Значение организации "Русская Троица"

Содержание



Введение

1. Украинский романтизм

2. “Русская троица” и их первые сборники

3. Деятельность “Русской троицы” на фоне Галицкого возрождения

4. Связи с другими славянскими деятелями

5. Влияние на последующее развитие западно-украинской литературы

Список использованной литературы


Введение



С начала 30-х годов 19 века в Галиции, бывшей тогда провинцией Австро-венгерской империи, наступила эпоха национального возрождения. В современной украинской историографии ее связывают со всплеском польского патриотизма восстания 1830-31гг., повлиявшим, в том числе и на русинский народ (т.е. на западных украинцев). Начало этому положил Д.И. Зубицкий (1777-1862), автор крамольной «Хроники города Львова», собиравший материалы по истории и фольклору Галиции, излагаемые в статьях на немецком и польском языках. Беря пример со своих польских друзей и вдохновленные изысканиями Зубицкого, студенты Лембергского (Львовского) университета – Маркиан Шашкевич, Иван Вагилевич и Яков Головацкий основали первое русинское национальное движение, названное «Русской троицей». Деятельность ее носила научный, неполитический характер, восстанавливая по крупицам историю и культурное наследие своих предков. Но, в то время австро-венгерская администрация национальные чаяния славянского населения не поддерживала. Даже чисто исторические увлечения русинских студентов вызывали подозрения властей в сепаратизме и в нелояльности Вене. Изучая славянские корни Галиции, «Русская троица» противоречила официальной трактовке истории края, основную роль отводившей полякам и немцам, но никак не русинам. Поэтому основатели русского движения были изначально ориентированы на Российскую империю и ждали от нее поддержки. Галиция, вступившая в общеславянское национальное движение с заметным опозданием, не имела так же и ясных представлений о национальном языке. Первоначально языковая проблема сводилась к отстаиванию кириллической графики в условиях польского и немецкого доминирования. Все понимали, что русинам надо сохранить родной язык и общую с восточными славянами кириллическую азбуку. Украинского языка в нынешнем понимании тогда не существовало. Малороссийским наречием – а не полноценным литературным языком – его считали не только российские чиновники, но и подавляющее большинство носителей. Язык, на котором общались между собой жители Галиции, вообще не подходил под классическое определение этого понятия. Он состоял из нескольких языковых слоев, созданных в разное время и сильно отличающихся друг от друга даже в пределах одной местности. Первый слой – это древнерусский язык, основа, заложенная во времена славянского единства Киевской Руси. Он сохранялся благодаря усилиям православной церкви, будучи языком богослужения и духовной литературы. Но к тому времени древнерусский давно уже оставался языком книжным, мертвым, данью многовековой традиции. Второй слой – это бесчисленные полонизмы, т.е. заимствования из польского языка, которыми изобиловала речь жителей Галиции, даже если они не имели в себе ни капли польской крови и не изучали специально польский язык. Польские слова, а так же слова, которым искусственно придали грамматические особенности польского, прививались русинам на протяжении веков. Даже после разделов Речи Посполитой конца 18-начала 19 вв., когда Галиция стала австро-венгерской, влияние шляхты и духовенства было огромным. Полонизация, первоначально затронувшая города, постепенно перекинулась на хутора, где пани-патриотки и католические священники любили открывать маленькие школы для крестьянских ребятишек с преподаванием на польском языке. Не владеть польским языком означало выпасть из общего культурного пространства Галиции, не читать газет, не быть в курсе литературной жизни, остаться без приличного образования. Поэтому галичане, даже те, кто сопротивлялся насильственному ополячиванию, потом заставляли своих детей учить польский язык. Некоторые активисты русского движения Галиции с рождения слышали дома только польскую речь и освоили литературный русский язык в зрелом возрасте, для переписки со своими друзьями из Российской империи, чтения русской классики. Третий слой – это немецкие слова, появившиеся задолго до вхождения Галиции в Австро-венгерскую империю. Немцы жили в Галиции давно, по всему региону существовали образцовые фермерские хозяйства, кормившие города. Естественно, что небольшие заимствования из немецкого языка вошли в разговоры русинов, а позже, когда австрийский вариант немецкого стал официальным языком, сфера его распространения не ограничивалась канцелярским делопроизводством. Империя поощряла интеграцию в австрийскую культуру, и русинские юноши, мечтавшие учиться в Вене, вынуждены были знать государственный язык.

