Психологические трактовки культуры

Министерство образования Республики Беларусь 

БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНФОРМАТИКИ И РАДИОЭЛЕКТРОНИКИ



Заочный факультет

























РЕФЕРАТ

По дисциплине "Культурология"



На тему "Психологические трактовки культуры"

















		Студент гр. 800501

		Клименко А.И.

		



2414789 Геннадий 



















МИНСК 2000

План реферата:

Культура и религия в философии З. Фрейда

Концепция архетипов К. Юнга

Культурологические идеи Э. Фромма


1. Культура и религия в философии Фрейда

1.1. Роль культуры в развитии социальных отношений

По своему замыслу и ближайшей цели фрейдизм ориентирован на изучение и излечение психики индивидов, но он с самого начала заключал в себе тенденцию объяснения общественного сознания в его настоящем и прошлом. "Запреты", которые, как считал Фрейд, вытесняют сексуальное влечение в сферу бессознательного и порождают неврозы, были, в сущности, ни чем иным, как социальными нормами нравственности и права, возникшими на заре человеческой истории. Фрейд назвал их "культурными запретами" и полагал, что чрезвычайно важно выяснить как, почему, при каких условиях они возникли, утвердились, эволюционировали. Внимание ученого было привлечено к проблемам формирования и сущности человеческой культуры. Как писал сам Фрейд, он стремился судить об общем развитии человечества по своему опыту, приобретенному ... на пути изучения душевных процессов отдельных лиц за все время их развития от детского возраста до взрослого. Перенося отдельные характеристики с отдельного человека на все человечество, Фрейд пытался таким образом понять процесс эволюции общества.

Надо заметить, что Фрейд переносит на все человечество психологические черты не просто индивида, а невротика. На этом пути ученый выдвинул целый ряд утверждений. По его мнению, во-первых, все люди в большей или меньшей степени являются невротиками. Во-вторых, каждый ребенок в своем индивидуальном развитии проходит фазу невроза. В-третьих, стадия невроза является характерной и для первобытного человека. Через нее проходят все народы в своем культурно-историческом развитии. Рассматривая культуру сквозь призму невротического сознания индивида, Фрейд квалифицировал ее как систему запретов, блокирующих природные влечения человека. По его мнению, вытеснение влечений - это мерило достигнутого культурного уровня, а культурное развитие человечества является отречением от природных страстей, удовлетворение которых гарантирует элементарное наслаждение нашему "Я".

Следует подчеркнуть, что фрейдовский термин "культура" в большинстве случаев оказывается равнозначным понятию "общество". В наиболее развернутом определении "человеческой культуры" Фрейд указывает, что "она охватывает все приобретенные людьми знания и способы, чтобы господствовать над силами природы и добывать блага для удовлетворения человеческих потребностей", и в то же время она включает все институты, регулирующие отношения между людьми, в особенности распределения добываемых благ. Но надо заметить, что у всех людей еще живы деструктивные, антисоциальные, антикультурные традиции и что эти стремления у значительного количества лиц настолько сильны, что определяют их поведение среди других.

Можно сказать, что человек как бы находится между двух огней. С одной стороны, культура угнетает человека, лишает его наслаждений (за это он и стремится избавится от нее); с другой стороны, культура защищает его от факторов окружающей среды, позволяет осваивать все блага природы и пользоваться ими, а также делит их между людьми. Итак, если человек отказывается от культуры в пользу своих наслаждений, то он лишается защиты, многих благ и может погибнуть. Если же он отказывается от наслаждений в пользу культуры, то это тяжким грузом ложится на его психику. В какую же сторону склонен человек? Конечно же, во вторую. Фрейд пишет об этом так: "В силу этого всякая культура должна быть построена на принуждении и на отказе от влечений, и при ее понимании оказывается, что центр тяжести с материальных интересов передвинут на психику. Решающим является вопрос, удастся ли и в какой мере уменьшить для людей тяжесть жертвы, которая состоит в отказе от своих влечений, примирит людей с теми жертвами, какие им приходится неизбежно нести, и каким образом вознаградить их за эти жертвы." Главным остается вопрос о том, как заставить отрицательно настроенную толпу соблюдать культурные догмы. Тут встает вопрос о роли личности в культуре.



1.2. Роль личности в культуре

Как нельзя обойтись без принуждения к культурной работе, так же нельзя обойтись и без господства меньшинства (элиты) над массами, потому что массы костны и недальновидны, они не любят отказываться от влечений, не хотят прислушиваться к аргументам в пользу такого отказа, а индивидуальные представители масс поощряют друг в друге вседозволенность и распущенность. Лишь благодаря влиянию образцовых индивидов, признаваемых ими в качестве вождей, они позволяют склонить себя к напряженной внутренней работе самоотречения, от чего зависит развитие культуры. Все это хорошо, если вождями становятся личности с незаурядным пониманием этой жизненной необходимости, сумевшие добиться господства над собственными влечениями. Но для них существует опасность, что, не желая утрачивать своего влияния, они начнут уступать массе больше, чем та им, и потому нам представляется необходимым, чтобы они были независимы от власти как распорядители средств власти.

