Русь и золотая орда специфика взаимоотношений. Монгольский след в истории отечественного госу

2





Томский экономико-юридический институт

























Контрольная работа по истории отечественного государства и права







Тема: «Русь и Золотая Орда: специфика взаимоотношений. «Монгольский след» в истории отечественного государства и права»



















                                                                  Выполнила: Жоржева Т.Г.



                                                                      Проверила: Рудковская И.Е.

















Томск – 2011





Содержание





Введение                                                                                             

стр. 3

1.

Отличительные черты государственности Золотой Орды         

стр. 4

2.

 Домонгольская Русь                                                                  

стр. 6

3.

Русь и Золотая Орда: специфика взаимоотношений                

 стр. 8

3.1.







История взаимоотношений Руси и Золотой Орды (хронология 

наиболее значительных ордынских военных, политических и 

административных мер давления на Русь  и русская реакция на 

них)

 стр. 8

3.2.



Формы выражения монголо-татарского ига - системы отноше-

ний монголов-завоевателей и русских                               

стр.13

3.2.1.



Политическая зависимость. Ярлыки ордынских ханов как факт 

сюзеренно-вассальных отношений                                 

стр.14

3.2.2. 

Экономическая зависимость



стр.15

3.2.2.1.

Данническая зависимость



стр.15

3.2.2.2.

Необходимость содержания баскаков и войск, посылаемых в РоРРоссию

стр.17

3.2.3.  

Военная зависимость



стр.19

3.3. 

Княжеская власть во время монгольского ига

стр.19

3.4. 



Русская Православная Церковь в условиях ордынского  влады-

чества

стр.22

3.5.



Особенности международно-правовых отношений Руси и Золо-

той Орды

стр.24

4.



«Монгольский след» в истории отечественного государства и пра права

стр.26

4.1.



Воздействие, которое оказало монголо-татарское иго на эконо-

мику Руси

стр.26

4.2.



Изменения, которые внесло монголо-татарское иго в полити-

ческую жизнь Руси

стр.29

4.3.

Влияние монголо-татарского ига на внешнюю политику Руси

стр.32

4.4.



Изменения, которые внесло монголо-татарское иго в социаль-

ные отношения

стр.33

4.5.

Влияние монголо-татарского ига на право

стр.34

4.6.



Влияние, которое оказало монголо-татарское иго на быт и 

характер русского человека

стр.35

4.7.

Влияние на русский язык

стр.36

4.8. 

Упадок просвещения

стр.37

5. 

Заключение

стр.37

6. 

Список использованной литературы

стр.39

Введение



Ознакомившись сначала с трудами Ивана Дмитриевича Беляева «Лекции по истории русского законодательства», Михаила Флегонтовича Владимирского-Буданова «Обзор истории Российского права» и с частью «Курса русской истории» Евгения Францевича Шмурло «Возникновение и образование Российского государства (862-1462)», в которых, в том числе, систематизированы, подходы российских историков к вопросам о взаимоотношениях Руси и Золотой Орды и влиянии монголо-татарского завоевания на историю отечественного государства и права; а затем и с работами Николая Сергеевича Трубецкого «Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока» и «Наследие Чингисхана», Льва Николаевича Гумилева «От Руси до России» и «Древняя Русь и Великая Степь», Вильяма Васильевича Похлебкина «Татары и Русь», информационными ресурсами сети Интернет по данным вопросам, стало очевидным, что указанные вопросы издавна принадлежат к числу наиболее дискуссионных и еще надолго останутся предметом научных исследований и дискуссий, поскольку не потеряли и вряд ли потеряют свою актуальность, так как от ответов на них зависит понимание характера и сущности, исторической судьбы российского государства и права. 

В отечественной историографии принято выделять три основные точки зрения на эти проблемы. 

Во-первых, это признание очень значительного и преимущественно позитивного воздействия завоевателей на развитие Руси, подтолкнувшего процесс создания единого Московского государства.

Основоположником такой точки зрения был Н.М. Карамзин, ее также придерживался Н.И.Костомаров, а в 20-е годы нашего века она была развита так называемыми евразийцами (П. Н. Савицкий, Г.В.Вернадский, Н.С.Трубецкой и другие). В то же время, в отличие от Л.Н. Гумилева, нарисовавшего в своих исследованиях картину добрососедских и союзнических отношений Руси и Орды, они не отрицали таких очевидных фактов, как разорительные походы монголо-татар на русские земли, взимание тяжелой дани и т.д.

Другие историки (среди них С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, С.Ф. Платонов) оценивали воздействие завоевателей на внутреннюю жизнь древнерусского общества как крайне незначительное. Они полагали, что процессы, шедшие на Руси во второй половине XIII - XV в., либо естественным образом вытекали из тенденций предшествующего периода, либо возникали независимо от Золотой Орды.

Наконец, для многих историков характерна как бы промежуточная позиция. Влияние завоевателей расценивается как заметное, но не определяющее развитие Руси (при этом однозначно негативное). Создание единого государства, как считают А.А.Кизеветтер, Б.Д. Греков, А.Н. Насонов, В.А. Кучкин и другие, произошло не благодаря, а вопреки Орде.





1. Отличительные черты государственности Золотой Орды 

Чтобы понять специфику взаимоотношений Руси и Золотой Орды и степень влияния Золотой Орды на отечественное государство и право, попытаемся вначале выяснить отличительные черты государственности и законности империи Чингисхана.

«К середине XIII в. к югу, юго-востоку и востоку от Руси возникло одно единственное государство — Золотая Орда, или улус Джучи. Это государство занимало обширную территорию от нижнего течения Дуная и Днестра на западе до Сыр-Дарьи и Иртыша на востоке. Крайним юго-восточным пределом Золотой Орды был Южный Казахстан (ныне г. Джамбул), а крайним северо-восточным — г. Тюмень и Искер (близ г. Тобольска) в Западной Сибири. С севера на юг Орда простиралась от среднего течения р. Камы до г. Дербента, т.е. от 55° до 42° с.ш.

Несмотря на гигантскую протяженность этой территории, вся она, тем не менее, была достаточно однородна в ландшафтном отношении. Это была в основном степь.

Хотя империя Золотой Орды географически была расположена в одинаковой степени и в Европе, и в Азии, но с самого начала своего существования она проявляла и вела себя как ярко выраженное, типичное азиатское государство. Ее разнородное население, ее хозяйственные и политические интересы были азиатскими. Так, многочисленные народы Золотой Орды были либо тюркского, либо монгольского, либо отчасти иранского происхождения. Они управлялись монголо-кипчакской администрацией, носившей особенно в первые 100 лет (XIII в. и первая половина XIV в.) выраженный военно-полевой, военно-походный характер, что было связано с непрерывными войнами и карательными экспедициями ордынских ханов, а также с общим кочевым характером ордынского скотоводческого хозяйства». (Похлебкин В.В. Татары и Русь: справочник. М.:Международные отношения,2006г. С.15-16). 

По мнению Н.С. Трубецкого «отличительным признаком государства Чингисхана являлось то, что это государство управлялось кочевниками. Другой  важной  особенностью  Чингисханова  государства было положение религии в этом государстве.

Будучи лично человеком глубоко религиозным, Чингисхан считал  ценными  для  своего  государства  только людей искренне, внутренне религиозных. Чингисхан не навязывал своим подчиненным какой-либо определенной, догматически и обрядово оформленной религии. Официальной государственной религии в его царстве не было; среди его воинов, полководцев и администраторов были как шаманисты, так и буддисты, мусульмане и христиане (несториане).

Государственно важно для Чингисхана было только то, чтобы каждый из его верноподданных был религиозен, исповедовал какую-нибудь религию, все равно какую. В этой широкой веротерпимости известную историческую роль играло то обстоятельство, что сам Чингисхан по своим религиозным убеждениям исповедовал шаманизм, т.е. религию довольно примитивную, догматически совершенно неоформленную и не стремящуюся к прозелитизму. Но следует подчеркнуть, что веротерпимость Чингисхана отнюдь не была проявлением индифферентизма или пассивного безразличия. Безразлично было для Чингисхана только то, к какой именно религии принадлежат его подданные, но принадлежность их к какой бы то ни было религии была для него не безразлична, а, наоборот, первостепенно важна.

Поэтому он не просто пассивно терпел в своем государстве разные религии, а активно поддерживал все эти религии. И для государственной системы Чингисхана активная поддержка, утверждение и постановка во главу угла религии были столь же важны и существенны, как утверждение кочевого быта и передача власти в руки кочевников». (Трубецкой Н.С. Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока//http://www.gumer.info/ - С.25-26). 

