Волосовская культура

Размещено на http://www.

Размещено на http://www.

Содержание



Введение

Волосовская культура

Заключение

Список использованной литературы




Введение



Примерно в 4 тыс. до н.э. на территории Восточной Европы распространяется энеолит, его другое название - медный век.

Медный век в соответствии с принципами системы трех веков означает период, когда медь была главным материалом для основных орудий и оружия человека. Выделение этого периода встречает определенные трудности, т.к. медь поначалу встречается довольно редко, и рано начинаются эксперименты по получению сплавов. Более удачными являются термины «энеолит» или «халколит», предполагающие использование как меди, так и камня, который применяется наряду с бронзой и в более поздний период. В Европе энеолит соответствует крупным передвижениям племен кубков и шнуровой керамики, а возможно, появлению индоевропейских языков.

Медь была одним из первых металлов, применявшихся человеком, поскольку она, как и золото, встречается в природе в чистом виде и не требует плавки. Позже извлекалась из различных руд, карбонатных (малахит), оксидных и сульфидных. Форму меди можно было придать простой ковкой, которой попутно увеличивали твердость изделия. Довольно скоро были реализованы возможности литья. Первоначально использовались открытые формы, так как в закрытой трудно получить нерастрескавшуюся отливку.

Главное содержание прогресса в энеолите — изобретение металлургии, дальнейшее расселение человечества и распространение производящего хозяйства. Но это не значит, что земледелие составляло единственное занятие энеолитических племен. К энеолиту относят и ряд скотоводческих и даже охотничье-рыболовецких культур. В эпоху энеолита был изобретен гончарный круг, а это означало, что человечество подошло к порогу классообразования.

Ярким феноменом энеолита на территории Восточной Европы является волосовская культура. Исследователи относят ее к позднему неолиту- энеолиту лесной полосы. Проблематичным является вопрос о ее происхождении: некоторые исследователи ведут ее от местного финно-угорского населения, доказывая это их общими чертами в материальной культуре; другие устанавливают ее связь с Восточно-прибалтийским регионом. Несомненно то, что культура заняла обширную территорию и по своему хозяйственному укладу было традиционным - присваивающим. 

Задача этого реферата - описание происхождения, занимаемой территории, материальной и духовной жизни носителей волосовской культуры. 


Волосовская культура



Волосовская культура - это энеолитическая культура (3- нач.2 тысячелетия до н.э.), расположенная на территории центральной России и Поволжья, на обширной территории Волжско-Окского междуречья, Верхней Волги и Прикамья.. Время существования- 2200- 1500гг. до нашей эры., хотя есть и версии углубления ранней даты на несколько веков. Во 2-м тысячелетии до н.э. волосовская культура распространилась далеко на север[6, c. 78-80] . Волосовские древности были открыты во второй половине XIX в. А.С. Уваровым, сама культура выделена В.А. Городцовым. Название получила по стоянке у села Волосово, близ города Навашино Нижегородской области в месте слияния Оки и р. Велетьма. Предполагается, что волосовцы говорили на языке финно-угорской группы, но антропологически и этногенетически в полиэтносе волосовцев просматриваются элементы праславян и балтов. Многие исследователи приводят истоки волосовской культуры на северо-запад, на территорию Восточной Прибалтики[5, c.34-36]. Приводятся следующие доводы в пользу этой гипотезы. Во-первых, на ряде опорных памятников Верхнего Поволжья и Волго-Клязьминского междуречья в смешанных горизонтах первой четверти 3 тыс. до н.э. с позднельяловской и протоволосовской керамикой встречены обломки посуды восточно-прибалтийского типа. Они немногочисленны, но достаточно своеобразны, в тесте - примесь раковины. Часть посуды орнаментирована зональными гребенчатыми и гребенчато-ямочными узорами, ближайшие, а порой и тождественные аналогии которых фиксируются среди средненеолитической восточно-прибалтийской посуды. Налицо становление новой керамической традиции, занесенной извне, которая в будущем здесь будет господствующей на протяжении чуть более одной тысячи лет [3, c. 145-146]. В волосовской и родственных ей культурах широко распространяются скульптурные изображения из кости, и среди них - миниатюрные объемные скульптурки-подвески реалистически выполненных птичьих головок или плоские профильные изображения птиц. Кроме того, позже встречаются анфасные (Ф-образные) изображения человека, связанные с культом предков. И, наконец, ранним этапом культуры датируется уникальная маска «шамана» с Сахтыша - 2 II, вырезанная из основания рога лося, чему аналогичны более поздние находки масок-подвесок на востоке Литвы. Все эти образы ни в верхневолжской, ни в льяловской культурах неизвестны. Но они известны на территории современной Балтии. Но в отличие от поздненеолитических восточно-прибалтийских культур с пористой керамикой, в волосовской культуре появляется и миниатюрная скульптура из кремня. Использование кремня как материала для создания скульптур - изобретение волосовцев. Неоспоримым свидетельством формирования волосовской культуры при участии восточно-прибалтийского компонента являются янтарные украшения[2, c. 45-47]. Многолетние исследования нео- и энеолитических могильников на Сахтышских многослойных стоянках позволили частично изучить антропологию и восстановить внешний облик некоторых групп их обитателей. Оказалось, что среди ранних льяловцев доминировали низкорослые представители, характеризующиеся монголоидными чертами в строении черепа. Наоборот, черепа ранних волосовцев имеют другой бланк данных. Они в массе своей европеоидные, с четко выраженной мезокранией, и сходны с черепами ряда поздненеолитических захоронений стран Балтии, которые, судя по радиоуглеродным датировкам, несколько древнее сахтышских. То есть, «волосовский» антропологический тип сформировался раньше, чем сформировалась сама культура. И на другой территории[4, c. 87-90].

