Нарушитель любви к ближнему первым из людей предает себя

Нарушитель любви к ближнему первым из людей предает себя

(на примере романов В. Распутина «Пожар» и Ч. Айтматова «Плаха»)

Повесть В. Распутина «Пожар» — одно из самых актуальных произведений нашего времени. Кроме самого очевидного значения (в романе описан пожар в сибирском таежном поселке), заглавие повести имеет и более глубокий подтекст. Горит земля под ногами людей, которым безразлична судьба родной земли.

Так же, как на войне, на пожаре человек не может быть бездейственным: он спасает или других, или себя, или свое добро. В этой ситуации ярко раскрывается его сущность, проявляется его истинное лицо. Опасность и риск заставляют каждого быть самим собой, отмести все наносное. Тот, кто на пожаре самоотверженно спасал народное добро, — и работал честно, бескорыстно, качественно, находя высшее удовлетворение в труде во благо других. Тот же, кто на пожаре искал, «где прибыльней и интересней», — и в труде отличался недобросовестностью.

Пожар — это не только стихийно бедствие. Это и огонь истины. Пламя высвечивает, выхватывает из тьмы не только мародерство, убийство, которое произошло в эту ночь, но и прошлое, и настоящее поселка Сосновка. Люди перестали быть хозяевами своей земли, своего селения, не заботились о его благоустройстве. Пожар словно был запрограммирован всем укладом жизни поселка. Он стал огненным знаменем неблагополучия. Вот почему повесть начинается с размышлений Ивана Петровича — главного героя произведения. Что-то нарушилось в мире. Люди стали другими, какими-то равнодушными. Живут каждый для себя. И писатель не может об этом молчать.

Пожар — это и та стихия бесхозяйственности, бездуховности, которая захлестнула жителей Сосновки, и не только ее. Раньше люди выдерживали испытания стихийными бедствиями, войной, голодом (об этом постоянно думает Иван Петрович), потому что встречали беду все вместе. А сейчас для сытых разобщенных сосновцев испытание оказалось не по силам. Егоров и его жена Алена, Бронников, Кольцов, Тепляков и многие другие, забыв о себе, стараются спасти от гибели народное добро. Им противопоставлены те, кто стремится урвать побольше для себя: «Иваны, не помнящие родства», пришлые рвачи, беспринципные охотники за «длинным рублем» из бригады оргнабора во главе с Сашкой Девятым. К ним примыкают и некоторые жители поселка, такие как Стригунова и однорукий Савелий. Причина такого поведения — плохая организация труда в леспромхозе, авралщина, очковтирательство, хищническое отношение к земле и природе. Труд людей направлен в «бесполезное русло», и оттого вольготно чувствуют себя халтурщики, рвачи, «шабашники », развращаются легким заработком морально нестойкие. Отношение к делу оказывается главным мерилом качеств личности: и вечной труженицы Алены Егоровой, и могучего, несгибаемого работника Афони Бронникова, и Миши Хампо, и Семена Кольцова — «человека надежного», и самого Ивана Петровича. Настоящий человек в такой экстремальной ситуации, когда все решают мгновения, не считается даже с самим собой, совершая невозможное. «Пожар» — это произведение, опаляющее, но и очищающее душу…

Эта неотступная, до боли сердечной, тревога за все человечество сквозит и в каждой строчке романа Ч. Айтматова «Плаха». В произведении автор ставит такие злободневные вопросы нашего времени, как высокие идеалы добра и социальной справедливости, утрата многими веры в человека, распространение пьянства, наркомании, потребительского отношения к окружающей среде, тревога современников за судьбу «братьев наших меньших», судьбу всей природы.

Композиция романа обусловлена логикой художественного видения мира писателем: мир един, в нем все взаимосвязано — добро и зло, человек и природа, прошлое, настоящее и будущее. Трехмерность композиции произведения позволяет рассмотреть три тематических пласта: человек и природа, человек и история, человек и современный мир. Завязка романа — трагедия Моюнкушах, безжалостное истребление человеком сайгаков. Писателю удалось создать поистине апокалипсическую картину гибели животных, всего живого Моюнкушской степи. Эти страницы романа взывают к нашей совести, звучат как предостережение. Уничтожая природу, человек лишает себя будущего; зло, содеянное по отношению к миру природы, как бумеранг, возвращается к человеку.

История жизни волков не только композиционно обрамляет произведение, их образ несет значительную смысловую нагрузку. Волки в фольклоре традиционно являются символом кровожадности и жестокости, в романе же автор, наоборот, обнаруживает в их поведении такие человеческие качества, как преданность, заботливость, нежность, привязанность друг к другу, потому как все эти качества обусловлены законом продолжения рода, являются необходимым условием выживания вида. До тех пор, пока естественные связи волчицы Акбары с миром природы не были нарушены, она избегает прямого столкновения с человеком. Лишь загнанная в тупик, охваченная жаждой мести, она вступает в схватку с ним. Исход этого противостояния предрешен: гибель самой Акбары и человека, похищенного ею сына Бостона.

Трагедия жизни Бостона — следствие трагедии, которая разыгралась в Моюнкушах. Хотя личной вины у Бостона перед Акбарой нет, но он должен принять на себя вину и Базарбая, и Кандалова. Роман предупреждает: в сегодняшнем мире бесчинствуют базарбаи и кандаловы. Носителем зла является обесчеловеченный, падший до уровня животных инстинктов человек, который распространяет вокруг себя яд безнравственности, гибельной для всего живого на земле. Каково же авторское понимание назначения человека на земле? Диалог Иисуса Христа и Понтия Пилата является свое образным ключом к постижению сущности идейного, нравственного столкновения между другими героями романа: Авдия с Гришаном, Бостона с Кочкорбаевым, Базарбаем.

