельным бланком, ручкой, в радиусе 1,5-2 м не должны иметь контактов. 

В данном случае испытуемые не должны знать об истинной цели исследования. Они проверялись во время урока русского языка на скорость письма и возникновения ассоциаций. Дальнейшие пояснения, оценки и объяснения, не относящееся к инструкции, в процессе тестирования запрещены.

Тест содержит 40 незаконченных высказываний. Необходимо продолжить их, не задумываясь, до полных предложений. Экспериментатору остаётся следить за самостоятельностью выполнения задания и фиксировать время.[9] 

Бланк теста приводится в Приложении 2.

При всей сложности теста, подростки, в основном, справились с заданием, поскольку особенно не заботились о смысловой ооформленности высказываний.



2.2. Аналитическое исследование установок и результатов воспитания



Классическая теория психоанализа внесла неоценимый вклад в развитие и анализ представлений семейных взаимоотношений. Это была первая теория, которая рассматривала детско-родительские отношения в качестве главного фактора развития детей и взросления подростков. 

По З.Фрейду, мать является для ребёнка первым объектом удовольствия, одновременно являясь контролёром. Однако же неминуемое отчуждение З.Фрейд полагал неизбежным и обязательным условием социальной адаптации и адекватного взросления ребёнка. 

Теория психоанализа положила начало основным концепциям детско-родительских отношений, которые были разработаны концепциями Э.Эриксона, Д.Боулби, Э.Фромма, К.Роджерса.

Концепция Э.Эриксона выявляет двойственность, сочетающую материальную заботу о нуждах ребёнка с чувством доверия и эмпатии (при психологической отстранённости).[10] Оберегая ребёнка от непознанных опасностей, родители детей и особенно подростков должны предъявлять и демонстрировать результаты неосторожного подросткового поведения. Оставляя за подростком достаточную степень свободы, родители обязаны продолжать контроль ненавязчивый, но и не скрытый.

Э. Фромм выдвигал тезис о родительских отношениях как фундаментальной основе развития ребёнка, он же провёл границу между отцовским и материнским отношением к ребёнку. [10]

По результатам нашего исследования, в соответствии с положениями Э.Фромма, отцовская любовь оказалась более обусловленной, её можно заслужить, в чём выражается её управляемость – тогда как материнская любовь безусловна, её нельзя ни заслужить, ни потерять. Материнская любовь, таким образом, неуправляема и неконтролируема. Отцовскую любовь же можно как заслужить, так и потерять. И «речь здесь идет не о конкретном родителе, а о материнском и отцовском началах, которые в определенной степени представлены в личности матери или отца» [10; 207].

В гуманистических позициях К.Роджерса находим аналогию безусловности родительской любви, которая приводит к полноценному развитию личности ребёнка.[4]

Д. Боулби и М. Эйнсворт, выдвигая теорию привязанности ребёнка к матери, характеризуют её двумя противоположными позициями: стремлением к активному познаванию мира, уводящему от матери, и стремлением к защите и безопасности, возвращающего к ней. 

В нашем исследовании эта позиция подкрепляется неосознанными ассоциативными высказываниями подростков «В такой ситуации я бегу домой», «Чем дольше я отсутствую дома, тем больше мне хочется домой», «Самое важное то, что мама стала понимать меня».







Динамическая двухфакторная модель родительских отношений, предложенная клиническими психологами, основывается на двух шкалах положений: эмоциональной (любовь-ненависть) и поведенческой (автономия-контроль).[11] Однако большая часть современных зарубежных исследований основывается на типологию Д.Борминда[13], выделившего и описавшего три основных стиля родительских отношений: авторитетный, авторитарный и попустительский. Их выраженность наблюдается во взаимосвязанности. В нашем исследовании большую часть (60%) восприятия подростками родительского стиля воспитания составляет всё-таки авторитетный стиль. На втором месте стоит авторитарный (45%) и только 5% составляет попустительский стиль (рис.1).

Анализ исследования показывает также, что в формировании эгоцентризма может быть повинен тот стиль воспитания, который характеризуется пониженным вниманием к подростку. Как уже говорилось выше, при пониженной требовательности и пониженном внимании ребёнок не сможет противостоять своему эгоцентризму, так как не найдёт отражения своей личности в ближайшем ему социуме – семье. Его эгоцентрические проявления останутся выраженными неявно, но на всю жизнь в форме обид, демонстративного поведения, характерного для незрелой личности. 

Такое потворствующее поведение воспитывает скрытый эгоцентризм или, наоборот, отверженность от мира.

Потворствующее поведение при повышенном внимании к ребёнку – будь то акцент на болезни или на его способностях – тоже как правило приводит к тому, что подросток не справляется со своим эгоцентризмом, так как не имеет необходимости преодолевать его. Более того, он как бы вынужден оставлять его проявление, так как привык получать с детства внимание только тогда, когда это становится «заметно», то есть когда его личность проявляется – в способностях ли, в болезни ли, для проявлений эгоцентризма это особого значения не имеет.

Исходя из всего сказанного выше, можно наблюдать картину двойственности как родительской позиции (с одной стороны требовать, с другой – проявлять внимание) так и позиции подростка (с одной стороны отстраняться от семьи, с другой – стремиться к ней). Эти противоположные начала наличествуют не только в характеристиках родительских отношений, таким образом, но и характерны для межличностных отношений вообще. [6] Имея двойственную природу, человеческие отношения могут явиться оценкой, сравнением, познанием или воздействием для задействованных в них. При этом оба начала являются именно двумя сторонами одной медали, так сказать, а не проявлением разного рода отношений. Различные отношения выявляются в случае преобладания одной из сторон, ярко выраженного и неизменного в процессе длительности.

