Сравнительный анализ портретов Ф.И. Шаляпина. Работы Б.М Кустодиева и К.А Коровина

Сравнительный анализ портретов Ф.И Шаляпина Работы Б.М Кустодиева и К.А Коровина.

Курсовая работа Хрисановой Ольги Петровны (2 курс)

Российская Академия Художеств

Санкт Петербургский государственный академический институт живописи скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина, факультет теории и истории искусств

Санкт Петербург

2000-2001

В 1902 году писатель Леонид Андреев в статье о Шаляпине обратился к художникам-«властителям слова и формы» с призывом запечатлеть образ гениального певца и его творения, создать из произведений Федора Ивановича Шаляпина « прекрасную долговечную статую»

Слова Леонида Андреева нашли отклик у современников Шаляпина, особенно у его друзей-художников. Их кистью, карандашом и резцом сохранен в веках облик артиста и образы им созданные.

Шаляпин общался почти со всеми наиболее значительными мастерами русского искусства его времени. Все художники испытывали влияние Шаляпинского творчества.

Каждое выступление Шаляпина для слышавших и видевших его художников являлось событием, будило высокие чувства, рождало новые творческие замыслы.

Для них, как и для широких демократических кругов России, в целом, жизнь и творчество Шаляпина было явлением глубоко знаменательным.

Шаляпина рисовали и писали часто. Валентин Серов и Александр Головин, Леонид Пастернак и Николай Богданов- Бельский, Константин Коровин и Борис Кустодиев, Илья Репин и Исаак Бродский создали обширную галерею шаляпинских портретов.

«Портреты актера-человека с тысячью лиц» это не наслоение масок, скрывающих его душу, а ряд фильтров, через которые частицы его живого образа проходят все более чистыми и определенными. Из нескольких портретов складывается единый сложный образ, а при сравнении становиться наглядно ясно, какие его аспекты оказались близки каждому из портретистов.*

Дать сравнительный анализ портретов Шаляпина работы Константина Коровина ( «В светлом костюме» 1911г.) и Бориса Кустодиева (1922г.) основная задача работы.

Никаких крупных, обобщающих трудов о Константине Коровине не существует. Обычно искусствоведческие очерки о нем ставят целью дать скорее общую оценку творчества, чем разбор его произведений.

Коровинское творчество начала XX века, его работы рассматривают не с точки зрения их содержания и пластической сущности, критики сосредотачивают все внимание на живописности широте самой манеры письма. Ошибочность такой позиции заключается в том, что у Коровина сама манера живописи и то. что в неё вкладывалось художником, тесно переплеталось- одно выражало другое.

Анализ портрета Шаляпина, в книгах из списка использованной литературы, практически отсутсвует.

Только в книге А. Н Раскина «Шаляпин и русские художники» автор пытается кратко проанализировать этот портрет, но не сравнивает его с другими. Стоит отметить монографию Коган Доры Зиновьевны, которая освещает творческий путь художника на основании многих его произведений. Одно их больших достоинств книги- это полная, прекрасно составленная библиография.

Портретам, как таковым в творчестве Коровина, вообще уделяется мало внимания. Чаще всего дается общая характеристика. Люди, писавшие о нем словно прогуливаются по выставке, иногда ненадолго останавливаясь около какой либо картины отмечают пару деталей и идут дальше более не вспоминая о пройденном, их внимание мимолетно. Так к примеру освещаются портреты в книге А.П. Гусаровой «Константин Коровин».

 О портрете Федора Ивановича Шаляпина работы Кустодиева писали и пишут чаще.

Почти единодушно мнение критики о том, что портрет этот лучший среди всех портретов написанных Борисом Михайловичем Кустодиевым.

Высокую оценку творчества дал Анатолий Васильевич Луначарский в своей работе « Статьи об искусстве». Он писал « В нем не только хорош здоровый, ясный, сочный реализм техники; хорошо и что его жизнь- живая, кипучая, разнообразная, разноцветная жизнь, реальность сама по себе, а не как предлог для колористических эффектов… В чем ищет он живописание? В подлинных проявления человеческой жизни»*

Существует два мнения о жанре анализируемой далее работы Бориса Кустодиева. Валериан Михайлович Богданов –Березовский считает, что работа не является портретом, а большой сюжетной композицией, « в которой самый портрет вынесенный на передний план, играет роль главного, но все же составного компонента».**

Мнение остальных критиков единодушно- « Портрет Ф.И. Шаляпина» является портретом – картиной.