«Основным источником права Золотой Орды была Великая Яса Чингисхана (1206). Яса не являлась модификацией обычного права, а основывалась на обязательности взаимопомощи, единой для всех дисциплине и осуждении предательства без каких-либо компромиссов.

Так, по Великой Ясе, каждого предателя, то есть человека, обманувшего доверившегося ему, предавали смертной казни. Точно так же смертная казнь полагалась и за неоказание помощи боевому товарищу. Например, встретив боевого соплеменника в пустыне каждый монгол был обязан предложить ему попить и поесть. Ведь путник, который не имел возможности подкрепить силы, мог умереть, и тогда на нарушившего закон падало обвинение в убийстве. Если кто-то из воинов терял лук или колчан со стрелами, то ехавший сзади должен был поднять и вернуть ему оружие. Нарушение этого правила также приравнивалось к неоказанию помощи и влекло за собой смертную казнь.

Кара смертью была воздаянием и за убийство, блуд мужчины, неверность жены, кражу, грабеж, скупку краденого, сокрытие беглого раба, чародейство, направленное во вред ближнему, троекратное невозвращение долга. За менее тяжкие преступления полагалась ссылка в Сибирь или наказание штрафом».( Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха.М.:ДИ ДИК, 1997.С.115.)

По мнению И.Д.Беляева огромное влияние на государственное устройство Золотой Орды имело завоевание Китая. Чингисхан и «его преемники: Угедей, Куюк и Мункэ устроили свой двор и управление по китайскому образцу. Ученый китаец Блюй-Чуцай, первый министр Чингис-хана и Угедея, составил придворные церемонии и разные уложения для управления государством, выбравши их из китайских уложений, и таким образом, внес в монгольское управление покоренными народами всю сложность китайской администрации с многочисленными разрядами чиновников, канцелярскими формами и со всей подозрительностью устаревшего Китая. Эти законы…приложили татары и к правлению Россиею. Татарские ханы в своем управлении Россией строго держались наставлений Чингис-хана, выраженных им в его книге «Тунджин» (книга запретов). Они предоставили России управляться своими князьями, не коснулись ни обычаев, на религии страны, а лишь определили формы отношений, в которых должно было стоять русское общество к хану. Влияние китайцев чувствуется в этой политике. Китайцы в покоренных странах никогда не стремились сглаживать народные особенности, а лишь определяли подданство этих стран китайскому императору. Но введение этих форм повело ко многим важным изменениям в русском обществе, носящим на себе татарский характер». (Беляев И.Д Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.214-215).



2. Домонгольская Русь

																Домонгольская Русь (ее географическое понятие) ограничивалась у современников Батыева нашествия сравнительно небольшой южной территорией, включавшей Киев, Чернигов, Перяславль Южный и ряд других более мелких городов. Только после монголо-татарского завоевания, фактически уничтожившего южнорусские княжества, название «Русь» переносится на земли, лежавшие в междуречье Оки и Волги, и закрепится за ними.

По мнению Л.Н.Гумилева «на рубеже XI-XIIвв. основную опасность для Киевской Руси представляли не половцы, а явление более грозное – падение нравов, отказ от традиционной русской этики и морали. В 1097г. в Любече состоялся княжеский съезд, положивший начало новой политической форме существования страны. Там было решено, что «каждый да держит отчину свою». Таким образом, Русь начала превращаться в конфедерацию независимых государств. Князья поклялись нерушимо соблюдать провозглашенное и в том целовали крест». (Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха. М.:ДИ ДИК, 1997. С.95)

«После смерти Мстислава Великого (княжил с 1125 по 1132г.) Киевская Русь стала быстро распадаться. К началу XIII века произошел полный государственный распад Руси, Киевская держава разделилась на несколько независимых государств. 

Сначала, в 1132г., отделился Полоцк. Затем, в 1135г. отделился Новгород и Новгородская «республика» перестала посылать деньги в Киев». (Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха.-М.:ДИ ДИК, 1997.-С. 99). В 1147г. началась упорная война между Киевским и Черниговским княжествами. В это время отделилась и стала фактически самостоятельной Ростово-Суздальская земля, где правил сын Мономаха – Юрий Долгорукий.

Окончательно обособились Северо-Восточная Русь и юго-западные земли (Волынь, Киевщина и Галиция). Самостоятельным государством стало Черниговское княжество. Выделились и Смоленск, и Турово-Пинская земля. Обрел полную независимость Новгород. (Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха.-М.:ДИ ДИК, 1997.С.101).

«Государственный распад Руси отражал происходивший распад этнической системы: хотя во всех княжествах жили по-прежнему русские и все они оставались православными, чувство этнического единства между ними разрушалось». Ярким примером этому стал поступок Андрея Боголюбского.  «В 1169г., захватив Киев, Андрей отдал город на трехдневное разграбление своим ратникам. До того момента на Руси было принято поступать подобным образом лишь с чужеземными городами. На русские города ни при каких междоусобицах подобная практика никогда не распространялась.

Приказ Андрея Боголюбского показывает, что для него и его дружины в 1169г. Киев был столь же чужим, как какой-нибудь немецкий или польский замок». (Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха. М.:ДИ ДИК, 1997.С.101).

																Таким образом, накануне монголо-татарского нашествия, в 30-е годы 13 века, Русь делилась на множество суверенных княжеств, иногда связанных военно-политическими договорами, иногда вассальной зависимостью. В общей сложности территории Древней Руси насчитывалось 18 крупных государственных образований, а если считать с вассальными княжествами, то около 30. При отсутствии политического единства, при неполном подчинении младших князей-вассалов старшим князьям, не было и единства военного. Поэтому монгольским ханам со своей великой армией, считавшейся наилучшей военной организацией мира в то время, не составило большого труда подчинить русские княжества и опутать их сложной административной системой.

В декабре 1237г. полчища азиатских кочевников, руководимых ярким представителем монгольской династии Чингизидов Батыем, вторглись в пределы Рязанского княжества. «Русь была покорена в военном отношении окончательно в 1240 г. К этому времени все открытые и широкие военные действия монголо-татар прекратились из-за полного прекращения русского сопротивления». (Похлебкин В.В. Татары и Русь: справочник. М.:Международные отношения,2006г. С.15-16).

С 1243 г. Русь была превращена в улус Золотой Орды, нового государства, созданного Батыем в междуречье Яика (Урала) и Днепра с центром на Нижней Волге (Сарай).

Таким образом,  односторонняя,  наступательная  и беспощадная война, которая велась монголо-татарскими полчищами с 1236 по 1241 г. на территории Древней Киевской Руси — от Волги до Карпат, т.е. в течение  пяти лет, закончилась без всякого заключения мира, без всякого подведения итогов и договоренностей; участвовавших в этой войне сторон, простым, автоматическим обращением Руси в бесправное, вассальное, полностью подвластное Золотой Орде государство, связанное с Ордой данническими отношениями в фискальной и экономической области и полной политической зависимостью княжеской власти от власти ханов («царей»). Такое положение продолжалось для Руси в течение 240 лет — по 1481г.». (Похлебкин В.В. Татары и Русь: справочник. М.:Международные отношения,2006г. С.14).

Русь и Золотая Орда: специфика взаимоотношений

3.1 История взаимоотношений Руси и Золотой Орды (хронология наиболее значительных ордынских военных, политических и административных мер давления на Русь  и русская реакция на них)

Очевидно, что за два с половиной столетия монголо-татарского ига характер взаимоотношений между Русью и Золотой Ордой не мог не изменяться, и только хронология событий тех лет дает возможность проследить его изменение и глубже понять как специфику их взаимоотношений, так и масштабы «монгольского следа» в истории отечественного государства и права.

Данный раздел настоящего реферата составлен на основе информации, содержащейся в справочнике В.В.Похлебкина «Татары и Русь» (с.45-76).

В 1243 г. Батый вызывает великого князя Ярослава II Всеволодовича Владимиро-Суздальского в Орду и вручает ему в ханской ставке в Сарае ярлык (знак-разрешение) на великое княжение на Руси: «Буде ты старее всем князьям в Русском языце».

Так был осуществлен и юридически оформлен односторонний акт вассального подчинения Руси Золотой Орде.

Русь, согласно ярлыку, теряла право воевать и должна была регулярно ежегодно дважды (весной и осенью) уплачивать ханам дань. В столицы  русских княжеств были посланы баскаки (наместники), долженствующие наблюдать за неукоснительным сбором дани и соблюдением ее размеров.

