Польша от 1914 года к началу второй мировой войны

Польша от 1914 г к началу второй мировой войны






Содержание



Положение польского народа в годы первой мировой войны

Польский вопрос на заключительном этапе войны

Образование независимой польской республики 

Борьба за границы II Речи Посполитой с Германией и Чехословакией

Политическое развитие 1918-1939 гг.

Польская экономика в межвоенные годы 




1. Положение польского народа в годы первой мировой войны



Польские земли с первых же дней мировой войны стали театром активных боевых действий. Они велись в Царстве Польском, австрийской Галиции, прусских Мазурах. В 1914 г. русская армия дошла почти до Кракова, но на следующий год началось контрнаступление австро-германских войск, закончившееся оккупацией русской части Польши. Ее территория была разделена на германскую и австрийскую зоны оккупации.

На различных фронтах за годы войны погибло около 450 тыс. поляков. Дополнительным трагическим моментом войны для польского народа было то, что польские солдаты оказались в составе противоборствующих армий и вынуждены были стрелять друг в друга.

Велики были потери от военных действий, а также в результате грабительской политики воюющих сторон. Их общий размер был определен польской делегацией на Парижской мирной конференции в 1919 г. в сумме 73 млрд золотых франков. Особенно сильно пострадало народное хозяйство Царства Польского и Галиции. Отступающие русские войска эвакуировали в глубь России промышленные предприятия, учреждения, учебные заведения, подвижной железнодорожный состав, квалифицированных рабочих и служащих. Из Царства Польского были также переселены немецкие колонисты.

После оккупации Царства Польского войсками Центральных держав его народное хозяйство стало объектом хищнической эксплуатации со стороны Германии и Австро-Венгрии. Оккупанты стремились максимально использовать экономический и людской потенциал занятых территорий в интересах ведения войны, а также, по возможности, подорвать конкурентоспособность польской промышленности в будущем. Широкие масштабы принял принудительный вывоз рабочей силы, только в Германию отправили около 300 тыс. человек. В сельском хозяйстве была введена система обязательных поставок продукции по фиксированным ценам, что вызвало сокращение аграрного производства и развитие черного рынка.

В значительно лучшем положении находилась экономика Верхней Силезии, Познанщины и Поморья, но и здесь в сельском хозяйстве наблюдался спад. В австрийской части Польши от военных действий больше всего пострадали нефтяная промышленность и сельское хозяйство, особенно мелкое.

В начальный период среди польских политиков оформилось несколько подходов к решению польского вопроса. Национальные демократы (эндеки), считавшие, что можно не опасаться ассимиляции русскими более развитого в культурном отношении польского народа, связывали свои планы с Российской империей. Они ожидали, что в случае победы Антанты Россия присоединит к себе все польские земли и предоставит им автономию в составе империи. Несмотря на активные попытки эндеков добиться поддержки этих планов со стороны правящей династии и правительства, последние не решились в это время на какие-либо конкретные обещания. Не получила ожидаемой поддержки и инициатива национальных демократов по созданию на стороне России польской армии в 200—300 тыс. человек. Разуверившись в готовности России взяться за решение польского вопроса, лидер национальных демократов Роман Дмовский (1864—1939) в ноябре 1915 г. выехал на Запад, надеясь заручиться поддержкой Англии и Франции.

Лидер т.н. «независимовцев» Юзеф Пилсудский (1867—1935) и его сторонники получили возможность практической проверки своего плана решения польского вопроса с помощью Австро-Венгрии. Они надеялись, что после победы Центральных держав Царство Польское получит независимость или же, как предполагали галицийские консерваторы, будет объединено с Галицией в рамках триалистической монархии Габсбургов. В случае реализации плана Пилсудского польский вопрос был бы решен только частично, т.к. польские земли, входившие в состав Германии и Австро-Венгрии, оставались бы вне границ образованного на месте Царства Польского независимого государства, при этом не исключалась возможность аннексии Германией части территории Царства Польского.

6 августа 1914 г. добровольческие стрелецкие отряды Ю. Пилсудского вступили на территорию Царства Польского, рассчитывая, что их появление там вызовет всеобщее восстание поляков, которое сразу же неизмеримо повысит вес польской стороны в отношениях с Веной и Берлином. Но эти надежды оказались беспочвенными, восстания не произошло, как не было и энтузиазма при виде добровольных союзников австрийцев и немцев с польскими орлами на фуражках.

В августе 1914 г. все польские добровольческие военизированные формирования в Галиции были объединены в составе польских легионов. Они приняли участие совместно с частями Центральных держав в боевых действиях в Царстве Польском, Карпатах и на Волыни. В общей сложности в них насчитывалось несколько тысяч человек. И хотя сколько-нибудь серьезной военной роли они сыграть не могли, тем не менее приобретенный в это время легионерами боевой опыт позволил им стать важной, а после мая 1926 г. и главной составной частью офицерского корпуса в независимой Польше. Политическое руководство национальным движением в Галиции было сосредоточено в Главном национальном комитете, первую скрипку в котором играли консерваторы.

Видя слабость своих польских союзников, Вена и Берлин не спешили менять сдержанного отношения к польскому вопросу даже после того, как их войска заняли летом 1915 г. Царство Польское. Они все еще не теряли надежды на заключение сепаратного мира с Петроградом.

Третья ориентация в польском вопросе была представлена революционными силами. Социал-демократы и левые социалисты осуждали «империалистическую войну» и считали, что только общеевропейская социалистическая революция и свержение господства буржуазии принесут польским трудящимся социальное и национальное освобождение.

Складывание условий для обретения независимости

В годы войны империи, разделившие Польшу (Российская, Германская и Австро-Венгерская) оказались в противоборствующих военных блоках, каждый из которых стремился к максимальному ослаблению противника и территориальным приобретениям за его счет. В Центральной Европе это можно было сделать прежде всего путем передела польских земель. Географическое положение Польши с самого начала делало ее территорию главным театром военных действий на востоке. Это обстоятельство повышало заинтересованность воюющих армий в привлечении симпатий поляков на свою сторону. Первым в августе 1914 г. с манифестом к полякам обратился главнокомандующий русской армии великий князь Николай Николаевич, фактически пообещавший восстановление автономного статуса Царства Польского. Затем последовали ни к чему не обязывающие заявления немецких и австро-венгерских военных о том, что одной из целей войны является освобождение поляков из-под чуждого господства. Однако ни один из трех императоров официальной позиции по польскому вопросу в первые два года войны не занял.

Существенные изменения в польском вопросе произошли на рубеже 1916—1917 гг. Расчеты Центральных держав на быструю победу не оправдались, война приняла затяжной, позиционный характер. Австро-Венгрия и Германия нуждались в солдатах, и они надеялись получить их в Царстве Польском. Прямой призыв в армию на оккупированной территории был запрещен международными соглашениями, поэтому единственным возможным решением было создание в оккупированном Царстве Польском квази-независимого союзного государства, которое, как утверждали сотрудничавшие с Центральными державами польские политики, могло бы выставить до 1 млн солдат.

В августе 1916 г. между Берлином и Веной была достигнута принципиальная договоренность относительно такой перспективы. Исчерпав все возможности заключения сепаратного мира с Россией, Центральные державы первыми сделали решительный шаг в польском вопросе. 5 ноября 1916 г. австро-венгерский и германский генерал-губернаторы оккупированного Царства Польского от имени своих императоров огласили манифест о создании «са­мостоятельного государства» из польских земель, «вырванных из-под русского господства». Польское королевство должно было стать наследственной монархией с конституционным строем. Точное определение его границ откладывалось на будущее, но было известно, что польские земли в составе Германии и Австро-Венгрии в него не войдут.

8 ноября 1916 г. германский генерал-губернатор, не дожидаясь образования каких-либо польских органов власти, призвал поляков вступать в Польские вооруженные силы. Его призыв не получил ожидаемого отклика, до конца войны в армию записалось всего около 30 тыс. человек. Веры поляков обещаниям Центральных держав не прибавило и создание 15 января 1917 г. Временного государственного совета, наделенного правом совещательного голоса.

