Теологический анализ в контексте общей герменевтики

2



Санкт-Петербургская Евангелическая Богословская Академия

























“Теологический анализ 

в контексте общей герменевтики”













Предмет: “Герменевтика”

Преподаватель: 

Студент: Коптяев Алексей Валентинович,

       4 курс, заочного отделения

	      



Проверил: _____________________	















Санкт-Петербург



		Введение

	Очень часто мы встречаем тех, кто говорит: “Не нужно толковать Библию, просто читайте ее и делайте то, что в ней говорится.  Проблема со многими священниками и учителями в том, что они копают так много, что только мутят воду. То, что было понятно, когда мы читали ее, уже не так понятно сейчас”. Библия не должна быть малопонятной книгой, особенно, если ее читать и изучать правильно.  Христианам следует учиться читать, верить и следовать Библии. Единственной серьезной проблемой, возникающей у людей, является не отсутствие понимания значения Слова Божьего, а в следовании ему — претворении его в жизнь. 

	Толкование, которое стремится к уникальности, обычно можно соотнести с гордыней, т.е. попыткой “быть умнее” всего остального мира. А также с ложным пониманием духовности  - как будто Библия полна глубоких, сокрытых до этого момента истин, ждущих своего открытия “духовно чутким человеком” с особо проницательным складом ума. Или же “уникальное толкование” связано с определенными интересами определенной религиозной группы. Цель хорошего толкования проста — увидеть “ясное значение текста”. Мерилом хорошего толкования является то, что оно придает тексту здравый смысл. Правильное толкование приносит облегчение уму так же, как и укол или наводящий толчок сердцу. Но если ясный и четкий смысл — именно то, к чему и сводится толкование, тогда зачем оно нужно? Почему бы просто не читать? Разве смысл не приходит просто во время чтения? В некотором смысле, да. Но если взглянуть шире, такой аргумент одновременно наивен и нереалистичен по двум причинам: из-за природы читателя и из-за природы Писания. 

	Первой причиной, почему нужно учиться тому, как толковать, является тот факт, что каждый читатель, — в то же время и толкователь. То есть, большинство из нас полагают, что во время чтения мы понимаем то, что читаем. Мы также обычно думаем, что наше понимание — это то же самое, что и намерение Святого Духа или земного автора. Мы обязательно привносим в текст все то, что мы есть, весь свой опыт, культуру и прошлое понимание слов и мыслей. Иногда то, что мы привносим в текст, невольно вводит нас в заблуждение, или заставляет вносить в него посторонние мысли. Таким образом, даже не намереваясь этого делать, читатель становится переводчиком, толкователем, и, к сожалению, слишком часто толкует неправильно.

	Самая главная причина необходимости толкования лежит в природе самого Писания. Исторически Церковь понимала ее так же, как понимала и личность Христа — Библия одновременно и человеческая и божественная. Как сказал профессор Джордж Лэдд;

	“Библия — это Слово Божье, переданное словами (людей) в истории”. Эта двойная природа Библии и ставит перед нами задачу Толкования. Оно вызвано “напряжением”, существующим между ее вечной уместностью и ее исторической особенностью. 

	Тот факт, что у Библии есть и человеческая сторона, воодушевляет нас, побуждает к действию и является причиной необходимости толкования. В этом отношении следует отметить две вещи:

	1. Говоря устами реальных людей, в разных условиях, за более чем 1500-летний период, Слово Божие выражено языком и образом мыслей тех людей и обусловлено культурой того времени и теми обстоятельствами. Наша проблема заключается в том, что мы так сильно удалены от них по времени, а иногда и по мысли. Вот основная причина, почему нужно учиться толковать Библию.

	2. Вторым из наиболее важных аспектов человеческой стороны Библии является тот факт, что для передачи Его Слова во все человеческие обстоятельства Бог использовал почти все возможные способы коммуникации: повествование, генеалогию, хроники, законы всех видов, поэзию всех видов, притчи, предсказания, загадки, драму, биографические наброски, иносказания, письма, проповеди и откровения. Чтобы правильно толковать “там и тогда” библейских текстов, нужно не просто знать несколько общих правил, которые применимы ко всем словам Библии, но нужно изучать также и особые правила, которые применимы к каждой из литературный форм (жанров). И способ, которым Бог доносит до нас Свое Слово “здесь и сейчас” будет часто изменяться из одной формы в другую.

