Уникальный вклад Толстого в науку воспитания и образования

ПЛАН



Первый педагогический опыт

Путешествие по школам Европы

Яснополянская школа

Теория педагогики в журнале «Ясная Поляна»

Толстой - автор учебников для народных школ

Уникальный вклад Толстого в науку воспитания и                образования

























































Еще в юности Л.Толстой проявлял особый интерес к народному просвещению. Вспомним его ранний автобиографический рассказ «Утро помещика». Главный персонаж студент Нехлюдов, не дослушав факультетского курса до конца, оставил университет. Свою деятельность он подчиняет одной цели: «действовать на простой, восприимчивый, неиспорченный класс народа..., избавить его от бедности, дать довольство, передать им образование, которым, по счастью, я пользуюсь, исправить их пороки, порожденные невежеством и суеверием, развить их нравственность, заставить полюбить добро... Какая блестящая, счастливая будущность!»

	Как и герой рассказа, Толстой 22 лет от роду открывает в Ясной Поляне, родовом имении, школу для крестьянских детей. Первый опыт оказался непродолжительным. С весны 1851 г. Толстой - на армейской службе. Вскоре, после окончания Крымской войны, выйдя в отставку, он возобновляет учебную работу, но уже с большим числом крестьянских детей.

	И наблюдения Толстого-писателя за поведением ребенка, подростка, юноши, и школьные опыты Толстого-учителя подсказали ему, что обучение - дело непростое. Он обращается к специальной литературе, вступает в контакты с деятелями просвещения, начинает интересоваться опытом разных стран. В 1857 году Толстой предпринимает первое путешествие в Европу: посещает Германию, Францию, Швейцарию.

	Но просветительством был увлечен не один Лев Толстой, вся демократическая интеллигенция России - в стране шла подготовка школьной реформы. Министерские проекты живо обсуждались общественностью, недоверчиво относившейся к просветительной политике царского правительства. Толстой, в частности, считал, что чиновники от просвещения не могут создать школьной системы, отвечающей интересам всего народа: «Чтобы народное образование пошло, нужно, чтобы оно было передано в руки общества».

	Лев Толстой подчас высказывал свои взгляды в такой форме, которая давала возможность неоднозначно их толковать. Этим пользовались его опоненты, выдавая, например, высказывания писателя о неиспорченности природы ребенка за педоцентризм, а предоставление ученикам права свободного посещения уроков - за анархизм. Но превратное толкование оказывается  попросту невозможным, как только отдельные высказывания Толстого начинаешь рассматривать в общем контексте его просветительской концепции, в основе которой идеи народности и гуманизма, демократизма и свободы образования.

	Свободу он называл «единственным критерием педагогики». На этом основании его сравнивали с Руссо и позднейшими представителями движения «свободного воспитания». Действительно, как и Руссо, Толстой говорил, что дитя являет собой от природы свершенное, неиспорченное создание и что не следует препятствовать его свободному развитию. 

	Не менее важный аспект принципа свободы образования - социальный. Казенщине и бюрократизму Толстой противопоставлял общественную деятельность. Толстовская идея свободы образования означала требование предоставить народу свободу в создании школ для своих детей и в определении содержания школьной деятельности. До тех пор, пока власть предержащие будут полностью определять содержание и методы обучения, оно не сможет способствовать развитию подлинной культуры в народе.

	Защищая и развивая идеалы гуманистической педагогики. Толстой заявлял и о необходимости научного обоснования образовательной и воспитательной деятельности. У каждой науки есть только ей принадлежащие предмет и методы исследований. У педагогики - это ребенок в его бесконечно многообразных естественных проявлениях. В отличие от общей психологии и возникшей позднее педологии в концепции Толстого изучения ребенка не отрывалось от практических задач обучения и воспитания. В этом состояла принципиальная особенность его методологической позиции. Существенно отличались также предложенные использовавшиеся им методы изучения ребенка.

