Обычаи и традиции Шотландии

Обычаи и традиции Шотландии

В быту и культуре любого народа есть много явлений, сложных по своему историческому происхождению и выполняемым функциям. Одними из самых ярких и показательных явлений такого рода являются народные обычаи и традиции. Для того, чтобы понять их истоки, надо, прежде всего изучать историю народа, его культуру, соприкоснуться с его жизнью и бытом, попытаться понять его душу и характер. Любые обычаи и традиции в своей основе отражают жизнь той или иной группы людей, а возникают они как результат эмпирического и духовного познания окружающей действительнос-ти. Другими словами, бычаи и традиции — это те ценные жемчужины в океане жизни народа, которые он собрал на протяжении веков как результат практического и духовного постижения реальности.

Какую бы традицию или обычай мы ни взяли, исследовав её корни, мы, как правило, приходим к выводу, что она жизненно оправдана и за формой, подчас кажущейся нам претенциозной и архаичной, скрывается живое рациональное зерно. Обычаи и традиции любого народа, это его «приданое» при вступлении в огромную семью человечества, живущего на планете Земля. Каждый этнос своим существованием обогащает её и совершенствует. 

В своей небольшой работе я хочу коснуться обычаев и традиций народа Шотландии. В этой связи очень важно ознакомиться, хотя бы кратко, с исто-рией и географией данного народа и его страны, так как исторический подход даёт возможность вскрыть напластования в сложном комплексе народных обычаев, найти в них первичное ядро, определить его материальные корни и его первоначальные функции. Именно благодаря историческому подходу можно определить настоящее место религиозных верований и церковных обрядов, место магии и суеверий в народных обычаях и традициях. Вообще говоря, только под историческим углом зрения может быть понята сущность любого праздника как такового. 

Тема обычаев и традиций шотландцев необычайно широка и многогранна. Но она поддаётся и делению на более частные и узкие темы. В своей работе я решила ограничиться лишь несколькими, которые можно считать, на мой взгляд, самыми важными. Эти темы: шотландский национальный костюм и его связь с понятием клановости; старинные сельскохозяйственные обычаи шотландцев и их связь с культом растительности и солнца; семейнобрачные обычаи; современные обычаи. 

Итак, несколько слов о шотландцах, кто они такие и как образовалась эта страна. 

Шотландия (Scotland) занимает северную часть острова Великобритании и прилегающие острова: Гебридские (Hebrides), Оркнейские (Orkneys), Шетландские (Shetlands). Основная территория Шотландии с запада и севера окружена Атлантическим океаном (the Atlantic Ocean), с востока — Северным морем (the North Sea), а с юга — территорией Англии (England) и Ирландским морем (the Irish Sea). Главными заливами восточного побережья являются залив Мори-Ферт (Moray Firth) на севере и Ферт-оф-Форт (Firth of Forth) — на юге. Ферт — оф-Клайд (Firth of Clyde) омывает юго-западное побережье Шотландии. Самыми высокими горами являются Грампианские горы (Grampians), протянувшиеся на севере Шотландии, которые включают в себя самую высокую вершину Шотландии, и вообще Великобритании, Бен-Невис (Ben Nevis). Её высота составляет 1343 м. Главными речными системами являются системы рек Форт и Клайд. Очень много в Шотландии горных озёр, включая озёра Лох Ломонд (Loch Lomond) и Лох Несс (Loch Ness). Лох Несс, возможно, самое известное озеро в Британии, так как, говорят, что в нём обитает чудовище доисторических времён — Несси (Nessie), однако факт этот не имеет доказательств, несмотря на многочисленные свидетельства «очевидцев». Хотя, бесспорно, озеро привлекает толпы туристов. 

Со своими чащами, озёрами, горами, островами и древними замками, Шотландия по праву считается красивейшей страной, и туризм является одной из её важнейших отраслей. 

В Шотландии имеются и залежи полезных ископаемыхугля и железа, неф-ти и газа Здесь также развиты такие отрасли как рыболовство, производство виски и т. д. Развито сельское хозяйство — земледелие и скотоводство. Около четвёртой части всей площади страны возделывается или находится под паст-бищами. Основной шотландской культурой является овёс (oats). И более поло-вины всех возделываемых площадей, в основном в Лоуленде (Lowlands) — низинной части Шотландии, занимается под эту культуру. Недаром Шотландию называют «Land of Cakes». Такое название дано потому, что она известна своими «oatmeal cakes» (букв.»пирогами из овсяной муки»). От этого же названия, кстати, происходит и « Cake Day » (или ещё по — шотландски Hogmanay, что значит « Канун Нового Года »). 

В Хайленде (Highlands — гористая часть Шотландии), разводят овец и коров. Здесь развито сельское хозяйство в форме крофтинга (crofting — фермерство). Люди покупают права на владение участком земли (croft), но часто этого участка достаточно только для того, чтобы выращивать карто-фель, одну корову, три овцы и т. д.; это маломасштабная ферма на плохой земле, так как на верху зимы долгие, а летадождливые и земля не подходит для настоящего фермерства. 

Что касается островов, Оркнейских и Шетландских, то нужно заметить, что деревья здесь почти не растут из-за суровых зимних сильных штормовых ветров (gales), но благодаря омывающему их тёплому течению Гольфстрима  (Gulf Stream), имеют относительно мягкий климат. Шетландские острова известны производимой здесь одеждой из шерсти (особенно с острова Фэр-Айл (Fair Isle), маленького острова на южной оконечности Шетландских островов). Шетландские шали, вывязываемые из шерсти, так тонки, что, при размере шали в 1,5 кв. м, её можно протянуть через обручальное кольцо. 

Гебриды (острова Скай, Малл, Юра (Skye, Mull, Jura) известны своими крофтами (crofts). Эти дома крофтеров, всё ещё заселённые, имеют толстые каменные стены, земляные полы и соломенные крыши. На острове Скай находится самое большое селение под названием Portrее, привлекающее  туристов — любителей кельтской старины. 

Гебридские острова, в свою очередь, делятся на Гебридские острова (Outer Hebrides) и Внутренние Гебриды (Inner Hebrides). 

Inner Hebrides известны своим островом Иона (Iona), где захоронено 52 древних шотландских короля, не говоря уже о принцах, епископах и чифтейнах. Остров привлекает паломников со всего мира. Остров Стаффа  (Staffa) знаменит пещерой Фингала (Fingal’s Cave), с которой связана легенда о двух великанах, бросавших друг в друга скалы. 

Над Внутренними Гибридами находятся Гебридские острова (Outer Hebrides, что буквально переводиться как « Внешние Гебридские острова»): Льюис (Lewis) и Гаррис (Harris), а также мелкие острова. Это гористые острова, где преобладают рыболовецкие гавани. Столицей Льюиса и Гарриса является г. Сторновэй (Stornoway), невдалеке от которого находится Шот-ландский Стоунхендж (Scotland’s Stonehenge). Scotland’s Stonehenge — доисторический каменный кромлех, состоящий из камней 40-футовой высоты. 13 монолитов окружают одну большую каменную пирамиду, а другие камни, которые, возможно, образовывали концентрические круги, разбросаны вокруг. О Стоунхендже я ещё упомяну позднее, в связи с обычаями шотлан-дцев, имеющими в своей основе языческие обряды. 

Древнейшие археологические памятники на территории Шотландии относятся к 3-му тысячелетию до н. э.. В первые столетия до н. э. началось заселение территории Шотландии кельтскими племенами (Celts), к древнему населению Шотландии относились пикты (Picts), которые являлись древней-шим народом, живущим на территории Шотландии и назывались они иберийцы (Iberians). Впоследствии кельты дали им название пиктов. 

В начале н. э. у некоторых племён стало зарождаться классовое общество. 

Неоднократные попытки римлян (the Romans), начиная с 1 века н.. э., подчинить Шотландию, а надо заметить, что римское её название было Каледония (Caledonia), окончились неудачей. 

Римляне завоевали юг Шотландии, но отступили перед Гардианской Стеной (Hardian ‘s Wall (Северная Англия) во 2 веке н. э. Шотландия в то время являлась гнездом воевавших между собой племён, каждое из которых имело своего короля, который в течение короткого времени правил своей малой территорией, до того, как быть покорённым своим более удачливым сопер-ником. 

В постримские времена картина сложилась следующая — пикты находились на севере, скотты (Scots) (из Ирландии) — на западе, бритты (Britons) на юго-западе, а англы (Angles) или англо-саксы (Anglo-Saxons) на юго-западе. В 9 веке скотты и пикты объединились в королевство (названное Скотия (Scotia) как это звучало на средневековом латинском), и сражались против набегов викингов (Vikings, или Norsemen). 