Родительская забота имеет сутью любовь к подростку, более того, и в противоположность тому, родитель должен желать отделения ребёнка от себя, от семьи. «…Мать должна не только вытерпеть отделение ребенка, но должна хотеть этого, способствовать этому». [10; 213] В этом прослеживается кризис родительских отношений, которые чаще всего приходятся на кризис среднего возраста, усугубляя остроту ситуации. Тем не менее, родителю важно сохранить открытые доверительные отношения с ребёнком, одновременно помогая ему отделиться, при этом уберечь его от опасностей, вовремя предупредив советом.

В известных нам психологических работах родительское отношение учитывается как нечто стабильное, в отсутствии динамики и зависимости от возраста ребёнка. Мы же наблюдаем, что при некоторой всё же динамики отношений, стиль воспитания действительно большей частью остаётся неизменным на всём протяжении взаимодействия детско-родительских отношений. Только в случае активного сопротивления подростка родитель может поменять свой стиль, иначе он просто не заметит его как такового (стиль, а порой и ребёнка). В таких семьях подростки растут с явно выраженной агрессией как формой проявления подросткового эгоцентризма. 

В подростковом возрасте, как показало наше исследование и анализ изученных работ вышеперечисленных авторов, родители более склонны к конкретному воздействию и восприятию, восприятию оценочному и категоричному. Таким образом, большей частью неосознанно, родительское поведение, как и родительское отношение, с возрастом склонно меняться, как меняются и сами родители, и дети. Преобразуясь качественно, оно постепенно следует от преобладания личностного к доминированию предметного. И хотя личностное отношение не исчезает никогда, оно постепенно снижается. Так, подросткам хочется радовать своих родителей своими поступками в нормальном развитии семейных отношений или удивлять и шокировать, а в противоположность этому в части случаев оставаться незаметными при неправильных стилях воспитания. В любом случае подростку приходится, оставаясь личностью – или, точнее говоря, формируясь в личность, - учиться проявлять себя. Об этом говорят и высказывания детей в ассоциативном тесте: «Легче всего добиться внимания неожиданным поступком», «Настоящая проблема в том, что надо научиться самовыражаться», «Придёт такой день, когда мои родители будут гордиться мной».

Подростковый возраст, как уже говорилось, приходится в большинстве случаев на кризис среднего возраста родителей и, как правило, кризис семьи. Это усугубляет и без того зачастую непростые семейные отношения спонтанностью поведения, критичностью оценок, которые выражают не объективную реалию, а отношение к скоротечности и изменчивости жизни и недовольство собой увядающим в этом её течении. Зачастую неизжитый родительский эгоцентризм передаётся подросткам через особенно яркую позицию самовыпячивания и самолюбования как пример достойного поведения или самозащиты. 

Рассматривая стиль воспитания в сочетании разных вариантов поведения и разных подходов в отношении ребёнка, можно построить определённую схему родительского поведения, которая бы отражала в определённой степени наиболее характерный стиль воспитания как одного, так и группы родителей исследуемых подростков.

Интерпретируя оценочные шкалы отношения подростка к родителям, наблюдаем следующую картину: мальчики подростки видят психологическое принятие в некотором критическом отношении матери к ним. Их (подростков) раздражает по большей части абсолютные материнские восторги и всегдашняя готовность поддержать и прийти на помощь. Испытывая необходимость материнской поддержки и одобрения, они склонны соглашаться с материнской позицией, отвергая при этом мнительность и подозрительность, попустительство и властность, подозрительность и слепое доверие. Отвергая крайности, они требуют тем самым внимания конкретно к своей персоне. Это так называемый «нормальный» показатель эгоцентризма. Тем не менее, при простом компетентном поведении, профессиональной состоятельности, дружеском общении подросток ещё не видит оснований для утверждения или наблюдения материнской любви, стремясь к вниманию сильного и независимого человека, в подростковом возрасте выражающегося как тяга к материнской сверхопёке. Девочкам же более свойственна тяга к привлечению внимания отца, его руководство при материнской поддержке и совете. В этом выражен их «нормальный» эгоцентризм подросткового возраста. Однако при повышенной директивности, склонности к руководству и контролю поведением, девочки скорее избегают отца, проявляя в недостаточной степени защитную функцию эгоцентризма.

По шкале директивности подростки видят в матери навязывание чувства вины, постоянное упоминание о материнской жертвенности, повышенной ответственности за судьбу и поведение подростка. Простые формы проявления внимания: отзывчивость, симпатия, положительные эмоции отрицательно взаимодействуют с директивностью матери или отца по отношению к подростку и «сбивают с толку», вызывая противоречивые положения в психике подростка. 

По отношению к отцу подростки склонны видеть позитивный интерес в отсутствии грубости, но и в некотором руководстве их действиями. Причём каждый отдельно взятый подросток рассматривается разный уровень этого руководства. Но в любом случае для нормального процесса преодоления эгоцентризма необходимо доверительное отношение отца к подростку. 

Показатель заинтересованности подростком прослеживается на рис.2.







Враждебность в родителях подростки видят, прежде всего, в раздражительности, которая может явиться следствием осложнений на работе, общей усталости – эгоцентрически настроенные дети не склонны принимать во внимание родительские условности. Чрезмерная подозрительность и непомерная критика в адрес подростка тоже воспринимается им не как заинтересованность, а как враждебность (рис.3). 







Автономность матери сын видит в директивности и властности, тогда как дочь – в эмоциональной отстранённости и невнимательности к мелочам. В любом случае мать не видит в ребёнке личности при своей автономности и «независимости». В любом случае эмоциональная привязанность и симпатия не могут быть связаны с отстранённостью и директивностью материнского поведения. Отец же в своей автономности видится погружённым в работу и увлечённым футболом, рыбалкой, охотой, друзьями. Подростки сложно переживают как автономность матери, так и автономность отца. Более того, даже при очень хороших отношениях между родителями, автономность их от подросткового мира воспринимается детьми как незаинтересованность и эмоциональная отстранённость. То есть психологическую независимость родителям необходимо очень осторожно проявлять в отношении их детей подростков. Рисунок 4 не отображает детские переживания, но констатирует определённо высокую степень родительской автономности.





