Восточные славяне

2

Федеральное агентство по образованию РФ.

Филиал государственного образовательного учреждения

высшего профессионального образования

«Санкт-Петербургский Государственный Университет

экономики и финансов»

в г. Пскове











Контрольная работа по дисциплине: История

Тема: Восточные славяне









Выполнила: студентка 1 курса

заочного отделения, гр. 09-620

№ зачетной книжки…

Штыгина Татьяна Владимировна

Проверил: доцент К.Э.Н.

Шевель В.Д.











Псков 2009 г.




Содержание



Введение

Происхождение и ранняя история славян

Восточные славяне в VIII-IX вв

Особенности общественного строя, материальной и духовной культуры восточных славян

Протогосударственные образования восточных славян в IX в

Древнерусское государство – Киевская Русь в X в

Заключение






Введение



Существующее ныне трехчастное деление славянства (восточные, западные и южные славяне) является продуктом сложного и длительного исторического процесса, состоящим не только в распаде общеславянского единства и делении славянской территории, но и в расселении славян на обширнейших пространствах и взаимодействием с местным населением.

Восточные славяне ныне – население, говорящее на русском, украинском и белорусском языках. Этому населению свойственны специфические языковые и этнографические особенности, выделяющие его из остального славянского мира. До образования отдельных восточнославянских народов, в раннем средневековье, восточные славяне составляли единую древнерусскую (восточнославянскую) народность, для которой были характерны общий язык и однородная материальная и духовная культура, и которая, в свою очередь, сформировалась в процессе консолидации восточнославянских племен, вышедших в разное историческое время и со своими специфическими особенностями из единого праславянского этноса. Таким образом, восточные славяне – понятие не географическое, а этноисторическое. 

Со времени зарождения на Руси летописания поставлен вопрос: «Откуда есть пошла Русская земля?», вопрос, на который до сих пор по-разному отвечают историки.

Русская культурная элита, и не только она, всегда интересовалась, и по-разному его разрешала, вопросом о месте и роли восточных славян в мировом историческом процессе. Сложность и многогранность проблемы в значительной степени усиливались фрагментарностью, неполнотой и противоречивостью сведений, носящих иногда легендарный характер, древнерусских и иных источников. 

В настоящее время в проблему истории восточных славян в дописьменную эпоху решающий вклад внесла археология, накопившая за последние годы значительный материал, анализ которых позволяет по-новому взглянуть на уже устоявшиеся представления историков.






Происхождение и ранняя история славян



В.О.Ключевский любил повторять, что история России – это история страны, которая колонизуется. Он имел в виду, конечно же, прежде всего колонизацию славянским населением обширнейших пространств, заселенных с незапамятных времен самым различным иноэтничным населением.

Анализ археологических материалов и исследования лингвистов показывают, что расселение славян в лесную и лесостепную зону Восточной Европы началось еще в праславянскую эпоху, когда началась диалектная дифференциация единого праславянского языка. Особенностью славянского расселения и освоения славянами пространств Восточной Европы является то, что оно проводилось в разное историческое время и из различных регионов праславянского мира и осуществлялась во взаимодействии с различными этносами. 

Начало славян. Славяне входят в состав языковой семьи индоевропейских народов. Распад индоевропейской общности не был одноактным процессом, а прошел через ряд этапов и длился тысячелетия. Между древними индоевропейскими и современными языковыми группами имели место промежуточные этноязыковые образования. Установлено, что языки племен Срединной Европы: германский, кельтский, италийский, иллирийский, балтский и славянский во II тысячелетии до н.э. в своем развитии были близки друг к другу и составляли языковую группу - древнеевропейскую. Древнеевропейцы занимали обширные пространства Европы от Скандинавии на севере до Италии на юге и от Британских островов на западе до юго-восточной Прибалтики на востоке. Древнеевропейцы выработали общую терминологию в области сельского хозяйства, социальных отношений и религии. Древнеевропейские племена во II тысячелетии в период, когда складывалась эта терминология, занимали районы Центрально-европейского культурно-исторического ареала. Археологическая культура, которую по времени и территориально можно связать с ним - это культура полей погребальных урн, охватывающая бассейн верхнего и среднего Дуная, верхней Эльбы, Одера и Вислы, а также Северную Италию. Эта культура лежит в основе культур пракельтов, праиталиков, прагерманцев, праиллирийцев, праславян и, по-видимому, некоторых других европейских этносов. Составной частью культур полей погребальных урн является лужицкая культура, получившая распространение в последних столетиях II и в первой половине I тысячелетия до н.э. между верхней Эльбой и Вислой, и которую относят к одной из диалектных группировок древнеевропейского населения, принявшего участие в этногенезе древних славян.

Славянская прародина, или регион становления праславянского языка и этноса, связана с археологической культурой подклошовых погребения, распространенной в V-II вв. до н.э. в междуречье Вислы и Одера. Ее характерной особенностью было то, что погребальные урны покрывали колоколовидным сосудом – клошем. Формируется она в результате взаимодействия двух культур – лужицкой и поморской, вызванного миграцией племен поморской культуры, принадлежащих в языковом отношении к древнеевропейскому-западно-балтскому диалекту, в восточные районы лужицкой культуры. По времени культура подклошевых погребений соответствует первому этапу развития праславянского языка. Это период , когда праславянский язык начал самостоятельное развитие, постепенно вырабатывая собственную структуру и свою лексику. Ранние славяне находились в тесных соседских контактах прежде всего с западными балтами и германцами.

Этноним славяне появился не сразу с выделением этого этноса. Появлению этнонима обычно предшествует период относительно узкого этнического кругозора, когда племя в сущности себя никак не называет, прибегая к нарицательной самоидентификации «мы», «свои», «наши», «люди», которых объединяла в первую очередь взаимопонятность речи, откуда правильная и самая старая этимология имени славян – от “слова” в значении говорить, слышать, быть понятым.

Германцы были непосредственными соседями племен лужицкой культуры, т.е. еще древнеевропейцев, которые, весьма вероятно, называли себя древнеевропейским этнонимом венеты/венеды. Этот этноним и был перенес на формирующийся славянский этнос.

Славяне в римское время. Следующий этап развития праславянского языка датируется временем от конца I тысячелетия до н.э. до III-V вв. н.э. В этот период происходят серъезные изменения в фонетике языка славян, получает развитие дифферинциация славянского языка. Эти довольно существенные изменения в развитии праславянского языка были обусловлены взаимодействием славян с другими этноязыковыми группами. В первые века нашей эры славяне заселяли части территорий двух археологических культур: пшеворской и черняховской. Эти культуры были крупными полиэтническими образованиями провинциальноримского облика. 

Пшеворская культура. Славяне, кельты и германцы. Около 400 г. до н.э. начинается мощная экспансия кельтов. В процессе расселения кельты легко смешивались с местным населением, распространяя всюду латенскую культуру кельтов. Во II в. до н.э. группа кельтов пересекла Судеты и осела в Силезии, другая группа, преодолев Карпаты, расселилась в верховьях Вислы, среди проживающего здесь славянского населения, представленного культурой подклошовых погребений. Так начался период активного кельто-славянского взаимодействия, оставившего заметный след в истории, культуре и языке славян, приведшего к возникновению пшеворской культуры в конце II в. до н.э. на территории , занятой культурой подклошевых погребений. Пшеворская культура была полиэтничной, в ее ареале и наследники племен культуры подклошевых погребений, и вторгшиеся германские племена, и кельты, и их ассимилированные потомки. Славяне, именуемые античными авторами венедами, преимущественно расселялись на землях Среднего и Верхнего Повисленья со смежными областями бассейна Одера (Висленский регион) и Верхнее Поднестровье. 

Лексические и археологические материалы свидетельствуют, что в это время тесными были также славяно-германские связи. Это подтверждается и письменными источниками. Античные авторы I-II вв. н.э. (Птолемей, Плиний, Тацит) локализуют в бассейне Вислы племена венедов, а западнее их – германские племена. Основным этносом в пшеворском ареале были славяне- земледельцы. На их земли, особенно западные (Одерский регион пшеворской культуры), вторгались более военизированные германские племена. И все население таких регионов, в том числе славянское, римскими авторами именовалось этонимами господствующего племени, т.е. вандалами, бургундами и т.д. 

Активное воздействие провинциально-римской культуры и благоприятные климатические условия первых четырех столетий нашей эры в Средней Европе способствовали подъему сельскохозяйственной деятельности, изменениям в производстве, строительном деле, вооружении и быту. В обществе увеличивается социальное расслоение, зарождается военно-дружинное сословие, складывается строй военной демократии.

Конец пшеворской культуры приходится на период великого переселения народов и связан с убытием германского этнического компонента (военно-дружинного сословия со свой свитой и окружением) и начавшимся регрессом культуры и быта. 

Результатом неодинаковости вклада кельтов в генезис славянского этноса стало первое диалектное членение славянства на две группы пшеворской культуры – северную и южную. В начале средневековья на базе древностей этих зон развиваются две археологические культуры: суковско-дзедзицкая и пражско-корчакская. 

Черняховская культура. Славяне, готы и сарматы. Готы – одно из племенных образований восточных германцев. Появление готов в Польском Поморье фиксируется археологическими памятниками вельбарской культуры с первой половины I в. н.э. В последних десятилетиях II в. н.э. начинается миграция готов в юго-восточном направлении по правому берегу Вислы и далее по Западному Бугу - основному речному пути к Причерноморью. На этом пути готы – носители вельбарской культуры встретились со славянами – носителями пшеворской культуры. Постепенно в Мазовии, Подлясье и Западной Волыни культурные различия между аборигенами и пришельцами нивелируются, складывающая единая культура приобретает вельбарский облик и развивается здесь до последних десятилетий IV в.. В конце II – начале III вв. готы появляются в междуречье Днестра и низовьях Дуная, где они расселились среди гетто-дакийского населения и частично в сарматских землях и получили, со временем, в позднеримских источниках наименование вестготы .

В конце II – начале III вв. в Севернопричерноморском регионе складывается черняховская культура, охватывающая в III-IV вв. территорию от нижнего Дуная на западе до Северского Донца на востоке. Являясь полиэтничной, она включала и готский, и сарматский, и гетто-дакский, и славянский компоненты. Черняховское население оставалось пестрым в этническом отношении вследствии кратковременности черняховской культуры и незавершенности ассимиляционных процессов. Конец черняховской культуры был связан с нашествием гуннов.

К этногенезу славян, имеют отношение два региона черняховской культуры – Верхнеднестровский и Подольско-Днепровский. 

Первый регион охватывает бассейн верхнего течения Днестра со смежными землями верховьев Западного и Южного Буга, Стыри и Горыни. Это область становления черняховской культуры на основе волыно-подольской группы пшеворской культуры. Спецификой этого региона является крайняя малочисленность скифо-сарматских и готских (вельбарских) компонентов. Это позволяет сделать вывод о заселении Верхнеднестровского региона в позднем римском периоде преимущественно славянами. В начале средневековья на базе древностей этого региона развивается пражско-корчакская археологические культура, носителями которой было праславянское диалектно-племенное образование, известное под этническим именем дулебы.

Подольско-Днепровский регион простирается от среднего течения Южного Буга до левобережья среднего Днепра, охватывая поднепровские земли – Среднее Поднепровье и поречье порожистой части Днепра. Основную массу населения этого региона составили потомки местных ираноязычных племен и расселившиеся славяне – носители пшеворской, а также полиэтничное население - носители зарубинецкой культур, игравшие более активную роль, в связи с чем здесь протекал постепенный процесс славянизации ираноязычного компонента. Имевший место в черняховской культуре ирано-славянский симбиоз оказал значительное воздействие не на весь славянский мир, а только на юго-восточную часть его. Иранское наследие проявляется и в формировании южной части восточного (будущие украинские и южнорусские говоры) и южного (болгарский, сербохорватский, македонский языки) славянства. Иранское начало имеют известные в восточнославянском язычестве божества Хорс и Симаргл. 

