Славянская мифология

РЕФЕРАТ: СЛАВЯНСКАЯ МИФОЛОГИЯ




Оглавление



Источники славянской мифологии

Ранний этап язычества у славян

Космогонические представления славян

Славянский пантеон

Языческий календарный цикл

Список источников и литературы




1. Источники славянской мифологии



Почти полностью отсутствуют свидетельства о славянской религии, мифологии до VI в. сохранилось малое число, относящееся к периоду с VI в. по XI в. Это вынуждает ученых, восстанавливая верования славян, использовать материал, относящийся к XIX–XX вв. Естественно, что касается деталей, то присутствует достаточно высокая доля вероятности из имеющегося материала вычленения архаических, праславянских, древне языческих верований.

Какие виды источников можно еще использовать, чтобы трансформировать, древнеславянские языческие верования?

Письменные

“О войне с готами” П. Кесарийского

“Слова аб iдалах”, которое дошло до нас в копиях XIV–XV вв. и является разъяснением одного из слов Григория Назианзина (VI в.)

“Аповесць мiнулых гадоў”

“Деяния гамбургских епископов” Адама Бременского (1074–75)

“Славянская хроника” Гельмольда (1167–1168)

“Слова аб палку Iгаравым”

Некоторые данные можно найти у хрониста начала 12 в. Козьмы Пражского

В сочинениях восточных купцов и путешественников 10 в. ибн Фадлана, аль-Масурди

“Деяния датчан” Саксона Грамматика – скандинавский источник второй половины 12 в.

Различные сочинения раннехристианской эпохи полемического характера (проповеди, “слова” против язычников, обличения)

В виде источника выступают тексты народной словесности (сказки, пословицы, поговорки)

Особым источником является язык, форма имен богов. Роль его велика, когда имя бога – это единственное, что известно о нем.

Археологические

Они немногочисленны, сохранилось только несколько пластических образов древних славянских божеств, немногочисленные фрагменты культовых построек.

Этнографические, они касаются в основном 19–20 в.в.

Из белорусских исследователей – этнографов, которые занимались изучением мифологии Беларуси необходимо отметить:

Адама Егоровича Богдановича (1862–1940). Основная работа “Пережитки древнего миросозерцания у белорусов”. Использованы материалы, собранные в Борисовском уезде.

Владимир Николаевич Добровольский (1856–1920). Записал легенды и подания Смоленщины. “Отличия в верованиях и обычаях белорусинов и великорусинов Смоленской губернии”.

Николай Яковлевич Никифоровский (1845–1910). Занимался изучением Витебщины и белорусской народной демонологии.

Чеслав Петкевич (1856–1936) Белорусско- польский этнограф. Изучал Полесье. “Духоўная культура Рэчыцкага Палесся”.

Сержпутовский Александр Казимирович (1864–1940). Изучал верования Мозырьщины и Случчины. “Прымхi i забабоны беларусау-палешукоу”.

Адам Киркор (1818–1886). “Рэшткi язычнiцкiх звычаяу на Беларусi”, “Жывапiсная Расiя”.

В то же время необходимо помнить, что славяне в язычницкий период не знали письменности. Практически все, что нам известно о верованиях древних славян из исторических источников, критически прошло через мировосприятие авторов этих источников, которые не были язычниками и большей частью выступали против данных представлений. Поэтому сведения о язычестве в исторических источниках, данных через призму противоположного ему христианства (или язычества), далеки от объективности. Таким образом, становится понятно, что в реконструкции языческой религии и мифологии много приблизительного.



2. Ранний этап язычества у славян



Славянское язычество в ранней стадии повторяет иные мировые мифологические системы. Фетишизм, анимизм, магия как архаические формы религиозных воззрений находят свое проявление и в славянском мировосприятии, Мир представал как средоточие одушевленной природы. Наши предки поклонялись животным и птицам, звездам, озерам, рощам, деревьям, огню, солнцу. Со временем возникает вера, что названные объекты наделены демонической, сверхъестественной силой, под влиянием которой возможны различные метаморфозы (превращение то в козла, то в собаку, неодушевленный предмет – копну сена, деревяшку и т.д.) Этой силой, по убеждению древнего славянина, была населена вся вселенная. Представлялась она, как опасная, хотя необязательно всегда вела она к плохому или трагичному исходу. Ее можно было умилостивить или отпугнуть путем соответствующих ритуалов. Со временем, вероятно, из этой демонической среды начинают выделяться и божества, наделенные антропоморфным, зооморфным и антропо-зооморфным обликом. Подобным образом происходило формирование и античных мифологических систем (греческой, римской). Считается, что к VI в. славяне имели некое подобие Пантеона. А использование византийских источников позволяет некоторым исследователям высказывать предположения о распространенности в славянской среде монотеистической идеи.

