Топонимические традиции русской усадьбы (1861-1917 гг.)

Топонимические традиции русской усадьбы (1861-1917 гг.)

Михаил Коробко

Своеобразная визитная карточка любой усадьбы - ее название, далеко не всегда поддается расшифровке. Зачастую оно не имеет устоявшейся формы и употребляется сразу в нескольких вариантах. Разные интерпретации названия одной и той же усадьбы встречаются даже в документах одного временного периода.

Как известно, ряд земель в Подмосковье и других регионах и основанные на них усадьбы и другие населенные пункты получили свои названия по именам или прозвищам их владельцев и основателей. В составе имений могло быть несколько населенных пунктов, но, как правило, обычно только название усадьбы становилось названием всего имения. К числу таких "владельческих названий" относятся: Любвино (Рузский уезд) [*], названное так по имени владелицы Л.Г.Пыльцовой, основавшей эту усадьбу незадолго до Первой мировой войны[1], Щапово, ранее Александрово (Подольский уезд) по фамилии коммерсанта И.В.Щапова, владевшего этой усадьбой в 1889-1896 гг. [2], Ржевское, ранее Шаболово (Московский уезд), по представителем дворянской фамилии, бывших последними владельцами этой усадьбы[3] и т.п.

При смене владельцев многие старые топонимические реалии зачастую уходили в небытие, новые либо занимали их место, либо существовали параллельно. Так Ховрино (Московский уезд) по новым владельцам купцам Грачевым стало называться Грачевка[4], Демьяново (Клинский уезд), в 1883-1917 гг. принадлежавшее В.И.Танееву, стало называться Танеевкой[5], Ивановское (Клинский уезд), перешедшее к князьям Козловским, соответственно Ивановское-Козловское[6], Малхино (Дмитровский уезд), в конце XIX в. приобретенное купцами Малюшиными, неофициально называлось Малюшино, хотя юридически сохраняло свое прежнее название[7] и т.п. В редких случаях в качестве названия употреблялась не фамилия владельца, а титул, но эта тенденция относится к дореформенному времени.

Названия усадеб, обязанные своим возникновением исключительно фантазии владельцев, т.е. более личные топонимически, можно разделить на две группы. Одна из них, носящая "пасторальный" характер, наглядно показывает отношение владельца к своей усадьбе и его стиль жизни. Так Никольское (Клинский уезд) после покупки у Е.А.Алмазовой Д.Б.Черняевым и реконструкции, было переименовано в Молодое[8]; усадьба, устроенная в конце XIX-начале ХХ вв. недалеко от железнодорожной станции Одинцово, получила название Отрадное (Звенигородский уезд) [9] и т.п. Отметим, что такие названия не характерны для пореформенного времени, хотя эпизодически и продолжили появляться.

Другая группа названий аналогичного происхождения внешне якобы носит владельческий характер, но на самом деле отражает желание владельцев увековечить имена близких им людей в названии имений и усадеб. Так, коллекционер А.А.Бахрушин, купивший в 1913 г. Афинеево (Верейский уезд), переименовал его в Верино по имени жены[10]. Подобного происхождения название Наташино (Московский уезд), возникшее в 1901 г. (Наталья - имя дочери владельца этой усадьбы потомственного дворянина Е.А.Скальского) [11], и некоторые другие топонимы.

Еще одна группа объединяет названия, данные по гидронимам или разного рода географическим, историческим и природным реалиям. Для пореформенного времени такой тип новых усадебных названий, нехарактерен, хотя иногда и встречался. Так Апрелевка (Верейский уезд), устроенная в 1892 г. писателем Н.Н.Златовратским, на участке, приобретенном у генерала Кохманского из состава его имения Бурцево, названа по протекавшей через территорию усадьбы речке Апрелевке[12]; возникшая на рубеже XIX-XX вв. усадьба Смирновых (Верейский уезд), впоследствии перешедшая к С.Р.Муратовой называлась Пустошь Капустино, т.е. унаследовала название участка, на котором она была создана, долгое время бывшего пустошью - незаселенным и незастроенным[13] и т.п.

Наконец большая группа названий свойственна исключительно усадьбам, возникшим в дореформенное время, причем лишь тем из них, в которых имелись церкви. Такие топонимы носят исключительно "церковный" характер: Богородское (Богородицкое), Влахернское, Ильинское, Троицкое и т.п. и даже до сих пор встречаются достаточно часто. Поэтому, как правило, у усадеб их имеющих, как правило, еще существуют и другие названия, либо владельческого характера, либо отражающие местные отражающее географические реалии. В Московском уезде параллельно существовали усадьбы: Троицкое на Теплых Станах, Троицкое на Обитце, Троицкое-Лыково и Троицкое-Черемушки (Троицкое-Андреево) [14]; Богородское-Воронино и Узкое-Богородское (Узкое) [15]; в Звенигородском уезде: Петровское-Дальнее (Дурнево) и Петровское-Алабино (Петровское-Княжищево) [16] и т.п. Однако в ряде случаев и это не помогало, поэтому в одном из названий (не церковном) меняли ударение. Например, в Подольском уезде было две усадьбы, называвшиеся Чириково (Покровское) одна на Варшавском, другая на Калужском шоссе. Первую из них называли Чири ково, второе Чи риково[17].