Существует также идея о приходе волосовцев из бассейна р. Камы. Наблюдаются общие черты в домостроительстве и керамическом производстве ( остродонная посуда, украшенная гребенчатым орнаментом).

В составе волосовцев были преимущественно поздненеолитические племена охотников и рыболовов Восточной Европы. Развитие волосовской культуры начинается в позднем неолите, в результате взаимодействия верхневолжской культуры с культурой ямочно-гребенчатой керамики.

Поселения

Волосовская культура изучена по таким стоянкам как: Маслово, Болото 2, Сахтыш 2, Языково 1;.поздние-Гавриловка 1 и 3, Волосово, Черная Гора, Владычинская- Береговая 1и 2, Ивановское 2 и 7, Николо-Перевоз 1 и 2,Нашутино 1, Берендеево 1 и др. 

Для волосовцев характерны столбовые деревянные жилища полуземляночного и наземного типов, площадью от 20 до 100 м кв. с узкими переходами и выходами. На полу землянок имеются ямы от столбов и остатки сгоревших столбов. Внутри находились очаги из камней и кострища, расположенные против входа. Жилища составляют целые поселки, вытянутые вдоль берегов рек компактной группой. В поселках проживало 25-30 жителей.

Хозяйство

Основой хозяйства были охота, рыбоводство и собирательство, относительно появления у них скотоводства и земледелия вопрос остается нерешенным. Рыбу добывали костяными гарпунами т крючками. Но еще более важное значение имели сети (отпечатки сетей сохранились на некоторых глиняных сосудах). Охотились волосовцы на лося: основная масса костей, обнаруженных при раскопках поселений, принадлежит лосю. Добывались также кабан, медведь, косуля, заяц, речной бобр; пушные животные - хорек, куница; из птиц –гусь, глухарь и рябчик. В охоте человеку помогала собака (скелет собаки был найден на Волосовской стоянке). Находки костей домашней свиньи не могут с точностью указывать на ее роль в хозяйстве волосовцев, так как происходят из многослойных памятников. 

Керамика

Для керамики ранних этапов характерна примесь толченой раковины в глине, полуяйцевидная и котловидная с округлым дном форма сосуда. На поздних этапах появляются сосуды горшковидного типа с плоским дном и растительной примесью. Орнамент на сосуды наносился различными гребенчатыми штампами, есть отпечатки шнура, намотанного на палочку, различные ямочки. Наиболее массовым элементом орнамента, который использовали волосовские гончары, был гребенчатый. Примерно в четверти случаях на волосовских сосудах сохраняются и неорнаментированные участки поверхности. Отличительными чертами волосовской керамики было примерно равное использование округлых и овальных ямочных вдавлений, применение как прямоугольных, так и овальных гребенчатых и иных штампов длиной 11-30 мм и шириной от 1-6 мм с поперечными или симметричными зубцами. Примерно пятая часть волосовских сосудов имеет орнамент и на внутренней поверхности или по верхнему краю внешней поверхности. 2/3 сосудов несут орнамент по торцу венчика, наиболее широко эта традиция была распространена в Центральном районе и Московско - Клязьминском междуречье.

