Потенциальные слова в поэзии Е А Евтушенко

Борисоглебский государственный педагогический институт

Кафедра литературы и методики её преподавания













Курсовая работа



на тему:



пОТЕНЦИАЛЬНЫЕ СЛОВА В ПОЭЗИИ е.а.еВТУШЕНКО







                                                                    Студентки Ⅲ курса 3 группы

Историко-филологического

                                             факультета

                                                  Чижмаковой Т.А.



                                                             НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ:

Кандидат филологических наук

Борисова Е.В.



































2003.

Содержание

		Введение

		Основная часть:

Вопрос о месте потенциальных слов в речи.

Взгляды лингвистов на определение и характеристику потенциальных слов.

Потенциальные слова в поэзии Е.А.Евтушенко

		Заключение

		Список литературы















































































Введение

Одной их «вечных» проблем лингвистики является проблема взаимодействия языка и речи как всей языковой системе в целом, так и на её лексическом и словообразовательном уровне в частности.

А одной из важнейших сторон этой проблемы является рассмотрение соотношения и взаимодействия между каноническими словами (узуальными) и окказиональными, а также потенциальными. Причем стоит учитывать то, что канонические слова – это единицы языка, а окказиональные (или их вид – потенциальные) – это единицы речи (А.Г.Лыков, 1976,с.4)

Потенциальные окказиональные слова  представляют собой интересную и очень своеобразную категорию лексических единиц, находящихся в зоне наиболее интенсивного взаимодействия между языком и речью и обладающих  целым рядом только им присущих свойств и особенностей.

Стилистико-изобразительное использование потенциальных слов в речи вообще и в художественной речи в частности – очень важная и интересная, но ещё малоисследованная область науки. Полный и всесторонний анализ современного русского языка, а особенно таких его разделов, как лексика и словообразование, невозможен без теоретического осмысления потенциальных слов, которые занимают в системе речи значительное место как весьма своеобразное изобразительное средство.

Ф.П.Филин писал, что “слово передает информацию о чем-либо, закрепляет накопленные знания, доставляет наслаждение и вызывает неудовольствие, лечит и убивает, воодушевляет и разочаровывает, приказывает и выражает какое-либо желание…” В полной мере это относится и к потенциальному слову, которое заслуживает к себе должное внимание. (Лыков А.Г., 1976,с.11)

“Лингвистическая реальность есть факт, возникший из возможности на основе определенной закономерности. Существование потенции само по себе  ещё вовсе не означает, что возможность обязательно превратится в реальность. Потенциально могут существовать  не одна, а несколько возможностей, реализуются же не все возможности”. (Ханпира Э.И.,1972,с.315).





1. Вопрос о месте потенциальных слов в речи.

Поскольку всякий возникающий речевой факт есть соединение, сочетающее какие-либо языковые единицы (фонемы, морфемы, слова), поскольку и вопрос о потенциальности, окказиональности, актуализации, о системе и норме есть всегда вопрос о совместимости, сочетаемости разного рода языковых единиц друг с другом. Важно разграничивать возможные и невозможные сочетания словообразовательных морфем. Стоит учитывать то, что  возможности определяются системой и степенью их реализации – нормой.

Однако нужно заметить, что специальному анализу новообразований до сравнительно недавнего времени было посвящено  довольно небольшое количество работ: Г.О.Винокура, Н.И.Фельдман, В.Н.Хохлачевой. Примерно со второй половины 60-х годов интерес к исследованию проблемы явно возрос, о чем свидетельствуют работы Э.Ханпиры, Е.А.Земской, А.Г.Лыкова, В.В.Лопатина, О.И. Александровой, М.А.Бакиной и многих других.

