Сочинение на тему "Что лучше истина или состраданье"

Пьеса М. Горького “На дне”.

		“Что лучше истина или состраданье?

		

		План

		

		1)Вступление. Знаменитая пьеса Горького.

		2) Обитатели ночлежки.

		3)Утешитель Лука.

		4) Сатин и его знаменитый монолог. Разоблачение Луки.

		5) Третья спорящая сторона – Бубнов.

		6) Так что же лучше – истина или сострадание?

		а) Бубнов – Лука.

		б) автор – Лука.

		в) сострадание

		7) Вывод.

		


Пьеса М. Горького “На дне”.

“Что лучше истина или состраданье? ”





1)Вступление. Знаменитая пьеса Горького.

В девятисотые годы в России разразился жестокий экономический кризис.

После каждого неурожая массы разорившихся крестьян бродили по стране в поисках заработка. А фабрики и заводы закрывались. Тысячи рабочих и крестьян оказались без крова и средств к существованию. Под влиянием тягчайшего экономического гнета появляются огромное количество босяков, которые опускаются на “дно” жизни. 

Пользуясь безвыходным положением обнищавших людей, предприимчивые владельцы темных трущоб нашли способ извлекать пользу из своих зловонных подвалов, превратив их в ночлежки, где находили приют безработные, нищие, бродяги, воры и другие “ бывшие люди”.

Написанная в 1902 году пьеса изображала жизнь этих людей. Пьеса Горького – новаторское литературное произведение. Сам Горький писал о своей пьесе “ Она явилась итогом моих почти двадцатилетних наблюдений над миром “бывших людей”, к числу которых я отношу не только странников, обитателей ночлежек и вообще “ люмпен-пролетариев”, но и некоторую часть интеллигентов, “размагниченных”, разочарованных, оскорбленных и униженных неудачами в жизни. Я очень рано почувствовал и понял, что люди эти – неизлечимы.

Но пьеса не только завершила тему о босяках, но и разрешила новые революционные требования, которые были поставлены перед массами в период напряженной классовой борьбы между предреволюционной эпохи.

Тема босячества в то время волновала не только Горького. Героям, например, Достоевского тоже “уже некуда больше идти”. Эту тему затрагивали также: Гоголь, Гиляровский. Много сходных черт у героев Достоевского и Горького: это тот же мир пьяниц, воров, проституток и сутенеров. Только он еще более страшно и реалистично показан Горьким. Это второе драматическое произведение Горького-драматурга после “Мещан” ( 1900 – 1901 ). Сначала автор хотел назвать пьесу  “Дно”, “На дне жизни”, “Ночлежка”, “Без солнца”. В пьесе Горького зрители впервые увидели незнакомый мир отверженных. Такой суровой, беспощадной правды о жизни социальных низов, об их беспросветной участи мировая драматургия еще не знала. Горький в этой пьесе показал ужасающие картины русской действительности, пороки капиталистического строя, бесчеловечные условия буржуазной России, “свинцовые мерзости жизни”.  Писатель в этой пьесе выступал против самозванных “ пророков”, которые присваивают себе право решать, какую долю правды надо сообщить “толпе” и какую не надо. Пьеса звучит призывом к народу самому добиваться правды и справедливости. “Мы получаем лишь то количество правды, которого умеем добиваться”, - так развивал мысль горького замечательный немецкий писатель Бертольт Брехт. Эта пьеса, как и “Мещане” вызывала страхи у властей. Власти опасались демонстраций в честь Горького. Ее разрешили к постановке лишь потому, что сочли скучной и были уверены в провале спектакля, где на сцене вместо “ красивой жизни”  были грязь, мрак и бедные, озлобленные люди. 

Цензура долго калечила пьесу. Особенно возражала против роли пристава. Хлопоты, однако, увенчались частичным успехом: из Петербурга, из цензуры пришла телеграмма: “ Пристава без слов выпустить можно”. Но зрителям и так была ясной роль властей в существовании дна.

Против постановки возражал министр внутренних дел Плеве. “ Если бы была достаточная причина, - я бы ни на минуту не задумывался сослать Горького в Сибирь”, - говорил он и приказал больше не разрешать постановки пьесы.

“На дне” имело невиданный успех. Передовой читатель и зритель верно поняли революционный смысл пьесы: строй, превращающий людей в жильцов ночлежки Костылева, должен быть уничтожен. Зрительный зал, по словам Качалова, принимал пьесу бурно и восторженно как пьесу - буревестник, которая предвещала грядущие бури и к бурям звала.

В успехе спектакля большая заслуга великолепной постановки МХАТа, руководимого К. С. Станиславским и В. И. Немировичем-Данченко, а также замечательной игрой артистов – И. М. Москвина (Лука), В. И. Качалова (Барон), К. С. Станиславского (Сатин), В. В. Лужского (Бубнов) и других. В сезоне 1902 – 1903 года спектакли “Мещане” и “На дне” составили больше половины всех спектаклей МХАТа. 