Название Шотландия (Scotland) произошло в 11 веке, когда название Скотия было дано юго-западному участку, заселённому племенами скоттов. Феодальная система в Шотландии была основана в 12 — ом столетии. Эдуард I Английский завоевал Шотландию в 1296 г., но шотландцы под предводитель-ством Валласа (Вильям Валлас — шотландский национальный лидер 1272 –1305 гг) и Брюса (Роберт Брюс — король Шотландии Роберт I 1274-1329 гг) оказали очень сильное сопротивление, таким образом, в 1328 году Англия признала независимость Шотландии. 

Интересно отметить, что имя Роберта I у шотландцев всегда ассоцииро-валось с мужеством и настойчивостью. Его считают известным Шотланд-ским героем. Он сражался с Эдуардом I и Эдуардом II, королями англий-скими, и разбил англичан при Баннокберне (Bannockburn) в 1314 году. 

Существует легенда. что после одного из своих поражений, Роберт I скры-вался в пещере и, как гласит предание, увидел паука, плетущего свою паутину. Паутина обрывалась, но паук, несмотря на это, снова и снова сплетал её. Брюс созвал и объединил свои силы и в этот раз одержал победу над Англией. 

Дочь Брюса положила начало трагической, но крепкой династии Стюартов, с которой связан большой период в истории Шотландии. Дворцы Стюартов и места их сражений расположены по всей Шотландии, существует также тропа Марии, Королевы Шотландской (Марии Стюарт — 1542 — 1587 гг). Она являлась королевой Шотландии с 1542 по 1567 гг и была заключена в тюрьму Елизаветой I Английской, а в 1587 году казнена за государственную измену. Как имя Марии Стюарт, так и имя Чарльза Эдварда Стюарта — шотланд-ского принца (Bonnie Prince Charlie), который был разбит в Битве при Кул-лодене (Battle of Culloden) в 1746 году и бежал во Францию, овеяны духом романтизма. 

С казнью Марии Стюарт в 1587 году, Шотландия потеряла свою независимость. 

А в 1603 году короны двух народов английского и шотландского были объединены путём законодательного союза двух королевств, который был окончательно провозглашен только в 1707 году. Многие шотландцы поддер-живали восстания 1715 и 1745 годов. И как уже упоминалось, с пораже-нием Принца Чарльза (по прозвищу Бонни, что значит «красавчик») в 1746 году надежды Стюартов рухнули. После 1745 года клановая система (Сlan system) пошатнулась. 

Клан в Шотландии (C l a n) — это группа семей, носящих одну фамилию (например Мак Дональды — « сын Дональда», так как Mac по-шотландски значит «сын») и имеющих общего предка. 

Шотландский костюм и его связь с понятием клановости.

До 1745 года Шотландские кланы управлялись чифтейнами (chieftains). Следует заметить, что система кланов популярна до сих пор и сохранилась она больше как национальная традиция шотландцев. Когда шотландец вспоминает о своей Родине, то ему приходят на ум печальные вересковые пустоши, развалины замков, поношенная прадедовская юбка-килт и пиброх — заунывная мелодия волынки. В Шотландии клановая принадлежность определялась по костюму, особенно по мужской юбке-килт. Расцветка юбки должна быть конкретной — в соответствии с тартаном. 

(Tartan) — шерстяной материей с образцом линий различной ширины и различных цветов, которые пересекают друг друга под определёнными углами. Имеется много различных тартанов, каждый из которых связан с определённым шотландским кланом. Каждый клан в Хайленде (Highlandsгористая, верхняя часть Шотландии) имеет определённый связанный с ним цвет и определённый проверенный образец, который члены клана носят на килтах и пледах. И надеть чужие цвета является социальным нарушением (gaffe) и это также недопустимо, как кораблю поднять на мачте иностранный флаг. За этим строго наблюдает в Шотландии ответственное лицо, Главный Герольд, Хранитель гербов и старшинства кланов. В его сложные обязанности входит следить за тем, чтобы никто не присвоил себе недозволенные титулы, чужие клетки, не завёл на волынке (bag-pipe) во время церемониального марша мелодию иного клана. Со всех концов света приходят к нему запросы относительно клановой принадлежности и символики. Даже  американские, австралийские, новозеландские, канадские поколения шот-ландцев не потеряли интереса к исконным родовым обычаям и традициям, вспоминают о своих корнях и чем дальше, тем больше приходят к мысли: «Где бы мы ни были, мы-шотландцы! » 

У каждого клана есть свой праздник, и в этот день все члены клана надева-ют свой костюм, где бы они ни были. 

Традиционно, кроме юбки — килта, в шотландский национальный костюм (Highland dress) входит твидовая куртка (t w e e d jacket), простые длинные чулки, берет и кожаный спорран (sporran), — кошелёк который висит на узком ремешке, охватывающем бёдра. Этот вариант костюма носят днём. Для вечера имеется другой вариант костюма — юбка-килт надевается с меховым спорраном, чулками со своим определённым тартаном, усложнённой курткой и отделанной рюшем рубашкой. Шотландский беретtam-o’-shanter — это шерстяная шляпа без полей с помпоном или пером на верху. Обычно тэмешэнте носят слегка сдвинув набок. Название своё берет получил от имени героя стихотворения Роберта Бернса с одноимённым названием. Следует упомянуть и такую деталь костюма, как нож. Истинный горец (Highlander) за своим правым чулком должен носить нож, на рукоятке кото-рого выгравирован цветок чертополоха и вправлен топаз. Надо заметить, что если горец всовывал нож с внутренней стороны ноги, то по шотландской традиции это означало — объявление войны. Мирные люди носят нож всегда с внешней стороны. 

Традиции ношения шотландцами своего костюма так прочны, что приме-ром может служить выдержка из статьи Л. Мартынова о том, как однажды канадский путешественник и писатель исследователь Арктики Фарли Моуэт в конце ноября посетил Москву. 

«Дело было в самом конце ноября, — пишет Л. Мартынов, — Моуэт явился в шотландском костюме: в короткой юбке, толстых клетчатых шерстяных чулках, подвёрнутых под коленями. Из-под пиджака на юбку спускался гро-мадный кошель с отделкой из толеньего меха-спорран. Оказалось, что сегодня все его сородичи одеты точно также, и уже поэтому он сразу мо-жет узнать в толпе своего, отметить с ним праздник или, в случае необходи-мости-прийти на помощь. И хотя шанс встретить другого Моуэта в москов-ской толпе был крайне незначителен, да к тому же погода не благоприят-ствовала хождению с голыми коленками-ледяной ветер гнал порошу, — никакого разговора о другом костюме и быть не могло. 

— Традиция, — объяснил Фарли, и успокоил собравшихся: — В канадской тундре было труднее, но в этот день я не могу иначе…»(Мартынов. Л. Вокруг света, 1979,№ 5, с.38). 

Традиция клановых цветов появилась не так уж и давно. Англичане в своё время запретили шотландцам носить национальный костюм. Это было в 1746 году, когда в битве на плоскогорье Куллоден (Culloden) y Инвернесса (Inverness) шотландцы потеряли шансы на независимость. Запрет действовал до 1782 года, а когда его отменили, то выяснилось, что старые узоры — забыты. Пришлось изобретать новые, записанные за каждым кланом. 

Касательно такой основной детали шотландского национального костюма, как юбка-килт, следует заметить, что носили её раньше не все шотландцы, а только хайлендеры (highlanders) — горцы. 

Как уже мы знаем, Highlands включает в себя самые высокие горы Британских Островов, самые дикие озёра и острова. По своему происхождению хайлендеры считают себя кельтами. Они гордяться тем, что являются потомками скоттов, которые пришли в Британию из Ирландии в 6-ом веке и они называ-ют себя скоттами (a Scot, a Scotsman, a Scotswoman), по-шотландски (a Scotch-man, a Scotchwoman). Несколько тысяч шотландцев, которые проживают у озёр в Западном Хайленде (Western Highlands) и Гебридских островах, всё ещё говорят на Scottish Gaelik (шотландский гэлльский)древнем кельтском языке, который очень похож на ирландский галльский и сроден валлийскому. Фермеры Хайлендера, или как их тут называют крофтеры (crofters), ведут тяжелую и простую жизнь, занимаясь земледелием и скотоводством: выращи-вают овёс и картофель, разводят овец и коров, рыбачат. Килт для некоторых хайлендеров и до сих пор является повседневной одеждой. Хайлендеры чувствуют превосходство по отношению к лоулендерам (lowlanders)жителям равнины, большинство из которых являются потомками датчан и англо-саксов. 

По своему этническому составу лоулендеры разнообразнее, чем хайлен-деры. До середины нашего века жители равнин — лоулендеры носили штаны и даже не клетчатые. Повторюсь, что каждая традиция в своей основе несёт практический смысл. Хайлендеры носили килт и гетры не просто потому, что им так хотелось, а очевидно потому, что им так так удобно передвигаться в гористой местности. мы в связи с этим можно вспомнить кожаные штаны и гетры тирольцев, костюм гималайских горцевподоткнутый халат кончается над коленями, а икры защищены чем-то вроде гольфов. Очевидно, что так удобнее ходить по крутым горным тропкам). У лоулендеров же не было необходимости передвигаться по горам и поэтому, естественно, и соответ-ствующего для этого костюма Интересно описывает происхождение тради-ции носить юбку-килт лоулендерами журналист Л. Мартынов. 

