Древневосточный тип культуры

ДРЕВНЕВОСТОЧНЫЙ ТИП КУЛЬТУРЫ






1. Понятие «исторический тип культуры»



Типологизация культуры – это один из современных методов систематизации гуманитарного знания в области культурологии и истории. Метод основан на выявлении сходства и различия моделей строения и внутреннего содержания отдельно существующих культурных структур. 

Под культурными структурами понимают внутреннее строение, взаимосвязь и взаиморасположение составных частей исторически сложившейся культуры как самостоятельной многофункциональной системы. В своем существе каждая конкретная исторически сложившаяся культурная структура представляет собой совокупность функционирующих в конкретном историческом типе цивилизации ценностей, потребностей, черт, свойств, характеристик, которые, реализуясь в деятельности людей, образуют само содержание культуры как единой системы. Таким образом, в культурной структуре находит выражение состояние культуры в определенный момент времени как многоуровневой и многосторонней системы, соединяющей в себе познавательно-преобразовательную, семитико-трансляционную, нормативно-регулятивную и ценностную функции.

В широком значении под типологией культуры понимается любая классификация фактов, явлений и сторон культуры по наличию или отсутствию какой-либо группы признаков или основных черт (например: религиозная – светская типы культур, древневосточная – античная типы культур, etc.). Создание типологии культур может осуществляться по самым разнообразным признакам:

– регионально-географический;

– социально-экономический;

– культурно-хозяйственный;

– историко-этнографический;

– этнолингвистический.

Таким образом, типологизация культур способна отразить все многообразие видов деятельности человека и сложность социокультурного процесса.

В большинстве случаев в основу для выявления типа культуры кладется то или иное философское учение или система взглядов на мир (например, теория Н.Я. Данилевского о культурно-исторических типах).

Одной из общепринятых научных концепций стала такая типологизация культур, которая была разработана на основе сравнительно – исторического метода исследования. При сравнительном изучении различных, генетически не связанных между собой культур, где вероятность их взаимодействия и взаимопроникновения мала, было выявлено, что эти культуры имеют черты сходства, которые были названы «историко-типологическими аналогиями или схождениями». Выявленные таким образом аналогии позволили усилить теорию диалога культур, происходящего по вектору культурная среда – человек. Таким образом культура еще раз предстала как открытая для человека целостность доступная пониманию в процессе познавательной и творческой деятельности человека. Более того, было еще раз убедительно показано, что культура не может существовать без человека, а человек без культуры. Осуществляя свой диалог с культурой в ее конкретном историческом типе, человек приобщается к наследию прошлого и осознает многообразие культурного развития своего времени. Именно через этот диалог человек обретает свое самосознание и понимает свое значение и место в историческом процессе.



	2. Древневосточный тип культуры: отличительные особенности



В настоящей работе автор считает возможным употреблять термины «культура» и «цивилизация» как равнозначемые и взаимозаменяемые. Раскрытие значения данных терминов современной культурологией выходит за рамки указанной темы. Однако подобное использование этих терминов не противоречит общей культурологической традиции использования данной терминологии.

Термином «древневосточный тип культуры и цивилизации» характеризует одну из первых в истории человечества законченную форму цивилизации и культуры, которая сложилась в IV–III тысячелетии до н. э. В долинах рек Хуанхэ (Китай), Инд (Индия). Тигр и Евфрат (Месопотамия) и Нил (Египет).

Вместе с тем термин «Восточный тип культуры» – одно из ключевых понятий общемировой типологии культуры. В основу этого понятия заложено сопоставление западного (европейского) и восточного (азиатского) путей развития цивилизации. При таком рассмотрении понятия Запад и Восток предстают не как географические понятия, а прежде всего как понятия социокультурные, отражающие особый характер цивилизационного развития на протяжении значительного отрезка времени. Впервые противопоставление Запада и Востока было предпринято историками и философами Древней Греции.

Возникновение первых древневосточных культур и цивилизаций означало не столько переход человечества от одной эпохи культурного развития (первобытности) к другой, сколько появления в общем массиве первобытности культур нового типа, принципиально отличающихся от породившей их реальности. Первоначально древневосточные культуры, зародившиеся в первых городах – государствах, были всего лишь небольшими островками, подчас разделенные тысячами километров друг от друга, в огромном океане первобытности. Постепенно островки расширялись, пока не слились в единый массив, названный «Культура Древнего Востока» или «Древневосточная цивилизация».

