Страдание святого священномученика Иринея, епископа Лионского

Страдание святого священномученика Иринея, епископа Лионского 

Святой Ириней, епископ лионский, принадлежит к числу замечательнейших отцов и учителей Церкви. Он жил и подвизался во II в., посвятив всю жизнь свою борьбе с гностицизмом(1). Значение его для христианской Церкви II в. можно сравнивать со значением святого Афанасия Великого(2) для христианской церкви IV в. И тот и другой одинаково, и по преимуществу являются в своей жизни и деятельности защитниками чистого, неповрежденного церковного учения против ложных еретических учений своего времени, – святой Ириней – против гностицизма; святой Афанасий – против арианства(3).

Святой Ириней происходил из Малой Азии; его родиною был город Смирна; с юных лет Ириней изучил основательно всю эллинскую мудрость; он был хорошо знаком с греческою поэзиею, философиею и прочими эллинскими науками.

Однако святой Ириней не увлекся лжеименным мирским знанием. Услыхав о духовной мудрости, – премудрости христианской, Ириней пожелал восприять ее всем сердцем своим; теперь он уже пожелал поучаться только сей истинной душеспасительной мудрости, мирскую же мудрость – эллинскую вменял ни во что.

В истинах веры христианской святой Ириней первоначально был наставлен святым Поликарпом, епископом смирнским. Сей святой Поликарп был учеником святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова(4) и им самим был поставлен на епископский престол города Смирны. Святой Поликарп(5) весьма много потрудился на пользу Церкви Христовой, ибо он заботился не только о своей пастве смирнской, но писал послания и соседним церквам. По свидетельству блаженного Иеронима(6), Поликарп был "вождем всей Азии в христианстве".

Учеником-то сего славного Поликарпа и был святой Ириней; услышав из уст святого Поликарпа душеспасительное учение христианское, Ириней возлюбил его более всякой светской науки; сделавшись учеником Поликарпа, святой Ириней стал как бы учеником Самого Христа, ибо со всем усердием воспринимал умом своим истины веры христианской и отдал всего себя на служение Богу. Так как Поликарп был учеником святого Апостола и Евангелиста Иоанна богослова, то он передавал святому Иринею всё то, что слышал сам от святых Апостолов, бывших самовидцами и слугами Христовыми. Ириней запечатлевал всё сие в уме своем, записывая всё на сердце своем, как на некоей хартии.

Святой Ириней был рукоположен святым Поликарпом в сан пресвитера и был послан им в Галлию для проповедования здесь Слова Божия.

Епископом в Лионе в то время был святой Пофин, запечатлевший впоследствии свою проповедь мученичеством за имя Христово. Прибыв в галльский город Лион, святой Ириней начал усердно трудиться, помогая святому Пофину в его архипастырских трудах.

В это время в Лионе было поднято жестокое гонение на христиан со стороны язычников, и святой Ириней явил себя мужественным защитником христиан и твердым столпом Церкви. Отсюда святой Ириней был послан епископом Пофином в Рим, дабы отвезти послание исповедников к епископу Елевферию(7).

Возвратясь из Рима, святой Ириней после мученической кончины святого Пофина(8) воспринял в свое управление престол архиерейский.

Святой Ириней был добрым пастырем для лионских граждан в самые тяжелые для них времена, ибо тогда Церковь Христова обуревалась многими бедами: нечестивые идолопоклонники подняли тогда жестокое гонение на христиан и, кроме того, безбожные еретики начали сеять смуты и несогласия в Церкви Божией.

Святой Ириней терпеливо переносил ради имени Христова все притеснения и неприятности, наносившиеся ему идолопоклонниками, на еретиков же он грозно вооружился своим словом и писаниями. Архипастырская деятельность святого Иринея не ограничивалась Лионом, всех граждан которого Ириней обратил в христианство, но простиралась и на всю галлию. Святой Ириней поддерживал самые живые сношения с церковью римскою, а также и с церквами малоазийскими, что свидетельствуется его посланиями к римским пресвитерам Флорину и Власту, а также посланиями к римскому и малоазийским епископам во время споров о праздновании Пасхи, возникших при папе Викторе I(9). Святой Ириней всегда старался примирять враждующих и несогласных. Так например, когда упомянутый папа римский Виктор I своею неразумною настойчивостью грозил произвести разделение среди восточных и западных христиан из-за разногласия во взглядах на время празднования Пасхи, святой Ириней своим влиянием успел предотвратить разделение и примирил несогласных.