В итоге усадьбы, имевшие пять семь названий, не были редкостью, что, в свою очередь усугубляло путаницу в изданиях справочного характера и до сих пор создает определенные трудности при работе с архивными документами. Но это были, как правило, усадьбы, созданные в дореформенное время и имевшие не менее чем полутора двухсотлетние истории. Усадьбы созданные в пореформенное время, разумеется, имели меньше названий и поэтому при работе с источниками идентифицируются значительно легче.

Имения и усадьбы могли оставаться без названий до тех пор, пока в них не появлялась необходимость, т.е. до их фиксации в официальных документах обычно при покупке, продаже или передаче в наследства всего землевладения. Так не имели названия: усадьба художника В.В.Верещагина, находившаяся между деревнями Новинки и Нижние Котлы (Московский уезд) [18]; усадьба, приобретенная в 1913 г. актером П.Н.Орленевым у станции Востряково Рязано-Уральской железной дороги (Бронницкий уезд) [19]; усадьба художника К.В.Лемоха, расположенная недалеко от села Ховрино (Московский уезд) [20] и др. 

Архивные документы позволяют проследить даже сам процесс официального присвоения названий некоторым имениям и усадьбам. Так, при приобретении Московской уездной земской управы, не имевшего собственного названия имения надворного советника Р.И.Келлера, расположенного близ деревни Свиноедково (Московский уезд) старший нотариус Казаков потребовал присвоить ему таковое при утверждении купчей крепости 28 сентября 1900 г. С того времени бывшее имение Р.И.Келлера стало называться Земское по своему новому владельцу[21].

Перепрофилирование ряда зданий и сооружений с одной стороны, с другой собственное обустройство приводили к созданию новых топонимических реалий и утрате старых. В Кузьминках в пореформенное время ряд отдельных построек, которые стали использовать под дачи, были переименованы: дом садовника на Садоводстве по своему цвету стал называться Серая дача, больница Белая дача, а Померанцевая оранжерея Оранжевая дача[22], Парадный двор в начале ХХ в. фигурирует в описи усадьбы под названием Главная площадка[23]; Александр II в Ильинском (Звенигородский уезд), принадлежавшем его жене императрице Марии Александровне, "бывшие названия корпусов […] приказал уничтожить, и именовать их кавалерскими домами под номерами; название же флигеля для его высочества наследника цесаревича "Нечуй горе" по просьбе великого князя Александра Александровича [т.е. самого наследника - М.К.] приказал оставить" [24]; новые дорожки, проложенные в парке Узкого (Московский уезд), по инициативе жены владельца княгини А.В.Трубецкой получили названия: Большая прогулка и Маленькая прогулка (согласно протяженности каждой из них) [25] и т.п.

Характерной особенностью большинства усадеб была так называемая семейная микротопонимика, зачастую незафиксированная в официальных документах, но находившей свое отражение в личных бумагах, письмах, дневниках, воспоминаниях владельцев, членов их семей и многочисленных гостей: кедровая роща рядом с господским домом во Введенском (Звенигородский уезд) называлась Верин гай, в честь жены владельца купца В.И.Якунчикова[26]. Меньшове (Подольский уезд) существовала Сонина гора, названная так в честь дочери одного из владельцев С.А.Лопухиной "…потому что она там однажды, девочкой, ускользнув от надзора старших, вскочила на неоседланную крестьянскую лошадь и на ней носилась по горе" [27]; в Абрамцеве (Дмитровский уезд) одно из зданий называлось Поленовской дачей т.к. там одно время жил художник В.Д.Поленов[28], в одной из подмосковных усадеб в начале ХХ в. была устроена беседка с архаичным названием "Ривьера спокойствия" [29] и т.п.

Со временем причины возникновения ряда названий забылись (в особенности это относится к названиям владельческого характера), поэтому, как правило, возникли и до сих пор возникают местные легенды, которые стараются их объяснить исходя из местных реалий самого разного характера: исторических, архитектурных, природных и т.п.