Анты - это отдельное диалектно-племенное образование славян, сформировавшееся при активном участии иранского этнического компонента. Анты на иранских языках означает “живущие на украине, пограничные жители”. Согласно Иордану, анты заселяли лесостепную полосу междуречья Днестра и Днепра. В конце IV в. имела место война готов с антами, в которой остготский король Винитарий все же разгромил антов и казнил их князя Божа с 70 старейшинами. Это позволяет предположить, что анты в IV в. имели собственное военно-политическое образование, сопоставимое с другими союзами племен того времени. Антское общество в IV в. было социально расслоенным и соответствовало зрелым формам военной демократии. Антами было создано раннегосударственное образование, во главе которого стоял вождь, власть которого приобрела наследственный характер. 

Из антского ареала исходили славянские передвижения, приведшие к формированию раннесредневековых болгар, сербов, хорватов и македонцев. В начале средневековья на базе древностей этого региона развиваются две археологические культуры: пеньковская антов и именьковская в Среднем Поволжье. 

К черняховскому времени восходят и другие бесспорные иранизмы в этнонимии юго-восточной части славянского мира. Таковы хорваты, сербы, русь. Племенное имя сербов связывается с иранской лексемой servi со значением ”страж скота, стеречь”. Этноним сербы получен от сарматов, которые под названием “servi Sarmatorum”упоминаются в источниках IV-V вв., этот индоиранский компонент вошел в праславянский мир со стороны Южного Побужья. Интересно тождество этнонимов ‘’sar-mat/har-vat‘’в значение ‘’женский, изобилующий женщинами‘’. Весьма вероятно и индоиранское начало этнонима русь, возводимого к иранской лексеме со значением “светлый, блестящий”. Этноним рос первоначально тяготел к побережью Черного и Азовского морей и Тавриды. Здесь существовал особый этнос росы. Взаимодействие славян с этим народом привело к перенесению индоарийского этнонима на часть юго-восточного славянства.

Великая славянская миграция. Дальнейшее развитие славянства и поздний этап эволюции праславянского языка(V-VII вв.) связаны с окончанием провинциональноримского облика пшеворской и черняховской культуры в результате нашествия гуннов, великим переселением народов и резким изменением климата в Европе.

Изменение климата в Европе. С конца IV в. происходит сильное похолодание; особенно холодным был V в. (самый холодный за прошедшие две тысячи лет). Похолодание вызвало интенсивное увлажнение и рост количества осадков. Эти изменения сопровождались поднятием грунтовых вод, повышением уровня рек и озер, заболачиванием больших пространств, затоплением полей и поселений, вымыванием плодородного слоя почв и т.п. Среднее Повисленье отличается наиболее низменным рельефом, и оно более других регионов пострадало от наводнений и переувлажненности почв. Судя по материалам археологии, его население полностью покинуло свои земли, регион обезлюдил на время.

Из Среднего Повисленья миграционные потоки населения, в римское время пользовавшегося всеми достижениями среднеевропейской провинциальноримской культуры, направлялись в юго-восточном направлении в Причерноморье (вторая волна готской экспансии, приведшая к расселению остготов в Нижнем Поднепровье и Крыму) и в северо-восточном через Мазурское Поозерье, средний Неман, бассейн Нериса-Вилии до Валдайской возвышенности. 

Именно с этого времени мигрирующие славянские переселенцы постепенно осваивали верховья Днепра, район озер Ильмень и Чудского, междуречье Волги и Клязьмы, районы Верхней Волги. Свидетельством этой крупной миграции являются неизвестные в этих землях ранее вещевые находки среднеевропейского провинциальноримского происхождения, в т.ч. характерные славянской культуре. Первый этап славянского освоения лесной зоны Восточной Европы связан с миграцией праславян пшеворской и вельбарской культур в IV-V вв. на территорию Подвинья, Смоленского Поднепровья и далее на восток в лесную зону Волго-Клязьминского междуречья, районы Верхней Волги, озер Ильмень и Чудского. На основе этой миграции в Полоцко-Витебском Подвинье и Смоленском Поднепровье идет процесс становления смоленско-полоцких кривичей, носителей тушемлинской культуры, а вблизи Псковского озера и в бассейне Великой – псковских кривичей, носителей культуры длинных курганов. Кривичи, как считают некоторые исследователи, получили свой этноним от балтского Kreio – “отделяю, отрезаю”, что означало также окраинную область славянского мира (латыши до сих пор называют русских kries). К сожалению, история не сохранила этнонима славянского населения, освоившего территорию Волго-Окского междуречья. В отличие от поволжскофинских племен меря и мурома его можно назвать славяне меря и славяне мурома. 

Позднее в миграционный поток были вовлечены славяне суково-дзедзицкой культуры Эльбо-Вислинского междуречья, эволюционировавшей на основе северной части пшеворской культуры. В VII-VIII вв. формируется культура сопок ильменских словен. Постепенно ильменские словене расселились в бассейне Ильменя с реками Шелонью, Ловатью, Мстой, а также частью Полужья и землями на восток до рек Молога и Чадогоща. 

Нашествие гуннов. Гуннское нашествие в конце IV – первой половине V вв. затронуло весь ареал черняховской культуры. Большая часть поселений прекратила существование. Были уничтожены ремесленные центры, снабжавшие население своей продукцией, прекратилось поступление импортных изделий. Разрушение провинциальноримской цивилизации вызвало регресс экономики населения и изменило материальную культуру.

Часть черняховского населения, в том числе анты, была втянута в движении гуннов на запад и вместе с ними осела на Среднедунайских землях. 

Значительные группы черняховского населения были вынуждены, спасаясь от гуннского погрома, бежать на новые места жительства. Результатом миграции славянской (антской) части черняховского населения в Среднее Поволжье стало становление в конце IV – начале V вв. именьковской культуры. Выбор конечного региона этой миграции объясним. Сюда, в Самарское Поволжье переселились еще в II-IV вв. группы пшеворского населения из области Волыни, Верхнего Поднестровья и Южного Побужья, спасаясь от готской экспансии. Земель с плодородными почвами здесь было достаточно для того, чтобы принять новые группы земледельческого населения. Этнос носителей именьковской культуры установлен генетической связью ее с волынцевской культурой, славянская принадлежность которой вне всякого сомнения. 

В лесостепных землях междуречья Днестра и Днепра (включая часть его левобережья) черняховское население сохранилось после гуннского нашествия в большей степени и не покинуло мест своего обитания. Более того, анты сохранили свою военно-политическую организацию, но до распада гуннской державы подчинялись гуннским наместникам. Например, Аттила поставил своего старшего сына Эллака повелителем акациров (гуннского племени в Приазовье) и других причерноморских народов. В V-VII вв. в ареале черняховской культуры формируются новая культура – пеньковская, экономический уровень которой был ниже черняховской. Создателями пеньковской культуры были в основном потомки местного черняховского населения - анты, в среду которых переселялись из более северных земель Поднепровья носители киевских древностей (балты днепровской группы) и славяне, носители пражско-корчакской культуры.

После распада гуннской державы по смерти Аттилы и переселения ряда германских племен началась великая славянская миграция. Первая волна миграционного потока связана преимущественно со славянами, выходцами из южного Повисленья, которых византийские истории VI в. называют с(к)лавенами, а современные археологи - славянами пражско-корчакской культуры, датируемой второй половиной V – VII вв. и эволюционировавшей из южного ареала пшеворской культуры. Дальнейшее развитие пражско-корчакской культуры было неодинаково в разных землях. На Волыне и в Припятском Полесье в VII-VIII вв. в результате плавной эволюции на основе пражско-корчакских древностей складывается лука-райковецкая культура, носителей которой можно отождествлять с дулебами, названными в Повести временных лет. Славяне (венеты, упоминаемые Иорданом) суково-дзедзицкой культуры, эволюционировавшей на основе северной части пшеворской культуры, расселяются в области междуречья Эльбы и Одера и на побережье Балтики – Польское Поморье.

Вторая волна миграционного потока, частично, перекрывшая первую, связана со славянами – антами, началась в связи с вторжением в Европу аваров в середине VI в.

Нашествие аваров. Авары (обры древнерусских летописей) – кочевые племена варов и хионитов Северного Приаралья, вторглись в середине VI в. в Северное Причерноморье. Подчинив болгарское племя кутригуров, кочевавших в степях междуречья Дона и Днепра, и антов, и продвинувшись в Среднее Подунавье, куда еще ранее расселились дулебы, авары создали мощное объединение – Аварский каганат. В походах аваров на Византийскую империю участвовали и анты, свидетельствуют об этом византийские источники. Кроме того, византийские историки чаще всего называли антов, в последующем всех восточных славян, аварами и даже гуннами, не делая между ними различия. С 602 г. в византийских источниках не упоминается имя антов, что связано, скорее всего, с распадом военно-племенного союза антов на отдельные племенные образования хорватов, сербов, северов (упоминаемых в византийских источниках) и других славян, среди которых, возможно, были русы. 

Русы в Средней Европе. С антской миграцией в Среднедунайский регион, которая в гунно-аварских походах достигла Баварии, связано распространение этнонима ”русь”. Географические названия, содержащие в своей основе этноним “русь” разрознено фиксируются в Нижней и Верхней Австрии, в Штирии, окрестностях Зальцбурга и Регенсбурга. 

В вопросе идентификации этнонимов русь и руги весьма важно сообщение в Раффельштеттенском таможенном уставе 904/906 г. о двух славянских племенных группах – богемов и ругов. Вполне очевидно, что богемы – это чехи. Под термином Rugi в западноевропейских письменных памятниках X-XI вв. всегда имеется в виду Русь. Вполне вероятно, что данная традиция имеет более древние корни. Следовательно, и в уставе 904/906 г. под ругами подразумевались русы, только не из далекого русского Поднепровья, а из соседних с чешскими славянских земель. В округе Линца археологами выявлены славянские поселения и могильники VII-XI вв., а начиная с XI в. здесь получают распространения антропонимы, производные от этнонима русь. Следовательно, славяне именовались здесь русью. XI-XIII вв. были завершающимся этапом ассимиляции славянского, а не скандинавского, населения Баварии. Подобная картина наблюдается и в землях полабских славян.

V-VII веками завершается последний период праславянской истории. Расселение славян на обширнейших пространствах, их активное взаимодействие с иноэтничным племенами привели к культурной дифференциации славянского мира и членению единого праславянского языка на отдельные славянские языки. 

Однако не стоит видеть в трех славянских группах Иордана – славянах, антах и венедах – прямое отражение трехчленной дифференциации современного славянства (восточные, западные и южные славяне). Существующее ныне трехчастное членение славянства является продуктом не только праславянского периода, но и более позднего исторического процесса. 

Диалектное членение восточнославянских языков. Племена, входившие в состав указанных Иорданам славянских групп, участвовали в разное историческое время и при разных условиях в этногенезе восточных славян. Об этом свидетельствуют и исследования лингвистов, доказывающие образование диалектов восточнославянского языка непосредственно из праславянского. Так, непосредственно из диалектов праславянского языка образовались древненовгородские, древнепсковские (кривичские) говоры и восточнорусские говоры Волго-Окского междуречья северновеликорусского наречия. С другой стороны, диалектное членение праславянского языка на говоры смоленско-полоцких кривичей, дулебов, антов пеньковской культуры, славян Днепровско-Донского междуречья и Среднего Поволжья завершилось образованием средневеликорусского и южновеликорусского наречий великорусского языка, а также белорусского и украинского языков в гораздо более позднее историческое время. 