«В 1953 году лорд Лаурдейл, глава клана Мэйтлендов, должен был возглавить торжественную процессию государственного значения, неся шотландский флаг с Андреевским крестом, естественно, что и костюм его мог быть только шотландским. Но у низинного клана Мэйтлендов никаких собственных кле-ток не существовало. Выход из положения был найден: по счастью Мэйтлен-ды состоят в родственных отношениях с горскими кланами Каббингэмов и Ганнов. Те одолжили свои цвета, и из их соединения появился собственный тартан-клетчатая шерстяная материя Мэйтлендов. Впоследствии лорд Лайон на основании долгих расчётов определил мэйтлендам тартан и занёс его в официальную книгу клановых расцветок. Потом создали тартаны и для остальных лоулендеров»(Мартынов Л. Вокруг света,1979,№ 5, с.39). 

Всего сорок с лишним лет прошло с того дня, когда лоулендеры завели у себя горский костюм, но это уже стало традицией. Традиции возникают по-разному, но возникнув, имеют тенденцию не умирать. Исток шотландских  традиций — это стремление во что бы то ни стало отстоять свою самобытность. Тем более, что английские короли долго пытались эту самобытность искоре-нить, но шотландский упорный и упрямый характер противодействовал «сас-сэнах»-таким пренебрежительным словом шотландцы называли англичан. 

Суровость и упрямство шотландского характера как нельзя, на мой взгляд, лучше и наглядней выражается в эмблеме национального флага Шотландии-чертополохе (thistle). 

Интересна легенда о происхождении этой национальной эмблемы (Scottish Thistle). 

В древние времена викинги (Norsemen) высадились на восточном побережье Шотландии с намерением захватить и ограбить страну. Скотты собрали все свои боевые силы и заняли расположение за рекой Тэй (River Tay)крупной рекой в Шотландии, в месте, где имелся удобный брод. Так как они прибыли к вечеру, то уставшие и измождённые после долгого перехода, разбили лагерь и расположились на отдых, считая, что враг не станет наступать до следующего дня. Однако, викинги были рядом; не обнаружив охраны и часо-вых вокруг лагеря скоттов, викинги пересекли Тэй, с намерением внезапно захватить скоттов и зарезать их во сне. С этой целью они разулись, чтобы как можно меньше производить шума при передвижении к лагерю. Но вдруг один из викингов наступил на чертополох. От внезапной и острой боли он вскрикнул. Услышав крик, скотты подняли в лагере тревогу. Викинги вынуждены были отступить, а чертополох, в знак признательности за своевременную и нежданную помощь, скотты выбрали в качестве своей национальной эмблемы. 

Шотландцы были превосходными и смелыми лучниками. В качестве одной из военных почётных традиций шотландцев — охрана королевы лучниками, в случае её приезда. Эта традиция пошла с давних времён, когда шотландские короли имели право требовать от всех кланов лучников для личной охраны. Сейчас гвардия лучников-четыреста немолодых землевладельцев, которые в случае приезда королевы в Шотландию должны оставив все дела, явиться для её охраны, вооруженные луками и стрелами. Причём командиры подраз-делений также придирчиво проверяют упругость тетивы и остроту наконеч-ников, как это делали в ХII веке. И каждый из пожилых лучников способен пробить стрелой толстую доску — традиция требует от каждого из наслед-ственных членов гвардии неустанных тренировок с предписанным ему видом оружия. Всё это, конечно, занимает немало времени, но как считают в Шотландии, выполнение традиционных и родовых обязанностей лучше всего спаивает клан. А принадлежность к спаянной, даже архаичной, организации помогает жить в нынешнем неустойчивом мире. Ведь член клана безошибочно рассчитывает на поддержку собратьев. В Глазго (Glasgow — крупнейшем Шот-ландском городе) с 1806 года, например, существует организация клановой взаимопомощи, которая помогает своим с трудоустройством. Бывают даже международные встречи кланов в Эдинбурге (Edinburgh) — столице Шотлан-дии. На встречи кланов съезжаются люди, носящие одно и то же — шотландское имя. Делегаты таких встреч одеваются в национальные костюмы, речь о кото-рых шла выше. На встречах кланов всегда присутствуют волынки, музыка которых услаждает слух представителей кланов, происходят соревнования в метании бревна — кэбера (tossing the caber), в беге в гору, танцы, одним из которых является танец с подпрыгиваниями над скрещенными палашами-старый, добрый, истинно шотладский танец, едят хаггис (haggis)-копчёный овечий желудок, набитый кусками мяса со специями. Это очень сытное, хотя  с непривычки не очень-то вкусное блюдо. Шотландцы едят хаггис с картофельным пюре или пюре из репы. Об этом и о других традициях, прежде всего, связанных с сельским образом жизни шотландцев, будет сказано в следующей главе. 

Древние обычаи шотландцев, имеющие в своих корнях языческие обряды 

Поскольку шотландцы являются, в основном крестьянами, то и обычаи их с давних пор являлись, прежде всего, обычаями хлебопашцев и животново-дов. Вся их трудовая жизнь самым тесным образом была связана с природой: солнем, дождём, другими явлениями природы, урожайностью полей, плодо-родием скота, сменой времён года, сменой дня и ночи. Древние кельты делили год на холодный (от праздника Самхейн) и на тёплый (от праздника Белтан) периоды. Отсчёт холодного периода кельты вели со времени прихода скота с пастбищ, а начало тёплогоот выгона скота на пастбище. Трудовой опыт убе-дил людей в том, что периоды сельскохозяйственных работ следует согласо-вывать с движением Луны, Солнца. 

Ярким примером развития астрономических знаний и их использования народами Запада может служить кромлех Стоунхендж (Stonehenge), расположенный в Англии между Бристолем и Солсбери, а также Шотландский Стоунхендж, о котором я уже упоминала, расположенный недалеко от г. Сторновэя — столицы о. Гарриса и о. Льюиса (Гебридские острова). Эти сооружения представляли собой два концентрических круга. Английский Стоунхендж состоял из 38 пар вертикально стоявших камней, его конструк-ция включала также и третье сооружение из врытых в землю тесаных камней, перекрытых каменными плитами. Шотландский Стоунхендж состоял, как уже упоминалось, из 13 монолитов. В центре таких сооружений стоял один огромный камень-монолит, а на северо-восток от него вне сооружения — другой. 

Исследователи обратили внимание на то, что оси каждого из этих загадоч-ных сооружений, проведённые от центрального монолита к внешнему, направлены к той точке горизонта, где в день летнего солнцестояния восходит солнце. Эти кромлехи, бесспорно, являются древнейшими в Европе астроно-мическим сооружениями для наблюдений восхода и захода небесных светил — Солнца и Луны, что необходимо для определения времени. По преданиям, перед такими алтарями друиды (кельтские жрецы) совершали торжественную службу 21 июня, начинавшуюся при первых лучах солнца. 

В последние годы в Англии приверженцами кельтской старины был организован современный орден друидов, члены которого пытаются рекон-струировать старые друидские ритуалы и церемонии. По иницативе ордена стала вновь совершаться ежегодная служба летнего солнцестояния в Стоун-хендже, и совершается она в том же самом месте и в тот же час, что и в древние времена. 

Следует заметить, что у кельтов имелась прямая связь календаря с сельскохозяйственными циклами, на что нам указывают их празднества. Большим праздником для древних шотландцев (кельтов) был Самхейн — праздник, когда отмечали приход скота с пастбищ и начало нового года.1 мая совершали обряд Белтан, во время которого скот перед выгоном на пастбище проводили через дым от костров. К началу февраля, когда ягнятся овцы, относиться праздник Имболе, а 1 августа отмечали день Лугнаса, совершая обряд для получения хорошего урожая, посвященный богу Лугу (Лугдуну); день Лугнаса в древних кельтских документах толковался как время начала жатвы. Даты всех кельтских праздников указывают нам на высокий уровень знаний и разработанность календаря у этого народа. 

Нельзя не отметить такой старый языческий праздник летнего солнцесто-яния (Midsummer Day) как 21 июня. После распространения христианства с 6 в н. э. церковь пыталась подчинить его своему влиянию и приурочила к этому времени праздник в честь Иоанна Крестителя (24 июня), но уничтожить древнюю народную основу праздника ей не удалось, лишь сроки выполнения языческих обрядов переместились с 21 на 24 июня. 

