Общая характеристика искусства Северного Возрождения

Введение



Ренессанс, эпоха в истории европейской культуры 13-16 вв., ознаменовавшая собой наступление Нового времени. Возрождение самоопределилось, прежде всего в сфере художественного творчества. Как эпоха европейской истории оно отмечено множеством знаменательных вех — в том числе укреплением экономических и общественных вольностей городов, духовным исканием, приведшим в итоге к Реформации и Крестьянской войне в Германии, формированием абсолютистской монархии (наиболее масштабной во Франции), началом эпохи Великих географических открытий, изобретением европейского книгопечатания, открытием гелиоцентрической системы в космологии и т. д. Однако первым его признаком, как казалось современникам, явился «расцвет искусств» после долгих веков средневекового «упадка», расцвет, «возродивший» античную художественную мудрость, именно в этом смысле впервые употребляет слово rinascita (от которого происходит французский Renaissance и все его европейские аналоги) Дж. Вазари. Периодизация этапов развития Возрождения в Италии и в странах к северу от Альп, как правило, не совпадает. Общепринятое, но условное понятие "Северное Возрождение" применяется по аналогии с итальянским Возрождением к культуре и искусству Германии, Нидерландов, Франции; одной из главных особенностей художественной культуры этих стран является его генетическая связь с искусством поздней готики. Истоки "Северного Возрождения" следует искать на рубеже 14 и 15 вв. в Бургундии. В 15 в. главенствующее место среди североевропейских художественных школ заняла нидерландская живопись. Живопись Северного ренессанса интересна детализированным описанием поверхностей предметов, пластичностью, достигаемой за счёт точно подмеченных и удачно применяемых световых эффектов и естественностью, не виданной с античных времён. Целью данной курсовой работы является выявление различий между искусством Северного и Итальянского Возрождения. Для этого необходимо решить следующие задачи: дать общую характеристику Северного Возрождения в первой главе и проанализировать живопись Северного Возрождения на примере творчества таких художников как Иероним Босх, Питер Брейгель старший и Ян ванн Эйк во второй главе. При написании курсовой использовались книги, изданные с 1939 по 2009 год. Такие авторы как Алпатов М.(1939) и Климов Р. (1959) считали что на живопись северного возрождения особенно сильно повлияла Готическая культура и кроме того, важной идеологической составляющей явилась Реформация, так же с этим мнением согласны Гармаш К.С. (1965) Егорова К.С. (1965) и так же Герщезон – Чегодаева (1972;1983). Отто Бенеш соглашался с мнением этих авторов, однако считал, что не только готика повлияла на страны Северного возрождения, а еще меньшее, чем в Италии, внимание к изучению анатомии и античного наследия. Эту точку зрения разделяют такие авторы как Фомин Г.И. (1974) , Мартин Г. (1992), Левицкий А.С. (1995). А такие авторы как Степанов А.В. (2009), Мосин И.Г.(2006), Девитини А. (2002) и Даниэль С. (2001) считали результатом появления Северного Возрождения влияние мистического мироощущения и готического стиля.




1. Общая характеристика искусства Северного Возрождения



С XIV века на этих территориях происходили перемены культурно-социологического характера: на смену церкви в качестве главного заказчика произведений искусства пришли светские меценаты. Нидерланды как центр искусства стали оттеснять искусство поздней готики при французском дворе. В XV веке при дворах герцогов бургундских в Дижоне, Брюгге и Турне появилась собственная художественная школа, сочетавшая готику и Ренессанс. Некоторые историки искусства видят её корни во французско-фламандской книжной миниатюре, например, в творчестве Жана Пюселя или братьев Лимбург. Эти произведения живописи резко отличаются от своих готических предшественников почти фотографическим реализмом. Импульс, полученный от раннего и зрелого итальянского Возрождения, в соединении с местными традициями привёл к формированию самостоятельного, абсолютно нового художественного языка. Нидерландское внимание к природе выразилось в пейзажной живописи. Сначала золотой фон средневековых картин сменили реалистичные ландшафты, а затем пейзаж стал самостоятельным жанром в искусстве. Точность в наблюдении явлений природы распространилась и на изображение человеческого тела. Изображение обнажённых Адама и Евы на Гентском алтаре Яна ван Эйка отличает естественность, невиданная с античных времён. В отличие от итальянских художников, увлекавшихся в своих изображениях обнажённой натуры анатомическими деталями, Ян ван Эйк изучал поверхность и движение человеческого тела и отражал до мельчайших подробностей в своих работах. Новизна ранней нидерландской живописи заключалась, с одной стороны, в детализированном описании поверхностей предметов, а с другой стороны, в пластичности, достигаемой за счёт точно подмеченных и удачно применяемых световых эффектов. В основу нового стиля легла новая живописная техника — масло. До ван Эйков и Робера Кампена нидерландская и фламандская живопись ориентировались на интернациональную готику, которую чаще называют «прекрасным» или «мягким стилем». Даже самые крупные мастер ещё долгое время не могли полностью освободиться от этого влияния, вытянутые фигуры и богатые складками одеяния явно свидетельствуют о более древних живописных традициях. В общем ранней нидерландской живописи до XV века в настоящее время достаётся мало внимания. Картины считаются провинциальными и второразрядными, во многих публикациях по истории искусства ранняя нидерландская живопись рассматривается только начиная с Флемальского мастера. У истоков ранней нидерландской живописи, понимаемой в узком смысле, стоит Ян ван Эйк, который в 1432 году закончил работу над своим главным шедевром — Гентским алтарём. Ещё современники считали работы Яна ван Эйка и других фламандских художников «новым искусством», чем-то совершенно новым. Хронологически старонидерландская живопись развивалась приблизительно в одно время с итальянским Ренессансом. С появлением портрета светская, индивидуализированная тема стала впервые главным мотивом живописи. Жанровые картины и натюрморты совершили свой прорыв в искусстве лишь в период нидерландского барокко XVII века. Буржуазный характер ранней нидерландской живописи говорит о наступлении Нового времени. Всё чаще заказчиками помимо дворянства и клира выступала богатая знать и купечество. Человек на картинах больше не идеализировался. Перед зрителем предстают настоящие люди со всеми своими человеческими недостатками. Морщины, мешки под глазами, — всё без прикрас натурально изображалось на картине. Святые больше не обитали исключительно в храмах, они входили и в дома горожан. Одним из самых первых представителей новых художественных взглядов наряду с Яном ван Эйком считается Флемальский мастер, которого в настоящее время идентифицируют как Робера Кампена. Его главная работа — триптих Мероде (около 1425), хранящийся в Музее Метрополитен в Нью-Йорке. Уже долгое время подвергается сомнению сам факт существования у Яна ван Эйка брата Хуберта. Новейшие исследования показали, что упоминаемый лишь в нескольких источниках Хуберт ван Эйк был всего лишь посредственным художником гентской школы, который не имел ни родственного, ни какого-либо иного отношения к Яну ван Эйку. Учеником Кампена считается Рогир ван дер Вейден, который, вероятно, принимал участие в работе над триптихом Мероде. В свою очередь он оказал влияние на Дирка Боутса и Ганса Мемлинга. Современником Мемлинга был Хуго ван дер Гус, впервые упоминаемый в 1465 году. Из этого ряда выделяется самый загадочный художник этого времени Иероним Босх, чьё творчество до сих пор не получило однозначного толкования. Рядом с этими великими мастерами заслуживают упоминания такие ранние нидерландские художники, как Петрус Кристус, Колин де Котер, Альберт Боутс, Госвин ван дер Вейден и Квентин Массейс. До настоящего времени сохранилась лишь малая толика работ ранних нидерландских художников. Бесчётное количество картин и рисунков пали жертвой иконоборчества во времена реформации и войн. Кроме того многие работы получили серьёзные повреждения и нуждаются в дорогостоящей реставрации. Некоторые произведения сохранились лишь в копиях, большинство же утеряно навсегда. Творчество ранних нидерландцев и фламандцев представлено в крупнейших художественных музеях мира. Но некоторые алтари и картины по-прежнему находятся на своих старых местах — в церквях, соборах и замках, как, например, Гентский алтарь в соборе Святого Бавона в Генте. Однако посмотреть на него теперь можно только через толстое бронированное стекло. Изучение вопроса живописи "Северного Возрождения" предполагает знакомство с художественной культурой Нидерландов, Франции и Германии XV - XVI веков. Для этих стран, в искусстве которых уже начиная с первой трети 15 века, проявляются ренессанские тенденции, названный период стал эпохой высочайшего культурного расцвета. Он ознаменовал творчеством таких великих художников как Ян ван Эйк, Гуго ван дер Гус, Жан Фуке, Альбрехт Дюрер, Ганс Гольбейн мл., Питер Брейгель и др. При наличии в каждой из названных стран, ярко выраженной национальной специфики, художественное развитие Нидерландов, Германии и Франции в момент перехода от средневековья к Новому времени обладает чертами общности, особенно отчетливо выступающими при сопоставлении их с Италией. Средневековая готическая традиция была здесь устойчивее; ее влияние заметно сказывалось вплоть до первой трети 16 века, а в некоторых сферах творчества (архитектура, скульптура) оставалось даже преобладающим. Сами процессы обновления культуры в странах, расположенных севернее Альп отличались той последовательностью, которую можно наблюдать в Италии, они протекали неравномерно — быстрее в живописи, медленнее в других видах искусства — и, как правило, на сопровождались синхронным теоретическим осмыслением. Изучение линейной перспективы, анатомии, поиск идеальных пропорций человеческого тела шли в североевропейских странах, главным образом, по линии накопления эмпирических наблюдений, не становясь предметом систематического научного изучения. Контакт с искусством классической древности также не был здесь столь прямым и непосредственным как в Италии. Столь характерная для Италии ориентация на античные образцы в изобразительном искусстве и архитектуре Северной Европы дает о себе знать не раньше 16 века и зачастую выступает в причудливых "готизированных" формах. Названные отличия от классической итальянской модели Возрождения имеют в своей основе причины глубинного мировоззренческого порядка. Ренессансный "гуманизм" — рационалистическая антропоцентрическая философия, аппелирующая к примеру древних — сравнительно поздно, лишь в 16 веке, обрел приверженцев в североевропейских странах. Подлинным духовным стержнем перемен происходивших в культуре этих земель, средоточием интеллектуальной жизни, главным пунктом споров и полемики были идеи религиозного обновления. Процессы становления новой этики, новой системы взглядов на роль в обществе, новых представлений о свободе и ответственности человека были связаны с борьбой за реформу церкви и оказывали решающее воздействие на художественное развитие. Вне контекста глубоких духовных перемен привнесенных в европейскую культуру реформацией не может быть правильно понята сущность искусства Северного Возрождения.