Державы Антанты признали акт 5 ноября очередным нарушением международного права, согласно которому все территориальные вопросы решаются только на мирных конференциях. Однако действия Центральных держав поставили Россию перед необходимостью предпринять контрмеры, чтобы сохранить лояльность поляков, в том числе и служивших в русской армии, трону. Вначале российский премьер А.Ф. Трепов повторил содержавшееся в манифесте главнокомандующего вел. кн. Николая Николаевича обещание объединить все польские земли под скипетром Романовых, а в декабре 1916 г. уже сам император Николай II заявил, что одной из военных целей России является «создание свободной Польши, состоящей из всех трех частей, до сих пор разделенных». На деле речь шла не о полной независимости Польши, а о предоставлении ей широкой автономии в рамках России, с которой ее связывала бы личная уния. Конечно, это был бы шаг вперед в решении польского вопроса, поскольку Польше было обещано, что она «получит свое собственное государственное устройство, с собственными законодательными палатами и собственной армией». Решение России получило поддержку ее союзников, которым оно давало большую свободу в использовании национального вопроса для дестабилизации противника, особенно Австро-Венгрии. Таким образом, решения Центральных держав, а затем и России в конце 1916 г. сдвинули польский вопрос с мертвой точки, хотя и не решили его полностью.



2. Польский вопрос на заключительном этапе войны



До 1917 г. ни одно правительство в мире не признавало безоговорочно права польского народа на восстановление независимого государства в составе всех трех частей. Не оправдались надежды ни Ю. Пилсудского, ни Р. Дмовского, хотя, конечно, их усилия способствовали активизации национально-освободительного движения польского народа и привлечению к нему внимания мирового общественного мнения.

Важным рубежом в окончательном решении польского вопроса стала Февральская революция в России. 14 (27) марта 1917 г. Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов принял обращение «К народу польскому», в котором говорилось, что «демократия России... провозглашает, что Польша имеет право быть совершенно независимой в государственно-международном отношении».

Определило свою позицию и Временное правительство. 16 (29) марта 1917 г. появилось его воззвание «К полякам», в котором также шла речь о независимом польском государстве, но содержались и некоторые весьма существенные оговорки: оно должно находиться в «свободном военном союзе» с Россией, который был бы утвержден Учредительным собранием. В соответствии с позицией Временного правительства, определенная зависимость восстановленного польского государства нужна была для того, чтобы исключить опасность его перехода на враждебные России позиции.

Решения Петроградского Совета и Временного правительства увеличивали свободу маневра Англии и Франции. Их больше не связывало обязательство перед Россией считать польский вопрос внутренним делом России. Возникли условия для его международного обсуждения и решения. В связи с тем, что в России была создана Польская ликвидационная комиссия для урегулирования всех вопросов польско-российских отношений и началась организация национальных польских воинских частей в составе русской армии, французский президент Р. Пуанкаре в июне 1917 г. издал декрет о создании польской армии во Франции.

В апреле 1917 г. в войну вступили США, президент которых В. Вильсон еще в январе 1917 г. высказался за восстановление «объединенной, независимой, автономной» Польши, что свидетельствовало о его согласии с российской позицией того времени. Вступление в войну Америки резко сокращало шансы Четверного союза на победу, хотя окончательный перелом в ходе войны произошел только в 1918 г.

В сложившейся к лету 1917 г. ситуации ориентация на Центральные державы теряла смысл. В связи с этим Ю. Пилсудский вышел из состава Временного госсовета, а после того как он вместе с частью легионеров отказался присягнуть на верность прежним союзникам, был арестован и заточен в крепость. Интернированию подверглись и поддержавшие его легионеры. Маневр Пилсудского позволил ему сохранить и укрепить свою популярность в обществе, несмотря на неудачу избранного им в начале войны курса.

Берлин и Вена не оставляли попыток заручиться поддержкой поляков для своих планов. В сентябре 1917 г. ими были созданы новый Госсовет, Регентский совет и правительство. Эти органы зависели от оккупационных властей, были лишены свободы действий, тем не менее они положили начало формированию зачатков польской администрации.

Резко активизировалась деятельность поляков на Западе и за океаном. 15 августа 1917 г. был создан Польский национальный комитет (ПНК) во главе с Р. Дмовским. В течение сентября—ноября 1917 г. он был признан Францией, Великобританией, Италией и США в качестве «официальной польской организации», но не правительства. Признание позволило ПНК развернуть активную дипломатическую работу по подготовке международно-правовых условий для воссоздания независимого государства.

Пришедшие к власти в России в октябре 1917 г. большевики продолжили в польском вопросе линию Петроградского Совета. В опубликованной 2 (15) ноября 1917 г. Декларации прав народов России провозглашалось «право народов России на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства».

Судьба Польши обсуждалась в ходе мирных переговоров Советской России с Центральными державами в Бресте. Параллельно шли переговоры Центральных держав с делегацией Украинской Народной Республики, завершившиеся 9 февраля 1918 г. соглашением о передаче Украине Холмщины, которую поляки считали этнически польской территорией. Это решение вызвало бурю возмущения в польском обществе и окончательно похоронило идею сотрудничества с Центральными державами.

3 марта 1918 г. был подписан Брестский договор, по которому Советская Россия признавала оккупацию Центральными державами Царства Польского. 29 августа 1918 г. был опубликован декрет Совнаркома об аннулировании всех договоров, заключенных правительствами бывшей Российской империи с Пруссией и Австрией относительно разделов Польши. Тем самым Россия отказывалась от любых притязаний на польские земли.

Однако ни Советская Россия, ни Центральные державы на заключительном этапе войны не оказывали уже серьезного воздействия на судьбу польского вопроса. Центрами его решения стали державы Антанты и США, а также сама страна. Особый резонанс в мире получило послание В. Вильсона конгрессу США в январе 1918 г. (так называемые четырнадцать пунктов Вильсона), тринадцатый пункт которого определял характер государственного строя и оптимальные границы будущей Польши. Он гласил: «Должно быть создано независимое Польское государство со включением в него территорий, населенных неоспоримо польским населением, причем этому государству должен быть обеспечен свободный и надежный доступ к морю и его политическая и экономическая независимость и территориальная неприкосновенность должны быть обеспечены международным соглашением». Этот пункт, после признания Австро-Венгрией и Германией программы Вильсона в качестве платформы для перемирия, стал тем международно-правовым положением, на основании которого мировое сообщество согласилось исправить несправедливость, допущенную по отношению к полякам при разделах Речи Посполитой и на Венском конгрессе 1815 г.



3. Образование независимой польской республики 



Осенью 1918 г. стало совершенно очевидным скорое поражение Четверного союза. В Германии и Австро-Венгрии росли антивоенные настроения, стремление к демократическим переменам. Набирали силу национально-освободительные движения угнетенных народов.

В начале октября 1918 г. Регентский совет потребовал «создания независимого государства, охватывающего все польские земли с доступом к морю, политически и экономически самостоятельного». Вслед за этим было образовано новое правительство, изменен текст воинской присяги и издан декрет о формировании регулярной армии. Тем самым Регентский совет попытался полностью порвать с прежней политикой сотрудничества с оккупантами и начать создание полномасштабной польской государственности на территории бывшего Царства Польского.

28 октября 1918 г. правительство Австро-Венгрии обратилось к Антанте с предложением о прекращении военных действий. Известие об этом резко активизировало национально-освободительные движения всех народов двуединой монархии. 31 октября созданная за несколько дней до этого Польская ликвидационная комиссия в Кракове взяла в свои руки власть в качестве временного органа управления польскими территориями разваливающегося государства Габсбургов. Кроме этой комиссии в австрийской части польских земель возникло еще несколько независимых друг от друга центров власти.

В Познани в начале ноября 1918 г. конституировался Главный народный совет, претендовавший на власть в Великой Польше, Верхней Силезии и Восточном Поморье, которые входили в состав Пруссии.

В Париже продолжал действовать поддерживаемый державами Польский национальный комитет, не признававший ни один из региональных польских центров власти, но и сам не обладавший возможностями для претензий на роль общепольского правительства.

Попытку создать такое правительство предприняли левые партии. В ночь с 6 на 7 ноября в Люблине ими было образовано Временное народное правительство Республики Польша во главе с лидером галицийских социалистов Игнацы Дашиньским. Почти все его члены были тесно связаны с Ю. Пилсудским. Правительство провозгласило создание независимого польского государства, широкие демократические свободы и социальные права, национализацию лесов и некоторых видов крупной земельной собственности, заявило о намерении национализировать в будущем ряд отраслей народного хозяйства, провести аграрную реформу в интересах широких слоев крестьянства. Окончательное решение этих вопросов откладывалось до созыва сейма, выборы в который должны были быть проведены на демократической основе. Люблинское правительство просуществовало недолго и не сумело распространить свою власть на всю территорию страны. Его программа не нашла поддержки всего общества, особенно имущих классов и людей с центристскими и правыми взглядами. 

