Финансово-экономическое сотрудничество США и Турецкой Республики в 80-90 годах

Реферат

Финансово-экономическое сотрудничество США и Турецкой Республики в 80-90 гг.




Новый экономический курс, проводимый по инициативе Тургута Озала особенно активно с середины 80-х годов и направленный на либерализацию экономики, открытие ее внешнему миру, перевод на рыночную основу, приватизацию и т. д., создал дополнительные благоприятные стимулы для дальнейшего развития экономических связей Турции со странами Запада, в том числе с США. Последние активно поддержали указанные меры, их интерес к Турции был усилен рядом военно-политических факторов в регионе, в частности антиамериканскими настроениями иранского правительства Хомейни и развитием других, нежелательных для США и союзника Израиля событий в регионе. Со своей стороны турецкие правящие круги, ратифицировав подписанное в марте 1980 г. между Турцией и США соглашение о сотрудничестве в области обороны и экономики (сохраняет силу до настоящего времени), заключив ряд соглашений с международными финансовыми организациями, контролируемыми США, а также контрактов об участии крупнейших американских корпораций в развитии ряда отраслей турецкой экономики, не без основания рассчитывали, что укрепление союза с США будет способствовать выходу Турции из социальных и экономических трудностей, обусловленных также и рыночными реформами. Разумеется, Турция уделяла внимание развитию экономических связей и с западноевропейскими странами, и с Японией. Тем не менее, в начале 80-х годов США смогли в определенной мере «потеснить» своих западноевропейских союзников и в торговле, и в сферах финансово-экономического и военно-экономического сотрудничества. США играли также лидирующую роль и в формировании внешнеэкономической и политической ориентации Турции, особенно в отношении СССР и ближневосточных стран.

Как и ранее, в 80-е годы она оставалась важнейшим каналом внешнеэкономических связей Турции с США. Если взять показатели 1976 г. в качестве наиболее характерного примера, отражавшего спад торгово-экономического сотрудничества двух стран в период действия американского эмбарго в отношении Турции (1974-1978 гг.), и сравнить их с показателями 80-х годов, становится очевидным интенсивный рост такого сотрудничества за 14 лет (1976-1989 гг.). Товарооборот между США и Турцией за указанные годы увеличился в 5 раз – с 617 млн. до 3067,2 млн. долл., причем турецкий экспорт возрос с 191,4 млн. до 971 млн. долл., а импорт – с 425,6 млн. до 2096,2 млн. долл.1 Одновременно возросла и доля этого товарооборота в общем товарообороте страны (с 8,8% в 1976 г. до 9,7% в 1989 г.), который, кстати, в целом также заметно увеличился.

Рассматривая структуру экспорта и импорта турецко-американской торговли, следует отметить постоянную тенденцию к диверсификации номенклатуры турецких товаров, четко обозначившуюся особенно в 80-е годы в результате успехов индустриализации. В 1983 г. Турция экспортировала в США продукцию 59 наименований, хотя самой значительной статьей все еще продолжал традиционно оставаться табак – высокосортное сырье для производства американских сигарет. В 1984 г. его стоимость в экспорте в США составила 135,6 млн. долл., или 36,6%. Также важными статьями сельскохозяйственного экспорта Турции в США были фундук, инжирная паста, сухофрукты, пряности, хлопок и др. Значительны были поставки на американский рынок турецкого феррохрома, хромовой руды, борной кислоты и других сырьевых товаров2.

Важная и новая тенденция турецкого экспорта на рынок США – увеличение в нем доли промышленных товаров: продукции сталелитейной и текстильной промышленности (1984 г. – 30,8%)3. Эти отрасли в 80-е годы развивались ускоренными темпами, например, за пять лет (1982-1986 гг.) производство стали в Турции выросло более чем в 2 раза и достигло 7,3 млн. т4. Не менее динамично развивалась и текстильная промышленность. По производству хлопчатобумажных и синтетических тканей, готовых изделий в 80-е годы Турция успешно выходила в десятку мировых лидеров. Однако именно в вопросах экспорта текстиля и продукции черной металлургии в США между двумя странами в те годы сложились и в известной мере еще сохраняются серьезные трения. Так, по данным газеты «Тиджарет», стоимость экспорта турецкого текстиля на американский рынок в 1985 г. составила 110 млн. долл., в то же время ее власти заявляли, что Турция могла бы довести поставки текстиля в США до 400 млн. долл., что, кстати, способствовало бы снижению дефицита внешнеторгового баланса Турции в торговле с США. В 1986 г. американцы, несмотря на настоятельные просьбы правительства Турции, согласились увеличить квоту для турецкого текстиля лишь на 10% (т.е. до 120 млн. долл.), что, по мнению турецкой стороны, было явно недостаточно5. По этому поводу Турция грозилась даже подать жалобу на США в ГАТТ. Аналогичная неудовлетворенность турецкой стороны высказывалась и в отношении позиции стран Запада в вопросах экспорта других турецких промышленных товаров: минеральных удобрений, цемента6.

Американская сторона ограничение экспорта турецкого текстиля объясняла тем, что он не столь конкурентоспособен, как текстиль из Южной Кореи, Гонконга и других стран. Вторая существенная причина ограничения турецкого экспорта – стремление США увязать вопрос открытия американского рынка для турецкого текстиля с расширением американского военного присутствия в Турции. Так, американский бизнесмен Бордер в интервью газете «Миллиет» заявлял: «Вы [турки] нам базы – мы вам рынок для текстиля»7.

Среди других причин, тормозивших в целом развитие турецкого экспорта в США, можно упомянуть и относительно низкую конкурентоспособность турецких товаров. Кроме того, некоторые из них (например, хлопок, цитрусовые, фисташки, изюм, сухофрукты и овощи) производятся в США и экспортируются ими самими, нередко даже на более выгодных условиях; негативно сказывается на турецком экспорте также большая удаленность рынка США от Турции и соответственно большие транспортные расходы; относительно слабой оставалась реклама турецких товаров.