Искусство Германии

В 15 столетии в Германии, как и в других странах Западной Европы, развивалось производство, мануфактура вытесняла средневековые цеховые структуры, росли города и укрепляло свои позиции бюргерство. Но готические традиции очень медленно уходили из культурной жизни страны. Сохранению средневековых устоев способствовала раздробленность Германии, которая в конце XIV — начале XV в. была разделена на множество мелких княжеств и независимых городов. Немецкая живопись в XV в. была тесно связана с церковью, поэтому главное место в творчестве большинства художников занимали алтарные композиции, а не станковые картины. Главным достижением этого времени являлось то, что мастера стремились в своих религиозных произведениях отразить живые человеческие чувства. В библейских сценах появились элементы бытового жанра, святые приобретали черты простолюдинов. Отмечены лиризмом несколько наивные образы Христа, Мадонны, святых и ангелов в картинах Стефана Лохнера («Младенец Христос в райском саду», ок. 1410; «Мадонна в розовой беседке», 1440-е). Черты жанровой сцены присутствуют в алтарных работах Лукаса Мозера. Персонажам Тифенброннского алтаря, созданного Мозером, свойственны жизненность и реалистичность. В то же время в этом произведении отсутствует целостность композиционного построения, лишен пространственной глубины пейзаж, изображающий море с плывущей по нему лодкой.Обращением к народным традициям отмечены работы живописца и скульптора Ханса Мульчера, особенно заметно это в его Вурцахском алтаре, грубоватые святые которого напоминают немецких крестьян. Крупнейшим живописцем первой половины XV в. был Конрад Виц. Не знающий законов перспективы, художник тем не менее достигает в своих работах пространственной глубины. С помощью света и тени Виц умело моделирует объемы, придавая фигурам живость и пластичность. Правдивостью и достоверностью отличаются его и пейзажи, в которых угадываются реальные ландшафты Германии («Хождение по водам», ок. 1435; «Св. Христофор»), интерьеры («Благовещение», ок. 1444). В то же время произведениям Вица не хватает композиционной целостности, нередко все детали картины кажутся раздробленными, не связанными между собой.Во второй половине XV в. реалистические тенденции были продолжены в творчестве живописца и гравера Марка Шонгауэра. Одна из лучших его работ — картина «Мадонна в розовой беседке» (1473). Излюбленный мотив немецких художников этого времени (розовая беседка символизировала рай) приобретает у Шонгауэра иную интерпретацию, чем, например, у Лохнера с его идиллическим полотном, имеющим то же название. Композиционное построение картины напоминает работы итальянских мастеров, но образу некрасивой и угловатой Богоматери Шонгауэра не хватает гармонии и очарования итальянской Мадонны.Шонгауэр много сделал для развития искусства немецкой гравюры. В Германии гравюра имела широкое хождение и пользовалась большой популярностью в народной среде. Во многих семьях хранились листы с изображением религиозных, аллегорических композиций, сатирических сценок. Гравюра, заменяющая дорогие миниатюры, делала книги значительно дешевле, что давало возможность небогатым людям покупать их. С помощью техники гравюры делались игральные карты, азбуки, разнообразные календари. Гравюра на дереве носила в XV в. кустарный характер, а вот техника гравюры на меди была развита достаточно высоко. Крупным специалистом в этом виде искусства был т. н. Мастер игральных карт, работавший в 1440-е гг. Он известен также своими религиозными композициями, выполненными в технике гравюры. Но самым значительным немецким гравером этой эпохи был все-таки Шонгауэр. Сохранилось более ста гравюр на меди, созданных мастером. Среди них — «Рождество Христово», «Несение креста», «Поклонение волхвов», «Мельник с ослицей и осленком», «Драка подмастерьев». Работы Шонгауэра пользовались большим успехом в XV и XVI вв. не только в Германии, но и в других странах Западной Европы, где с них делали копии. Заканчивается XV и начинается XVI в. творчеством Ганса Гольбейна Старшего, чьи алтарные композиции отмечены ясным и спокойным настроением (алтарь св. Себастьяна, 1516). Расцвет искусства Возрождения пришелся в Германии на первую треть XVI в. Эти годы ознаменовались сильными крестьянскими волнениями, прокатившимися по всей стране. К крестьянам присоединились городские низы, и на юго-западе Германии началось революционное движение, в котором приняли участие также оппозиционно настроенные немецкие рыцари и бюргеры. Эта эпоха выдвинула ряд замечательных личностей, среди которых — предводитель крестьянства Томас Мюнцер, руководители рыцарских выступлений Ульрих фон Гуттен и Франц фон Зиккинген, основоположник немецкой Реформации Мартин Лютер. Хотя крестьянские и рыцарские выступления потерпели поражение, а сам Мартин Лютер позднее отрекся от восставших, революционное движение оказало огромное влияние на развитие немецкой культуры. Расцвет переживали светские науки, философия, искусство. Крупнейшим живописцем этого времени был Альбрехт Дюрер.