А В.В.Лопатин даже ставит вопрос о создании словаря окказионализмов и потенциальных слов: “Что может дать словарь окказионализмов? – пишет А.А.Брагина, которая тоже занималась этой проблемой, в рецензии на монографию В.В.Лопатина “Рождение слова”. - Словари окказионализмов  и потенциальных слов демонстрируют  неисчерпаемые возможности  языкового творчества… Такие словари  отразят слова – варианты, слова – “наброски”, вобравшие в себя поиски, колебания и находки человеческой  мысли в минувшее время и в наше настоящее, отразят языковые тенденции, норму и систему, языковой консерватизм и языковую подвижность и, конечно, языковую моду” (Брагина,1973,с.114)

Таким образом, из всего выше описанного можно сделать  вывод, что проблема  исследования потенциальных слов является актуальной по сей день.

“Их появление обусловлено стремлением найти слово, наиболее полно выражающее сложный образ, возникающий в творчестве писателя”. (Введенская Л.А., 1968,с.92) М.А.Бакина считает:  “основной причиной обращения современных поэтов к словотворчеству является, по-видимому, стремление к максимальному использованию выразительных возможностей слова, стремление к новизне выражения, к свежему непривычному, неожиданному словесному образу”. (Бакина М.А.,1977,с.79)

2. Взгляды лингвистов на определение и характеристику потенциальных слов.

Винокур Г.О.: “В каждом языке, наряду с употребляющимися в повседневной практике словами, существуют, кроме того, своего рода “потенциальные слова”, т.е.  слова, которых фактически нет, но которые могли бы быть, если бы того захотела историческая случайность. Слониха (при слон) – это слово реальное и историческое. Но рядом с ним,  как его тень, возникает потенциальное слово китиха, как женский род  к кит, и именно  в употреблении такого потенциального слова и заключает акт новаторства в области формы слова. Этого рода новаторство, которое и в самом деле может быть  названо естественным, потому что  нередко имитирует реальную историю  языка, создает, следовательно, фаты языка хотя  и небывалые, новые, но тем не менее возможные, а нередко и реально  отыскиваемые в каких-нибудь особых  областях языкового употребления: например, в древних  документах, в диалектах, в детском языке и т.д.”.(Винокур Г.О.,1991,с.327)

Земская Е.А. говорит о том, что время появления таких слов установить невозможно. “Они  живут в языке под спудом, заключены в словообразовательных  возможностях языка, но реально могут  и не появляться, если в них нет нужды.

Когда говорящий произносит такое слово он не повторяет ранее слышанное знакомое слово, а создает новое слово по известному ему образцу. Новизна этих слов обычно незаметна. По существу это чистая реализация возможностей словообразовательного типа (например, повторятель, возражатель)(Земская Е.А., 1973,с.218)

Потенциальные слова принадлежат к очень продуктивному словообразовательному типу, представленному в языке большим количеством производных слов. Поэтому иногда они не очень заметны, не так бросаются в глаза или режут слух своей новизной. Допустим, мы назвали крылья самолета стрелообразными или сказали о вазе, что она  по форме бочковидная, или туристов, расположившихся палаточным лагерем, - палаточниками. Анализируя подобные  слова  просто так, “с восприятия”, мы усомнимся: а новые ли они? По-видимому, кто-нибудь из нас, их уже употреблял. Даже, может быть, они уже есть в словарях. Или есть какие-нибудь другие, очень на них похожие. А все потому, что, существительные с суффиксом -ик , как и сложные прилагательные со второй основой –видный, -образный, чрезвычайно продуктивен, потребность  в этих словах постоянно  очень велика, и четкой грани между потенциальными и общепринятыми в этих словообразовательных типах нет.

К таким словам особенно  подходит характеристика А.Г.Горнфельда: “Человеку нужно слово, оно наивно, стихийно, легко срывается у него с языка; он даже не знает, не задумывается, слышал он его или сочинил: оно понятно его собеседнику – чего ещё?”. (В.В.Лопатин,1973,с.70)

Потенциальные слова в наименьшей степени  воспринимается как новые, необычные. Такое словообразование Г.О.Винокур хотя и считает новаторством, но оно  естественное, точнее сказать, стихийное.

