Веротерпимость в России: историческая ретроспектива (Х-ХХ век)

Веротерпимость в России: историческая ретроспектива (Х-ХХ век)

Маслова И.И. (г. Пенза)

Многообразие вероисповеданий стало одной из исторических особенностей России - гигантского Востоко-Запада, территорию которого населяли сотни народов. Каждое столетие привносило в духовную жизнь страны новые религиозные течения. В современной России сосуществуют уже около 70 конфессий. Проблема веротерпимости — терпимого отношения к той или иной религии, допущения государством свободы вероисповедания — стала императивом современности. С исторической точки зрения интересно проанализировать процесс осознания российским обществом необходимости толерантного подхода к религиозному вопросу, эволюцию политики государства к признанию веротерпимости.

В средние века Русь, приняв византийский вариант христианства, еще длительное время оставалась под влиянием языческих воззрений, которые своеобразно включались в православное вероучение. Спустя столетия православие стало доминирующей конфессией страны, что не произошло с исламом и иудаизмом. Хотя в Поволжье ислам был официально принят в 922 году, а в Хазарском каганате иудаизм стал государственной религией еще в VIII-XIX веках.

Византийский вариант христианства оказал большое влияние на национальную культуру и самосознание Руси, а так же на ее политическую и конфессиональную историю. Идея подчиненности церкви светским правителям нашла в России яркое воплощение. Формирование государственности на Руси сопровождалось не только централизацией власти, но и созданием единой церковной структуры. Различные толкования христианского вероучения порождали многочисленные ереси, с которыми православная церковь вела непримиримую борьбу при поддержке светских правителей.

С укреплением монархии при Иване IV усиливается церковная централизация, приоритет государственной власти еще более укрепился. Кроме того, она взяла на себя функции охраны «правой веры» и борьбы с еретическими учениями и вольномыслием. В средние века оформилась антикатолическая государственная идеологема, гласящая, что нет более опасного и постоянного врага, чем католический Запад. Антикатолические настроения, вероятно, возникли еще в XIII в., когда святой благоверный князь Александр Невский геройски победил германских рыцарей-латинян на Чудском озере и предпочел покориться монголам. В послании Ивана Грозного Андрею Курбскому есть любопытное суждение, объясняющее неприязнь самодержца к католикам: «Там ведь у них цари своими царствами не владеют, а как им укажут их подданные, так и управляют. Русские же самодержцы изначально сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи!» Такой характер государственного устройства, при котором «цари своими царствами не владеют», по мнению Ивана Грозного, возможен только у «безбожных народов».

Характерная черта средневековья — отрицание принципа веротерпимости — позже получила законодательное оформление. Приоритет государственной власти над церковной и определение статуса Православной церкви как государственной религии получили правовое закрепление в Соборном уложении 1649 г.

Трагической страницей истории религии в России стал церковный раскол, который позволил царской власти установить контроль над церковью под предлогом защиты «правой» веры. На церковном соборе 1654 г. все противники реформы патриарха Никона были отлучены от церкви, а церковным собором 1667 г. сторонники старой веры объявлены еретиками. Тем самым старообрядцы автоматически подпадали под действие Уложения 1649 г., которое устанавливало жестокие наказания, вплоть до смертной казни, за преступления против православной веры. Сразу же после собора одни руководители старообрядцев были казнены, другие заточены в острог, монастырь или сосланы в самые отдаленные места страны.