	С середины Х1Х века психологи стали чаще пользоваться в исследованиях экспериментом. При этом они вычленяли одну их психических функций, получая относительно ее объективные результаты. Толстой тоже пользовался экспериментом, сравнивая эффективность различных способов обучения. Но педагог в своей практической деятельности имеет дело не с какой-либо одной изолированной функцией, а с формирующейся личностью - учеником. Учителю и воспитателю необходимо иметь о нем целостное представление. Главным для Толстого был метод многостороннего, в том числе социологического и психологического анализа. В этом одна из замечательных особенностей изучения Толстым ребенка как предмета воспитания. Читая педагогические сочинения Толстого, почти физически осязаешь живого ребенка, видишь не его фотографическое изображение душевных состояний под влиянием обстоятельств.

	Педагогические труды Толстого доказывали, что дитя больше мыслит образами, красками, звуками, что на первоначальных ступенях обучения мышление образами преобладает над логическим мышлением. Образное мышление имеет место и на последующих ступениях.

	В России были школы, обязанные своим существованием не Министерству народного образования, на общественной или частной инициативе. Среди них Яснополянская, основанная Толстым в 1859 году. 

А в 1860 году он вторично едет за границу. Он назвал эту поездку «путешествием по школам Европы». Толстой посетил тогда Германию, Францию Швейцарию, Англию, Бельгию. Свои впечатления от виденного он выразил словами: «Я мог бы написать целые книги о том невежестве, которое видал в школах Франции, Швейцарии и Германии».

	В школах, которые посетил Толстой, была палочная дисциплина, применялись телесные наказания, преобладало механическое зазубривание. Побывав в народной школе города Киссенгена, Толстой отметил в дневнике 17 июля 1860 года: «Был в школе. Ужасно. Молитва за короля, побои, все наизусть, испуганные, изуродованные дети».

	А вот картина, которую писатель наблюдал в одном из французских приютов: «Четырехлетние дети по свистку, как солдаты, делают эволюции вокруг лавок, по команде поднимают и складывают руки и дрожащими и странными голосами поют хвалебные гимны богу и своим благодетелям...»

	В английских школах все внимание было направлено на то, чтобы воспитывать детей в духе религиозности и послушания старшим и хозяевам. Знания дети приобретали дома или на улице, но только не в школе.

	Вот как описывает Толстой урок наглядного обучения в одной из немецких школ. Учитель показывает детям картинку, на которой изображена рыба. «Что это такое, милые дети?» - спрашивает он. «Это рыба», - слышится робкий ответ. «Нет, - отвечает учитель. Что вы видите?» Дети молчат. Они сидят чинно, не шевелясь. «Что же вы видите?» - «Книжку», - говорит самый глупый. Умные школьники в недоумении, а учитель радуется! «Да, да,  очень хорошо, книга. А в книге что?» Самый бойкий отвечает: «Буквы». Но учитель недоволен: «Надо думать о том, что говоришь».

	Урок продолжается. «Опять, замечает Толстой, - все умные в унынии молчат и... думают о том, какие очки у учителя, зачем он не снимает их, а смотрит через них и т.п. «Так что же в книге?» Все молчат «Что вот здесь?» Он указывает на рыбу. «Рыба», - говорит смельчак. «Да, рыба, - но ведь не живая рыба». «Нет, не живая». - «Очень хорошо. А мертвая?» - «Нет». - «Прекрасно. Какая же это рыба?» - «Картина». - «Так, прекрасно». Все повторяют: это картина, и думают, что кончено. Нет, надо сказать, что это картина, изображающая рыбу».

	Когда Толстой вернулся в Россию и стал знакомиться с тем, как учат детей в начальных школах, он увидел, что немецкая «метода» наглядного обучения проникла и в русскую педагогику. Среди учителей были широко распространены книги Н.А.Корфа, который советовал для «развития» учеников задавать им такие вопросы: «В чем состоит различие между курицей и собакой? А в чем сходство между ними?», «Что такое крыша?». Или: «Пересчитаешь ли ты, сколько волосьев на валенках торчит? А отчего не пересчитаешь?», «Чего у тебя на голове много? С какой целью паук выпускает паутину?», «Действие рыбы состоит в том, что она плавает. А действие змеи, блохи, соловья, таракана, учителя, ученика?»