	Вот такие вопросы задает нам двойственная природа Библии и мы, как христиане, должны учиться понимать значение библейских текстов, различая причину и следствие, и не строить надуманных и необоснованных учений, выдавая их за Слово Божие. В этом нам может помочь герменевтика со своими принципами толкования Писания. 

	

		Вопросы общей герменевтики

	Герменевтика не изолирована от других отраслей исследования Библии. Она связана с изучением канона, текстологией, исторической критикой, экзегетикой, библейской и систематической теологией.  На следующей схеме показано место герменевтики в ряду других библейских дисциплин. Она является одним из центральных пунктов в понимании Слова Божьего, а, следовательно, прекрасным средством (компасом) в следовании по пути веры.

	

	

Германевтика

(экзегетика)

Историческая

критика

Критика

текста

Изучение

канона

	

	

	

	

Библейская

теология

Систематическая

теология

	

	

	

	Вопрос значения текста

	Возможно, самый главный вопрос герменевтики заключается в следующем: можно ли установить единственно верное значение текста? Или существует множество верных значений? Если таких значений несколько, то являются ли некоторые из них более верными, чем другие? В этом случае, какой критерий можно использовать, чтобы отделить более верные толкования от менее верных? Э.Д. Гирш (E.D.Hirsch) в своей работе "Точность толкования" анализирует философский подход, в соответствии с которым "значение текста — это то, что он значит для меня". Несмотря на то, что ранее господствовало убеждение, что текст значит то, что имел в виду автор. Изучение того, "что говорит текст", превратилось в изучение того, "что он говорит отдельному критику". 

	При изучении Писания необходимо как можно точнее определить, что Бог имел в виду в определенном отрывке, а не то, что это значит для меня. Если принять точку зрения, согласно которой значение текста - это то, что он означает для меня, то Слово Божие может иметь столько же значений, сколько оно имеет читателей. Также у нас не будет основания сказать, что ортодоксальное толкование отрывка более верно, чем еретическое; действительно, различие между ортодоксальным и еретическим толкованиями не будет более иметь значения. Очень важно провести разграничение между толкованием и применением. Сказать, что текст имеет одно верное толкование (то значение, которое имел в виду автор) совсем не значит, что этот текст имеет только одно возможное применение. Следовательно, толкование может быть лишь одно (вопрос ортодоксии и ереси), а применений – множество. 

	Вопрос соавторства и sensus plenior

	Второй спорный вопрос в герменевтике — это вопрос о "двойном авторстве". Ортодоксальный взгляд на Писание — соавторство; т.е. чтобы произвести богодухновенный текст, человек и Бог работали совместно (в соавторстве). Эта проблема подразумевает следующие важные вопросы: "Какое значение имел в виду автор-человек? Какое значение имел в виду Автор-Бог? Превосходит ли значение Автора-Бога значение автора-человека?"

	Вопрос о том, имеет ли Писание высший смысл (называемый также sensus plenior) по сравнению с тем смыслом, который имел в виду автор-человек, обсуждается многие столетия. Существует мнение, что сами авторы Писания часто не осознавали высшего значения и конечного применения того, что они написали. Такова природа Божественного вдохновения и в этом определенное соавторство человека и Бога, основанное на полной вере как доверии Господу. Вопрос о sensus plenior — один из тех спорных вопросов, которые очевидно будут разрешены только в вечности. Наверное, основополагающим принципом, с которым может согласиться большинство придерживающихся противоположных взглядов по этому вопросу, может быть следующее утверждение: любой отрывок, который, как может показаться, имеет более полное значение, чем то, которое понимал его автор-человек, должен так толковаться только тогда, когда Бог выразительно заявил о Своем более полном значении этого отрывка через последующее откровение. 

	Буквально и метафорическое толкование Писания

	Третий спорный вопрос в современной герменевтике затрагивает буквальность, с которой мы толкуем слова Писания. Более либеральные теологи заявляют, что такие события, как грехопадение, потоп и пребывание Ионы во чреве рыбы следует понимать как метафоры, символы и аллегории, а не как реальные исторические события. Так как все слова - символы, выражающие идеи нам не следует воспринимать эти утверждения в строго буквальном смысле. Консервативные богословы согласны с тем, что слова можно использовать в буквальном, метафорическом или символическом смысле. Серьезные искажения авторского значения возникают тогда, когда буквальные утверждения толкуют метафорически, а метафорические утверждения - буквально. Если в определенном смысле все слова — символы, то, как нам определить, когда их следует понимать буквально, когда метафорически, а когда символически? Это еще одна область компетенции герменевтики.