Орнаментальные традиции у носителей волосовской культуры в разных районах имели свои особенности. В частности, ямочный элемент орнамента чаще всего использовался гончарами Центрального района, ямчатый элемент - гончарами Московско - Клязьминского междуречья и, несколько реже, гончарами Восточного района и бассейна Нижней Оки. Гребенчатый элемент использовался везде, но наиболее широко он представлен на сосудах Западного района, а менее всего - на керамике бассейна Средней Оки. Гладкий элемент орнамента чаще применяли гончары Средней и Нижней Оки и Западного района. Рамчатый штамп преобладал на сосудах Московско - Клязьминского междуречья и Восточного района. Отпечатки веревочного штампа массово использовались только гончарами бассейна Средней Оки. На керамике выявлено 28 вариантов сложных объединяющихся мотивов. На керамике памятников Нижней и средней Оки и Восточного района они были наиболее разнообразны. Сложные пересекающиеся мотивы представлены только 10 вариантами, и использовались гончарами волосовской культуры достаточно редко. В количественном отношении простые образы преобладают над сложными.

Орудия и металлообработка

На раннем этапе развития культуры орудийный комплекс составлен из камня. Волосовцы с большим по тем временам мастерством выделывали шлифованные и обработанные тончайшей отжимной техникой каменные орудия; на Волосовской стоянке оказался даже целый клад таких превосходно выполненных вещей. Кремневые орудия весьма разнообразны. Из кремня даже научились изготовлять изящные украшения и амулеты, называемые фигурными кремнями, среди которых есть изображения людей, зверей, рыб и птиц. Самым распространенным видом кремневых орудий были скребки. Они чрезвычайно разнообразны по форме и размерам и служили не только для обработки шкур, но и для обработки дерева и кости. Многочисленны и разнообразны ножи и наконечники дротиков, копий и стрел. Есть различные сверла, проколки, топоры, долота и тесла. Из кости изготавливались гарпуны различных форм, крючки, биконические, игловидные и уплощенные наконечники стрел, копья, кинжалы и ножи, мотыги, украшения и др. Яркой характеристикой волосовской культуры являются антропоморфные и зооморфные фигурки из кремня и кости[3, c. 167-171]. На многих волосовских поселениях и в погребениях найдены янтарные украшения: пуговицы с V–образным отверстием, кольца, пластинчатые привески. Подобные формы янтарных украшений встречаются на стоянках Прибалтики, откуда путем обмена они могли попасть на территорию волосовской культуры. На позднем этапе существования культуры появляются первые металлические вещи (медный клинок, шилья, обломки спиралек, плоские клиновидные топоры, ножи, украшения). Металлообработка шла на месте стоянок: обнаружены капли меди, формы для литья. Основная масса металлических изделий была найдена в восточном регионе волосовской культурной общности, расположенной ближе к месторождениям песчаников, содержащих медь, находящимся в Среднем Поволжье и Прикамье. Некоторые предметы импортные: производства фатьяновской культуры Бронзового века.

Захоронения и культы

Умерших волосовцы хоронили около жилищ, иногда в жилищах. Большинство погребенных положены вытянуто на спине, реже на животе. На поздних этапах встречаются скорченные погребения, как бы повторяющие позу эмбриона. На позднем этапе выделяются могильники.

В Среднем Поволжье существовали разнообразные формы обряда, не связанные с захоронением в земле (в воде, на дереве и другие). Объяснение этому обряду следует искать в древних представлениях финно-угров о загробной жизни, о том, что душа после смерти могла бы беспрепятственно попасть в светлый мир.

