Трансперсональная психология религии С. Грофа

Трансперсональная психология религии С. Грофа

Рязанова Е.В.

С. Гроф — психолог и психоаналитик, начинавший свою деятельность в Чехословакии, а впоследствии продолживший, ее в США, — выступил основоположником направления, получившего название “трансперсональная психология”. Начало ее формирования связано с опытом использования в психоаналитических сеансах наркотических веществ, прежде всего ЛСД. Наркотики не только играли роль “локатора”, позволявшего быстро и эффективно обнаруживать проблемные фрагменты в содержаниях бессознательного, но и стимулировали возвращение на более ранние уровни психики, позволяя пациенту вспомнить и вновь пережить впечатления первоначальных стадий жизни.

В ходе экспериментов Гроф выяснил, что регрессия под действием ЛСД не останавливается на уровне детства и даже младенчества. Испытуемые воскрешали в памяти период внутриутробного развития, процесс рождения, а также впечатления, которых они не имели и не могли иметь в реальности. В наркотических фантазиях пациенты оказывались участниками событий из других исторических эпох, ощущали идентичность с животными и растениями, созерцали фантастические образы микро- и макромиров; особенно захватывающими были чувства единства со Вселенной, растворения в бытии, исчезновения субъект-объектных отношений, переживания эго. Этому сопутствовало ощущение выхода “на другой уровень сознания”, переживание сверхзначимости открывающихся истин, убежденность в священном характере трансперсональных образов.

Видения многих пациентов удивительно напоминали откровения мистиков различных эпох и религий. “Многие из переживаний явно походили на то, что представлено в древних духовных текстах Востока, — писал Гроф. — Я нашел это особенно интересным, поскольку многие из тех, кто рассказывал о подобных переживаниях, ничего прежде не знали о восточных духовно-философских традициях, и я, разумеется, не предполагал, что столь необычные эмпирические сферы могут стать доступны таким образом <...> ...Я совершенно не подозревал, что древние духовные системы с удивительной точностью излагают различные уровни и типы переживаний, происходящих в необычных состояниях сознания. Я был поражен их эмоциональной силой, достоверностью и заложенным в них потенциалом для изменений взгляда людей на свою жизнь”. Гроф проводил аналогии между переживаниями в состояниях транса и шаманизмом, духовно-философскими учениями Востока (йога, буддизм, даосизм), мистицизмом иудаизма, христианства, ислама, а также другими эзотерическими традициями всех веков. 

Эти наблюдения привели его к убеждению, что “карта внутреннего пространства” включает в себя кроме сознания и традиционно понимаемого бессознательного “две дополнительные важные сферы: 1) перинатальный уровень психики, который, согласно своему названию, относится к нашим переживаниям, ассоциируемым с травмой биологического рождения, и 2) трансперсональный уровень, выходящий далеко за пределы обычных ограничений нашего тела и эго”.

Одним из ключевых понятий концепции Грофа выступают так называемые системы конденсированного опыта — СКО — устойчивые структурные образования психики, играющие исключительно важную роль в душевной жизни. Каждая СКО состоит из эмоционально заряженных воспоминаний, относящихся к различным жизненным периодам; общим знаменателем таких воспоминаний является то, что они содержат одинаковое эмоциональное качество или физическое ощущение. Иначе говоря, все впечатления, пережитые человеком и имеющие отношение к какой-либо теме, ассоциируются в некоторое единство. “Любая из СКО, — по мнению Грофа, - имеет характерную для нее тему. Например, единичная констелляция СКО может содержать в себе все основные воспоминания о событиях, связанных с оскорблениями, унижениями и стыдом. Общим знаменателем еще одной СКО может быть ужас переживаний клаустрофобии, удушья и чувств, связанных с гнетущими и ограничивающими обстоятельствами. Отвержение и эмоциональные лишения, ведущие к недоверию к другим людям, — это еще один весьма распространенный мотив СКО. Особо важными считаются системы, включающие в себя переживания угрозы жизни или воспоминания о тех случаях, когда наше физическое здоровье находилось в опасности”.

СКО является не просто хранилищем и рубрикатором воспоминаний — она представляет собой нечто вроде схемы реагирования, переживания, переработки впечатлений. Когда поступает некоторое новое впечатление, которое вписывается в одну из существующих СКО, оно активизирует ее, запускает накопленные в ней реакции. СКО воздействуют на каждую из областей нашей эмоциональной жизни — восприятие себя, других и окру- жающего мира. Это движущие силы, стоящие за эмоциональными и психосоматическими симптомами и подготавливающие почву для наших трудностей в отношениях с самими собой и людьми. И наоборот, СКО помогают нам в формировании восприятия мира, и через него мы действуем таким образом, что вызываем во внешнем мире те ситуации, которые отражают паттерны, содержащиеся в наших СКО.

