Психосемантический анализ мотивационных детерминант благотворительной активности человека

Психосемантический анализ мотивационных детерминант благотворительной активности человека

О. В. Татаренко

Представлено исследование мотивационных детерминант благотворительной активности в рамках психосемантического подхода (с позиций анализа содержания субъективных систем значений). Предложен уровневый подход к анализу проявлений благотворительной активности человека. Обозначены тенденции к связи проявлений благотворительной активности с возрастом респондентов, их личностным и социальным функционированием. Обозначены общие рекомендации к планированию благотворительных стратегий, основанные на выявленных мотивационных детерминантах благотворительной активности человека.

Исследовательский интерес к пониманию мотивов благотворительной деятельности человека явно или подспудно проявляют многие гуманитарные науки, в том числе и психология, хотя её интерес, в частности, экспериментальный, в нашей стране весьма скуден. Однако можем ли мы говорить о повышении эффективности благотворительных акций и стратегий без учета экспериментально выявленных и обоснованных психологических мотивов благотворительной активности человека? Мы полагаем, нет.

В качестве основной гипотезы исследования выступает предположение о том, что уровень проявления благотворительной активности человека обуславливается спецификой содержания субъективной системы значений, определяющей внешние (социальные) и внутренние (личностные) мотивационные детерминанты. Внешние (социальные) мотивационные детерминанты раскрываются посредством значений понятий, связанных с социальным функционированием: Достижение успеха, Общение с людьми, Меценат, Личная независимость, Власть, Признание окружающими, Моё материальное благополучие, Выгода. Внутренние мотивационные детерминанты раскрываются посредством понятий, связанных с личностным функционированием: Моё прошлое, Подающий милостыню, Благотворитель, Я, Моя семья, Мой отец, Моя мать, Мои друзья.

Констатирующий эксперимент, целью которого являлось выявление мотивационных детерминант благотворительной деятельности человека, проводился с 2004 по 2005 год на случайной выборке из 250 человек. Возрастной состав респондентов - от 14 до 88 лет, причем нижняя граница возраста была определена нами с момента достижения дееспособности (юридический критерий). Начиная с этого возраста, человек на законных основаниях может сам зарабатывать материальные средства. К сожалению, мы не обнаружили исследовательские работы, раскрывающие отношения детей разного возраста к материальным средствам, а именно осознания ценности денег, что позволило бы нам, в свою очередь, опереться на психологический критерий при определении нижней возрастной границы выборки.

На этапе пилотажного исследования с использованием «Методики предельных смыслов», предложенной Д. А. Леонтьевым, были определены понятия, которые оценивались респондентами по шкалам в бланке методики основного эксперимента: блок «Образ Я» (Я, Личная независимость, Признание окружающими, Достижение успеха); блок «Базовые потребности» - Моё увлечение; блок «Актуальные потребности в настоящем» - Моё настоящее; блок «Отношение к прошлому» - Моё прошлое; блок «Отношение к будущему» - Моё будущее; блок «отношение к людям, занимающимся благотворительностью»

- Благотворитель; блок «Образ мецената» - Меценат; блок «Образ людей, подающих милостыню» -Подающий милостыню; блок «Значимость для респондентов родственных и дружеских отношений как показатель способности к близости с людьми» - Моя семья, Моя мать, Мой отец, Мои друзья, Общение с людьми; блок «Потребность в материальном благополучии как условие благотворительной активности»

- Моё материальное благополучие; блок «Источники стресса» - Неприятности, Неудача, Болезнь, Угроза; блок «Непосредственные мотивы благотворительной деятельности», обозначенные на этапе пилотажного исследования понятия Жалость, Выгода, Власть, Просьба о помощи [2].

К бланку опросного листа основной методики «Психосемантическая диагностика скрытой мотивации» прилагалась анкета, в которой каждому респонденту предлагалось отнести себя к одной из групп, различающихся по критерию уровня проявления благотворительной активности [3].