Непоследовательный стиль воспитания прослеживается подростками как резкая и неоправданная смена действий родителей по отношению к детям. Резкие перепады настроения, чередующиеся всплески альтруизма и подозрительности, неоправданное проявление силы в чередовании с покорностью и согласием, вызывая недоумение, перерастают в равнодушное наблюдение и вызывают желание в подростках проявлением неадекватного поведения – в этом им (подросткам) видится возможность сменить позицию родителя по отношению к себе и желание выработать в родителях и их отношении стабильность и спокойное адекватное восприятие. Сухие показатели диаграммы на рис.6 выявляют довольно высокий уровень непоследовательности при одновременной директивности родительского поведения (рис.6).









Зачастую термин «воспитание» родители смешивают с понятиями наказания и проявления силы, граничащей с жёсткостью, а порой и с жестокостью. Неумеренные желания в отношении детей, попытки сделать их «выше и лучше» приводят к срывам в детской психике и истерическим формам эгоцентризма или – в другой направленности – разрушением защитной эгоцентрической оболочки. Поскольку подростковый эгоцентризм в среднем своём проявлении (в нашем исследовании выражающемся в трёхбалльном уровне) является нормой развития, его необходимо постоянно наблюдать и поддерживать на этом балансе не только школьному психологу, но и родителям в семье.

Однако к старшим классам мы наблюдаем общее снижение директивности и повышение заинтересованности родителями жизнью подростка (рис.7). 







Эгоцентрическая направленность подросткового возраста является проявлением, кроме прочего, процесса автономизации и самоопределения личности. Ею правит потребность подростка в опеке и сочувствии, в самоутверждении и успехе, в защите и особой психосексуальности этого возраста.

Однако в большей степени проявленности эгоцентризм тормозит познавательные возможности и способности подростка, мешает эффективному личностному взаимодействию, вызывая непонимание и другие проблемы межличностных параметров.

Эгоцентрическая направленность в целом ведёт к развитию эгоизма и прагматизма, потребительскому отношению к обществу и близким. И чрезмерное акцентирование успешности, постоянное стимулирование его достижения и амбиций при недостаточном контакте со сверстниками ведёт к его развитию. Тогда как чрезмерное подавление интересов и желаний ребёнка в сочетании с постоянной критикой и негативной реакцией ведёт к снижению уровня «здорового эгоцентризма», если будет уместным употребить такое сочетание.

Для выработки нормального уровня эгоцентризма в смысле сфокусированности на собственном личном, которое мы назвали «здоровым эгоцентризмом», необходимо достаточное взаимодействие с другими людьми, - как сверстниками, так и других возрастов. Опыт общения со взрослыми неоценим по определению и мере взросления, опыт общения с младшими показывает, пусть пока неосознанно, «вчерашний день», в котором сегодняшние подростки способны узнать себя и отследить динамические изменения в неосознаваемом и ускользающем, однако постоянно присутствующем «Я».



2.3. Психокоррекционные разработки для устранения ошибок



По результатам исследования были проведены родительские собрания на тему «Правила общения с ребёнком». Изложенные далее правила были зачитаны и обсуждены на этих собраниях.

Можно выражать свое недовольство отдельными действиями ребенка, но не ребенком в целом.

Можно осуждать действия ребенка, но не его чувства, какими бы нежелательными или «непозволительными» они ни были. Раз они у него возникли, значит, для этого есть основания.

Не следует требовать от ребенка невозможного или трудно выполнимого. Вместо этого стоит посмотреть, что можно изменить в окружающей обстановке.

Недовольство действиями ребенка не должно быть систематическим, иначе оно перестает восприниматься.

Следует стараться не присваивать себе эмоциональные проблемы ребенка.

Позволять ребенку встречаться с отрицательными последствиями своих действий (или своего бездействия). Только тогда он будет взрослеть и становиться «сознательным».

Если ребенку трудно, и он готов принять вашу помощь, необходимо помочь ему. Но при этом брать на себя только то, что он не может выполнить сам, остальное предоставлять делать ему самому. 

Если ребенок вызывает своим поведением отрицательные переживания, стоит сообщить ему об этом.

Не надо вмешиваться в дело, которым занят ребенок, если он не просит помощи. Своим невмешательством родитель сообщает ему: «С тобой все в порядке! Ты справишься!»

Чтобы избегать излишних проблем и конфликтов, надо соразмерять собственные ожидания с возможностями ребенка.

Постепенно, но неуклонно необходимо снимать с себя ответственность за личные дела вашего ребенка, пусть он чувствует себя ответственным за их выполнение.

О своих чувствах всегда следует говорить ребенку от первого лица. Сообщать о себе, о своем переживании, а не о нем и его поведении.

Тема воспитания детей и семейных взаимоотношений настолько деликатна, что описание представлений подростков не должно выноситься на всеобщее обозрение и носить обобщающий характер.

Воспитание подростка в семье само по себе имеет защищённую выраженность подросткового воспитания. Большая часть подростков, подразумевая родительскую любовь априори, временами находит «странным» её проявление. О процессе взаимопонимания и следует говорить с родителями на родительских собраниях, а с детьми – на классных часах.

