Начало христианства в Армении

Начало христианства в Армении

По определению неисповедимых судеб Провидения, два владычества в одно время поколебались и исчезали на лице земли, владычество Римское, основанное острием меча, и владычество кумиров, водворённое или заблуждением, или разтлением человеческих страстей.

Новая жизнь нужна была роду человеческому, умиравшему в цепях рабства и разврата. В стенах Рима свирепствовало тираны, желавшие, чтобы у рода человеческого была одна голова, и чтобы он мог отсечь её одним ударом меча своего. Сей адской ненависти надлежало противопоставить любовь небесную, и она поспешила в мир в лице Искупителя людей. Не отличая никого; не взирая на различие происхождений и внешнего величия человеческого, Евангелие возвестило, что каждый человек есть наш ближний, наш брат, и сим словом любви нераздельной скрепило общий союз рода человеческого. [4,230—231 с.] 

Во время Своего Вознесения Господь Иисус Христос посылает Своих учеников и Апостолов нести свет Христов всем народам, уча их всему, чему Он учил их во время Своего земного служения. 

«При наступлении дня Пятидесятницы», десятого дня по Вознесении Господа, «внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил дом, где находились» Апостолы и с ними все верующие (в числе 120 человек), « и явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им просвещать». (Деян. 2, 2—4) 

Это был первый начаток Церкви Христовой. [2,7 с.] 

После того как Церковь утвердилась в мире, Она должна была стараться и мир подчинить Себе, ибо, уничтожив Свою собственную противоположность с миром, Она не могла более допусуать того, чтобы мир продолжал стоять в противоположности с Нею; следовательно Она должна была стараться присоединить к Себе мир, поставив его в зависимость от Себя, заставить его служить Себе. [3,1 с.] 

В нынешнем Закавказье, между Кавказом и Араксом, Черным и Каспийским морями, в древности находилось два царства: царство Грузинское, состоявшее собственно из Грузии, или Иверии, Колхиды, называвшейся иначе Лазиею, и Абхазии (хотя эти последние области нередко отделялись от первой и пользовались независимостью), и царство Армянское или, точнее, восточная половина этого царства, заключавшая в себе почти всю Великую Армению и Албанию (нынешний Дагестан), которые также нередко разделялись. С водворением в этих местах христианства явились здесь и две особые Церкви — Грузинская и Армянская. 

Необходимо сказать несколько слов о проповеди святых апостолов в Великой Армении, ибо, кроме святого Андрея Первозванного, общего, так сказать, апостола для всей земли Русской, Закавказский край удостоился слышать благовестие Христово и от других апостолов. 

По древним преданиям, сохраненным церковными писателями, Армению посетили с проповедью три святых апостолов: двое из числа двенадцати -, святой Варфоломей, святой Иуда Фаддей, называемый Левием, и один от семидесяти — святой Фаддей. [5,138 с.] 

Апостол Варфоломей был одним из числа двенадцати апостолов Христовых. По принятию Святаго Духа святому Варфоломею выпал жребий идти на проповедь Евангелия в Сирию и в Малую Азию. [6,203 с.] Совершая множество чудес и приводя людей ко спасению, святой апостол отправился в Индийские страны, где и пробыл довольно продолжительное время, трудясь в благовестии Иисуса Христа, проходя по городам и селениям и исцеляя болящих Его именем. Просветив своею проповедью многих из язычников и устроив церковь. Он перевёл на их язык евангелие от Матфея, которое носил с собою и передал им. Из Индии святый Варфоломей отправился в Великую Армению. При его появлении здесь, идолы, или лучше сказать, бесы обитавшие в идолах, умолкли, громко прокричав последние слова, что Варфоломей их мучит и скоро изгонит. Здесь у царя Полимия той страны была бесноватая дочь. Благодаря апостолу Варфоломею она получила исцеление от одного только приближения к ней! Апостол, исполненный нищеты духовной, ничего из присланного царём сокровищ, в благодарность за исцеление его дочери, не оставил у себя, отослав всё обратно к царю со словами: — «Я не эти вещи приобретаю, а ищу душ человеческих, и если приобрету их и введу в небесные селения, то явлюсь великим купцом пред Господом». 

Царь Полимий, умилившись такими словами, уверовал во Христа со всем своим домом, принял крещение от самого святого апостола вместе с царицей и исцелевшей дочерью своей, и со множеством вельмож, и великом числом людей из народа: ибо до десяти городов и больше приняли тогда, по примеру царя, святое крещение. 

При виде сего идольские жрецы вознегодовали на святого апостола, тяжко печалясь о том, что их боги уничтожались, идолослужение исчезло, и капища их, откуда они получали пропитание, приходили в запустение. Приступив к брату царя – Астиагу, они научили его погубить Варфоломея и отомстить ему за обиды их богов. Тот же, улучив удобное время, схватил святого апостола и в городе Албане (Албанополисе, от которого вся область называлась Албаниею [5,139 с.]) распял его на кресте вниз головой. Святой же апостол с радостью страдал за Христа и, вися на кресте, не переставал возвещать слово Божие; верующих он утверждал в вере, неверующих же увещевал познать истину и от тьмы бесовской обратиться к свету Христову. Бывшие при кончине (71 г. по Р. Хр.) святого апостола верующие, сняв со креста его тело, главу и кожу, положили их в оловянную раку и предали погребению в том же городе. [6,208 – 209 с.] 

Оба апостола Фаддея проповедовали также в Армении. Сперва прибыл сюда Фаддей от семидесяти к эдесскому владельцу Авгарю, управлявшему Армениею. [5,139 c.] Но прежде чем описать подвиги этих славных апостолов Христовых, чтобы представить величие их трудов, необходимо окунуться в обозрение политической и гражданской истории армянского народа. 