Великую ревность проявил святой Ириней и в обличении современных ему еретических лжеучений. Он написал много сочинений, в которых дерзновенно обличал заблуждения еретиков и раскрывал истины христианского вероучения. Из всех его сочинений наиболее замечательно сочинение, озаглавленное "Против ересей"(10). Это сочинение святой Ириней начал писать по просьбе одного друга своего с целью опровержения ереси валентиниан(11), сильно распространявших тогда свое лжеучение не только в Риме, но и в Галлии. Затем, желая показать ложность и сущность валентиновой ереси, лишь повторявшей предшествующие заблуждения еретиков, святой Ириней описал древнейшие ереси, появлявшиеся ранее и вступавшие в борьбу с христианством; и истинно-христианскою мудростью Ириней опровергал все заблуждения еретиков и раскрывал единственно спасительное учение – христианское.

Главным основанием, на котором зиждется всё христианское вероучение, "столпом и утверждением Церкви"(12), – по выражению святого Иринея, – служат четыре новозаветных Евангелия, написанные учениками и самовидцами Господа. Эти Евангелия, – рассуждает Ириней, – суть следующие: Евангелие Матфея, написанное на еврейском языке, Евангелие Марка, – ученика Апостола Петра, Евангелие Луки, – спутника святого Апостола Павла, и Евангелие возлюбленного ученика Господня Иоанна, написанное им во время пребывания его в Малой Азии, в Ефесе. Таким образом подлинно-апостольских Евангелий, достоверных и непогрешимых, существует в Церкви только четыре; и "невозможно, – рассуждает святой Ириней, чтобы Евангелий было больше или меньше, чем сколько их существует в Церкви"(13). – Последователи же (еретика) Валентина, – продолжает он, – без всякого страха предлагают свои сочинения и хвалятся, что имеют больше Евангелий, чем сколько их есть. Они дошли до такой дерзости, что свое недавнее сочинение озаглавливают "Евангелием истины", хотя оно ни в чем не согласно с Евангелиями Апостолов. Ибо если предлагаемое ими евангелие истинно, а между тем вовсе не сходно с теми, которые нам преданы Апостолами, то желающие могут узнать, как самые писания показывают, – что оно не есть преданное Апостолами Евангелие истины(14). – А что те Евангелия суть истинные и достоверные, святой Ириней доказывает следующим образом. Евангелий должно быть четыре, уже по тому одному, что существует лишь четыре страны земли; затем четверичное число Евангелий должно было соответствовать, по рассуждению святого Иринея, четырем заветам, которые даны были Богом человечеству, – завету, данному при Адаме до потопа, завету, данному после потопа при Ное, – законодательству при Моисее и, наконец, четвертому и последнему завету – христианскому, содержащему в себе все остальные заветы(15). наконец, самое главное доказательство именно четверичного числа Евангелий, а не большего или меньшего, святой Ириней видит в соответствии Евангелий четырем апокалипсическим животным, – херувимам, на которых от вечности восседает "всё устрояющее и всё содержащее Слово"(16). Сила этого доказательства состоит в том, что Евангелие должно служить выражением четырех видов или образов деятельности Сына Божия, на которые указывается в Апокалипсисе(17) под символом четырех животных – херувимов. Первое животное, как повествуется в Апокалипсисе, – подобно льву и указывает на предвечное господство и царскую власть бога Слова; это же самое выражает собою и Евангелие Иоанна, описывая вечное и славное рождение Сына от Отца, как Бога от Бога: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть" (Иоан.1:1-2). Второе животное подобно тельцу и означает первосвященнической служение Господа нашего Иисуса Христа; на это же самое служение, по рассуждению святого Иринея, указывает и Евангелие Луки; оно начинается рассказом о священнике Захарии, приносящем Богу жертву; это значит, что Агнец, предопределенный от вечности для заклания за грехи мира, явился в мир, дабы принести Богу искупительную жертву за грехи людские. Третье животное, на котором восседало Слово, имело лицо человека и указывало на явление Сына Божия в образе и виде человеческом; и Евангелие Матфея тоже главным образом возвещает о человечестве Иисуса Христа, представляя Его Сыном Иосифа и Марии. – Наконец, четвертое животное подобно орлу летящему и указывает на присутствие в Церкви Духа Святого, ниспосланного Богом Отцом ради искупительных заслуг Сына Божия; присутствие же Духа Святого выражает, по рассуждению святого Иринея, и Евангелие от Марка, написанное в форме сжатого и как бы сокращенного рассказа, потому что таков именно пророческий дух. "Таким образом, – заключает святой Ириней, – какова деятельность Сына Божия, таков и вид животных, и каков вид животных, таков характер Евангелия. Четверовидны животные, четверовидно и Евангелие, четверовидна и деятельность Господа(18)". Полное соответствие Евангелий четырем образам деятельности или служения Господа нашего Иисуса Христа составляет, таким образом, несомненное доказательство их подлинно апостольского происхождения, их истинности и достоверности; все другие евангелия, выдаваемые истинные, – не подлинны и недостоверны, – потому что подлинных Евангелий может быть только четыре, ни больше, ни меньше.