Восточные славяне в VIII-IX вв



С VIII в. наступает новый этап славянской истории, когда в результате сложных миграционных пертурбаций и ассимиляционных процессов формируются средневековые племенные объединения славян и складываются первые государственные образования. 

VIII-IX столетия были временем, когда продолжалось расселение славян, начало которому было положено в V-VII вв. Его усиливали и усложняли миграции в Восточную Европу с других частей заселенного славянами ареала, заметно расширившегося и культурно изменившегося в VI-VII вв., а также вовлечение в миграционный процесс неславянского населения. Расселение славян сопровождалось частичной ассимиляцией местных финно-угорских и балтских племен (к V-VII вв. можно отнести лишь только начало этого процесса). Местное население в основной массе не покинуло мест своего обитания, однако их жизнь постепенно изменялась вследствии заимствования хозяйственных и культурных традиций переселенцев. Более быстро миграционные и ассимиляционные процессы протекали среди племен, ведущих охотническо-собирательское и скотоводческое хозяйство. При таком ведении хозяйства плотность населения невелика, поэтому славяне-земледельцы без больших препятствий могли осваивать под пашни новые земли.

Восточнославянские племенные образования в VIII-IX вв. В древнерусских источниках о восточнославянских племенных образованиях сохранились лишь самые общие сведения. Современная историческая наука считает, что это были неоднозначные единицы. Так, поляне, древляне, дреговичи и волыняне были территориальными новообразованиями, сформированными в результате территориального обособления праславянского племенного образования дулебов. С другой стороны, корни кривичей, словен ильменских и руси уходят в праславянский период истории. Это были этнографические и диалектные образования раннесредневекового славянства. 

Кроме того, оказывается, что территории древнерусских земель-княжеств XII в. теснейшим образом связаны не с новообразованиями XII в., а с этнографическими группами восточного славянства, история которых уходит в праславянскую эпоху. 

Племенные образования севера Восточной Европы. 

В Повести временных лет на севере Восточной Европы обозначены славянские племена словен ильменских, кривичей псковских, кривичей полоцко-смоленских (полочан и смолян), славян Волго-Окского междуречья (славян меря и славян мурома) и финно-угорские племена чуди, вожан, веси, меря, мурома, на территории расселения которых в XII в. образовались Ростово-Суздальское, Смоленское, Полоцкое княжества, Новгородская и Псковская земля. Особенность данного региона заключается в том, что славянская (венедской праславянской диалектной группы) миграция осуществлялась двумя потоками еще в праславянский период истории из региона Среднего Повисленья (славянами пшеворской и вельбарской культуры) и Эльбо-Вислинского междуречья (славянами суково-дзедзицкой культуры) на земли, заселенными различными финно-угорскими (западнофинскими - культуры сетчатой керамики, на северо-западе и поволжскофинскими – меря, мурома на северо-востоке региона) и балтскими (восточными и днепровскими балтами) племенами. Особенность общественного строя племенных образований заключалась в гораздо большей, по сравнению с племенами юга, устойчивости родоплеменого строя.

Племенные образования лесной зоны Днепровского правобережья.

Правобережные области Среднего Поднепровья, от верхнего течения Западного Буга до поречья Днепра, в VIII-IX вв. были заселены однородным славянским населением, принадлежащим к пражско-корчакской культуре V-VII вв. Это было праславянское диалектно-племенное образование, этническим именем которого были дулебы. Расселившись на широкой территории, дулебы дифференцировались на территориальные группы, разделенные широкими лесными и болотистыми пространствами. Некоторая изолированность этих территориальных групп со временем привела к их слабому этнографическому обособлению. Так, из единого дулебского массива формируются племенные образования в верховьях Западного Буга, Стыри и Горыни волынян (этноним образован от поселения Волынь, возникшем в VIII-IX вв.), в верховьях Южного Буга – бужан, в бассейнах Тетерева и Ужа - древлян, (живущими за лесами – “в древах”), в киевском поречье Днепра - полян (от “поле” – открытое, безлесое пространство), в Припятском Полесье – дреговичей (живущими за болотами, по древнерусски “дрягвой”). Волыняне и дреговичи освоили еще Брестское Побужье, где аборигеном было ятвяжское население. Этнографическая территория расселения дулебской этноплеменной группировки можно отождествить с исторической Киевской землей, включавшую Киевское, Турово-Пинское и Волынское княжества XII в.

Племенные образования юго-западной части Восточной Европы. 

В междуречье нижнего Днепра и Днестра, бассейнах Днестра и Прута, а также в Прикарпатье Повесть временных лет локализует славянские племенные образования – хорватов, тиверцев и уличей, сформировавшихся после распада праславянского диалектно-племенное образование антов. 

Тиверцы и уличи – этнонимы территориального, а не энографического характера. Уличи (от древнерусского ”улучье” – изгиб реки) первоначально расселялись в поречье Днепра там, где Днепр делает изгиб. Под давлением печенегов они переселились в конце IX в. в Поднепровье южнее полян, а оттуда в первой половине X в. – в нижнее Поднестровье. Тиверцы (этноним производный от древнего названия Днестра – Тирас, по ирански “быстрый”) занимали области среднего и нижнего Днестра. В конце IX – начале X вв. под давлением печенегов они расселились в Верхнее Поднестровье и в Закарпатье. В Закарпатье и на северо-востоке Румынии вплоть до настоящего времени живут потомки тиверцев – русины. 

Племенное объединение хорватов или восточных хорватов (в отличие от хорватов, до настоящего времени живущих на западе Балканского полуострова) в Прикарпатье, в верховьях Днестра явилось основой Галицкого княжества XI-XII вв., вошедшего позднее в состав Галицко-Волынского княжества.

Племенные образования юго-восточной части Восточной Европы.

Левобережную часть Поднепровья с верховьями Оки составляла Черниговская земля. Основу ее населения составляли потомки крупного диалектно-племенного образования славян, представленного в VIII-IX вв. волынцевской культурой, сформировавшейся в результате миграции в конце VII – начале VIII вв. из Саратовского Поволжья славян именьковской культуры, ассимилировавших славян-антов пеньковской культуры и днепровских балтов колочинской культуры.

Основной территорией волынцевской культуры являются в Левобережном Поднепровье - Подесенье с бассейном Сейма и верховья Сулы, Псла и Ворсклы, и далее до верхнего течения Северского Донца (где вплотную соприкасалась с территорией салтово-маяцкой культуры Хазарии) и воронежского течения Дона; на правом берегу Днепра – районы Киева и нижнее Поросье. На рубеже IV-V вв. в этом регионе расселились малочисленные переселенцы из черняховского ареала, в том числе славяне антской диалектно-племенной группы. До последних десятилетий VII в. лесостепные земли Днепровского Левобережья заселяли анты – носители пеньковской культуры. В конце VII – начале VIII вв. к ним на первых порах, вероятно, и подселялись переселенцы из среднего Поволжья – славяне именьковской культуры, образованной мигрантами из черняховского арела в конце IV – начале V вв. Антское праславянское диалектно-племенное образование объединяло различные племенные группы: антов, хорват, сербов, север и т.д., в том числе и славянского племени русь - носителя волынцевской культуры, датируемой VIII-IX вв.

 В конце VIII - первой половине IX вв. волынцевская культура постепенно трансформируется в Днепровском Левобережье в роменскую, на Дону – в борщевскую, на верхней Оке – в окскую культуру. При этом гончарная керамика, характерная для волынцевской культуры, выходит из употребления в связи с прекращением работы центров по ее производству в результате набегов венгров. Роменская, борщевская и окская культуры, датируемые IX-X вв. очень близки между собой, так как имеют общее основание - волынцевскую культуру конца VII–IX вв 

Славяне роменской культуры в IX-X вв. вошли в племенное образование северян (в летописях часто “север”). Этноним север иранского происхождения (seu - “черный”). Наряду с восточнославянскими северянами известно южнославянское племя север, вошедшее вместе со славенией Семи родов в состав Болгарского ханства в конце VII в. По-видимому, северами первоначально именовалась племенная группа ираноязычного населения, ассимилированное славянами черняховской культуры, воспринявшими этот этноним. 

Славяне окской культуры, расселившись в верховьях Оки среди местного населения мощинской культуры, сформировали племенное объединение вятичей. 

Славяне борщевской культуры, кроме верховьев Дона, в X-XI вв. заселили еще Рязанское Поочье, заложив основы Рязанского княжества.

 В IX-X вв. в бассейне Сожа славянами волынцевской культуры было сформировано племенное объединение радимичей, а в бассейне верховьев Оки - вятичей. Местное балтское население в летописи названо этнонимом голяди. 

Славяне в Среднем Поволжье. 

Первая немногочисленная группа переселенцев с территории Волыни и Верхнего Поднестровья появилась в Среднем Поволжье во II в. Следами их проживания являются памятники славкинского типа. В III-IV вв. в Самарском Поволжье распространяются поселения лбищенского типа, возникновение которых связано с переселением черняховского населения, вызванном второй волной готской экспансии в Причерноморье. Третья, самая мощная волна миграции черняховского населения датируется концом IV в. и связывается с гуннским нашествием в Европу. Большие массы переселенцев осели в наиболее плодородных землях Среднего Поволжья от Самарской луки на юге до нижнего течения Камы на севере и от средней Суры на западе до реки Ик на востоке и создали именьковскую культуру. С миграцией черняховского населения связано распространение в Среднем Поволжье пашенного земледелия. В настоящее время этнос носителей именьковской культуры устанавливается генетической связью ее с волынцевской культурой, имеющей славянскую принадлежность.

Именьковское население – крупная культурно-племенная группировка славян – антов, переместившихся в условиях гуннского нашествия из черняховского ареала на Среднюю Волгу.

В конце VII в. с появлением на Волге воинственных кочевых орд тюркоязычных болгаров значительная часть именьковского населения мигрировала в земли Днепровского Левобережья, которые с рубежа IV-V вв. заселяли анты – носители пеньковской культуры и балтские племена колочинской культуры. 

Впрочем, какая-то часть именьковского населения не покинула Средневолжские земли, о чем свидетельствуют археологические находки, имеющие именьковское происхождение, в культурных слоях булгарского времени. О наличии в составе Волжской Болгарии славян сообщают восточные источники. Так, арабский историк Ахмед ибн Фадлан, посетивший регион средней Волги в 922 г. в составе посольства багдадского халифа, правителя Волжской Болгарии хана Алмуша, происходившего из племени болгар, именует «царем сакалиба», подвластные ему племена - болгар, эскель, баранжар и сакалиба, а саму Волжскую Болгарию – страной «ас-Сакалиба». Термином ас-сакалиба, как известно, восточные средневековые историки и географы называли славян. По сообщению арабского историка и географа ал-Якуби в 40-50-х гг. IX в. жители Дарьяльского ущелья обратились за помощью к властителям Византии («сахиб-ар-Рум»), Хазарии («сахиб-ар-Хазар») и государства славян («сахиб-ас-Сакалиба»). Славянское земледельческое население способствовало переходу болгар-тюрок к оседлому образу жизни и быстрому созданию городской жизни Волжской Болгарии. Весьма примечательно то, что территория последней соответствует отнюдь не региону расселения болгар в VIII-IX вв., а ареалу именьковской культуры.