1243—1252 гг. Это десятилетие было временем, когда ордынские войска и чиновники не беспокоили Русь, получая своевременно дань и изъявления внешней покорности. Русские же князья в этот период оценивали сложившуюся обстановку и вырабатывали свою линию поведения по отношению к Орде.

Две линии русской политики:

I - Линия систематического партизанского сопротивления и непрерывных «точечных» восстаний: («бегати, а не царю служити») — вел. кн. Андрей I Ярославович, Ярослав III Ярославович и др.

II. Линия полного, беспрекословного подчинения Орде (Александр Невский и большинство других князей).

1252г. Вторжение так называемой «Неврюевой рати» (первое после 1239 г.) в Северо-Восточную Русь.

Причины вторжения: Наказать за неповиновение великого князя Андрея I Ярославича и ускорить полную выплату дани.

Итоги вторжения: ордынское войско согнало и захватило десятки тысяч пленных крестьян (для продажи на восточных рынках) и сотни тысяч голов скота и увело их в Орду. Таким образом, первая же попытка сопротивления Орде провалилась. Русские князья отказались от линии сопротивления и склонились к линии повиновения.

1255г. Первая полная перепись населения Северо-Восточной Руси, проведенная Ордой.

Сопровождалась спонтанными волнениями местного населения, разрозненными, неорганизованными, но объединенными общим требованием масс: «не давать числа татарам», т.е. не сообщать им никаких данных, могущих стать основой для фиксированной выплаты дани.

1262г. Совещание представителей русских городов с обсуждением мер по сопротивлению Орде.

Принято решение об одновременном изгнании сборщиков дани — представителей ордынской администрации в городах Ростове Великом, Владимире, Суздале, Переяславле-Залесском, Ярославле, где происходят антиордынские народные выступления. Эти бунты были подавлены ордынскими военными отрядами, находившимися в распоряжении баскаков. Но, тем не менее, ханская власть учла уже 20-летний опыт повторения таких стихийных мятежных вспышек и отказалась от баскачества, передав с этих пор сбор дани в руки русской, княжеской администрации.

С 1263г. русские князья стали сами привозить дань в Орду.

Таким образом, формальный момент оказался определяющим. Русские не столько сопротивлялись факту выплаты дани и ее размерам, сколько были задеты инонациональным, чужестранным составом сборщиков. Они готовы были платить больше, но «своим» князьям и их администрации. Ханские власти быстро поняли всю выгоду такого решения для Орды:

- во-первых, отсутствие собственных хлопот,

- во-вторых, гарантия прекращения восстаний и полное повиновение русских.

- в-третьих, наличие конкретных ответственных лиц (князей), которых всегда легко, удобно и даже «законно» можно было привлечь к ответственности, наказать за невзнос дани, а не иметь дело с труднопреодолимыми стихийными народными восстаниями тысяч людей.

1272г. Вторая ордынская перепись на Руси под руководством и присмотром русских князей, русской местной администрации.

Она прошла мирно, спокойно, ведь ее проводили - «русские люди», и население было спокойно. А то, что она проводилась по ханским приказам, что русские князья доставляли ее данные в Орду и эти данные прямо служили ордынским экономическим и политическим интересам, — все это народ «не касалось» и не интересовало. Видимость, что перепись идет «без татар», была важнее сущности, т.е. усиления наступившего на ее основе налогового гнета, обнищания населения, его страданий. Все это «было не видно», а следовательно, по русским представлениям значит, этого и... не было.

Более того, всего за три десятилетия, истекших с момента порабощения, русское общество, по существу, свыклось с фактом ордынского ига, а то обстоятельство, что оно было изолировано от непосредственного контакта с представителями Орды и передоверило эти контакты исключительно князьям — вполне удовлетворяло народ, как простых людей, так и знатных.

В конце 70-х годов XIIIв. завершается период временного затишья от ордынских беспокойств на Руси, объяснимого десятилетней подчеркнутой покорностью русских князей и церкви. Внутренние потребности хозяйства Орды, извлекавшей постоянную прибыль из торговли невольниками (пленными в период войны) на восточных (иранских, турецких и арабских) рынках, требуют нового притока средств, и поэтому

в 1277—1278 гг. Орда дважды совершает локальные набеги в пограничные русские пределы исключительно для увода пленников.

1280—1290 гг. В период следующего десятилетия — в 80-е и в начале 90-х годов XIII в. — происходят новые процессы в русско-ордынских отношениях.

Русские князья, освоившиеся за предшествующие 25— 30 лет с новой обстановкой и лишенные, по существу, всякого контроля со стороны отечественных органов, ликвидированных Ордой, начинают сводить свои мелкие феодальные счеты друг с другом при помощи ордынской военной силы.

Небольшие грабительские экспедиции ордынцы посылали в конце 80-х годов на Русь сами: в 1287 г. — во Владимир и в 1288 г. — на Рязань и Муром и в мордовские земли. Эти два кратковременных набега носили конкретный, локальный характер и имели целью грабеж имущества и захват полонянников. Они были спровоцированы доносом или жалобой русских князей.

1294—1315 гг. Два десятилетия проходят без всяких ордынских вторжений.

Князья регулярно вносят дань, народ, напуганный и обнищавший от предыдущих грабежей, медленно залечивает экономические и людские потери. Только вступление на престол чрезвычайно властного и активного хана Узбека открывает новый период давления на Русь.

Основная идея Узбека состоит в том, чтобы достичь полного разобщения русских князей и превращения их в непрерывно враждующие группировки. Отсюда его план — передача великого княжения самому слабому и невоинственному князю — Московскому и ослабление прежних правителей «сильных княжеств» — Ростовского, Владимирского, Тверского.

Хан Узбек практикует для обеспечения сбора дани отправку вместе с князем, получившим инструкции в орде, специальных уполномоченных-послов в сопровождении военных отрядов численностью в несколько тысяч человек. Каждый князь собирает  дань на территории  соперничающего  князя.

С 1315 по 1327гг., т.е. за 12 лет, Узбек направил 9 военных «посольств». Их функции были не дипломатические, а военно-карательные (полицейские) и отчасти — военно-политические (давление на князей).

С 1328 г. по 1367 г. — наступает «тишина великая» на целых 40 лет.

Она является прямым результатом трех обстоятельств:

	Полного разгрома Тверского княжества как соперника Москвы и тем самым устранения причины военно-политического соперничества на Руси.

	Своевременного собирания дани Иваном Калитой, который в глазах ханов становится образцовым исполнителем фискальных поручений Орды и изъявляет ей, кроме того, исключительную политическую покорность, и, наконец,

3. Результатом понимания ордынскими правителями, что в русском населении созрела решимость борьбы с поработителями и поэтому необходимо применять иные формы давления и закрепления зависимости Руси, кроме карательных.

Что же касается использования одних князей против других, то и эта мера не представляется уже универсальной перед лицом возможных неконтролируемых «ручными князьями» народных восстаний. Наступает перелом в русско-ордынских отношениях.

Карательные походы (нашествия) в центральные районы Северо-Восточной Руси с непременным разорением ее населения с этих пор прекращаются.

Вместе с тем кратковременные набеги с грабительскими (но не разорительными) целями на периферийные участки русской территории, набеги на локальные, ограниченные участки продолжают иметь место и сохраняются как самая излюбленная и наиболее безопасная для ордынцев, односторонне-кратковременная военно-хозяйственная акция.

Новым явлением в период с 1360 по 1375 г. являются ответные набеги, или, точнее, походы русских вооруженных отрядов в периферийные, зависимые от Орды, пограничные с Русью земли — в основном, в Булгары.

Битва на р. Воже в августе 1378 г. имела огромное моральное и военное значение как генеральная репетиция перед Куликовской, битвой, последовавшей спустя два года.

Куликовская битва была первым серьезным, специально подготовленным заранее сражением, а не случайным и сымпровизированным, как все предшествующие военные столкновения русских и ордынских войск.

Разгром войска Мамая на Куликовом поле в 1380 г. и его бегство в  Кафу и смерть в 1381 г. позволили энергичному хану Тохтамышу покончить с властью темников в Орде и вновь объединить ее в единое государство, ликвидировав «параллельных ханов» в регионах.

В качестве своей основной военно-политической задачи Тохтамыш определил восстановление военного и внешнеполитического престижа Орды и подготовку реваншистского похода на Москву.

