Опыт "новых школ"

2



Опыт "новых школ"



С конца XIX в. в странах Западной Европы, и, прежде всего в Англии, возникло педагогическое течение, получившее название "новые школы" или "новое воспитание". Созданные для детей из привилегированных классов общества, эти школы стремились на основе уважения к личности воспитанников, всемерного развития у них самостоятельности и инициативы, широкого и многостороннего общего развития, включения в учебный процесс трудовой подготовки и разностороннего физического развития. Если сформулировать эти установки единой формулой, то это - сочетание умственного, нравственного и физического воспитания молодежи, формирование у воспитанников общечеловеческих ценностей. Так воспитывались будущие руководители капиталистического общества. Как по своей внешней, так и внутренней организации " новые школы" резко отличались от старой, традиционной школы. Обычно они располагались в здоровой и красивой сельской местности, в удобных светлых и просторных зданиях. Каждая из них имела свое хозяйство с садом, огородом, ремесленными мастерскими, площадками для игр и спортивных занятий.

Продуманная система обучения и воспитания была направлена на формирования активной, самостоятельной, физически здоровой и развитой личности, умеющей проявлять инициативу на практике. Школа стремилась предоставить своим воспитанникам широкое поле деятельности и богатейший материал для наблюдений, опытов и самостоятельных выводов и заключений не только в ходе учебных занятий, но и в разнообразных хозяйственных работах, на экскурсиях и в дальних поездках, при археологических, геологических и исторических исследованиях окружающей местности. Очень высокие требования "новые школы" предъявляли к воспитателю. Как правило, он жил одной семьей, одной жизнью со своими воспитанниками, с утра и до вечера принимая участие во всех их занятиях и развлечениях - в работах по хозяйству, занятиях спортом, играх и даже обедая с ними за одним столом.

Ничто не напоминало в этих необычных школах обстановки казенного интерната, и неудивительно, что английские "новые школы" в Абботсхольме и Бидельсе, немецкая школа Г. Литца в Ильзенбурге, школа Рош во Франции и другие вызывали огромный интерес и стали образцом для подобных воспитательно-образовательных учреждений в Бельгии, Швейцарии, Австрии и других странах, привлекая к себе лучшие педагогические силы. К началу первой мировой войны насчитывалось уже несколько десятков "новых школ".

Удивительна по содержанию и необычна по форме Оденвальдская школа, созданная в 1910 г. педагогом П. Гехеебом в Гессене (Германия). В ней сложилась гуманистическая воспитательная система, главной целью которой было формирование человека, способного жить в условиях общины и подчиняться ее правилам. Провозглашаемая на словах свобода воспитанников на деле была в Оденвальде весьма ограничена, но при этом атмосфера школы никак не препятствовала полноценному развитию личности каждого ученика.

Даже по своей архитектуре школа отличалась от принятых норм: она состояла из пяти деревянных зданий, каждое из которых носило имя известного немецкого ученого или поэта: Гердера, Фихте, Шиллера, Гумбольдта и Гете. Воспитательная система складывалась как бы из отдельных ячеек-"семей", во главе непременно с учителем. В состав такой "семьи" входили 12-15 человек. Выбор "семей" был произвольным, ребенок осуществлял его сам, после шести недель жизни в школе, причем за ним сохранялось право в случае необходимости поменять "семью". "Семьи" были связаны не только общим местом проживания (комнатой или целым этажом), но и совместными праздниками, экскурсиями и т.п. Как и в любой хорошей семье действовал принцип помощи старших младшим, что распространялось на всю жизнедеятельность школы. В целом воспитательная политика была направлена на всемерное использование межвозрастного общения как фактора развития и источника саморазвития каждого ученика. Вот почему любые формы совместной деятельности всячески поощрялись и культивировались, не зависимо от того, шла ли речь о лыжной прогулке или подготовке к экзаменам, общей трапезе или репетиции спектакля.

Равноправие - еще один принцип организации деятельности школы. Здесь старшие и младшие, педагоги и учащиеся вместе трудились в саду и мастерских, играли и развлекались. Нередкими были "семейные" вечера, не которые приглашали жителей близлежащих деревень. Такие музыкальные представления, беседы о литературе, поэтические чтения и т.п. сближали и формировали чувство общности не только среди членов данной "семьи", но и всей школы и местного населения. Таким образом школа избежала опасности самоизоляции, быстро превратившись из "одинокого островка" в своеобразный культурный центр местной общины.

