Ценностные представления в индивидуальном и групповом сознании: виды, детерминанты и изменения во времени

Ценностные представления в индивидуальном и групповом сознании: виды, детерминанты и изменения во времени

Д. А. Леонтьев

Ценности и ценностные представления

Понятия "ценностные представления" и "ценности" в психологической литературе часто смешиваются: либо первые рассматриваются как зеркальное отражение вторых, не представляющее отдельного интереса, либо вторые сводятся к первым. В работах, посвященных междисциплинарному изучению ценностей, мы обосновали ошибочность понимания ценностей как порождений сознания и необходимость различать собственно ценности и рефлексивные ценностные представления, присутствующие в сознании; последние не вполне соответствуют реально значимым ценностям. Проанализировав множество раз личных пониманий и определений ценностей, предлагавшихся в философии, социологии, этике и психологии, мы пришли к выводу о неизбежности соотнесения этого понятия с тремя различными группами явлений. Было сформулировано представление о трех формах существования ценностей, переходящих одна в другую 1) общественных идеалах - выработанных общественным сознанием и присутствующих в нем обобщенных представлениях о совершенстве в различных сферах общественной жизни, 2) предметном воплощении этих идеалов в деяниях или произведениях конкретных людей и 3) мотивационных структурах личности ("моделях должного"), побуждающих ее к предметному воплощению в своей деятельности общественных ценностных идеалов. Эти три формы существования переходят одна в другую. Упрощенно эти переходы можно представить себе следующим образом: общественные идеалы усваиваются личностью и в качестве "моделей должного" начинают побуждать ее к активности, в процессе которой происходит их предметное воплощение; предметно же воплощенные ценности, в свою очередь, становятся основой для формулирования общественных идеалов и т. д., и т. п. по бесконечной спирали. Психологическая модель строения и функционирования мотивации человека и ее развития в процессе социогенеза конкретизирует понимание личностных ценностей как источников индивидуальной мотивации, функционально эквивалентных потребностям. Личностные ценности формируются в процессе социогенеза, достаточно сложно взаимодействуя с потребностями.

Признание ценностей реально действующими имманентными регуляторами деятельности индивидов, которые оказывают влияние на поведение независимо от их отражения в сознании, не отрицает существования не совпадающих с ними как по содержанию, так и по психологической природе сознательных убеждений или представлений субъекта о собственных ценностях.

В 70-е гг. различные авторы стали обращать внимание на проблему расхождения между декларируемыми и реальными ценностями. Наиболее детальный анализ методической стороны этой проблемы был осуществлен группой одесских социологов, а наиболее убедительные эмпирические факты получены в оригинальном психологическом эксперименте, проведенном Е. Е. Насиновской, которая использовала методику косвенного постгипнотического внушения.

Испытуемым, которым предстояло выполнять личностно нейтральные задания, например, воспроизводить "на глаз" длину предъявляемых отрезков с максимальной точностью, предварительно в состоянии гипноза внушались инструкции типа "если... то...", где условием "если" было преувеличение или преуменьшение длины отрезков, а внушенным следствием "то" - реализация той или иной ценности. Направление и степень искажения длины отрезков после выхода из состояния гипноза служили надежным и правдивым индикатором реальной побудительной силы разных ценностей, Было зафиксировано заметное расхождение между декларируемой значимостью этих ценностей и степенью их влияния на постгипнотическую деятельность,

М. Б. Кунявский, В. Б. Моин и И. М. Попова называют четыре группы причин, которыми могут объясняться расхождения между декларируемыми ценностными конструктами сознания и реально побуждающими деятельность человека личностными ценностями;

1. При адекватном осознании и вербальном выражении ценностей их включение в практическую регуляцию деятельности может не происходить; из-за отсутствия возможностей реализации, наличия конкурирующих или противоречивых ценностей.

2. Реально действующие ценности не всегда адекватно осознаются и вербализуются субъектом; в силу ограниченности его интеллектуальных возможностей, действия защитных механизмов и др.

3. Адекватно осознаваемые ценности - могут неадекватно вербально репрезентироваться в силу речевых табу и другого рода преград.