	И получалось, что самые умные ученики терялись и становили в тупик перед подобными вопросами. Такое обучение лишь отупляло школьников, вызывало у них отвращение к урокам. И вот впечатление, которое вынес Толстой из своих посещений многих школ - и зарубежных и русских: «Все, что вы видите, это скучающие лица детей, насильно вогнанных в училище, нетерпеливо ожидающих звонка и вместе с тем со страхом ожидающих вопроса учителя, делаемого для того, чтобы против воли принуждать детей следить за преподаванием».

Поначалу намерение графа организовать в своем доме бесплатную школу было встречено крестьянами с недоверием. В первый день лишь 22 ребенка несмело переступили школьный порог. Но прошло пять-шесть недель, и число учеников возросло более чем в три раза. Учеба здесь сильно отличалась от обычных школ. 

Дети крепостных крестьян в то время учились в основном у дьячков и отставных солдат. Главным средством побуждения к учебе был страх наказания. Толстой же построил обучение на полной свободе учеников. «Образование, - утверждал он, - есть потребность всякого человека. Поэтому образование может быть только в форме удовлетворения потребности. Вернейший признак действительности и верности пути образования есть удовольствие, с которым оно воспринимается. Образование на деле и в книге не может быть насильственно и должно доставлять наслаждение учащимся».

	Занятия начинались в 8-9 часов утра. В полдень - перерыв на обед и отдых. Затем снова занятие еще 3-4 часа. Каждый учитель давал ежедневно 5-6 уроков. В зависимости от возраста, подготовленности и успехов ученики делились на три группы: младшую, среднюю, старшую. Ученик не имел строго определенного для него места. Каждый садился там, где ему хотелось. Заданий домой не задавали. Преобладающей формой занятий был не урок в обычном смысле, а свободная беседа с учениками: в ходе ее дети обучались чтению, письму, арифметике, закону божию, усваивали грамматические правила, доступные для их возраста сведения по истории, географии, природоведению. Их обучали также рисованию, пению.

	Содержание обучения изменялось в соответствии с развитием детей, возможностями школы и учителей, желанием родителей. Сам Лев Николаевич преподавал в старшей группе математику, физику, историю, некоторые другие предметы. Чаще всего знания по основам науке он излагал в форме рассказа. Ни за поведение, на за плохую успеваемость детей не порицали.

	Принципиальным отличием Яснополянской школы было ее отношение к знаниям, умениям, навыкам, приобретенными детьми вне школы. Образовательное значение их не только не отрицалось, как это делалось в большинстве других школ, напротив - рассматривалось как необходимая предпосылка успеха школьной деятельности.

	Яснополянская школа для крестьянских детей помещалась рядом с домом писателя - во флигеле, который сохранился до наших дней. Один из ее учеников, Василий Морозов, рассказывает: «В школе у нас было весело, занимались с охотой. Но еще с большей охотой, нежели мы, занимался с нами Лев Николаевич. Так усердно занимался, что нередко оставался без завтрака. В школе вид он принимал серьезный. Требовал от нас чистоты, бережливости к учебным вещам и правдивости. Не любил, если кто из учеников допускал какие-нибудь глупые шалости... Любил, чтобы на вопрос ему отвечали правду, без задней выдумки... Порядок у нас был образцовый за все три года».

	Толстой считал, что ученики начальной школы должны получать широкий круг знаний.

	В Яснополянской школе изучались двенадцать предметов: чтение, письмо, грамматика, русская история, математика, рисование, беседы из естественных наук, черчение, пение и другие. Толстой стремился также привить детям трудовые навыки. Для 

этого он выделил участок земли, который обрабатывали школьники. Ребята посеяли и вырастили лен, горох, морковь, репу и сами убрали урожай. По словам очевидцев, они работали здесь с радостью, ибо «не видели барщины», которая была отменена Толстым в Ясной Поляне до реформы 1861 года.

