Церковный раскол XVII века

Курсовая работа



Тема: «Церковный раскол XVII века».











































Выполнил:

Гасс А.М.

































































2005 г.


СОДЕРЖАНИЕ:



ВВЕДЕНИЕ

3

Глава 1. начало раскола

7

Монархия и церковь

7

Ход реформы

10

Противники Никона

12

Решения собора

14

Попытки восстановления древлеправославной веры

14

Гонения на древлеправославных христиан

15

Бегство церкви в леса и пустыни

18

Старообрядчество за рубежом

19

Глава 2. ЖИЗНЬ ЦЕРКВИ

21

Церковное правление

21

Духовные центры

22

Разделение в старообрядчестве*

24

Заключение

28

Сноски

30

Иллюстрации

33

Используемая литература и другие источники

35


Введение.

Триста лет назад Россия исповедовала одну христианскую, православную веру и составляла одну истинную православную Церковь. Не было тогда в Русской Церкви ни ересей, ни расколов, ни раздоров.

Крещение Руси в 988* году при святом равноапостольном великом князе Владимире было крупнейшим событием в истории нашей Родины. Стремление к истинной вере Христовой давно жило в душе русского народа. Ещё княгиня Ольга, бабушка великого князя Владимира, приняла святое крещение и, по словам летописца, «и многих ко вере приведе». Более шести веков, начиная с крещения Руси, Русская Церковь наслаждалась внутренним миром и покоем. 

Не нарушило и не поколебало православной веры русского народа и страшное татарское иго, под которым русская страна находилась более двухсот лет (с 1240 г. до 1480 г.). Татары не вмешивались в церковную жизнь русских людей. Русским митрополитам и епископам татарские ханы предоставляли полную свободу управлять Церковью и всеми ее делами по своему пастырскому долгу. Ханы выдавали святителям русским на это управление особые грамоты (ярлыки). Поэтому и при татарском иге Русская Церковь пребывала в тишине и покое; никакие смуты не тревожили ее. Она все больше и больше разрасталась и укреплялась. В редких случаях бывали некоторые недоразумения лишь с Константинопольским патриархом.

Истинную Христову веру на Руси не могли поколебать никакие покушения врагов, которые не раз делали попытка подчинить себе или расколоть Русскую Церковь: страшное иго татарское, более двухсот лет тяготевшее над Русской землей, не смогло уничтожить или исказить православия. Не раз папы римские стремились подчинить Русскую Церковь своему престолу, но всегда безуспешно. Верный своей истинной православной церкви, русский народ всегда давал отпор католикам.

Так же безуспешны были попытки внести еретические искажения чистоты христианского учения. Наиболее значительными из них были ереси «стригольников» и «жидовствующих» возникшие в XIV–ХV вв. в Новгороде.

«Стригольники» отрицали необходимость духовенства и проповедовали, что и миряне могут руководить верующими; они отвергали св. таинства и постановления вселенских соборов. «Жидовствующие», отвергали догматы о св. Троице, божественности Исуса Христа, отрицали монашество, св. иконы и многие церковные обряды. Эти еретики быстро исчезли.

Все эти покушения на единство и святость Русской Церкви привели к тому, что русский народ еще внимательнее, еще строже стал охранять свою православную веру.

Управление Русской Церковью сначала находилось в Киеве. Во главе церкви стоял митрополит. Первыми митрополитами на Руси были греки, которые присылались из Константинополя греческими патриархами. Позднее русские митрополиты стали избираться собором русского духовенства и ездили в Константинополь для принятия хиротонии* от греческого патриарха. Киевский митрополит ставил епископов на важнейшие русские города.

После разорения Киева войсками татарского хана Батыя (1240 г.) местопребывание митрополита было перенесено во Владимир. А при митрополите Петре кафедра митрополита была перенесена в Москву.

В 1439 г. во Флоренции (Италия) был созван церковный собор по вопросу соединения церквей – западной и восточной. Этого соединения желали византийский император и патриарх для того, чтобы заручиться помощью от римского папы в борьбе против турок, все более теснивших Византию. На Флорентийском соборе была принята уния (союз), по которой папа признавался главою обеих церквей: католической и православной, причем последняя должна была признать и католические догматы. За православной церковью сохранялись лишь ее богослужебные обряды. На собор во Флоренцию прибыл и московский митрополит Исидор, грек, присланный незадолго перед собором константинопольским патриархом. Он открыто примкнул к унии. По возвращении митрополита Исидора в Москву состоялся собор русского духовенства, который нашел действия митрополита неправильными, и он был низложен с кафедры митрополита. После чего собором русских епископов был избран в митрополиты архиепископ рязанский Иона, который был поставлен в 1448 г. уже без утверждения константинопольского патриарха. С этого времени русские митрополиты стали избираться собором русского духовенства самостоятельно, без утверждения и хиротонии византийским патриархом. Таким образом, Русская Церковь приобрела независимость от церкви греческой.

При митрополите Ионе также произошло отделение юго-западной Русской Церкви от северо-восточной: Литовские князья с неудовольствием смотрели на зависимость духовенства и населения их земель от московского митрополита. По их настоянию в Киеве была учреждена особая митрополия. Митрополит киевский продолжал назначаться константинопольским патриархом.

Так образовались две русских митрополии: одна управляла северо-восточной частью России, другая – юго-западным краем. Юго-западная церковь вскоре подпала под влияние католичества. Русская же православная церковь на северо-востоке России с центром в Москве церковь независимого, сильного, крепнущего государства, сохранила чистоту православия.

В 1453 г. Константинополь был взят турками, и вся Византия подпала под турецкую власть. Божья кара за измену Православию, за союз с папой-католиком постигла Византию – говорили тогда в Москве, узнав о победе турок.

В 1551 году при царе Иоанне Васильевиче Грозном в Москве состоялся знаменитый церковный собор, получивший название Стоглавым, так как сборник постановлений его состоял из ста глав. Этот собор подтвердил правильность старых церковных книг, указан только на незначительные по грешности в знаках препинания и на некоторые описки, а также привел к единству уставы и наложил строгие церковные наказания на тех, кто нарушает правила святых апостолов, противится совершению службы по церковному уставу и нарушает обряды и предания св. Церкви.

В 1589 г. при царе Федоре Иоанновиче в Москву приехал восточный патриарх Иеремия. Хотя фактически московский митрополит был уже независим от константинопольского патриарха, пребывание в Москве патриарха Иеремии Русская Церковь использовала для учреждения Патриархии, и в тот же год митрополит московский Иов был возведен в сан всероссийского патриарха. Обращаясь к царю Федору, патриарх Иеремия сказал: «Ветхий Рим пал от ересей; вторым Римом – Константинополем завладели агарянские внуки – турки; твое же великое Российское царство – третий Рим – всех превзошло благочестиём.

В тяжелое смутное время (время самозванщины 1605 – 1613 гг.) московские патриархи Иов и Ермоген спасли Россию от гибели, а Русскую Церковь – от ересей и расколов Русская Церковь сияла многочисленным сонмом православных святителей, чудотворцев, угодников Божиих, прославленных знамениями и чудесами, славилась великолепием храмов Божиих и множеством святых монастырей. Своей верой, набожностью и благочестием русский народ удивлял приезжавших в Россию иностранцев. Его молитвенные подвиги приводили их в восторг и изумление. Один из тогдашних иностранцев замечает, что у русских, должно быть, железные ноги, так долго стоят они на молитве; другой восклицает; «Это – святые люди!» Россия была действительно святой Русью и по праву носила этот священный титул: святость была идеалом русского благочестивого народа.

Но именно в то время, когда Русская Церковь достигла наибольшего величия и расцвета, в ней произошел раскол, разделивший русских людей. 

История Российской церковности является примером вероломности «сильных» мира сего. Это трагический период в истории России, когда государственная мощь была обращена на физическое уничтожение своих собственных граждан лишь только за то, что они бережно хранили традиционное исповедание Апостольской истинной Веры Отцов… «Христиан – ко львам!» – был девиз язычников, казнивших первых христиан. История повторилась в нашей стране: Исус Христос вновь чудом сохранил Свою Церковь, дав силы и мужество Своим верным чадам сберечь Веру, не отречься даже перед лицом лютых смертей. Те же силы сейчас действуют на нас и в нас, лишь изменились формы и методы: всё стало «культурнее», изысканнее, – но и более агрессивно и бесчеловечно, достигая своих «вершин» в умении растлить, «взорвать» изнутри, поработить духовно, то есть теперь уже полностью.

Актуальность и необходимость воссоздания здоровой духовной базы именно сейчас не вызывает сомнений, если принять во внимание, что в соответствии с тактикой, сформулированной ещё А. Даллесом:

а) в 2003 году ЦРУ выделены миллиарды долларов на развращение российской молодёжи*;

б) идёт массированный алкогольный, табачный и наркотический террор в сочетании с пропагандой вседозволенности, разврата, жестокости и аморальности;

в) осуществляется разжигание и эксплуатация инстинктов;

г) приучают всё общество жить в условиях отсутствия понятия греха*.

Всё вышеуказанное создаёт атмосферу «привычности» ко злу и облегчает населению России путь «под алкогольный, табачный и наркотический нож» – как раскрыла госпожа Маргарет Тэтчер способ выполнения Хьюстонского проекта, по которому в живых должно остаться 15 млн. россиян (точно подсчитано, что этого количества достаточно) для обслуживания на территории России потребностей «золотого миллиарда» привилегированных людей планеты. Осуществление этого плана для участи России страшнее явной войны.

	
Глава 1. Начало раскола.



«Посели в доме твоем чужого, и он расстроит тебя смутами и сделает тебя чужим для твоих.» (Ветхий Завет. Книга премудрости Исуса, сына Сирахова. 11.34)



Монархия и Церковь.

Главным виновником церковного раскола в России был московский патриарх Никон. Он вступил на патриарший престол в 1652 году. Еще до возведения в патриархи он сблизился с царем Алексеем Михайловичем. Вместе они сговорились переделать Русскую Церковь на новый лад: ввести в ней новые чины, обряды, книги, чтобы она во всем походила на греческую современную им церковь, которая давно уже перестала быть вполне благочестивой. Алексей Михайлович возмечтал сделаться византийским императором, а Никон – вселенским патриархом. В этих видах они и задумали во всем сблизить Русскую Церковь с греческой.