Короче говоря, люди обладают двумя распространенными свойствами, ответственными за то, что институт культуры может поддерживаться лишь в известной мере насилием, а именно, люди, во-первых, не имеют спонтанной любви к труду и, во-вторых, доводы разума бессильны против их страстей.



1.3. Религия как общественный невроз

Культурологические размышления  Фрейда  неизбежно подвели его к проблеме религии и оказались тесно переплетенными с решением этой проблемы. При рассмотрении культурных запретов Фрейд не мог не обратить внимание на их связь с религиозными представлениями, тем более теологи приписывали древнейшим нормам, регулирующим человеческую жизнь, божественное происхождение. Издавна считалось, что вся человеческая культура строится на религиозной основе. Из этого вытекает вывод, что при падении религии деградирует и культура. Появление религии Фрейд рассматривает так: человек слаб, и чтобы выжить, он должен отказаться от многого. Человек должен войти в сообщество, которое в результате своего развития налагает запреты на его желания. Как мы уже упоминали, чтобы выжить, личность должна отказаться от многих влечений. Нужен кто-то, способный вознаградить человека за его жертву своими влечениями, защитить его от проявлений природы и от посягательств на него других индивидов общества. Встает вопрос: кто же выполнит все эти функции? В раннем детстве каждый замечал влияние отца в семье. Он обладал властью, устанавливал свои порядки, защищал семью. У ребенка по отношению к отцу вырабатывается комплекс: он считает отца сильным, добрым. Отец для него авторитет. Еще ребенок ревнует отца к своей матери и пытается занять его место, но позже инцестуальные влечения утрачивают свою силу, тогда как уважение и страх перед отцом остались. Такую же функцию выполняет и бог. Сначала из тотема появился целый пантеон богов, а из них, в свою очередь, выделился единый, могучий, карающий бог, который потом стал добрым, справедливым богом. Итак, люди всю ответственность за антисоциальные поступки возложили на плечи бога, сделав его, таким образом, как бы громоотводом. Люди надеются получить от бога вознаграждение за свой отказ от влечений, и, наконец, авторитет бога помогает им избавиться от внутрисоциальных противоречий. Мы видим, что религия является одной из основополагающих частей культуры. Однако Фрейд установил, что религия является массовым неврозом. На основе чего он сделал такие выводы? Дело в том, что религия по многим своим положениям напоминает навязчивое невротическое состояние. Так, например, если невротик боится не производить какие-то определенные движения, то любой истинно верующий человек так же боится не выполнить какой-либо религиозный обряд. Разница заключается лишь в том, что невротик не может объяснить смысл своих постоянно повторяемых упражнений, а верующий человек, в зависимости от своего познания теологии, объясняет те или иные обряды. Таким образом, с некоторыми оговорками, можно назвать религию общественным неврозом. Тем не менее религия имеет положительное значение. Дело в том, что частный невроз куда опасней общественного, так как он отрицательно влияет на физическое состояние больного, тогда как данный общественный невроз является совершенно безобидным. Также религию можно назвать и антиневрозом, так как она помогает растворять частные неврозы и сглаживать социальные противоречия. И разрушение религии ведет к резкому упадку культуры. Такое явление наблюдалось в России после революции, хотя позже произошла подмена веры. Для развития общества нужны какие-то основы, и с падением старых появляются новые. Так, например, религиозную основу в России сменила коммунистическая. Сейчас, в наше время, старые основы уже рухнули, а новые еще не установились, и поэтому резко возросло астеническое состояние общества, возросла преступность, появилось больше сумасшедших, невротиков и т.д. 



2. Концепция архетипов К. Юнга

2.1. Воззрения К. Юнга на вопросы культуры в целом

Всю свою жизнь Карл Юнг уделял значительное внимание вопросам культуры. 

Если попытаться вкратце охарактеризовать его подход к сущности культуры, то его можно назвать психологическим. Как психиатру, ему немало приходилось заниматься проблемами личности и ее развития. Изучая эти вопросы, Юнг сделал вывод, что душевное развитие личности и ее болезни в значительной степени имеют корни в социально-культурных процессах.

Как и Фрейд, Юнг пытался методы психиатрии перенести по аналогии на культуру, увидеть в последней лишь одну из многочисленных сфер деятельности человека как индивида и социума в целом. При этом он напрочь отрицал особую конструктивную функцию культуры.

Изучая поведенческую мотивацию поступков как индивидов так и групп (причем, на различных уровнях - от малых групп до национальных сообществ включительно), Юнг выдвинул идею архетипа, некого глубинного, подсознательного фактора поведения.

