Жизнь и творчество Бальзака

3



Содержание



Введение

1. Начало писательской карьеры

2. Главные персонажи О. Бальзака

2.1 Папаша Гобсек

2.2 Рафаэль и «шагреневая кожа»

2.3 Евгения Гранде

3. «Человеческая комедия»

4. «Обедня безбожника» как продолжение сборника

Заключение

Список литературы


Введение



Творения большого писателя — это всегда особый мир, неповторимо своеобразный, со своими законами, своими излюбленными темами и характерными конфликтами, обликом героев, своим колоритом. Необозримо широкая и сложная действительность преломляется в восприятии такого художника и воссоздается им правдиво и вместе с тем в ему одному присущих формах и красках. В этом необходимый признак таланта!

Сказанное относится полностью к Оноре Бальзаку — крупнейшему французскому писателю прошлого века. Главное в его наследии — «Человеческая комедия», объединившая десятки больших и малых романов, повестей, новелл в художественное целое. Этот труд писатель любил сравнивать с монументальным архитектурным ансамблем. В предисловии к своей эпопее Бальзак писал: «Огромный размах плана, охватывающего одновременно историю и критику Общества, анализ его язв и обсуждение его основ позволяют, мне думается, дать ему то заглавие, под которым оно появляется теперь: «Человеческая комедия».

Бальзак, ровесник Пушкина, родился 20 мая 1799 года в городе Туре па реке Луаре (к юго-западу от Парижа), в области Турени, благодатную природу которой он в течение всей жизни нежно любил и описал во многих своих произведениях. Отец Бальзака, чиновник, больших доходов не имел, молодой Оно-ре должен был рано думать о заработке. Окончив коллеж, он стал по желанию отца изучать в Школе права юридические науки и работать для практики в нотариальной конторе у адвоката. В это же время Бальзак слушает лекции по литературе в Сорбонне, учащийся Школы права и судейский клерк чувствовал неодолимое призвание к литературному творчеству. В девятнадцать лет он, отнюдь не поощряемый родителями, сурово урезавшими его содержание, оставил школу, а вскоре затем и контору, чтобы отдаться любимой работе.


1. Начало писательской карьеры



Период литературного ученичества был долгим и - трудным, длился почти десять лет. Молодой Бальзак попытался обрести необходимую для его занятий материальную независимость, купив на взятые взаймы средства типографию, но не сладил с конкурентами и вынужден был продать свое дело. Всю жизнь потом он нес тяжкое бремя долговых обязательств и на собственном опыте узнал чудовищную практику ростовщиков, выплачивая бесконечные проценты, так и не освободившись от них до конца своей жизни. Долги отравили его существование, пришпоривая и без того немыслимо напряженную работу, лишая возможности свободно отдаваться своим интересам и привязанностям. Ему принадлежат выстраданные слова: «В наши дни наиболее реальным воплощением античных фурий являются кредиторы». Не случайно героем одного из первых его зрелых произведений стал ростовщик — живое воплощение власти денег над людьми.

Жизнь во всех ее областях была полна бурных перемен — следствий Великой французской революции конца XVIII века. Старый феодальный строй был бесповоротно сломлен, буржуазия набирала сил, и после неоднократных смен политических режимов в стране революция 1830 года довершила победу буржуазии. Росли города, расширялась промышленность, появлялось все больше технических усовершенствований и изобретений, возникали новые отрасли науки, авторитет которой возрастал. Вместе с жизнью страны менялись моральные нормы: почтение к денежному мешку пересилило моральные заветы прошлого, упали в цене стародворянские представления о долге и чести. Бальзак был страстным наблюдателем столь наглядно изменявшейся жизни.

Перевороты в обществе и сознании людей отразились в литературе. Бурное романтическое движение уничтожило множество классических запретов, канонов и правил, считавшихся обязательными и во имя «хорошего вкуса» регламентировавших допустимые в искусстве темы и характеры, границы между жанрами, нормы литературного языка.

Да, голым местом стал стиль старого режима! ... Нет слов-патрициев и нет плебеев-слов! - напишет позже вождь романтиков Виктор Гюго.

Художники обратились к внутреннему миру современника, отражая его сложный, потрясенный дух. Зачитывались мятежным Байроном, причудливым и гениальным Виктором Гюго. В литературе засилье обезличенных сюжетов из античной мифологии сменилось интересом к историческому роману и драме, воспроизводившим неповторимый облик прошлых веков (романы Вальтера Скотта). Около 1830 года на первое место выходит современная тема, вызванная стремлением художников осмыслить свою эпоху и воплощенная в жанрах рассказа и романа. При этом все сколько-нибудь талантливые художники, как ни различны были их политические убеждения, отказывались измерять доходами ценность человеческой личности, отвергали утвердившуюся буржуазную бездуховность и пошлость.