Официальным началом раскола можно считать поставление в 1652 году царем Алексеем Михайловичем Романовым на патриарший престол Никона. Никон это человек, который не получил никакого школьного образования, не отличался даже начитанностью или какими-либо талантами (кроме скандальности, надменности, жадности, горделивости, жестокости, что назвать талантами трудно). Он выучился лишь читать и писать, и то не совсем грамотно. Зато, став патриархом, постарался окружить себя «учеными» греками. Наибольшее значение имел при нём Арсений Грек. Об этом человеке необходимо сказать подробнее, ибо Никон во всем ему доверялся: «…Был этот грек веры весьма сомнительной и поведения бесчестного. Воспитание и образование он получил в Риме у латинских иезуитов. По возвращении после этого на восток, он здесь принял магометанство. Вернувшись потом в христианство, он вскоре уклонился в латинство. Арсений был нетвёрд в православии и готов был во всякое время держаться какой угодно веры, лишь бы это было ему выгодно. Когда он прибыл в Россию в патриаршество Иосифа - предшественника Никона, духовные власти отправили его в Соловецкий монастырь «под начал*», как опасного вероотступника для исправления его веры. Отсюда и взял его Никон к себе и сразу сделал главным своим помощником и руководителем в церковных делах»*. 

Но «Главным вдохновителем Никона на реформы Русской Церкви, по собственному его признанию, был восточный патриарх Афанасий Пателарий, три раза восходивший на патриарший Константинопольский престол: в первый раз он пробыл на нем лишь сорок дней (в 1633 г.), во  второй раз - около  года (1634-1635 гг.) и в третий раз – только пятнадцать дней  (1651г.)...  Афанасий был латинщик, его прочили в александрийские патриархи именно «католические круги», рекомендуя его как «доброго католика, пользующегося расположением Пропаганды» (папского учреждения, созданного для совращения греков в латинство)». Таков был первый вдохновитель Никона. Последующие его сотрудники и помощники были с подобной закваской. Царь, со своей стороны, предоставил Никону неограниченное право и чрезмерную власть во всём, что касалось дел церковных. Никон этим правом воспользовался широко…

История сохранила о Никоне такие воспоминания: силён был не в грамотности и смирении, а в жестокости и упрямстве, «…держал себя гордо, недоступно. К архиереям относился надменно, не хотел называть их своими братьями. Страшно унижал и преследовал остальное духовенство. Все тюрьмы наполнились священными лицами, чем-либо провинившимися перед гневным и суровым патриархом. Он истязал даже своего духовного отца: держал его в подвале закованным в цепи, мучил его голодом и побоями. В народе Никона называли волком и лютым зверем. Сам же Никон величал себя, подобно римским папам, «крайним святителем» и «отцом отцов». Титуловался даже «великим Государем»: стремился захватить в свои руки и государственную власть. Никон любил богатство и роскошь, – после царя он был первым богачом в России: ежегодно он собирал более 700.000 рублей дохода».* На современные деньги – это  миллиарды рублей. 



Это после никоновской «любви» к роскоши, золоту, жемчугам и драгоценным каменьям церковь господствующая обременилась и отяготилась мирскими богатствами, земными кандалами. Иконы, – окна в Царство Небесное, в горние миры, – обложили и заковали в земные – золотые и серебряные, а сегодня уже и в алюминиевые, и в жестяные, –  кандалы. 

Пробыл Никон на патриаршем престоле недолго – всего лишь шесть лет. Не понравилось царю то, что патриарх начал вторгаться в государственные дела, возмечтал встать выше царя и подчинить его своей воле (это чтобы царь-то согласился разделить свою власть с малограмотным мужиком мордовским?!).

 	«…О царской власти он отзывался с пренебрежением и с укоризнами. Однажды Никон выразился: «Мне и царская помощь не надобна, я на неё плюю и сморкаю»*. Царю было доложено об этом отзыве Никона... В это время прибыл в  Москву Паисий Лигарид… 

Когда царь решил от Никона избавиться и власти патриаршей его лишить, то воспользовался услугами именно этого человека, в своём роде весьма яркого и колоритного… до омерзения - греческого митрополита Паисия Лигарида - «Ему и  суждено было стать во главе всех иерархических и церковных дел в России. Лигарид был тайным иезуитом, воспитание получил в Риме. Восточные патриархи предали его проклятию за измену православию и низвергли его из сана (это там его низвергли из сана, а здесь доверить ему «правку» книг богослужебных, «исправление» дел церковных и «улучшение» дел государственных – можно!

В Москву он прибыл с подложными грамотами и сумел обмануть царя и снискать его доверие к себе («сумел» только потому, что пришёлся «ко двору», вовремя предложив свои услуги). Сам Лигарид писал о себе: «…Прибегаю к святой Конгрегации – иной матери нет у меня. …Все знают, что я латинист, - писал он «Пропаганде», -  обучался в Риме и работаю в духе единения восточной церкви с Римской». Лигарид просил папу, чтобы и в архиепископы его посвятили в Риме униатские епископы…, был папистом в действительности, но рядился в православную мантию».* 

«Заботами» и стараниями Алексея Михайловича и Паисия Лигарида «…Никон сослан был в Ферапонтов монастырь (Новгородской губернии). Но ссылка эта была для него богатой и роскошной, ибо Новгородские, Белозерские монастыри обязаны были доставлять ему ежегодно столько всякой провизии и разных напитков, что их в довольстве хватило бы на большое количество свободно и пресыщено живущих помещиков. В «Истории России» С.М. Соловьёва даны фактические сведения, какие монастыри, и какую провизию и что другое доставляли Никону в  Ферапонтов монастырь»*.

Любопытно, что «…ещё будучи на патриаршем престоле, он заявлял, что старые Служебники добры и по ним можно совершать службу Божию. Уйдя же с престола, он позабыл, и думать о своих реформах, которые внесли такую страшную смуту в Церковь.  Мало того. Он начал печатать в монастыре богослужебные книги согласно со старопечатным текстом: Символ веры со словом «Истиннаго», имя Христа - «Исус», «Богородице Дево, радуйся Обрадованная…», а не «благодатная», как было исправлено по-новому, аллилуию сугубую и т. п. Этим возвращением к старому тексту Никон произнес суд над собственной реформой: он признал её ненужной и не имеющей пользы. Никон скончался в 1681 г., не примирённым ни с царём, …ни с Церковью»*, ни с народом российским, подготовив страну к страшным испытаниям и ужасам плена духовного. Своим «патриаршеством» он подготовил Русь к вторжению воров и убийц. Тех, которые крадут сокровища Души и Сердца, и убивают не тело, а Душу…   

Ход реформы.

Патриарх Никон стал вводить в Русскую Церковь новые обряды, новые богослужебные книги и другие новшества без одобрения собора, самовольно. Это и послужило причиной цёрковного раскола. Кто последовал за Никоном, тех народ стал называть «никонианами», или новообрядцами. Сами же последователи Никона, пользуясь государственной властью и силой, провозгласили свою церковь православной, как господствующей, а своих противников стали звать оскорбительной и принципиально неверной кличкой «раскольник». На них они свалили и всю вину церковного раскола. На самом же деле противники никоновских нововведений не совершали никакого раскола: они остались верны древним церковным преданиям и обрядам, ни в чем, не изменив своей родной православной церкви. Поэтому они справедливо называют себя православными старообрядцами, староверами или древлеправославными христианами.

В старину не было типографий, книги переписывались. В России богослужебные книги писались в монастырях и при епископах особыми мастерами. Это мастерство, как и иконописание, почиталось священным и выполнялось старательно и с благоговением. Русский народ любил книгу и умел ее беречь, как святыню. Малейшая опись в книге, недосмотр, ошибка считались большой погрешностью. Вот почему сохранившиеся до нас многочисленные рукописи старого времени отличаются чистотою и красотою письма, правильностью и точностью текста. В древних рукописях трудно встретить помарки и зачеркивания. В них было меньше описок, чем в современных книгах опечаток. Замеченные в прежних книгах существенные погрешности были устранены еще до Никона, когда в Москве начала действовать типография. Исправление книг велось с большой осторожностью и осмотрительностью.

Совсем иначе повелось исправление при патриархе Никоне. На соборе в 1654 г. было решено исправлять богослужёбные книги по древним греческим и древним славянским, на самом же деле исправление производилось по новым греческим книгам, напечатанным в иезуитских типографиях Венеции и Парижа. Об этих книгах даже сами греки отзывались как об искаженных и погрешительных.

Таким образом, деятельность Никона и его единомышленников свелась не к исправлению древних книг, а к их изменению, а точнее говоря, – к порче. За изменением книг последовали и другие церковные нововведения.

Наиболее важными изменениями и нововведениями были следующие:

1. Вместо двоеперстного крестного знамения, которое было принято на Руси от греческой православной церкви вместе с христианством и которое является частью святоапостольского предания, было введено троеперстие.

2. В старых книгах, в согласии с духом славянского языка, всегда писалось и выговаривалось имя Спасителя Исуса, в новых книгах это имя было переделано на грецизированное «Иисус».

3. В старых книгах установлено во время крещения, венчания и освящения храма делать обхождение по солнцу в знак того, что мы идем за Солнцем-Христом. В новых книгах введено обхождение против солнца.

4. В старых книгах, в Символе Веры (VIII член), читается:

«И в духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго» после же исправлений слово «истиннаго» было исключено*.

5. Вместо сугубой, то есть двойной аллилуии*, которую творила Русская Церковь с древних времен, была введена «трегубая» (тройная) аллилуия.

6. Божественную литургию в древней Руси совершали на семи просфорах, новые «справщики» ввели пятипросфорие, т.е. две просфоры исключали.

Никон и его помощники дерзко посягнули на изменение церковных установлений, обычаев и даже апостольских преданий Русской Православной Церкви, принятых от греческой церкви при крещении Руси.

Эти изменения церковных узаконений, преданий и обрядов не могли не вызвать резкий отпор со стороны русских людей, свято хранивших древние святые книги и предания.

Кроме самого факта изменения древних книг и обычаев церковных, резкое сопротивление в народе вызвали те меры, с помощью которых патриарх Никон и поддерживающий его царь насаждали эти нововведения. Жестоким гонениям и казням подвергались русские люди, совесть которых не могла согласиться с церковными нововведениями и искажениями. Многие предпочитали умереть, чем предать веру своих отцов и дедов.