Отсутствие свободы вероисповедания в России наиболее ярко проявлялось в отношении государства к старообрядцам и сектантам. Почти до конца XIX в. правовые нормы, относящиеся к старообрядцам, носили исключительно карательный характер. В аналогичном положении находились и сектанты. С 1676 г. стали издаваться специальные указы о преследовании раскольников, предусматривавшие наказание кнутом, пытки, ссылку с конфискацией имущества и смертную казнь. Для искоренения раскола были созданы специальные инквизиционные учреждения: тайных раскольничьих дел канцелярия, следственная и обвинительная камеры. Раскольников лишали имущества, заключали в тюрьму, били кнутом, прижигали раскаленным железом, вырывали ноздри, вырезали язык, отравляли в ссылку. В 1681 г. были сожжены несколько наиболее влиятельных расколоучителей. Царевна Софья в 1684 г. издала указ о сжигании «в срубах» нераскаявшихся приверженцев старой веры. Преследования приняли такой массовый характер, что старообрядцы бежали в Австрию, Польшу, Пруссию, Швецию, другие создавали поселения и скиты в самых глухих, малодоступных местах страны: в нижегородских, брянских лесах, на Кавказе и в Сибири. Для розыска и поимки раскольников направлялись воинские отряды. Когда они окружали поселения старообрядцев, последние нередко закрывались в домах и сжигали себя.

В эпоху Петра I произошли важные перемены в религиозной жизни страны. Государственные и культурные новации первого императора привели к прорыву конфессионального изоляционизма. В обеих русских столицах, Москве и Петербурге, а также в Астрахани появляются первые католические храмы. С этого времени многочисленные и с годами растущие общины поляков, немцев и других западноевропейцев создают католические приходы во всех крупных городах империи. В обществе перестали смотреть на католиков как на некрещеных и требовать перекрещивания их при переходе в православие; с разрешения Константинопольского патриарха перестали требовать перекрещивания и от протестантов. Стали позволительны браки православных с иноверцами.

Государство поощряло веротерпимость в северных областях, имеющих связи с иностранцами. Петр I так определял сущность религиозной политики в этом регионе: «Холмогорская епархия у знатного морского порту, где бывают множество иностранных областей иноземцы, с которыми дабы тамошний архиерей мог обходиться по пристойности прилично, к чести и славе Российского Государства». Но в районах юго-востока и Сибири усиливались гонения на нехристианские религии.

В отношении сектантов Петр I продолжал жестокую политику. Хотя «срубы» для раскольников были отменены, но в соответствии с указом 1716 г. последователи «старой веры» облагались двойными податями и направлялись на наиболее тяжелые государственные работы. Старообрядцы по-прежнему оставались лишенными почти всех гражданских прав. Регламент 1721 г. именовал раскольников «лютыми неприятелями, и государству и государю злоумышляющими». Сокрытие тайных раскольников рассматривалось как дело, «безбожием смердящее», а виновные в этом лица, в том числе и духовные, подвергались суровым наказаниям. В целях выявления скрытых раскольников приходским священникам предлагалось доносить епископам о тех, кто не причащался в церкви. Такие прихожане признавались раскольниками, если они, несмотря на «угрожание», продолжали уклоняться от исповеди и отказывались проклинать все раскольнические толки и согласия. «Все имения» тайных ревнителей старой веры отписывались «на государя». Раскольничьи дела были отнесены к разряду «злодейственных». Подверглись разгрому несколько важнейших старообрядческих центров. При помощи военной силы уничтожались раскольничьи скиты, а большинство старообрядцев путем применения жесточайших мер обращались в православие. Этому способствовало издание Петром I специального указа, угрожавшего смертной казнью всем, кто противился обращению в православие. Спустя несколько лет после смерти Петра I, в 1733 г. было объявлено об обязательном крещении всех детей в церквах, а перешедшим в старообрядчество из православия угрожала каторга.

Историки высказывают предположение, что Петр I продолжал преследовать раскольников не как инаковерующих, а как активных противников новых преобразований, фанатичных поборников отжившей старины. В то же время он осыпал благодеяниями тех представителей раскола, кто занимался полезной гражданской деятельностью. Так он предоставил важные льготы раскольникам, способствовавшим учреждению горных заводов и отыскавшим месторождения золота.

Петр I занял жесткую позицию и по отношению к Русской Православной церкви. Он создал государственную систему управления церковью, упразднил патриаршество и ввел Синод. Запрещалось строительство новых монастырей, пресеклось развитие национальных архитектурных стилей, летописания и иконописи. По мнению философа Н.А. Бердяева, Петр I в своей церковной политике был «большевиком на троне»: «Приемы Петра были совершенно большевистские. Он хотел уничтожить старую московскую Россию, вырвать с корнем те чувства, которые лежали в основе ее жизни… Он не любил старого московского благочестия и был особенно жесток в отношении к старообрядчеству и староверию. Петр высмеивал религиозные чувства старины, устраивал всешутейший собор с шутовским патриархом. Это очень напоминает антирелигиозные манифестации безбожников в советской России».