В отличие от первобытности, культура Древнего Востока не была внутренне и внешне однородной. И все-таки древневосточные цивилизации, несмотря на свои региональные и национальные модификации, составили единый тип культуры, так как объединяются общими для все них чертами.

Восточный тип цивилизации основан на авторитарно-административной системе власти и утверждении абсолютистских, деспотичных форм правления, в то время как в западной цивилизации развиты демократические традиции организации общества и системы власти. Это различие вызвано утверждением в Восточном типе цивилизации общинных принципов организации жизни, которые, вместе с торжеством идей государственного единства ведет к утверждению безусловного авторитета коллектива, рода, семьи над отдельной личностью и к неразвитости принципов индивидуального и личностного начала. Ярким примером такого единства может быть культура Китаю, достигшая своей полноты и завершенности в учении Конфуция об организации общества как единой большой семьи во главе с отцом – императором. Отношения в таком обществе регулируются традиционными ритуализированными нормами и правилами.

Восточный тип цивилизации ориентирован на воспроизведение сложившихся структур и отношений, а также на традиционные ценности, образцы поведения, стереотипы и формы мышления. Поэтому для Восточного типа цивилизации столь характерно глубокое уважение к старейшинам, учителям, наставникам, обладающим большим жизненным опытом и мудростью. Высокой добродетелью на Востоке считается углубление в древние учения, в своей основной массе и подавляющем большинстве религиозно-философские и этические. Мышление в восточной культуре остается в пределах классических, «правильных» воззрений, знаний и канонов, передающихся из поколения в поколение, освященных традицией и временем.

Для Восточного типа культуры становится доминирующим целостный взгляд на мир, установка не на логически-рациональное, а прежде всего на духовно – интуитивное постижение и переживание единства и всеобщности Бога и мира, а человека как части этого мира. Поэтому в Восточном типе культуры философия, наука, религия и этика неотделимы от индивидуального опыта и понимания отдельного ученого и наставника. Восточная философская и научная культура характеризуется приверженностью не к теоретическому, понятийному, а к художественному, образному изложению мыслительного материала. В этом случае предпочтение отдается постижению духовного мира человека в его единстве с природой и Богом. На этой основе собственно наука в Восточном типе культуры долгое время носила прикладной, практический и рецептурный характер, что отчасти способствовало значительным успехам в области медицины, астрономии и геометрии.

Принципы единства мира и целостности его постижения оказали глубокое влияние на художественную культуру Востока, отличающуюся глубоким традиционализмом, стремлением к познанию гармонии и красоты бесконечной вселенной и духовных основ жизни.

Для религиозной культуры в Восточном типе цивилизации характерно превращение самой религии с четким противопоставлением Божественного и человеческого, духовного и материального, свободного и рабского из вероучения в сложнейший комплекс религиозно – философских, морально – нравственных и практически – житейских воззрений, сумма которых составляет миропонимание человека, живущего в культурной среде восточного типа. Это позволило немецкому социологу Максу Веберу (1864–1920) писать о характерной для Восточного тира культуры «общинной религиозности», необособленной от длительной совместной деятельности экономического и политического сообщества.

Развитие Восточного типа цивилизаций было теснейшим образом связано с такими массовыми и мировыми религиями, как даосизм, буддизм, индуизм, христианство и ислам.

Продуктивность Восточного типа цивилизаций проявилась в целом ряде открытий и свершений. Это крупнейшие для своего времени гидротехнические, оборонительные сооружения, оригинальные образцы дворцовой и храмовой архитектуры, обсерватории, компас, фарфор, компас, бумага, разборные шрифты для печати и первые печатные книги, школы практической медицины, непревзойденные шедевры скульптуры, живописи и поэзии, самобытная народная культура.

Восточная наука стояла у истоков античной, греческой науки и философии, которая стала основой для всей европейской культуры.