Искусство Франции

Начало эпохи Возрождения во Франции (первая четверть XIV в.) совпало с одним из самых трагических периодов ее истории. Война с Англией, получившая впоследствии название Столетней (1337—1453), продолжалась уже более семидесяти лет, принося французам в основном поражения (в 1415 г. французская армия была разбита под Азенкуром; в 1420 г. англичане заняли Париж, навязав Франции самые позорные условия мира). На престоле сидел душевнобольной король Карл VI. Пользуясь недееспособностью монарха, его ближайшие родственники — герцоги Бургундский и Орлеанский — буквально растащили королевство по частям. Борьба за власть между ними переросла в настоящую гражданскую войну, в которой каждая из сторон нередко предавала национальные интересы, призывая на помощь англичан. Страну сотрясали городские и крестьянские восстания. Прежде цветущие области — Иль-де-Франс, Нормандия, Шампань, Пикардия — лежали в руинах. В начале XV в. Франция оказалась на грани полного краха. Однако трагические события Столетней войны разбудили национальное чувство французов — в борьбе против захватчиков-англичан они впервые ощутили себя единым народом. Это было важно не только для политического будущего страны. Национальный характер, сформировавшийся в ту эпоху, определил основные отличительные качества французского искусства на протяжении последующих трех столетий. В тяжелый период, который переживала страна, французское искусство не только не погибло, но и приобрело изысканные, утонченные формы. При дворах крупнейших феодальных правителей — в Париже, Дижоне и Бурже — возникла культура, причудливым образом соединившая черты уходящего в прошлое Средневековья и наступающей эпохи Возрождения. «Осень Средневековья» — так поэтично назвал эту культуру нидерландский историк Йохан Хёйзинга (1872—1945). Яркий, пышный, театрализованный придворный ритуал, рыцарские турниры, галантное поклонение прекрасной даме, легенды, оживавшие на страницах рыцарских романов, и традиционные формы готического искусства — все это связывало французскую культуру того времени с прошлым. Однако под внешними средневековыми чертами возникло стремление постичь окружающий мир, закладывались основы светской культуры, начинались поиски новых принципов искусства. В отличие от Италии, где начало эпохе Возрождения положило обращение к античности (см. статью «Искусство Возрождения в Италии, XIII—XVI вв.»), во Франции старое и новое переплетались на первых порах настолько тесано, что историки до сих пор затрудняются определить, в какой момент закончилось Средневековье и началось Возрождение. Первым мастером французского Возрождения стал живописец Жан Фуке (ок. 1420—1477/1481). Большая часть сохранившихся станковых произведений Фуке — портреты, отмеченные документальной правдивостью и беспощадной точностью психологической характеристики. Фуке проиллюстрировал целый ряд манускриптов религиозного и исторического содержания. Миниатюры Фуке отличаются реалистическим изображением событий (перенесенных в обстановку современной художнику Франции), мягкостью колорита, мастерским использованием элементов линейной и воздушной перспективы. Окончание Столетней войны с Англией в 1453 г. и объединение страны вернули Франции положение одного из сильнейших государств Европы. С 1494 г. начался полувековой период итальянских походов французских королей. Французская монархия решила завоевать богатую Италию, свою главную соперницу в европейской торговле. Однако, вернувшись из походов, французы неожиданно для себя увидели совсем иную Францию. Сеньоры находили свои родовые замки тесными и мрачными, окружавшие их вещи — старомодными и лишенными красоты, книги — скучными, а развлечения — унылыми и однообразными. Прекрасная Италия с ее роскошными дворцами и садами, величественными соборами и просторными городскими площадями, утонченными интеллектуальными беседами и пышными красочными празднествами поразила воображение французов. Италия стала эталоном, модой, всеобщим увлечением. В первое время соединение двух культур — французской и итальянской — носило достаточно случайный, а подчас и противоречивый характер. Орнаментами и росписями в итальянском духе украшали порталы и оконные рамы мощных средневековых замков. Фонтаны и беседки, созданные приезжими мастерами-итальянцами, скульптуры, вывезенные в качестве трофеев из Италии, преобразили сады, которые стали островками нового искусства. Увиденные в Италии пейзажи и памятники появились на французских миниатюрах. Смешение французских и итальянских черт во французском искусстве начала XVI в. привело к созданию оригинального стиля, названного историками первым Ренессансом. Его яркий, необычный и по-своему обаятельный характер лучше всего выразили замки в долине Луары, органично соединившие в себе традиционные французские и новые итальянские черты. В каждой стране есть местность, как бы вобравшая в себя качества национального характера и самого духа страны, — ее «сердце». Во Франции это долина Луары — «самой французской реки», по выражению писателя Гюстава Флобера. Замки, построенные здесь в конце XV — начале XVI вв., принесли долине Луары славу колыбели французского Возрождения. В Амбуазе, крупном в то время городе на Луаре, находилась резиденция короля Карла VIII. Именно сюда он привез из первого итальянского похода мастеров, намереваясь возвести на месте старого средневекового замка огромный дворец с парками и садами, подобный увиденным им в Неаполе. Работы шли полным ходом, когда король умер. Строительство прекратилось. Замок так и остался хаотическим нагромождением старых и новых конструкций. В 1515 г. на французский престол вступил молодой Франциск I, который немедленно начал перестраивать другой замок — в Блуа, намереваясь затмить его великолепием Ватиканский дворец. Наружный фасад здания, выходящий на откос берега реки, превратили в несколько ярусов открытых галерей с арками, обрамленными полуколоннами, пилястрами и рельефами, — создавалось некое подобие лоджий Ватикана, повторявших, в свою очередь, архитектуру знаменитого древнеримского амфитеатра Колизея. Впервые французский замок смотрел на город не толстыми стенами и крепостными башнями, а лоджиями, что подчеркивало его новый, ренессансный характер. Правда, зодчие, строившие замок, еще не были искушены в знании классических норм: формы сооружения далеки от античных канонов, арки большей частью неправильны, а галереи не имеют внутри сквозного прохода и представляют собой просто глубокие ниши. В мотивах украшений мирно уживаются итальянские гирлянды, вазы и обнаженные мальчики-путти с французскими розетками, плетенкой и саламандрами (геральдическим символом Франциска I). Их сочетание создает причудливо-фантастический образ. В самом удивительном замысле французского Возрождения — замке Шенонсо (1512—23) — гармонично сочетаются красота окружающей природы и человеческая фантазия. Замок был сооружен на искусственном островке посередине реки Шер. Это небольшое здание с четырьмя башенками по углам увенчано лесом высоких кровель, шпилей, каминных труб; особую живописность ему придают люкарны — декоративные окна в крыше. Возникает образ грациозный, прихотливый и, можно сказать, женственный. Не случайно именно этот замок принадлежал фаворитке короля Генриха II Диане де Пуатье, а затем его законной супруге Екатерине Медичи. Леонардо да Винчи, приглашенный ко двору Франциска I, хотя и прожил во Франции очень недолго (он приехал в конце 1516 г., а умер 2 мая 1519 г.), успел внести свою лепту в строительство замков на Луаре. Он спроектировал новую королевскую резиденцию в местечке Роморантен на реке Шер. Этот проект, правда, так и не был осуществлен. Но, возможно, некоторые идеи Леонардо получили развитие в Шамборе (1519—59), самом грандиозном по замыслу замке в долине Луары. Строгий фасад здания венчает крыша, которая поражает невероятным богатством и разнообразием архитектурных украшений: высокими кровлями, каминными трубами, многоцветными окнами-люкарнами и множеством легких беседок, напоминая сказочный городок. С плоской террасы можно обозревать окрестности. В глубине одного из четырех просторных вестибюлей открывается окутанная полумраком гигантская парадная лестница — две закручивающиеся спирали, заключенные в восьмигранник столбов. Великолепный Шамбор стал вершиной и одновременно последним образцом оригинального стиля, воплощенного в замках Луары. Претерпев эволюцию замысла от охотничьего