Ночь, Луна, Заря и Солнце

Ночь, Луна, Заря и Солнце

Медленно едет по небу в колеснице, запряженной черными конями, богиня Ночь—Нюкта. Своим темным покровом закрыла она землю. Тьма окутала все кругом. Вокруг колесницы богини Ночи толпятся звезды и льют на землю неверный, мерцающий свет—это юные сыновья богини Зари—Эос и Астрея. Много их, они усеяли все ночное темное небо. Вот как бы легкое зарево показалось на востоке. Разгорается оно все сильнее и сильнее. Это восходит на небо богиня Луна—Селена. Круторогие быки медленно везут ее колесницу по небу. Спокойно, величественно едет богиня Луна в своей длинной белой одежде, с серпом луны на головном уборе. Она мирно светит на спящую землю, заливая все серебристым сиянием. Объехав небесный свод, богиня Луна спустится в глубокий грот горы Латма в Карий. Там лежит погруженный в вечную дремоту прекрасный Эндимион. Любит его Селена. Она склоняется над ним, ласкает его и шепчет ему слова любви.  Но  не  слышит  ее  погруженный в дремоту Эндимион, потому так печальна Селена и печален свет, который льет она на землю.

Все ближе утро. Богиня Луна уже давно спустилась с небосклона. Чуть посветлел восток. Ярко загорелся на востоке предвестник зари Эосфрос, утренняя звезда. Подул легкий ветерок. Все ярче разгорается восток. Вот открыла розоперстая богиня Заря-Эос ворота, из которых скоро выедет лучезарный бог Солнце-Гелиос. В ярко-шафранной одежде, на розовых крыльях взлетает богиня Заря на просветлевшее небо, залитое розовым светом. Льет богиня из золотого сосуда на землю росу, и роса осыпает траву и цветы сверкающими, как алмазы, каплями. Благоухает все на земле, всюду курятся ароматы. Проснувшаяся земля радостно приветствует бога солнца-Гелиоса.

Лучезарный бог выезжает на небо с берегов Океана в золотой колеснице,   которую выковал бог Гефест, запряженной четверкой крылатых коней.

Верхи гор озаряют лучи восходящего солнца, И кажется, что они залиты огнем. Звезды бегут с небосклона при виде бога солнца и одна за другой' скрываются в лоне темной ночи. Все выше поднимается колесница Гелиоса. В лучезарном венце и в длинной сверкающей одежде едет он по небу и чье живительные лучи на землю, дает ей свет, тепло и жизнь.

Совершив свой дневной путь, бог солнца спускается к священным водам Океана- Там ждет его золотой челн, в котором он плывет назад к востоку,  в страну солнца, где находится его чудесный дворец. Бог солнца ночью там отдыхает, чтобы взойти в прежнем блеске на следующий день.

Единственный раз нарушен был заведенный в мире порядок, и не выезжал бог солнца на небо, чтобы светить людям. Вот как это произошло.

- У Солнца-Гелиоса и Климены, дочери морской богини Фетиды, был сын Фаэтон. Однажды родственник Фаэтона, сын громовержца Зевса Эпаф\ насмехаясь над ним, сказал:

— Не верю я, что ты — сын лучезарного Гелиоса. Мать твоя говорит неправду. Ты—сын простого смертного- Разгневался Фаэтон, краска стыда залила ег лицо; он побежал к матери, бросился к ней на груд и со слезами жаловался на оскорбление. Но мат его, простерши руки к лучезарному солнцу, вое кликнула:

— О сын? Клянусь тебе Гелиосом, который на< видит и слышит, которого и ты сам сейчас видишь что он—твой отец! Пусть лишит он меня своего света, если я говорю неправду! Пойди сам к нему дворец его недалеко от нас. Он подтвердит моя слова.

Фаэтон тотчас отправился к Гелиосу. Быстро достиг он дворца Гелиоса, сиявшего золотом, серебром и драгоценными камнями. Дворец искрился всеми цветами радуги, так дивно украсил его бог Гефест. Фаэтон вошел во дворец и увидел там Гелиоса, сидящего в пурпурной одежде на троне. Но Фаэтон не мог приблизиться к лучезарному богу, его глаза—глаза смертного—не выносили сияния, исходящего от венца Гелиоса. Бог солнца увидел Фаэтона и спросил его:

— Что привело тебя ко мне во дворец, сын мой?