Заря выры христианской блеснула в пределах Армении в царствование Авгаря, сына Аршама, названного Авак-аир, то есть: муж первенствующий или почётный. По словам армянских историков, ему присвоено это наименование за кроткие душевные качества и за превосходное благоразумие. По приказанию Октавия, вступившего на престол римской державы под именем Августа, в пределах вселенной, подчинённой Риму, производилась поголовная перепись для разделения дани. Тогда был второй год Авгарова царствования. Римские численники прибыли в Армению с лице-изображением Августа, и расставили его в храмах. 

Около сего времени родился Искупитель мира. 

Увлекаясь гордыней, и Ирод требовал, чтобы его истукан был подле истукана Римского императора. Авгарь воспротивился: загорелась война. Страдая на одре болезненном, Ирод поручил свои полки своему племяннику Иосифу. Противники встретились в Месопотамии, в области Бугнанской. Иосиф пал на месте сражения жертвою тщеславия своего дяди и тестя: ибо дочь Ирода, Ферора, была за ним в супружестве. Вскоре умер и Ирод. Сын его Архелай, по назначению принял в управление Иудею. 

Умер и Август в пятнадцатом году после Р. Хр. Авгарь отправил в Рим послов к Тиверию. Но уже в Риме возникло негодование против Августа за войну с Иродом. 

Оправдывая наименование мужа почётного, то есть опытного и осторожного, и, желая возвратить Армении древнюю её независимость, Авгарь построил город или крепость Эдессу в пределах Месопотамии (Однако здесь мы находим некоторое несоответствие: Л. Дюшен утверждает, что Эдесса уже к концу II в до Р. Хр. сделался столицей государства [11,302 с.]), в близи реки Евфрат. Полагали, что новый город будет оплотом войскам армянским. А потому Авгарь из Нисибина перенёс в новую столицу главные кумиры, книгохранилище и находившуюся в стенах храмов царственную летопись. 

Одушевлённый мыслью противостоять Риму, Авгарь поручил правление своему племяннику Санатруку, а сам, по словам одних историков, отправился, чтобы союзника своего царя персидского, преклонить к единодушию с ним в востанию против Рима. [4,232-234 с.] Между тем Авгарь подвергся тяжкой болезни –проказы. До Авгаря достиг слух о Господе Иисусе Христе и о великих чудесах, совершаемых Им, как словом Своим врачует проказу и всякую болезнь; и сильно желал Авгарь увидеть своими глазами Творца таких чудес, надеясь и сам получить от Него исцеление. А так как князь не имел возможности сам идти в Иудею, то послал просьбу Господу Иисусу, умоляя Его придти к нему в Эдессу. Не имея же уверенности, что просьба будет исполнена, Авгарь отправил в Палестину искусного живописца Ананию, поручив ему изобразить на иконе лицо Господа; князь желал иметь хотя ту отраду в своей болезни, что будет видеть изображение лица Иисуса Христа; столь велика была у него любовь ко Христу, внушённая верою по слуху. В своём послании Авгарь исповедует Спасителя следующими словами: — « …Ты или Бог, сошедший с неба, или Сын Божий…». 

С этим посланием Авгаря живописец Анания достиг Иерусалима. Он увидел Господа Иисуса учащего на равнине среди множества людей, но не мог приблизиться к Нему по причине тесноты, производимой скученностью народа. Ожидая времени, когда разойдётся народ, Анания вступил на один камень, немного возвышавшийся над замлёй: отсюда он внимательно всматривался в лицо Спасителя, намереваясь изобразить его: и не много сделать этого, ибо Всевидец, не благоволивший к намерению живописца, изменял лицо Своё божественною, непостижимою, недоступною для изображения руки человеческой, славою и благодатью. Долго трудился Анания, но ничего не достиг. Господь же повелел апостолу Фоме идти и привести мужа, который стоя на камне, изображает Его лицо. Когда его подвели, и он ещё ничего не начал говорить, Господь подозвал его к Себе по имени и, указывая на его занятие, назвал его по имени живописцем Ананиею и открыл причину его пришествия. Господь, прочтя послание Авгаря, написал Авгарю послание со словами: — «Блажен ты, Авгарь, не видевший Меня и уверовавший в Меня, ибо обо Мне написано, что видящие Меня не имеют веры, не видевшие же Меня уверуют в Меня и наследуют жизнь вечную,…., пошлю к тебе одного из учеников Моих, который, совершенно исцелив тебя от болезни твоей, подаст тебе и находившимся с тобою жизнь вечную». 

Господь, исполняя желание Авгаря и художника, приказал принести воду и, умыв пресвятой лик Свой, отёр его поданным Ему четвероконечным убрусом. И о, чудо! Простая вода обратилась в краску, и на убрусе отпечаталось пресвятое подобие Божественного лица. [7,271-273 с.] 

Вот вследствие сего-то обетования и приходил в Армению святой Фаддей, который, действительно, исцеливши Авгаря, крестил его со всем его домом, а вслед за тем, многими другими чудесами обратив ко Христу всех жителей Эдессы и утвердив между ними благочестие. [5,139 с.] 

После того как святой апостол Фаддей утвердил в Эдессе святую веру и направил всё ко благу, устроив пять епископий [12,105 с.], он отправился в Месопотамию, Сирию и Киликию; здесь он просвятил многих, обратив ко Христу, и создал храмы; святой авпостол прошёл по многим сирийским городам, подвизаясь в благовестии имени Христова. Потом пришёл в финикийский город азиатско-турецкого вилайета Бейрут, проповедав здесь имя Христово и крестил многих, святой апостол Фаддей почил здесь с миром о Господе (44 — 49 г. г. по Р. Хр.). [7,359 с.] 

