Зимний Петергоф

10



19



Содержание.

Вступление                                                                                 	2

Глава I. С наступлением холодов.                                  	         3

а) В чертежных мастерских.                                                	         3

б) Творчество Леблона.                                                         	         3

в) "Зимние" Указы.                                                                 	         4

г) Отделка помещений                                       				5

д) Заготовка материалов.								6

е) Работы в парке									6

ж) Возведение Ропшинского канала						7

Глава 2. Зимние визиты.								7

Хождение Петра I по работам.						7

б) Проездом из Ораниенбаума в "Фаворит"				8

в) Охота Петра II									9

г) Елизавета Петровна в Петергофе						10

д) Королева Луиза и король Фридрих-Вильгельм III в Стрельне 10

Глава 3. Две зимы петергофской трагедии				12

а) В первую оккупационную зиму 1941/1942 г.г.			12

б) Освобождение Петергофа (январь 1944 года)			14

Заключение.										16

Список использованных материалов					18

Список приложений								19











Вступление 



Забавно слышать в автобусе, подъезжая к своей гимназии зимой, название остановки - "Фонтаны". Всем известно, что гордость нашего города - фонтаны развлечение сезонное и они прекращают работать с первыми заморозками. Вода превращается в лед и могут не выдержать трубы. Петергоф как летняя парадная резиденция был рассчитан на приемы именитых гостей с конца мая- начала июня, когда двор приезжал сюда из Санкт- Петербурга. Интересно что же здесь было зимой?

Путеводители о Петергофе мало указывают на месяцы посещений резиденции. Исключение - книга Н. Архипова и А. Раскина "Петродворец" (Л., 1961 года), где много дат всех сезонов XVIII- XIX вв. Не только это исследование (самое полное об истории строительства Петергофа), но и неопубликованные рукописи из архива ГМЗ Петергоф позволили сделать заключение, что многие петергофские проекты появлялись зимой, когда, если это было возможно, продолжались работы. В чем же оригинальность этой сезонной деятельности?

Вышеупомянутое издание фиксирует посещение Петром I Петергофа в январе 1724 года. Единственным ли был этот "визит" Его Величества сюда зимой? Кто еще приезжал в парадную резиденцию с наступлением холодов? Хорошо, что при Петре I, хотя и не регулярно, велись походные "юрналы", из которых можно дополнить информацию о зимних приездах Его Величества в Петергоф. Дневник неизвестного поляка из свиты Яна-Казимира Сапеги, опубликованный в издании Ю. Беспятых "Петербург Петра I в иностранных описаниях", книга С. Н. Шубинского "Исторические очерки и рассказы" и другие содержат краткие сведения о посещениях Петергофа в 1726- 1728 годах. 

Камер- фурьерские журналы середины XVIII века свидетельствуют о нескольких приездах в Петергоф Ее Величества- Елизаветы Петровны, а автор первого путеводителя о нашем городе А.Н. Гейрот описал ежегодное появление в Петергофе на Великий пост (в марте- апреле) Александра I.

Какое же значение и смысл было побывать здесь зимой? Отвечая на этот вопрос, я обратилась к исторической литературе, при этом, стремясь прочесть новые издания и редкие книги: "Придворная охота" (материалы выставки 2001 года); "История Петергофа и его жителей. Часть I" В.А. Гущина (2002 года); "Пять принцесс" А. Даниловой (2001года) и дореволюционный труд Н. Татищева "Николай I и иностранные дворы", а также непереведенную на русский язык книгу "Konigen Luise von Preussen" (Berlin, 1995 года). Для получения необходимых сведений я попросила перевести с. 465-475 сотрудника ГМЗ Петергоф Е.А. Ганцеву. 

Этой работой я пыталась ответить и на вопрос: зябли ли те, кто появлялся в Петергофе? Ночлеги и приемы, пышные  обеды и балы несовместимы со стужей. Отапливались ли дворцы? Какие? Как? И всегда ли?

 В петергофскую историю вписаны и две зимы трагедии - начало оккупации 1941/1942ггода и омраченное варварским разрушением освобождение в январе 1944года. Каким был Петергоф, до этого величавый и прекрасный? Но если о периоде с начала 1944 года есть несколько изданий (Шурыгин Я.И. "Летопись восстановления"; Тихомирова М.И. "Памятники. Люди. События."; Азаров В. и Зиначев А., "Живые, пойте о нас"), то о первой зиме пребывания гитлеровцев могли рассказать только они сами. Здесь меня ждала удача: в архиве ГМЗ Петергоф хранятся эксклюзивные материалы: акты, донесения, справки служебных лиц немецкой кунсткоманды. Эти документы написаны по-немецки, переведенные сотрудником ГМЗ Петергоф Еленой Анатольевной Ганцевой, которую я хочу искренне поблагодарить. Ответить на многие мои, зачастую дилетантские вопросы, а также сориентировать на поиск информации мне помогли научные сотрудники ГМЗ Петергоф: А.А Белов, Н.Б. Буланая, Ю.В. Зелянская, О.С. Кислицина, В.Я. Юмангулов и работники научной библиотеки музея, без участия которых моя работа не могла быть написана.



Глава I. С наступлением холодов.



а) В чертежных мастерских.



В зимние месяцы появлялись проекты множества грандиозных петергофских сооружений. По подготовленным чертежам весной приступали к строительству. В начале 1714 года, в соответствии с самыми новыми и высшими достижениями был составлен "текен" (чертеж) ровесника Петергофа- дворца Монплезир. Замысел постройки принадлежит Петру I. Он наметил местоположение дворца, внутреннюю планировку, некоторые элементы и принципы отделки, для чего использовал новейшие альбомы французских архитекторов. Не исключено участие в создании проекта Монплезира архитектора Андреаса Шлютера, прожившего в России и скончавшегося в 1714 года. К началу лета 1719 года был готов другой проект для Монплезира - Лаковой каморы (арх. И.Ф. Браунштейн), заявившей о возможности россиян творить "под Китай".

