Религии Китая

1







Содержание

Введение									2

Конфуцианство								3

Даосизм										13

Заключение									17

Список литературы							19











































Введение

Народная религия Китая включала в себя элементы анимизма и политеизма. Люди считали, что мир населен множеством духов. Так, духи зла – «гуй» – считались приносящими болезни и бедствия. От этих злых духов можно было защититься либо отогнать их различными способами, включая заклинания и особые церемонии. Вселенная считалась соединением двух элементов – «инь» и «ян». «Инь» означало темноту, зло, женское начало. Воплощением этих качеств был злой дух «гуй». «Ян» означало тепло, свет, добро, мужское начало; вещи, воплощавшие в себе эти качества, могли использоваться для защиты от «гуй». В целом в представлении китайцев мир духов и богов был копией мира людей и государства с той же самой иерархией авторитета и власти. У каждого города имелся свой бог, в какой-то мере соответствовавший местному магистрату. Над вселенной возвышалось «тянь» – «небо», соответствовавшее императору на земле. 

В дополнение к этой распространенной религии с ее духами и многочисленными богами существовали пять основных религиозных доктрин: конфуцианство, даосизм, буддизм, ислам и христианство. Конфуцианство, являвшееся скорее этико-политическим учением, чем религией, на протяжении долгого времени – начиная с конца 3 в. до н.э. и до образования республики в 1912 – пользовалось поддержкой государства. Конфуцианская философия содержала в себе основные положения семейного и морального кодекса. Даосизм как религия имел китайские корни, однако испытал влияние буддизма. Даосизм имеет свои храмы, свой пантеон богов и свое учение о будущей жизни с вознаграждениями и карами за прошлое. Буддизм пришел из Индии и получил широкое распространение в Китае, где были построены сотни буддийский храмов и монастырей. Мусульмане живут в Китае повсюду, особенно в северо-западных и юго-западных районах. Христианство, с которым китайцев познакомили миссионеры из Европы и Америки, получило широкое распространение в 19 – начале 20 в., однако число верующих-христиан составляет всего 1% населения страны. 











	

	





Конфуцианство

Конфуцианство - древнейшая философская система и одно из трех главных этико-религиозных учений (наряду с даосизмом и буддизмом) Дальнего Востока, возникло в Китае на рубеже 6–5 вв. до н.э. В оригинальном наименовании конфуцианства (жу - [цзя/цзяо] – «(учение) школы ученых-интеллектуалов») отсутствует указание на имя его создателя – Конфуция, что соответствует исходной установке последнего – «передавать, а не создавать, верить древности и любить ее». 

Предшественниками конфуцианцев были выходцы из потомственных чиновничьих семей, которые в случае потери официального поста превращались в бродячих учителей. Эти люди зарабатывали на жизнь преподаванием древних книг, ставших впоследствии частью Тринадцатикнижия: 

Тринадцатикнижие (Ши-сань цзин) – это тринадцать древнекитайских классических произведений, являющихся каноном конфуцианства. История Тринадцатикнижия восходит к периоду Хань, когда при У-ди (140-87 г. до н.э.) было создано Пятикнижие, в которое вошли: 

1. Шицзин (книга песен и гимнов) 

2. Шуцзин (Книга истории) 

3. Ицзин 

4. Ли цзи (Записки об обрядах) 

5. Чуньцю (Летопись весны и осени) 

При династии Тан (618 - 907 год н.э.) к Пятикнижию были добавлены:

6. Чжоу ли (ритуал династии Чжоу) 

7. И ли (Книга об этикете и обрядах) 

8. Цзо-чжуань (Хроника господина Цзо Цюмина) 

9. Гунъян-чжуань (Хроника господина Гунъян Гао) 

	10. Гулян-чжуань (Хроника господина Гулян Чи) 	

	

При императоре Вэнь-цзуне (827 - 840 год н.э.) тексты канонических книг вырезались на каменных стелах. В это время Тринадцатикнижие было завершено еще тремя книгами:

11. Сяо цзин (канон сыновней почтительности) 

	12. Лунь юй (Беседы и суждения) 	

13. Эр я (Словарь изысканных синонимов и глосс к каноническим книгам) 



Процесс оформления Тринадцатикнижия был завершен в северо-сунское время (960 - 1127 год н.э.) после включения в него трактата Мэн-цзы.

Тринадцатикнижие сыграло исключительную роль в истории Китая, так как оно было основой управления страной, обучения и воспитания на протяжении двух тысячелетия.

Конфуций (Кун-цзы, 551-479г. до н. э.) родился и жил в царстве Лу (современный г.Цюйфу в провинции Шань-дун), в период династии Чжоу. Происхождением из обедневших аристократов-чиновников и военных. В 22 года начал учить, прославившись как самый знаменитый педагог Китая. В школе Кун-цзы преподавались четыре дисциплины и изучались соответственно четыре книги: мораль ("Шицзин"), язык ("Шуцзин"), политика ("Лицзи"), литература ("Юэцзин").

В 50 лет Кун-цзы начал свою политическую карьеру, став высоким сановником в Лу. Вскоре после этого ушел со службы вследствие интриг и 13 лет путешествовал по китайским государствам. В 484 году до н.э. вернулся в Лу и вновь занялся преподаванием, а также собиранием, редактированием и распространением книг Шуцзин, Шицзин, Ицзин, Юэцзин, Лицзи, Чуньцю

Кун-цзы родился и жил в эпоху больших социальных и политических потрясений, когда чжоуский Китай находился в состоянии тяжелого внутреннего кризиса. Власть чжоуского правителя – вана давно ослабла, Разрушались патриархально-родовые нормы, в междоусобицах гибла родовая аристократия. Крушение древних устоев семейно-планового быта, междоусобные распри, продажность и  алчность чиновников, бедствия и страдания простого народа – все это вызывало резкую критику ревнителей старины. 

