Социология религии: концепция Э. Дюркгейма

Социология религии: концепция Э. Дюркгейма

Яблоков И.Н., доктор философских наук

Важное место в социологической теории религии занимает концепция Э. Дюркгейма, известного французского социолога и философа, одного из основателей социологии религии. В трудах “Метод социологии”, “О разделении общественного труда” излагаются его общесоциологические идеи; рассмотрению проблем социологии религии посвящено сочинение “Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система в Австралии”. В области философии Дюркгейм стоял на позициях позитивизма, при анализе религии использовал данные истории, этнографии, других наук.

Согласно Дюркгейму, общество — это реальность sui generis, оно обладает собственными чертами, которые не обнаруживаются в остальной Вселенной, и включает социальные факты, не сводимые к экономическим, психологическим, физическим и прочим фактам. Социальные факты объективны, существуют независимо от индивида и имеют принудительную силу по отношению к нему. Среди них выделяются морфологические факты, образующие “материальный субстрат” общества — плотность населения (частота контактов и интенсивность общения людей), пути сообщения, поселения и т. д., а также нематериальные, т. е, духовные — “коллективные представления”, которые в совокупности составляют коллективное или общее сознание. Дюркгейм отвергает сведение социального к биологическому и психологическому: необходимо объяснять “социальное социальным”. Для этого используется идея общественной солидарности. Последняя истолковывается в двух аспектах: как механическая, которая свойственна архаическим обществам; и как органическая, развивающаяся в современных обществах, где осуществляется далеко идущее разделение труда. Общество характеризуется с помощью представлений, имеющих совершенно иное содержание, нежели представления чисто индивидуальные: это коллективные представлений. Они являются продуктом огромной кооперации. Чтобы их создать, бесчисленное множество разнообразных умов соединяли, смешивали, комбинировали свои идеи и чувства; длинные ряды поколений аккумулировали в них свои знания и опыт. Своеобразная интеллектуальность, бесконечно более богатая и сложная, чем интеллектуальность индивида, как бы сконцентрирована в , совместных представлениях. Категории (времени, пространства, причины и пр.) являются представлениями главным образом коллективными, они выражают состояния группы, зависят от способа, которым она построена и организована, от ее морфологии, религиозных, нравственных, экономических институтов и т. д.

Авторитет разума представляет собой авторитет самого обществ которое обусловливает “логический конформизм”; категории начально выражают состояние общества.

При определении понятий религии Дюркгейм использовал метод истории; по его мнению, она составляет единственный тод объяснительного анализа, применимый для рассмотрения новейших религий: необходимо проследить тот исторический путь, на котором они постепенно формировались. История позволяет разложить институт на его составные части, поскольку показывает их рождающимися во времени. С другой стороны, помещая каждый институт в совокупность обстоятельств его возникновения, история дает нам в руки единственный возможный метод,. определить породившие его причины. Когда предпринимается попытка объяснить какое-нибудь человеческое явление, взятое в определенный момент, — религиозное верование, нравственное правило, правовое предписание, художественная техника, экономический порядок — надо начинать с нисхождения к его наиболее простой, первобытной форме.

Поскольку все религии, считал Дюркгейм, сопоставимы, постольку неизбежно существуют основные, общие для них элементы. Имеются в виду не внешние, легко обнаруживаемые черты, а внутренние, глубинные. Всем системам верований и культов присуще некоторое количество основных представлений и ритуальных установок, которые, несмотря на разнообразие форм, везде имеют одно и то же объективное значение и выполняют одинаковые функции. Это — постоянные элементы, образующие в религии то, что есть в ней вечного и человеческого; они составляют объективное содержание идеи, которую выражают, когда говорят о религии вообще. Дать общее определение религии возможно от-нюдь не путем наблюдения сложных религий, возникающих в ходе истории. Каждая из них сформировалась из столь раэнообразных элементов, что очень трудно отличить вторичное от главного, существенное от преходящего. Совершенно иначе обстоит дело в низших обществах. Незначительное различие индивидуальностей, меньшие размеры группы, однородность внешних условий способствуют сведению различий и изменчивости к минимуму. Группа постоянно создает интеллектуальное и моральное единообразие; все одинаково присуще всем; движения стеротипиэированы. Преходящее, второстепенное, избыточное еще не стало скрывать главное. Все сведено к необходимому, без чего религия не может существовать. Но необходимое — это также и существенное, т. с. то, что нам важно прежде всего познать. Первобытные религии позволяют не только выявить свои конструктивные элементы, но и объяснить их. Поскольку факты здесь проще, связи между ними также проступают более явственно. В первобытных религиях религиозный факт еще несет на себе отпечаток своего происхождения.Причины, от которых зависят наиболее существенные формы религиозных мышления и практики, наблюдать тем легче, чем менее сложны общества, в которых эти формы наблюдаются. Поэтому для выявления общих признаков религии Дюркгейм исследовал тотемическую систему в Австралии.