Следовательно, нами были выделены четыре группы респондентов:

1) испытывающие потребность в оказании материальной помощи людям и делающие это («хочу оказывать помощь и делаю это» - 117 человек, 46,8%) - высокий уровень проявления благотворительной активности;

2) испытывающие потребность в оказании материальной помощи людям, но не делающие этого («хочу оказывать помощь, но не делаю это» - 80 человек, 32%) - низкий уровень проявления благотворительной активности;

3) респонденты, не испытывающие потребности в оказании материальной помощи нуждающимся и не делающие этого («не хочу оказывать помощь и не делаю это» - 30 человек, 12%) - отсутствие проявления благотворительной активности;

4) респонденты, не испытывающие указанной потребности, но оказывающими материальную помощь людям, выражающим в этом необходимость («не хочу оказывать помощь, но делаю это» - 23 человека, 9,2%) - средний уровень благотворительной активности.

Используемая нами методика «Психосемантической диагностики скрытой мотивации» предполагает двухступенчатую схему анализа и интерпретации полученных данных: по классическим факторам, выделенным Ч. Осгудом - Ценности, Силы, Активности и по результатам дендрограмм, полученных в процессе кластеризации данных [3].

В таблицах представлены доминирующие понятия по трем факторам в различных группах респондентов (в скобках - общий балл понятия из семи возможных).

Таблица 1 - Сопоставительная таблица доминирующих понятий по факторам Оценка, Сила, Активность у респондентов с высоким уровнем проявления благотворительной активности (первая группа)

Фактор Оценка

Фактор Сила

Фактор Активность

Мое прошлое (6,57)

Угроза (6,67)

Я (6, 17)

Моя семья (6,43)

Власть (6,33)

Достижение успеха (6,17)

Таблица 2 - Сопоставительная таблица доминирующих понятий по факторам Оценка, Сила, Активность у респондентов с низким уровнем проявления благотворительной активности (вторая группа)

Фактор Оценка

Фактор Сила

Фактор Активность

Достижение успеха (6,29)

Власть (6,17)

Мое увлечение (6,50)

Моя мать (6,14)

Угроза (5,83)

Моя семья (6,00)

Таблица 3 - Сопоставительная таблица доминирующих понятий по факторам Оценка, Сила, Активность у респондентов с отсутствием проявления благотворительной активности (третья группа)

Фактор Оценка

Фактор Сила

Фактор Активность

Достижение успеха (5,86)

Личная независимость (6,17)

Личная независимость (6,17)

Мои друзья (5,71)

Власть (6,00)

Мое будущее (5,17)

Таблица 4 - Сопоставительная таблица доминирующих понятий по факторам Оценка, Сила, Активность у респондентов со средним уровнем проявления благотворительной активности (четвертая группа)

Фактор Оценка

Фактор Сила

Фактор Активность

Мои друзья (6,57)

Болезнь (5,83)

Мои друзья (6,00)

Личная независимость (6,43)

Угроза (5,50)

Мое настоящее (5,83)

Интерпретация результатов исследования по классическим факторам Оценка (Ценность), Сила, Активность.

Респонденты с высоким уровнем проявления благотворительной активности (первая группа -«хочу оказывать материальную помощь нуждающимся и делаю это»).

Прошлый опыт, значимый и ценный для данных респондентов, ассоциируется прежде всего с близкородственными эмоциональными отношениями, которые постоянно ими осмысливаются или же неосознанно создают напряжение (фактор Ценности). Нам представляется, что наибольшей ценностью для любого человека является то, что, во-первых, позволяет ему функционировать на субъективно приемлемом уровне, второе - представляет угрозу потери и третье - является дефецитарным (как некоторая «дыра») и требующим постоянного или периодического «восполнения». В таком случае оказание материальной помощи людям, выражающим в этом необходимость, для данной группы скорее позволяет заполнить «дыры» в близких эмоциональных отношениях, образовавшиеся в прошлом опыте (прежде всего детско-родительских отношениях) респондентов. Подобные представления согласуются с представлениями о мотивах деятельности людей, занимающихся «помогающими» профессиями: психологов, социальных работников и др. о том, что доминирующим является стремление к близким эмоциональным отношениям, переживаниям, восполняющим такого рода дефицит в прошлых семейных (детско-родительских) отношениях.