Строительство самого "ослепительного" петергофского шедевра-Большого Каскада с Гротом началось весной 1715 года Эта дата указывает на работу над этим проектом в зимний период.

	Стал претворяться в действие Указ Петра I от 24 января 1715 года "О строении в будущее лето". Один из пунктов этого документа гласил: "В Петергофе палатки сделать, также канал до моря выкопать"1, кроме канала и дворца планировалось возведение грота с террасами. Помимо чертежей строителям была дана еще и модель центральной части Нижнего парка.









б) Творчество Леблона.



	На зимний период- 1716/1717года приходится наиболее интенсивная деятельность архитектора Жана-Батиста Александра Леблона, прибывшего в Петергоф в сентябре 1716 года. К 1 ноября он оперативно составил план переделки Верхних палат. По нему было предусмотрено сооружение подземного акведука, отводившего от здания грунтовые воды; укрепление фундамента (на стенах к этому времени появились трещины), изменение внутренней планировки и художественного убранства интерьеров, увеличение  размеров окон и дверей. Доношения Леблона конца 1716- начала 1717года содержат множество предложений. По мысли архитектора на каждом фасаде балкон итальянского салона (Центрального зала) удлинялся на всю ширину среднего ризалита, что «пристойнее для лучшего вида, нежели балкон, на котором можно стоять четырем персонам».

	Полы в вестибюлях выстилались мрамором. Лестничные ступени, вытесанные из местного камня, так же предполагалось облицовывать этим материалом. В декабре 1716 года Меншиков писал о том, что Леблон намерен окна и двери переломать; хотя переплеты и двери створки уже делались в Гданьске. Очевидно, на это замечание Меншикова Петр I распорядился в письме от 1 января 1717 года ограничить действия архитектора, согласившись лишь с исправлениями в центре Верхних палат. В начале февраля 1717 года Петр I разрешил все же Меншикову заказ в Гданьске увеличить на 19 двойных дверей. В январе 1717 года Петр I приказал сделать дамбу, используя землю после рытья Сампсониевского канала.

	В феврале 1717года Леблон представил на рассмотрение и утверждение Петром I "Водяного плана", а также программу декорировки Верхнего сада и Нижнего парка. Из этого почти ничего принято не было: "насосный" вариант водоснабжения фонтанов не устроил Петра I, а Верхний сад оставался без фонтанов до 30-х годов XVIII в.

	В конце января 1718 года Петр I согласился интерьеры Монплезира и Верхних палат "убрать дубом" либо использовать панели и штофные обои. После смерти Леблона в 1719 года многое поручалось Браунштейну. В январе 1721 года был утвержден представленный им проект павильона Эрмитаж.



в) "Зимние" Указы.



	Вот лишь некоторые "зимние" коррективы 1722 года: Указ Петра I предусматривал устройство шлюза в Большом каскаде для подъема в нем уровня воды и проведения от него каналов к Монплезиру и Эрмитажу; одновременно повелевалось начать строительство "Ранжереи", лабиринта и фонтанов на террасах.

	В 1724 года не смогли приступить к сооружению новых фонтанов из-за оползня склона. В конце этого года Петр I распорядился сделать у подножия террас "стенку з быками и з сводом, снаружи - белым камнем".

	Со смертью Петра I руководство по работам в Петергофе взяла на себя Екатерина I. Ее Указ от 7 января 1726 года гласил: "немедленно делать Еввину фантану, також фантану против Ранжереи. Это предписывалось выполнить архитектору Усову.

	При Анне Ионовне в ноябре 1737 года дано указание разработать новый проект оформления Руинного каскада. За зимний период архитекторы Земцов и Бланк выполнили несколько вариантов, один из которых за подписью Бланка был утвержден 9 апреля 1738 года. Сливы были решены в виде четырех наклонных скатов, покрытых кусками туфа, между которыми бурлила вода. Январь 1739 года добавил каскаду фигуры драконов. В начале апреля 1738 года приступили к возведению Римских фонтанов. Эта дата косвенно подтверждает работу над проектом в зимний период. Пройдут десятилетия, и зимой 1797 года Римским фонтанам предпишут "одежды" из свердобольского и тивдийского мраморов.

	5 декабря 1745 года Елизавета Петровна повелела Дерастрелию (Ф.Б. Растрелли) "сочинить" чертежи Большого дворца. Начался длившийся до 1755 года период кропотливой основательной перестройки здания в монументальный, но вместе с тем легкий и изящный Большой дворец, с анфиладой парадных залов и личных апартаментов. 



г) Отделка помещений



	Зимние периоды приостанавливали возведение стен зданий и сооружений фонтанов. Работы внутри помещений почти не прерывались с приходом холодов. Декабрь 1718 года дал старт двухгодичному периоду резьбы дубовых панно для Кабинета Верхних палат. Резные "штуки" обязались сделать резчики Фоле, Руст, Фордр и Таконе по эскизам Николя Пино, соотечественника Леблона.

	Февраль 1722 года. Десять саней и двое дровней доставили в Петергоф девяносто четыре лаковых деревянных панно. Они украсят стены своеобразной "шкатулки" - Лаковой каморы дворца Монплезир. Санным путем воспользовались не случайно: торопились к летнему сезону не только поместить панно, но и закончить резьбу, украшавшую стены.

	Всю осень и зиму 1723 года под наблюдением Браунштейна велась внутренняя отделка "другого Монплезира" - павильона Эрмитаж. Настилались дощатые сосновые полы. Устанавливалась дубовая лестница. Мастер Кардасье занимался обустройством плиты на кухне и камина в Зале на втором этаже. Столяр Наум Яковлев делал окна и двери.

	7 декабря 1747 года был утвержден проект переделки Кухни (Поварни) в парадный Ассамблейный зал. Так как капитальной перестройки не предстояло, петербургский купец Козлин обязался за зиму выполнить запланированное и выполнить работу к апрелю 1748 года. Из Поварни были удалены печи и плиты. Увеличилось количество оконных проемов. Был устроен новый вход с Монплезирского сада.

