Законодательное закрепление свободы совести Временным правительством

Законодательное закрепление свободы совести Временным правительством

Дорская А.А.

В 1917 году Временное правительство получило не только целый комплекс новых проблем, стоящих перед российским обществом, но и огромное количество нерешенных вопросов, одним из которых было принятие закона о свободе совести. Временное правительство оказалось в достаточно сложной ситуации. С одной стороны, было ясно, что новое правительство, чтобы удержаться у власти, должно пойти на демократические преобразования. Так, Д.В.Философов в газете "Речь" писал: "Всякому ясно, что свобода совести в русской церкви есть одна из частных целей революции". С другой стороны, Временному правительству необходимо было установить с русской православной церковью лояльные отношения, чтобы иметь в ее лице союзника.

Февральские события застали православную церковь врасплох. Однако, как отмечает американский исследователь Г.Фриз, "последние годы царского режима были отмечены кризисом не только в государстве, но и в православной церкви... Даже самые консервативные представители духовенства искали выхода из создавшейся ситуации и боролись за интересы и с самостоятельность церкви". 

Временное правительство стало демонстрировать свою полную лояльность и невмешательство в дела церкви. Например, если раньше все постановления Св. Синода подлежали утверждению императора, теперь формально это требование было отменено (хотя фактически Синод возглавлялся обер-прокурором, входившим на правах министра во Временное правительство). Больше того, новое правительство стало оказывать православной церкви большую материальную помощь. Так, Синоду было ассигновано 500 тыс. рублей на издательскую деятельность, церкви были возвращены многие типографии, ранее отобранные по решению Советов.

Церковь, в свою очередь, оправившись от первоначального шока, стала, в основном, поддерживать Временное правительство, увидев в нем "одно из вернейших и надежнейших средств к устранению общественных бедствий и нестроений".

Находясь в таком достаточно двусмысленном положении, Временное правительство сначала ограничивалось только заявлениями о готовности решить вопрос о свободе совести в России. Уже в декларации 3(16) марта 1917 г., а затем в обращении к гражданам России 6(19) марта правительство, наряду с другими обещаниями, высказалось за амнистию по религиозным делам, за отмену всех вероисповедных и национальных ограничений. Близкой по содержанию была и декларация первого коалиционного правительства 6(19) апреля 1917 г.

Все эти меры не вызывали у православного духовенства сколько-нибудь отрицательного отношения. Например, Всероссийский съезд духовенства и мирян, проходивший в Москве в июне 1917 г., приветствовал существующий строй как форму народоправия, объявил обязательную свободу вероисповеданий и культов, правда, оговорившись, что православная церковь по-прежнему должна оставаться "первой между другими исповедуемыми в государстве религиями".

Однако от Временного правительства ждали прежде всего реальных мер, поэтому вскоре возник и повод для разногласий между православной церковью и правительством. 20 июня 1917 г. появилось постановление Временного правительства о передаче церковно-приходских школ в ведение Министерства народного просвещения. И хотя эта мера так и не была претворена в жизнь, а о следующем шаге - отделении церкви от государства - Временное правительство и не помышляло, протестующий указ, призывающий сопротивляться такой передаче, издал Св.Синод, позже осудил ее и Поместный собор русской православной церкви.

Вскоре последовал июльский кризис Временного правительства, а также ужесточение политики: Петроград был объявлен на военном положении, на фронте вводилась смертная казнь и учреждались военные суды, вышло постановление об ограничении свободы печати и т.д. Но параллельно, в этих же условиях, 14(27) июля 1917 года появилось постановление о свободе совести. Оно состояло из 11 пунктов:

"1. Каждому гражданину Российского государства обеспечивается свобода совести. Посему пользование гражданскими и политическими правами не зависит от вероисповедания и никто не может быть преследуем и ограничиваем в каких бы то ни было правах за убеждения в делах веры.

2. Вероисповедание малолетних, не достигших 9-летнего возраста, определяется их родителями. При отсутствии соглашения родителей малолетние дети следуют вероисповеданию матери.

3. В случае смерти или неизвестности родителей или невозможности установить вероисповедание малолетних, не достигших 9-летнего возраста, вероисповедание малолетних определяется их усыновителями или воспитателями.

4. Для перехода достигших 17-летнего возраста из одного исповедания в другое, или признания себя не принадлежащим ни к какой вере, не требуется разрешения какой-либо власти. Правовые же отношения, вытекающие из принадлежности к данному исповеданию, прекращаются письменным или устным заявлением оставляющего это исповедание подлежащему органу местного самоуправления (земской волостной или городской управе или заменяющим их учреждениям).

