Гражданин земли Русской

Гражданин земли Русской 

Воропаев В. А. 

Писатель Борис Зайцев свой очерк "Жизнь с Гоголем" начинает отрывком из первой книги автобиографической тетралогии "Путешествие Глеба": "После вечернего чая - со сливками, горячим хлебом, ледяным маслом, в промежутке до ужина, под висевшей над столом лампой отец читал Гоголя. Мать шила. Девочки вязали. Глеб сидел рядом с отцом и благоговейно смотрел ему в рот. Казаки носились по невиданному полю перед фантастическим Дубно и сражались подобно героям "Илиады". Все они были великолепны, громоподобны и невероятны. Но высокий звон речи гоголевской сотрясал душу, волновал ребенка, владел им как хотел. Да и отец, хоть не дитя, читал с волнением. Когда дошло до казни и Остап, в терзаниях на эшафоте не выдержал, крикнул: "Батько! Где ты? Слышишь ли ты все это?", а Тарас ответил: "Слышу" - отец остановился, вынул носовой платок, поочередно приложил к правому, левому глазу. Глеб встал, подошел сзади, обнял его и поцеловал - этим хотел выразить все восхищение свое и Гоголем, и отцом. Ему показалось, что и он мог бы выдержать эти мучения, а отец был бы Тарасом". Так описывает Зайцев первую встречу ребенка с Гоголем.

Рассказывая в "Авторской исповеди" о том, как он стал писателем, Гоголь говорит: "…когда я стал задумываться о моем будущем (а задумываться о будущем я начал рано, в те поры, когда все мои сверстники думали еще об играх) мысль о писателе мне никогда не всходила на ум, хотя мне всегда казалось, что я сделаюсь человеком известным, что меня ожидает просторный круг действий и что я сделаю даже что-то для общего добра… Но как только я почувствовал, что на поприще писателя могу сослужить также службу государственную, я бросил все: и прежние свои должности, и Петербург, и общества близких душе моей людей, и самую Россию, затем, чтобы вдали и в уединенье от всех обсудить, как это сделать, как произвести таким образом свое творенье, чтобы доказало оно, что я был также гражданин земли своей и хотел служить ей".

Любовь к Отечеству, понимаемая как служение "гражданина земли своей", пронизывает все творчество Гоголя, - она видна уже в первой прозаической книге писателя - "Вечерах на хуторе близ Диканьки". Герой повести "Страшная месть" Данило Бурульбаш выступает как самоотверженный оборонитель родных рубежей. Воинское братство для него дороже, чем все земные привязанности. Его любимая жена Катерина выпустила из темницы своего отца-колдуна, в котором Данило распознал злейшего врага, - предателя Родины. Не зная, кто выпустил пленника, он сурово говорит жене: "Если бы только думу об этом держал в голове хоть один из моих казаков и я бы узнал… я бы и казни ему не нашел!" "А если бы я?.." - со страхом спрашивает Катерина. "Если бы ты вздумала, тогда бы ты не жена мне была. Я бы тебя зашил тогда в мешок и утопил бы на самой середине Днепра!.."

Героической борьбе малороссов против чужеземцев посвящено одно из лучших творений Гоголя - историческая повесть "Тарас Бульба". С подлинно эпическим размахом создает автор яркие, могучие характеры запорожцев. Суров и непреклонен полковник Тарас, опытный предводитель казацкого войска. Служению Родине и "товариществу" он отдает без остатка всего себя. Гимном русскому боевому братству звучат слова Тараса: "Нет уз святее товарищества! Отец любит свое дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать; но это не то, братцы: любит и зверь свое дитя! но породниться родством по душе, а не по крови, может один только человек. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в Русской земле, не было таких товарищей".

Боевые сцены под стенами Дубно - центральные в повести. Доблестно сражаются запорожские казаки, вызывая восхищение даже у своих врагов. "Далеко понеслось громкое хлопанье по всем окрестным полям и нивам, сливаясь в беспрерывный гул; дымом затянуло все поле; а запорожцы все палили, не переводя духу: задние только заряжали да передавали передним, наводя изумление на неприятеля, не могшего понять, как стреляли казаки, не заряжая ружей… Сам иноземный инженер подивился такой, никогда им не виданной тактике, сказавши тут же при всех: "Вот бравые молодцы-запорожцы! Вот как нужно биться и другим в других землях!"

Действия казаков даны как бы крупным планом, штрихами яркими, заключающими в себе нередко патетическую гиперболу, характерную для героического эпоса. Мы видим и весь ход боя, и действия отдельных бойцов с их воинскими приемами, их наружность, оружие, одежду. Уже первые читатели "Тараса Бульбы" увидели в повести образец эпического стиля. Работая над книгой, Гоголь пересмотрел множество летописей и исторических источников. Он прекрасно знал эпоху, которой посвящено его произведение. Но важнейшим материалом, который помог писателю так ярко описать запорожцев, стали народные песни и думы. Гоголь был глубоким знатоком и собирателем устного народного творчества. "Моя радость, жизнь моя! песни! как я вас люблю! - писал он в 1833 году своему другу, известному фольклористу Михаилу Максимовичу. - Что все черствые летописи, в которых я теперь роюсь, перед этими звонкими, живыми летописями!"