Что касается турецкого импорта из США, то хотя его структура в 80-е годы и не претерпела больших изменений, объем по стоимости увеличился почти в 4,5 раза. Основными его статьями, например, в 1983 г. были станки, машины и различное оборудование (17,6%), продукция сталелитейной промышленности (13,5%), химической промышленности (19,8%), минеральное топливо (13,1%), транспортные средства (5,9%), зерновые (3,8%)8. Отдельным важным каналом американских поставок были поставки вооружения, финансируемые, как правило, по программам военной помощи. Турция давно стремится за счет импорта из промышленноразвитых стран, включая США, проводить индустриализацию, привлекая передовую технологию. Будучи не в состоянии сбалансировать этот импорт увеличением своих экспортных поставок, Турция вынуждена многие годы мириться с хроническим дефицитом в торговле с развитыми странами. Так, в торговле с США только до 1929 г. ей удавалось поддерживать активное сальдо9, все же последующие годы турецкий импорт из США значительно превышает экспорт в эту страну. Более того, в 80-е годы, особенно с 1982 г., дефицит в турецко-американской торговле резко возрос: с 315 млн. долл. в 1980 г. до 1125,2 млн. долл. в 1989 г.

Американская финансово-экономическая помощь уже много лет играет значительную роль в развитии турецкой экономики. Существуют трудности при определении размеров и выделении из общего объема внешних ресурсов американских инвестиций, поступающих в турецкую экономику, поскольку финансово-экономическая помощь США направляется по нескольким каналам: на двух- и многосторонней основах, в рамках военно-экономического сотрудничества, а также в виде частных капиталовложений и ссуд коммерческих банков. Особенно трудно выделить средства американского происхождения из кредитов, которые предоставляются в рамках международных финансовых институтов (прежде всего МБРР, МВФ и др.), где присутствие американского капитала и влияние его контроля очень велико. Здесь уместно отметить, что только по линии международных организаций долг Турции в 80-е годы составил 6,6 млрд. долл. (1986 г.), или 21% всего внешнего долга страны10.

Первый крупный кредит стран-членов ОЭСР в начале 80-х годов был предоставлен Турции на заседании в Париже в апреле 1980 г., сразу же вслед за подписанием между правительствами США и Турции Соглашения о сотрудничестве в области обороны и экономики. США приложили значительные усилия для оказания давления на своих партнеров по военным и экономическим союзам с целью заставить их пойти на дополнительные финансовые расходы для «больной страны Европы» – Турции. Общая помощь 16 стран-членов ОЭСР составила тогда 1161 млн. долл. Самая большая доля приходилась на США и ФРГ – по 295 млн. долл.11 Необходимо отметить, что кредиты США на межгосударственной основе предоставлялись в среднем сроком на 40 лет с 10-летним льготным периодом (процентная ставка – от 2,3 до 2,5%), а помощь по линии международных организаций – на более жестких условиях, в среднем на 25-летний период с пятилетним льготным периодом, причем процентная ставка колебалась от 7,25 до 9% и более12. Анализ финансовой помощи Турции по линии МБРР за 1982-1986 гг. показывает, что она шла на стимулирование развития и подготовки проектов в области сельского хозяйства, строительство ГЭС, развитие экспортной способности мелких и средних предприятий Турции и др.

Частные американские инвестиции в турецкую экономику. Появление американских компаний на турецком рынке приходится на 50-е годы. С тех пор здесь обосновались фирмы как со 100%-ным, так и с долевым участием американского капитала («Эрсквиб энд Санз Иляч», «Гудийр», «Униройял», «Крайслер санаи», «Кока-Кола», «Пепси-Кола», «Мобил Ойл» и др.). При этом их общее число до начала 80-х годов было довольно стабильным (от 17 до 19 фирм). По сумме вкладов в турецкую промышленность в середине 70-х годов фирмы США и смешанные компании с участием американского капитала занимали второе место, уступая первенство французским. Эти фирмы функционировали в пищевой, химической, фармацевтической, горнодобывающей, транспортной, нефтеперерабатывающей и других отраслях промышленности. В изготовлении автопокрышек американские фирмы «Гудийр» и «Униройял» обеспечивали тогда 37,18% выпуска этого вида продукции в стране13.

С начала 80-х годов, после того как турецкое правительство провело ряд мероприятий, способствовавших притоку иностранного капитала в страну, происходит не только увеличение американских инвестиций, но одновременно изменяется их структура. Одним из важных изменений был рост притока в Турцию банковского капитала США. Три крупных американских ТНБ («Сити бэнк», «Америкэн экспресс» – 100% участия американского капитала в местных отделениях; «Бэнк оф Америка» – 25% участия) открыли свои представительства в Турции. К середине 80-х годов в Турции функционировали уже восемь частных банков с участием капитала США. Три американские компании – «Интернешнл харвестер» (10,4% участия в смешанной компании TOE), «Пфайзер» и «Кока-кола» (100% участия) удвоили свои капиталовложения, доведя их до 4,8 млн. долл.14 Сумма, конечно, скромная, однако данный факт говорит о возрастании интереса американских бизнесменов к турецкому рынку. В начале 80-х годов в стране самыми крупными американскими компаниями были: «Мобил ойл» (владевшая бензоколонками, а также через свои филиалы – 56% акций турецкой компании АТАШ, построившей нефтеперегонный завод в Мерсине, и 49% акций компании ИПРАШ, которой принадлежит крупнейший нефтеперегонный завод в Измире), «Дженерал электрик», имевшая 51% акций в смешанной компании «Тюрк дженерал электрик ТАШ», (сборка холодильных агрегатов, моторов к стиральным машинам) и 60% акций в «Дженерал электрик тюрк А. Ш.» (электролампы); «Зингер» (контролировала сборку швейных машин, холодильников, стиральных машин, газовых печей и транзисторных приемников); «Форд» владел 49% акций турецкой автосборочной компании ОТОСАН. Действовали и другие, более мелкие американские компании15.

На протяжении 80-х годов по мере продвижения рыночных реформ присутствие капитала США в Турции расширяется. Успешным оказалось его наступление на турецкую табачную промышленность; отменой государственной монополии в этой отрасли воспользовались прежде всего две крупные табачные фирмы США («Филип Морис» и «Рейнолдс»). Бывший генеральный директор государственного предприятия «Текель» Р.Дыблан утверждал, что «табачному производству Турции нанесен сильнейший удар», в страну открыт бесконтрольный доступ импортных сигарет; разрушена государственная монополия табачной промышленности, «принятый закон на руку только тем, кто сотрудничает с иностранным капиталом»16. Частные инвесторы из США начали интересоваться возможностями вложения своих капиталов в самые современные отрасли промышленности (атомную энергетику, авиационную, электронную и др.). Например, в 1983 г. две американские компании «Вестингаус» и «Дженерал электрик» обратились к турецкому правительству с целью получения разрешения на участие в строительстве АЭС им. Ататюрка в Аккей. Сообщалось, что кредиты в сумме 2 млрд. долл. будут обеспечены «Эксимбанком»17. Правда, ни один проект строительства в Турции АЭС так до сих пор не реализован – чернобыльская трагедия, частые крупные землетрясения в Турции удерживают власти от их реализации, несмотря на дефицит электроэнергии.

