Судебная реформа 1864-го года

Судебная реформа 1864-го года

Вопрос 1В период кодификации судебная система была упорядочена, но этот порядок был лишь на бумаге. В национальных окраинах действовали свои суды, военные суды, даже был создан особый суд для декабристов. В судопроизводстве имели место инквизиционные начала, отсутствовали четкие критерии возбуждения дела, срок рассмотрения дела (рассмотрение дела могло превратиться в бесконечную волокиту), неравенство сторон. Высшая бюрократия обладала неприкосновенностью, которой они могли лишиться только по решению Совета Министров и общего собрания департамента. Суды работали неэффективно, всего 12% дел заканчивалось обвинением.Основная идея реформы – “суд равный, скорый, правый”. На деле же изменения коснулись только процессуального права, материальное, уголовное и гражданское осталось без изменений. Первоначально материалы по реформе готовил 2-й отдел собственной его императорского величества канцелярии. За основу взят прусский вариант, т.е. уменьшение числа инстанций, добавление элемента состязательности. Были и другие положения реформы, они вызвали резонанс в обществе, причем неоднозначный. Статс-секретарь Зарубный председательствовал в производстве реформы, он взял католический (сардинский) и венгерский варианты судопроизводства. К осени 1865 г. уставы были готовы и их опубликовали в прессе, для наблюдения реакции населения, реакция была различной. В 1864 г. уставы опубликованы как законы. Уставы состояли из 4-х книг: 1. Устав гражданского судопроизводства. 2. Устав уголовного судопроизводства. 3. Учреждение судебных установлений. 4. О наказаниях, налагаемых мировыми судьями.Основные идеи: отделения суда, как ветви власти, гласность, несменяемость судей, устранение самостоятельности мировой юстиции для маловажных дел, отмена формальных доказательств, учреждение кассационного суда, устройство прокурорского надзора и появление присяжных заседателей, адвокатуры, нотариата, судебных следователей и т.д. Судебная система имела 2 уровня:

Общие суды. Все изменения произошли в общих судах. Общие суды освободили от решения мелких дел, решали споры о недвижимости. 

Мировая юстиция. Они могли наложить штраф, телесные наказания, но не более.

Волостные суды стоят особняком.Создавались судебные округа, в них созданы окружные суды, состоящие из 2-х палат, по гражданским и уголовным делам. Присяжные работали в отделах по уголовным делам.Второй инстанцией была судебная палата. Их по России было около 10, они обладали надзорными функциями, ведали исполнительным судопроизводством.Третья инстанция – Сенат.До реформы, следствие вела либо полиция, либо суд. Теперь только у полиции сохранились функция предварительного дознания. Судебный следователь входил в состав суда, назначался министром юстиции и утверждался императором, впрочем, как и весь состав суда. В работе судебный следователь был подконтролен прокуратуре.Прокурор независим от местной администрации, подчинен министру юстиции и императору. Прокурора обязательно ставили в известность о следствии, после окончания следствия он мог передать дело в суд, либо прекратить его. При поступлении дела в суд, знакомил с собственноручно составленным актом, подсудимого и защитника.Адвокатура представлена присяжными и частными поверенными. Присяжные работали при суде, частные – отдельно от него. Термина “адвокат” до этого не было. Подсудимый сам выбирал себе адвоката, по ряду дел присутствие адвоката было обязательным, при отсутствии средств могли выбрать или назначить государственного защитника.Судьи общих судов. Весь состав назначался императором. Назначение происходило только с их согласия и все такое (смотреть выше). Появляются судебные приставы. Присяжные заседатели. Списки присяжных заседателей составляли в количестве 30 человек, каждая сторона могла отклонить без причин по 6 кандидатур. В заседании участвовало 12 присяжных. Эта работа была бесплатной. Присяжные решали 2 вопроса:

о действительности событий, давших повод для обвинения. 

о виновности подсудимого.

Интересно, что при утвердительном решении первого вопроса, второе не следовало с необходимостью.Судебный процесс различался по гражданским и уголовным делам в общих и местных судах. Уголовный процесс был смешанным, следственно-состязательным. Государство в лице следователя начинало уголовное преследование и вело тайно, в интересах следствия. Но участвующие в деле могли подавать жалобы прокурору или суду. Главная стадия – судебное заседание. Где устно и гласно проверялись материалы предварительного следствия, обвинение и защита в правах равны. После председатель объяснял присяжным обстоятельства дела и законы, относящиеся к этому преступлению. Разъяснял юридические основания о силе доказательства в пользу и против подсудимого, затем председатель формулировал вопросы, на которые должны были ответить присяжные. Это очень тонкий момент, учитывая юридическую грамотность присяжных, председатель мог сформулировать вопросы по-разному.Гражданский процесс состязательный, суд сам не занимался изысканием доказательств, пользовался предоставленными показания свидетелей, документами, экспертизой, заключениями экспертов, специалистов. Отменяется формальная система доказательств, теперь законодательно. На практике применение уставов во многом зависело от людей, которые реализуют эти уставы, существовала дилемма между правдой внутренней и внешней, так глазами Толстого, председатель суда вел праздную жизнь, в основном аморальную, судебный пристав же представлен человеком – пившим запоями.

