Что такое “дьявол”? С точки зрения биолога

Что такое “дьявол”? С точки зрения биолога.

Реферат выполнил Д.Щербаков

Пущино



– Кто ж ты, наконец?

– Я часть той силы, что вечно хочет зла и 

вечно совершает благо.

/ Гете “Фауст”/

Для тех, кто имеет естественнонаучное образование, а также для всех, кто интересовался данным вопросом, совершенно очевидно, что название этой работы подражает названию нашумевшей в сороковых годах нашего века работы Шредингера “Что такое жизнь? С точки зрения физика.” В то время это было неслыханной новостью – о жизни традиционно высказывались врачи и биологи, смотревшие на этот, так сказать, процесс, “снизу вверх”, а также философы и богословы, взгляд которых был направлен, скорее, “сверху вниз” – и тут пришел физик, все перетряхнул, по-новому посмотрел на хорошо известные вещи, поставил кое-какие непривычные вопросы... И Нобелевская премия, которую он получил, означала признание нового для большой науки принципа – неожиданно плодотворного синтеза некогда далеких друг от друга направлений.

Разумеется, настоящая работа ни в коей мере не претендует на сколь-нибудь подобное признание, равно как, впрочем, и на неоспоримость, полноту освещения затронутых вопросов или религиозность. На что же она, в таком случае, претендует? Всего лишь на некоторую оригинальность и занимательность (вот уж качества совершенно необязательные для реферата; впрочем, подобно тому, как наиболее красивые дети зачинаются в любви, наиболее приятные рефераты пишутся на тему, диктуемую сердечной склонностью).

Не забудем еще оговориться, что в названии работы слово “биолог” не очень точно является синонимом понятия “человек с рациональным мышлением”, “исследователь” или, на современном научном жаргоне, researcher.

Да. Закончив таким образом рекламную паузу, перейдем к делу.

Глава первая.

Плевелы – сыны лукавого, враг, посеявший их, есть дьявол.

/От Матфея, 13, 38-39/

Итак, дьявол. Он же Вельзевул, Люцифер, сатана, антихрист, лукавый, змей-искуситель, Князь Тьмы, Князь бесовский, Зверь, Ангел Бездны и т.д., и т.п. Стараниями литераторов и режиссеров последнего времени, от Гете до Булгакова и голливудских режиссеров превратившийся не то во франтоватую колоритную личность (мессир Воланд, “Мастер и Маргарита”), не то в нечто мрачное и первобытно-ужасное (“Ребенок Розмари”, “Чернокнижник-2”). “Атеистический словарь”, издание 1985 года, дает следующее определение: “Сатана (от др.-евр. слова “сатан”, букв. – противодействующий), дьявол – по учению ряда религий – злой дух или глава злых духов, виновник зла в мире, властелин ада, толкающий людей к греху...” Уже в этом лаконичном определении чувствуется некая странная двойственность этого персонажа: с одной стороны он (упорно и изобретательно) искушает людей на грех, а с другой стороны, являясь владыкой ада, сам же их и наказывает. Ну чем не диалектическое единство и борьба противоположностей?

Странная мелочь. Однако, если подробно и внимательно изучить Библию, таких мелочей наберется немало. Собрав и обработав их, можно прийти к весьма забавным и неожиданным выводам, которые, при ближайшем рассмотрении, окажутся довольно грустными.

В смысле масштабной работы с текстом Библии современный исследователь оказывается в гораздо более выгодном положении, чем его средневековые или, даже, более поздние собратья. Достаточно иметь хороший компьютер и скачать из сети “Интернет” полный текст Библии, а дальше, как говорится, дело техники. Можно проводить поиск по ключевым словам или фразам, можно одним движением пальца вырезать и сравнивать любые фрагменты текста, можно практически мгновенно делать любые статистические исследования, например, частота употребляемости отдельных слов или оборотов... И так далее. Таким образом, вооружившись указанным оборудованием, а также, призвав на помощь профессиональные знания, то есть биологию или, точнее, ее область, изучающую наследственность (генетику), а также, отчасти, медицину, вернее, ее область – психиатрию, попробуем пройтись по Библии в поисках следов дьявола.

Указанный подход вовсе не так наивен, как может показаться на первый взгляд. Библию иногда называют “старейшей и мудрейшей книгой” и, несмотря на то, что некоторые другие сочинения (например, “И-цзин”, китайская “Книга Перемен”), возможно, не менее стары и мудры, Библия была и остается одним из величайших памятников древней литературы и ее популярность, как всего-навсего собрания раннееврейских и позднееврейских мифов, трудно объяснить. Случайность – непознанная закономерность, и, конечно, огромное значение Библии в современном мире не случайно. Правда, скорее всего, мнения относительно причин этой популярности у людей верующих и неверующих сильно разойдутся... Для наших целей это непринципиально, мы будем считать Библию совокупностью текстов, содержащих достаточно серьезную информацию о законах, управляющих развитием природы, общества и отдельного человека, сформулированных в соответствующей мифической или аллегорической форме, определяемой, в свою очередь, соответствующими культурными и социально-экономическими условиями. Были ли эти законы сформулированы людьми или продиктованы Богом, в этом контексте значения не имеет.