Пьеса создана более восьмидесяти лет назад. И все эти годы она не переставала вызывать споры. Это можно объяснить множеством проблем, поставленных автором, проблем которые на разных этапах исторического развития приобретают новую актуальность. Это объясняется и сложностью, противоречивостью авторской позиции. Повлияло на судьбу произведения, на его восприятия то, что сложные, философски неоднозначные идеи писателя были искусственно упрощены, превращены в лозунги, взятые на вооружение официальной пропагандой недавних лет. Слова: “Человек…это звучит гордо!” становились нередко плакатными надписями, почти такими же распространенными, как “Слава КПСС! ”, а сам монолог Сатина дети заучивали наизусть, правда, предварительно его корректировали, выбрасывая некоторые реплики героя (“Выпьем за человека, Барон!”). Сегодня пьесу “На дне хочется перечитывать заново, непредвзято взглянув  не ее персонажей, внимательно вдумавшись в их слова и вглядевшись в их поступки.

Хорошо, когда прочитанная книга оставляет след в душе. И если он яркий, мы вдруг задумываемся над тем, какое значение имеет для нас это произведение, что оно дало нам. Знаменитые слова Сатина, сказанные на заре ХХ века, определяли  творческую линию писателя. Он любил людей, поэтому его воображение, пронизанное прекрасной мечтой о великом призвании человека, рождало такие изумительные образы, как  Данко. Но он же выступал и со страстным, горячим протестом против всего, что принижало человека. 

Пьеса – грозный обвинительный акт строю, порождающему ночлежки, в которых гибнут лучшие человеческие качества – ум (Сатин), талант (Актер), воля (Клещ).

И до Горького на театральной сцене появлялись” униженные и оскорбленные”, люди дна, босяки. Драматурги и актеры будили у зрителя жалость к ним, филантропически призывали помочь падшим людям. Горький заявлял пьесой другое: жалость унижает человека, надо не жалеть людей, а помогать им, изменить самый строй жизни, порождающий дно.

Но в пьесе перед нами не только картина жизни обездоленных, несчастных людей. “На дне” не столько бытовая, сколько философская пьеса, пьеса-размышление. О жизни, о правде размышляют герои, размышляет автор, заставляя размышлять читателя и зрителя. В центре пьесы не только человеческие судьбы, сколько столкновение идей, спор о человеке, о смысле жизни. Ядром этого спора является проблема правды и лжи, восприятие жизни такой, какова она есть на самом деле, со всей ее безысходностью и правдой для персонажей – людей  “дна”, или жизнь с иллюзиями, в каких бы разнообразных и причудливых формах они ни представляли.

Что надо человеку: “Ложь – религия рабов и хозяев… Правда – бог свободного человека!” – главная тема пьесы-размышления. Сам Горький указывал, в чем состояла главная проблема пьесы: “Основной вопрос, который я хотел поставить, что это – что лучше, истина или состраданье? Что нужнее? Нужно ли доводить сострадание до того, чтобы пользоваться ложью, как Лука?” Эта фраза Горького была вынесена в заголовок моего реферата. За этой фразой автора стоит глубокая философская мысль. Точнее, вопрос: что лучше – истина или сострадание, правда или ложь во спасение. Пожалуй, этот вопрос так же сложен, как и сама жизнь. Над разрешением его бились многие поколения. Тем не менее, попытаемся найти ответ на поставленный вопрос.

2) Обитатели ночлежки.

  Действие пьесы “На дне” происходит в мрачном, полутемном подвале, похожем на пещеру, со сводчатым, низким потолком, который давит на людей своей каменной тяжестью, где темно, нет простора и трудно дышать. Убога и обстановка в этом подвале: вместо стульев – грязные обрубки дерева, грубо сколоченный стол, по стенам – нары. Мрачный быт костылевской ночлежки  изображен Горьким как воплощение социального зла. Герои пьесы живут в нищете, грязи и бедности. В сыром подвале ютятся люди, выброшенные из жизни в силу условий, царящих в обществе. И в этой давящей, мрачной  и бесперспективной обстановке собрались воры, шулеры, нищие, голодные, калеки, униженные и оскорбленные, выброшенные из жизни. Герои различны по своим привычкам, жизненному поведению, прошлой судьбе, но одинаково голодные, измученные и никому не нужные: бывший аристократ Барон, спившийся Актер, бывший интеллигент Сатин, слесарь-ремесленник Клещ, падшая женщина Настя, вор Васька. У них нет ничего все отнято, потеряно, стерто и затоптано в грязь. Здесь собрались люди самого различного характера и социального положения. Каждый из них наделен своими, индивидуальными чертами. Рабочий Клещ, живущий надеждой на возвращение к честному труду. Пепел, жаждущий правильной жизни. Актер, поглощенный воспоминаниями о своей былой славе, Настя, страстно рвущаяся к настоящей, большой любви. Все они достойны лучшей участи. Тем трагичнее их положение сейчас. Люди, живущие в этом подвале – трагические жертвы уродливых и жестоких порядков, при котором человек перестает быть человеком и обречен влачить жалкое существование. Горький не дает подробного изложения биографий героев пьесы, но и те многие черты, которые он воспроизводит,  прекрасно раскрывают замысел автора. В немногих словах рисуется трагизм жизненной судьбы Анны. “Не помню, когда я сыта была, - говорит она. – Над каждым куском хлеба тряслась… Всю жизнь мою дрожала… Мучилась… как бы больше другого не съесть…Всю жизнь в отрепьях ходила… всю мою несчастную жизнь…” Рабочий Клещ говорит о безысходности своей доле: “Работы нет … силы нет… Вот правда! Пристанища, пристанищу нету! Издыхать надо … Вот правда!” Пестрая галерея персонажей – это жертвы капиталистического порядка даже здесь, на самом дне жизни, обессиленные и обездоленные вконец, они служат объектом эксплуатации, даже здесь хозяева, мещане-собственники, не останавливались ни перед каким преступлением и пытаются выжать из них несколько грошей. Все действующие лица резко разделяются на две основные группы: босяки-ночлежники и хозяева ночлежки, мелкие собственники, мещане. Вызывает отвращение фигура содержателя ночлежки Костылева, одного из “хозяев жизни”. Лицемерный и трусливый он стремится елейно-религиозными речами прикрыть свои хищнические вожделения. Столь же отвратительна и его жена Василиса своей безнравственностью. Она обладает такой же жадностью, жестокостью собственницей-мещанкой, пробивающейся к своему благополучию любой ценой. Здесь действуют свои неумолимые волчьи законы. 