	К маю 1750 года живописец Лоренцо Вернер написал для Аванзала (позже переименованного в Чесменский) Большого дворца плафон "Церера вручающая колосья первому землепашцу Триптолему". Эта работа длилась четыре месяца, с 18 января.



д) Заготовка материалов.



	За зиму торопились заготовить материалы к весне, когда можно было начинать работы в парке. 30 декабря 1718 года Леблон затребовал плитный камень, а в январе 1719 года - листовой свинец для отделки Большого каскада и Грота. В январе 1722 года на архитектора Браунштейна была возложена заготовка камня для возведения Марлинского (ныне "Золотая гора") каскада. В Пудость было направлено двадцать каменщиков для ломки и тески ста пятидесяти плит и ступеней. Добывали плитные "одежды" и в Путиловском и Шелдихинском карьерах.

	Не менее заботливо приобретали произведения скульптуры. В феврале 1717 года из Амстердама прибыло шестьдесят больших и двадцать малых свинцовых позолоченных статуй. 31 января 1720 года Канцелярия городовых дел постановила дополнительно заказать "свинцовые фигуры за морем и поставить их в Петербург в 1720 году или следующем". 15 февраля за отливку взялся английский купец Гиль Томас Эвенс. Но аванс ему задержали и он приостановил работу. Эту деятельность Эвенс возобновил в начале 1721 года. Статуи отправили в августе - сентябре. 21 января 1722 года на учет их принял петергофский комиссар С. Павлов. Дополнительная партия скульптур прибыла в Россию из Гааги в январе 1723 года. В декабре 1725 года, уже после смерти Петра I, привезли пятьдесят восемь ящиков с "марморовыми фигурами".



е) Работы в парке



	Зима прерывала работы в парке, но где это было возможно, они все же велись. Перед возведением в мае 1714 года дворца Монплезир, с зимы по распоряжению Петра I повысили прибрежную территорию. Для укрепления земляной насыпи сделали кирпичную стену, защитив ее мощным откосом из камня. В ноябре 1720 года Канцелярия городовых дел по Указу Петра I дала публикацию о торгах "на зделанье под горою пруда". Этот водоем станет Большим Марлинским прудом. В феврале 1720 года солдаты Нарвского полка и работные люди приступили к выемке земли, которую использовали для сооружения вала. Мерзлую почву, должно быть, копать было трудно. Можно предположить, что работы зимой не была такой интенсивной, как стала весной. А может быть, февральская оттепель позволила взяться за лопаты так рано.

	В 1858 - 1860 годы потребовалась существенная реставрация Большого каскада. Создавая новую более прочную конструкцию сводов и стен по проекту и под наблюдением архитектора Н.Л. Бенуа, решили не прекращать работы зимой 1859 года. Соорудили "балаган" наподобие теплицы, где трудились сто пятьдесят каменщиков и гранитчиков. Их рабочий день длился двенадцать часов, с семи утра. Утром и вечером для них зажигали керосиновые лампы.



ж) Возведение Ропшинского канала



	Невероятным кажется начало прокладки в январе 1721 года Ропшинского канала для снабжения фонтанов Петергофа водой. Трасса в основном проходила по топкой болотистой местности. Ложе канала выкладывали булыжником. Для того, чтобы вода весной и летом не размыла берега, их укрепляли забитыми вплотную друг к другу паженными сваями (бревнами с пазами - глубокими выемками). О грандиозности этой стройки красноречиво говорит количество работающих: ежедневно здесь трудились более двух тысяч человек. Это были солдаты Нарвского, Выборгского, Псковского и Петербургского гарнизонов. Очевидно, зимний период для начала этого сооружения был выбран не случайно. Болото зимой замерзало и было относительно безопасно.

	По долгу службы строители оставались в Петергофе зимой. Иногда количество "зимних" работников было внушительным. Выше уже приводилось цифра две тысячи человек, а в письме от 7 июля 1717 года, в котором А.Д. Меншиков устроил разнос архитектору Леблону, можно прочесть: "Зимой [1716 - 1717 годах] требовали к каналу пятьсот человек, а дано было слишком - тысяча пятьсот человек; и обещали в кратком времени отделать, но и по сие время в совершенство не приведено".

	До января 1725 года в Петергофе круглый год трудились армейские полки, освобожденные от строительной повинности со смертью Петра I. Иногда в Петергоф и его окрестности зимой прибывали именитые особы.











Глава 2. Зимние визиты.



а) Хождение Петра I по работам.



	В первый период строительства Петергоф особенно нуждался в оперативных планах и директивах. Требовались и частые приезды - осмотры на месте. Эту задачу взял на себя Петр I, появляясь в летней резиденции не только тогда, когда погода благоприятствовала, но и зимой. Походный "юрнал" Петра I 1720 года отметил, что 25 января, отобедав и побывав в Петергофе, император отбыл ночевать в Аранибом (Ораниенбаум). Через год, 9 января, осмотрев Монплезир после обеда, он отправился в Ораниенбаум, а оттуда - в Кронштадт. Возвращался Петр I из этой "командировки" в Санкт - Петербург, из Петергофа и Стрельны. Через 20 дней прибыл опять в Петергоф "… тамо ночевать". обедал утром следующего дня (30 января 1721 года) в Петергофе. В это время во дворце (Верхних палатах) случился пожар. В своей книге Н. Архипов и А. Раскин (№7) указывают причину этого несчастья - неисправность печей зимней половины. Последние два слова очень важны как подтверждающие существование обогреваемых помещений Верхних палат. Скорее всего, трапезы и ночлеги Петра I в Петергофе имели место там. "Малые" дворцы оборудовались "глухими" декоративными каминами. Следствием вышеупомянутого пожара стала утрата мраморных полов Большого зала (Итальянского салона) и нижнего вестибюля. Пострадала и отделка помещений. Через три года император опять появится в Петергофе в январе. 8 "генваря" 1724 года "… была великая вода и ночью дождь". Но не смотря на непогоду император отправился в 9 утра (затемно) из Санкт - Петербурга в Стрельну, оттуда "сухим" путем в Петергоф, где "гулял там по работам". Ночь на 9 января Петр I провел в Ораниенбауме, 11 января уже из Кронштадта прибыл в Петергоф, где обедал и заночевал. 12 января Его Величество был на службе в Церкви, скорее всего это была небольшая деревянная церковь в Старом Петергофе, существовавшая с 1708 года (до нашего времени не сохранившаяся).