Следует заметить, что император, не будучи человеком религиозным, намерен был использовать церковь в интересах государства, не только подчинив ее государственному контролю, но и расширив спектр ее социального служения. Так появился Указ о комплектовании флота священниками, был введен институт флотских иеромонахов, открыты архиерейские школы — будущие семинарии, началось строительство при церквах госпиталей для брошенных («зазорных») младенцев, объявлялось об обязательном посещении церкви в воскресные дни и праздники, когда оглашались царские указы. Незадолго до конца правления Петр I, вероятно, хотел ограничить распространение иных вероисповеданий: из России были изгнаны представители Ордена иезуитов, новокрещенным предоставлялась свобода от сборов и податей на три года.

Хотя в первой четверти XVIII века был преодолен конфессиональный изоляционизм России, но созданная Петром I государственная система существенно ограничивала религиозную свободу самой Православной церкви, лишала прав другие вероисповедания, ставила религиозную оппозицию вне закона. Поэтому первый император не может претендовать на роль первого веротерпимого правителя России.

При Елизавете Петровне действия против раскольников стали более жесткими, но предусматривалось применение смертной казни лишь к раскольникам, подстрекающим «простых людей» к самосожжению. Религиозная нетерпимость коснулась и мусульман. В 1744 Указ Сената и Синода запрещал строительство новых мечетей и требовал разборки мечетей, построенных ранее в деревнях, где одновременно с мусульманами проживали православные и новокрещеные.

Поворот к веротерпимости в политике государства произошел 29 января 1762 года, когда был объявлен именной указ Петра III о веротерпимости или о равенстве вероисповеданий. Всем раскольникам, бежавшим от преследований в Польшу и другие страны, законом было разрешено вернуться в Россию, поселиться в Сибири, Барабинской степи или в других подобных местах и жить по своим обычаям и старопечатным книгам. Раскольникам, содержавшимся под караулом, предписывалось немедленное освобождение. Запрещалось гонение на инородцев на почве религиозных разногласий. В этой связи признавалось необязательным соблюдение постов. Раскольники боготворили императора Петра III и потом долго поминали его как истинно русского царя.

Невольно возникает вопрос: как необразованный и взбалмошный царь, не любивший все русское и не желавший ничего знать о России и даже предавший ее интересы Фридриху II, мог дать русским подданным столь важный по своему содержанию указ? Историк В.О.Ключевский предположил: «Эти указы внушены были не отвлеченными началами веротерпимости или ограждения личности от доносов, а практическими расчетами людей близких к Петру,- Воронцовых Шуваловых и других, которые, спасая свое положение, хотели царскими милостями упрочить популярность императора». Положение Петра III на троне было весьма непрочным. Он и его ближайшее окружение не могли не понимать это. На новое законодательство возлагались в этом отношении большие надежды. Предполагают, что Петр III только подписал указ, действительным автором его был сенатор Дмитрий Васильевич Волков, начавший свою политическую карьеру еще при Елизавете Петровне, а совет прекратить преследование инаковерующих дал императору генерал-прокурор Глебов. Указы не принесли, однако, Петру III желаемой популярности. Острое недовольство Петром III выказывало православное духовенство. Прежде всего, оно было обижено насильственным отчуждением монастырских и церковных земель по указу Сената от 21 марта об их секуляризации. Кроме того, служителей культа возмущало пренебрежительное отношение императора к православной вере. Петр III щеголял своим пренебрежением к церковным православным обрядам, «публично дразнил русское религиозное чувство». Он в придворной церкви во время богослужения принимал послов, высовывал язык священнослужителям, громко смеялся. Однажды дал приказ «очистить русские церкви», т. е. вынести иконы, а русским священникам обрить бороды и одеваться, как лютеранские пасторы. Вероятно, Петр III, добровольно приняв православие, все же остался католиком. Его пренебрежительное отношение к традиционной конфессии стало одной из причин государственного переворота, в результате которого Екатерина II пришла к власти.