Однако, потенциальные слова не входят в словарный состав языка. Мы не найдем их  в толковых словарях. И не потому, что  им в таких словарях . И не потому, что им  в таких словарях  не место, ведь они не являются общепринятыми словами, вошедшими в язык.

Итак, потенциальные слова отличаются от реальных слов характером своего  значения.  “Ведь значение потенциальных  слов целиком складывается из значения составляющих их частей, в нем нет ничего добавочного, индивидуального, а значение производных реальных слов, хотя оно и складывается из значения составляющих его морфем, хотя оно и определяется значением исходного простого слова, может иметь  нечто добавочное, индивидуальное, свое, что нельзя узнать из модели, а необходимо знать заранее.

Можно сравнивать потенциальные и реальные слова с суффиксом –тель. Что значат потенциальные слова возражатель, спрашиватель  и им подобные? Возражатель – ‘тот, кто  возражает или любит возражать’. Таков ли характер значения реальных слов учитель, числитель. Нет, другой. Учитель – это не просто ‘тот, кто учит или любит учить’. А название профессии. Значение реальных слов обычно включает в себя нечто своеобразное, фразеологическое. По той же причине нельзя догадаться, что существительное электричка  обозначает именно электрический поезд, а не электрический чайник, бритву, слово попутка – попутную машину, а не попутный ветер или спутницу.

Таким образом, число потенциальных слов неизвестно, так как возможности их образования велики, и мы никогда не знаем, осуществлены ли они полностью, образованы ли этими способами все возможные слова или ещё  могут образоваться новые и новые. Поэтому составители толковых словарей не стремятся включить  в словарь  все слова этого рода, а все же дают лишь наиболее употребительные из них на широкие возможности образования подобных слов.

А чем же отличаются потенциальные слова от окказиональных?

Потенциальные и окказиональные слова представляют собой два полюса словообразования: первые являются реализацией законов словообразования, а вторые – нарушением  этих законов. Это – антиподы. Однако и те, и другие по существу демонстрируют возможности, которые вот-вот станут реальностью, уже пробившие себе дорогу, а во втором случае – это возможности глубинные, лишь изредка, с трудом выбирающиеся на поверхность.

Таким образом, важное различие между окказиональными и потенциальными словами  заключается в том, что окказионализмы – “нарушители законов общеязыкового  словообразования”, а потенциальные слова, наоборот, “заполняя пустые клетки словообразовательных парадигм, реализуют действие законов словообразования”.

Выше была изложена точка зрения Е.А.Земской. А.Э.Ханпира так сморит на эту проблему. Потенциальность  есть возможность  возникновения речевого факта. Понятие потенциальности и окказиональности связано с понятием правильности. Появление в речи слова  или значения, неизвестных  до той поры языку – нарушение правильности, деформирование нормы, если принять , что репертуар  слов, определенных значений слов - составляющая часть  понятия норма. При этом  может получиться так, что деформирована лексическая норма (нелюбовность), но нет деформации словообразовательной нормы.  А может быть, что деформированы и лексические, и словообразовательные нормы (чепухинский). В таких случаях отличают нулевую степень  потенциальности и высокую степень окказиональности. Всякую конкретную форму существования потенциальности можно назвать потенционализмом.  Один из видов потенционализмов - потенциальное слово. Определения потенциального слова в русской лингвистике следующие. В “Словаре лингвистических терминов” О.С.Ахматовой потенциальные слова определяются “производное или сложное слово, реально не существующее… но могущее создаваться в любой момент в соответствии с продуктивными словообразовательными моделями данного языка”. (О.С.Ахматова,1966, с.246) Э.Ханпира: ”Потенциальное слово – это слово, которое может быть образовано по языковой модели высокой продуктивности (неактулизированное потенциальное слово), а также слово, уже возникшее по такой модели, но ещё  не вошедшее в язык (актуальное)”.(Э.Ханпира,1972,с.343) В.В.Лопатин: «Они как бы потенциально существуют  в языке, и нужен лишь внешний стимул, обусловленный речевой ситуаций, чтобы они были  употреблены”. (В.В.Лопатин, 1973,с.70) У других ученых подобные определения и все же в них выделяется общий взгляд на эти слова, только есть небольшие оттенки различия, связанные с многоаспектностью разработки данного явления.