	Духовный факторы

	Четвертый дискуссионный вопрос в современной герменевтике таков: влияют ли духовные факторы на способность точно воспринимать истины, содержащиеся в Писании? Одна школа придерживается мнения, что если два человека одинаково подготовлены интеллектуально в области герменевтики (изучили языки оригинала, историю, культуру и т. д.), то они будут одинаково хорошо толковать Писание. Другая школа считает, что в соответствии с самим Писанием духовное состояние человека влияет на способность воспринимать духовную истину. 

	Гипотеза, которая пытается решить эту проблему, основывается на определении термина знать. Согласно Писанию, человек не обладает знанием до тех пор, пока он не начнет жить во свете этого знания. Истинная вера - это не только знание о Боге (которым обладают даже бесы), но знание, производящее соответствующее действие. Неверующий может знать (понимать разумом) многие истины Писания, используя те же средства толкования, которые он применил бы и к небиблейским текстам, но он не может по-настоящему знать эти истины (действовать в соответствии с ними, применять их к себе), пока враждует против Бога.  

	Мы настраиваем наш разум на определенный образ действия и затем используем выборочно наше внимание, фокусируя его на тех данных, которые поддерживают наше решение и минимально обращая внимание на те данные, которые противоречат нашему выбору. Неверующие не знают полного значения библейского учения не потому, что для них недоступно значение слов текста, но потому, что они отказываются действовать в соответствии с этими духовными истинами и применять их в своей жизни. Более того, психологические последствия такого отказа делают их все менее и менее способными (и желающими) вникать в эти истины.

	Вопрос безошибочности Писания

	Из всех спорных вопросов герменевтики, наверное, один из самых важных, обсуждаемых сегодня евангельскими христианами — это вопрос о безошибочности Библии. Этот вопрос разделил евангельских христиан на две группы. Консервативные евангельские христиане - это те верующие, которые считают, что в Писании нет ни одной ошибки; либеральные евангельские христиане — те, кто считают, что в Писании нет ошибок в вопросе спасения и христианской веры, но могут встречаться неточности в изложении исторических фактов и других деталей. 

	Вопрос о безошибочности важен по целому ряду причин. Bo-первых, если Библия ошибается в вопросах, не существенных для спасения, то она может содержать ошибки и в вопросах о природе человека, межличностных и семейных отношений, любовных связей, воли и чувств, а также в целом ряде других вопросов христианской жизни. 

	Во-вторых, как настойчиво свидетельствует история,   группы, которые начинают ставить под вопрос точность незначительных деталей в Писании, со временем начинают оспаривать и существенные доктрины. 

	Вопрос о безошибочности важен и для герменевтики. Если мы начинаем с предположения, что Писание содержит ошибки, и затем находим кажущееся противоречие между двумя или более текстами, то мы можем сделать вывод, что один или все эти тексты содержат ошибки. Если мы начинаем с предпосылки, что в Писании нет ошибок, то у нас есть мотив, чтобы найти экзегетически достоверный способ решения любого кажущегося противоречия. Наш подход к теологическому анализу будет различным в зависимости от того, считаем ли мы, что учение различных текстов в правильном толковании представляет единство мыслей или что тексты могут содержать противоречивые мнения вследствие наличия ошибок. 

	Вопросы экзегезы текста

	Экзегетика — это применение принципов герменевтики с целью достигнуть правильного понимания текста. Приставка экз (ex) — "вне", "из" выражает ту мысль, что толкователь пытается извлечь понимание из текста, а не привносит свое значение в текст. Экзегетика является дисциплиной, родственной с библейской теологией и систематической теологией. Ключ к хорошей экзегезе, и, следовательно, к более точному чтению Библии, — научиться внимательно читать текст и задавать к нему правильные вопросы.  Основные вопросы, которые следует задавать по каждому отрывку, относящиеся к контексту. 

	Исторический контекст

	 Он будет отличаться от книги к книге, связан с несколькими вещами: временем и культурой автора и его читателей, т.е. географические, топографические и политические факторы, относящиеся к окружению автору; и причиной появления книги, письма, псалма, пророчества или другого жанра. Все эти вещи особенно важны для понимания. Наиболее важным вопросом исторического контекста является вопрос о причине и цели написания каждой книги Библии и/или отдельных ее частей. Здесь необходимо понимание того, что происходило в Израиле или Церкви, что вызвало появление такого документа, или того, какова была ситуация, заставившая автора писать. Опять — таки все это различно от книги к книге и имеет  гораздо меньшее значение для книги Притч, чем для, например, 1 Послания к Коринфянам.