У кельтских народов Британии св. Иоанн остался в стороне от перенесён-ных на его день народных обрядов и никакой функции в обрядности для летнего солнцестояния не выполнял. Само время праздника Midsummer говорит о его прошлой связи с культом солнца. Потому и основные обряды и ритуалы дня св. Джона (St. John’s Day) сходен с таким же комплексом обрядов дня зимнего солнцестояния — 21 декабря. У кельтов с обоими днями связано много поверий о якобы особенно могущественной в ночь на дни солнцесто-яний нечистой силе; центральное место в праздновании этих дней занимают раз-личные формы ритуальных огней; большую роль в обрядах, приуроченных к этим двум датам, играет зелень — зелёные ветки, цветы, даже деревья, в некоторых обрядах зимнего и летнего праздника имеются мотивы брака, семейного благополучия. 

Ещё во второй половине ХIХ в. сельские жители Шотландии были убежде-ны, что именно в ночь накануне дня св. Джона ведьмы собираются на свои шумные сборища: феи водят хороводы на лесных лужайках, вершинах холмов; многочи ленные духи бродят по земле. По кельтским представлениям, эта ночь была второй по значению из трёх годовых «ночей духов», когда большую власть приобретали разные сверхъестественные существа. Кельты считали, что в эту ночь души язычников посещают землю и веселяться до рассвета. Существовало в прошлом также поверье, что в ночь на 24 июня души всех людей во время сна покидают тело и бродят по земле. Верили, что если в полночь прийти к церковному крыльцу, то можно увидеть души тех, кто умрёт в приходе в текущем году. Как уже было сказано, большую роль в празднике св. Джона играли ритуальные огни различного вида, особенно костры. В недалёком прошлом в ночь накануне дня св. Иоанна костры горели во всех областях Великобритании на городских и сельских площадях. Зажигали и большие общинные костры — вне населённых пунктов, обычно на возвышенностях, холмах. Так, в шотландских городах Абердине и Элгине  народ разжигал костры как на главных дорогах и городских площадях, так и почти перед каждым домом. 

В 1581 г. элгинский городской магистрат издал указ, запрещавший обычай, но это не дало результатов; в 1599 г. несколько лиц предстало перед судом за то, что они «зажигали огни Белтана в канун для летнего солнцестояния». Огни и факелы в эту ночь вызывали так часто пожа-ры, что почти во всех городах и деревнях назначалась особая охрана, которая должна была следить за кострами. 

Для больших костров, разжигаемых на вершинах холмов, топливо задолго до праздника собирала местная молодёжь. Но каждая семья старалась раз-жечь и свой собственный костёр перед домом. 

Обычаи и обряды шотландцев, связанные с зажжением костров, многочисленны и разнообразны. Костры имели в народных обычаях двоякое значение:  по более старым представлениям, им приписывалась связь с солнцем, а со временем им стало придаваться очистительное значение. Переплетение этих двух осмыслений огня можно встретить в кельтских обычаях часто. Счита-лось, что огни св. Иоанна (св. Джона), как и солнечные лучи, оказывают благо-творное влияние на рост растений, на благополучие людей и животных: если, например, отблеск или тень от костра падает на поля, то на этом участке хорошо будут расти хлеба. Золу от костра сыпали по полям, чтобы обеспечить урожай. Во многих местах Шотландии для того, чтобы сделать землю плодородной, в пашню и огородные грядки втыкали обгорелые палки от костра. Связь с культом солнца имел и распространённый среди шотландцев обычай катать с гор или крутых обрывов рек колёса, обвитые соломой и зажженные. Иногда при этом гадали: если колесо горело всё время, пока катилось, то урожай будет хорошим. 

Близкий к солнечному культу обряд бытовал на Оркнейских островах в конце ХVIII в. На вершине самого высо-кого холма в приходе разжигали большой костёр, и все присутствующие в полном молчании несколько раз обходили его кругом, по движению солнца, начиная обход с востока. 

В более позднее время большинство обрядов, совершаемых вокруг костров дня летнего солнцестояния, по-видимому, исходили уже из представления об огне как силе, уничтожающей всякое зло и обладающей очистительными и обеззараживающими свойствами. С течением времени смысл ритуалов, связанных с культом солнца, забывался или переосмыслялся, но припи-сывание огню очистительных свойств и вытекающие из такого толкования магические действия продолжали бытовать, иногда вплоть до настоящего времени. Повсеместно существовало поверье, что если дымом от костра окурить посевы и поле, то урожай будет лучше сохранён. Скот обходили с зажженными от костра ветками — для защиты от нечистой силы. 

По рассказам одного путешественника ХVIII в., кельтское население о-ва Мейкланд (Оркнейские острова) ещё за две недели до дня св. Иоанна начина-ло заготовлять длинные вязанки вереска. Когда в ночь на 24 июня зажигался костёр, каждый юноша также зажигал одну из приготовленных им вязанок и бегал по полям и вокруг посёлка, размахивая ею в воздухе. Фермеры с горя — щим пучком вереска в руках совершали по ходу солнца обход своих полей и стад. После того, как костёр догорал, молодые люди прыгали через угасающее пламя. По старым представлениям кельтов огонь ритуального костра предохранял человека и всё его богатство от всякого зла, от колдовства и чар нечистой силы. В прошлом на кострах совершались жертвоприноше-ния богам, а в глубокой древности жертвами часто были и люди. О том, что древние кельты на своих больших праздниках сжигали людей, есть сообщения Юлия Цезаря и других античных авторов. Из прутьев ивы и травы сплетали большую корзи-ну, в неё сажали раба или животное и затем всё это поджигали. Следы древних жертвоприношений проявляются в обычае шотландцев бросать в огонь костра кость какого-нибудь животного. Рыбаки Шетландских островов также обязательно клали в свои костры кости рыб, домашних животных, пучки шерсти, и т. д. 

В праздник летнего солнцестояния у шотландцев имела место общинная трапеза: в ХIX в. у них повсеместно существовал обычай в вечер накануне дня св. Иоанна выставлять на улицу перед каждым домом столы, на которые ставили сыр, масло, творог, лепешки и бутылки с вискидля угощения соседей и прохожих. Как и в день зимнего солнцестояния, большую роль во всех обрядах, приуроченных к 21-24 июня, играла всевозможная зелень. Кельты украша-ли к празднику дома, церкви цветами, зелёными ветками. В зимний цикл празд-ников магическую силу приписывали веткам вечной зелени как символу бес-смертной, живительной силы природы; в разгар же лета вечно-зелёные деревья не имели такого значения: в июне почти все растения были в пышном цвету, поэтому всем им приписывались какие-то магические свойства. 

Именно в ночь накануне дня св. Иоанна старались собрать на зиму различ-ные травы для медицинских целей, так как считали, что целебные свойства та-ких трав в это время намного эффективнее. Особенно много собирали цветов зверобоя. Издавна корни, сок, цветы этого растения применяли в народной ме-дицине для лечения ран и как успокаивающее средство, но цветок, кроме того, по поверьям, обладал и значительной магической силой. Зверобой был настолько тесно связан с днём св. Иоанна, что в английском языке он известен под названием «растение св. Иоанна» (St. John’s wort). Его пучки подвеши-вали над окнами и дверьми домов — как защиту от нечистой силы, цветы его с этой же целью прикалывали к одежде. 

По представлениям кельтов, таинственное магическое значение в этот период полного расцвета всей природы имел и папоротник (fern): в полночь он будто бы расцветал на короткое мгновение. Смельчаки отправлялись в полночь в лес, чтобы увидеть цветок папоротника и собрать его семена. Такие походы считались очень опасными, так как это растение зорко охраняли феи и разная нечистая сила. Тот, кому всё же удавалось заполучить семена, мог якобы стать невидимым и наблюдать танцы и игры фей в эту волшебную ночь. Шотландцы к тому же считали семена папоротника самыми действенными против нечистой силы. От нечистой же силы помогали собранные в эту ночь ягоды бузины и прибитые над дверьми и над воротами веточки берёзы. 

Берёза играла существенную роль в обрядах дня летнего солнцестояния у всех кельтских народов. 

В обычаи дня летнего солнцестояния много вплетено семейно — брачных мотивов. В ночь на 24 июня много гадали. Гадали и девушки и парни, часто используя для этой цели различные цветы и растения (чаще всего зверобой), иногда и какие-нибудь предметы. В Шотландии в эту ночь возлюбленные давали друг другу клятву верности, нарушение которой считалось преступлением. Клятву такую произносили либо возле камнямегалита, либо возле почитаемого источника и скрепляли её рукопожатием. 

Большинство таких обычаев дня летнего солнцестояния уже утрачено, но и в наши дни во многих местах Британских островов июнь считается наиболее подходящим месяцем для заключения браков. 

Описанные мною выше обычаи в связи с праздником св. Иоанна, или как его в Шотландии называют св. Джона, наиболее характерны были для областей, где преобладало земледельческое хозяйство, то есть больше всего на территории Lowlands. В тех же областях, где преобладало скотоводство (особенно овцеводство), день летнего солнцестояния имел в народном календаре мень-шее значение и с ним было связано меньше старых обычаев. 