Как известно, Библия делится на Ветхий и Новый Завет, первый из которых признается иудеями и христианами, а второй, будучи жизнеописанием Иисуса Христа и его последователей, только христианами. Ветхий Завет гораздо старше, больше и пестрее Нового. Он представляет собой довольно беспорядочное и, местами, противоречивое собрание космогонических, исторических, этических и философских сочинений большого количества древнееврейских авторов. Новый Завет включает сравнительно небольшое количество текстов, главными из которых считаются четыре Евангелия и, отчасти, “Откровение Иоанна Богослова или Апокалипсис”, и, в целом, более строен и упорядочен, хотя и не лишен противоречивых мест. Сколь-нибудь тщательный анализ Ветхого и Нового Завета выходит за рамки нашей работы, мы ограничимся лишь фрагментами, имеющими непосредственное отношение к сатане, дьяволу (в Библии – диаволу) и, предположительно, возглавляемому им легиону мелких и крупных бесов.

Понятие сатаны в Библии, как, впрочем, и в повседневной жизни, неотделимо от понятия греха. Однако, первая странность сразу бросается в глаза: при наличии в Ветхом Завете огромного количества самых разнообразных грехов, совершаемых отдельными людьми (Адам и Ева, Каин, ...), группами (братья Иосифа ...), и целыми городами (Содом и Гоморра, ...), сатана, как первопричина этого греха, там практически отсутствует. Если не считать змея-искусителя, соблазнившего Еву и Адама на первородный грех, змея, которого часто отождествляют с сатаной, хотя в тексте Библии есть достаточно прямые указания на то, что этот змей понимается буквально: “...Ты будешь ходить на чреве твоем, и будешь есть прах во все дни жизни твоей. И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту.”/Бытие,3,14-15/ Кстати, если змей в данном случае был лишь воплощением сатаны, значит пресмыкающиеся пострадали ни за что (впрочем, это спорный вопрос). Так вот, если этого сомнительного змея в расчет не брать, в Ветхом Завете, сатана “в чистом виде” встречается только трижды. Первый раз в 1 Паралипоменон,21,1, где он “возбудил Давида сделать счисление Израильтян”, что, по причинам, которые мы не будем рассматривать, считается “виной перед Богом”; второй раз в Книге Иова, где он на протяжении нескольких стихов выступает, как опытный провокатор: дескать Иов-то живет, не тужит, как сыр в масле катается, отчего бы ему Бога не славить, а вот если его как следует испытать... На что и получает высочайшее соизволение (таким образом, Господь входит в противоречие с ранее сказанным: “Не вводи ближнего в соблазн”; впрочем, это неважно). К чести Иова, надо заметить, что, будучи лишен всего, что имел и всех, кого имел, и поражен проказой, испытание он выдержал, за что и “дал ему Бог вдвое”. А в третий раз (Бог троицу любит?) сатана является в Книге Захарии,3,1-2, где он стоит по правую руку великого иерея Иисуса, “чтобы противодействовать ему” (опять-таки, неясно, идет ли речь об Иисусе Христе, или о каком-то другом Иисусе, но это неважно) . Все. 

То есть самого дьявола в Ветхом Завете маловато, и фигура его просматривается весьма слабо, хотя следов его (речь идет о грехах) великое множество. Странно? Весьма странно, особенно если присмотреться к этим следам повнимательнее. Возьмем наугад три самых серьезных по своим последствиям греха, то есть первородный грех /Бытие,2-3/, допотопный грех (т.е. грех, который привел к потопу) /Бытие,6-8/ и грех Содома и Гоморры /Бытие,19/. Рассмотрим их.

Первородный грех – одно из самых важных и самых примечательных мест Ветхого Завета. Грех, за который род человеческий был наказан во веки веков: жена будет “в муках рождать детей”, а муж будет “в поте лица добывать хлеб свой”, и эта невеселая жизнь будет заканчиваться со смертью: “...доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты и в прах возвратишься.” Что же там произошло? Да вроде бы ничего особенного: Бог запретил людям есть “плоды от древа познания добра и зла”, а змей (сатана?) уговорил их эти плоды вкусить, обещая, что “откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло.” Однако, вкусив указанных плодов, Адам и Ева, вроде бы, ничего особенного не ощутили, разве что “...открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги...” Пост фактум отцы церкви весьма усиленно муссировали данный вопрос, пытаясь объяснить, чем же именно так согрешили первые люди, если ничего особенного не произошло? Говорили о “гордыне” – мол, захотели уподобиться Господу, о непослушании Богу и следовании дьяволу в образе змия и т.д. В Библии об этом ни слова, однако есть косвенное указание: женщине, согласно Библии, более виновной Бог пообещал “умножить скорбь ее” влечением к мужу, беременностью и родами. Это вполне согласуется со средневековой трактовкой адских мук, то есть воздаяния за грехи, согласно которому, грешников наказуют именно так, как они грешат, доводя этот, так сказать, процесс, до логического конца (ну, скажем, лжецы и лжесвидетели лижут горячие сковородки и т.п.) /Данте, “Божественная комедия”/. То есть сначала следует осознание пола (наготы), а потом всякие вытекающие из этого неприятные последствия. Казалось бы, деторождение, то есть продолжение рода – величайшее благо и совершенно необходимый атрибут живой материи вообще и человека в частности. Однако Бог посылает его человеку не как дар, а как проклятие. Именно человеку, всем остальным несколько ранее было благодушно указано: “Плодитесь и размножайтесь.” /Бытие,1,28/ К чему бы это? Не будем забегать вперед, просто отметим себе эту странность. Чем, собственно, человек отличается от животных?