На вопрос «А любят ли тебя родители?» за очень редким исключением подростки отвечают утвердительно. Однако родительская любовь для детей 12 – 15-летнего возраста уже скорее чувство, а видимые акты, конкретные формы заботы, привязанности – разнообразные и не всегда обязательные их проявления («Мама любит меня, хотя не проявляет этого, много разговаривает со мной»; «Папа меня любит, он мне всё покупает, мы с ним в лес ездим, он деньги домой приносит, а недавно заступился за меня перед мальчишками»). В то же время отцовская любовь, судя по высказываниям подростков, носит более конкретно-предметный характер. Тогда как материнская более абстрактная, может быть непроявленной, но абсолютно интуитивно воспринимаемой. Подросток, в отличие от ребенка 5-7 лет, который, не видя актов заботы, склонен делать неверное умозаключение: «Родители меня не любят», - в этом случае объясняет отношение родителей отсутствием времени и средств или неспособностью любить. 

У подростков встречаются более обобщенные дефиниции любви, начинает формироваться понимание любви как чувства («Я люблю маму, а она меня, нам плохо друг без друга, а вдвоем хорошо, мы чувствуем радость, когда вместе»; «Любовь – это когда я чувствую, что ко мне хорошо относятся, и когда я хорошо отношусь к человеку»). 

Становление личности – процесс не безболезненный, он сопряжен с кризисами, с противопоставлением себя другим людям, в первую очередь близким. Обособление своего Я, осознание ребенком собственной уникальности, переживание им собственной экзистенции (единичности, непохожести на других, одиночества) находит отражение в самых различных областях жизни старших дошкольников. Формируясь в 5 – 6 лет, избирательная привязанность ребенка к тем или иным людям, дружба, хобби, интересы, любовь к конкретному уголку природы, то есть все то, что характеризует нашу особенность, уникальность, - к подростковому периоду перерастает в склонности и акцентуации характера. 

К подростковому возрасту дети уже менее склонны идеализировать поведение родителей по отношению к себе. В этом возрасте задача построения оптимальных, на началах взаимного уважения отношений ребенка и родителей актуальна для обеих сторон. 

Цель и основные направления дискуссии по изучаемой теме лежит на поверхности, не нуждается в особых комментариях. Она состоит в создании психолого-педагогических условий для децентрации подростков, преодоления их личностного эгоцентризма, осознания ими необходимости учитывать в своем поведении интересы, мотивы, желания других людей, в первую очередь самых близких – родителей. Более того, пусть результатом дискуссии станет хотя бы умозрительный, декларативный, очень трудно реализуемый старшим школьником на практике вывод: существуют такие ситуации, когда ради любви к родителям не только можно, но и нужно поступиться собственными интересами. И конечно, надо помочь подростку понять и осознать, что родительская любовь – это счастье, дарованное судьбой, прекрасное, высокое чувство. Лучшим ответом подростка на ласку и заботу родителей может быть только взаимность, забота и бережное, участливое, прощающее обиды и промахи отношение его к родителям. 

Начав с обсуждения вопросов «Почему хорошо с мамой?» или «Почему маме хорошо со мной?», мы столкнулись с несколько недоуменным (еще бы, такую простую вещь спрашиваете!) ответом подростков: «Как же вы не понимаете, мы же любим друг друга!». Такая констатация вполне закономерно порождает более общие вопросы: «Как это любит?», «Что значит любить?» Подростки не очень охотно приводят примеры, отражающие конкретные проявления любви. Любовь – закрытая тема у подростков именно ввиду своей остроты в этом периоде. На занятии, проведенном нами, подростки сказали: в обобщённом варианте «Любит – значит заботится, переживает, помогает». 

Вероятно, на этом месте диалог должен бы закончиться. Вывод сделан. Все довольны. Хэппи энд. Но не все так просто, видимое благополучие скоро сменится проблемной ситуацией. Казалось бы, дочь любит маму, мама – дочь, но почему, невзирая на негативные последствия для мамы («Я опоздаю на работу. Начальник будет ругаться»), дочь часто настаивает на своем и требует маминого внимания «как раз невовремя»?

Надо обязательно сделать так, чтобы морально-нравственная коллизия, заложенная в сложных семейных отношениях, стала понятной подросткам. Действительно, ситуация неоднозначная, даже патовая для дочери, когда ей необходима помощь, а мама уходит на работу! И поведение мамы в случае отказа более непростительно подростками, чем поведение требовательной и капризной – пусть даже не в меру, дочери. Подростковый эгоцентризм изживается с большим трудом и не за одно занятие. Не стоит стремиться «уломать» подростков согласиться. Темы любви и взаимоотношений всегда остаются открытыми.

В заключение беседы мы поговорили о том, как можно выйти из подобных ситуаций, а еще лучше не попасть в них. 

Вопросы для обсуждения были сформулированы примерно следующим образом:

Вам нравится гулять со своими родителями, делать покупки? 

Почему вам хорошо (плохо) с мамой (с папой)? 

Что необходимо делать в первую очередь: то, что хочется, или то, что надо? 

Может ли мама быть другом? 

Когда вы станете взрослыми, вы так же будете любить своих родителей? 

Во всем ли вы слушаетесь своих родителей? 

За что вы любите своих родителей? 

Должны ли родители выполнять все ваши прихоти? 

Почему по поведению детей судят об их родителях? 

Родители воспитывают своих детей. А могут ли дети воспитывать своих родителей? 

Должны ли вы заслуживать родительскую любовь или они любят вас просто так? 

Как поступить, когда мама требует одно, а бабушка – другое? 

Упражнение «Что делать?» 

Как быть, что делать, если: 

-хочется мороженого, а мама забыла дома деньги; 

-пора вставать, чтобы родители не опоздали на работу, а прекрасный сон еще не закончился; 

-мама просит помочь убрать комнату, а ребята во дворе затевают игру и не могут без тебя обойтись; 

-родители устали, хотят отдохнуть, а тебе просто необходимо поплясать и послушать музыку; 

-вам хочется новый костюм, а у родителей не хватает денег на ее покупку; 

-бабушка просит тебя внимательно его послушать, а лучшая подруга шепчет на ухо что-то интересное. 