В качестве подтверждения чаще всего приводятся свидетельства Прокопия Кесарийского, который в “Войне с готами” сообщает, что славяне веровали в единого бога-громовержца (скорее всего в этом облике выступал Зевс). Параллельно с монотеистическими тенденциями существовали и политеистические верования. Тот же П. Кесарийский писал, что древние славяне “почитают нимф, и всякие другие божества, приносят жертвы всем им, и при помощи этих жертв производят гадания”. Показательно, что и немецкий миссионер 12 в., автор “Славянской хроники” Гельмольд писал о недостаточно четком разделении монотеистических и политеистических воззрений: “У славян имеется много видов идолопоклонства, ибо не все они придерживаются одних и тех же языческих обычаев … среди многообразных божеств, которым они посвящают поля, леса, горести и радости, они признают и единого бога”.

Считается, что верования славян раннего периода можно проиллюстрировать в погребальных обрядах. На протяжении времени славяне меняли способы погребения: сначала они сжигали трупы, потом хоронили, не используя этого метода, затем снова вернулись к кремации. Сами славяне объясняли суть этого обряда стремлением быстрей оказаться в раю, который по их представлениям находился вверху, куда направлялся дым погребального костра.

Огонь и сам воспринимался как земной представитель солнца и имел сакральный характер.

С древнейших времен сохранилось у славян уважение к предкам, Роду. Но это могло возникнуть и после этапа поклонения разным природным явлениям и силам. К культу предков относятся разные проявления уважения к предкам, дедам. Например, белорусский обычай Дзяды – дни поминовения умерших, отмечался в разное время (на Раданицу – в первую послепасхальную неделю, на Тоицу, 26 октября). Представление о Роде связывалось не только с предками, но и с идеей плодородия.

Считается, что от древних времен в одном или нескольких славянских народах сохранилось немало мифологических существ:

Домовик, леший, обилуха – у русских

Водяние, доля, пропасница-мара – у украинцев

Лесун, полевик, болотюк, водяной, лугавой, хатник, подпечник, хлевник, севчик, ночницы – у белорусов.



3. Космогонические представления славян



Представления славян о мироздании восходят к индоевропейским временам и не отличаются достаточно четкой устойчивостью проявлений, Взгляд на вселенную у славян напрямую связывался с землей, от нее определялись и с ней соотносились все другие пространства. Землю славяне представляли плоской: либо плавающей в воде, либо стоящей на четырех быках. Считалось, что у земли есть свой край, хотя дойти до него практически невозможно, и оттуда нет возврата.

Земля у славян отождествлялась с женским началом, рождающим и плодородящим. Восточные славяне сохранили культ земли-матери в очень архаических проявлениях, к которым относится запрещение бить землю палкой или чем-либо иным, плевать на землю, тревожить землю до Благовещения, если начать пахать землю до этого праздника из неё будет капать кровь. Нарушения запретов до этого праздника могло привести к бездождию, засухе, другим бедам и напастям. Широко известно использование земли в клятвах (клали в рот, на голову, ели).

Небо у славян отождествлялось с мужским началом. Оно воспринималось как нечто напоминающее натянутую над Землёй бычью шкуру, большую крышку, и т. д. На нём подвешивались или вели свой путь солнце, луна и звёзды. Небес могло быть и несколько. Существовало представление о семи небесах. Эти небеса могли растворяться либо в исключительных случаях или же в особые дни (ночи), также во время сильной грозы.

Солнце понималось как источник жизни на земле. По отношению к нему используется и по настоящее время такие эпитеты,

Как “красное”, “жаркое”, “ясное”, его называют “ликом Божьим”, “оком Божьим”. Каждые сутки солнце окунается в море или уходит за край земли (под землю), чтобы немного остыть. В предельные дни солнце брачуется с землёй. Годовому циклу солнца подчинён год славянского земледельца. Зависит он от фаз второго светила, которое в народном фольклоре именуется Братом (сестрой) солнца-месяца (луны). С луной у славян связаны специальные магические действия, чаще она оказывается объектом чёрной магии, но имеются поверия об обращении к луне при занятиях врачебной магией (заговоры от зубной боли). Луна рассматривается как место, где обитают умершие. Новолунье у славян отмечалось возжиганием костров или печением особого пирога, девичьими гаданиями о будущем, свадьбами, началом новых работ – сева, посадки деревьев, строительства Дома и т.д. Эти поверья сохранили свою значимость идо настоящего времени.

Помимо данного восприятия солнца и луны, которые некоторые исследователи определят как антропоморфные (имея в виду, что солнце и луна сравнивались с обликом человека), имеются указания и на восприятия названных сил в зооморфном обличье. Солнце представлялось буйволом, волом, теленком, петухом, месяц – коровой, козлом, бараном.