Грех, который привел к потопу, до некоторой степени, видимо, был даже более страшным, чем первородный, поскольку за него были наказаны не только люди, но и “скоты, и гады, и птицы небесные”. К сожалению, за что именно Господь так сурово обошелся с живущими, остается неясным. Буквально, это звучит так: “В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им. Это сильные, издревле славные люди. И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время. И раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце своем.” /Бытие,6,4-6/. Здесь первое, вроде бы, совершенно не вытекает из второго. “Славные люди” и, вдруг, помышляют только о зле. Возможно, с точки зрения Господа, сынам Божьим (скорее, речь идет об иноплеменных людях, которые, по мнению автора, пользовались Его особым расположением, ну, в самом деле, не ангелы же “входили к дочерям человеческим”) вовсе не подобало вступать в браки с обычными людьми. В результате получались “сильные и издревле славные” и ничего удивительного в этом нет – на языке селекции это называется гетерозисом или гибридной мощностью. В то время люди, скорее всего, жили довольно изолированными группами и близкородственные браки были обычным явлением. А в этом случае то, что в просторечье называется “притоком свежей крови” вело к совершенно очевидным результатам, хотя все равно непонятно, откуда взялись злые помыслы у потомков “сынов Божьих”. То есть, либо в данном случае имеется в виду само скрещивание с чужаками, либо по каким-либо объективным или субъективным причинам фрагмент текста, описывающий состав преступления, был выброшен или утерян. Кстати, существует весьма обоснованное предположение, что сказание о потопе было позаимствовано древними евреями у шумеров, у которых оно было одной из частей эпоса “Гильгамеш”; впрочем, это неважно.

Следует заметить, что в промежутке между описанными грехами, имел место еще один грех, а именно, братоубийство Авеля Каином. Ни много, ни мало. Мало того, что это первое убийство, но, кроме того, уничтожена ровно четверть существующего рода человеческого. Однако, можно обратить внимание, что это преступление никак не связано с полом или размножением, во всяком случае, непосредственно, и расплатой за подобное стало всего-навсего изгнание. Странно? Или закономерно?

Ну, и наконец, “Дело Содома и Гоморры”. Хорошо известно, как и за что именно были наказаны жители этих городов, и долго рассуждать на эту тему мы не будем, скажем только, что в данном случае имело место прямо связанное с человеческим самовоспроизведением “преступление против природы” (термин американского уголовного законодательства), и с наказанием Господь мелочиться не стал – стер с лица земли начисто.

Подобных примеров в Ветхом Завете довольно много. И, (исходя из несколько более позднего мнения о дьяволе, как отце всякого греха) судя по всему, проблемы пола и деторождения пользуются особым вниманием как Господа, так и врага рода человеческого.

Глава вторая.

...Слушай и содрогайся, о сатана, враг веры, враг рода человеческого, друг смерти, вор жизни, потрясатель правосудия, источник зла, корень пороков, совратитель людей, предатель народов, источник зависти, причина жадности, начало раздоров, поставщик горестей – слушай, о сатана, и повинуйся!

/Литургия “Rituale Romanum”/

Теперь обратимся к Новому Завету, где сатана впервые является “во весь рост”, как прямой противник Господа и Сына Его Иисуса Христа, и рассмотрим этот поединок.

“Евангелия”, представляющие собой жизнеописания, вернее, в большей степени, делоописания Сына Божьего и Сына Человеческого Иисуса Христа, являются основной частью Нового Завета. Слово “Евангелие” буквально означает “Благая весть”, а Иисуса часто называют Спасителем, так что, вполне резонно предположить, что “Благая весть” и есть весть о спасении. Кого? Разумеется, человечества, хотя сам Иисус предпочитает говорить лишь о “богоизбранном” народе, евреях /От Матфея,15,22-28;От Марка,7,25-29/. От кого или от чего? Ну, скорее всего, от происков врага рода человеческого (эти слова повторяются довольно часто и в разных вариантах), то есть дьявола. Правда, есть мнение, что Пришествие Иисуса и Его распятие (особенно распятие) были искуплением за все предыдущие грехи человечества и, особенно, первородного греха, однако, не совсем понятно, зачем тогда долгие и подробные проповеди и вся эта кутерьма, смахивающая (в этом случае) на рекламный клип? Все же приятнее думать, что в Новом Завете, так сказать, на наших глазах, происходит напряженный поединок сил зла и добра, созидающего и разрушающего, правды и лжи,... словом, Бога и дьявола. И заканчивается эта борьба, если верить “Откровению...”, полным поражением последнего.