Хозяевам-мещанам, потерявшим все человеческое, противопоставлены босяки-ночлежники. Состав ночлежников пестрый: они пришли на “дно” разными путями, прожили каждый свою жизнь, они различны и по характеру, по убеждениям, и по силе желания вырваться из подвала. Но какими бы они ни были, они стоят по своим нравственным качествам неизмеримо выше хозяев ночлежки.

Здесь свои “короли” и подвластные, эксплуататоры и эксплуатируемые, хозяева и работники. Законы общества преследуют человека от рождения до смерти, от царских чертогов до вонючей ночлежки. Только у последних все гораздо обнаженнее, а отношения более дикие. И в этом обвинение строю и обществу! Жизнь здесь для нормального человека хуже каторги. Она толкает людей на преступления, черствость, бесчеловечность. Судьбы всех этих людей и само существование “дна” доказывает неправомерность капиталистического строя и служит разоблачением и грозным обвинением буржуазного мира. 

В течение действий со сцены слышится ругань, происходят драки, герои говорят о своих несчастьях и о несчастьях других людей – в пьесе показаны самые страшные стороны жизни. Но, несмотря на это, атмосфера пьесы, настроение, которое она вызывает у зрителей, и с каким они уходят из театра, - оптимистичны. Зритель и человек видят среди этих отбросов общества людей изуродованных, но с чувством собственного достоинства, способных жить иной жизнью.      

	Все обитатели ночлежки вытолкнуты “хозяевами” на дно жизни, но в них не растоптано все человеческое. В этих людях, лишенных права жизни, обреченных на беспросветное существование, опустившихся, сохранилось чувство собственного достоинства. Пепел, Настя, Клещ и Актер стремятся изменить свою жизнь, они полны надеждами. Все пытаются выпрямиться, стать полноценными людьми. Почти все жители ночлежки доведены до отчаяния, тянутся к каким-то призракам, иллюзиям. И только Бубнов и Барон – предел падения человеческой личности. Они не проявляют каких бы то ни было стремлений изменить свою жизнь. Бубнов ко всему равнодушен, он не любит людей и ни во что не верит. А  Барона паразитическое существование привело к полному моральному разложению.  

	Горький со всей решительностью вскрывает в пьесе бессилие босяков, их непригодность для дела переустройства России. Каждый из ночлежки живет надеждами, но сделать что-нибудь, изменить свое плачевное положение не может в силу трагического стечения обстоятельств. 

	“К восстанию ради свободы труда они органически неспособны”, - говорил Горький позднее о героях пьесы. Более того, участие в восстании людей, подобных обитателям ночлежки, было бы дискредитацией самой идеи  социалистического труда, а не анархический разгул отчаявшихся и разуверившихся в жизни людей.  

	В пьесе “На дне” с большой силой и непревзойденностью художественным мастерством показаны те ужасные условия жизни, которые толкают на “дно” ее, в “яму”. И тогда человек перестает быть человеком. Да разве ж это люди обитают в омерзительной ночлежке Костылева? Они утратили все человеческое, потеряли даже облик человека, превратились в жалких, никому не нужных существователей.

	Конечно, во многом они сами виноваты в том, что с ними случилось: у них не хватило твердости или умения бороться с судьбой, желания трудиться, преодолевать трудности. Но виноваты и социальные условия. Это бала эпоха быстрого обогащения одних  и обнищания других, эпоха, когда рушились остатки вековых устоев. В каждой загубленной судьбе мы видим сплав общественных и личных проблем. 

	С самого начала пьесы, многое звучит как спор Горького с самим собой, со своей прежней идеализации босяков. В костылевской ночлежке свобода оказывается призрачной: опустившись на “дно”, люди не ушли от жизни, она настигает их. И прежнее горьковское желание – рассмотреть в босяках, люмпенах, людей, отторгнутых от нормальной человеческой жизни, прежде всего хорошее – также отступает на второй план. Эти люди жестоки друг к другу, жизнь сделала их такими. И эта жестокость проявляется, прежде всего, в том, с какой настойчивостью они разрушают иллюзии других людей, например, Насти, умирающей Анны, Клеща с его надеждой выбраться из ночлежки, начать новую жизнь, Барона, все достояние которого составляют воспоминания о былом величии рода и которому Настя бросает в ожесточении реплики: “Врешь, не было этого!”.   

	Обитатели “дна“ выброшены из жизни в силу условий, царящих в обществе.