Особенности общественного строя, материальной и духовной культуры восточных славян



В отличие от других племен, расселившихся в период великого переселения народов на территории государственных образований и под воздействием их общественно-социальных, материальных и духовных традиций в короткий исторический срок создавших свою раннюю средневековую государственность, общественный строй восточных славян имел устойчивые традиции родоплеменного общества праславянского периода, выдержавшие испытания гунно-аварскими нашествиями, и, учитывая отдаленность и обособленность от основных центров цивилизации, развивался до стадии образования ранней государственности в более продолжительный исторический срок и, в большей степени, с учетом внутренних особенностей. 

Особенности земледелия восточных славян. Основой экономики восточных славян являлось земледелие, в южных, лесостепных районах – пашенное земледелие. Как показывает лексика праславянского языка, славяне были земледельцами еще на своей прародине. Не случайно зерновые культуры в славянских языках обозначались словом “жито” - жизнь. Состав зерновых культур был неодинаков: в лесостепном Днепровском Правобережье доминировала пшеница, в Левобережье – просо, в лесной зоне – преимущественно рожь, культивирование которой отличало еще праславян от древних германцев, возделывавших преимущественно ячмень. Этим славяне отличались и от некоторых других этнических общностей Восточной Европы.

Земледелие дополнялось животноводством. Первое место в составе стада домашних животных принадлежало крупному рогатому скоту. Немаловажную роль играли промыслы пушнины и бортничество.

Значение VIII-IX вв. в истории Восточной Европы заключается в том, что именно в это время земледелие стало главной, господствующей отраслью хозяйства, по сравнению с которой скотоводство, охота, рыболовство и бортничество имели меньшее значение. В это же время установились формы собственности: общинная – на возделываемые земли, пашни, сенокосы, пастбища, и общеплеменная - леса с природными богатствами, охотничьи угодья, места рыбных ловов и т.п. 

С природно-климатическими условиями тесно связаны системы земледелия восточных славян. В лесостепных районах господствовал перелог как средство очистки пашни от сорняков, а обработка пашни могла продолжаться в течение ряда лет. С истощением почвы переходили (перекладывались) на новые участки. На севере, в лесной зоне, наряду с перелогом использовалась подсечно-огневая система земледелия. В первый год деревья подрубали. На следующий год высохшие деревья сжигали и, используя золу как удобрение, сеяли зерно. Обе системы земледелия следует охарактеризовать как экстенсивные и приносившие в итоге достаточно скромный урожай.

В эти же века наметился переход к примитивному двухполью с озимым и яровым полем. Но и при переходе к двухполью земледельцам приходилось через некоторый срок забрасывать свои наделы и переходить на новые неистощенные участки земли.

Следует отметить, что климатические условия Восточной Европы гораздо менее благоприятны для развития земледелия, чем в других частях Европы. Кроме того, земледелец сталкивался здесь с низким плодородием подзолистых почв. Воздействие этих факторов приводило к тому, что, несмотря на все усилия земледельца, урожайность зерновых в среднем даже в XVIII в. оставалась крайне низкой – сам-3, а при неблагоприятных условиях – сам-2. Все это делало отдельное хозяйство материально малоустойчивым и требовало постоянного взаимодействия с соседями. 

Это делало объединение соседей – соседскую общину - у восточных славян, во многом аналогичную общинам других европейских народов, особенно прочной, а общинную собственность на возделываемую землю – особенно устойчивой к притязанием на нее княжеской власти или возвышающейся родовой знати.

Развитие ремесленной деятельности, торговли, градостроительства. С сельским хозяйством тесно связаны такие виды деятельности, как прядение, ткачество, дерево- и металлообработка и изготовление изделий из кости. Они обеспечивали также потребности в одежде, в жилище и бытовых вещах еще в глубокой древности. Славянские кузнецы, ювелиры, гончары, и, вероятно, некоторые ремесленники иных специальностей предназначали свою продукцию главным образом для населения и первоначально работали, вероятно, на заказ. Ремесленники жили на тех же поселениях, где и их заказчики.

В VIII-IX вв. активно развивались ремесла, прежде всего железоделательное и железообрабатывающее производство, обработка цветных металлов и ювелирное дело. Наряду с работой на заказ ремесленники начинают производить продукцию для рынка, т.е. на продажу, причем заметен рост продукции, изготовленной на продажу. 

Металлообработка и прежде всего кузнечное дело характеризуется сложными процессами, требовавшими специальных знаний и практических навыков. Продукция восточнославянских кузнецов, основанная на еще кельтских традициях металлообработки, достаточно разнообразна: около половины исследованных археологами изделий было отковано из кричного железа и мягкой сырцовой стали; другая – с применением средне- и высокоуглеродной стали (цельностальные предметы или сваренные из железа и стали и затем термообработанные); встречены и инструменты с наварными стальными рабочими частями, местное производство которых подтверждается клеймами славянских кузнецов, к примеру, на лезвие меча каролингского типа – «ковал Людоша». О масштабах производства оружия, мечей, шлемов, кольчуг, кроме археологических находок IX-X вв., сообщают древнерусские и восточные источники. Так, в географическом сочинении Абдаллаха Ибн Хордадбеха «Книга путей и стран», написанным около 847 г., сообщается: «Что касается русских купцов – а они вид славян – то они вывозят бобровый мех и мех черной лисицы и мечи из самых отдаленных частей страны славян…». А в Повести временных лет в сказании о хазарской дани сообщается: «Сдумаша поляне и вдаша от дыма меч».

Сложение наряду с сельским хозяйством, промыслами и домашними ремеслами обособленных отраслей экономической жизни, таких как железоделательное и железообрабатывающее ремесло, ювелирное дело и гончарное производство, способствовало развитию у восточных славян обмена и торговли. Это способствовало возникновению специализированных поселений, где жили и работали преимущественно ремесленники, работавшие для рынка. Эти поселки становились сосредоточием внутренней, а также внешней торговли. О развитии торговых отношений говорят клады, как монетные, так и вещевые. Особого внимания заслуживают нумизматические находки первой половины IX в., большая часть которых приходится на ареал волынцевской культуры, что, со всей очевидностью, свидетельствует о формировании денежного обращения. VIII-IX вв. характеризуются значительной масштабностью международной торговли. Новой стадией в развитии торговых связей было распространение восточных монет. В конце IX-X вв. начинает функционировать Днепровско-Волховский путь, названный в древнерусских летописях путем «из варяг в греки». Восточное серебро по Западной Двине или через Ладогу распространяется в юго-восточной Прибалтике и Скандинавии. 

Уже в VIII в. в различных местностях зарождаются ранние торгово-ремесленные поселения – протогорода, ставшими центрами кристаллизации военно-дружинного и торгового сословия. В отличие от открытых, лишенных укреплений рядовых поселений или ремесленных пунктов на этих поселениях сооружаются укрепления. В племенных центрах, торгово-дружинных и ремесленных поселениях – протогородах, расположенных, как правило, в зонах концентрации земледельческих поселений, стоящих на магистральных водных путях или вблизи святилищ наиболее почитаемых языческих культов наблюдается развитие ремесла и торговли. К примеру, Труворово городище вблизи Пскова, Хотомель на Волыни, Сарское городище вблизи Ростова Великого. Анализ археологического материала (наличие большого количества оружия, серебряных изделий и импортных вещей, следы ремесленной деятельности, связанной, в частности, с литьем и ювелирным делом), позволяет сделать вывод, что из состава населения выделилась заметно отличающаяся от него по образу жизни социальная элита, которая поселилась в укрепленном поселении с группой подчиненных людей, обслуживавших ее нужды.

Протогорода, основу населения которых составляли представители того племени, на территории они возникли, с момента их основания оказывались пестрыми в этническом отношении. Так, среди жителей Ладоги с ранней поры археологически документируются словени ильменские, кривичи, варяги, местная чудь и балты. Протогородское население, слабо связанное с местными племенными традициями, стало мощной движущей силой в создании и распространении единой материальной и духовной культуры на всей территории Руси, в нивелировке племенного разнообразия, в интеграции восточнославянской этноязыковой общности. 

Неоднородными по этнической структуре стали и древнерусские города. Начало процесса градообразования на Руси определяется IX-XI вв. Древнейшие города на Руси выросли в основном из племенных центров славян или финно-угорского и балтского населения, территории которого вошли состав древнерусского государства. Многолетними исследованиями в Киеве установлено, что древнейшее городище на Старокиевской горе (городок Кия) возникло в конце V – начале VI вв. Это укрепленное поселение стало, по-видимому, племенным и культовым центром. В IX-X вв. оно делается детинцем, в котором находились княжеский двор, городская (вечевая) площадь и жилищные и хозяйственные постройки. На Замковой горе, Детинке, Киселевке, Щеквицы, Лысой горе возникают посады. В IX-XI вв. Киев, по всей вероятности, представлял агломерацию поселений торгово-ремесленного характера. 

В IX-X вв. племенной центр – городище с административно-хозяйственными постройками и вечевой площадью, стоящее на магистральных водных путях или вблизи святилищ наиболее почитаемых языческих культов, вокруг которого концентрировались ремесленно-земледельческие поселения, трансформировавшиеся в посад. К примеру, Новгород, Псков, Ростов, Муром, Смоленск, Полоцк, Чернигов. С ростом числа городов и в связи с их бурным развитием вырастает новая общественная сила – горожане. Городское население стало новообразованием, сформировавшимся из представителей разных славянских и неславянских племенных групп, в котором довольно быстро стирались прежние региональные различия.

В X-XI вв. формируется характерная для древнерусских городов социально-топографическая структура: княжеско-дружинный детинец и примыкающий к нему ремесленно-торговый посад (окольный город). В городах создавалась каменная архитектура, развивались связанные с ней производства строительных материалов. Города импульсировали развитие общевосточнославянского домостроительства и фортификационного дела.

Крупные древнерусские города явились создателями и распространителями единой древнерусской культуры. С принятием христианства города стали центрами просвещения и грамотности. В городах составлялись грамоты, акты, уставы, велась деловая переписка, в крупных городах зародилось общерусское летописание. Анализ памятников письменности X-XI вв., созданных в Киеве, не выявил ярких диалектных особенностей, что позволяет предположить о сложении такого наречия (диалектного койне), которое утратило или сгладило диалектные черты, присущие разным местностям Древней Руси. Города оказывали существенное влияние на сельскую округу, постепенно элементы городской культуры проникали в среду земледельческого населения. Все это не могло не способствовать культурному и языковому сближению восточных славян.

Особенности общественного строя восточных славян. Племенные образования восточных славян VIII-IX вв. вернее было бы назвать племенными союзами - объединениями ряда родственных племен, форму организации общества, которая возникла на последнем этапе разложения родоплеменного строя. 

Племенные союзы включали в себя некоторое количество отдельных племен, имена которых уже были неизвестны составителям первых русских летописей. Каждое отдельное племя, в свою очередь, состояло из нескольких родов или соседских общин (мир, вервь – от слова «веревка», которой измеряли землю при разделах).

 Важнейшие вопросы жизни решались на народных собраниях – вечевых сходах, проводимых вблизи религиозного центра наиболее почитаемого языческого культа. Во главе племенных союзов стояли князья и родовая верхушка – старейшины, «нарочитые люди», «лучшие мужи». Так, раннесредневековый историк Иордан сообщает о князе антов Боже (Бусе, упомянутом в «Слове о полку Игоревым») и 70 старейшинах, казненных остготским вождем. Уже на исторической прародине у славян существовал постоянный военный предводитель – князь. Первоначально князь избирался на народном собрании. В последующие времена княжение передавалось по родству. Летописи сообщают, что легендарный «Кий княжил в роде своем», также о том, что свои княжения были не только у полян, но и у древлян, дреговичей, полочан и у словен в Новгороде.