10 ноября 1918 г. в Варшаву вернулся освобожденный из заключения Пилсудский. 11 ноября Регентский совет передал ему командование вооруженными силами. То же сделало и Люблинское правительство. 14 ноября Регентский совет самораспустился, предварительно заявив о передаче Пилсудскому всей полноты власти в стране.

18 ноября в Варшаве по инициативе Пилсудского было создано новое правительство во главе с социалистом Енджеем Морачевским, по партийному составу и программе деятельности практически идентичное Люблинскому правительству. Им были декретированы многие из обещанных реформ: вводились 8-часовой рабочий день, больничное страхование, инспекция труда, минимальная зарплата на государственных предприятиях, охрана прав кварти­росъемщиков, биржи труда и т.д. Радикализм правительства Морачевского отталкивал правые и центристские партии и имущие классы. Его не хотели признавать в Кракове и Познани, не было оно признано и державами Антанты и США, поддерживавшими ПНК. Отсутствие единой, общепризнанной в стране и за рубежом государственной власти было крайне неблагоприятным для Польши, тем более что еще не был решен вопрос ни об одной из ее будущих границ.

Ю. Пилсудский, назначенный правительством Морачевского 22 ноября 1918 г. временным начальником государства, активно искал контактов с национальными демократами. Взаимодействие с ними должно было убедить державы-победительницы в том, что Польша не пойдет по пути социалистической революции и обеспечить признание ими правительства в Варшаве. Правительство Морачевского, передав в руки Пилсудского функции главы государства и главнокомандующего формирующейся армией, стало препятствием на пути решения очередной жизненно важной для страны задачи. Единственным выходом из наметившегося тупика было его устранение. Сделать это своим декретом начальник государства не хотел, поскольку это настроило бы против него левые партии. Был избран иной путь. В конце 1918 г. группа военных и политиков составила заговор против левого правительства. Действия заговорщиков полностью контролировались подчиненной Пилсудскому военной разведкой и контрразведкой. Попытка переворота, предпринятая в ночь с 5 на 6 января 1919 г., естественно, не удалась. Но зато у Пилсудского появилось весомое основание отправить в отставку правительство Морачевского как не пользующееся достаточной поддержкой в обществе, что и произошло 16 января 1919 г.

Формирование нового кабинета было поручено Игнацы Падеревскому. И. Падеревский входил в состав ПНК, но не разделял полностью взглядов эндеков. Новый премьер не имел опыта государственной деятельности, зато был широко известен в стране и на Западе как выдающийся музыкант и горячий патриот, поддерживал тесные контакты с президентом В. Вильсоном и другими видными западными политическими деятелями. В качестве премьера Падеревский устраивал все основные польские политические силы и союзные державы. В свою очередь Р. Дмовский согласился на пополнение состава ПНК сторонниками Пилсудского и сохранение за ним поста начальника государства.

Результатом достигнутого компромисса явилась политическая и финансовая поддержка правительства средним и имущим классами, а также последовавшее в конце января—феврале 1919 г. его официальное признание державами-победительницами (первыми это сделали США 30 января 1919 г.), которые выразили готовность оказать Польше финансовую и военную помощь.

Образование независимой Польши происходило в обстановке активизации демократических и революционных настроений во всей Европе, а также победы в войне западных демократий. Это сделало невозможным установление в Польше монархии, как того хотели консервативные круги.

В борьбу за характер государства оказались вовлеченными все политические силы страны. Сторонниками революционного переустройства социально-экономических отношений и диктатуры пролетариата были Социал-демократия Королевства Польского и Литвы и Польская социалистическая партия-левица. В своей деятельности они пытались опереться на рабочий класс и Советы рабочих делегатов, начавшие создаваться с начала ноября 1918 г. на территории бывшего Царства Польского. Однако этим партиям, объединившимся 15 декабря 1918 г. в Коммунистическую рабочую партию Польши (с 1925 г. — Коммунистическая партия Польши, КПП), не удалось завоевать большинства в Советах (за исключением Домбровского бассейна) и превратить их в полноценные органы революционной власти. Этому мешала организационная слабость коммунистов, их нежелание решать аграрный вопрос в интересах всего крестьянства, недооценка значения для народа национальной независимости, приверженность идее «мировой революции», радикализм, грозивший в случае успеха погрузить Польшу в пучину гражданской войны. 

Социалисты и крестьянские партии, за которыми шла значительная часть трудящихся, признавая необходимость частичной национализации промышленности и радикальной аграрной реформы, решительно отрицали путь, избранный Россией после Октябрьской революции. Оптимальной формой государственного устройства для Польши они считали парламентскую республику.

Правые партии не были последовательными сторонниками парламентской демократии, считая, что польское общество к ней еще не готово. Но в условиях, когда подавляющее большинство общества видело в демократическом устройстве лучшую гарантию своего светлого будущего, а вокруг (в России, Германии, Венгрии) бушевали революционные бури, они предпочитали не демонстрировать свои истинные взгляды, и даже использовали в своих названиях такие определения, как «народная», «демократическая».

Ю. Пилсудский, у которого не было собственной партии, пользуясь полномочиями главы государства, сосредоточился на установлении своего полного контроля над формирующейся польской армией.

Первой открытой пробой сил стали выборы в Законодательный сейм 26 января 1919 г. Их бойкотировали немецкое, часть еврейского и украинского населения, а также коммунисты, усматривавшие в выборах попытку буржуазии и помещиков отвлечь массы от революционной борьбы.

Большинство польского населения тех территорий, которые уже вошли в состав государства (бывшее Царство Польское и Малая Польша), приняло самое активное участие в выборах, рассматривая их как своеобразный плебисцит «за» или «против» национальной независимости. Избирательные списки были выставлены более чем 20 политическими группировками. Наибольшее количество голосов было получено национальными демократами и их союзниками. Значительного успеха добились крестьянские партии и социалисты. Но ни одна из политических группировок не получила абсолютного большинства мест в сейме, поэтому каждое формируемое в Польше правительство могло иметь или коалиционный, или внепарламентский характер.

Собравшийся в феврале 1919 г. сейм подтвердил полномочия Пилсудского как начальника государства до момента принятия постоянной конституции и избрания на ее основе президента страны, а также принял закон о временной организации высшей власти, получивший название Малой конституции, который определял полномочия сейма, начальника государства и правительства. Пилсудскому удалось сохранить свой полный контроль над армией и свободу рук в восточной политике.

Работа над постоянной конституцией заняла два года. Все это время в сейме и прессе шли горячие дискуссии о форме государственного устройства, полномочиях отдельных ветвей власти, принципах избирательного права. 17 марта 1921 г. сейм принял конституцию (она получила название «мартовской»). Это была одна из наиболее демократических конституций в мире на то время. Польша провозглашалась республикой, верховная власть в которой принадлежит народу. Органами власти в области законодательной являлся парламент, состоящий из двух палат — сейма и сената, исполнительной — президент и правительство, в области судебной — независимые суды. Выборы в парламент были всеобщими, равными, прямыми, пропорциональными при тайном голосовании. Не имели права голоса лица, находившиеся на действительной воинской службе.

Президент избирался парламентом. Он имел право выдвижения кандидатур премьера и министров, а также представлял государство на международной арене. Правительство было ответственно перед парламентом. Сейм, наделенный основными полномочиями в законодательной и контрольной областях, утверждал правительство и отдельных министров и имел право их смены. Особая позиция сейма в государстве закреплялась крайне сложной процедурой его досрочного роспуска.

Конституция провозглашала основные демократические права и свободы личности, равенство всех граждан страны, независимо от происхождения, национальности, языка, расы или вероисповедания. При этом предусматривалось, что римско-католическое вероисповедание будет занимать в государстве ведущее положение. 

Все виды собственности объявлялись неприкосновенными. Нарушение этого права допускалось только на основании закона, исходя из высших интересов общества, за соответствующую компенсацию.

Конституция закрепляла в Польше строй парламентской демократии, ключевую роль в котором играл сейм. Принятый на основании конституции закон о выборах позволял проводить в сейм своих представителей даже небольшим политическим партиям.