Вопреки распространенному мнению, Конфуция нельзя считать основателем религии в строгом смысле этого слова. Хотя его имя часто упоминается рядом с именами Будды и Заратустры, на самом деле вопросы веры занимали в мировоззрении Конфуция самое незначительное место.

В изложении Кун-цзы конфуцианство было этико-политическим учением, в котором центральное место занимали вопросы нравственной природы человека, семьи и управления государством. Исходной для Кун-цзы можно считать концепцию "неба" и "небесного веления", то есть судьбы. Выступив с критикой своего века и высоко ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противопоставления создал свой идеал совершенного человека цзюнь-цзы. Человек, наделенный небом определенными качествами, должен поступать в согласии с ними, с моральным законом Дао и совершенствовать их при помощи обучения. Цель этого совершенствования - достижение уровня "благородного мужа" (цзюнь-цзы), соблюдающего Ли - этикет. Высоко моральный цзюнь-цзы должен был обладать двумя важнейшими в его представлении достоинствами: гуманностью и чувством долга. Центральное место в учении Кун-цзы занимает концепция Жень (человечность, гуманность) - идеальных отношений между людьми в семье, обществе и государстве. Основным принципом этой концепции является: "Чего не желаешь себе, того не делай другим". На этой же базе Кун-цзы развивал свои политические концепции, выступая за четкое разделение обязанностей между членами общества, образцом для которого должна служить семья. Гуманность (жень) включала в себя скромность, сдержанность, достоинство, бескорыстие, любовь к людям и т. п. Жень – это почти недосягаемый идеал, совокупность совершенств, которыми обладали лишь древние. Из современников он считал гуманным лишь себя и своего любимого ученика Янь Хуэя. Однако для настоящего цзюнь-цзы одной гуманности было недостаточно. Он должен был обладать еще одним важным качеством – чувством долга. Долг – это моральное обязательство, которое гуманный человек в силу своих добродетелей накладывает на себя сам.

Чувство долга, как правило, обусловлено знанием и высшими принципами, но не расчетом. “Благородный человек думает о долге, низкий человек заботится о выгоде,” – учил Конфуций. Он также разработал и ряд других понятий, включая верность и искренность (чжэн), благопристойность и соблюдение церемоний и обрядов (ли).

Все описания личности Конфуция, сохранившиеся от его непосредственных учеников, показывают, что философ был справедливым, деятельным, честным, хладнокровным и сдержанным человеком. “Учитель, - говорят они, - был ровен, полон достоинства. Почтителен и вежлив, но с сознанием собственного достоинства и всегда спокоен. В личной жизни и быте – умерен и приличен.”. Будучи практиком в жизни, Конфуций является таким же и в своем учении. Все его беседы и наставления носят характер житейской мудрости и не возвышаются над обычными, естественными требованиями житейского обихода. Все его учение заключается в следующих трех правильных отношениях: государя к подданным, отцов к детям, мужей к женам – и в точном соблюдении пяти верховных добродетелей или обязанностей: человеколюбия, то есть сострадания ко всем себе подобным без различия, затем правосудия или воздаяния каждому должного безо всякого лицеприятия, повиновения действующим законам и соблюдения установленных обрядов господствующей религии, правдоподобия, то есть неуклонном отвращении от всего ложного, и, наконец, верности и честности всегда и во всем. В этих отношениях и добродетелях Конфуций видел счастье человеческого рода и, обставив их известными церемониями, создал свое учение о нравственности. Основным принципом этой нравственности является отсутствие увлечений, равновесие в деятельности, сохранение и соблюдение середины во всех поступках – умеренность и сдержанность всегда и во всем и, как результат этого, спокойствие, невозмутимость – вот нравственное совершенство, к которому должен стремиться мудрый. Человек во всем должен придерживаться середины: он не должен иметь ни чрезмерной злобы, ни чрезмерной любви, не должен слишком предаваться печали, ни восторгаться от радости – одним словом, в нем должно быть полнейшее отсутствие крайностей и увлечений – в этом заключается основное правило личной нравственности. То же должно соблюдать и в нравственном отношении к другим людям, то есть стараться избегать причинять другим то, чего себе не желаешь, сохраняя, таким образом, и здесь гармонию. Все остальные нравственные добродетели приводятся к тому же началу. Справедливость и честности, верность себе и своему слову, искренность как основа мирных и добрых отношений к общественной жизни и средство к устранению недоразумений, послушание и почтительность к старшим, кротость, терпение и, наконец, вежливость ко всем без исключения непосредственно связаны с началом середины, или гармонии. Эта сдержанность во всех душевных проявлениях, разумеется, обусловливает некоторую сдержанность и в чувственных наслаждениях. 

Следование всем этим принципам было обязанностью благородного цзюнь-цзы, и, таким образом, “благородный человек” Конфуция – это умозрительный социальный идеал, назидательный комплекс добродетелей. Этот идеал становился обязательным для подражания, приблизится к нему было делом чести и социального престижа, особенно для тех представителей высшего сословия ученых-чиновников, профессиональных бюрократов-администраторов, которые с эпохи Хань (III в. До н. э.) стали управлять китайской конфуциальной империей.

Учение о середине является стимулом, обусловливающим и охватывающим весь внешний быт народа, весь образ его жизни, весь государственный строй, а также нравственное и духовное состояние народа. Для того чтобы укоренить это учение в уме народа, Конфуций создал целый кодекс обрядов, или, так называемых, церемоний. Церемонии являются сдерживающим началом – благодаря им человек знает, как ему надо поступать в известное время и при известных обстоятельствах, и сумеет вести себя прилично и с достоинством избегая разного рода столкновений, ссор и брани. Конфуций говорил, что церемонии показывают связь неба с землей, утверждают порядок между людьми, что они присущи человеку от рождения, а не составляют только искусственную внешнюю форму. Он учил, что церемонии основаны на различии вещей по их низшему или высшему достоинству, на замечающемся повсюду разнообразии в природе и что поэтому-то и введены различные постановления, касающиеся одежды, браков, похорон, жертвоприношений, представления ко двору, определены отношения между государем и его чиновниками, отцом и детьми, старшими и младшими, мужем и женой и, наконец, между друзьями

На этом учении о середине основывается и весь строй семейной и политической жизни Китая. Будучи сторонником демократических начал и неограниченной власти государя, тем не менее, он ограничивал последнюю своим учением о середине; по его мнению, “противиться государю можно только при чрезмерных требованиях; довольствующемуся малым легко и повиноваться”. Умеренность рекомендуется им правителям. 

Середина — это идеальное состояние общества и его членов. Она достигается умеренностью во всем, обдуманностью поступков, неторопливостью и педантичным исполнением правил. 

Середины нужно придерживаться и в ненависти, и в любви; любовь должна быть сдержанной, разумной, чуждой крайностей. Конфуций уверен, что платить добром за зло — нелепость. «Чем же тогда платить за добро?» Осуждал он и беззаветную самоотверженность. Если ты видишь, что человека нельзя спасти, — зачем рисковать? Основой взаимоотношений должно быть спокойное уважение, дружелюбие, сочувствие. Никогда не следует выходить за рамки, предписанные Ли. 

«Чуждое всякого мистического элемента, всякого вдохновения, — говорит Вл. Соловьев, — конфуцианство требует от человека не духовного возрождения, не внутренней перемены всего настроения, а соблюдения известной, раз навсегда утвержденной системы правил, определяющих его видимое отношение со всеми общественными кругами, среди которых он живет, начиная с семьи». 

Конфуций постоянно напоминает о том, что этикет есть лишь практический ориентир для поступков: «Если не знают, что такое Ли. то не на что опираться».

В то время как Лао-цзы проповедовал недеяние и первобытную простоту, Конфуций настаивал на необходимости активного вмешательства в ход событий. Народ, но его мнению, нельзя оставлять на произвол судьбы. В жизни общества должна царить гармония между естественностью и законами. «Когда природа берет перевес над искусственностью, — говорил мудрец, — то мы получаем варварство, а когда искусственность преобладает над природой, то мы имеем лицемерие, и только равновесие природы и искусственности дает благородного человека». 

С самого своего рождения конфуцианство отличалось осознанной социально-этической направленностью и стремлением к слиянию с государственным аппаратом. 

Этому стремлению соответствовало теоретическое истолкование и государственной и божественной («небесной») власти в семейно-родственных категориях; «государство – одна семья», государь – Сын Неба и одновременно «отец и мать народа». Государство отождествлялось с обществом, социальные связи – с межличностными, основа которых усматривалась в семейной структуре. Последняя же выводилась из отношений между отцом и сыном. 

В своем учении о государстве Конфуций на первое место ставил так называемое исправление имен. Каждый человек обязан вести себя в строгом соответствии с занимаемым положением. Плохо, когда правитель лишь по имени государь, а на деле праздный гуляка или зверолов. «Государство, — говорил он одному князю, процветает, когда государь бывает государем, подданный подданным, отец — отцом, сын — сыном». Если государство хочет соответствовать своему названию, в нем должно быть «достаточно пищи, достаточно войска, и народ должен быть верным».

 Император является отцом всей страны, а подданные должны быть его верными детьми. Все население страны поделили на 4 категории (своего рода, отдаленный прообраз индуистских каст):

1. Люди, обладающие мудростью с рождения; 

2. Люди, которые могут приобрести мудрость; 

3. Люди, с трудом постигающие учение; 

4. Народ, который не в состоянии научиться мудрости или приобрести знания. 

Упорядоченное таким образом общество должно состоять из двух основных категорий, верхов и низов – тех, кто думает и управляет и тех, кто трудится и повинуется. Критерием разделения общества на верхи и низы должны были служить не знатность происхождения и не богатство, а степень близости человека к идеалу цзюнь-цзы. Формально этот критерий открывал путь наверх для любого намного сложнее: сословие чиновников было отделено от простого народа “стеной иероглифов” – грамотность. Уже в Ли-цзы было специально оговорено, что церемониалы и обряды не имеют отношения к простонародью, и что грубые телесные наказания не применяются к грамотным.

Конечной и высшей целью управления Конфуций провозглашал интересы народа. Одна при этом он был убежден, что самому народу его интересы непонятны и недоступны и без опеки образованных конфуцианцев – управителей он обойтись никак не может: “Народ следует заставлять идти должным путем, но не нужно объяснять, почему.”

Но где найти образец для такого общества? Разумеется, в древних писаниях. Если люди станут подражать древним во всем: и в одежде, и в обычаях, и в нравственности — то цель будет достигнута. Правда, подражание древним не должно превращаться в слепое копирование. Многое должно быть приведено в соответствие с потребностями времени. Но главная суть остается: каждый должен знать свои обязанности и работать над собой, чтобы быть достойным членом общества. 

«Когда человек узнает место, где он должен остаться навсегда, то определится настроение его души. Когда настроение его души определится, то прекратится всякое душевное волнение». Таким образом, конфуцианство обещает каждому осязаемое земное счастье, но взамен требует от человека, чтобы он добровольно признал себя лишь частью исправного государственного механизма. В этом «социальном раю» не может быть конфликтов, ибо все выполняют свой долг. Властитель правит, крестьянин обрабатывает землю, рыбак ловит рыбу, музыкант играет, воин отражает нападения врагов, и никто не посягает на чужую сферу деятельности. 

Таким образом, мы видим, что земные практические задачи занимали Конфуция прежде всего. Он не задавался вопросами о смысле жизни, о Боге и бессмертии. Его не волновали тайны природы и трагичность человеческого существования. Главным для него было найти путь к спокойному процветанию общества. Когда он говорил о Дао, то не подразумевал под этим словом ничего непостижимого и таинственного. «Дао недалеко от человека: когда выбирают путь, далекий от разума, это не есть истинное Дао» Дао в его устах означало конкретный социальный и этический идеал, а не «туманное и неясное», как у Лао-цзы. 

Впрочем, это не означает вовсе, что Конфуций отрицал Высшее Начало. Оно его просто мало интересовало, ибо казалось чем-то далеким и абстрактным. Вся его религиозность сводилась к требованию соблюдения обрядов и к сознанию того, что от Неба зависит судьба его самого и его учения. На вопрос, существует ли бессмертие, Конфуций уклончиво отвечал: «Мы не знаем, что такое жизнь, можем ли мы знать, что такое смерть?»

Обрядам Конфуций не придавал магического значения. Он сторонился всякой таинственности, всего непонятного. «Мы не знаем, как помочь людям, как же можем знать, как служить умершим?» И, тем не менее, культ имел в его глазах первостепенное значение. Он видел в нем часть всеобщего нравственно-политического порядка. Признаваясь, что ему непонятен смысл Великого Жертвоприношения, он все-таки считал его необходимым государственным делом. Так же понимал он культ предков. «Если мы не будем старательны в исполнении долга по отношению к предкам, то нравственность народа не будет улучшаться» — говорил он. 

Одним словом, Конфуций, как говорит его биограф Крил, «оставил важнейшие вопросы религии открытыми... Он обращал все свое внимание на социальную и политическую реформу жизни, реформу, в основе которой не было никакой метафизики». Будда также умалчивал о многих метафизических вопросах. Но если он делал это во имя главной цели человека — поисков спасения, то Конфуций чуждался метафизики во имя житейских задач и целей. 

Основные понятия конфуцианства – справедливость, человеколюбие, этикет. Появление человеколюбия и справедливости есть следование этикету. Этикет – те формы, которые меняются в зависимости от обстоятельств, по которым человек себя ведет. Соблюдение этикета позволяет человеку быть собой в себе в равновесии. При соблюдении этикета человек оказывается на пути Дао. Соблюдение этико-ритуальной нормы Ли Конфуций сделал также высшим принципом: «Не следует ни смотреть, ни слушать, ни говорить несоответствующее ли»

Конфуций стремился создать идеал рыцаря добродетели, боровшегося за высокую мораль, против царившей вокруг несправедливости. Но с превращением его учения в официальную догму, на передний план выступила не суть, а внешняя форма, проявлявшаяся в демонстрации преданности старине, уважения к старым, напускной скромности и добродетели. В средневековом Китае постепенно сложились и были канонизированы определенные нормы и стереотипы поведения каждого человека в зависимости от занимаемого места в социально-чиновничьей иерархии. В любой момент жизни, на любой случай, при рождении и смерти, поступлении в школу и при назначении на службу – всегда и во всем существовали строго фиксированные и обязательные для всех правила поведения. 

В середине III столетия до н.э. над конфуцианством нависла смертельная угроза. На престол вступил император Цинь Ши-хуанди, который в своей деятельности стал руководствоваться учением законников, которые требовали социальных реформ и возлагали надежды на суровый уголовный кодекс. В 213 г. до н. э. по приказу императора началась первая «культурная революция» в Китае. Были сожжены все конфуцианские книги и литература, враждебная государственной идеологии. Сотни конфуцианских ученых были зарыты живыми в землю или отправлены на строительство Великой стены. Тем не менее, нашлись смелые люди, которые сумели спасти рукописи в разгар преследований или заучить их наизусть. 

С приходом в 206 г. новой Ханьской династии учение Конфуция снова возродилось. В 174 г. сам император принес жертву на могиле учителя, и с тех пор Конфуций был официально провозглашен величайшим мудрецом нации, посланником Неба, «некоронованным царем», или «подлинным властелином» (су ван), а его учение обрело статус официальной идеологии. Вплоть до эпохи Мао Цзе-дуна его учение оставалось неотъемлемой частью китайской культуры

Одной из важных основ социального порядка, по Конфуцию, было строгое повиновение старшим. Слепое повиновение его воле, слову, желанию – это элементарная норма для младшего, подчиненного, подданного как в рамках государства в целом, так и в рядах клана, семьи. Конфуций напоминал, что государство – это большая семья, а семья малое государство.

Конфуцианство придало культу предков глубокий смысл и превратило его в первейшую обязанность каждого китайца. Конфуций разработал учение о Сяо, сыновней почтительности. Смысл Сяо – служить родителям по правилам Ли, похоронить их по правилам Ли и приносить им в жертву по правилам Ли.

Конфуцианский культ предков и нормы Сяо способствовал расцвету культа семьи и клана. Семья считалась сердцевиной общества, интересы семьи намного превосходили интересы отдельной личности. Отсюда и постоянная тенденция к росту семьи. При благоприятных экономических возможностях стремление к совместному проживанию близких родственников резко преобладало над сепаратистскими наклонностями. Возникал мощный разветвленный клан родичей, державшихся друг за друга и населявших порой целую деревню.

Сяо считалось основой Жэнь и других добродетелей и самым эффективным методом управления страной. 

И в семье и в обществе в целом любой, в том числе влиятельный глава семьи, важный чиновник императора, представлял собой, прежде всего социальную единицу, вписанную в строгие рамки конфуцианских традиций, выйти за пределы которых было невозможно: это означало бы “потерять лицо”, а потеря лица для китайца равносильно гражданской смерти. Отклонения от нормы не допускались, и никакой экстравагантности, оригинальности ума или высшего облика китайские конфуцианство не поощряло: строгие нормы культа предков и соответствующего воспитания подавляли эгоистические наклонности с детства.

Человек с детства привыкал к тому, что личное, эмоциональное, свое на шкале ценностей несоизмеримо с общим, принятым, рационально обусловленным и обязательным для всех.

На первый взгляд может показаться странной такая приверженность к традиции. Но в мировоззрении Конфуция она имела глубокий смысл, ибо была залогом Порядка. Типичный утопист, он мечтал о таком обществе, в котором все будет предусмотрено до ничтожных мелочей.

Конфуций считал, что человек должен научиться без всяких наказаний следовать правилам гуманности и этикета. Гуманность и этикет упрочают семью; в свою очередь это создает мир в государстве, а государство, в котором все благополучно, принесет человеку счастливую жизнь. Таков главный ход мысли Конфуция.

Гуманность и этикет, Жэнь и Ли, были для Конфуция универсальными законами жизни. Только ради них необходимо изучение древности, ибо древние познали и осуществили их в совершенстве. В сравнении с Жэнь и Ли все познания — ничто.

Гуманность, согласно Конфуцию, не есть условность, она выражает подлинную природу человека, не ограничиваясь каким-либо одним классом людей. Каждый, кто захочет, может достигнуть ее пробуждения в душе. Искусство самоусовершенствования заключается в том, чтобы «быть в состоянии смотреть на других как на самого себя». Сущность гуманности проста. Она сводится к тому, чтобы не делать другим того, чего не желаешь себе. Этот всеобщий нравственный закон, который был известен в буддизме и Ветхом Завете и который был освящен Евангелием, Конфуций не связывал ни с какими сверхчеловеческими истоками. Для него он являлся не столько божественной заповедью, сколько отражением естественных свойств человека. «Доктрина нашего Учителя, — говорили конфуцианцы, — заключается в том, чтобы быть верным основам нашей природы». 

Конфуцианство сумело занять ведущие позиции в китайском обществе, приобрести структурную прочность и обосновать свой крайний консерватизм, нашедший наивысшее выражение в культе неизменной формы. Соблюсти форму, во что бы то ни стало сохранить вид, не потерять лицо – всё это стало теперь играть особо важную роль, ибо рассматривалось как гарантия стабильности. Наконец, конфуцианство выступало и как регулятор во взаимоотношениях страны с небом и – от имени неба – с различными племенами и народами, населявшими мир. Конфуцианство поддержало и вознесло созданный в иньско-чжоуское время культ правителя, императора “сына неба” - управляющего  поднебесной от великого неба. Отсюда был только шаг до разделения всего мира на цивилизованный Китай и некультурных варваров, прозябавших в теплоте и невежестве и черпавших знания и культуру из одного источника – из центра Мира, Китая.

Кун-цзы похоронен на кладбище, специально отведенном для него, его потомков, ближайших учеников и последователей. Дом Кун-цзы превращен в конфуцианский храм и стал местом паломничества.

После смерти Конфуция его многочисленные ученики и последователи образовали различные направления, которых к 3 в. до н.э., по свидетельству Хань Фэя, было уже не менее восьми. 

В отличие от даосизма, конфуцианство поддерживало китайскую государственную иерархическую систему. Одно из главных положений конфуцианства - учение чжэн мин (выправление имен), которое требовало от каждого человека твердо помнить свое положение в обществе.

В конфуцианстве понятие Бога как такового отсутствует вообще, и, по сути, конфуцианство правильно было бы назвать не религией, а философией. Несмотря на это, оно, подобно другим восточным учениям, признает существование духов, демонов, богов. В этом учении огромную роль играет культ предков. По этому культу умершие предки осуществляют деятельную связь между миром духов и людей. Без совета с духами умерших предков не предпринималось ни одно серьезное начинание.

Не будучи религией, в полном смысле слова, конфуцианство стало большим, нежели просто религия. Конфуцианство – это так же и политика, и административная система, и верховный регулятор экономических и социальных процессов – словом это основа всего китайского образа жизни, квинтэссенция китайской цивилизации. В течение двух с лишним тысяч лет конфуцианство формировало умы и чувства китайцев, влияло на их убеждения, психологию, поведение, мышление, восприятие, на их быт и уклад жизни.

Главной причиной триумфа конфуцианства было то, что оно оказалось наиболее созвучным тем идеалам, которые китайцы уже издавна впитывали с молоком матери. Их привлекала его рациональная этика, лишенная мистицизма, оно покоряло своим духом гуманности, умеренности и середины. Его обетования были конкретными, земными, понятными каждому. Порядок и благоденствие всегда имели особое обаяние в глазах китайцев. Конфуций был целиком обращен к земле, он не интересовался тем, что такое жизнь человека, а учил лишь тому, как жить, чтобы достичь мира и изобилия. Он не был ни святым, ни пророком, но именно таким, практичным, рассудительным, прозаическим, он был дорог китайцам; он привлекал симпатии всех: простой народ видел в нем защитника своих интересов, имущие классы — поборника их прав, вся нация — великого вождя, который призван дать ей процветание. 

Но дух конфуцианства нельзя ограничивать исключительно китайскими рамками. Об этом свидетельствует его популярность на Западе в эпоху господства рационализма и просветительства. 

В Китае конфуцианство было официальной идеологией до 1912 года и духовно доминировало до 1949 г., ныне подобное положение сохранилось на Тайване и в Сингапуре. После идеологического разгрома в 1960-е годы (кампания «критики Линь Бяо и Конфуция») ныне оно успешно реанимируется и в КНР как носитель ожидающей востребования национальной идеи. 

Итак, конфуцианский идеал — не просто экзотическая философия. Он явился первой попыткой сформулировать учение о том, что конечная цель человека - чисто земная, что нравственность может быть укреплена независимо от религии, что все высшие запросы духа могут быть устранены из сознания, а трагичность жизни преодолена созданием гармоничного общества. Совершенно очевидно, что эта доктрина являлась общечеловеческим соблазном, а не просто китайским изобретением. 





























Даосизм

Даосизм возник в Китае почти одновременно с учением Конфуция в виде самостоятельной философской доктрины. 

Основное понятие даосизма - понятие Дао. Дао бестелесно и не поддается чувственному восприятию, оно везде и нигде, бесформенно и безымянно, бесконечно и вечно, пусто, но неисчерпаемо. Оно - прародитель всего, включая богов. Это врата рождения, корень мира, в нем скрыто все. Все рождается из Дао и все уходит в Дао. Само Дао находится в бесконечном циклическом круговращении: не достигая предела оно вновь устремляется к истоку. Дао - высший закон бытия, но не бытие, как таковое; оно вне бытия, за его пределами, но это не Бог, не сверхестественная сила, ибо Дао естественно, хотя и непостижимо. Оно - высшая сущая реальность, тогда как рождаемый им феноменальный мир не неизменен и не вечно существует. Мир вещей создается Дао и подчинен законам жизни, т.е. преходящ: все вещи находятся в великом круговороте и, достигнув положенного им предела, возвращаются к своему первоистоку, к первоначалу, к Дао, дающему им новое рождение: все рождается от бытия, но само бытие - от небытия. Собственно, само великое Дао - аллегория Великой Пустоты. 

"Дао-дэ-цзин" – основополагающий трактат философии даосизма. Большинство современных исследователей датирует “Дао-дэ-цзин” IV-III вв. до н.э. (согласно А. Уэйли - в 240 г. до н.э.). Авторство приписывается Лао-Цзы (Ли Эр, Ли Дань, Ли Бо-Янь) – жил в конце VII - перв. половине VI в. до н.э. (по некоторым источникам дата рождения – 604 г. до н.э.). Был княжеским чиновником, заведовал архивом. В общем личность Лао Цзы покрыта мраком неизвестности. Оставил свое учение (“Дао-дэ-цзин”) начальнику пограничной заставы и, как гласит предание, исчез на восточной окраине государства. 

Канонический текст сочинения состоит из 5000 иероглифов. Содержит в себе 81 главу (чжан), в большинстве своем очень коротких, в которых повествуется о Дао и дэ (добродетель), и об у-вэй (недеяние). 

Другой даосский источник - “Чжуан-цзы”. Время написания - IV-II вв. до н.э. (по некоторым данным - 369-286 гг. до н.э.). Если в “Дао-дэ-цзин” характер строгий, метафизичный, то “Чжуан-цзы” имеет характер притч. К древнейшему слою текста принадлежат первые семь глав, т.н. “внутренняя” часть. Остальные главы (всего их 33) датируются доханьским периодом. 

В “Чжуан-цзы” Дао все больше сближается с отсутствием-небытием и, как следствие этого, усиливаются представления о непознаваемости Дао. Вместе с тем здесь подчеркнута вездесущность Дао. 

Жизнь - скопление ци; смерть - их распад. Есть идея кармы, но главное - относительность жизни. Жизнь - как вершина кругооборота. Но отдается предпочтение жизни. Идеал долголетия - быть бесполезным, отрешиться от всех сует - недеяние. 

Некоторые авторы полагают, что пустота - один из кардинальных принципов философии “Чжуан-цзы”. В ее постижении - глубинный смысл самосовершенствования. 

Даосизм ставит перед собой цель раскрыть перед человеком тайны мироздания, вечные проблемы жизни и смерти, и становится понятно, почему он возник. Ведь мистическое и иррациональное осталось за пределами конфуцианства, не говоря уже о древней мифологии и примитивных предрассудках. А без этого человек чувствует некоторый духовный дискомфорт, некую пустоту, которую требуется заполнить и поэтому все верования и обряды были объединены в рамках религии даосов, сформировавшейся параллельно с конфуцианством.

Основные принципы первых даосских мыслителей – «естественность» (цзы жань) и «недеяние» (у вэй), знаменующие собой отказ от нарочитой, искусственной, преобразующей природу деятельности и стремление к спонтанному следованию природному естеству вплоть до полного слияния с ним в виде самоотождествления с господствующим в мире беспредпосылочным и нецеленаправленным Путем-дао: «Небо и земля длительны и долговечны благодаря тому, что они живут не собой, а потому способны жить долго. На этом основании совершенно мудрый человек отставляет назад свою личность, а сам первенствует; отбрасывает прочь свою личность, а сам сохраняется» (Дао дэ цзин, § 7). Человек является порождением Дао, неотъемлемой частью природы, и поэтому главная его задача — жить согласно природе, идти по пути добродетели — дэ. Все несчастья же людей проистекают из того, что они постоянно что-либо делают вопреки природе — строят города, возводят храмы, пишут книги и т. д. От всего этого нужно отказаться и вернуться к родоплеменным отношениям. Таким образом, цель человека — жить по законам природы, путем полного ничегонеделания, возвратиться к структуре племени. «Единственная вещь, которой я боюсь, является деяние», — говорил Лао-цзы. Истинное счастье в умеренности, спокойствии и близости к природе, для этого необходимо запретить всяческое просвещение народа: «Надо сделать так, чтобы народ снова начал плести узелки и употреблять их вместо письма»

«Настоящий человек древности не знал ни любви к жизни, ни ненависти к смерти... он не прибегал к разуму, чтобы противиться дао, не прибегал к человеческому, чтобы помогать небесному» (Чжуан-цзы, гл. 6). 

Начиная с правления династии Восточная Хань, во II в.н.э., складывается даосский пантеон божеств, причем одним из главных божеств объявляется Лао-цзы. В этот период даосизм формируется как религиозная система. При императоре Шуньди (династия Восточная Хань) (125-144 г.н.э.) особой популярностью пользовался проповедник Чжан Лин (34-156 г.н.э.), основавший секту "Удоуми дао" ("Путь пяти мер риса", так как сторонники Чжан Лина платили ему пять мер риса.). Приверженцы секты почитали Лао-цзы как великого учителя.

При императоре Линди (династия Восточная Хань) (167-189 г.н.э.) Чжан Цзяо основал новую даосскую секту "Тайпин дао" ("Путь великого спокойствия"), священным каноном которой стало сочинение "Тайпин цинлиншу".

Краеугольным камнем в даосизме является учение о бессмертии. Учение основано на мифологических образах и не совпадает с концепциями Лао-цзы и Чжуан-цзы. В отличие от воззрений основоположников даосизма, которые рассматривали смерть как естественное проявление природного цикла перемен, уже в эпохи Цинь (221 - 207 г. до н.э.) и Хань (206 - 220 г.н.э.) в даосизме начинается проповедь идеи бессмертия.

Проповедь долголетия и бессмертия для людей, познавших Дао, была одним из самых привлекательных пунктов в учении Дао, как для простого народа, так и для знати. 

В соответствии с идеей о бессмертии, одними из основных занятий служителей даосского культа стали занятия медициной, алхимией и магией. Эта идея настолько увлекала, что императоры даже снаряжали экспедиции за эликсирами бессмертия и финансировали работы даосских магов по их изготовлению. Даосские трактаты содержат подробные описания способов изготовления эликсира бессмертия. Считается, что достижению бессмертия способствуют талисманы, амулеты, магические тексты. 

Таким образом, даосизм смог выжить и укрепиться в условиях господства конфуцианства. При этом даосизм довольно сильно изменился, идея о Дао и Дэ была отодвинута на задний план, а на передний выдвинулись многочисленные маги, знахари, шаманы, примкнувшие к даосизму, которые умело синтезировали некоторые идеи даосизма с крестьянскими суевериями, и таким образом получили над ними (крестьянами) очень большую власть. Подтверждением этому стало крестьянское даосское восстание, произошедшее во время кризиса власти после конца династии Хань, которым руководил даосский маг Чжан Цзяо. Он ставил своей задачей свержение существующего строя и замену его царством Великого Равенства (Тайпин). Он объявил год восстания началом эпохи нового ‘’Желтого неба’’, поэтому его приверженцы носили желтые повязки. Восстание было жестоко подавлено, сам Чжан Цзяо убит, а остатки его приверженцев скрылись на западе, в горных приграничных районах, где действовала другая даосская секта Чжан Лу. Эта, теперь объединенная, секта после падения династии Хань превратилась в самостоятельное теократическое образование, которое так же называют государством даосских пап-патриархов. Впоследствии с ними считались даже официальные власти. Власть в этом «государстве в государстве» передавалась по наследству, само оно состояло из 24 общин, возглавляемых епископами. Жизнь в этих общинах была организованна таким образом, чтобы каждый мог очиститься, покаяться и, пройдя через серию постов и обрядов, подготовить себя к бессмертию. Согласно Дао, тело человека представляет собой микрокосм-это скопление духов и божественных сил, результат взаимодействия мужского и женского начал. Стремящийся к достижению бессмертия должен, прежде всего, постараться создать для всех этих духов-монад (их около 36 000) такие условия, чтобы они не стремились покинуть тело. Даосы предполагали достичь этого за счет ограничения в еде, специальных физических и дыхательных упражнений. Так же чтобы достичь бессмертия, кандидат должен был совершить не менее 1200 хороших поступков, и при этом один плохой поступок сводил все на нет.

В даосизме особое внимание обращается на отправление основных обрядов жизненного цикла: рождение, свадьба, похороны. 

Важным моментом даосизма является отправление постов: тутаньчжай (пост грязи и угля) и хуанлучжай (пост желтого талисмана), а также празднованию традиционного Нового года по лунному календарю. Тайно отмечается праздник "Хэ ци" ("Слияние духа"), во время которого даосы считают себя полностью свободными от всех половых запретов и ограничений. 

В период Южных и Северных династий (IV - VI век н.э.) в даосизме произошло деление на две основные ветви: "Путь северных небесных наставников" и "Путь южных небесных наставников" 

При императоре Сюаньцзуне (712 - 756 г.н.э.) династии Тан (618 - 906 г.н.э.) даосизм принял формы государственной религии. Даосские сочинения "Лао-цзы", "Чжуан-цзы", "Ле-цзы" стали именоваться "истинными канонами", в каждом округе обязательно должен был быть построен даосский храм. 