Понятия «Угроза» и «Власть» (фактор Сила), если трактовать их субъективную значимость как стремление к избеганию от провоцирующих ситуаций, в контексте анализа понятий являющих ценность для респондентов, позволяют предположить тип этих ситуаций: представляющие вероятность разрыва близких эмоциональных отношений. В этом же контексте становится понятным представление о динамичности образа «Я» (фактор Активность) респондентов с высоким уровнем проявления благотворительной активности, отражающим общую динамичность эмоциональных отношений. Кроме того, у данных респондентов эмоциональное принятие/непринятие близкими и другими значимыми людьми определяет субъективное ощущение возможности достижения успеха (фактор Активность).

Респонденты с низким уровнем проявления благотворительной активности (вторая группа -«хочу оказывать материальную помощь нуждающимся, но не делаю это»).

Для респондентов данной группы стремление к достижению успеха и ценность близких эмоциональных отношений с людьми (фактор Ценности) -два явных пути, «часто используемых в нашей культуре для получения успокоения от тревожности», следуя представлениям Карен Хорни [4]. Они стремятся достичь успеха, скорее чтобы чувствовать себя патентными, независимыми, значимыми, эмоционально принимаемыми близкими людьми. Власть, понимаемая как способ преодоления ощущения беспомощности, имеет для них большое значение (фактор Сила), но при этом они также сильно опасаются угрозы разрыва близких эмоциональных отношений (фактор Сила). Указанная двойственность находит отражение и в представлениях о субъективно переживаемой динамичности объектов: с одной стороны, собственных актуальных потребностей, во многом связанных с возможностью достичь успеха и, с другой стороны, близких эмоциональных отношениях со значимыми родными. В итоге вполне закономерное, на наш взгляд, поведение в ситуации оказания материальной помощи другим людям: респонденты хотят оказывать эту помощь (то есть стремятся к некоторой эмоциональной близости с нуждающимися, выражающейся, например, в искреннем сочувствии), но не делают этого в силу несообразности с субъективными представлениями о достижении успеха, престиже, власти и т. п.

Респонденты с отсутствием проявлений благотворительной активности (третья группа - «не хочу оказывать материальную помощь нуждающимся и не делаю это»).

Для респондентов данной группы достижение успеха также выступает доминирующей ценностью (фактор Ценности), во многом мотивирующей их поведение в ситуации принятия решения об оказании материальной помощи людям, демонстрирующим необходимость в этом. Ценными представляются и эмоциональные отношения, которые, однако, простраиваются респондентами не в близкородственном, а в дружественном окружении (фактор Ценности). Это дает нам основание предполагать крайности теплых эмоциональных отношений в семьях респондентов: их избыточность или недостаточность. Отсюда острота переживания потребности в личной независимости как со стороны силы влияния на мотивацию поведения в целом (фактор Силы), так и со стороны представлений о динамичности и необходимости её отстаивания (фактор Активности). Оказывать материальную помощь людям, выражающим в этом необходимость, для респондентов данной группы противоречит сознательным и неосознанным стремлениям к достижению успеха и создает риск эмоционального контакта (даже на уровне сочувствия) по субъективным причинам опасного для них. И одной из таких причин, своего рода «Ахиллесовой пятой» для данных людей является личная независимость. Для общественного сознания нищие, попрошайки, и вообще просящие материальной помощи -стигматизированная группа (И. Ю. Дьяконов, М. Л. Бутовская [1]). А в основе стигматизации, по мнению С. Н. Киселева, разделяемого нами, - неосознаваемый страх оказаться на месте жертвы. По нашему мнению, для респондентов с отсутствием проявлений благотворительной активности оказаться на месте просящего, «по ту сторону», даже посредством эмоционального сочувствия означает потерять субъективно значимое ощущение способности само-существования, выраженной в понятии личная независимость [1]. Имея такую угрозу «за спиной», для данных респондентов предпочтительней выражать недоверие просящим, и видеть в их деятельности актерскую игру.

Респонденты со средним уровнем проявления благотворительной активности (четвертая группа -«не хочу оказывать материальную помощь нуждающимся, но делаю это»).

Доминирующей ценностью четвертой группы респондентов являются отношения, поддерживаемые в окружении друзей, которые позволяют при этом сохранять субъективное ощущение и ценность личной независимости, чего в близкородственных отношениях, по всей видимости, респонденты лишались/лишаются в родительской семье (фактор Ценности).