Погребальный обряд включал в себя как собственно захоронение трупа, так и связанную с этим актом целую систему действий ритуального характера. Найдены остатки кострищ, сломанные орудий близ могил, кости животных на особых поминальных площадках и в своеобразных святилищах. Последние исследованы Д.А. Крайновым на трех Сахтышских памятниках (Тейковский район Ивановской области). Первое святилище обнаружено на стоянке Сахтыш 8 в 1977г. Это была слегка углубленная в землю постройка прямоугольной формы площадью не менее 45-50 кв.м. Внутри ее, по центру, находилась овальная яма длиной около 3м, шириной -1,2м и глубиной 1м. В древности яма была перекрыта деревянным настилом, на котором к моменту его обрушения располагались жженые птичьи кости и остатки сильно истлевшего черепа медведя. На дне ямы в специальном углублении лежало скопление мелких отщепов и чешуек из желтого кремня. Аналогичный склад отщепов прослежен и у края ямы в пределах постройки. Второе святилище раскопано в 1979г. на стоянке Сахтыш 2 [4, c. 79-86]. Его наземная часть представляла собой углубленную в грунт на полметра узкую прямоугольную постройку типа шалаша, сгоревшую в древности, а подземная - глубокую( до 1м) яму, перекрытую деревянным настилом. Максимальная длина ямы составляла 3, 55 м, ширина - не более 1,15м. Стенки ее были облицованы тесом. На дне, на специальной подушке из песка и глины располагалась своеобразная деревянная конструкция из плоских реек, скрепленных лучиной. Длина конструкции составляла около 2 м, ширина - 0,5 м . ( Не исключено, что эта конструкция, названная Д.А. Крайновым “гробовищем”, всего лишь остатки рухнувших в яму продольных бревен настила, которые под воздействием колебания грунтовых вод расслоились в лучину). У края ямы, на уровне древней дневной поверхности обнаружено овальное пятно охры, в котором расчищен раздавленный сосуд. Рядом с сосудом, в основании охристого пятна находились часть скелета бобра и клад орудий. Третье святилище исследовано в 1990г. на стоянке Сахтыш 2 А, оно также как и два предыдущих состояло из двух частей. Строение имело в плане правильный пятиугольник со стороной 5 м. В яме найдены кости медведя, лося, бобра и куницы. Под ними находился неполный развал сосуда. Под развалом сосуда обнаружена уникальная находка-маска. Она изготовлена из цельного куска рога лося и представляет собой неполное изображение лица взрослого человека в натуральную величину. На ее внешней поверхности тщательно проработаны основные детали анатомии лица - лобные бугры, брови и объемные очертания носа. Внутренняя поверхность маски обработана более грубо, но этого оказалось достаточно, чтобы ее можно было безболезненно надевать на лицо. Крепление маски на голове осуществлялось с помощью простых шнурков, которые провздевались в четыре просверленных по краям налобника отверстия и завязывались на затылке. Непосредственно под маской находились куски углей и древесный тлен, - очевидно, остатки подноса или короба для ее хранения.

Четвертое “святилище” обнаружено также на стоянке Сахтыш IIA в 1991 г., но от него дошли только остатки ямы глубиной около 1 м. Каких-либо четких следов наземной постройки над ней не прослежено, но о ее существовании в древности косвенно говорит крупный валун, специально положенный у южного края ямы в качестве крепежной подпорки. Яма имела почти квадратную в плане форму (1,75 х1,48 м), с юго-западной стороны к ней примыкал коридорообразный вход с полого спускающимся полом длиной 0,9 м и шириной 0,5-0,65 м. По углам ямы и на торце входа обнаружены остатки вертикальных столбов, на которых, очевидно, держалось крепление стенок ямы и ее перекрытие. Находки, которые предположительно можно связать с ритуальным использованием ямы, представлены крупными обломками сводов двух черепов - взрослого человека и ребенка, а также скульптурной подвеской из кости в виде головки птицы. 

Вне Сахтышских поселений “святилища” известны нам еще на двух памятниках. Одно из них раскопано И.К. Цветковой на стоянке Володары в 1946 г. От него сохранилась только яма. Она имела подпрямоугольную форму размерами 260х70-80 см, глубина составляла 1,1 м от современной поверхности. По длинной оси яма была ориентирована с ССВ на ЮЮЗ. На дне ее компактными кучками лежали кремневые отщепы и осколки, множество чешуек, сработанные нуклеусы и орудия. Первоначально яма была определена И.К. Цветковой как производственный объект по изготовлению кремневых орудий. Позднее эту трактовку исследовательница поставила под сомнение, но какой-либо новой, вразумительной интерпретации функционального назначения ямы не дала, отметив лишь факт сходства находок из ямы с вещами из кладов.