5. Поступившее в порядке указанном в предыдущей статье заявление органами местного самоуправления немедленно сообщается приходу или религиозной общине, к которой принадлежало оставившее их лицо. Примечание. Переход в другое исповедание совершается только путем прямого обращения к подлежащим духовным лицам или общинам.

6. Лица, не достигшие 17-летнего возраста, но имеющие больше 14 лет, могут осуществлять права, изложенные в статьях 4 и 5, не иначе как с согласия родителей, усыновителей, опекунов или вообще тех лиц, на попечении которых они состоят.

7. Малолетние, не достигшие 9-летнего возраста, могут быть переводимы в другое вероисповедание при переходе в таковое обоих родителей или оставшегося в живых родителя. При переходе же одного из родителей в другое вероисповедание и отсутствии между родителями соглашения малолетние, не достигшие 9-летнего возраста, остаются в прежнем исповедании.

8. Малолетние в возрасте свыше 9 лет не могут быть переводимы в другое вероисповедание без их согласия.

9. Акты гражданского состояния лиц, не принадлежащих ни к какому вероисповеданию, ведутся органами местного самоуправления по правилам, содержащимся в ст.ст. 39-51 разд.2 именного высочайшего указа 17 октября 1916 года о порядке образования и действия старообрядческих и сектантских общин и о правах и обязанностях входящих в состав общин последователей старообрядческих согласий и отделившихся от православия сектантов.

10. Означенные в статьях 4 и 5 настоящих правил заявления об оставлении исповеданий не подлежат оплате гербовым сбором.

11. Действие настоящих правил не распространяется на изуверные учения, указанные в ст.96 Уголовного уложения".

Общие положения данного постановления очень похожи на законопроект, предложенный кадетами еще в I Государственной думе, с отличием только в том, что о вневероисповедном состоянии говорится открыто. Таким образом, впервые в российском законодательстве была закреплена свобода совести, а не свобода вероисповеданий.

Почему же Временное правительство в июле 1917 г., в такой сложный момент, все-таки приняло постановление о свободе совести?

Во-первых, через еще одно декларирование основных гражданских свобод правительство пыталось удержать свое влияние на народ.

Во-вторых, это была уступка кадетам, т.к. во втором параграфе их программы выдвигалось требование: "Каждому гражданину обеспечивается свобода совести и вероисповедания". Принятие постановления как раз приходится на время между выходом кадетов из правительства 2(15) июля и вхождением их во вторую коалицию 24 июля (6 августа) 1917 года. П.Н.Милюков на IX съезде кадетской партии 24 июля открыто заявил, что вступление в правительство - "проявление торжества", результат победы кадетских требований. Был изменен второй параграф кадетской программы: если раньше речь шла об отделении церкви от государства, то теперь церковь рассматривалась как один из государственных институтов публично-правового характера. 

Во-третьих, реализация постановления о свободе совести тесно переплеталась с вопросом национальным, т.к. должна была уравнять представителей разных вероисповеданий (что часто равно - национальностей) в том числе и в гражданских правах. А 1917 г. был временем "сепаратистских настроений многочисленных нерусских национальностей, требующих автономии", что особенно усилилось в июле. В это время финляндский сейм принял закон о верховной власти в Финляндском княжестве, в котором за Временным правительством признавались суверенные права в военной области, а также в сфере внешних сношений, а полнота законодательной и исполнительной власти передавалась сейму. Тогда же осложнились отношения с Украинской Радой, требовавшей автономии для Украины, создания национальных воинских частей, открытия секретариата Украины в Петербурге, украинизации школы и т.д. Временное правительство вынуждено было удовлетворить некоторые требования.

В-четвертых, это была и попытка наладить отношения с православной церковью. Принимая такое постановление, Временное правительство абсолютно не меняло привычного для церкви положения вещей. Неслучайно, видимо, никаких протестов у православного духовенства этот шаг не вызвал.

Главным следствием провозглашения свободы совести стало упразднение 5(18) августа 1917 г. должности обер-прокурора Св.Синода и создание из объединения его канцелярии и департамента духовных дел иностранных исповеданий министерства исповеданий, которое состояло из двух отделов: Департамента по делам православной церкви и Департамента по делам инославных и иноверческих исповеданий. Больше никаких законодательных актов о свободе совести Временное правительство уже не принимало.