Судебная реформа 1864 года.Судебная реформа 1864 года – либерально-буржуазное преобразование царским правительством всей судебной системы и порядка гражданского и уголовного процессов в России. Реформа внесла значительные изменения в судоустройство крепостнической России, отличавшееся узкосословной системой, прямой зависимостью суда от администрации, многообразием и многочисленностью судебных инстанций, инквизиционным характером процесса, основанного на теории формальных доказательств.Реформа отразила классовые интересы русской буржуазии, которая в целях упрочения своих позиций нуждалась в объявлении формального равенства всех перед судом, в утверждении начал буржуазной законности. Это проявилось во введении суда присяжных, адвокатуры, реорганизации прокуратуры, в новой организации судебного процесса и судебных учреждений. Характеризуя экономическую   и   политическую   сущность   крестьянской   реформы   1861   г.,   В. И. Ленин подчеркнул неразрывную связь всех реформ 60-х гг. XIX в.: «Если бросить  общий  взгляд  на  изменение  всего  уклада  российского  государства в 1861 году, то необходимо признать, что это изменение было шагом по пути превращения феодальной монархии в буржуазную монархию. Это верно не только с экономической, но и с политической точки зрения. Достаточно вспомнить характер реформы в области суда, управления, местного самоуправления и т. п. реформ, последовавших за крестьянской реформой 1861 года, - чтобы убедиться в правильности этого положения».[7]

Судебными уставами 1864 года создавалась оригинальная и эффективная система правосудия. Она имела две ветви, две подсистемы, которые объединял высший судебный орган – Сенат: общие суды и мировые суды. Кроме того, существовали суды особой подсудности: военные, волостные, коммерческие и другие, создание которых предусматривалось иными законодательными актами.

Следует также иметь в виду, что проведение судебной реформы продолжалось до конца XIX века. Первые общие суды открылись только в 1866 году, они распространили свою деятельность лишь на десять из губерний центральной России. На остальной же территории страны продолжали действовать прежние суды, руководствовавшиеся и несколько иным процессуальным законодательством.

Административно-территориальное и судебно-территориальное деление империи после реформы не совпадали. Уезды и города были разделены на участки мировых судей. Территория, подведомственная окружным судам, охватывала несколько уездов, округа судебных палат – несколько губерний. Окружные суды были судами первой инстанции общих судов, судебные палаты – судами второй инстанции. В начале ХХ века в империи было 106 окружных судов и 14 судебных палат. «Отцы» судебной реформы объясняли такую судебно-территориальную структуру сочетанием мировой и общей юстиции, а также недостатком квалифицированных юристов для создания общих судов в каждом уезде. Но сегодня мы видим преимущества такой организации правосудия в большей изоляции судебных и административных органов. При такой структуре все уездное начальство не только по табели о рангах, но и по реальному статусу, было лишено возможности оказывать на судей какое-либо влияние. Соответственно, и судьи второй инстанции избавлялись от давления на них со стороны губернской бюрократии.

Записки Безобразова (6 мая 1956 года) виновницей беззакония в стране с неизбежным последствием – социально-политической стагнацией – называет бюрократию. «Бюрократия, - писал он, - делает все, она обдумывает и пишет законы, рассматривает судебные дела, правит церковью, финансами, государственным хозяйством…» Одно из центральных мест отвел Безобразов юстиции. Он писал: «Правосудие – это первая потребность жизни гражданской почти отсутствует, ибо суд получается большею частью ценою денег или влияния. Нетрудно доказать, ежели бы это не было всем известно, что нет дела сопряженного сколько-нибудь со значительным интересом, которое имело бы правильно законное производство»[8]. 

Еще более значительной гарантией независимости судов стал принцип несменяемости судей, закрепленный ст.243 учреждения судебных установлений. Согласно этой статье, председатели и члены окружных судов и судебных палат не могли быть уволены или переведены с одной должности на другую без их согласия, кроме как по приговору суда. Все постоянные, профессиональные члены окружного суда и судебной палаты, так называемые коронные судьи, назначались императором по представлению министра юстиции. Для назначения на должность члена окружного суда необходимо было иметь высшее юридическое образование и стаж работы в суде или прокуратуре не менее трех лет (в звании присяжного поверенного – 10 лет). Для более высоких должностей стаж увеличивался.