замка до парадной резиденции, Шамбор остался почти не тронутым временем памятником начала блестящего расцвета французского Возрождения. Следующий этап развития французского искусства во многом связан с инициативой и личным покровительством Франциска I. В 1530-х гг. король-меценат решил расстаться с долиной Луары и перенести место пребывания двора в Париж — историческую столицу Франции. Задумав вернуть этому городу прежнюю славу политического, культурного и художественного центра страны, Франциск I с головой ушел в проект перестройки главного королевского дворца — Лувра. Тогда же вокруг Парижа возникло целое созвездие малых резиденций короля и его приближенных. Каждая из них должна была служить образцом нового вкуса, нового стиля жизни и нового искусства, призванных поднять престиж Франции в глазах всей Европы. Для осуществления этих замыслов привлекались самые прославленные скульпторы, архитекторы и живописцы не только Франции, но и Италии: Микеланджело, Бенвенуто Челлини, Андреа дель Сарто. Наверное, не было в Италии 1530-х гг. ни одного значительного мастера, который не получил бы заманчивых предложений от щедрых на посулы посланцев французского короля. И если приглашаемый отказывался работать, как, например, патриотически настроенный Микеланджело, то французы стремились, по крайней мере, купить его произведения, закладывая тем самым основу одной из первых и лучших в мире музейных коллекций. Создателями нового направления во французском искусстве стали два итальянских художника: в 1530 г. во Францию приехал флорентиец Джованни Баттиста Россо, или Россо Фьорентино (1494—1540), а в 1531 г. — Франческо Приматиччо (1504—70) из Мантуи. Оба итальянца обосновались в Фонтенбло — местечке близ Парижа, славившемся своими охотничьими угодьями. Франциск I, страстный охотник, начал там перестраивать очередной замок. Украшение новых зданий стало главным делом крупной мастерской, где работали французские и итальянские художники, скульпторы, плотники, резчики по дереву, ювелиры и изготовители гобеленов. Мастерская получила название школы Фонтенбло. В 30-х гг. XVI в. ее возглавлял Россо Фьорентино. Под его руководством была оформлена галерея Франциска I. Стены в ее нижней части обшили искусно отделанными деревянными панелями, а в верхней — украсили картинами на мифологические и исторические сюжеты, в которых в аллегорической форме прославлялся король. Картины обрамлялись рельефами из стука — гирляндами, картушами, фигурами обнаженных юношей в динамичных позах. В 40-х гг., после смерти Россо, мастерской руководил Приматиччо. О стиле школы Фонтенбло этого периода можно судить по оформлению покоев герцогини д’Этамп, выполненному Приматиччо. Стены комнат были украшены стуковыми рельефами: обнаженные длинноногие нимфы с тонкими талиями и маленькими головками, в свободных позах, грациозно поддерживали извивающиеся ленты и небольшие овальные панно, над которыми резвились шаловливые амуры. Живопись служила декоративным дополнением рельефов; основной ее темой были празднества и маскарады, изображенные в античном стиле. Но в них легко угадывались пышные и праздничные увеселения французского двора. Жеманные нимфы, элегантные Дианы-охотницы, обнаженные и полуобнаженные аллегорические персонажи и портреты придворных красавиц стали главной продукцией французских и итальянских художников школы Фонтенбло. Для них характерна такая общность стиля, что часто невозможно определить, какому мастеру принадлежит то или иное произведение. Именно это искусство — изысканное и манерное, с легким оттенком фривольности, сочетавшее виртуозное техническое мастерство с фантазией и декоративностью, — в наибольшей степени отвечало вкусам французского двора того времени. Начиная с 1515 г. при дворе Франциска I работал живописец Жан Клуэ Младший (ок. 1475—1540/1541), знаменитый мастер живописного и карандашного портрета. Художник создал целую галерею портретов современников: самого короля, его соратников — участников итальянских походов, известных придворных красавиц и т.д. Линии карандашных портретов Жана Клуэ скупы и просты. Художник подробно прорабатывал только лицо; головной убор, прическу, костюм он часто намечал одной-двумя линиями. В этой простоте заключается особое обаяние портретов Клуэ. Его интересовал лишь сам человек — его сущность. Жан Клуэ и его сын Франсуа Клуэ (ок. 1505—1572), ставший после смерти отца главным портретистом французского двора, запечатлели практически всех действующих лиц французской истории XVI в.: королей Франциска I и Карла IX, знаменитых красавиц мадам де Летранж, мадам де Лотрек, герцогиню д’Этамп, фаворитку Генриха II Диану де Пуатье. Портреты, выполненные Франсуа Клуэ, отличаются по технике от работ его отца. Клуэ-сын много внимания уделял деталям костюма, передаче фактуры разнообразных материалов. Его характеристики остры и точны, они раскрывают человека гораздо полнее и глубже, чем все исследования историков. В середине XVI в. в активную творческую жизнь вступило новое поколение французских мастеров, прежде всего — архитекторов и скульпторов. Первым из них следует назвать Филибера Делорма (1510/1515—1570) — архитектора, потомка средневековых строителей из Лиона. В юности Делорм ездил в Рим — раскапывать, обмерять и изучать античные памятники, пытаясь открыть классические принципы архитектуры. Вернувшись во Францию, Делорм сделал блестящую карьеру, заняв должность главного архитектора при дворе короля Генриха II. Возведенные им замки, дворцы, капеллы, как и работы, выполненные под его руководством в Фонтенбло, восхищали современников. Делорм стремился творчески использовать основные принципы искусства Возрождения, превыше всего в архитекторе он ценил изобретательность. Мастер предложил свой собственный, французский ордер. Блестящее знание строительной техники позволило ему виртуозно решать сложнейшие инженерные задачи. Так, с помощью изобретенной им технологии сборных деревянных конструкций Делорму удалось перекрыть широкое пространство Бального зала в замке Фонтенбло. Войны и позднейшие переделки почти полностью уничтожили все творения мастера. Лишь отдельные фрагменты сохранились от замка Ане, любимого его детища. Время пощадило въездные ворота и капеллу, напоминающую своими очертаниями римский Пантеон. Одним из самых талантливых мастеров французского Ренессанса был скульптор Жан Гужон (ок.1510—1564/1568). В противоположность итальянским художникам, которых вдохновляла идея возрождения величия Древнего Рима, Гужон сумел почувствовать и воплотить в своих произведениях истинный дух искусства Древней Греции. Самое совершенное создание Гужона — «Фонтан невинных», над которым он работал совместно с архитектором Пьером Леско (ок. 1510—1578). Фонтан украшали рельефы с изображением нимф, тритонов, наяд и других мифических существ. Нимфы и наяды Гужона — словно живое воплощение водной стихии, принимающей в них человеческий облик. Кажется, что не прихотливый замысел мастера заставляет струиться складки их легких одеяний, а естественное течение водных потоков, то дробящихся, то сливающихся воедино. Интуиция художника как будто прозревает сквозь века великие образы греческой пластики. Жан Гужон и Пьер Леско создали и другое выдающееся произведение французского Возрождения — «западное крыло Лувра». Творчество Жана Гужона является ярким и исключительно цельным воплощением художественных исканий французского Возрождения. Середина XVI столетия стала вершиной искусства Возрождения во Франции. Его расцвет был прерван трагическими событиями второй половины века. В 1560 г. кровавое подавление Амбуазского заговора протестантов разрушило хрупкое равновесие, существовавшее между сторонниками различных религиозных течений в предшествовавшую эпоху. Так началась открытая вооруженная борьба между католиками и протестантами, которая продолжалась более тридцати лет. Естественно, кризис в обществе не мог не отразитьься на характере искусства: бессилие перед трагическими событиями и усиливающийся религиозный фанатизм изменили отношение французов к художественным ценностям Возрождения. В конце XVI в. во французском искусстве распространяется маньеризм, нашедший наиболее яркое выражение в творчестве придворных художников — наследников мастеров из школы Фонтенбло. Темы мистических видений и Страшного суда, равно как традиционных галантных празднеств, процессий и маскарадов, стали непременными сюжетами в живописи, гравюрах и декорации гобеленов.