Четвертый слой – самый сложный и неоднозначный, состоящий из тюркских и семитских слов. Он складывался медленно, в результате контактов русинов с евреями, караимами, крымскими татарами, турками. Поэтому вместо нормальной речи в Галиции звучали диковинные диалекты, непонятные зачастую не только иностранцам, но и даже жителям соседних хуторов. Один из примеров – т.н. «язычие», смесь, на которой униатские священники обращались к своей пастве и использовали в кругу семьи. «Язычие» состояло из элементов церковнославянского, южнорусских диалектов, полонизмов. В городах складывается другой гибрид – «гвара львовска», большую часть лексики которой составлял польский язык, плюс – вкрапления латыни, считавшейся атрибутом образованности. Базу для нее, вероятно, заложили школьники и студенты. Они смешивали в своих разговорах родной польский, зазубренные латинские слова, осколки немецкого, французского, восточные выражения. Но и такому пестрому разнообразию требовалась грамматическая основа, которую можно изложить в учебниках и словарях. Так уж вышло, что долгие годы там обходились без грамматики. Единых норм и правил не существовало вплоть до середины 19 века. Есть сведения, что первые попытки создать украинскую грамматику предпринял в 1818 году О. Павловский, но распространения она не получила. Затем, в 1840 году русинский известный деятель Максимович предложил свое правописание, но из-за сложности оно не прижилось тоже. С 50-х годов 19 века П. Кулиш пытается ввести в оборот фонетическое правописание, и его система – «кулишевка» становится популярной из-за своей доступности. Но уже скоро Кулиш столкнется с тем, что его вариант украинской грамматики будет использоваться в политических целях, и сочтет «кулишевку» большой ошибкой. В таких условиях появление организации «Русская троица» и ее деятельность имело большое прогрессивное значение для развития культуры населения западной Украины.


1. Украинский романтизм



Украинский романтизм имеет много общего с романтизмом общеевропейским. Но, в то же время это глубоко национальное явление, питаемое украинским корнем, украинским мировосприятием и украинской историей. Кроме этого “Романтизм как этнокультурная доминанта первой половины 19 в. в Украине родился из собственных национальных источников философской мысли, унаследовав все ее предыдущее развитие” Как европейский романтизм выстраивал свои эстетичные взгляды на философии Гердера, так украинский романтизм пользовался философией Сковороды. Для него характерная значительная сакрализация сферы эстетичного. ”Поэзия есть изобретение искры божества в действительности” (И.Франко). Если поэзия воспринималась как божественное откровение, то поэт представлялся пророком.

Вполне закономерно, что Французская революция не произвела на восточноевропейские государства такого впечатления, как на другие европейские страны. На восточноевропейский романтизм в значительной мере повлияло развитие капиталистических отношений, развертывание национально-освободительного движения, Отечественная война 1812 г. В отличие от романтизма европейского, украинский, как и русский, выступал не столько против норм буржуазного общества и просветительских идей, сколько против феодальной действительности. Восточнославянский романтизм формировался в условиях внедрения капиталистических отношений. К тому же на него в значительной мере повлияла борьба против колониального гнета, за национальное самоопределение. Характерная для западноевропейских литератур “мировая печаль” трансформировалась здесь в “национальную печаль”. Для произведений украинского романтизма характерное яркое стремление к всеобщему славянскому объединению. Украинцы выработали собственный вариант “теории нации”, основанной на общеславянской общности и этнокультурных традициях. 

Центральной фигурой романтичной поэтики становится человек. Человек воспринимался в первую очередь как творение природы, а уже потом как продукт социальной деятельности. Украинским романтикам человек представлялся ступенькой к божественному. Народ же в представлении романтиков выступал определенным объединением всесторонне развитой личности. При таких условиях они считали возможным существование гармоничного общества. Жанровые поиски романтиков сосредоточились на лирических модификациях. “Лирика и была тем жанром, который в практике романтиков подчинял себе все другие жанры. Роман стал лирическим, драма стала лирической”. Романтики значительно обогатили ее возможности “широко применив субъективно-лирическую типизацию, глубокий психологизм, контраст и синтез, двупланную конструкцию образа, ассоциативность” (Комаринец). Истинным познанием они считали познание чувственное, эмоциональное. М. Грушевский датирует начало национального возрождения Галиции первыми десятилетиями 19 в. когда среди нового униатского духовенства появляются образованные люди, которые думают не только об интересах своей церкви, но и об интересах народных, национальных, заботятся о подъеме народного образования и благосостояния, о развития национальной культуры”. 