4. Славянский пантеон



Мифологических персонажей высшего уровня славяне называли словом bog, сформировавшимся под иранским влиянием. Слову bog, вероятно предшествовало слово divъ (Див), родственное обозначение бога у других индоевропейских народов (балтийских, древнеиндийском).

Постепенно с появлением государственности в мифологии славян возникает подобие Олимпа.

Основным источником, откуда мы можем почерпнуть сведения о наиболее значительных славянских божествах является “Аповесць мінулых гадоў”. В летописи описываются события, которые касаются 980 г. и сообщается о религиозной реформе:

''Нача княжети Володнмер в Кыеве один. И постави кумиры на холме въне двора, теремьного: Перуна древяна – а главу яго съребряну, а ус злат и Хърса Дажьбога, и Стрибога, и Семаргла, и Макошь''.

Несмотря на поклонение славян солнцу, дневное светило не выступало у них ъ качестве основного божества. На первый план выдвигается почитание огня небесного (молнии), который выступает воплощением небесной силы, вызывающей преклонение и страх и выступает в трех основных проявлениях-ипостасях: грохоте, огненной вспышке и ударе. В белорусском языке эти ипостаси выражаются тремя словами: гром, маланка и перун. В русском языке грозовая стихия обозначается двумя словами: гром и молния.

Как свидетельствует летопись, у восточных славян верховным богом стал бог грома и молнии Перун.

У балтов громовержец называется – Perkuoas

В греческой мифологии эту роль исполняет Зевс, в римской – Юпитер, германской – Тор, индийской – Мудра, как видно, имя бога у разных индоевропейцев различное, по нельзя исключать и такую возможность, что “настоящее” индоевропейское имя главного божества было запрещено для произношения (табуировано) и до нас дошли различные его замены. С подобными фактами приходится встречаться достаточно часто: в иудаизме и христианстве запрещалось произносить имя бога Яхве. В римской мифологии в архаический период скрывалось настоящее имя божества и его пол. Но в то же время данное утверждение характеризуется большой долей вероятности, если распространять его на всю индоевропейскую мифологию.

По поводу внешнего вида Перуна можно отметить, что изображали его как высокого статного мужчину с черными волосами и длинною седою бородой. Считалось, что ой огненной колеснице разъезжает по небу, вооруженный луком и стрелами, и оттуда карает неугодных и нечестивых. Вероятно, Перуна был посвящен четверг.

Перуну были подчинены духи горцуки, которые обитают в горах и вызывают ветры и непогоду.

С Перунов связаны такие атрибуты как гора, дуб, колесница, конь, огонь, оружие, камни. Наличие у Перуна оружия дает основание французскому исследователю Дюмезилю считать его военным богом. В пользу этого утверждения говорит также тот факт, что Перун считается защитником княжеской дружины и князя.

Перун также выступает как борец со Змеем, одним с главных героев древнейшего индоевропейского мифа о противоборстве бога Грозы со Змеем.

Одним из доказательств, что Перун является верховным божеством в славянском пантеоне, является тот факт, что в момент клятвы, текст которой приводит П. Кесарийский, славяне вспоминали это божество: “...кляшася оружиемъ своимъ и Перуномь, богъмь своимь и Волосъомь скотиемь богьмь”. А в соглашении князя Игоря, заключенном с Византией в 944 г., клялись только Перуном.

Христианским прототипом Перуна становится Илья. Дружинники-христиане приносили клятву в церкви св. Ильи. Обе зти фигуры считались опекунами грозы и дождя. А как свидетельствует, Семенов, в Кричеве, в том месте, где поклонялись Перуну, поздней была построена церковь в честь Св. Ильи.

Вторым в списке богов стоит Хорс. Его имя упоминается в “Хождении Богородицы по мукам”, “Слове о полку Игореве”, в ряде сочинений церковной литературы. Имя Хорс объяснятся с иранского, как обожествленного солнцем. Присутствие этого бога во Владимеровом пантеоне объясняется наличием иранского населения в Киеве. Обычно Хорс понимается как мифологический образ солнца.

В “Слове о полку Игореве” Хорс упоминается в связи с князем Всеславом Чародеем. Это дает основание А. Робинсону высказать мысль, что Хорс является богом Полоцкой земли. Данное заключение не совсем правдоподобно.

Б. Рыбаков связывает Хорса с понятием колеса или чего-то иного круглого: “хоро”, “хоровод”. Поэтому скорее всего Хорс был богом Солнца как светила, которое делает свой суточный объезд вокруг земли, и в этом было его отличие от иных солярных божеств пантеона.

В Беларуси никаких свидетельств веры в Хорса не выявлено.

Возможно Хорс доблирует следуюшее солярное божество в списке – Дажьбог. Это божество упоминается во вставке в визант. “Хронику” Иоанна Малалы, отраженной в Ипатьевской летописи под 1144 г., “Слове о полку Игореве”. Дажьбог считался сыном Сварога.