Согласно армянских летописцев, которые уверяют, что Фаддей от семидесяти проповедовал целые 18 лет (с 32 г. по 49-й г. по Р. Хр.) в самой Армении, Великой и Малой, что здесь он и скончался, здесь и погребен в области Шаваршан, в деревне Артаз и что на могиле его здесь устроен даже монастырь. [5,139 с.] 

Спустя некоторое время, при третьем армянском царе Санатруке, племяннике Авгаревом, после многотрудных своих путешествий в Иудее, Галилее, Самарии, Идумее, Аравии, Сирии и Месопотамии достиг, наконец, в Армению со своею проповедью и другой апостол Фаддей, известный под именем Иуды Левия. [5,140 c.] Согласно свидетельству церковного историка Никифора Каллисты, «божественный Иуда, не искариотский, а иной, которому было двоякое наименование Фаддей и Леввей, сын Иосифа, брат же Иакова, сброшенного с крыши храма иерусалимского, проповедывал Евангелие и распростронял христианство сначала в Иудее, Галилее, Самарии, Идумеи, потом в Аравии, Сирии и Месопотамии, наконец пришёл в город Эдессу, принадлежавший царю Авгарю, где раньше его проповедывал Евангелие другой Фаддей, один из семидесяти апостолов. Здесь апостол Иуда и исправил то, что не было окончено тем Фаддеем». 

Много различных стран посетил святой апостол Иуда, проповедуя Евангелие, обращая к Христовой вере народы и наставляя их на путь спасения. В таких трудностях он достиг стран Араратских и здесь, отвратив множество людей от идолопоклонства, сделал их христианами. Этим апостол сильно вооружил против себя жрецов идольских: они схватили его и, после различных мучений, повесили на кресте и пронзили стрелами. Так окончил подвиг и жизнь свою святой апостол Иуда и отошёл ко Христу Богу, дабы принять от Него венец вечного воздаяния на небе. (80 г. по Р. Хр.) [6,417 с.] 

Число мученников в Армении очень велико и не только не ограничивается пятью учениками апостола Фаддея, под именем главного из них Воски, семнадцатью христианами под названием Сукиасиан, (130 г. по Р. Хр.) по имени старшего из них Сукиаса, но даже 10000, большею частью армян, распятых на Арарате в царствование римского императора Адриана. [12,105 с.] 

Хотя Закавказский край посетили несколько святых апостолов и почти все они имели немаловажные успехи, однако ж, нельзя сказать, чтобы христианство утвердилось в этом крае еще с того времени и было принято беспрекословно. Нет, и здесь, как в других странах мира, оно встретило себе вначале множество препятствий: со стороны всех жителей-язычников, слепо преданных вере отцов, со стороны жрецов языческих, которым угрожало многими лишениями, со стороны царей и правителей, издавна привыкших показывать себя покровителями и защитниками религии народной. И здесь долго терпело оно, особенно в Армении, ожесточенные гонения, и если не совершенно было искоренено в некоторых местах, зато оставалось в самом жалком виде. Не прежде как с начала четвертого века настал здесь для христианства новый, лучший период, когда святая вера, будучи принята и покровительствуема самими владыками Армении и Иверии, соделалась более или менее господствующею между всеми подвластными им народами. 

Главными действователями при насаждении Церкви Христовой в Великой Армении, по воле Промысла, были царь армянский Тиридат, которого признательные соотечественники почтили именем Великого, и святой Григорий, бывший потом первым архипастырем Армянской Церкви, известный под именем Просветителя своего отечества. [5,140 с.] 

Святой Григорий, просветитель Великой Армении, происходил от знатных и благородных родителей, родился в 257 г. по Р. Хр. в Вагаршапате. Отец его, по имени Анак, из племени парфян, был родственником персидского царя Артабана и брата его армянского царя Курсара. В то время, когда из-за войны в самой Парфии, один из родственников Анака успел укрыть двух, находившихся ещё в пелёнках сыновей Анаковых – святого Григория и брата его, и, скрыв у себя, воспитывал их. Между тем в Армении случился большой мятеж; услышав об этом, персидский царь Артасир пришёл со своим войском в Армению, покорил Армянское царство и подчинил его своей власти. После же царя армянского Курсара остался малолетний ребёнок, по имени Тиридат, которого Артасир пощадил и отослал в Римскую страну, где он, придя в возраст и, сделавшись весьма сильным, стал воином. А спасшиеся от убиения малолетние сыновья Анака были взяты один в Персию, а другой, названный Григорием, — о котором и предлижит речь, был отправлен в Римскую Империю, где воспитывался Софией – христианкой. Придя в возраст, проживал он в Кесарии Каппадокийской, научился здесь вере в Господа нашего Иисуса Христа, и пребывал добрым и верным рабом Господним. В девятнадцать лет он вступил там в супружество с Марией, также христианкой и родил двух сыновей, Вартанеса и Аристакеса, которых со дня рождения посвятил на служение Господу. По достижению зрелого возраста, Вартанес удостоился пресвитерского сана, а Аристакес стал пустынножителем. 

Вскоре после рождения сыновей умерла жена Григория, и с сего времени блаженный Григорий стал ещё усерднее служить Богу, ходя непорочно во всех заповедях и наставлениях Господних. В то время Тиридат, находясь на службе в римском войске, получил некоторую почётную должность, так как происходил из царского рода. Услышав о Тиридате, святой Григорий пришёл к нему, как бы совершенно не зная того, что отец его Анак убил Курсара – отца Тиридата. Храня тайну об убийстве Курсара, он стал верным слугой Тиридата, искупая и возмещая своей верной службой сыну Курсара грех своего отца. Видя усердную службу Григория, Тиридат возлюбил его; но потом, когда узнал о том, что Григорий – христианин, разгневался на него и поносил его. Григорий же, пренебрегая несправедливым гневом своего господина, продолжал сохранять непорочную веру во Христа Бога. 