Рассматривая имеющиеся определения религии, он подверг критике точку зрения, согласно которой для всякой религии характерно понятие сверхъестественного. Оно обычно применяется к любой категории явлений, выходящих за пределы нашего разума; сверхъестественное — это мир таинственного, непознанного, непостижимого. Но, по мнению социолога, эта идея весьма поздно появляется в истории религий; она совершенно чужда не только народам, называемым первобытными, но также и всем тем, которые не достигли известной степени интеллектуальной культуры. Идея сверхъестественного возникла недавно и предполагает противоположную идею, которая не содержит в себе ничего первобытного. Для того, Чтобы назвать некоторые факты сверхъестественными, нужно уже обладать чувством, что существует естественный порядок вещей, т. е Явления Вселенной связаны между собой необходимыми отношениями, законами. Когда этот принцип принят, все, что нарушает законы, с необходимотью должно представляться находящимся как бы вне природы и следовательно, вне разума. Но подобное понятие об универсальном детерминизме — недавнего происхождения; даже велчайшим классическим мыслителям древности не удалось его осознать в полной мере, это завоевание позитивных наук, а противоположное понимание не могло ему предшествовать. Понятие религиозного далеко не совпадает с понятием необычного, непредвиденногоу таинственного. Идея таинственного не содержит в себе ничего исходного. Она не дана человеку изначально, поэтому занимает какое-то место лишь в небольшом числе развитых религий. Идея сверхъестественного не применима для общего определения религии.

Не удовлетворяло Дюркгейма и определение религии через понятие божества; есть обряды без богов и даже такие, от которых происходят боги. Не все религиозные свойства проистекают от личностей божеств.Существуют культовые отношения, не имеющие целью соединять человека с божеством. Следовательно, религия выходит за рамки идеи богов и духов.

Определяя религию, Дюркгейм прежде всего констатировал, что она главным образом представляет собой “социальный факт”. Элементарные религиозные явления он разделял на две категории: верования и обряды. Первый — состояния сознания, они выражаются в представлениях; вторые — определенные способы действия. Чтобы охарактеризовать данное действие, нужно обозначить его объект, специфическая природа которого выражена в веровании. Определить обряд можно после того, как определено верование. Все известные религиозные верования содержат одну и ту же общую черту: классификацию реальных или идеальных явлений на два класса, два противоположных рода, обозначаемых обычно терминами “профанное” и “священное”. Разделение мира на области, из которых одна включает в себя священное, другая — профанное, — отличительная черта религиозного мышления. Верования, мифы, догмы, легенды — это или представления, или системы представлений, выражающие природу священных явлений, свойства и способности, которые им приписываются, их историю, отношения между собой и с профанными явлениями. 

Но под священными явлениями не следует понимать только те личные существа, которые называются богами или духами; утес, дерево, родник, камень, кусок дерева, дом — словом, любая вещь может быть священной. Обряд тоже имеет эту особенность; не существует обряда, которому бы она в какой-то степени не была присуща. 

Разнородность священного и профанного абсолютна; в истории человеческой мысли нет другого примера, двух категорий вещей, столь глубоко дифференцированных, столь радикально противостоящих друг другу. Священное и профанное всегда и везде для человеческого ума суть два отдельных рода, два мира, между которыми нет ничего общего. Религиозное явление предполагает постоянно двойственное разделение познаний и познаваемой Вселенной на два рода, охватывающих все сущее, но радикально исключающих друг друга. Священные вещи защищены и отделены запретами; непосвященный не должен, не может безнаказанно их касаться. Профанные — те, к которым эти запреты применяются и которые должны оставаться на расстоянии от первых. Религиозные верования выражают природу священных вещей и их отношение либо между собой, либо с профанными вещами; обряды представляют собой, правила поведения, предписывающие, как человек должен вести себя со священными вещами. Священный характер какого-то объекта не является ему самому внутренне присущим: он им наделяется. Мир религиозных вещей не образует особого аспекта эмпирически данной природы; он надстроен над ним.