	Литературный контекст

	Это то, что подразумевает большинство людей, говоря о прочтении чего-то в его контексте. Литературный контекст означает, что слова имеют значение только в предложениях, а библейские предложения большей частью имеют значение только в связи с предыдущими и последующими предложениями.

	Самый важный контекстуальный вопрос, который вы можете задать, и на который нужно будет отвечать снова и снова по каждому предложению и абзацу — это “В чем суть?” Мы должны попытаться проследить за мыслью автора. Что говорит автор и почему говорит именно это в данном месте? Чтобы хорошо выполнить эту задачу, необходимо пользоваться переводом, в котором учитываются поэзия и абзацы. 

		Теологический анализ

	Главный вопрос, который ставится при теологическом анализе, таков: как данный отрывок сообразуется с общей схемой  Божьего откровения? При этом становится очевидным, что сначала необходимо ответить на другой вопрос, а именно: “Какова схема Божьего откровения?” Существует целый ряд теорий, стремящихся наилучшим способом выразить природу отношений Бога с человеком. Согласно одним теориям, в истории спасения  наблюдается  значительная прерывность, согласно другим теориям, история спасения непрерывна. Чрезвычайно важно выработать гипотезы о характере отношений Бога с человеком, так как они послужат рамками, в которых могут быть систематизированы и осмыслены библейские факты.  Без такого организующего принципа невозможно осознать огромный объем библейских фактов. 

	Теории, рассматривающие характер отношений Бога с человеком

	

Основная 

Прерывность

Основная

Непрерывность 

	

	

	

В равной мере

Прерывность и

Непрерывность 

Второстепенная

Непрерывность

Второстепенная

Прерывность

	

Абсолютная 

Прерывность

Абсолютная 

Непрерывность

	

	

	

	

	Однако существует  две основные опасности принятия определенной схемы или гипотезы о природе Божественного откровения. Во-первых, существует опасность привнесения своих собственных схем в библейские данные вместо того, чтобы извлекать схему из этих данных. Вторая еще большая опасность, заключается в том, что, принимая теорию о структуре Божественного откровения, мы даже не осознаем, что это всего лишь теория и не пытаемся взглянуть на другие теории, чтобы определить, какая из них лучше соответствует библейским данным. 

	Те, кто понимают историю спасения в основном как непрерывную, обычно рассматривают все Писание как относящееся к современным верующим, поскольку они видят принципиальное единство между собой и верующими ветхозаветной и новозаветной истории. Те же, кто рассматривают историю спасения в основном как прерывную, имеют тенденцию считать, что только книга Деяний апостолов и Послания имеют силу закона для современной Церкви, так как остальные Писания предназначались для людей, живших в другие периоды библейского домостроительства. Исходя из того, что Послания составляют лишь 10 % Библии, вопрос о том, имеют ли остальные 90 % первостепенное значение для современных верующих, представляет огромную важность. 

	В целом от отношения человека к проблеме “прерывности - непрерывности” значительно зависит и преподавание в воскресной школе, и проповедь. В отличие от тех, кто придерживается теории прерывности, те, кто считает, что между Ветхим и Новым Заветами существует принципиальная непрерывность, имеют тенденцию более часто использовать при обучении и проповеди Ветхий Завет и находить в Ветхом Завете принципы, которые имеют силу закона и для современных христиан. Поэтому наше отношение к этому вопросу будет непосредственно влиять на повседневную жизнь, учение и проповедь конкретной поместной Церкви. 

		Основные теоретические системы

	Модель “множественности теологии”

	Либеральные богословы обычно рассматривают Писание как продукт эволюционного развития религии Израиля. По мере того, как усложнялось религиозное сознание Израиля, усложнялась и его теология.

	В целом, либеральные богословы рассматривают Писание как комплекс разнообразных теологии — собрание текстов, которые отражают различные уровни богословских умозаключений, иногда противоречащих друг другу. Они считают, что Библия — не Божья истина, открытая Богом человеку, а мысли человека о Боге. Так как с течением времени мысли людей изменяются, то, по их мнению, в Библии представлено целое множество развивавшихся в свое время богословских идей и представлений, а не какая-то одна, единая теология. Итак, они рассматривают библейскую историю как прерывную, уделяя лишь незначительное внимание непрерывности. 