Бальзак поставил перед собой огромную задачу: художественно выразить свое время в больших масштабах, выявляя развитие общества в судьбах частных лиц. Он задумал сделаться летописцем своей эпохи. «Самим историком должно было оказаться французское Общество, мне оставалось только быть его секретарем.. Составляя опись пороков и добродетелей, собирая наиболее яркие случаи проявления страстей, изображая характеры, выбирая главнейшие события из жизни Общества, создавая типы путем соединения отдельных черт многочисленных однородных характеров, быть может, мне удалось бы написать историю, забытую столькими историками,— историю нравов».


2. Главные персонажи О. Бальзака



2.1 Папаша Гобсек



Мемуаристы оставили нам описание внешности этого невысокого человека с львиной гривой волос, легко носившего свою полноту, брызжущего энергией. Хорошо запоминались его золотисто-карие глаза, «выражавшие все так же ясно, как слово», «глаза, которые могли видеть сквозь стены и сердце», «перед которыми орлы должны были опускать свои зеницы...»

Пока Бальзак добивался признания, современники еще не подозревали, что его произведения через десятилетия и века будут считаться самым надежным и самым увлекательным свидетельством об его эпохе. Первыми поймут это его друзья Жорж Санд, Виктор Гюго.

Гобсек — означает «глотающий всухомятку», в примерном переводе — «живоглот». Так Бальзак переименует в процессе работы свою повесть, которая в 1830 г. носила еще нравоучительное название «Опасности беспутства». Ее герой, старый ростовщик, живущий одиноко и бедно, без семьи и привязанностей, неожиданно раскрывается как властитель сотен человеческих судеб, один из немногих некоронованных королей Парижа. Он владеет золотом, а деньги — ключ ко всем человеческим драмам. Сколько несчастных приходят умолять его о деньгах: «...влюбленная молодая девица, купец на пороге банкротства, мать, пытающаяся скрыть проступок сына, художник без куска хлеба, вельможа, который впал в немилость... потрясали... силой своего слова... ». Гобсек берет чудовищные проценты. Иногда его жертвы выходили из себя, кричали, потом наступала тишина, «как в кухне, когда зарежут в ней утку».

В образе ростовщика полно выразилось характерное для Бальзака художественное видение человека. Он рисовал не посредственных, средних людей того или иного общественного класса, профессии, а обязательно наделял их выдающимися личными качествами, яркой индивидуальностью. Гобсек проницателен и предусмотрителен, как дипломат, у него философский ум, железная воля, редкая энергия. Он не просто копит богатства, главное — он хорошо знает цену своим клиентам, разоряющимся, опустившимся аристократам, которые ради роскошной жизни «крадут миллионы, продают родину». По отношению к ним он прав и чувствует себя справедливым мстителем.

В прошлом у Гобсека годы скитаний в колониальной Индии, полные романтических превратностей. Он знает людей и жизнь, видит самые тайные пружины общественного механизма. Но густые, сверкающие краски Бальзака способствуют его разоблачению. Извращающая сила денег проявилась в самой личности Гобсека: вообразив, что золото правит миром, он все человеческие радости променял на стяжательство, к концу жизни превратившись в жалкого маньяка. Повесть завершается потрясающей картиной гниения разнообразных ценностей, скрытых скупцом в его жилище. Эта груда, где перемешаны разлагающиеся изысканные кушанья и драгоценные предметы искусства,— грандиозный символ разрушительной силы стяжательства, бесчеловечности буржуазного строя жизни и мысли.



2.2 Рафаэль и «шагреневая кожа»



В 1831 году Бальзак завоевывает еще большую известность небольшим романом «Шагреневая кожа». Можно ли назвать его фантастическим? В этом произведении действует волшебный символ — кожа, которая исполняет все желания своего владельца, но при этом сокращает его жизнь соответственно силе желания... История Рафаэля, одинокого и бедного молодого ученого, затерянного в «мощеной пустыне» Парижа и остановленного па грани самоубийства волшебным подарком таинственного антиквара, обладала занимательностью арабских сказок, очень популярных в те годы. А вместе с тем эта блестяще написанная история, полная мысли и сердечного жара, открывала подлинную правду о Франции тридцатых годов, разоблачала лицемерие общества, которое наделяло властью убийц, бесконечно множило эгоизм, обедняло и сушило человеческую душу.