Вывод: Индивидуальное, авторское творчество теперь приходит на смену средневековой анонимности. Огромное практическое значение получает теория линейной и воздушной перспективы, пропорций , проблемы анатомии и светотеневой моделировки. Центром ренессансных новаций, художественным «зеркалом эпохи» явилась иллюзорно-натуроподобная живописная картина, в религиозном искусстве она вытесняет икону, а в искусстве светском порождает самостоятельные жанры пейзажа, бытовой живописи, портрета.

Живопись Нидерландов

Начало XV столетия совпало с переменами в истории Нидерландов: эти земли впервые объединились в границах одного государства — герцогства Бургундия. В те времена, когда Франция несла, казалось, невосполнимые потери в ходе Столетней войны с Англией, бургундский герцог Филипп III Добрый (1419—67) стал фактически независимым и полновластным государем. Он перенес свою столицу из Дижона в Бургундии в Брюссель в Брабанте; туда же перебрался и весь его двор, славившийся своим великолепием. Так бургундская придворно-аристократическая культура встретилась с бюргерской (от нем. Burger — горожанин) культурой Нидерландов. В XV в., как и в эпоху Средневековья, нидерландские живописцы черпали сюжеты для своих произведений преимущественно в духовной литературе — в житиях святых, в Ветхом и Новом заветах. Но в искусство уже постепенно проникают черты, связанные с распространением новых религиозных идей, получивших название Нового благочестия. Духовной основой этого религиозного движения стали идеи пантеизма, утверждавшие присутствие Бога в окружающем мире и, следовательно, равенство всех без исключения Божьих созданий перед Всевышним. Поэтому и человек теперь воспринимался не как сосуд греха, а как совершенное творение Божие. Художники обращаются к изображению земного мира, который выглядит в их произведениях прекрасным и совершенным, обыденная реальность превращается в их творениях в красочное и поэтическое зрелище. Зримый мир воспринимается теперь как отражение мира божественного, в котором все совершенно. Стремление к правдивому изображению человека и окружающей его среды, необычайная чуткость к красоте мира становятся главной особенностью нидерландского искусства: художники благоговейно выписывают облик предметов, тщательно передают их объем и фактуру. Не случайно именно в XV в. в самостоятельный жанр живописи выделяется портрет, широкое распространение получает изображение пейзажей на фонах религиозных картин, а в изображении интерьера можно угадать зачатки будущего бытового жанра. Зарождение нового искусства в Нидерландах совпало по времени с началом эпохи Возрождения в Италии. И здесь, и там художники решали задачу отражения окружающего их мира средствами живописи, однако пути изучения действительности в Нидерландах вели в ином направлении, чем в Италии. Жители Нидерландов были в меньшей степени знакомы с художественным наследием античности — в отличие от итальянцев, имевших непосредственную возможность изучать памятники древнеримской скульптуры и архитектуры. В Нидерландах дольше, чем в Италии, сохранялись художественные традиции Средневековья, нашедшие свое выражение в вытянутых пропорциях угловатых фигур. Эта потрясающая реалистичность нидерландской живописи стала возможной не только благодаря острой наблюдательности художников, их вниманию к каждому элементу видимого мира, но и как результат реформы живописной техники. В XV в. нидерландские мастера начинают активно использовать масляную живопись, усовершенствование которой связано с именем Яна ван Эйка, применявшего ее в собственном творчестве и познакомившего с ней своих современников. Новая техника давала художникам возможность более полно передать великолепие предметного мира, глубину и звучность цвета, нюансы красочных оттенков, многообразие рефлексов, тонкость светотеневых переходов. Жидкая масляная краска ложится на гладкую поверхность грунтованной доски тонкими, почти прозрачными пленками, оттенками цвета воссоздавая предмет во всем богатстве подробностей его внешнего облика и позволяя добиваться эффекта его материального присутствия перед зрителем. А использование белых грунтов, характерных для нидерландской живописи, создает дополнительный эффект свечения живописного полотна: благодаря способности белого грунта отражать свет, кажется, что краски светятся изнутри. Искусство XV столетия — золотого века нидерландской живописи — оставило нам имена многих великих мастеров. Ян ван Эйк (ок. 1400—1441), величайший мастер европейской живописи, не только открыл своим творчеством новую эпоху в нидерландском искусстве, но и определил его развитие на долгие годы вперед. В произведениях этого художника с огромной силой проявилось утверждение в качестве объекта, достойного изображения, земной жизни, всего того, что окружает человека в повседневном быту. Произведения его современника Робера Кампена (ок. 1380—1444) более архаичны по своему художественному решению, чем работы Ван Эйка, но отличаются демократичностью образов и бытовой интерпретацией религиозных сюжетов. Изображения святых в картинах Кампена, как правило, помещены в уютных городских интерьерах с любовно воспроизведенными деталями обстановки. Творчество Рогира ван дер Вейдена (ок. 1400—1464), так же как и искусство Ван Эйка, отличается вниманием к материальной стороне мира, живостью и непосредственностью в восприятии окружающей среды, однако в большей степени подчинено религиозной идее. Работы Ван дер Вейдена более драматичны и экспрессивны, персонажи его картин более эмоциональны, нежели отчужденно-спокойные, почти бесстрастные герои картин Ван Эйка. Самый яркий представитель изобразительного искусства второй половины XV в. — Хуго ван дер Гус (ок.1400—1482), мастер, обладавший поразительным умением убедительно передавать человеческие эмоции. Работы этого художника, представляющие собой одну из вершин нидерландской живописи, произвели ошеломляющее впечатление на родине Возрождения, положив начало знакомству итальянских живописцев с достижениями нидерландской живописи и взаимному обогащению двух культур. Во второй половине XV столетия в жизни Нидерландов произошли колоссальные перемены. В 1477 г. в сражении при Нанси был убит сын Филиппа Доброго Карл Смелый, последний из бургундских герцогов. С его гибелью прекратила существование блестящая и могущественная Бургундия. Нидерланды как часть приданого Марии Бургундской, единственной дочери Карла, перешли во владение к австрийским эрцгерцогам из рода Габсбургов, а позднее, в начале XVI в., в результате династического брака внука Карла Смелого Филиппа Габсбурга и испанской принцессы Хуаны стали владением Испании. Новые правители видели в этом крае лишь неиссякающий источник налогов, средство для воплощения в жизнь своих честолюбивых планов. XVI в. жители Европы встречали со смешанным чувством надежды и трепета: в Средние века утвердилось представление о том, что поскольку мир был сотворен за семь дней, то ему и существовать семь тысяч лет, ибо у Господа «тысяча лет как один день». На исходе же XV в. седьмое тысячелетие от сотворения мира как раз подошло к концу. В те дни во всех христианских странах одни ожидали ужасов светопреставления, другие — победы Царства Божьего на земле. Ничто не предвещало близкой гибели Вселенной, однако привычный облик мира менялся на глазах. В 1492 г. эскадра Колумба пересекла Атлантический океан, до этого веками считавшийся крайним западным пределом обитаемого мира, и достигла новых, неведомых ранее земель. Отныне Средиземноморье перестало быть центром Земли; несколько лет спустя выяснилось, что и сама Земля не есть центр мироздания. Европеец утратил отрадное чувство постоянства: он сознавал себя уже не обитателем давно измеренного и обжитого материка, осененного неподвижным небом, а пассажиром огромного корабля, плывущего по бескрайнему океану Вселенной. Католическая Церковь постепенно теряла свой авторитет. Безнравственность, злоупотребления, формальное отношение к своему служению значительной части духовенства вызывали всеобщее возмущение. Внутрицерковные меры — соборы (собрания высшего духовенства), дважды проводившиеся на протяжении XV в., — не смогли исправить положение. В Германии, из-за государственной раздробленности оказавшейся в особенно сильной зависимости от Рима (резиденции главы католической Церкви — папы римского), а также в Нидерландах, попавших под власть чужеземной династии, ситуация приобрела особую остроту. Эти причины вызвали к жизни Реформацию (в переводе с латыни — «преобразование») — широкое общественное движение XVI в., вступившее в борьбу с католической Церковью. Зачинателем Реформации стал немецкий священник Мартин Лютер (1483—1546), считавший единственным источником вероучения Библию и на этом основании отрицавший папскую власть, большую часть церковных таинств, монашество, иконопочитание. Папа римский отлучил Лютера от Церкви, а германский император объявил его вне закона. Сторонники Лютера выступили с протестом против этих преследований. Так оппозиционное католицизму вероучение получило свое название — протестантство. Результатом Реформации стал разрыв значительной части стран и областей Европы (Северные Нидерланды, ряд германских земель, Швейцария, Великобритания, Скандинавские страны) с католической традицией. Европе предстояло пережить кошмар религиозных войн. Дух этого неспокойного и трагического века прочувствовал и частично предугадал нидерландский художник Хиеронимус Босх (ок. 1460—1516), творчеством которого завершается XV столетие. В произведениях Босха, причудливо соединяющих черты средневековой фантастики, фольклора, философской притчи и сатиры, отразились тревожные настроения нидерландского общества, беспокойство за судьбу родной страны, утратившей независимость. Главной темой творчества Босха стало противостояние двух начал — светлого и темного, добра и зла, а также греховность человеческой жизни и неизбежность небесной кары за нее. В нидерландских городах было превосходно поставлено издательское дело, почти все горожане были грамотными, владели иностранными языками, в Антверпене выходила одна из первых на континенте газет — большая редкость в тогдашней Европе. Нидерланды вступают в более тесные торговые связи с другими странами, в частности, с Италией. Эти связи способствовали проникновению в Нидерланды великих достижений итальянского Ренессанса. Нидерландское искусство XVI в. отмечено возникновением интереса к античности и деятельности мастеров итальянского Возрождения. В начале века складывается течение, основанное на подражании итальянским образцам, получившее название «романизм» (от Roma, латинского наименования Рима). Оно значительно расширило тематику нидерландской живописи, которая теперь нередко обращалась к мифологическим сюжетам. Художники чаще изображают обнаженное человеческое тело, их начинают интересовать сложные повороты и ракурсы, они увлекаются освоением линейной перспективы и приемами передачи движения. Основоположником и ярким представителем этого движения стал живописец Ян Госсарт (1478/80—1533/36), мастер сложных композиций, отдельные фигуры и лица в которых, очевидно, были навеяны произведениями Микеланджело, Рафаэля и других мастеров итальянского Возрождения. Вершиной нидерландской живописи второй половины века стало творчество Питера Брейгеля Старшего (1525/30—1569). Именно этому поистине великому художнику принадлежит честь создания искусства глубоко национального, опирающегося на нидерландские традиции и местный фольклор. В творчестве Брейгеля сложно переплелись грубоватый народный юмор, лиризм и трагизм, реалистические детали и фантастический гротеск, интерес к подробной повествовательности и стремление к широкому обобщению. Главным героем произведений Брейгеля является простой люд, крестьяне — за что художник получил прозвище «мужицкий». Брейгель работал в то время, когда по территории Нидерландов стремительно распространялся протестантизм, когда Реформация постепенно сливалась с антифеодальным освободительным движением, принявшим характер долгой и страшной, кровопролитной войны, вошедшей в историю под названием Нидерландской буржуазной революции (1566—1609). Творчество Брейгеля оказало огромное влияние на нидерландское искусство и послужило основой для развития реалистического направления в искусстве Голландии и Фландрии XVII в. Конец XVI в. знаменует собой закат искусства нидерландского Возрождения. Нидерландская буржуазная революция начисто разорила Фландрию и Брабант — главные культурные области страны. Жители северных провинций, выступив в 1568 г. против испанского короля, не опускали оружия до самой победы в 1579 г., когда было провозглашено создание нового государства — Соединенных провинций. В него вошли северные области страны во главе с Голландией. Южные Нидерланды еще почти столетие оставались под властью Испании. Важнейшей же причиной гибели этой культуры была Реформация, навсегда разделившая нидерландский народ на католиков и протестантов. В то самое время, когда имя Христа было на устах обеих враждующих сторон, изобразительное искусство перестало быть христианским. В католических областях писать картины на религиозные сюжеты стало опасным делом: и следование наивным красочным средневековым легендам, и идущая от Босха традиция вольного истолкования библейских тем равно могли навлечь на художников подозрение в ереси. 