Император Чженьцзун (998 - 1022 г.н.э.) из династии Сун приказал собрать и отредактировать новый "Дао цзан" - даосский канон. 

На формирование даосизма как религиозной системы большое влияние оказал буддизм, проникший в Китай из Индии в начале н.э. и достигший там своего наивысшего развития в VI - X веках. Именно в этот период произошло формирование даосского монашества. 

В период правления монгольской династии Юань (1279 - 1367) даосизм претерпевал определенные трудности. Был уничтожен ряд даосских сочинений. 

Когда китайский престол заняла национальная династия Мин (1368 - 1644) даосизм вновь возродился, однако при следующей манчжурской династии Цин (1644 - 1911) даосизм постепенно перестал играть особо важную роль в духовной жизни Китая. 

В 1957 году в Китае была создана Китайская ассоциация последователей даосизма. Главным гуань (даосским монастырем) является пекинский монастырь Байюнь гуань (монастырь Белых облаков). 

К XX веку влияние даосизма постепенно уменьшалось. Точное число приверженцев даосизма неизвестно, по приблизительной оценке к концу XX века наиболее активных даосов насчитывалось около 20 миллионов человек. 











Заключение

В Китае никогда не было сильной и жестко централизованной «церкви». Традиционная религия в Китае представляла собой смесь местных верований и своеобразных церемоний, объединенных в единое целое универсальными теоретическими построениями ученых мужей. Тем не менее, как среди образованных слоев населения, так и среди крестьян наибольшую популярность завоевали три великих философских школы, зачастую называемые тремя религиями Китая: конфуцианство, даосизм и буддизм. 

На протяжении веков даосизм переживал взлеты и падения, поддержку и гонения, иногда становился официальной идеологией какой-либо династии. Но, тем не менее, он был нужен как образованным верхам, так и необразованным низам китайского общества. Образованные верхи обращались чаще всего к философским теориям даосизма, к его древнему культу простоты и естественности, слияния с природой и свободы самовыражения. Часто отмечалось, что китайский интеллигент (любой), будучи в социальном плане конфуцианцем, в душе всегда был немного даосом. Необразованные низы искали в даосизме другое. Их привлекали социальные утопии с уравнительным распределением имуществ при жесточайшей регламентации жизненного распорядка. Эти теории играли свою роль в качестве знамени в ходе средневековых крестьянских восстаний. Кроме того, с народными массами даосизм был связан обрядами, практикой гадания и врачевания и т.п. Именно на этом, низшем уровне даосизма складывается тот гигантский пантеон, которым всегда отличалась религия даосов. В этот пантеон наряду с главами религиозных доктрин мог попасть любой незаурядный исторический деятель, даже простой чиновник, оставивший после себя хорошую память. Даосизм в Китае, как и буддизм, занимал скромное место в системе официальных религиозно-идеологических ценностей, однако в периоды кризисов, когда централизованная власть приходила в упадок, даосизм выходил на передний план, проявляясь в народных восстаниях, которые двигали утопические идеи даосизма.

Даосизм - это интереснейшее направление, которому не суждено было стать мировой религией по ряду причин. Конфуцианство оказалось наиболее “долговечным” прежде всего по причине своей приспособленности к социальному строю, сложившихся традиций и ритуалов. Даосизм же, нацеленный в большей мере на созерцание и, не разработав догматики в той мере, в которой мог бы стать мировой религией, остался существовать в пределах достаточно крупной религии, породившей великих мудрецов мира. 

В период «культурной революции» 1960-х годов религия в Китае испытала настоящие гонения. Разрушались культовые сооружения, было запрещено отправление религиозных обрядов, служители культа и верующие подвергались моральным и физическим оскорблениям. После смерти Мао Цзэдуна пришедшее к власти более умеренное руководство взяло курс на более терпимое отношение к религии. Было восстановлено конституционное право на свободу вероисповедания, а китайские религиозные лидеры возобновили прерванные контакты со своими коллегами за пределами страны. 

Несмотря на свое тяготение к «середине», Китай, таким образом, выдвинул два крайне противоположных решения проблемы жизни. С одной стороны, в лице Лао-цзы он возвестил миру о тайне Высшего Бытия и призывал к мистическому созерцанию. А с другой стороны, в лице Конфуция он объявил высшей ценностью земное существование и увидел спасение в устойчивом общественном режиме. 

И поныне эти два направления — пассивная отрешенность и утилитарный реализм — продолжают бороться в Китае. Большой победой первого было массовое обращение китайцев в буддизм, учение, сходное с даосизмом. Конфуцианская же тенденция восторжествовала в китайском коммунизме, несмотря на то что философия Мао существенно отличается от доктрины Конфуция. 

Между тем ни тот, ни другой ответ на вопрос о смысле жизни не может удовлетворить человечество. Первый вступает в глубокий и непреодолимый конфликт с фактом жизни, творения, реального мира, человеческого творчества, а второй — тщетно пытается заставить человека забыть о его высшем духовном призвании. 

















































Cписок литературы

1.Васильев Л.С.  «История религий Востока»

2.Баканурский Г.Л. «История и теория атеизма»

3.Будда. Конфуций. Магомет. Франциск Ассизский. Савонарола: Биогр. очерки. - М.: Республика, 1995. С. 122-130. 

4.Опарин А. А. Религии мира и Библия: Монография. — Харьков: Факт, 2000. — 176 

5.Александр Мень. История религии. т. 3