Святой Ириней особенно порицал еретиков, отрицавших единство существа Божия. Еретик Маркион ошибочно утверждал два противоположные действия в боге, выразившиеся в двух заветах, – Ветхом и Новом; он утверждал, что существуют два бога, – один наказывающий и карающий, а другой – только милующий.

Обличая это лжеучение, святой Ириней говорил, что такое представление несогласно с самым понятием о Боге. Истинный Бог, – рассуждает святой Ириней, – не может быть ни исключительно наказывающим и карающим, без любви и благости, ни исключительно благим и милосердым, без правосудия и суда, потому что как любовь, так и правосудие принадлежат Богу существенно и необходимо. Одно из существеннейших свойств Божиих, – рассуждает святой Ириней, – есть премудрость. Если Бог премудр, значит он обладает способностью определять и решать. следовательно и судить; а если судить, значит каждому воздает по делам его, то есть или наказывает или награждает(19).

Одно из главных доказательств, на котором Маркион основывал свою теорию противоположности между ветхозаветным и новозаветным домостроительством, – между Ветхим и Новым заветом, состояло в том, что действия Божии в Ветхом завете были будто бы противоположны действиям Бога в завете Новом; Бог в Ветхом завете является как бы только Богом суда и правды, – рассуждал Маркион, – Бог в Новом завете является как бы исключительно Богом любви и благости.

В своих сочинениях святой Ириней опровергал это нечестивое заблуждение Маркиона и раскрывал ту мысль, что как Ветхий, так и Новый завет составляют одно неразрывное целое. Приписывать Богу в Ветхом завете одно только правосудие, а в Новом завете только одну всеобъемлющую любовь, значит, по рассуждению святого Иринея, не знать и не понимать духа и смысла ни того, ни другого завета. Бог строго наказывает в Ветхом завете, но Он еще строже будет наказывать и наказывает в завете Новом. Христианство – совершеннее иудейства, Новый завет шире и полнее Ветхого завета; на этом основании и требования христианства должны быть гораздо строже; чем требования иудейства. В иудействе дано было меньше средств для исполнения божественного закона, в христианстве дано их гораздо больше, – в христианстве сообщены все благодатные дары и силы для исполнения божественного закона; вследствие этого и всякое нарушение и неисполнение этого закона в христианстве должно наказываться гораздо сильнее, чем в иудействе. – "В Новом завете, – рассуждает святой Ириней, – насколько увеличилась наша вера в Бога (т.е. раскрылась шире), настолько же увеличились и требования относительно образа жизни, – нам заповедано воздерживаться не только от худых дел, но даже и от худых помышлений, от праздных разговоров, от легкомысленных слов и пустых речей; в этой же мере увеличилось и наказание тем, которые не веруют в Слово и презирают Его пришествие"(20). В иудействе, по тому самому, что оно не совершеннее христианства, наказания Божии, по рассуждению святого Иринея, были "умеренными", и как бы временными наказаниями; а в христианстве. так как оно выше и совершеннее иудейства, эти наказания гораздо строже и уже не временные только, а вечные(21).

Таким образом, как в Ветхом завете, так и в Новом, Бог одинаково являет Себя Существом и наказывающим и любвеобильным; и там и здесь, Он и награждает и наказывает, и милует и карает. И это – один и тот же Бог истинный, всемогущий и всесовершенный.

Обличая Маркиона и прочих, ему подобных, еретиков, святой Ириней подробно раскрывает в своих сочинениях смысл и значение Ветхого завета.