Патриарх Никон начал свои реформы с отмены двоеперстного сложения. Вся Русская Церковь творила тогда крестное знамение двоеперстием: три пальца (большой и два последних) складывали православные христиане во имя Святой Троицы, а два (указательный и великосредний) во имя двух естеств во Христе – божеского и человеческого. Так складывать пальцы для выражения главных истин православной веры учила и древняя греческая церковь. Двоеперстие идет с апостольских времен. Святые отцы свидетельствуют, что и Сам Христос благословлял своих учеников именно таким перстосложением. Никон же отменил его. Он сделал это самовольно, без соборного решения, без согласия церкви и даже без совета с каким-либо епископом. В то же время он приказал знаменоваться троеперстием*: складывать первые три перста во имя св. Троицы, а два последние имёть праздными, т. е. ими ничего не изображать. Христиане говорили: новый патриарх упразднил Христа.

Троеперстие было явным новшеством. Оно незадолго до Никона появилось у греков, они же привезли его и в Россию. Ни один святой отец и ни один древний собор не свидетельствуют о троеперстии. Поэтому русские люди не хотели его принимать. Кроме того, что в нем не изображаются два Христова естества, еще и неправильно изображать на себе крест тремя перстами во имя св. Троицы, не исповедуя в них человеческого Христа. Выходит, будто св. Троица была распята на кресте, а не Христос по своему человечеству. Но Никон, ни с какими доводами не хотел считаться. Воспользовавшись прибытием в Москву антиохийского патриарха Макария и других иерархов с Востока, Никон предложил им высказаться в пользу нового перстосложения. Они написали следующее: «Предание, прияхом с начала веры от святых апостол и святых седми соборов творити знамение честнаго креста тремя первыми перстами десныя руки. И кто от христиан православных не творит крест тако, по преданию восточныя церкви, еже держа с начала веры даже до днесь, есть еретик и подражатель арменов. И сего ради имамы его отлучена от Отца и Сына и Святаго Духа, и проклята*». Подобное осуждение сначала было провозглашено в присутствии, множества народа, затем изложено письменно и напечатано в изданной Никоном книге «Скрижаль». Как громом поразили русский народ эти безрассудные проклятия и отлучения.

Русский благочестивый народ, вся Русская Церковь не могли согласиться с таким, крайне несправедливым осуждением, провозглашенным Никоном и его единомышленниками – греческими архиереями, тем более что они говорили явную неправду, будто бы и апостолы, и св. отцы установили троеперстие. Но Никон не остановился на этом. В Книге «Скрижаль» к только что приведенным он добавил новые осуждения. Он дошел до того, что стал хулить двоеперстие, как якобы заключающее в себе страшные «ереси и нечестия» древних еретиков, осужденных вселенскими соборами (армян и несториан).

В «Скрижали» преданы проклятию и анафеме православные христиане и за то, что исповедуют в символе веры Духа Святого истинным. В сущности, Никон и его помощники проклинали Русскую Церковь не за ереси и погрешности, а за истинно православное исповедание веры и за древние церковные предания.

Противники Никона.

Реформаторская деятельность Никона встретила сильное сопротивление со стороны видных Духовных деятелей того времени: епископа Павла Коломенского, протопопов – Аввакума, Иоанна Неронова, из Костромы, Логгина из Мурома и других. Эти лица пользовались в народе огромным уважением за их пастырскую деятельность. Протопопы Иоанн Неронов и Аввакум обладали большим даром слова. Они умели говорить просто и ясно, горячо и вдохновенно. Они не стеснялись говорить правду в глаза сильным «мира сего» сего, обличали пороки и преступления властей, были прямодушными и честными. Но их устные проповеди, письма с обличениями церковных нововведений.

Верные и стойкие поборники церковной старины вскоре подверглись жестоким мучениям и казням по приказам патриарха Никона и царя Алексея Михайловича. Первыми мучениками за правую веру были протопопы Иоанн Неронов, Логгин, Даниил, Аввакум и епископ Павел Коломенский. Они были высланы из Москвы в первый год реформаторской деятельности Никона (1653–1654 гг.).

На соборе 1654 года, созванном по вопросу о книжном исправлении, епископ Павел Коломенский мужественно заявил Никону: «Мы новой веры не примем», за что без соборного суда был лишен кафедры. Прямо на соборе патриарх Никон собственноручно избил епископа Павла, сорвал с не го мантию и велел немедленно отправить в ссылку в монастырь. В монастыре епископ Павел был тяжелым мучениям и, наконец, сожжен в срубе.

Народ говорил, что на первосвятительском престоле воссел патриарх-мучитель и убийца. Никон начал свои реформы не с благословения Божьего, а с проклятий и анафем, не с молитвы церковной, а с кровопролития и убийства. Все трепетали перед ним, и никто из епископов уже не посмел выступить с мужественным словом обличения. Робко и молчаливо они соглашались с его требованиями и распоряжениями.

Никон недолго пробыл на патриаршем престоле, всего семь лет. Своим властолюбием и гордостью он сумел оттолкнуть от себя всех. Произошел у него разрыв и с царем. Никон вторгался в дела государства, возмечтал даже стать выше царя и полностью подчинить его своей воле. Алексей Михайлович стал тяготиться Никоном, охладел к нему и лишил его прежнего внимания и дружбы. Тогда Никон задумал воздействовать на царя угрозой, что ему раньше удавалось. Он решил публично отречься от патриаршества, рассчитывая на то; что царь будет, тронут его отречением и станет упрашивать, не покидать первосвятительского престола. Никон хотел воспользоваться этим и потребовать от царя, чтобы тот повиновался ему во всем, поставив царю условием, что только в этом случае он останется на патриаршем престоле. Однако Никон жестоко ошибся в своих расчетах. На торжественной литургии в Успенском соборе в Кремле 10 июля 1658 г. он объявил с амвона, обращаясь к духовенству и народу: «От лени я окоростовел, и вы окоростовели от меня. От сего времени не буду вам патриарх; если же помыслю быть патриархом, то буду анафема... Тут же на амвоне Никон снял с себя архиерейское облачение, надел черную мантию и монашеский клобук, взял простую клюку и вышел из собора. Царь, узнав об уходе патриарха с престола, не стал удерживать его. Никон отправился в Воскресенский монастырь, прозванный им «Новым Иерусалимом», и стал жить здесь. 

В это время в Москву с Востока прибыл греческий митрополит Паисий Лигарид. Лигарид был тайный иезуит, получивший воспитание в Риме. Восточные патриархи за его иезуитство  предали его проклятию и лишили сана. В Москве Паисий Лигарид прибыл с подложными грамотами и сумел обмануть царя и снискать к себе его доверие. Этому ловкому и изворотливому человеку и было поручено дело Никона. Паисий сразу стал во главе всех церковных дел в России. Он заявил, что Никон «должен быть проклят как еретик» и что дл этого нужно созвать в Москве большой, собор при участии восточных патриархов. Никон знал, кем был Лигарид и беспомощно ругал его, называя «вором», «нехристем», «собакой»,  «самоставленником», «мужиком». С Востока были получены достоверные сообщения, что Паисий Лигарид действительно католик, состоит на службе у римского папы и что восточные патриархи, низвергли его и прокляли. Но так как царю не на кого было опереться в борьбе с Никоном, то Паисий Лигарид все-таки остался управителем церкви.

Для суда над Никоном и рассмотрения других церковных дел царь Алексей созвал в 1666 г. новый собор (он был продолжен, а в следующем, 1667 г.). На собор прибыли восточные патриархи, которые как потом выяснилось, были низложены со своих престолов собором восточных иерархов и поэтому не имели канонического права решать русские церковные дела. Собор признал Никона виновным в самовольном бегстве с кафедры и в других преступлениях. Патриархи называли его лжецом, обманщиком мучителем, сравнивали его с сатаной, говорили, что он даже хуже сатаны, признали его еретиком за то, что он приказал не исповедовать воров и разбойников перед смертью. В конце концов, собор лишал Никона священного сана и сделал простым монахом.

Реформа Никона, посягнувшая на старую веру и расколовшая единство русского народа, по существу была не только ненужной, но и вредной.

Решения собора.

Собор одобрил книги новой печати, утвердил новые обряды и чины и наложил страшные проклятия и анафемы на старые книги и обряды. Двоеперстие собор объявил еретическим, а троеперстие утвердил на вечные времена как великий догмат. Проклял тех, кто в символе веры исповедует духа Святаго истинным. Проклял и тех, кто будет совершать службу по старым книгам. В заключение – собор произнес: «Если кто не послушает нас или начнет прекословить и противиться нам, то мы такового противника, если он – духовное лицо, извергаем и лишаем всякого священнодействия и благодати и предаем проклятию; если же это будет мирянин, то такового отлучаем от св. Троицы, Отца и Сына и Святаго духа, и предаем проклятию и анафеме как еретика и непокорника и отсекаем, как гнилой уд. Если же кто до самой смерти останется непокорным, то таковой и по смерти да будет отлучен, и душа его пребудет с Иудой-предателем, с еретиком Арием и с прочими проклятыми еретиками. Скорее железо, камни, дерево разрушатся, а тот да будет не разрешен во веки веков. Аминь».

Чтобы заставить русский благочестивый народ принять новую веру, новые книги, собор благословил подвергать ослушников соборных определений тягчайшим казням: заточать их в тюрьмы, ссылать, бить говяжьими жилами, отрезать уши, носы, вырезывать языки, отсекать руки.

Все эти деяния и определения собора внесли еще большую смуту в умы русских людей и усугубили церковный раскол.

Попытки восстановления древлеправославной веры.

Раскол Русской Церкви совершился не сразу. Определения собора были настолько ошеломляющими, в них было так много безумия, что русский народ счел их за дьявольское наваждение. Многие думали, что царь обманут приезжими греками и западниками, и верили, что он рано или поздно распознает этот обман и возвратится к старине, а обманщиков прогонит от себя. Что же касается архиереев, участвовавших на соборе, то о них составилось убеждение, что они не тверды в своей вере и, боясь царской власти, готовы веровать так, как прикажет царь. Один из наиболее бескомпромиссных приверженцев новой веры, чудовский архимандрит Иоаким (впоследствии патриарх Московский) откровенно заявил: «Я не знаю ни старой веры, ни новой, но что велят начальницы, то я готов творить и слушать их во всею».