В северных провинциях, где к концу века восторжествовал протестантизм, живопись и скульптуру изгнали из церквей. Протестантские проповедники яростно изобличали церковное искусство как идолопоклонство. Две разрушительные волны иконоборчества — в 1566 и 1581 гг. — по-видимому, уничтожили немало замечательных произведений искусства. На заре Нового времени нарушилась средневековая гармония между земным и небесным мирами. В жизни человека конца XVI столетия чувство ответственности за свои поступки перед лицом Бога уступило место следованию нормам общественной морали. Идеал святости подменялся идеалом бюргерской добропорядочности. Художники изображали мир, который их окружал, все чаще забывая о его Творце. На смену символическому реализму северного Возрождения пришел новый, мирской реализм.

Иероним Босх

Ерун Антонисон ван Акен, более известный как Иероним Босх — нидерландский художник, один из крупнейших мастеров Северного Возрождения, считается одним из самых загадочных живописцев в истории западного искусства. В родном городе Босха Хертогенбосе открыт центр творчества Босха, в котором представлены копии его произведений. Ерун ван Акен родился около 1453 г. в Хертогенбосе (Брабант). Семья ван Акенов, происходившая из немецкого города Аахена, была издавна связана с живописным ремеслом — художниками были Ян ван Акен (дед Босха) и четверо из его пяти сыновей, включая отца Иеронима, Антония. Поскольку о становлении Босха как художника ничего не известно, предполагается, что первые уроки живописного ремесла он получил в семейной мастерской. Мастерская ван Акенов выполняла самые разнообразные заказы — в первую очередь, это стенные росписи, но также золочение деревянной скульптуры и даже изготовление церковной утвари. Так что «Хиеронимус-живописец», как он впервые упомянут в документе 1480 г., взял псевдоним по сокращённому названию своего родного города (Den Bosch), видимо, из необходимости как-то обособиться от прочих представителей своего рода. Искусство Босха всегда обладало громадной притягательной силой. Прежде считалось, что «чертовщина» на картинах Босха призвана всего лишь забавлять зрителей, щекотать им нервы, подобно тем гротескным фигурам, которые мастера итальянского Возрождения вплетали в свои орнаменты. Современные учёные пришли к выводу, что в творчестве Босха заключён куда более глубокий смысл, и предприняли множество попыток объяснить его значение, найти его истоки, дать ему толкование. Одни считают Босха кем-то вроде сюрреалиста XV века, извлекавшего свои невиданные образы из глубин подсознания, и, называя его имя, неизменно вспоминают Сальвадора Дали. Другие полагают, что искусство Босха отражает средневековые «эзотерические дисциплины» — алхимию, астрологию, чёрную магию. Третьи стараются связать художника с различными религиозными ересями, существовавшими в ту эпоху. По мнению Френгера, Босх был членом Братства Свободного Духа, называемых также адамитами, — еретической секты, возникшей в XIII веке, но бурно развившейся по всей Европе несколькими столетиями позже. Его техника называется "а ля прима". Это метод масляной живописи, при котором первые мазки создают окончательную фактуру. На основании результатов современных исследований творчества Босха искусствоведы относят к сохранившемуся наследию Иеронима Босха 25 картин и 8 рисунков. Картины — это триптихи, фрагменты триптихов и отдельные, самостоятельные картины. Лишь 7 творений Босха подписаны. История не сохранила оригинальных названий картин, которые дал своим творениям Босх. Известные нам названия закрепились за картинами по каталогам. Исследователи до сих пор не могут уверенно говорить о творческой эволюции и хронологии произведений Босха, так как ни на одном из них нет даты, а формальное развитие творческого метода не представляет собой поступательного движения, и подчинено собственной логике, предполагающей приливы и отливы.