Ветхозаветный закон, по рассуждению святого Иринея, заключает в себе две стороны: внешнюю, обрядовую, и внутреннюю, нравственно-духовную. Внешняя сторона закона имела только относительное и временное значение: те обрядовые предписания и установления, которыми была окружена вся жизнь ветхозаветного человека, и которые держали его по игом рабства, по взгляду святого Иринея, имели смысл только по отношению к иудеям, и были в руках Промысла Божия только необходимым средством для нравственно-религиозного воспитания еврейского народа; евреев нужно было держать под игом рабства, – "по грубости и непокорности их сердца", – рассуждает святой Ириней, и "по всегдашней склонности их возвращаться к идолам и лить себе золотых тельцов"(22). С наступлением же Нового завета обрядовые предписания Моисеева закона оказались совершенно ненужными и излишними, потому что человек стал теперь в другие отношения к Богу, в отношения близкие, сыновние, и сделался способным исполнять повеления Божии свободно и непринужденно, без особых подробных внешних предписаний. Дух рабства в отношениях человека к Богу в Ветхом завете, и дух сыновства в Новом завете, по рассуждению святого Иринея, нисколько не противоречат друг другу. Изменение духа рабства на дух свободы и сыновства указывает только на строгую постепенность и последовательность, и на премудрую целесообразность в истории божественного домостроительства и в нравственно-религиозном воспитании людей. Один и тот же Бог воспитывал известным образом древнее человечество, и воспитывает совсем другим образом новое человечество. – "Бог всё делает мерою и в порядке, – рассуждает святой Ириней, – и нет у Него ничего неизмеренного, потому что нет ничего беспорядочного"(23).

Как необходимое воспитательное средство в руках Божественного завета, оказалось ненужным и излишним и поэтому отменено, – внешняя сторона Моисеева закона была в то же время, по рассуждению святого Иринея, пророчеством о будущих временах Мессии, и имела прообразовательное значение. И с этой стороны, отменение обрядового закона Моисеева опять естественно и необходимо, и нисколько не доказывает противоположности между Ветхим и Новым заветом. Но что особенно говорит против теории Маркиона, – так это отношение Спасителя в внутренней, нравственной стороне ветхозаветного закона; Спаситель, – рассуждает святой Ириней, – не отменил это стороны, а только "восполнил и распространил ее"(24). Главнейшею нравственною заповедью Моисеева закона была любовь к Богу и ближнему; Спаситель не отменяет этой заповеди, а напротив, утверждает и уясняет ее, как основную заповедь новозаветного закона. Нравственное учение Евангелия и вообще Нового завета выше и совершеннее нравственного ветхозаветного учения, – но главная основа того и другого одна и та же; отсюда и Виновник того и другого нравственного учения – один и тот же.

Итак, – по рассуждению святого Иринея, – между Ветхим и Новым заветом нет ни малейшей противоположности, и оба они суть творения одного и того же истинного и высочайшего Бога, устроявшего дело спасения людей в строгой постепенности и последовательности, по премудрому плану, начертанному от вечности; отсюда понятно само собою, что и ветхозаветные писания, в которых выражается воля и домостроительство Божие о спасении людей, так же богодухновенны и спасительны, как и новозаветные писания, в которых изображается самое совершение и усвоение спасения. "Один и тот же Дух Божий, – рассуждает святой Ириней, – Который чрез пророков возвещал, каково имело быть пришествие Господа, а посредством старцев(25) хорошо истолковал то, что было сказано пророками, – Он же и чрез Апостолов проповедовал, что пришла полнота времен усыновления и приблизилось Царство небесное"(26).

По учению святого Иринея, Бог есть Господь всего в самом широком смысле этого слова. Только Он один есть Владыка и Господь всего, и другого равного или подобного Ему Владыки и Господа нет и быть не может, "потому что, – рассуждает святой Ириней, – тот, кто имеет кого-либо выше себя или равного себе, уже не может называться ни Богом, ни Царем великим"(27). Только один Бог, как Господь всего, – безраздельно обладает верховною властью и могуществом над всем; всё остальное, что существует, сотворено Им и содержится Его властью.

Обличая еретиков, святой Ириней рассуждал и об источниках святой веры христианской. В кратких словах его рассуждения состояли в следующем.

