Основные положения гештальт-психологии

Основные положения гештальт-психологии

Введение

Психология способна быть одновременно по-научному точной и по-человечески многообразной, и ученые, которые являются приверженцами теории гештальтов, горды тем, что первыми сумели продемонстрировать это.

В. Кёлер

Гештальт-психология – это течение в общей психологии, зародившееся под влиянием феноменологии в 1912 году (Эренфельс, Вертхаймер, Коффка, Келлер). Одним из основных положений гештальт-психологии является следующее: «целое отлично от суммы его частей» и появляется в результате их многочисленных взаимодействий. Гештальт-психология особо подчеркивает значение субъективного восприятия.

«Гештальт – это паттерн, конфигурация, определенная форма организации игдивидуальных частей, которая создает целостность. Основная предпосылка гештальт-психологии состоит в том, что человеческая природа организована в виде паттернов или целостностей, и только таким образом может быть воспринята и понята. Основная идея гештальта состоит в том, что это – целое; полное, покоющееся в себе целое».

Гештальтпсихология, одна из крупнейших школ зарубежной психологии 1-й половины XX века выдвинувшая в качестве центрального тезис о необходимости проведения принципа целостности при анализе сложных психических явлений. Возникновение гештальтпсихологии связано с общим кризисом механистического мировоззрения на рубеже XIX-XX в.в. и ассоциативной психологии как специфической формы этого мировоззрения в психологической науке. 

Термин «гештальт» (нем. Gestalt – целостная форма, образ, структура) восходит к выдвинутому Г. фон Эренфельсом (1890) представлению об особом «качестве формы», привносимом сознанием в восприятие элементов сложного пространственного образа. 

В области философии наибольшее влияние на представителей гештальтпсихологии оказали системы Ф.Брентано и Э.Гуссерля, особенно развитый в этих системах тезис об интенциональности сознания как выражении его целостности и внутренней активности.

Непосредственное начало гештальтпсихологии положено М.Вертхеймером. Первые экспериментальные исследования гештальт-психологии посвящены анализу восприятия и позволили выделить ряд новых феноменов в этой области (например, соотношение фона и фигуры). Принципы, выработанные при изучении восприятия, были перенесены на изучение мышления, которое трактовалось как процесс последовательного применения различных структур «видения» (гештальтов) к структуре проблемной ситуации, в которой возникла задача. 

Согласно гештальтпсихологии в случае совпадения этих структур наступает момент инсайта, озарения, и возникшая задача оказывается решенной. Для объяснения механизмов, обеспечивающих возможность совпадения структур, было постулировано не только существование гештальтов восприятия и мышления, но и наличие соответствующих им физиологических и физических гештальтов (Кёлер). Однако эти представления оказались необоснованными и в дальнейшем не получили развития.

Ещё одно направление гештальтпсихологии посвящено изучению личности и связано с работами К.Левина и его сотрудников. Центральным здесь оказалось представление о личностном поле, его целостной структуре и процессах её переструктурирования. 

Как целостная психологическая концепция гештальтпсихологии не выдержала испытания временем. Её слабыми пунктами оказались неисторическое понимание психики, преувеличение роли формы в психической деятельности и связанные с этим элементы идеализма в философских основаниях. 

Однако серьёзные достижения гештальтпсихологии как в изучении восприятия, мышления и личности, так и в общей антимеханистической ориентации психологии были восприняты в последующем развитии психологии.

1. Постулаты М. Вертгеймера.

Главным постулатом Макса Вертгеймера являлось, что первичными данными психологии являются целостные структуры (гештальты), в принципе невыводимые из образующих их компонентов. 

Гештальтам присущи собственные характеристики и законы. Свойства частей определяются структурой, в которую они входят. Мысль о том, что целое больше образующих его частей, была очень древней. Чтобы объяснить характер ее влияния на психологию, следует рассмотреть общий исторический фон (весь научно-теоретический "гештальт"), в пределах которого складывалась новая школа. 

Вертгеймер установил, что наблюдаемые исследователем особенности строения восприятия не могут быть объяснены характером отдельных элементов воспринимаемой ситуации, а требуют учёта связи этих элементов, целостности ситуации. Направленность на исследование целостной структуры (гештальта) воспринимаемого образа и составила основной принцип гештальт-психологии.

Вертгеймер распространил принципы гештальт-психологии из области восприятия на другие психические процессы, в частности на мышление, которое было понято им как процесс последовательной смены гештальтов, разных типов видения ситуации под воздействием естественно возникшей или специально поставленной задачи. 

Решение задачи, по Вертгеймеру, наступает при совпадении структуры видения ситуации и объективной структуры самой ситуации. В соответствии с этим механизмы мышления М.Вертгеймер усматривал не в ассоциациях, а в действиях по структурированию и переструктурированию образа ситуации в соответствии с решаемой задачей. 

Эти представления Вертгеймер, наиболее полно изложенные в работе «Продуктивное мышление», которая считается классической, составили эпоху в психологическом исследовании мышления. Как показало последующее развитие психологии, одним из самых уязвимых мест концепции М.Вертгеймера оказался тот факт, что объяснение механизмов мышления давалось в ней без учёта социально-исторической природы мыслительной деятельности.

2. Основные положения учения Ф.Перлса.

Основной тезис следующего гештальт-психологии заключается в том, что окружающий мир воспринимается не как отдельные элементы (которые, согласно структуралистам, затем интегрируются сознанием или, согласно бихевиористам, обусловлены стимулированием), а как организованные, целостные формы – гештальты.

Само восприятие генетически запрограммировано, что существенно для выживания индивида. Многие идеи гештальт-психологии стали основополагающими для исследования различных разделов психологии - от восприятия до динамики групп, которые также не являются простой суммой входящих в нее индивидов.

Точный лингвистический эквивалент немецкому слову гештальт в русском языке найти трудно. Его можно перевести как фигура, конфигурация. Точнее – это специфическая организация частей, которая составляет органическое целое.

Основной принцип гештальт-психологии заключается в том, что анализ частей не может привести к пониманию целого, поскольку целое определяется не суммой, а взаимодействием и взаимозависимостью отдельных его частей. Отдельно взятая часть – только часть, и никакого представления о целом не дает.

Ф.Перлс отвергал идею разделения тела и ума, разделения объекта и субъекта и, далее, разделения человека и среды. Из этого он делает очень важный для его времени вывод о том, что пропасти между душевной и физической деятельностью человека не существует. Ф.Перлс полагал, что сознание человека не может воспринимать окружающий мир однозначно, с одинаковой концентрацией внимания на всех деталях. Важные и значимые события, по Перлсу, занимают центральное место в сознании, образуя гештальт (фигуру), а менее важная в данный момент информация отступает на задний план, образуя фон.

Построение и завершение гештальтов является естественным ритмом жизнедеятельности организма и происходит под воздействием процесса организмической саморегуляции. Перлс очень верил в то, что он называл «мудростью организма». Он рассматривал здорового человека как саморегулирующееся существо. Одно из основных положений гештальт-теории заключается в том, что каждый обладает способностью достигать оптимального равновесия внутри себя и между собой и средой.

Полное равновесие соответствует четкой фигуре (гештальту); отклонение от равновесия ведет к разрушению фигуры, размыванию четких границ между нею и фоном. «Любое нарушение организмического равновесия, – писая Перлс, –составляет неполный гештальт, незаконченную ситуацию, заставляющую организм становиться творческим, находить средства и пути восстановления равновесия... Формирование фона, оказывающегося особенно сильным, временно принимает на себя управление всем организмом. Это основной закон организмической саморегуляции». Интерес Перлса больше сосредоточивался не на гештальт-психологии, а на гештальт-терапии.

Гешталып-терапия – это сложный синтез из психоанализа, экзистенциальной психологии, бихевиоризма (подчеркивание очевидного в поведении), психодрамы (отреагирование конфликтов), дзен-буддизма (минимум интеллектуализации и фиксирование на осознавании настоящего).

Основными понятиями гештальт-терапии являются: отношение фигуры и фона, осознание потребностей и сосредоточение на настоящем, противоположности, функции защиты и зрелость. Отношение фигуры и фона. В процессе саморегуляции здоровый человек из всего обилия информации выбирает ту, которая для него в данный момент наиболее важна и значима. Это фигура. Остальная информация временно отодвигается на задний план. Это фон. Нередко фигура и фон меняются местами.