Действительно, узость ямы и глубина (приблизительно 60-70 см от дневной волосовской поверхности) не позволяют видеть в ней мастерскую. Наоборот, прямые аналогии ее “святилищным” ямам Сахтышских поселений свидетельствуют, что володарская яма также имела ритуальное назначение и представляла собой подземную часть погребального “святилища”. Следы перекрытия и наземной части, к сожалению, не сохрани-лись (или, скорее всего, не были прослежены в процессе раскопок). Сейчас можно лишь предполагать, что она имела простую шалашеобразную постройку. Это предположение в определенной мере подтверждается рас-положением ямы на близком расстоянии от синхронных ей могил, которые невозможно было бы выкопать, если бы строение имело форму и размеры волосовского жилища [7, c. 14-17].

Вторым памятником, где с определенной долей уверенности можно говорить о существовавшем “святилище”, является стоянка Кончанское IV с могильником. Здесь в 1970-е гг. М.П. Зиминой исследованы остатки небольшого строения, принятые ею за жилище. Строение прослеживалось по слабомощному пятну темно-серого песка овальной формы (4,5х2,1 м), вытянутому с З на В. Внутри его обнаружена линза черного песка размерами 1,6х1,2 м и мощностью 25-30 см. По нашему мнению линза являлась не очагом, как предполагала М.П. Зимина, а сгоревшим перекрытием-настилом “святилищной” ямы, истинная глубина которой в силу сильно опесоченного грунта не была установлена. Наземная же часть кончанского “святилища” предположительно имела вид шалаша, о чем как будто бы свидетельствуют размеры “жилищного” пятна и отсутствие каких-либо следов столбовой конструкции.[1, c. 45-46] 

Из всех рассмотренных “святилищ” радиоуглеродным методом датированы только два на Сахтыше IIA. Первое функционировало в ранневолосовское время: угли, взятые непосредственно из-под маски, имели возраст 4790 +-180 л.н., а из заполнения ямы, т.е. когда она была уже заброшена, - 4430 +-250 л.н. Второе “святилище”, судя по углю со дна ямы, было сооружено в конце развитого периода, 4240 +-160 л.н. 

“Святилище” на Сахтыше VIII синхронно ранним волосовским погребениям с янтарем, о чем убедительно свидетельствует его стратиграфия и, особенно, планиграфия. Наконец, поздним волосовом следует датировать “святилищные” ямы Сахтыша II, Володар и, возможно, Кончанского IV. 

Таким образом, все известные на сегодняшний день “святилища” имеют достаточно однообразную конструкцию: наземная постройка с ямой внутри, перекрытой деревянным накатом. Хронологически они четко распадаются на два типа. Наземная часть ранних имела вид капитального строения, а у поздних она была шалашевидной. 

“Святилища” располагались непосредственно на территории волосовских кладбищ и составляли с ними единое целое. Какие-либо признаки или даже слабые намеки на использование их в хозяйственных целях отсутствуют полностью, что доказывает их ритуальное назначение. Скорее всего, они были связаны с культом предков и с проведением каких-то погребальных ритуалов, а сами ямы могли имитировать могилы предков. (Обобщенный образ одного из таких предков, по нашему мнению, олицетворяла роговая маска)[1, c. 67-70].

Духовная культура волосовцев качественно отличалась от духовной культуры неолитического населения. В культурных слоях волосовских погребений найдены самые древние для лесной зоны Восточной Европы духовые музыкальные инструменты-флейты. Найдены игральные фишки, по внешнему виду напоминающие современные шашки. Поскольку одной из характерных черт волосовской культуры являются разнообразные кремневые и костяные фигурки людей, животных, птиц и рыб, это следует рассматривать как ритуальные или культовые предметы, связанные с магией охотничьего обряда. Подвески - лунницы по своему оформлению близки крылатым подвескам- изображениям птиц с развернутыми крыльями, которые связаны с представлениями древнего человека о душе, уходящей после смерти в загробный мир. Отмечается параллельное существование культа лося и культа медведя. Медведь был наиболее почитаемым, от него, по понятиям древних, произошел их род. Изображения и захоронения черепов этих животных известны на ряде памятников Среднего Поволжья. Захоронение животных (целиком или частично) совершалось как жертвоприношение духам. Продолжал существовать и культ оленя.