Священное Писание как Ветхого, так и Нового завета, – несомненно имеет Божественно происхождение, ибо оно написано под особым духовным озарением Духа Божия на писателей священных книг. Сей Святой Дух действовал как через пророков, так и чрез Апостолов. Священное Писание есть первый и самый главный источник веры и религиозного знания, – истинный и непогрешимый и для всех обязательны. Правильное и безошибочное разумение Писания возможно только при руководстве святой вселенской Церкви, и в ней только одной можно найти истину. Такое же Божественное происхождение, как и Писание, имеет и священное Предание, – которое, поэтому, составляет другой источник веры и религиозного знания, точно также истинный и непогрешимый и для всех обязательный, как и Священное Писание, единственною хранительницею подлинно апостольского Предания может быть только вселенская Церковь, в лице ее предстоятелей. – "Всякий, кто желает знать истину, – рассуждает святой Ириней, – должен обратиться к Церкви, потому что Апостолы только ей одной сообщили божественную истину, и, как богач в сокровищницу, положили в нее всё, что относится к истине. Только Церковь есть дверь жизни"(28). И, в частности, по учению святого Иринея, только пастыри Церкви, законно рукоположенные, суть истинные учители и хранители истины, заключенной в Церкви.

Такое значение Церкви, как единственно непогрешимой хранительницы и носительницы подлинно-апостольского предания, святой Ириней основывает на постоянном присутствии в ней Духа Святого, и на постоянном действии в ней божественных даров и сил. Дух Божий, по учению святого Иринея, существует в Церкви с самого ее основания. Он есть как бы жизнь и душа Церкви; Он движет и управляет ею точно так же, как душа движет и управляет членами нашего тела. В Церкви положены Богом все необходимые служения, – апостольство, пророчество, учительство, – при помощи которых содевается спасение наше.

В силу постоянного и непосредственного присутствия в Церкви Духа Божия, Церковь никогда не может погрешать или заблуждаться. Отсюда божественная истина, заключенная в ней апостолами, устно или письменно, всегда останется в ней одною и тою же, такою же чистою и божественною истиною, какою была она и при Апостолах, – потому что одни и тот же Дух Святой действовал и в Апостолах, действует и теперь в Церкви, в лице их преемников. Преемство апостольского звания, рассуждает святой Ириней, сохраняется в Церкви повсюду и непрерывно, а вместе с ним и апостольское предание сохраняется в его чистом и неповрежденном виде. – "Вообще, – замечает святой Ириней, – Церковь, хотя и рассеяна по всему миру, но, в силу присутствия в ней одного и того же Духа Божия в силу непрерывности в ней одного и того же апостольского звания, она сохраняет повсюду одно и то же учение. Она одинаково верует, имея как бы одну душу и одно сердце, одинаково проповедует, учит и передает, имея как бы одни уста. Одинаково веруют и имеют одно и то же предание церкви и в Германии, и Испании, и Галлии, и на Востоке, в Египте и Ливии. Как солнце одно и то же во всем мире, так и проповедь истины сияет и всех просвещает одна и та же во всей Церкви"(29).

Так поучая и наставляя всех, святой Ириней спас многих от языческого идолопоклонения и от еретического заблуждения; многих христиан наставил он на пусть спасения, а иных укрепил к мученическому подвигу. Наконец, и сам пострадал за имя Христово, в царствование императора Севира(30). За исповедание Евангелия святой Ириней был усечен во главу и восприял, таким образом, славный венец мученичества во Царствии Господа нашего Иисуса Христа(31).

Сноски:

(1) Гностицизм – общее название многих еретических лжеучений, появлявшихся в течение первых двух веков христианской эры. Гностицизм был сильно распространен и имел многих приверженцев в разных странах. Различается гносис египетский, сиро-халдейский и малоазийский. Представителями египетского гносиса были: Керинф (современник св. Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова), Валентин и Василид; сиро-халдейский гносис поддерживали последователи Симона волхва и Менандра; малоазийский гносис поддерживали еретики Кедрон и Маркион. Гностики строго различали божественное, – духовное, – и мирское, – плотское – бытие; при этом все гностические системы отвергали самую возможность общения между абсолютным (всесовершенным) бытием и относительным бытием (т. е. бытием мира). Неизбежным последствием безусловного разделения между божественным и мирским, духовным и плотским, в области практической явилось разделение духа и плоти. Гностики отрицали божественное откровение и объясняли все истины христианского вероучения одними усилиями разума.

(2) Память его празднуется 2 мая и 13 января (там же и житие его).