Портрет не являлся основной творчества выдающегося русского живописца Константина Коровина. Страстно влюбленный в природу, отдающийся радостному, беззаботному любованию цвета и света, он не был портретистом по складу своего дарования, но проявил себя в них большим мастером.

В то время в русском искусстве часто можно было встретить усадебную тему. Обычно изображалась небольшая часть комнаты возле окна или двери на веранду с обязательным за ними пейзажем. Многие из этих работ очень хороши в живописи, они музыкальны по цвету, неслучайно некоторые из них именуются «ноктюрном».

Исполненные Коровиным портреты Шаляпина –подлинные живописные поэмы о прекрасном человеке, которого он любил и которым восхищался. Все Коровинские портреты Шаляпина- это портреты артиста в жизни. Оптимистическому мироощущению Коровина был более близок Шаляпин-человек, чем трагические и сатирические образы им созданные.

В свое время импрессионизм оказал большое влияние на Коровина. Поэзия живописи вдохновляла его. В некоторых работах это влияние чувствуется особенно сильно. Позже оно переродилось во впечатление по большей своей части. Это впечатление присутствует и в данном портрете. Легкость, воздушность, поэтическое спокойствие атмосферы… Эдакий Русский, Коровинский вариант импрессионизма.

Коровин защищает право живописца на выражение поэтических переживаний, отводя упрек в литературности, ценя в искусстве, прежде всего форму, считая её носительницей содержания, он любит в ней индивидуальную неповторимость, в которой выражена душа художника. Коровиным владеет восторг перед красотой мира, он передает его в живописи, как все импрессионисты, подобно безумно поющей птице.

Прекрасным выражением понимания и восприятия художником Шаляпина явился «Портрет в светлом костюме», созданный в 1911г. во Франции в курортном городке Више, где друзья тогда отдыхали.

В 1900- годы появляются лучшие портреты Коровина. Художника захватывают те же поиски напряженного выражения жизни человеческого духа, характерные в это время для мастеров его круга. Но ему чужды экспрессивная манера и трагическое мироощущение, символический драматизм врубелевских портретов. Он не поднимается до яркой психологической заостренности отличающей Серова. Коровин по-своему выявляет в человеке духовное начало. И здесь художник-импрессионист дорожит правдивостью мгновенного зрительного впечатления, подчеркивая случайность момента жестом, движением, поворотом модели. Но если в ранних портретах остановленное мгновение передается художником как стоп кадр и поэтому носит едва не натуралистический характер, то в 1900-е годы Коровин умеет выхватить из потока жизни мгновение счастливой духовной наполненности, когда раскрываются дремлющие жизненные и творческие силы человека. В известной мере он наделяет свою модель свойствами  собственной личности: страстным жизнелюбием и праздничностью мироощущения, яркостью темперамента. Таков в его изображении Федор Шаляпин.

Виртуозность кисти и любование чувственной прелестью мира нарастают в искусстве Коровина. Уже не боясь осуждения, он исповедует  почти языческое поклонение красоте природы. Главной задачей творчества становится очаровать зрителя красками, средствами живописи дать зрителю наслаждение, подобное тому, какое дает музыка. 

Шаляпин позировал для портрета на открытой террасе освещенной солнечными лучами, проникающими сквозь густую зеленую листву. Статный молодой, мужественный, он сидит у стола в невысоком кресле одетый в светлый костюм, белую рубашку со стоячим воротником, повязанным сиреневым шелковым бантом, на лице артиста счастливая улыбка. Он наслаждается бодрящей свежестью свежего погожего дня, струящимся светом и теплом солнца. Его большая, удивительно легкая и ладная фигура купается в золотом сиянии. Весь его облик, дышащий радостью бытия, неотделим от яркого солнечного дна. Ощущение праздничности подчеркнуто убранством стола, украшенного букетом роз, живописно сервированной вазой с фруктами, хрустальным графином, высокой бутылкой с золотистым ликером и бокалом, в котором, как рубин сверкает вино.