2. «Русская троица» и их первые сборники



В начале 30-х гг. 19 в. во Львове поднимается новая волна национального движения. В это время начинает функционировать кружок студенческой молодежи во главе с “Русской троицей”, который ставит перед собой задачу вводить в русских кругах разговорный русский язык, поднимать дух народный, просвещать народ, противостоять полонизму, воскресить русскую грамотность в Галиции”. В состав “Русской троицы” входили Маркиян Шашкевич (Руслан), Иван Вагилевич (Далибор), Яков Головацкий (Ярослав). В то время все они были студентами-семинаристами. Маркияну Семеновичу Шашкевичу (1811-1843), литературная деятельность которого приходится на 1833-1843 годы, принадлежат свыше тридцати стихотворений. Незавершенная поэма “Перекинчик бисурманский”, сказка “Олена”, перепевы и переводы с древнерусского, чешского, сербского, польского и греческого, несколько статей и заметок, а также первая украинская “Читанка” для народных школ (издана в 1850). Иван Николаевич Вагилевич (1811-1866) в двух своих поэтических произведениях на украинском языке и нескольких на польском выступил последовательным романтиком. Плодотворно занимался этнографическим исследованием бойков, гуцулов и лемков. Яков Федорович Головацкий (1814-1881) также плодотворно занимался этнографическими исследованиями быта народов Карпат; ему также принадлежит ряд романтичных стихотворений.

Первый сборник семинаристов не предназначался для печати. “Сын Руси”(1833) - рукописный сборник, о котором Б.Лепкий сказал, что это “первое в Галиции сборное проявление народной мысли, как доказательство искренней охоты через литературу выдвинуть народ из упадка”. В ее состав входили стихотворения народным языком Шашкевича, Минчакевича, Левицкого, обработка народной легенды “Хрестец каминный край Любачева”. Ее авторы пытались охватить народным языком поэтический жанр народного послания, стихотворения-аллегории, пейзажа и некоторые другие жанры (всего в содержании перечислено 13 произведений), но в целом поэзия этого первого сборника отмечается еще не выработанной стихотворной формой. Для нее также характерный синтез фольклорной и книжно-словесной тенденций, что вообще было свойственно для всей украинской литературы того времени.

В апреле 1834 года к львовской цензуре был подан сборник “Зоря”, девизом которой были слова - “свиты, зоре, на все поле, закиль месяц зийде”. Но в то время во Львове не было цензора, который бы занимался украинскими изданиями. Поэтому “Зоря” была отправлена в Вену, к известному цензору греческих и славянских книг – Вартоломею Копитару. Венский цензор не стал брать на себя ответственность за разрешение или запрещение опубликования сборника и отправил ее во Львов с таким выводом: 

“1. Наша Галиция имеет свыше 2 миллионов русинов, а Венгрия миллион, они очень благосклонно встретят это издание на своем языке.

2. Так же приветствуют его 6-7 миллионов русских русинов того же самого языка.

3. Следовательно, его круг действия распространяется на 9-10 миллионов душ! 

4. Но нужно принимать во внимание, что наши и русские поляки будут смотреть с завистью и ненавистью на эту до сих пор не привилигированную литературу…”

После возвращения сборника во Львов окончательной рецензией стало запрещение. Его рукопись не сохранилась. О содержании этого второго сборника можно судить только из воспоминаний Я. Головацкого и заметок В. Копитара. Известно, что начинался он портретом Б. Хмельницкого работы Ивана Вендзиловича. В него входили фольклорные записи и оригинальные произведения кружковцев, жизнеописание Б. Хмельницкого и литературная обработка колядки “Хмельницького обступление Львова” Шашкевича. Кружковцы устранили из правописания сборники Ы, а вместо нее стали последовательно употреблять И.