Выделившись из безбрежного океана первобытности, древневосточные цивилизации ощутимо резко заявили о своем существовании. Размах и масштабы его деятельности свидетельствуют о ранее не виданной мощи и великолепии. Слишком легко и просто было бы заключить, что этот прорыв был всего лишь следствием роста производительных сил, начавшегося в эпоху неолита. Разумеется, производительные силы древневосточных цивилизаций заметно обогнали первобытность. Но не они лежат в основе древневосточных культур. Наверное, самым впечатляющим примером были бы пирамиды Древнего Египта. Их сооружение велось в эпоху Древнего Царства. В другие же периоды истории Древнего Египта, когда рост производительных сил стал еще более значительным, по сравнению в первобытностью и периодом Древнего Царства, древнеегипетская культура более не возвратится к этим гигантским сооружениям. Они навсегда останутся достоянием Древнего Царства.

Получается, что относительно скромные и неразвитые производительные силы Древнего Египта не просто позволили создать нечто, не имеющего даже отдаленного подобия в первобытной культуре. Скорее их сооружение шло наперекор развитию производительных сил. Они не принесли никакой общественной пользы, их сооружение было затратное для экономики. Но также невозможно себе представить, что их строители работали на «голом» принуждении и насилии со стороны государства. Уже одна точность и тщательность обработки и укладки блоков предполагает нечто иное, чем отбывание непонятной и никому не нужной повинности под постоянными ударами хлыста. За их сооружениями стояла какая-то внутренняя необходимость, понятная их строителям, необходимость, которую они пытались выразить, сооружая столь величественные памятники, которых испугалось даже время. Это «нечто» было тем новым, чего не знала первобытная культура, что было чуждо мировоззрению первобытного человека. Именно это «нечто» и стало той скрепой, что позволяет объединить разрозненные древневосточные культуры и цивилизации в один массив под названием «Древневосточный тип культуры».

В целом на фоне доминирующего развития в XVI–XIX веках западного европейского типа цивилизации и культуры, ее экспортирования во все уголки земного шара восточный тип культуры оценивается как отмеченный преимущественно высоким религиозными и философскими порывами. Пьер Тейяр де Шарден отмечает, что Восточный тип цивилизации и культуры как «невероятно рафинированные цивилизации» своими духовными и мистическими веяниями «освежили» и «прояснили человеческую атмосферу». Поэтому культурные достижения Восточного типа цивилизаций стали неотъемлемым достоянием всей мировой цивилизации.

Особое значение имеет изучение Восточного типа цивилизации для понимания развития истории и культуры России. Россия объединила в своей культуре элементы типично западного и типично восточного цивилизационного типа и поэтому ее нередко именуют Евразией.



3. Культура Древнего Египта как пример древневосточного типа культуры



Древнеегипетская цивилизация, вышедшая из многотысячелетней толщи первобытности, была одной из великих древневосточных культур. Мир древнеегипетской культуры, как и мир всей древневосточной цивилизации – это мир преодоления первобытного мифрологизма, это магический космос, в котором человек чувствует себя подчиненной частью. Но он обожествляет уже не только природные стихии, как это делал первобытный человек, он обожествляет уже и поднявшееся над ним государство, которое мыслится как продолжение божественной гармонии мироздания. Древнеегипетская культура проявила в себе все характерные черты древневосточной культуры в целом: авториторно-административную систему власти во главе с божественным фараоном, общинный принцип организации жизни, торжество идеи государственного единства над личностью, традиционализм, целостный взгляд на мир. И все эти черты нашли свое отражение в памятниках искусствах, которыми восторгается человечество уже несколько веков.

Все эти черты культуры Древнего Египта во многом определены способом коллективного выживания, единственно возможного способа выживания в данных исторических и географических условиях. На заре древнеегипетской культуры, в VI–V тысячелетии до нашей эры, в условиях глобального потепления, когда пустыни северной Африки начали расти и происходило сокращение кормовой базы, племена «протоегиптян» были вытеснены более сильными племенами в долину реки Нил. Новые природные условия, постоянная борьба за выживание и необходимость коллективного труда над строительством оросительных систем привели к возникновению высокоразвитой египетской цивилизации. Возникло деспотическое царство и человеку потребовалось объяснить и оправдать новую социальную реальность, без которой он не мог бы выжить и которое стало одновременно и орудием выживания и орудием подавления. Это государство родилось не из потребности социальной свободы, как это было на западе, а из потребностей жесткого объединения, что было адекватным ответом человека на вызов конкретных природных условий. Дело в том, что выжить в Египте, как о вообще во всех очагах древневосточных цивилизаций, возможно только практикуя орошаемое земледелие и постоянно создавая общественные запасы зерна. Создание оросительных систем и общественного зернового фонда требовало планомерных затрат огромного количества ресурсов, жесткого административного управления и объединения множества разрозненных, а подчас и изолированных сельскохозяйственных общин в единое целое. Выполнить эти задачи мог только обожествленный фараон, чей авторитет был «подкреплен» божественной санкцией.