Отметим, что личная независимость для данных респондентов не переживается как угрожающая или вообще влияющая на их активность, с одной стороны (не доминирующие позиции по фактору Сила), и динамичная, с другой стороны (фактор Активность), как это характерно для людей с отсутствием проявлений благотворительной активности.

Остается вопрос: что же респонденты анализируемой группы защитно не осознают в отношении оказания материальной помощи нуждающимся, так как не хотят её оказывать, но делают это? На основании анализируемых данных и с учетом ответов респондентов на открытый вопрос анкеты о мотивах их благотворительной активности мы заключаем, что таковой является потребность в близких эмоциональных отношениях. Её осознание является субъективно неприемлемым (что «роднит» респондентов этой группы с респондентами третьей - также не испытывающими потребность оказывать помощь нуждающимся). Однако в описываемой группе благотворительная активность не создает угрозу субъективно переживаемой ценности личной независимости, так как является для респондентов устойчивой характеристикой, не требующей постоянного «утверждения», как это наблюдается у респондентов с отсутствием проявлений благотворительной активности.

Интерпретация дендрограмм респондентов (вторая ступень анализа данных, Приложение).

Представим в сопоставительной таблице качественный анализ данных по выделенным блокам с целью наглядной демонстрации различий у респондентов, отличающихся уровнем проявления благотворительной активности.

Таблица 5 - Сопоставительная таблица результатов исследования респондентов с различным уровнем проявления благотворительной активности

Блоки понятий

Высокий уровень (1-я группа)

Средний уровень (2-я группа)

Низкий уровень (3-я группа)

Отсутствие (4-я группа)

Образ «Я»

Отношение к себе складывается из

На представление о себе большее влияние

Связанно с оценкой и

Формируются как из



переживании или обращений к своему прошлому опыту в

оказывают отношения с другими, прежде всего, значимыми для них

стремлением к статусности в межличностных

эмоциональных отношений с близкими и



настоящем.

людьми, чем опыт собственных переживаний и его рефлексия, которые также существенны.

отношениях. Окружающие, чье признание определяет представления о себе, как бы

друзьями, так и из оценки, признания окружающих людей вообще.







«обезличены»,









границы референтной









группы размыты: это не близкие









родственники и









не круг друзей.



Продолжение таблицы 5

Базовые

В близких эмоцио-

Общение с людьми и

Потребность в

В близких эмо-

потребности

нальных отношениях.

рефлексия прошлого

рефлексии и

циональных отно-



На данный момент не

опыта, удовлетворяемые

близких

шениях, поддерж-



удовлетворяются.

в настоящем.

эмоциональных

ке семьи и в







отношениях,

самоощущении,







которые не

основанном не







удовлетворяют я

столько на анали-







в настоящем.

зе и рефлексии









прошлого опыта и









переживаний,









сколько на ощу-









щении себя в









данный момент, в









настоящем.

Актуальные потребности

В анализе или переживаниях прошлого.

Эмоциональные отношения с близким (друзья) и дальним (общение с людьми) окружением, рефлексия прошлого опыта.

Потребность в покровительстве иной и статусной роли.

Удовлетворение базовых потребностей.

Субъективное

Определяет как

Высокой субъективной

«Изоляция»

Обособление

значение

представление о себе,

значимости прошлого, в

опыта прошлых

прошлого опыта в

прошлого

так и актуальные

котором важную

переживаний и

семантическом



потребности.

составляющую занимает

рефлексивной её

пространстве зна-





не столько эмоцио-

оценки в

чений.





нальность и близость

настоящем, а

Неосознанность





отношений с людьми, а

также связи его с

потребности в





общение с людьми

представлениями

оказании мате-





вообще.

о себе.

риальной ПОМОЩИ









другим людям









вызвана не ин-









тегрированностью









прошлого в сис-









тему актуальных









отношений и









представлений о









себе у респон-









дентов. Прошлое,









не ассоциирован-









ное с базовыми и









актуальными









потребностями,









следовательно, не









связанное с их









удовлетворением,









субъективно не









значимое, предс-









тавляется респон-









дентам лишь как









опыт руководства









- подчинения в









целях достижения









успеха.

Субъективное

С будущим связано

Будущность приобре-

Связано с

Удовлетворение

значение

удовлетворение

тает субъективное

удовлетворением

базовых и ак-

будущего

базовых потребностей.