4. Рассогласования могут определяться наличием конкурирующих компонентов вербального поведения или сознания Психологический анализ приводит к аналогичным выводам, за исключением первого случая, когда нет оснований говорить о реальных ценностях. Во-первых, недостаточно устоявшаяся и плохо структурированная система личностных ценностей и/или недостаточно развитая рефлексия не позволяют человеку адекватно определить реальную роль и значимость тех или иных ценностей в его жизни. Во-вторых, значимость тех или иных ценностей может субъективно преувеличиваться или преуменьшаться под действием механизмов стабилизации(декларируемым), и к реально значимым ценностям. Так, Ч. Моррис (С. Моrris) различал ценности оперативные (действенные) и сознаваемые, не пользуясь понятием "ценностные ориентации", К. Клакхон (К. Kluckhohn) же определяет ценности как аспект мотивации, а ценностные ориентации - как определенные концепции. М Рокич (M. Rokeaclh) называет убеждения, диагностируемые с помощью его известного метода прямого ранжирования, ценностями а в отечественной литературе те же данные интерпретируются в понятиях ценностных ориентаций. Предметом нашего исследования выступают ценностные представления, независимо от того, как они обозначаются в конкретных работах: понятиями "ценность", "ценностная ориентация" или как-нибудь иначе.

Определим ценностные ориентации как осознанные представления субъекта о собственных ценностях, о ценном для него - то, что выявляется с помощью любых вербальных методов, как социологических, так и психологических, Ценностные представления, однако, не могут быть полностью сведены к ценностным ориентациям, даже с учетом всех возможных несовпадений между ними и истинными ценностями личности. Уже поверхностный феноменологический анализ позволяет увидеть, что в сознании любого человека наряду с ценностными ориентациями (ЦО) присутствуют и другие самые различные ценностные представления. Назовем наиболее существенные из них, не претендуя при этом на полноту классификации.

Прежде всего, исходя из очевидного факта несовпадения систем ценностей индивида и социальной группы, к которой он принадлежит (даже если речь идет о референтной группе, и эти две системы ценностей отличаются в целом хорошей согласованностью), а также из способности индивида репрезентировать нормативные (социально желательные) ценности группы или общества, выделим такую категорию ценностных представлений, как ценностные стереотипы (ЦС). ЦС отражают, по сути, ожидания, предъявляемые человеку теми или иными социальными группами или обществом в целом и осознаваемые им. Следует учитывать, что в сознании одного человека может отражаться одновременно несколько систем ЦС разных социальных групп. Вместе с тем очевиден большой индивидуальный разброс в степени дифференцированности восприятия систем ценностей разных социальных групп от единого недифференцированного "они" работника физического труда со слабо развитой рефлексией до подробной карты ценностного ландшафта всего общества в сознании профессионального социолога или политолога.

В качестве еще одной категории ценностных представлений мы выделяем ценностные идеалы (ЦИ). Сочетание "ценностные идеалы" на первый взгляд напоминает тавтологию, поскольку при построении определения ценности как таковой мы опирались на понятие "идеал". Смысл понятия ЦИ состоит в том, что человек является не пассивным объектом собственной ценностной регуляции, а субъектом, который способен оценивать собственные ценности и проектировать (экстраполировать) в воображении собственное движение к ценностям, отличающимся от сегодняшних. ЦИ, иерархия которых характеризует ценность для человека самих личностных ценностей в отвлечении от образа своего "Я", выступают как ' идеальные конечные ориентиры развития ценностей субъекта (в его представлении). Наряду с ЦИ можно также говорить о ценностной перспективе, которая отражает представления человека о своих ценностях в конкретном будущем (через 5, 10, 20 лет) и является своеобразной промежуточной точкой между ЦО и ЦИ. Существует и ценностная ретроспектива - представления субъекта о своих ценностях какое-то время тому назад. Выделение разновидностей ценностных представлений основано не только на феноменологическом анализе, но и на эмпирических исследованиях автора, часть из которых приводится в данной статье. Эти разновидности возможно эмпирически дифференцировать с помощью различных инструкций к заполнению одних и тех же вербальных методик, в частности методики прямого ранжирования ценностей М. Рокича. В категорию ценностных представлений входят также представления о системах ценностей конкретных людей, будь то политические лидеры или просто знакомые. Как показывает опыт, задача воспроизведения системы ценностей другого человека не вызывает больших затруднений, хотя степень адекватности этого воспроизведения может существенно различаться. Так или иначе, многообразие факторов, оказывающих влияние на формирование ценностных представлений, и их разновидностей делает весьма интересным эмпирическое изучение.