	Осматривая ансамбль в эти дни, Петр I на месте оперативно составил Указ. Один из пунктов этого документа касался Эрмитажа. Император повелел декорировать его балконом с коваными решетками, а мастеру Мишелю - устроить механизм для поднятия стола. На архитектора Михаила Земцова были возложены обязанности по возведению центрального фонтана у дворца Монплезир, сооружению верхней площадки Грота, отделке интерьеров Верхних палат, а "в Малых галереях, что в партерах, против кашкад делать фонтаны… и свинцовые фигуры".

б) Проездом из Ораниенбаума в "Фаворит"



	При Екатерине I в первые дни марта 1726 года Петергоф посетил Бобруйский староста Ян - Казимир Сапега. Его путь лежал из Вильно в Санкт-Петербург. По дороге гость со своей свитой и Меншиковым заехал в Петергоф, который в это время года не мог блеснуть своими фонтанами, но дворцы предстали во всей красе. Неизвестный польский автор из свиты Сапеги писал 2 марта 1726 года: "Императорский дворец великолепной архитектуры снаружи и изнутри хорошо украшенный". Высоко оценил гость и Монплезир, отметив не только его художественное убранство, но и немалые расходы на это. Что ж, дворцы Петергофа должны были не только пленять, но и демонстрировать достаток владельца. До выезда в Петергоф гости остановились во дворце Меншикова в Ораниенбауме, где "были потчеваны и ночевали со всякими удобствами в богато убраных постелях". Обедали же 2 марта после осмотра Верхних палат и Монплезира в другой усадьбе Меншикова - "Фаворит". (прил. 1).

	Скорее всего, фельдмаршал Сапега со свитой побывал в Петергофе незапланированно. Сапега, о чем пишет в книге "Петергофская дорога" С.Б. Горбатенко, был гостем Меншикова, с дочерью которого предстояло обручиться Бобруйскому старосте.



в) Охота Петра II



	Пройдет чуть более года, и на российском троне воцарится одиннадцати летний Петр II, основным увлечением которого была охота. (прил. 2). Это занятие юного императора всячески поощряли его противники, желавшие отвлечь его от управления государством. Предполагалось, что, заразившись этим занятием, молодой император переберется в Москву. Белокаменная была богата окрестностями с дичью. Одну из первых охот Петра II в семидесяти верстах от Петергофа в середине ноября 1727 года описывает Ю.П. Вигорь в историческом романе "Охота Петра II". К лесу неслись не менее четырехсот борзых и гончих. Впереди на гнедом жеребце скакал егерь Федор Степанов. Охота длилась три дня. Ночевали где придется: в крестьянских избах, на дачах, в шатрах. Петр II не особенно был доволен добычей: двадцать лосей, пятьдесят четыре волка, зайцы, лисицы. Удовлетворился, когда удалось одолеть медведя. Соответствующий его увлечению подарок преподнес Петру II посол Испании де Лириа. Вот запись об этом в его дневнике: "Январь 12 (1728 год). В Новый год по старому стилю я поднес царю очень хорошее охотничье ружье работы Диего Искибеля, которое ему понравилось, и когда я приехал во дворец с поздравлениями, то он приказал мне остаться обедать - милость, каковой он не оказывал ни одному иностранному министру". Петр II увлекался псовой охотой. "Именно ко времени его короткого царствования относится оформление императорской охоты XVIII века с характерным для нее преобладанием псовой охоты над охотой с ловчими птицами". Начало этого временного отрезка - конец 1727 года/начало 1728 года, а место "действия" - окрестности Петергофа. Именно отсюда, 20 января 1727 года Петр II "…после обедни при пушечной пальбе выехал из Петергофа". Его путь лежал через Новгород и Тверь, в Москву. 28 января молодой император прибыл в подмосковное поместье князя И.Ф. Ромодановского. Петергофский сезон охоты и петербургский период жизни Петра II были завершены.



г) Елизавета Петровна в Петергофе



	Камер-фурьерские журналы времен Елизаветы Петровны зафиксировали несколько визитов Ее Величества в Петергоф зимой. Две записи указывают на пребывание ее здесь проездом. 7 декабря 1745 года императрица "остановилась" в Петергофе, следуя из Гостилиц в Царское село. Время этого "визита" было довольно позднее - 6 часов вечера, когда уже темно. Через семь лет Елизавета почтила Петергоф вечерним ужином, после которого отбыла в Санкт-Петербург. Эта вечерняя трапеза вполне могла иметь место в Большом дворце. Перестраиваемый Растрелли, "…средний дворец [центральная часть] вчерне отделан"0 (РГИА, ф. 468, оп. 1, д. 54/1750, л. 4), о чем говорится в ведомости Канцелярии от строений о состоянии работ на начало 1750 года. Были ли в это время уже печи? - Скорее всего да, что подтверждает Указ той же Канцелярии начала 1749 года о поставке в марте изразцов для отделки сорока печей. Ужин же ее Величества вполне мог быть совмещен с осмотром уже почти отделанных помещений. Известно, что Елизавета требовала перестраивать дворец "со всякою скоростью". 10 декабря 1754 года Ее Величество "… изволила иметь выход из Санкт-Петербурга по утру в 8 часов по Петергофской дороге на шалаши и оттоль возвратилась пополудни к 4 к обеденному кушанью".11 Скорее всего, это был небольшой зимний пикник. Зимой в XVIII веке ездили в санях и возках. В томе XL "Энциклопедического словаря" Брокгауза и Эфрона есть изображение зимнего возка Елизаветы Петровны (прил. 3). Повозка снабжалась санями, а плохие дороги заставляли принимать меры против толчков (смазка полозьев, наличие подушек и т.д.). в книге Л.П. Кирилловой дано более подробное описание этого типа зимнего транспорта: "Возки XVIII века имели четыре дверцы и восемь - десять окон. Вмещали до десяти человек".12 По дороге пассажиры не замерзали, так как для обогревания применяли жаровни с тлеющими угольками.