2.3 Евгения Гранде



Изображение жизни в творчестве Бальзака расширялось, разнообразилось. В 1833 году в «Евгении Гранде» Бальзак открыл драматизм тусклого на первый взгляд провинциального существования. Это было очень важное открытие, целый переворот в истории западноевропейского романа: поэзия прозы. На фоне жизни провинциального города Сомюра Бальзак обрисовал скупца Гранде — тип той же породы, что и Гобсек, а вместе с тем и-глубоко от него отличный, и его кроткую, стойкую духом дочь любовь и жизнь которой отец принес в жертву своей страсти к золоту.

Довольный издатель сообщил автору, что читатели раскупают роман, как хлеб. Образ Евгении и роман в целом потрясли молодого Достоевского, который перевел его на русский язык. «...Чудо, чудо!»— писал Достоевский брату.

Политические взгляды писателя сложились своеобразно. В своей публицистике он объявил себя сторонником королевской власти (вдобавок легитимистом) и старинной аристократии. Странным, парадоксальным должно было казаться такое самоопределение художника, творчество которого носило в себе могучий заряд отрицания социальной несправедливости, мыслителя, увлеченного многими достижениями своего века. Но монархизм Бальзака может быть исторически объяснен. Он был продиктован прежде всего его отвращением к власти буржуазии; в сравнении с ней старинное дворянство обладало преимуществами культуры, традициями рыцарской чести и долга. А твердая королевская власть, по мнению писателя, могла сдержать пагубный для Франции разгул корыстных интересов и сплотить нацию для общего блага. При глубоком уважении и симпатии Бальзака к людям труда, запечатленным в ряде образов, народ в целом был в его восприятии пассивной страдающей массой, нуждавшейся в опеке. Л.Н. Толстой справедливо писал о свойстве настоящего таланта вглядываться в людей и явления жизни по-особому глубоко и видеть правду; он считал талант «необыкновенным светом» в художнике, помогающем «выбиваться» из мировоззрения среды. 

Свойство таланта — неподкупность, и Бальзак, как отметит Ф. Энгельс, знал цену «своим излюбленным аристократам», описывал их остро сатирически, с горькой иронией. И ясно видел, что самые благородные и героические личности — это те, кто восстает против нынешнего общества во имя социальной справедливости. Со временем он напишет роман «Утраченные иллюзии», где изобразит рядом с продажными парижскими журналистами содружество молодых людей, работающих для будущего, и самым привлекательным из них сделает рыцарственного республиканца Мишеля Кретьена, погибшего на баррикаде в парижском восстании 1832 года. Эту способность подниматься над собственными политическими предрассудками Энгельс назовет одной «из величайших побед реализма» и одной «из величайших черт старого Бальзака»3.

Художественное ясновидение привело Бальзака к яркому изображению ухода с исторической сцены дворянства; никто из писателей XIX века на Западе не вынес более убийственного и лучше обоснованного приговора буржуазии, чем Бальзак. И не удивительно, что ни его враги, ни его друзья не принимали его легитимизм всерьез.


3. «Человеческая комедия»



Творческие планы Бальзака разрастались, одновременно получая более определенную форму. Все уже созданное и создаваемое и то, что он когда-либо еще напишет, виделось ему как некий цельный «портрет века». Здесь должна была выразиться вся Франция — все главные противоречия и конфликты эпохи, все человеческие типы, классы, профессии. В огромной мозаичной панораме будет столица, провинция и деревня, здесь свои министры, ученые, адвокаты, торговцы, крестьяне. Бальзак рисовал напряженную борьбу страстей, историю драгоценной человеческой энергии, расточаемой в буржуазном обществе на низменные цели; историю преступлений против морали, не преследуемых законом, но уносящих тысячи жизней. В начале сороковых годов автор назовет это возводимое им здание «Человеческой комедией», определив ее три главных раздела: «Этюды о нравах», «Философские этюды», «Аналитические этюды». «Этюды о нравах» были разделены Бальзаком на Сцены частной, провинциальной, парижской, военной, политической и деревенской жизни. Таким образом, отдельные произведения Бальзака слились в грандиозную эпопею, охватывающую все стороны жизни общества.