Методология и методика изучения ценностных представлений

На наш взгляд, наиболее богатым и методически обоснованным направлением исследований ценностных представлений можно считать исследования, проводившиеся в конце 60-х - 70-е годы в США Рокичем, а также в других странах на основе разработанного им метода прямого ранжирования ценностей. Ценность Рокич определяет как "устойчивое убеждение в том, что определенный способ поведения или конечная цель существования предпочтительнее с личной или социальной точки зрения, чем противоположный или обратный им способ поведения, либо конечная цель существования. Человеческие ценности характеризуются следующими основными признаками: 1) общее число ценностей, являющихся достоянием человека, сравнительно невелико; 2) все люди обладают одними и теми же ценностями, хотя и в разной степени; 3) ценности организованы в системы; 4) истоки человеческих ценностей прослеживаются в культуре, обществе и его институтах и личности; 5) влияние ценностей прослеживается практически во всех социальных феноменах, заслуживающих изучения. Рокич различает два класса ценностей: терминальные и инструментальные Терминальные ценности он определяет как убеждения в том, что какая-то конечная цель индивидуального существования с личной и общественной точек зрения заслуживает того, чтобы к ней стремиться; инструментальные ценности - как убеждения в том, что определенный образ действий (например, честность, рационализм) с личной и общественной точек зрения является предпочтительным в любых ситуациях. Для диагностики индивидуальных иерархий ценностей Рокич разработал ставший весьма популярным метод прямого ранжирования ценностей, сгруппированных в два списка - терминальных и инструментальных ценностей. Масштабные исследования, проведенные им с помощью этого метода на общенациональной американской выборке, позволили выявить и проанализировать связь декларируемой значимости (ранга) различных ценностей с такими переменными, как пол, возраст, социальное положение, доход, образование, расовая принадлежность, политические убеждения Результаты исследование других авторов показали связь ценностей с некоторыми личностными особенностями, а также их кросскультурную специфику. В 80-е годы С. Шварц (S. Schwartz) и В. Билски (W. Bilsky) предприняли попытку создания более дифференцированной и обоснованной, чем у Рокича, классификации ценностей и разработали свою диагностическую методику.

У нас в стране незадолго до выхода в свет основных монографий Рокича по проблеме ценностей была создана исследовательская группа по изучению ценностных ориентации. Методика Рокича уже в 70-е гг. адаптирована А. Гоштаутасом, А. А. Семеновым и В А. Ядовым в ИСЭП АН СССР. В процессе адаптации список терминальных ценностей был существенно изменен - отчасти по культурным, отчасти по политическим причинам. Популярности этой методики способствовало и то, что исследование Г. И. Саганенко, сравнивавшей различные стандартизированные методы изучения ценностей, показало, что по надежности и устойчивости прямое ранжирование списков превосходит все варианты оценочного шкалирования каждой из ценностей и уступает только методу парного сравнения, который технически приемлем лишь для очень небольших списков ценностей. В другом методическом исследовании были выявлены ощутимые недостатки "закрытых" списков (велика доля случайных ответов, подсказанных списком и не выражающих собственных ценностей опрашиваемых). Однако использование "открытых" вопросов имеет не меньше недостатков: ответы относятся и к личным ценностям (любовь), и к абстрактным (мир), и к материальным запросам (квартира). Кроме того, здесь гораздо сильнее влияние таких ситуативных факторов, как, например, пол интервьюера. Таким образом, хотя метод прямого ранжирования методически несовершенен, он не уступает другим методам, реально использующимся при изучении ценностных представлений. Получила известность и диспозиционная концепция личности В. А. Ядова, в которой понятие ценностных ориентации заняло одно из центральных мест. Именно в понятиях ценностных ориентации интерпретировались результаты по методике Рокича при проведении отечественных исследований, в том числе автором данной статьи.