Окружные суды состояли из одного или нескольких отделений по уголовным и гражданским делам. Они разбирали большинство дел, причем все гражданские и значительная часть уголовных разбирались коронными судьями. Для рассмотрения дел о преступлениях, за которые могло быть назначено наказание в виде лишения прав состояния, как особенных, связанных с принадлежностью к привилегированным сословиям, так и всех прав (имущественных, брачно-семейных и т.д.), привлекались присяжные заседатели. Как правило, лишение прав состояния сопровождалось другими наказаниями: каторжными работами, ссылкой, тюрьмой – и назначало за тяжкие преступления. Таким образом, суд присяжных являлся не самостоятельным учреждением, а особым присутствием окружного суда. К его подсудности не были отнесены дела о государственных преступлениях, а также значительная часть должностных преступлений и некоторые другие[9].

Теория свободной оценки доказательств была приспособлена главным образом к деятельности суда присяжных, а ее сущность выражена в правилах, определявших исследование доказательств и вынесение судебного решения в этом суде. Правила свободной оценки доказательств должны были создать иллюзию беспристрастности судей, убеждение которых формируется якобы исключительно под влиянием тех впечатлений, которые присяжные получают в ходе судебного разбирательства.

Действительный характер, направление и содержание деятельности суда обуславливалось тем, что суд был органом буржуазного государства. Это определяло как классовый состав судей, так и их буржуазное мировоззрение и правосудие.

Реформой 1864 года была установлена следующая система судов: суды с избираемыми судьями – мировые судьи и съезды мировых судей – и суды с назначаемыми судьями – окружные суды и судебные палаты. Каждый уезд с входившим в него городом, а в ряде случаев и отдельно крупный город составляли мировой округ, делившийся на несколько участков. Каждый из них имел одного участкового, мирового судью и одного почетного. Мировые судьи – участковые и почетные – избирались на три года местными органами городского и земского самоуправления (уездными земскими собраниями и городскими думами) из числа лиц, проживавших в данной местности и имевших определенный возрастной, образовательный, служебный и имущественный ценз (имущественный ценз определялся недвижимой собственностью не менее чем в 15 тысяч рублей или равнялся двойному земскому земельному цензу)[11].

Новая судебная система по сравнению с прежней отличалась определенной стройностью. Для разбора мелких уголовных, гражданских дел учреждался институт выборных мировых судей. Мировой судья единолично рассматривал дела по обвинению в преступлениях, за совершение которых могло быть определено одно из следующих наказаний: замечание, выговор, денежное взыскание на сумму не свыше 300 рублей, арест на срок не свыше трех месяцев, заключение в тюрьму на срок до одного года. Мировые судьи (участковые и почетные) данного округа собирались на уездные съезды мировых судей или мировой съезд судей, который был окончательной апелляционной инстанцией. Дальнейшее рассмотрение дел мировых судей проводилось лишь в кассационном порядке в Сенате.

Сенат в процессе судебной реформы также претерпел изменения. Он превратился в единственный в стране кассационный суд. Основное отличие кассационного порядка обжалования судебных решений и приговоров от апелляционного порядка обжалования в России состояло в том, что поводом для кассации являлись процессуальные правонарушения.

Институт мировых судей при всей ограниченности демократизма в нем не удовлетворял высшее чиновничество и в 1889 году был упразднен везде был, кроме Москвы, Петербурга и Одессы. Мировые судьи были заменены назначаемыми лицами.

В первые годы после введения Судебных уставов в составе почетных мировых судей, по словам А.Ф.Кони, было немало чутких, порядочных людей. Мировой судья Н.В.Почтенов, весьма образованный человек, вносил в разбирательство дел «живую струю впечатлительной струи». У него правосудие было поставлено хорошо, и местные жители относились к нему с доверием. Большое влияние на съезд мировых судей оказывал А.Р.Шидловский – олицетворение трудолюбия, педантизма и корректности.

Судебная реформа 1864 года создала систему общих судов. Судами первой инстанции были окружные суды. Каждый окружной суд учреждался для рассмотрения гражданских и уголовных дел, выходивших за рамки подсудности мирового судьи[12].

Второй инстанцией в системе общих судов являлась судебная палата. В ней в апелляционном порядке рассматривались дела по жалобам на приговоры и решения окружных судов, вынесенные без присяжных заседателей. Кроме того, к ее подсудности были отнесены дела об особо опасных преступлениях – государственных и должностных. Эти дела должны были рассматриваться коронным судом с сословными представителями, по одному от каждого сословия: губернский (или уездный) предводитель дворянства, городской голова и волостной старшина.

В отличие от суда присяжных особое присутствие судебной палаты представляло собой единую коллегию коронных судей и народных представителей, причем права всех членов присутствия были равны и в процессе судебного следствия, и при вынесении приговора. Но это формальное равенство не приводило к повышению их роли по сравнению с присяжными заседателями. Напротив, как заметил Г.А.Джаншиев, «эта форма ничем почти не  отличается от обыкновенного коронного суда»[13], а В.И.Ленин писал, что сословные представители «представляют из себя безглазых статистов, играют жалкую роль понятых, рукоприкладствующих то, что угодно будет постановить чиновникам судебного ведомства»[14].