Как уже говорилось, потенциальные слова создаются на основе высокопродуктивных словообразовательных типов языка. Эти типы приходят на помощь, когда возникает необходимость в контексте назвать какое-нибудь понятие, не имеющее постоянного, общепринятого названия.

Ⅱ

3.Потенциальные слова в поэзии Е.А.Евтушенко

Теперь стоит непосредственно обратиться к проблеме употребления потенциальных слов в творчестве поэта Е.А.Евтушенко.

 В начале приступим  к анализу  потенциальных слов, которые относятся к имени существительному и мотивированы различными частями речи

Особое место в образовании потенциальных существительных занимает суффиксальный способ

Начнем рассмотрение с суффикса –ость. Считается, что суффикс –ость –единственный по существу продуктивный суффикс, регулярно образующий в русском языке нашего времени существительные со значением отвлеченного признака, мотивированные именами прилагательными. Почти от каждого прилагательного можно образовать такое существительное.

В качестве мотивирующих выступают суффиксальные прилагательные с различными  морфами суффикса –н-



А после ты любишь, а может быть нет,

а после не любишь, а может быть, любишь,

и листья и лунность меняешь на  людность,

на липкий от водки и “Тетры” паркет

         (Я старше тебя на твои тридцать три)



Префиксально-суффиксальные прилагательные с приставкой не-:



“Э, братец,

     Эта – сложный материал”,-

и я трусливо  ускользал в несложность

     и, “может быть великую возможность,

любви неразделенной потерял

(Неразделенная любовь)





Не исчезай… Исчезнув из меня,

развоплотясь, ты из себя исчезнешь,

      себе самой навеки изменяя, 

      и это будет низшая нечестность.

(Не исчезай)

Также частотны слова без-(бес-)



Я уезжаю от бездонности,

как будто есть чему-то дно.

Я уезжаю от бездомности,

хотя мне это суждено.

          (В вагоне шаркают и шамкают)

Существительные, мотивированные глаголами и образованные при помощи суффикса и образованные при помощи суффикса –ость обозначают действие(состояние):



Когда возникает

              беззвездное чувство отчаянности

от тех берегов,

              где рассветы с надеждой встречал,

мой милый товарищ,

              ей-богу, не надо отчаиваться-

поверь в неизвестный,

              пугающе черный кричал.

                         (Ольховая сережка)



О, кто-нибудь, 

           приди,

                нарушь

чужих людей

          соединенность

и разобщенность 

           близких душ!

                      (“Когда, плеща  невоплощенно…”)

Следует сказать о том, что В.Д.Пятницкий, автор статьи “Их нет в словарях” в журнале “Русская речь”(1969, №3), приводит большой список подобных образований с суффиксом –ость, которые по его наблюдениям, употребляются  уже настолько часто, что их следует включить в толковые словари. В своем комментарии к этой статье доктор филологических наук Ю.С.Сорокин подчеркивает, что существующие словари далеко не исчерпывают всего круга таких легко возникающих, вполне возможных и даже достаточно распространенных  и обычных образований именно в силу часто формального их характера. (Лопатин В.В,1973, с.83) Имеется ввиду что по свободе своего образования слова на –ость близки уже  к формам слова.

Кроме этого группа существительных, образованные с помощью частотного суффикса -ство . Существительные, мотивированные с глаголами с этим суффиксом, обозначают действие по глаголу. В с морфами –ств(о) в качестве мотивирующих в данном случае используются глаголы 1 типа, несовершенного вида, с основой на –а :











Как безудержны мы в лести,

в лобызательстве!