В “Слове о полку Игореве” восточные славяне называются тут Дажьбоговьми внуками. Это дает основание считать Дажьбог родоначальником или опекуном восточных славян (или хотя бы князей). Кроме этого лингвисты отмечают еще одну функцию Дажьбог – распределителя богатства.

Основанием является этимология имени – Дажьбог ''бог-даятель''.

Адам Киркор высказывает мысль, что Дажьбог выступает как сын Перуна и его жены Громовницы.

Семантику праздника Каляды исследователь объясняет как отражение борьбы подземного царя Карачуна или распорядителя морозов Зюзи с самим Перуном. Перед приближением зимнего солнцестояния подземный царь предчувствует, что должен родиться Божыч, и поэтому хочет уничтожить ребенка. Для этого Зюзя превращается в медведя, собирает стаю волков (метелиц) и вместе с ними гоняется за женой Перуна. Громовница прячется от них и рождает Дажьбога (Живописная Россия).

Сохранились сведения н про Дажьбоговы камни. Один такой находится в Логойском р-не. На нем есть отполированные тарелковидные поверхности, которые, по всей вероятности, делались по ассоциации с формой солнца в честь Дажьбога. По сегодняшний день к этому камню во время праздников (особенно на Пасху) приносят подношения – монеты, цветы. По существующему поверью, это помогает при разных несчастьях. Например, чтобы вызвать дождь, должны были собраться 9 вдов и повернуть или приподнять этот камень.

Про идолы Стрибога вспоминается в “Повести временных лет”, “Слове о полку Игореве”. Ветры называются Стрибоговыми внуками, которые стрелами веют с моря. На этом основании возникает предположение, что Стрибог является богом ветра.

Некоторые исследователи (Иванов, Топоров) соединяют Стрибога с именем Дажьбог и распространяют на него функцию распределителя богатства и добра.

Существует также реконструкция, приведенная Б. Рыбаковым, по которой Стрибог – это только эпитет, а не основное имя главного божества.

В белорусских письменных источниках Стрибог не вспоминается.

Следующим божеством в списке указывается Симаргл. Его имя созвучно с вещей птицей иранской мифологии Симурга. Так, Рыбаков считает, что в восточнославянской мифологии Симаргл – божество низшего порядка, это священная крылатая собака, которая охраняет зерно н посевы. Также исследователь считает, что позже архаического Симаргла стали называть Переплутом. Культ Симаргла-Переплута был тесно связан с русалками.

В белорусских материалах следов культа Симаргла не выявлено. Есть основания считать, что культ Симаргла был заимствован восточными славянами Среднего Поднепровья от скнфо-сарматов. Не исключено также, что в конце 10 в. на современных украинских землях остались островки ираноязычного населения, которые верили в Симаргла

В списке называется и одно женское божество, расположенное последним – Мокош.

Что касается основных функций, то есть косвенные указания на связь ее с женским, а также сексуальным началом. Также, вероятно, она была связана с вилами. Этнографические данные свидетельствуют, что она соотносится со стрижкой овец, ткачеством.

Некоторые исследователи (Иванов, Топоров) воспринимают Мокош, как жену Перуна. Но одновременно выявляется мотив предательства жены Громовержца своему мужу с его противником. В результате чего она получает наказание: лишается божественного и семейного статуса, ссылается с неба на землю, в хтонические воды. В топонимике это отражается в названии “Мокошево болото”,

По ряду данных Мокош соотносится с сыростью (водой), темнотой. Если культ Перуна связан с четвергом, то Мокоши с пятницей. После принятия христианства аналогом Мокоши стала святая Параскева (с греч. ее имя переводится как пятница). С пятницей связаны специфические и очень строгие запреты на определенные виды работ (прядение, стирка), на еду и др. Пятница также рассматривается, как повитуха.

Рыбаков видит в Мокоши как бы наследницу древней великой богини-матери.

Этимология имени Мокош скорее всего дославянская, индоевропейская. В этом плане некоторые исследователи считают Мокош близкой иранской богине воды и плодородия Анахите, греческим мойрам.

Что на Беларуси существовало почитание культа Мокоши свидетельствует, прежде всего, широкое распространение культа ее христианского аналога – Параскевы-Пятницы. Также в письменных источниках отмечается, что существовал обычай присягать именем Бога, святой Марии и святой Пятницы (Авак, т. 19, c.LIX). Этой святой была посвящена одна из первых каменных церквей в Вильне (сер. 14 в.). Про почитание Мокоши-Пятницы свидетельствует Ян Лосиццкий (конец 16 в.). День Параскевы-Пятницы празднуется 15/28 по н. ст./ октября.