Если человек испытывает жажду, то стол, уставленный любимыми яствами, будет только фоном, а стакан воды – фигурой. Когда жажда будет удовлетворена, фигура и фон могут поменяться местами. Отношение между фигурой и фоном – одно из центральных понятий гештальт-психологии. Ф.Перлс применил это положение к описанию функционирования личности. 

3. Концепция поля К.Левина.

Ставшие классическими методики исследования самооценки и уровня притязаний - плоды этого продуктивного периода научной деятельности Курта Левина и его школы. В результате обобщения этих экспериментов и появилась концепция «топологической психологии». Разумеется, возникла она не на пустом месте. Концепция поля приобретала все больший вес в физике. В ходе физических исследований выяснилось, что электромагнитные явления невозможно объяснить на основе атомистического подхода, сформулированного Ньютоном. Наука все в меньшей степени стала использовать принципы атомистики, предпочитая им новую концепцию, основанную на идее существования силового поля. Эта идея была воспринята и в психологии сторонниками нового направления, получившего название гештальт-психологии.

Один из его основателей, Вольфганг Кёлер, полагал, что «гештальт-психология стала своего рода приложением физики поля к некоторым важным разделам психологии». Поскольку аналогичных представлений придерживался и Левин, в ряде источников и его причисляют к гештальтистам. В известном смысле можно сказать, что гештальт-психологи (Вертгеймер, Кёлер, Коффка) сосредоточились на ощущении, Левин – на мирооощущении. В то же время основные положения гештальт-психологии нашли отражение в его теории. А именно следующие.

1. Образ мира, явления (иными словами – гештальт) создается не путем синтеза отдельных элементов, отдельных ощущений. Он возникает сразу как целостный феномен. То есть гештальт не является простой суммой частей, а представляет собой целостную структуру. Разумеется, в структуре можно выделить и исследовать отдельные части, но нельзя сказать, что целое определяется особенностями частей, напротив – каждая часть зависит от целого, от своей в него включенности.

2. Образ создается в «данный момент» (ad hoc) посредством инсайта, прошлый опыт в его создании существенной роли не играет. Этот тезис явился основным объектом критики гештальт-психологии в целом и теории Курта Левина в частности. 

На это Левин возражал, что образы прошлого, конечно же, могут актуализироваться «в данный момент» и повлиять на поведение человека, но это совсем не такое влияние, которое акцентируют сторонники психоанализа и бихевиоризма.

3. Принцип изоморфизма, утверждающий тождество закономерностей в разных науках (например, психологические закономерности тождественны физическим). Следуя именно этому принципу, Левин использовал систему описания психических явлений, принятую в физике, химии, математике.

Согласно Курту Левину, жизненное пространство каждого человека включает все влияния, воздействующие на организм в данный момент. Эти влияния, которые Левин называл психологическими фактами, включают в себя внутренние «события», такие как голод или усталость, и внешние события, например социальную ситуацию, а также (что, впрочем, менее важно) воспоминания о прошлом опыте. 

Для того чтобы объяснить свое понимание жизненного пространства, Левин использовал понятия топологии – отрасли математики, изучающей пространственное соотношение объектов. Графически личное жизненное пространство он представлял в виде эллипса. Сам же человек может быть представлен в форме кружка, расположенного внутри эллипса. Каждый психологический факт выступает частью эллипса. Каждой части может быть придана валентность соответственно тому, благоприятно ли это воздействие (+) или неблагоприятно (–). 

Сочетание всех валентностей и составляет основу для побуждения к действию (данная трактовка является предельно упрощенной и концепция поля на самом деле достаточно сложна.)

4. Основные идеи гештальт-психологии, ее связь со школой бихевиоризма.

Продуктом коренных сдвигов в психологическом познании явились и бихевиоризм, и гештальтизм. Их одновременное появление – показатель того, что они возникли как различные варианты ответа на запросы логики развития психологических идей. И действительно, оба направления были реакцией на сложившиеся научные стереотипы и протестом против них. Эти стереотипы выражали уже рассмотренные нами школы – структурная и функциональная. 