Мы безудержны

           И в мести,

и в лизательстве.

              (Безудержность).

Существительные, мотивированные прилагательными с этим суффиксом, имеют значение “предмет, явление, характеризующееся признаком, названным мотивирующим словом”:



Допотопство-

         иначе сказать не могу-

                             допотопство.

                                     (Допотопство).

Кроме того, есть существительные, которые мотивированы существительными, они относятся к следующей подгруппе. Данная категория обозначает свойство или занятие лица, названного мотивирующим словом:

 … и у этого нашего допотопства

дух жилой полубарства

                 и полухолопства.

                             (Допотопство)

Эти слова образованы с помощью элемента полу- по высокопродуктивным моделям. Имеется ввиду “половина от того, что есть”. Полубарство - “половина этого барства”.

Свободно образуются “по заказу” речевой ситуации существительные с так называемыми суффиксами субъективной оценки: например, уменьшительно ласкательными, увеличительными. Если речь идет о более мягком, незначительном предмете, употребляются суффиксы –ишк, -инк, -оньк и др. Например, во многих  художественных произведениях часто встречаются слова с суффиксами –инк(а) от именных основ, это является  средств, которое создает экспрессивность. Например: сумашедшенка(А.Толстой), чудинка  (М.Шолохов). Д.Н.Шмелев говорит об этих словах, что в них “психологическая ассоциация с моделью чаинка  ощущается достаточно явно, а стилическая “отмеченность” образований голубинка заставляет в них видеть скорее потенциально возможные, чем реально закрепившиеся слова языка.(А.Г. Лыков, 1976,с.64) Также и у Е.Евтушенко:

     Мне бы – только клевера сладинку

на губах застывших уберечь.

Мне бы – только малую слабинку – 

Все-таки совсем не умереть.

            (Зашумит ли клеверное поле…)



И я, словно сивуч,

               хватаясь хоть за маленькую

надеждинку выжить, 

               подыхаю ползком,

готовый попасться 

              на любую заманинку – 

лишь бы поманили пальчиком,

              глазком.

                     (А на командорах)

Желая подчеркнуть огромные размеры предмета, о котором идет речь, обычно используется суффикс -ищ -:магазинище, лампища. Причём родовая характеристика мотивирующего слова сохраняется. Слова женского рода относятся к женской разновидности Ⅰ-го склонения, имеют окончание –а;  мужского и среднего рода –к  мужско- средний разновидности с флексией –е в Именительном падеже единственного числа. У Евтушенко:



Прет толпища пребольшая

                     к равнодушием удушенному,

Вновь любовью удушая.

                     (Безудержность)





Даже на развалинах,

грязный и разодранный, как Зорба,

празднуя позорище, пляши.

                  (Спасибо)

К потенциальным словам относятся  и слова на  -ние. Они всегда обозначают действие как процесс и мотивируются глаголами: снимание, экспонирование, осчастливливание:



Я вспоминаю вечерние

ещё сегодняшнего дня,

и медленное воцарение

Дыханья около меня.

               (В вагоне шаркают и шамкают)

Также потенциальные слова образуются и префиксальным способом. Например, существительные с префиксом не-. Они обозначают отсутствие того или противоположность тому, что названо мотивирующим словом:



И у меня на лбу такие складки,

Жестокие, за все со мной сочлись,

И у меня в душе в неравной схватке

Немолодость и молодость сошлись.

                 (Сквер величаво листья осыпал)



Ни в воскресенье, ни в субботу

Покою дать мне не хотят.

За собственную несвободу

Моею несвободой летят. 

                 (Стихи по заказу)

Этот тип является высокопродуктивным. Только в отличие канонических слов (неурожай, неудача) эти слова отличаются небольшой степенью необычности, какой-то новизны  и свежести.