В то время случилась война Рима с готами. На поле боя готский князь Рчей стал вызывать римского императора Диоклитиана на единоборство. Последний, побоявшись выходить сам на вызов, стал искать вместо себя такого война, который смог бы вступить в борьбу с готским князем. Такого война царь нашёл в лице храброго Тиридата, которого он облёк в царские доспехи. Тиридат, выдав себя за царя, победил готского князя. За этот подвиг римский царь возвёл Тиридата на престол отца его в 286 г. по Р. Хр., сделал его царём Армении и заключил для него мир между Армянами и Персами. 

Принося часто жертвы идолам в храме Дианы или Анагиды, Тиридат уговаривал святого Григория также принести жертву. Григорий отказался и исповедал, что ни на небе, ни на земле нет Бога, кроме Христа. Услыхав эти слова. Тиридат приказал тяжко мучить Григория. Проходя череду мучений, терпя их, святой прославлял имя Господа Иисуса. [8,653-662 с.] 

После различных мучительных истязаний Григорий был ввержен в глубокий ров в городе Артаксате, где находился четырнадцать лет. По Божественному промышлению о нём, одна вдова бросала ему каждый день ломоть хлеба, которым он и поддерживал свою жизнь. 

В те времена император римский Диоклитиан разослал по своему государству гонцов искать себе в жёны самую красивую из всех девицу. Такая и была найдена в лице христианки Рипсимии, которая, обручивши девство Христу, проживала в посте и молитвах в девичьем монастыре. Под наблюдением игумени Гаиании. Узнав о ней, император сделал ей предложение. Рипсимия, храня себя Жениху Небесному, посоветовалась с сёстрами монастыря и со своей игуменьей, все сёстры убежали тайно из монастыря. После несказанных лишений во время пути, претерпев голод и бесчисленные трудности, они пришли в Армению и поселились близ города Арарата. Среди тридцати семи дев была девица Ирина, ставшая вскоре просветительницей соседней Иверии. 

Вскоре Диоклитиан узнал, что Рипсимия скрывается в Армении. Он послал письмо армянскому царю Тиридату, — в то время ещё язычнику, чтобы тот отыскал Рипсимию и прислал её в Рим, или же, если хочет, взял бы её себе в жёны. Схватив Рипсимию, Тиридат получил решительный отказ и возбуждённый скотской страстью, гневом и стыдом, отдал приказание подвергнуть святую мучениям. Святая была жестоко мучима, а затем умерщвлена. Точно такая же участь постигла и всех святых подруг святой Рипсимии и наставницу их Гаианию. 

Лишь одна святая Нина спаслась чудесным образом от смерти. [9,457-458 с.] 

Тиридат после всего происшедшего лишился рассудка. И вот во сне царской сестре Кусародукте явился некий «страшный муж» и сказал, что Тиридат не получит исцеления, если святой Григорий не будет выведен изо рва. 

Проснувшись, Кусародукта рассказала своим приближённым о видении. И всем этот сон представился странным, ибо кто мог ожидать, чтобы Григорий, брошенный в болото, полное всяких гадов, остался живым после четырнадцати тяжких лет, проведённых там. 

И он, бледный и обросший волосами и ногтями, исхудавший и почерневший от болотной тины и крайних лишений, — был выведен изо рва. Святого великомученика омыли, одели в новые одежды, и, подкрепивши пищей, повали к царю. Все вышли к святому Григорию с великим почтением, кланялись, припадали к его ногам и молили его, чтобы он упросил своего Бога об исцелении царя, военаначальников и всего его войска. Блаженный Григорий, прежде всего, расспросил их о телах убиенных святых дев, так как они лежали непогребёнными в течение десяти дней. [8, 664 с.] Небесный луч, ниспавший среди ночной темноты, указал ему могилу Рипсимии (Евфросинии), почему и назвал Григорий место падения луча на землю – Шохакат (разлитие света), а монастырь, впоследствии построенный на этом месте Эчмиадзин (сошествие единородного Сына). [13,106с.] 

После должного погребения тел Григорий начал поучать мучителей, чтобы они отвратились от идолов и уверовали во Единородного Бога и Сына Его Иисуса Христа. Надеясь на Его милость и благодать. Святой Григорий возвестил им, что Господь Бог сохранил его живым во рве, где часто посещал его ангел Божий, чтобы он имел возможность привести их от тьмы идолопоклонства к свету благочестия; так, святой наставлял их вере во Христа, возлагая на них покаяние. 

Увидев их смирение. Святой повелел им устроить большую церковь, что они и исполнили в непродолжительное время. В эту церковь святой Григорий внёс с большим почётом тела блаженных мучениц, поставил в ней святой крест и повелел народу там собираться и молиться. Затем, он привёл царя Тиридата к телам святых дев, которых тот погубил, чтобы он просил их молитв пред Господом Иисусом Христом. И лишь только царь исполнил это. Как ему был возвращён человеческий образ. А от бесновавшихся воевод и воинов были отогнаны лукавые духи. Вскоре вся Армения обратилась ко Христу, народ разрушал идольские капища и, вместо них, сооружал церкви Богу. Царь же пред всеми открыто исповедал свои грехи и свою жестокость, возвещая казнь Божию и благодать, на нём явленные. После этого он сделался руководителем и начинателем всякого доброго дела. От отослал святого Григория в Кесарию Каппадакийскую к архиепископу Леонтию для того, чтобы тот рукоположил его во епископы. Возвращаясь из Кесарии после рукоположения, святой Григорий захватил с собой оттуда многих пресвитеров, которых нашёл наиболее достойными. Он крестил царя и весь народ (301 г. по Р. Хр.). Сердце Тиридата до того подвиглось ревностью к принятой им вере, что он обнародовал указ, повелевавший всем принимать христианство, и покорные подданные тысячами спешили на берега Евфрата, где святой Григорий со множеством приведенных им из Кесарии пресвитеров в продолжение семи дней просветил проповедью и крещением до четырех миллионов язычников. Таким образом, святой Григорий привёл к исповеданию истинного Бога бесчисленное множество народа, созидая храмы Божии и принося в них бескровную жертву. 