В этом беспримерном комплексе художественных произведений одни и те же персонажи появляются в разных звеньях многократно. Но здесь нет прямого хронологического продолжения жизней и событий, дело обстоит сложнее. Одно и то же лицо предстает то главным героем, то второстепенным, в разные моменты и на разных этапах своей жизни. Оно то появляется в каком-то одном эпизоде, то проходит на заднем плане, составляя фон или образуя атмосферу действия, то предстает в восприятии многих, разных лиц, которые и сами отражаются в своих представлениях о нем. Так достигается необыкновенно многостороннее освещение персонажа в текущем времени, рельефность характеристики; высвечиваются потаенные уголки его души и жизни, его желания и возможности. Человек предстает неизменно во взаимоотношениях с массой других лиц, с обществом, которое оказывает на него решающее воздействие. Прием «возвращающихся персонажей», изобретенный Бальзаком, дает высокий художественно-познавательный эффект.

К признанным шедеврам Бальзака относится созданный в обычных для него почти немыслимых темпах и напряжении работы роман «Отец Горио». Роман сравнительно невелик, но отличается высшей степенью драматизма, присущего всему бальзаковскому творчеству, богатством и остротой конфликтов, разрешающихся в напряженной борьбе. Взволнованный тон повествования — одна из неотъемлемых особенностей романа, покоряющая читателя приобщающая его к страданиям героев, к превратностям их судеб их внутреннему развитию.

Горио называют буржуазным королем Лиром; действительно здесь изображена та же ситуация; но не король, а бывший торговец вермишелью, выдав с почетом замуж двух своих дочерей, делит между ними все свое состояние, а потом становится для них лишним. Пережив длительную моральную агонию, муку разочарования и попранной отцовской любви, Горио умирает на соломе, покинутый всеми. С Шекспиром роднят Бальзака и энергия страстей, и общие масштабы конфликта и героев.

Но искусство Бальзака — новое, и оно соответствует новому времени. В романе есть воспоминание о прошлом Горио, о богатстве, нажитом спекуляциями зерном в годы революции и голода; есть пансион госпожи Боке с его разношерстными нахлебниками (такие пансионы появились только после бурных политических переворотов и часто давали прибежище разного рода социальным оломкам). Новому времени принадлежит и образ Эжена Растиньяка, типичной фигуры молодого аристократа, после недолгой борьбы с собой сдающего свои нравственные позиции ради денег и успеха в свете.

В разговоре двух студентов, Растиньяка и Бьяншона, первый задает ставший с тех пор знаменитым вопрос: соглашаться или нет убить старого мандарина в далеком Китае, если такой ценой можно купить личное благополучие? Этот вопрос (конечно, символический) ставит нравственную дилемму: допустимо ли строить свое счастье на несчастье другого человека1. Бьяншон отвечает отказом. Спустя некоторое время Растиньяк, набирающийся опыта в парижском свете, скажет, что его мандарин «уже хрипит»...

Линия Горио в романе тесно сопряжена с линией Растиньяка не только потому, что оба проживают в одном жалком пансионе, что Растиньяк встречается в гостиных с обеими дочерьми старика, изучает их и решает сделать младшую орудием своей карьеры. Важнее этой чисто фабульной связи Растиньяка и Горио их связь в плане нравственной проблематики романа: чудовищная неблагодарность дочерей, одиночество Горио и вся горечь его кончины служат наглядным уроком Растиньяку в процессе его перевоспитания — вот какова в высшем обществе награда бескорыстного чувства. Прав Вотрен, он хотя бы не лицемерит...

Беглый каторжник Жак Коллен, проживающий у той же госпожи Воке под именем Вотрена,— фигура большого масштаба, как 3 и Гобсек. Наделенный дьявольской энергией и проницательностью, он прекрасно видит и доказывает студенту с сокрушительным красноречием, что люди на верхушке общества — политики, финансисты, светские красавицы — живут по тем же законам разбоя, что и мир каторги; в моральном отношении оба мира стоят друг друга.

Изящная родственница Эжена, виконтесса де Босссан, учит его исходя из горького опыта тому же, что и «этот смерч, именуемый Вотреном»: «Разите без пощады, и вас будут бояться... смотрите на мужчин и женщин как на перекладных лошадей, которым предоставляют издыхать на каждой станции...»

Таким образом, все в романе связано между собой. Картина общества, нарисованная глубоко волнующе, раскрывает его подноготную. «Отец Горио» не любовный роман (любовная линия Растиньяка и Дельфины не является основной сюжетообразующей); в нем есть тайны, неожиданности, хитро организованные преступления, но ясно, что это и не приключенческий роман. Все его элементы объединяются темой «воспитания» Растиньяка: поведение Горио и его дочерей, деятельность Вотрена, судьба Боссена, быт пансиона и быт гостиных. «Отец Горио»,— роман об обществе, перепаханном французской революцией, о главенстве в нем буржуазного духа, роман, полный горькой правды. Он проникнут негодованием и бесстрашием исследователя, открывающего изнанку вещей за их нарядной поверхностью. «Свет — трясина». «Я попал в ад и в нем останусь»,— заявляет Растиньяк, сделавший свой выбор.