Стоит обратить внимание и на префиксально-суффиксальные существительные. В поэзии Е.Евтушенко основную массу слов образованных префиксально-суффиксальным способом, составляют образования, мотивированные существительными. Ярким тому подтверждение является слова с префиксом без- и суффиксом –j-(орфографически слова на  -ье). Данная категория слов обозначает явление, состояние, характеризующееся отсутствием того, что названо мотивирующим словом:



Когда есть друг, то безлюбовье

не страшно нам,

 хотя и дразнит бог легонько

по временам.

               (Упала капля и пропала)



Бездружье пропастью не станет,

когда любовь

стеной перед обрывом ставит

свою ладонь. 

              (Упала капля и пропала)



Можно сказать: “безлюбовье – это когда нет любви”, бездружье – это когда нет дружбы”.

Свободно образуются сложные  существительные с первым компонентом само- ,обозначающее действие, направленное на того, кто его производит или испытывает. Вот несколько примеров из газет: самоборьба, самодопрос, самоутешение. У Евгения Александровича:

Быть поэтом не самораскрытие,

                       а самовскрытие,

и поэт –

         это самохирург.

                   (Нет событий важнее людей)



Слова самораскрытие, самовскрытие характеризуются наличием того действия, которое названо опорной основой существительного и конкретизировано в первой основе (основе местоименного прилагательного сам). Слово самохирург обозначает одушевленный предмет, имеется в виду понятие “сам себе хирург”.

Особое место занимаю потенциальные прилагательные. Представляют интерес составные прилагательные. Это сложные слова создаваемые путем соединения основ двух и более различных прилагательных. Возможности такого соединения поистине неисчерпаемы. В художественной и публицистической литературе встречаются масса сложных прилагательных этого типа (беззаботно-насмешливый и др.). Такие слова обозначают единый признак, разные стороны которого обозначены составляющими прилагательными. Ни один писатель не обходится без “естественного новаторства” в создании таких слов. В поэзии Евтушенко:

Слушай, девочка

             Ты извини за перонно-базарный стиль

обращенья такого …

                 (Прощание)



Но избегайте приторно-святочной

благотворительности,

                 как блуда.

                       (Фуку!)

Словообразовательные ряды подобных прилагательных, - пишет А.Г.Лыков, - практически ничем не ограничены, кроме как “здравым cмыслом”, логикой вещей и “заказом” самой действительности (В.В.Лопатин, 1973, с.77)

Ещё есть у Евтушенко прилагательные с суффиксами субъективной оценки. Таковыми являются прилагательные с суффиксом –оньк- (орфографически обычно –еньк-). Они выражают некоторое усиление признака с оттенком ласкательности. В роли мотивирующих выступают качественные прилагательные. Этот тип  особенно продуктивен в разговорной и художественной речи, что подтверждается примерами:

Под одинокой елкой с лампочками тускленькими,

посвечивая беленькими туфельками,

сидела женщина,

                как женщина строга.

                              (Золушка)

…и, в частности

                 от злобненькой несчастности

всех тех, чья тайна,

что – они ничто.

            (Страх гласности)



Порою в нем

        под  скоморошным скотством

малюсенький талант…

             (Портрет)

Данная группа совмещает объективное обозначение степени обнаружения признака с его индивидуальной оценкой поэтом.

Теперь стоит обратиться к словообразованию по высокопродуктивным образам глаголов и их  особой форме – причастию.

В системе глагольной префиксации высокопродуктивны словообразовательные типы со следующими префиксами.

Одним из таких является префикс от- со значением завершения действия: “перестать что-нибудь делать”. Этот префикс соединяется с глаголами разнообразной  семантики: 



Сколько наша братва отстрадала, 

оттерпела от дома вдали,

но чтоб эта девчушка рыдала, 

мы уже потерпеть не могли.