Питер Брейгель

	Питер Брейгель (Breughel, Brueghel или Bruegel) Старший, или «Мужицкий» [ок. 1520-30 — 5 (9) сентября 1569, Брюссель], величайший нидерландский художник 16 века. Творчески переработал уроки итальянской живописи 16 в., создал глубоко национальное искусство, опирающееся на нидерландские традиции и фольклор. В творчестве Брейгеля сложно переплелись юмор и фантастический гротеск, лиричность и эпичность картины мироздания («Битва Поста и Масленицы», 1559; «Безумная Грета», 1562; «Крестьянский танец», серия «Времена года», 1565; «Слепые», 1568). Биограф Брейгеля Карель ван Мандер в своей «Книге о живописцах», опубликованной спустя 35 лет после смерти художника, называет его уроженцем Бреды, маленького городка на границе современной Бельгии и Голландии; в некоторых источниках иногда возникает название вымышленной деревни Брейгель, от которой художник и получил якобы свое имя. Как сообщает Мандер, Брейгель начинал как подмастерье у крупного антверпенского живописца Питера Кука ван Альста, в 1551 был принят в члены Антверпенской гильдии св. Луки, где получил звание мастера (в это время ему было около 20 лет). Около 1552 отправился в традиционное для европейских художников путешествие в Италию. Возможно, он посетил Лион, затем через восточную часть Франции отправился сразу в Южную Италию, где стал свидетелем знаменитой битвы с турками при Реджо-ди-Калабрия в 1552. В 1555 ведущий антверпенский издатель печатной графики Иеронимус Кок выпустил серию пейзажных гравюр Брейгеля; их совместное сотрудничество продолжалось до самой смерти художника. В эти же годы мастерская Кока печатала гравюры с картин Иеронима Босха; его фантасмагорические видения, зашифрованный язык аллегорий, живописная манера, вероятно, поразили Брейгеля, такие нравоучительные диптихи Босха, как «Сад земных наслаждений» или «Воз сена» стали источником вдохновения Брейгеля для целого ряда его картин. Некоторые приемы босховской живописи — большой размер холста и мелкий — фигур, бесчисленное количество сюжетов характерны для ранних картин Брейгеля («Нидерландские пословицы», «Игры детей», «Безумная Грета», «Битва Поста и Масленицы»), представляющих собою картины-притчи на темы фламандского фольклора. Картина с изображением нидерландских пословиц — «энциклопедия всей человеческой мудрости, собранной под шутовским колпаком», — включает более 100 сцен-метафор, посредством которых народное остроумие высмеяло тщеславие и глупость многих человеческих начинаний. Тот же принцип в основе картины «Игры детей» (в незаконченной серии «Четыре возраста человека»): перспектива улицы, усыпанной играющими детьми, не имеет предела, их веселые и бессмысленные забавы — своего рода символ столь же абсурдной суеты всего человечества. В «Безумной Грете» (1562, Музей Майер ван дер Берг, Антверпен) старуха, фольклорный персонаж, в латах и со шпагой готовая ринуться в адскую пасть — преисподнюю лишь бы насытить свою жадность — олицетворение алчности и порока. В написанном около 1562 «Триумфе Смерти» Брейгель, как бы глядя на мир сквозь призму Босха, создает жуткий «панегирик» Смерти: в зареве пожаров ставшая бесплодной и безлюдной земля, покрытая столбами с колесами пыток и виселицами; на горизонте — такое же пустынное море с гибнущими кораблями. Впечатление зловещей фантастичности усилено еще и тем, что Брейгель представил Смерть в виде бесчисленных полчищ воинов-скелетов, влекущих толпы людей — кардиналов и королей, крестьян и солдат, женщин и монахов, рыцарей, любовников, пирующих — к огромному распахнутому гробу. Человечество перед лицом Смерти предстает как бессильная множественность слепых частиц в царстве бессмыслицы, жестокости и всеобщей гибели. С 1561 и до конца жизни Брейгель живет в Брюсселе. Большинство картин этого периода написано по заказу коллекционеров, его покровители — фактический правитель Нидерландов кардинал Антонио Перенно да Гранвела, антверпенский коллекционер Николас Йонгелинк, нидерландский ученый-гуманист Абрахам Ортелиус. Брейгель женится на Мейкен Кук, дочери своего первого учителя, становится отцом двоих детей (впоследствии знаменитых художников — Питера Брейгеля Младшего и Яна Брейгеля Бархатного), получает от Совета города почетный заказ на увековечение торжественного открытия канала между Брюсселем и Антверпеном. Сохранилось около 25 работ Брейгеля этого периода, однако это лишь часть выполненного им. Главные персонажи во многих картинах брюссельского периода («Проповедь Иоанна Крестителя»; «Избиение младенцев», Хэмптон-корт, Лондон; «Обращение Савла»; «Перепись в Вифлееме», 1566, Музей старинного искусства, Брюссель; «Несение креста») с трудом различимы среди групп или толп людей, художник подчеркивает незаметность события или происходящего чуда в повседневном течении жизни, тем самым обостряя их переживания. Так, в «Несении креста» многочисленной толпе, глумящейся над несущим крест Христом, противопоставляется незаметная его фигура, подлинный центр и смысл человеческой истории. История человечества — только часть истории Вселенной; в пейзажах Брейгеля эта идея обретает форму и образ. На дальних планах его картин встают величественные и призрачные горы головокружительной высоты, открываются панорамы широких равнин с морскими берегами, его эпически-грандиозные ландшафты — воплощение вечных космических законов. Вероятно, по заказу Николаса Йонгелинка, около 1565 Брейгель создает знаменитую серию картин, объединенных под названием «Месяцы», или «Времена года» (скорее всего, часть более обширного цикла всех месяцев года): «Охотники на снегу» (Январь), «Хмурый день» (Февраль), «Возвращение стад» (Ноябрь) (все — Музей истории искусств, Вена), «Сенокос» (Июль) и «Жатва» (Август). Идея такого цикла восходит к календарям готических часословов, времена года символизируют вечный жизненный круговорот. В картинах Брейгеля человек представлен в природном окружении не одним лишь своим присутствием, но связан с ним деятельным единством своих трудов и дней, единством судьбы — жизни и смерти. В 1567-1569 Брейгель исполнил ряд картин на темы народной жизни (которым и обязан своим прозвищем) («Крестьянский танец», «Крестьянская свадьба» — обе в Музее истории искусств, Вена). Художника интересует не столько атмосфера крестьянского празднества, сколько драматургия целого, сами крестьяне — их обличье, характерные типы, повадки. Грузные и сильные фигуры крестьян изображены в несвойственных Брейгелю крупных масштабах, создавая собой стихию и естественную мощь природы. Гениальный дар обобщения и умение выразить драматическую коллизию или иносказание через ритмику жестов и движения достигли своей вершины в «Притче о слепых» (1568, Национальная галерея и музей Каподимонте, Неаполь). В разных стадиях падения фигур слепых, следующих за слепым же и споткнувшимся поводырем, в неумолимой логике этого падения, в лицах-масках с пустыми глазницами, смотрящих на ясный дневной свет, воплотился образ человечества, спотыкающегося во тьме. Это ясное и трагическое осознание неизбежности судьбы и времени, чувство грандиозности мироздания и понимание истинного места человека в нем, делают Брейгеля одним из величайших мудрецов в искусстве Нового времени.

	Ян ванн Эйк

	Ян ванн Эйк ( Ок. 1390, Маасэйк, близ Маастрихта — 1441, Брюгге.) нидерландский живописец, основоположник раннеренессансного стиля в живописи Северного Возрождения. Учился у старшего брата — Губерта ван Эйка. Придворный живописец великого герцога Иоанна Баварского в Гааге (1422—1425). С 1425 работал в Лилле и Брюгге при дворе властителя Нидерландов, герцога Бургундского Филиппа Доброго. Исполняя его дипломатические поручения, ездил в Испанию (1427) и Португалию (через Лондон, где побывал, вероятно, в 1428—1429). В 1430 обосновался в Брюгге. Начало творческой деятельности Яна ван Эйка иногда связывают с работой над миниатюрами Турино-миланского часослова, ныне, однако, это мнение большинством ученых оспаривается. В 1432 художник завершил свое самое значительное произведение, ознаменовавшее наступление новой эпохи в живописи Нидерландов и всей Европы к северу от Альп, — монументальный многочастный алтарь для одной из капелл собора Св. Бавона в Генте. В истории мирового искусства он известен как Гентский алтарь. На 26 створках художник в необычайно убедительной форме воплотил современные ему представления о мироздании; божественное и человеческое начала сливаются здесь в нерасторжимое гармоническое единство. В верхнем ярусе внешних створок представлена сцена Благовещения, в нижнем — фигуры двух Иоаннов — Крестителя и Евангелиста, написанные в технике гризайли и имеющие вид статуй. По сторонам от них — портретные образы заказчика алтаря, гентского бюргера Иосса Вейдта и его супруги. Колористическое решение внешней стороны алтаря достаточно сдержанное, а в изображении фигур двух Иоаннов — почти монохромное (но залитые светом, просторные покои Девы Марии в сцене Благовещения — с солнечным городским пейзажем за окном — внушают зрителю ощущение приближающегося, свершающегося на его глазах чуда). В праздники створки алтаря распахивались, и перед собравшимися в церкви открывалось зрелище, полное сияющих красок, чувства благодатного упоения неисчерпаемым богатством земного и небесного бытия. Еще не вглядываясь в детали, зритель уже изначально покорен лучезарностью открывшейся перед ним цветосветовой симфонии. Масляная живопись, освоенная в Нидерландах еще до Яна ван Эйка, обрела здесь новые выразительные возможности: сквозь тонкие прозрачные слои краски, нанесенные друг на друга, тут проступает более светлый подмалевок, что позволяет добиться необыкновенной глубины и светосилы цвета, особой чистоты и гармонии его оттенков, эффекта их драгоценного мерцания. Центр верхнего яруса занимает торжественно-величавый образ Бога-Отца, благословляющего все сущее. По сторонам — Мадонна как воплощение женской красоты и достоинства, а также предтеча Спасителя — Иоанн Креститель, далее же — музицирующие и поющие ангелы. Роскошные красочные одеяния, усыпанные драгоценными камнями, золото, парча и бархат создают картину райской роскоши, которая внезапно замыкается обнаженными фигурами прародителей человечества — Адама и Евы. Контраст натуралистической наготы и пышных царственных одежд усиливает ощущение незащищенности людей перед грехом, несмотря на красоту их тел, изображенных художником с невиданным прежде смелым правдоподобием. В середине нижнего яруса расположена самая большая композиция алтаря — сцена поклонения святых, праведных мужей и дев жертвенному Агнцу, символизирующему Христа, принявшего крестную смерть во искупление грехов человечества. В боковых створках представлены святые воины и праведные судьи на конях, а также отшельники, спешащие воздать почести Агнцу. Действие разворачивается в пейзаже — это прекрасный зеленый луг, окаймленный рощами, образ земного рая, где северные растения сочетаются с южными типа пальм и апельсиновых деревьев. Вселенскую всеохватность придает райскому пейзажу и тот факт, что он расположен на плато, высоко вознесенном над далевым видом, сочетающим городские и природные мотивы. Таким образом, центральному символу Божественного искупления поклоняются не только сонмы праведников, но и вся вселенная, что подчеркнуто эмалевым сиянием красок, космической масштабностью композиции, а в другой стороны — любовной, ювелирно тщательной выписанностью деталей. Другие алтарные композиции Я. ван Эйка более камерны, но и им также свойственно гармоническое сочетание великого и малого, религиозно-средневекового космизма с самозабвенной любовью к неповторимым материально-предметным особенностям мироздания. Своеобразным мистическим реализмом отличаются две наиболее известные картины такого рода — Мадонна канцлера Ролена (Париж, Лувр) и Мадонна каноника ван дер Пале (Брюгге, Гор. художественная галерея, обе — ок. 1436). Пространство первого произведения широко открыто на пронизанный светом речной пейзаж, в котором представлены непосредственные следы миротворческой деятельности канцлера как политика; он одновременно молится восседающей перед ним на троне Царице Небесной и отчитывается о государственных делах. Пространство второго образа, напротив, заключено в рамки маленькой тесной церкви, где престарелый каноник ван дер Пале представлен в молитвенном обращении к Мадонне с Младенцем; фигуру Марии фланкируют св. Домициан и Георгий Победоносец. Сосредоточенному затишью "святой беседы" торжественно вторит пышное фактурное многообразие предметного мира (матовые по тону узоры восточного ковра, мерцание драгоценных и отделочных камней, богатая колористическая гамма одежд). Во всех религиозных композициях мастер тонко пользуется принципами т. н. "скрытого символизма", неразрывно сочетающего богословские аллегории и нравоучения с безукоризненным натуроподобием: например, библейские эпизоды, предвещающие искупительную миссию Христа, он изображает в виде декоративных деталей интерьера (фигурки на капителях колонн и т. д.). Образы заказчиков — например, того же ван дер Пале, грузного старца с лицом, изборожденным глубокими складками и морщинами, — свидетельствуют о выдающемся даровании Я. ван Эйка как портретиста. Он, по сути, явился одним из первых в Европе крупных мастеров портретной живописи, выделив эти произведения в самостоятельный жанр. Символизм аксессуаров, экспрессия жестов сведены тут до минимума. В погрудных изображениях (обычно в трехчетвертном развороте) центром зрительского внимания неизменно является лицо, белеющее на темном фоне, как бы воплощающем идею смертного небытия; внешняя бесстрастность черт дает вкрадчиво, но чрезвычайно выразительно прочувствовать богатство внутренней духовной жизни. К лучшим портретам мастера принадлежат т. н. Тимофей (1432), Человек в красном головном уборе (1433, оба — Лондон, Нац. галерея), а также портрет жены художника Маргариты ван Эйк (1439, Брюгге, Гор. художественная галерея). Эпохальным этапом портретного искусства стал исполненный Я. ван Эйком парный портрет супружеской четы, который традиционно принято считать изображением итальянского купца Дж. Арнольфини и его жены Дж. Ченами (1434, Лондон, Нац. галерея). Супруги представлены в рост в интерьере своего дома, скорее всего в момент заключения брачного договора; ряд тончайше выписанных символических деталей (белая собачка, например, аллегорически выражает верность, а метелка — чистоту), торжественная сосредоточенность поз, жестов, выражений лиц, наконец, само интимно-задушевное внутреннее пространство замечательно передают характерную для Средневековья и Возрождения идею гармонического брачного союза как "малой церкви", полной покоя и добротолюбия. Творчество Я. ван Эйка, впервые в нидерландской живописи выразившее с такой покоряющей убедительностью природную красоту бытия, духовное достоинство и ценность человеческой личности, оказало огромное влияние на дальнейшее развитие искусства не только его родины, но и других стран Европы. 