Переходя из города в город, он рукополагал священников, устроял школы и ставил в них учителей, — словом делал всё, что относилось к пользе и потребностям церковным и было необходимо для служения Богу; царь же раздавал церквам богатые имения. Святой Григорий обратил ко Христу не только армян, но и жителей других стран, например, персов, ассириян и мидян. Он устроил множество монастырей, в которых с успехом процветало дело евангельской проповеди. [8,664-665 с.] 

Таким было вступление святого Григория Просветителя в тридцатилетние управление Армянской Церковью, в продолжении которого поставил в ней около четырехсот епископов. Охраняя её чистоту от учения ересиархов: Ария, Македония, Аполлинария, он сделал некоторые добавления в текстах Символа Веры, сохранившиеся в Армянской Церкви и доныне. Смерть застигла святого Григория на горе Сепух, избранной им для уединения (330-335 г. г. по Р. Хр.). Тело его, случайно найденное пастухами, не было сначала узнано, и только потом перенесено в монастырь близ деревни Тердан. Здесь святые мощи Просветителя покоились до времени греческого императора Зенона, который перенёс его главу в Италию, часть мощей осталась в Константинополе, — правая же рука, сохраняемая в Эчмиадзине, возлагается на голову каждого нового епископа во время совершения над ним обряда рукоположения. 

Оба сына святого Григория были поставлены в епископы своим отцом и по приказанию отца Аристакес (Аростан) присутствовал в 325 г. по Р. Хр.  на Соборе в Никее. 

Не смотря, однако, на большое тогда распространение христианства, гонения против него не совсем затихли, и а армянском городе Никополе было пятьдесят случаев мученической смерти христиан за веру. 

По смерти святого Григория Просветителя, Армянской Церковью управлял семь лет его младший сын Аристакес, а после него – Вертанес (Орфан). Подобно отцу и брату, он сохранял чистоту веры от всяких заблуждений и в сомнительных случаях списывался с Церковью Греческой. Даже о внешнем порядке богослужения он просил наставлений у иерусалимского патриарха Макария. После Вартанеса верховное управление перешло к эчмиадзинскому архиепископу Нарсесу I Мец (Великий) и впервые с титулом патриарха и католикоса всех армян. Собор им собранный в Вагаршапате определил независимость армянского католикоса от духовной кафедры в Кесарии. 

Первый армянский католикос управлял Армянской Церковью тридцать четыре года, и приемником его сделался Исаак, фактически нарушивший обычай обращения за грамотою на епископство в Кесарию. После патриархов Завена и Асбуракеса следовал Исаак Мец, проверивший по греческим текстам армянскую литургию, установившуюся по переводам святого Григория. Помощником Исаака Великого был архимандрит Месроп. [12,106-107 с.] 

После такого прекрасного начала, какой бы счастливой будущности нельзя было ожидать для Церкви Армянской! Между тем, вышло совсем иначе. Со смертью святого Григория, в память которого она доселе называется григорианскою, и особенно по кончине Тиридата (ок. 340 г. по Р. Хр.) начался для этой Церкви, вместе со страною, непрерывный ряд бедствий. Еще около полстолетия (до 387 г. по Р. Хр.) Армения сохраняла свою самостоятельность и управлялась своими государями. Но и в это время чего уже не потерпела она от соискателей престола и междоусобий, последовавших вдруг по смерти Тиридата, еще более от некоторых царей своих, тиранов, какими явили себя Аршак III (с 363 г. по Р. Хр.) и Пап (с 381 г. по Р. Хр.), не щадившие никого и ничего для удовлетворения своим страстям, а всего более от соседей своих, греков и персов, посреди которых, как посреди двух огней, она находилась! Каждый раз, как только цари Армении преклонялись для выгод своих на сторону какого-либо одного из этих народов, враждовавших между собою, войска другого немедленно спешили опустошать ее области; при каждом столкновении самих греков и персов она становилась жалким поприщем их кровавых действий. Но греки, как христиане, в подобных случаях, по крайней мере, щадили веру несчастного народа. Совсем не так поступали персы: главною их мыслию всегда было одно — возвратить армян к их древнему огнепоклонству и принудить к принятию религии Ормузда. Эдикт персидского царя Сапора II (в 340 г. по Р. Хр.), послуживший началом страшного двадцатилетнего гонения на христиан за исповедание Евангелия, не раз проникал со всею своею силою и в Армению. Тогда книги христианские были сжигаемы в ней; в ее училищах запрещалось преподавание наук на языке греческом и армянском; персидские маги странствовали по всем ее областям с проповедью иной веры, отвлекая народ обещаниями и угрозами от веры христианской, всего же страшнее действовал тогда меч: тысячи тысяч уже умерли за веру, а гонение было еще в начале — гласит одно современное сказание. И некому было позаботиться о слабом, угнетенном царстве. Из царей, управлявших им в то время, явился было один добрый, мудрый и храбрый Вараздат (384 г. по Р. Хр.), который хотел сколько-нибудь уврачевать раны отчизны, но его царствование продолжалось только два года. Первосвятители Церкви делали со своей стороны все что могли, нередко жертвуя жизнью для своей паствы. Более всех из них достоин признательной памяти патриарх Нерсес I, которого соотечественники по всей справедливости назвали Великим. Неоднократно он один спасал от гибели свое отечество и Церковь. Он-то прекратил междоусобие, возбужденное по смерти Тиридата незаконными соискателями престола, упросивши греческого императора Константина возвести на сей престол законного его наследника, сына Тиридатова Хозроя; он примирил потом своим личным ходатайством в Византии недостойного царя своего Аршака III с императором греческим Валентинианом, когда войска последнего вступили уже в Армению для ее опустошения; примирил того же царя и с его полководцами, которые уже совершенно было против него вооружились. Во дни страшного персидского гонения, свирепствовавшего в Армении, удалившись в столицу греческую, Нерсес Великий умолил здесь императора Феодосия послать армянам вспомогательное войско и даровать им законного царя в лице Папа (381 г. по Р. Хр.), воспитывавшегося тогда в Константинополе. Когда же государь этот сделался бичом для своих подданных, Нерсес не устрашился восстать против него с пастырскими увещаниями и обличениями в защиту утесненного народа, пока не вкусил из рук неблагодарного повелителя своего чашу смерти. 