	Теория диспенсаций (периодов спасения)

	Эта теория уделяет особое внимание прерывности и обращает меньше внимания на непрерывность, хотя и по совершенно другим причинам, чем школа “множественности теологии”. В то время как либеральные богословы рассматривают прерывность в библейских текстах как отражение человеческих попыток понять Бога, диспенсационалисты, которые почти всегда ортодоксальны в своих взглядах на богодухновенность Писания, считают, что всякая прерывность в истории спасения имеет место потому, что это предусмотрел Бог. Диспенсационализм — одна из таких теорий, которые люди либо безоговорочно принимают, либо полностью отвергают; почти никто не занимает нейтральную позицию. Она была названа “ключом к верному преподаванию Писания”, а из противоположного лагеря — “самой опасной ересью в современных христианских кругах”.

	Диспенсация (домостроительство) определена Скоуфилдом как “период времени, в течение которого человек испытывается на послушание определенному откровению воли Бога.” Схема истории спасения представляется в виде трех циклически повторяющихся этапов:

	Бог возлагает на человека определенный ряд обязанностей или условий повиновения.

	Человеку не удается жить в соответствии с данными требованиями.

	Бог по Своей милости предлагает человеку другой ряд обязанностей, т.е. новую диспенсацию (домостроительство).

	

	Число диспенсаций у разных представителей этой школы колеблется от четырех до девяти: обычно их — семь:

	Диспенсация невинности, или свободы. Этот период включает время пребывания Адама и Евы в состоянии невинности до грехопадения и заканчивается в тот момент, когда они согрешили через неповиновение. Он описан в Быт. 1: 28—3: 6.

	Диспенсация совести. В течение этого периода “послушание голосу совести было главной обязанностью человека”. Он закончился тогда, когда человек крайне развратился и Бог послал потоп в качестве суда. Эта диспенсация описана в Быт. 4: 1-8: 14.

	Диспенсация гражданского управления. В течение этой диспенсаций Бог дал человеку право на смертную казнь, предоставляя ему возможность развивать человеческое управление — гражданскую власть. Но вместо того, чтобы рассеяться и наполнить всю землю, человек выразил свой мятеж, начав строить Вавилонскую башню. Божий суд пришел в виде смешения языка. Этот период описан в Быт. 8: 15-11: 9.

	Диспенсация обетования. Этот интервал включает времена патриархов и получил свое имя потому, что Бог дал обетование Аврааму передать ему землю и обильно благословить. Непослушание Иакова, выразившееся в том, что он покинул обетованную землю и отправился в Египет, привело к рабству. Этот период описан в Быт. 11: 10 - Исх. 18: 27.

	Диспенсация закона Моисеева. Этот период длился от Моисея до смерти Христа. Для этого времени Бог дал заповеди, касающиеся всех сторон жизни и деятельности Израиля. Неповиновение Израиля этим  заповедям привело к распаду царства и порабощению. Диспенсация Закона  описана в Исх. 18: 28 - Деян 1: 26. 

	Диспенсация благодати.  В течение этого  периода  (который! продолжается доныне) главная обязанность человека — принять Божий дар праведности. Этот век окончится отвержением человеком милосердного дара Божьего, что приведет к Великой скорби. Диспенсация Благодати описана в Деян 2: 1 - Откр. 19: 21.

	Диспенсация Тысячелетнего Царства. В течение Тысячелетнего Царства главной обязанностью человека будет повиновение личному правлению Христа. В конце этого периода вспыхнет последний мятеж, который окончится окончательным судом. Самый известный библейский отрывок, описывающий этот период - Откр. 20.

	

	Одним из пунктов расхождения является то, как понимаются предписания каждой диспенсаций - представляют они различные средства спасения, или же различные установления для благочестивой жизни после получения спасения? Большинство теологов-диспенсационалистов, однако, скорее, согласите: с утверждением Райри, что “основанием спасения в каждом веке является смерть Христа; необходимым условием для спасения в каждом веке является вера; объектом веры в каждом веке является Бог; содержание веры изменяется в зависимости от диспенсаций” Для большинства теологов главное различие между диспенсациями заключается не в средствах спасения, а в особенностях благочестивой жизни, которая следует за тем, как человек решает принять Божье спасение.

	Другим пунктом расхождения является довольно трудный вопрос о степени приемлемости заповедей, данных в одной диспенсаций, для верующих другой диспенсации. Вот крайне радикальное мнение Чарльза Кука: “В Ветхом Завете нет ни одного предложения, которое бы являлось для христиан правилом веры и практической жизни — ни одной связывающей заповеди, как нет и ни одного обетования, полученного христианами из первых рук, за исключением того, что входит в широкий поток Плана Искупления, представленного там в виде символов и пророчеств”. 