	Вывод: Творчество Ван Эйка, отличается вниманием к материальной стороне мира, живостью и непосредственностью в восприятии окружающей среды, однако в большей степени подчинено религиозной идее. В творчестве Брейгеля сложно переплелись юмор и фантастический гротеск, лиричность и эпичность картины мироздания. Произведения Босха полны причудливых фантастических существ, дико винных монстров, которые усложняют смысл изоб раженного, порождая множественность интерпрета ций; но у него же встречаются и образы удивительной лирической красоты. Искусство Босха порождено кризисным временем, когда претерпевала крах вся система средневековых нравственных ценностей, выдвигались идеи реформирования церкви, рожда лись новые научные концепции мироздания. В произведениях художников Северного Возрождения более остро, чем в живописи итальянцев, проявился интерес к человеческой личности и к ее окружению. Очень ярко в них выразилась и идея Божественной гармонии; религиозность заметна даже в самых мелких деталях полотен французских, немецких и голландских мастеров: кажется, что они обожествляют каждый листочек на дереве и каждую травинку на земле. Одна из характерных черт живописи Северного Возрождения — натурализм. Подчеркивая индивидуальные черты, художники придают библейским персонажам сходство с натурщиками.

	

	
Заключение

	

В отличие от Италии, Возрождение пришло во Францию, Германию и Нидерланды позднее. Средневековые традиции неохотно уступали место новому, поэтому в искусстве Северного Возрождения, ограниченного рамками первой трети XV–XVI в., мистическое мироощущение и готический стиль соединились с классицистическими тенденциями нового времени. В произведениях художников Северного Возрождения более остро, чем в живописи итальянцев, проявился интерес к человеческой личности и к ее окружению. Очень ярко в них выразилась и идея Божественной гармонии; религиозность заметна даже в самых мелких деталях полотен французских, немецких и голландских мастеров: кажется, что они обожествляют каждый листочек на дереве и каждую травинку на земле. Одна из характерных черт живописи Северного Возрождения — натурализм. Подчеркивая индивидуальные черты, художники придают библейским персонажам сходство с натурщиками. Это свойственно произведениям Х. Бальдунга Грина, Я. ван Эйка и А. Дюрера, стремившегося соединить готические натурализм и экспрессивность с идеализацией классицизма. В произведениях многих художников натурализм порой приобретал грубые и даже отталкивающие формы. Другая особенность искусства этого периода — экспрессивность. Человеческие фигуры на картинах очень динамичны, нередко их пропорции деформированны. Экспрессия и напряженность свойственны и окружающему героев пейзажу, драпировкам, одеждам. Мистицизм и отстраненность, присущие живописи мастеров Северной Европы, сочетаются с элементами конкретики: художники облачают персонажей в современную одежду, тщательно выписывая ее детали. Основоположниками Северного Возрождения по праву считаются нидерландские живописцы братья Ян ван Эйк и Хуберт ван Эйк, Рогир ван дер Вейден, Ханс Мемлинг, работавшие в XV в. По своей стилистике живопись Северного Возрождения неоднородна: в Нидерландах она отличалась чертами пантеизма и натурализма, в Германии ей был свойствен мистический спиритуализм (что особенно заметно в творчестве М. Грюневальда), а во Франции — сенсуализм.




Список использованных источников



Алпатов М. Питер Брейгель Мужицкий. — М., 1939.

Баттилотти Д. Босх — М: «Белый город», 2000.

Отто Бенеш. Искусство Северного Возрождения. М., 1973.

Гармаш К.С. Живопись северного ренессанса. М., 1965.

Герщензон - Чегодаева Н.М. Нидерландский портрет 15 в. Его история и судьбы. М., 1972.

Гершензон-Чегодаева Н. М. Брейгель. — М., 1983.

Гладич П.П. История искусств. Северное Возрождение. Издательство Эксмо 2009.

Даниэль С. Нидерландская живопись. Аврора. 2001.

Девитини А. Босх: Пер. с итал./А.Девитини — М: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель», 2002.

Егорова К. С. Ян ван Эйк. М., 1965;

Климов P. Питер Брейгель. — М., 1959.

Левицкий А.С. Живопись Нидерландов. М., 1995.

Мартин Г. Босх. М., 1992 

Мосин И.Г. Мировое Искусство. Мастера северного возрождения. Издательство Кристалл. 2006.

Никулин Н.Н. Нидерландская живопись в собрании Эрмитажа. М., 1976.

Скляров К.В. Нидерланды. Издательство Эксмо. 2000.

Солохин А.А. Северное возрождение. М., 1976.

Степанов А.В. Искусство эпохи возрождения: Нидерланды, Германия, Франция, Испания, Англия. Новая история искусств. Издательство Азбука-классика. 2009.

Тревин Коплстоун. Хиеронимус Босх. Жизнь и творчество. — М: «Лабиринт-К», 1998.

Фомин Г.И. Иероним Босх. М., 1974.