значение для данной

базовых

туальных потреб-





группы респондентов в

потребностей в

ностей в буду-





связи с возможностью

рефлексии

щем, в том числе





достижения успеха и

прошлого опыта

и посредством





построения близких

и близких

благотворительно





эмоциональных

эмоциональных

и активности.





отношений.

отношениях.



Образ

Связан с удовлетво-

Связан с признанием

Образ

Это

благотвори-

рением базовой пот-

окружающих и

благотворителя

«абстрактный»

теля

ребности в близких

авторитетностью, и

близок образу

человек, не имею-



эмоциональных

возможностью прояв-

мецената и несет

щий отношения к



отношениях.

ления свой личной

такую же

представлениям





независимой позиции.

семантическую

респондентов о







нагрузку:

себе; ассоци-







статусная,

ирован с образом







покровительстве

подающего ми-







иная,

лостыню в ситуа-







авторитетная

ции обращения к







роль, в которой

нему за помощью







респонденты не

и оценивающий







воспринимают

при этом свои







эмоциональную

материальные







составляющую .

возможности.

Образ

Представляется как

Является частью

Идентичен

Интегрирован в

мецената

авторитетная,

представления о себе.

образу «Я» и

представления о



покровительствующая

Четко дифференцируют

имеет скорее

себе. Значимой



фигура, действующая

образы благотворителя

статусную,

является статус-



ради престижа.

и мецената: в первом

связанную с

ная роль, обус-



Подобные мотивы

они видят большую

признанием этой

ловленная



оказания помощи не

личную включенность,

деятельности

устойчивыми



свойственны данным

чем во втором,

окружающими и

представлениям о



респондентам.

отличающимся

личностными

себе в большей





отстраненной,

выгодами от

степени, чем воз-





покровительствующей

такого

можность прибли-





позицией.

признания,

зиться к пережи-







нежели

ваниям другого,







эмоциональную

отозваться эмо-







окраску.

ционально на









ситуацию челове-









ка не из числа









близких или









знакомых.

Образ людей,

Идентичен образу

Ассоциируется с

Ассоциируется с

Идентичен образу

подающих

мецената.

поддержкой,

источниками

благотворителя.

милостыню



открытостью и

стресса, так как







принятием, которые

подразумевает







также свойственны

эмоциональную







самим респондентам,

включенность .







учитывая наличие у них









потребности в оказании









помощи.





Субъективное значение материаль-

Не представлено в базовых и актуальных потребностях.

Оценивается как источник стресса.

Не представляется как источник

Существенно не влияет на возможность

ного благополучия





стресса, достижение его необходимого субъективного

удовлетворения базовых и актуальных потребностей и на







уровня связано как с расчетом на собственные силы, так и с поддержкой

представления о себе. Однако ассоциируясь с образами благотворителя и







семьи.

подающего









милостыню,









оценка









материальной









возможности









оказать помощь









представляется









для респондентов









существенной.

Источники

Это ситуации просьбы

Оценка своего

«Подающий

Источники

стресса

о помощи и просящий милостыню.

материального благополучия, ситуации обращения за помощью, и просящий милостыню.

милостыню», «Просьба о помощи», «Просящий милостыню».

стресса группируются между собой. Ни одно понятие, обозначенное









нами в









исследовании, не









является









стрессогенным фактором.

Непосредственные мотивы благотворительной деятельности

Не коррелируют с базовыми и актуальными потребностями и образом благотворителя.

Признание окружающими.

«Признание окружающими» и «Выгода» выступают мотивами благотворительн

Просьба о помощи.







ой активности,









так как позволят









удовлетворить









актуальную для них потребность









в признании их









статусной и









покровительстве иной роли.



Итак, основываясь на вышеизложенных фактах, мы можем заключить, что:

1. Уровень проявления благотворительной активности имеет тенденцию к связи с возрастом респондентов (мы не имели возможность выявить эту тенденцию, используя корреляционные методы, так как уровень проявления благотворительной активности не измерялся нами на уровне шкал, имеющих единицы измерения). Так, респонденты с высоким уровнем относятся к юношеской (17 - 23 года) и зрелым возрастным группам (от 24 до 65 лет и старше); средний уровень - в старших возрастных группах от 31 до 65 лет и старше. Низкий уровень и отсутствие проявлений благотворительной активности выявлен у лиц подросткового (14 - 16 лет) и юношеского возрастов (17 - 23 года), а так же периоде взросления (24 - 30 лет).