Особо следует подчеркнуть самоуправление в Оденвальде. По существу, все члены школьного сообщества участвовали в его организации и развитии. Раз в неделю проводились общие собрания. Их повестка вывешивалась заранее на широкой черной доске в самой большой комнате школы. Во время собраний ребята обычно рассаживались полукругом, вперемежку со взрослыми. Тем самым достигался зрительный контакт, а также большая духовная близость взрослых и детей.

Много внимания уделялось традициям, ибо, по мнению Гехееба, только они способны как воском "склеить" всех членов школьного сообщества, стать невидимой защитой в случае возникновения непредвиденных конфликтов и чрезвычайных происшествий. В большей степени традиции относились к совместному празднованию таких важных для жизни школы дат, как, например, дни рождения тех поэтов и ученых, именами которых названы школьные здания (кстати, государственные и религиозные праздники в Оденвальде попросту игнорировались).

Вот как описывает один из таких праздников очевидец: "В эти дни, определенно фиксированные даты, в школу приезжают родители, многочисленные друзья и бывшие ученики. Вся школа разукрашена. Большую залу, откуда удалены все скамьи и по всему полу разбросаны ковры и подушки, узнать нельзя. Но больше всех домов отличается тот из них, чье имя сегодня празднуется. Это - дом Фихте. Он весь и снаружи, и внутри, покрыт зеленью, а окна густо обрамлены розами и другими цветами. Создается такое впечатление, что дом откуда-то привнесен сюда. Все дети в праздничных одеждах, с венками на голове. Столы торжественно накрыты на большой поляне среди живописно расположенных гор. Праздничная музыка и пение. Кто-то из педагогов читает доклад об "имениннике", рассказывает о его жизни. В большой зале, так изумительно декорированной зеленью, поется "гимн радости" Бетховена. Один из учителей рассказывает о педагогических взглядах Фихте. Окончен доклад, и дети снова бегут на воздух. Там, между яркими клумбами, они выбирают места для танцев: преобладают хороводы, старинные танцы, наивные мотивы…".

Интересно решался вопрос о религии. Как таковых официальных молитв в школе не было, но при этом проводились так называемые "часы благоговения" - своеобразные общие сборы, во время которых читались произведения на религиозные темы, цитировались религиозные тексты, исполнялась обрядовая музыка. Звучала, например, прелюдия Баха, потом отрывок из книги Сельмы Лагерлеф "Легенды о Христе", а затем… глубокая, благоговейная тишина и долгое, никем не нарушаемое молчание.

Стоит еще упомянуть об экскурсиях, игравших важную роль в жизни школы. Особенно запоминались ребятам десятидневные экскурсии в Рейнскую область, где родился Пауль Гехееб. По дороге останавливались в деревенских избах, заходили на постоялые дворы, ближе знакомились с жизнью немецкого крестьянства, узнавали, как провел детство и юность их нынешний наставник.

Здесь мы подходим едва ли не к самому главному моменту в жизни этой школы, к вопросу о месте и роли личности директора в организации Оденвальда. Создается впечатление, что атмосфера школы была пропитана духом Гехееба, его мыслями и чувствами. Несомненная неординарность директора, ореол таинственности, царивший вокруг него, это и многое другое заставляло и малышей, и подростков совершенно особенно относиться к своему "главному воспитателю" - большому педагогу, крупному ученому и мудрому человеку, беззаветно преданному своему делу.

Но есть вопросы, которые, на наш взгляд, П. Гехееб решал в корне неверно. Например, никак нельзя согласиться с его отношением к своему педагогическому коллективу. Впрочем, коллектива-то как раз и не было. Люди менялись довольно часто, причем главным условием приема на работу была молодость учителя, отсутствие педагогического стажа, а значит, способность легче проникнуться мыслями и атмосферой Оденвальда, и, соответственно, величием личности самого директора. Создается впечатление, отчасти, может быть, и ложное, что педагог боялся разделить с кем бы то ни было собственный авторитет, менее всего занимался подготовкой собственной смены. Вот почему с его уходом школа быстро потеряла присущие ей до того уникальные черты.

Идеи "нового воспитания" и "новых школ" вызвали большой интерес и в России, особенно после знакомства с сочинениями Эдмона Демолена - горячего пропагандиста и организатора "новых школ" во Франции (в 1900 г. его книги о новом воспитании были изданы на русском языке). Позже появился ряд изданий и отечественных авторов, познакомившихся с опытом зарубежных "новых школ" и представлявших их русскому читателю как блестящий образец для подражания. Уже в 1899-1900 гг. общепедагогический отдел Педагогического музея военно-учебных заведений организовал широкое обсуждение "новой школы", изложенных Э. Демоленом в книге "Новое воспитание".

Следует отметить, что видные педагогические деятели, А.Н. Острогорский, А.А. Макаров, Н.С. Карцов и др., признавали многие положительные черты этих школ, высказывали и серьезные критические замечания по поводу привилегированного характера, дороговизны, стремления изолировать воспитанников от семьи, излишнего культивирования здоровья и физической силы в ущерб развития мышления, утилитарного подхода к научному знанию, принижающего "ценность нравственно-гуманизирующего влияния науки", и т.п. Особенно же не вызывали сочувствия откровенно колонизаторские цели Демолена.

Несколько "новых школ", в основных чертах следовавших зарубежным образцам, появилось и в России. Это школа Е.С. Левицкой в Царском селе (1900), Гимназия Е.Д. Петровой в Новочеркасске (1906) и О.Н. Яковлевой в Голицыне под Москвой (1910). Осуществляя воспитание, близкое к природе, заботясь о гармоничном развитии детских сил, обращая огромное внимание на физическое воспитание и гигиеническую обстановку жизни и труда учащихся, разумно организуя учебный процесс и т.п., они, как и другие "новые школы", ставили своей целью воспитание знающих, волевых, инициативных деятелей, способных стать руководителями хозяйства, "капитанами индустрии", в которых все более нуждался развивающийся капитализм. Первую из этих школ открыла Е.С. Левицкая (внучка известного писателя и историка Н.А. Полевого), которая сама побывала в Англии, а затем во Франции и Германии, внимательно изучила организацию "новых школ" и решила по образцу школы в Бидельсе основать такую же и в России. Остановимся на ее опыте.

Все, что возможно, начиная от распорядка дня и кончая школьной формой, было заимствовано из зарубежного опыта. Единственное от чего решительно отказалась Левицкая, это от телесных наказаний, применявшихся в прославленной английской школе вплоть до 20-х годов нашего столетия.

Как и другие учебные заведения, созданные силой частной и общественной инициативы и отступившими от казенного правительственного образца, школе Левицкой с трудом пришлось отстаивать свое существование, преодолевая различные препоны и запреты. Создать в тогдашних российских условиях среднюю школу с совместным обучением девочек и мальчиков не представлялось возможным, поэтому вначале была организована маленькая школа из младших классов, занятия в которой начали всего 6 учеников - 3 мальчика и 3 девочки.

Через полтора года, чтобы открыть третий класс с совместным обучением и иметь возможность принимать пансионерами не только мальчиков, как было разрешено вначале, но и девочек, пришлось добиваться особого разрешения министра народного просвещения Ванновского; ходатайство об открытии следующего класса необходимо было подавать каждый год. Министр, в свою очередь, обращался с особым докладом к царю и только благодаря "высочайшей милости", а вернее благодаря энергии и настойчивости Е.С. Левицкой, школа могла развиться в среднее учебное заведение. Решающую роль играло и то, что учреждение Левицкой было небольшой и очень дорогой школой для детей богатых и знатных родителей. Эти "ограничительные" условия школы подчеркивал и попечитель учебного округа, докладывавший, что совместное обучение здесь допущено для очень ограниченного числа учащихся из "хороших семей (так как плата взимается очень высокая)".

Укрепило репутации учебного заведения в глазах начальства и то, что в "неспокойные" 1905-1907гг. эту школу, единственную из царскосельских учебных заведений, не коснулись ученические "беспорядки". Занятия в школе не прерывались ни на один день, и в июне 1907 г. она получила права правительственных мужских гимназий. Первый выпуск в школе состоялся в декабре 1908 года. В VIII классе было всего 4 ученика, показавших на экзаменах блестящие познания по всему курсу.