Фигура древневосточного царя вообще и фараона в частности, вещи уникальная. Это не просто человек, один из многих, это живое олицетворение бога и государства. Вся жизнь древневосточного человека строилась вокруг фигуры царя. Поэтому в одном из писем к бежавшему провинившемуся сановнику фараон пишет, что прощает его и позволит поставить его гроб рядом с своим. Для древневосточного человека это была величайшая честь и милость – и при жизни и после смерти быть рядом со своим царем.

Египтяне всю свои жизнь организовывали вокруг фараона, соотносили с ним свои дела и помыслы, в нем видели источник благодеяний и бедствий. Он центровал собой весь мир, был его стержнем и средоточием. Все остальные люди были в одинаковой мере рабы перед фараоном. Между собой они различались близостью или удаленностью от этого божественного центра.

Власть фараона была абсолютна и непререкаема. Он мог во мгновение ока сделать раба вельможей и вельможу рабом (библейская история об Иосифе Прекрасном), он повелевал стихиями и заботился о всех людях. В этом свете вовсе не пустым бахвальством выглядит посмертное перечисление добродетелей фараона Рамсеса III: «Я строил крепости на границах, я усмирял нубийцев, я ловил крокодилов в Ниле, я утешал плачущих вдовиц, я кормил голодных». Действительно, простой человек не мог бы успеть все это сделать. Иное дело фараон у которого весь Египет – продолжение его божественных рук. Полчища чиновников, свято веривших в то, что ими и через них действует сам земной бог, вершили вместе со всем народом эти дела. А на поверку оказывалось, что вершил их сам божественный царь.

Сама фигура фараона не появилась внезапно, из пустоты, а была закономерным и логичным продолжением фигуры царя – жреца поздней первобытности. Ведя свое происхождение от фигуры царя – жреца, фигура фараона в древнеегипетской культуре унаследовала из первобытности и некоторые его функции. Он выступает как стяжка, концентрированость божественного на земле, как посредник между земным и божественным. Наго власть не только земная как персонифицированное государство, но и магическая. Фараон – это земное воплощение божественного могущества, он даже более божественен, чем зверовидные боги Египта. «Власть фараона распространяется не только на страну и подданных, но и на явления природы. Существовали специальные обряды, изображавшие фараона повелителем стихий. Фараон играл главную роль в общегосударственных земледельческих празднествах: при наступлении времени разлива Нила он бросал в реку папирус с приказом начать разлив. Он так же начинал пахоту, он срезал первый сноп нового урожая».

Верховный властитель почитается таковым не за свои заслуги, не за свое мужество и силу, как это было в европейском средневековье, а как воплощение божественного величия. Это величие отчасти наследуется по крови, но в основном приходит из вне, как особое мановение, действие богов. Фараон воплощается, становится богом в обрядах инициации, посвящения. А раз возможно воплощение, то становится возможным и развоплощение, переход божественного величия на другого человека.

Разумеется, в своей повседневной жизни египтяне вовсе не обязательно соотносили каждый свой поступок с фараоном. Однако то, что выделялось и фиксировалось сознанием в качестве важного и существенного, так или иначе, прямо или косвенно было замкнуто на божественного царя. И уж конечно, вся официальная жизнь Египта была жизнью фараона. Египет, как впрочем и все другие древневосточные государства, был страной – обителью, страной – домом своего божественного царя, и был, конечно, в центре мира, а все остальные страны были на периферии мироздания. Руками тысяч строителей царь строил храмы, руками тысяч воинов покорял другие народы, устами тысяч жрецов прославлял своих божественных родителей. Через своих чиновников фараон мог заглянуть во все уголки жизни страны. Поразительно, но на поверку египетские свободные люди практически не отличались в своем статусе от рабов. Они (люди) были объединены в рабочие десятки, которые фараон с легкостью перебрасывает из одного места в другое. Семья у египтян практически отсутствует: питание и одежду все египтяне получают из хранилищ фараона, питаются в общественных «столовых», нормы питания строго регламентированы. Даже если допустить, что египетские рабы удерживались в повиновении силой, то рассмотрев вооружение египетского война, состоявшее из короткого меча и тростникового щита, легко понять, что раб, взявший кухонный нож, будет вооружен ничуть не хуже воина египтянина. Удивителен другой факт, описанный в Библии: Авраам посылает своего раба искать невесту для своего сына Исаака. И вот раб, снабженный деньгами и подарками для будущей невесты Исаака, то есть с достаточно крупной суммой денег, вовсе не бежит от своего господина, а наоборот, старательно выполняет поручение и возвращается в «ненавистное» рабство. Значит рабство удерживалось не столько силой меча, сколько силой сознания, менталитетом того времени.

