Значение праздника Воздвижения Креста Господня

Значение праздника Воздвижения Креста Господня

Скабалланович М.Н.

Будучи однородным по соединяемому воспоминанию с седмицей страстей Христовых, настоящий праздник по характеру совершенно отличается от тех, исключительных в году по умилительности и величию дней — дней, которым одним справедливо усвоено название «святых и великих». То дни плача над Божественным Страдальцем; это день радости о следствиях Его страдания, о плодах искупления. Это праздник именно в честь самого искупления в лице главного орудия, знамения и проводника его на нас. 

Орудие это достойно такого чествования, самостоятельного празднования в честь его не только по тому значению, которое оно имело в самом акте искупления, не только в виду той важности, которую оно с течением времени получило в жизни христиан, но и по тому, чем оно было для самого Христа. «Крест именуется славой Христовой и высотой Христовой», — говорит св. Андрей Критский (слово на Воздвижение), ссылаясь в подтверждение первой мысли на Ин. 13:31; 17:5; 12:28, а второй на Ин. 12:32: «аще Аз вознесен буду от земли...». «Если же Крест Христов составляет славу Христа, то и в настоящий день крест воздвигается для того, чтобы Христос прославился. Не Христос возвышается, чтобы славился Крест, но возвышается Крест, чтобы прославился Христос». 

Будучи Христовым, Его славой и высотой, Крест этот слишком близок нам уже по первоначальной идее своей. Он, собственно, наш Крест. Христос «понес на раменах своих тот самый крест, на каком распяли его, как принявший на себя наказания, определенные согрешившим»; Он «крест понес нам принадлежащий» (св. Кирилл Александрийский на Ин. кн. 12). 

Отсюда те неисчислимые блага, которые излиты на нас Крестом. «Сей добрый кормчий, наполнив изобилием всю жизнь нашу и умирив ее, доставил еще нам в будущности вечную жизнь» (св. Ефрем Сирин, слово на Честной Крест). «Крестом избавились мы от вражды и Крестом утвердились в дружбе с Богом. Крест сочетал людей с ликом ангелов, сделав их природу чуждой всякого тленного дела и доставив им возможность проводить нетленную жизнь» (слово на Воздвижение Василия Селевкийского, приписываемое и св. Иоанну Златоусту). «Он сделал чистой землю, возвел наше естество на царский престол» (св. Иоанн Златоуст, слово на поклонение Кресту). «Этот Крест обратил на истинный путь вселенную, изгнал заблуждение, возвратил истину, землю сделал небом» (слово о Кресте, приписываемое св. Иоанну Златоусту). «Он положил конец беззаконным делам мира, пресек его безбожные учения, и мир не угождает уже более диавольским законам и не связывается узами смерти; (Крест) утвердил заповедь целомудрия и искоренил сладострастие; освятил правило воздержания и низложил господство похоти. В самом деле, какое добро получено нами помимо Креста? Какое из благ даровано нам не через Крест? Через Крест мы научились благочестию и познали силу Божественной природы; через Крест мы уразумели правду Божию и постигаем добродетель целомудрия; через Крест мы познали друг друга; через Крест мы познали силу любви и не отказываемся умереть друг за друга; благодаря Кресту мы презрели все блага мира и вменили их ни во что, ожидая будущих благ и невидимое принимая, как видимое. Крест проповедуется — и истина по всей вселенной распространяется, и царство небесное удостоверяется (слово на Воздвижение Василия Селевкийского или Иоанна Златоуста). 

Помимо приобретения для человечества этих высших духовных благ, Крест издревле стал проявлять спасительную силу свою и в чисто житейских нуждах христиан. «Это знамение и во времена наших предков, — свидетельствует св. Златоуст или современный ему писатель, — отверзало заключенные двери, оно угашало губительные яды, исцеляло укусы ядовитых зверей. Если оно отверзло врата ада и открыло небесный свод, восстановило вход в рай и сокрушило силу диавола, то что удивительного, если оно преодолевает губительные яды?» (слово на поклонение Кресту, приписываемое св. Златоусту). 

Наряду с этим, так сказать, таинственным, мистическим значением для христианина, крест получил для него и чисто моральное значение. Он стал ободрением и поддержкой для него в тягостях личного крестоношения. «Посмотрите, — как бы говорит Христос, — на то, что совершил Мой Крест; сделайте и вы такого рода оружие, и совершите то, что хотите. Пусть (последователь Христов) будет так готов к тому, чтобы претерпеть заклание и быть распятым на кресте, говорит Господь, как готов тот, кто несет крест на своих плечах; пусть считает себя в столь близком соседстве со смертью. Перед таким человеком все приходят в изумление, потому что мы не так боимся вооруженных бесчисленными человеческими орудиями и крепким мужеством, как человека, одаренного такой силой» (слово на поклонение Кресту, приписываемое Златоусту). 

