Попытка создания сюжетной схемы в рассказах Чехова

Попытка создания сюжетной схемы в рассказах Чехова





Рассказ Чехова “Злой мальчик” - история о двух влюбленных, Иване Ивановиче Лапкине, “молодом человеке приятной наружности” и Анне Семеновне Зямблицкой, “молодой девушке со вздернутым носиком”. Кроме черт внешности персонажей, из развернутой экспозиции (оканчивается словами “Он стоял в воде, глядел на молодых людей и ехидно улыбался”) читатель узнает, что действие экспозиции происходит на берегу реки, где молодые люди “принялись за рыбную ловлю”, и о взаимной любви героев. Я отношу диалог к экспозиции, а не к завязке, т.к. развитие дальнейшего действия, основываясь на заданных фактах (молодые, романтичные, влюбленные), отталкивается все-таки от проблемы, которой в рассказе служит даже не столько факт появления брата Анны Семеновны, гимназиста Коли, сколько то, что он говорит, его позиция по отношению к влюбленным: “А-а-а… вы целуетесь? – сказал он.- Хорошо же! Я скажу мамаше”. Итак, проблема героев, мешающая их отношениям – “злой мальчик”. Т.е. завязкой действия служит появление брата героини и проявление его “низкого, гнусного и мерзкого” характера. Далее – действие классически развивается по восходящей. Конфликт начинает разрастаться сразу после обозначенной реплики Коли, в его коротком диалоге с Лапкиным: 

 – Надеюсь, что вы, как честный человек… - забормотал Лапкин, краснея. – Подсматривать подло, а пересказывать низко, гнусно и мерзко… Полагаю, что вы, как честный и благородный человек…

Дайте рубль, тогда не скажу! – сказал благородный человек. – А то скажу.

Лапкин вынул из кармана рубль и подал его Коле. Тот сжал рубль в мокром кулаке, свистнул и поплыл.

Отметим, что приведенный диалог служит моделью, по которой читатель может восстановить и остальные подобные разговоры, о которых автор говорит: “Весь июнь Коля не давал житья бедным влюбленным”. Такое использование композиционного элемента позволяет, во-первых, не “затягивать” рассказ и сохранять интерес читателя к нему, а во-вторых, задействовать воображение читателя. 

Кульминация в рассказе спорна. Разумеется, можно обозначить событие, случившееся как-то раз за обедом как наивысшую точку действия. В поддержку такого мнения можно привести определение понятия “кульминация”: наивысшая точка напряжения в развитии конфликта, в которой раскрывается сущность противоборствующих характеров. Действительно, в этом эпизоде характеры героев раскрыты ярко:

Как-то раз, за обедом, когда подали вафли, он [Коля] вдруг захохотал, подмигнул одним глазом и спросил у Лапкина:

Сказать? А?

Лапкин страшно покраснел и зажевал вместо вафли салфетку. Анна Семеновна вскочила из-за стола и убежала в другую комнату.

Но, с другой стороны, мы не узнаем ничего нового о героях. Застенчивость Лапкина так же четко была показана в 1ом диалоге у реки (через использование незаконченных фраз и умолчаний), там же мы узнали о грубости и бестактности Коли, о смущении Анны Семеновны читатель мог догадаться хотя бы по тому, что она вела себя абсолютно пассивно перед наглостью младшего брата. К этим рассуждениям можно добавить и факты текста: после эпизода за обедом не происходит перелома действия. Читаем: “И в таком положении молодые люди находились до конца августа”, - т.е. приведенный Чеховым эпизод подобен первому диалогу по роли в тексте. А где же, собственно, кульминация? Думается, перелом действия наступает с объявлением помолвки влюбленных. В тексте на это есть прямое указание: “И в таком положении молодые люди находились до конца августа, до того самого дня, когда, наконец, Лапкин сделал Анне Сергеевне предложение”, - т.е. ситуация резко изменилась. С официальным обнародованием отношений герои получают право на встречи и поцелуи, а Коля лишается власти над ними. После предложенной кульминации действие быстро идет к логическому завершению – справедливому наказанию “злого мальчика” (в тексте действие по нисходящей представлено одним предложением: “Поговоривши с родителями и получив согласие, Лапкин прежде всего побежал в сад и принялся искать Колю”). Само наказание при таком рассмотрении композиции – развязка. Четкой и яркой при этом раскладе представляется и идея рассказа: показать нелепость и всесильность некоторых общественных традиций. Ведь чувство молодых людей не изменилось от объявления помолвки, не стало глубже и сильнее, но, тем не менее, теперь оно ЗАКОННО, дозволено, в отличие от “незаконной” влюбленности, которую эксплуатировал Коля. Характерно, что и сами молодые люди считали свои отношения до официального объявления неправильными – отсюда и слабость их перед наглостью гимназиста. Сам Коля не столько “подлец”, сколько находится под властью традиций общества, подобно Лапкину и Анне Сергеевне. Чехов, заставляя нас смеяться над ситуацией, заставляет и задуматься над ее противоестественностью, которая из ребенка делает доносчика, а из влюбленных – преступников. 