Культура у Юнга - предмет психологического анализа. Социально-политический кризис западно-европейской культуры и общества в целом он объяснял вторжением в жизнь общества архетипов. Следствием этого вторжения он считал расизм фашистов и коммунистический догмат о всеобщем равенстве. Факельные шествия, массовый психоз, пламенные речи вождей, символика (свастика в Германии и красная звезда в СССР) - все это свидетельствовало, по мнению Юнга, о вторжении в культурную жизнь таких сил, которые намного превосходят человеческий разум, а по природе своей подсознательны.

Рассматривая это объяснение Юнга, нельзя забывать о времени в котором он жил и писал свои работы. Видя ситуацию в соседней Германии, где фашизм в геометрической прогрессии овладевал мыслями людей, подчинял себе миллионы, Юнг искал разумное объяснение этим процессам.

Немалое внимание Юнг уделял и СССР. По его мнение, тотальное изменение характеров, поведения, идеалов и стремлений десятков миллионов человек можно было объяснить только с помощью психиатрии. Юнг писал, что советское общество - ярчайший пример буйства архетипов, сознательно или нет выпущенных из темницы подсознания.

По мнению Юнга, коллективное безумие современного ему мира, являлось закономерным следствием развития европейской культуры, особенно ее технократической направленности. История Европы - это история упадка символического знания. Торжество технической цивилизации куплено дорогой ценой - ценой отказа от единения с «душой» природы, от символа как образа бессознательной энергии. Символы, как считал Юнг, открывают человеку священное в природе и одновременно предохраняют его от непосредственного губительного соприкосновения с колоссальной психической энергией архетипов.



2.2. Концепция культуры Карла Юнга

В центре юнговской концепции культуры лежит «коллективное бессознательное». Оно, по словам Юнга, «идентично у всех людей и образует тем самым всеобщее основание душевной жизни каждого, будучи по природе сверхличным.» В этой предпосылке юнговской теории мы можем легко проследить определенную аналогию с фрейдовской концепцией «суперэго».

По мнению Юнга, «коллективное бессознательное» передается по наследству и является базой, на которой вырастает человеческая психика. Под влиянием врожденных программ, универсальных образцов поведения, появляются не только элементарные «животные» поведенческие реакции, вроде безусловных рефлексов таких как либидо, но также и восприятие, мышление, воображение и т. п. Содержанием «коллективного бессознательного» являются общечеловеческие первообразы - архетипы (например, образ матери-земли, мудрого старца, демона и т. д.). Архетипы выражаются как в мифах, так и в магии, алхимии и т. д.

Юнг придавал огромное значение архетипическим образам. Он считал, что именно они по сути являются источником мифологии, искусства, религии, философии.

Хотя впервые о архетипах заговорил именно Юнг, он сам утверждал, что сам феномен архетипа знаком человечеству уже давно, практически с момента появления цивилизации, хотя бы бессознательно. На языке христианства, архетип - грехопадение. Как доказательство тождественности понятий грехопадения и архетипа, можно считать то, что как архетип соответствует человечеству с его зарождения, так и грехопадение, в соответствии с Ветхим Заветом, произошло еще тогда, когда все человечество было представлено лишь двумя персонами - Адамом и Евой.

Однако, если по догматическим принципам христианства искупление первородного греха возможно лишь через страдание (катарсис), то Юнг не принимал такого пути, да и другого не предлагал, считая, что архетип является неотъемлемой особенностью человеческой личности.

По Юнгу, человек подсознательно осознает свое отдаление от природы, растущую пропасть между его естественным и нынешним состоянием. Он ищет выход в магии, заклинаниях, но чем сильнее он развивается, тем менее начинают его устраивать эти субституты и подсознательный процесс сублимации заходит в тупик. Сублимация перестает действовать, растет психическое напряжение, внутренний дисбаланс как личности так и общества в целом. При этом бессознательное стремится компенсировать односторонность и безрассудство сознания. Вторжение «коллективного бессознательного» ведет не только к индивидуальным, но и массовым психозам, появлению лжепророков (в истории XX века это ярко проявляется в появлении таких одиозных фигур как Гитлер, Сталин, Муссолини), а в итоге к массовым беспорядкам, насилию, войнам, тоталитаризму.

Здесь нельзя удержаться и не привести еще одну параллель с библией, которая вновь доказывает очевидное влияние христианской идеологии на Юнга. По библии, по мере роста «греховности» людей, как наказание и испытание на моральную устойчивость, Дьявол будет посылать на Землю именно лжепророков.