В портрете нет пересказа натуры, лепка лица и фигуры обобщенная, в то же время художник уделяет много внимания выявлению характерного. Показано слияние человека с природой, когда привлекательность человека и красота природы дополняют друг друга.

Обладая даром абсолютного зрения, врожденным умением видеть и передать тончайшие цветовые созвучия в их отношениях, Коровин достиг в портрете исключительного богатства колористического построения.

Колорит картины необычайно изыскан, строится на контрасте светлых желтоватых тонов одежды, стены комнаты и синевы южного полуденного неба, ярко-розовых цветов и «ядовитой» зелени.

«Краски и форма в своих сочетания дают гармонию красоты, - писал Коровин. -Краски могут быть праздником глаза… Глаза говорят вашей душе - радость, наслаждение…

Краски, аккорды цветов, форм… Неожиданностью форм, фонтаном цветов мне хотелось волновать глаза людей… И я видел, что даю им радость.

Среди сотен холстов Коровина нет двух одинаковых по тону. Художник необычайно верно передает на полотне тональные отношения отдельных красочных пятен, подмеченных им в натуре. В то же время он чуждается кропотливого выписывания деталей. Интересы художника сосредоточены на передаче той колористической цельности полотна, которые даются проникновенным и пытливым созерцанием живой природы.

«Портрет Ф. И. Шаляпина» закономерное развитие нового метода портретирования, который заключается в том, что образ дается не в постепенном развертывании, как это было раньше, а как бы схваченный и  отраженный художником. Портрет благодаря этому приобретает живость, исключительную выразительность, свежесть и трепетность. Выбор точки зрения, передача света и воздуха, движение, воздуха пронизывающее картину, вызывает ощущение мгновенно схваченного момента.

Мазок у Коровина то фактурно-выразительный, то слегка сглаженный, то наоборот, плотный, корпусно-положенный выраженный энергичной экспрессивной рукой художника.

Портрет Шаляпина при всем к нему глубоко интимном подходе художника не носит печать чисто субъективной оценки личности артиста. Константин Коровин обычно в портрете не вскрывал классовое различие портретируемых. Полноты характеристики художник достигал лишь в случае совпадения своего мироощущения и характера модели. Так было со всеми портретами Федора Шаляпина, которые, как правило, удавались художнику.

Обратимся теперь к другому портрету. 

Среди всех портретов написанных Кустодиевым, так же как и среди портретов Шаляпина, написанных разными художниками, кустодиевский Шаляпин признаётся лучшим.

В этом вопросе критики на редкость единодушны вплоть до сегодняшнего дня.

Первым, кто дал самую высокую оценку портрету, был сам Шаляпин. Он купил портрет и не расставался с ним до конца жизни.

На фоне плоскостного, яркого лубочного пейзажа, изображающего ярмарку, стоит огромная, подавляющая все своим размером фигура Шаляпина. На нем подбитая бобровым мехом шуба и такая же меховая шапка с бархатным верхом. Он только что поднялся сюда: шуба его распахнута, разноцветный вязаный шарф развивается по ветру. У ног его любимый бульдог Ройка.

Праздничная феерия кустодиевской ярмарки разворачивается за его спиной. И центром, вершиной всего этого мира является человек, в котором широта, размах, талантливость, жизнелюбие русского народа сказались с огромной полнотой. Вероятно, нигде размышления Кустодиева о национальном своеобразии русского народа не нашли такого конкретного воплощения как в этом портрете.

Шаляпин оглядывается. Вокруг него сверкающий солнечной улыбкой, убранный чистым снегом- русский город. На просторной заснеженной площади, окаймленной заиндевевшими пушистыми березами, кипит веселый праздник широкой масленицы. Березы там невыразимо высокие, возвышенные парящие над землей в белом инее, как фонтаны из снега. Повсюду оживленная толпа.

В выписывании ярмарки Кустодиев со всей щедростью разбросал запасы своей неистощимой наблюдательности, заполнив живописное пространство множеством фигур, предметов, движущихся линий  переливающихся красок. Это фон постепенно становился все ярче, обрастал цветовой плотью -отливал розовым снег, испещренный голубыми тенями, желтели наскоро сбитые временные дощатые павильоны балаганов и высоких ледяных гор; лоснилась, вздымаясь к верху, густая гроздь надувных  шаров; «мигали», вспыхивая то синими, то алыми, то желтыми, то коричневыми бликами, многочисленные снующие фигуры.