Тема рассказа – встреча двух бывших одноклассников, “двух приятелей: один толстый, другой тонкий”. В экспозиции (первый абзац) автор предлагает читателю своеобразные портреты всех действующих лиц рассказа, причем описания приятелей построены по одной схеме (запах, пища), жена и сын тонкого предстают похожими на него самого – жена “худенькая женщина с длинным подбородком”, сын – “высокий”. Также в экспозиции очерчено место действия рассказа – вокзал Николаевской железной дороги. Экспозиция лаконична, что соответствует самой форме произведения – рассказ.

Завязка рассказа – в начале диалога между толстым и тонким. Без диалога не было бы действия и причины для данного повествования. Итак, диалог между двумя приятелями развивается. Тонкий выглядит общительным человеком, который искренне рад встрече с одноклассником, это подтверждают приемы передачи его речи. Толстый тоже рад встрече, более того, он смотрит на тонкого “восторженно”, спрашивая его о службе. Тонкий, несмотря на наблестящую жизнь, оптимист (“жалованье плохое…ну, да Бог с ним!”), для него служба отходит на второй план, а основное пока – старый приятель. Но как меняется ситуация после того, как толстый сообщит о своих служебных успехах! Поведение тонкого резко становится из дружеского “чинопоситанием”. Из того, как повлияла реплика толстого на дальнейший ход разговора, изменила его характер, читатель может заключить, что эта фраза – кульминация. После нее разговор сходит на нет. Автор создает еще один портрет тонкого – уже после кульминации, и, хотя обстановка и окружение остаются прежними, на все будто наложен отпечаток “искривившей лицо тонкого широчайшей улыбки”: “сам он съежился, сгорбился, сузился… Его чемоданы, узлы и картонки съежились, поморщились… Длинный подбородок жены стал еще длиннее; Нафанаил вытянулся во фрунт и застегнул все пуговки своего мундира”. Диалог тонкий ведет уже не с другом детства, но с крупным чиновником, отчего себя чувствует мелким во всем – вплоть до голоса (он хихикает, “как китаец”). Обращается к толстому исключительно “ваше превосходительство”. Интересно, что не любимый русской литературой “маленький человек”, а именно крупный чиновник, тайный советник, выглядит более привлекательным в описываемой ситуации: он пытается вернуть тонкого к дружеской беседе (“Мы с тобой друзья детства – к чему это чинопочитание!”), но скоро убеждается в бесполезности этих попыток (“Толстый хотел было возразить что-то, но на лице у тонкого было написано столько благоговения, сладости и почтительной кислоты, что тайного советника стошнило”). Наступает развязка: толстый подает на прощание руку, отвернувшись, тонкий принимает это презрение как должное и пожимает три пальца. Чехов заканчивает рассказ фразой “все трое были приятно ошеломлены”, относящейся к семье тонкого - она перекликается с такой же фразой в середине рассказа, характеризующей состояние друзей при встрече: “оба были приятно ошеломлены”. Это созвучие еще раз подчеркивает контраст тонкого-друга и тонкого, общающегося с важным “вельможей”. С помощью контраста двух образов тонкого – до и после кульминации – автор ярче очерчивает основную проблему данного рассказа, свойственную для многих его произведений – проблему “обмельчания маленького человека”.