Русское православие, как разновидность христианской религии

МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕСПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СУРГУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ГУМАНИТАРНЫЙ ФАКУЛЬТЕТ



































РЕФЕРАТ

по предмету

ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ



Тема: «РУССКОЕ ПРАВОСЛАВИЕ, КАК РАЗНОВИДНОСТЬ 

ХРИСТИАНСКОЙ РЕЛИГИИ»











































Выполнил: студент Гуманитарного факультета 881 группы Бурмасов И.А.

Проверила: Агаркова А.Б.

Дата

Оценка

Подпись

 



Сургут 2000 г.




ОГЛАВЛЕНИЕ



Пролог……………………………………………………………………………………………………1

Немного о происхождении термина…………………………………2

ХРИСТИАНСКАЯ ЖИЛА РУССКОГО ПРАВОСЛАВИЯ………………3

ОБ ИСТОЧНИКАХ ХРИСТИАНСКОГО ВЕРОУЧЕНИЯ………………6

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ВЕРОУЧЕНИЯ………………………………………9

КУЛЬТОВЫЕ ОСНОВЫ РУССКОГО ПРАВОСЛАВИЯ…………………11



РАСКОЛ И РАСКОЛЬНИКИ………………………………………………………………17



ЛИТЕРАТУРА








Пролог



Хотел бы заметить, что изучением основ православия занимались крупнейшие историки и теологи, философы России всех времен. Но никто из них так и не удосужился систематизировать процесс изучения данной теологической системы. А разделение изучения образа жизни русского человека, его бытовой культуры и с другой стороны православного христианства очень поспособствовало бы принципу объективности мнения о данной теологической системе. Я говорю о том, что не правильно считать Православие христианством. В культурологическом аспекте я разделяю Православие и Православное Христианство лишь потому, что русская культура также делится на две стороны: религиозная и бытовая. Вот как раз бытовая сторона, впитав языческие предрассудки и культы на основе церковного календаря и стала Православием, а то, что называют Православным Христианством является сложной теологической системой и ее могли исповедовать только те, кто имели к богослужению непосредственное отношение, да и то не все из них.  

И говорить сегодня о возрождении той духовности, что будто была на Руси и в России ранее, нельзя, так как духовность в понимании святости не существовала, и в понимании гуманности также отсутствовала. О большей гуманизации в общем понимании мы можем говорить только как о времени зрелости Советского государства. Да, не смотря на репрессии, диктатуру, развитие гуманистического начала в человеке в 50-60х годах 20 века было на высоком уровне по сравнению с уровнем 19 века, когда, как полагают современные исследователи русской культуры и была та самая духовность русского человека. И то, что представляет Православие сейчас является скорее истинно народной культурой, а не религией. Народной культурой, которая впитала все достижения славян за 12 веков. 

















Немного о происхождении термина



Вообще, происхождение данного термина «православие» обычно связывается с понятием ортодоксия (ortodox), в этимологии которого содержатся греческие слова, переводимые как «правильное мнение»1. К определению я добавлю, что понимать православие надо не как религию, а как теологическую систему, включающую ядро и множество толкований основ его. Именно так надо понимать православие с точки зрения краеугольного камня сей теологической системы – принципа соборности, который отсутствует в католицизме и его толках. С другой стороны, это понятие означает неуклонное следование основам и традициям какого-либо учения, избегающее даже малейших различий с исходными установками. Чаще всего оно употребляется в отношении ряда религиозных доктрин, а именно, таких, которые в качестве особого долга верующих предписывают соблюдение чистоты и неизменности вероучения. Можно говорить, например, об ортодоксальном иудаизме, исламской ортодоксии и т.п. В истории христианства ортодоксия всегда занимала заметное положение, вплоть до самоназвания через этот термин одной из конфессий. Вошедшее в обиход славянского мира слово «православие» — калька греческого понятия.

Сакральность и неповрежденность основоположений новой веры выступали свидетельствами ее непогрешимости, из чего выводился приоритет христианства для общественных порядков и нравственности, по сравнению с гетеродоксией (разномыслием) и политеизмом.

Свое понимание ортодоксии греко-кафолическая церковь распространяла и на смежные с Византией области славянства. Наибольший масштаб ее влияние получило в Киевской Руси, где «греческое» христианство оказалось лучше всего совместимо с процессами, происходившими в общественном устройстве и государственной идеологии.



1 Христианство: Словарь / Под общ. Ред. Митрохина Л.Н. и др. – М.: Республика. 1994. Стр.235.