Экспериментальная дифференциация видов ценностных представлений

(1986 г.)

Сопоставление трех видов ценностных представлений - цель нашего исследования, проведенного в 1986 г. на выборке студентов IV курса факультета психологии МГУ (всего 78 чел., из них 51 женщина и 27 мужчин) с помощью методики изучения ЦО Рокича. Были взяты списки терминальных и инструментальных ценностей (ТЦ и ИЦ), адаптированные В. А. Ядовым с соавторами, которые каждый из испытуемых ранжировал три раза, выполняя разные инструкции: 1) стандартная инструкция ранжирования в соответствии с собственными предпочтениями, 2) инструкция "социальной желательности": представить себя в максимально благоприятном свете и 3) инструкция "идеал"; проранжировать списки, как это сделал бы совершенный во всех отношениях человек. С помощью этих инструкций мы рассчитывали получить ценностные иерархии, отражающие ЦО, ЦС и ЦИ.

Результаты приведены в таблицах 1 (ТЦ) и 2 (ИЦ). Сравнение разных подвыборок проводилось по коэффициенту ранговой корреляции Спирмена между групповыми иерархиями (средние по выборке значения рангов всех ценностных категорий вторично ранжировались по возрастанию). Рассмотрим наиболее интересные из полученных результатов.

По первой инструкции получены высокие корреляции между иерархиями испытуемых - мужчин и женщин (р=0,784 для ТЦ и 0,763 для ИЦ; р<0.001). Мужчины существенно выше, чем женщины, ценят познание, самостоятельность, свободу, ответственность и самоконтроль и ниже - счастливую семейную жизнь, чуткость и воспитанность.

Результаты ранжирования по второй инструкции существенно иные. Все четыре коэффициента корреляции между первой и второй ранжировками (для мужчин и женщин; для ТЦ и ИЦ) варьируют в пределах от 0,269 до 0,414; только один из них (для ТЦ у женщин) достигает уровня значимого сходства (р<0,05). Как у мужчин, так и у женщин при выполнении второй инструкции уменьшился разброс оценок, Повысилось ранговое место следующих ценностей (разность рангов не менее 5); хорошая общая обстановка в стране, равенство, исполнительность, непримиримость к недостаткам; понизилось-любовь, здоровье, жизнерадостность, независимость, терпимость.

Результаты ранжирования по третьей инструкции необходимо дифференцировать в зависимости от пола воображаемого идеального человека, который требовалось указать после завершения ранжирования. 58% мужчин описывали мужчину, остальные - "абстрактного" человека (пол не играл роли). Интересно, что 50% женщин описывали "абстрактного" человека, 40% - мужчину и лишь 10% -женщину, причем обобщенные иерархии для всех трех "идеалов" у них значимо коррелируют между собой (0,573^р<0,707; р<0,01), исключение составляет лишь ИЦ идеального мужчины и идеальной женщины (р=0,408, р<0,1). В то же время наблюдаются различия по отдельным ценностям: для идеального мужчины важнее познание, работа, активная жизнь, самоконтроль, рационализм и ответственность. Идеалы испытуемых-мужчин более дифференцированны; по сравнению с испытуемыми-женщинами они выше ценят в идеальном мужчине материально обеспеченную жизнь, уверенность в себе, аккуратность, жизнерадостность, непримиримость к недостаткам, смелость.