Вся образовательно-воспитательная система учебного заведения Левицкой была ориентирована на достижение целей, поставленных "новой школой". Очень важным считалось придать школе домашний, семейный характер, чтобы не было ни малейшего намека на казенщину и формализм, а место скучных книжных знаний и зубрежки заняли бы всевозможные интересные работы, игры, экскурсии и беседы. Для этого, по твердому убеждению Левицкой, в школе должно быть 80-100 воспитанников (в классе не более 15 учащихся).

Воспитатель, которому поручалось 10-15 детей, был в то же время и учителем. Живя вместе с воспитанниками, принимая участие во всех их занятиях, играх и забавах, он прекрасно знал все индивидуальные особенности и черты характера каждого ребенка. Воспитательному влиянию педагога отводилась огромная роль.

При всем домашнем, семейном характере школы Левицкая добивалась того, чтобы в ней царила деловая обстановка, четкий, строгий и даже суровый режим. Неукоснительно соблюдался твердый распорядок дня, постоянный контроль за четким и обязательным исполнением всех правил и распоряжений, отданных как детям, так и воспитателям, строгость и подтянутость в одежде и во всем внешнем облике взрослых и детей. Авторитет самой начальницы был очень высок. Секрет успеха школы многие видели в ее "нетерпимости, доходящей до фанатизма, ко всякой форме физического и морального разгильдяйства". Левицкая не терпела неряшливости ни в одежде, ни в походке, ни в труде. Твердой дисциплины и исполнительности в школе добивались не только убеждением, но и такими мерами, как лишение отпуска, участия в общем празднике и т.п. Существовал и карцер.

С первых же дней пребывания в школе детей приучали к самостоятельности. Во всем необходимом они обязаны были обслуживать себя сами: убирать свои постели, содержать в порядке обувь, одежду и личные вещи. Позднее им давались различные поручения: дежурство в классе, столовой, у телефона, заведование спортивным инвентарем, учебными пособиями, получением и отправкой почты и т.п. В отсутствии начальницы, воспитателя, служителя (время их отдыха считалось священным, и никто не имел права беспокоить их в эти часы даже по неотложному делу) воспитанники полностью замещали их.

Старшим воспитанникам разрешались самостоятельные, без провожатых поездки домой, в отпуск, их посылали с поручениями в Петербург, назначали казначеями каких-либо сумм на школьные расходы или хранителями карманных денег учащихся. Наличие карманных денег считалось одной из воспитательных мер. Детей приучали расчетливо, экономно, предусмотрительно тратить полученные от родителей деньги (на проезд, почтовые и другие расходы), кроме того, воспитанники обязаны были возмещать порчу школьных вещей из своих личных денег. Такой непредвиденный расход или неэкономная, нерасчетливая трата карманных денег могли лишить воспитанника и отпуска, у него не оставалось денег.

Школа знала, что воспитывает тех, кто "со временем сделаются хозяевами и распорядителями большого дома, дела, службы", поэтому уделяла большое внимание выработке деловых качеств, собранности, организованности, расчетливости и настойчиво и настойчиво приучала к подчинению установленному порядку.

Одной из главных задач нравственного воспитания в школе Левицкой считалось воспитание воли. Побороть раздражительность во время ссоры, устоять, например, от желания напиться, когда мучает жажда, признавалось большой доблестью. Всякое проявление слабости, безволия осуждалось и становилось предметом специальной беседы.

Большая роль отводилась воспитанию черт "джентльмена". Детям постоянно внушали, что охотное и любезное исполнение просьбы, распоряжения, оказание услуг окружающим требуется в общежитии от каждого воспитанного человека. Грубость, хвастовство, несправедливость друг к другу в отношениях детей искоренялись. Осуждалось ябедничество, начальница и педагоги не принимали ни каких жалоб на товарищей. То, что передано кем-то, не разбиралось. Но такие проступки, как ложь, обман, хитрость, злобность по отношению к товарищам, намеренное неуважение школьных порядков, передавались на рассмотрение товарищеского суда. Решение суда сообщалось начальнице, которая могла утвердить, или не утвердить его. Последнее случалось крайне редко. Суд играл большую роль в школьном самоуправлении, которое рассматривалось как средство воспитания самостоятельности, ответственности за свои поступки, выработки общественного мнения и критериев нравственности.