ХРИСТИАНСКАЯ ЖИЛА РУССКОГО ПРАВОСЛАВИЯ



Было бы, однако, упрощением рассматривать принятие христианства на Руси как простое копирование византийского образца. На ранней стадии христианизации (конец Х - середина XI веков) одним из ведущих мотивов новой веры стала, по всей вероятности, очевидная инициаторам «крещения Руси» (988 г.) ограниченность прежних культов для складывавшегося государственного порядка. Поэтому сам факт вхождения в общехристианское пространство уже имел чрезвычайное значение, открывая многообещающие перспективы во всех областях.

Можно также полагать, что впечатления от данной акции переживались ее современниками без особого углубления в догматические тонкости, выглядевшие вторично по сравнению с самим событием. По этой причине подробности расхождений, обострившихся внутри христианства к середине XI века, воспринимались в русских землях еще довольно отвлеченно. В известной степени, подтверждением свободного отношения к никейской ортодоксии служит "полуарианская" закваска в тексте Символа Веры, который приводится летописным сводом начала XII века "Повесть временных лет" как образец избранного Русью вероисповедания (имеется в виду указание на "подобосущность" Бога Сына Богу Отцу)1. 

Вдобавок, отношения с Византией, откуда перенимались культ и церковное устройство, в силу взаимных политических претензий были не всегда безупречны. Это определенно сказывалось на интерпретации укоренявшейся религии. Нередкими даже были демонстративные контакты русских правителей с посланцами римско-католической церкви.





1 Экономцев И.А. Православие. Византия. Россия. Сб. статей. – М.: Христианская литература. 1992. – Стр. 132 









Но все-таки строй древнерусской государственности оказался более близок именно византийскому варианту взаимоотношений власти с церковью. Это стало решающим для судьбы греческой ортодоксии, которая укрепляется на Руси как непременный компонент христианского исповедания. Однако здесь у нее появилось новое измерение.

Изначально произошедшее сочетание восточно-христианской церковности с традиционным укладом древнерусской культуры привело к возникновению такого типа религиозной жизни, который воплотил в себе весьма специфическое понимание правоверия (или православия, как стали называть приверженность к ортодоксии).

Прежде всего обнаруживается, что охранение начал православия выходит за церковно-богословскую сферу и превращается в важнейшую функцию государства. Неуклонность следования вероучительной парадигме выступает уже не только критерием «православности», но и свидетельством лояльности мирским властям1. Те, в свою очередь, обеспечивают духовную монополию принятой версии христианства.

В отечественной истории периода XIV - XVII веков эти обстоятельства способствовали, в конечном итоге, бесповоротному возобладанию «царства» (в образе становящегося самодержавия) над «священством». Позднее, при синодальном возглавлении XVIII - начала XX веков, русская церковь и вовсе утрачивает остатки независимости, а православие превращается в официальную идеологию самодержавной монархии. В этом качестве оно входит во все структуры государства и общества, становясь универсальной санкцией и оправданием действовавших порядков российской жизни.

Совершавшаяся на протяжении тысячелетия ассимиляция православной церкви авторитарным, по многим своим чертам, российским государством привела к воспроизводству особого типа религиозной организации, способной адаптироваться к любым разновидностям отечественной политической системы.



1 История Русской Церкви. В 2-х т. – М.: Спасо-Преображенский Валаамский монастырь: Российский фонд мира. 1997. Стр. 96   



Вряд ли это свойство объяснимо только естественной потребностью в самосохранении. С момента возникновения на долю русской церкви выпало утверждать себя в среде, сохранявшей вполне развитые дохристианские — языческие — традиции. Существование этой, исполненной мифологизма, культуры продолжалось и в последующем, чему способствовали относительная стабильность общинно-патриархальных отношений и связанные с ними бытовые особенности, нравы, социально-психологические черты русского народа.

Скорее всего, испытывая воздействие неискоренимых «традиционных факторов», русская церковь оказалась подвержена закономерной эволюции в этноконфессиональном направлении. В результате, она неизбежно стала дистанцироваться от фундаментальной космополитической установки христианства, превращаясь в сугубо национально-государственный институт.

При таком положении церкви, греко-византийская ортодоксия образовала лишь как бы верхний, концептуальный уровень вероисповедания, получившего название русского православия. В глубине же массового религиозного сознания сложился этнически окрашенный православно-языческие синкретизм1. Не случайно, что в России для обыденного восприятия православие зачастую выступает как «национальная религия русских», а в числе доминант культового поведения всегда присутствует насыщенное магизмом обрядоверие. Институт церкви оценивается по его позиции в светских делах и по характеру социальной вовлеченности.