Религиозные представления являются коллективными представлениями, выражающими коллективные реальности; обряды — это способы Действия, возникающие только в группах и призванные возбуждать, поддерживать или восстанавливать определенные ментальные состояния этих групп. Религиозные верования всегда являются общими для определенной группы, которая открыто признает свою приверженность им и связанным с ними обрядам. Они не только допускаются всеми членами данной группы в качестве личного дела, ни являются делом группы и создают ее единство. Составляющие ее индивиды чувствуют себя связанными между собой уже тем только, что у них общая вера. Общество, члены которого едины потому, что они одинаково представляют себе священный мир, его отношения с профанным миром и выражают это общее представление в одинаковых действиях, — есть то, что называют Церковью. Священное производится обществом, наделено особым моральным авторитетом и властью. Ему присущи два свойства: запретность, отделенность от всего прочего и способность быть объектом любви и уважения; священное — источник принуждения, запрета и одновременно предмет поклонения. Сферу профанного образует повседневная жизнь с частными интересами, обычными занятиями, эгоистическими наклонностями. С помощью разделения священного и профанного Дюркгейм осмысливал соотношение социального и индивидуального и на этой основе дал следующее определение религии: “Религия представляет собой целостную систему верований и обрядов, относящихся к священным вещам, т. е. вещам отделенным, запретным; это система таких верований и обрядов, которые объединяют в одну моральную общину, называемую Церковью, всех тех, кто признает эти верования и обряды”. Религия есть особая форма выражения общественных сил, которые стоят выше индивидов и подчиняют их себе, она являет собой “систему идей, .при помощи которой индивиды представляют себе общество, членами которого они являются, и темные, но интимные связи, которые они с ним имеют”. Коллективный способ жизнедеятельности, общество, составляет объективно существующую реальность, являющуюся причиной, объектом и целью религиозных верований и ритуалов. Источником религии Дюркгейм считал общественно-психологический процесс общения, коллективную психологию, возникающую на базе внеэкономической непроизводственной деятельности.

Дюркгейм специально подчеркивал наличие в религии систем знаков, эмблем, символов. По его мнению, эмблема используется в качестве связующего, собирательного центра любой группы. Выраженная в материальной форме, эмблема социального единства делает его более очевидным. Индивидуальное сознание остается закрытым для всех остальных; члены группы могут общаться только с помощью знаков, которые выражают их внутренние состояния. Если между ними устанавливается общение, которое становится реальной общностью, и в одно общее сознание сливаются все партикулярные сознания, то знаки, их выражающие, как бы сливаются в один — единственный и уникальный знак. Использование эмблематических символов дает индивидам знать, что они едины. Коллективные представления предполагают воздействие и реагирование на воздействие со стороны другого; они суть продукты таких взаимодействий, которые возможны лишь через материального посредника. Индивидуальное сознание не способно вступать в контакт с некоторым другим, не выходя за пределы себя самого; но оно не может этого сделать помимо каких-то движений. Их гомогенность есть то, что дает группе осознание себя. Если однажды гомогенность установилась и движения приобрели стереотипную форму, то они служат символизации соответствующих представлений, — однако лишь потому, что принимают участие в их формировании. Без символов “социальное сознание” может иметь только непрочное, случайное существование.

Дюркгейм выделял ряд функций религии, главной из которых считал создание и укрепление общественной солидарности. Религия посредством прежде всего культа конституирует общество как целое: подготавливает индивида к социальной жизни, тренируя послушание (дисциплинирующая функция), укрепляет социальное единство (сплачивающая функция), поддерживает традиции, верования, ценности (воспроизводящая, транслирующая функция), возбуждает чувство удовлетворенности, социальный энтузиазм (воодушевляющая, эйфорнческая функция). Религия выполняла и выполняет также познавательную функцию. Нет религий, которые были бы ложными; все они по-своему истинны: каждая, хотя и по-разному, соответствует данным условиям человеческого существ вания. И все же познавательная функция стала присущей по преимуществу науке, она и другие области духовной деятельное постепенно оттесняют традиционные религии. Научные, экономические, политические функции отделяются от традиционно религиозных; область традиционной религии все более сокращается сравнению с областью повседневной жизни, развиваются нетрадиционные формы религиозности.