Ладно. К делу. Сразу следует оговориться, что. 

Во-первых, предпринятая нами попытка соблюсти баланс и удержаться строго в нейтральных рамках, не сползая в веру или неверие, оказалась тщетной. При анализе Священного Писания (вещь сама по себе, с точки зрения ортодоксальной церкви, довольно кощунственная), постоянно всплывают вопросы, которые большинство верующих сочли бы святотатством. А некоторые возможные ответы на них звучат уж совсем... То есть, анализ объективный, или даже на таковой претендующий, является уже материалистическим, по своей сути, и попытки как-то сгладить данное противоречие лучше всего характеризует поговорка: “Ни Богу свечка, ни черту кочерга”. Увы. Недостаток идеалистических систем мировоззрения, с точки зрения пытливого разума, состоит именно в постоянной возможности уйти от ответа за универсальной формулировкой: “Божественное (духовное, идеальное, сверхъестественное) суть непознаваемо по определению (вариант: не поддается логическому анализу)”. И точка. Сиди и не рыпайся. Но мы отвлеклись.

Во-вторых, как известно, сказавши “А”, говори и “Б”. Если, придя домой с попойки, ты, по ошибке, выпил вместо воды проявитель, так уж будь последователен, выпей и закрепитель. Иными словами, если уж наш анализ есть научный в традиционном понимании этого слова, то давайте расставим все точки над i. Итак, под Богом мы понимаем созидающие силы природы, то есть эволюцию и прогресс, вне зависимости от того, идет ли речь о живой или неживой природе или о человеческом обществе, а под дьяволом – силы разрушающие и регрессивные. Вроде бы пока вполне разумно и приемлемо. Однако, что же в этом случае может скрываться под терминами “Сын Божий”, он же “Сын Человеческий”, и “Благая Весть”? Неясно. По идее, раз “Весть”, значит должна быть какая-то информация. О чем же может быть эта информация? О поражении дьявола, то есть победе созидания над разрушением? В каком-то смысле, видимо, да, поскольку через все проповеди Спасителя проходит мысль о грядущем Царствии Небесном. Чем это может быть с научной точки зрения, мы обсудим чуть дальше, а пока предположим, что это что-то такое хорошее и приятное, где совсем нет места дьяволу, то есть регрессу. Напомним, что речь идет исключительно о социальном развитии. Наверняка должен быть указан и путь к подобному процветанию, путь, имеющий в себе рациональное зерно, ибо, в противном случае, популярность христианства во всем мире трудно объяснить. Ну, и Сын Божий – это человек, или образ человека, сей путь указавшего, или хотя бы намекнувшего, в какой стороне его искать.

В чем здесь сложность? Сложность в том, что судя по результатам, Иисус или, если такового не существовало, то неизвестный, или группа неизвестных основателей движения, были гораздо умнее большинства последователей и толкователей, следствием чего должно было быть, и, скорее всего, было сильное извращение если не сути, то, по крайней мере, важных деталей исходного христианского учения. Нечто вроде детской игры в “испорченный телефон”. В частности, учение должно было подвергаться неким трансформациям в соответствии с социально-экономическими, политическими и культурными условиями по принципу “у кого что болит, тот о том и говорит”. Иными словами, анализируя Евангелия, мы, в значительной степени, анализируем лишь отчасти традицию или канон, а отчасти (и может, даже, в большей степени) огромный культурный пласт, в котором старое перемешано с новым, а важное с неважным.

Оговорившись таким образом, вдохнем поглубже и приступим.

Христианство невозможно представить себе без его центральной фигуры – Иисуса Христа, Спасителя. Личность его весьма колоритна. Являясь Сыном Божьим, он родился от смертной женщины – Девы Марии – вследствие чего, примерно через раз, называл себя Сыном Божьим, а через раз – Человеческим. Звучит немного забавно, но так оно и есть. Присмотримся ко всему этому поподробнее, разумеется, по возможности, рационально. 