Бальзак покорил читателей. И все же буржуазная пресса постоянно нападала на автора «Шагреневой кожи», «Евгении Гранде», «Отца Горио», этих «нетленных книг», как назвала их Жорж Санд. Охотнее всего ему ставили в вину неправдоподобие и безнравственность. Первое — потому, что он придавал типичным обстоятельствам современной жизни наиболее отчетливое, законченное и полное выражение. Он считал эстетическим законом укрупнение, сгущение действительности в искусстве. В романе «Утраченные иллюзии» писатель д'Артез выскажет мысль автора: «Что такое искусство? Сгусток природы». Другое излюбленное обвинение основывалось на безнравственности его героев, моральные качества персонажей приписывали самому автору.

Бальзаку уже давно не хватало суток, не хватало жизни для воплощения задуманного. Из его писем к сестре Лоре, к другу, к Э. Ганской встает картина вечно возобновляющегося труда, часто по восемнадцать и более часов в сутки, ночью и днем при закрытых ставнях и свечах; труда, вытесняющего из жизни все другое, кроме «борьбы с лавиной» умножающихся планов. Он пишет одновременно несколько произведений и правит бесчисленные корректуры. Он называет себя «пленником идеи и дела, таких же неумолимых, как кредиторы». «Если бы знали, что значит обрабатывать идеи, придавать им формы и краски, как это изматывает!» «Пылающие ночи сменяются другими пылающими ночами, дни размышлений — новыми днями размышлений, от писания переходишь к замыслам, от замыслов к писанию». Он боится сойти с ума от перенапряжения. Его труд — битва, это сравнение многократно встречается в его переписке, как и сравнение себя с пахарем, каменщиком, литейщиком. И так же часто, как жалобы на непосильный груз работы, звучат в его переписке мужество, решимость не отступать, ноты надежды на победу. Он уподобляет себя республиканскому генералу, ведущему кампанию без хлеба и сапог (образ подсказан не столь давними событиями военной истории французской революции). В романе «Кузина Бетта», размышляя о труде как первом законе творчества, он обяжет художника работать, «как рудокоп, засыпанный обвалом».

Он разрешал себе, гораздо реже, чем хотелось, путешествия по Франции или за границу, в том числе в Россию. Бальзак мечтал иметь семью, домашний очаг. Однажды ему принесли письмо из России с подписью «Чужестранка»— отклик на его произведения, привлекший его внимание, позже последовало знакомство. К женщине, написавшей письмо, польской графине Эвелине Ганской, с которой он желал связать свою судьбу, он ездил в Петербург и в ее имение в Киевской губернии. Она, богатая помещица, боялась его долгов и неустроенности. Брак с ней состоялся лишь через восемнадцать лет после ее письма, в год его смерти. Бальзак считал «главным» своим жанром роман — большую и свободную литературную форму, возможности которой хорошо соответствовали его замыслам: рисовать сложные общественные связи между множеством героев, отразить ход истории... Вместе с тем он часто обращался к «малому жанру» — рассказу (новелле), повести с элементами новеллы; в жанровом разнообразии сказалась многогранность его дарования. В рассказе немного героев, линия действия обычно одна, но у малой формы есть свои преимущества. Как раз небольшой объем произведения, при умелом выборе содержания, может способствовать концентрации выразительности. 

Рассказы и повести Бальзака всегда масштабны: за одним случаем или одной цепочкой событий чьей-то частной жизни, благодаря глубоко вскрытым их корням, обрисовывается важная сторона действительности, выходящая за рамки жизни одного этого человека (например, в «Гобсеке»). Бальзак в рассказах остается «доктором социальной медицины» и великим сердцеведом.

В повести «Полковник Шабёр» (1832) действие вырастает из необычайной ситуации: человек, которого считали убитым в бою и похоронили, оказался только тяжело раненным, чудом выбрался из братской могилы и долгих восемь лет добивался, чтобы его, нищего и неузнаваемого из-за ран и болезни, бюрократическая машина общества официально признала живым...