В Шотландии у овцеводов Highlands в июне справлялся обычно свой праздник, которым отмечалось окончание мытья, стрижки и клеймения овец. Этот праздник приурочивался ко дню св. Колумба (16 июня). Поэтому у большинства шотландских горцев св. Колумб считался покровителем и охранителем скота. В его день хозяйки приготовляли особый пирог из ячменной или овсяной муки и делили его между теми детьми, которые должны были летом  растить и выхаживать ягнят. В этот же день устраивалась и коллективная трапеза. 

На некоторых Шетлендских островах бытует обычай в день святого Ко-лумба всё утреннее молоко от коров доставлять управляющему манора, чтобы он поровну распределил его между людьми острова — «по обычаю древних времён». Днём для тех, кто ухаживал за овцами, стриг и клеймил их, приготовляли праздничный обед. Раздавали также угощение (обычно сырное печенье) молодёжи. Вечером на деревенской площади устраивались игры и танцы. Highland dancing исполялилсь шотландцами-горцами в своих живо-писных национальных костюмах по музыку волынок. 

С особой радостью шотландцы встречали праздник начала уборки урожая, который приходился на 1 августа. Как я уже упоминала, год у древних кельтов делился на две половины, и каждое полугодие начиналось большим праздни-ком (Самхейн-1 ноября и Белтан-1 мая). Меньшие праздники открывали и четверти года — 1 февраля и 1 августа, так что 1 августа по кельтскому кален-дарю, приспособленному к нуждам скотоводов, был днём начала нового сезона. 

День 1 августа имеет много названий, но наиболее распространённое среди них Л у г н а с а (Lughnasa), которое переводится как»сборище Луга» или «свадьба Луга». Лугодин из богов кельтского пантеона, покровитель земле-делия и многих ремёсел. Кельты называли его «длиннорукий» и «многоискус-ный». Сохранилась древняя легенда о происхождении этого праздника: его будто бы установил Луг в честь своей приёмной матери богини Таилтине после её смерти. Образ этой богини связывают с землёй, плодородием, ведь её имя Tailtin от слова talam — земля. 

Праздник Лугнаса был не только скотоводческим, но и земледельческим: он отмечал переход одного сезона в другой. В древних кельтских источниках  при перечислении всех праздников день Лугнаса толковался как « время начала жатвы », период, когда « земля страдает под тяжестью своих плодов». 

Подобно тому, как христианская церковь приурочила праздник Иоанна Крестителя ко дню летнего солнцестояния, но название St. John’s Day не повлияло на языческую основу этого праздника, так и 1 августа, несмотря на  то, что это был день памяти Петра и Маккавея не был подчинён церковному влиянию. И его языческие ритуалы оставались неизменными на протяжении многих веков. Главные черты праздника были следующие: торжественное начало жатвы или другого вида уборочных работ, обрядовое вкушение плодов первого урожая, в котором должны были принимать участие все члены общины; собрание и пиршество на вершине высокой горы; жертвоприношения первых плодов урожая какому-то божеству на вершине горы. 

1 августа вся семья выходила в поле в праздничных нарядах, и глава семьи с соответствующими церемониями срезал первые колосья хлеба. 

На Гебридских островах жнец поднимал первый сноп над собой итрижды обводил им вокруг своей головы, а все стоявшие около него члены семьи пели в это время специальную песню, в которой просили бога благословить новый урожай и предохранить его от всякого зла. Зерно первого снопа быстро обмо-лачиали, перемалывали в муку на ручной мельнице, из муки на овечьей шкуре замешивали тесто и пекли лепешки для каждого члена семьи. 

Смысл обычая поедать первые плоды, состоял в том, чтобы заручиться благосклонностью духа или божества растительности, чтобы получить  возможность без всякого вреда для себя есть плоды нового урожая. Первому вкушению хлеба из нового урожая придавалось большое значение: участие в такой трапезе должна была принимать вся семья, и этот ритуал, по поверью, предотвращал голод, недостаток в пище в течение всего года. 

Важное значение имел день 1 августа для скотоводов. В Хайленде женщи-ны обычно раздавали всем, кто был на летних пастбищах, небольшие сыры из творога — на счастье. Такие сыры и масло специально приготовлялись для празднования этого дня. Накануне 1 августа совершались магические дей-ствия над скотом, чтобы уберечь его от всяких напастей. особенно заботились о коровах: мазали смолой хвосты и уши, привязывали к хвостам красные и синие нитки, произносили магические заклинания над выменем. По очень старому обычаю в этот день старались искупать скот в море или реке. 

Самая характерная черта праздника 1 августа у шотландцев — сборища на вершинах гор всей или даже нескольких сельских общин. Высоко в горах приносились жертвы, а затем устраивались игры, различные состязания, танцы. В качестве подношения какому-то божеству с торжественными церемониями зарывали в землю десятую часть собранного в этот день зерна и часть приготовленного для общей трапезы кушания. Собранные колосья зарывались не возле земельных участков с созревшим урожаем, а на вершине горы,  на которую иногда приходилось взбираться несколько часов. Возможно этот обычай древних кельтов был связан с легендой о том, что приёмная мать Луга, богиня Таилтине, была погребена на высоком холме и Луг повелел устраивать на вершине его ежегодный праздник. 

Служители церкви старались искоренить обычай собираться на вершинах гор; преследование лиц, исполнявших этот обычай, особенно усилилось после Реформации в Шотландии. Но шотландцы упорно продолжали соблюдать свои старые обычаи. Когда же за их исполнение церковь стала угрожать суровой карой, люди начали подниматься в горы тайно, выходя на их склоны якобы для сбора черники (whortle-berry), ягоды которой как раз поспевали с этому дню. Так возник новый обычай — обязательный сбор черники в день Лугнаса, её ягоды стали рассматриваться как символ плодородия. Как и плоды первого урожая, в этот день каждый должен был съесть несколько черничных ягод. Больным и старикам их приносили домой. По чернике предстказывали буду-щий урожай; по поверьям, приготовленные из неё вино, торт укрепляли любовь. 

В день первого августа, как и в другие праздники, в Шотландии было в обычае зажигать на холмах костры и танцевать вокруг них. Многие кельтские обычаи, соблюдавшиеся ещё в ХIX в. являются пережитками некогда существовавших свободных отношений между полами во время описываемого праздника. 

На Оркнейских островах существовал обычай, согласно которому молодые парни и девушки из простонародья образовывали пары на время, пока дли-лась ярмарка, и в течение этого времени назывались братьями и сёстрами Lammas (урожая). Этот обычай продолжал бытовать и позднее. В 1900 г. один местный краевед сообщал о нём с Оркнейских островов:» Титул брат и сестра Лэммеса не совсем ещё вышел из употребления, точно так же как и обычай соглашения двух молодых людей быть возлюбленными во время всей ярмарки Лэммеса». 

Подобные обычаи выполнялись с целью магической помощи плодородию земли, истощённой созревшим урожаем. Среди шотландцев был также распространён интересный обычай заключения временных, испытательных  браков. Так, на открываемой в день праздника сбора урожая ярмарке на рыночной площади заключались временные браки путём простого «скреп-ления рук» (hand fasting). Такой брак продолжался 1 год и 1 день. Парни выстраивались в ряд на одной стороне насыпи, девушкина другой, и их отцы и матери, собравшись посредине, договаривались о союзах между ними, и брак скреплялся пожатием рук молодых людей. Если же по истечении указанного срока молодые люди решали расторгнуть свой брак, то они вновь приходили на эту же площадь, становились спиной друг к другу (парень лицом к северу, девушка к югу) и расходились в разные стороны уже разведёнными, свобод-ными вступать в новые союзы. 

В пограничной области между Шотландией и Англией (Border) на подоб-ных ярмарках настолько часто заключались временные браки, что из окрест-ных монастырей сюда стали специально направлять монахов, чтобы они да-вали церковное благословение таким союзам. Иногда и зажиточные шот-ландцы следовали этому обычаю, чтобы быть уверенными в прочности и счастье предстоящего союза. 

После того как церкви не удалось искоренить древние обычаи кельтов в день праздника начала жатвы, она попыталась придать им религиозный характер, набросив свой церковный покров на старые народные обряды: перенесение праздников на воскресенье, благословение временных браков, освящение первых плодов и т. д. 

Со временем сборища на холмах стали переплетаться с христианскими обрядами, а восхождение на горы сочеталось с паломничеством к святым местам. Обычно в наиболее популярных местах сборищ строились часов-ни, открывались мощи святых, святые источники. Однако неоднократные попытки перенести место празднования с вершины гор к их подножию успеха не имели. 