1382 г. - нашествие Тохтамыша на Москву, полный разгром Москвы.

Таким образом, военные, политические и экономические достижения Куликовской битвы были полностью ликвидированы Ордой через два года:

Дань была не только восстановлена, но и увеличена фактически вдвое, т.к. население уменьшилось, а размер дани остался прежним. Кроме того, народ должен был платить великому князю особый чрезвычайный налог для пополнения увезенной ордынцами княжеской казны.

Политически вассальная зависимость резко увеличилась даже формально. В 1384 г. Дмитрий Донской вынужден был впервые послать в Орду заложником своего сына, наследника престола, будущего великого князя Василия II Дмитриевича, которому было 12 лет. Обострились отношения с соседями — Тверским, Суздальским, Рязанским княжествами, которых специально поддерживала Орда для создания политического и военного противовеса Москве. Таким образом, Русь оказалась фактически отброшенной в положение 1313 г., при хане Узбеке, т.е. практически достижения Куликовской битвы были полностью перечеркнуты. И в военно-политическом, и в экономическом отношении Московское княжество было отброшено на 75—100 лет назад. Перспективы отношений с Ордой, следовательно, были крайне мрачны для Москвы и Руси в целом. Можно было предположить, что ордынское иго будет закреплено навечно, если бы не произошла новая историческая случайность:

Период войн Орды с империей Тамерлана и полный разгром Орды во время этих двух войн, нарушение всей хозяйственной, административной, политической жизни в Орде, гибель ордынского войска, разорение обеих ее столиц — Сарая I и Сарая II, начало новой смуты, борьба за власть нескольких ханов в период с 1391—1396 гг. — все это привело к беспримерному ослаблению Орды во всех сферах и вызвало необходимость для ордынских ханов сосредоточиться на рубеже в XIV в. и XV в. исключительно на внутренних проблемах, временно пренебречь внешними и, в частности, ослабить контроль за Русью.

Именно эта неожиданно наступившая ситуация помогла московскому княжеству получить значительную передышку и восстановить свои силы — хозяйственные, военные и политические.

В то же время Тамерлан, уничтожив могущество Орды, не осуществил свой поход на Русь. Дойдя без боев и грабежа до Ельца, он неожиданно повернул обратно и вернулся в Среднюю Азию. Тем самым действия Тамерлана в конце XIV в. стали историческим фактором, который помог Руси выжить в борьбе с Ордой.

В 1405 г., исходя из обстановки в Орде, великий князь Московский заявил впервые официально, что отказывается платить дань Орде. В течение 1405—1407 гг. Орда никак не реагировала на этот демарш, но затем последовал в

1408 г. поход Едигея на Москву. Только спустя 13 лет после похода Тохтамыша ордынские власти вновь могли вспомнить о вассальной зависимости Москвы и собрать силы для нового похода, чтобы восстановить поступление дани, прекращенное с 1395 г.

	В результате похода Едигея произошло восстановление даннической зависимости Москвы от Орды, уплата дани продлилось с этих пор практически еще на 60 лет (до 1474 г.)

Конец существованию Ордынского государства и началу независимого развития Московской Руси положил такой военно-политический феномен как Великое стояние на р.Угре в 1480 г.:

Фактически отступление войск Ивана III диктовалось тем, что в военном столкновении с Ордой уже не было ни военной, ни политической необходимости — т.к. ее дни как государства были сочтены. И московские политики и военачальники были об этом достаточно хорошо информированы.

Отступление же Ахмата, отказ именно татарского войска, пришедшего наказать Московского князя, от осуществления этого наказания, являлось лучшим фактическим подтверждением упадка Орды, утраты ею своей прежней силы, добровольным отказом удерживать Русь в вассальной зависимости.

История русско-ордынских отношений формально заканчивается 1481 г. как датой смерти последнего хана Орды — Ахмата, убитого спустя год после Великого стояния на Угре, поскольку Орда действительно перестала существовать как государственный организм и администрация и даже как определенная территория, на которую распространялись юрисдикция и реальная власть этой некогда единой администрации.



3.2. Формы выражения монголо-татарского ига – системы отношений монголов-завоевателей и русских

																Завоеванные татарским войском русские земли не вошли непосредственно в состав Золотой Орды. Золотоордынские ханы рассматривали русские земли как политически автономные, имеющие свою собственную власть, но находящиеся в зависимости от ханов и обязанные платить дань – «выход». Русские феодальные княжества стали в вассальные отношения к хану.

																Чтобы как можно более четко поддерживать систему властвования, ханы вживляли элементы монгольской администрации на завоеванной территории. Цель ее была двойственной: обеспечивать армию рекрутами и собирать налоги для поддержания государства и императорской семьи.

																Методы применения этой политики варьировались в разных частях Руси. На Юго-западной Руси (на современном этапе это – территория Украины) – в Переяславской и Киевской землях и в Подолии – монголы полностью ликвидировали княжескую администрацию, заменив ее своим прямым управлением. В Галицкой, Волынской, Смоленской и Чернигово-Cеверской землях, как и в Восточной Руси, монголы установили собственное управление наряду с княжеской администрацией. Новгород после 1260 года был освобожден от присутствия монгольских чиновников, но не от обязанности платить налоги. Даже в тех русских землях, где князья оставались у власти в качестве вассалов хана, монголы оставляли за собой право ставить определенные местности и группы населения под свой прямой контроль. Некоторые русские земли даровались также в удельное владение членам семьи Чингизидов.

																 Подчинение татарам выразилось главным образом в…1) в признании верховной власти татарского хана, 2) в платеже дани, 3) в доставке войск хану и 4) в содержании баскаков и войск, посылаемых в Россию. Эти четыре условия должны были сильно повлиять на русское общество.

																

Политическая зависимость. Ярлыки ордынских ханов как факт сюзеренно-вассальных отношений

Как уже отмечалось, политическая зависимость русских князей от ханов Золотой Орды, выражалась в признании верховной власти ханов и выдаче татарскими ханами ярлыков1 (грамот) на право княжения в русских землях.

«В первые сто лет владычества татар ни один князь – ни великий, ни удельный, не вступал на престол, не получив наперед ханского ярлыка. Притом, при каждой перемене хана, князья должны были ездить в орду испрашивать новый ярлык. Ярлыки эти были необходимы также как для епископов, так и для митрополита. При каждом вступлении на престол нового хана князья и епископы, или их поверенные, ехали в орду, кланялись хану, подносили всевозможные подарки хану, ханшам и вельможам ордынским. Вместе с правом давать ярлыки ханы имели право отнимать их, а, следовательно, и судить князей. Поэтому все споры между князьями подчинялись ханскому суду, или суду его чиновников, и, таким образом, ослабела связь между великим князем и удельными князьями, ибо верховною инстанцией сделался ханский двор.

Удельные князья, получая от хана такое же утверждение своей власти, как и великие, естественно считали себя владельцами независимыми и самостоятельными, и при первом неудовольствии шли на суд хана, где решение зависело от ловкости и богатства той, или другой стороны. Перед ханом и его судьями великие и удельные князья были равны, ибо все споры на суде хана разбирались не по русским законам, а по желанию хана, который заботился только об одном, чтобы как можно более собрать поборов с покоренного народа. Недовольные князьями бояре ехали с жалобой на них

_____

1 Ярлык значит письменный приказ, указ. К сожалению, до нас не дошел ни один из ярлыков, данных ханами князьям. Наши князья по окончании татарского владычества, уничтожали ханские ярлыки, напоминавшие им об их собственном унижении. До нас дошли только 7 ярлыков, данных разными ханами русским митрополитам (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.215).