Упражнение «Вырази свою любовь» 

Мы попросили подростков выразить свою любовь к близким людям с помощью: слов, дел, внимания, послушания и т. д. Встал вопрос, что чувствует человек, которому признаются в любви. Встретив поначалу неприятие и недоумение поставленным вопросом, подростки, однако, втянулись в упражнение как в игру, и нам удалось акцентировать внимание на самых удачных вариантах проявления и восприятия. Подростки говорили, что «Оказывается, принять признание так же сложно, как и делать его». Надеемся, что наши собеседники воспользуются лучшими вариантами выражения любви к своим близким на практике. 

Игра «Пирамида любви» 

Психолог вытягивает руку и говорит:

«Я люблю своих родителей, потому что они любят меня». 

Участник игры кладет свою ладошку на ладонь психолога и объясняет, почему он любит своих родителей. 

Цель – построить высоченную «пирамиду любви», сказать побольше добрых слов о своих родных и близких. 

Взрослый может возвести «пирамиду любви» и на другом «фундаменте», например: «Моя мама очень красивая». 

Несмотря на отчуждённость и полюсную замкнутость или, в противоположность, активность и позёрство подросткового возраста, подростки всё так же любят играть в игры и рады, когда ими интересуются, поэтому активно участвуют в тренингах и беседе – при искренней заинтересованности психолога и непосредственных проявлениях этой заинтересованности. Построенные на этой общечеловеческой характеристике, беседы и тренинги обязательно дадут позитивные результаты.

В современной психолого-педагогической литературе эгоцентризм преимущественно рассматривается как особенность познавательной сферы ребенка, обусловленная недостаточным развитием высших психических функций. По мере становления личности эгоцентризм преодолевается за счет развития механизма децентрации.

В ходе взросления, чтобы удовлетворять свои растущие запросы, ребенку приходится учиться ладить с окружающими, договариваться, идти на компромисс. А для этого необходимо понять, что другому человеку может быть присуща другая точка зрения. И ребенок, поначалу совершенно невосприимчивый к этому очевидному факту, постепенно научается с ним считаться. В нормальных условиях детский эгоцентризм изживается к 10–12 годам.

Но бывает, что родители сами замедляют этот естественный процесс. Столкнувшись в молодости со многими жизненными трудностями, такие родители стремятся оградить от них собственных детей, спешат удовлетворить любые их запросы. Неудивительно, что так формируется потребительская жизненная позиция, а окружающие люди начинают восприниматься растущим ребенком только как источники благ либо как нежелательные препятствия.

Однако эгоцентризм в той или иной степени свойственен любому человеку и может обостряться под влиянием различных обстоятельств. Недостатки воспитания, имеющие следствием несформированность произвольной регуляции поведения, проявляются в том, что человек бывает не способен отсрочить удовлетворение какой-либо потребности и подчиняет этому все свои мысли и чувства.

Обращает на себя внимание, что в пожилом возрасте способность к децентрации (учету иных позиций и точек зрения, нежели собственная) снижается; пожилые люди нередко становятся эгоцентричны (хотя далеко не всегда эгоистичны).

Эгоцентризм взрослых людей нередко служит причиной осложнения межличностных контактов. Неумение учесть точку зрения другого оборачивается конфликтами и одиночеством. В сфере семейного воспитания эгоцентризм родителей нередко проявляется в приписывании ребенку своих собственных интересов, привязанностей, страхов и т.п. Таким образом ребенку отказывают в проявлениях индивидуальности, формируют у него пассивную, зависимую жизненную позицию.

Преодоление эгоцентризма — одна из центральных задач воспитания. Его важнейший механизм — формирование у ребенка способности оценивать ту или иную ситуацию с различных точек зрения, терпимо относиться к непривычным мнениям и суждениям.


Заключение



Известно, что воздействие любых событий воспринимается, интерпретируется и направляет деятельность субъекта через его «Я-концепцию». Это относительно устойчивая, более или менее осознанная, переживаемая как неповторимая система представлений индивида о самом себе. Она выступает как следствие и предпосылка социального опыта [Словарь практического психолога, 1997]. Именно поэтому важно формирование адекватной, неэгоцентрической, Я–концепции. Для успешной социализации подростка важно не только соответствие его поведения принятым нравственно-правовым нормам, но и адекватное понимание им самого себя как члена социума и собственного поведения, каким оно предстает в глазах окружающих. В психологии показано, что подростковый возраст характеризуется эгоцентризмом в сфере рассуждений, поведении, отношениях с окружающими. Следует ли полагать, что феномены личностного эгоцентризма, свойственные подростковому возрасту вообще, обостряются в случаях отклонения развития от нормы, в частности, у подростков? Мы поставили задачу эмпирического исследования особенностей аффективно-личностного эгоцентризма подростков. Аффективно-личностный эгоцентризм проявляется в ряде специфических феноменов в представлениях субъекта о самом себе и партнере по взаимодействию: «воображаемая аудитория», «личный миф»; «явное лицемерие» и «сфокусированность на себе». 

В исследовании мы использовали совокупность методов разной направленности. Целью исследования было сопоставление выраженности аффективно-личностного эгоцентризма подростков и их социально благополучных сверстников. Было обследовано 50 юношей и девушек 12-17 лет. Изучалась выраженность эгоцентрических феноменов «личный миф», «сфокусированность на себе», «воображаемая аудитория» и введенного нами на основании данных работы с социально дезадаптированными подростками феномена «эгоцентризм в области оценки социальных норм и санкций». Мы показали, что независимо от возраста, подросткам присуще эгоцентрическое видение себя как члена социума. Это проявляется как: 

- наличие эгоцентрических представлений о разнообразных чертах собственной личности, недоступных пониманию окружающих, и являющихся абсолютно специфическими и уникальными; выраженное рассогласование представлений о собственных личностных особенностях и социальных представлениях о них; искаженное видение и понимание собственных индивидуальных (психологических и, в ряде случаев, физических) особенностей (незначимым приписывается ведущее значение; выраженные особенности вытесняются; искажается понимание социальной значимости тех или иных свойств, и др.). 