В декабре 1985 г. между Турцией и США было подписано соглашение о взаимной защите инвестиций в экономику18. Трудно представить, что это соглашение смогло в равной степени служить интересам капитала двух стран: мощным ТНК США и еще не набравшим силу турецким компаниям. Тем не менее, к началу 1987 г. в США действовало представительство крупнейшего турецкого государственного банка («Зираат банкасы») и 12 представительств частных турецких фирм. Даже эти наиболее крупные турецкие фирмы, обосновываясь на американском рынке, жаловались, что их представительства едва оправдывают себя, так как только одно их содержание обходится достаточно дорого – 150-200 тыс. долл. в год19. Безусловно, такого рода трудности американский бизнес в Турции преодолевает легче, для турецких партнеров в известной мере он становится школой новейшего предпринимательства, использующего самую современную технологию ведения бизнеса. Стремясь к расширению своего присутствия на рынках развивающихся стран, американский частный капитал в 80-90-е годы все активнее использует новейшие технические достижения, например, компьютеризацию, Интернет. По сумме инвестиционных вкладов (67 312 тыс. долл.) американские фирмы в 1988 г. были на четвертом месте после Великобритании, Швейцарии и ФРГ20.

Журнал «Нокта» в 1988 г. поместил статью о 100 самых богатых семьях Турции. В ней отмечалось, что капитал указанных семей в основном «был нажит благодаря сотрудничеству с американцами, которое приносит большие доходы и в то же время создает контраст даже среди представителей буржуазии, разделяя их на очень богатых и сравнительно “бедных”». Автор статьи указывает, что семейные кланы В.Коча, С.Сабанджы и другие обладают богатством, превышающим 200 млрд. лир (или свыше 200 млн. долл. на каждый семейный клан), которое дает им право считать себя «средними миллионерами даже среди самых богатых людей Америки»21.

Важная сторона деятельности капитала США в Турции со второй половины 80-х годов – участие в начавшейся приватизации турецкой экономики, на чем всемерно настаивали и международные финансовые организации. Уже в 1984 г, после восстановления гражданской власти в стране МБРР согласился профинансировать пять проектов, касающихся приватизации ряда предприятий госсектора22. Специалисты американской компании «Морган гаранти траст», находившиеся в Турции в 1985 г. с целью изучения возможностей увеличения частных инвестиций США, представили в турецкий меджлис доклад, согласно которому государственные предприятия «Тюрк хава йоллары», «Усаш», «Читосан», «Енисан» и «Турбан» предлагалось передать в частный сектор в первую очередь23. Вскоре эти рекомендации стали претворяться в жизнь.

Военно-техническое сотрудничество. Тесное сближение в военной области между двумя странами началось в послевоенный период; оно, по мнению турецкой стороны, диктовалось «территориальными претензиями со стороны советского правительства», «существованием советской военной угрозы». Подписание после Второй мировой войны ряда американо-турецких соглашений об оказании помощи Турции в рамках «доктрины Трумэна» (1947 г.) и по «плану Маршалла» (1948 г.), вступление в 1952 г. в НАТО на длительные годы оформило американо-турецкое военно-экономическое сотрудничество. По этим соглашениям в Турцию поступало вооружение и военное оборудование, направлялись американские советники и инструкторы. Однако, несмотря на эту значительную помощь (например, только за 1965-1975 гг. ей было выделено 3,5 млрд. долл.), к началу 80-х годов турецкому правительству так и не удалось создать современную боеспособную армию. По признанию газеты «Миллиет», проводившей специальное исследование военной помощи США (начиная с 1954 г. и до конца 70-х годов), последние выполнили свои обязательства только на 20%, недопоставив оружия, техники и снаряжения в общей сложности на 10 млрд. долл.24

Подписание между Турцией и США 29 марта 1980 г. упоминавшегося выше Соглашения о сотрудничестве в области обороны и экономики знаменовало собой новый этап в развитии военно-экономического сотрудничества между двумя странами. В нем было зафиксировано сохранение приверженности сторон принципу «неотделимости обороны от экономики». Этот принцип, как далее будет показано по 90-м годам, сохраняется и поныне и составляет, на наш взгляд, главную особенность экономических связей Турции с США. Соглашение предусматривало ликвидацию отставания турецкой армии – самой большой в НАТО по численности после США. Этот достаточно обширный документ включал такие меры, как предоставление Турции современной военной технологии, реконструкция старых и строительство новых центров связи в различных городах страны, налаживание производства различных видов вооружения, модернизация военно-воздушных баз, ВВС, танковых войск и другие меры25.

В контексте этих договоренностей в 1983 г. турецкое правительство подписало крупнейший за всю историю турецко-американских военно-экономических отношений контракт с компанией «Дженерал Дайнемикс» на закупку, сборку и ремонт 160 новейших американских истребителей F-16. Стоимость этого контракта оценивалась примерно в 4 млрд. долл. Турецкая государственная компания «Тэркиш эйркрафт индастри» (тур. название «Тусаш») была названа головной организацией в осуществлении этого проекта, на нее по контракту возлагалась ответственность за сборку самолетов, оказание помощи в их производстве и ремонте, а в дальнейшем производство запасных частей, предназначенных для нетурецких заказчиков.

«Тусаш» была представлена двумя фирмами: одна («Тусаш-Теи») должна была заниматься сборкой, а в дальнейшем производить моторы; другая («Тусаш-Таи») – собирать, а в дальнейшем производить комплектующие узлы и отдельные детали для самолетов. Вложения в уставной капитал «Тусаш-Теи» турецкой стороны составили 51%, а 49% внесены американской компанией «Гетско», которая обеспечивала предприятие чертежами, оборудованием для испытания моторов, специалистами и создавала в штате Огайо учебный центр для подготовки турецкого технического персонала. Участие с турецкой стороны в основном ограничивалось предоставлением земельного участка, рабочей силы и строительными работами. В группе «Тусаш-Таи» также 51% уставного капитала (70 млн. долл.) принадлежало турецкой стороне, 42% – американской компании «Дженерал Дайнемикс» и 7% – «Гетско» (всего 67 млн. долл.). Группа «Тусаш-Таи» построила сборочный завод, правильнее сказать, мастерские в местечке Мюртад (близ Анкары)26.