Сравним результаты по первой и третьей инструкциям. ЦО женщин далеки от их же ЦИ (для ТЦ р=0,345; р>0,05). Особенно далеки от идеала ранги жизненной мудрости, материальной обеспеченности, свободы, независимости, непримиримости к недостаткам, эффективности в делах; более низкое место в ЦИ должны занимать любовь, семейная жизнь, творчество, работа. Расхождение ЦО и ЦИ испытуемых-мужчин еще больше (0,036^ps0,284). Динамика отдельных ценностей сходна с динамикой у женщин, но есть и отличия. Так, резкий скачок вверх обнаруживают такие ценности, как аккуратность, рациональность, чуткость, а вниз - образованность, ответственность, самоконтроль, воля, терпимость. Интересно, что женские представления об идеальном мужчине ближе к ЦО реальных мужчин, чем мужские ЦИ. Но лучше всего женским представлениям об идеальном мужчине соответствует мужской ЦС (р=0,612; р<0,01), который далек от ЦИ самих мужчин (р=0,295) Высокие ранги здесь занимают хорошая общая обстановка в стране, активная жизнь, жизненная мудрость и интересная работа; отвергаются самостоятельность, уверенность в себе и удовольствия.

В "абстрактном" ЦИ и мужчины и женщины видят нечто среднее между своим и противоположным полом. Подчеркиваются общие для обоих полов требования, а различия сглаживаются. Реальные ЦО у женщин ближе к их абстрактному ЦИ, чем у мужчин, хотя для ТЦ обе корреляции незначимы. Наконец, значимые корреляции между результатами второго и третьего ранжирования отсутствуют (0,063<р<0,295). Максимальные сдвиги вниз обнаруживают: равенство, интересная работа, ответственность; вверх - материально обеспеченная жизнь (как у мужчин, так и у женщин).

Таким образом, использованный нами методический прием позволил дифференцировать виды ценностных представлений, имеющихся у респондентов, а именно - ЦО, ЦС и ЦИ. Иерархии ЦО студентов-психологов отражают прежде всего их реальный образ жизни, обусловленный молодостью, отсутствием (как правило) семьи и родом занятий, предоставляющим относительно большую свободу и не требующим высокой личной ответственности. Иерархии ЦС отражают образ обезличенного человека, построенный по образцу газетных штампов середины 80-х годов. Характерно, что на первые места здесь выдвигаются абстрактные ценности, иррелевантные индивидуальной деятельности (хорошая общая обстановка в стране, равенство). ЦИ отличаются большим разнообразием; обобщенные ЦИ как у мужчин, так и у женщин характеризуют человека, хорошо адаптированного к социальным условиям, но не теряющего при этом своей индивидуальности.

Изменения ценностных представлений в социальном времени (1997 г.)

В 1997 г. исследование проводилось повторно по той же методике, материалу и инструкциям, что и в 1986 г.' Испытуемыми были 59 студентов IV курса факультета психологии МГУ, в том числе 42 женщины и 17 мужчин. Мы исходили из гипотезы, что ценностные представления подвержены изменениям, отражающим сдвиги, происходящие в различных сферах общественной жизни. В частности, с учетом изменений общественного сознания за 1рошедшие 11 лет, а также принадлежности нашей выборки к группам с опережающими изменениями сознания мы ожидали повышения индивидуальной вариативности ценностных представлений, а также "размывания" ЦС. Вместе с тем мы предполагали получить и определенную преемственность результатов Тем самым мы ориентировали второе исследование (1997 г.) на задачи "когортного" сравнения (сравнения данных разных лет).

Результаты этого исследования также приведены в таблицах 1 (ТЦ)и 2 (ИЦ) Главный результат заключался в значительном сходстве иерархий ЦО выборок из разных когорт. Наличие высокозначимых корреляций выборок студентов 1986 и 1997 гг., как женщин (р=0,662, р<0,01 для ТЦ и р=0,811, р<0,001 для ИЦ), так и мужчин (р=0,796 для ТЦ и р=0,798 для ИЦ; р<0,001) позволяет сделать вывод о том, что групповые представления студентов о своей системе ценностей существенно не изменяются от поколения к поколению. Качественный анализ среднегрупповых рангов показывает, что самыми значимыми для студентов, как и раньше, остаются такие ТЦ, как любовь, интересная работа, наличие друзей, и такие ИЦ, как честность, ответственность, жизнерадостность. Значимость же таких ТЦ, как равенство, удовольствия, общая хорошая обстановка, и таких ИЦ, как непримиримость к недостаткам, высокие запросы, по-прежнему низкая. Вместе с тем можно отметить и некоторые различия в структурах ЦО рассматриваемых когорт. Так, женщины стали выше ценить уверенность в себе, мужчины - независимость, и те и другие - материально обеспеченную жизнь. Ранг общей хорошей обстановки в стране значительно снизился.