	Человек предоставлен самому себе. Если он споткнулся, выбился из колеи, ему грозит “дно”, неминуемая нравственная, а нередко и физическая гибель.

	 А ведь это люди, которые знали и другую жизнь. И поэтому полна страстных мечтаний Наташа, думает о светлых чувствах Настя, верит в свою мечту больной и опустившийся Актер. У них только и осталось в жизни, что вера. “У нас нет имени! Даже собаки имеют клички, а мы нет!” – с горечью восклицает Актер. И в этом возгласе нестерпимая обида человека, выброшенного за борт жизни. У них отняли все, у этих забытых людей, но не смогли отнять веры в лучшее. Этим качеством с избытком обладал сам Горький, наделял он им и своих героев. 

3)Утешитель Лука.

	В ночлежку приходит неведомо откуда взявшийся персонаж, новый постоялец – Лука. Вместе с ним появляется новый мотив в пьесе: возможность утешения или разоблачения. С его появлением начавшийся спор о человеке, о правде и лжи в его жизни обостряется. Но этот спор начинается задолго до появления Луки и продолжается после его ухода. Уже в самом начале пьесы Квашня тешит себя иллюзиями, что она – свободная женщина, а Настя – мечтами о великом чувстве, заимствуя его из книги “Роковая любовь”. И с самого начала в этот мир иллюзий врывается роковая правда. Не случайно бросает свою реплику Квашня, обращаясь к Клещу: “Не терпишь правды!”. В среде ожесточенных людей и появляется Лука. Именно на этот персонаж пьесы вызывает наиболее ожесточенные споры, составляет ее драматический нерв. После появления Луки обозначаются три центра в последующем споре о человеке: сам Лука, Сатин и Бубнов – три главных героев пьесы. Лука выступает в роли утешителя. 

	Обманщик Лука по-своему гуманен, но его гуманизм пассивно-сострадательный.  Проникнутая глубоким гуманизмом, пьеса отрицательно отвечает на вопрос – надо ли доводить сострадание к людям до утешительного обмана.

	 Пожилой странник напоминает члена религиозной секты. Имя персонажа ассоциируется с евангелистом; Лука говорит: “Христос-от всех жалел и нам так велел” – однако на прямой вопрос, есть ли Бог, отвечает: “Коль веришь – есть, не веришь – нет … Во что веришь то и есть…” Лука ухаживает за умирающей Анной, жалеет ее, утешает тем, что на том свете, в раю, не будет мучений и не стоит цепляться за “земную” жизнь. Актеру говорит о якобы существующей бесплатной лечебнице для алкоголиков. Лука верит в силу мечты: “Человек – все может… Лишь бы захотел…” – и пытается заронить мечту в душу каждого человека. Вору Ваське Пеплу он советует уехать в Сибирь и начать жизнь заново. Когда жена хозяина ночлежки Василиса уговаривает Ваську “освободить ее от мужа”, Лука, желая помочь Пеплу, прячется на печке и подслушивает разговор, а затем мешает завязаться драке Пепла с Костылевым. Проститутку Настю, над книжными фантазиями которой смеются все, Лука утешает: “Коль ты веришь, была у тебя настоящая любовь… значит – была она”. В обитателей ночлежки он вселяет иллюзии, причем жизненный опыт его таков, что он тонко чувствует людей, знает, что каждому из них важнее всего. И он безошибочно нажимает на главный рычаг человеческой личности. Ночлежники притягиваются к нему, согретые лучами доброты и сочувствия. Странник сумел заронить и зажечь в сердце каждого искру надежды и мечты. Лука относится к ним так потому, что, по его мнению, любой индивидуум достоин уважения как личность. Так, “Ни одна блоха – не плоха”.  По словам Луки, каждого человека необходимо поддерживать в беде, пусть даже и посредством “лжи во спасение”. Но слова Луки нельзя назвать ложью с полной уверенностью: может быть, после смерти Анну ждет то, что он ей посулил, а  может быть, “будет там одна комнатка, этак вроде деревенской бани, закоптелая, а по всем углам пауки, и вот и вся вечность”; существование больницы для Актера, по крайней мере, правдоподобно, а будущая жизнь Пепла не известна никому; может быть, она сложится удачно. Лука, таким образом, не лжет, а превращает возможное в действительное. Он дарит каждому оптимизм, которого так всем не хватало, - надежду на благоприятное будущее. Подкрепляя примером свои слова о пользе жалости, Лука рассказывает, как некогда сам пожалел грабителей, чем спас их, ибо в противном случае они убили бы его и сами погибли бы на каторге. Лука рассказывает также притчу о “праведной земле” – о бедном человеке, который верил в существование такой земли, но, разочарованный тем, что на карте у ученого таковой не оказалось, повесился. Этим Лука хочет лишний раз подтвердить, насколько спасительна для людей иногда ложь и как не нужна и опасна для них бывает правда. Когда Пепел зовет Наташу уйти вместе с ним, Лука советует ей почаще напоминать Пеплу, что тот “хороший человек”. На слова Костылева, что человеку нужна отнюдь не всякая правда, Лука отвечает перифразом евангельской притчи: “есть земля, неудобная для посева… и есть урожайная земля… что ни посеешь – родит”.