Следует упомянуть также о таком обычае на юге Шотландии, как борьба двух сторон. Обычно сражающимися партиями были пастухи двух приходов. За несколько дней до праздника на двух холмах, расположенных на расстоя-нии примерно 2-3 км друг от друга, строили башню из земли и дёрна (высотой 4-3 метра, диаметром 3 м). День 1 августа пастухи проводили в обороне своей башни и атаках-вылазках на соседнюю. Все сражающиеся были вооружены дубинками и между ними разгорались настоящие битвы, очень шумные и грубые. Цель битвы заключалась в том, чтобы снять с верха башни флаг противника и поставить на его место свой. После окончания игры парни по-жимали друг другу руки, целовались и мир полностью восстанавливался. 

Позднее эти летние обычаи воплотились в Highland Gatherings (Highland Games) — традиционных ежегодных фестивалях шотландских игр и музыки  (Scottish Sports and Music), проводимых в центре Хайленда. Самыми извест-ными Highland Gatherings являются те, что проводятся в г. Брейма (Braemar) и традиционно посещаются членами королевской семьи. 

Август и сентябрь являлись основными месяцами уборки зерновых на Британских островах. Тяжёлая, многочасовая работа почти не оставляла вре-мени для отдыха. Всё благополучие семьи во многом зависело от того, насколько быстро удавалось собрать и заложить в хранилище хлеб до наступ-ления дождливых осенних дней. Поэтому в эти месяцы особенно следили за приметами, предсказывающими погоду во время жатвы. Так, считальсь, что сухой и тёплый август не принесёт вреда урожаю. 

У гэлов Шотландии, жителей Хайленда и прилегающих к Шотландии островов, большим годовым праздником был день св. Михаила — 29 сентября. 

Многие приуроченные к этому дню обычаи и обряды очень похожи на те, что происходят на праздник Лугнаса, хотя их и разделяют почти 2 месяца. Разница во времени была вызвана тем, что переселившиеся в Шотландию гэлы из Ирландии привезли с собой свои праздники и обычаи, которые здесь получи-ли новое осмысление и новое приурочивание. В Шотландии начало осени счи-тали с михайлова дня (29 сентября). Среди шотландцев была распространена поговорка -»Лето есть до дня св. Михаила». 

Св. Михаил был одним из наиболее популярных святых как у ирландцев, так и у шотландцев, даже у тех из них, которые принадлежали к протестан-ской церкви. Шотландцы называли его Michael nam Buuder-Михаил Победо-носец, победитель власти темноты. Его наделяли самыми различными функциями-он был патроном моря и моряков, лодок и лодочников, лошадей и всадников. На иконах Михаила обычно изображали всадника, сидящего на белом коне, с трезубым копьём в правой руке и треугольным щитом в левой — изображение, во многом сходное с изображением популярного в европейских странах св. Георгия. Скорее всего, образ св. Михаила, прежде всего покровителя скота, вытеснил почитаемого когда-то здесь одного из языческих богов. И, хотя день св. Михаила считается христианским праздником, многие из связанных с ним обрядов — явно языческие по своему происхождению и характеру. Смысл всех связанных с 29 сентября обрядов и церемоний тот же, что и в предыдущем празднике: отметить сбор и первую пробу плодов нового урожая. Красной нитью через все присоединённые к празднику обряды и обычаи проходят мотивы обеспечения плодородия земли, приплода скота и потомства людям. На это направлены обряды, совершаемые при подготовке к празднику. 

Так, за несколько дней до 29 сентября женщины и девушки отправлялись в поля для сбора моркови, которая играла существенную роль в ритуалах этого дня. Морковь или выдергивали руками, или выкапывали лопатой, сделанной в форме равностороннего треугольника, или небольшой трезубой мотыгой (несомненные аналогии с постоянными атрибутами св. Михаила-треугольным щитом и трезубцем). О том, что этот обычай связан с магией плодородия и даже, возможно, являлся пережитком фаллического культа, свидетельствуют заклинания, сопровождавшие сбор моркови. В них женщины просили для себя хорошего потомства: «Потомства, самого лучшего потомства, потомства моему чреву»(«Progeny, preeminent over every progeny, progeny on my womb»). Дома женщины мыли собранную морковь и связывали её в небольшие пучки красной шерстяной нитью в три оборота. 

Большое внимание уделяли женщины приготовлению обрядовых блюд к празднику. Обычно резали ягнёнка — обязательно мужского пола, с белой шкуркой без единого пятна или повреж-дения. Ещё более важное значение придавали выпечке особого вида хлебов и лепёшек, так называемых с т р у а н св. Михаила (struan Micheil). В обрядах, связанных с их приготовлением, видно, какое большое сакраментальное значение придавали шотландцы хлебу, особенно испечённому из первых зёрен урожая. Для его приготовления брали смесь всех хлебных злаков, выращенных на ферме в течение года. Муку должны были смолоть только на ручной мельнице, а месить тесто на шкуре ягнёнка. В качестве топлива в очаг клали только священные породы деревьев: дуб, рябину и пр. Сверху выпеченный хлеб покрывали смесью из взбитых сливок, яиц и масла. Шотландцы в прошлом делали три вида хлебов: общинный струан (struan commchaidh) — его съедали за коллективной трапезой, на кото-рую собиралась вся община. Выпекали также семейный струан (struan treo) и небольшие хлебцы — струаны для каждого члена семьи. Их называли малень-кий струан (struan beag) или по имени тех, для кого они были предназначены. Такие небольшие хлебцы были одинаковы по размерам, но разнообразны по форме: треугольные, пяти, семиугольные или круглые. Большие же хлеба дела-ли всегда в форме четверти круга. При изготовлении струанов соблюдалось много предосторожностей, так как считалось, что если, например, он разло-мится, то человек, для которого его делали, заболеет; если хоть один из них упадёт на пол, это предвещает беду для всей семьи. Сухую муку, оставшуюся после приготовления хлеба, собирали в мешочек и в день св. Михаила распы-ляли над скотом, чтобы обеспечить его плодовитость и защитить от злых сил. На ранней мессе в церкви в день св. Михаила пастор благословлял все эти хлебы, и по возвращении домой семья садилась за праздничный стол и съедала по кусочку ягнёнка и свои личные лепёшки, а также по куску семейного струа-на, который глава семьи разрезал так, чтобы каждый кусок по форме был таким же, как и весь хлеб. 

В наши дни на островах в Хайленде подобные хлебцы пекут, следуя традиции, но их значение и связанные с ними ритуалы почти забыты. 

Многие из обрядов, совершавшихся накануне или в день праздника, были направлены на предохранение лошадей от болезни и прочих бед. Так, жители Оркнейских и Шетландских островов в канун этого дня приводили своих лошадей к древнему мегалиту или пирамиде из камней, поставленной а память происшедшего на данном месте несчастного случая, и обходили с ними несколько раз вокруг этих камней по ходу солнца. 

Лошади вообще были в центре многих ритуалов этого дня. По традиции в день св. Михаила совершалось паломничество к святым местам, обязательно верхом на лошадях, а в ночь перед праздником каждый имел право для этой цели украсть любую лошадь. Народная шотландская поговорка сохранила память об этом странном обычае:»Воровство лошади на праздник св. Михаила никогда не порицается». 

И хозяева и воры бодрствовали всю ночь, стараясь перехитрить друг друга. Однако, если кому — нибудь и удавалось увести со двора лошадь, по окончании праздника он обязан был возвратить её хозяину в целости и сохран-ности. 

Паломничество к « святым местам », связанным с памятью о св. Михаиле, — основное событие праздничного дня. К определённому месту-часовне, например, — собирались люди из нескольких селений. Чаще ехали на лошадяхмуж и жена на одной лошади, дети или шли пешком или тоже парами на лошадях (причём обязательно мальчик с девочкой). На месте паломничества после краткой молитвы начинался круговой объезд «святого места» (circuiting) с востока на запад. Впереди всех ехал священник на белом коне, за ним попарно все остальные, распевая псалм о св. Михаиле. В заключение каждая девушка дарила парню, ехавшему с ней, пучок моркови с пожелани-ями «потомства и благополучия», и он отвечал на это такими же пожелани-ями. После этого, все спешили на традиционные скачки, называемые о д е (oda), которые отличались большим своеобразием. Всадники должны были скакать без головных уборов, сапог, на них были надеты только белые рубашки и короткие клетчатые штаны: нельзя было употреблять ни сёдел, ни уздечек, ни шпор. На  Гебридских и Оркнейских островах подобные конные состязания были в обычае ещё в ХIX в. 

Вечером в самом большом сарае или доме селения устраивался коллектив-ный ужин и танцы. На его организацию каждый мужчина вносил определён-ную сумму денег или продукты. Женщины же приносили в полотняных мешочках морковь, и во время танцев юноши и девушки грызли её. Танцующие обменивались также подарками. 