Канон /От Луки/ описывает это дело примерно так: жили были (дева?) Мария и муж ее (?) Иосиф, плотник, с которым она была лишь помолвлена (?) (напомню, что в Талмуде, собрании иудейских законов, сказано, что обручение производится путем полового сношения и, между прочим, может быть проведено, начиная с трех лет). И явился Марии ангел, и сообщил, что она зачнет от Духа Святого непорочно, и Сын ее будет Спасителем. А перед этим была другая пара: муж, именем Захария, и жена, именем Елисавета, если верить Библии, страдавшая бесплодием. Но для Бога нет ничего невозможного: Елисавета забеременела, будучи “в летах преклонных”, а ее муж, которому было видение (?) о сыне, и который посмел усомниться в возможности такого каприза природы, в наказание (?) онемел, вплоть до момента рождения (говоря современным языком, с ним случился истерический припадок с временным расстройством речевой функции). Родился сын, нарекли его Иоанн, а в последствии (за заслуги) прозвали Крестителем. Наследственность неважная с обеих сторон: мать бесплодная, отец страдает истерическими припадками и галлюцинациями (видениями?). Последствия налицо: выросши, удалился в пустыню, где имел “глагол Божий” (?), после чего начал бродяжничать и проповедовать.

Дева (?) же Мария в положенный срок родила младенца, которого нарекли Иисус, и которому приходили поклониться не то волхвы /Матфей,2,1-12/, не то пастухи /Лука,2,8-18/, что, пожалуй, более вероятно. Существует очень нелюбимый церковью и, потому, малоизвестный вариант описанных событий, изложенный классическими историками Юстином, Тертуллианом, Кельсусом и Оригеном, согласно которому, Иисус из Назарета был внебрачным сыном крестьянки Марии от римского солдата Пантеры, с которой муж ее после этого, в соответствии с иудейскими законами, развелся. Намек на это есть и в Евангелии: когда происходит вполне принципиальный спор Иисуса с фарисеями, они, как бы между прочим, заявляют Иисусу: “Мы не от любодеяния рождены”, – после чего, в лучших традициях кухонных склок, следует мгновенный переход на личности. Он им: “Сыны дьявола”, – они ему: “Бес в тебе”,– с чем и разошлись /Иоанн,8,41-52/. В принципе, это вполне возможно, если учесть некоторые странности: например, Иисус не разрешил ученику похоронить тело отца: “Предоставь мертвым погребать своих мертвецов.”(?) /Матфей,8,21-22/. А как же пятая заповедь Моисеева: “Почитай отца твоего и мать твою...”, – которую сам же Спаситель несколько позже цитирует /Матфей,19,19/? Или “Живая собака лучше мертвого льва”? 

Во всяком случае, вполне возможно, что детство Иисуса было далеко не безоблачным. Отчасти, об этом говорит знаменитое “Нет пророка в своем отечестве” /Матфей,13,57; Лука,4,24/, а, отчасти, неприветливое, мягко говоря, отношение к Матери и братьям /Матфей,12,46-50/. Даже тень подозрения в незаконнорожденности могла здорово отравить жизнь маленькому иудею, и, в этом случае, личность Христа, формируясь в обстановке общего отчуждения, и, при условии даже небольшой наследственной предрасположенности (что весьма вероятно, если вспомнить, что мать его имела видения, или, говоря современным языком, страдала галлюцинациями), могла обрести маниакально-депрессивные черты. В частности, “комплекс мессии” (одна из форм мании величия), которому, согласно классическому фрейдовскому психоанализу, всегда сопутствуют те или иные сексуальные расстройства – либо латентная гомосексуальность из которой берут начало две крайности – или аскетизм, то есть полное отрицание пола, или гиперсекс, то есть замена истинного объекта влечения серией эрзац-объектов, не приносящих удовлетворения – либо (имеющие, если верить Фрейду, те же корни) садизм или мазохизм, которые есть просто формы сублимации неестественного влечения в навязчивую идею разрушения или саморазрушения и крайнее проявление которых – убийство или самоубийство. Бред? Ну, как сказать... 

Согласно Евангелию от Луки, в возрасте 30-ти лет Иисус “начал Свое служение”. Сначала сходил к Иоанну и покрестился, а затем отправился в пустыню. Там Он сорок дней ничего не ел и стойко переносил искушения от дьявола (кстати, это первое появление сатаны в Новом Завете), а “напоследок взалкал”. И чего же Он взалкал? Сначала хлеба – это понятно, попробуйте сорок дней не есть! Потом... власти! Причем, не слишком мелочась, сразу над “всеми царствами вселенной”. И, напоследок, самоубийства /Лука,4,1-13/. Обратите внимание, речь идет о здоровом, хотя и проголодавшемся, 30-летнем мужчине, не о высохшем старце. Чего-то явно не хватает, что-то лишнее. Прямо, не к столу будь сказано, как у Фрейда. Но, искушения Он выдержал, честь Ему и хвала. Кстати, следует обратить внимание на то, что этот эпизод – один из немногих, повествующих о духовном мире Спасителя и единственный из них, чье авторство можно достоверно приписывать самому Христу (свидетелей, если не считать сатану, не было), разумеется, настолько достоверно, насколько вообще достоверны Евангелия.