В течение 15 лет после собора шли пререкания между сторонниками старой веры и новой, между представителями древней народной церкви и представителями новой, царской. Защитники старины надеялись, что еще можно уладить возникший раздор, что государственная власть одумается и вернется к святой старине. Протопоп Аввакум слал царю Алексею Михайловичу одно послание за другим и призывал его к покаянию. Этот протопоп-ботатырь горячо и вдохновенно убеждал царя, что в древнем православии, которое так немилостиво проклято собором, нет ничего еретического. «Мы содержим истинную и правую веру, умираем, и кровь свою проливаем за Церковь Христову».

Царя просили назначить всенародное состязание с духовными властями: пусть видят и слышат все, какая вера истинная – старая или новая.

Царь Алексей Михайлович не внял этим просьбам и мольбам. После его смерти царский престол занял его сын Феодор Алексеевич. Защитники и исповедники древнецерковных преданий обратились к новому царю с горячей мольбой – вернуться к вере благочестивых и святых предков. Но и эта мольба не имела успеха. На все челобитные церковных пастырей, жаждавших мира и единства церковного, правительство отвечало ссылками и казнями.

Гонения на древлеправославных христиан.



«Чудо! Как-то в познание не хотят прийти: огнем, да кнутом, да виселицею хотят веру утвердить!» – протопоп Аввакум.



Ссылки и казни последовали тотчас же после собора. Знаменитые защитники древлеправославного благочестия: протопоп Аввакум, священник Лазарь, диакон Феодор, инок Епифаний – были сосланы на дальний Север и заточены в земляную тюрьму в Пустозерске (Архангельская область). Они были подвергнуты (за исключением Аввакума) еще особой казни: им вырезали языки и отсекли правые руки, чтобы они не могли ни говорить, ни писать в обличение своих гонителей. Более 14-ти лет пробыли они в мучительном заточении – в сырой яме. Но никто из них не поколебался в правоте своей веры. Благочестивый народ чтил этих исповедников как непреоборимых воинов Христовых, как дивных страстотерпцев и мучеников за святую веру. Пустозерск стал святым местом. По настоянию нового патриарха Иоакима пустозерские страдальцы были преданы сожжению на костре. Казнь последовала в пятницу, в день страстей Христовых, 14 апреля 1682 г. всех их вывели на площадь, где был устроен сруб для сожжения. Бодро и радостно взошли они на костер. Толпа людей, сняв шапки, молча окружила место казни. Подожгли дрова, и костер запылал. Священомученик Аввакум обратился к народу с прощальным словом. Подняв высоко сложенную в двуперстие руку, он провозгласил «Вот будете этим крестом молиться, вовеки не погибнете». Когда мученики сгорели, народ бросился к костру собирать святые кости, чтобы разнести их потом по всей русской земле.

Мучения и казни совершались и в других местах московского государства. За шесть лет до сожжения пустозерских узников были преданы мучительной смерти сотни преподобных отцов и исповедников славной Соловецкой обители. Эта обитель вместе с другими монастырями и скитами Русской Церкви отказалась принять новые никоновские книги. Соловецкие иноки решили продолжать службу Божию по старым книгам. Они написали государю в течение нескольких лет пять челобитных (прошений), в которых умоляли паря только об одном: разрешить им оставаться в прежней вере. «Плачемся вси со слезами, – писали иноки царю Алексею Михайловичу, – помилуй нас, нищих и сирот, повели, государь, нам быти в той же нашей старой вере, в которой отец твой, государев, и вси благоверные цари и великие князи скончались, и преподобные отцы Соловецкой обители: Зосима, Савватий, Герман и Филипп митрополит, и вси Святии отцы угодили Богу». Соловецкие иноки были твердо убеждены, что измена старой вере означала измену Церкви и Самому Богу. Поэтому они соглашались скорее принять мучения, нежели отступить от веры своих предков. Они смело заявил царю: «Лучше нам временною смертью умереть, нежели вечно погибнуть. И если нас предадут огню и мукам или на части рассекут, мы и тогда не изменим апостольскому преданию вовеки».

В ответ на все просьбы и мольбы смиренных иноков царь послал в Соловецкий монастырь военную команду, чтобы силою заставить убогих старцев принять новые книги. Иноки не пустили к себе стрельцов и затворились в обители за толстыми каменными стенами, как в крепости. Царские войска осаждали Соловецкий монастырь в течение восьми лет (с 1668 по 1676 г.). Наконец, в ночь на 22 января 1676 г. стрельцы ворвались в обитель, и началась страшная расправа с жителями монастыря. Было замучено до 400 человек: одних повесили, других порубили на плахах, третьих утопили в проруби. Вся обитель была залита кровью святых страдальцев. Они умирали спокойно и твердо, не просили ни милости, ни пощады. Только 14 человек случайно уцелело. Тела убитых и разрубленных мучеников лежали с полгода неубранными, пока не пришел царский указ – предать их земле. Разгромленная и разграбленная обитель была заселена присланными из Москвы монахами, принявшими новую правительственную веру и новые никоновские книги.

Незадолго до казни соловецких страдальцев были замучены в боровской тюрьме (Калужская обл.) две родных сестры из боярского рода Соковниных, боярыня Феодосия Прокопьевна Морозова и княгиня Евдокия Прокопьевна Урусова. С детства они были окружены почетом, славой, близко стояли к царскому двору и часто там бывали. Но ради истинной веры они презрели и богатство, и почет, и славу мирскую. Они были арестованы и подвергнуты страшным пыткам. По указу царя их сослали в Боровск и посадили здесь в мрачное и сырое подземелье. Сестер-исповедниц томили голодом. Силы их слабели, жизнь медленно угасала. 11 сентября 1675 г. скончалась Евдокия, а 2 ноября, через 51 день,– ее сестра, успевшая еще до ссылки принять иночество с именем Феодоры.

Немало было замучено в то время исповедников старой веры: одних засекли плетьми, других уморили голодом в тюрьмах, третьих предали сожжению.

Раскол ознаменовался Никоном и его вдохновителями  многократной, вопиющей ложью, которая нераскаянна и продолжается до сих пор. Внедрение в жизнь «новой веры» началось огнём костров и пылающих срубов и церквей, истязанием и пытками в тюрьмах, гонениями, убийствами, - мощью и всей силой государственного принудительного аппарата того времени и долгих последующих лет. Способы же, методологию,  изощрённость и изобретательность в насаждении «новой веры»  являли сами реформаторы – иерархи господствующей церкви. Нередко даже требовали от светских властей более энергичных и радикальных действий против тех, кто отказывался становиться вероотступниками. Вот ещё когда «августейшая» «православная» царственная власть и церковь новообрядческая (нынешняя господствующая) начали на Руси фактически гражданскую войну против своего же народа!… И вели, -    упорно, методично, бескомпромиссно, - на уничтожение, несколько   столетий!… Такого продолжительного гонения на христиан не было от первых времен нашей эры. Удивляют не только время, но методичное из поколения в поколение правителей* уничтожение истинной христианской веры. Вопрос напрашивается сам по себе: «Кто есть тот неутомимый гонитель?».

Чудом, уцелевшие люди спасались от этой сатанинской власти в лесах, горах, пустынях и уходили за рубежи своей родины. «Каково было количество бежавших, можно судить по сообщению Сената уже при Петре I: «…в то время русских людей находилось в побегах более  900 тысяч душ». В отношении к общему числу тогдашнего населения России это составляло десять процентов, а в отношении к исключительно русскому населению это количество бежавших составляло гораздо больший процент. …Преследовались и истреблялись исключительно только русские люди* – самые преданные святой Руси, соль и твердыня Русской Земли. 

В апреле 1722 года «Высочайшим повелением» Петра I - который прорубил окно в Россию для мерзости из Европы… – священники (никонианской, господствующей церкви) стали обязаны доносить гражданскому начальству о том, что узнавали от исповедующихся на таинстве (!!!) исповеди: «…об открытых на исповеди «преднамеренных злодействах», к каковым относилось всё, что могло вредить верной службе и пользе государственной и церковной». Но! Повеление это было придумано, сформулировано и проработано методологически непосредственно иерархами никонианской церкви. А светская, государственная власть явилась лишь орудием, средством исполнения. К примеру, московский митрополит Филарет был главным вдохновителем Николая I и Александра I в настойчивых, жестких и жестоких преследования  хранителей древлеправославия. И явился первым последовательным и усердным изобретателем изощрённых средств и методов душевного и физического геноцида исконно русского, коренного населения. К великому сожалению «…умный и проницательный Филарет не предусмотрел, что его проектами и мерами в будущем воспользуются самые коварные и самые злостные враги Христа и Бога».  Это говорится о тех, которые спланировали, подготовили, совершили кровавый переворот 1917 г. в России и поддерживали государственный богоборческий режим на протяжении многих последующих лет…

Гонения имели место и при Александре I: «…после оставления Наполеоном Москвы и занятии её донскими казаками во главе с отечественным героем графом Платовым, исповедником древлеправославия, рогожане поставили в одном из своих Рогожских храмов походный полковой алтарь, подаренный Рогожскому Кладбищу Платовым, и древлеправославные священники начали служить в нем Божественную Литургию. Но ровно через девять лет и семь месяцев алтарь этот был убран по требованию правительства, и служение обеден прекратилось». 

В правление Николая I (1825-1855 г.г.) был нанесён страшной силы удар по купцам и промышленникам-старообрядцам. Именно при Николае I-ом в русской экономике получили всевозможнейшие льготы и режим полного и наибольшего благоприятствования иностранные капиталы  – при упорном, методичном и целенаправленном уничтожении священников и священнослужителей древлеправославного благочестия, при введении всевозможнейших ограничений и препон в ведении промышленной и коммерческой деятельности древлеправославных христиан. 