- эгоцентрическая «картина собственной жизни», «личный миф», не только оправдывающий поведение, но и представляющий его как позитивное, оптимальное; 

- представление о себе как о постоянно находящемся в центре внимания окружающих, причем центром, а иногда и источником действий остальных людей выступают даже малозначительные действия подростка; 

- эгоцентрическое видение социального окружения - искажение понимания не только обязательности принятых в обществе норм, но и причин социальных санкций, осуществляемых в ответ на те или иные формы поведения подростка; приписывание обществу «злой воли»; искаженная система ценностей; т.н. «явное лицемерие» - декларируемые нормы поведения обязательны для окружающих, но самим подростком не исполняются, и др. 

- эгоцентрическая «сфокусированность на себе», неспособность осознать возможности расхождения между собственным пониманием мира, пониманием мира другим человеком и объективным состоянием реальности. 

Такая картина социального мира и себя самого субъективно переживается подростком как верная и не требующая коррекции. Мы показали, что аффективно-личностный эгоцентризм подростков играет роль своего рода защитного механизма. Он так искажает смысл событий и переживаний, чтобы не нанести ущерба представлениям подростка о себе. Феномен эгоцентризма проявляется в виде тенденции к созданию «второй» реальности, специфика которой обусловлена индивидуальным «жизненным путем» подростка. Преобладание в структуре эгоцентризма тех или иных компонентов позволяет типологизировать стратегии эгоцентрического видения мира подростком. Первая – преобладание эгоцентризма в области оценки социального мира, что позволяет подростку представить собственное поведение как оправданное и нормальное в силу того, что окружение эгоцентрически описывается как неадекватное и несправедливое. Вторая стратегия связана с искажениями представлений подростка о собственной личности. Это позволяет подростку представить своё поведение и собственные личностные особенности в качестве показателей уникальной успешной социализации, глубокого понимания современного мира, особой личностной организации, заслуживающей безусловной популярности. Таким образом, аффективно-личностный эгоцентризм оказывается препятствием для успешной социализации подростка. Это последнее должно быть учтено при организации психологической помощи школьникам. Эгоцентризм преодолевается при столкновении равноправных позиций, что подчеркивает значимость групповой формы работы с подростками. Столкновение позиции субъекта с иной точкой зрения должно рождать не попытки «обесценить» или исказить свое или чужое понимание мира, а необходимость поиска путей соотнесения, возможностей совместности в понимании явлений мира (в том числе, социального). Поэтому задачей психологической помощи становится коррекция понимания подростком себя и других, чему, в свою очередь, служат развитие рефлексии, навыков понимания мотивов собственного поведения и совладания с собой, уменьшение остроты внутренних проблем, навязчивости психологических конфликтов, мотивационные изменения. Открытие подростку возможности увидеть себя иным, в том числе иным в социальном отношении – одна из важнейших задач психологической помощи.


Библиография



Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. М., 1932, новое издание — М., 1994.

Обухова Л.Ф. Теория Пиаже: за и против. — М., 1987.

Elkind D. Egocentrism in adolescence // Child Development. - 1967, Vol. 38, No. 4. 

Пиаже Ж. Избранные психологические труды. Психология интеллекта. Генезис числа у ребенка. Логика и психология. [Сборник работ разных лет]. 

Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности (Основные положения, исследования и применение). — СПб.: Питер, 1997.

Смирнова Е.О. Становление межличностных отношений в раннем онтогенезе // Вопр. психол. 1994. № 6. С. 5–16.

Пашукова Т.И. Исследование эгоцентризма с помощью эгоцентрического ассоциативного теста / Новые исследования в психологии и возрастной физиологии. Педагогика, 1991. №2.

Вассерман Л.И., Горьковая И.А., Ромицына Е.Е. Родители глазами подростка: психологическая диагностика в медико-педагогической практике. Учебное пособие. - СПб.: "Речь", 2004.

Пашукова Т.И. Исследование эгоцентризма с помощью эгоцентрического ассоциативного теста / Новые исследования в психологии и возрастной физиологии. Педагогика, 1991. №2. С.45-48.

Фромм Э. Душа человека. М., 1998.

Эйдемиллер Э.Г., Юстицкий В.В. Методы семейной диагностики и психотерапии. М.; СПб., 1996.

Эриксон Эрик Идентичность: юность и кризис. М.: Изд-я группа "Прогресс", 1996.

Baumrind D. Parenting styles and adolescent development // Lerner R.M., Petersen A.C., Brooks-Gunn J. (eds). Encyclopedia of adolescence. V. 2. N.Y., 1991. P. 746–758.

Schaefer E.S. Converging conceptual model for maternal behaviour and for children behaviour // J. Abnormal and Soc. Psychol. 1959. P. 226–235.


Литература



Анастази А. Психологическое тестирование. Ч. 1–2. М., 1982.

Андреева Г.М. Социальная психология. Учебник для высших учебных заведений. – М.: Аспект Пресс, 2000. 

Бандура А., Уолтерс Р. Подростковая агрессия. Изучение влияния воспитания ви семейных отношений. – М.: Апрель Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999. 

Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М. Просвещение, 1968 г. 

Божович Л.И. Проблемы формирования личности. – М.: Изд-во "Институт практической психологии", Воронеж: НПО "МОДЭК", 1995. 

Возрастная и педагогическая психология. Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов. Под ред. проф. А.В. Петровского. М., "Просвещение", 1973.

Вассерман Л.И., Горьковая И.А., Ромицына Е.Е. Родители глазами подростка: психологическая диагностика в медико-педагогической практике. Учебное пособие. - СПб.: "Речь", 2004.