Ну, а дальше начинается уже полномасштабная борьба с князем мира сего /Иоанн,12,31/, исцеления и знамения, проповеди и обличения, вплоть до самого креста. И все это с полным осознанием скорого конца, который Иисус предсказал до деталей /Матфей,20,17-19,Лука,18,32-33/. Учитывая тот факт, что Спаситель все предвидел и Сам отбирал Себе двенадцать учеников-апостолов, можно смело говорить, что Иуда Искариот исполнял не только и не столько сатанинскую волю /Лука,22,3/ сколько “промысел Божий”, а может быть и человеческий (иными словами, грамотно задуманную провокацию). Косвенные указания на это: фраза Иисуса: “То, что делаешь, делай скорее” /Иоанн,13,27/,– и обращение “друг”, когда уже все ясно (хотя Ему и раньше все было ясно), когда Иуда привел народ “с мечами и кольями” и вполне очевидной целью /Матфей, 26,50/. Возможно, сюда же относятся “поцелуй Иуды” и его последующее самоубийство /Матфей,27,3-5/, хотя это, психологически, значительно более зыбко. То есть, исходя из сказанного, Иуда Искариот, возможно, фигура более трагическая, чем обычно принято думать. Правда, было также сказано Иисусом апостолам: “Один из вас есть дьявол” (лжец и отец лжи?) /Иоанн,6,70/.

Чем еще интересны проповеди Иисуса для внимательного читателя, так это их непоследовательностью. Возможно, вследствие позднейших правок, а, возможно, вследствие слегка параноидального стиля мышления и характерной для него нелогичности. “Кто не со Мною, тот против Меня” /Матфей,12,30/ “...Кто не против вас, тот за вас (апостолам)” /Марк,9,40/. С одной стороны, “...удобнее верблюду пройти через игольные уши, нежели богатому в Царство Божие”, и, тут же “человекам это невозможно, Богу же все возможно.” /Матфей,19,23-26/. Про отношение к родителям уже говорилось. Еще? “...всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду” /Матфей,5,22/, а апостолам, попавшим под горячую руку (исцелять прикосновением не научились, бездельники!): “О род неверный и развращенный! доколе я буду с вами? доколе буду терпеть вас?..”/Матфей,17,17/. Вывод? Одна из причин популярности христианства, как этического учения, может заключаться в том, что здесь каждый находит жизненные принципы по вкусу. Вспомним крестовые походы со всей сопутствующей кровью и сравним с христианским “возлюби ближнего своего, как самого себя”.

Возвратимся, однако, к дьяволу, с которого мы начинали. Чаще всего (в Евангелиях) он встречается в двух местах. Во-первых, в так называемых бесноватых, то есть одержимых бесом, психически больных, которых Иисус и ученики его, походя, исцеляют. Любопытно, что народная молва делит душевнобольных на две группы, что, кстати, отражено в языке, на бесноватых и на блаженных или убогих, т.е. принадлежащих богу. “Корень зла” один – психические болезни, а отношение совершенно разное. И это не только в русском языке, арабское слово “джинн” обозначает и “злой дух” и “сумасшедший”, от него же происходит слово “гений”. Еврейское слово “нави” обозначает и “пророк” и “сумасшедший” (библейский Иисус Навин, тот самый, который начисто стер с лица земли пять народов и перебил “все дышащее”, чтобы расчистить евреям жизненное пространство /Книга Иисуса Навина,10/ ведет свое прозвище от этого корня; забавно, но наводит на размышления). И, во-вторых, в обличениях, направленных против книжников, фарисеев и саддукеев, хотя и не так часто.

В обвинениях в адрес упомянутых власть имущих нет недостатка. Они, если верить Христу, скупы, лживы, лицемерны, жадны, злобны /например, Матфей,12,34-40/. Сам же Спаситель постоянно находится среди “мытарей и грешников”, совершенно резонно объясняя это тем, что “не здоровые имеют нужду во враче, но больные” /Матфей,12,9/. И “не праведников он пришел призвать к покаянию, но грешников” /Там же/. Однако, нигде и никогда не звучат в его проповедях обвинения в адрес этих самых грешников. Одни лишь мягкие призывы и увещевания. И ни разу не называет он их кем-нибудь, вроде “сынов дьявола”. Вот уж, воистину, христианское терпение! Когда читаешь Евангелия, невольно возникает впечатление, что иудейские первосвященники, которых Спаситель перманентно обличает в пороках /например, Матфей,15,1-20, Лука,11,39-54/, одержимы сатаной гораздо сильнее, чем основная аудитория, состоящая из неимущих. Эти пороки, естественно, не афишируются, однако народу о них известно, поскольку таковые обличения он встречает с пониманием. Но! Не идет Иисус к книжникам и фарисеям, чтобы “призвать к покаянию”. И не только не идет, но и отказывается им хотя бы “знамение явить”, хотя те ему недвусмысленно говорят: покажешь чудо, уверуем, что ты Сын Божий /Матфей,16,1-4/. Ну, что ему стоит? Покажет, глядишь, и уверуют. Ну, хотя бы один-два. И спасутся. Ан, нет! “Род лукавый и прелюбодейный (это Он о фарисеях!) ищет знамения, и знамения не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка” /Матфей,12,39-40/. Речь идет о том, что Иисус будет распят и мертв три дня, а на третий день воскреснет, подобно тому, как Иона пребывал три дня “во чреве китовом” /Кн. Ионы,2,1/. Странно?