Не прекращались бедствия Армении, равно как Церкви Армянской, и в последние годы самобытного существования этого царства (387-428 г. г. по Р. Хр.), когда, разделенное на две части между персами и греками, оно продолжало еще иметь своих государей, хотя не всегда из своих соплеменников. Почти непрерывные смуты и происки разных партий, несколько раз возобновлявшиеся междоусобия и гонения на христиан волновали несчастную страну и теперь, как прежде. Одно лишь отрадное явление представляет нам в сие время ее история. В царствование кроткого и мудрого Врамшапуха (с 392 г. по Р. Хр.) начался так называемый золотой век просвещения древней Армении, преимущественно духовного. Знаменитый Месроп изобрел (в 406 г.) армянские письмена и был основателем целой школы мыслителей и писателей; до сорока даровитейших юношей посланы были для лучшего образования в Константинополь, Афины, Александрию и по возвращении в отечество приступили под непосредственным надзором самого Месропа и ученейшего католикоса Исаака Великого к переложению на армянский язык Священного Писания по тексту семидесяти толковников, присланному от Греческого патриарха Максимилиана. Вскоре из этих юношей явились замечательные писатели, каковы Моисей Хоренский, Егише, Лазар Парбеци, Корюн и другие, которые красноречиво изложили историю своего отечества и Церкви, оставивши немало и других полезных сочинений. 

В последующее затем время, когда Армения окончательно потеряла свою независимость и подпала под чуждое иго персов (428-632 г. г. по Р. Хр.), бедствия ее достигли крайнего предела. Персы с самого начала воздвигли на христиан открытое гонение, продолжавшееся непрерывно в три преемственные царствования Иездигерда, Барарана и его сына. Целые тысячи исповедников вкусили тогда в Армении смерть за веру Христову, и в главе их доблестный архипастырь Иосиф. Многочисленные храмы и обители были разрушены или заключены, а в числе прочих подверглась разорению и резиденция Эчмиадзинских патриархов, которые с тех пор (с 454 г. по Р. Хр.) перенесли ее на несколько веков (до 925 г. по Р. Хр.) в новую тогдашнюю столицу Армении Товин, или Тевин, находившуюся также в нынешних пределах наших, неподалеку от Арарата, где доселе видны ее развалины. Нельзя без горести читать описания всех этих и многих других нестроений и бед, оставленного современниками. «Рыдаю о тебе, земля гайканов! — взывает один из них, — рыдаю о тебе, знаменитая страна севера! Не стало царя, не стало священника, советодателя и мудрого наставника; спокойствие твое нарушено, везде возмущения, везде бунты, попрана святая вера, и место ее заступили беззакония и невежество! Плачу о тебе, Церковь Армении, лишенная велелепия престола, великодушного пастыря и мудрого его сподвижника… Антиох старается отвергнуть законы отечественные, и нет Маттафии, который бы ему воспрепятствовал. Отовсюду угрожают нам брани и внутренние возмущения, и нет Маккавеев, которые бы нас защитили… Кто сравнит горесть свою с нашею, и кто может изобразить ее словами? Восстали безумные епископы, похитители высокого сана, избранные по мзде, алчущие богатства… и учинились волками, терзающими и пожирающими свои стада. Священники горды, презирают свой сан, преданы роскоши и порокам… Жилища наши в развалинах, имущество в руках грабителей, вельможи в оковах, и простой народ в угнетении. Грады взяты, села преданы пламени и грабежу; везде голод, болезни и смерть. Благочестие в забвении, и скоро наступит ад, от которого да избавит нас Бог, Ему же слава во веки!.." 

Ад этот действительно наступил, в некотором смысле, для злосчастной страны, когда (632-858 г. г. по Р. Хр.) отяготели над нею деспотизм и фанатизм новых ее поработителей аравитян ад, описанный также современниками и очевидцами. «Сей новый народ, — восклицает в плаче своем первосвятитель Нерсес III, — как дракон, пожрал, как лев, сокрушил все наши кости, и до того уже изможденные прежними нашими поработителями. Несчетны жертвы, коих неповинная кровь пролита. Одни обречены рабству или отданы на продажу; другие, лишенные всего имущества, отведены в плен; третьи заключены в вечные оковы… Мы изгнаны из отечества и блуждаем посреди народов чуждых, забывши о родине; страну нашу пожирают враги пред очами нашими… Седалище первосвященническое, от коего прежде исходил свет, ныне окружено мраком; первосвятители удалились от него и скитаются в пределах чуждых». К чести этих первосвятителей должно заметить, что, несмотря на все бури, свирепствовавшие в их отечестве, они непрестанно старались поддерживать в нем свет наук для пользы Церкви. Для сего учредили они даже особый чин в своей церковной иерархии, средний между епископами и священниками, имеющий, впрочем, назначение чисто учебное и существующий доныне под именем вартабедов, которые при патриархе Моисее II (551-594 г. г. по Р. Хр.) соединенными усилиями составили для армян новую систему летосчисления, начинающуюся со времени ее изобретения (с 551 г. по Р. Хр.), и вообще были постоянно главнейшими двигателями просвещения в Армении. 