Выготский Л.С. Педология подростка. Соб. соч. М., 1984, 

том 4.

Ганушкин П.Б. "Клиника психопатий, их статика, динамика, систематика. – Н. Новгород: Изд-во НГМА., 2000. 

Гершунский Б.С. Философия образования. – М.: Московский психолого-социальный институт, Флинта, 1998. 

Диагностика и коррекция социальной дезадаптации подростков. Под. ред. С.А. Беличевой. Ред. изд. центр Консор­циума "Социальное здоровье России" М., 1999. 

Димофф Т., Каппер С. Как уберечь детей от наркотиков. – М.: издательство "Золотой теленок", 1999. 

Дружинин В.Н. Психология общих способностей. – СПб.: Питер Ком, 1999. 

Зеленов Л.А. Социология города: Учебн. пособие для студ. Высш. учеб. заведений. – М.: Гуманит. изд. центр ВЛА­ДОС, 2000. 

Зимняя И.А. Педагогическая психология: Учебн. пособие. – Ростов н\Д.: Изд-во "Феникс", 1997. 

Изучение мотивации поведения детей и подростков. Под ред. Л.И. Божович, Л.В. Благонадежиной. М.: "Педагогика", 1972.

Кулагина И.Ю. Возрастная психология (Развитие ребенка от рождения до 17 лет): Учебное пособие. – М.: Изд-во УРАО, 1998. 

Ковалева А.И., Луков В.А. Социология молодежи: Теоретические вопросы. – М.: Социум, 1999. 

Комиссаров Б.Г., Фоменко А.А. SOS: наркомания.- Ростов н\Д: изд-во "Феникс", 2000.

Кондратьев М.Ю. Подросток в замкнутом круге общения. – М.: Изд-во "Институт практической психологии", Воро­неж: НПО "МОДЭК", 1997. 

Грэйс Крайг Психология развития. – СПб.: Издательство "Питер", 2000.

Лейтес Н.С. "Психология одаренности детей и подростков." М.: Изд. центр "Академия", 1996. 

Лейтес Н.С. "Возрастная одаренность и индивидуальные различия.", М. Академия, 1996 г. 

Леонгард Карл "Акцентуированные личности". Ростов н\Д.: изд-во "Феникс", 2000. 

Личко А.Е. "Типы акцентуаций характера и психопатий у подростков." – М.: ООО АПРЕЛЬ ПРЕСС, ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999.

Мишель Кле Психология подростка (Психосексуальное развитие)\Пер. с фр. – М.: Педагогика, 1991.

Можгинский Ю.Б. Агрессия подростков: Эмоциональный и кризисный механизм. – Серия "Мир медицины". СПб: Изд-во "Лань", 1999.

Навроцкий А.Л., Панкратов В.Г. Профилактика венерических заболеваний среди молодежи: Учеб. пособие. – Мн., 1997.

Наш проблемный подросток: Учебное пособие. Научн. ред. Л.А. Регуш. – СПб.: Союз, 1999.

Обухова Л.Ф. Возрастная психология. М.: Педагогическое общество России. – 1999. 

Пашукова Т.И. Эгоцентризм в подростковом и юношеском возрасте: причины и возможности коррекции. Учебн. по­собие для студентов, школьных психологов и учителей. – М.: Институт практической психологии, 1998. 

Пашукова Т.И. Исследование эгоцентризма с помощью эгоцентрического ассоциативного теста / Новые исследования в психологии и возрастной физиологии. Педагогика, 1991. №2..

Практикум по возрастной психологии. Под ред. Л.А. Головей, Е.Ф. Рыбалко, 2002

Петровский А.В. Психология развивающейся личности. М.: Педагогика, 1987.

Психологические тесты / Под. ред. А.А. Карелина: В 2 т. – М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 1999. 

Психология возрастных кризисов: Хрестоматия - \ Сост. К.В. Сельченок. – Мн.: Харвест, 2000. 

Психосоциальная коррекция и реабилитация несовершеннолетних с девиантным поведением. Под. ред. С.А. Бели­чевой. Ред. изд. центр Консорциума "Социальное здоровье России" М., 1999. 

Райс Ф. Психология подросткового и юношеского возраста. – СПб.: Изд-во "Питер", 2000. 

Раттер Майкл Помощь трудным детям. – М.: Апрель Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999. 

Рогов Е.И. Настольная книга практического психолога в образовании. Учебное пособие. – М.: ВЛАДОС, 1996. 

Свободное время и культурная жизнь москвичей. № 28, 1996 г. 

Семенюк Л.М. Психологические особенности агрессивного поведения подростков и условия его коррекции. – М.: Московский психолого-социальный институт: Флинта, 1998. 

Славина Л.С. Трудные дети. – М.: Изд-во "Институт практической психологии", Воронеж: НПО "Модэк", 1998.

Степанов В.Г. Психология трудных школьников. – М.: Издательский центр "Академия", 1998. 

Тимоти Димофф, Стив Карпер "Как уберечь детей от наркотиков".

Фельдштейн Д.И. Психология взросления: структурно-содержательные характеристики процесса развития личности: Избранные труды. – М.: Московский психолого-социальный институт: Флинта, 1999. 

Холодная М.А. Психология интеллекта: парадоксы, исследования. – Томск: Изд-во Томск. ун-та. Москва: Изд-во "Барс". 1997.

Шмелев А.Г. Основы психодиагностики. Учебное пособие для студентов педвузов. – Москва, Ростов-на-Дону: "Фе­никс", 1996.

Щепанская Т.Б. Символика молодежной субкультуры. СПб, "Наука", 1993.

Шульга Т.И., Слот В., Спаниярд Х. Методика работы с детьми группы риска. – М.: Изд-во УРАО, 1999.