Конечно, основная тема Евангелий – это проповеди и притчи Спасителя. Для внимательного читателя с логичным складом ума, они подобны лабиринту, в котором, местами, отдельные мысли или фразы лежат совершенно открыто, сверкая и переливаясь, однако чаще встречаются запечатанные ларцы, а то и сундуки, которые надо уметь открыть, если хочешь насладиться содержимым. Подробно анализировать все (по мнению авторов Евангелий) сказанное Христом, увы, нет времени и места, ограничимся одним примером первого рода и одним второго. 

“Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего пред свиньями, чтоб они не попрали его ногами своими...” /Матфей,7,6/. Отлично сказано и вошло во многие поговорки. 

“Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые: Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые.” /Матфей,7,16-18/. Дальше идут конкретные рекомендации, как поступать с худыми деревьями. Думаете, под этими словами подпишутся только садовники? Нет, еще генетики и селекционеры, психологи и воспитатели, криминалисты и социологи, историки и ..., да, мало ли еще, кому приходится иметь дело с плодами чего бы то ни было. 

Честно говоря, из-за отсутствия места, мы взяли в качестве второго примера вещь достаточно очевидную. Приведем еще одну, более темную для истолкования, фразу, но уже без комментариев: “Входите тесными вратами; потому что широки врата, ведущие к погибели, и многие идут ими...” /Матфей,7,13/

Всем праведникам и раскаявшимся грешникам Иисус обещает Царствие Небесное. Что бы это могло быть? Это будущее, и будущее реальное, земное и человеческое, ибо “...и приидет Царствие Твое ... и на земле, как на небе” /Матфей,6,10/. Это вещь тайная и не для всех очевидная, ибо “...для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано.” /Матфей,13,11/. Но: “Нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, чего не узнали бы.” /Лука,12,2/. И “...не придет Царствие Божие приметным образом,... ибо вот, Царство Божие, внутрь вас есть.” /Лука,17,20-21/. “И Я знаю, что заповедь Его есть жизнь вечная” /Иоанн,12,50/. Что бы это такое могло быть, что сулит “жизнь вечную”, находится внутри нас, будучи тайным, проявляется явно и реально (“на земле”)? Не скажем, поскольку в нашем понимании, это есть всего лишь модель, а любая модель, по отношению к оригиналу, является односторонней. Почему и сказано: “Слово реченное есть ложь”. Ну, и, конечно, дьявол, как обычно, бродит где-то поблизости. “Поле есть мир, доброе семя, это – сыны Царствия, а плевелы – сыны лукавого; Враг, посеявший их, есть дьявол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы.” /Матфей,13,38-39/.

К счастью, Новый Завет (и это, конечно, не случайно) включает не только Евангелия, но и Деяния Апостолов, и Послания, преимущественно одного из них, Павла. Деяния есть не что иное, как описания проповедования раннего христианства немногочисленными последователями, и почти ничего интересного не содержат. Есть только три исключения (о третьем немного позже): во-первых, клеймя некоего волхва и чародея (лжепророка) Павел называет его “сыном дьявола” /Деяния,13,10/. И, во-вторых, дальше упоминается некая служанка, “одержимая духом прорицания”, которая возвещала, что Павел и прочие есть “рабы Бога Всевышнего и возвещают путь спасения”. Павлу это не понравилось, и духа он из нее изгнал /Деяния,16,16-18/. А непонятно здесь, чем этот самый “дух прорицания” отличался от “Святого Духа”, который периодически “нисходит” на избранных, ведь говорил абсолютно то же самое и теми же словами? И почему, в этой связи, говорят, что самые ревностные святые – обращенные грешники (сам Апостол Павел не кто иной, как...)? Почему пророков так часто обвиняют в “одержимости”, что во многих языках эти слова слились в одно? Почему про Иисуса Христа, который, кстати, в мусульманской традиции почитается, не как Сын Божий, а как один из пророков (“Исса”), наравне с Моисеем (“Муса”) и Мухаммедом, “многие из Иудеев” говорят, что он “одержим бесом и безумствует”? /Иоанн,10,20/ И дорога от безумия к святости, от сумасшедшего к Апостолу и от беса к Богу не короче ли, чем обычно думают? Слово Павлу: “...если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтоб быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом...” /1Коринфянам,3,18/.