В фольклорных текстах Мокоши соответствует Мария. Если помнить про это, то с культом Мокоши можно соотнести ряд культов возвышенностей, которые носят название типа “Марьина гора”. Святая (Марьина) горка располагается между деревнями Гудовичи и Верхлес Червенского р-на. На пригорках и теперь лежит камень с отпечатком следа ноги, который приписывают Божьей Матери. По преданиям на Марьином пригорке в Пуховичском р-не было языческое святилище и лежал культовый камень. Также город Марьина Горка считается одним из тех мест во всей восточной части Беларуси, где чаще всего имеют место грозы.

За пределами Владимирова списка оказался такой персонаж, как Сварог. Сварог связан с огнем и солнцем. Солнце считалось сыном Сварога и называлось Сварожичем. Переводчик или переписчик византийской хроники Иоанна Малалы соотносил Сварога с древнегреческим Гефестом, а Дажьбога, его сына с Гелиосом.

Высказывается и такое предположение, что Сварог был духом огня, но не богом. В белорусских источниках это божество не вспоминается.

Не вспоминается в названном источнике и Волос (Велес). Однако в житии Владимира отмечается, что его скульптура также была сброшена в реку Погайну. Это дает основание высказывать мысль, что скульптура с изображением Волоса стояла не на горе в княжеском городе, а на Подоле, т.е. внизу под старым Киевом. Вспоминается Велес н в “Повести временных лет” в отношении событий 907 г.: в источнике отмечается, что в момент присяги клялись Перуном н Велесом. В миниатюре Радзивиловской летописи в изображении клятвы мужей Олега Перуном и Волосом, Перун изображается антропоморфным идолом, а Волос – змеей у ног мужей.

В восточнославянской традиции ВОЛОС называется скотским богом, крови скота н скотоводства. Среди его признаков называются следующие: шерсть, большой размер, способность к перевоплощение в животных, в частности в змею, а так же во влагу, в воду.

Вячеслав Иванов и Влад. Топоров допускают этимологическое сравнение древнеиндийского демона Валы (владельца скота) и славянского Волоса/Велеса.

Функции Волоса в дальнейшем были переданы христианскому святому Власию. Кроме этого культ Волоса отразился, как это отмечается Б.А. Успенским в восточнославянском культе Миколы.

Волос выступал также противником Перуна. В результате противоборства Громовержца с Велесом, последний погибает. Но способность мифологического мышления такова, что этим не отменяется поклонение покоренному. Нужно также отметить, что поклонение Велесу существовало и после введения христианства. Это божество вспоминается в “Житии святого Владимира и Авраамия”.

Кроме перечисленных богов вспоминаются и мелкие боги. С пшеничным полем связывался – Житень, сохранилось, что он имел небольшой рост и седую бороду. Бог холода – Зюзя. С огнем связывался и – Жижаль (в подземной кузне ковал оружие).

От некоторых божков остались одни имена – Вышень, Крышень, Товсень.

Упоминается и еще одно женское божество – Лада. Лада считалась богиней весенне-летней урожайности опекуншей праздников. Ее дочкой считается Леля – богиня растительной урожайности. Так, Э. Зайковский считает, что Лада и Мокаш – это разные имена одной и той же богини. С Ладой соотносится призыв весны, связь с Купальем, ей приносили подношения в связи со свадебным весельем. Сравнивают Лоду с древнегреческой Лето, которая родила Аполона и Артемиду. А. Лосев считает, что Лето происходит от латинского Lada – “жена, мать”.

Судьба низших мифологических существ оказалась более “счастливей”, чем высших славянских богов. Вера во всевозможных духов и демонов остается фактом реального религиозного сознания до настоящего времени, хотя и претерпела значительную трансформацию.

В древних письменных источниках сведения об этих существах немногочисленны и расплывчаты. Основным и едва ли не единственным источником наших представлений о низшей мифологии славянского периода до двенадцатого века является реконструкция, основанная на данных народной культуры позднего времени – верованиях, обрядах, былинах, песнях, зафиксированных этнографами и фольклористами с конца восемнадцатого века до настоящего времени.

Персонификация таких болезней как чума, холера, оспа...

Демоны судьбы

Доля, Недоля, злыдни

Черт

Начнем с так называемых домовых духов, к которым славяне относили души умерших предков и воспринимали их как охранителей рода и подателей благополучия и плодородия. К домашним духам относился домовой. Его культ в наиболее полной форме сложился в русской, восточно-белорусской и восточно-украинской традициях. Домовой воспринимался здесь как хозяин, глава рода. Существование в доме домашнего духа признавалось нормой, обеспечивающей благополучие всей семье и здоровье всех домочадцев, а его отсутствие влекло пагубные последствия: смерть хозяина, падеж скота, неурожай, бесплодие. Местами обитания домового считались те части дома, которые были связаны с миром мертвых: печь, подпечье, порог, подпол. Домашним духам приносились жертвы для того, чтобы обеспечить их расположение.