Ко всем этим внешним бедствиям Армянской Церкви присоединились еще внутренние, касавшиеся существа веры. С самого начала своего Церковь сия свято держалась вселенского православия. Ее католикосы от святого Григория до Исаака (302-439 г. г. по Р. Хр.), приемля рукоположение и находясь в зависимости от архиепископа Кесарийского, пребывали в союзе и единении чрез Кесарийскую Церковь со всею Церковию Греческою. А в делах важнейших они относились в особенности к Цареградскому патриарху, чему неоспоримым доказательством служит то, что Собор епископов Армянских, осудивший в 437 г. сочинения Диодора Тарсийского и Феодора Мопсуестского, посылал для окончательного рассмотрения свой приговор к Константинопольскому патриарху Проклу, от которого и получил потом утвердительное послание. Во все это время Армянская Церковь принимала непосредственное участие и во Вселенских Соборах, на которых решалась участь всего христианства. Так, на Первом Вселенском Соборе от лица ее присутствовали патриарх Аристакес и святой Иаков, епископ Низибийский, на Втором — патриарх Нерсес Великий, на Третьем — по крайней мере, читано было письменное исповедание патриарха Исаака, ибо он находился в плену у персидского царя Иездеджира. Но с тех пор как Армения подпала под иго персов (428 г. по Р. Хр.), ее главам духовным запрещено было от персидского правительства отправляться за пределы отечества в Кесарию для принятия рукоположения, чем первая внешняя связь Армянской Церкви с Греческою Православною уже пресеклась. Отяготевшие с того времени над Армениею бедствия воспрепятствовали ее епископам принять какое-либо участие в Соборе Халкидонском (451 г. по Р. Хр.), рассматривавшем и осудившем ересь Евтихия; это послужило уже началом и для внутреннего разрыва ее с Церковию Вселенскою. Некоторые злонамеренные сирийцы распространили слухи в Армении, будто Собор Халкидонский, отвергши ересь Евтихиеву, принял и утвердил противуположную ей ересь Нестория, которая осуждена была еще прежде на Третьем Вселенском Соборе (431г. по Р. Хр.). Новые слухи о волнениях и смутах, последовавших в Греции за Халкидонским Собором касательно смысла его догматического определения, и попытки двух византийских императоров, Зенона и Анастасия, определить этот смысл произвольными толкованиями или запретить всякие споры о нем еще более утвердили армян в предубеждении насчет православия Халкидонского Собора. Не желая более оставаться в недоумении и нерешимости, католикос Бабкен созвал в 491 г. поместный Собор своих епископов в Вагаршапате, чтобы лучше рассмотреть дело. Но поскольку собравшимся не от кого было узнать сущую истину о Соборе Халкидонском и они не имели о нем других известий, кроме указа Зенонова, в котором немало было искажено определение сего Собора, то, основываясь только на этом документе, они заключили 1) будто Собор Халкидонский уважил сочинения Феодора Мопсуестского и сообщников его; 2) будто он разделил Иисуса Христа, подобно Несторию, на два лица и на два сына; и вслед за тем 

3) произнесли анафему на Собор Халкидонский или, справедливее, на то учение, какое, по мнению их, было одобрено на сем Соборе. Очевидно, что все это вначале произошло только от недоумения и недостатка точных сведений об истине и предан проклятию собственно не Собор Халкидонский, а такое учение, которое ему совершенно чуждо. Но в последующее время армяне, будучи убеждены, что предки их весьма хорошо исследовали все, относящееся до сего предмета, еще при католикосе Бабкене на созванном им Соборе (491 г. по Р. Хр.), не хотели снова разобрать запутанное дело, а усилившаяся мало-помалу взаимная неприязнь между греками и армянами еще более воспрепятствовала открыться истине. Через сто лет (в 596 г. по Р. Хр.) последовал новый Собор иерархов Армянской Церкви в Товине под председательством католикоса Авраама Агбатанийского, когда еще с большею решительностью преданы анафеме все, державшиеся Халкидонского Собора, а в числе прочих и католикос Грузинской Церкви Кирион со всею своею паствою, и окончательно совершилось отпадение армян от вселенского православия. 