Что касается модернизации танковых войск Турции, то по соглашению, устаревшие танки М-48 американского производства времен корейской войны оснащались новыми прицельными устройствами, а также 105-мм пушками. В связи с этим Турция закупила у фирмы «Тексас инструменте» 760 танковых прицелов на сумму 75,8 млн. долл. Кроме того, сообщалось о приобретении лазерных приборов-дальномеров и другого военного оборудования общей стоимостью 196,5 млн. долл. Поставки его должны были начаться в 1987 г. и завершиться в течение двух лет27.

Оценивая результаты развертывания соглашения, нельзя не отметить его эффективность. Со второй половины 80-х годов американские компании интенсивно и успешно проводят модернизацию заводов и фабрик, уже существовавших в Турции в течение длительного времени, а также создают современные отрасли промышленности, имеющие военное значение. Помимо реализации проекта по F-16, осуществлялось привлечение американской технологии и частных инвестиций в крупную турецкую (тогда – государственную) компанию «Макина ве кимья куруму». Она наладила сотрудничество с американскими фирмами «Дженерал дефенс корп.» и «Ройял орднанс фэкторис», наладив производство ракет, артиллерийских и зенитных установок. С американской финансовой помощью осуществлялась модернизация морской верфи в Гельджуке (именно там случилось недавнее крупнейшее землетрясение): с 1962 г. до конца 80-х годов здесь было изготовлено 30 подводных лодок. Компания «Асельсан» сотрудничает с американцами и специализируется в выпуске продукции электронной промышленности28. В целом можно отметить, что успешное выполнение этого соглашения отражено в резком увеличении объема военной помощи из США в Турцию: за 1980-1985 гг. ее сумма достигла 2,6 млрд. долл.29 В 80-х годах Турция вышла на третье место среди получателей американской военной помощи (после Израиля и Египта). Во время визита Т.Озала в США в 1987 г. было официально признано сторонами, что военный долг Турции исчисляется в 3,5 млрд. долл., из которых 1,6 млрд. долл. – основной долг и 1,9 млрд. долл. – проценты30.

Период 90-х годов. Хронологический рубеж 80-х и 90-х годов стал, как известно, и рубежом в развитии важнейших мировых событий, ознаменовал окончание холодной войны и одновременно положил начало новому расширению НАТО на Восток. Вместе с тем этот рубеж определялся и распадом СССР, появлением в евразийском регионе новых независимых государств, стремлением США к созданию однополярного мира на фоне набирающего силу процесса глобализации, стремительным взлетом региональных амбиций Турции, поддерживаемых США и принимающих подчас откровенно националистическую форму. Как представляется, политический фон нового периода экономического сотрудничества Турции с США на исходе XX столетия особенно ярко олицетворяют заявления руководителей двух государств и комментарии в турецких СМИ во время саммита в Стамбуле в ноябре 1999 г. Газета «Миллиет» приводит, например, следующий диалог между С.Демирелем и Б.Клинтоном:

«С.Демирель: Период холодной войны Турция и США успешно пережили, им надлежит тесно сотрудничать и далее, придерживаясь единой политики в условиях нового мирового порядка.

	Б.Клинтон: История предоставила Турции большой шанс… Действуя уверенно и твердо, она сможет добиться очень большого прогресса, и США всегда окажут ей в этом большую поддержку. На Кавказе, на Балканах, в Центральной Азии, на Среднем Востоке Турция – ключевая страна. Если этот фактор должным образом использовать, Турция станет одной из ведущих держав XXI века.»

	В этом же выпуске газеты влиятельный обозреватель Доган Хепер писал: «Считается, что с окончанием холодной войны значимость Турции сохраняется. Кончилась конфронтация, Москва просто сдалась, коммунизм оказался на пыльной полке истории. Однако это не значит, что значимость Турции исчерпана. Факты опровергли предположения. В однополюсном мире Турция приобрела еще бóльшую значимость, США, Англия и Израиль считают ее своим самым важным союзником. Значимость Турции сегодня в том, что она – самая сильная, самая крупная и самая нужная страна для Центральной Азии, Кавказа, Среднего Востока и Балкан. Эту значимость Клинтон подкрепил своей программой продолжительного визита в Турцию»31.

За 90-е годы экономическое сотрудничество пополнилось новыми факторами, уточнялось новыми правовыми актами, например соглашениями о научно-техническом сотрудничестве (1994 г.), о взаимодействии в агросфере (1995 г.), избежании двойного налогообложения (1996 г.), таможенной кооперации (1996 г.) и другими, призванными совершенствовать и укреплять правовую сторону экономических связей. Последний такого рода документ – соглашение между двумя странами о развитии торговли и инвестиций, подписанное 29 сентября 1999 г. в Вашингтоне. В нем наряду с американским министром промышленности и торговли от имени нового коалиционного правительства Турции подпись поставил и министр А.Танрыкулу, как бы подтвердив готовность новой власти выполнять ранее заключенные с США договоры, регулировать тарифы, защищать права интеллектуальной собственности и т.д. Ст. 2 договора предусматривает функционирование межминистерского турецко-американского совета по торговле и инвестициям, в котором предстанут руководители двух государственных ведомств: секретариата по внешней торговле Турции и Палаты торговых представителей США. Статьи 3 и 4 предусматривают необходимость регулярных консультаций по конкретным вопросам торговли и инвестиций, увеличения объема и ассортимента товаров и услуг32.

Торговля в 90-е годы, как и ранее, составляет основу экономического сотрудничества между двумя странами. Согласно аналитической записке, полученной автором от влиятельной негосударственной организации Турции – Совета по внешнеэкономическому сотрудничеству (тур. ДЕИК), объем этой торговли в 1991-1998 гг. возрос вдвое – с 3,2 млрд. до 6,3 млрд. долл. (по экспорту из Турции: с 913 млн. до 2,2 млрд. долл., а по импорту из США: с 2,3 млрд. до 4,1 млрд. долл. В прошедшем десятилетии, подчеркивают эксперты ДЕИК, США стабильно занимали 2-е место в турецком товарообороте среди всех ее иностранных партнеров (9% составлял турецкий импорт и 8% – турецкий экспорт)33.