4. Борьба за границы II Речи Посполитой с Германией и Чехословакией



Вопрос о границах возрожденного государства относился к числу наиболее сложных. Поскольку западные державы считали, что Польша должна получить только области с преобладающим польским населением, то ее руководители не могли официально добиваться возвращения исторических территорий, утраченных в период с XIII по XVIII в. и имевших в начале XX в. преимущественно непольское население. Борьба за границы Польши наиболее красноречиво свидетельствует о том, что ее руководители в своих действиях в этом вопросе исходили отнюдь не из идеологических соображений. Главным для них было создание максимально крупного государства, способного успешно противостоять давлению Германии и России и стать лидером в регионе. Поэтому объектами их агрессивных действий стали не только советские республики, но и Германия, Литва, два украинских государства.

Компьенское перемирие предусматривало отвод германских войск на линию границ 1914 г. Однако польское население Великой Польши и Верхней Силезии в массе своей не желало оставаться в составе Германии. В конце декабря 1918 г. началось восстание в Великой Польше, продолжавшееся до середины февраля 1919 г. В его ходе была освобождена почти вся область. Но формально, до мирной конференции в Париже, она продолжала оставаться в составе Германии.

Вопрос о польско-германской границе решался в Париже. Польская делегация добивалась возвращения всей Верхней Силезии, Восточного Поморья и Гданьска (Данцига), части Восточной Пруссии (Вармии, Мазур и Повислья). В этом ее поддерживала Франция, заинтересованная в максимальном ослаблении Германии, Англия же решительно этому противилась.

По Версальскому миру к Польше, помимо Великой Польши, отходила без всяких оговорок только часть Восточного Поморья, для связи с которой был образован т.н. «коридор», разрезавший территорию Германии на две части. Гданьск получил статус вольного города под контролем Лиги наций. Вопрос о принадлежности Верхней Силезии и требуемых Варшавой районов Восточной Пруссии должен был решаться путем плебисцита.

Плебисцит в Вармии, Мазурах и Повислье был проведен 11 июля 1920 г. и Польшей проигран. Сложно решался вопрос о Верхней Силезии. В 1919 и 1920 гг. созданные здесь с помощью польских спецслужб тайные военизированные организации поднимали восстания против правления Германии, надеясь, что Антанта признает территориальные притязания Польши. Но плебисцит, состоявшийся 20 марта 1921 г., оказался неблагоприятным для Польши. За присоединение к ней проголосовало 480 тыс. человек, против — 700 тыс. Германия, поддерживаемая Англией и Италией, настаивала на признании результатов плебисцита, в соответствии с которыми к Польше отошли бы только несколько повятов. Польша требовала передачи ей всего силезского промышленного района, и в этом ее поддерживала Франция. Опасаясь неблагоприятного решения великих держав, польские политические и военные руководители Верхней Силезии по согласованию с Варшавой и с ведома французов приняли решение о начале третьего Силезского восстания. Оно продолжалось с 3 мая до конца июня 1921 г., когда по настоянию великих держав было заключено перемирие. Вопрос был передан на рассмотрение Лиги наций, принявшей в октябре 1921 г. решение о разделе Верхней Силезии. Польша получила 29% плебисцитной зоны с 46% населения. К ней отошла основная часть горнодобывающей и металлургической промышленности региона. В июле 1922 г. эта территория окончательно перешла под администрацию Польши, получив автономный статус. В г. Катовице был созван местный сейм. Значительные территориальные потери Германии в пользу Польши стали главной причиной достаточно сложных отношений этих государств в последующие два десятилетия.

Серьезные трудности возникли при установлении польско-чехословацкой границы в Тешинской Силезии. Этот район со смешанным польско-чешско-немецким населением был весьма важным в экономическом отношении. Здесь были сосредоточены крупные месторождения высококачественного коксующегося угля, успешно развивалась черная металлургия, машиностроение, химическая и текстильная промышленность. Проведенное 5 ноября 1918 г. польскими и чешскими местными органами власти предварительное разграничение территории с учетом этнического принципа не устраивало пражское правительство, так как основная часть промышленности оказалась у поляков. 23 января 1919 г., за несколько дней до выборов в польский сейм, которые, в случае их проведения на спорной территории, юридически закрепляли бы вхождение большей части Тешинской Силезии в состав Польши, чешские войска неожиданно перешли разграничительную линию и повели успешное наступление. В конфликт вмешалась Антанта, предложив урегулировать территориальный спор путем плебисцита. Но он так и не был здесь проведен, а в июле 1920 г. Совет Послов Антанты с согласия конфликтующих сторон принял решение о демаркации польско-чехословацкой границы в спорном районе без плебисцита по линии противостояния войск. Польско-чехословацкий спор о границе отрицательно повлиял на отношения этих двух славянских государств в межвоенное двадцатилетие.

Если при определении северных, западных и южных границ Польша вынуждена была считаться с волей Антанты, грозившей в противном случае отказать ей в признании, то совершенно иной была ее политика на востоке.

В политических кругах Польши доминировали две концепции обеспечения национальной безопасности страны, расположенной между такими сильными державами, как Германия и Россия. Ю. Пилсудский главную опасность для Польши всегда видел в России. Наиболее действенным путем ослабления России он считал создание на ее национальных окраинах независимых государств. Литва и Белоруссия затем образовали бы с Польшей федеративное государство, а с Украиной был бы заключен военно-политический союз. В случае такого развития событий, полагал Пилсудский, угроза Польше с востока была бы сведена к минимуму, что позволяло бы ей не опасаться и Германии. Для осуществления этого плана нужна была активная политика на востоке, которую Пилсудский до лета 1920 г. проводил, не считаясь с сеймом и правительством.

Р. Дмовский и его сторонники основного врага Польши видели в Германии. Для успешного противостояния Берлину они полагали необходимым добиться согласия России на присоединение ее отдельных областей на западе, до разделов входивших в состав Речи Посполитой (части Литвы, Западной Белоруссии, Западной Волыни), к Польше. Это привело бы к созданию сильного польского государства, имеющего добрососедские отношения с Россией и способного успешно противостоять натиску Германии.

Общим для авторов обоих подходов было убеждение в том, что Восточная Галиция, в которой преобладало украинское население, была неотъемлемой частью Польши. Иллюзорность расчетов на мирное решение галицийской проблемы стала очевидной еще до образования общепольского правительства. 18 октября 1918 г. Украинский национальный совет во Львове провозгласил создание независимого государства из всех украинских территорий Австро-Венгрии, а в ночь на 1 ноября украинский Военный комитет овладел Львовом. Вскоре украинские части контролировали всю Галицию от реки Збруч на востоке до реки Сан на западе. Государство получило название Западно-Украинской Народной Республики (ЗУНР).

Против ЗУНР активно выступили галицийские поляки, получавшие подкрепление из Малой Польши, Тешинской Силезии, бывшего Царства Польского. Боевые действия длились здесь до середины 1919 г. Поскольку в январе 1919 г. произошло объединение ЗУНР и Украинской Народной Республики, в военные действия были втянуты и петлюровские войска. Победа поляков стала возможной во многом благодаря переброске в Галицию польской добровольческой армии из Франции, а также боевым действиям против ЗУНР Румынии, претендовавшей на Северо-Восточную Буковину.

На востоке основными соперниками Польши оказались литовские и белорусские коммунисты, первые столкновения вооруженных сил которых и польских отрядов местной самообороны произошли уже в конце 1918 г. Активные боевые действия между советскими войсками и польской армией начались в феврале 1919 г. 19 апреля 1919 г. польские войска заняли Вильно (Вильнюс), столицу созданной в феврале того же года Литовско-Белорусской ССР. В последующие месяцы они продвинулись еще дальше на восток, до линии рек Березина и Западная Двина, захватили Минск.

Парижская мирная конференция оставила открытым вопрос о восточных границах Польши в надежде, что окончательно он будет решен самой Россией после падения советской власти. Такая позиция Антанты давала Пилсудскому возможность вести на востоке наступательные действия, чтобы реализовать свою концепцию безопасности. При этом польское военное командование всячески избегало тесного сотрудничества с белогвардейцами, сторонниками «единой и неделимой России», и даже договорилось осенью 1919 г. о временном прекращении активных боевых действий с представителем правительства РСФСР Юлианом Мархлевским. Это позволило советскому командованию перебросить часть войск с Западного на Южный фронт во время наступления Деникина на Москву. 