	Большинство  теологов,   придерживающихся  диспенсационалистской  позиции, считает, что в процессе развития откровения воля Божия раскрывается в различных домостроительствах. Закончив свое существование в качестве принципа, они растут или переходят в следующее домостроительство. Итак, если теория диспенсационализма верна, тогда она является мощным герменевтическим инструментом, и притом незаменимым средством для верного толкования библейских обетований и заповедей. С другой стороны, если эта теория неверна, тогда человек, который учит ей, может оказаться под серьезной угрозой навлечь на себя суды из Матф. 5: 19.

	Лютеранская теория

	Лютер считал, что для верного понимания Писания мы должны четко Различать две параллельные и всегда присутствующие истины Писания: Закон и Благодать. Закон представляет Бога в Его ненависти ко греху, Его суде и Его гневе. Благодать(Евангелие) представляет Бога в Его благодати, любви и спасении.

	Оба эти аспекта Божественной природы сосуществуют в Писании на протяжении как Ветхого, так и Нового Заветов. Закон отражает святость Бога; без него Он был бы не святой, а безнравственный Бог. Благодать - это Божий ответ на тот факт, что человек никогда не сможет достигнуть святости, требуемой Законом. Одним из способов отличить Закон от Благодати является следующий вопрос: “Осуждает ли это меня?” Если да, то это Закон. И наоборот, если это дает мне утешение, это – Благодать. 

	Для богословов-лютеран Закон и Евангелие раскрывают два неотъемлемых аспекта Божией личности: Его святость и Его милость. Таким образом, они рассматривают Закон и Евангелие, как неотъемлемые составные части истории спасения - от грехопадения Адама и Евы до завершения Тысячелетнего Царства.

	Закон и Евангелие играют непреходящую роль в жизни, как неверующих, так и верующих. Неверующих Закон обвиняет, осуждает и показывает им, что они нуждаются в Господе. Верующим Закон продолжает указывать на потребность в благодати и наставляет в благочестивой жизни. Евангелие указывает неверующему путь спасения от осуждения; для верующего оно служит побудительной силой исполнять Божественный нравственный Закон.

	Строгое разграничение между ними и утверждение истин Закона и Благодати является важным герменевтическим приемом и отличительным признаком ортодоксальной лютеранской проповеди. Лютеранская теория делает сильный акцент на непрерывности. Как и в самом начале истории человечества, Бог продолжает общаться с человеком посредством, как Закона, так и Благодати. Закон и Благодать - не две различные эпохи в общении Бога с человеком, а неотъемлемые части каждого эпизода Его отношений с человечеством. 

	Ковенантная теория (теория заветов)

	Теологи-ковенанталисты рассматривают всю библейскую историю, как относящуюся к двум заветам: завету дел, до грехопадения, и завету благодати, от грехопадения до настоящего времени.

	Завет дел представляет собой договор между Богом и Адамом, по которому Адаму была за совершенное послушание обещана жизнь, а за неповиновение - смерть. Завет благодати - это договор между Богом и грешником, по которому Бог обещает спасение через веру, а грешник обещает жизнь веры и послушания.  Все ветхозаветные верующие, так же как и современные верующие входят в завет благодати. Возражение против ковенантной теологии заключается в том, что объединять Ветхий и Новый Заветы в одну категорию - эпоху благодати - чрезмерное упрощение. 

	На эти возражения богословы-ковенанталисты отвечают так. Во-первых, ветхозаветные верующие были точно также спасены по благодати, как и новозаветные верующие; следовательно, все они могут считаться принадлежащими завету благодати. Во-вторых, многочисленные сравнения между Ветхим и Новым Заветами в Послании к Евреям не являются антитетическими. Их взаимоотношения представлены как отношения между хорошим и лучшим заветами. Хороший союз, который Бог предложил в  Ветхом Завете (Завет благодати) был отвержен идолопоклонниками — израильтянами. Но Бог заменил его Новым заветом благодати, еще более милосердным, чем предыдущий. Далее взаимоотношения описываются как отношения между системой, устремленной в будущее, к своему исполнению, и самим исполнением. Кровь тельцов и козлов никогда окончательно и совершенно не могла удалить грех, но она действовала как “предоплата” до тех пор, пока не пришел Христос и не произошло совершенное искупление (Евр. 10: 1-10). Таким образом, ковенанталисты делают вывод, что отношения между Ветхим и Новым Заветами скорее синтетические, нежели антитетические. Оба они - по благодати, один выстроен на милостивых обетованиях другого, Завета-предшественника.