Бихевиоризм выступил не только против структурализма, представленного Титченером, но также против функционализма Джемса – Энджелла. Оценивая гештальтизм, обычно подчеркивают, что для него главной мишенью служил структурализм с его трактовкой сознания как сооружения из "кирпичей (ощущений) и цемента (ассоциаций)". Однако при более пристальном рассмотрении выясняется, что гештальтисты с не меньшей решительностью отвергли и функционализм. 

Гештальтиеты сделали следующий шаг сравнительно с функционалистами, а именно отказались от дополнительных элементов (или актов), которые извне упорядочивают сенсорный состав сознания, придавая ему структуру, форму, гештальт, и утвердили постулат о том, что структурность изначально присуща самому этому составу. 

Сведения об идейной генеалогии школы (и ее от дельных приверженцев) проливают свет на ее функцию в прогрессе познания. Гештальтисты были преемниками европейского функционализма.

Преодоление антиномии механицизм – телеологизм стало исторической задачей, решить которую были призваны новые психологические школы – бихевиористская и гештальтистская. Это их роднило, это объясняет факт их одновременного зарождения. Другой вопрос – как они с ней справились. Их решительно разделяло отношение к проблеме сознания. 

Бихевиористы считали ее псевдопроблемой – со знание устранялось из психологии, из научных объяснений поведения. 

Гештальтисты, напротив, усматривали главную задачу в том, чтобы дать новую интерпретацию фактам сознания как единственной психической реальности. Гештальтистская критика "атомизма" в психологии являлась предпосылкой переориентации эксперимента с целью выявления в сознании образных структур, или целостностей. Достичь этой цели без самонаблюдения было невозможно. Но и два прежних варианта интроспективного метода пришлось отвергнуть (вундтовский, требовавший от испытуемого отчета об элементах "непосредственного опыта", и метод членения сознания на "фракции", выработанный вюрцбургской школой). 

Гештальтисты приняли третий вариант интроспективного метода, получивший название феноменологического. В поисках путей проникновения в реальность душевной жизни во всей ее полноте и непосредственности предлагалось занять позицию "наивного" наблюдателя, не отягченного предвзятыми представлениями об ее строении. 

Многие представители этого направления уделяли значительное внимание проблеме психического развития ребенка, так как в исследовании развития психических функций видели доказательства правильности своей теории. 

Ведущим психическим процессом, который фактически определяет уровень развития психики ребенка, с точки зрения гештальтистов, является восприятие. Именно от того, как воспринимает ребенок мир, доказывали эти ученые, зависит его поведение и понимание ситуаций. 

Сам процесс психического развития, с точки зрения гештальт-психологии, делится на два независимых и параллельных процесса – созревание и обучение. Один из основоположников этого направления (Коффка) подчеркивал их независимость, доказывая, что в процессе развития обучение может опережать созревание, а может отставать от него, хотя чаще они идут параллельно друг другу, создавая иллюзию взаимозависимости. Тем не менее, обучение не может ускорить процесс созревания и дифференциации гештальтов, процесс созревания не ускоряет обучение. 

Доказательства этого подхода к развитию психики гештальтисты искали как в исследовании формирования познавательных процессов (восприятия, мышления), так и в развитии личности ребенка. Изучая процесс восприятия, они утверждали, что основные свойства восприятия появляются постепенно, с вызреванием гештальтов. Так появляется константность и правильность восприятия, а также его осмысленность. 

Исследования в области развития восприятия у детей, которые проводились в лаборатории Коффки, показали, что у ребенка имеется набор смутных и не очень адекватных образов внешнего мира. Постепенно в процессе жизни эти образы дифференцируются и становятся все более точными. 

Так, у новорожденных детей есть смутный образ человека, в гештальт которого входят и голос, и лицо, и волосы, и характерные движения. Поэтому маленький ребенок одного-двух месяцев может не узнать даже близкого взрослого, если он поменяет прическу или сменит привычную одежду на совершенно незнакомую. Однако уже к концу первого полугодия этот смутный образ дробится, превращаясь в ряд четких образов: лица, в котором выделяются как отдельные гештальты глаза, рот, волосы, появляются и образы голоса, тела. Развивается и восприятие цвета. 

Вначале дети воспринимают окружающее только как окрашенное или неокрашенное, при этом неокрашенное воспринимается как фон, а окрашенное – как фигура. По степенно окрашенное делится на теплое и холодное, и в окружающем дети выделяют уже несколько на боров "фигура-фон". Это неокрашенное-окрашенное теплое, неокрашенное-окрашенное холодное и т.д. 