                   (Итальянские слезы)



Имеется в виду отстрадать – “кончить страдать”

Это же значение имеют и причастия, образованные от глаголов с такими префиксами, имеющими вышеуказанное значение:



Любой отловивший рыбак

Становится тоже уловом

                 (Соленый гамак)



Продуктивным также является префикс на-. Однако здесь значения глаголов можно дифференцировать

Сюда следует отнести глаголы со значением “направить на поверхность  чего-нибудь действие,  названное мотивирующим глаголом; поместить на чем-нибудь”:



…ведь если так полы наслежены,

кому-то надо же их мыть.

              (Золушка)

В данном примере потенциальным словом является краткое страдательное причастие, образованное от глагола совершенного вида наследить в значении “испачкать, оставить, поместить следы на чем-либо”. 

Следующее значение: “совершить (довести до результата), действие, названное мотивирующим глаголом”:



Покуда падчерица пачкается, 

чумаза,

      словно нетопырь,

наманикюренные пальчики 

девицы сушат врастопыр.

                 (Золушка)

В данном случае употреблено  причастие полное страдательное, образованное от глагола наманикюрить – “совершить, довести до результата действие по глаголу маникюрить”.

Другой способ префисально-постфиксальный. Однако здесь префикс на-  имеет значение “действие, названное мотивирующим глаголом, совершить в достаточной степени или в избытке; дойти до пресыщения в результате длительного или интенсивного совершения этого действия.



Запутаться –

           это не менее страшно,

                              чем вовсе погаснуть, 

а я ещё не насветился,

                    а я еще не досветил.

                                  (Цицинателы)



Постфикс ся- возвратного глагола имеет в данном случае косвенно-возвратное значение: называется действие, совершаемое субъектом в своих интересах. Здесь –ся  приравнивается к себе  для себя. Ещё не насветил себе (для себя).

Встречается один вид – полные страдательные причастия (особая форма глагола) с префиксом за-. Он имеет значение “покрыть(ся), закрыть(ся) чем-либо с помощью действия, названного мотивирующим глаголом.”  Как например глаголы: зацвести – “цветя, покрыться чем-нибудь”, закапать – “катая, покрыть чем-нибудь.”

У Евтушенко в причастиях  используются мотивирующие их глаголы, которые имеют  данное значение, а именно:



… я верю где-нибудь у свалки,

что на заплеванном заборе

однажды вырастут фиалки

                 (Фиалки)



“Мы с этой актрисой

                немало сыграли на пару

на сценах подмокших подвалов

                и запаутиненных чердаков”

                                  (Цицинателы)

Итак, в данных примерах потенциальные слова – причастия, имеющие следующие значения – “заплеванном” – “заплевать, покрыть плевками забор”, “запаутиненных” – “ покрывшихся паутиной чердаков”. Таким образом, можно сказать, что в данном случае семантика “покрытия, закрытия” целиком и полностью  выражается мотивирующей основой глагола. Точно также, ка и в глаголах: заасфальтировать, заштукатурить. 

Теперь целесообразно обратиться к другой части речи – наречиям. Как известно, к потенциальным словам принадлежат и наречия с суффиксами –о, постоянно возникающие  в речи. В основном они образованы от прилагательных. Наречия с суффиксом –о обозначают признак, названный мотивирующим прилагательным. Наречия, мотивированные суффиксальными прилагательными со значением отношения к предмету, явлению, обычно семантически мотивируются следующим образом: “так свойственно тому, что названо мотивирующей основой прилагательного”. Очень часто такие наречия используются в художественной речи поэтами и писателями. У исследуемого поэта:

 

Сквер величаво листья осыпал.

 Светало. Было холодно и трезво.

                       (Сквер величаво листья осыпал…)



На каждой лыже белая ложбинка, как Млечный Путь.

Опасность хрустко бродит по морозу.

Все хрупко – от сосулек и до нас,

И лыжи словно чувствуя угрозу,

На звезды заострясь.