Однако, следует подчеркнуть: речь идет именно о религиозном течении и потому корректный подход к любым проявлениям православия невозможен без знакомства с его основными, культовыми и организационными параметрами. 



1 Власова М.Н. Русские суеверия. – М.: Азбука. 1998. Стр. 25













ОБ ИСТОЧНИКАХ ХРИСТИАНСКОГО ВЕРОУЧЕНИЯ



Основополагающим источником православия, как и всего христианства, является Библия. Особое значение ей придает образ богодухновенности, то есть внушения людям истин веры через божественное откровение. Следствием этого в христианстве стало отношение к библейским текстам как к Священному Писанию. Однако, несмотря на общепризнанную в христианской среде священность Библии, имеет место и некоторая конфессиональная специфика восприятия ее различных книг и сюжетов.

Православию, с его подчеркнутой приверженностью традиции, свойственно обращение к Священному Писанию в строгих рамках церковной интерпретации. Поэтому среди помещенных в Библии текстов главная роль отводится тем, что принадлежат канону — официальному своду книг, вероучительный авторитет которых признается всем христианским сообществом.

Для ветхозаветного раздела Библии наиболее достоверным православие полагает греческий перевод с еврейского и арамейского языков (Септуагинту), из которого к канону отнесено 39 книг, совпадающих с более ранним «палестинским списком» иудаистических текстов. Их называют протоканоническими. Остальные одиннадцать текстов (Товит, Юдифь, Послание Иеремии, Варух и др.) объявлены неканоническими, вследствие чего не имеют статуса богодухновенных, хотя и считаются нравственно полезными1.

В славянской среде начало активному хождению православной литературы положили Константин (Кирилл) Философ и его брат Мефодий, составители азбуки и переводчики Священного Писания. Принято считать, что одним из вдохновителей их «первоучительской» миссии был славившийся ортодоксальностью патриарх Фотий. До сих пор нет окончательной ясности, когда точно, где и на какое из наречий переводили церковные книги «солунские братья». 



1 Христианство: Энциклопедический словарь. В 3-х т. Л-С /Ред. колл. С.С.Аверинцев, А.Н.Мешков, Ю.Н.Попов. – М.: Большая Российская энциклопедия. 1995. Т.1 стр. 56. 



Однако установлен факт перевода Кириллом с греческого языка Псалтири и выборки фрагментов из Ветхого Завета, Евангелия и Апостола для богослужебного чтения. Несколько позже Мефодий осуществил полный перевод Священного Писания, за исключением неканонических текстов.

Славянский перевод Библии сыграл существенную роль в становлении русского православия как особого типа христианской ортодоксии. С одной стороны, восприняв греческую редакцию Священного Писания, русская церковь идентифицировала себя с восточно-христианской традицией. С другой же возможность знакомства с догматикой и отправление культа на родном языке освобождали русское христианство от духовно-религиозной зависимости со стороны Рима и Константинополя.

Считается, что полным переводом Библии русская церковь обладала уже в началу ХIII века. Но имели ли место единые полносоставные списки Библии — достоверно не известно (древний способ «уставного» письма приводил к очень большому страничному объему, поэтому помещение всего текста в один том было затруднительно).

В XIV - XV веках происходило уточнение славянского перевода Пятикнижия и Пророков, осуществлялись новые переводы (с еврейского языка) Псалмов и ветхозаветных книг. 

Наконец, в 1499 г. появился полный свод Библии в одном томе. Это стало итогом трудов новгородского архиепископа Геннадия, который дополнил собрание известных ему древнерусских переводов книг Ветхого Завета рядом новых, созданных на основе латиноязычной Вульгаты. 

Традиция национальных переводов Св.Писания в славянских областях со времени своего возникновения (XI век) явственно отражала соперничество на этих землях православной и католической конфессий. В конечном итоге, западные славяне усвоили в основном те переводы (польский, чешский, словацкий, отчасти сербско-хорватский), которые осуществлялись полностью с текста Вульгаты. Среди восточных и южных славян предметом переводов стали греческие (с XVII в. - новогреческие) редакции Библии.

Как правило, каждое переиздание Священного Писания предполагало благословение высшего церковного руководства. Имелись, тем не менее, и попытки несанкционированных библейских переводов. На Руси, к примеру, в конце ХVII века были известны рифмованная Псалтирь Симеона Полоцкого (1680 г.) и русский перевод Псалмов А.Фирсова (1683 г.), вызвавший резкое недовольство патриарха Иоакима.

Со временем в православной среде все отчетливее стало осознаваться неудобство заметного расхождения между архаизмами церковно-славянского текста Библии и потребностями доступного изложения истин Писания для «духовного окормления» паствы. Возникла задача нового - русского общедоступного перевода Библии.