Отмечается значительный успех в увеличении Турцией в экспорте доли текстильной продукции: в 1998 г. ее стоимость достигла 1 млрд. долл. Другие наиболее важные статьи турецкого экспорта 90-х годов – табак (243 млн. долл.), продукция сталелитейной промышленности (150 млн.), ювелирные изделия (125 млн.), товары машиностроительной промышленности (111 млн. долл.). Экспорт прочих товарных групп исчислен общей суммой в 900 млн. долл. Таким образом, текстиль и одежда составляют львиную долю во всем турецком экспорте. Набирают в нем вес и такие статьи, как котельное оборудование, холодильники, дизельные моторы, обрабатывающие станки и др. В указанном источнике отмечается, что «турецкие товары с применением высокой технологии становятся все более конкурентными на рынке США».

Основные (и традиционные) статьи импорта в Турцию из США в указанное десятилетие, по данным ДЕИК, – оборудование (800 млн. долл.), авиатехника (617 млн.), электротехника (285 млн.), продукция органической химии (271 млн.), хлопок-сырец (246 млн.), табак (219 млн.), прочие (1,6 млрд. долл.). Другой используемый нами источник – американский – по-своему структурирует фактический турецкий импорт из США по главным группам (по состоянию на 1997 г. этот импорт исчислялся в 4,3 млрд. долл.); энергетическое оборудование – 430 млн. долл., телекоммуникационное – 210 млн., франчезинг – 100 млн., телекоммуникационные услуги – 80 млн., оборудование для оборонной промышленности – 650 млн. (отмечается, что на 40% оно представлено электроникой), строительное оборудование (100 млн. долл.)34.

Несмотря на, казалось бы, заметный успех в продвижении турецкого текстиля и стали на американский рынок, авторы аналитической записки ДЕИК считают, что «политика протекционизма правительства США направлена против увеличения экспорта таких турецких товаров, как продукция сталелитейной промышленности, текстиля и продукции сельского хозяйства, составляющих основные статьи турецкого экспорта». В качестве примера в источнике приводится тот факт, что 21 предмет наименований текстильной промышленности Турции, составляющий долю в 85% от всего годового экспорта Турции в США, подлежит квотированию.

В то же время в документе ДЕИК признается, что в связи со стихийными бедствиями, постигшими Турцию в августе 1999 г., «правительство США проявило внимание к возникшим трудностям в экономике Турции, выразило пожелание смягчить политику квотирования в отношении Турции. Государственный секретарь США М.Олбрайт сообщила, что с 20 сентября 1999 г. проводятся переговоры между Турцией и США по вопросу проведения “мягкой и гибкой” политики квотирования экспорта текстильных товаров на американский рынок». Цель данных переговоров – в том числе и проблема восстановления разрушенного землетрясением потенциала текстильных предприятий Турции35.

Другая проблема, затрудняющая в 90-е годы экспорт сельхозпродукции на американский рынок, по мнению экспертов ДЕИК, – «затяжной» таможенный контроль пищевых товаров, проводимый американской комиссией по контролю лекарственной и пищевой продукции (American Food and Drug Administration – FDA). Турецкие промышленники считают, что такой контроль необходимо проводить международной комиссией специалистов и не в США, куда уже прибыл товар, а в порту отправки экспортируемых товаров, т.е. в самой Турции.

Со своей стороны составители очередного американского обзора по состоянию дел с американо-турецким сотрудничеством в 1999 г. перечисляют наиболее приемлемые для американской стороны сферы торговли: это расширение поставок оборудования по уже отмеченным выше группам (самая крупная среди них – вооружение, причем отмечается, что вся стоимость турецкого импорта исчисляется в 1,7 млрд. долл. и 43% его контролируется США), а также различных видов услуг, поставок таких сельхозпродуктов, как соя, хлопок, рис, зерно и др. Некоторые американские статистические издания приводят «свои» претензии к турецкой стороне, отмечая прежде всего ухудшение для американских экспортеров условий торговли с Турцией после вступления ее в Таможенный союз и соответствующего пересмотра таможенных тарифов. Отмечаются трудности инвестирования, когда турецкие суды уклоняются от обращения в арбитражные суды третьей стороны, хотя это предусмотрено новыми соглашениями, например, вошедшим в силу еще в мае 1990 г. соглашением о взаимном поощрении инвестиций (The US-Turkish Bilateral Investment Treaty). В документах напоминается в связи с этим, что Турция является участницей целого ряда международных арбитражных организаций и, таким образом, должна быть знакома с их практикой решения подобных споров. Не выполняются также положения утвержденного турецким парламентом в 1995 г. нового законодательства о патентах, торговых марках и авторском праве36.

Кредиты и помощь. Представляется очевидным, что в 90-е годы, еще до кризисных явлений в мировой экономике, заметным образом сказавшихся на финансовом положении Турции, и США, и другие страны Запада предприняли шаги, направленные на окончательный отказ от традиционных форм финансовой помощи Турции на государственном уровне ввиду достигнутых ею успехов в экономическом развитии. Об этом пишут и авторы справочника «Турецкая Республика», отмечая, что «в 90-е годы проектная помощь США все более уступает программной, используемой для финансирования экспорта из США». Подчеркнуто также, что характерной тенденцией в указанные годы стало расширяющееся использование Турцией внешних ссудных ресурсов «из источников мировых денежных и фондовых рынков». Причем кредиты из этих источников предоставляются на коммерческих условиях, отсюда «стремительное возрастание внешнего долга Турции»37. Это подтверждается и напоминанием в уже цитируемом нами американском источнике о том, что «в 1998 г. США завершили финансирование экономической помощи и иностранной военной помощи Турции». При этом добавлено, что в 1999 г. США предусмотрели лишь следующие небольшие суммы, которые мы можем охарактеризовать как «остатки» традиционной финансовой помощи: 2 млн. долл. по программе планирования семьи, 1,4 млн. – по международной программе военного обучения и 500 тыс. долл. по программе борьбы с наркотиками. Здесь же напоминается, что Турция «получает значительную помощь в займах от ЕС, но бóльшая часть ее задерживается по причине конфликта с Грецией»38.