Сходство иерархий, отражающих ЦО разных когорт, может указывать как на наличие высокой степени преемственности ЦО студентов, так и на момент влияния системы ценностей макросоциума. На последнее указывает и значимое сходство иерархий ценностных ориентации разных половозрастных, а также профессиональных групп. Общие изменения, наблюдаемые в системе ЦО студентов, могут свидетельствовать, с одной стороны, об усложнении требований, предъявляемых социальными условиями к современной молодежи, а с другой - о повороте к так называемому "индивидуалистскому" типу ориентации, поощряемому массовой культурой и обществом потребления. Данная тенденция, впрочем, не является ведущей. В этой связи мы можем говорить как об определенных условиях существования и развития студентов, так и о специфике их возрастного этапа.

Совершенно иную картину являют ЦС, Корреляционные связи между иерархиями групповых представлений студентов 1986 и 1997 гг., как женщин, так и мужчин, оказались незначимыми для ТЦ (0,281 и 0.31) и значимыми для ИЦ (0,545 и 0,627; р<0,01). Терминальные ЦС утратили характер единообразия, некоторой шаблонности, которая была им свойственна 10-12 лет назад Представления студентов о системе ролевых ожиданий, предъявляемых им различными социальными группами, в 1997 г. стали более разобщенными. По всей видимости, они складываются скорее в рамках малых социальных групп, нежели под влиянием макросоциальных стереотипов. Примечательно, что в групповой иерархии ценностных стереотипов студентов 1986 г. на первые места выдвигаются абстрактные ценности, иррелеван-тные контексту индивидуальной жизнедеятельности: общая хорошая обстановка в стране (ранг 1 у женщин и 2 - у мужчин), равенство (3 и 1)- У студентов 1997 г. такого не наблюдается, хотя эти абстрактные ценности все же имеют более высокие ранги, чем в иерархии ЦО. Несмотря на то что терминальные ЦС студентов 1997 г. сходны с их ЦО (р=0,645, р<0,01 у женщин и р-0,805, р<0,01 у мужчин), в иерархиях ЦС не прослеживается четких тенденций, о которых мы говорили при обсуждении ЦО.

Инструментальные ЦС не обнаруживают столь выраженной динамики, так как соответствующие индивидуальные иерархии и в 1986 г. не отличались высоким единообразием. По всей видимости, ценности-средства менее чувствительны к переменам, происходящим в жизни социума.

Что касается результатов ранжирования по инструкции "идеал", то студенты 1997 г. по сравнению со студентами 1986 г. в качестве идеала чаще описывали женщину (35 % мужчин и 45 % женщин, в то время как в 1986 г. - никто из мужчин и только 10 % женщин). Как и в первом исследовании, у мужчин "идеалы" разных полов четко различаются между собой, а у женщин, напротив, демонстрируют выраженные корреляции (0,775< p<0,809; p<0,001). Здесь и далее в обсуждении ЦИ рассматриваются только ТЦ, ИЦ не выявили отчетливых тенденций.

При этом можно видеть, что иерархии, приписываемые "мужским", "женским", а также "абстрактным" идеалам в двух изучавшихся когортах, не коррелируют между собой. Таким образом, испытуемые в 1997 г. по-другому представляют себе ЦИ, нежели в 1986 г. Особенно интересными оказались отличия в идеалах, описываемых в соответствии с собственным полом. В 1986 г. ЦИ испытуемых, совпадающие с собственным полом, были, как правило, далеки от их ЦО и ЦС. В 1997 г. мы наблюдаем иную картину. Так, у мужчин все три "идеала" близки к собственным ЦО (0,616<р^0,675; р<0,01), однако их же "идеал-мужчина" далек от ЦС (р=0,320), чего не наблюдается в отношении "идеала-женщины" и "абстрактного идеала", которые, напротив, похожи на их ЦС (р=0,578, р<0,01 и р=0,508, р<0,05). У женщин картина обратная: все три "идеала" близки к их ЦС (0,538<р<'0,781; р<0,05), однако "идеал-женщина" далек от ЦО (р=0,148), в то время как "идеал-мужчина" и "абстрактный идеал" с их ЦО весьма сходны (р=0,496 и р=0,446, р<0,05).