д) Королева Луиза и король Фридрих - Вильгельм III в Стрельне



	По этой причине, очевидно, король Пруссии Фридрих - Вильгельм III и королева Луиза (урожденная Мекленбург - Стрелицкая) (прил. 4) не замерзли по пути в Стрельну. Они прибыли в Санкт-Петербург 26 декабря (7 января) 1808 года. Их визит продлился до 19 (31) января 1809 года. Дневник Луизы включен в книгу, непереведенную на русский язык "Konigin Luise von Preussen. Briefe & Aufzeichnungen. (Berlin, 1995)13. Одна из остановок в пути - Стрельнинский (позже, с 1844 года Константиновский) дворец.

	Запись в дневнике королевы Луизы от 7 января сообщает, что в 11 часов в саду перед воротами у Стрельнинского дворца их встретил Александр I. Интерьеры этого здания поразили гостей роскошью и тонким вкусом.

	Королевская чета прибыла из Мемеля, где "… вела, изгнанная Наполеоном, более чем скромную жизнь в одном из частных домов в Мемеле"14. (ныне Клайпеда). Узурпатор обязал Пруссию содержать двести тысяч солдат Франции и Рейнского союза, но по Тильзитскому договору Наполеон из уважения к Александру I возвратил Пруссии несколько владений и уменьшил контрибуцию по просьбе короля Фридриха - Вильгельма III к Александру I "… об исходотайствовании у Наполеона облегчения тяжелых условий"15. Наполеон же хотел скрепить союз с императором России не только подписанием мира в Тильзите, но и браком с великой княжной Екатериной, сестрой Александра I. Екатерина Павловна отказала корсиканцу и остановила свой выбор на принце Ольденбургском - Георге. На обручение этой пары и прибыли прусские король с королевой.

	Петербург встречал прусскую чету с небывалым почетом. Александр I распорядился на всех домах - и частных и общественных повесить вензели гостей, чем "… словно хотел возместить утрату тех почестей, от которых королевская чета уже отвыкла. Получалось что их приезд затмевал событие, ради которого они приехали."16 Балы и приемы в Петербурге и Царском Селе после встречи в Стрельне следовали сменяя друг друга. Но вот настало время прощального обеда, это было 31 января 1809 года. Он тоже имел место в Стрельне. Перед застольем Луиза беседовала с Александром I "о политике". Во время обеда марши, вальсы и даже "янычарская" музыка сменяли друг друга. Видимо, горечь расставания и возвращения опять в Мемель надо было хоть как то рассеять. На обеде присутствовали и Великий князь Константин Павлович (тогда владелец Стрельны), Мария и Екатерина Павловны. Прощаясь с Александром I Луиза произнесла трогательные слова, полные надежды: "Я вверяю Вам нашу судьбу и счастье моих детей и все, что мне дорого. Вы - наша опора"17. Часть обратного пути Луизу с Фридрихом - Вильгельмом III сопровождали Александр I и Константин Павлович.

	Александр I, владея имением в Петергофе (ныне Александринский или Пролетарский парк, примыкающий к ж/д станции Новый Петергоф) не возвел для себя на его территории построек, но ежегодно прибывал в Петергоф говеть на Великий пост (в марте - апреле). Останавливался Его Величество в угловом Кавалерском доме (прил. 6), который "… в зимнее время тепел", а приобщался к святой тайне император неподалеку, в зимней церкви во имя Воздвижения честного и животворящего креста (прил. 7). Брат Александра I - Николай I, тоже неоднократно бывал в Петергофе зимой. Петергоф же хорошел год от года. И кто бы мог предположить, какие страшные зимы наступят в его истории в 1941-1945 годах.



Глава 3. Две зимы петергофской трагедии



а) В первую оккупационную зиму 1941/1942 г.г.



	В ночь на 23 сентября 1941 года после упорного сопротивления наши части были вынуждены оставить Петергоф. Что же было дальше? Есть данные в книге В. Азарова и А. Зиначева "Живые, пойте о нас". (Л., 1972). Это издание было запрещено и изъято из библиотек через десять лет после выпуска как искажающее факты о петергофских десантах октября 1941 года в Нижнем парке, но все же содержит сведения о первых и последних днях оккупации, а также освобождении Петергофа в январе 1944 года.

	На начало оккупации семьдесят девятого истребительного батальона и ополченцев, ведущих бои с гитлеровцами, почти не существовало. Ораниенбауму и Кронштадту тоже угрожало фашистское вторжение. Всю зиму 1941/1942 годов летчики Ленинградского фронта и корабли Краснознаменного Балтийского флота наносили по врагу сильные удары. Западная граница между оккупантами и нашими войсками проходила за Фабричной канавкой и по Английскому парку.

	Гитлеровцы опутали береговую кромку Финского залива колючей проволокой, их замаскированные орудия били по кораблям у Кронштадта и улицам острова. Кронштадтцы отвечали им ответным огнем. Начальник нашей разведки Фрумкин докладывал ближе к концу 1941 года, что в Петергофе и его окрестностях стоят первая и двести девяносто первая пехотные дивизии, полк СС, танковая бригада и артиллерийские части.