Большое значение для независимости суда и упрочения принципа законности в уголовном и гражданском процессах дореволюционной России имело создание адвокатуры и реорганизация прокуратуры. Адвокатура, созданная судебной реформой, сразу заявила о себе решительно и смело.

В адвокатуру потянулись видные юристы-профессора, прокуроры,     обер-прокуроры Сената и лучшие юристы, состоявшие при коммерческих судах. Сюда и вошел друг М.Е.Салтыкова-Щедрина известный деятель движения крестьянского освобождения А.М.Унковский. На страницах газет и журналов все чаще стали встречаться имена адвокатов: Ф.Н.Плевако, В.Д.Спаговича, К.К.Арсеньева, Н.П.Карабчевского, А.М.Унковского, А.И.Урусова, С.А.Андреевского, П.А.Александрова, В.М.Пржевальского, А.Я.Пассовера и других[15].

Адвокатура по судебным уставам была двух категорий. Адвокатами высшей категории являлись присяжные поверенные, которые объединялись в корпорации по округам по округам судебных палат. Присяжные поверенные избирали Совет, который ведал приемом новых членов и надзором за деятельностью отдельных адвокатов.

Вторую, низшую категорию адвокатуры составляли частные поверенные. Они занимались малозначительными делами и могли выступать в тех судах, при которых состояли.

Большое значение для утверждения новых демократических принципов судопроизводства имела и реорганизация прокуратуры. После судебной реформы прокуратура освободилась от функции общего надзора, ее деятельность ограничивалась только судебной сферой. Если до судебной реформы прокурор должен был выступать в суде «как взыскатель наказания и вместе с тем защитник невинности», то теперь главной его задачей становился надзора дознанием и следствием и поддержание государственного обвинения в суде. Новая прокуратура создавалась при судах.

В соответствии с судебными уставами учреждались должности прокурора судебной палаты и его товарищей. Организация прокуратуры строилась на принципах строгой иерархичности, единоначалия и взаимозаменяемости в процессе. Прокурорский надзор осуществлялся под высшим руководством министра юстиции как генерал-прокурор. Обер-прокуроры Сената и прокуроры судебных палат непосредственно подчинялись генерал-прокурору, прокуроры окружных судов действовали под руководством прокуроров судебных палат. Число товарищей прокурора и распределение их обязанностей зависели от размеров судебного округа. Безусловно, прокуроры находились в гораздо большей зависимости от правительства и в силу их прямого подчинения министру юстиции, и потому, что на них не распространялся принцип несменяемости.

Первое поколение работников прокуратуры немногим уступало своим коллегам-противникам – адвокатам и в соблюдении норм судебной этики, и в стремлении установить в деле истину, а не доказывать вину подсудимого во что бы то ни стало. Прокуратура ни в первые годы своего существования, ни в последствии не была подвержена коррупции. К чести прокуратуры следует отнести выигранное дело миллионера Овсянникова, дело игуменьи Митрофании, так называемые банковские процессы и другие.

Между обвинением и защитой происходили публичные состязания в правильном понимании и применении закона, в остроумии, в блеске фраз и в постижении тончайших зигзагов человеческой души. Прокуратура щеголяла «беспристрастием», защита брала изворотливостью и патетикой.

Таким образом, судебная реформа создала не только новый суд, но и новую систему правоохранительных органов, более того, новое понимание и представление о законности и правосудии.

Учреждением судебных установлений (ст.237 и 239) предусматривалось, что основой внутренней самостоятельности судей служат прочность судейских должностей и равенство судей: у них не может быть начальников; члены всех судебных инстанций как судьи равны между собой, а сами судьи различаются только по степени власти – суды первой и высших инстанций. Прогрессивными были и такие важные принципы, закрепленные в Судебных уставах, как коллегиальность суда, несменяемость судей и дисциплинарная ответственность их только перед судом, несовместимость судебной службы с другими профессиями[16].

Губернатор уже не мог, как раньше, арестовать судью за несоответствующий его представлению о законе приговор, а подсудимые и потерпевшие, истцы и ответчики были избавлены от необходимости задабривать судебных чиновников. Избираемые мировые судьи пришли на смену полицейским чиновникам. Вину подсудимого нужно было доказывать гласно, в борьбе с адвокатурой перед лицом представителей населения – присяжных заседателей. Суд присяжных оказал мощное благотворное влияние на всю судебную систему и даже, в некоторой мере, на политическую систему России.

Первые шаги новых судов, и в особенности суда присяжных, были встречены одобрением и правительства, и печати[17].