	Яснополянская школа была полной противоположностью казенным школам - русским и зарубежным. В ней царил дух сознательной дисциплины, который ревностно охранялся и развивался самими учениками, очень любившими свою школу и своего учителя - Толстого.

	Быть учителем в Ясной Поляне оказалось гораздо сложнее, чем в школе с жестким расписанием уроков, принудительной дисциплиной, набором известных средств поощрения и наказания. Здесь от учителя требовалось постоянное нравственное и интеллектуальное напряжение, умение в данный момент учитывать состояние и способности каждого из своих воспитанников. От учителя требовалось педагогическое творчество.

	Очень скоро школа в Ясной Поляне, благодаря необычайно быстрым успехам детей, приобрела самую лучшую репутацию у окрестных крестьян, так что к Толстому порой возили учеников за 50 верст. 

Педагогическая деятельность Толстого не ограничивалась Ясной Поляной. По его инициативе в Крапивенском уезде Тульской губернии действовало не менее двадцати народных школ. Его опыты, для того времени столь необычные, привлекали к себе внимание общественности, русской и зарубежной. В Ясную Поляну приезжали учителя из многих стран. Их  притягивали гуманстические идеи Яснополянской школы.

	Лев Толстой издавал специальный педагогический журнал «Ясная Поляна». Программа его включала описание новых приемов обучения, новых принципов административной деятельности, распространения книг среди народа, анализ свободно возникающих школ. Он приглашал к сотрудничеству в журнале учителей, «смотрящих на свое занятие не только как на средство существования, не только как на обязанность обучения детей, но как на область испытания для науки педагогики». Толстой опубликовал в журнале многие свои статьи. 	

	Толстой написал одиннадцать статей, в которых показал ошибочность системы народного образования в царской России и в буржуазных странах Западной Европы, одновременно изложив свои педагогические взгляды. Он убедительно доказал, что правящие классы ни в России, ни в зарубежных странах не заботятся о настоящем образовании детей из народа, что школы не отвечают интересам народа.

	Толстой писал тогда, что «насущнейшая потребность русского народа есть народное образование... Образования этого нет». Писатель задумал создать «Общество народного образования», целью которого должно было явиться «Распространение образования в народе». Но царское правительство не дало на это разрешения, и тогда Толстой написал, что он хотя бы и один, но будет составлять «тайное общество народного образования».

	Толстой целиком посвятил себя работе в школе и изданию педагогического журнала «Ясная Поляна».	

	Вот отрывок из его статьи, дающий хорошее представление об этой школе.

	«Уже давно виднеются из школы огни в окнах, и через полчаса после звонка, в тумане, в дожде или в косых лучах осеннего солнца, появляются на буграх... темные фигурки, по две, по три, и поодиночке... Дорогой почти никогда я не видал, чтобы ученики играли - нечто кто из самых маленьких или из вновь поступивших... С собой никто ничего не несет - ни книг, ни тетрадок. Уроков на дом не задают. Мало того, что в руках ничего не несут - им нечего и в голове нести. Никакого урока, ничего, сделанного вчера, он не обязан помнить нынче. Его не мучит мысль о предстоящем уроке. Он несет только себя, свою восприимчивую натуру и уверенность в том, что в школе нынче будет весело так же, как вчера. Он не думает о классе до тех пор, пока класс не начался. Никогда никому не делают выговоров за опаздывание, и никогда не опаздывают, нешто старшие, которых отцы другой раз задержат дома какой-нибудь работой. И тогда этот большой рысью, запыхавшись, прибегает в школу».