Императрица Екатерина II в «Наказе», получившем известность в Европе, заявляла о своем намерении воплотить идеи французских просветителей в законы Российской империи. Она, как сторонница естественного права каждого человека на достойное существование, осознавала необходимость веротерпимости. В 1764 году издается указ о терпимости в отношении старообрядцев. Екатерина II отказывается от полной русификации татар. В 1773 г. Святейший Синод выпустил эдикт «О терпимости всех вероисповеданий и о запрещении архиереям вступать в дела, касающиеся до иноверных исповеданий и до построения по их закону молитвенных домов, представляя все сие светским начальствам». По приглашению русского правительства начинается массовое переселение немецких колонистов - протестантов-лютеран, меннонитов, католиков. Но вместе с тем, сохраняется черта оседлости для лиц иудейского вероисповедания.

В отношении Русской Православной церкви императрица продолжала политику Петра I, стремясь подчинить ее государству. С целью утвердиться на престоле она отменила указ супруга о секуляризации церковных и монастырских имений, но спустя два года вновь ввела его. А.С. Пушкин считал следствием этого указа упадок влияния духовенства, равнодушие народа к религии, что нанесло сильный удар народному просвещению. Негативно оценив церковную политику Екатерины, он сказал: «голос обольщенного Вольтера не избавит ее славной памяти от проклятия России». За пределами России Екатерина II проводила проправославный политический курс. Так Варшавский договор между Россией и Речью Посполитой в 1768 г. уравнял в правах с католиками представителей других конфессий. Православным возвращались отнятые у них церкви и монастыри, разрешались межконфессиональные браки.

Павел I, очевидно, решил продолжить политику отца и 7 марта 1797 года издал указ о свободе культов, в т.ч. общин старообрядцев. Но отношение правительства к старообрядчеству было неоднозначным. С одной стороны, принимались административные меры для пресечения отказов раскольников от исповеди, а с другой стороны, была разрешена свободная деятельность старообрядческой церкви; раскольникам возвратили отобранные у них старинные церковные книги, разрешалось строить церкви во всех епархиях. Веротерпимость была проявлена и по отношению к униатам: епархиальное начальство было предупреждено о том, что нельзя принуждать униатов принимать православную веру. Священники, нарушающие этот указ, должны быть отстранены от своих приходов. О стремлении Павла установить веротерпимость свидетельствует и «жалованная грамота Калмыцкому Ламе Собину Бакши о свободном отправлении всех духовных обрядов калмыков». Все это имело и политические причины, но «господствующая и первенствующая» Русская православная церковь не провозглашалась единственной. Вместе с тем, правительством принимаются меры против распространения влияния католической церкви среди «исповедующих другие христианские законы» и притеснений со стороны римско-католических священников и помещиков православных крестьян или перешедших в православие крестьян-униатов. Павел I меняет санкции за уклонение от исповеди, с целью укрепить позиции православия.

Он отказывается от штрафов, которые подталкивали прихожан к старообрядчеству, и вводит вместо них церковное покаяние, разрешает исповедоваться в любое удобное для прихожан время, запрещает помещикам «принуждать крестьян к работам» в воскресные дни, для всех православных верующих обязательными считались ежегодные исповедь и святое причастие. Эти законодательные акты имели своей целью превратить в привычку общение с церковью самых широких масс православных верующих.

В жизни Павла был загадочный факт: он принял от мальтийских рыцарей, искавших сильного покровителя, титул великого магистра Мальтийского ордена — одного из католических военно-монашеских орденов. Анализируя Мальтийский эпизод в биографии этого императора, историк Н.Я. Эйдельман утверждал, что Павел не изменял православию и не намеревался перейти в католицизм. Данное событие отражало стремление укрепить пошатнувшийся авторитет западного христианства поддержкой Российской империи и Православной церкви.