Именно в песнях находил Гоголь отражение настоящей народной жизни. "Это народная история, живая, яркая, исполненная красок, истины, обнажающая всю жизнь народа", - писал он в статье "О малороссийских песнях". Автор "Тараса Бульбы" сознательно обращается к поэтике фольклора, из героических народных песен черпает образы, краски, приемы. Так, например, он широко использует былинно-песенный прием распространенных сравнений: "Как плавающий в небе ястреб, давши много кругов сильными крылами, вдруг останавливается распластанный среди воздуха на одном месте и бьет оттуда стрелой на раскричавшегося у самой дороги самца-перепела, - так Тарасов сын, Остап, налетел вдруг на хорунжего и сразу накинул ему на шею веревку".

Один из самых характерных приемов народной поэзии - троекратные повторения. В повести Гоголя в разгар битвы Тарас трижды перекликается с казаками: "А что, паны? есть еще порох в пороховницах? не ослабела ли казацкая сила? не гнутся ли казаки?" И трижды слышится ему в ответ: "Есть еще, батько, порох в пороховницах; не ослабела еще казацкая сила, еще не гнутся казаки!"

Героям Сечи свойственна одна общая черта - их самоотверженная преданность Родине. Сраженные в битве казаки, умирая, славят Русскую землю. Сбываются слова Тараса: "Пусть же знают они все, что такое значит в Русской земле товарищество. Уж если на то пошло, чтобы умирать, так никому ж из них не доведется так умирать!.." Вот пошатнулся смертельно раненый удалой атаман Мосий Шило, наложил руку на свою рану и сказал: "Прощайте, паны-братья, товарищи! пусть же стоит на вечные времена православная Русская земля и будет ей вечная честь!" Добрый казак Степан Гуска, поднятый на четырех копьях, только и успел воскликнуть: "Пусть же пропадут все враги и ликует вечные веки Русская земля!" Упал старый Касьян Бовдюг, сраженный пулей в самое сердце, но, собрав последние силы, сказал: "Не жаль расстаться с светом! дай Бог и всякому такой кончины! пусть же славится до конца века Русская земля!"

Гоголю важно показать, что запорожцы сражаются и умирают за православную веру. "И понеслась к вышинам Бовдюгова душа рассказать давно отшедшим старцам, как умеют биться на Русской земле и, еще лучше того, как умеют умирать в ней за святую веру". Вот пал, пронзенный копьем, куренной атаман Кукубенко, лучший цвет казацкого войска. Повел он вокруг себя очами и проговорил: "Благодарю Бога, что довелось мне умереть при глазах ваших, товарищи! пусть же после нас живут лучшие, чем мы, и красуется вечно любимая Христом Русская земля!" Автор восхищается своим героем: "И вылетела молодая душа. Подняли ее ангелы под руки и понесли к небесам; хорошо будет ему там. "Садись, Кукубенко, одесную Меня! - скажет ему Христос. - Ты не изменил товариществу, бесчестного дела не сделал, не выдал в беде человека, хранил и сберегал Мою Церковь".

Читая "Тараса Бульбу", понимаешь, что нет на свете преступления более страшного и позорного, чем измена Родине. Младший сын Тараса, презрев священный долг, увлекся красивой полячкой и перешел на сторону врагов Сечи. Как грозное возмездие воспринимает Андрий свою последнюю встречу с отцом. На вопрос Тараса: "Что, сынку! Помогли тебе твои ляхи?" - Андрий "был безответен". "Так продать? продать веру? продать своих?" Не чувствует жалости к сыну-изменнику Тарас. Без колебания вершит он свой суд: "Я тебя породил, я тебя и убью!" Покорно принимает Андрий приговор отца, понимая, что нет у него и не может быть оправдания. Он не только предатель, но и богоборец, так как отрекаясь от родины ("Кто сказал, что моя отчизна Украйна? кто дал мне ее в отчизны?"), он отрекается от Божьего установления: только Он указывает каждому место его рождения, и человек должен любить данную ему Богом Родину.