	Второе возражение, выдвигаемое против ковенантной теории заключается в том, что в Ветхом Завете говорится о нескольких заветах: завет с Ноем перед потопом (Быт. 6,18), завет с Ноем после потопа (Быт. 9,8-17), завет с Авраамом (Быт. 15,8,18; 17,6-8), завет с Моисеем (Исх. 6,6-8), завет с Давидом (Пс. 88:3,4, 26-37) и Новый завет (Иер. 31:31-34). Правомерно ли говорить, в свете всего этого, о завете благодати, а не о конкретных заветах? Если есть несколько заветов, то не является ли ковенантная теория частным случаем днспенсационализма?

	Хотя теологи-ковенанталисты и признают каждый из этих отдельных заветов, между ковенантной и диспенсациоиальной концепциями истории спасения существует принципиальная разница. В отличие от первой теории, ковенантная концепция истории спасения делает акцент на непрерывности: общий завет благодати отражается в каждом из специфических заветов. Человеческие существа призваны по благодати, оправданы благодатью и с самого момента грехопадения входят в семью Божию по благодати. Таким образом, ковенантные теологи считают, что правомерно объединять эти отдельные заветы под общим главенством завета благодати. Диспенсационалисты более подчеркивают момент прерывности. Ковенантные теологи более подчеркивают дополнительный, а не разграничительный характер заветов. Например, завет с Ноем, заключенный после потопа, органически связан с допотопным заветом; он просто пополнился подробностями благодатного общения. Подобно этому, завет с Моисеем не упразднил завета с Авраамом, скорее Моисеев завет был добавлен к Авраамову завету.

	Эпигенетическая модель

	Эпигенетическая теория рассматривает Божественное откровение по аналогии с ростом дерева, начиная от семени до саженца молодого деревца и заканчивая зрелым, выросшим деревом. Эта концепция может быть противопоставлена взгляду, по которому Божественное откровение подобно постепенному строительству собора. Наполовину построенный собор - несовершенное сооружение. Но наполовину выросшее дерево - совершенное дерево. По эпигенетической теории, Божие откровение (самораскрытие) никогда не бывает несовершенным или недостаточным, хотя последующие самораскрытия и могут содержать большую информацию.

	Сам термин эпигенетическая теория не имеет широкого употребления. Часто он заменяется другими терминами, например органическое единство Писания, где органическое понимается как живое растущее. Точно так, как в различных направлениях растут ствол и ветви дерева, - растет понимание Бога, Христа и спасения по мере того, как прогрессирует откровение.

	В некотором смысле эпигенетическую модель можно рассматривать как промежуточное звено между диспенсациональной и ковенантной теориями. 

		Методика выбора модели

	Какая же из этих пяти моделей или гипотез о природе Божественного откровения наиболее точно отражает библейские факты? Нет сомнения, что существует преемственность  между  Ветхим  и  Новым  Заветами. Ветхозаветные верующие устремляли свои взоры в будущее, к обетованному Искупителю; новозаветные верующие либо видели лично, либо обращали взгляд в прошлое на своего Искупителя. Новый завет превосходит старый. Евреи отвергли Евангелие, и оно было передано язычникам. И все же остается вопрос: является ли характер Божьих отношений с людьми в основном прерывным или непрерывным? Является ли природа этих различных эпох человеческой истории в основном взаимно дополняющей или разграничительной? Непросто объективно оценить достоинства нашей позиции или другой позиции с нашей собственной точки зрения.

	Альтернативным методом оценки различных моделей является, во-первых, организация библейских фактов вокруг нескольких ключевых идей и затем анализ каждой модели с целью выяснить, насколько она соответствует фактам. Наиболее важными концепциями Писания являются:

	Божьи принципы, проявляющиеся через Его законы;

	Божья благодать, которая проявляется в Его отношениях с человечеством, постоянно нарушающим Его принципы;

	Божье спасение, проявляющееся в том, что Бог предусмотрел средства примирения между человечеством и Собою;

	Божий труд в людях, проявляющийся через служение Святого Духа.

		Этапы теологического анализа

	Теологический анализ ставит перед нами вопрос: “Как данный отрывок сообразуется с общей схемой Божественного откровения?” Прежде чем ответить на этот вопрос, мы должны выработать понимание общей структуры истории откровения. Следует определиться с проблемой прерывности-непрерывности, а также иметь свое суждение по основным библейским концепциям: закон, благодать, спасение и служение Святого Духа. Важно выработать свой взгляд (но не новую ересь!) на историю спасения и придерживаться его в теологическом аспекте анализа библейского текста. 