Но впоследствии Синод российской церкви осудил вообще всякую попытку частных лиц заниматься переводами Писания. 

Строго говоря, разрешенный и признанный Синодом перевод Библии на русский язык не отменил практики ее употребления на церковнославянском. Новое издание использовалось в целях популяризации Священного Писания, для личного и домашнего чтения. Богословские же работы остались привержены старой манере словоупотребления.

Под Святым Преданием же христианство понимает изложение истин веры в церковных документах и богословской литературе, по согласованию объявленное средоточием божественного откровения.

В православной традиции не принято устанавливать строгие

хронологические рамки Предания: утверждается, что Святой Дух действует через людей во все времена.

Тем не менее, в его состав православие включает главным об-

разом ту часть христианского наследия, которая относится к периоду до разделения церквей. Это — признанные достоверными внебиблейские свидетельства уверовавших современников первого пришествия; 85 правил святых апостолов об устройстве церковной жизни; труды почитаемых православием мужей апостольских, апологетов и отцов церкви; вероизложения и каноны (церковные постановления) первых семи Вселенских соборов; решения поместных соборов Восточной церкви до IX века.





ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ВЕРОУЧЕНИЯ



Православие исходит из недоступности всей полноты Откровения отдельному человеку. Подлинное восхождение к божественной истине мыслится как соборное действие. Святое Предание и предназначено закрепить совместно обретенные догматы, связать Писание с повседневной жизнью христиан. Мерилом конфессиональной идентификации православие полагает приверженность догматам, содержащимся в официальном церковном документе — Символе Веры. Этот текст не считается молитвой, в нем нет прославлений, благодарений или просьб. Назначение документа - краткое, но очень емкое изложение фундаментальных определений христианского учения.

Конфессиональная специфика православия включает также и своеобразие богословского истолкования догматики. Наибольшее внимание мыслителей восточной церкви уделялось той грани представлений о Христе, которая запечатлела человеческое воплощение божественного Логоса-Слова, что позволяло раскрыть верующим путь к духовному и телесному «воссоединению» с Богом. К причинам подобной акцептации христологической темы можно отнести, в частности, исторические обстоятельства, в которых складывались традиции православного богословия.

Нельзя сказать, что восточно-христианское богословие было

совершенно безразлично к проблемам соотношения человеческой свободы и божественного предопределения, воли и благодати, мирского и священного. Однако, по мере обустройства греко-кафолической церкви в рамках византийской государственности, названная тематика для православия оказывалась второстепенной.

Сложившийся тип церковно-государственных отношений устранял необходимость в особом доказательстве достоинств православия: оно получает статус главенствующей религии, а церковь трансформируется в элемент имперской структуры. Могущество империи связывалось прежде всего с богом данной державной властью и христианским исповеданием подданных. В подобной ситуации важнейшим мирским ориентиром церковной жизни становится служение христианскому государству.

Это привело к угасанию потребности в самостоятельной социальной доктрине церкви. Соответственно, в движении богословской мысли произошла «смена вех»: основное внимание православные богословы обращают на размышления о мистической стороне сознания и поведения субъектов веры. Ключевой темой становится преображение человеческой природы и ее приобщение к божественной — обожение.

Можно заметить, что восточно-христианскому богословию была не чужда склонность к рациональной аргументации. Во всяком случае, еще греческая апологетика (Климент Александрийский, Ориген, Афинагор) признавала уместность обоснования христианства средствами логики и философии. 

В то же время, явственно проступало унаследованное из культурных традиций эллинизма стремление соединить абстрактные логические конструкции с чувственным опытом, воплощающемся в мистико-экстатические переживания и экзальтацию. Более того, мистичность наделялась безусловным приоритетом: никакое знание не способно привести к цели, превосходящей всякий разум, то есть к божеству.

Бог определенным образом раскрывает себя человеку, а сам христианин должен восходить к Творцу силой веры. При этом констатируется, что одного только соблюдения всех предписанных церковью ритуалов богопочитания для спасения недостаточно. Верующий обязан стать «соработником» Бога, помогая тому в преобразовании искаженного грехом человеческого естества. Это не умаляет всемогущества Бога, а означает что спасение чуждо «автоматизма» и должно быть заслужено1.