В контексте этих радикальных изменений в системе предоставления Турции финансовой помощи развитыми государствами и международными финансовыми организациями становятся понятны те трудности, которые испытывают в 90-е годы турецкие власти в своих попытках получить финансовую поддержку для реализации проекта нефтепровода Баку-Джейхан. Очевидно, что политические выгоды и для Турции, и для США, определяемые, как утверждают эти два стратегических союзника, их национальными интересами в регионе, пока не подкреплены должным образом экономическими расчетами, которые свидетельствовали бы об экономической целесообразности проекта. Это признается и в некоторых весьма серьезных турецких публикациях, в частности в докладе, изданном ТЮСИАД39. Очевидно, в эпоху холодной войны необходимые средства могли поступать в виде американской помощи, что в нынешних условиях стало затруднительным. Вместе с тем американские власти не отказались от поддержки проекта. Помощник госсекретаря США Стюарт Эйзенстат заявлял, например, в 1998 г.: «Мы разделяем справедливое беспокойство Турции по поводу прохода через Проливы. Поэтому важно найти долгосрочное решение проблемы». Он сообщал, что США разрабатывают планы евразийского энергетического коридора Восток-Запад, и подчеркнул, что ключевым моментом этого коридора является трасса трубопровода Баку-Джейхан. С его помощью будет обеспечено многообразие экспортных путей а источники будут предоставляться «всему миру», минуя Иран. «Мы работаем совместно с Турцией, чтобы трасса Баку-Джейхан стала для компаний коммерчески предпочтительной»40.

Проблема определенного несовпадения интересов политической власти и деловых кругов США и Турции обсуждается постоянно и детально в турецкой печати. Зейнеп Гегюш утверждала, например, в газете «Сабах», что финансирование проекта нефтепровода Баку-Джейхан оказалось в тупике. «Чтобы построить упомянутый нефтепровод, нужны деньги. Однако США, уверяя, что поддерживают нефтепровод, не спешат пошарить в своих карманах. Что касается карманов нефтяных компаний, то в них завелся скорпион. Карманы Азербайджана и Грузии – дырявы. Турция, если даже и хотела бы инвестировать деньги, после произошедшего землетрясения сделать этого не в состоянии». Автор с откровенной тревогой пишет о том, что реальной альтернативой трассе Баку-Новороссийск фактически становится недавно введенный в строй нефтепровод Баку-Супса (Грузия), причем на его расширение не потребуются крупные суммы. «Нефтяные компании в Азербайджане в последние дни уделяют внимание расширению трассы Баку-Супса. В настоящее время мощности по перекачке нефти по этой трассе составляют 3 млн. т в год, причем существуют возможности увеличить эти мощности до 11 млн. т. Выходит, таким образом, что пропускная способность турецких Проливов будет загружена до пределов своих возможностей, и только после того, как транспортировка нефти через Проливы станет невозможной, обратятся к нефтепроводу Баку-Джейхан… В соответствии с такими соображениями нефтяные компании убедили и американскую администрацию в необходимости расширения линии Баку-Супса. Чтобы не испортить отношений с Турцией, Вашингтон открыто об этом не говорит. Анкара же, хотя и все понимает, но молчит»41.

Следует отметить, что в результате чрезвычайно негативного воздействия на экономику Турции в 1998 и 1999 гг. как природных катаклизмов (землетрясение в северо-западной Турции, принесшее огромные разрушения и гибель 17 тыс. жителей), так и мирового финансово-экономического кризиса, а также резкого сокращения доходов от туризма в связи с войной на Балканах и негативного освещения в мировой прессе ареста лидера ПКК Оджалана в Турции вновь был поставлен вопрос о крупной финансовой помощи. На официальном уровне и в турецких СМИ отмечалось, что в результате указанных негативных обстоятельств вновь обострилась инфляция, достигнув в июне 1999 г. 64,3% – самого высокого уровня десятилетия; снизился ВНП, резко сократилась экспортная выручка и т.д. По сообщению государственной плановой организации Турции, потери турецкой экономики в результате вышеуказанных причин составили от 9 млрд. до 13 млрд. долл.

В связи с этим в документе ДЕИК отмечается «благотворительная роль правительства США, проявленная им в трудный для Турции период». Турции было выделено 11,5 млн. долл. на медицинскую помощь и обустройство жилья для 100 тыс. пострадавших в результате землетрясения. По итогам визита премьер-министра Турции Б.Эджевита в США в сентябре 1999 г. Турции в качестве экономической помощи было обещано 300 млн. долл. Мировой банк также подготовил для Турции пакет предложений экономической помощи в размере 1,05 млрд. долл. из которых 300 млн. пойдут на погашение текущих займов, а 750 млн. долл. будут использованы в качестве новых долгосрочных займов. Во взаимоотношениях с МВФ также был достигнут успех – обещана помощь почти в 4 млрд. долл.

Большое удовлетворение турецких властей и печати вызвали экономические итоги визита Б.Клинтона в Турцию в ноябре 1999 г., о чем уже упомянуто выше. По поводу обещаний Б.Клинтона поддержать Турцию в финансовом плане, уговорить страны ЕС включить ее в список кандидатов в члены ЕС известный экономист Г.Урас писал, например, в «Миллиет» о «трех обещаниях Клинтона» – «пять дней, находясь в Турции, заниматься ее проблемами»; «поддержать Турцию перед Европой», «предоставить в районах землетрясений мелким и средним предприятиям страны «Эксимбанком» США кредиты на 1 млрд. долл.». По мнению Г.Ураса, следующие одна за другой катастрофы, землетрясения и другие проблемы привели турецкий народ в состояние кризиса, шока. «Вам может нравиться или не нравиться Клинтон, однако американский палец вертит миром, а Клинтон от имени США управляет этим миром… Даже Ельцин, не выражавший намерения поехать в Турцию, ревниво отреагировал на крайнюю любовь Клинтона к Турции и, чтобы сохранить баланс, возглавил русскую делегацию и заявил о поездке в Турцию»42.

Частные американские инвестиции. Согласно используемому нами источнику ДЕИК, на конец июня 1999 г. 12,16% всех иностранных инвестиций в Турции принадлежали американским фирмам, их общая сумма достигала почти 2 млрд. долл., а число приблизилось к цифре 302. Источник особо отмечает, что значительная часть американских компаний действовала в экономических свободных зонах Турции, в ряде случаев участвуя в совместных с турецким бизнесом предприятиях. Особенно активен американский капитал в Стамбуле, где он представлен в самых современных отраслях экономики: электронной, компьютерной, аэрокосмической, производстве медицинских и оптических приборов и др. Американские компьютерные компании («Майкрософт», «Интел», «Хьюлет Паккард», «Ай Би Эм», «Компак» и др.) контролируют значительную часть турецкого рынка компьютерного оборудования и программного обеспечения43.