Это была почти оперная полиграфия красочных пятен, человеческих групп, расположенных, как почти всегда у Кустодиева, несколькими планами уходящей вглубь перспективы, сзади и ниже огромной фигуры, высящейся на переднем плане.

Позади артиста и значительно ниже его ног в лакированных туфлях со светлыми гетрами, возле афиши, оповещающей о его концерте, проходят три человека- мужчина, заложивший руку за борт пальто, и две девочки. Эти фигуры писались с Исая Григорьевича Дворщина -секретаря и друга Шаляпина- и дочерей певца- Марфы и Марины. Все трое замедляют шаги и с восхищением и любопытством снизу вверх взирают на артиста, как нечто недосягаемое. За ними извозчик придерживает лошадь, видимо, по требованию седока, и тоже удивленно воззрился на невиданного барина.

Несмотря на все сходство с жанром, и по идейным задачам и по системе исполнения портрет Шаляпина нельзя считать жанровой картиной. И не только потому, что, что в центре внимания художника находится конкретная человеческая личность, переданная с большим сходством, но, прежде всего потому, что художник дает своеобразно острую и яркую характеристику своей модели, идущую от определенных черт шаляпинского гения. Здесь снова со всей яркостью выступают черты портрета-картины. Человек передается как носитель определенных идей, а мир за его спиной как дополнительный компонент в раскрытии этих идей.

Фон позади Шаляпина напоминает театральную декорацию; он многословен, наполнен массой деталей, его можно долго разглядывать, он радует глаз. Собственно по сути своей он и является декорацией для стоящей на первом плане массивной фигуры певца.

Что в принципе не удивительно учитывая, что в 1920 году Кустодиев работал как художник декоратор над оперой А.Н. Серова «Вражья сила». В декорации изображавшей сцену озорных разгульных проводов масленицы, были приспособлены к сценическим условиям композиционные замыслы «Маслениц». Эскиз её изображает древнюю «зимнюю потеху» русского народа и «гулянье под горами», когда вокруг катальных ледяных гор, близ реки, на площади размещались балаганы, качели, театр петрушки, раешники. В праздничной толпе на сцене фигуры купцов, пряничников, саечников…

Найденное Кустодиевым в этой декорации щедро использовано в пейзажном фоне портрета Шаляпина; и будь он реален или сочинен он имеет прямое отношение к образу, к характеру модели. Ярмарочное веселье своеобразный рассказ о творчестве певца, о его биографии-биографии артиста, прошедшего огромный путь от ярмарочных театриков до лучших оперных сцен мира. Он показал неразрывную связь артиста с народом: в этом круговороте веселья Шаляпин свой в родной ему стихии.

Здесь и современность, и декоративность, и ирония, и пафос, и философское обобщение, и лубок.

Это интереснейший памятник Шаляпину, и одновременно памятник русскому таланту вообще. Вот отчего так ценил этот портрет сам Шаляпин, отчего портрет этот из интереснейших в «шаляпинской галерее» и из лучших у Кустодиева. И от чего он, пережив своего владельца, должен был вернуться в Россию.

Теперь, когда произведен стилистический анализ каждого произведения, обратимся к их сравнению.

Константин Коровин и Борис Кустодиев жили в одно время, их волновали все современные им события художественной жизни. И Шаляпин, как одно из крупнейших художественных явлений эпохи был близок им обоим, близок чисто человечески.

Константин Коровин не был портретистом по складу своего дарования, а в творчестве Бориса Кустодиева портрет занимал гораздо большее место. Оба художника стремились передать красоту и радость окружающего мира, именно поэтому всё их творчество глубоко оптимистично.

Оптимизм не только в ярких красках, но и в отношении художников к портретируемому. Коровин показывает нам Шаляпина как удивительного по совершенству человека, создает прекрасный образ прекрасного человека. Кустодиев создал портрет- биографию артиста, создал памятник ему, и одновременно памятник русскому таланту вообще.