Принято считать, что особый образ жизни (аскеза, подвижничество и т.п.) освобождает ум и дух этих людей от греховных побуждений. Они проникаются божественными энергиями и преображаются под действием благодати. В результате, святые получают спо-



1 Христианство: Энциклопедический словарь. В 3-х т. Л-С / Ред. кол. С.С.Аверинцев, А.Н.Мешков, Ю.Н.Попов. – М.: Большая Российская Энциклопедия, 1995. – с.60   







собность контролировать органические процессы своего тела, которое приводится в соответствие новому духовному содержанию. Преображение организма подтверждается целительными свойствами, благоуханием и прочими отличительными чертами. После смерти, признанный святым превращается в заступника за людей перед Богом и удостаивается молитвенного обращения к нему верующих.



КУЛЬТОВЫЕ ОСНОВЫ РУССКОГО ПРАВОСЛАВИЯ

 

Обратимся еще к одному из столпов Православия – общей обрядности, а в первую очередь иконопочитанию. Иконопочитание рассматривалось как символ неприемлемого уклада. К тому же, антропоморфное изображение божества трудно увязывалось с общепринятым представлением о его непостижимости и неизъяснимости. На протяжении почти столетия (с середины VIII до середины IX веков) происходило массовое уничтожение икон, был закрыт ряд монастырей, иконопочитатели преследовались за «уклонение в идолопоклонство».

В защиту культа икон Иоанн Дамаскин выдвинул тезис о присутствии в мире обожествленной материи. Первым и бесспорным для православия подтверждением этому стало явление во плоти Богочеловека. Не менее достоверно в христианском сознании и регулярное воспроизведение Святых Даров при евхаристии. По Дамаскину, это означает усвоение божественного «эйдоса» и пронизанность им материи.

Языческому магизму в отношении процессов и элементов природы Дамаскин противопоставляет естественное понимание мира. Но мир сотворен. И несет на себе печать божественного присутствия. Поэтому культовый предмет, который сам по себе не есть божество, через причастность к сакральному получает мистико-символическое значение. В материальном образе (иконе) происходит вещественное раскрытие сверхчувственного начала. Существование иконы становится гарантом подлинной связи с божеством: честь воздаваемая образу, переходит и к «первообразному».

Посмертным торжеством идей Иоанна Дамаскина стало принятие VII Вселенским собором (787 г.) догмата об иконопочитании. Кроме того, этот собор оказался своего рода рубежом, завершившим эпоху согласованных решений восточной и западной ветвей церкви. Дальнейшие их взаимоотношения связаны с углублением вероучительных и культовых различий, приведших к «схизмам» IX и XI веков.

Находясь вне прямой зависимости от светских порядков монашество имело определенную автономию и свободу от условностей официальной идеологии. Особым достоинством монашеского состояния оказалась возможность индивидуализированного богообщения.

Содержание культа при таком способе мировосприятия заключается в установлении связи творения с Творцом, наведении «мостика», соединяющего человеческое с божественным. Этой цели служат также и  особые священнодействия, при совершении которых, по христианскому учению, на верующих нисходит божья благодать. Общее название данных действий — таинства. В православии к ним причислены крещение, причащение, священство, покаяние (исповедь), миропомазание, брак, елеосвящение (соборование).

Видимыми символическими актами, сопровождающими таинства, становятся разнообразные церковные обряды. Считается что установление таинств и их введение в богослужебную практику принадлежит самому Иисусу Христу и его ученикам, - апостолам. Первым по значимости является крещение. Вероучительный смысл этой процедуры толкуется как «умирание» человека для жизни грешной и переход к воцерковленному состоянию, которое духовно возрождает окрещенного и открывает ему перспективу спасения.

Кульминационный момент этого таинства - омовение крещаемого водой. Как символ очищения, подобный обряд известен еще с дохристианских времен, в культовых системах многих народов мира.

Православие допускает крещение людей практически любого возраста, хотя чаще всего это— новорожденные. Вскоре после имянаречения младенец приносится в храм, где священник, произнося молитвы, начертывает ребенком подобие креста и троекратно погружает в купель. Тем самым крещаемый как бы сопогребается и совосстает с Христом, воскресая для служения Богу. Затем звучат слова отречения от «Сатаны и всех дел его» и другие, необходимые по ритуалу, тексты (за новорожденного это делают его воспреемники — крестные

отец и мать). Далее следует облачение в белую крестильную

одежду, обнос вокруг купели и надевание нательного креста—

знака совершившегося акта.

При крещении взрослого, к чтению установленных молитв и Символа Веры добавляется произнесение заповедей Декалога, принародное отречение от прежних верований (для прозелита) и «преподание благодати» (священник трижды дует человеку в лицо, осеняет крестом и накладывает свои руки ему на голову). Завершается все поклоном и славословием Святой Троице.