Итак, в 1997 г. идеальные представления, соотносимые с собственным полом, специфическим образом связаны как с ЦО, так и с ЦС По-видимому, ценностные идеалы, являясь довольно динамичными структурами общественного сознания, способны по-разному проявляться в различных социально-исторических условиях. Если у студентов в 1984-1986 гг. ЦИ были далеки от ЦО и ЦС, конституирующих соответственно Я-реальное и Я-демонстрируемое, то у студентов 1996-97 гг. они, напротив, связаны с последними. При этом у мужчин, у которых идеалы разных полов независимы друг от друга (в отличие от женщин, у которых нет четкого разделения), представления об "идеале-мужчине" связаны с ЦО, т.е. с представлением о самом себе, и не связаны с ЦС, те с представлениями о социальных ожиданиях, предъявляемых к ним. У женщин же представления о "своем" идеале, т.е. идеале-женщине, не связаны с их ЦО, т.е. носят подчеркнуто абстрактный, собственно "идеальный" характер. Это позволяет предположить, что ЦО мужчин характеризуются устремленностью к идеалам, выступают как еще не реализованные цели или ориентиры, задающие вектор развития личности, в то время как у женщин ЦО носят более заземленный, прагматичный характер.

Заключение

Не имея возможности обсудить здесь все полученные нами результаты, остановимся на принципиальных вытекающих из них следствиях. Наиболее существенная информация заключается, на наш взгляд, в моментах несоответствия ЦО и ЦС, ЦО и ЦИ, ЦС и ЦИ, которые указывают нам направление ценностного развития личности. Одним из путей формирования личностных ценностей является путь, при котором социальная ценность вначале присутствует в сознании как только знаемая, не имеющая реального личностного смысла и побудительной силы, и лишь впоследствии, приобретая и то и другое, становится истинной личностной ценностью. Мы показали, что промежуточным этапом на этом пути становления ценности является ее "обкатка" в плане воображения, как бы примерка к себе и своей жизни. Ценность, функционирующая в плане воображения, уже имеет личностный смысл, но еще не обладает побудительной силой. Операциональные понятия ЦС и ЦИ соотносятся, на наш взгляд, соответственно с "только знаемыми" и воображаемыми ценностями. В на шем исследовании речь, естественно, не может идти о прямом соответствии, ибо, во-первых, мы обобщали групповые результаты, во-вторых, использование стандартных закрытых списков не могло не исказить картину, в-третьих, прямой отчет о ЦС и ЦИ, как и о ЦО, не всегда полностью согласуется с действительностью. Тем не менее общие тенденции, наглядно проявившиеся в наших результатах, подтверждают тот факт, что нам удалось с определенной степенью точности дифференцировать различные виды ценностных представлений. Можно предположить, что ЦИ отражают "зону ближайшего развития" личности.

Одиннадцать лет, прошедшие между первым и вторым исследованием, были ознаменованы в нашей стране глобальными изменениями и общественного бытия, и общественного сознания, которые не могли не сказаться как на всех трех изучаемых нами видах ценностных представлений по отдельности, так и на их соотношениях между собой Интересно, что если ЦО, в максимальной степени укорененные в практической жизнедеятельности испытуемых, оказались сравнительно мало подвержены переменам за этот период времени, то ЦС и ЦИ, не связанные прямо с "реально действующими" личностными ценностями, изменились весьма существенно. Это свидетельствует в пользу понимания ценностей как глубинных мотивационных структур, которые находят свое отражение в ценностных ориентациях как одной из разновидностей ценностных представлений. Как бы то ни было, дифференцированный подход к ценностным представлениям, предпринятый в настоящем исследовании, позволит более четко понять механизмы влияния макросоциальных изменений на сознание людей.