У Бальзака нет сюжетов, не связанных с анализом общества и эпохи. Отчаянная борьба страстей, жизненные пути героев, полные неожиданностей и перипетий, трагические душевные кризисы вырастают из строго правдивых исторических обстоятельств. В «Полковнике Шабере» на развитие действия прямо влияет сложная обстановка во Франции первых десятилетий века, смена политических режимов в стране. Шабер, воспитанник приюта для подкидышей, не имеющий ни богатства, ни привилегий, прямой и благородный по натуре, за личную храбрость получил от Наполеона графский титул и чин. Его сочли погибшим в сражении 1807 года, в пору, когда Наполеон был императором. Жена Шабера выгодно и счастливо для себя вышла замуж вторично за человека из старинного аристократического рода — политическая ситуация благоприятствовала такому смешанному союзу. Но Империя уступила место реставрации Бурбонов, и второй муж Розы Шабер стал втайне сожалеть о своем браке, который теперь уже препятствовал его карьере. Таким образом, весь исторический процесс в стране проходит перед нами в перипетиях судьбы одной супружеской четы. Цепляясь за свое счастье, бывшая жена Шабера, графиня, со звериным эгоизмом отказывалась его признать — толкала обратно в могилу. Но вот, вопреки ей, при поддержке талантливого адвоката (это Дервиль, знакомый нам по «Гобсеку») Шабер получил, наконец, все необходимые документы. Тогда жена его переменила тактику. Играя на чувствах мужа, еще сохранившего любовь к ней, действуя как искусная актриса, она склонила его добровольно отказаться — ради ее счастья — от всего, что он вернул себе ценой героических усилий в поединке с ней и с обществом.

Но случай открыл Шаберу всю ее низость: добившись своего, она для верности задумала лишить его и честного имени, готова была оклеветать, запереть в сумасшедший дом...

Потрясенный, он отказывается — уже не из любви, как хотел прежде, а из презрения и к ней, и к всеобщей фальши — не только от имущества, но и от своего места в обществе и самого своего имени. Безымянным бродягой он опускается на дно.

Неожиданная трагическая развязка этим не исчерпана (вот пример драматизма, присущего бальзаковскому повествованию). Целых двадцать лет спустя Дервиль обнаруживает Шабера, по видимости слабоумного, среди обитателей богадельни. Но оказывается, что жив и разум, и патриотические чувства старого воина. Он носит маску безумия, как шекспировский Гамлет, это его форма неприятия среды с ее звериными нравами. Он не в состоянии победить эту среду, но и она не победила его духа.

«Что за судьба! Провести детство в приюте для подкидышей, умереть в богадельне для престарелых, а в промежутке помогать Наполеону покорить Европу и Египет». В конце повести два многоопытных адвоката подтверждают, что история Шабера, при кажущейся необыкновенности, на самом деле типична: «Я уже достаточно нагляделся на все это, работая у Дероша...»

Духовная непреклонность Шабера, его следование нравственному чувству характерны для художественного мира «Человеческой комедии». Этот мир населен толпами ростовщиков, карьеристов, банкиров, каторжников, блестящих эгоисток с холодным сердцем. Но в нем полно представлен и другой полюс: Евгения Гранде, Шабер, Мишель Кретьен и все Содружество д'Артеза, адвокат Дервиль (о котором его великосветская клиентка говорит иронически: «Никогда вы ничего не достигнете, зато будете счастливейшим и лучшим из людей»). В романах Бальзака самозабвенно преследуют свою идею бескорыстные искатели: ученые, художники, изобретатели. В повести «Полковник Шабер» Дервиль высказывает гениально простое наблюдение: одно из свойств добродетели — не быть собственником. Мысль эта подтверждается у Бальзака вереницей образов людей из народа.


4. «Обедня безбожника» как продолжение сборника



Бальзак всегда широко видит участок действительности, который берется изображать, и для каждой его вещи характерны многотемье, многопроблемность. То же и в этом рассказе, где всего три действующих лица: знаменитый хирург Деплен, врач Бьяншон, встречавшийся в многих произведениях Бальзака, и рабочий Буржа из провинции Оверни. Набрасывая характеристику Деплена (у этого персонажа был живой прообраз, хирург Дюпюитрен), построенную на удивительно живом сочетании противоречивых черт, автор поставил вопрос об отличии гения от таланта, об универсальности знаний и широте кругозора, о значении философского ума для специалиста. Бальзак постоянно заботился об увлекательности своих фабул, и здесь действие строится на раскрытии тайны: зачем Деплен, убежденный атеист, посещает церковь? Но увлекательная фабула никогда не самоцель, она непременно служит правде характеров, раскрывает правду об обществе, в котором живут герои. Тайна разъясняется в рассказе Деплена о его прошлом.