Дюркгейм подверг обстоятельному анализу австралийскую тотемную систему. Тотем символизирует включенность индивидуума в определенную группу, является знаком ее интеграции, репрезентирует индивидуальные силы группы. Он позволяет определить принадлежность индивидуума к данному клану и отличить его от представителей других кланов. С помощью тотемизма австралийцы упорядочивают свои знания о природе. Клан устанавливает связь со своим тотемом, но каждый член знает и тотемы всех чужих кланов. Так как у каждого клана в качестве тотема выступает определенный вид животных или растений совокупность тотемов соответствует совокупности существующих в природе видов, известных людям. Этим способом природные явления сортируются по образцу разделения австралийского о щества на кланы. Тотемизм объясняет происхождение клана, поскольку считается, что каждый клан произошел от определенного вида животного или растения. Система тотемизма дает схему для упорядочивания знаний о природе. Важнейшей функцией тотемов Дюркгейм считал символизацию жестких, стоящих выше каких бы то ни было сомнений, запретов, относящихся к облает священного. Тотемы являются шифрами главных религиозны запретов и наказаний. Членам клана запрещается отрицание об щих верований, уклонение от ритуальных празднеств. Носителям одинаковых тотемов не разрешается половое общение друг с дру-гом: мужчины должны искать себе женщину в чужих кланах тем самым вступать в контакт с этими кланами. Посредством женитьбы складываются распространяющиеся за границы клана связи, конституирующие австралийское общество. Хотя членам клана разрешено собирать тотемные растения и охотиться на тотемных животных, строго запрещено их съедать. Принесенные на совместные празднества, они могут быть обменены на дары природы, которые имеются у других кланов и на которые не распространяются пищевые запреты, действующие в данном клане. В этом случае тотемы, становясь средством обмена благами, управляют действиями, рождающими связи, что стоят над отдельным кланом и имеют конституитивное значение для становления и сохранения общества.

Дюркгейм полагал, что функции, подобные тотемным, выполняют любые религиозные символы. В последних предметно выражаются общественные связи. Бог создается не по образу и подобию индивидуума, а по образу и подобию общества. Отношение верующих к Богу правильно отражает те чувства, которые испытывает отдельное лицо, к обществу, а именно чувства почтительного подчинения. В этом состоит в конечном счете смысл и значение религиозных запретов и норм. Общество надевает наряд религии, прибегает к ее авторитету, чтобы сделать свои требования значащими для членов. Религия формирует, интерпретирует и передает из поколения в поколение правила и нормы, которые общество предъявляет индивидууму, и тем самым делает его общественным, а потому и моральным существом. В силу своей абсолютности религиозные нормы по сравнению с другими имеют наибольшее значение для интеграции общества.

Религия является душой общества, его необходимым структурным элементом, хотя она и может представать в политических, национальных и иных символах. Имеются такие формы религиозного поведения, которые не принадлежат какой-то определенной религии. И современное общество религиозно, даже если интеграция находит выражение в национальных и политических символах. Дюркгейм считал однотипными собрания христиан, ритуально отмечающих события из жизни Христа, или иудеев, празднующих исход из Египта, провозглашение десяти заповедей, с собраниями граждан в намять какого-нибудь национального события. 

По его мнению, первые системы представлений, создан” человеком о мире и себе, имеют религиозное происхождение. Нет такой религии, которая будучи умозрением относительно божественного, не была бы в то же время космологией. Философия и науки родились из религии; но она не ограничилась обогащением человеческого ума, а внесла вклад в формирование самого эти ума. Люди в значительной мере обязаны ей не только содержанием своих познаний, но также и формой, в которую эти познания отлиты. В основе наших суждений существует несколько понятмй, господствующих над всей интеллектуальной жизнью: време-ни, субстанции, личности и т. д. В первобытных верованиях содержатся главные из этих категорий; они родились в религии и из религии, они продукт коллективного религиозного мьшления.