Особую роль Гроф отводил СКО, сформировавшимся на основе так называемых базовых перинатальных матриц — БПМ. Таких матриц четыре; они соответствуют периоду созревания эмбриона, двум фазам процесса рождения и фазе появления на свет. Содержание матриц определяется биологическими и психологическими обстоятельствами каждого из этих этапов. Поскольку каждая матрица связана, кроме того, с определенным набором символических образов, активизация той или иной СКО выражается не только в интенсивных эмоциональных переживаниях, но и в деятельности фантазии, находящей выход, например, в религиозных представлениях. Глубокое впечатление, которое оставляет религиозный опыт, значимость соединенных с ним образов объясняется тем, что он оказывается продуктом активизации той или иной матрицы (и производной от нее СКО), для каждой из которых характерно свое, специфическое содержание. Первая матрица - БПМ-1 - обозначена у Грофа как "полнота бытии”. Она формируется в период внутриутробного развития. Условия существования в здоровом материнском организме близки к идеальным: автоматически происходит удовлетворение всех потребностей - питания, удаления отходов, снабжения кислородом; эмбрион не ощущает колебаний температуры, шума, вибрации, тактильных раздражений; он находится в условиях полной безопасности. Соответственно, психологические образы этой матрицы в эмоциональном отношении окрашены позитивно — в них присутствует представление об абсолютно комфортной среде обитания и безмятежно-счастливой, свободной от проблем, усилий и страданий жизни. Именно эта матрица управляет образами райского блаженства, представленными в столь многих религиях. Будучи как бы праформой для переживания и сохранения в памяти всех последующих безмятежно-счастливых переживаний, она формирует способность восхищаться прелестью райских садов и сияющей красотой небесных сфер. Характерно Для нее Также переживание чувства единства с миром, тождества с Космосом (в этом Гроф видел традиционный для мистического опыта мотив всеединства: угасание обыденного восприятия пространства и времени, растворение эго и прекращение разделения на субъект и объект, идеи абсолютного совершенства мира и всебла-гости Творца). Нередко в видениях доминирует мотив плавания или свободного парения; астронавт в невесомости, прикрепленный к кораблю (матери) шлагом (пуповиной), человек; перевоплотившийся в обитателя водной стихий — дельфина, кита, рыбу. В религиозных образах состояние блаженства космического единства связывется с символикой Матери-природы (изобилие плодов, пышная растительность, тропические острова, фруктовые сады, тучные поля) и благих божеств, которые выступают как помощники и защитники людей.

Дискомфорт в безмятежное существование эмбриона могут внести неблагоприятные факторы, оказывающие воздействие через материнский организм — алкоголь, никотин, загрязненная окружающая среда, стресс и т. п. В связи с этим данная матрица способна порождать также негативные образы — например, демонов, но в отличие от демонов второй и третьей матрицы -- кровожадных, открыто выражающих агрессию, свирепых - такие существа скорее выступят в обличье отвратительных, коварных, вероломных, но не слишком активных.

Значительно более мрачными являются образы второй БПМ-2, названной Грофом “изгнание из рая”. Она, матрица, формируется на первой стадии родов, которая в биологическом отношении характеризуется изменением гормонального, фона и интенсивной мышечной деятельностью матки. Весь прежний мир эмбриона неожиданно рушится, что вызывает огромный физический дискомфорт. Психологический фон этой матрицы — ощущение сильной тревоги, угрозы, переживание агонии. Источник опасности, нависшей над всем миром, над Вселенной — загадка и непостижимая тайна. Доминирует чувство безнадежности, представление о времени отсутствует, поэтому мучение кажется вечным. Сопряженные с этой матрицей образы — гигантский водоворот, безжалостно затягивающий в самый центр; земля, которая разверзлась и втягивает в жуткие лабиринты; чудовище (тарантул, спрут), которое стремится поглотить весь мир; апокалипсис. Мир здесь всегда представляет враждебную среду, испорченную, зараженную, опасную: завалы и зловонные реки, дьявольские деревья с шипами и ядовитыми плодами, ледяные пустыни, огненные озера и реки крови. Сопутствующее БПМ-2 эмоциональное состояние — отчаяние, безнадежность, вина, смятение, растерянность, чувство собственной неполноценности; сюда же присоединяются различные страхи - умереть, никогда не вернуться назад, сойти с ума. Эта матрица дает начало СКО, которая позже может заявить о себе в таких болезненных состояниях, как паранойя, клаустрофобия, депрессия; во взрослой жизни ею обусловлены потеря инициативы, ощущение бесцельности, отсутствие интереса к жизни, неспособность чему-либо радоваться, а также чувство изоляции., отчуждения, беспомощности, метафизического одиночества.