	В день захвата Петергофа - 23 сентября от снаряда загорелся Большой петергофский дворец. Здание горело три дня. Обратимся к записи, сделанной со слов художника - реставратора дворцов - музеев и парков Петергофа Н. П. Удаленкова. Он, как и его коллеги, не успевшие эвакуироваться, укрылись от бомбежки в подвале Корпуса под Гербом. "Когда все, стихло мы вышли и увидели, что горит церковь дворца (она загорелась при обстреле). В это время к Верхнему саду подъехала машина. В ней было два офицера и несколько солдат" - свидетельствовал он. Увидев, что кто-то собирается тушить пожар, гитлеровцы запретили это делать и оттеснили людей к бассейну фонтана "Нептун" (в центре Верхнего сада). "На наших глазах горел дворец. Мы плакали", - горестно заключил свой рассказ Н.Б. Удаленков. Этот факт приводит в книге своих воспоминаний "Памятники. События. Люди " научный сотрудник довоенного и послевоенного Петергофа М.А. Тихомирова: " Фашисты запретили нашим тушить пожар под страхом расстрела ".

	Итак, в Петергоф пришла очередная зима, но этот сезон 1941/1942 годов был первым оккупационным и не имевшим ничего общего с предшествующим. Каким был тогда Петергоф? Фотографии, помещенные в книги "Peterhofer Spaziergange" Дагмар Тобиас, изданной в нашем городе - побратиме Вад-Хомбурге в 2001 году, изображают фашистов во все оружие, а здания - поврежденными. (прил. 8, 9, 10)

	В ноябре 1941 года гитлеровцы создали рабочую группу, куда вошли эксперты Вундер, Штеве, Эссер, Шпер, фон Крузен - Штерн. Они посетили Царское Село, Павловск, Гатчину и Петергоф с 21 по 28 ноября 1941 года. Результаты этой поездки были записаны в "Сообщении о современном состоянии царских дворцов" от 3 декабря 1941 года. В этом документе говорится не только о разрушенных дворцах, поврежденных попаданиями в них артиллерийскими снарядами, но и о частичном вывозе ценностей "большевиками" в Исаакиевский Собор перед началом оккупации. Те экспонаты, что были оставлены "… подвергаются влиянию непогоды, боевых действий, разграблению". В приложении к акту от 31 января 1942 года (г. Ревель) указывается на необходимость собрать «необходимую информацию для запланированной поездки в Петергоф». Это поручение было дано доктору Штрауссу из подразделения пропаганды Эстонии. Другой документ - акт от 31 января 1942 года - фиксирует факт хищения гитлеровцами коллекции фарфора, спрятанной под дворцовой террасой графом Сальмом. Этот же документ указывает на невозможность в данный момент демонтировать скульптурную группу "Нептун" в Верхнем саду, хотя "… речь идет о важнейшей скульптуре той [XVII века] эпохи, от которой немногое сохранилось". Только ли гитлеровцы ценили дату выполнения этого произведения?

	Обратимся к истории группы "Нептун", особенно полно описанной в статье научного сотрудника ГМЗ Петергоф В.Я. Юмангулова (№ 21). Из двухсот центнеров бронзы более тридцати фигур были отлиты в Нюрнберге в 1668 году (скульпторы К. Риттер, Г. Швейгер, И. Эйслер) (прил. 11). Как тут не вспомнить слова маршала Рейхенау о том, что никакие ценности на Востоке (в том числе и России) не имеют значения. Другое дело - произведение скульптур немецкой работы.

Забегая вперед, хочется сообщить, что похищенные вместе с "Нептуном", "Самсон, разрывающий пасть льву", "Сирены", "Наяды" и другие "русские" скульптуры исчезли (вероятнее всего, были переплавлены). "Нептун" же пребывал до конца войны в бункере под Нюрнбергским замком.

Вернемся в конец XVIII века. Великий князь Павел Петрович в 1796 году посещает Нюрнберг и среди других достопримечательностей обратил внимание на группу "Нептун" XVII века (прил. 12). "Обладая отменным художественным вкусом, он не мог не оценить высоких достоинств этого произведения". В конце XVIII века "Нептун" был приобретен и установлен в Петергофе. А вот сообщение гитлеровцев от 31 января 1942 года о том, что "… монумент полностью не защищен и открыт снегу, всем непогодам, как и вражеским ударам". Демонтированного "Нептуна" чуть позже Кунсткоманда отправит на "родину", а возвратят его в Петергоф в декабре 1947 года (прил. 13). В городском же парке Нюрнберга еще с 1895 года находится "двойник" царя морей, выполненный по слепкам с Петергофского образца (прил. 14).

Еще один акт от 21 февраля 1942 года (г. Рига) фиксирует наличие в казино (!) тридцать восьмой оборонительной группы войск в Григорово картин, гравюр, ковров, серебра и других музейных ценностей из дворцов Петергофа, вывезенных гитлеровцами.



б) Освобождение Петергофа (январь 1944 года)



	Пришло долгожданное освобождение. Обратимся опять к петергофской хронике тех дней. А. Зиначев в книге "Живые, пойте о нас" пишет, что в ночь на 14 января 1944 года фашистов бомбардировала наша авиация дальнего действия. Утром "заговорили" орудия артиллерии второй ударной армии, обрушившей на врага свыше ста тысяч снарядов и мин. В этом огневом ударе им вторила артиллерия фортов и кораблей Балтийского флота. Перед ними стояла задача сопутствовать наступающим войскам в пределах дальности своего огня, помогать Приморской группе силами морской авиации. Погода была нелетной, видимость нулевая, снеговая завеса препятствовала выруливающим на старт самолетам, но они героически поднимались в воздух один за другим. Двадцать пять тысяч солдат и офицеров потерял противник за шесть дней наступления Ленинградского фронта. Датой освобождения Петергофа считается 19 января 1944 года.