К 1835 г. принадлежит первое печатное выступление Шашкевича - публикация его оды “Голос галичан”, содержание которой не представляет особого литературного интереса. Самая главная заслуга этого произведения заключается в том, что он написан на украинском языке. А в 1836 г. наконец удалось опубликовать альманах “Русской троицы” под названием “Русалка Днистрова”. В “Русалке Днистровой” наиболее полно реализовались прогрессивно-романтические литературные и литературно-научные взгляды М. Шашкевича и его товарищей” (М. Вале). В состав альманаха вошли народные песни, собственные оригинальные произведения, переводы из сербского и отрывки из “Каледворського рукопису”, а также статьи литературно-критического, фольклористического и историографического характера. В этот раз кружковцы решили пойти в обход львовской цензуры и в сентябре 1836 г. Головацкий переслал рукопись “Русалки” сербскому общественному и культурному деятелю, с которым познакомился во время своего пребывания в Пеште в начале 1835р., Георгию Петровичу. В Пеште был цензор славянских книг и типография. Там она и была напечатана. Львовский цензор В. Левицкий запретил распространение этого сборника: 800 экземпляров, посланных во Львов, были конфискованы. К читателям, преимущественно это были жители Галиции, попало только 200 экземпляров (а другие 600 в до 1848 г. хранились во львовском цензурном комитете). “Русалка Днистрова” - первое издание в Галиции, напечатанное “гражданкою”. Ее авторы активно отстаивали фонетическое правописание. Они отказались от Ъ и Ы, первые применили к “гражданке” Є, а также впервые употребили ЙО, ЬО, которые употребляются и сейчас.

“Творчество литературной группы “русская троица”, в первую очередь изданный альманах “Русалка Днистрова”, свидетельствует о появлении прогрессивных тенденций в эстетической мысли Галиции 30-х годов 19 в..”(В. Горинь) Это издание решительное порывало с церковно-книжной литературой, которая бытовала тогда в Галиции, и начинала новую литературу народным языком и на народной основе.

До ее появления в литературе края преобладала церковно-схоластическая “высокоштильная поэзия” и принципы школьного классицизма. “Русалка Днистрова” открывала перспективу развития прогрессивной научно-литературной деятельности на западно-украинских землях”(М. Вале). Шашкевич, Вагилевич и Головацкий своей «Русалкой» внедряли идеалы романтизма. Ярче всего их романтические взгляды отразились в их лирической поэзии.