Данная матрица рождает образы ада и Преисподней, присутствующие в большинстве религий. С ней связан специфически психологический смысл идеи вечности в связи со страданием, с наказанием — вечность выступает не столько в собственно временном значении, сколько как отсутствие возможности и надежды прекратить смертельную муку. Проявления такой матрицы Гроф усматривал в греческой мифологии и трагедии: идеи вечного проклятия, наследственной вины, карающей десницы судьбы, вечные муки героев (Сизиф, Тантал, Прометей). В этом же ряду стоят библейские события: изгнания из рая и связанное с ним проклитие “в муках рождать детей”, мучения Иова, унижение и страдания распятого Христа, переживания Будды, вызванные встречами со “знаками непостоянства”.

Третью матрицу — БПМ-3 — Гроф именовал “борьба смерти и возрождения”. Она соответствует второму этапу появления младенца на свет, когда он, проходя через родовые пути, испытывает колоссальное давление на голову и тело. Все болезненные и травмирующие переживания остаются, но пассивное страдание сменяется активным сопротивлением. Это период борьбы за достижение абсолютной по притягательности цели, в нем задействованы колоссальные конфликтующие энергии, вовлеченные в процесс рождения. Эмоциональные составляющие третьей матрицы — переход от беспомощности к свирепости, освобождение чудовищной агрессии, взрывное напряжение, обладающее саморазрушительными элементами. Актуализация соответствующей СКО у взрослого человека влечет за собой переживания и образы, связанные с насилием, враждебностью, а также сексуальные и садомазохистские мотивы; индивид может ощущать себя одновременно жертвой и палачом, убийцей.

В мифологиях с подобной матрицей связаны те сюжеты, которые отличает атмосфера колдовства и присутствие демонических сил. Образы зла, рисующие разрушение и смерть, а также сцены насилия или разгула — такие элементы религиозных представлений формируются на этой почве; Сюда, полагал Гроф, относятся демоны, ведьмы, вампиры, вурдалаки, ведьмовские, шабаши, религиозные оргии, дионисийский экстаз, фаллические культы, ритуалы плодородия, храмовая проституция, карнавалы, черная месса, титаны, противоборство добра и зла при сотворении мира, Страшный суд, разрушительные божества, символы смерти и перерождения и многое другое.

Последняя, четвертая матрица — БПМ-4 - (“переживание смерти и возрождения”). Она основывается на заключительной стадии рождения — появлении младенца на свет, первом вдохе, “включении” систем питания, дыхания, очищения. На психологи-ческом уровне эта фаза означает прекращение страдания, облегчение и начало жизни в мире, пусть и значительно менее уютном, чем мир эмбриона, но все же несущем в себе возможность выжить и достичь определенного комфорта. Переживания отчаяния, безнадежности, борьбы и умирания сменяются ощущениями смирения и избавления; наступает состояние примиренности с миром как внешним и иным, но не враждебным “Я”. Эта матрица актуализируется в таких жизненных ситуациях, как с трудом добытые успехи, торжество над опасностью, врагом, удачный выход из опасной ситуации, преодоление главного препятствия, победное завершение войны, а также утоление жажды и голода, избавление от дискомфорта. Ее эмоциональный фон составляют чувства спасения и прощения, любви к ближнему, покорности, освобождения от тягот, ощущения вины, агрессивности, тревожности. В мифологии и сфере религиозных образов БПМ-4 заявляет о себе мотивами умирания для возрождения: птица Феникс, боги растительности, Персефона, воскрешение Иисуса Христа, герои, побеждающие чудовищ, — Мардук, Тезей, Геракл, св. Георгий..

Как указывал Гроф, “та область бессознательного, которую мы связываем с этими четырьмя перинатальными матрицами, представляет интерфейс между нашей индивидуальной психикой и тем, что Юнг называл коллективным бессознательным”. Иначе говоря, будучи содержаниями нашего индивидуального опыта, матрицы непосредственно соприкасаются с теми содержаниями, которые образуют трансперсональный уровень психики. Последний представляет собой идеальный мир, объективный в том же смысле, что и коллективное бессознательное. Апеллируя к нему, Гроф стремился объяснить и “легализовать” всевозможные “загадочные явления”, столь волнующие воображение обывателей, — реинкарнацию, экстрасенсорное восприятие, медиумов, шаманов, Контакты с животными-духами, путешествие в мифические реальности, параллельные миры, инопланетян и НЛО, полтергейст, путешествия во времени и т. п. “Посредством нашего сознания, — писал он, — мы можем превзойти время и пространство, пересечь границы, отделяющие нас от других животных видов, пережить процессы, происходящие в царстве растений и в неорганическом мире, и даже исследовать мифологическую и другие реальности, о существовании которых нам ничего не было известно прежде”.