                (Две пары лыж)





И важный лоб сановно морща, 

     сошел с них некто,

                    грузный, рослый

                              (Мед)

Данные наречия воспринимаются достаточно необычно.



































Заключение



В результате проделанной работы  по анализу потенциальных слов в поэзии Е.А.Евтушенко можно сделать следующий вывод:

Слова данной категории относятся к самостоятельным частям речи, а именно: существительному, прилагательному, глаголу и его формам(особенно причастие), наречию.

Однако больше всего в его  творчестве потенциальных слов, относящихся к имени существительном, образованных главным образом при помощи суффиксации и сложения

Путем суффиксации образованы существительные, мотивированные прилагательными и глаголами частотными суффиксами являются –ость-, -ство-,-инк-,-нщ (суффиксы субъективной  оценки), -ние, а –j-(  в данном случае это префиксально-суффиксальный способ, т.к. слово образуется и при помощи префикса без-).

Также часто встречаются сложные существительные с сочинительным отношением основ: в большинстве используются элементы полу-, само-.

		Следующая группа – прилагательные, образованные сложением и при помощи суффикса –оньк- (субъективной оценки). Однако по частотности они значительно уступают существительным

		Глаголы образуются префиксальным способом. Основные префиксы: от-, на-, за-. Причем префикс на- имеет разные значения и при всех значениях модели  высокопродуктивные. Даже большую  группу составляют причастия ( в основном страдательные полные), образованные от глаголов.

		Большую группу составляют наречия, образованные от прилагательных(относительных) при помощи суффикса –о. Они обозначают признак действия, свойственный мотивирующему их прилагательному.



Поэтичная речь известного и уважаемого поэта изобилует таким средством выразительности, как потенциальные слова. Они вносят в его стихотворения яркость, красочность, свежесть, стилистическую новизну, вносят экспрессию, служат более точному, лаконичному наименованию различных явлений, действий, признаков.

Эти слова  по-моему мнению, необходимы в художественной публицистической речи для создания особого колорита в творчестве поэтов и писателей. Мне бы очень хотелось, чтобы эти слова использовали также и поэты ⅩⅩⅠ века.





























































































Литература

		 Бакина М.А. Словотворчество – В кн.: Языковые процессы современной русской художественной литературы. Поэзия. М., 1977

		Брагина А.Л.Рец. на книгу:Лопатин В.В. Рождение слова Неологизмы и  окказиональн. обр-я. М.,1973- Рус.язык в шк.,1974, №3

		Введенская А.А. и др. Современный рус.лит-ра, Ростов-на-Дону,1968

		Винокур Г.О. Маяковский – новатор языка – В кн. О языке худ-ой литературы. М.,1991

		Рабижская О.А. Типология причин словотворчества. Издат-во Воронежского университета,1981

		ЗемскаяЕ.А. Современный Русский язык. Словобразование. М, “Просвещение”,1973

		Кузнецова Э.В. Лексикология русского языка. М., Высш. Шк., 1989.

		Лопатин В.В. Рождение слова. Неологизмы и окказиональные образ-я. М., 1973

		ЛыковА.Г. Современная русская лексикология(рус.окказ.слово). М.,1976

			Грамматика современного русского литературного языка. М., Изд-во “Наука”,1970

				Ханпира Э.И. Окказиональные элементы в современной речи . –В кн.Стилистические исследования. М.,1972

		

		Словари

			Ахматова О.С. Словарь Лингвистических терминов. М,1966

			Ефремова Т.Ф. Новый словарь русского языка. Толковл-образовательный. М.:Русский язык., 2000

			Словарь современного русского литературного языка. М.,1950-1965

			Тихонов А.Н. Слообразовательный словарь русского языка М.:Русский язык,1985

		

		Источники

				Евтушенко Е.А. Граждане, послушайте меня…. Стихотворения и поэмы М.:Хад. Лит.,1989

2