— О свет всего мира, о отец Гелиос! Только смею ли я называть тебя отцом?—воскликнул Фаэтон.—Дай мне доказательство того, что ты—мой отец. Уничтожь, молю тебя, мое сомненье!

Гелиос снял лучезарный венец, подозвал к себе Фаэтона, обнял его и сказал:

— Да, ты—мой сын; правду сказала тебе мать твоя, Климена. А чтобы ты не сомневался более, проси у меня что хочешь, и, клянусь водами священной реки Стикс, я исполню твою просьбу.

Едва сказал это Гелиос, как Фаэтон стал просить позволить ему поехать по небу вместо Гелиоса в его золотой колеснице. В ужас пришел лучезарный бог.

— Безумный, что ты просишь!—воскликнул Гелиос.—О, если бы мог я нарушить мою клятву! Ты просишь невозможное, Фаэтон. Это тебе не по силам, Ты же смертный, а разве это дело смертного'1 Даже бессмертные боги не в силах устоять на моей колеснице. Сам великий Зевс-громовержец не может править ею, а кто же могущественнее его. Подумай только: вначале дорога так круга, что даже мои крылатые кони едва взбираются по ней, Посередине она идет так высоко над землей, что даже мной овладевает страх, когда я смотрю вниз на расстилающиеся подо мной моря и земли. В конце же дорога так стремительно опускается к священным берегам Океана, что без моего опытного управления колесница стремглав полетит вниз и разобьется. Ты думаешь, может быть, встретить в пути много прекрасного. Нет, среди опасностей, ужасов и диких зверей идет путь. Узок он; если же ты уклониться в сторону, то ждут тебя там рога грозного тельца, грозит тебе лук кентавра, чудовищные скорпион и рак1- Много ужасов на пути по небу. Поверь, не хочу я быть причиной твоей гибели. О, если бы ты мог взглядом своим проникнуть мне в сердце и увидеть, как я боюсь за тебя! Посмотри вокруг себя, взгляни на мир, как много в нем прекрасного! Проси все что хочешь, я ни в чем не откажу тебе, только не проси этого. Ведь ты просишь не награду, а страшное наказание.

Но Фаэтон ничего не хотел слушать; обвив руками шею Гелиоса, он просил исполнить его просьбу. — Хорошо, я исполню твою просьбу потому, чт поклялся водами Стикса. Ты получить, что прссишь, но я думал, что ты разумнее, печально ответил Гелиос.

Он повел Фаэтона туда, где стояла колеснице Залюбовался ею Фаэтон: она была вся золота и сверкала разноцветными каменьями. Привел;

крылатых коней Гелиоса, накормленных амбро зией и нектаром. Запрягли коней в колесница Розоперстая Эос открыла врата. Гелиос натер лиц Фаэтону священной мазью, чтобы не опалило ее пламя солнечных лучей, и возложил ему на голов, сверкающий венец. Со вздохом, полным печали дает Гелиос последние наставления Фаэтону:

— Сын мой, помни мои последние наставления исполни их, если сможешь- Не гони лошадей, держа как можно тверже вожжи. Сами побегут мои кони Трудно удерживать их. Дорогу же ты ясно увидишь по колее, она идет через все небо. Не поднимайся слишком высоко, чтобы не сжечь небо, но и низко не опускайся, не то ты спалишь всю землю. Не уклоняйся ни вправо, ни влево. Путь твой как раз посередине между змеей и жертвенником'. Все остальное я поручаю судьбе, на нее одну я надеюсь. Но пора, ночь уже покинула небо и взошла розоперстая Эос. Бери крепче вожжи. Но, может быть, ты изменишь еще свое решение - ведь оно грозит тебе гибелью? О, дай мне самому светить земле? Не губи себя! Но Фаэтон быстро вскочил на колесницу и схватил вожжи. Он радуется, ликует, благодарит отца своего Гелиоса и торопится в путь. Кони бьют копытами, пламя пышет у них из ноздрей, легко подхватывают они колесницу и СКВОЗЬ Туман быстро несутся вперед по крутой дороге на небо. Непривычно легка для коней колесница. Вот кони мчатся уже по небу, они оставляют обычный путь Гелиоса и несутся без дороги. А Фаэтон не знает, где же дорога, не в силах он править конями. Взглянул он с вершины неба на землю и побледнел от страха—так далеко под ним была она. Колени его задрожали, тьма заволокла его очи. Он уже жалеет, что упросил отца дать ему править колесницей. Что ему делать? Уже много проехал он, но впереди еще длинный путь. Не может справиться с конями Фаэтон, он не знает их имен, а сдержать их вожжами нет у него силы. Кругом себя он видит страшных небесных зверей и путается еще больше.

Есть место на небе, где раскинулся чудовищный, грозный скорпион,— туда несут Фаэтона кони. Увидел несчастный юноша покрытого темным ядом скорпиона, грозящего ему смертоносным жалом, и, обезумев от страха, выпустил вожжи. Еще быстрей понеслись кони, почуяв свободу. То взвиваются они к звездам, то, опустившись, несутся почти над самой землей. Сестра Гелиоса богиня луны Селена с изумлением глядит, как мчатся кони ее брата без дороги, никем не управляемые. Пламя от близко опустившейся колесницы охватывает землю. Гибнут большие богатые города, гибнут целые племена. Горят горы, покрытые лесом: двуглавый Парнас, тенистый Киферон, зеленый Геликон, горы Кавказа, Тмол, Ида, Пелион, Осса. Дым заволакивает все кругом; не видит Фаэтон в густом дыму, где он едет. Вода в реках и ручьях закипает. Нимфы плачут и прячутся в ужасе в глубоких гротах. Кипят Евфрат, Оронт, Алфей, Эврот и другие реки. От жара трескается земля, и луч солнца проникает в мрачное царство Аида. Моря начинают пересыхать, и страждут от зноя морские божества. Тогда поднялась богиня Гея-Земля и громко воскликнула-

— О величайший из богов, Зевс-громовержец' Неужели должна я погибнуть, неужели погибнуть. Смотри! Атлас едва ,

уже выдерживает тяжесть неба. Ведь небо и дворцы богов могут рухнуть. Неужели все вернется :

первобытный Хаос? О, спаси от огня то, что еще осталось!

Зевс услышал мольбу богини Геи, грозно взмахнул он десницей, бросил свою сверкающую молнию и ее огнем потушил огонь. Зевс молнией разбил колесницу. Кони Гелиоса разбежались в разные стороны. По всему небу разбросаны осколки колесницы и упряжь коней Гелиоса.

А Фаэтон с горящими на голове кудрями пронесся по воздуху подобно падающей звезде и упал в волны реки Эридана, вдали от своей родины. Там гесперийские нимфы подняли его тело и предали земле.

В глубокой скорби отец Фаэтона Гелиос закрыл свой лик и целый день не появлялся на голубом небе. Только огонь пожара освещал землю.

Долго несчастная мать Фаэтона Климена искала тело своего погибшего сына. Наконец нашла она на берегах Эридана не тело сына, а его гробницу. Горько плакала неутешная мать над гробницей сына, с ней оплакивали погибшего брата и дочери Климены—гелиады. Скорбь их была безгранична. Плачущих гелиад боги превратили в тополя. Стоят тополя-гелиады, склонившись над Эриданом, и падают их слезы-смола в студеную воду. Смола застывает и превращается в прозрачный янтарь.

Скорбел о гибели Фаэтона и друг его Кикн. Его сетования далеко разносились по берегам Эридана. Видя неутешную печаль Кикна, боги превратили его в белоснежного лебедя. С тех пор лебедь Кикн живет на воде, в реках и широких светлых озерах. Он боится огня, погубившего его друга Фаэтона.

При подготовке данной работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru