Образы лиц, дорогих нации

Образы лиц, дорогих нации

Вторая половина XIX века в России – время коренных социально-экономических, политических и идеологических сдвигов. Это обусловило демократизацию искусства, способствовало появлению в нем новых героев. Их прототипами были лучшие представители передовой разночинной интеллигенции. Еще Чернышевский заметил их появление. «Добрые и сильные, честные и умеющие, вы начали возникать между нами, но вас уже немало, и быстро становится все больше», – писал он в романе «Что делать?».



Н. Ге. «Портрет А. Герцена». 1867.

Образ революционера или демократически настроенного человека – один из ярчайших в русской реалистической живописи. Он воплощен во многих замечательных картинах. Однако ярче всего интеллигент-разночинец отражен в портрете. Лучшие из портретистов оставили нам галерею «лиц, дорогих нации», по словам И. Репина. Герцен, Некрасов, Шевченко, Салтыков-Щедрин, Мусоргский, Лев Толстой, Достоевский, Стасов, Горький, Ермолова, Стрепетова, Шаляпин – вот личности, увековеченные в волнующих полотнах.

Картины эти несли в себе новаторские черты творческого метода, которые в той или иной форме перешли затем в советское искусство. Он характерен глубоким раскрытием внутреннего психологического мира героя. Вспомним, например, напряжение мысли Герцена у Н. Ге, великую душевную скорбь Достоевского на перовском холсте, проникновенную силу творческого духа Льва Толстого в портрете И. Крамского.



И. Репин. «Портрет хирурга Н. Пирогова». Масло. 1881.

Выразительны многие народные образы, созданные русскими художниками той поры, портреты крестьян, в которых проявляется отношение к «мужику» как к значительной личности. Это «Щеголенков» И. Репина, крестьянские портреты В. Сурикова, «Крестьянин с уздечкой» (портрет Мины Моисеева) И. Крамского, васнецовский «Иван Петров», послуживший основой образа Ильи Муромца в «Богатырях».

Одним из важнейших достижений русских живописцев второй половины XIX века стала разработка исторического портретного образа. Обращение к нему связано с думами художников о судьбе родины. Они стремились к созданию произведений, которые смогли бы звать, как говорил Мусоргский, «через прошлое к настоящему».

В произведениях живописцев-демократов мы часто встречаемся с однофигурной картиной, очень близкой портрету. Это изображение безымянного интеллигента-разночинца или крестьянина. Именно в этом жанре впервые появляются и типические образы пролетария в работах Н. Ярошенко, К. Савицкого.



И. Крамской. «Портрет Л. Толстого». Масло. 1873.

Своеобразным итогом этих творческих устремлений было творчество И. Репина. Он обобщил усилия целого поколения выдающихся русских портретистов, выступавших под знаменем реалистического искусства, следовавших демократическим идеалам Белинского, Чернышевского, Добролюбова, и наметил новые пути развития портрета. Главным в творчестве Репина было прославление духовной силы, красоты и величия русского человека, которые он видел в простом мужике, и в интеллигенте-разночинце, и в демократически настроенном дворянстве. Как никто другой в русской портретной живописи, мастер умел отразить жизнь человеческую в предельно правдивых, полнокровных образах. Каждый из портретных персонажей Репина – яркая, неповторимая индивидуальность и в то же время определенный социальный тип. Дар великого портретиста рождал подчас нечто новое не только в русской, но и мировой живописи. Это новое заключалось в глубоко органичном сплаве реально осязаемой жизненной достоверности, психологической силы образа с его высоким общественным содержанием. К такого рода произведениям относятся портреты Мусоргского, Стасова, Пирогова, Стрепетовой, Л. Толстого.

Вот, например, портрет великого русского хирурга Пирогова. Его образ полон огромного внутреннего накала, сильной и непреклонной воли, духовной мощи. Это честный и благородный борец, способный не только стойко противостоять ударам судьбы, но и преобразовывать саму действительность.



В. Перов. «Портрет Ф. Достоевского». Масло. 1872.