Заключение

волосовская культура

Волосовская культура является культурой эпохи медного века довольно обширной территории-от нижнего и среднего течения Оки, верховьев Волги до среднего Поволжья на юге. 

Несмотря на то,что данная культура является энеолитической, мы не можем говорить о развитии в ней производящего хозяйства. Основным занятием волосовцев было рыболовство.

Материалы стоянок представляют широкий комплекс орудий, как каменных, так и произведенных волосовцами из чистой меди. Культура активно контактировала с другими группами населения: об этом говорят многочисленные находки янтаря, принесенного с побережья Балтийского моря.

Материалы погребений и могильников показывают развитие религиозных верований волосовцев, они уже значительно отличаются от неолитических. При костяках найдены многочисленные антропоморфные и зооморфные фигурки, тела обильно посыпаны охрой. 

Особенно значимы находки святилищ как мест отправления культовой деятельности. Для волосовцем характерен тотемизм. 

Наиболее важным является то, что эта культура занималась металлообработкой, именно поэтому ее можно отнести к числу энеолитических.

По вопросу исчезновения энеолитической общности с пористой керамикой мнения специалистов, в целом, однозначны: она трансформировались в близкородственные местные культуры бронзового века под сильным влиянием извне. Правда, в разных регионах это происходило по-разному. На юго-западные окраины общности на рубеже III-II тыс. до н.э., как показали полевые исследования последних двух-трех десятилетий прошлого века, по каким-то по неясным причинам просочилось энеолитическое население с верхней Десны, а в южное подбрюшье – представители лесостепных культур. Они частично изменили материальный облик местных культур. Но не нарушили их основ. Экономический базис последних, как нам представляется, к моменту миграций на их территории иноплеменников уже эпохи бронзы рушился сам. Скорее всего, это был глубокий кризис присваивающего хозяйства, который не позволял в полной мере прокормить разросшееся народонаселение общин. Из стагнации хозяйство аборигенов было «выведено» мигрантами. Сначала они познакомили автохтонов с навыками придомного скотоводства (фатьяновцы), а позднее – с примитивным земледелием (поздняковцы).Складывалось это, правда, не столь «безоблачно» для обеих сторон. Фатьяновские пастухи со своими стадами овец, коз, свиней, мелким рогатым скотом и сопутствующими им паразитами, вступив в контакт на рубеже III-II тыс. до н.э. с волосовцами, заразили их какой-то инфекцией. А последние, по-видимому, «одарили» пришельцев, в свою очередь, тоже какой-то, неизвестной им болезнью. И начался мор. Мор был великим. Вымирали практически целыми поселками, чему свидетельствуют хронологически одно-двухмоментные коллективные захоронения на волосовских кладбищах финального периода и на фатьяновско-балановских этого же времени без признаков насильственного умервщления .Однако, часть народа, как волосовцев, так и фатьяновцев-балановцев уцелела, выжила и, утратив без остатка свои праотеческие корни, создала сначала новые культуры, а в конце бронзового века их потомки консолидировались вновь в единую общность – общность культур с «ложношнуровой» керамикой, не столь яркую как волосовская, сколь динамичную и, главное, прогрессивно-экономическую.


Список использованной литературы



1. Зимина М.П. Неолит бассейна р. Мсты. М., 1981.

2. Костылева Е.Л. Волосовские погребения с янтарем могильника Сахтыш II A. Т., 2000.

3. Крайнов Д.А. Волосовская культура. М., 1987.

4. Крайнов Д.А. Новые исследования стоянки Сахтыш II. М., 1982

5. Никитин А.В. Существовала ли «волосовская» культура? М., 1974.

6. Никитин В.В. Основные итоги изучения волосовской культуры в ХХ веке. Т., 2002.

7. Цветкова И.К. Стоянка Володары. М., 1948.

8.Матюшин Г.Н. Археологический словарь. - М.: Просвещение: АО «Учеб. лит.» , 1996. - 304 с.: ил.

9.Уорвик Брей, Дэвид Трамп. Археологический словарь.- М.: Прогресс, 1990. — 368 с: ил.

10.Авдусин Д.А., Археология СССР, М., 1977

11..Гальперина Г.А., Доброва Е.В.Популярная история археологии.-М.:Вече, 2002.-512с., илл

Размещено на http://www.

3