В истории никонианской церкви есть поразительнейшие факты. Например: «…за изготовление просвирок с четверосоставным (восьмиконечным) крестом с копием и тростию и со словами «Исус Христос» просвирницы (женщины, которые пекли просвирки, или просфоры) сажались в монастырях скованными на цепь».  За пение вслух молитвы «Святый Боже, Святый Крепкий…» при погребении  усопших старообрядцев, поющих предписывалось арестовывать, после чего могли быть тюрьма или каторга. За произнесение соборной молитвы: «Господи, Исусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас», - вырезался язык. За осенение себя двуперстным крестным знамением – отрубалась рука; люди избивались говяжьими жилами, лишались ушей, носов, - и всё это для того лишь, чтобы заставить людей принять новую веру и новые книги.  

 …При этом во многих городах империи Российской, даже в обеих столицах – в Петербурге и Москве (2-ая половина 19 века, при Александре 2-ом) – на лучших улицах и площадях строились, красовались и горделиво возвышались надо всем остальным римо-католические костёлы, протестантские кирхи, магометанские мечети и еврейские синагоги. Но! - древлеправославным церквям, часовням (и монастырям, скитам, молельным домам и школам в том числе) – не было места нигде на Руси: этого боялось самое могущественное в мире (в то время) правительство. Их, этих святых домов Божиих, страшилось и гнушалось самое «православное» во всей вселенной духовенство (РПЦ!!!).

Бегство Церкви в леса и пустыни.

Положение христиан в России в XVII столетии во многом было похоже на положение христиан в Римской империи. Как тогда христиане из-за сильных гонений со стороны языческих властей вынуждены были скрываться в катакомбах, в загородных пристанищах, так и русским людям, православным христианам XVII века, пришлось бежать в пустыни и леса, скрывая от преследований со стороны государственных и церковных властей.

По настоянию московского патриарха Иоакима царевна Софья в 1685 г. издала против старообрядцев 12 грозных статей. В них старообрядцы обзываются «ворами», «раскольниками», «противниками церкви», и караются страшными казнями. Если кто тайно будет содержать старую веру, того бить кнутом и ссылать в отдаленные места. Приказано бить кнутом и батогами даже тех, кто окажет, хотя какую-нибудь милость старообрядцам: дадут им или поесть, или только испить воды. Установлено было ссылать и бить кнутом и таких людей, у которых старообрядцы только приютились. Все имущество старообрядцев было приказано отбирать и отписывать великим государям. От этих тяжких наказаний, разорений и смерти могло спасти гонимых христиан лишь полное отречение от старой веры и рабская покорность всем приказаниям властей. От всех русских людей требовалось верить так, как приказывало новоё начальство. В этом же узаконении Софьи была статья, которая гласила: если кто из старообрядцев перекрещивал крещеных в новой церкви и если он даже и раскается, исповедуется в том отцу духовному и искренне пожелает причаститься, то его, исповедовав и причастив, все-таки «казнить смертию без всякого милосердия».

Правительство жестоко преследовало людей старой веры: повсюду горели костры, сжигали сотнями и тысячами людей, резали языки, рубили головы, ломали клещами ребра, четвертовали; тюрьмы, монастыри и подземелья были переполнены страдальцами за святую веру. Духовенство и гражданское правительство беспощадно истребляли своих же родных братьев – русских людей. Никому не было пощады: убивали не только мужчин, но и женщин, и даже детей. Великие страдальцы – русские православные христиане – явили необычайную силу духа в это ужасное время. Хотя некоторые из них, в конце концов, отступили от истинной веры, не выдержав пыток и гонений, многие пошли на смерть смело и решительно.

Огромное большинство преследуемых христиан бежали в пустыни, леса, в горы, где заводили себе приют. Но и там их отыскивали, жилища разоряли, а самих приводили к духовным властям для увещаний и, если они не изменяли своей вере, предавали мучениям и смерти. Через четыре года после узаконения статей Софьи патриарх Иоаким издал указ: «Смотреть накрепко, чтобы раскольники не жили в волостях и в лесах, а где объявятся – самих ссылать, пристанища их разорять, имущество продавать, а деньги присылать в Москву».

Чтобы спастись от преследований и пыток, русские люди стали себя сжигать. «Нет нигде места, – говори они, – только и уходу, что в огонь да в воду. Во многих местах, где, ждали гонителей и мучителей, заранее приготовлялись срубы для самосожжений и приспосабливались к этому отдельные избы, часовни, церкви, просмоленные и обложенные соломой. Как только приходило известие, что идут сыщики и гонители, народ запирался в приготовленное к сожжению здание и при появлении гонителей заявлял им: «Оставьте нас, или мы сгорим». Бывали случаи, что гонители уходили, и тогда самосожжения не происходило. Но в большинстве случаев преследуемые погибали: до такого отчаяния довели верующих христиан беспощадные преследования, жестокие пытки и мучения.

Более двухсот лет пребывало старообрядчество в гонениях. Они временами то ослабевали, то снова усиливались, но никогда не прекращались. Царь Петр I провозгласил принцип веротерпимости в государстве. Им широко воспользовались в России разные вероисповедания: римско-католическое, протестантское, магометанское, иудейское. И только одни старообрядцы не имели свободы в родном отечестве. В царствование Петра их уже не сжигали массами, но отдельные случаи сожжения и других смертных казней были не редки. Царь Петр дозволил старообрядцам открыто жить в города и в селениях, но обложил их двойным налогом. Брали налог с каждого мужчины за ношение бороды, брали с них штраф и за то, что священники совершали у них духовные требы. Словом, старообрядцы были источником доходов и для правительства, и для духовенства. Однако никакими гражданскими правами в государстве они не пользовались. Старообрядцы делились на так называемых «записных» и «незаписных». Записными назывались те, кто состоял на особом учете и платил двойной налог; незаписные жили тайно, их ловили и ссылали на каторгу как врагов церкви и государства, не смотря на то, что они были самыми верными сынами своего отечества.

Весьма тяжело жилось русским православным людям при этом царе. В таком же положении они находились и при преемниках Петра. Только в царствование Екатерины II (1762 – 1796) старообрядцы вздохнули несколько свободно, но к концу царствования Александра I опять начали появляться указы, стесняющие духовную жизнь старообрядчества. При царе Николае I (1825 – 1855) старообрядцы жестоко преследовались. Только события, связанные с революцией 1905 года, дали старообрядцам возможность открыто устраивать в родном отечестве крестные ходы, иметь колокольный звон, организовывать общины. Но до самого 1917 г. старообрядцы так и не получили полной религиозной свободы: не было признано их священство, не были отменены статьи уголовного закона, карающие за присоединение новообрядцев к старообрядчеству, им не было разрешено открыто проповедовать свою веру, занимать ответственные административные должности, не было дано право старообрядческим учителям преподавать в общих народных школах.

Старообрядчество за рубежом

 «За рубежом» – значит вне России, за ее пределами. В наше время трудно указать хотя бы одно царство или страну, где бы совсем не было старообрядцев: рассеяны они по всему земному шару. Бегство русских благочестивых людей началось вскоре же после Собора 1667 г. Особенно же усилилось бегство за границу в Софьино правление, во время Иоакимова патриаршества, когда в России не было возможности русским людям хранить свою православную веру не только в городах и селениях, но даже в лесах и в пустынях. Такое безвыходное положение принудило многих христиан того времени спасать свою святую веру и душу посредством самосожжений. Но другие находили иной выход, они бежали в соседние государства: в Польшу, Литву, Швецию, Пруссию, в Турцию даже в Китай и в Японию, где пользовались полной свободой веры, за которую их никто здесь не преследовал. Ни поляки, ни немцы, ни татары, ни другие инородцы, ни даже евреи не бежали тогда из России, ибо их тут никто и ни за что не преследовал и не притеснял.

В чужих государствах старообрядцы оседали сплошными массами. Редко они пользовались готовыми городами, они преимущественно строили собственные селения, жили особняком, своим бытом и укладом, со своими порядками, обычаями и одеждой, И теперь, спустя двести лет, их легко отличить здесь от других народностей, так они типичны как русские люди прошлых веков. В наше время старообрядцы живут сплошными массами в Румынии, в Молдавии и в Буковине. Много их находится в Бессарабии. В свое время все это было турецким владением, именно в Турцию тогда бежали старообрядцы. Турецкая власть разрешила им строить церкви, монастыри, скиты, совершать богослужение открыто и свободно, иметь церковный звон, на храмах ставить кресты, что не разрешалось им в России до 1905 г. 

По Дунаю сплошные старообрядческие селения: Камень, Сарикон, Журиловка; и дальше: Слава Русская. Слава Черкесская, Новенькое…

Через два столетия, при большевистском разбое и бандитизме в России, повторилось это бегство за границу русских граждан. Но теперь количество бежавших составляло лишь один процент в отношении ко всему населению России, причем бежали не одни лишь русские люди и бежали при других совершенно условиях: с военной силой, сражаясь с врагом, пользуясь железными дорогами, военными судами, пассажирскими пароходами и т.п., с большими передышками, нередко с победами над настигающим их врагом. Тогда же, при Софье, при Петре I, при Анне, при Николае I, было иное бегство -  воистину христианское и подлинно евангельское, по примеру самого Христа и святых Его апостолов. Можно себе представить, какой это был страшный разгром России».



	
Глава 2. жизнь церкви.



«… и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ея» 

(Евангелие от Матфея. 16:19)



Церковное правление.

Православная старообрядческая церковь, вследствие жестоких на нее гонений, лишена была возможности нормально осуществлять свою духовную деятельность: богослужение часто приходилось совершать не в храмах, а в лесах и разных трущобах. Церковь была лишена своих высших руководителей – епископов, однако смогла, при помощи Божией, сохранить себя от падения и еретических уклонений.

Русская церковь никогда не имела большого количества епископов. Наибольшее число их не превышало 15, а при Никоне их было и того меньше. Епископ Павел Коломенский мужественно выступил против затей Никона, за что был предан мученической смерти. Остальные епископы, боясь, участи Павла, вынуждены были молчаливо одобрить новые церковные порядки. Таким образом, святая Церковь осталась без епископов, с одними священниками и диаконами.

По правилам церкви, священники должны быть в подчинении у своих епископов. Но те же правила разрешают священникам не подчиняться епископам, если последние уклонились в какое-либо заблуждение, открыто проповедуют ересь или совершают церковное разделение. Священники поступили, поэтому совершенно законно, решив не идти за Никоном и другими архиереями, изменившими святой Церкви. Священники вправе были совершать без них службу Божию, таинства и управлять паствой. Но они не имели права рукополагать себе преемников – новых священников; старые же не могли жить без конца. Этот вопрос нужно было как-то решать. И тогда же он был разрешен на основании церковных канонов (правил).