Утверждающее оптимистическое начало русского характера нашло могучего певца в лице В. Сурикова. Портретных полотен у него немного. Среди них – великолепный портрет дочери художника 1888 года (во многом предвосхитивший детские портреты П. Кончаловского советского периода), несколько портретов А. Емельяновой, автопортретов, очень смелый по композиции и крепкий по живописи портрет А. Езерского. Живописец больше тяготел к обобщенному образу человека из народа, вобравшего в себя лучшие его национальные свойства. Таковы многочисленные этюды мужиков и баб, сделанные для картин, и особенно – женские портреты, имеющие собирательные названия: «Казачка», «Сибирская красавица». Это типические образы, каждый из которых написан с определенного человека. Тут и эпический размах в обрисовке характера, и мощь художественной трактовки. Суриков столь же правдив, объективен, как и Репин. Так же не терпит идеализации, приукрашивания модели. Однако в отличие от Репина, который нередко писал обличительные портреты, Суриков всегда искал в образе положительное начало.



В. Суриков. «Портрет доктора А. Езерского». Масло. 1911.

Духовной красотой и величием русского характера отмечены исторические холсты Сурикова. Правда, мы не встречаем у него самостоятельных портретов. Портретные образы Суриков обычно вводил в сюжетное полотно. Их можно рассматривать как составную часть композиции и как портрет, несущий все основные черты характера изображенного лица. Круг таких персонажей у Сурикова довольно широк. Тут Петр I и Меншиков, боярыня Морозова и Суворов, Ермак и Степан Разин. Каждого из них мастер изображал с поразительной силой исторической правды. В живописи Суриков был таким же великим мастером воссоздания минувшего, как Пушкин в литературе, Мусоргский в музыке. Его творения – непревзойденный образец, на котором учились и будут еще долго учиться художники.

Не менее важный вклад в развитие русской портретной живописи сделал В. Серов. Его реформы в области портрета неизменно шли в ногу со временем. Серов был близок к искусству передвижников. Он стал и учителем лучших советских портретистов, будучи непосредственным преемником творческого метода своего великого наставника Репина. Говоря об исканиях Серова, следует назвать полотна, отразившие стремление многих русских мастеров конца XIX – начала XX века к «большому стилю». Закономерно, что они желали запечатлеть великих современников в монументальных образах.



В. Серов. «Портрет М. Горького». Масло. 1904.

Такими произведениями стали серовские портреты Ермоловой, Горького, Шаляпина. Написанные в пору первой русской революции, они, открыли новую страницу в истории портретного искусства. Изображая мастеров отечественной культуры, героев своего времени, Серов создал портреты-обобщения. Такой подход стал отправной точкой и для многих советских мастеров.

Вершина исканий Серова-монументалиста – портрет Ермоловой. Здесь художник утвердил величие творческой личности. Он не был одинок в желании придать портретному образу черты монументальности. Многие выдающиеся мастера конца XIX – начала XX века шли к той же цели. Среди них – такой гигант, как М. Врубель.

Создавая портретные образы, перераставшие в портреты-картины, Врубель не пренебрегал сущностью модели, но извлекал из нее, однако, те свойства, которые были близки личному представлению художника о портретируемом. Представлению нередко фантастическому, необычайно яркому, сильному и всегда жизненно правдивому.



В. Васнецов. «Портрет крестьянина И. Петрова». Масло. 1883.

Мощная творческая натура, Врубель и образы свои стремился наделить чертами титаническими. Едва ли мы обнаружим в одном из самых замечательных его творений – портрете Саввы Мамонтова – чуткую душу, изящество мыслей и манер знаменитого мецената, о которых столько написано и рассказано его многочисленными друзьями. Врубеля увлекла в Мамонтове мятежная сила большого таланта, широкий творческий размах, способность увидеть и объединить новые дарования. Горький назвал Мамонтова «человеком поразительной энергии, красавцем по духу». Именно таким предстает он в портрете Врубеля.

Обращаясь к портретам лирическим, мастер привносил в них нечто особенное, стоящее на грани обыденной реальной жизни и прекрасной мечты. Он любил изображать модель в причудливой обстановке, одевал ее в необычный полусказочный наряд. Таковы его «Царевна-лебедь», в которой нетрудно узнать «костюмированный» портрет жены художника Н. Забелы, или знаменитая картина «Девочка на фоне персидского ковра».

В некоторых портретах русских мастеров впервые появился образ пролетария. Здесь первостепенное место принадлежит полотнам Н. Касаткина: знаменитой «Шахтерке» и особенно портрету-картине «Рабочий-боевик», представляющему участника революции 1905 года. Смело, уверенно шагает этот сильный, коренастый человек по заснеженной улице охваченного восстанием города. Так раскрывался образ нового героя в русской живописи, близкого по духу героям-большевикам Максима Горького.