К числу распространенных примеров такой ложной топонимики относится до сих пор периодически встречающееся в литературе утверждение, относительно того, что якобы Кузьминки (Московский уезд), получили название по имени некоего Кузьмы, работавшего на мельнице, рядом с которой была основана эта усадьба[30]. Однако, существование этого легендарного персонажа не подтверждается документально, кроме того, согласно нормам русского языка название населенного пункта, образованное от имени Кузьма, было бы Кузьмино, а не Кузьминки. Отметим, что Кузьминками в народе называли праздники в честь Косьмы и Дамиана (Кузьмы и Демьяна), отмечаемые 1 июля и 1 ноября (по старому стилю). Поэтому логично предположить, что в более ранний период, когда рядом с мельницей находилась деревня, в ней одно время существовала часовня Косьмы и Дамиана[31]. 

Псевдотопонимическая легенда существует и про Черемушки (Московский уезд). Якобы название этой усадьбы возникло от некогда находившихся на этом месте зарослей черемухи[32]. Но именно заросли для черемухи нехарактерны: "черемушников" не существует в природе. Поскольку черемуха встречается в Подмосковье довольно часто, то значит аналогичные названия, в том числе и по другим садовым растениям должны были быть достаточно распространены, однако этого не произошло. Старая форма названия этой местности - Черемша (дикий чеснок), позволяет выдвинуть версию о "владельческом" происхождении этого названия. Возможно, это было прозвище одного из первых владельцев этой местности, документальные сведения, о котором до нас не дошли. Очевидно, были причины, по которым некий дворянин, временно ставший хозяином здешней земли, получил такую кличку, превратившуюся в его родовое имя (сама черемша, как культура для Подмосковья нехарактерна). 

Еще один примером ложной топонимики является народная интерпретация названия усадьбы Узкое или Уское (Московский уезд). Согласно расхожей легенде, первоначальной формой названия этой местности было - Ужское, якобы возникшее от ужей, разводимых здесь для уничтожения лягушек в прудах[33]. Но это неверно ни с исторической, ни с языковой стороны: данная форма не зафиксирована в источниках, а главное - Ужское не могло образоваться от существительного уж (ср. уж - ужиный). Логично предположить, что среди первых владельцев этой местности, документальные сведения о которых не дошли до нас, были люди с такой необычной фамилией или прозвищем. Это тем более вероятно, поскольку известно, что в XV в. (а, может быть, и ранее) существовал род дворян Уских, одному из представителей которого принадлежала, находившаяся относительно недалеко от Узкого деревня Картмазово[34]. 

Акцент на усадебной топонимике впервые сделан М.В.Нащокиной[35], но в целом нашей историографии до сих пор свойственна недооценка этого любопытнейшего явления.

Список литературы

[1] Дм.И. Любвино - новокупеческая усадьба// Столица и усадьба. 1915. № 29. С. 1-5. Подмосковное "Любвино"// Всемирная иллюстрация. 1912. № 37. С. 2-4.

[2]Поцелуев В.А., Петреев И.В. Подольск и окрестности. М., 1999. С. 321; Русина О.Н. История села Александрова (поселок Щапово) Подольского района Московской области. М., 1992.

[3] ЦГАМО, ф. 4997, оп. 1, д. 115, л. 107д. 976, л. 113; Коробко М.Ю. Шаболово// Усадебное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. С. 55.

[4] Нащокина М.В. К интерпретации образной структуры усадьбы Грачевка// Русская усадьба: Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 2. М., 1996. С. 159-170.

[5] Ковацкая В.В. Усадьба Демьяново. Опыт исторической реконструкции// Русская усадьба: Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 7. М., 2001. С. 278.

[6] Модзалевский Б. Ивановское-Козловское// Столица и усадьба. 1917. № 79. С. 5-10.

[7] Малюшина-Полянская Т.Г. Усадьба Малющино// Чтоб не распалась связь времен… Григоровский сборник. М., 1997. С. 91-97.

[8] Выголов В.П., Подъяпольская Е.Н., Разумовская А.А. и др. Памятники архитектуры Московской области. Вып. 2. М., 2001. С. 274.

[9] ЦИАМ, ф. 299, оп.1, д. 461; [Реклама, участков, продающихся в Отрадном ]// Московский листок. Прибавление к № 97. 1901. 8 апреля. С. 16.

[10] Бахрушин Ю.А. Воспоминания. М., 1994. С. 612.

[11] Белов А.А. Люберцы; по следам легенд. Люберцы, 1990. С. 23-30.

[12] Златовратская С.Н. Из воспоминаний об отце/ Златовратский Н.Н. Воспоминания. М., 1956. С. 399-400.

[13] ЦИАМ, ф. 299, оп. 1, д. 460.