У него были трудные годы учения; тема молодого таланта, гибнущего без поддержки в бедности и одиночестве, не раз затрагивалась в «Человеческой комедии», она была и лично близка Бальзаку. В «Обедне безбожника» она повторена и в биографии Бьяншона, который стал ассистентом и другом своего учителя. С присущей Бальзаку неотразимой силой чувства написаны скупые страницы об эгоизме богатых бездарностей, которые «на каждом шагу встречаются в высшем обществе», об «армии пигмеев», затаптывающих талант и самую жизнь бедняка. Единственным другом оказался простой водонос, который сердцем понял человеческую ценность нищего студента и, самоотверженно, деликатно помогая, дал ему возможность кончить курс и защитить диплом. И знаменитый хирург, как нельзя более далекий от сентиментальности, через десятилетия пронес страстную благодарность своему названому отцу, «как огонь, который жжет доныне!». В память о нем Деплен готов броситься на помощь любому другому рабочему кто хоть чем-то напоминает покойного Буржа.

Для суждения о ценностях Бальзака важен и образ Бьяншона — «прямого, не способного ни на какие компромиссы в вопросах чести» (это он в «Отце Горио» отказался «убить мандарина»). Он прекрасный товарищ, человек мужественный и вместе с тем легкий духом, не чуждающийся удовольствий, но «замкнувший» свои вожделения и страсти «в пределы непрестанного труда». Так в небольшом рассказе полно воплотился заряд человечности, характерный для всего творчества его автора.

Бальзак глубоко размышлял о проблемах искусства и написал несколько рассказов о художниках. Будет справедливым назвать «Неведомый шедевр» жемчужиной всего цикла.

У этого рассказа своя удивительная история. Он был опубликован в 1831 году, потом основательно переделан и свою окончательную форму принял только в 1837 году, вобрав в себя творческий опыт Бальзака, к тому времени уже автора «Гобсека», «Полковника Шабера», «Евгении Гранде», «Отца Горио», «Поисков абсолюта». «Неведомый шедевр» — рассказ о путях искусства, предельно насыщенный мыслью (он отнесен автором к разделу «филосовских этюдов»); мысль воплотилась в живых, зримых образах и волнующей фабуле. Действие происходит в начале XVII века; как всякое значительное произведение из далекого прошлого, рассказ живо перекликается с современностью.

Таинственный живописец, постигший глубокие тайны мастерства, создал изображение прекрасной женщины, настолько совершенное, что оно как бы стирает грань между искусством и природой. И позже тот же художник, встав на ложный путь, погубил свою картину, незаметно для себя превратив ее в хаос линий и красок. Поняв это, он покончил с собой.

В чем была тайна его успеха? И в чем причина крушения?

В устах Френхофера, когда он поправляет картину Порбуса в поучение своим собратьям, мысли о большом искусстве вылились в крылатые словесные формулы. «Задача искусства не в том, чтобы копировать природу, но чтобы ее выражать! Ты не жалкий копиист, но поэт!». И далее эта мысль поясняется сравнением простого гипсового слепка с женской руки (слепок как будто не лжет) с изображением той же руки, сделанным художником: слепок — «рука трупа, и тебе придется обратиться к ваятелю, который, не давая точной копии, передаст движение и жизнь». Невозможно лучше представить сущность и правду искусства, его волшебную власть. Художник не ограничивается поверхностью вещей, как ремесленник, снимающий слепок. «Впечатления! Впечатления! Да ведь они — только случайности жизни, а не сама жизнь!.. Ни художник, ни поэт, ни скульптор не должны отделять впечатление от причины, так как они нераздельны — одно в другом». Источники выражения лица — в прошлом целой жизни. Это, значит, что художник вдохновенно исследует свою модель. Френхофер тысячу раз прав: не жалкий копиист...

Художник Френхофер — вымышленное лицо. Художники Никола Пуссен (1594—1665) и Франс Порбус (1569—1622) —лица исторические, как и упоминаемый «учитель Френхофера» Мабузе (Ян Госсарт). Бальзак искусно находит опорные точки для своего вымысла в действительности. художник вдохновенно исследует свою модель. Он размышляет специально о роли воздуха и света в живописи - разбивает жесткий контур предметов, создавая «дымку светлых и теплых полутонов», пророчески предвосхищая открытия импрессионистов.

Что же произошло потом, что завело Френхофера в тупик? На этот вопрос не просто ответить, тем более, что причина не одна. Бальзак, по своему обыкновению, видит проблему «комплексно», включая множество ее корней и сторон.