	Борьба за мечту придает человеку сил. Лука помогает мечте, быть может, еще не осознанной, оформиться в целое, чтобы подняться со дна, как он пытался помочь Актеру и Пеплу, или чтобы наркотически смягчить боль, причиняемую реальностью, такими персонажам как Настя и Анна. Он прибегает ко  лжи, как к словесному наркотику, как к обезболивающему средству.  

	Во время завязавшейся драки, когда Пепел убивает Костылева и едва не убивает Василису, Лука в суматохе исчезает. В последнем действии ночлежники вспоминают о нем, высказывая различное отношение к “утешающей лжи”.   

	Ни один герой не смог вырваться со дна на поверхность: повесился Актер, Пепел – в тюрьме, погибает Анна, все остальные измотаны, изуродованы жизнью до последней степени, поэтому действие Луки (полезное? вредное?) свелось лишь к анестезии чужой боли. 

	Зритель видел, что Лука искренне любил людей, хотел им добра, но – увы – не знал верных путей к всеобщему счастью.  Искренняя и бескорыстная ложь гораздо опаснее и вреднее лжи корыстной и лицемерной. 

	После ухода странника Луки еще тяжелее стала жизнь ночлежников. Люди так изломаны, что им уж нечего ждать. И надежда, оброненная Лукой, лишь разбередила их раны. Поманил странник, а дороги не показал.  

	Как ореховая скорлупа раздавлены мечты Клеща о лучшем времени, и в результате мы видим его падшим крайне низко: “ Никогда уже он не выберется отсюда”. И читателю становится не по себе от этих. 

	Пьеса утверждает: так жить больше невозможно!

4) Сатин и его знаменитый монолог. Разоблачение Луки.  

		Страшная участь обитателей ночлежки становится особенно очевидной, если сопоставить ее с тем, к чему призван человек. Под темными и угрюмыми  сводами ночлежного дома, среди жалких и искалеченных, несчастных и бездомных бродяг звучит торжественном гимном слова о человеке, о его призвании, о его силе и его красоте: “Человек – вот правда! Все – в человеке, все для человека! Существует только человек, все же остальное – дело его рук и его мозга! Человек! Это великолепно! Это звучит гордо!”  

	Гордые слова о том, каким должен быть и каким может быть человек, еще резче оттеняют ту картину действительного положения человека, которую рисует писатель. И этот контраст приобретает особый смысл…Пламенный монолог Сатина о человеке звучит несколько неестественно  в атмосфере непроглядной тьмы, особенно после того, как ушел Лука, повесился Актер, посажен в тюрьму Пепел. Это чувствовал сам писатель и объяснил это тем, что в пьесе должен быть резонер (выразитель мыслей автора), но героев, которых изобразил Горький, трудно назвать выразителями чьих-либо идей вообще. Поэтому и вкладывает свои мысли Горького в уста Сатина, самого свободолюбивого и справедливого персонажа.

	 Многие свои мысли вкладывает автор в уста Сатина. Порой странно слышать такие высокие слова от каторжника и шулера. Мы понимаем, что в Сатине погибли недюжинная натура, сильный, ясный ум. Гордые слова о человеке стали крылатыми, они заставляют верить, что люди достойны лучшей участи. 

	Сатин высказывает общую мысль о свободном человеке. Он разоблачает утешительную ложь старца Луки, который, видя муки обездоленных, бескорыстно старается помочь им, облегчить страдания, умиротворить.

	Сатин  выступает против вредности лжи и философии рабской покорности и долготерпения: “Кто слаб душой… и кто живет чужими соками, тем ложь нужна… Одних она поддерживает, другие прикрываются ей… Ложь – религия рабов и хозяев. Правда – бог свободного человека”. Актеру Сатин говорит, что Лука “наврал” насчет бесплатной лечебницы. Клещу, мужу Анны, который продал все инструменты, чтобы похоронить жену, Сатин советует “ничего не делать” и “просто обременять землю”: “Подумай – ты не станешь работать, я - не стану…еще сотни…тысяч…все! – понимаешь? Все бросают работать!” Сатин в шутку советует Пеплу убить Костылева и жениться на Василисе. Когда убийство действительно совершается, Сатин успокаивает Пепла, вызываясь быть свидетелем защиты. Несмотря на ироническое отношение к Луке, после его исчезновения Сатин говорит, что тот не был шарлатаном: “Человек – вот правда! Он это понимал <…> Он врал… но – это из жалости к вам”. Хотя Сатин заявляет, что “ложь – религия рабов и хозяев”, но, по его словам, Лука подействовал на него, “как кислота на старую грязную монету”; Сатин произносит абстрактно-“революционный” монолог о человеке как высшей ценности. В этом монологе Сатина в полный голос звучит требование свободы и гуманного отношения к человеку: “Надо уважать человека! Не жалеть, …не унижать его жалостью,… уважать надо!” Он убежден в том, что следует не примирять человека с действительностью, а заставлять  саму действительность служить человеку, потому он поднимает знамя борьбы за Человека с большой Буквы! 