	Фронтовая корреспонденция первых дней прихода наших войск волнующе описывает Нижний парк с деревьями без верхушек, кроны. срезало снарядами Большой дворец разрушен: взорван и сожжен. Жестокое и страшное зрелище кажется не реальным. Оставленные до оккупации скульптурные группы "Самсон и лев", "Нептун" и прочие отсутствуют. Не были найдены и статуи нимфы Аганиппы и фигуры львов Львиного каскада.

	В Нижнем парке были вырыты траншеи и укрытия, откуда вела огонь вражеская артиллерия. Везде валяются картонки с обозначением секторов обстрела, с именами солдат. В подвалах зданий находили рождественские елочки. В обнаруженной книге "Что нужно знать немцу на Востоке" написаны немецкими буквами русские фразы, одна из которых гласит обращение, очевидно, к хозяйке дома: "Зареш [гуся]. Периа можеш взат себе". На одной из найденных фотографий 1943 года изображен "Самсон".

	Везде были мины. Саперам предстояла длительная и тщательная работа. В семьдесят шестой отдельный инженерный батальон КБФ и отдельная саперная рота двести шестидесятой бригады вели многодневный поиск мин, используя щупы и миноискатели. При разминировании фонтана "Солнце", подорвавшись на мине - ловушке, погиб сержант Гурий Андреевич Севрюгин, комсорг саперной роты, 1924 года рождения. Он не был единственной жертвой. Спасая раненого сапера, погибла медсестра Аня Паренхина. При разминировании Нижнего парка, саперы находили останки бойцов - десантников, их было более пятисот человек. Все они, за исключением нескольких, попавших и в плен, погибли в ночь на 5 октября 1941 года. По трубочкам - медальонам удалось выяснить имена героев - моряков. Их останки надо было достойно придать земле, эту задачу взял на себя райвоенкомат. Захоронены герои десантники на холме у Английского парка.

	Что же представляли из себя дворцы Петергофа? Самую "свежую" информацию содержат воспоминания научного сотрудника предвоенного времени М.А. Тихомировой. 31 января 1944 года ей и ее коллегам из Павловска, Гатчины и Пушкина был выделен небольшой автобус, "выданный" на один день. Но все пригородные дворцы посетить за такой короткий срок было невозможно. Транспорт двигался медленно, дороги были заняты танками и бронетранспортерами. Лавиной шла пехота. Чтобы добраться, Тихомировой пришлось выйти в Красном селе, часть пути она ехала на телеге, подбирающей трупы. 10 километров ей предстояло идти пешком до Стрельны "… совершенно безлюдной среди сожженных домов, подбитых танков и орудий. Здесь нигде не было признаков жизни. Только в небе гудели самолеты, летящие вслед нашему наступлению"10. В отличие от других пригородов Ленинграда, все 26 месяцев оккупации Петергоф перестал быть населенным пунктом: все жители были насильно изгнаны.

Подходя к воротам Верхнего сада, Тихомирова еще не знала, что в одном из пилонов неразорвавшийся фугас. Это станет известно летом, когда его своевременно обнаружат и благополучно обезвредят, причем, взорвут не на месте, а осторожно извлекут, не повредив памятник искусства. Весь Верхний сад пересекал громадный противотанковый ров, а за ним обгорелые руины Большого дворца. В центре здания был провал, а над ним - только одна стена, готовая вот-вот обрушиться.

	Сравним две фотографии Большого дворца. Одна из них (прил. 15) была помещена в одном из немецких журналов 1942 года. На ней еще видны все стены центральной части. На другой, сделанной в январе 1944 года (прил. 16) уже предстает одна (южная) стена. Похоже, подтверждаются слова М.А. Тихомировой: "Большой дворец не только сожжен, но и подорван в центральной части, вместе с серединой террасы"11.

	До многих уголков Нижнего парка из-за завалов снега и груд обломков было не добраться. "Нижний парк сверху казался пустыней с мертвыми черными деревьми"12 -, вспоминала М.А. Тихомирова.

	Меньше других пострадал любимый дворец Петра I - Монплезир (прил. 17). Посещение этого разрушенного музея описывает в своей книге "Летопись восстановления" первый послевоенный директор дворцов и парков Петергофа Яков Ильич Шурыгин (прил. 18).

	На террасе Монплезира была огневая точка - крупнокалиберный пулемет, ствол которого был направлен в сторону залива. В Монплезирском саду находилось несколько дзотов. В годы оккупации в здании были нары и железные печки - "буржуйки" для комфортного проживания солдат. Трубы печек вставлялись в камины, для чего по прекрасной гипсовой лепнине были пробиты отверстия. "Топливом" служили рамы окон и дверей, паркеты, панели, панно из Лаковой каморы. Остались только подпорные столбы в галереях, их не тронули, побоявшись обвала. На плафонах были следы пуль, целились в маски и фигурки, изображенные в первой четверти XVIII века художником Ф. Пильманом.

 От бомбы замедленного действия, уже после ухода гитлеровцев, взорвался дворец Марли. Павильон Эрмитаж был без окон и дверей. Из всего ценного убранства Екатерининского корпуса был эвакуирован Гурьевский (Русский) сервиз, немного бронзовых предметов и мебели. Все остальное погибло при пожаре, пострадало и само здание: от него остались лишь обугленные стены. От грандиозного Львиного каскада остался фрагмент из шести колонн. Оккупанты вывезли несколько тысяч музейных экспонатов. В результате вырубки фашистами и попадания снарядов была уничтожена треть всех зеленых насаждений.

	18 февраля 1944 года откроется летопись восстановления пригородных дворцов - музеев и парков, - в их числе и петергофских. В Доме архитекторов пройдет первое заседание, посвященное возрождению памятников искусства XVIII - XIX веков. Основной доклад сделал начальник инспекции по охране памятников Ленинграда Н.Н. Белехов. Не менее трепетно, заполненному до отказа залу, рассказывали об увиденном, побывавшие на местах научные сотрудники - авторы  содокладов. Пройдут годы, десятилетия, история восстановления отметит и перевалит за полувековой юбилей. Хотя и сделано очень много, работы в Петергофе все еще продолжаются.