Большое значение придавали шотландцы и времени окончания сельско-хозяйственных работ, окончания жатвы. Популярен обычай срезания послед-них колосьев и связывания последнего снопа. 

У кельтов (в основном жителей Хайленда и островов) бытовали обычаи, в основе которых лежал страх перед божеством и духом растительности: ему  якобы наносили какой-то урон во время жатвы или даже умерщвляли его, и поэтому боялись его мести и гнева и всячески старались от него отделаться. 

Согласно народным верованиям, срезание последних колосьев было неже-лательным делом для жнецов, и они старались всячески этого избежать. 

Хайлендерские жнецы и островитяне боялись нанести какой-то ущерб скрывавшемуся в последних колосьях духу растительности и этим вызвать его нерасположение. Так, на Гебридских островах во время жатвы жнецы стара-лись работать так, чтобы не остаться в хвосте. Когда работали вместе, то часто были случаи, что последний ряд оставался несрезанным, так как никто не хо-тел за него браться. Каждая женщина боялась заполучить»обжору» (cailleach) в виде воображаемой старухи, которую пришлось бы кормить до будущей жатвы. Страх, внушаемый этой старухой вызывал много суеты и забавных недоразумений. Поэтому, последние колосья связывали и жнецы должны были по очереди пытаться их срезать с завязанными глазами. Шотландцы устраивали соревнование: последний пучок колосьев связывали сверху и жнецы по очереди бросали в него свои серпы. Иногда же за срезание послед-них колосьев жнецу выплачивали определённую сумму денег. 

В некоторых обрядах в Шотландии имеются мотивы оплакивания духа растительности. Одним из них являлся « Крик шеи » (« The cry of neck »). Сноп, сплетённый из последних колосьев, называли «горлом» или «шеей», представляя себе этот сноп как шею духа хлеба, обезглавленного во время жатвы. По окончании жатвы все участники ее становились в круг, посредине  которого стоял человек с «шеей» в руках. Он приседал на корточки и, держа сноп у самой земли, начинал протяжно и жалобно выкрикивать: » Шея, шея, шея!» Его крик повторяли все. Так повторялось трижды. В некоторых областях Шотландии этот обычай носил название « крик жеребёнка » или « крик кобылы ». Был также несколько изменённый обычай, когда жнец, которому удавалось срезать последние колосья, подбирал их, поднимал высоко в воздух и трижды громко кричал: » Она у меня! » Другие жнецы также три раза его спрашивали: » Что у тебя? » — » Шея! Шея! Шея! » (или в других вариантах »кобыла»). » Чья шея? »спрашивали его. В ответ он называл имя владельца поля.»Куда ты пошлёшь её?»-»Такому-то»(он называл имя одного из соседей, ещё не окончивших жатву). Крестьяне, таким образом, старались отделаться от духа хлеба, передав его другому фермеру. Шотландцы называли последний сноп «старой женщиной»,»старухой»(cailleach, carline). Часто встречались также олицетворения последнего снопа в образе какогонибудь животного«зайца», »кобылы»,»хромой козы»,»собаки». По существо-вавшим поверьям последнее обиталище духа растительности — сноп мог принести несчастье в дом и поэтому от него старались отделаться, подбросить его фермеру, кото-рый ещё не закончил жатвы. 

На Шетландских и Оркнейских островах снопу придавали сходство со старой женщиной — надевали на него женское платье, чепец и потихоньку подбрасывали на соседний участок. Или же парень садился на лошадь и на полном скаку бросал сноп под ноги жнецов. Это вызывало ярость, его пресле-довали и, если догоняли, жестоко наказывали. На Гебридских островах фермер вместо того, чтобы посылать сноп со своего поля, тайно делал на участке  соседа из стоявших ещё колосьев причудливую копну, которую здесь называли «хромая коза». 

На Оркнейских и Шетландских островах изготовляли часто специальную соломенную собаку (Strae bikko), художественно сплетённую из соломы в натуральную величину, с поднятыми ушами и загнутым хвостом. Её привя-зывали к повозке «Driltie» (так называли фермера, последним закончившего жатву), на которой он вёз последние снопы. Все плохие свойства последних колосьев, по поверьям, переходили к окончательному их владельцу. Поэтому ему часто давали то же название, что и снопу, обращались с ним безжалостно. На Северо-Востоке Шотландии жители по пути следования такого фермера обливали его грязной водой, бросали в него тухлые яйца. Когда же он входил в сарай, соседи схватывали его, завёртывали в парусину, надевали на него старое женское платье (олицетворение снопа-старухи) и сажали на мусорное ведро. 

У жителей же Лоуленда были распространены обычаи, связанные с жат-вой, в основе которых, наоборот, была вера в живительную, благотворную силу, заключавшуюся в последнем снопе и в последних несжатых колосьях. Эта сила якобы приносила благополучие семье и имела особенно плодот-ворное влияние на урожай будущего года. Срезание последних колосьев считалось почётной обязанностью, оно приносило счастьена последнего жнеца или жницу переходила, по народным представлениям, благотворная, плодотворящая сила духа растительности. Поэтому во многих местах Шот-ландии между крестьянами происходила борьба за возможность срезать последние колосья. Прибегали жнецы к разным хитростям, например, горсть колосьев покрывали землёй, чтобы спрятать их до момента, когда вся полоса будет сжата. Но чаще поручали эту работу самой молодой и красивой девушкежнице. Верили, что она должна после этого в течение года выйти замуж. Или ещё, в последний день жатвы все жнецы выходили на поле и начинали жать оставшуюся полосу со всех сторон кругом, в центре оставляя горстку  несрезанных колосьев, которая стояла в поле в течение лунного месяца, для того, как объясняли местные жители, чтобы дух зерна мог иметь время поки-нуть копны зерна и перейти в несрезанные колосья. По истечении месяца жнецы выходили в поле и, взявшись за руки, семь раз обходили по кругу эти колосья, кланялись им. Затем самый искусный из жнецов срезал колосья, из них связывали «зерновую куклу»(corn’s dolly), завёртывали её в тонкое полотно, украшали цветами и лентами и несли к дому фермера, распевая жатвенные песни. Иногда последний сноп делали в форме женсой фигуры, надевали на него нарядное белое платье. Такой сноп называли «девушкой» (maiden), «невестой» (bride),»девой жатвы»(harvest maiden). Затем украшенный таким образом последний сноп жнецы приносили в дом хозяина. По дороге жители селения старались облить водой и сноп и всех участников шествия. Этот обряд совершался ими для того, чтобы вызвать дождь для будущего урожая. В дверях  дома «девушку» передавали жене фермера, она приглашала всех в дом и угощала. 

С конца XIX в. в Шотландии развился обычай делать из колосьев послед-него снопа «урожайные банты» (harvest knot). Молодые жнецы плетут витые шнурочки из пучков колосьев, делают из них банты и носят их в петлицах и на шапках; такие же банты они дарят своим девушкам. 

Жатвенный период заканчивался повсюду «урожайным ужином» (« harvest home »). В нём принимали участие все, кто помогал хозяину в уборке. 

Как нам известно, в Шотландии большое значение в питании сельских жителей имел ячмень (barley). До середины XIX в. перед общим праздником урожая устраивался небольшой вечер окончания жатвы ячменя. В последний день жатвы все работники в нарядных костюмах собирались на кухне фермера, хозяин угощал их ячменным хлебом, маслом и сыром. В центре стола в особом украшенном бочонке (barrel) стояло виски (для его изготовления использовали ячмень), и весь праздник носил название «ячменный бочонок»(Bore Barrel). 

Ни один такой вечер не кончается без исполнения известной баллады Р. Бернса «Джон Ячменное Зерно» («John Barleycorn»). 

Надо сказать, что Роберт Бернс является неотъемлемой частью шотланд-ской культуры. Шотландцы очень гордяться своим знаменитым оотечественником и чтут его память. Ежегодно 25 января (в день его рождения) прово-дится праздник под названием Burns Night (Вечер Бернса). Празник этот про-водиться не только в Шотландии, но и во многих областях Британии. Празднование обычно проводиться в форме ужина (так называемого Burns Supper), на котором подаются традиционные шотландские блюда и во время которого играют шотландские волынщики (Scottish pipers), одетые в нацио-нальные костюмы, читаются стихи Роберта Бернса. Особенно среди шотланд-цев популярно стихотворение Бернса «В горах моё сердце»(My Heart’s in the Highlands), которое полно любви к Шотландии-родине поэта. 