При особенностях ведения земледелия восточными славянами, заключающимися в периодических переходах на новые неистощенные участки земли, неизбежно должны были возникать столкновения между отдельными племенами из-за тех или иных территорий. Неосвоенной земли было еще много, но проблема была в обладании землями лучшего качества и наиболее удобно расположенными. Возникающие и все более часто повторяющие межплеменные конфликтные ситуации народное собрание – вечевой сход – разрешить по справедливости и общему удовлетворению из-за своей родовой ангажированности не могло и отдавало на разрешение и суд («наряд») князю. (В связи с этим, весьма примечательно летописное сказание о призвании варягов). Таким образом, на князя возлагались не только военные, но и административно-судебные функции. 

В противостоянии и взаимодействии двух центров власти, князя и народного собрания – вечевого схода, в котором все большую, по мере своего обогащения и возвышения, роль приобретала родовая знать, происходило развитие общественного строя родоплеменного общества и формирование ранней государственности восточных славян.

Основой военной организации восточных славян было всеобщее ополчение, состоящее из отрядов, сформированных по родоплеменному признаку и возглавляемых военными вождями племен и родов – князьями и «лучшими мужами», витязями. В дальние военные походы и, при необходимости, в других случаях формировалась племенная дружина – «полк», «тысяча», разделенная на «сотни». Во главе их стояли военные вожди - князья, воеводы, тысяцкие, сотские. 

Постоянной военной организацией являлась дружина, которая формируется вокруг князя и становится его надежной опорой не только в военных походах, но и в решении административно-судебных и налоговых податных функций. Дружина делилась на старшую, из которой выходили послы и купцы - доверенные лица князя, и княжеские управители, и младшую, жившую при князе и обслуживающие его двор и хозяйство; отсюда древнерусское названия дружинников - огнищане (от огнища, очага) или гриди (гридница - помещение для размещения и питания дружинников).

Дружина - принципиально новое для родоплеменного общества явление – представляла собой сообщество людей самой разной родовой принадлежности, которых объединяла и являлась основой жизни взаимная клятва верности с их главой – князем. Дружинникам, занимавшихся войной и живших для войны, доставалась добыча и пленные во время войн. Кроме того, дружинники по поручению князя собирали дань, за сбор которой имели определенную долю дани. Сбор дани назвался полюдьем, проводимым с октября по апрель. Для содержания дружинников в остальное время использовались изымаемые из собственности племен охотничьи угодья и места рыбных ловов. Таким образом, дружина становилась коллективным с князем собственником природных богатств (пушнина, мед и воск диких пчел), взимаемых в виде дани, и отторгнутой из общеплеменной собственности земли (охотничьи угодья, места рыбных ловов). Коллективная собственность подразумевает и коллективную форму управления. Древнерусские летописи полны свидетельств о советах князя с дружиной. Древнерусская дружина могла сказать своему князю: «Ты, князь, без нас, сам по себе, удумал, без нас, сам по себе, иди».

Дружинное сословие. Зарождение военной дружины относится к праславянскому периоду. Но это были дружины, формируемые для выполнения определенных заданий, их еще нельзя причислить к профессиональным образованиям. Начало становления древнерусского дружинного сословия определяется IX в., а наибольшая активность приходится на X в. Основными памятниками изучения военной дружины на Руси являются курганные некрополи IX – начала XI вв., в которых преимущественно по языческому обряду хоронились как рядовые воины, так и представители знати. Такие могильники связаны с торговыми путями и зарождающимися ранними городами (Киев, Чернигов, Гнездово-Смоленск) или торгово-ремесленными поселениями. В Суздальском ополье и юго-восточном Приладожье дружинные курганы разбросаны по разным могильникам, оставленных местным в своей основе земледельческим населением.

Анализ археологического материала показывает, что зародившиеся в IX в. дружинное сословие объединило разные по происхождению этнические компоненты: выходцев из разных племенных образований восточных славян и славянских переселенцев из Дунайского региона, представителей разных финских, балтских, тюркских (на юге, возможно, и ираноязычных) племен, а также выходцев из Скандинавии - варягов русских летописей. Древнерусская дружинная культура всюду формировалась на полиэтничной основе. Имевшие место в IX в. характерные этнические признаки в погребальном обряде к середине X в. превращаются в социальные, как принадлежащие дружинному сословию, не зависящие от племенного происхождения погребенных. Параллельно протекал процесс смешения разноэтничных признаков и в обрядности, и в погребальных инвентарях. Древнерусское дружинное сословие в X в. создало собственную единообразную культуру, во многом отличную от культур земледельческого населения Руси.

Древнерусская дружина была первым крупным надплеменным образованием, сформировавшимся из разноэтничного населения. Формирование единой дружинной культуры стало мощным консолидирующим явлением в постепенном создании общности культуры и языка. Прослужив по несколько лет в единой культурной среде, дружинники из полян, словен, кривичей, чуди или мери становились русами. 

Великокняжеская дружина в X – первой половине XI вв. активно включалась в различные общественно-социальные системы, создавая структуру государственного управления и заменяя великокняжеской администрацией прежние органы самоуправления племенных княжений. Дружина участвовала в сборах подати и осуществляла местную судебную власть. Все это сыграло активную роль в интеграционных процессах в условиях становления древнерусской народности.






Протогосударственные образования восточных славян в IX в.



Антское праславянское диалектно-племенное образование объединяло различные племенные группы: антов, хорват, сербов, север и т.д., в том числе русь. Известны следы пребывания племени русь в Средней Европе после гунно-аварских вторжений. Древнерусские и средневековые источники полны сообщений о племени русь/рос в Восточной Европе. 

Русь. О происхождении этнонима русь высказано множество предположений. Еще в XIX в. было высказано предположение об иранском начале этнонима русы – от иранского ors, uors ‘белый’. В наше время известный иранист В.И. Абаев аргументировано показал соответствие этнонима русь с основой иранского происхождения *rauka-/*ruk-‘свет, белый, блестеть‘. Лингво-топонимические изыскания О.Н. Трубачева показали, что наряду с обширным иранским этническим элементам в Севернопричерноморских землях длительное время сохранялся индоарийский компонент. Исследователь выводит этноним русь из местной индоарийской основы *ruksa/*ru(s)sa ‘светлый, белый‘. В византийских исторических сочинениях этноним русь пишется через -о- и с двойственной огласовкой Русь/Россия. В этой связи О.Н. Трубачев отмечает, что в причерноморских топонимических материалах изначально представлены оба варианта – на -о- и на -у- и, следовательно, в византийском написании имеются давние северопонтийские корни. 

Положение лингвистов об иранском происхождении этнонима русь ныне приобретает надежную историко-археологическую подоснову. 

Славянское население Среднего Поднепровья, происходившее от славян - носителей культуры пражско-корчакского типа (поляне), хоронило умерших по обряду трупосожжения в курганных насыпях. Когда на рубеже X-XI вв. в связи с принятием христианства на смену кремации пришел обряд трупоположения, это население стало хоронить умерших в основании курганных насыпей. Другое славянское население Среднего Поднепровья (русь) имело обряд ранних (с IX в.) трупоположений в подкурганных грунтовых ямах, не связанный с христианством и восходящий к ингумациям черняховской культуры, локализуемой как раз на той территории, где в симбиозе с иранским этническим компонентом формируется праславянское диалектно-племенное образование антов. 

Связь между черняховским обрядом трупоположения и подкурганными ямными погребениями IX-X вв. подтверждает палеоантропология. Черняховские племена Среднего Поднепровья, как и скифы, еще ранее обитавшие в этом регионе, и славяне, похороненные в подкурганных ямных погребениях и в IX-X вв., и в X-XII вв. относятся к одному антропологическому типу - мезодолихокранному узколицему.

Русь – ославяненный, первоначально не славянский этноним, вошедший в обиход в славянском мире в позднеримское время, когда в условиях славяно-иранского симбиоза формировались анты. 

Тогда же славянами были восприняты и другие этнонимы иранского происхождения – анты, сербы, хорваты, северы и другие. В период гуннского нашествия часть славян - носители этнонима русь мигрировали в Среднее Поволжье, где создали именьковскую культуру. Через три столетия они вынуждены были переселиться в Левобережноднепровский регион и в район Киева и Канева на правом берегу Днепра, где представлены волынцевской культурой. Место их проживания здесь фиксируется в летописях как Русская земля (в узком значении). Поляне, расселявшиеся в Правобережье Днепра, постепенно восприняли от своих соседей этноним русь («… поляне, яже ныне зовомоя русь»).

О том, что русы IX в. принадлежали к славянскому этносу, свидетельствуют восточные авторы. Так, в географическом сочинении Абдаллаха Ибн Хордадбеха «Книга путей и стран», написанным около 847 г., сообщается: «Что касается русских купцов – а они вид славян – то они вывозят бобровый мех и мех черной лисицы и мечи из самых отдаленных частей страны славян…». Это корреспондируется с данными древнегерманских источников, из которых очевидно, что носители самоназвания «Русь», с которыми в IX в. имели дело в Баварской восточной марке, говорили по-славянски и не позднее середины IX в. в древнебаварский диалект была заимствована славяноязычная форма русь. 

Русская земля. Еще Н.М.Карамзин обратил внимание на то, что в древнерусских летописях Русью, Русской землей именовались преимущественно киевские области Древнерусского государства. Начиная с С.М. Соловьева историки пытались выяснить суть этой, предположительно, первоначальной Руси. В настоящее время большинство историков соглашается с выводами Б.А. Рыбакова о том, что Русская земля в узком значении занимала левобережную часть Среднего Приднепровья, а на правобережье – небольшой регион в округе Киева и нижнего течения Роси. Эта территория полностью совпадает с ареалом волынцевской культуры с учетом исключения из него ареалов роменской, борщевской и окской культур. Если северяне/северы дали свое племенное название Северскому Донцу и Новгороду Северскому (главному городу Северской земли), то вполне резонно предположить, что Русская земля в первоначальном значении являлась землей славянского племени русь - носителя волынцевской культуры, датируемой VIII-IX вв.

Русский каганат IX в. В первой половине IX в. русы образовали свое государственное образование. Об этом говорят свидетельства восточных, византийских и западноевропейских источников. Так, в «Книге дорогих ценностей» середины IX в. сообщается, что у русов «есть царь, называемый хакан руссов». О таком же титуле правителя русов («падишаха русов зовут хакан руссов») сообщает автор сочинения «Маджмал ат-таварих». В «Бертинских анналах»- официальной летописи империи Каролингов – отмечен приезд в 839 г. ко двору императора Людовика – сына Карла Великого – вместе с послами византийского императора послов некоего «народа Рос, правитель которого называется каганом». Титул кагана (тюрк. хакан) был, несомненно, позаимствован русами у своих соседей хазар и указывает на становление в их земле ранней государственности с претензией на суверенитет и равноправие с Хазарским каганом. Этот титул был унаследован князьями Киевской Руси, так князь Владимир – креститель Руси – величался «великим каганом Русской земли». 