	Теологический анализ состоит из следующих этапов:

	Выработать   свой   собственный   взгляд   на   природу взаимоотношений Бога с человеком. Подбор доказательств, постановка вопросов и понимание определенных текстов, несомненно, должно отражать понимание библейской истории спасения. 

	Определить, как этот взгляд влияет на понимание изучаемого отрывка. Взгляд, согласно которому природа Божьего откровения человеку в основном прерывна, приведет к тому, что Ветхий Завет будет считаться менее полезным для современных верующих, чем Новый Завет.

	Оценить объем богословских знаний, доступных людям в то время. Какие знания они уже получили к тому времени? (Эти полученные ранее знания иногда в учебниках по герменевтике называются “аналогия Писания”). С этой точки зрения полезны хорошие книги по библейской теологии.

	Определить, каким значением обладал данный отрывок для его первоначальных получателей в свете их знаний.

	Определить, какие дополнительные знания на эту тему доступны нам после получения дальнейшего откровения. (Это иногда называется в учебниках по герменевтике “аналогия веры”.) С этой целью рекомендуется использовать литературу по систематическому богословию.

		
Вывод

	Благочестивое чтение не единственное, что следует делать. Нужно, кроме того, читать Библию, чтобы учиться и понимать то, что там написано для нашего вразумления. Короче говоря, нужно еще учиться изучать Библию, что, в свою очередь, должно воодушевлять благочестивое чтение. Причина, почему не следует начинать с того, что касается “здесь и сейчас”, заключается в том, что единственно верный контроль герменевтики должен заключаться в оригинальном значении библейского текста.  Иначе библейские тексты можно исказить так, что они будут означать что угодно для любого читателя. В отличие от такого субъективизма -  изначальное значение текста (насколько в нашей силе понять его), является объективной точкой отчета и контроля. Это становится залогом правильного, адекватного, понимания Писания, что само по себе противостоит различным еретическим теориям и неразумным уклонениям в сектантство. 

	Утверждается, что здравый смысл удержит от всякой глупости. Однако, здравый смысл, к сожалению, есть не у всех. Мы хотим знать, что Библия означает для нас — и это справедливое желание. Но мы же не можем заставить ее означать нечто такое, что приятно нам, а потом приписать все это Святому Духу. Святого Духа нельзя призвать, чтобы Он противоречил Самому Себе, и именно Он вдохновил изначальный смысл. Его помощь нам заключается в раскрытии этого изначального значения и в руководстве нами, когда мы, полны веры, попытаемся применить это значение к своим собственным ситуациям. 

	Вопросы герменевтики вовсе не легки.  Верующим нужно научиться говорить друг с другом по этим вопросам — и выслушивать друг друга. Насчет одного, однако, можно согласиться. Текст не может означать того, чего никогда не означал.  Истинным значением библейского текста для нас является то, которое изначально вложил в него Господь, когда он был впервые произнесен. Вот откуда нужно начинать. 

	Кто-то обязательно спросит: “Но разве невозможно тексту иметь дополнительное (или более полное, или более глубокое) значение, кроме оригинального? В конце концов, такое случается в Новом Завете, в том, как он иногда использует Ветхий Завет”. Наша проблема проста. Кто говорит за Бога? У римского католицизма здесь меньше проблем; магистерий, облеченный властью авторитет официальных догм церкви, определяет для всех более полный смысл текста. У протестантов, однако, нет магистерия, и нам следует обеспокоиться, когда кто-то говорит, что у него или нее есть Божие, более глубокое, значение текста, особенно, если текст никогда не означал того, что ему пытаются придать. Из подобных вещей рождаются все культы и бесчисленные мелкие секты. Поэтому, роль герменевтики заключается еще и в том, чтобы помочь нам уяснить чистый смысл Слова и не допустить подменить волю Божью волей какого-нибудь человека или группы людей. 






Библиография



К. Артур “Самостоятельное изучение Библии”, Чаттангуа, Теннеси, США, 1990 г

Генри А. Верклер  “Герменевтика”, Гранд Рапидс, Мичиган, 1995 г.

Гордон д. Фи; Дуглас Стюарт  “Как читать Библию и видеть всю ее ценность”, “Библейская кафедра”, СПб, 1993 г.

“Индуктивное изучение Библии”, (учебное пособие), ВЕЕ International, 1992 г.