Эриксон Эрик Идентичность: юность и кризис. М.: Изд-я группа "Прогресс", 1996.


ПРИЛОЖЕНИЕ 1



ADOR опросник для подростков



Фамилия, имя 

Мой отец (моя мать)	Да-2	Частично-1	Нет-0

1	Очень часто улыбается мне	2	1	0

2	Категорически требует, чтобы я усвоил, что я могу делать, что нет	2	1	0

3	Обладает недостаточной терпеливостью в отношении меня	2	1	0

4	Когда я ухожу, сам решает, когда я должен вернуться	2	1	0

5	Всегда быстро забывает то, что сам говорит или приказывает	2	1	0

6	Когда у меня плохое настроение, советует мне успокоиться или развеселиться	2	1	0

7	Считает, что у меня должно существовать много правил, которые я обязан выполнять	2	1	0

8	Постоянно жалуется кому-то на меня	2	1	0

9	Предоставляет мне столько свободы, сколько мне надо	2	1	0

10	За одно и то же один раз наказывает, а другой - прощает	2	1	0

11	Очень любит делать что-нибудь вместе	2	1	0

12	Если назначает какую-нибудь работу, то считает, что я должен делать только ее, пока не закончу	2	1	0

13	Начинает сердиться и возмущаться по поводу любого пустяка, который я сделал	2	1	0

14	Не требует, чтобы я спрашивал у него разрешения, чтобы идти туда, куда захочу	2	1	0

15	Отказывается от многих своих дел в зависимости от моего настроения	2	1	0

16	Пытается развеселить и воодушевить меня, когда мне грустно	2	1	0

17	Всегда настаивает на том, что за все мои проступки я должен быть наказан	2	1	0

18	Мало интересуется тем, что меня волнует и чего я хочу	2	1	0

19	Допускает, чтобы я мог бы идти куда хочу каждый вечер	2	1	0

20	Имеет определенные правила, но иногда соблюдает их, иногда нет	2	1	0

21	Всегда с пониманием выслушивает мои взгляды и мнения	2	1	0

22	Следит за тем, чтобы я всегда делал то, что мне сказано	2	1	0

23	Иногда вызывает у меня ощущение, что я ему противен	2	1	0

24	Практически позволяет мне делать все, что мне нравится	2	1	0

25	Мой отец (моя мать) меняет свои решения так, как ему (ей) удобно	2	1	0

26	Часто хвалит меня за что-либо	2	1	0

27	Всегда точно хочет знать, что я делаю и где нахожусь	2	1	0

28	Хотел бы, чтобы я стал другим, изменился	2	1	0

29	Позволяет мне самому выбирать себе дело по душе	2	1	0

30	Иногда очень легко меня прощает, а иногда - нет	2	1	0

31	Старается открыто показать, что любит меня	2	1	0

32	Всегда следит за тем, что я делаю на улице или в школе	2	1	0

33	Если я сделаю что-нибудь не так, постоянно и везде говорит об этом	2	1	0

34	Предоставляет мне много свободы. Редко говорит "должен" или "нельзя"	2	1	0

35	Непредсказуем в своих поступках, если я сделаю что-нибудь плохое или хорошее	2	1	0

36	Считает, что я должен иметь собственное мнение по каждому вопросу	2	1	0

37	Всегда тщательно следит за тем, каких друзей я имею	2	1	0

38	Не будет со мной говорить, пока я сам не начну, если до этого я его чем-то задену или обижу	2	1	0

39	Всегда легко меня прощает	2	1	0

40	Хвалит и наказывает очень непоследовательно: иногда слишком много, а иногда слишком мало	2	1	0

41	Всегда находит время для меня, когда это мне необходимо	2	1	0

42	Постоянно указывает мне, как себя вести	2	1	0

43	Вполне возможно, что, в сущности, меня ненавидит	2	1	0

44	Проведение каникул я планирую по собственному желанию	2	1	0

45	Иногда может обидеть, а иногда бывает добрым и признательным	2	1	0

46	Всегда откровенно ответит на любой вопрос, о чем бы я не спросил	2	1	0

47	Часто проверяет, все ли я убрал, как он велел	2	1	0

48	Пренебрегает мною, как мне кажется	2	1	0

49	Не вмешивается в то, убираю я или нет мою комнату (или уголок) - это моя крепость	2	1	0

50	Очень неконкретен в своих желаниях и указаниях	2	1	0


ПРИЛОЖЕНИЕ 2



Тестовый бланк 1



Исследование эгоцентризма (ЭАТ) 

Время, затраченное на заполнение теста __ мин. 

Дата Ф.И.О. испытуемого 

Возраст 

Родной язык русский

1. В такой ситуации ... 

2. Легче всего ... 

3. Несмотря на то, что ... 

4. Чем дольше ... 

5. По сравнению с ... 

6. Каждый ... 

7. Жаль, что ... 

8. В результате ... 

9. Если ... 

10. Несколько лет тому назад ... 

11. Самое важное то, что ... 

12. Только ... 

13. На самом деле ... 

14. Настоящая проблема в том, что ... 

15. Неправда, что ... 

16. Придет такой день, когда ... 

17. Самое большое ... 

18. Никогда ... 

19. В то, что ... 

20. Вряд ли возможно, что ... 

21. Главное в том, что ... 

22. Иногда ... 

23. Лет так через двенадцать ... 

24. В прошлом ... 

25. Дело в том, что ... 

26. В настоящее время ... 

27. Самое лучшее ... 

28. Принимая во внимание ... 

29. Если бы не ... 

30. Всегда ... 

31. Возможность... 

32. В случае ... 

33. Обычно ... 

34. Если бы даже ... 

35. До сих пор ... 

36. Условие для ... 

37. Более всего... 

38. Насчет ... 

39. С недавнего времени ... 

40. Только с тех пор ...