Польский экспансионизм на востоке вызывал протесты политических элит проживавших здесь народов, их обращения к великим державам с просьбой дать им возможность реализовать право на национальное самоопределение. 8 декабря 1919 г. Верховный совет Антанты принял декларацию по поводу временной восточной границы Польши, фактически определившую в качестве этнической границы линию, проходившую через Гродно, Брест, восточнее Перемышля до Карпат (так называемая линия Керзона). Польское правительство могло создавать свою гражданскую администрацию только на территориях, лежащих к западу от нее.

Это решение оказалось на руку Пилсудскому, который получил возможность создавать военную администрацию к востоку от линии Керзона, абсолютно неподконтрольную сейму и правительству. Не последовало положительной реакции Варшавы и на неоднократные, в целом для нее благоприятные, предложения Москвы о начале мирных переговоров. Пилсудский, зная настроения в советском руководстве, не верил ему, опасаясь, что после победы в гражданской войне Красная Армия обрушится на Польшу, чтобы экспортировать революцию в Европу. Поэтому он торопился с реализацией своего плана в отношении Украины. 21 апреля 1920 г. им был подписан договор с верховным атаманом Симоном Петлюрой, который за помощь в разгроме Украинской Советской Социалистической Республики согласился уступить Польше Галицию и часть Волыни, а также предоставить ей значительные экономические права и льготы. Наряду с политическим был подписан и военный договор, предусматривавший переход армии Петлюры под польское оперативное командование на период совместного наступления на Киев.

25 апреля 1920 г. началось польско-украинское наступление на Украине, и уже 7 мая поляки, не встречая сопротивления, вошли в Киев. Несмотря на видимые успехи, им не удалось, однако, решить главной задачи — разгро­мить основные силы Красной Армии. Не сбылись также надежды на активную поддержку украинским народом Петлюры, которая могла бы дать ему возможность укрепить свою власть и содействовать реализации планов Пилсудского. Кроме того, с этого момента война с Польшей стала восприниматься той частью российского общества, которое до этого сдержанно относилось к большевикам, как патриотическое дело. Война все больше приобретала черты очередной польско-русской войны за спорные территории.

5 июня переброшенная с Северного Кавказа 1-й конная армия С.М. Буденного прорвала польский фронт, и началось советское контрнаступление на Украине. В июне его поддержали части Красной Армии, сосредоточенные в Белоруссии. Польские войска дрогнули и начали отступление по всему фронту, не менее стремительное, чем апрельское наступление. Такая тактика позволила польскому командованию сохранить живую силу своей армии, аналогично тому, как это было сделано чуть раньше советским командованием.

Особенно успешно действовали советские войска в Белоруссии под командованием М.Н. Тухачевского. В июле 1920 г. они пересекли этническую границу Польши и подошли к Варшаве. Молодое польское государство оказалось на грани гибели. В этот момент в советском руководстве возобладало убеждение, что начинает осуществляться его план перенесения революции в развитые европейские государства. События на польско-советском фронте встревожили державы Антанты, они резко увеличили свою помощь Польше деньгами, оружием, советниками и военными специалистами, а также активизировали посреднические действия между Варшавой и Москвой. Великобритания даже предложила Советской России Восточную Галицию взамен за немедленный мир с поляками. Авантюризм Пилсудского не на шутку встревожил польских политиков, во время польского отступления они добились изъятия из его ведения восточной политики.

В ходе польского похода Красной Армии широкий размах получили мероприятия по установлению советской власти. 8 июля 1920 г. был создан Галицийский революционный комитет, а 30 июля в захваченном Красной Армией Люблине возник Польский временный революционный комитет (Польревком) во главе с Ю. Мархлевским, Феликсом Дзержинским и Феликсом Коном. Польревком провозгласил национализацию фабрик, шахт, поместий, отделение церкви от государства и светское образование, приступил к формированию собственной армии. В качестве ближайшей политической задачи было выдвинуто создание Польской ССР.

Вторжение Красной Армии в этническую Польшу вызвало у поляков мощный патриотический подъем. Было создано коалиционное правительство национальной обороны во главе с лидером Польской крестьянской партии «Пяст» Винценты Витосом (1874—1945), началось формирование добровольческой армии. Мужественно защищали Варшаву не только регулярные части, но и организованные по инициативе Польской социалистической партии (ППС) рабочие батальоны. 

14 августа наступление Красной Армии было остановлено и после ожесточенных боев польские войска вынудили ее к отступлению. Фронт вновь стал перемещаться на восток. К середине октября 1920 г. он остановился на линии рек Десна—Збруч. В ходе контрнаступления Ю. Пилсудский приказал командиру Литовско-белорусской дивизии генералу Люциану Желиговскому имитировать бунт и захватить Вильно с прилегающим районом, в июле 1920 г. освобожденные советскими войсками и переданные Литве. 9 октября 1920 г. Желиговский выполнил приказ. На захваченной им территории было создано эфемерное государство Срединная Литва, вошедшее в 1922 г. в состав Польши.



5. Политическое развитие 1918-1939 гг.



1 — западные польские земли, возвращенные Польше по Версальскому мирному договору 1919 г.; 2 — территория, возвращенная Польше после распада Австро-Венгрии в 1918 г.; 3 — территория Западной Украины, захваченная Польшей в 1918— 1919 гг.; 4 — территория, захваченная Польшей у Литвы в 1920 г.; 5 — территория Западной Украины и Западной Белоруссии, захваченная Польшей в 1919—1920 гг.; 6 — плебисцитные зоны в Восточной Пруссии и Верхней Силезии; 7— временная восточная граница Польши, намеченная в Версале 8 декабря 1919 г. («линия Керзона»); 8 — восточная граница Польши по Рижскому договору 1921 г.; 9— прочие границы Польши на 1921 г.; 10 — современная западная граница Польши, установленная в 1945 г.

12 октября 1920 г. было подписано соглашение о прекращении военных действий между Польшей и советскими республиками, а 18 марта 1921 г. в Риге Польша, с одной стороны, и РСФСР и УССР, с другой, подписали мирный договор. Было решено, что граница будет проходить от Западной Двины на юг к западу от Минска и на восток от Лунинца, через Острог до Збруча и по Збручу до Днестра.

Отдельными договорами были урегулированы границы с Латвией и Румынией. Литва не согласилась с захватом Польшей Вильно и прилегающей области, и до 1938 г. между этими странами не было дипломатических отношений. Державы Антанты признали польскую восточную границу в 1923 г.

Определение восточной границы Польши завершило процесс ее возвращения на политическую карту мира в качестве самостоятельного, суверенного государства, активного участника международных отношений. 

В результате дипломатических и военных усилий Польша сложилась как многонациональное государство. Национальные меньшинства, самыми крупными из которых были украинское (14,3%), еврейское (7,8%), немецкое (4,7%) и белорусское (3,9%), составляли более 30% ее населения. На практике победила территориальная концепция Р. Дмовского. Польша была унитарным государством, отказывавшим меньшинствам не то что в праве на самоопределение, но даже в культурной автономии. Тем не менее по настоянию держав Антанты она вынуждена была взять на себя обязательства по охране прав ряда национальных меньшинств (евреев, немцев на бывших землях Германии и украинцев Галиции по договору 1919 г. с державами Антанты, а также белорусов и украинцев Волыни по Рижскому договору 1921 г.) 

Силовое установление большей части границ Польши стоило ей более 50 тыс. погибших в боевых действиях и умерших от ран, а также привело к напряженности и подозрительности в отношениях со всеми соседями, за исключением Румынии и в определенной степени Латвии. Откровенно профранцузская ориентация внешней политики в период становления государственности ограничивала свободу маневра в будущем, по мере того, как Франция теряла свои господствующие позиции на континенте.

Прошедшие в ноябре 1922 г. выборы в парламент вновь не дали ощутимого перевеса ни одному из политических лагерей. Мандаты в сейме распределились примерно в равной пропорции между правыми, центром и левыми. Своих депутатов в сейм удалось провести коммунистам, находившимся на нелегальном положении. Основная часть украинского населения Восточной Галиции бойкотировала выборы в знак протеста против польской оккупации этого региона. Болезненное поражение потерпел лагерь Пилсудского, на этот раз выступивший самостоятельно. Составившие его группировки не получили ни одного места в парламенте.