О таких персонажах как Род и рожаницы материалов сохранилось недостаточно для достоверной реконструкции.

Из демонических существ, восходящих к покойникам, умершим несвоевременно, наиболее известны вампиры. Это покойник, который встает по ночам из могилы, вредит людям, пьет их кровь, наносит вред скоту, хозяйству. Считалось, что основной причиной превращения в вампиров являлась преждевременная и неестественная смерть (прежде всего самоубийство). Вампирами могли становится в связи с различными обстоятельствами. В западнославянских верованиях на это влияло условие, если в семье рождалось подряд много мальчиков, пятый или седьмой ребенок в семье становился упырем. В Западной Украине вампиризм объясняли неправильным поведением родителей еще до появления ребенка: если ребенок был зачат в пост или праздник, если беременная женщина посмотрела в церкви на священника, несущего чашу, если она прошла между двумя другими беременными. Влиял также личный грех покойника: вампирами могли становится проклятые своими родителями, поднявшие руку на мать, развратники, убийцы, скупцы, пьяницы, а также колдуны, знахари, чародеи (последнее характерно для украинской традиции). У всех славян вампир представлялся в облике конкретного умершего человека, одетого в свою смертную одежду. Особенностью являлось необычайно красное лицо. Местом обитания вампира являлась его могила, откуда он выходил и посещал свой дом, а также дома тех, с кем он был связан при жизни. Каждое утро он возвращался обратно в могилу. Время его активности – ночь до первых петухов.

В славянской традиции с деятельностью вампиров связывали и всевозможные неблагоприятные атмосферные явления: град, заморозки, засуху, эпидемии.

У всех славян рассматриваются способы предупреждения вредоносной деятельности опасного покойника, это касалось в основном правил похорон: покойника ни днем ни ночью не оставляли одного, в доме горел свет. У трупа протыкали иглой кожу, чтобы дьявол не мог его надуть.

Русалки – это женские демонические существа, умершие неестественной смертью. В восточнославянской традиции они именуются как мертвушки, мавки, навки. Само слово русалка неславянского происхождения и восходит к латинскому термину. Русалками становились утопившиеся или утонувшие женщины, а также женщины, умершие до брака или на Русальной (т.е. Троицкой) неделе. Постоянным местом их обитания является иной мир – небо, рай, могилы. И только на короткое время от Троицына дня до жатвы они появлялись на земле, выходя из воды, спускаясь по деревьям, выходя из могил. Русалки, как и все представители демонической природы опасны для человека: они пугают, преследуют людей, топят, портят скотину, воруют детей. Культ русалок связан и с растительностью. На Полесье существовало поверье, что русалки появляются в период цветения злаков, могут влиять на урожай.

Кикимора (шишимора) по своему происхождению также связана с неправильной смертью. Это дети, проклятые родителями, дочери, загубленные своими матерями, ребенок, похищенный или обмененный нечистой силой. Кикиморы появлялись в домах, построенных на “плохом” месте (зарыт удавленник, неотпетый покойник, убит, умер или похоронен ребенок). Появляясь в доме, кикимора творит всевозможные неприятности: бросает и бьет горшки, мешает спать, стрижет шерсть у овец, досаждает людям шумом. Основным признаком кикиморы является ее связь с прядением, шитьем. По ночам она играет с прялкой, веретеном, может допрясть за хозяйку, но чаще рвет и путает шерсть.

Сейчас обратимся к мифологическим персонажам, населяющих всевозможные пространства.

Водяные духи. Выделяется в этой категории водяной. Это злой дух, обитающий в воде, враждебен человеку. Места обитания водяных – глубокие водоемы, водовороты, места слияния и повороты рек. Водяные могут показываться человеку и на суше: на берегу, на камнях, плотах, мостах. Время наибольшей активности водяных – полдень, полночь, время после захода солнца. Водяной особенно опасен во время больших праздников: в Ильин день, в ночь на Ивана Купалу, в Троицкую субботу, от Юрьева до Иванова дня. Они заманивают людей в воду и топят их. У славян известны также и женские водные существа, к ним относится Водяниха.

Лесные демоны. Наиболее распространены они в русской традиции. Известны такие представители, как леший, лесовик. Леший выступает как хозяин лесных угодий, покровитель зверей и птиц, обитающих в лесу. Облик лешего: левая сторона его кафтана запахнута на правую сторону, правый лапоть одет на левую ногу, левый на правую. Лешие пугают людей громким хохотом, криком, хлопаньем в ладоши, сбивают их с пути, крадут детей, особенно тех, кто пущен родителями в лес без благословения.

Полевые духи. В восточнославянской традиции к ним относится полевик или полевой, который живет во ржи, в поле, появляется в виде маленьких зверьков или человечков в полдень. Они могут наказывать солнечным ударом работающих в полдень. У восточных славян распространены представления о полуднице, которая охраняет их хлебные поля во время их цветения и созревания.