Но с этого времени начался и ряд попыток к возвращению отпадших в недра истинной Церкви. В 597 г. по жалобе Грузинского католикоса Кириона и желанию императора Маврикия созван был Собор в Константинополе, куда и Армянский католикос Авраам присылал своего викария Вартанеса и архимандрита Григория вместе с девятнадцатью другими армянскими епископами, имевшими свои епархии в пределах греческих. Плодом сего Собора было, по крайней мере, то, что сии последние армянские епископы единодушно приняли правила Халкидонского Собора и что по случаю происшедших отсюда несогласия между армянами (так как первые два представителя Армянской Церкви возвратились на родину с прежними своими мыслями) избран был для греческих армян, воссоединившихся с Церковию, особый католикос Иоанн Кокоста, хотя не более как на десять лет (до 607 г. по Р. Хр.), когда вследствие новых смут в империи эти воссоединившиеся опять отпали в прежнее заблуждение. В 629 г. на Соборе в Феодосиополе в присутствии самого Армянского католикоса Езра подобная попытка была еще успешнее. Когда бывший здесь император Ираклий спросил католикоса: «Почему вы не соглашаетесь с нами в вере?» — католикос отвечал: «Благодетельный государь! По твоему желанию нам легко согласиться; только молим вас отвергнуть заблуждения Нестория, кои служат причиною нашего от вас уклонения; и, если столь превратное учение действительно утверждено, как мы слышали, на Соборе Халкидонском, откажитесь и вы от этого Собора, тогда мы охотно с вами соединимся». Обсудивши потом у себя в уединении вместе со своими епископами данное ему по приказанию императора обстоятельное исповедание Греческой Церкви, в котором предавался анафеме и Несторий, как и все прочие еретики, Езр торжественно исповедал на Соборе, что и Армянская Церковь верует точно так же, как Греческая, и в заключение со всеми своими епископами принял правила Халкидонского Собора. К прискорбию, нашлись и теперь упорные между армянами, кои не согласились отказаться от укоренившихся заблуждений: некто архимандрит Иоанн Майрагомеци, открыто называя католикоса изменником вере, удалился в Албанию, приобрел себе ближайших последователей и возмутил там весь народ. С другой же стороны, принятие многими из армян, обитавшими в Греции, вместе с Собором Халкидонским самых обрядов Церкви Греческой подало повод другим их соплеменникам, жившим в сердце Армении, возненавидеть их за сие отступление от своей домашней церковности, затем отложиться от согласия в самом исповедании с греками и снова отвергнуть Собор Халкидонский. Была такая же попытка к примирению армян с Церковию на Товинском Соборе в 648 г. по настоянию императора Феодосия, присылавшего сюда со своим указом философа Давида, но на этот раз патриарх Нерсес III и епископы армянские прямо отказались от принятия Халкидонского Собора, а наместник Нерсеса епископ Иоанн составил даже в 651 г. в своей епархии небольшой Собор, где снова предал анафеме Собор Халкидонский и Собор, бывший в Товине при католикосе Езре, доказывая, будто они признали в Иисусе Христе два естества раздельно. Наконец, последняя сего рода попытка в рассматриваемый нами период совершилась в 862 г., когда по случаю обширного послания Константинопольского патриарха Фотия к Армянскому католикосу Захарию, где со всею подробностью защищено было исповедание Халкидонского Собора, и вследствие некоторых подобных посланий того же патриарха к знаменитейшим сановникам Армении созван был Собор армянских епископов в Ширакаване для более тщательного рассмотрения спорного предмета. Но и после этого столь желаемое соединение не состоялось. К прискорбию, должно сознаться, что главною причиною всех этих неудач было отнюдь не учение армян, в котором, как видно теперь из их исповеданий, они очень легко могли бы сойтись с православными, а единственно, кажется, политические смуты, взаимная вражда народная между греками и армянами и обоюдные недоразумения. Вследствие сих-то причин армян начали обличать еще с тех пор и в некоторых других грубейших заблуждениях касательно веры, которые сами армяне считают для себя совершенно чуждыми. [5, 141-148 с.] 

Дух и стойкость веры Армянской Церкви выразил католикос Иосиф I на соборе в Вагаршапате, на котором составлено было исповедание веры: «От этой веры не могут отклонить нас никакая власть или сила, ни ангел с неба, ни земной владыка, ни огонь, ни меч. Достояние наше в наших руках, но владыка веры нашей есть один Бог, с которым мы неразлучно соединены». [10,126 с.] 

Список литературы

1. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Юбилейное издания, посвящённое тысячелетию Крещения Руси – М.: Издание Московской Патриархии, 1988 – 1371 с. 

2. Лебедев А., протоиерей. Очерк истории Христианской Церкви –  С. — Петербург.: Издание книгопродавцев Колесова и Михина, 1876 – 194 с. 

3. Гассе, Фридр. Руд. Церковная история. Том второй. – Казань.: Университетская типография, 1870 – 266 с. 

4. Глинка С. Н. Обозрение истории армянского народа. — /Репринт. воспроизвед. изд. 1832 г./ — Ер.: Гркери ашхар, 1990 – 480 с. 

5. Макарий (Булгаков), Митрополит Московский и Коломенский. История Русской Церкви. Книга первая. – М.: Спасо-Преображенский Валаамский монастырь, 1994 – 406 с. 

Димитрий, Святитель, Митрополит Ростовский. Жития Святых. Месяц июнь. — /Репринт. воспроизвед. изд. 1913 г./ — Издание Свято – Введенского монастыря Оптиной пустыни, 1997 – 669 с. 

6. Димитрий, Святитель, Митрополит Ростовский. Жития Святых. Месяц август. — /Репринт. воспроизвед. изд. 1911 г./ — Издание Свято – Введенского монастыря Оптиной пустыни, 1997 – 731 с. 

7. Димитрий, Святитель, Митрополит Ростовский. Жития Святых. Месяц сентябрь. — /Репринт. воспроизвед. изд. 1903 г./ — Издание Свято – Введенского монастыря Оптиной пустыни, 1997 – 669 с. 

8. Димитрий, Святитель, Митрополит Ростовский. Жития Святых. Месяц январь. Часть первая. — /Репринт. воспроизвед. изд. 1904 г./ — Издание Свято – Введенского монастыря Оптиной пустыни, 1997 – 492 с. 

9. Тальберг Н. История христианской церкви. – М.: Православный Свято-Тихоновский Богословский институт. 2000 – 517 с. 

10. Дюшен Л. История древней Церкви. Том первый. – М.: Типография Императорского Московского Университета, 1912 – 383 с. 

11. Абаза В. А. История Армении. — / Репринт. воспроизвед. изд. 1888 г./ — Ер.: Грери ашхар, 1990 – 128 с.