9 декабря 1922 г. состоялись выборы первого президента независимой Польши. Пилсудский отказался выставлять свою кандидатуру. Только в пятом туре удалось определить победителя. Им стал Габриель Нарутович, кандидатуру которого, выдвинутую левой Польской крестьянской партией «Вызволене», поддержали левые, центристы и национальные меньшинства. Правые партии, группировавшиеся вокруг национальных демократов, развернули мощную антипрезидентскую кампанию, особенно подчеркивая то обстоятельство, что он победил благодаря депутатам от национальных меньшинств (евреям, немцам, украинцам). 11 декабря, в день приведения к присяге Нарутовича, в Варшаве состоялись массовые уличные демонстрации протеста. За ними, как и в январе 1919 г., просматривались действия военной контрразведки, по-прежнему полностью контролировавшейся пилсудчиками. В атмосфере националистической истерии, нагнетаемой правой прессой, 16 декабря 1922 г. Нарутович был смертельно ранен во время осмотра художественной выставки. 20 декабря 1922 г. состоялись новые выборы президента. Им стал Станислав Войцеховский, кандидат центристской Польской крестьянской партии «Пяст», за которого голосовали те же партии, что и за Нарутовича.

Расстановка сил в новом сейме была такая же, как и в предыдущем. Правительство могло быть или коалиционным, или внепарламентским, создававшимся в том случае, когда по каким-то причинам еще не была готова следующая парламентская коалиция. Конструктивные недостатки и изъяны польского парламентаризма во всей своей полноте проявились в 1922—1926 гг. Политическая раздробленность сейма (17 фракций в начале 1923 г. и 26 фракций в начале 1926 г.) стала причиной того, что в относительно короткий срок были испробованы практически все возможные варианты правительств. Кабинет Владислава Сикорского в 1922-1923 гг. пользовался поддержкой левых и центристских партий, В. Витоса в 1923 г. опирался на правых и центр, Владислава Грабского 1923-1925 гг. был внепарламентским, Александра Скшиньского в 1925-1926 гг. состоял из представителей правых, центристов и левых, а 10 мая 1926 г. вновь было сформировано правоцентристское правительство В. Витоса.

Коалиционные правительства, которых в 1918-1926 гг. было тринадцать, как правило существовали недолго, от недели до полугода. За это время они не всегда даже успевали выработать единую правительственную программу, а те важные законы, которые принимались по их инициативе, нередко вызывали сильное недовольство в обществе, как это случилось, например, с законом об аграрной реформе.

На этом фоне выгодно выделялось внепарламентское правительство В. Грабского, просуществовавшее почти два года. Оно пришло к власти в конце 1923 г., в один из наиболее критических моментов, когда парламент после отставки правоцентристского кабинета не мог сформировать новое правительственное большинство. По сравнению с парламентскими правительствами, В. Грабский добился выдающихся результатов. Была стабилизирована финансовая система, введен в обращение польский злотый, заметно оживилась экономика, удалось покончить с партизанским движением в Западной Белоруссии и Западной Украине.

К числу причин частых смен кабинетов можно отнести серьезные разногласия между отдельными партиями по таким вопросам, как пути и темпы решения аграрного вопроса, методы преодоления кризисных явлений в промышленности, отношение к национальным меньшинствам, пересмотр конституции 1921 г. и закона о выборах и т.д.

Среди политиков разных направлений крепло убеждение в необходимости глубоких изменений в государственном устройстве. Национальные демократы, христианские демократы, Польская крестьянская партия «Пяст» и другие правые и центристские партии считали, что следует уменьшить зависимость исполнительной власти от парламента, расширить полномочия президента и изменить закон о выборах таким образом, чтобы сократить в сейме представительство от национальных меньшинств. Национальные демократы, начиная с 1923 г., активно изучали и пропагандировали опыт итальянских фашистов и призывали использовать его в польских условиях.

Польская социалистическая партия, Польская крестьянская партия «Вызволене» и другие левые партии, постепенно оттесняемые от участия в управлении государством, допускали возможность отстранения правых и центристских партий от власти с помощью силы. Активную пропагандистскую деятельность вели коммунисты. Они считали, что только социалистическая революция даст возможность построить в Польше государство, отвечающее интересам трудящихся. Их небольшая фракция в сейме относилась к числу наиболее активных.

Целенаправленная партийная пропаганда слева и справа усиливала настроения разочарования и недовольства парламентской моделью государственного устройства, которая сложилась в Польше в первые годы независимости и была закреплена в конституции 1921 г. Почти всеобщая неудовлетворенность парламентской демократией, достигшая своего пика в конце 1925 — начале 1926 г., а также резкое ухудшение именно в это время хозяйственной конъюнктуры создали благоприятную атмосферу для государственного переворота, возглавленного Ю. Пилсудским.

После избрания Г. Нарутовича президентом Ю. Пилсудский сложил с себя полномочия начальника государства, а в 1923 г. подал в отставку с занимаемых им постов в армии, выразив таким образом свой протест против создания правоцентристского кабинета В. Витоса. Но он не оставил планов своего возвращения к руководству страной. Пилсудский и его соратники по легионам, не без основания считавшие, что они внесли значительный вклад в борьбу за независимость Польши, не могли спокойно смотреть, как политики, увлеченные борьбой за власть, преследуя узкопартийные цели, дестабилизируют государство. Сторонники Пилсудского, опасавшиеся за свои позиции, прежде всего в армии, пытались создать условия для его возвращения к власти в ноябре 1923 г., когда в Кракове произошли крупные выступления рабочих против экономической политики правительства Витоса. Направленные против демонстрантов войска под командованием офицеров-пилсудчиков дали себя разоружить, но дальнейшего обострения обстановки в городе и стране не произошло, правительство взяло ситуацию под контроль. 

Благоприятный момент для переворота сложился в 1926 г. 10 мая в полном соответствии с конституцией было сформировано крайне непопулярное в обществе правительство правоцентристского большинства, которое, как и в 1923 г., возглавил В. Витос. 12 мая Ю. Пилсудский во главе верных ему воинских частей, собранных для проведения маневров в окрестностях Варшавы военным министром предыдущего кабинета Л. Желиговским, выступил в поход на столицу.

В ходе боевых действий между верными правительству войсками и бунтовщиками, продолжавшихся до 14 мая, погибло 300 человек, около 1 тыс. было ранено. Переворот поддержали левые партии. Их лидеры рассчитывали, что в случае победы Пилсудский распустит сейм и назначит новые парламентские выборы, которые, как они полагали, принесут победу левым силам и позволят им взять власть. Поддержали переворот и коммунисты. По их убеждению, Пилсудский был кем-то вроде А. Керенского в России после Февральской революции, выразителем интересов мелкой буржуазии. Рано или поздно, считали они, он вынужден будет пойти на союз с крупной буржуазией, а это оттолкнет от него массы. Дождавшись этого момента, коммунисты возглавят их и поведут на штурм капитализма.

Вооруженная акция Пилсудского против непопулярных правоцентристских сил получила поддержку значительной части населения. Только в западных районах Польши, где сильным было влияние партий правительственной коалиции, преобладала негативная реакция. Именно отсюда на помощь кабинету Витоса двинулись воинские подразделения. Но они так и не достигли столицы. 14 мая по инициативе Польской социалистической партии началась всеобщая забастовка железнодорожников, парализовавшая переброску верных правительству войск. В то же время двигавшиеся на помощь Пилсудскому части с востока не встречали никаких препятствий. Страна оказалась перед угрозой гражданской войны. Не желавшие углубления конфликта президент С. Войцеховский и правительство Витоса подали в отставку. Это означало победу Пилсудского.

Осуществив переворот, первый маршал независимой Польши формально не объявил себя диктатором, как того хотели некоторые из его сторонников, и не распустил парламент. 31 мая парламент избрал Пилсудского президентом страны. Но он от выбора отказался, ссылаясь на то, что конституция дает слишком малые полномочия главе государства. 1 июня президентом Польши был избран мало известный в политических кругах профессор Львовского политехнического института Игнацы Мосьцицкий, в молодые годы участвовавший в социалистическом движении. 

Начался постепенный, растянувшийся на годы процесс замены парламентской системы правления на авторитарный квазипрезидентский режим, поскольку реальной властью в стране до 1935 г. обладал не избираемый Национальным собранием президент, а опиравшийся на армию и государственный аппарат Ю. Пилсудский. Сейм утратил свою роль главного института государственной власти в пользу Пилсудского и его ближайшего окружения. В августе 1926 г. декретом президента Ю. Пилсудский был назначен генеральным инспектором вооруженных сил, тем самым был формально закреплен его полный контроль над армией. Режим известен в истории как «санационный» (от латинского sanatio, т.е. оздоровление, так как именно под лозунгами оздоровления политической и общественной жизни в стране был осуществлен государственный переворот). 