Таким образом, единый прежде гештальт превращается в несколько, уже более точно отражающий цвет. Со временем и эти образы дробятся: в теп лом выделяются желтый и красный цвета, а в холод ном – зеленый и синий. 

Этот процесс происходит в течение длительного времени, пока, наконец, ребе нок не начинает правильно воспринимать все цвета. Таким образом, Коффка приходил к выводу о том, что в развитии восприятия большую роль играет сочетание фигуры и фона, на котором демонстрируется данный предмет. 

Он сформулировал один из законов восприятия, который был назван "трансдукция" Этот закон доказывал, что дети воспринимают не сами цвета, но их отношения. 

Исследовал развитие восприятия у детей еще один представитель этой школы – Г.Фолькельт. Особое внимание он уделял изучению детских рисунков. Большой интерес представляют его эксперименты по исследованию рисования геометрических фигур деть ми разного возраста. Так, при рисовании конуса четырех-пятилетние дети рисовали рядом круг и треугольник. Фолькельт объяснял это тем, что у них еще нет адекватного данной фигуре образа, а потому в рисунке они пользуются двумя похожими гештальтами. Со временем происходит их интеграция и уточнение, благодаря чему дети начинают рисовать не только плоскостные, но и объемные фигуры. 

Фолькельт проводил и сравнительный анализ рисунков тех предметов, которые дети видели, и тех, которые они не видели, а только ощупывали. При этом оказалось, что в том случае, когда дети ощупывали, например, закрытый платком кактус, они рисовали только колючки, передавая свое общее ощущение от предмета, а не его форму. То есть происходило, как и доказывали гештальтисты, схватывание целостного образа предмета, его "хорошей" формы, а затем его просветление и дифференциация. 

Эти исследования имели большое значение для работ по исследованию зрительного восприятия в России, в школе А.В.Запорожца, и привели психологов этой школы к мыс ли о том, что существуют определенные образы сенсорные эталоны, которые лежат в основе восприятия и узнавания предметов. 

Такой же переход от схватывания общей ситуации к ее дифференциации происходит и в интеллектуальном развитии – доказывал гештальт-психолог В.Келер. Он считал, что обучение ведет к образованию новой структуры и, следовательно, к иному восприятию и осознанию ситуации. В тот момент, когда явления входят в другую ситуацию, они приобретают новую функцию. Это осознание новых сочетаний и новых функций предметов и является образованием нового гештальта, осознание которого составляет суть мышления. Келер называл этот процесс "переструктурированием гештальта" и считал, что он происходит мгновенно и не зависит от прошлого опыта субъекта. 

Для того, чтобы подчеркнуть мгновенный, а не протяженный во времени характер мышления, Келер дал этому моменту переструктурирования на звание "инсайт", т.е. озарение (Бюлер пришел к сходному выводу, назвав его "ага-переживание"). 

Келер провел эксперимент, в котором детям предлагалось достать машинку, расположенную высоко на шкафу. Для того чтобы ее достать, надо было использовать разные предметы – лесенку, ящик, стул. Оказалось, что если в комнате была лестница, дети быстро решали предложенную задачу. Сложнее было в том случае, если надо было догадаться использовать ящик. Но наибольшие затруднения вызывал вариант, когда в комнате не было других предметов, кроме стула, который надо было отодвинуть от стола и использовать как под ставку. 

Келер объяснял эти результаты тем, что лестница с самого начала осознается функционально как предмет, помогающий достать что-то расположенное высоко. Поэтому ее включение в гештальт со шкафом не представляет для ребенка трудности. Включение ящика уже нуждается в некоторой перестановке, так как ящик может осознаваться в нескольких функциях. Что же касается стула, то он осознается ребенком не сам по себе, но уже включенным в другой гештальт – со столом, с которым он представляется ребенку единым целым. Поэтому для решения данной задачи детям надо сначала разбить целостный образ "стол-стул" на два, а затем уже стул соединить со шкафом в новый образ, осознав его новую функциональную роль. 

К подобным же выводам о роли "инсайта" в переструктурировании прежних образов пришел и М.Вертгеймер, который исследовал процесс творческого мышления у детей и взрослых. 