В 1927 году Юнг писал:

«Наши грозные боги поменяли имена: ныне они заканчиваются на «изм». Хватит ли у кого-нибудь сомнительной смелости утверждать, что мировая война или большевизм - чьи-то сознательные выдумки?... В конце концов, лишь очень незначительная прослойка человечества, живущая главным образом на том густонаселенном полуострове, который выдается в Атлантический океан, и называющая себя «культурной», до такой степени потеряла контакт с природой, что пришла к мысли, будто религия - это лишь особый вид умственного расстройства без сколько-нибудь ясно выраженного смысла. Глядя на это с безопасного расстояния, скажем из Центральной Африки или из Тибета, мы, несомненно, смогли бы убедиться, что данная прослойка просто-напросто спроецировала собственные бессознательные психические расстройства на нации, которыми все еще владеют вполне здоровые инстинкты».



3. Культурологические идеи Фромма

Создавая «радикально-гуманистический психоанализ», Фромм стремился постичь законы, управляющие жизнью отдельного индивида, и закономерности, которые лежат в основе развития общества, в целях гуманистического преобразования человека и социума. 

Отвергая как миф тезис о «неизменной человеческой природе». Фромм утверждал, что в ходе эволюции человек частично утрачивает «непосредственную инстинктивную основу» и обретает новые качества, обусловливаемые социальной средой. 

Фромм же считал, что «самые прекрасные, как и самые уродливые, наклонности человека не вытекают из фиксированной, биологически обусловленной человеческой природы, а возникают в результате социального процесса формирования личности. Человеческая натура - страсти человека и тревоги его - это продукт культуры.» 

Стремясь к созданию диалектического представления о человеке, Фромм утверждал, что «человеческую природу нельзя рассматривать ни как биологически обусловленную внутреннюю сумму желаний, ни как безжизненную тень культуры, к которой она вынуждена приспосабливаться». 

По мысли Фромма, особенность человеческого существования состоит в том, что, в отличие от всех иных живых существ, человек обладает сознанием и самосознанием, которые превратили его в чужака нашего мира, и породил чувства одиночества и страха. 

Разрыв естественных связей человека с природой составляет, по Фромму, основное экзистенциальное противоречие, являющее собой главную проблему человеческого существования. На базе этого противоречия, как полагал Фромм, возникают другие экзистенциальные и исторические дихотомии. К «экзистенциальным дихотомиям» Фромм относил такие противоречия, которые коренятся в самом существовании человека и не могут быть аннулированы им. Это дихотомии между жизнью и смертью, огромными потенциями индивида и невозможностью их реализации в силу кратковременности его бренного существования. Фромм полагал , что на эти неизбывные дихотомии человек все же может и даже должен реагировать различными способами, соответствующими его характеру и культуре .

В отличие от «экзистенциальных дихотомий» «исторические дихотомии», по Фромму, имеют иную природу и не являются необходимой частью человеческого существования. Они возникают и разрешаются людьми в ходе исторического процесса. К  противоречиям этого ряда Фромм относил по преимуществу дихотомии между различными историческими формами существования общества и возможностями человека для подлинной реализации своей природы в определенных временных границах .

Как мыслитель и гуманист, Фромм не мог пройти мимо проблемы кризиса современного общества и путей его преодоления. Приложив значительные усилия для осознания и развенчания ряда опасных социальных иллюзий, Фромм пришел к выводу, что причины кризиса предопределены экономическими и психологическими противоречиями самой индустриальной системы. Отдавая должное ее разнообразным достижениям, Фромм вместе с тем критически проанализировал великие обещания и большие надежды на безграничный прогресс, которые были характерны для ряда поколений индустриальной эпохи. Вывод Фромма был однозначен - большие надежды на достижение материального изобилия , неограниченной личной свободы , счастья для наибольшего количества людей и господство над природой потерпели крах . Цивилизация оказалась на грани самоуничтожения. Осуществляя поиск новых альтернатив планетарной катастрофе, Фромм пришел к мысли о том, что обязательным условием физического выживания рода человеческого является создание нового человека («радикального изменения человеческого сердца») и нового общества, соответствующего потребностям «неотчужденного и ориентированного на бытие индивида».

Фромм разработал довольно подробную программу изменения человека и общества. Согласно данному проекту, в общих чертах спасение человечества от психологической и экономической катастрофы предполагает коренное изменение характера человека, выражающееся в переходе от доминирующей установки на обладание к господству установки на бытие, а также переход от индифферентного и патологического потребления к здоровому, максимальную децентрализацию промышленности и политики, осуществление индустриальной и политической демократии соучастия и замену бюрократического способа управления гуманистическим. 




Список использованной литературы.

Фрейд. З. Введение в психоанализ. – М.: Выш. шк., 1991.

Фрейд. З. Будущее одной иллюзии// Сумерки богов. - М.,1990.

Фромм. Э. Душа человека. – Мн.: Выш. шк., 1991.

Юнг. К. Архетип и символ. М.,1991.