	Решение вопроса, что же надо делать, чтобы изменить жизнь и уничтожить “дно” дает в своих речах Сатин, образ которого полнее оттеняет вредность утешительных проповедей Луки. Утешители ненавистны Горькому, и в образе Луки писатель разоблачил их несостоятельность. С большой разоблачающей  силой Горький обрушился на буржуазную философию утешительной лжи. Лука считает всех людей ничтожными, жалкими, слабыми, не способными к активной борьбе за свои права и нуждающимися в соболезновании и утешении. Лука – сеятель иллюзий, утешительных сказок, за которые жадно хватались отчаявшиеся слабые люди. “Мне – все равно! Я и жуликов уважаю, по-моему, ни одна блоха ни плоха”, - говорит он. Втайне он уверен в том, что реальное положение человека изменить нельзя, поэтому ко всем подходит с утешительной ложью. И таким образом Горький находит в лице Сатина образ, разоблачающий сострадание Луки и одновременно заявляет свое мнение к поставленному им же вопросу. Горький однозначно против никчемной лжи и унижающей жалости. Словами Сатина Горький выступает за высокую правду, правду окрыляющую человека, открывающую перед ним перспективы борьбы за счастье.

	Такая правда по своему характеру революционна, хотя сам Сатин, провозглашающий ее, и не революционер. Его протест против существующих порядков, по существу, сводится к проповеди ничегонеделания, его психология – не психология труженика, не психология борца, он отравлен ядом индивидуализма, находится во власти иллюзий о личной свободе на дне жизни. Среди героев пьесы нет бывших рабочих, бывших пролетариев, т. е. представителей единственного подлинно революционного класса начала ХХ века. Бубнов и Клещ – мелкие ремесленники, мелкие буржуа, а не пролетарии. Перед нами люди, утратившие классовую принадлежность, вышвырнутые обществом из своих рядов. Каждый из них только за себя, чувство социальной солидарности им чуждо.       

	Горький не идеализирует этот образ: как и другие босяки, Сатин не способен ни к общественно-полезному труду, ни к революционному действию, он заражен анархическими настроениями. В нем немало пороков, привитых ему ночлежкой: он пьяница, шулер, подчас жесток и циничен, но все-таки от других босяков его отличает ум, относительная образованность и широта натуры. 

	Знаменитые слова, сказанные им, самые высокие мечты предреволюционного периода и получили реальное воплощение лишь в нашу эпоху. Такое высказывание воспринималось как революционный призыв, как “сигнал к восстанию”. Заявляя о своей глубокой вере в творческие силы, разум и способности свободного человека, Горький утверждал высокие идеи гуманизма. Вся пьеса этими словами проникнута верой в человека. Горький понимал, что в устах спившегося босяка Сатина речь о гордом и свободном человеке звучала искусственно, но она должна была звучать в пьесе, выражая сокровенные идеалы автора и отмечая эту речь: “ кроме Сатина …некому сказать, и лучше, ярче сказать – он не может”. Горький давал понять за какими силами будущее. Сатин готов уважать в человеке лишь сильные стороны и считает. В принципе, Сатина нельзя назвать жестоким человеком, которому нужна “сильная личность”, управляющая толпой. Он хочет видеть людей сильными и свободными, а такими они могут стать, только уйдя со “дна”. По мнению Сатина как раз идеи Луки и мешают этому. В словах Сатина “Правда – бог свободного человека!” заключается некоторое внутреннее противоречие. Выходит, будто свободный человек не свободен от правды, а, значит, лишён выбора между “богом свободного человека” и “религией рабов и хозяев”, то есть попадает в зависимость от правды.     

	Сатину также принадлежит последняя реплика в пьесе; на слова Бубнова о том, что, Актер повесился, он отвечает: “Испортил песню…дурак!” Точка зрения противостоит как утешительной лжи Луки, так и бесперспективному нигилизму и скептицизму Бубнова, который втаптывает человека в грязь, лишает его крыльев. Сатин проповедует веру в человека, в его творческие силы. Но следует, однако, отметить, что не всегда следует отождествлять Сатина с Горьким. Писатель отдал Сатину много своих мыслей, но идейное содержание пьесы шире и глубже, чем содержание сатинских монологов.

5) Третья спорящая сторона – Бубнов.

	 Бубнов – третья спорящая сторона – считает, что любой человек не заслуживает уважения: “люди все живут... как щепки по реке плывут... строят дом... а щепки – прочь...” Бубнов – поборник правды (“вали всю правду, как она есть! Чего стесняться?”), как и Сатин, но его правда сродни “выдумкам” Луки, так как не побуждает человека рваться вперёд, искать путь к самосовершенствованию. Как и Сатина и Барона, Бубнова можно назвать сильным человеком. Ему многое дано, но он уже утратил себя. В отличие от Сатина, который понимает, что сильный человек должен бороться за правду, Бубнов живёт, не обращая внимания на всякий вздор. По поводу Луки Бубнов заявляет, что люди врут из желания “подкрасить душу”, а следует без стеснения говорить правду. Для Бубнова характерен бескрылый и несколько циничный фатализм. Он не признает моральной ответственности, заявляя, что у него нет совести, поскольку он “не богатый”. 
На противостоянии спорящих держится философская проблематика пьесы. Спор этот – чисто философский спор, поэтому не удивительно, что, как это часто бывает в философии, нельзя дать однозначный ответ на вопрос: кто прав? – или даже: кто более прав в этом споре? После написания пьесы автор настаивал на том, что Лука – хитрец, умело пользующийся чужим несчастьем. Но трудно убедительно подтвердить или опровергнуть эту точку зрения, и пьеса «На дне» остаётся произведением, которое каждый может трактовать по-своему.