3. Деятельность «Русской троицы» на фоне Галицкого возрождения



В понимании общественных явлений “Троица” в значительной мере отталкивалась от позиций Просветительства, но на диалектику человека и мира субъекта и объекта, времени и вечности, индивидуума и природы, они уже имели ярко выраженный романтичный подход. В своих произведениях они пропагандировали этот подход к тем явлениям, которые изображали. Их поэзия, в частности Шашкевича, в значительной мере влияла и побуждала к последующему развитию всю следующую западно-украинскую поэзию, обогатив ее новыми элементами. В поэзии Вагилевича чувствуется влияние на него польского, а возможно и немецкого романтизма. Через свою поэзию деятели “Русской Троицы” знакомили своих земляков с лучшими приобретениями романтизма западного и восточного. Все, что они предлагали, было новым и необычным: их историческая концепция, ориентация на фольклор, использование в произведениях народного языка, отстаивание народности искусства, - но оказалось прогрессивным для дальнейшего развития литературы в Западной Украине. Это была новая литература на народной основе, и нередко ее героем выступал сам народ, или его представитель. Например, предводитель народного восстания. В творчестве “Русской Троицы” (наиболее выразительно у Шашкевича) воплощены три основных типа героя: романтично-историческая фигура вожака народных масс; романтично-психологический тип незаурядной индивидуальности, которая страдает в поисках личного счастья, и просветительско-романтический тип современного образованного молодого человека, который стремится служить национально-культурному возрождению родного народа. Они болели за судьбу родного народа и заботились его образованием, что их самих делало похожими на романтических героев, безоговорочно преданных своему делу. Недаром эту троицу называют «будителями» Галиции. Их деятельность была направлена на решение многих общественно-политических проблем, в частности распространение образования народным языком среди народа. Однако они не были пионерами в этой сфере деятельности. Они могли пользоваться значительным теоретическим материалом, накопленным их предшественниками, - М. Левицким, И. Могильницким, И. Снигурским. Романтическое понимание народной литературы Шашкевич осветил в статье “Азбука и Abekado”, которой он вступил в так называемую “азбучную войну”, которая разгорелась в Галиции после появления в 1834 г. статьи “Про внедрение польского абецадла в писательство руске” украинского фольклориста и языковеда И. Лозинского. Свою позицию Шашкевич аргументировал наибольшим соответствием кириллицы с передачей фонетических и грамматических особенностей украинского языка и, напротив, - полной непригодности для этого польского или другого латинского алфавита. Шашкевич выступал на защиту закругленной кириллицы, которая должна была постепенно трансформироваться в “цивильний” шрифт. В этой статье он ярко засвидетельствовал свое отношение к литературе: “Литература любого народа является образом его жизни, его способа мышления, его души; она должна заколоситься, вырасти из собственного народа и расцвести на той же ниве, если будем вмешивать в славянскую литературу чужие обороты и чужие способы высказывания, то будем вмешиваться в тело, которое имеет свою душу, другой, чужой душой , которая не приклонится к народу”. Это было первое откровенное выступление на защиту народности литературы в Галиции. Выступления М. Шашкевича и некоторых других деятелей, прекратили домогательства ввести в украинский язык латинский алфавит. Я. Головацкий писал: “Если бы в 30-х годах приняли польское абецадло - пропала бы русская индивидуальная народность, пропал бы русский дух и из Галицкой Руси сделалась бы вторая Холмщина”. В 1836 г. М. Шашкевич сложил первую в Украине “Читанку» для маленьких детей, которая в течение многих лет служила единственным учебником для обучения детей грамоте родным языком в сельских школах. И. Вагилевич в 1845 г. написал и опубликовал “Grammatyku jezyka maloruskiego w Galicji”. Яков Головацкий составил и издал в 1849 г. “Граматику руской мови”. Ему также принадлежит один из первых очерков из истории образования в Галиции “Про первое литературно- умственное движение русинов в Галиции». Значительный вклад был сделан деятелями “Русской троицы” в развитие этнографии и фольклористики на западно-украинских землях. На их этнографическую деятельность в значительной мере повлияли произведения западных и восточных этнографов и фольклористов. Среди них чешские сборники: “Краледворський рукопис”(1818) и “Зеленогорський рукопис”(1819) (чешские подделки под народную поэзию) В. Ганки и Й. Линды (Шашкевич и Вагилевич перевели отдельные отрывки на украинский язык) и сборники русского фольклора К. Данилова, М. Чуркова, М. Попова и др. М. Шашкевич активно собирал образцы народнопоэтического творчества. И. Вагилевич занимался исследованием карпатских этнических групп - бойков, гуцулов и лемков. Ему принадлежат фольклорно-этнографические и исторические разведки, посвященные в частности украинской мифологии и символике. А также сборник легенд и рассказов. Их третий товарищ, Яков Головацкий, был в первую очередь ученым - славистом-фольклористом, этнографом, литературоведом, историком, языковедом, библиографом. Ему принадлежат такие труды как “Раздел времени у русинов” “Слова приветствия, благословения, учтивости и обычаев у русинов“ “Очерк старославянского баснословия, или Мифологии”. Вместе с Вагилевичем он также заложил основы украинского карпатоведения.