Понятие об инсайте (от англ. insight – усмотрение) стало ключевым в гештальт-психологии. Ему был придан универсальный характер. Оно стало основой гештальтистского объяснения адаптивных форм поведения, которые Торндайк и бихевиористы объясняли принципом "проб, ошибок и случайного успеха". 

Так произошла первая конфронтация двух молодых, только еще зарождавшихся психологических направлений – гештальтизма и бихевиоризма. Смысл конфронтации обычно видят в характере ответа на вопрос, постепенно или мгновенно решается интеллектуальная (поведенческая) задача. В одном случае при инсайте нужный вариант действия находится сразу же, в другом он отбирается путем длительных поисков. Такое объяснение упускает из виду категориальные основания различий между двумя психологическими школами. 

Ведь инсайт означал для гештальтистов переход к новой познавательной, образной структуре, соответственно которой сразу же меняется характер приспособительных реакций. Первично – понимание (сдвиг в образном "поле"), вторично – двигательное приспособление (перестройка в исполнительских звеньях действия). Концепция "проб и ошибок" игнорировала понимание (т.е. образно-ориентировочную основу действия), каким бы оно ни было – мгновенным или постепенным. Адаптация считалась достижимой за счет тех же факторов, которые обеспечивают приспособление организма к среде на всех уровнях жизнедеятельности, в том числе и на уровнях, где образ вообще отсутствует. 

Водораздел между гештальтизмом и бихевиоризмом создала также, по общепринятому мнению, проблема целого и части. Гештальтизм отстаивал идею целостности в противовес бихевиористскому взгляду на сложную реакцию как сумму элементарных. Гештальтизм действительно положил немало сил на борьбу с "атомистскими" представлениями о сознании и поведении. Но если ограничиться этим теоретическим аспектом, то остаются в тени различия более существенного, категориального порядка. 

Бихевиоризм, как отмечалось, игнорировал об раз, видя в нем не психическую реальность, не регулятор поведения, а неуловимый, призрачный продукт интроспекции. Для гештальтизма учение о двигательных актах, лишенных образной ориентации по отношению к среде, представлялось изымающим из психической деятельности ее сердцевину. 

Однако на стороне бихевиористов было важное преимущество. Они могли дать своим фактам детерминистское объяснение. Двигательная ре акция неизменно трактовалась ими как эффект, производимый объективно контролируемыми не зависимыми переменными. 

Гештальтизм, следуя интроспективной традиции, считал единственными психологическими фактами непосредственно испытываемые субъектом феномены сознания. 

Ощущая несовместимость этой традиции с естественнонаучным подходом, гештальтисты пытались соотнести феноменальный "мир" с реальным, физическим. 

В этом пункте наметились различия между близкими к гештальтистам психологами из геттингенской лаборатории, считавшими неправомерным выходить за пределы свидетельств самонаблюдения, и гештальтистским триумвиратом, который надеялся перестроить психологию по типу физики. 

Первый программный труд гештальт-психологии, принадлежавший Келеру, был посвящен вопросам физической химии и назывался "Физические гештальты в покое и стационарном состоянии". 

Психолог, занимавшийся до этого акустическими ощущениями и зоопсихологией, обратился к коллоидной химии не из-за прихотливых изменений в профессиональных интересах. Теория гештальта не могла претендовать на серьезную роль без естественно научного обоснования. Поэтому она и начинается с келеровской книги о физических гештальтах. Келеру и его коллегам представлялось, что принцип гештальта – единый для различных порядков явлений – позволит по-новому решить психофизическую проблему, приводя сознание в соответствие с физическим миром и в то же время не лишая его самостоятельной ценности. Это решение выразилось в понятии изоморфизма. 

Изоморфизм означает, что элементы и их отношения в одной системе взаимно однозначно соответствуют элементам и их отношениям в другой. Физиологическая и психологическая системы, согласно гештальтистской гипотезе, изоморфны друг другу (подобно тому, как топографическая карта соответствует рельефу местности). 

Вслед за работой Келера о физических гештальтах вышла книга Коффки "Основы психического развития", а затем работа М.Вертгеймера "Исследования, относящиеся к учению о гештальте". 