хану и чернили их в глазах его. В первые сто лет ханского владычества все подобные жалобы имели своим последствием вызов князя в орду, где суд над ним в большинстве случаев оканчивался отнятием владения и насильственною смертью. Предвидя в орде такие опасности, князья перед отправлением своим туда писали завещание, прощались с родными, как бы отправляясь на смерть… В спорах за владение суд хана склонялся на ту сторону, которая представляла наиболее выгодные условия для сбора дани, причем князья даже наперед вносили часть этой дани из своих собственных средств, или занимали у ордынских купцов под залог разных государственных доходов. Вследствие таких ханских распоряжений, князья стали покупать у хана владения других князей. Так, например, князь Василий Дмитриевич купил у хана княжества – Нижегородское и Суздальское и с помощью ханских послов выгнал оттуда княживших там князей. Татарские ханы, желая ослабить русских князей, не только продавали им княжества, но иногда давали новому искателю ярлык на то княжество, которое они сами перед тем передавали другому. Так, в 1318 году хан Узбек отдал Владимирское княжение князю Юрию Даниловичу Московскому, а в 1322 году то же княжение отдал князю Михаилу Дмитриевичу, и это делалось очень часто, так что русские князья стали включать в свои договоры, чтобы не брать у хана ярлыков на владение друг под другом. Но в первые сто лет до смерти Узбека, когда владычество татар было еще очень сильно, подобные договоры не могли иметь места, ибо всякое своеволие со стороны князя вызывало присылку татарских полчищ, опустошавших княжество, подвергшееся ханскому гневу. Китайская подозрительность, вошедшая в китайскую администрацию, породила множество надсмотрщиков, рассеянных по России. Возле князя постоянно жили ханские чиновники, зорко следившие за действиями князя. К этим чиновникам присоединялись другие, наезжавшие по временам для введения новых учреждений. В орде все дела поступали к «дороге» - ханскому министру. Дорога представлял собой власть татарского государя над покоренными племенами. Прежде чем дойти до хана, русские князья являлись к своему дороге (русский дорога) и потом с подарками обходили цариц, ханских вельмож и, наконец, представлялись хану. Таким образом, между князьями и ханом находилась целая цепь подозрительных чиновников». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.216).



3.2.2.Экономическая зависимость

3.2.2.1. Данническая зависимость

Данническая зависимость Руси от Орды состояла в том, что Русь платила дань Золотой Орде - продовольствием, ремесленными изделиями, деньгами, невольниками.

Вопрос уплаты и взимания дани был ключевым во взаимоотношениях русских княжеств и Золотой Орды. Именно этот вопрос и определил дальнейшее развитие русского государства, помог спустя два с половиной века свергнуть монголо-татарское иго.

Дань, платимая хану, «делилась на многие виды и представляла много точек соприкосновения русских с татарами. При наложении дани татары начали с того, что великий хан Мункэ в 1253г. послал Бицик-Беркэ сделать общую перепись всем русским владениям. Этой переписью все жители русских княжеств без различия земцев и дружинников, бояр и людинов, были перечислены, на основании китайских начал народной переписи, не поголовно, а посемейно, потом были обложены данью по их поземельным владениям и промыслам. От дани освобождено было лишь одно духовенство с его владениями и людьми, принадлежащими церкви. В наших летописях общих народных переписей, сделанных татарами, упоминается только две – в 1257 и 1275 годах, но … их было гораздо больше… на это указывают ханские ярлыки, простирающиеся до XIV века, в которых упоминаются имена чиновников, производивших эти переписи. Ханы при сборе дани употребляли три формы: 1) или ханы собирали дань через своих чиновников, 2) или отдавали ее на откуп, или же 3) поручали сбор ее русским князьям, наперед условившись с ними о количестве дани, которое надлежало собрать…

Разные виды даней… можно разделить: 1) на дани, введенные татарами, и 2) на дани, еще до татар бывшие в употреблении на Руси. К первому разряду податей принадлежит 1) царева  пошлина или дань, потом особая пошлина царице, далее особая пошлина ордынским князьям, послам и всем гонцам, посылаемым ханом в Россию… 2) запрос, т.е. надбавка дани по новому ханскому приказанию… 3) ям – подать, платимая на содержание татарских почт. По всем степям были устроены ямы, где находились ямщики с лошадьми, и на содержание их шел ям… 4) тамга – пошлина, собираемая на торгу от покупки и продажи товаров… 5) заказ – временное требование хана… 6) кормы ханских послов и коней – становое, выездное и мимоходное… 7) поминки, т.е. подарки ханам, его женам и придворным, посылаемые в знак подданства… 8) работы и службы по приказанию хана или ордынских князей.

Второй разряд податей составляли сборы, заимствованные от русских. В ханских ярлыках упоминается, что в казну ханскую шли следующие подати: 1) мыт, 2) мостовщина, 3) дары, 4) почестье, 5) полюдье; кроме того особые пошлины от суда в пользу рядцев или ордынских судей и особые наместничьи кормы, или посадничьи, в пользу дороги и в пользу баскаков. Сбор всех этих пошлин производился под надзором ханских чиновников, присылавшихся в Россию и которые, конечно, при исполнении своих обязанностей прибегали не к русским, а к татарским, или скорее к китайским формам и таким образом, мало по малу, вводили на Руси формы своей администрации. Здесь они познакомили русских с правежами, вымучиваниями и телесными наказаниями, сильно распространенными в Китае и Монголии. В отношении к сбору и раскладке податей, татарская администрация имела столь сильное влияние на русских, что многие подати, пошлины и разные порядки сбора и раскладки податей остались в России и по освобождении ее от татарского ига». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.217-218).



3.2.2.2. Необходимость содержания баскаков и войск, посылаемых в Россию

Другим видом экономической зависимости, помимо платежа дани, являлась необходимость принятия и содержания «баскаков и татарских войск, присылаемых для наблюдения за сбором податей и за поведением князей русских. Власть баскаков была так сильна, что князья должны были беспрекословно исполнять все их повеления, хотя… князья в случае несправедливых притязаний баскаков имели право жаловаться на них в орду. Права баскака были обширны. Он… один заведывал всем княжеством, по своей воле объявляя войну, заключая мир, и князь повиновался ему под опасением вооружить его против себя и тем навлечь на себя гнев хана, присылавшего для восстановления своей власти полчища, разорявшие княжества; но мало-по-малу князья с позволения ханов стали удалять от себя баскаков. В ярлыках Узбека говорится уже о баскаке как о временно проживающем чиновнике.

Чтобы понять положение баскаков, надо обратить внимание на всю иерархию татарских чиновников. Подозрительность монголов имела следствием учреждение огромного количества чиновников, имевших целью наблюдать лишь за поступками князя. Одни чиновники находились в орде, другие временно наезжали в Россию, наконец, третьи постоянно жили в России. К высшему чиновничеству, жившему постоянно при ханском дворе и управлявшем оттуда Россиею, принадлежали дороги, ордынские князья или рядцы, судьи. Второй разряд чиновничества, временно наезжавшего на Русь для выполнения поручений хана, составляли: послы, данщики, ловцы соколов, лебедей и другие охотники и, наконец, писцы или численники. Наконец третий разряд чиновничества, постоянно жившего в России, составляли баскаки.

Дорогою назывался значительный монгольский сановник. У татар дорогами назывались собственно области; отсюда так назывались и начальники всех областей, принадлежащих татарам. Дороги, в качестве представителей своих областей, жили при дворе хана, откуда управляли своими областями, Когда Русь вошла в состав монгольской империи, то она получила своего дорогу. Этот дорога заведывал всеми русскими делами, сносился с князьями, передавал им ханские повеления, заключал с ними договоры относительно податей. Таковым дорогою при первых ханах был Улавчий, происходивший из рода Чингиз-хана. К нему обращались русские князья для переговоров о первой переписи, раскладки дани и для удержания за собою своих владений.

…За дорогою следовали рядцы или думцы хана и просто ханские вельможи, состоявшие из родичей хана. С званием вельмож, или рядцев была соединена судебная власть по государственным делам, а по свидетельству монгольской истории они были первыми сановниками государства, находившимися постоянно при хане. К ним прибегали русские князья, чтобы снискать расположение хана; их осыпали подарками, чтобы удержать за собою престол. Они были судьями русских князей в случае доносов или споров между ними.