Растущее экономическое развитие и международные торговые связи подтверждают нумизматические находки IX в. Абсолютное большинство кладов куфических монет начального периода их обращения в южной половине Восточной Европы приходится на земли Русского каганата, идентичные ареалу волынцевской культуры. Подобных кладов вовсе нет в обширном славянском ареале к западу от Днепра. На территории Хазарского каганата они единичны, и говорить о денежном обращении здесь не приходится. В кладах преобладают дирхемы, чеканенные в африканских центрах Арабского халифата до 830-х гг. На основе африканских дирхемов (массой около 2,73 грамма) складывалась древнейшая русская денежно-весовая система – в гривне IX-X вв., имевшей вес 68,22 грамма серебра, содержится 25 кун, равными по весу арабскому дирхему. Позднее в Восточной Европе получили хождения дирхемы азиатской чеканки, которые весили уже около 2,85 грамма. Отсюда следует, что зарождение древнерусской денежно-весовой системы связано с Русским каганатом, сформировавшимся и экономически развившимся до 830-х гг. Благодаря устойчивости торговых контактов Руси с Баварской восточной маркой, структура древнерусского денежного счета IX в. была заимствована в Баварии уже к рубежу IX-X вв.

Отношения с Хазарским каганатом. В Хазарском каганате, обособившимся от Западно-Тюркского каганата в 650-х гг., власть кагана, всегда происходившего из тюрского рода Ашина, была формальной. Фактическая власть была в руках хазарских беков. На рубеже VIII-IX вв. фактическую власть в каганате захватила хазарская верхушка, иудейского происхождения и исповедующая иудаизм. Для подавления поднятого в 810-820-х годах восстания устраненной от власти неиудейской знати – кабаров – правящая иудейская элита на деньги богатой торговой иудейской общины привлекла кочевавших за Волгой племена венгров (угров), которые в 822-836 гг. вторглись также и в Причерноморье, а для борьбы уже с венграми – кочевые племена печенегов. В ожесточенной гражданской войне были разрушены многие поселения и укрепленные усадьбы кабаров в бассейне Дона. Набегам венгров подверглись также и соседние с Хазарией области Русского каганата. Были уничтожены многие ремесленные центры, в результате чего прекратилось ремесленное производство гончарной керамики, свойственной волынцевской культуре. В ответ русы совершили нападение, описанное в «Житии Стефана Сурожского», на города южного побережья Крыма от Корсуня до Керчи, где проживали хазарские иудеи - караимы. В осложнившейся обстановке хазары приступили к восстановлению разрушенных и постройке новых укрепленных форпостов на западной границе каганата. Один из них – крепость Саркел – был построен в 834 г. византийскими мастерами.

Отношения с Византией. Упомянутые в «Бертинских анналах» послы кагана «народа Рос», вероятнее всего, первоначально входили в состав посольства, направленного в Византию и о котором нет никаких известий в византийских источниках. В 837-838 гг. Византия вела безуспешную войну с арабами в Малой Азии и была заинтересована в хороших отношениях с Хазарией и, естественно, не могла налаживать дружественные отношения с ее врагами – русами. Не выполнив свою миссию скандинавские члены посольства, по вполне понятным соображениям, решили оставить службу у русского кагана и вернуться на родину, по пути куда они и были опознаны в ставке Франкского императора как этнические шведы, что дало необоснованный повод историкам – сторонникам норманнской теории, причислить весь «народ Рос» к скандинавам. Вслед за безуспешной попыткой установить контакты с Византией последовала военная акция Русского каганата в Препонтиде и Пафлагонии в Малой Азии, о чем сообщает «Житие святого Георгия Амастридского». Эта акция, по-видимому, была своеобразным ответом-местью за возведение византийскими мастерами на Дону преграды в торговых сношениях руси со странами Востока.

В 860 г. русы совершают нападение на столицу Византии - Константинополь. Это нападение стало масштабным событием в византийской истории. Оно оставило заметный	след среди современников, было зафиксировано видными деятелями Империи. Так, в проповеди патриарха Фотия, непосредственного участника этого события, сказано о русах: «народ, насколько ранее невиданный, незнатный и по имени вплоть до нападения на нас незнаемый, настолько он нам глыбу позора и поношений припечатал… незнаемый, но от нападения на нас обретший имя и, незнатный, знатным оказавшийся, низкий и бедствующий, но поднявшийся на блестящую высоту и к великому богатству, народ, где-то далеко от нас поселившийся, варварский, бродячий, дерзость обретший в оружии, неохраняемый, необузданный…». В письме римского папы императору Михаилу III, датированном 865 г., содержался упрек за то, что враги, дойдя до стен Константинополя, натворили множество бед, пленили немало людей, ограбили церкви и ушли неотомщенными. Новейший анализ источников приводит к выводу, что русы испытывали настоятельную необходимость отстоять свое место в системе государств, причем наиболее крупных и сильных, обозначить свои интересы, предъявить свои претензии на международной арене. Все это в условиях того времени можно было сделать, только продемонстрировав свой воинский потенциал. Иначе не было никаких надежд на то, что такие державы, как Византия, вступят с новым политическим образованием в дипломатические (включая торговые) отношения. 

Поход 860 г. вызвал усиление дипломатической активности Византийской империи. В Хазарию было направлено посольство-миссия св. Кирилла. Не позднее 867 г. византийский император направил посольство к русам, чтобы добиться заключения мира и уговорить их принять крещение. Примечательно, что в византийском рассказе о переговорах по поводу крещения русов фигурирует народное собрание во главе со старейшинами, которое обсуждает предложение византийцев и само принимает решение. В принятии верхушкой русов христианской религии, по-видимому, нужно видеть упорядочение общения с Византией, установление торговых контактов. Последний период в истории Русского каганата остается туманным. Вероятно, что под натиском Хазарии ослабленный интригами византийский послов-миссионеров Русский каганат мог распасться на отдельные племенные части – племенные княжения. 

В Киеве вскоре появились Дир и Аскольд. Примечательно, что резиденция Аскольда и Дира находилась в Угорском урочище недалеко от Киева, а не в самом городе. Видимо, их положение было таким же, как и князя Рюрика в земле ильменских словен. В 882 г. Олег с помощью хитрой уловки, выдав себя за купца, овладел городом. Очевидно, Киев в то время был уже значительным торговым центром, пребывание иноземных купцов в котором было ординарным явлением. Киевская Русь в последние десятилетия IX в. стала наследницей Русского каганата.

Призвание варягов. Начиная с первых древнерусских летописцев установилась так называемая норманнская теория происхождения Древнерусского государства, начало которому положило легендарное призвание варягов. В настоящее время на основании последних археологических исследований и тщательнейшего анализа всего комплекса древнерусских и зарубежных документов норманнская теория признана ошибочной в своих основных положениях, вместе с тем, отмечается значительный вклад варяжского, скандинавского компонента в историю Киевской Руси.

Варяги. Первыми варягами (warg – изгнанник, изверженный из известного округа), возможно, были славяне южного побережья Балтики, переселившиеся в Приильменье в VII-VIII вв. и расселившиеся среди родственного, тоже славянского населения – потомками первых славянских насельников края. Летописное сообщение «Новгородцы от рода Варяжска, преже бо беше Словени», возможно, несет в себе историческую память о них. В основном же варягами (викингами скандинавских саг) были искатели богатств и славы, промышлявшие не столько обменной торговлей с приморским населением (беормами скандинавских саг), сколько его грабежом. Варяг стал означать разбойника, воина по преимуществу, дружинника (wrag - волк, разбойник, отсюда русское враг, warang - меч, wargus - воин, дружинник). Этнический состав варягов стал разноэтничным, состоящим, преимущественно, из скандинавов. Варяги – не этническое, а профессиональное название. Исландские саги сохранили память о «восточном» пути - от острова Готланд до устья Невы. Пройдя «восточным» путем и далее по Неве, Ладоге и Волхову, варяги попадала в Старую Ладогу или Холопье городище – первый торгово-дружинный центр на пути «из варяг в греки», где у местных западнофинских племен, вероятно, получили также и другое название - русь (от древнескандинавского ruts- гребец, участник морского похода, перешедшего в западнофинское routsi - швед). Исходя из того, что среди жителей Ладоги с ранней поры археологически документируются словени ильменские, кривичи, скандинавы, местная чудь и балты, только здесь и мог возникнуть своеобразный (ср., путь-дорога, германские немцы, русские рашен) лексический симбиоз синонимов – варяги русь, поисками которых безуспешно занимались и занимаются многие, начиная с Нестора – составителя Повести временных лет.

Археологические изыскания выявили скандинавское присутствие на обширнейшей территории севера Восточной Европы в первой половине IX в. лишь в Ладожском городище, во второй половине IX в. - в Рюриковом, Сарском и Гдездовском городищах. При этом отмечается, что основная масса населения этих торгово-дружинных центров имела местное славянское, финское и балтское происхождение. Большее скандинавское присутствие регистрируется более поздним периодом – концом IX – началом X вв., что, естественно, объясняется самим фактом призвания варяжского князя Рюриха.

Призвание варягов. Первые древнерусские летописцы, повествуя о древнейших, почти легендарных для них самих временах, о начале Русского государства, сообщают именно о призвании варягов народным собранием, а не о варяжском завоевании племен севера Восточной Европы (славяне, кривичи, чудь и весь «видеще великое настроение в земле своей, прийдоше в чувство и совет сотвориша, еже избрати себе князя от иного рода», который бы владел нами и судил по праву). Основой призвания являлось установление договорных отношений («наряда») княжеской власти и народного собрания, возглавляемого старейшинами из родовой знати, получившей по договору доступ к сбору дани и возможность использовать саму ситуацию сбора дани для своего обогащения и возвышения. Князю полагался так называемый «дар»; к примеру, князю Олегу в размере 300 гривен ежегодно; век спустя, князю Ярославу – 2 000 гривен. 

Общественно-историческое действие, выразившееся в призвании варягов, заложило основы формирования в Киевской Руси государственной системы коллективного управления – князя со своим родом, знати и дружины, отличной от средневековой западноевропейской, а также традиций вечевого строя Великого Новгорода и Пскова.

Летописный рассказ вполне справедливо отмечает варяжское, скандинавское происхождение русской княжеской династии. Современные историки все более стали склоняться к мнению об историчности фигуры Рюрика, отождествляя его с Рориком Фрисландским – датским конунгом, участвовавшим в некоторых набегах, а затем словно исчезнувшим с исторической арены, в то же время, отмечая ошибки летописной версии, - имена братьев Рюрика в действительности древнескандинавские слова, обозначающие, что Рюрик пришел в землю словен со своей верной дружиной – «тру-вор» и своим родом (домом) – «сине-хус».

Ядром образованного на севере Руси протогосударственного образования стали земли ильменских словен с резиденцией князя и его варяжской дружины на «Рюриковом городище» - протогородском центре, располагавшемся на острове у выхода Волхова из Ильменя в 2 км от будущего Новгорода, на территории которого поселений IX в. не выявлено. Народное собрание ильменских словен созывалось, вероятно, у языческого святилища Перуна – центра наиболее почитаемого ильменскими словенами языческого культа.

Начало образования Новгорода связано с подготовкой князя Олега к походу на Киев в 882 г. В условиях предстоящего отсутствия княжеской власти началось сселение лояльной князю родовой знати из ближних и дальних окрестностей к месту проведения народого собрания вблизи святилища Перуна, приведшее к образованию догородского поселения на месте будущего Людина конца Новгорода. Преобразование догородской структуры в городскую связано с походами княгини Ольги на Лугу и Мсту в 947 г., расширивших податную территорию Новгородской земли в северо-западных и северо-восточных районах, что дало средства для новой планировки и благоустройства города. 