Стремясь легализовать переворот и создать видимость сохранения демократии, Пилсудский не распустил парламент и не отменил конституцию 1921 г. Режим пошел другим путем. Уже в августе 1926 г. в Основной закон были внесены существенные поправки. Президент получил право досрочно распускать сейм и сенат без согласования с депутатами и назначать новые выборы, издавать декреты, имеющие силу закона до момента, когда их утвердит или не утвердит парламент. Сейм лишился ряда своих важных полномочий. Его работа стала строиться не на постоянной, а на сессионной основе. Право созывать и закрывать сессии сейма было предоставлено президенту. Из изданных президентом декретов наибольшее возмущение вызвало введение предварительной цензуры прессы. С этого времени оппозиционные газеты часто выходили с белыми пятнами на месте отдельных абзацев и целых статей, запрещенных цензурой. Пилсудский практически не считался с волей парламента при формировании правительства. 

Стремясь расширить социальную базу режима, Ю. Пилсудский сблизился с крупной буржуазией и помещиками, которые до переворота в значительной своей части поддерживали национальных демократов. Упрочению режима способствовал и спад социальной напряженности, связанный со вступлением польской экономики в период благоприятной конъюнктуры и ростом спроса в Европе на польский уголь в результате стачки английских горняков.

В первые годы существования режим в качестве основных своих противников определил революционный лагерь, а также партии, до переворота составлявшие правоцентристское большинство в сейме. В марте 1927 г. власти запретили связанные с нелегальной Коммунистической партией Польши Независимую крестьянскую партию и Белорусскую крестьянско-рабочую громаду, их лидеры были лишены депутатского иммунитета и арестованы. Смена политических предпочтений имущих классов лишила правые партии прежней щедрой финансовой поддержки, их сторонников изгоняли из армии и государственного аппарата, активистов нередко жестоко избивали «неустановленные лица» и т.д.

Проводимая Пилсудским политика сближения с имущими классами, его нежелание считаться с требованиями левых партий стали стимулом для постепенного перехода ППС и левых крестьянских партий в оппозицию правительству. Им нелегко было менять свое отношение к режиму, особенно к его лидеру, который обладал не только несомненными заслугами перед этими партиями в прошлом, но и несомненной харизмой, с которой не могли соперничать даже его весьма популярные в обществе соперники В. Витос и Р. Дмовский.

Парламентских выборы 1928 г. не принесли абсолютного большинства мандатов лагерю санации. Его обошли левые партии, серьезного успеха добились партии национальных меньшинств и коммунисты, крупное поражение потерпели правые и центристские партии. Учитывая переход левых партий на антисанационные позиции, неизбежным стало столкновение между сторонниками восстановления парламентской демократии и режимом. Обострению противостояния способствовал и обрушившийся на страну мировой экономический кризис, с которым «санация» не могла справиться. В 1929 г. в результате соглашения шести левых и центристских партий был образован блок, получивший название Центролев. Национальные демократы и коммунисты в него не вошли.

Первоначально лидеры Центролева намеревались устранить режим с помощью парламентских процедур, в том числе путем выражения вотума недоверия правительствам, назначаемым президентом по воле Пилсудского. Но режим игнорировал эти усилия, вместо одного неугодного оппозиции кабинета министров президент назначал следующий, ничем не отличающийся от предшествующего. В этих условиях оппозиция решила поднять на борьбу с режимом широкие массы. В июне 1930 г. в Кракове ею был проведен Конгресс в защиту прав и свободы народа под лозунгами свержения диктатуры и восстановления в Польше демократии, завершившийся 30-тысячной демонстрацией. Было решено в сентябре 1930 г. провести аналогичные мероприятия еще в 31 городе.

Активизация деятельности оппозиции в сочетании с нарастающими лавинообразно экономическими трудностями грозили режиму серьезными политическими испытаниями. Ответом на вызов Центролева стал досрочный роспуск сейма и арест руководителей оппозиции, в том числе трехкратного премьера В. Витоса. Арестованных обвинили в подготовке покушения на законное правительство и посадили в военную тюрьму в Брестской крепости, где они подверглись физическому и психологическому давлению. Волна репрессий прокатилась по всей стране, было арестовано около 5 тыс. человек. В Восточной Галиции в связи с участившимися случаями поджогов польских хозяйств и индивидуального террора со стороны украинских националистов силами полиции было проведено так называемое «умиротворение». В ходе акции были арестованы около 30 бывших депутатов и 100 видных украинских политических и общественных деятелей, разгромлены многие украинские культурно-просветительные, кооперативные и общественные организации.

Прошедшие в ноябре 1930 г. в обстановке репрессий выборы в парламент, получившие название «брестских», принесли, наконец, «санации» победу: она завоевала более половины мандатов в сейме и сенате. Тем самым у режима появилась возможность проводить через парламент любые законы, не считаясь с мнением оппозиции.

После 1930 г. в политике режима заметно усилились антидемократические тенденции. Был проведен судебный процесс по делу арестованных лидеров оппозиции, все они были приговорены к различным срокам тюремного заключения. Не дожидаясь окончания процесса, многие из них эмигрировали из страны. Новые репрессии обрушились на революционные силы. Были арестованы руководители Украинского крестьянско-рабочего объединения, запрещена деятельность левой крестьянской партии «Самопомощь», принят новый тюремный устав, отменявший права политических заключенных, ликвидирована независимость судей и введены военно-полевые суды и т.д. После совершенного Организацией украинских националистов в 1934 г. успешного покушения на министра внутренних дел Б. Перацкого был создан концентрационный лагерь в Березе-Картуской в Западной Белоруссии. В него направлялись политические противники режима в административном порядке, без следствия и суда.

В начале 30-х гг. в связи с неизлечимой болезнью Ю. Пилсудского резко актуализировалась проблема сохранения режимом власти после смерти диктатора. «Санация» видела выход в принятии новой конституции, которая юридически закрепила бы ее главенствующие позиции в государстве. Но для изменения конституции требовалось сеймовое большинство в 296 голосов, а у «санации» было только 246 мандатов. В январе 1934 г., воспользовавшись отсутствием в зале заседаний депутатов от оппозиции, маршал сейма предложил считать обсуждавшиеся в тот день конституционные тезисы формальным проектом конституции и до возвращения отсутствующих депутатов провел без обсуждения необходимые по процедуре три голосования. Протесты оппозиции были проигнорированы. Принятый нижней палатой проект прошел обсуждение в сенате, предложившем ряд поправок, в марте 1935 г. прошел повторное обсуждение в сейме, но уже как обычный, а не основной закон. В этом случае для принятия окончательного текста требовалось большинство в 11/20, а не 2/3 голосов.

Президент подписал текст новой конституции 23 апреля 1935 г. Апрельская конституция коренным образом отличалась от Основного закона 1921 г. На первом плане оказался не народ, а государство. Среди граждан страны выделялась элита, так называемые лучшие сыны. Центральное место в государстве отводилось президенту, соединяющему в своих руках «единую и неделимую государственную власть». Он являлся высшим руководителем правительства, сейма, сената, вооруженных сил, судов и государственного контроля, назначал 1/3 сенаторов. За свою деятельность президент отвечал только «перед богом и историей». Права сейма были ограничены в пользу исполнительной власти и сената. 

Начавшийся в 1926 г. процесс перехода от парламентской к квазипрезидентской республике завершился, режим «санации» успел создать необходимые условия для закрепления за собой власти и после смерти Ю. Пилсудского, позиционировавшего себя в качестве мудрого руководителя и отца нации. 12 мая 1935 г. диктатор скончался. «Санация» потеряла вождя, но сохранила власть. 

Сохранению господствующих позиций «санации» должен был помочь и новый избирательный закон. Политические партии были лишены права выдвигать своих кандидатов в депутаты, число которых сократилось наполовину (до 222). Теперь это могли делать только избирательные комиссии, состоящие из представителей государственной администрации и подконтрольных властям хозяйственных и профсоюзных организаций. Окружные избирательные комиссии определяли двух кандидатов на одно место в сейме, что превращало выборы в своеобразный плебисцит.