К полулюдям-полудемонам принадлежит ведьма. Они отбирает молоко у коров, насылает порчу на людей, летают на различной домашней утвари или людях, превращенных ими в животных, они способны превращаться в птиц, животных, различные предметы. Ведьмы лишены возможности умереть праведной смертью, оттого, что продали свою душу нечистой силе. Ведьмой женщина могла стать как по своей воле, в результате сделки с нечистой силой, так и по рождению, то есть помимо своей воли. Вредоносная сила ведьм возрастает в определенные дни: на Юрьев день, на Ивана Купалу, Благовещение. По отношению к ведьмам действенны те охранительные методы, которые применялись к упырям.

Мора ( бел. Вариант – мара) – в основном женский мифологический персонаж, главная функция которого – душить и мучить спящего человека. По некоторым представлениям морой могла стать дочь ведьмы. В этом облике она пребывает только в пору девичества, до вступления в брак, после этого она становится ведьмой. Моры – это души умерших без исповеди, внезапной смертью, утопленников, старых дев, некрещеных младенцев. Чтобы прекратить посещения моры, необходимо выяснить кто в селе ею является. Для этого человек, которого она душила, говорит ей: “Приходи утром, дам тебе хлеба и соли”. Первая пришедшая утром женщина и была морой. Ей следовало дать обещанное, после чего она уже не приходила в этот дом.

Колдун – персонаж, обладающий необычными свойствами и имеющий контакты с нечистой силой. Славянской традиции этот персонаж может быть известен и как чернокнижник. Знания у колдунов бывают врожденными, бывают приобретенными. В первом случае он делает зло помимо своей воли, так ему назначено судьбой, иначе бесы, находящиеся у него в услужении будут мучить его самого. Во втором случае человек приобретает колдовскую силу и знания от другого колдуна. Одним из свойств колдуна является то, что он может выступать оборотнем, принимать образы птиц и животных, и в этом образе вредить людям. Колдун насылает на людей болезни, на скотину мор. Может расстроить свадьбу. Колдун может одновременно показываться в нескольких местах. Особенно мстителен он к людям, которые не оказывают ему должного уважения. Свои знания он должен перед смертью обязательно передать другому человеку, в противном случае колдун не умрет. После смерти колдуна черти сдирают с него кожу и залезают в нее. Колдуна можно убить пулей, отлитой из медного креста.

Существуют также добрые колдуны, их называют знахарями. Знахарь наказывает ведьм и колдунов, может отнять у них способность к колдовству, снимает порчу, вылечивает людей.

К рассматриваемой категории относятся также волколаки. Это люди, способные превращаться в волков по своей воле и по воле колдунов. Широко сохранилось представление о волколаках в белорусской традиции.

Волколак чаще всего имеет облик обычного человек, и только некоторые черты выдают в нем оборотня: задние ноги у него имеют колена вперед, как у человека, а не назад, как у волка; у него человеческая тень, горящие, как угли глаза, он всегда бегает один. В момент превращения человека в волколака руки его обрастают шерстью и становятся звериными лапами, человек встает на четвереньки, вместо человеческого голоса он издает волчий вой. Обратное првращение происходит иным способом: оборотень становится человеком, когда надевает рубашку, вкушает пищу и слышит звон колокола. Волколаками могли становиться добровольно, принудительно или это было предопределено судьбой. По собственному желанию волколаками становились ведьмы, колдуны и т.д.

Блуд – мифологический персонаж, который сбивал людей с дороги, заставлял их блуждать в лесу, заводил в болото, непроходимые чащи. Этот персонаж известен у всех славян. Обычно им становились души детей, умерших некрещеными. Блуд не имеет определенного облика: мог принимать вид женщины, птицы и т.д. Иногда блудом называлась некая безликая сила, которая овладевала человеком, и он терял способность ориентироваться даже в знакомой местности.

Черт – носитель абсолютного зла. Представление об этом персонаже сложилось еще в дохристианскую эпоху, а с момента христианизации трансформировалось под воздействием представлений о бесе. Индивидуальные особенности черта стирались, он начинает восприниматься как любой персонаж, имеющий отношение к нечистой силе. Но все же за ним сохранились и мифологические мотивы. Черт принимает облик животного, особенно козлика, овечки, ягненка. Встречая на своем пути человека, он заставляет его нести себя, а потом с хохотом исчезает. Черт может принимать и человеческий образ, но чем-то выдает себя: хромотой, косоглазием, рожками, конскими копытами.

Черт подталкивает человека к самоубийству, пристает к пьяным, меняет человеческого ребенка на своего. Черт забирает все отданное ему неосторожным словом (“черт его возьми”). Черт боится молитвы, креста, имени Бога. Спастись от него можно, только очертив вокруг себя магический круг. Черти не выносят петушиного крика и исчезают, услышав его.

