Теология и философия о природе человека: проблемы антропогенеза и онтогенеза

Теология и философия о природе человека: проблемы антропогенеза и онтогенеза

Эволюционизм и креационизм

Многие положения богословской и философской антропологии, сложившиеся в средневековье и закрепленные в вероучительных определениях церкви, оказались чуждыми современному верующему. “Я со страхом спрашиваю себя, — говорил К. Ранер, — неужели вечное царство Божие должно быть почти наполовину наполнено душами, которые так никогда и не обрели своей собственной жизненной истории, ибо по традиционному учению Церкви, личная, духовная и бессмертная душа дается уже в момент оплодотворения яйцеклетки, и невозможно себе представить, как соединить бесчисленные естественные аборты с некоей даже самой начальной личной историей свободы. Я спрашиваю себя, как можно мыслить первобытных людей, живших два миллиона лет назад, в качестве первых субъектов истории спасения и откровения, и не знаю более или менее вразумительного ответа. Поэтому я черпаю из светской антропологии то, что различение тела и души должно проводиться осторожнее и остается проблематичным, и потому не могу истолковывать учение... что человеческое тело происходит из животного царства, а душа создается Богом, столь же дуалистически, как оно звучит и по сей день... И как обстоит дело с неизменностью человеческой природы, которая предполагается учением о естественном нравственном законе, если человек со всей его подверженной становлению и изменению генетической наследственностью включен в историю эволюции?” (RahnerK. Erfahrungen eines Theologen: Karl Rahner Uber Mоglichkeiten und Grenzen der Theologie // Herder Korrespondenz. Freiburg. 1984. № 4. S. 228).

После того как работы анатомов и зоологов доказали близкое родство обезьяны и человека, К.Линней включил его в систему животного царства, в отряд приматов, выделенный в классе млекопитающих. В 1871 г. появилась книга Ч. Дарвина “Происхождение человека и половой подбор”, в которой в решении проблемы антропогенеза применяется эволюционная теория. Еще в XIX в, Геологи постепенно стали переходить от отрицания этой теории с позиций библейского фундаментализма к ее переосмыслению. Радикальные богословы приняли эволюционное учение и попытались интерпретировать его в духе деизма или пантеизма. Большинство теологов поддерживают концепцию модернизированного креационизма, эволюционного творения, согласно которой, Бог осуществляет в самой природе и через ее посредство процесс развития от низшего к высшему, от простейших живых существ к человеку; они отходят от учения о сотворении Богом Адама как единовременном акте. Тем не менее не только фундаменталисты, но и обновленцы в решении проблемы антропогенеза настаивают на признании особого Божественного воздействия. В происхождении растений и животных они склонны допустить самозарождение жизни, ссылаясь на приведенные в Библии повеления Бога: “да произрастит земля зелень”, “да произведет вода пресмыкающихся...”-, “да произведет земля душу живую по роду ее...”- (Быт. 1:11, 20, 24). В решении же вопроса о происхождении человека им необходимо считаться с библейскими текстами об особом его сотворении Богом по своему образу и подобию (см. Быт. 1:26-27, 2:7). Энциклика папы Пия XII “Humani generis” (1950) требует верить в то, что душа человека особо создается Богом. В этом документе отвергается полигенизм — концепция происхождения человека в разных местах и во многих особях как несогласуемая с Библией и церковным учением о первородном грехе. Большинство католических теологов предлагают отличать научную концепцию биологической Эволюции Ч.Дарвина (которая развивалась далее с учетом достижений генетики, оставалась в рамках описания и гипотетического обобщения фактов) от философского эволюционизма (Э. Геккель, Ф. Энгельс) — попытки материалистического истолкования возникновения человека с помощью понятий биологической эволюции. Требование этого различения получило поддержку католической иерархии еще на проведенном в 1982 г. в Зальцбурге симпозиуме, посвященном столетию со дня рождения Дарвина.