Пожалуй самым страшным испытанием в жизни египтянина была смерть. Смерть – это прежде всего разлучение божественным фараоном. Но фараон возвращается после смерти к своим божественным родителям. А куда идет простой человек, если смысл его жизни – фараон? Конечно же со своим божественным повелителем. А может ли вообще бог умереть? Конечно же нет. Смерть властна над ним лишь временно. Поэтому было очень важно сохранить образ фараона, а еще лучше и его тело. Именно этому посвящены и знаменитые гробницы, и бесчисленные памятники и погребальные храмы. Самым худшим наказанием было уничтожение тела. Это означало, что душа уже не сможет возродиться в теле. А самой высокой наградой было быть похороненным возле своего повелителя. Это означало остаться рядом со своим повелителем. Но тело можно сохранить двумя способами. Здесь важно сохранит не само тело, а его образ как некий символ. Поэтому и возводились бесчисленные статуи, в которых могла бы возродиться душа. Поэтому и называли в Египте художников «творцами жизни», поэтому и были выскоблены тщательнейшим образом все изображения проклятого фараона Эхнатона, когда жрецы добились отхода от все реформ, что проводил в жизнь этот фараон. Стараясь уничтожить всякую память о проклятом фараоне, жрецы тем самым пыталось уничтожить его душу, не допустить его возвращения в земной мир.

Вообще все египетское искусство традиционно и символично. Происходит это от того, что изображает не земные, а божественные предметы, не формы предметов, а их сущность. Именно поэтому все изображения фараонов идеализированы, математически прекрасны. Но даже в рамках традиционализма художники могли находить свою меру вариативности. Они сохраняют индивидуальные черты на идеально прекрасном лице, во фресках могут допустить небольшие вольности с пейзажем, с одеждой. Но это все частности, в главном египетские художники остаются верны канонам: они изображают не земную реальность, а божественную, они передают не форму, а содержание, их рисунок не для забавы, а символ, наполненный определенным содержанием.

Даже в композиционном решении символическое с легкостью выходит наружу. Возьмем к примеру знаменитую плиту фараона Нармера, посвященную покорению Веохним Египтом Египта Нижнего. В ней ничто не изображено просто так. Разве может быть что то совершенно не нужное на предмета, который используют в священных церемониях? А плита Нармера предназначена именно для того, что бы растирать краску для совершения церемоний.

Прежде всего выделятся центральная крупная фигура фараона – победителя. Он изображается в сложной перспективе: голова профиль, глаз – фас, плечи – профиль, таз в трех четвертном развороте, ноги в профиль. Сделано это для того, чтобы показать фараона совершенным, полноценным человеком, а не ущербным, как какой-нибудь раб. Именно по этому различаю и угадываются свободные люди и рабы. Все свободные изображены в сложной перспективе, а все рабы – в простой перспективе, где отсутствует половина тела (неполноценные люди).

Фараон победитель держит поверженного фараона Северного Египта за корону, тем самым показывая, что от него отошло благоволение богов, что он не истинный сын божий, а самозванец. Но поверженный фараон остается свободным, его не изображают как неполноценного раба. С другой стороны плиты в причудливом переплетении гипертрофированно увеличенных шей барсов еще раз проводится мысль о соединении двух частей Египта в единое целое государство. Сдерживают этих барсов поводками рабы фараона. Множество символов на плите говорит о количестве поверженных фараонов врагов. Да и сама фигура фараона, с высоко поднятой булавой, еще раз проводит мысль о том, что именно он, божественный царь покорил соседнее царство, а его слуги и рабы только помогали ему в этом.