«Воззрение на крест вдыхает мужество и изгоняет страх» (св. Андрея Критского слово на Воздвижение). 

Наконец, крест получил для христианина и эсхатологическое значение. «Тогда, сказано, явится знамение крестное на небе. Когда „тогда”? Когда силы небесные подвигнутся. Тогда украшенные знамением церковным, стяжавшие себе этот многоценный бисер, хорошо сохранившие этот образ и подобие, восхищены будут на облаках» (Пантолей, пресвитер Византийский, чтение на Воздвижение). 

Не удивительно, что крест стал знамением христианина. «Крест дан нам в качестве знамения на челе точно так же, как Израилю обрезание; ибо через него мы верные различаемся и распознаемся от неверных» (св. Иоанн Дамаскин, слово в день Креста). 

Постепенно христианство оценило все значение для него этого знамения, этого трофея победы Христовой. И тут промысл пришел на помощь Церкви непосредственным действием своим — изведением Креста от недр земных и явлением его на небе. «Господь не допустил бы оставаться в земле, но извлек его и вознес на небо; с ним Он имеет прийти при втором пришествии Своем». (Св. Иоанн Златоуст, слово о Кресте и распятии). Он обретен при императорах, веровавших во Христа, обретен силой божественной и безыскусственной, единственно силой и твердостью веры. Когда Бог вручил христианам царские скипетры, в это именно время Ему угодно было открыть Крест через жену благочестивую, жену царицу, жену украшавшуюся царской мудростью, умудряя жену, скажем так, божественным богомудрием, дабы она, пользуясь отчасти силой слова, свойственной царственной особе, употребила все, что только могло сдвинуть непреклонное сердце иудеев» (св. Андрей Критский, слово на Воздвижение). «Вышло из сокровищниц земли знамение Владыки, знамение, потрясенные которым адские пещеры освободили содержимые в них души. Вышла духовная жемчужина верных, утвержденная в венце Христовом, дабы озарить целую вселенную. Он явился, чтобы быть воздвигнутым, и воздвигается, чтобы явиться (чтобы его видели). Многократно поднимают его и показывают народу, только что не восклицая: «се обретено утаенное сокровище спасения» (св. Андрей Критский, слово на Воздвижение). 

Установленный в память обретения и явления Креста праздник, конечно, имел в душах христиан давно уже подготовленную почву, был ответом на давний запрос их духа. Но он, сразу получив широкое распространение и большую торжественность, без сомнения умножал любовь ко Кресту и почитание его. Крест получает теперь особое значение в борьбе христианина с невидимыми врагами его спасения, особенно в руках подвижников. Теперь оценивают и все значение его не только в деле нашего спасения, совершенном Христом, но и в ветхозаветном приготовлении этого спасения, объясняя и здесь многое его, так сказать, возвратным действием [109]. 

Примечание 

[1] О той любви и благоговении, которые получил Крест очень скоро после его обретения и установления особого праздника в честь его, свидетельствует апокрифическое сказание о нем, передаваемое уже писателем конца IV в. Северианом Гавальскимь. Авраам на месте соединения рек Иора и Дана в одну реку встретил человека, рыдавшего о своих грехах, и велел ему, если он хочет умолить Бога, принести ему три полена. Их патриарх воткнул треугольником на расстоянии половины поприща от обеих рек и велел грешнику поливать их 40 дней по 40 мер воды на каждое полено, сказав, что если они вырастут, то Бог помилует грешника. Они выросли, и грешник пришел поблагодарить Авраама. Выросши еще больше, поленья соединились верхушками и образовали чудное дерево. Оно срублено было для храма Соломонова, но когда его поднимали на приготовленное место в потолке, оно все изменялось в длине и поэтому его вынуждены были положить в храме. Царица Савская, увидев его, воскликнула: «О, треблаженное древо, на немже распяся Христос, Царь и Господь». Тогда Соломон поставил это дерево в восточной стороне храма, обвесив его 30 серебряными венками по 30 сребреников каждый. Один из этих венков дан был в плату Иуде. Были сняты заодно и другие венки, и дерево потеряло свой вид; из него и сделали Крест Христов.