Второй разряд чиновничества, временно наезжавшего в Москву, составляли ханские послы. Для русских князей они имели значение и надсмотрщиков, и судей, и представителей ханской власти. Они приезжали с полками татар и разбирали дела на месте, основываясь на поданных им баскаками жалобах, передавали ханские приказы, раздавали ярлыки, попеременно возводя и низводя князей. Хан редко вызывал на свой суд, а давал его обыкновенно через своего посла, приезд которого равнялся вражескому нашествию. Полки грабили и разоряли русские княжества, как неприятельские земли. В летописи говорится о приезде послов, как о страшном несчастии. Послы большею частью были родственники хана, царевичи и вообще знатные вельможи…

За послами следовали данщики, сокольники, ловцы лебедей, численники и т.д. Своеволие этих чиновников было беспредельно, каждого из них сопровождали ратники и все это искало случая поживиться за счет побежденного народа. Посланцы для сбора дани были страшно жестоки. Они подвергали неисправных плательщиков разным вымучиваниям, правежу, продавали их в рабство, или целыми толпами уводили в орду, где они употреблялись на разные работы. Не меньшей жестокостью отличались писцы или численники. Они ходили по домам, описывали и оценивали имущество, и, сообразно с ценностью имущества, раскладывали подати (китайский кадастр).  При этой описи делались всевозможнейшие злоупотребления; писцы увеличивали и уменьшали произвольно ценность описываемых ими имуществ, вследствие чего подати раскладывались произвольно, несообразно с действительной ценностью имущества.  Поэтому жители, услыхав о приезде таких писцов, убегали в леса. Отсюда на практике выходило то, что половина жителей не была перечислена. Попавшие в запись назывались численниками. Ловцы, сокольники и другие ханские посланники были не только самовластными распорядителями в русской земле, но и доносчиками хана…

Третий разряд чиновников, живших постоянно в России, составляли баскаки. Баскаки были ближайшими надсмотрщиками за князьями и проводниками ханского влияния на Руси. Они были также прямые представители татарского владычества и первые явились у нас на Руси. … По отношению к князю баскак был важным лицом… С постепенным ослаблением монгольского ига падало и значение баскаков. По смерти Узбека о них уже не упоминается в летописях… Хотя имя баскаков и упоминается в ханских ярлыках до XVв., но об них говориться как о временно-присылаемых чиновниках».(Беляев И.Д Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.218-220).

3.2.3.Военная зависимость

Третье условие подчинения татарам (военная зависимость) состояло в поставке русских воинов в монгольские войска. «Предводителями русских войск бывали иногда все князья русской земли, иногда только некоторые, по усмотрению хана, иногда же войсками предводительствовали княжеские воеводы. Этот обычай кончился со смертью Узбека; по крайней мере, в ханских ярлыках не упоминается более об этом условии». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.218).



3.3. Княжеская власть во время монгольского ига

«Монголы не вступали в отношения князей к народу. Княжеская власть нисколько не уменьшилась под влиянием монголов; ханам мало было дела до того, в каких отношениях стояли князья к своему народу,- им нужна была только дань да внешняя власть. Баскаки имели право распоряжаться в делах внутреннего управления, но они ограничивались только мелкими распоряжениями. Баскак имел в виду только одно – нажиться и пользоваться всею своею властью лишь тогда, когда он был в ссоре с князем, ибо ему самому было выгоднее действовать за одно с князем. Баскак знал, что он не заменит русского князя, царствовавшего по воле хана, и хан, сменив одного князя по жалобе баскака, отдаст удел другому русскому же князю. Суд хана, грозный для русских князей, оканчивавшийся нередко муками и насильственною смертью князя, имел место лишь в отношениях князей друг к другу и татарскому правительству. Следовательно, этим не стеснялась княжеская власть в пределах самого княжества. Правда, недовольные княжеским судом могли жаловаться в Орду; но естественно, что к татарскому суду прибегали немногие, потому что он не согласовался с духом русского общества. Впрочем нельзя отрицать, что татарское владычество повлияло на развитие княжеской власти, давши ей направление иное, нежели какое она приняла бы, если бы не было татар. Татары подготовили многое для будущего торжества единодержавия, которое утвердилось бы и без них, но гораздо позднее. Под монгольским влиянием совершилось важное дело: сгладилось резкое различие между дружиною и земщиною. Вписав тех и других в списки платящих дань, татары соединили их интересы и утверждением такого единства открыли более широкий путь для развития самодержавия. Таким образом, татары, способствуя слиянию земцев с дружиною и утверждению единодержавия, оказали немалое влияние на ход истории нашего отечества. Второе пособие к развитию единодержавия состояло в том, что татары часто давали ярлыки одним князьям на владения других князей и помогали любимым князьям своими войсками. Все это способствовало сосредоточению нескольких княжеств под властью одного. Прежде князья должны были усиливаться на свои собственные средства, теперь же они получили значительную помощь в татарских ханах. Сверх того, обедневшие князья охотно продавали свои владения другим, богатейшим, ибо им было не в мочь платить дань ханам. Таким путем московские князья приобрели себе много княжеств. Иоанн Данилович Калита купил себе несколько уделов в Белоозере и Ростове, о чем духовная грамота Дмитрия Ивановича Донского говорит в следующих выражениях: «А сына своего Юрия благословляю куплею деда своего Галичем со всеми волостьми и селами. А сына своего князя Петра благословляю куплею своего деда Угличем полем, а что к нему потягло. А сына своего князя Андрея куплею деда моего Белым озером со всеми волостьми».

Татарское владычество также не мало способствовало сближению князя с народом и притом косвенно. – В домонгольском периоде народ видел в князьях судей, блюстителей тишины и спокойствия и защитников от половцев и других иноплеменников. Но с подчинением Монголам, русские князья, не переставая быть тем же, сделались сверх того собирателями земли русской, защитниками народа от жестокости татар. Отправляясь в Орду, князь говорил, что едет в орду вымаливать прощение своему народу у грозного повелителя, что он едет с опасностью жизни и готовясь принять смерть за своих подданных. Отсюда родилась у народа такая любовь и преданность к князю, какую трудно было предположить. Тяжело ложились на русский народ подати, платимые князю, но он не тяготился этим, зная, что подати эти идут в Орду. Народ живым опытом узнал разницу между сбором податей татарскими сборщиками и русскими князьями. Все это привязывало народ к князьям и придавало высшее значение княжеской власти. Таким образом, косвенное влияние татар изменило нравственные отношения между князем и народом, а вслед за ними и юридические. Таким образом, князья, незаметно для себя, очутились в другом положении. Указав на значение княжеской власти во времена монгольского ига, следует сказать об изменении отношений князей друг к другу». (.Беляев И.Д Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.222-223).



Отношения между великими и удельными князьями

Старейшинство, данное Батыем в 1243г. Ярославу Всеволодовичу, князю Владимирскому, не только не сделало его государем всей Руси, но даже не дало ему той власти, какою пользовался отец его Всеволод. Главная причина такого уменьшения великокняжеской власти заключалась в том, что Батый не дал Ярославу ни право суда над прочими князьями, ни права покровительства их и защиты; все это Батый оставил за собою. Мало того, Батый даже не поставил Ярослава в положение представителя Руси и наравне с ним принимал в Орде и всех прочих князей, так что в следующем году, после утверждения Ярослава старейшим князем, князья Угличский и Ростовский поехали сами к хану, нисколько ни сносясь с великим князем, и представили ему спор о своих вотчинах на разрешение. Батый выслушал их и дал им свое решение. Те же отношения существовали и при приемниках Ярослава … все сыновья Ярослава, с дозволения хана, образовали из своих уделов великие княжества, независящие от Владимирского великого княжения, татары покровительствовали такому раздроблению Руси, ибо через это они видели возможность обессилить русских князей. Так, Александр Невский образовал Переяславское княжество, Андрей – Суздальское, Ярослав – Тверское, Так явилось четыре великих княжения, князья которых все носили титул великого князя. По смерти последнего сына Ярослава, Василия Костромского, Владимирское княжение должно было достаться которому нибудь из внуков Ярослава и первыми претендентами на него явились сыновья Александра Невского – Дмитрий и Андрей, которые затеяли по поводу великого княжения споры, ссорились в течение 20 лет, несколько раз приводили татарские войска… судились перед ханскими послами, ездили в Орду и выгоняли друг друга. По смерти Дмитрия воевать продолжали друзья и союзники. Приглашения татарских войск имели самые печальные для России последствия: татары, приходившие с целью поживиться, безжалостно грабили страну и вся эта безурядица продолжалась до 1301 года. Наконец русские князья убедились, что посредничество татар не примирит их ссор, а только разорит страну, и решились обойтись в деле примирения без их посредничества. В 1301 году в первый раз съехались князья в Дмитров и уладили дела между собою, не обращаясь к татарам. Хотя такое примирение было неполное и не устранило вмешательства татар впоследствии, но тем не менее оно послужило началом самостоятельных отношений между князьями, обращением к старым обычаям – съездам и договорным грамотам. Плодом такого порядка было то, что по смерти князя Ивана Дмитриевича Переяславского в 1302 г., его княжество без посредства татар перешло в Московское княжение.  …У князей вошло в обычай поддерживать друг друга договорными союзами, и князь, вступавший на престол, не меньше заботился о приобретении таких договорных грамот, как и ханских ярлыков. В этих договорных грамотах определялись отношения князей друг к другу». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.223-224).