Состоявшиеся в сентябре 1935 г. парламентские выборы показали, что доверие к «санации» в обществе сильно подорвано. Многие избиратели откликнулись на призыв оппозиционных партий бойкотировать выборы. По официальным данным, которые оппозиция считала фальсифицированными, в них участвовало 46,5% избирателей, а действительными были признаны только 35,5% поданных голосов.

Потеря харизматического вождя не замедлила сказаться на единстве рядов «санации», ее гражданскому крылу стало резко оппонировать военное. Чтобы снять противоречия, президент И. Мосьцицкий вынужден был в нарушение конституции поделиться частью своих полномочий с новым генеральным инспектором вооруженных сил Эдвардом Рыдз-Смиглы. Но и этот шаг не уберег режим от дальнейшего прогрессирующего ослабления. Не принесли заметных результатов попытки организационной перестройки лагеря «санации». В нем все заметнее становились противоречия между отдельными группировками, обострялась борьба за лидерство.

Одновременно крепла сплоченность демократической оппозиции, росло стремление к совместной борьбе с диктатурой за восстановление парламентаризма. К забастовкам как оружию экономической и политической борьбы, помимо рабочих, стали прибегать и крестьяне. Мощный натиск оппозиции вынуждал режим к примирительным шагам и жестам, к обещаниям пересмотреть закон о выборах и т.д.

Произошли позитивные сдвиги в стратегии и тактике компартии, в предшествующие годы одинаково страстно критиковавшей и режим, и демократическую оппозицию, особенно социалистов. После VII конгресса Коминтерна (1935) коммунисты перешли на платформу широкого антифашистского фронта, выражали готовность сотрудничать со всеми партиями, выступавшими за восстановление парламентской демократии. Их призывы находили поддержку у левых деятелей ППС и крестьянской партии Стронництво людове (создана в 1931 г. в результате объединения трех основных польских крестьянских партий), у части рабочих и крестьян, особенно молодежи. Между компартией и социалистами было достигнуто соглашение об отказе от взаимных нападок и критики. Но эффективный единый фронт в Польше создать не удалось.

В 1935—1937 гг. многие польские коммунисты, находившиеся в эмиграции в СССР, стали жертвами сталинских репрессий. В 1938 г. по решению Исполкома Коминтерна (ИККИ) компартия Польши была распущена по ложному обвинению в том, что в ее руководство проникли агенты польской контрразведки. ИККИ также постановил, что восстановить партию можно только с согласия Коммунистического Интернационала.

Острота политического противостояния в обществе стала ослабевать лишь в конце 30-х гг. в связи с ростом угрозы Польше со стороны Германии. Тревога за судьбу родины оказалась сильнее политических разногласий. Патриотические чувства поляков вновь стали основой их консолидации. Свидетельством тому явились досрочные парламентские выборы в ноябре 1938 г., в которых, несмотря на призыв к их бойкоту со стороны ППС, Стронництва людового и национальных демократов, приняли участие 67,3% избирателей.



6. Польская экономика в межвоенные годы 



В границах Польши объединились территории, длительное время входившие в различные государства. Их полная интеграция была первоочередной задачей государства. Нужно было не просто объединить экономику отдельных частей, но и переориентировать ее на удовлетворение потребностей всей страны. Довоенные рынки сбыта продукции польских предприятий в большинстве случаев стали недоступными, поэтому крайне остро стоял вопрос о создании емкого внутреннего и завоевании внешних рынков. Учитывая, что Польша, включившая в свой состав наряду с промышленно развитыми регионами крайне отсталые аграрные области (украинско-белорусские земли, Малая Польша) была аграрно-индустриальной страной, что около 65% ее населения было занято в сельском хозяйстве, именно крестьянство могло и должно было стать основным потребителем промышленной продукции.

Аграрный вопрос в Польше имел и глубокое политическое содержание, поскольку 18 916 крупных хозяйств (0,6% всех хозяйств) площадью более 100 га владели почти 45% всех сельхозугодий страны, в то время как 1,1 млн хозяйств (34%) площадью до 2 га принадлежало немногим более 3% сельхозугодий. Сохранение столь разящих диспропорций в распределении земельной собственности было причиной глубокого антагонизма между крестьянами и помещиками, одним из средств преодоления которого могла быть аграрная реформа. Этот вопрос в независимой Польше решался долго и мучительно. Закон об аграрной реформе был принят только в декабре 1925 г., причем в весьма умеренной редакции. Его действие не распространялось на поместья размером до 180 га в Центральной Польше и 300 га в восточных районах. Поместья, в которых были перерабатывающие предприятия (лесопилки, сахарные и спиртовые заводы и т.д.), могли сохранить до 700 га угодий. Крестьяне выкупали землю по рыночной стоимости. Правда, закон предусматривал и принудительное изъятие земли за выкуп у крупных собственников, но только в том случае, если бы на рынке годовое предложение земли составило менее 200 тыс. га.

Всего в межвоенный период было распарцеллировано 2 654 тыс. га земли. Но у крупных хозяйств площадью более 50 га (0,5% от общего количества земледельческих хозяйств в Польше) все еще оставалось 25,8% обрабатываемых земель. Основная масса крестьянских землевладений по-прежнему относилась к числу малоземельных и их доля даже возрастала за счет середняцких хозяйств. То есть в аграрном секторе страны в межвоенный период доминировали процессы деконцентрации земельной собственности, характеризовавшиеся сокращением крупной и средней земельной собственности в пользу мелкой и даже карликовой. 

Польше нужно было найти свое место в международном разделении труда. Для этого необходима была не только модернизация, но и структурная перестройка польской промышленности, что требовало значительных капиталов, отсутствовавших у польских предпринимателей. В связи с этим возрастала роль государства в развитии промышленности. Именно государство получало большую часть иностранных кредитов, затем направляемых на развитие экономики. С помощью государства в 20-е гг. были построены важные железнодорожные магистрали, морской порт в Гдыне; во второй половине 30-х гг. началась реализация плана создания удаленного от границ Центрального промышленного округа, где на государственные и частные средства строились современные предприятия, в том числе военные. 

В процессе формирования единого народнохозяйственного организма были проведены унификация хозяйственного права, технических норм и стандартов, определенная реструктуризация промышленности и изменения в ее территориальном размещении, создана единая железнодорожная сеть.

Подвести общий баланс экономического развития Польши в межвоенный период сложно. С одной стороны, производство в ряде отраслей промышленности в 1938 г. было ниже, чем в 1913 г., многие из них находились в состоянии застоя. Замедление темпов промышленного развития по сравнению с довоенным периодом затрудняло отток сельского населения в города. Из-за общего расстройства мировой хозяйственной жизни резко сократилась экономическая эмиграция в Западную Европу и за океан. В результате в конце 30-х гг. аграрное перенаселение, начавшее складываться еще в XIX в., составило около 5 млн человек. Особенно тяжелой была ситуация в украинско-белорусских районах и Малой Польше. 

Непродолжительные в целом периоды благоприятной экономической конъюнктуры чередовались со спадами, наиболее разрушительный и длительный из которых пришелся на время Великого экономического кризиса, начавшегося в 1929 г., одновременно с кризисом на Западе, и завершившегося лишь в 1935 г. Он охватил не только промышленность, финансы, торговлю, но и сельское хозяйство, что и предопределило его характер и про­должительность. По глубине кризиса Польша уступала только США и Германии, и у нее было значительно меньше возможностей для борьбы с ним. Особенно болезненным был спад цен на сельскохозяйственную продукцию более чем на 60%.

С другой стороны, были заложены основы современных отраслей промышленности, включая оборонную, практически отсутствовавшую на польских землях до 1918 г. Экономика в большей степени стала ориентироваться на внутренний рынок, беспрепятственно функционировал единый рынок сырья, капиталов и рабочей силы. Недостаток частных капиталов в определенной степени компенсировался возрастающим после 1926 г. государственным участием в экономике (политика этатизма), особенно благоприятно сказывавшимся на развитии индустрии. 

Но все же у Польши не оказалось достаточных средств и времени (всего 18 лет без войны) для того, чтобы справиться со всеми задачами налаживания народного хозяйства и экономической жизни. Ожидания, связанные с независимой государственностью, явно превосходили объективные возможности польской экономики. Возникавшее в результате этого разочарование порождало настроения недовольства выбранной экономической моделью, активно эксплуатируемые отдельными политическими силами, прежде всего коммунистами, левыми социалистами и людовцами.