6) Так что же лучше – истина или сострадание?

а) Бубнов – Лука.

Персонажи пьесы небеспочвенно обвиняют Луку во лжи. Однако суть советов, которые он даёт окружающим, верна. Ложь нужна ему только для того, чтобы уговорить людей на шаг правильный. Лука не виноват в трагедиях, которые происходят с героями пьесы. Бубнов в этом тоже не виноват, но Лука пытается помочь людям, Бубнов — нет. Лука проявляет сострадание, а это лучше, чем истина, которая сводится к констатации фактов и бездействию, а сострадание — к желанию помочь, к предоставлению людям хотя бы мизерной возможности победить обстоятельства. Кроме того, сострадание — само по себе ценность, даже если возможности помочь нет никакой...
Луку часто обвиняют в том, что он сказал Актёру, что есть лечебница для алкоголиков, где можно отучиться пить, а пути ему не указал, поэтому Актёр повесился. Но ведь лечебница — не единственное, о чём говорил Лука Актёру. Ещё он убеждал его в том, что нужно держаться и бороться, что тот, кто хочет, своего добьётся. Актёр оказался слаб, Лука не виноват в этом. Он не может постоянно вести Актёра по жизни за руку. А алкоголизм для Актёра всё равно стал бы медленным самоубийством.
Если Бубнов, выражаясь лексикой героев пьесы, “обременяет землю”, то Лука — нет. Лука нужнее людям...

 б) автор – Лука. 

По-настоящему спорит с Лукой не Сатин, а сам автор пьесы. Именно Горький показывает, что спасительная ложь никого не спасла, что вечно жить в плену иллюзий нельзя, а выход из них и прозрение всегда трагичны, а главное - что человек, живущий в мире утешительной мечты, убаюкивающего обмана, примиряется со своей убогой, беспросветной реальной жизнью. Это приводит его к тому, что он соглашается терпеть - мотив этот звучит в пьесе не раз, например, в словах Анны: "Коли там муки не будет... здесь можно потерпеть... можно!", или в притче о праведной земле - жил человек плохо, но терпел в надежде найти когда-то иную жизнь. Вот этого примирения с жизнью не приемлет М. Горький. Спор писателя с Лукой - это во многом спор с самим собой. Недаром современники вспоминали, что по своим человеческим качествам М. Горький был во многом близок к этому страннику-утешителю. Недаром он уже в период послереволюционный написал киносценарий "По пути на дно", где под влиянием идеологических догм разоблачил Луку, показал его как кулака, преступного и безнравственного человека. Но сценарий этот оказался творческой неудачей М. Горького, а пьеса "На дне" продолжает жить и сегодня, вызывая многочисленные споры и обретая новую актуальность. 

Образ Луки долгое время оценивался в литературоведении однозначно отрицательно. Луку обвиняли в том, что он лжет из корыстных побуждений, что он равнодушен к людям, которых обманывает, наконец, что в момент преступления он исчез из ночлежки. Но главное обвинение, которое предъявлялось Луке, касалось его позиции, его отношения к человеку. Он проповедует жалость, милосердие, которые в прежние годы считались чем-то лишним, даже подозрительным, этаким проявлением примиренчества, отступлением от позиции борьбы с классовым врагом (а врагов видели вокруг себя бесконечно много), милосердие объявлялось "интеллигентской мягкотелостью", которая недопустима в условиях схватки двух миров. Не принималось в позиции Луки и другое - то, что он не зовет людей к борьбе, к революционным действиям, радикальному изменению жизни. Все это в давние годы считалось вредным и чуждым человеку нового общества, "борцу за светлое общество". Сегодня образ Луки прочитывается во многом иначе, а поводом к этому может послужить просто внимательное, непредвзятое знакомство с горьковской пьесой.