Переосмысление идеи эволюции предполагает, по мнению К. Ранера и ряда других католических богословов, признание того, что сами эволюционные изменения вызваны входящими в мир и действующими изнутри трансцендентными причинами. Такое воздействие, обусловливающее саморазвитие живых организмов, должно быть, с точки зрения теологов, признано там, где возникает нечто существенно новое, из низшего Происходит высшее. Поэтому такое саморазвитие и следует понимать в полном теологическом контексте как “творение”. Новое качество представляется богословами результатом и внутримирной причины и первопричины абсолютного бытия. В этом духе интерпретируется и библейское сказание о сотворении Богом первой человеческой пары по образу и подобию Своему, о сотворении Адама из праха земного и вдуновении в лице его дыхания жизни. Божественное творческое воздействие рассматривается как толчок и внутренний стимул эволюции. Трансцендентное вмешательство переводится в эволюционную движущую силу, обеспечивающую восходящее скачкообразное развитие, революционные взрывы, выводящие процесс эволюции жизни на Земле и антропогенеза на качественно новые уровни. В виде таких скачков в телеологически понимаемом антропогенезе, эволюционном творении представляются “сапиентация” — возвышение животных предков человека до разумности, наделение их личностью, возникновение членораздельной речи и культуры. Скачки интерпретируются как телеологический процесс, направленный к предустановленной цели и осуществляющийся по Богоустановленным законам; но кроме тoro, как вхождение дополнительного трансцендентного импульса, разрывающего постепенность и непрерывность эволюции, переводящего ее на уровень качественно новых закономерностей. Признавая отбор и мутацию в качестве факторов гоминизации, теологи считают, что в них проявляется творческое воздействие Бога. Возникновение языка также объясняется в конечном счете действием Божественного Слова. В итоге человек должен осознать себя и высшим продуктом развития живой природы, и творением Божиим. В философской антропологии в наиболее разработанной форме подобная концепция изложена П. Тейяром де Шарденом в его знаменитой работе “Феномен человека”. Антропологический анализ, ставящий разнообразные проблемы — скачков в эвлюции и антропогенезе, начала целенаправленного использования гоминидами орудий для изготовления других орудий, возникновения языка и родовых институтов — привлекается теологами для того, чтобы подвести к признанию Божественного вмешательства.

Теологи, остающиеся на позициях фундаментализма, отвергают компромисс с дарвинизмом и требуют признания буквального значения библейских текстов о сотворении человека. В XIX в. в этой борьбе лидировали теологи из семинарии в г. Принстоне (США) Ч. Ходж и его сын А. Ходж, назвавшие в своей “Систематической теологии” (1872-1873) эволюционизм “антибиблейским учением”. Близкую точку зрения сегодня отстаивают сторонники так называемого “научного креационизма”. Среди них Наибольшую известность получили Г. Моррис, Дж. Уиткомб, Д. Гиш, X. Кларк, создавшие специальный Институт креационистских исследований при Колледже христианского наследия в г. Сан-Диего (Калифорния, США). Провозгласив свое учение научной теорией, противостоящей либералистскому и просвещенческому “суеверию эволюционизма”, они стараются дискредитировать последний, указывая на несовершенства научной геохронологии, отсутствие так называемых промежуточных форм среди ископаемых и существующих организмов. Геологические формообразования и ископаемые виды они объявляют следствием потопа, пытаются обосновать возраст Земли, сопоставимый с буквалистской интерпретацией библейских сказаний. По их мнению, современные палеонтологические данные не в состоянии подтвердить происхождение человека от гоминид, ископаемых высших обезьян. В книгах Г. Морриса, У. Крейга подводится фундамент под положение, что “эволюции не было и нет, жизнь не развилась из мертвой материи, а была сотворена сверхъестественным образом”. В целом же критика эволюционизма со стороны “научных креационистов” оказывается не столько концептуальной, сколько ценностной и диктуется соображением, что эволюционистский тезис о происхождении человека от обезьяны якобы ведет к безнравственности и бездуховности. Слабость аргументации “научного креационизма” не позволила крупным религиозным организациям поддержать это учение, от него отмежевываются католические и протестантские теологи, придерживающиеся концепции “эволюционного креационизма”, постепенного и поэтапного творения.

Становление homo sapiens

Конечно, появление человека разумного, равно как и возникновение рода homo и семейства гоминид явилось следствием ряда мутаций. Однако это не означает принципиального разрыва в эволюционном процессе на нашей планете. Большинство палеонтологов и антропологов считают, что антропогенез длился более 3 млн лет, и предполагают, что был длительный переходный период, внутри которого нет резкой границы — “поле перехода от животного к человеку”. От обезьян, появившихся около 35 млн лет назад, отделилась спустя 15 млн. лет ветвь, развившаяся в семейство гоминид, к которому относятся ископаемые предшественники человека — австралопитеки, питекантропы, синантропы, неандертальцы. Непосредственно предшествовавшие гоминидам обезьяны конца третичного периода были стадными животными, у них появилось бинокулярной зрение, лазание по деревьям способствовало вертикальному положению позвоночника и развитию приспособленной к хватанию руки с противопоставленным большим пальцем. Древнейшие гоминиды уже приобрели ортоградность -- выпрямленное положение тела, способность к стоянию и ходьбе за счет эволюции задних конечностей и стоп. Австралопитеки (лат. australis - южный и греч. pithekоs - обезьяна) обладали относительно крупным мозгом (550-600 см3) и применяли во время охоты камни, палки, рога и кости крупных животных.