В 90-е годы сотрудничество турецкого капитала с американским заметно распространилось и на территорию США, где в 1995 г. турецкие частные инвестиции достигли 100 млн. долл. (по сравнению с 4 млн. в 1989 г.). По прямым инвестициям Турции в экономику зарубежных стран США занимают четвертое место вслед за бывшим СССР, Великобританией и Германией44. Заметную роль в упрочении и расширении экономических связей Турции с США играют не только государственные инстанции, но и различного рода негосударственные ассоциации и советы сотрудничества, созданные по инициативе частного бизнеса. Наиболее влиятельные из них – ТАБА, ДЕИК и др.

Продолжающаяся в Турции приватизация по мнению тех же экспертов ДЕИК, предоставляет американскому частному капиталу новые и широкие инвестиционные возможности. Речь идет о начавшейся приватизации таких государственных банков, как «Сумербанк», «Денизбанк», «Этибанк» и «Анадолубанк». В мае 1998 г. уже продано 12,3% акций крупнейшего «Ишбанка». Продолжается процедура подготовки компании «Турбан туризм» и «Тюрк телеком». Ожидается поступление 3 млрд. долл. от реализации проекта приватизации («Тюрк телеком»); 3,6 млрд. долл. будет выручено от передачи в частное ведение прав управления восемью электростанциями и 20 дистрибьюторными компаниями, подчиненными министерству энергетики.

Пример совершенствования давнего сотрудничества американского капитала с турецким в сфере автосборки – компания «Форд-Отосан», планирующая принять участие «на равных» со своим партнером в развитии новейшей технологии. Она подготовила «проект – 2000», согласно которому в Гельджуке будет построен крупнейший в регионе автомобильный завод. Планируется, что около 95% произведенной на территории Турции продукции компании будет экспортироваться, завод со временем превратится в научно-исследовательский и маркетинговый центр На строительство этого комплекса «Форд Отосан» ассигнует 550 млн. долл. Экспортная выручка от столь грандиозного проекта ожидается в размере 1 млрд. долл. По мнению газеты, ожидаемая сумма поступлений экспорта в 3 раза перекроет показатели, которых до сих пор добивалась какая-либо другая компания с иностранным капиталом в Турции45. Можно посочувствовать авторам этого проекта, что его реализация откладывается из-за сильных разрушений в Гельджуке в результате землетрясения, однако сама грандиозность плана говорит о больших финансовых и технологических возможностях этой турецко-американской компании.

Военно-техническое сотрудничество. Турция по-прежнему обладает второй по величине армией в НАТО, расходует на вооружение 4,1% своего ВНП. Американский источник отмечает, что такой уровень расходов – наибольший среди членов НАТО. Как свидетельствуют данные этого источника, 79% вооружения Турция получает из-за рубежа и соответственно 21% производит на своих оборонных предприятиях (см. табл.). Доля США в поставках вооружения в страну значительна – 43,3%

Предполагается, что вновь закупаемое в ближайшие годы вооружение на 40% будет представлено электроникой. Как считают турецкие специалисты, в ближайшие 25 лет потребуется 150 млрд. долл., чтобы создать современную и боеспособную армию, причем 60 млрд. долл. потребуется на модернизацию сухопутных войск, 2 млрд. – ВМС и 65 млрд. долл. – ВВС Турции. По мнению американских экспертов, Турция для США – это огромный рынок сбыта вооружения самого широкого диапазона. Это истребители, БТР, подводные лодки, мобильные радары, вертолеты, быстроходные патрульные катера и многое другое46.

Отмеченная нами выше новая тенденция в развитии турецкой оборонной промышленности – активное сотрудничество с американскими (и не только, разумеется, с американскими) частными компаниями в сфере новейших оборонных технологий получила в 90-е годы свое дальнейшее развитие. Об этом свидетельствует новый этап производственной деятельности уже описанной нами компании «Тусаш» и ее дочерних фирм «Тусаш-Таи» и «Тусаш-Теи». По сообщению СМИ, в декабре 1999 г. эта программа производства (по лицензии «General Dynemics») была завершена. Всего таким образом (проекты Онджель-1 и Онджель-2) изготовлено 232 самолета. На первом этапе в 1987-1995 гг. изготовлено в Турции для ее ВВС 152 самолета, в том числе первые восемь в США. В Турции изготовлялся (70% местной сборки) фюзеляж, включая его заднюю и центральную части, а также крылья. После успешного завершения первого этапа в 1995 г. осуществлен и второй этап, Онджель-2, в процессе которого доля местной сборки увеличилась до 80%. Последний самолет для ВВС планировалось выпустить к торжествам по случаю национального праздника 29 октября 1999 г. Примечательно, что 46 самолетов было изготовлено по заказу Египта47.

Как свидетельствуют другие источники, обе фирмы «Тусаш» продолжают активно функционировать на турецком рынке. «Тусаш энджин индастриз» (ТЕИ), тесно сотрудничая с американской фирмой «Дженерал Электрик Ко»., осуществила сборку двигателей для упомянутых F-16. Она смогла также освоить производство 200 различных видов запчастей для двигателей, причем многие из них были поставлены затем фирмам «Дженерал Электрик», «Спекма», «Пратт энд Уайтни». Главной задачей ТЭИ остается поставка авиамоторов для ВВС Турции, их обслуживание, обеспечение запчастями. Кроме того, ТЭИ обеспечивает запчастями и двигателями вертолеты, обслуживающие высший командный состав жандармерии, а также участвует в разработке инжекторной системы для моторов марки J85, применяемых на самолетах F-5 и Т 38.

Другая турецкая компания с американским капиталом ТАИ (Turkish Airospase Industries) имеет опыт в производстве и транспортировке истребителей F-16, транспортных самолетов CN-235, тренировочных SF-260, она может предоставить современные компьютерные программы, обеспечивающие электронное слежение и структурные модификации на F-16s. ТАИ может также участвовать в совместной сборке вертолетов COUGAR AS 532, Sikorsky S-76, вертолетов гражданского назначения ЕС-135. Фирма накопила опыт в разработке дизайна и производственных программ для небольших самолетов (от 19 до 30 пассажиров), транспортных самолетов местного значения, а также для легких истребителей-разведчиков.