В прежние века в христианской церкви возникали подобные вопросы. Бывали случаи, что поместные церкви лишались всех своих епископов вследствие уклонения их в ересь. И там, в еретическом обществе, они продолжали священнодействовать, рукополагать епископов, священников. Вселенские и поместные соборы православной церкви постановили принимать этих поставленных в ереси духовных лиц, если они отрекутся от своих заблуждений, в их духовном сане, т. е. если они рукоположены в епископский сан, то остаются епископами, если же в священническом – священниками (8-е прав. I-го Вселенского Собора). Было установлено святыми соборами даже посылать особых уполномоченных к еретическим духовным лицам, чтобы убедить их оставить свое еретическое общество и присоединиться к истинной Христовой Церкви (80-е прав. Карфагенского собора). Руководствуясь этими древними соборными правилами, старообрядческая церковь также решила принимать духовных лиц, рукоположенных в новобрядческой церкви, в существующем сане. Таких священников правительство называло беглыми, так как им приходилось буквально бежать и постоянно укрываться от преследований и гонений.

Священники совершали в старообрядческой церкви все присущие их власти таинства и требы: крестили, миропомазывали, исповедовали, причащали, венчали, елеопомазывали, погребали умерших и т. д. Они не имели власти освящать миро; эта власть по правилам принадлежит епископу. Но и это затруднение было разрешено согласно древним установлениям св. Церкви. У священников в запасе было много св. мира, освященного еще благочестивым патриархом московским Иосифом; сохранилось даже миро, освященное патриархом Филаретом. Но с течением времени его количество, естественно, уменьшалось, поэтому его стали разбавлять освященным елеем (маслом), что по необходимости допускается церковными правилами.

Священники не имеют права освящать церкви, если нет антиминса*. Но в православной старообрядческой церкви сохранились древние антиминсы, освященные благочестивыми епископами. На этих антиминсах старообрядческие священники и освящали церкви, и совершали божественную литургию.

Затруднительные и сложные вопросы, периодически возникавшие в старообрядчестве, разрешались соборно – общим голосом святой Церкви. На собор съезжались игумены монастырей, священноиноки, приходские священники, почетные иноки, уполномоченные от приходов мирские люди, знавшие Священное Писание и церковные правила. Соборы объединяли в себе все церковное управление, устанавливали порядок в церквах, определяли старшинство между духовными лицами, проверяли их деятельность, разрешали всякие сомнения и недоразумения. Соборы собирались в особых исторически создавшихся духовных центрах старообрядчества.

Духовные центры.

Духовные центры старообрядчества это такие поселения, где были сосредоточены духовные силы церкви, и где была возможность осуществлять духовную деятельность. Это были преимущественно монастыри и скиты.

Из Москвы и других крупных городов христиане вынуждены были бежать на далекие окраины России, часто в совсем не заселенные места. Где они оседали, сейчас же в той местности создавались монастыри и скиты, которые становились источником духовной жизни. Отсюда шло руководство церковью, из монастырей рассылались священники на приходы. Отсюда же посылалось св. миро, здесь составлялись всякого рода послания к христианам, писались сочинения в защиту старообрядчества, воспитывались и самые защитники, и проповедники древлеправославной веры. В некоторых местах возникало много скитов и монастырей – по нескольку десятков, со многими сотнями иночествующих подвижников. Они объединялись под руководство наиболее крупного и авторитетного монастыря. Таких духовных центров в старообрядчестве было несколько. Наиболее прославились своей церковной деятельностью следующие центры: Керженец, Стародубье, Ветка, Иргиз и Рогожское кладбище в Москве.

Керженец – имя реки, протекающей в Семеновском районе Нижегородской области и впадающей в Волгу. По названию реки называется и вся местность, охватываемая ее течением. В XVII в. здесь был густой, почти непроходимый лес, дававший возможность гонимым христианам укрываться от беспощадных врагов. К концу XVII в. на Керженце уже существовало до ста обителей мужских и женских. При Петре I началось разорение их. Главным гонителем старообрядцев в этой местности и во всей Нижегородской губернии был нижегородский архиепископ Питирим.

Стародубье – местность, расположенная вокруг г. Стародуба, объединявшая в прошлом несколько уездов северной части Черниговской губернии (Стародубский, Новозыбковский, Суражский). И в настоящее время существуют города селения, где живут многочисленные потомки старообрядцев: Клинцы, Святск,. Климово, Митьковка, Воронок, Лужки.

Ветка. В Польше старообрядцы пользовались свободой, никто их здесь не преследовал. Сюда бежали старообрядцы не только из Стародубья, но и из других мест России. Вскоре в окрестностях первого поселения старообрядцев в Польше выросло около двадцати новых слобод, каждая со своим названием. Но вся местность, населенная старообрядцами, тала называться одним общим именем – Веткой. Она долгое время служила руководящим центром духовной жизни старообрядчества. Царское правительство обратило внимание на этот духовный питомник старообрядчества, но ничего ним не могло поделать, так как он находился за границей.

Иргиз – большой приток Волги, протекающий в юго-восточной половине Саратовской и Самарской областей. В царствование Екатерине II старообрядцы поселились здесь в большом количестве и основали множество скитов и монастырей, которые объединились под общим названием Иргиз. Как монастыри, так и их окрестности населяли старообрядцы, приглашенные царицей из-за границы. Во время жестоких гонений на старообрядчество много людей бежало за пределы родного отечества: в Польшу, Швецию, Румынию, Турцию Пруссию, Китай и даже в Японию. Вступив на престол, Екатерина I издала манифест, которым призывала зарубежных старообрядцев вернуться в Россию и обещала им спокойную жизнь. Старообрядцы радостно откликнулись на этот призыв и большими массами устремились на Родину. Правительство отвело им место в пределах Иргиза. Иргизские монастыри быстро приобрели огромное значение в церковно-общественной жизни старообрядчества. Но в царствование Николая I иргизские монастыри были полностью разгромлены.

Рогожское кладбище в Москве основано при Екатерине II в 1771 г. в Москве свирепствовала страшная чума. Московским старообрядцам было отведено для погребения чумных покойников место за Рогожской заставой. Здесь постепенно возникло большое духовное пристанище с кельями, богадельнями и церквами. Сначала был построен храм во имя святителя Николы. Затем начато было сооружение огромного летнего храма во имя Покрова Пресвятыя Богородицы. По обширности не было храма равного ему в Москве. Но московским старообрядцам не дали докончить его строительство по намеченному плану. О постройке храма донес императрице петербургский митрополит Гавриил. Он утверждал в доносе, что старообрядцы – народ опасный и что они своей постройкой большого храма унижают господствующую церковь. Началось расследование, и в результате храм был достроен в урезанном виде: вместо пяти глав оставлена только одна – маленькая; обломали выступы для алтарей, понизили само здание. Храм с внешней стороны стал выглядеть огромным, простым домом. Зато внутри храм поражает великолепием настенной росписи и редкостными по древности иконами. 

Во время нашествия Наполеона французы побывали и на Рогожском кладбище. Но рогожане заблаговременно успели покинуть кладбище и спрятать главные святыни храмов. По изгнании Наполеона из Москвы столицу заняли донские казаки, в то время в большинстве своем старообрядцы. Знаменитый герой Отечественной войны атаман Платов (из донских казаков) был тоже старообрядец. Он подарил Рогожскому кладбищу свою походную церковь.

Рогожские храмы нередко подвергались посягательствам со стороны духовных и светских властей. При Александре I все храмы Рогожского кладбища были закрыты, но вскоре открыты снова. В 1854 г. у старообрядцев был отобран Никольский храм и передан единоверцам, а через два года были распечатаны алтари в Покровском храме. Распечатывание же алтарей последовало только через 49 лет (в 1905 г.).

За все время своего существования Рогожское кладбище было руководящим центром русской православной старообрядческой Церкви. Таковым оно остается и в настоящее время.

Разделение в старообрядчестве.

Реформа патриарха Никона и последовавшие затем страшные гонения породили в умах тогдашнего верующего народа тревогу и брожение. Многие христиане стали думать, что пришли последние времена, и что скоро наступит конец мира. Такое настроение усиливалось и другими обстоятельствами. В 1754 г. в России свирепствовало моровое поветрие: многие города опустели, оставшиеся в живых люди разбрелись в разные места, умерших от чумы хоронить было некому, трупы разлагались, заражая воздух зловонием и еще сильнее распространяя заразу. Некоторые деревни вымирали поголовно; поля оставались незасеянными; в стране царил голод, цены поднялись необычайно. К тому же рано ударили сильные морозы, пронеслись страшные бури, поля повыбивало радом... Все это до такой степени подействовало на верующих людей, что многие из них признали в этих грозных явлениях начало Страшного суда Божия. Народ по ночам молился, женщины и дети плакали, некоторые заживо ложились в гроба, ожидая скорого Христова пришествий. Но так как перед концом мира, по Священному Писанию, должен явиться антихрист, то некоторые христиане того времени стали указывать на Никона как на антихриста, выискивая в нем признаки последнего. Они рассуждали так: антихрист, по Писанию, будет страшным гонителем христиан, Никон и был таким гонителем: антихрист будет царем, – и Никон имел титул «великого государя»; антихрист должен воцариться в Иеросалиме*, – и Никон дал название построенному им Воскресенскому монастырю «Новый Иеросалим». Но когда Никон покинул патриарший престол, а затем был осужден и превращен в простого монаха, сделался безвластным ссыльным, то для всех стало ясно, что он не годится для роли последнего антихриста.

Но так как и после Никона гонения на христиан-старообрядцев не прекращались, то многие продолжали верить, что действительно наступили последние времена. В среде гонимых христиан появилось новое представление об антихристе: его нужно понимать духовно, антихриста как особой личности не будет, и царство антихриста уже наступило. Это новое учение об антихристе вызвало в старообрядческой церкви раз деление, которого, может быть, и не последовало бы, если бы старообрядцы имели возможность беспрепятственно собираться для обсуждения церковных вопросов и приходить к единомыслию в их решении. Но им приходилось скрываться в лесах и пустынях, жить среди лишений, бедствий и несчастий. Поэтому они и не могли предотвратить разделение в своей родной церкви.