Но вернемся, в очередной раз, к нашему дьяволу. В посланиях он встречается весьма часто, преимущественно как искуситель, отец греха, покровитель язычников и идолопоклонников и т.д. Обличая и обвиняя же всех грешников, язычников и идолопоклонников Апостолы всегда и везде в первую очередь ставят им в вину “блуд” /1Петра,4,3-4; Иуда7-9; Римлянам,1,24-32; 1Коринфянам,5,1-2; там же,6,9-10; там же,10,6-7; Галатам,5,19-21; и т.д./. Что понимается под блудом, тоже дают понять достаточно ясно. Это самые разнообразные половые извращения, в первую очередь, гомосексуализм, ну, и все остальное, перечисленное достаточно подробно /например, Римлянам,1,24-32/. То есть то, что, как уже упоминалось, в американском законодательстве называется “преступление против природы”. Кстати, третье любопытное место в “Деяниях” касается выступления Павла против храма Артемиды в Эфесе /Деяния,19,24-37/. Вроде бы ничего особенного. Тонкость, однако, в том, что Артемида (у римлян Диана) считалась богиней охоты, чего-то еще и ... девственности. Жрицы ее давали нечто вроде обета чистоты, а культ был в античной традиции тесно связан с понятием “амазонка”, то есть женщина, отрицающая пол и нормальные отношения вплоть до выжигания одной груди, чтобы удобнее было стрелять из лука. Этакая античная феминистка. То есть почему-то, всегда и везде, особое внимание разнообразным половым отклонениям. Помните, Ветхий Завет и первородный грех, первопричину всех грехов человеческих, непосредственно связанный с полом? А Новый Завет развивает эту мысль: “Но каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственной похотью; Похоть же, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть...” /Иакова,1,14-15/. И дальше поясняется, что все грехи ходят букетом, будучи между собою связаны: “Кто соблюдает весь закон, и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем.” /Иаков,2,10/. А старик Фрейд много веков спустя аргументированно показал, что сексуальные нарушения очень тесно связаны с психическими, которые, в свою очередь, часто ведут к преступлению (тут и агрессивность, и садизм-мазохизм, и масса прочих прелестей, но это выходит за рамки данной работы). Кстати, в этом же кроются корни разнообразного анархизма, нигилизма и прочего бунтарства из принципа, против всего на свете (мания разрушения?): “А наипаче тех, которые идут вслед скверных похотей плоти, презирают начальства, дерзки, своевольны и не страшатся злословить высших...” /2Петра,2,10/; “...вас, мертвых, по преступлениям и грехам вашим, В которых вы некогда жили, по обычаям мира сего, по воле князя, господствующего в воздухе, духа, действующего ныне в сынах противления, Между которыми и мы все жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие...” /Ефесянам,2,1-3/. И, увы, сейчас можно говорить достаточно определенно: если сам грех не наследуется, то предрасположенность к нему, сексуальная (латентная гомосексуальность) и психопатологическая наследуется, и еще как. А что по этому поводу говорят Апостолы? “Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху. Ибо не понимаю, что делаю; потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю ... А потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех.” /Римлянам,7,14-17/. “Мы знаем, что рожденный от Бога не грешит; но что рожденный от Бога хранит себя, и лукавый не прикасается к нему.” /1Иоанна,5,18/.

Что же мудрейшие отцы церкви советуют для борьбы с врагом рода человеческого, воплотившегося в нечто вроде наследуемого сексопатологического и психопатологического комплекса? Ну, рецепт известен. Христос, например, “И сказал им: сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста.” /Матфей,17,21; Марк,9,29/ “Итак, как Христос пострадал за нас плотью, то и вы вооружитесь тою же мыслью; ибо страдающий плотью перестает грешить” /1Петра,4,1/ “Итак умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение, За которые гнев Божий грядет на сынов противления...” /Колоссянам,3,5-6/. В том-то и фокус! Не говорят отцы: “Женись, роди детей и живи нормально”, нет. Комплекс-то наследуемый. А говорят: “Умерщвляй плоть, постись и кайся, глядишь и отмолишь прощение за грехи”. Получай прощение и ступай в рай, а детей пускай нормальные люди плодят. У Иисуса об этом сказано довольно кратко и афористично: “...оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей и будут два одною плотью.” /Матфей,19,5; Лука,16,18/ А кто разводится с женой, тот грешит, ибо прелюбодействует /Там же/. У Апостола же Павла сказано гораздо пространнее, поскольку он, в отличие от Иисуса, давал конкретные рекомендации. Этому вопросу посвящена вся глава 7 в 1-м Коринфянам. Но идеи те же самые, то есть именно то, что можно назвать нормальным супружеством. То, что наиболее соответствует биологической и социальной природе человека. Однако анализ этого момента, который может быть оспорен многими последователями иных религий и учений, живущими по иным принципам, выходит далеко за рамки этой скромной работы, вследствие чего на сем мы и закончим, сказав на прощание: “Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы” /1Коринфянам,15,33/

Закончим же иными словами /2Коринфянам,4,18/, которые особенно близки истинно биологическому сердцу, поскольку говорят о сокровенном:

“Когда мы смотрим не на видимое,

но на невидимое, ибо видимое временно,

а невидимое вечно.”