Образование Пскова. Археологическими исследованиями на территории Пскова выявлены селения, с глубокой древности последовательно заселенными аборигенами края, западнофинскими племенами и кривичами. Во время, синхронное с призванием варягов, последнее из них, погибшее в пожаре, сменяется протогородским поселением с характерной для племенного центра структурой: укрепленное городище – Кром, с административно-хозяйственными постройками и вечевой площадью, торгово-ремесленным посадом и языческим святилищем. Псков как племенной центр псковских кривичей образовался ранее 903 г., под которым впервые упомянут в Повести временных лет. Городская планировка, оставшаяся практически неизменной в Средневековье, сложилась в середине XI в. и связана с деятельностью князя Ярослава Мудрого, основавшего в это же время Юрьев (Тарту). 






Древнерусское государство – Киевская Русь в X в.



В отличие от западных и южных славян, создавших свои ранние государства на основе племенных союзов, как например, Польша, Чехия, Сербия, Хорватия, или под определяющим воздействием других этносов – Болгария, в землях восточных славян, разделенных пространствами Восточно-Европейской равнины и имевших между собой диалектные языковые различия и незначительные отличия в материальной и духовной культуре, благодаря и вопреки внешним воздействиям, было создано единое Древнерусское государство – Киевская Русь. Единая государственность консолидировала восточнославянские, а также некоторые финно-угорские и балтские племена в единую древнерусскую народность. 

Значение термина русь. К настоящему времени историками накоплен большой материал, позволяющий проследить, как менялось значение термина русь в древнерусских и современным им зарубежным источниках. 

Русь в значении социального термина, применяемого по отношению к княжеским дружинникам, допустимо только для времени Рюрика. Так, сообщение Повести временных лет о приходе на княжение Рюрика «со всей русью» Новгородская летопись интерпретирует как «дружину многу».

В походе Олега на Киев в 882 г. руси в составе войска не было; были «многи варяги, чудь, словени, меря, весь, кривичи». И только после утверждения Олега в Киеве «варязи и словени и прочи прозвашася русью». С вокняжением Олега в Киеве он, его род и его варяжские, скандинавские, славянские и чудские дружинники восприняли этноним русь от предшествующего правящего русского рода и местного славянского племени русов, подчеркивая законность и преемственность своего княжения как князя русского рода. Так, в договоре с греками 911 г., дошедшего в летописном изложении, сообщается: «Мы от роду Русского Карл, Ингелод … (далее перечислены имена послов, имеющие, в основном, скандинавское происхождение), посланные Олегом, Великим князем Русским, и всеми сущими под рукой его (здесь подразумевается княжеский род и его дружина), великими и светлыми князьями, светлыми боярами к вам…». Как видим, термин русь прибретает этно-социальный признак, как принадлежность к правящему в государственном образовании русов русскому роду. 

Имевшее место при князя Олеге существенное этническое различие княжеского рода и его ближайшего окружения, преимущественно скандинавского происхождение, от остального населения со временем нивелируется. Так, в тексте договора с греками 944 г. наряду с именами членов княжеского рода и послов, имеющими скандинавское происхождение, указаны также славянские имена и имена, имеющие иное этническое происхождение, в частности, ираноязычное или антское. Вместе с тем, в летописях отмечаются случаи социального отличия русов/русских, имея в виду княжеский род с его ближайшее окружение, от славян, т.е. основного населения Руси. В дальнейшем в летописях в качестве социального термина, обозначающего дружинников, используется, в основном, термин варяги, а термин русь выступает как этноним. Так, в летописи в сообщении о походе Игоря на Византию наряду с полянами, славянами (словенами ильменскими) и другими племенами указаны варяги (социальный термин, имеющий в виду княжескую дружину, состоящую преимущественно из нанятых варягов) и русь (этноним племени русов, такого же, как поляне или ильменские словены). В конце X – начале XI вв. этнонимы русы и славяне постепенно заменяется этнонимом русские, обобщающим все славянское население Древней Руси, подвластное киевскому князю. Так, в составе войска князя Владимира в походе на волжских болгар в 985 г. указаны конные войска русские, торков (тюркское племя, кочевавшее в Поросье), волынян и червенские (вошедшие в состав Руси в 982-983 гг.).

Западноевропейские источники IX-X вв. четко разделяли этническую принадлежность: русы – это русы; норманны – это даны, свеоны и другие скандинавы; термин варяги в значении этнонима они не применяли, известно лишь, что в средние века дружины составлялись преимущественно из людей, носивших название wargus.

 В византийских источниках первой половины X в. все прибывшие из Киевской Руси послы и купцы, доверенные лица русского князя, а также дружинники, поступающие на военную службу по договору Византии с Русью, назывались русами/росами независимо от их этнической принадлежности, также, как и все жители Византии, независимо от их этнической принадлежности, именовались ромеями или греками в древнерусских летописях. В то же время, византийцы, имея торговые и дипломатические контакты с купцами и послами, именовавшими себя русами, но говорившими, преимущественно, по-скандинавски, отмечали языковое различие русов и славян. Так, Константином Багрянородным указаны русские (скандинавского происхождения) и славянские наименования Днепровских порогов, а также отмечено наличие на Руси двух языков: русского и славянского. Кроме того, византийцев, а также восточных источников первой половины X в., удивляла присущая русам, но не свойственная славянам, практика торговли рабами. Славяне не обращали своих соплеменников в рабство; пленных в рабство не продавали, а освобождали за выкуп. Следовательно, в конце IX – первой половине X вв., при княжении Олега и Игоря, термин русь/русы имел в византийских источниках этно-социальный характер как принадлежность к княжескому роду и его окружению, имевших, преимущественно, скандинавское происхождение, в отличие от остального населения страны, сознающего свое славянское единство. 

Образование Древнерусского государства. Началом образования единого для всех восточных славян государства является объединение князем Олегом в 882 г. двух центров зарождающейся государственности – северного и южного, с общим центром государственной власти в Киеве. Древнерусский летописец не зря охарактеризовал князя Олега “вещим”. Он объединил в своих руках жреческие функции наиболее почитаемых языческих культов ильменских словен и приднепровских русов. Именами Перуна и Велеса клялись послы Олега при заключении договора с греками в 911 г. Захватив власть в Киеве, Олег объявил себя князем от русского рода, тем самым подтвердил свою преемственность от предшествующей ему власти и утвердил законность своего княжения как русского, а не чужеземного князя. 

В отличие от средневековых западноевропейских вассальных традиций в Киевской Руси сложилась коллективная форма государственного управления – киевского князя с его родом, его старшей и младшей дружиной, племенных князей и бояр. Именно такой состав правящей элиты указан в договоре с греками 911 г. Именно эти лица, коллективно и каждый в отдельности, гарантировали выполнение положений договора. Благодаря коллективной форме управления утверждалась и поддерживалась центральная власть киевского князя на обширнейшей территории раннесредневекового Древнерусского государства. 

Условия вхождения племенных образований восточных славян в состав Киевской Руси были различны. Словены ильменские, кривичи псковские, чудь и весь сохранили отношения по договору с Рюриком. Смоленские кривичи и меря были присоединены Рюриком, утвердившего в их землях своих «мужей»- наместников. Летопись сообщает о присоединении ранее плативших дань хазарам племен северян 884 г., радимичей в 885 г. и подчинении древлян в 883 г. В походе на Византию в 906 г. участвовали, вероятно, как союзники, хорваты, дулебы (бужане) и тиверцы.

Отношения с Византией. Князь Олег и его приемник князь Игорь продолжили внешнюю политику Русского каганата по установлению международного авторитета Руси и договорных политических и торговых отношений с Византией. Военные походы князя Олега в 906 г. и князя Игоря в 941 г. вынуждали Византию выплачивать Руси дань. Договорами 911 и 944 годов устанавливались союзнические и торговые отношения Византии и Руси. В византийских источниках есть сведения об участии союзных Византии отрядов росов/русов в войнах с арабами. Установленные договором торговые отношения носили централизованный характер, что способствовало установлению в Киевской Руси также централизованного характера сбора дани и распределения византийских товаров, предметов роскоши и денежных средств, что также способствовало усилению центральной власти киевского князя и становлению общерусского торгово-купеческого сословия. Примечательно, что в тексте договора 944 г. наряду с членами княжеского рода, с указанием степени родства к князю, названы, вероятно, купцы, осуществлявшие торговые операции в Византии, и не указаны неучаствовавшие в этих торговых операциях племенные князья и бояре, а также и воеводы князя Игоря Свенельд и Асмуд.

Порядок сбора дани – “в полюдье”, проводимом в зимнее время, и объем дани были регламентированы конкретно, и изменить их без веских оснований и весомых аргументов в виде сильной победоносной дружины было трудно даже князю. Так, при попытке сбора дополнительной, сверхустановленной дани был убит древлянами князь Игорь. 

Введение новой системы сбора дани связано с княгиней Ольгой, вдовой Игоря и матери князя Святослава, установившей “уроки”- размер дани-налога, и “погосты”- места сбора этой дани в земле древлян, северо-западных и северо-восточных районах Новгородской земли и других землях Руси, что явилось началом образования налоговой податной системы. Княгиней Ольгой также была введена практика отторжения из общеплеменной собственности земли (охотничьи угодья, места рыбных ловов), природные богатства которой представляли не меньшую ценность, чем возделываемые земли. 

С княгиней Ольгой связано, также, нормализация отношений с Византией. В 945 г., сразу же после гибели князя Игоря, был подтвержден торговой договор с Византией. В 949 г. русские воины участвовали в отвоевании от арабов Крита. В 957 г. в ходе посольства-визита в Константинополь княгиня Ольга приняла крещение.

Князь Святослав (957-972 гг.). С деятельностью, прежде всего и главным образом военной, князя Святослава связано международное признание Киевской Руси как могущественного в военном отношении и равноправного с Византией государства. Характерно, что в составе войска князя Святослава, первого князя Киевской Руси, имевшего имя славянского происхождения, древнерусские летописи и византийские источники уже не упоминают варягов, а также племенные названия славян, именуя всех воинов – участников походов Святослава русами, кроме, разумеется, союзных Святославу печенегов, торков и венгров (угров).

Первым военно-политическим действием Святослава было решение хазарской проблемы. Хазарский каганат, возглавляемый исповедующей иудаизм иудейской знатью, в X в. был одним из могущественнейших и влиятельных государств в Восточной Европе, которое явно было не заинтересовано в усилении Киевской Руси. Хазарские укрепленные форпосты на русско-хазарском пограничье представляли постоянную угрозу славянскому населению Днепровско-Донского междуречья. Крепости на Дону (Саркел) и Таманском полуострове ограничивали свободу русской торговли, которую считала нежелательной конкуренткой торговая иудейская община. Конфликт начался в 964 г. походом князя Святослава в землю вятичей, платившим дань хазарам. Летописи не сообщают о результатах похода, известно лишь летописное сообщение о наложении Святославом дани на вятичей в 966 г. Решающие события произошли в 965 г. Святославу удалось привлечь в качестве союзников кочевые племена печенегов и торков, являвшихся самой многочисленной частью военной силы Хазарского каганата. Разноплеменное население каганата не поддержала правящую верхушку, исповедующую чуждую им религию. Наемные отряды хорезмских мусульман были разбиты в бою. Русами был взяты Саркел и другие города и укрепленные форпосты на русско-хазарском пограничье, печенегами и торками разгромлены Семендер и многие другие города Хазарии. Хазарский каганат, объединивший в VII в. разноэтничные племена Предкавказья и Волго-Донского междуречья и отразивший в VIII в. арабскую экспансию, распался. Столица Хазарии Итиль была заброшена хазарским населением, основавшим на Волге новый город – Саксин. Святослав вывел с Северного Кавказа на поселение в бывшем русско-хазарском пограничье ясов (осетин) и касогов (черкесов). На месте Саркела была основана Белая Вежа, на Таманском полуострове – Тьмутаракань.