Духи болезней представляют собой в основном женских персонажей, которые выступают как персонификация страшных эпидемических заболеваний – чумы, холеры, оспы. Появляются они обычно в виде худых, изможденных, бледных женщин, иногда животных, сея вокруг себя смертельные болезни.

Демоны судьбы у славян распространены нешироко. По народным представлениям наделение ребенка судьбой происходило в первые три ночи после его рождения. У украинцев духи судьбы выступали в виде Доли и Недоли, от которых зависела удачливая или горемычная жизнь. С этим видом демонических персонажей связаны и мелкие демонические существа злыдни, которые невидимо обитали в доме, и с их появлением там начинались всевозможные несчастья.



5. Языческий календарный цикл



Древние славяне делили год на два периода – лето и зиму, осень и весна являлись началом лета или зимы.

Лето в ряде славянских языков означает “год”, а исчисление времени называется летоисчислением, но лето и зима тоже делились на две части, это приходилось на те дни, когда эти поры года были в разгаре. Можно предполагать, что в древнеславянском языческом аграрном календаре также было четыре точки, делящие год как бы на четыре части, но они не совпадали с современным европейским делением года на сезоны. Древние деление подчинялось периодам солнечного цикла.

Благовещение приходилось на весеннее равноденствие, Воздвиженье – осеннего равноденствия. Это рубежи, когда земля пробуждалась “ото сна” и “отходит ко сну”. Почти у всех славян эти дни связаны с культом змей. На Благовещение они выходят, Воздвиженье – уходят. Если начать пахать землю до этого праздника из неё будет капать кровь. Нарушения запретов до этого праздника могло привести к бездождию, засухе, другим бедам и напастям. Широко известно использование земли в клятвах (клали в рот, на голову, ели).

Два другие временные рубежа – Рождество (зимой) и Рождество святого Иоанна Предчети (Ивана Купалы – 7.VII нов. стиль.) – почти совпадал с зимним и летним солнцеворотом.

Для славянских обрядов годового цикла характерен культ деревьев, особенно дуб, у восточных славян – березы, в меньшей мере клена, явора, липы, вербы. У южных славян обряд сжигания рождественского полена (дубового) на домашнем очаге. Достаточно часто в ритуалах использовалась солома. Она связана с погребальным обрядом: начинается и кончается на соломе.

Славянский аграрный календарь связан с культом предков.

По языческим верованиям покойники (“родители”) активно влияют на судьбу землепашца, создает благоприятные и неблагоприятные условия для погоды. “Плохие” грешные покойники могли предводительствовать градовыми тучами.

Древние славяне не желали членения “того света” не выделяли ада и рая (это приходит с принятием христианства). Они верили в единый загробный мир, который мог находиться далеко за морем, далеко на небесах, далеко в подземном царстве.

С принятием христианства народный календарь был подчинен церковному календарю, цикличному празднованию христологичных и богородичных праздников, дней особо почитаемых святых. Эта последовательность сакральных действий не отменяла, а наоборот, укрепляла параллельную с христианской славянскую народную, языческую годовую обрядность.

В годичном календарном цикле успешно сосуществовали и до сих пор сосуществуют 2 системы духовных воззрений и мироощущений христианская и языческая: одна обращенная к небу, божественному началу, другая – к земле, к началу плотскому, к плодам земли, к их изобилию, зависящему, с точки зрения древних, не только от бога и человека, но и от сверхъестественных сил. Эти два мировосприятия и мироощущения сравнительно легко уживаются в славянском календаре потому, что христианство с его годовыми праздниками побуждало верующих ежегодно молитвенно переживать жизнь и страсти Иисуса Христа, а язычество воплощало во многих своих обрядах сходную цикличность природных явлений: возрождение, расцвет, увядание – “засыпание” природы. В принципе одно не разрушало другого, а скорее поддерживало.

У восточных славян большинство обрядов приходится на дни, связанные с Пасхой, Троицей, Рождеством, Купалой, Благовещением.

Древние, языческого происхождения действия, связанные с магией первого дня. Такие действия совершаются чаще на Рождество, имитируются сельскохозяйственные работы – пахота, сев, молотьба. Подобные обряды совершались и в начале марта, что связано с другим календарем, когда год начинался в марте.




Список источников и литературы



Ляпушкин И.И. Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерусского государства (VIII – 1-я половина IX в.). М.-Л., 1968.

Петрухин В.Я. Начало этнокультурной истории Руси IX-XI вв. М.,1993.

Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. Т. 1-2. М.,1981-87.

Седов В.В. Восточные славяне в VI-XIII вв. М.,1982.

Третьяков П.Н. По следам древних славянских племен. Л., 1982.