…при этом «всего важнее было то, что удельные князья не могли сноситься с Ордою и должны были доставлять ордынскую дань великому князю. Одно это ставило удельного князя в положении низшее, чем положение великого князя, ибо удельные князья не были, следовательно, вполне представителями своих княжеств и Орда не знала их, а знала лишь великого князя». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.227).



Отношение великих князей друг к другу

Как уже говорилось, во время татарского владычества «на северо-востоке России, несмотря на старейшинство, данное от хана Ярославу Всеволодовичу Владимирскому, образовалось несколько великих княжеств, также признанных ханами: Смоленское, Рязанское, Тверское, нижегородское, Ростовское Суздальское и, наконец, Московское. … Каждое великое княжество было самостоятельное целое и враждебное по отношению к другим». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.227).

При этом Владимиром всегда владел сильнейший из великих князей («старейший брат»). Из договорных грамот между великими князьями видно также, что по отношению к татарской Орде и хану все великие князья имели равные права – «все имели право сноситься с Ордою». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.228).



3.4. Русская Православная Церковь в условиях ордынского владычества

«Русская церковь, во время владычества татар, оставалась в прежних отношениях к князю и народу, но духовенство получило большее значение. Монгольские ханы, согласно с правилами Чингисхановой «книги запретов», приняли русское духовенство под свое покровительство; они освободили духовенство и всех церковных людей от даней; кроме того, духовенство получило от ханов многие и очень важные привилегии. По свидетельству ханских ярлыков мы видим во 1-х, что митрополитам был предоставлен полный и бесспорный суд над всеми церковными людьми. Право духовного суда ханы распространили даже на дела уголовные. Во 2-х, ханы утвердили за митрополитами и церковью все церковные владения, признали законными все распоряжения митрополитов и епископов по делам духовного ведомства. При этом ханы строго запретили делать какие-либо обиды людям и владениям, принадлежащим церкви. В 3-х, по свидетельству ярлыков освобождаются от всех даней и пошлин не только духовенство, но и все люди и владения церкви; равным образом они не обязываются и военною службою ханам. В 4-х, ханы признали за церковью разных ремесленников и также освободили их от разных податей и повинностей в пользу ханской казны. В 5-х, ханы утвердили и признали неприкосновенность церквей, монастырей и часовен и за оскорбление их назначили смертную казнь. (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.230). «…в ярлыке Атюляка неприкосновенность церковных и митрополичьих людей и имуществ до того распространена, что в церковных домах не имели права ставиться и посланцы ханские. Хан не только сам казнил обидчиков церкви по жалобе митрополита, но и дозволял церковным людям убивать их, хотя бы то были послы ханские; за убиение церковных людей назначал смертную казнь. … В 6-х, хан дозволяет митрополиту русскому принимать к себе в службу и зачислять за себя не только церковных, но и посторонних людей, кто захочет ему служить. В 7-х, ханы не только утверждают своим признанием разные привилегии за митрополитом и церковью, но и церковным людям предписывают жить в повиновении у митрополита на основании данных ему ханских ярлыков. (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.231).

Таким образом, «русское духовенство татарскими ханами было поставлено в исключительное положение перед всеми общественными классами на Руси и быть в подчинении или под покровительством у церкви было тогда, очевидно, самою завидною долею для русских людей. …многие охотно шли в службу к митрополиту и селились на церковных землях во избежание притеснений и обид, причиняемых татарскими сборщиками даней и разными ханскими посланцами, особенно в первое время татарского владычества, когда князья, состоящие под надзором баскаков, не могли дать верной защиты своим подданным». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.231).

В 1261г. в Сарае, столице Золотой Орды, «усилиями Александра Невского и монгольских ханов Берке и Мэнгу-Тимура было открыто подворье православного епископа. Он не подвергался никаким гонениям; считалось, что епископ Сарский является представителем интересов Руси и всех русских людей при дворе великого хана. Если на Руси начиналась княжеская усобица, хан присылал Сарского епископа с татарским беком (обязательно христианином), и они решали спорные вопросы на княжеских съездах. Если кто-то не считался с принятым решением и пытался продолжать удельную войну, его принуждали к миру с помощью татарской конницы». (Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха.-М.:ДИ ДИК, 1997.С.146).

«Кроме свидетельства ханских ярлыков о положении русского духовенства во время татарского владычества, мы имеем об этом еще свидетельство уставной грамоты великого князя Василия Дмитриевича и митрополита Киприана, писанной в 1392г. Грамота эта в сравнении с ханскими ярлыками хотя принадлежит к позднейшим памятникам, относящимся уже к тому времени, когда татарское владычество уже значительно ослабело, и когда великие князья приобрели уже довольно независимости от татарских ханов и следовательно сильнее развили свою власть, тем не менее в грамоте еще заметно такое значение митрополита Киприана, каким не пользовался ни один митрополит до татаркого владычества». (Беляев И.Д.Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.232).

В то же время «настоящая уставная грамота (1392г.) служит прямым свидетельством, что не смотря на ханские ярлыки, поставившие митрополита и церковных людей в исключительное положение и как бы освободившее их от всякой другой зависимости, кроме хана, в сущности, на деле, митрополит и церковные люди оставались и при татарском владычестве почти в прежних отношениях к князю: церковь и князь по-прежнему составляли одну нераздельную власть, митрополит и епископы более или менее продолжали действовать заодно с князем и духовенство нисколько не изменило своих отношений к обществу». (Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание М.:Типография А.А.Карцева,1888.С.234).



.Особенности международно-правовых отношений Руси и Золотой Орды

	Вот как описаны особенности международно-правовых отношений Руси и Золотой Орды в справочнике В.В.Похлебкина «Татары и Русь» (с.39-44): «Монголо-татарское завоевание Руси в 1236—1240 гг., приведшее к ликвидации Древнерусского Киевского государства и порабощению княжеств Северо-Восточной Руси закончилось без всякого заключения мира, без правового оформления итогов войны и даже без письменной фиксации самого акта порабощения русского народа — автоматическим превращением всей русской территории в бесправную, вассальную данницу Орды.

Даже сам размер дани и то не был никогда (письменно) зафиксирован и менялся в зависимости от численности населения Руси (устанавливаемого ордынскими переписями), а также от стабильности самих партнеров русско-ордынских отношений (как русских князей, так и ордынских ханов, т.е. от их реальной экономической и политической силы) в каждый данный исторический период.

Таким образом, самой главной, самой своеобразной и самой бросающейся в глаза чертой русско-ордынских отношений было отсутствие их юридического, письменного оформления каким-либо двусторонним документом — договором, соглашением, вассальным обязательством и т.д.

Эта черта международно-правовых отношений Руси и Орды оказалась не только характерной для конкретного момента полного военно-политического поражения Русских государств в 1237—1240 гг., но и для всей последующей истории русско-ордынских отношений, которые за все время своего 250-летнего существования и эволюции ни разу не оформлялись в какие-либо письменные формы двусторонних соглашений, не носили документального, юридически оформленного, строго фиксированного характера. И именно это обстоятельство выделяло, делало уникальными русско-ордынские отношения в истории русской внешней политики. Все договоренности русских князей с Ордой были устными.

Князья регулярно ездили в Орду, в Ставку ханов, по любому поводу и в связи с любым событием двусторонних отношений: по личным вызовам ханов, для привоза дани, с жалобами друг на друга, с просьбой разобраться в споре, для утверждения в своем уделе или с претензиями на чужой удел (княжество) и т.п.

Все дела, ради которых эти князья отправлялись в ханскую Ставку, решались там  исключительно устно — при личном свидании с ханом или его мурзами1. Отсюда частое сообщение летописей, что князья либо оговорили друг

____________

1Мурза — русский термин для обозначения татарских титулованных дворян, составлявших третью степень татарской аристократии после огланов — т.е. всех родственников ханов и их потомков  и князей — крупных татарских феодалов, не связанных происхождением с ханскими родами. Термин «мурза» произошел от искаженного русскими эмир-заде (мир-за, позднее — мурза), который носили высшие чиновники управления ханской улуской администрации.

друга, либо выпросили у хана то, что хотели, либо клялись своим честным словом или обещали клятвенно то-то и то-то. Никогда, ни в один период в течение двух с половиной веков летописи не сообщают, что тот или иной князь подписал тот или иной документ, то или иное письменное обязательство.