Император Византии Никифор Фока, памятуя о договорных союзнических обязательствах Руси, решил использовать военные силы русского князя, уже не связанные хазарской угрозой, для разрешения трехвековой болгарской проблемы. Посольство патрикия Калакира сумело склонить Святослава к походу на Болгарию. В 967 г. Святослав с войском русов и союзных печенегов и венгров нанес поражение болгарскому войску, но не стал разрушать болгарскую государственность, ограничившись утверждением своей власти в Переяславце в низовье Дуная. Византийцы, к своему разочарованию, обнаружили угрозу появления в непосредственной близости от своих границ еще одного, весьма сильного государственного образования, проводившего свою, независимую от Византии политику. В развернувшемся в 968 г. русско-византийском военном конфликте напряжением всех своих военных сил, перебросив из Малой Азии лучшие свои войска, занятые до этого подавлением восстания Варды Фоки, империи удалось нанести поражение авангарду Святослава, остановить наступление на Константинополь и заключить перемирие, чему также способствовало сообщение о набеге печенегов на Киев. Вынужденный возвратиться в Киев, Святослав не отступился от политики утверждения Руси на Балканах: по смерти своей матери княгини Ольги, управлявшей в Киеве – центре Русского государства, во время его походов, Святослав урядил на княжение в Киеве Ярополка, Олега – в Древлянской земле, а центром своего княжения объявил Переяславец на Дунае. Новгородцы по традиции, заложенной еще во времена призвания варягов, истребовали себе на княжение Владимира. Обстановка на Балканах коренным образом изменилась после захвата императорской власти Иоанном Цимисхием, войска которого внезапно, в нарушение перемирия, в пасхальный праздник вторглись в Болгарию. Перевес оказался на стороне Византии; в столице Болгарии Преславе был пленен болгарский царь Петр, Святослав с русско-болгарским войском был блокирован в Доростоле на Дунае. После ожесточенного сражения у стен Доростола Цимисхий и Святослав заключили мир, по которому Русь оставляла Болгарию, Византия выплачивала Руси установленную дань и подтверждала торговые отношения. Статус кво в отношениях Византии и Руси остался прежним. Историки не могут определиться: почему Святослав не вернулся сразу же в Киев как, к примеру, воевода Ярополка Свенельд, а остался зимовать со своей дружиной в Белобережье при устье Днепра? Может быть, Святослав ожидал там новое пополнение от Ярополка, но тщетно. Весной 972 г. Святослав погиб, попав с младшей дружиной в засаду печенегов на Днепровских порогах. 

Князь Ярополк (972-980 гг.). В княжении сына Святослава Ярополка произошло первое, зафиксированное в летописях, междоусобие русских князей, анализ причин которого весьма поучителен для понимания особенностей восточнославянского общества. Причиной, согласно летописи, явилась казнь Люта, сына воеводы князя Ярополка Свенельда, охотившегося в угодьях, принадлежащих князю Олегу. Княгиней Ольгой были установлены княжеские охотничьи угодья в земле древлян, князем Святославом они были уряжены своему сыну Олегу, следовательно, люди киевского князя Ярополка не имели право здесь охотиться. Но почему столь сурово наказание? Летописец, повествуя о почти легендарных по времени событиях, отметил такую деталь, что князь Олег велел казнить Люта только после того как узнал, что он является сыном Свенельда. Видимо, он считал его виновным в событиях, связанных с гибелью своего деда князя Игоря. В то, давнее, время сбор дани в земле древлян было возложено на Свенельда и его дружину. Зависть к ним и предположение о легкости сбора дани у древлян побудили дружинников Игоря склонить его к походу за дополнительной, сверхустановленной данью. Другого мнения были древляне, удумавшие со своим князем Малом: «Повадится волк к овцам, перетаскает все стадо, пока не убьют его». Летопись отмечает особый способ казни князя Игоря, носящий явно ритуальный характер: его разорвали, привязав к двум склоненным деревьям, возможно, в священном для древлян лесу. Столь же ритуальный, но не понятый православным летописцем, характер носила и троекратная месть княгини Ольги; каждому воздалось по вере его: скандинавские дружинники Игоря, не отстоявшие своего князя, были погребены по скандинавскому обряду в ладье, но живьем; также живыми были подвергнуты славянскому обряду кремации славянские дружинники Игоря; племенной центр древлян огнем очистил древлянскую землю от скверны. Воеводой при малолетнем Святославе в походе на древлян был Свенельд, ему летописец приписывает призыв к киевской дружине: «Князь начал, почнем и мы, братия». Ни Ольга, ни Святослав не считали вправе кровно мстить Свенельду, но, видимо, их внук и сын Олег и его древлянская дружина придерживались другого мнения. Не имея права на кровную месть князю, Свенельд лишь через два года сумел склонить князя Ярополка к вооруженному конфликту со своим братом.

Князь Владимир по матери Малуши, явлвшейся ключницей, то есть управляющей хозяйством княгини Ольги, приходился внуком древлянскому князю Малу, и, следовательно, у него были основания опасаться мстительности воеводы князя Ярополка. Летописец справедливо подчеркивает, что побудительным мотивом деятельности Владимира в противостоянии с братом было спасение жизни своей. Как видим, патриархальное родовое право князя Ярополка как старшего в княжеском роде стало уже не определяющим. Киевляне, судя по летописным сведениям, в конфликте Ярополка и Владимира придерживались нейтральной позиции, что в немалой степени способствовало вокняжению Владимира в Киеве.

Князь Владимир (980-1014 гг.). Княжением Владимира заканчивается история восточных славян и начинается история древнерусской (восточнославянской) народности. В летописях при описании событий времен князя Владимира все реже встречаются племенные наименования славян, термины русы и славяне объединяются в термин русские. 

В княжение Владимира Древнерусское государство – Киевская Русь приобретает те границы, в пределах которых и складывается древнерусская народность. В 980 г. в состав Руси было включено Полоцкое княжество, в 982-983 гг. – волыняне и червенские города, в 993 г. – хорваты в Галицкой земле. Походами в 983 г. в земли ятвягов, в 984 г. – радимичей была окончательно утверждена центральная власть русского князя. 

В последние годы княжения Владимира была создана древнерусская структура государственного управления, в которой великокняжеская администрация заменила прежние органы племенного самоуправления - в административные центры Руси были направлены князьями-наместниками сыновья Владимира от языческого и христианского браков: в Новгород – Ярослав, в Полоцк – Изяслав, в Туров – Святополк, в Древлянскую землю – Святослав, во Владимир Волынский – Всеволод, в Тьмутаракань – Мстислав, в Псков – Судислав, в Ростов – Борис, в Муром – Глеб. Киев с окрестностями и Черниговская земля, то есть Русская земля в узком значении, оставались непосредственно в великокняжеской юрисдикции.

Большое значение имели отношения со степными кочевыми племенами. Для защиты южных рубежей Руси по рекам Десне, Остеру, Трубежу, Суле, Стугне были возведены новые укрепленные форпосты – города будущего Переяславского княжества. Для строительства и пополнения населения этих городов привлекались жители разных регионов Руси. В летописи сохранились имена многих богатырей Владимирова времени: Яна Усмовича или Кожемяка, победившего в поединке печенежского великана (вблизи места поединка был основан город Переяслав), Александра Поповича, Рагдая, Андриха Добрянкова. С именем князя Владимира связаны былины об Илье Муромце.

Важнейшим событием, четко разделившим историю восточных славян и Древнерусского государства на две эпохи, явилось принятие князем Владимиром в 988 г. христианства в его византийском, будущем православном варианте и последующее крещение всей Руси. Данная тема заслуживает отдельного рассмотрения. Примечательно то, в каких обстоятельствах князь Владимир принял крещение. Летописное сказание сообщает о выборе веры. Крещение приняла еще бабушка Владимира Ольга в ходе своего визита-посольства в Константинополь. Христиане были в составе многоэтничного населения Руси, о чем сообщают русские летописи. Владимир принял крещение лишь породнившись с императорами Византии, добившись силой, взяв, после почти безкровопролитной осады, византийский Херсонес, согласия на христианский брак с их сестрой, и, по славянскому языческому брачному обряду, вернув обратно Византии ее Херсонес как выкуп за невесту.






Заключение



Территориальное, культурное и политическое единство восточного славянства создали основу для принципиальных сдвигов в области самосознания. Этноним русь из Днепровско-Донского междуречья постепенно распространяется на всех славян территории Древнерусского государства и преображается в этноним русские. На основе анализа древнерусских письменных источников А.В.Соловьев показал, что в течении X-XII вв. понятия «Русь», «Русская земля» означали все восточное славянство, всю страну, заселенную им. В области внешней политики и в сфере церковной жизни эти понятия бытовали более продолжительное время и сохранились в период политической раздробленности Древней Руси. Идеей единства Руси проникнуты многие художественные произведения того времени. В былинах Русь – это единая Русская земля с единым народом, единой верой и единым государством. Наряду с понятием Руси и Русской земли как совокупности всех восточнославянских земель в древнерусских летописях реликтово встречается более узкое определение Руси. Это ареал русов – праславянского диалектно-племенного образования, занимавшего в VIII-IX вв. области между Днепром и Доном и создавшего первое в Восточной Европе славянское государство. Киевская Русь, образовавшаяся объединением Олега северного и южного центров восточного славянства, очевидно, была наследницей Русского каганата. Русы составили наиболее активную и многочисленную часть жителей Южной Руси, и этноним их довольно быстро распространился на все славянское население государства, которое и само называлась Русью. В договорах с иностранцами все жители Древней Руси, в том числе новгородцы, смоляне и другие, назывались русами или русинами. Важнейшим признаком этнического образования, дающим возможность говорить о нем как о народности, является язык. Славяне Русской земли в широком смысле составляли именно языковое образование. В современной науке оно именуется древнерусской или восточнославянской народностью, а ее язык – древнерусским. В древнерусском языке на протяжении веков происходит ряд процессов, характерных для восточнославянского ареала. Древнерусский язык, сохранивший значительный объем слов, восходящих к праславянской этноязыковой общности, имел диалектные особенности в разных регионах, что вполне объяснимо сложностью его развития, формирования и развития. 

Древнерусский этнос был сложным формированием, включавшим в себя несколько различных диалектных праславянских группировок. К тому же славянское население, освоившее широкие пространства Восточной Европы, застало и ассимилировало различные финноязычные и балтские племена, и длительное время контактировало с иранскими, тюркскими племенами и другими этносами. 






Список использованной литературы



Белецкий С.В. Начало Пскова. СПб., 1996

Греков Б.Д. Киевская Русь. М., 1949

Гумилев Л.Н. Открытие Хазарии. М., 2007

Гумилев Л.Н. От Руси до России. М., 1993

Думин С.В., Турилов А.А. Откуда есть пошла Русская земля. //История Отечества. М., 1991

Карамзин Н.М. История государства российского. Т.I,II. М., 1988

Кучкин В.А. “Русская земля” по летописным данным XI – первой трети XIII в. М., 1995 

Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М., 1982 

Седов В.В. Восточные славяне в VI-XIII вв. М., 1981

Седов В.В. Древнерусская народность. М., 1999 

Седов В.В. Славяне. М., 2005

Седов В.В. Русский каганат IX в. //Отечественная история. 1998. № 4

Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Т.I. М.,1988

Шахматов А.А. «Повесть временных лет» и ее источники. Л., 1940

Янин В.Л. Древний Новгород. М., 2003

Учебник. История России. Под ред. Орлов А.С., Георгиев В.А., Георгиева Н.Г., Сивохина Т.А. М., 2003