А вслед за этим попадает в плен старший сын Тараса Остап. С риском для жизни пробирается в стан врагов отец, чтобы поддержать его в минуту мучительной казни. Вскоре и сам Тарас мужественно погибает в огне, распятый на дереве. В последние минуты жизни он думает не о себе, а о товарищах, о Родине. "…Уже казаки были на челнах и гребли веслами; пули сыпались на них сверху, но не доставали. И вспыхнули радостные очи у старого атамана. "Прощайте, товарищи! - кричал он им сверху. - Вспоминайте меня и будущей весной прибывайте сюда вновь да хорошенько погуляйте! Что, взяли, чертовы ляхи? думаете, есть что-нибудь на свете, чего бы побоялся казак? Постойте же, придет время, будет время, узнаете вы, что такое православная русская вера!"

Гоголя занимала мысль - не грешно ли христианину убивать людей на поле брани. Среди его выписок из творений святых отцов и учителей Церкви есть такая: "…не позволительно убивать, но убивать врагов на брани и законно, и похвалы достойно" (Из святителя Афанасия Александрийского). А вот выписка из современного Гоголю автора, епископа Гедеона Полтавского: "Облекается ли кто в воинственное мужество: оно возвышенно, когда дышит верою; ибо тогда не отчаяние, не страх, не боязнь, не ожесточение живет в груди воина, но великодушие, поражающее врага без презрения к нему; тогда не мщение, не злоба, но благородное сознание своих достоинств наполняет его сердце".

Без сомнения, Гоголю известен был и ответ равноапостольного Кирилла ученым мусульманам об употреблении христианами оружия. Этот ответ мы читаем в житии просветителя славян. Однажды арабы спросили его: "Если Христос есть ваш Бог, то почему же вы не делаете того, что Он велит вам? Ведь написано в Евангелии: молитесь за врагов, делайте добро ненавидящим и притесняющим вас и бьющим вас подставляйте щеку. Вы же поступаете не так: против противников ваших вы оттачиваете оружие". Святой Кирилл отвечал: "Если в каком законе будет написаны две заповеди и даны людям для исполнения, то кто из людей будет истинный исполнитель закона: тот ли, кто исполнит одну заповедь, или тот, кто - две? "Конечно, лучшим исполнителем будет тот, - отвечали арабы, - кто исполнит две заповеди". "Христос Бог наш, - сказал на это святой, - повелел нам молиться за обидящих нас и благотворить им, но Он также сказал и это: "Больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя". Мы переносим обиды, если они направлены только против кого-либо в отдельности, но мы заступаемся и даже полагаем души свои, если они направлены на общество, чтобы наши братья не попали в плен, где могли бы быть совращены к богопротивным и злым делам".

В книге "Выбранные места из переписки с друзьями" Гоголь подводит итог своим размышлениям о том, правомерно ли защищать святыню веры силою оружия: "Чернецы Ослябя и Пересвет, с благословенья самого настоятеля, взяли в руки меч, противный христианину…" Это было перед Куликовской битвой, когда преподобный Сергий Радонежский, игумен земли Русской, благословил святого князя Димитрия Донского на сражение с татарами.

И все же главным оружием, не отменяя оружия вещественного, Гоголь считал молитву. В 1847 году он писал: "Россия молилась не напрасно. Когда она молилась, то она спасалась. Она помолилась в 1612, и спаслась от поляков; она помолилась в 1812, и спаслась от французов".

Почему же запорожцы, отважные воины, готовые положить свои головы за православную веру, тем не менее потерпели поражение? Как пишет Гоголь, "вся Сечь молилась в одной церкви и готова была защищать ее до последней капли крови", но при этом она "и слышать не хотела о посте и воздержании". То есть вольно или невольно казаки подвергали себя в связи с этим большим опасностям. Хватало у них силы, хватало храбрости, душа устремлялась в бой, но при первом же затишье начиналось повальное пьянство. При осаде Дубно запорожцы напились и подверглись избиению от поляков, - их погубило невоздержание. Сам Тарас попал в руки ляхов из-за потерянной "люльки" - табачной трубки. Невоздержанность приводит и к нехристианскому поведению на войне. Так, после казни Остапа Тарас как бы справляет страшные языческие поминки по сыну, уничтожая в каждом захваченном польском селе поголовно все население, не разбирая пола и возраста.

Повесть "Тарас Бульба" была популярна не только в России, но и во всем мире. Ее приравнивали к таким классическим эпическим произведениям, как "Илиада" Гомера (на которую Гоголь и ориентировался). Книга многократно переделывалась для театра и для оперной сцены, а также экранизировалась. "Тарас Бульба" всегда был любимым детским чтением. Известно, что святому мученику царевичу Алексию Николаевичу, сыну царя-мученика Николая Александровича, не однажды читали повесть Гоголя, и она ему очень нравилась. А многие произведения отечественных писателей, среди них и сочинения Гоголя, перечитывались членами царской семьи и в заточении - в Тобольске и Екатеринбурге. И в наши дни гениальная повесть Гоголя "Тарас Бульба" утверждает добрые чувства, в том числе мужество и патриотизм, в сердцах юных читателей.