То, что древнеегипетская культура обладала целостным взглядом на мир, подчас без дробления на земное и божественное, свидетельствует и композиционное решение Карнакского храма. Карнакский храм – это, пожалуй, не превзойденный в земной истории самый длительный «долгострой», его строили почти тысячу лет.

Храм разделен на три нифа с большим количеством колон. Центральный неф возвышается над двумя боковыми. Все нефы украшены лотосообразными колоннами. В середине центрального нефа сделана дорога для священной процессии. По общему замыслу вся храмовая композиция должна символизировать две вещи: во первых, священную реку Нил, обрамленную зарослями священного папируса; а во-вторых, постепенное восхождение от земного к небесному брачному ложу. Сам храм состоит из анфилады комнат в которые могут зайти не все, а только после специального посвящения. Таким образом, во время торжественной процессии во главе с фараоном все участники процессы постепенно рассеиваются по анфиладе комнат, символизируя тем самым степень близости к божественному царю. Самые посвященный проходит в самые дальние комнаты. Непосвященные остаются у дверей или во дворе. Вся анфилада завершается небольшой комнатой с единственным ложем. Войти в эту комнату могут только фараон и его супруга.

Примечательно, что носителем божественности в Египте считался вовсе не мужчина, а женщина. И для того, что бы фараон мог стать фараоном, он должен был жениться на потомственной носительнице «саранского звания», то есть, подчас, на собственной сестре. Подобный подход неслучаен. С одной стороны это остаток матриархата, а с другой стороны, именно женщина и являлась продолжательницей линии фараонов, именно через женщину фараон приходил в мир от своих божественных родителей. Значит, прежде чем фараон мог родиться, надо было найти ту избранную, с которой боги могли бы зачать земного бога.

Уже отмечалось, что египетское искусство насквозь символично. Особой символичности искусство достигает в области письма и литературы. С одной стороны письменность – это ярко выраженный символ, рисунок. А с другой стороны – именно письменность способствует передаче и сохранению священного знания. И, конечно, священное знание должно быть записано священными символами – иероглифами (от греческого «иеро» – священный, «глифо» – рисунок). Ошибка в написании иероглифа могла привести к непоправимой беде: могла быть искажена сущность, нарушено мироздание. Поэтому должность писцов была уважаема и почитаема в Египте.

В завершении нашего общего обзора древнеегипетской культуры как примера древневосточного типа культуры скажем следующее:

– в основе социальной жизни Древнего Египта лежала авторитарно – административная система власти, основанная на божественности фараона т «отблеске» его божественности на его приближенных – чиновниках; чиновники, как и все другие люди Египта были продолжением фараона;

– жизнь простых людей была организована на общинном принципе: все люди объединены в трудовые отряды, практически полное отсутствие частной собственности, четкое разделение труда;

– рабы повинуются своим господам не силой принуждения, а силой сознания;

– для всех людей фараон – это божественный царь, сын богов, рснрва мироздания. Служить фараону и государству в его лице – это благо и величайшее счастье;

– общество Египта, равно как и его культура весьма традиционны. Именно поэтому Египетское царство смогло просуществовать почти три тысячелетия;

– египтяне в рамках свой культуры обладают целостным взглядом на мир, без разрыва его на земное и божественное. Оба мира перемешаны, составляя единое целое. Фараон – это земное и божественное одновременно, души умерших могут погибнуть от голода, если живущие родственники перестанут их кормить; мертвые никогда не воскреснуть если уничтожить их изображения.

И все эти мысли органично и целостно выразило древнеегипетское искусство. Собственно искусство Египта – это тот единственный источник, который и способен поведать нам о душе древних египтян.






Литература



Федоров А.А. Введение в историю и теорию культуры. Словарь. М; Флинта, 2005.

Культурология / отв. ред. проф. А.А. Радугин. М; Центр, 2001.

Сапронов П.А. Культурология: курс лекций по теории и истории культуры. Спб; Союз, 1998.

Грибунина Н.Г. История мировой художественной культуры: часть I, II. Тверь, 1993.

Силичев Д.А. Культурология. М; 1998.

Дмитриева Н. Краткая история искусств. М; АСТ – ПРЕСС, Галарт, 2000.