Согласно концепциям некоторых ученых,, изменение климатических условий привело к переменам в среде обитания (поредение лесов), и преимущество в естественном отборе получили гоминиды, способные к передвижению на все большие расстояния. Другие исследователи полагают, что 3-4 млн лет назад сейсмические потрясения в Южной и Восточной Африке обнажили радиоактивные залежи. Это вызвало повышение уровня радиации и, как следствие, крупные мутации у австралопитеков, которые явились причиной возникновения homo habilis — “человека умелого”. Он изготовлял орудия труда и обладал мозгом объемом 680-700 см3, т.е. почти в 2 раза превышающим обезьяний. Ископаемые останки этого существа, жившего 1,85. млн лет назад, были найдены в 1960 Г. в Олдувайских горах (Танзания). Позднее обнаружили останки австралопитековых, возраст которых составляет от 5,5 до 2 млн лет, и галечные примитивные орудия в слоях, датируемых 2,6-2,1 млн лет. Еще в 1890-1891 гг. на Яве были извлечены останки pithekanthropus erectus — “обезьяночеловека прямоходящего” с объемом мозга в 900 см3. Ископаемый homo erectus — “человек прямоходящий” жил около 490 тыс. лет назад и обладал мозгом с объемом в 800-1200 см3. Переходный период от животного к человеку начался образованием рода homo из австралопитеков, по разным оценкам, около 5-3 млн лет назад и длился до возникновений вида homo sapiens.

Принципиальное значение предметной деятельности в комплексе .многофакторного взаимодействия движущих сил антропогенеза обосновано в работе Ф. Энгельса “Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека”, написанной в качестве одной из глав его незавершенной книги “Диалектика природы”. Регулярное изготовление орудий, систематический труд явились новой, коллективной формой воздействия человека на природу и требовали общественных форм поведения, регулирования жизни праобщины. Согласно предположениям антропологов, трудовая деятельность преобразовала инстинктивные механизмы поведения, повысила его изменчивость и открытость становящегося существа новым стимулам и ситуациям. Объем мозга синантропа, существовавшего около 500 тыс, лет назад, равнялся 900-1200 см3, Его стоянки, которую обнаружили в 1927 г. в Северном Китае, свидетельствовала о сравнительно высоком уровне трудовой деятельности, пользовании огнем, об охоте на крупных животных и, возможно, обладании членораздельной речью. В период 360 до 250 тыс. лет назад появляется “неандертальский человек” (homo primigenius), получивший имя по названию долины Неандерталь в Германии - месту первой находки ископаемых останков в 1856 г. Объем его мозга составлял 1200-1600 см3. При постоянном изготовлении орудий труда побуждение к действию отделяется от самого действия, усложнение пространственной ориентации требует созданий внутренних моделей, с которыми можно производить операции, т.е. требует мышления. Все это способствовало замене ведущей роли биологической наследственности социальным наследованием, замене естественного отбора социальным развитием. Это осуществляется с появлением homo sapiens - “человека разумного”, который за 40 тыс, лет своего существования не претерпел существенных биологических изменений. Человек современного вида отличается от неандертальца интенсивным развитием передних отделов мозга, что обусловило большие способности к согласованному общественному поведению. Существенное значение в эволюции человеческой деятельности имели неадаптивные, неутилитарные, избыточные формы поведения, возникновение традиции. Неустойчивая праобщина сменяется в эпоху верхнего палеолита родовой общиной с институтом брачной экзогамии, запретами и нормами, обеспечивающими поддержание мира между индивидами.

Теология и философия о процессе онтогенеза

Главными в традиционной христианской концепции онтогенеза были учения: о сотворении Богом индивидуальной бессмертной души в момент зачатия; о ее воплощении, соединении с телом, получаемым от родителей; учение о рождении существа, наследующего вместе с человеческой природой и первородный грех, - существа, уже являющегося личностью, способного к нравственным переживаниям, решениям, восприятию религиозного опыта. В житиях святых повествуется, например, о том, как, выражая свои религиозные переживании, - даже пророческое прозрение, - младенец вшгрывает во чреве. Эти представления вступили в противоречие с данными физиологии и психологии, современными концепциями онтогенеза личности. Поэтому теологи-модернисты требуют понимать человека как единое и целостное существо и преодолеть психосоматический дуализм. По мнению, в частности, К. Ранера, тело не должно представляться ни “темницей”, ни “вместилищем” души, а душу следует считать не отдельным существом, которое управляет телом, но внутренним моментом целостного человека. Развивая томистское учение о душе как субстанциальной форме, Ранвр подчеркивал, что душа становится собой только воплощаясь в теле, которое и есть целостный человек, духовное существо, взятое в сфере внешнего и видимого, тело “сгущается самой душой в пространственно-временном континууме как… ее агрегатное состояние”. Онтогенез индивида он понимал как естественный процесс, в котором через вторичные причины действует трансцендентная первопричина, творческая воля Бога. Поэтому родители являются, по его мнению, причиной рождения целостного человека, включая и его душу, и это должно рассматриваться не как создание ими или передача от них однажды сотворенной Богом души, но кик ее творение имплицитно действующей волей Бога, опосредованной биологическими, психологическими и социокультурными феноменами.