Серьезными экспериментальными достижениями гештальт-психологии ознаменовались 20-е годы. Они касались главным образом процессов восприятия, притом зрительного. Было предложено множество законов гештальта (их насчитывали 114). К ним, в частности, относились уже знакомые нам "фигура и фон" и "транспозиция" (реакция не на отдельные раздражители, а на их соотношение). 

Принцип "транспозиции" иллюстрирует следующий модельный эксперимент, проведенный Келером над курами, у которых вырабатывалась дифференцировка двух оттенков серого цвета. Куры научались клевать зерна, разбросанные на светлом квадрате, отличая его от находившегося рядом темного. В контрольном опыте тот квадрат, который послужил положительным раздражителем, оказывался рядом с еще более светлым квадратом. Куры и выбирали этот последний. Они, таким образом, реагировали не на абсолютную светлоту, а на соотношение светлого (на "более светлое"). Их реакция, по Келеру, определялась законом "транспозиции". 

Были предложены и другие законы. Так, под прегнантностью имелась в виду тенденция воспринимаемого образа принять законченную и "хорошую" форму. ("Хорошей" считалась целостная фигура, которую невозможно сделать более простой или более упорядоченной.) Константность означала постоянство образа вещи при изменении условий ее восприятия. 

Если первоначально свои критические стрелы гештальтисты направляли против традиционной "атомистской" трактовки сознания, то в дальнейшем, как уже говорилось, их главной мишенью стал бихевиоризм. Пытаясь показать его односторонность, неспособность охватить своими объяснительными понятиями образно-смысловую регуляцию поведения, гештальтисты, однако, сами оказались беспомощными перед этой регуляцией, ибо они, как и их противники, разъединили образ и действие. 

Образ у гештальтистов выступал в виде сущности особого рода, подчиненной собственным имманентным законам. Его связь с реальным, предметным действием оставалась ничуть не менее загадочной, чем соотношение между действием и образом у бихевиористов. 

Идея имманентной трансформации "когнитивного (познавательного) поля" безотносительно к реальной предметной деятельности создала тупиковую ситуацию и в гештальтистских исследованиях мышления человека. Этой проблеме была посвящена книга Вертгеймера "Продуктивное мышление". Исходя из общего положения гештальтистов, что подлинное мышление является "инсайтным", а инсайт предполагает схватывание целого (на пример, принципа решения проблемы), Вертгеймер выступил против традиционной практики обучения в школе. В основе этой практики лежала одна из двух концепций мышления – либо ассоцианистская (обучение строится на упрочении связей между элемента ми), либо формально-логическая. Обе препятствуют развитию творческого, продуктивного мышления. 

Вертгеймер доказывал, что творческое мышление зависит от чертежа, схемы, в виде которой представляется условие задачи или проблемной ситуации. От адекватности схемы зависит правильность решения, причем хорошая схема дает возможность посмотреть на нее с разных точек зрения, т.е. позволяет создать из элементов, которые входят в ситуацию, разные гештальты. Этот процесс создания разных образов с постоянными элементами и является процессом творчества, и чем больше различных значений получат предметы, включенные в эти образы, тем более высокий уровень творчества продемонстрирует ребенок.

Поскольку такое переструктурирование легче производить на образном (а не на вербальном) материале, то неудивительно, что Вертгеймер пришел к выводу: ранний переход к логическому мышлению мешает развитию творчества у детей. Он также говорил, что упражнение убивает творческое мышление, так как при повторении происходит фиксация одного и того же образа и ребенок привыкает рассматривать вещи только в одной позиции. 

Поэтому у детей, обучавшихся геометрии в школе на основе формального метода, несравненно труднее выработать продуктивный подход к задачам, чем у тех, кто вообще не обучался. Он стремился выяснить психологическую сторону умственных операций (отличных от логических операций), которая описывалась в традиционных гештальтистских терминах: "реорганизация", "группировка", "центрирование" и т. п. Детерминанты этих преобразований остались невыясненными. Идеи гештальтизма существенно повлияли на преобразование первоначальной бихевиористской доктрины и подготовили почву для необихевиоризма, который стал складываться на рубеже 30-х годов. 