Ещё относительно сельских обычаев шотландцев следует добавить, что большой популярностью пользовался также праздик урожая, отмечавшийся в октябре. Почётное место на таком празднике занимал последний сноп, который ставили в центр стола или подвешивали к основной балке потолка. Королевой и королём праздника назывались девушка, срезавшая этот сноп, и её  парень. К ужину обязательно подавался годовалый ягнёнок, зажаренный целиком. На столе обязательным был также большой каравай чёрного хлеба домашнего печенья. В Шотландии было и специальное традиционное кушанье, изготовленное из плодов нового урожая, — «all Crowdil»мука, смешанная с элем, виски. мёдом, патокой. Первый тост провозглашался в честь «девушки», которая помогала в жатве. После ужина устраивались танцы. игры, в которых иногда принимали участие и ряженые (guisers). Вечер обычно заканчивался пожеланиями и тостами за здоровье хозяина. 

III 

Говоря о Шотландии и её островах, нельзя не упомянуть такой знаменитый традиционно шотландский праздник как Up Helly aa (Апхелио), который и в настоящее время отмечается в Лервикке (Lerwick) — главном городе Шетландских островов. 

В конце января устраивается большая факельная процессия и 30-футовая модель корабля викингов (Viking Galley) проноситься через весь город для того, чтобы потом быть сожженной. Затем после этого грандиозного шоутанцы и веселье дляться далеко за полночь. 

К зимним праздникам также относиться Рождество (Christmas), так как являясь христианами, а христианство в Шотландии начало распространяться  с 6 в н. э., шотландцы празднуют этот день (25 декабря), как и все народы Европы. Но существует у шотландцев и давний обычай, отмечающийся ими ныне в канун Рождества. Обычай этот носит название Yule Log (рождествен-ское бревно). Обычай связан с праздником Yule, древним скандинавским праздником сжигания Yule Log. Стал он популярен в Шотландии потому, что часть Шотландских островов долго находилась под властью викингов и их культурным влиянием. Древние шотландцы отмечали Yule именно в то вре-мя года и в те дни, в которые сейчас отмечается Рождество. На Yule сжига-ют огромное бревно, для того, чтобы солнце светило ярче. Тут мы снова наблю-даем прямую связь обычая с языческим солярным культом. 

В Новый Год в Шотландии (или как его здесь называют Hogmanay) также открыты двери всех домов: каждый может зайти в гости в любую семью. Гостю полагается принести с собой лишь кусочек угля и бросить его в семей-ный камин с пожеланием, чтобы огонь в этом доме горел ещё долго — долго. Здесь снова прослеживается языческая основа шотландского обычая — огонь как символ благополучия и жизни. 

В феврале, особенно у молодёжи, популярен праздник День Святого Валентина (St. Valentine’s Day). Этот праздник не имеет глубокой религиозной основы, он связан с трогательной и печальной историей двух влюблённых. Легенда гласит, что в 3 в. н. э. римский император Клавдий II издал указ, запрещающий людям жениться. Он считал, что брак удерживает мужчин дома, а их предназначение быть хорошими солдатами и отважно сражаться за Рим. Молодой христианский священник Валентин не внял указу и тайно венчал юных влюблённых. Обнаружив эти «антигосударственные « женитьбы, импе-ратор повелел заключить нарушителя в тюрьму и потом казнить. В тюрьме Валентин, лишенный священных книг, разнообразил свой вынужденный досуг тем, что писал записки дочери тюремщика. Видимо, и записки были хороши, и дочка. Молодые люди полюбили друг друга. Перед казнью 14 февраля 270 года он послал девушке прощальную записку с краткой фразой «от Валентина», которая в последствии стала означать вечную привязанность и верность. А дата смерти священника, обручавшего влюблённых, несмотря на суровые препятствия, и не увидевшего собственного счастья, навеки осталась в памяти людей. 

В Англии и Шотландии день Святого Валентина — день влюблённых - стал сопровождаться тайным вручением подарков и открыток со « значением ». 

Вечером 13 февраля богатые и бедные воздыхатели клали свои дары на ступеньки заветной двери, звонили и убегали. Поздравительная открытка, как таковая, вообще появилась впервые в связи с днём Валентина. Говорят, первым её отправил Чарльз, Герцог Орлеанский. Постепенно обычай дарения распро-странился и на супругов, которые выражают друг другу таким способом свою верность и любовь. А подарки стали всё чаще заменяться букетами. 

Цветовой эмблемой Дня Святого Валентина считается красная роза. Полагают, что начало этой традиции положил Людовик XМШ, подаривший в этот день Марии-Антуанетте красные розы. Ведь согласно античной легенде, они появились благодаря Афродите, богине любви и красоты. Спеша к Адонису,  своему возлюбленному, она наступила на куст белых роз, уколола ногу о шипы и её божественная кровь окрасила их в алый цвет. 

Говоря о цветах, нельзя не вспомнить и такой обычай в Шотландии, как «Сражение Цветов» (Battle of the flowers). Это празднество проводиться в Сант Хеллере (St. Heller) и называется Augusta Carnival. Проводиться большой парад цветов: ими украшают машины и вся эта процессия движется по городу. За лучшую демонстрацию цветов даются призы. Зрители и участники шоу бросают друг в друга цветами и, таким образом, карнавал всегда заканчивается «боем цветов». 

Изучая материалы об обычаях и традициях Шотландии я ясно увидела, что в своей первооснове все они — языческие. Культ солнца и растительности преобладает в большинстве из шотландских обычаев. С введением христиан-ской религии изменялась не только идеология народа Шотландии, но и его быт. Таким образом получилось как бы две стороны у каждого из описыва-емых обычаев: первая христианская, а под нею — языческая. Христианизация послужила причиной нового истолкования многих традиций. Например, День св. Иоанна — День летнего равноденствия, День св. Михаила — День осеннего равноденствия, Рождество — Yule и т. д. Растения и огни, сопровождая эти народные праздники и являясь их непременными атрибутами и украшением, по своей природе символизировали солнце и духов растительности, имели очистительное, лечебное и охранительное значение, то есть были прямо связа-ны с язычеством. Так из поколения в поколение происходило напластование, взаимодействие и трансформация народных обычаев. Как мы видим, в наши дни они получили новое осмысление. 

Геродот считал, что « если бы предоставить всем народам на свете выби-рать самые лучшие из всех обычаи и нравы, то каждый народ, внимательно рассмотрев их, выбрал бы свои собственные. Так, каждый народ убеждён, что его собственные обычаи и образ жизни некоторым образом наилучшие» (Геродот. История: в 9-ти кн. Л,1972, с.150). Эта замечательная мысль, высказанная 25 веков назад и сейчас поражает своей глубиной и точностью. Она и сейчас актуальна. Геродот высказал мысль о равноценности обычаев разных народов, о необходимости их уважать. 

Каждый народ любит свои обычаи и очень высоко их ценит. Недаром существует пословица: « Уважай себя сам и тебя будут уважать другие! «. Её  можно истолковать и шире, применив к целому народу. Ведь если сам народ не будет передавать свои обычаи из поколения в поколение, не будет воспиты-вать у своей молодёжи должного к ним почитания и уважения, то через несколько десятков лет просто потеряет свою культуру, а значит и уважение других народов. Обычаи и традиции влияют на историю и международные отношения. 

Горько наблюдать сейчас, как в « послеперестроечное» время страна наша буквально гибнет на глазах. Возможно кто-то упрекнёт меня: « Причём здесь обычаи?»Да связь — самая прямая. Ведь мы потеряли всё, что только могли потерять. Свои народные обычаи, свою историю мы выкорчевывали с корнями и теперь пожинаем плоды: неверие молодёжи в будущее, её оторванность от поколений отцов и дедов, её неуважение к старшим. Правда, последнее время наметилась и обнадёживающая тенденция: в школах пытаются изучать фольклор, историю костюма, историю религии и т. д. Но специалистов, могу-щих должным образом преподать эти предметы, — крайне мало, да и тяжелое материальное положение школ не всегда позволяет обеспечить соответству-ющую материальную базу для изучения данных предметов. Но, это — первые ростки народного самосознания, и из них прорастёт в будущем богатый урожай. 

Список литературы

1. Власова Е. Л., Грин В. С. и др. A Glimpse of English Speaking Countries, М.: Наука,1969,295 с. 

2. Кузнецова Н. День Святого Валентина, Цветоводство,1993,№ 1, с.40 

3. Мартынов Л. Вечное клеточное., Вокруг света,1979,№ 5, с37-39 

4. Новогодние подарки. Обычаи и традиции. Сын Отечества,1972,№ 52, с.16 

5. Прохоров А. М. Большая Советская Энциклопедия,29 т., третье издание, Советская Энциктопедия, М,1978. 

6. Сергеева С. М. Атлас мира, Картография ГУГК, М.,1982, с.340 

7. Тимошкина Н. и др. А свадьбы разные бывают. Семья,1994,№ 41, с.17 

8. Токарев С. А. Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Исторические корни и развитие обычаев., Наука, М..1983,218 с. 

9. Токарев С. А. Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной европы. Летне-осенние праздники., Наука, М.,1978,292 с. 

10. Томакин Г. Д. Scotland (Part I). Иностранные языки в школе., Просвещение, М.,1990,№ 5, с.94-100.