Портреты многим схожи. Оба художника изображают артиста в жизни, оба относятся к своей модели с глубокой симпатией, но показывают они нам Шаляпина по разному. Глубокий национальный дух отличает работу Кустодиева. Художник поэтически возвышает личность портретируемого, хотя в портрете и чувствуется ирония, и пафос (Шаляпин изображен в центре полотна. Крупным планом, он царит над миром)

Перед нами как бы проходит вся жизнь артиста, портрет невольно заставляет задуматься над судьбой Шаляпина, над судьбой России. Работа Кустодиева обильно декорирована. Нет этого в портрете работы Константина Коровина. Портрет отличается интимностью. Шаляпин сидит у стола и даже не в центре, а с боку.

Одно из самых ярких впечатлений, объединяющих оба портрета это ощущение праздничности.

Отличаются портреты композицией, рисунком, колоритом, техникой исполнения.

Композиция в портрете у Кустодиева сложно построенная, портрет можно долго рассматривать.

Портрет Шаляпина, работы Коровина сначала дает впечатление мгновенно схваченного момента, но это не совсем так, ощущение праздничности, которое несет портрет, подчеркнуто многими деталями, очевидно специально задуманными художником.

Рисунок у Коровина размашистый, в порте чувствуется свобода живописной манеры. А у Кустодиева рисунок мягкий, особенно тщательно работал он над лицом модели, об этом говорит предварительно выполненный эскизный портрет.

Коровин-колорист по природе своего таланта, и в его портрете колорит богат и изыскан. Строится на контрасте светло-желтых тонов, синих, ярко розовых и ядовито зеленых. У Кустодиева краски переливаются, постепенно становятся все ярче, все богаче.

Оба портрета отличаются единством формы и цвета. В основе этого лежало не одно вдохновение, но отличное знание ремесла, совершенное владение техникой живописи.

Борис Михайлович Кустодиев и Константин Алексеевич Коровин стоят не только в ряду самых лучших русских художников эпохи конца XIX – начала XX веков, но и относятся к мастерам, чьё творчество принадлежит всему миру.

Список литературы

1 Алексеева А. Две зимы. В кн.: С веком наравне. Рассказы о картинах. Т.2. М.,1969

2 Богданов – Березовский В. Кустодиев. В кн.: Богданов – Березовский В. встречи. М.,1967

3 Виннер А. Живописная техника К. Коровина. « Художник», 1968,№9

4 Власова Р.И. Константин Коровин. Творчество. Л.,1969.

5 Гусарова А.П. Константин Коровин путь художника, художник и время. «Советский художник» М.,1990.

6 Дмитриевский В.Н. и Катернина Е.Р. Шаляпин в Петербурге-Петрограде Л.,1969

7 Докучаева В.Н. Борис Кустодиев жизнь в творчестве «изобразительное искусство» М.,1991.

8 Зингер Л. Портрет в руской советской живописи. Л.,1966.

9 Зотов А. Константин Коровин «Искусство», 1961, «12.

10 Зинльберштейн И.С. и Самков В.А. Константин Коровин вспоминает «Изобразительное искусство» М.,1990.

11 Капланова С.Г. Б.М.Кустодиев. Альбом. Л.,1971

12 Капланова С.Г. Кустодиев «Художник», 1969 №7

13 Коган Д.З. Константин Коровин М.,1964

14 Коган Д.З. Мамонтовский кружок. М.,1970

15 Комаровская Н.И. О Константине Коровине. Л.,1961

16 Константин Коровин. Жизнь и творчество. Письма. Документы. Воспоминания. М.,1963

17 Луначарский А.В. Статьи об искусстве. М.,1941

18 Лебедева Виктория. Кустодиев время, жизнь, творчество.

«Детская литература» М.,1984.

19 Молева Н.М. Жизнь моя – живопись. Константин Коровин в Москве. М.,1977

20Раскин А.Н. Шаляпин и русские художники. Л.,-М.,1963

21Русакова А. Портрет на рубеже веков «Творчество», 1974,№2

22 Салынский Д. Театральные портреты. «Творчество», 1974,№2

23 Саутин Н.А Борис Михайлович Кустодиев «художник РСФСР» Л.,1987.

24 Федоров – Давыдов А.А. Природа стиля. Живопись. В кн.: Федоров – Давыдов А.А. Русское и советское искусство. Статьи и очерки. М., 1975

25 Эткинд М. Б.М. Кустодиев. М.-Л.,1966