Иисус видит смысл существования людей на земле в самосовершенствовании, следовании высоким идеалам добра, ради которых он готов принять смерть. По его мнению, именно тогда наступит «подлинная история расцвета человечества», когда люди, пройдя через испытания и наказания Страшного суда, которые они сами себе уготовили, возвратятся к этим простым и великим истинам. «На то я и родился на свет, — говорит Иисус Понтию Пилату, — чтоб послужить людям немеркнущим примером. Чтоб люди уповали на мое имя и шли ко мне через страдания, через борьбу со злом в себе изо дня в день, через отвращения к порокам, к насилию и кровожадности, столь пагубно поражающим души, не заполненные любовь к Богу, а стало быть, к подобным себе, к людям!». Понтий Пилат не принимает гуманистической философии Иисуса. Он считает, что человек — зверь, что он не может обойтись без войн, крови, как плоть не может без соли. Именно поэтому смысл жизни он видит в могуществе, богатстве и сильной власти: «Людей не научат ни проповеди в храмах, ни голоса с неба! Они всегда будут следовать за кесарями, как стада за пастухами, и, преклоняясь перед силой и благами, почитать будут того, кто окажется беспощадней всех и могущественней всех, и славить будут полководцев и их битвы, где кровь хлынет потоками во имя владычества одних и покорения и унижения других».

Своеобразным духовным двойником Иисуса в романе является Авдий Калистратов. Одним он может показаться смешным Дон Кихотом с картонным мечом, никудышным психологом, наивным и скучным проповедником, пытающимся внушить тупому садисту Обер-Кандалову или циничному умному прагматику Гришану высокие гуманистические идеалы. Но большинству читателей Авдий все же должен понравиться, ибо он вступает в поединок за высокие человеческие ценности, отстаивает то же, что и лучшие умы человечества: взывает к совести, справедливости, ответственности за все живое на Земле. Он мечтает о братстве людей, вековой преемственности культур. Для Авдия Иисус не идол, а, прежде всего, нравственный пример, совершенное воплощение доброты и милосердия — Человек-Завтра: «…все люди, вместе взятые, есть подобие Бога на земле. И имя той ипостаси Бога — Бог-Завтра… Бог-Завтра и есть дух бесконечности, а в целом — в нем вся суть, вся совокупность деяний и устремлений человеческих, а потому, каким быть Богу-Завтра — прекрасным или дурным, добросердечным или карающим — зависит от самих людей».

В чем же трагедия Авдия? Что приводит его на плаху? Авдий одинок, и в этом его слабость. А в мире, который его окружает, размыты границы между добром и злом, попраны высокие идеалы, торжествует бездуховность. Мир жестокости и моральной распущенности не принимает проповеди Авдия. И прежде всего это просматривается в его нравственном столкновении с «гонцами» за анашой, в особенности с Гришаном, а затем с Обер-Кандаловым и его «хунтой».

Нравственный спор Авдия с Гришаном, главарем «гонцов» за анашой, в чем-то продолжает диалог Иисуса с Понтием Пилатом. Пилата и Гришана объединяет неверие в человека, в социальную справедливость. Но если Пилат проповедует «религию» сильной власти, то Гришан — «религию кайфа», проникновению к Богу «с черного входа», подменяя высокие человеческие чувства, стремление человека к нравственному и физическому совершенству наркотическим опьянением. Бессильным кажется Авдий перед силами зла. Сначала его жестоко, до полусмерти, избили «гонцы» за анашой, а затем, как Иисуса, распяли молодчики Обер-Кандалова.

Не менее трагичен и образ Бостона. Бостон — типичный айтматовский герой: трудолюбивый, честный, совестливый. Он борется за новые формы хозяйствования, ответственность человека за порученное дело. Но его, как и Авдия, мало кто понимает и поддерживает. В этом разнузданном мире даже сильный человек чувствует свое бессилие. Бостона травит парторг Кочкорбаев, искусно жонглирующий громкими фразами о долге, партийной совести; ему вся - чески допекает алкоголик и циник Базарбай, для которого совсем не существует общечеловеческих норм морали. Но если Авдий по своим нравственным убеждениям не может поднять кулак против тех, кто несет в себе зло, чуму безнравственности, то Бостон поднимает на хищника Базарбая не только кулак, но и ружье, собственноручно вершит суд над негодяем.

Таким образом, приводит на плаху и жизненный путь Бостона — человека трудолюбивого, человека действия. Он сам карает зло. Но разве смог бы жить Иисус, совершивший убийство?! Оба героя близки автору, но пути обоих ведут в тупик. Победить зло можно только общими усилиями. Это невозможно без усилий души каждого человека: только путь к самому себе, обретение себя, очеловечивание человека приостановит эпидемию безнравственности, которая несет гибель всему живому на земле. На плахе — наша природа, жизнь птиц и зверей, всего живого. И человек своей безрассудной деятельностью занес топор над самой жизнью. На плахе — сам человек, убивающий в себе человеческое, естественное, подменивший чувства циничным расчетом, высокие идеалы — минутным удовольствием.

Человек — чело веков, то есть лоб веков, мозг, ум, мудрость столетий — так объясняет в своем романе смысл этого понятия Ч. Айтматов. Прискорбно, если свой ум, интеллект человек использует для извращенных целей, если технический прогресс обернется регрессом человеческого духа.