4. Связи с другими славянскими деятелями



Учась в университете, деятели “Троицы” активно знакомились с произведениями европейского возрождения. Львов в то время был одним из центров славянской литературы и научного взаимообмена. К их услугам была библиотека Института Оссолинских, читальный зал которого открылся в 1832 г., и частные коллекции. Там они имели возможность ознакомиться с произведениями И. Добровского, П. Шафарика, Ф. Челаковского, Ф. Палацкого. Особенно на их творчество повлияла романтичная поэма П. Шафарика “Дочка Славы”, из которой Вагилевич перевел на украинский язык отдельные сонеты, и статья того же автора “Про литературную взаимность между славянскими племенами и говорами” (1836). Шашкевич, Вагилевич и Головацкий интересовались историческими, этнографическими, филологическими произведениями сербских, чешских, польских, русских и др. исследователей. Кроме этого их также в значительной мере интересовала литература: творчество “украинской школы” в Польше, творчество Котляревского, Квитки-Основьяненко, а также литературно-этнографические сборники, которые в то время издавались на Восточной Украине. Кроме ознакомления с произведениями деятелей славянского романтизма, кружковцы налаживали и личные отношения с некоторыми из них. Уже в начале 1835 года, находясь в Пеште, Яков Головацкий близко сошелся с сербскими деятелями Георгием Петровичем (благодаря которому увидела мир “Русалка Днистрова“), Теодором Павловичем, с хорватом Ф. Курелацом. Его наставником в изучении славянских языков, литератур, фольклора и этнографии стал Ян Коллар. Он также поддерживал связи с В. Ганкой, Я. Коларом, М. Максимовичем, О. Бодянским, И. Срезневским, П. Лукашевичем и П. Шафариком. С 1836 года началась переписка П. Шафарика и И. Вагилевича. В своих письмах Вагилевич подал богатый материал относительно украинского языка, его особенностей, развития и диалектов, в частности галицких. Вообще Шафарику принадлежит выдающаяся роль в развитии чешско-украинских взаимоотношений. Он переписывался не только из Вагилевичем, но и из С. Головацким, О. Бодянским и Могильницким. А также систематически публиковал в журналах материалы из украинской этнографии, фольклора, палеографии. Вагилевич также переписывался с Максимовичем и Погодиным. Шашкевич имел личные связи с В.Залеским, чешскими писателями и учеными.



5. Влияние на развитие западно-украинской литературы



Западная Украина географически ближе к Европе, чем к России, потому не удивительно, что западноевропейские влияния были в ней сильнее, чем русские. Нередко произведения авторов (как “Русалка Днистрова”) печатались за рубежом. Но в целом, новая литература на народном языке, которая возникла благодаря деятельности “Русской троицы”, ориентировалась на Восточную Украину. Западно-украинские деятели пропагандировали воссоединение Украины и создания единого литературного языка. Наследуя деятелей “Троицы”, украинским языком начали писать целый ряд прогрессивных украинских писателей. Самым выдающимся из которых несомненно является Иван Франко, тип художника, что сумел синтезировать в своем творчестве общественные мотивы с лирическими интонациями, фольклор и литературу, а также успешно совмещать литературную и общественную деятельность. Украинским языком писали М. Черемшина, Л. Мартович, В.Стефаник и многие другие. Жанр новеллы, в котором позже так плодотворно работал Стефаник, положил начало на западно-украинских землях М. Шашкевич своей сказкой “Олена”. 

 Для творчества Шашкевича, Вагилевича и Головацкого, как и для всех тогдашних романтиков, характерно обращение к славному прошлому своего народа: “Болеслав Кривоустий под Галичем, 1139”, фольклорные стилизации “О Наливайку” “Хмельницкого обступления Львова” М. Шашкевича, легендарно - историческая баллада “Мадей” Вагилевича. Эти произведения не отмечались исторической достоверностью, а лишь символично выражали иногда абстрактную веру в возрождение украинского народа. Также для Шашкевича, Вагилевича и Головацкого характерно восхищение природой, что вылилось в замечательную пейзажную лирику: “Подлесье”, “Сумрак вечерний” Шашкевича, “Весна”, “Речка” Головацкого. Значительная у них наработка и любовной лирики. Но самым продуктивным, относительно последующих наследований, был основанный ими жанр послания: “Слово к почитателям русского языка” “Русская мать нас родила” Шашкевича “К L***” Вагилевича “Русский с русским повстречался…” “Брату из-за Дуная” Головацкого. Этнографические исследования “Троицы” положили начало украинскому карпатоведению, им принадлежат первые в Галиции произведения из истории культурного развития родного края и библиографические издания.


Список использованной литературы



1. Нахлик Е.К. Новая литература в Западной Украине// История украинской литературы 19 столетия. Кн.1. - Киев, 1995.

2. Кирчив Р.Ф., Этнографическо-фольклористическая деятельность “Русской Троицы” - Киев,1990.

3. Шапирко И. “Русская Троица” и проблемы народного просвещения в Галиции.

4. Вальо М., Литературно-критические идеи “Русалки Дністрової” и развитие литературно-научной мысли на западно-украинских землях 30-40-х гг. 19 столетия.

5. Гольберг М.Я., Южнославянские связи “Русской троицы” Межславянские литературные взаимоотношения. - Киев, 1961.

6. Бовсунивская Т., Феномен украинского романтизма. - Киев,1997.

7. Украинские поэты-романтики 20-60-х гг. 19 в. - Киев, 1987.





1