Важное место в жизни школы занимали школьные клубы, объединявшие учеников-сверстников. Их работу организовывали сами учащиеся, воспитатели выступали лишь совещательной роли, они могли быть приглашены для участия в дебатах, обсуждения рефератов, подготовленных учениками, в литературных и научных чтениях и других клубных занятиях.

С особенным вниманием школа относилась к физическому здоровью воспитанников, считая, что без этого нельзя успешно решать никакие другие учебно-воспитательные задачи. Как и большинство "новых школ", учебное заведение Левицкой размещалось в красивой загородной местности. На 50 десятинах земли располагались службы, фермы с собственными коровами, сад, огород, площадки для футбола, лаун-тенниса, каток.36 десятин занимало большое поле для игр, прогулок, проведения праздников. Удобство, простота, идеальная чистота, множество цветов, обилие света и воздуха должны были благотворно влиять не только на физическое состояние, но и на общий настрой детей, поддерживая в них бодрость и жизнедеятельность, воспитывая эстетически. Все помещения, особенно спальни, тщательно проветривались, в них поддерживалась довольно низкая температура.

Физическим упражнениям, подвижным играм, спорту отводилось очень много времени: зимой - коньки, лыжи, хоккей, устройство ледяной горки, уборка снега; летом и весной - футбол, крокет, теннис, лапта, работа в саду и огороде. Между уроками проводились 20-минутные занятия гимнастикой, чаще всего на воздухе, под музыку. При любой погоде каждое утро начиналось для всех воспитанников с пробежки и обливания холодной водой.

Три раза в неделю специальным военным проводились строевые занятия, в остальное время гимнастикой, бегом, упражнениями на брусьях и других снарядах руководил воспитатель-англичанин. Физическое воспитание новичков и ослабленных детей было индивидуализировано. Старшеклассников считали полезным утомлять перед сном гимнастикой, что и делалось через день. Ежегодно весной устраивались большие спортивные праздники, на которых дети демонстрировали свои умения и достижения.

В области умственного воспитания школа Левицкой в основном следовала тем же принципам, что и другие "новые школы". И хотя, определяя содержание обучения, она не могла игнорировать обязательной программы, установленной министерством для гимназий, школа пыталась восполнить ее пробелы, углубляя курс отдельных предметов и включая английский язык и другие дополнительные дисциплины. Расширение программ усложняло учебный процесс, поэтому для избежания перегрузки важное значение приобретали методика обучения, продуманная программа занятий, распорядок дня. Условия интерната позволяли рационально планировать учебную нагрузку в течение всего дня.

Сознавая важность приучения детей к самостоятельной работе, школа создавала необходимые условия самостоятельных занятий во внеучебное время: воспитанники могли проводить опыты, собирать коллекции, гербарии, мастерить, заниматься рукоделием, готовить рефераты и доклады, обращаться к литературным источникам и т.д. Еженедельно в школе устраивались научно-популярные лекции по химии, астрономии, истории искусств, сопровождавшиеся всевозможными иллюстрациями. В их организации активную роль играли сами учащиеся.

Преподаватели школы, занимаясь проверкой новых методов, разработанных педагогической наукой на основе исследований экспериментальной психологии, разрабатывали и свои приемы и способы обучения, направленные на активизацию учебного процесса, пробуждение и развитие интереса к учению, самостоятельности мышления учащихся.

Большое внимание уделялось умению применять полученные знания на уроках труда, в школьных мастерских, во время полевых и садовых работ. Как и в зарубежных "новых школах" физический труд рассматривался здесь как фактор укрепления здоровья, развития физической ловкости, сообразительности и любознательности.

Аналогичная образовательно-воспитательная система была создана и в других русских "новых школах". Организуя свою работу на основе новейших достижений педагогической науки, внушая детям "джентльменские" понятия о чести, выдержке, благородстве, прививая привычку к самообслуживанию, вводя элементы ученического самоуправления, закаляя тело, развивая интеллект и художественный вкус воспитанников, эти школы растили их в отрыве от жизни страны, от стремлений и идеалов народа.