2. На уровень проявления благотворительной активности и, в частности, на осознание потребности в оказании материальной помощи людям, выражающим в этом необходимость, влияет интегрированность прошлого опыта в базовые и актуальные потребности респондентов в настоящем. Так, в группах с отсутствием исследуемых нами проявлений (третья группа) и неосознанностью потребности в оказании материальной помощи (четвертая группа) мы наблюдаем изоляцию опыта прошлых переживаний и рефлексивной её оценки в настоящем, а также связи его с представлениями о себе. У респондентов с осознанной потребностью в оказании такой помощи отмечается обратное: высокое субъективное значение прошлого и интегрированность его в представления о себе. Причем, только в группах с осознанной потребностью помогать другим, прошлый опыт ассоциирован прежде всего с близкими эмоциональными контактами в родительской семье.

3. С уменьшением уровня проявления благотворительной активности увеличивается значимость факторов, связанных с социальным функционированием: признания окружающими, потребности в статусной, покровительствующей роли во взаимоотношениях с другими людьми. Следовательно, увеличивается субъективно ощущаемый «разрыв» между образами благотворителя и мецената: в первом видится большая эмоциональная включенность в ситуацию обратившегося за помощью, во втором - статусная роль «над» ситуацией, позволяющая защитно избегать этой включенности.

4. Общей базовой потребностью для всех групп респондентов является потребность в близких эмоциональных отношениях. Однако для респондентов с высоким уровнем проявления благотворительной активности один из способов её компенсации - благотворительность, позволяющая посредством эмоциональной близости с нуждающимися возродить некоторые переживания прошлого; респонденты со средним уровнем проявления благотворительной активности не осознают её как компенсацию данной потребности, но стремятся к её удовлетворению посредством благотворительности. Респонденты с низким уровнем проявления благотворительной активности признают возможность удовлетворения потребности в эмоциональных отношениях посредством благотворительности, однако оценка собственного материального благополучия, а именно ощущение его как источника стресса определяет фактическое отсутствие её проявлений. Респонденты с отсутствием проявлений благотворительной активности не признают за ней возможности удовлетворения указанной потребности и не удовлетворяют её в рамках этой активности.

5. С уменьшением уровня проявления благотворительной активности увеличивается значимость для респондентов понятий, связанных с социальным функционированием (внешние мотивационные детерминанты): личной независимости, ощущением ценности своей статусной роли, а следовательно, и четкого деления людей на «своих», которым они готовы оказывать помощь, в том числе и материальную без ущерба представлениям о самом себе, и «чужих», принятие ситуации ущербности, демонстрации зависимости и низкостатусной роли которых чревато небезопасным эмоциональным включением и страхом оказаться в таком положении. Следовательно, есть возможность, опираясь на значимые для них статусные и одобряемые моменты и избегая попыток эмоционально вовлечь данных респондентов в ситуацию нуждающихся, активно приобщать их к благотворительной деятельности.

6. Соответственно с увеличением уровня проявления благотворительной активности увеличивается значимость понятий, описывающих личностное функционирование (внутренние мотивационные детерминанты) и позволяющих в некоторой мере идентифицироваться с группой людей, демонстрирующих необходимость в материальной помощи. Аппеляция к социальной одобряемости благотворительной деятельности, статусных преимуществ, скорее будет не эффективна в плане стратегии благотворительных акций с данной группой респондентов, так как будет трактоваться как призыв к неискренности.

Список литературы

1. Дьяконов И. Ю., Бутовская М. Л. Динамика идентификации человека с группой нищих // Вопросы психологии. 2003. №1. С. 79 - 89.

2. Леонтьев Д. А. Методика предельных смыслов: Методическое руководство. -М.: Смысл, 2001.

3. Соломин И. Л. Психосемантическая диагностика скрытой мотивации. - СПб.: ИМАТОН, 2000.

4. Хорт К. Стремление к власти // Психология и психоанализ власти: Хрестоматия. - Самара: БАХРАХ, 1999. С. 353.