в) сострадание

	Что есть истина? Истина (в моём понимании) – это абсолютная правда, то есть такая правда, которая для всех случаев и для всех людей одинакова. Думаю, что такой правды быть не может. Даже факт, казалось бы, очевидно однозначное событие, разные люди воспринимают по-разному. Так, например, известие о смерти может быть понято как известие о другой, новой жизни. Часто правда не может быть абсолютной, для всех единой, потому что слова неоднозначны, потому что смысл одного и того же слова по-разному понимается. Поэтому я бы стала говорить не об истине – понятии недостижимом, – а о правде, которая рассчитана на “среднего” человека.
Сопоставление истины и сострадания придаёт слову “истина” некоторый оттенок жёсткости. Истина – это жёсткая и жестокая правда. Души ранены истиной, а потому нуждаются в сострадании.
Нельзя сказать, что герои пьесы «На дне» представляют собой более или менее однородную массу людей – безличных, бесхарактерных. Каждый из героев чувствует, мечтает, надеется или вспоминает. Точнее, носит внутри себя что-то драгоценное и сокровенное, но поскольку мир, в котором они живут, бессердечен и жесток, они вынуждены прятать как можно дальше все свои мечты. Хотя мечта, которой было бы хоть какое-нибудь доказательство в суровой реальной жизни, могла бы помочь слабым людям – Насте, Анне, Актёру. Они – эти слабые люди – подавлены безысходностью реальной жизни. И им для того, чтобы жить, только жить, необходима спасительная и мудрая ложь о “праведной земле”. До тех пор пока люди будут верить и стремиться к лучшему, они будут находить в себе силы и желание жить. Даже самые жалкие из них, даже те, кто своё имя потерял, жалостью и состраданием могут быть вылечены и даже отчасти воскрешены. Вот только знали бы окружающие люди об этом! Может быть, тогда бы из самообмана даже слабый человек построил себе лучшую, приемлемую для него жизнь? Но окружающие об этом не задумываются, разоблачают мечту, а человек... “пошёл домой – и удавился!..”
Стоит ли обвинять во лжи старца, который единственный из обитателей ночлежки думает не о себе, не о деньгах, не о выпивке, а о людях? Он старается приласкать (“Человека приласкать никогда не вредно”), он вселяет надежды спокойствием и жалостью. Именно он, в конце концов, изменил всех людей, всех обитателей ночлежки... Да, Актёр повесился. Но виновен в этом не только Лука, но и те, кто не жалел, а резал по сердцу правдой.
Есть некоторый стереотип в отношении правды. Нередко считается, что правда всегда хороша. Конечно, ценно, если ты всегда живёшь правдой, реальностью, но тогда невозможны мечты, а вслед за ними – другое видение мира, поэзия в широком смысле этого слова. Именно особый взгляд на жизнь рождает прекрасное, служит основой искусства, которое, в конце концов, также становится частью жизни.
Как же сострадание воспринимают более сильные люди? Вот Бубнов, например. Бубнов, на мой взгляд, наиболее жёсткий и циничный из всех обитателей ночлежки. Бубнов “бубнит” всё время, констатируя голые, тяжёлые истины: “как себя ни раскрашивай – всё сотрётся”, совесть не нужна ему, он – “не богатый”... Василису Бубнов, не стесняясь, спокойно называет лютой бабой, а в середину разговора вставляет, что нитки-де гнилые. Обычно с Бубновым никто специально не разговаривает, но он время от времени вставляет свои замечания в самые разные диалоги. И тот же самый Бубнов, главный оппонент Луки, унылый и циничный, в финале угощает всех водкой, рычит, кричит, предлагает “отвести душу”! И только пьяный, щедрый и разговорчивый Бубнов, по словам Алёшки, “похож на человека”. Видно, Лука добротой задел и Бубнова, показал ему, что не в унынии повседневной тоски жизнь, а в чём-то более жизнерадостном, обнадёживающем — в мечтах. И Бубнов мечтает!
Появление Луки сплотило “сильных” обитателей ночлежки (Сатина, Клеща, Бубнова в первую очередь), возник даже цельный общий разговор. Лука – человек, который сострадал, жалел и любил, сумел оказать влияние на всех. Даже Актёр вспомнил и любимые стихотворения, и имя. 
Человеческие чувства и мечты, его внутренний мир дороже всего и ценнее всего, потому что мечта не ограничивает, мечта развивает. Правда не дарит надежд, правда не верит в Бога, а без веры в Бога, без надежд нет будущего.

7) Вывод.

В пьесе М. Горький стремится показать, что сострадание и утешение – злейший враг для личности. Что жалость унижает человека. Из пьесы видно, что сострадание Луки в итоге ни к чему не привело. Позиция Горького ясна – сострадание к людям, доведенное до утешительного обмана отрицательно влияет на общество. Горький  разоблачает несостоятельность образа

Луки. Но ведь все зависит от самого человека. Лука дает им шанс, а воспользоваться им, принять все сказанное не как утешение, а как стимул к борьбе за лучшее – это уже дело каждого человека. Ведь не будь в мире сострадания, вся земля была бы наполнена ожесточенными и озлобленными людьми. Ведь все-таки появление  Луки сплотило обитателей ночлежки. Несостоятельность образа Луки заключается в людях, окружающих его. Они вконец сломаны суровой жизнью, и что у них осталось так это только неосуществимые мечты. Но обвинять их в бездействии тоже нельзя, так как у них нет средств к воплощению своей мечты. Что лучше истина или сострадание это трудный вопрос. Выходит, что теоретически лучше правда. Но подчас горькая правда  ломает человека. А все-таки сострадание делает людей добрее и для кого-то она является отдушиной в жестоком мире. Все-таки ответить на поставленный вопрос однозначно нельзя.     

Пьеса  “На дне”  проникнута  горячим и страстным призывом любить человека, сделать так, чтобы имя  это

действительно звучало гордо. Пьеса имела огромный политический резонанс, звала к переустройству общества,

выбрасывающего  людей “на дно”. Нет и не может  быть счастья пока  человек  несвободен,  пока  несправедливость господствует на каждом шагу. Человек достоин счастья и свободы потому уже, что он Человек!

        Сейчас, в  эпоху,  когда  мы  вновь заговорили о гуманизме и милосердии, когда призываем “милость к падшим”, пьеса  Горького обретает иное значение. Это не  только  исторический  документ,  не  просто выдающееся

	творение человеческого ума,  это и произведение, которое вновь и вновь будет обращать взоры людей к вечным

проблемам добра, милосердия, социальной справедливости. 


Используемая литература.



1 “Максим Горький. Биография писателя.”                     И. М. Нефедова   1979г.



2  “Все герои произведений русской литературы” Словарь-справочник  А. Н. Архангельский и др.    1997г.



   





-1-