(3) Родоначальником арианской ереси был александрийский пресвитер Арий. Он отрицал единосущие Сына Божия с Богом Отцом, почитал Иисуса Христа творением и проч. Ересь Ария подверглась решительному осуждению на первом (325 г.) и втором (381 г.) Вселенских соборах, причем был составлен собравшимися отцами Символ. В V в. арианство почти не имело последователей в римской империи, но возродилось в Германии среди готов, бургундов, вандалов и лангобардов, где существовало до VII в.

(4) Память его 26 сентября.

(5) Святой Поликарп скончался мученически в 169 г. Описание его мученичества, помещенное в "Окружном послании Смирнской церкви к другим церквам", представляет трогательную картину древнехристианского благочестия и мужественного исповедания имени Христова. Большая честь этого послания сохранилась в "Церковной Истории" Евсевия. – Из многих сочинений святого Поликарпа сохранилось (в латинском переводе) "Послание к филиппийцам"; в этом сочинении Поликарп излагает основы христианского веро– и нравоучения, предостерегает от еретиков, излагает обязанности пресвитеров и диаконов, юношей и дев и т.п. Кроме того известны (на латинском языке) несколько "Ответов" Поликарпа, содержащих в себе изъяснение некоторых изречений Господа нашего Иисуса Христа. По свидетельству блаженного Иеронима святому Поликарпу принадлежит также сочинение против еретика Евиона; кроме того Поликарпу приписывается также послание к Афинской церкви и сочинение "Учение".

(6) Блаженный Иероним – один из величайших учителей Западной Церкви (330-419 гг.); родом славянин (из г. Стридона в Далмации), Иероним получил в Риме блестящее для своего времени образование; в 373 году он отправился на восток, предварительно приняв крещение; за свою благочестивую жизнь Иероним был рукоположен в сан пресвитера. – Блаженный Иероним написал очень много сочинений по разным вопросам богословского знания. Сочинения блаженного Иеронима делятся на четыре главных группы: 2) истолковательные, 2) догматические, 3) нравоучительные и 4) исторические. Важнейший труд блаженного Иеронима – перевод священного Писания, известный под именем Вульгаты. Кроме того из сочинений Иеронима заслуживают особенного внимания: "Хроника", "Жизнеописание отцов", "О знаменитых мужах", "Мартиролог" и др. Число всех сочинений блаженного Иеронима, не считая мелких писем, доходит до 180-ти.

(7) В этом послании святой Ириней восхваляется как усерднейший ревнитель христианской веры.

(8) Мученическая кончина святого Пофина последовала ок. 177 г.

(9) Виктор I занимал папский престол с 187 г. по 200 г.

(10) Точное заглавие этого сочинения: "Обличение и опровержение лжеименного знания. Это сочинение написано было на греческом языке, но от первоначального текста сохранились лишь отрывки у восточных церковных писателей. Названное сочинение делится на 5 книг и принадлежит к числу замечательнейших полемических сочинений.

(11) Эти еретики получили такое название от имени своего главного основателя, – Валента.

(12) "Против ересей", кн. III, гл. 11.

(13) Там же, кн. III, гл. 11.

(14) Там же.

(15) Там же.

(16) Там же.

(17) Откр., гл. 4.

(18) "Против ересей", кн. III, гл. 11.

(19) "Против ересей", кн. III, гл. 25.

(20) "Против ересей", кн. I, гл. 27; ср. кн. III, гл. 25; кн. IV, гл. 28 и 40.

(21) "Против ересей", кн. IV, гл. 28.

(22) "Против ересей", кн. IV, гл. 14 и 15.

(23) Там же, кн. IV, гл. 4.

(24) Там же, кн. IV, гл. 12 и 13..

(25) Разумеются семьдесят толковников.

(26) "Против ересей", кн. III, гл. 21.

(27) Там же, кн. II, гл. 30.

(28) Там же, кн. III, гл. 4.

(29) Там же, кн. I, гл. 10.

(30) Император Севир царствовал с 193 г. по 211 г. – Кончина святого священномученика Иринея последовала в 202 году.

(31) Кроме сочинения "Против ересей" ("Обличение и опровержение лжеименного знания") святому Иринею принадлежит еще много сочинений, дошедших до нас, впрочем, в небольших отрывках. Так ему принадлежат: "Послание к римскому епископу Виктору" (по вопросу о времени празднования Пасхи), "О единоначалии, или о том, что Бог не есть виновник зла", "Об осмерице" (т.е. эонов; – имеется в виду опровержение гностического учения об эонах, как источниках жизни). Собрано еще около 50 небольших отрывков, надписанных именем святого Иринея, но подлинность их еще не доказана.