Правительство Александра I продолжало усиливать вмешательство светской власти в религиозную жизнь. Реформирование центрального аппарата управления коснулось и управления церковью, обер-прокурор Синода стал непосредственно подчиняться царю, было создано Главное управление духовных дел для иностранных вероисповеданий. Манифест о преобразовании Министерства народного просвещения в Министерство духовных дел и народного просвещения, чтобы «истинно христианское благочестие всегда служило основанием просвещению умов». На приходских священников возложена обязанность преподавания в приходских школах. Александр I утвердил «Положение для евреев», гарантировавшее им, «наравне с другими российскими подданными», свободу вероисповедания, образования детей, право покупки незаселенных земель, заведения фабрик, «промыслов и торговли» и устанавливавшее черту оседлости в западных губерниях России.

Николай I на требование декабристов ввести в России наряду с другими демократическими правами свободу совести ответил репрессивной политикой в отношении религиозных меньшинств. В губерниях были созданы губернские комитеты о раскольниках — полицейские органы для борьбы со старообрядчеством. Но все же сделано единственное отступление — дано разрешение на создание католической епархии с центром в Саратове (таким образом, до революции 1917 г. в собственно России было всего две кафедры католических епископов — в Санкт-Петербурге и Саратове).

Великие реформы середины ХIХ в. затронули все сферы жизни общества, но религиозные отношения в меньшей степени, хотя произошло преодоление замкнутости и корпоративности духовенства. Был факт встречи Александра II в момент польского восстания со старообрядцами, приславшими ему верноподданные адреса. Он принял в Белом зале Зимнего дворца делегацию раскольников и сказал им: «Я рад вас видеть и благодарю за сочувствие общему делу. Мне хотели вас очернить, но я этому не поверил и уверен, что вы — такие же верноподданные, как и все прочие. Вы мои дети, а я — ваш отец и молю Бога за вас так же, как и за всех, которые так же, как и вы, близки моему сердцу».

В конце ХIХ в. Александр III в связи с ростом антиправительственных выступлений ужесточил политику в отношении «сектантских» объединений. Государство вмешивалось во внутренние дела различных конфессий, строго регламентировало их структуру и деятельность. Все религии на территории страны делились на три группы: государственную (православное исповедание), терпимые (католическая, протестантская, армяно-григорианская церкви, ислам, буддизм, иудаизм, язычество) и нетерпимые («секты» — духоборы, иконоборцы, молокане, иудействующие, скопцы). Считалось особым видом преступления против веры — отвлечение и совращение из православия в другую веру, воспрепятствование воспитанию детей в православной или иной христианской вере, распространение ересей и расколов и др. Внеисповедное состояние государством не признавалось. В 1883 г. Закон о сектах возобновил запрет на переход в секты из православной веры, жесткое ограничение их деятельности. Деятельность по распространению материалистических, атеистических взглядов подвергалась уголовному преследованию.

Революционная ситуация в России в начале XX века вынудила правительство вносить коррективы в религиозную политику. Так, царский манифест от 26.02.1903 г. содержал обещание даровать свободу вероисповеданий, а Указ от 12.10.1904 г. «О предначертании и усовершенствовании государственного порядка» предписывал принять меры к устранению религиозных «стеснений». В царском манифесте «Об усовершенствовании государственного порядка» от 17.10.1905 г. также были обещаны гражданские свободы, в т.ч. свобода совести. Февральская революция 1917 г. упразднила самодержавие, лишив Православную церковь ее многовековой опоры, отменила «сословные, вероисповедные и национальные ограничения». В постановлении «О свободе совести» от 14.07.1917 г. под «свободой совести» понималась веротерпимость. При этом положение Православной церкви оставалось господствующим на том основании, что православие является религией значительного большинства населения страны.