Во время крестильных действий происходит также совершение таинства миропомазания. Для его проведения, предварительно, производится освещение оливкового масла (елея), белого вина, трав и ароматических добавок, которые затем смешиваются в особый состав, именуемый миро. Полученное благовоние используется для помазывания части тела крещаемого. Через этот обряд члену церкви передается печать благодати Святого Духа, что знаменует посвящение христианина Богу. Одновременно в верующем открывается способность к усвоению и культивированию так называемых «плодов Св.Духа», дающих силу для борьбы с грехом. К ним православие относит любовь, радость, мир, долготерпение, благодать, милосердие, веру, кротость, воздержание.

Обретаемая таким образом возможность «духовного возрастания» понимается православным человеком и как поддержка его повседневной, в частности, семейной жизни. Таинством, которое закрепляет супружеский союз, является брак. До XIII века оно осуществлялось во время литургии, позднее выделилось в самостоятельный ритуал. Действующий ныне в русском православии порядок основных обрядов церковного бракосочетания установлен с XVII века.

Совершение этого таинства положено предварять трехнедельным периодом так называемых «обыска» и «оглашения» (устного и письменного оповещения о готовящемся событии), чтобы выяснить вероятные препятствия к браку. Имеется обширный перечень ограничений к религиозному оформлению брака: возраст, состояние психического здоровья, нерасторгнутое предыдущее супружество, четвертый брак и т.п. Церковное бракосочетние не допускается, также, по вторникам, четвергам, субботам, на пасхальной и сырной неделях, накануне двунадесятых и престольных праздников, во время целого ряда постов и в некоторые другие дни (хотя, с благословения правящего архиерея, возможны исключения).

Значение таинства состоит в освящении семейной жизни, уподобляемой духовному союзу Христа и церкви, и получении верующими благодати на рождение и христианское воспитание детей1. Первый этап таинства — обручение, в ходе которого священник перед аналоем (стол с Евангелием) трижды осеняет крестом жениха и невесту, вручая им освященные кольца. Затем происходит обмен кольцами. Второй этап — венчание. Жених и невеста у аналоя вопрошаются о добровольности вступления в брак, после чего молитвенно испрашивается божье покровительство и благословение их союзу, целомудрию, многочадию и благочадию. Далее следует «возложение» венцов, благословение от священослужителя и троекратный обход с пением молитв вокруг аналоя. При повторном браке обоих супругов ритуал дополняется их покаянными молитвами.

Традиция воцерковленного бытия подразумевает обрядовое сопровождение также и печальных обстоятельств жизни. В этих случаях происходит таинство елеосвящения (соборования). Его принято совершать над заболевшим человеком. Внешняя форма таинства состоит в семикратном обмазывании елеем лба, щек, губ, рук и груди больного. Затем группа священнослужителей, окружив верующего, символически воспроизводит целительные действий Иисуса (наложение рук), прикладывая раскрытое Евангелие письменами к голове христианина. Оканчивается таинство молитвой служителей культа к Христу об исцелении тела и души соборовавшегося.

Кроме того, завершающая молитва таинства содержит и призыв о прощении грехов, в которых верующий до заболевания исповедаться еще не успел. Поэтому соборование практикуется и в случае приближения смерти, когда человек уже не в состоянии сам придти к покаянию.



1 Русские – М.: Наука. – 1997. – с.423









С уходом верующего из жизни связан ряд специальных обрядов, составляющих православный похоронный ритуал. Очно (после внесения умершего в храм) или заочно (над горстью земли с могилы) производится молебен о прощении грехов покойного — отпевание. Процедура погребения включает специальное богослужение над умершим (панихиду), вынос тела и захоронение. Забота о душе, покидающей этот мир, требует от родных и друзей выполнения и последующих поминальных действий с молитвенными просьбами об ее упокоении: на третий, девятый, сороковой дни, в годовщины смерти и по особым («родительским») дням1.

Спасение души, по христианским понятиям, есть ее полное освобождение от постоянно присутствующего в земной жизни греха. Путь к этому, согласно православным воззрениям, начинается с глубокого осознания верующими своей греховности. Назначение церкви - помочь христианам в противостоянии греху, для чего им предлагается таинство покаяния (исповедь).

В раннехристианскую эпоху исповедь нередко носила публичный характер. С VII века она становится тайным индивидуальным признанием вины в присутствии священнослужителя. Это таинство принято православной и католической конфессиями. Протестантизм также поощряет раскаяние, однако таинством не считает, поскольку грех полагается неустранимым при жизни и оправдывается не ритуалом, но личной верой.