Наиболее ясно звучит предостережение от обмана субъективных восприятий; творческая личность в увлечении своей идеей, в жажде абсолютного совершенства может незаметно для себя утратить верное суждение о своем произведении, о его ценности, его соответствии своему назначению. Автор проник в сложную область психологии творчества. Устами Порбуса Бальзак предостерегает художника еще и от теоретизирования в отрыве от непосредственной творческой работы: «Художники должны рассуждать только с кистью в руках». Конечно, содержание психологического этюда этим не исчерпывается. Можно не преувеличивая назвать его неисчерпаемым. В этом смысле он напоминает известную всему миру картину Леонардо да Винчи Джоконда», как и это полотно, он сохраняет в себе нечто загадочное. Но чтобы это понять, необходимо научиться разбираться в живописи и ее истории. Л пока ограничимся тем, что приведем еще другие свидетельства в пользу глубины и пророческой силы рассказа. В наше время Стефан Цвейг писал: «Именно художники чувствуют, что никогда еще интимнейшая тайна искусства, стремление к совершенству, не были с таким неистовством доведены до масштабов трагического». Прославленный живописец Поль Сезанн с огромным волнением узнавал себя в личности Френхофера. Пабло Пикассо, знаменитый художник XX века, сделал к небольшому рассказу восемьдесят иллюстраций. 

Судьба этого рассказа беспримерна. О нем написаны, кроме бесчисленных статей, еще и специальные книги на французском и английском языках. Интерес к «Неведомому шедевру» возрастает с течением времени, по мере развития искусства.

В эту книгу включены избранные произведения Бальзака тридцатых годов. В последнее десятилетие жизни писателя «Человеческая комедия» продолжала разрастаться. Романы увеличивались в объеме, охватывая все новые стороны действительности, обосновывая все более многочисленные и сложные связи между персонажами. Назовем хотя бы самые главные: закончены «Утраченные иллюзии», «Темное дело», «Жизнь холостяка», «Кузина Бетта», «Кузен Понс».


Заключение



Бальзаку был пятьдесят один год, когда смерть прервала его труд. В его бумагах было обнаружено столько планов, фрагментов, новых названий, что один из исследователей по праву предположил: сколько бы ни прожил этот необычайно плодовитый писатель, «Человеческая комедия» все равно не была бы завершена, потому что по мере осуществления планов появлялись бы новые; ей не было бы конца, как нет конца жизни общества.

Бальзака не стало 19 августа 1850 года. Над его могилой Виктор Гюго, автор «Отверженных», сказал вещие слова: «...Хотел он этого или не хотел, согласился бы он с этим или нет, — творец этого огромного и небывалого произведения был из крепкой породы писателей революционных... Бальзак берет современное общество мертвой хваткой. Его скальпель проникает в душу, в сердце, в мозг... в пропасть, которую каждый носит в себе. И вот Бальзак, после этих страшных трудов, приводивших Мольера к меланхолии и к мизантропии — Руссо, выходит улыбающийся и светлый».

Бальзака можно читать поверхностно, на уровне сменяющихся драматических событий. Он и в этом случае дает немало. И можно читать все более вдумчиво, одновременно стараясь понять и человековеда, надежного историка, «доктора социальной медицины». Тогда Бальзак — не легкое чтение. Но он вознаграждает самой полной мерой.


Список литературы



1. Бальзак О. Собр. Соч. в 24-х т. – М.: Издательство ЛГУ, 1960.

2. Григорьева Е.Я., Горбачева Е.Ю. Французская литература. – М.: Инфра-М, 2009. – 560 с.

3. Бальзак О. Гобсек. Отце Горио. Евгения Гранде. Неведомые шедевр. – М.: Дрофа, 2007. – 656 с.

4. Жирмунская Н.А. От барокко к романтизму: Статьи о французской и немецкой литературах. – М.: Филологический факультет СПбГУ. – Спб.: 2001. – 464 с.

5. Толстой Л.Н. Полн. Собр. Соч. в 30-ти т., 30 т. – М.: ГИХЛ. 1951.

6. Моруа А. Литературные портреты. – М.: Прогресс, 1970. – 455 с.

7. Бальзак в воспоминаниях современников. – М.: Художественная литература, 1986. – 559 с.

8. Цвейг Ст. Бальзак. – М.: Молодая гвардия, 1961. – 768 с.

9. Гюго В. Собр. Соч. в 15-ти т. Т. 15 – М.: - 1956.