Заключение

Сама по себе гештальт-психология была заложена в трудах нескольких немецких психологов начала ХХ века. Их исследования показали, что восприятие человека происходит так, что подсознание организует то, что человек видит, в единый образ. Элементы рассмотрения всегда составляются подсознанием в единое целое, из которого выделяется какой-то один элемент, который Перлс называет фигурой, а все остальное представляет собой фон. И выбор этого элемента-фигуры определяется многими факторами, а в первую очередь – интересом или первоначальным намерением человека. 

Основоположниками гештальт-психологии были Макс Вертгеймер (1880-1943), Вольфганг Келер (1887-1967) и Курт Коффка (1886-1941).

Гештальт-психология была протестом, вызванным неудовлетворен-ностью упрощенным подходом к характеристике поведения человека, групп.

Основная предпосылка гештальт-психологии формулируется так: "Человеческая психология организована в виде паттернов, или целостностей, или гештальтов, и только таким образом может быть воспринята и понята".

Гештальт-психология экспериментально показала первичность именно целостного восприятия – то есть, наше сознание не воспринимает предмет по частям, а затем составляет из него цельное восприятие, а напротив, “схватывает” предмет как единое целое, а уж потом это целостное восприятие наполняет смыслом восприятие отдельных деталей. 

Они показали, что любое чувственное восприятие зависит от обстоятельств целой ситуации, в которой оно происходит.

Гештальт в понимании отцев-основателей гештальт-психологии – это целостное качество предмета или явления, свойственное лишь ему целиком и оказывающее влияние на восприятие любой его части. Исторически гештальт-психология была ровесницей психоанализа, но ее идеи опередили свое время и психоанализ с его гораздо большей склонностью к структурному изучению переживаний (так, выделение в сновидении отдельных символов и последующее их достаточно изолированное толкование – это откровенно структурно-аналитический метод) оказался гораздо ближе духу того времени. 

В результате гештальт-психология несмотря на свои несомненные достижения оказалась в тени психоанализа и бихевиоризма. Но в наши дни, на фоне общего кризиса структурного стиля мышления, интерес к гештальт-психологии начал вновь возрастать, хотя еще в шестидесятых годах Перлс использовал понятие гештальта в качестве ключевого понятия созданной им гештальт-терапии.

В настоящее время основополагающие постулаты гештальт-психологии используются при создании концептуального аппарата онтологической психологии (например, культурно-символический гештальт). 

В гештальт-психологии было разработано целый ряд оригинальных техник: суппрессивная, экспрессивная интеграции, переименование симптома, бархатный каток и др.

Список литературы

Большой толковый психологический словарь. Т.1 (А-О). – М.: ООО "Издательство АСТ", "Издательство "Вече", 2001. – 592 с. 

Кёлер В., Исследование интеллекта человекоподобных обезьян. Пер. с англ. – М.: 1930. 

Коффка К. Основы психического развития. Пер. с нем. – М.–Л.: 1934.

Материалы сайта http://www.helpeducation.ru/

Перлс Ф. «Гештальт-подход. Свидетель терапии». М. Изд-во Института психотерапии, 2003. С.16.

Перлс Ф. Эго, голод и агрессия. – М.: Смысл, 2000. – 358 с. 

Польстер И., Польстер М. Интегрированная гештальт-терапия: контуры теории и практики. – М.: Независимая фирма «Класс», 1997. – 272 с.

Робин Ж.-М. Гештальттерапия. – М.: Издательство МГИ, 1998. – 63 с. 

Словарь практического психолога. / Сост. С.Ю. Головин. – Минск: Харвест, М.: ООО "Издательство АСТ", 2001. – 800 с. 

Ярошевский М. Г. История психологии. – М.: 1966.

Experimentelle Studien über das Sehen von Bewegung,»Zeitschrift für Psychologie», 1910/11, Bd 61, H. 3/4; Untersuchungen zur Lehre von der Gestalt, «Psvchologische Forschung», 1921, Bd 1; 1923, Bd 4; Productive thinking, N. Y., 1945.

Koffka K., Principles of gestalt psychology, N. Y., 1935.

Köhler W., Gestalt psychology, N. Y., 1929.

Wertheimer М., Experimentelle Studien über das Sehen von Bewegungen, «Zeitschrift für Psychologie und Physiologie der Sinnesorgane», 1910–11. Abt. 1, Bd 61.

Работа предоставлена пользователем Student.km.ru.