Свидетелем покаяния является священник. Православие отводит ему роль поверенного: он не отпускает грехи, но служит «проводом», соединяющим кающегося с Богом. Достижение цели исповеди зависит от искренности верующего. Поэтому таинству должен предшествовать продолжительный период эмоционально-психологического настроя на покаяние - посещение церковных служб, размышления над Библией и житийной литературой. Православный вариант исповеди предполагает троекратное поклонение в храме кресту и Евангелию, 



1 Русские – М.: Наука. – 1997. – с.434







открытие грехов по вопрошениям священника, коленнопреклоненное выслушивание разрешительной молитвы, творимой иереем от имени Христа. Характер приносимых к покаянию грехов определяет их оценку служителем культа. Он может дать совет или наставление, либо назначить епитимию (наказание в виде особых требований к поведению верующего на определенный срок). Священник, в свою очередь, не имеет права разглашать содержание исповеди. При совершении всех таинств главными участниками обрядовых действий выступают священнослужители. В православии к ним относят ту часть клира (совокупности профессиональных служителей церкви), которой «преподан» дар божественной благодати—особой силы для преодоления греховности. Наделение этим даром осуществляется через хиротонию (рукоположение), от уже имеющих благодатное дарование иерархов, в ходе таинства священства. Цель таинства — возведение достойного христианина в сан, дающий право участия в богослужении и пастырской деятельности. Самым значительным среди прочих таинств в православии оказалось причащение. В нем усматривается акт непосредственного мистического слияния верующих со Спасителем. В ходе данного таинства человек как бы «обоготворяется» и это вызывает потребность благодарения—евхаристии—за искупительную жертву Христа и пережитое единение с божеством. Таинство причащения стало в ряд центральных событий самого значительного этапа суточного богослужебного круга - божественной литургии (в просторечии — обедни, так как совершается в предобеденное время).

Важное место в православии занимает культ святых угодников. Понятие святости означает, как уже отмечалось, что христианин удостоен за особые заслуги персонального восстановления в нем начальной безгрешной природы, даруемой божественной благодатью. Установленный церковью порядок причисления к лику святых — канонизация — требует общепризнанности достоинств кандидата (так называемого «прославления»), наличия его жизнеописания, свидетельств чудотворения (идя погибших за веру — необязательно) и, по возможности, сохранения нетленного тела (мощи), либо благоуханных костных останков. Типы святых, иначе — подвижников, разнообразны и многочисленны. К их сонму отнесены: праотцы и пророки Ветхого Завета; новозаветные апостолы; прославившиеся обращением народов в христианство государственные и церковные деятели («равноапостольные»); выдающиеся хранители веры из епископов («святители») и прочих монашествущих («преподобные»); защищавшие святыни веры монархи («благоверные»); несколько разновидностей пострадавших до смерти за веру (из мирян — «мученики» и «великомученики», из монахов — «преподобномученики», из иереев — «священомученики»); погибшие от рук единоверцев («страстотерпцы»); мученики, уцелевшие после покушения на их жизнь («исповедники»); бессребренники; юродивые (демонстративным «безумием» подчеркивающие низменность мирского в сравнении с верой); наконец, «блаженные» — святые, почитаемые и католицизмом, если их культ был установлен до разделения церквей. Общее количество святых, согласно полному месяцеслову, достигает нескольких тысяч, включая всеправославных, общецерковных и местнопочитаемых.

Участие в отправлении культа требует от христианина сосредоточенности и тщательной подготовки. Этой цели служат множественные посты — полное или частичное воздержание от пищи сроком от одного дня до нескольких недель. Самыми значительными в православии стали весной — Великий (семь недель перед Пасхой), летом — Апостольский (Петров), осенью — Богородичный (Успенский) и зимой — Рождественский посты.

Большинство канонов, праздников, обрядов имеют свои аналоги и в католицизме и его толках, но есть конечно же те праздники, которые православные не празднуют, и есть праздники, которые не отмечают особо католики. Это в основном те, что были введены после официального разделения церквей.



РАСКОЛ И РАСКОЛЬНИКИ



Как и в католицизме, в православии есть такое явление, как толки. В православии это конечно же секты раскольников. 

Началом раскола церкви считается начатая ревизия церковных книг в первой четверти 16 века. Максиму Греку было поручено исправление книг по имеющимся старым греческим образцам. Но по недостаточному знанию церковно-славянского языка он, по мнению митрополита Даниила, сделал новые ошибки за что и был отстранен от этого занятия. На этом исправление книг пока остановилось.

В середине столетия, в 1550 году был созван Собор, который постановил использовать при исправлении книг не подлинники старых книг на греческом, а «добрые переводы».