Первые декреты советской власти коренным образом изменили положение Православной церкви и других религиозных организаций. Были национализированы все монастырские и церковные земли, отменены все национально-религиозные привилегии и ограничения, переведены все учебные заведения в ведение Комиссариата по народному просвещению, передана регистрация актов гражданского состояния государственным органам и церковный брак лишен юридической силы. Декрет СНК «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» (от 23.1.1918) каждому гражданину предоставлял право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Запрещалось ущемлять свободу совести и устанавливать какие-либо привилегии на основании вероисповедного выбора граждан. Указание на религиозную принадлежность устранялось из официальных документов. Церковь отделялась от государства, упразднялись все прежние формы союза церкви и государства. Школа отделялась от церкви, вводилась государственная система светского образования. Эти положения нашли отражение в Конституции РСФСР, принятой 10.7.1918. В 1920-30-е гг. шел процесс ограничения сферы деятельности религиозных организаций, которая постановлением ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 г. сводилась к единственной функции -удовлетворению религиозных потребностей верующих в молитвенном здании. Конституция 1936 г. запретила религиозную пропаганду, оставив верующим лишь право на «свободу отправления религиозных культов». Но с 1943 г. в Православной церкви было восстановлено патриаршество. Через два года религиозные организации получили статус юридического лица, им было разрешено строительство, покупка собственности для церковных нужд.

Новый виток государственно-церковных отношений наблюдался в средине 1970-х гг. В РСФСР и других союзных республиках были приняты законодательные акты, расширявшие возможности религиозных организаций в удовлетворении религиозных потребностей верующих. Конституция СССР 1977 года подтверждала принцип отделения церкви от государства и школы — от церкви (статья 52). В середине 1980-х гг. начался процесс коренного изменения в государственно-церковных отношениях, снимались ограничения на деятельность религиозных организаций. В 1990 г. Верховный совет СССР принял закон «О свободе совести и религиозных организациях», а Верховный совет РСФСР утвердил закон «О свободе вероисповеданий». Эти законы расширяли права и свободы в области религиозных отношений.

Принципиально иной характер отношений государства и церкви декларирован Конституцией 1993 года. Российская Федерация является светским государством, ни одна из религий не является государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом. Граждане равны в своих правах и свободах, независимо от отношения к религии. Каждому гражданину гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания. Конституционные нормы получили дальнейшее развитие в федеральном законе «О свободе совести и религиозных объединениях», принятом Государственной думой 19.09.1997. Закон подтверждает право каждого на свободу совести и свободу вероисповедания, а также равенство перед законом, независимо от отношения к религии и убеждениям. Исходя из светского характера государства, одновременно провозглашается принцип уважения христианства ислама, буддизма, иудаизма и других религий, составляющих неотъемлемую часть исторического наследия народов России, но при этом подчеркивается особая роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры.

Исторический путь российского общества к осознанию веротерпимости как условия цивилизованного сосуществования разных конфессий был долгим и сложным, отражая все противоречия процесса модернизации страны. В эволюции государственной религиозной политики периоды конфессиональной либерализации чередовались с эпохами репрессий не только против представителей религиозных меньшинств, но и против православного большинства. Подобные коллизии просматривались и в истории советской России. Эволюция государственно-церковных отношений в ходе минувшего столетия представляет собой сложный процесс перехода государства и религиозных организаций от конфронтации к нормализации и стабилизации отношений, к диалогу и сотрудничеству.

Современная Россия продолжает поиск новой модели церковной политики государства. Историк М.И. Одинцов подчеркивает, что процесс формирования данной модели до настоящего времени не завершен: «Эта модель может быть только синтезом исторического опыта разрешения »религиозного вопроса«. Не оправданы попытки тех или иных политических сил как бы »просто возвратить« в день сегодняшний ту или иную историческую модель государственной церковной политики. Причем неважно, под какими лозунгами: »восстановления советской власти« или »возрождения России«. Навязывание идеала из преодоленного прошлого есть проявление социального утопизма или авантюризма, что неизбежно приведет к разжиганию мировоззренческой нетерпимости, религиозных конфликтов, смыкающихся, в перспективе, с национализмом. Результатом может стать распад России как многонационального и многоконфессионального государства, который на долгие десятилетия лишит страну шансов на продвижение вперед».