Однако деятельность Толстого вызывала недовольство властей. Во время его отъезда на кумысолечение в Башкирию в Ясной Поляне был произведен обыск. Узнав об этом, Л.Толстой обратился к Александру 11, протестуя против жандармского произвола. Через какое-то время от царя в Ясную Поляну приезжал жандармский офицер с извинениями. Но продолжать после случившегося учительскую деятельность было невозможно. Преследования за педагогическую деятельность со стороны властей и окрестных помещиков не прекращались. Направление журнала «Ясная Поляна» было сочтено как «низвергающее основные правила религии и нравственности», и вышедший в декабре 1862 г. двенадцатый его номер оказался последним.

	В 70-е годы Толстой создает «Азбуку» и «Новую азбуку», ради которой прерывает даже работу на «Анной Карениной».

	Давно вынашивал Толстой замысел учебной книги для самых маленьких. Общий план ее, содержание и логическая структура разрабатывались довольно долго. Об этом занятии часто говорил с волнением: «Что из этого выйдет - не знаю, а положил в него всю душу». С «Азбукой» связывал Толстой «самые гордые мечты», полагая, что несколько поколений русских детей, от мужиков до царских, будут учиться по ней, получая первые поэтические впечатления. Толстой даже высказался в таком роде: «Написав эту «Азбуку», мне можно будет спокойно умереть».

	«Азбука» графа Л.Толстого стала событием в педагогике. Она в значительной степени оправдала надежды автора. А между тем многим казалось, что начальное обучение - дело недостойное таланта великого писателя. Значение нового педагогического труда не сразу было понято и оценено современниками. Однако Толстой был убежден, что с первой ступени обучения начинается и духовное развитие ребенка. Будет ли учение для ребенка радостным, возникнет ли у него бескорыстный интерес к познавательной деятельности, будет ли он впоследствии ставить духовные ценности выше материальных благ - все это во многом зависит от его первых шагов в мир знания. Развитие духовного начала без школы едва ли может состояться. Это ее приоритетная задача, более важная, чем сообщить некую сумму знаний. Вот ее решать и стремился Толстой своей «Азбукой».

	«Азбука» графа Л.Н.Толстого - комплекс учебных материалов из четырех книг. Это своеобразная энциклопедия, объясняющая детям окружающий  мир. Художественно обогащая, она раскрывала основные понятия физики, химии, ботаники, зоологии, рассказывала о жизни растений, внешних чувствах человека и животных, явлениях магнетизма, электричества и многом другом. «Азбука графа Л.Н.Толстого» возбудила среди методистов горячие споры.

	«Новая азбука» - новый комплекс учебных материалов - была более универсальной, усовершенствованной в результате полемики с оппонентами. Она получила позитивную оценку в прессе, была допущена министерством в народные школы. При жизни Толстого она выдержала  свыше тридцати изданий. «Образец идеальной простоты и жизненной правды», «верх совершенства в психологическом и художественном отношении» - таково мнение авторитетных педагогов. А один из них, профессор С.Рачинский, увлеченный идеей служения народному образованию и оставивший университетскую кафедру для того, чтобы обучать крестьянских детей, говорил: «Детские книги графа Л.Н.Толстого следует знать всякому образованному русскому человеку».

	И подобному тому, как литературные произведения Толстого означали шаг в развитии мирового искусства, его педагогические труды явились уникальным вкладом в науку воспитания и образования. 























Список использованной литературы



К.Н.Ломунов «Лев Толстой. Очерк жизни и творчества» М.-1984 г. Ст.38-33; 40-43

В.Линков, А.Саакянц «Лев Толстой. Жизнь и творчество» изд. «Русский язык» - 1979 г. Ст.86-87.

Л.Н.Толстой Сборник статей. Пособие для учителей. М.1955

В.А.Вейкшан «Л.Н.Толстой о воспитании и обучении» М.1953 г.

В.А.Лебедева «Педагогическая деятельность Л.Н.Толстого» Тула 1953 г.

С.Шацкий «Толстой - педагог». Пед.соч. т.3. 1964 г.

Н.К.Гончаров «Педагогические идеи и практика Л.Н.Толстого в книге «Историко-педагогические очерки»» М.1963 г.





12