Многих священнослужителей белого духовенства привлекли к этой работе. Но ошибок становилось еще больше, так как в исправлениях появлялись в виде догматов то, что раньше догматами не считалось. Протопоп Черниговский Михаил Рогов и архимандрит Сильвестр возвели в догматы следующее:

произносить имя Исус, а не Иисус

двуперстное знамение

употребление просфор при богослужении

хождение посолонь

о чтении в «Символе веры» о сыне божьем так:

«…его же царствию несть конца»

о чтении о святом духе в «Символе веры», как о «Господе истинном»

о небритии бород и усов

о сугубой аллилуйе

Очень остро встали вопросы о церковном благочинии, о церковном пении, иконописании, церковной проповеди.

В очередной раз исправление книг было приостановлено. И при богослужениях стали применять как исправленные книги, так и старые, неизмененные. 

Возобновились разговоры об исправлении книг только в 1648 году. Решено было пригласить греческих ученых-богословов. Началось исправление основного служебника. Наконец, 23 апреля 1656 года был созван новый Собор на обсуждение нового служебника.

На соборе выявилось размежевание по следующим вопросам:

двуперстное знамение

неизменность «Символа веры»

Постановлением Собора было наложено проклятие на двуперстное знамение и его приверженцев, был допущен к изданию служебник.

Преданы анафеме были те священнослужители, которые в последствии также между собой разделились на несколько партий. Ядром раскола оказались Павел Коломенский, Иоан Неронов, Аввакум Повольский, Даниил Костромской. Из них трое остались верны старине, а Павел Коломенский, после снятия Никона с поста патриарха, вновь вернулся в Москву и принял нововведения.

Уже в рядах раскольников появились различные трения по вопросам:

как жить вне церкви

иерархия священнослужителей

какие книги использовать

изменять ли обряды или нет

С того времени в России сложились два пласта в культуре Православия, и они развивались независимо друг от друга. Среди старообрядцев также есть конфессиональные трения, у них нет единой «старой» церкви. Есть лишь группы или толки, которые звались по имени основателя. В 1842 году были известны и описаны в докладе Священному Синоду следующие толки:

Федосеевщина, Филипповщина, Аристовщина, Странники, Рябиновщина.

По типу конфессии и противостоянию отмечались также «вреднейшие»

и наименее вредные. Вот наиболее «вредные» по выражению архиерея Владимирского Алексия:

иудействующие

молокане

духоборцы

хлыстовщина

скопцы

беспоповщина  

Видимо Алексий путал отдельные секты, толки и церкви старообрядцев, так как иудействующие и духоборцы явно не старообрядцы.1 

О православии написано множество книг как самими священнослужителями, так и философами, историками… Тема по сей день остает-



1 Русские. – М.: Наука – 1997. – с.525





ся актуальной, так как именно о самом православии есть множество письменных источников, так как с древности велись протоколы Соборов, писались трактаты. Многие талантливые историки и философы прошлого России были талантливыми богословами. Может потому так богата и ярка наша культура. Но есть и другая, отрицательная сторона православия, - оно никогда не способствовало прогрессу. То есть, для истинного православного смыслами жизни прогресс или достижение богатства никогда не являлись. И в этом восточная особенность православия: восточные религии никогда не ставили целью достижение богатства. Да, впрочем изначально, и христианство к этому не стремилось. Даже католицизм этому не способствовал. Может потому христианская культура в голом виде была так не приемлема для русских? Ведь православие – это не христианство с особенностями русского колорита, а сумма культурных компонентов, в которой не выделена особая роль служению богу, церковным обрядам.          




ЛИТЕРАТУРА





Христианство: Словарь / Под. общ. ред. Л.Н.Митрохина и др. – М.: Республика. – 1994. – 559 с.

Христианство: Энциклопедический словарь. В 3-х т. Л-С / Ред. колл. С.С.Аверинцев, А.Н.Мешков, Ю.Н.Попов. – М.: Большая Российская Энциклопедия, 1995. – 672 с.

История Русской Церкви. – М.: изд. Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. – 1991. – 736 с.

Иллюстрированная история религий. В 2-х т. / Под. ред. проф. Д.П.Шантели де ля Соссей – 2-е изд. – М.: изд. Спасо-Преображенского Валаамского монастыря: Российский фонд мира. – 1991. – 430 с.

Закон Божий. В 2-х т. – М.: Российское библейское общество – 1992. – 432 с.

Русские. – М.: Наука. – 1997. – 828 с.

Экономцев И.А. Православие. Византия. Россия. Сб. статей. – М.: Христианская литература. – 1992. – 233 с.