Вместе с новым понятием об антихристе возникло и новое учение о священстве. Некоторые из старообрядцев стали учить, что священство окончательно прекратилось и безвозвратно погибло: не стало истинных священников, все они стали слугами антихриста. Таким образом, в старообрядческой среде стало оформляться течение, которое получило название «беспоповства».

Также возникли другие разные течения в старообрядчестве. По вопросу о браке в беспоповстве произошло разделение. Сначала беспоповцы твердо держались мысли, что теперь таинства брака быть не может, ибо оно должно совершаться только священниками, которых, по мнению беспоповцев, уже нет. Следовательно, некому совершать это таинство. Поэтому и христиане должны вести жизнь безбрачную. Кстати, и конец мира скоро, зачем же брачиться? В 1694 г. в Новгороде состоялся собор беспоповцев, на котором брачное супружество было совершенно отвергнуто. Последователи этого собора стали называться безбрачниками. Зовут их еще федосеевцами, так как большим проповедником безбрачия был некто Феодосий Васильев. Федосеевцы основали в Москве знаменитое Преображенское кладбище, возникшее одновременно с Рогожским, т. е. в 1771 г.

Однако полное безбрачие не могло привиться в беспоповстве, оно мыслимо только в монастырях, в среде подвижников.

Живущие же в миру стали жить блудно. Тогда часть беспоповцев пришла к заключению, что таинство брака может совершать и мирянин. Эти беспоповцы получили название беспоповцев-брачников. У них совершать таинство брака стали простые наставники.

Особняком стоит в беспоповстве так называемое нетовское согласие. У нетовцев нет храмов, они не служат ни часов, ни вечерни; ничего подобного у них нет, поэтому они и называются нетовцами. Сами они называют себя «спасовцами», потому что, как они говорят, надеются на одного только Спаса. От всех остальных беспоповцев они отличаются главным образом тем, что не перекрещивают крещеных в новобрядческой церкви, а принимают их с тем же крещением.

В жизни старообрядцев-беспоповцев в XVIII веке большую роль играла Выговская пустынь как культурный и духовный центр беспоповства, прославившийся своей обширной литературной деятельностью. Выговскую пустынь создали знаменитые братья Денисовы, Андрей и Семен. Здесь же были написаны «Поморские ответы», в которых весьма обстоятельно изложены основные положения старообрядчества. В царствование Николая I Выговская пустынь была безжалостно разрушена до основания.



Заканчивая эту скромную работу, можно сказать, что старообрядчество как явление изучено гражданскими и научно-историческими исследователями недостаточно. Первыми исследователями возникновения старообрядчества и его истории принадлежит лицам господствующего исповедания. Всех этих исследователей-историков можно разделить на две половины, точнее на две школы: миссионерскую и народническую.

Миссионерская школа имеет своего родоначальника в лице Димитрия Ростовского и заканчивается современными преподавателями семинарий и профессорами академий, обучающими юношество «истории и обличению старообрядчества». Для миссионерской школы история старообрядчества есть история невежд, и само старообрядчество есть невежественное явление, могущее иметь место только среди грубого, дикого и непросвещенного народа.

Совсем иначе смотрит на старообрядчество народническая школа. Сущность ее воззрений состоит в развенчании, осуждению отношений к старообрядчеству господствующей церкви (РПЦ!!!). Церковные и гражданские власти, а также и высокомерное общественное мнение пред старообрядчеством не совсем правы: старообрядчество неповинно в тех преступлениях и проступках, какие желают взвалить на него властители церкви и государства, неповинно оно и в той темноте, умственном убожестве, некультурности, в каких обвиняет его так называемое высокое, интеллигентное общество.

Знаменателен и такой факт: старообрядцы в целом были всегда грамотнее и культурнее никонианской массы. Николаевская (Николая I) эпоха особенно ярко явила это различие. В то время были созданы в каждой губернии особые комиссии для обследования умственного состояния местного населения. Изрядно показательны обследования Нижегородской комиссии: «…Подъезжаем, - пишут члены комиссии, - к селу, спрашиваем название его: «Василёвы», - отвечают.

– Кто живёт? – Раскольники*. – Грамотные есть? – Все грамотны. И, действительно, оказывается, сплошь все грамотны. Едем дальше.

– Что за деревня? – Сукино.  – Кто живёт? – Православные. – Есть грамотные? – Один деревенский писарь. И так – по всей губернии», – удостоверяет губернская комиссия.* 

Даже высокие чины армии бывали вопиюще безграмотны и невежественны. «Генералы, читавшие почти по складам и не умевшие писать без грубейших грамматических ошибок, стали, - как утверждает одно академическое издание нашего времени, - довольно частым явлением к концу царствования Николая I».*  Николаю I, занятому по горло просвещением евреев, некогда было заняться просвещением не только народа русского, но даже верхушки русской армии. Но у него было  много свободного времени для уничтожения древлеправославных школ и древлеправославных монастырей, которые для ревнителей древлеправославной Веры были такими же многозначительными университетами, каковыми были они и в Древней Руси – при Антонии и Феодосии Печерских, Зосиме и Савватии Соловецких, Сергии Радонежском, Александре Свирском и многих, многих других...

…Почти 700 лет, Армия Великая, Воинство Российское святых угодников и святых жён земли Русской, – от Святого Крещения Руси Киевской до страшного потрясения – никоновского переворота церковного – не за страх, а за совесть несли все тяготы Службы Божией, веровали, молились, почитали своих святых предшественников, совершали таинства церковные. Кто сегодня посмеет сказать, что Сергий Радонежский, Александр Невский, Димитрий Донской, Даниил Московский, Александр Пересвет, Илия Муромский* и  все остальные святые Христовы воины российские ошибались, кто дерзнёт сказать: «Они заблуждались. Они неправильно молились, неверно крестились, погрешительно, еретично и неверно служили Богу и Руси…»? – Тогда, 350 лет назад, это посмели сказать Алексей Михайлович Романов и Никон. Правда, здесь насущно необходимо напомнить, что Никону было не под силу разработать, продумать, просчитать, выносить и родить идеологию, стратегию и концепцию церковной реформы. Быть идеологом он не мог по определению: по убогости, ущербности и скудости ума и образования своего, а вот быть локомотивом бунта и мятежа, лесоповальной, – так сказать, – зубодробильной машиной – это была его стихия. В деле раскола Никона использовали в качестве торпеды,  тарана, а потом – выкинули…



	
Заключение.



В течение веков до Никона патриарха русский народ накопил очень большие запасы церковных знаний и веропонимания. В своей народной толще он далеко не был таким невеждою, каким изображали его историки до последнего времени. Хотя отсутствовало образование официальное, зато широкими волнами разливалось по всему народу просвещение в самой жизни. Монастыри, приходы, почти без числа по своему количеству, являлись истинными рассадниками истинно народного просвещения. Монастырские библиотеки, а нередко и приходские храмы в старину были более богаты книжными сокровищами и произведениями высокого церковного художества, чем в наше время, в расцвете книгопечатания. Процветала не одна обрядность, но и религиозные истинные знания. В духовных повестях чисто русского происхождения нередко даже в наше время можно любоваться и глубиною богословского и философского мышления. Московские богословы при своем, так сказать, доморощенном образовании, случалось, вели очень тонкие словопрения с представителями западной богословской науки, и не только не пасовали перед ними, но и побеждали их глубиною своего собственного разумения. Отношения иерархии и мирян, чисто культурное значение Церкви нашим предкам были более глубоко известны, чем даже современным богословам. 

Никоновские реформы имели то значение, что ими русский народ отстранялся от непосредственного участия в делах церковных, и накопленные в течение долгих веков религиозные знания откладывались куда-то в сторону. Наряду с этим главенствующее значение получала бесконтрольная воля и власть иерархии, и взамен народного веропонимания выдвигалось на первое место понимание иное, принесенное из чужих стран.

Эти народные знания не могли быть заглушены никакими новыми течениями, никакою властью они не могли быть исторгнуты из духа народного. Старообрядчество и есть история того, как русский народ проявляет свои веками скопленные религиозные знания, как эти знания, иногда совершенно неожиданно, выбиваются на Божий простор и распускаются в пышные и дивные творения. 

Древлеправославная культура – особенная. Это – древнерусская культура, религиозная, церковная, народно-бытовая. Она является полной противоположностью западной – внерелигиозной, внецерковной, языческой и во многом безбожной культуры. По признанию современных учёных, исследователей древлеправославия, «…староверие было и остается поныне творческим этапом в русской церковной жизни, в реализации идеи церковной культуры».*  «В этом отношении необходимо отметить, что отделение старообрядцев происходило не только по линии церковных споров, но и по линии всей культурной психологии,  в старообрядчество уходила РУСЬ, верная не только религиозному, но и культурному своему прошлому,  не хотевшая никаких новшеств ни в Церкви, ни в жизни. Церковная и культурная неуступчивость не были только зловещими симптомами замыкания в самих себе, но в них с полной уже ясностью выступает мотив «самобытности», творческий замысел раскрытия и исторического проявления «своего».*

На этом история старообрядчества не заканчивается, а наоборот все больше развивается. Старообрядчество живет жизнью народа в народе, включая в себя все атрибуты не только гражданского общества, но и глубокое духовное наследие «седой старины».


Сноски:

*1  Слово «обряд» – новое: оно придумано уже в Петровскую эпоху и с того времени прочно вошло в обиход новой, никоновской, церкви и стало многозначным: и богословы, и литургисты и прочие писатели этой церкви выражаются: «обряд крещения», обряд причащения», «обряд венчания» и т.п. Все стало обрядом. Слово – «обряд» – не церковное, оно чуждо церковно-литургической терминологии. Церковь знает «чин» и «последование» но не знает слова «обряд». Это слово придумано врагами древлеправославной Церкви. (И я ,Ваш покорный слуга, вынужден по невежеству своему использовать это словосочетание в этой скромной работе.)

*2  ...Время же действительного появления Христианства на территории Руси, в Великой Степи - Придонье, - колыбели всего, верного Христу, Казачества, - датируется I веком нашей эры, а не 988 годом официального крещения Руси Равноапостольным Великим Князем Владимиром... Христианские общины на территории Руси (Придонье, Таманский полуостров, – где уже в III в.  были построены  Христианские Храмы) появились в I веке н.э. …

К 988 г. на Руси было уже четыре епархии!