[14] Бялая Г.Р. Строгино и его окрестности. Историко-краеведческие очерки. М., 1997; Коробко М.Ю. Молоденький мальчик с румянцем во всю щеку: Ф.И.Тютчев в Троицком и Знаменском-Садках// История (издательский дом "Первое сентября"). 2003. № 45. С. 13-17; Он же. Троицкое-Черемушки// Усадебное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. С. 46-50; Подъяпольская Е.Н., Разумовская А.А, Смирнов Г.К. Памятники архитектуры Московской области. Вып. 3. М, 1999. С. 170-171, 177-178.

[15] Коробко М.Ю. Богородское-Воронино: исчезнувшая подмосковная// Московский журнал. 1992. № 7. С. 41-44; Он же. Богородское-Воронино// Усадебное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. С. 99-106; Шрамченко А.П. Справочная книжка Московской губернии (описание уездов), составленная по официальным сведениям управляющим канцелярией Московского генерал-губернатора А.П.Шрамченко. М., 1890. С. 32, 43.

[16] Голицын М.М. Материалы к истории рода Прозоровских// Русский архив. 1899. № 7. С. 48-53; Он же. Петровское. М., 1912; Мемуары графини Головиной М., 1911. С. 41-42; Покровская З.К. Указ. соч. Там же; Торопов С.[А.] Петровское Демидовых// Среди коллекционеров. 1924. № 7-8. С. 20-25.

[17] Поцелуев В.А., Петреев И.В. Указ. соч. С. 341.

[18] [Брук Я.В.] Василий Васильевич Верещагин 1842-1904. К 150-летию со дня рождения. М., 1992. С. 26-29, 31-37; Полунина Н., Фролов А.[И.] Коллекционеры Старой Москвы: Иллюстрированный биографический словарь. М., 1997. С. 94.

[19] Мацкин А.П. Орленев. М., 1977. С. 335-338, 340-341; Осокин В.Н. Жемчужины Подмосковья. [Материалы для туристов]. М., 1972. С. 55-58.

[20] Карпова М.Г. Храм иконы Божией матери "Знамение" в Ховрине// Храмы Северного округа. М., 1997. С. 176.

[21] Московское уездное земское собрание. Доклад Московской уездной земской управы № 55 по вопросу о приобретении имения и устройства дома призрения. [М.,] 1900. С. 1-2. Подробнее о Земском см.: ЦИАМ, ф. 11, оп 1, д. 15903.

[22] Коробко М.Ю. Московский Версаль: Кузьминки-Люблино. М., 2001. С. 56.

[23] ЦГАМО, ф. 2501, оп. 1, д. 3, л. 117 об.

[24] Цит. по изд.: Лобанова Т. Дворцовые интерьеры великокняжеских усадеб Звенигородского уезда (60-70-е гг. XIX в.)// Царские и императорские дворцы. Старая Москва. М., 1997. С. 248.

[25] Оболенская Л.П. Воспоминания княгини/ Коробко М.Ю. Усадьба Узкое: Историко-культурный комплекс ХVII-ХХ веков. М., 1996. С. 139.

[26] Зилоти В.П. В доме Третьякова. М. 1998. С. 68.

[27] Трубецкой Е.Н. Из прошлого. Томск, 2000. С. 56.

[28] Смирнов Л.П. Абрамцево. М., 1939. С. 62.

[29] Пуришев Б.И. Воспоминания старого москвича. М., 1998. С. 32.

[30] Сотникова О.М., Сахарова Л.С. Новые данные об усадьбе Кузьминки// Реставрация и исследование памятников культуры. Вып.1. М., 1975. С. 86.

[31] Коробко М.Ю. Кузьминки. М., 2002. С. 8-9; Он же. Московский Версаль: Кузьминки-Люблино. М. 2001. С. 6-7.

[32] Острова Е.В., Перфильева Л.А. Черемушки: к истории создания дворца в усадьбе Меньшиковых// Русская усадьба. Сборник общества изучения русской усадьбы. Вып. 2. М., 1996. С. 150; Перфильева Л.А. Черемушки-Знаменское// Усаде6ное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. С. 21.

[33] Кизелыцтейн Г.Б. Незабываемое "Узкое"// Наука и жизнь. 1975. № 8. С. 92.

[34] Коробко М.Ю. Из истории Узкого: название и первые известные владельцы// Материалы для изучения селений Москвы и Подмосковья. Доклады и сообщения четвертой региональной конференции "Москва и Подмосковье", Москва, 20-21 декабря 1995 г. М., 1996; Усадьба Узкое: владельцы и владения// История (издательский дом "Первое сентября"). 2004. № 2. С. 10-15; № 3. С. 18-25; Он же. Усадьба Узкое: Историко-культурный комплекс ХVII-ХХ веков. М., 1996. С. 27-29.

[35] Нащокина М.В. Русский усадебный парк эпохи символизма// Русская усадьба. Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 7. М., 2001. С. 11-12.