Заключение.



	Зима не красила Петергоф. Фонтаны затихали, деревья стряхивали листву, цветы увядали. Лишь дворцы, как кавалергарды, оставались на месте. Незачем было сюда прибывать и гостям и двору, но сбрасывая роскошные летне - осенние одежды, Петергоф начинал готовиться к очередному, будущему лету, чтобы предстать еще грандиознее и ослепительнее. В тиши чертежных мастерских творили лучшие архитекторы XVIII - XIX веков для воплощения весной своих замыслов. Активно заготавливались материалы и приобретались произведения искусства. Зима не давала передышки работающим в парке вне помещений, - будь хоть какая-то малейшая возможность, кипела работа по отделке помещений. 

	Эта деятельность, особенно в первые годы возведения Петергофа диктовала пристальный надзор и прибытие архитекторов, мастеров да и самого Петра I сюда даже зимой. Другим правителям в этом было далеко до него, да и разные они были. Подросток Петр II мог появляться близ Петергофа зимой разве что заняться своим любимым делом - поохотиться, Елизавета в то же время года - проездом, скорее обратно либо дальше – в Царское Село. Но и без фонтанов Петергоф впечатлял своими дворцами.

	Работая над темой, я не ставила цели составить хронику всех визитов зимой, которых, несомненно, было больше. Хотелось описать разные посещения - по цели прибытия, продолжительности (как правило, остановки были краткосрочными), результативности.

	Сложно было ответить на вопрос об отоплении Большого дворца зимой. Есть сведения о действующих печах в Верхних палатах. Но проживание Александра I в Кавалерском доме и первое с последним посещение Стрельнинского дворца прусской королевской четой косвенно исключает тепло в интерьерах огромного здания.

	После 1918 года во дворце, ставшем музеем, проводились экскурсии. Экскурсоводам полагалось "зимняя" надбавка к окладу. Но самые жуткие зимы пришлись в Петергоф с гитлеровским вторжением. Руины, грабежи, мины омрачали освобождение в январе 1944 года.

	Сейчас Петергоф пишет славную летопись восстановления. Торопятся за зиму реставрировать что-нибудь из еще недоступного посетителям. К весне - славному юбилею Санкт-Петербурга - откроют двери Корпус под Гербом и Царицын павильон.















Список использованных материалов:

Архивы ГМЗ Петргоф

Архипов Н.И. Большой дворец. Часть I. [Неопубликованная рукопись] - 1956 г. -19с. - № Р-5;

Архипов Н.И. Справка к проекту реставрации Нижнего парка. [Неопубликованная рукопись]. - 1966 г. - 104с - № Р-237;

[Документы 1941-1942 г. г.] - № Р-134А. ВУ-6750ар;

Походные и камер-фурьерские журналы

Походные журналы Петра I. 1717-1721 г.г. - СПб., 1855 г. - (1717 г. - 36с., 1718 г. - 21с., 1719 г. - 131 с., 1720 г. - 51с., 1721 г. - 76с., 1722 г. - 194с., 1723 г. - 41 с., 1724 г. - 49с.);

Камер-фурьерский журнал 1754 г. - СПб., 1855 г. - 127с.;

Книги:

Александр I. Сборник. (сост. Н.И. Суворова. - М.: Новатор, 1998 - 367с. - (Российские судьбы));

Архипов Н.И. и Раскин А.Г. Петродворец - Л.  - М.: Искусство, 1961 - 331с., пл;

Беспятых Ю.Н. Петербург Петра I в иностранных описаниях. - Л.: Наука, 1991 - 279с., пл.;

Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь. Том XL - СПб., 1904 - 468с., пл;

Вигорь Ю.П. Охота Петра II. Исторический роман - М.: Центрполиграф, 2002 - 510с.;

Гейрот А.Н. Описание Петергофа [Репринт. Издание] - СПб., 1868 - 141с., пл., карт.;

Данилова А. Пять принцесс - М.: Изограф, 2001 - 464с., пл;

Кириллова Л.П. Старинные экипажи - М.: Красная площадь, 2000 - 207с., пл;

Придворная охота - М.: Художник и книга, 2002 - 431с;

Россия XVIII век глазами иностранцев - Л.: Лениздат, 1989 - 344с;

Татищев С.С. Император Николай I и иностранные дворы. Исторические очерки - СПб.: типогр. И.И. Скороходова, 1889 - 459с;

Тихомирова М.И. Памятники. Люди. События. - Л.: Художник РСФСР, 1984 - 400с.,пл;

Шубинский С.Н. Исторические очерки и рассказы - М.: Моск. Рабочий, 1995 - 260с;

Шурыгин Я.И. Летопись восстановления  - СПб - Петергоф: Абрис, 2000 - 144с., пл;

Konigin Luise von Preussen. Briefe & Aufzeichnungen. 1786 - 1810 - Berlin: Kunst - verlag, 1995 - 631s.;

Статья из журнала:

21. Юмангулов В.Я. Фонтан "Нептун" - Пинакотека, 1999, № 3-4 (10-11) - с. 170-175.

Список приложений:

Чертежи дачи Меншикова "Фаворит";

Петр II едет на охоту;

Зимняя повозка Елизаветы Петровны;

Королева Пруссии Луиза;

Екатерина Павловна;

Угловой Кавалерский дом;

Крайний Кавалерский дом;

8,9,10 Фотографии времен оккупации;

11. Авторы "Нептуна";

12. Изображение "Нептуна" с рисунка XVIII века;

13. "Нептун" сегодня;

14. "Нептун" в Нюрнберге;

15. Большой дворец 1942 года;

16. Большой дворец 1944 года;

17. Дворец "Монплезир" 1944 года;

18. Я.И. Шурыгин и М.А. Тихомирова.