*3  Рукоположение – богослужение, во время которого совершается таинство священства - поставление в священнослужители. Иначе хиротония (греч. рукоположение). Рукоположение совершается в дьяконы (из иподьяконов), в священники (из дьяконов) и в архиереи (из священников). Соответственно существуют три чина рукоположения. В дьяконы и священники рукоположение совершать может один архиерей; в архиереи рукоположение совершается собором архиереев (по крайней мере двумя архиереями – 1 Правило Св. Апостолов).

*4  «Мы одурачили, одурманили и развратили гоевскую молодежь посредством воспитания в заведомо для нас ложных, но нами внушенных принципах и теориях», прот. № 9.

*5  «…а молодежь их (гоев) одурела от классицизма и раннего разврата, на который ее подбивала наша агентура – гувернеры, лакеи, гувернантки – в богатых домах, приказчики и проч., наши женщины в местах гоевских увеселений. К числу этих последних я причисляю и так называемых «дам из общества», добровольных последовательниц из по разврату и роскоши», прот. № 1.

*6   Для исполнения послушания под присмотром наставника.

*7  «...Чтобы не уничтожить раньше времени гоевских учреждений, мы коснулись их умелой рукой и забрали в свои  руки концы пружин их механизма. Пружины эти были в строгом, но справедливом порядке, а мы его заменили либеральным беспорядочным произволом...», прот. № 9.

*8  III. C. 21.

*9  III. C. 48.

*10  III. C. 50. 

       «... Одни иезуиты могли бы в этом (в искусстве управлять массами; прим. редакции) с нами сравняться, но мы их сумели дискредитировать в глазах бессмысленной толпы, как организацию явную, сами со своей тайной организацией оставшись в тени...», прот. № 5. 

     …«Из инструкции Самозванцу, как ввести унию в России»: «… д) Самому государю заговаривать об унии редко и осторожно, чтоб не от него началось дело, а пусть сами русские первые предложат о некоторых неважных предметах веры, требующих преобразований, и тем проложат путь к унии; е) издать закон, чтобы в Церкви Русской всё подведено было под правила соборов отцов греческих, и поручить исполнение закона людям благонадёжным, приверженцам унии: возникнут споры, дойдут до государя, он назначит собор, а там можно будет приступить и к унии;  з) намекнуть чёрному духовенствуо льготах, белому о наградах, народу о свободе, всем – о рабстве греков;  и)  учредить семинарии, для чего призвать из-за границы людей учёных, хотя светских» (для преподавания в духовном учебном заведении привлечь людей только лишь мирских…); (Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. М., 1996. Кн. 6. Т. 10. С. 93.) По материалам журнала Уральской епархии Русской Православной старообрядческой Церкви «Остров Веры», № 3, 2003.

*11  Белоозёрские монастыри доставляли Никону ежегодно: 15 вёдер вина церковного, 10 вёдер романеи, 10 вёдер рейнского, 20 пудов патоки на мёд, 30 пуд. мёду-сырцу, 20 вёдер малины на мёд, 10 вёдер вишен на мёд, 30 вёд. уксусу; 50 осетров, 20 белуг, 400 тошей междукостных, 70 стерлядей свежих, 150 щук, 200 язей, 50 лещей, 1000 окуней, 1000 карасей, 30 пуд. икры, 30 пучков вязиги; 2000 кочней капусты, 20 вёдер огурцов, 20 вёд. рыжиков, 50 вёд. масла конопляного, 50 вёд. масла орехового, 50 вёд. сметаны, 10000 яиц, 30 пуд. сыру, 300 лимонов, полпуда сахару головного, пуд пшена сорочинского, 10 фунтов перцу, 10 ф. имбирю, 5 четвертей луку, 10 четв. чесноку, 10 ч. грибов, 10 ч. репы, 5 ч. свеклы, 500 редек, 3 ч. хрену, 100 пудов соли, 80 ч. муки ржаной, 20 ч. пше-ничной, 50 ч. овса, 30 ч. муки овсяной, 30 ч. ячменя, 50 ч. солоду ржаного, 30 – ч. яичного, 10 ч. овсяного, 15 ч. крупы гречневой, 50 ч. овсяной, 3 ч. проса, 12 ч. гороху, 5 ч. семени конопляного, 20 ч. толокна; да работникам – 40 стягов говядины, или 150 полотьев ветчины (Т. 11. С. 401, изд. 4). От Кириллова монастыря Никон получал ежегодно: … сена 20 возов, дров 15 сажен; из Спасокаменного монастыря: сена 12 копен, дров 8 сажен, да служка для посылок; из Спасоприлуцкого: сена 15 копен, дров 7 сажен, один портной; из Троицко-Устьшекснинского: се-на… и служка с лошадью; Кириллова-Новгородского:… и один псаломщик; Никитского-Благовещенского:… и один келейник; к этому нужно еще прибавить, что в распоряжении бывшего «патриарха-реформатора» были: 11 лошадей, 36 коров, 22 человека прислуги…. При этом Никон нередко жаловался царю на все монастыри, что они будто бы обсчитывают его и присылают провизию не совсем хорошую…

     В таком «заточении» прожил «великий святейший» почти 15 лет.» (у Соловьёва, стр. 400-402).  III. С. 52-54.

*12  III.C. 54.

*13  Исключено по сей день: «… какому же духу молится РПЦ, если не истинному»?

*14  (греч. – от евр. «хвалите Бога») - словосочетание, часто встречающееся в еврейских богослужебных текстах (напр., в псалмах). Вошло в христианское богослужение без перевода.

*15  Троеперстие или щепоть – то есть, упразднив, таким образом, Христа принизили перстосложение до мелочности типа: щепоть соли, щепоть муки или еще хуже табака.

*16  Ст.славянское

*17  Ст. славянское

*18  … изданные Софьей в 1685 г. против людей древнего благочестия 12  статей, справедливо получили в истории название «драконовских» за введение ужасных пыток, которыми добивались отречения, и за тем казнили по требованию этого указа «…смертью без всякого милосердия» – самой мучительной. Знаменитый историк В.О.Ключевский (о времени царствования Софьи) замечает: «Усиление карательных мер против старообрядцев нельзя ставить целиком на счет правительства царевны Софьи: то было профессиональное занятие церковных властей, в котором государственному управлению приходилось служить лишь карательным орудием». «…Духовенство и гражданское правительство с дьявольской жестокостью истребляло своих же братьев – русских людей – за их верность заветам и преданиям святой Руси и Христовой Церкви». Именно этот патриарх «…Иоаким вычеркнул из лика святых княгиню Анну Кашинскую, скончавшуюся за триста лет до церковного рас-кола, запретил службу ей и самые мощи её скрыл под спудом только потому, что они имели руки святой с двоеперстным сложением».

*19  Потомки ариев.

*20  … (греч. - вместо и лат. престол) - плат с зашитыми частицами мощей, на котором совершается литургия. Ан-тиминс освящается архиереем по особому чину. Обычно антиминс четырехугольный, из шелковой или льняной материи. На современных антиминсах изображаются положение во гроб Иисуса Христа после снятия с Креста и четыре евангелиста. Антиминс находится на престоле: когда не совершается литургия, заворачивается в илитон. Антиминс берет начало от возникшего в раннехристианские времена обычая совершать литургию на гробницах мучеников. Впоследствии, при увеличении количества храмов в престолы стали вкладывать только частицы мощей. На рубеже VIII - IХ вв. частицы мощей стали вшивать в материю и полагать поверх престола.

*21  Ст. славянское

*22  Вопреки исторической правде, иезуитски лукаво требуя от старообрядцев именоваться «раскольниками», власти предержащие старались свалить вину с больной головы на здоровую: приём известен – «Держи вора!» – кричит вор, бегущий впереди погони.

*23  VIII. С. 203              

*24  IX. С. 61.

*25  В этот список со всей неумолимостью попадают Святыи Великии Иоанн Предотеча и Креститель Господень, Святые Апостолы, Евангелисты, Пророки, Патриархи, Праотцы, Псалмопевцы, Василие Великии, Григорие Богослове, Иоанне Златоусте, Николае Чудотворец и тысячи Святых просиявших во вселенной до раскола в Церкви Христовой...

*26  Проблемы русского религиозного сознания.  Сборник. Берлин, 1924. С. 252

*27  Зеньковский В.В. Русские мыслители и Европа. Париж. С. 10.  

Именно это – «своё» - самобытное, уникальная неповторимость и индивидуальность каждого народа (этноса, субэтноса) Земли (гоев), в программе под названием «Сионские протоколы», -  поставлено целью разрушить для воцарения всеземного сверхправительства...

	
иллюстрации.





Сожжение протопопа Аввакума.



Семен Денисов.




Интерьер Покровского Кафедрального собора на Рогожском кладбище в Москве. Современная фотография.



Колокольня на Рогожском кладбище в Москве. Современная фотография.


Используемая литература и другие источники.



I.	Евангелие От Матфея. 

II.	Сенатов В. Г. Философия истории старообрядчества. Издательство Церковь. Москва   1995 г.

III.	Ф.Е.Мельников. Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви. Барнаул. 1999 г.

IV.	«Глас вопиющего…». Ижевск, «Полиграф – мастер» 2003

V.	В. О. Ключевский. «Курс русской истории» М., 1957).

VI.	Сергей Нилус. «Близ грядущий антихрист и царство диавола на земле». Сергиев Посад, 1911 г.

VII.	Протоколы собраний сионских мудрецов.

VIII.	Мельников-Печерский П.И. Полное собрание сочинений. Т. VII.

IX.	Тарле Е.В., Нахимов. М. АН СССР, 1942 г.

X.	Православный церковный календарь 2004. Издательство: Международный просветительский центр при Московской Патриархии. Москва 2003. [http://www.days.ru/]

XI.	Ветхий Завет. Книга премудрости Исуса, сына Сирахова.

XII.	Зеньковский В.В. Русские мыслители и Европа. Париж.

XIII.	Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. М., 1996 г.

XIV.	Журнал Уральской епархии Русской Православной старообрядческой Церкви «Остров Веры», № 3, 2003 г.













		

Стр. - 2