Теологический и философский смысл этого учения состоит в том, чтобы представить онтогенез человека и всю антропологию доказательством или, по крайней мере, указанием на бытие Бога. Краткая формулировка такого “антропологического” аргумента гласит: “Человек — доказательство бытия Бога”, или “доказательство существования Бога — со-человечность”. Отправным пунктом здесь избирается опыт, в котором раскрывается специфика человеческого существования, и наблюдения за обретением этого опыта в онтогенезе. В качестве такого исходного опыта чаще всего рассматривается противоречивое переживание человеком собственной ограниченности, конечности, смертности, и одновременно выходы за границы к бесконечности. Фиксируя действительные характеристики познания, высших нравственных переживаний человека, теологи пытаются обосновать то, что сама внутренняя структура человеческого бытия требует признания бесконечного, абсолютного и личного бытия, на которое нацелены Bte духовные акты человека, прежде всего любовь, стремление к истине, добру и красоте. В докладе на XIX Всемирном философском конгрессе (Москва, 22-28 августа 1993 г.) профессор Сан-Францисского университета Э. Возницки говорил о теантропности внутренней, духовной жизни человека: в своем сознании, во внутреннем опыте он переживает, воспринимает призыв, который пронизывает все его существование и побуждает трансцендировать наличную свою природу, преобразовывать свое существование на пути реализации собственного назначения. Это и порождает глубинное напряжение человеческого существования, противоположность между бытием и становлением. Теантропность определяет внутреннюю структуру религиозной жизни индивида, экзистенциальную двойственность, разрешаемую им в различных религиозных формах.

По мнению ряда теологов (Ц1. Огден, В. Панненберг, Г. Кюнг и др.). Богу в конечном счете адресовано заложенное в структуре существования человека и формирующееся в его онтогенезе так называемое базовое доверие - восходящая к единству с матерью и опыту первого года жизни установка индивида по отношению к миру, уверенность в его стабильности и ожидание благотворного отношения. Мать, по мысли теологов, представляет для ребенка превосходящую ее и обращенную к нему любовь Бога, а Бог — предмет базового доверия. “В этом смысле, — полагает В. Панненберг, — человек действительно... является по природе религиозным”. “Духовной природе человека, — утверждал православный богослов, протоиерей А. Ветел ев, — как разумно-сознательной, присущ инстинкт — влечение к Богу как к своей высшей, идеальной норме”.

Разумеется, духовность — субъективность, самосознание, стремление к ценностям и идеалам, самосовершенствование — представляет собой важнейшую определенность человека, относительно самостоятельную реальность его бытия. Становление деятельной сущности человека означает и в филогенезе; и в онтогенезе формирование новых, сравнительно с животными, социальных, нравственных потребностей. Человек ориентируется на познавательные, эстетические, моральные, религиозные ценности, им руководят общественные потребности, интересы, идеалы, которые нельзя вывести из его биологической природы и которые в этом смысле предстают как сверхприродные, обозначаются как духовные. Однако социальная деятельная сущность человека, его свобода, духовность не противостоят природе абсолютно, а становление личности не предполагает бытия рамосущего духа, оторванного от развития природы. Из феномена неудовлетворенности человека своим существованием и стремления за пределы конечного и преходящего не может быть обоснованно выведено действительное существование абсолютного личного первоначала. Это положение принимается не рациональным рассуждением, но только верой. Ребенок генетически предрасположен стать человеком, но вырастает в личность, индивидуальность только благодаря включению в совместную предметную деятельность и общение с другими людьми. Весь организм человека приспособлен к трудовой деятельности и членораздельной речи, у него генотипически запрограммировано длительное детство и юность, пять шестых его мозга формируется после рождения, но эти возможности не могут быть реализованы вне социального окружения и обучения. Система сменяющих друг друга деятельностей лежит в основе развития каждой личности. Человек становится человеком, обретает свою субъективность, духовность в практике и общении, в активном преобразовании мира и создаваемых им самим общественных институтов, смыслов, значений, символических систем.