Турецко-американские компании широко представлены и в других высокотехнологичных отраслях военной промышленности Турции – электронной, авиастроении, служб раннего оповещения, в создании средств связи на дальние расстояния (телекоммуникационные системы), компьютерные системы и т.д. Такая компания, как Mikes Microwave Electronic Systems Inc., основанная в 1987г. как СП совместно с Loral International Inc. (теперь Lockheed Martin Inc.), была первой, которая заключила контракт на электронное обеспечение самолетов F-16, принятых на вооружение в турецких ВВС. В настоящее время фирма MIKES может предложить комплексные военные разработки по электронике, применяемые практически во всех родах войск. В совместной компании ФМС – «Нурол савунма санайи А.Ш.», изготавливающей военные грузовики, БТР, 51% капитала принадлежит американской ФМС и 49% – турецкой «Нурол». Компания была создана на восемь лет с целью выполнения заказов Министерства обороны Турции, затем контракт был продлен еще на 10 лет.

Можно считать, что контингент заказчиков на перечисленную военную продукцию не ограничивается лишь турецкими военными – в условиях рыночной экономики рост штучного и мелкооптового спроса гарантируется сохранением очагов нестабильности и терроризма в целом ряде мест обширного евразийского региона – от Балкан до Кавказа и Центральной Азии.

Проходившая в Турции в сентябре 1997 г. международная ярмарка вооружения ИДЕФ-97 подтвердила факт широкого участия американских фирм в создании современных видов вооружения для турецкой армии. Кроме упоминавшихся выше, на ней были представлены такие фирмы, как: «Маркони ломиникасион А.Ш.» (производство электроники, Анкара), «Асельсан» (около 49 наименований высокотехнологичной электронной продукции), «Айдын язылым ве электроник сан А.Ш.», (создана в 1989 г. в Турции гражданами США, производство контрольных систем воздушного оповещения, электронной продукции, программного обеспечения и т.д.), компания «Рокетсан», (основана в 1988 г., производство ракет малой и средней дальности: TR-107 – дальность полета 10 км, TR-122 – дальность 30 км). Компания участвовала в европейских программах (по линии НАТО) по производству ракет Стингер, кроме того, «Рокетсан» производит системы воздушного оповещения, противотанковые ракеты и другие виды ракет, стоящих на вооружении ВВС Турции. Данный перечень фирм, подтверждающих активное участие США в вооружении турецкой армии новейшими и современными средствами ведения боя, можно перечислить и далее, очевидно, что тенденция сотрудничества между Турцией и США в военной области будет продолжаться48.

Как можно судить по турецким и американским источникам, заявлениям (в том числе политическим) представителей власти и деловых кругов, обе стороны полны решимости увеличивать в широких масштабах это сотрудничество, тесно увязывая его со стратегическими интересами США в регионе, региональными претензиями Турции. Судя по всему, при реализации крупных проектов речь будет идти об их военно-экономической значимости, их способности усилить региональные амбиции Турции, обеспечить ей роль главного в регионе транзитного, энергетического, транспортного и телекоммуникационного моста.

В первую очередь источники свидетельствуют о планах США расширить военно-экономическое сотрудничество с Турцией, добиться, как выше отмечено, ежегодного увеличения поставок американской военной техники на 50-100 млн. долл.

Другая сфера крупномасштабного сотрудничества – энергетика. На ближайшие годы Турция планирует наращивать энергомощность страны на 2500 МВт в год, в связи с чем необходимо резко увеличить строительство электростанций. Оно частично будет финансироваться правительством, а значительная часть инофирмами. Давно ведется подготовка к торгам первой атомной станции, причем наибольшее предпочтение турецкая сторона отдает американским фирмам «Вестингхауз» и «Рейтеон». Имеются также девять проектов на строительство «под ключ» девяти электростанций общей мощностью 1555 МВт. Ожидается, что их строительством будет также заниматься компании США.

Как считают эксперты ДЕИК, Турция имеет «огромную поддержку» со стороны американского капитала в вопросах строительства Евразийского энергетического транспортного коридора из Центральной Азии и Кавказа через Турцию в Европу и на другие рынки, причем по мнению этих экспертов, «США примут также активнейшее участие в прокладке трубопровода по перекачке сырой нефти Баку – Джейхан. Обе стороны (турецкая и американская) подтвердили взаимный интерес и к разработке проекта транскаспийского газового трубопровода».

По оценке экспертов ДЕИК, одной из крупнейших сфер капиталовложений для американского бизнеса может служить проект ГАП – освоение юго-восточной территории Турции. Проект предусматривает строительство 19 гидроэлектростанций, 22 плотин и туннелей. Территория осваиваемой площади 75 тыс. кв. км с населением 6 млн. человек.

Важной сферой приложения американского капитала, по мнению турецкой стороны, могло бы быть банковское дело. Здесь не существует ограничений для иностранных инвестиций, а также облегчены процедуры их размещения. О привлекательности данного бизнеса говорит факт быстрого роста иностранных банков в Турции: за последние два десятилетия (1979-1999) их число в стране увеличилось с четырех до 20.

Американские компании могли бы, по мнению турецкой стороны, участвовать в изготовлении оборудования для телекоммуникативных средств связи. «Прекрасные возможности у американского экспорта в Турцию существуют на поставки оптиковолокна, передвижных околоземных станций, передвижных установок по обслуживанию спутниковых связей, другого телекоммуникационного оборудования»49.

Турция призывает своих американских партнеров создавать также смешанные предприятия в электронной, химической, горнорудной, текстильной промышленности, в агросфере, сфере обслуживания, туризме. Большая роль в развитии и дальнейшем углублении турецко-американского сотрудничества, как это уже подчеркивалось выше, отводится зонам свободной торговли.

контракт капитал рынок компания


Литература



İktisadi rapor 1989. Ankara, 1990. – С. 216.

Ticaret. 27.03.1985.

Economic Dialogue: Turkey. Ankara. – 1986. – № 7.

Milliyet. 11.04.1986.

БИKИ. 10.10.1988.

Türkiye iktisat gazetesi. 23.04.1980.

Dünya. 09.10.1982.

Nokta. 22.04.1986.

Report by the Comptroller General of the United States. – Wash., 1982. – May 7. – С. 11, 26.

http://www.foreintrade.gov.tr/anl/english/tr-us/detay.htm.

http://www.state.gov/www/about_state/business/com_gui…/turkey99_05 htm.

Turkey. 1999 Country Reports on Economic Policy and Trade Practice. Released by the Bureau of Economic and Business Affairs U.S.Department of State. March 2000.

Турецкая Республика: Справочник. M., 2000. – С. 358, 359.

Turkey. 1999 Country Reports on Economic Policy and Trade Practice…March 2000.

Türkiye-Rusya ilişkilerindeki yapısal sorunlar ve çözüm önerileri. – İstanbul, 1999. – C. 83, 84.