И дело было не только в том, что как многие князья, так и многие ханы были попросту неграмотными. Ведь ханы оформляли при помощи ученых писцов договоры и соглашения и с Генуей, и с Византией, и с Египтом, подписывали с этими государствами и мирные договоры, и брачные контракты, т.е. находили возможность вступать в письменные юридически канонические международно-правовые отношения с другими, уважаемыми государствами. В отношении же Руси все эти цивилизованные формы двусторонних сношений настойчиво и последовательно игнорировались, упорно не использовались. На это поразительное обстоятельство почему-то никогда не обращали внимания ни русские историки, ни юристы, изучавшие историю права.

Между тем отсутствие письменно закрепленных любых обязательств ставило вопрос о гарантиях выполнения их русскими князьями:

Эти гарантии вместо письменных, юридических принимали архаический облик вещественных гарантий, причем в самых варварских формах. Так, наряду с привозом лично князем собранной дани в виде звонкой монеты или золота и серебра в слитках князья давали гарантии своей вассальной верности, либо посылая в Орду своих сыновей и младших братьев, племянников в качестве постоянных заложников (иногда на срок 5—8 лет), либо приезжая лично, с женами и детьми, во временное распоряжение хана, чем доказывали готовность рискнуть покинуть свое государство.

При этом ханы не предоставляли никакого эквивалента гарантий безопасности князьям. Очень часто их в Орде просто казнили или отнимали у них вотчину и передавали ее другому князю, или же требовали помимо дани и еще других знаков вассальной зависимости, например дополнительных подарков (сверх ежегодных, постоянных). Эти «подарки» бывали порой чрезвычайно обременительны.

Таким образом, все виды русских гарантий носили вещественный, а не письменный характер (дань, аманаты-заложники, подарки), т.е. все русские гарантии были физически осязаемыми — их можно было и увидеть, и пощупать.

Ханских же, ордынских гарантий (например, не воевать, не казнить, не налагать непомерную дань) не существовало никаких — ни письменных, ни словесных. В этом проявлялся вполне конкретно и наглядно неравноправный характер русско-ордынских отношений на всем протяжении двух с половиной веков.

Даже в период явного ослабления Орды отмеченный характер русско-ордынских отношений не был изменен. Он все 250 лет оставался неравноправным для Руси. И на Руси с этим свыклись настолько, что никогда не протестовали против этой формы отношений, и даже историки проходили мимо этого факта, замечая лишь количественные, а не качественные факты порабощения — размеры дани, число аманатов, количество и суммарную ценность (стоимость) подарков.

Единственным исключением, да и то лишь в кратковременный 30-летний период XIV в. (1330—1360 годы), т.е. в период временного прекращения ордынских набегов на Русь, было появление элементов договорных отношений между Ордой и Русью в отношении сохранения стабильности государственных границ, т.е. договоренность (письменная и устная) об установлении пограничной линии (полосы), разделяющей два государства. Эта договоренность, отраженная в документах, касалась не политической или военной сферы, а лишь фиксировала определенные, уже длительно сложившиеся территориальные реалии и закрепляла уже установившиеся разграничения территориальных владений.

Цель этих договоренностей была исключительно прикладная — быть руководством для пограничной стражи.

И, тем не менее, это были международно-правовые договоренности, хотя и ограниченные и единственные за все 250 лет.

В создавшихся специфических условиях правового бесправия русской стороны внешнеполитические отношения Руси с Ордой принимали форму односторонних действий ордынской стороны, т.е. своего рода «одностороннего движения». Активной, инициирующей стороной всегда была Орда. Русские князья в основном ограничивались той или иной реакцией на ордынские инициативы. При этом характер русской реакции, «русского ответа» всегда отражал реальное соотношение сил: военных, политических, экономических. Только на первых порах, в XIII в., русская реакция на ордынское давление могла носить спонтанный характер. С конца XIII — начала XIV в. и русские князья, и русский народ уже приучились соразмерять свое отношение к Орде и свою вассальную политику со своими реальными силами и уметь демонстрировать «покорность», когда это было нужно.

«Монгольский след» в истории отечественного государства и права

Одним из возможных методов выявления монгольского влияния на отечественное  государство и право является сравнение русского государства и его институтов домонгольского периода (Киевская Русь) и пост монгольского периодов (Московская Русь) с одновременным рассмотрением изменений, которые произошли в русской национальной экономике, политике, социальной организации во время монгольского завоевания Руси.

Воздействие, которое оказало монголо-татарское иго на экономику Руси

«Татарские баскаки, сопровождаемые воинскими отрядами, чтобы лучше обеспечить сбор дани; ханские послы, наезжавшие в Русскую землю, тяжелым бременем ложились на население. Как известно, разгром страны не ограничился одним Батыевым нашествием: нашествия продолжались и позже, то в виде карательных экспедиций, посылаемых по инициативе ханов, то в форме военной рати, приводимой самими князьями, как вспомогательная сила в борьбе их с противной стороной. Приводилась же такая рать неоднократно». (Шмурло Е. Ф. Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.218).

																Таким образом, массовое разграбление и уничтожение собственности и жизни на Руси во время монгольского ига было ошеломляющим ударом, который нарушил нормальное течение экономической и, как следствие, политической жизни. 

																В конце 50-х годов 20в. археологами было установлено, что во Владимиро-Суздальском княжестве, в Черниговских землях, Рязанско-Муромском крае из 157 поселений, датируемых домонгольским временем, более 110 (т.е. более двух третей) прекратили свое существование в 13 в. На многих обнаружены следы пожарищ. Лишь кое-где хозяйственная жизнь возобновилась через 200-300 лет. На территориях Смоленского княжества, которые почти не затронуло нашествие, численность поселений в 13 в. сократилась на треть.

«Если страна дорого расплачивалась за наезды татар, то нелегка была и та дань, какую должна она была выплачивать из году в год. Недаром эта дань называлась выходом: деньги, действительно, уходили из народного обращения, бесполезно пропадали, ничем не возмещая населению их утрату и лишая страну необходимого ей оборотного капитала. Дань князю — та, по крайней мере, оставалась в стране народным достоянием, и если шла на сторону, то взамен «княжеским закупкам у иноземных народов». Татарский же «выход» был прямою утратой народного благосостояния, и без того сильно расшатанного и ничтожного. К тому же «татары брали дань не натурою, как князья, а серебром, для чего обязали русских князей чеканить серебряные «деньги» с ханским штемпелем, или тамгою. Благодаря этому, серебро стало редко на Руси, перестало играть прежнюю роль, как орудие внутреннего обмена, внутренние расчеты стали производиться натурою,  все вообще хозяйство регрессировало в обратном направлении, от денежного к натуральному» (Любавский). 

«Татарские погромы и татарское иго надолго и совершенно искусственно задержали экономическое развитие Руси. К народному организму Северо-Восточной Руси присосался огромный паразит, который высасывал его соки, хронически истощал его жизненные силы, а по временам производил в нем большие потрясения. Татары в данном случае явились продолжателями дела печенегов и половцев с тою разницею, что их разрушительное влияние было более сильным и последовательным» (Любавский). 

Страну истощал не только денежный «выход», но и насильственный, в широких размерах практиковавшийся увод людей в неволю. Базары в городах Крыма наполнялись русскими пленниками, где купцы из разных стран, преимущественно из Генуи и Венеции, скупали молодежь и перепродавали в мусульманские земли: в Малую Азию Сирию, Египет, Испанию». (Шмурло Е. Ф. Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.219-220).

																Монгольская политика забирать искусных мастеров и квалифицированных ремесленников на службу к хану накладывала новое бремя даже на те города, которые не постигло физическое разрушение в первый период завоевания. К великому хану посылалась квота лучших русских ювелиров и ремесленников. В результате монгольских завоеваний роль рабского труда значительно возросла.

																Основная масса русских, попадавших в Золотую Орду, становилась рабами. Мастера различных специальностей нужны были Орде для строительства городов, зданий, для изготовления оружия, украшений, керамики – всего того, чем впоследствии стала знаменитой Золотая Орда. Именно согнанные из разных стран ремесленники и создали ее пеструю, яркую материальную культуру.

																Рассредоточение русских мастеров-ремесленников в монгольском мире истощило на время источник опыта собственно Руси и не могло не прервать развития производственных традиций. Строительные ремесла в Восточной Руси претерпели значительный регресс. Каменных зданий в первое столетие монгольского владычества было возведено меньше, чем за предыдущий век, качество работ заметно ухудшилось.

																Сельское хозяйство было меньше затронуто монгольским нашествием, чем промышленные ремесла. В тех частях Южной Руси, которые находились под непосредственным контролем монголов, они сами поощряли возделывание зерновых (просо, пшеница) для нужд своей армии и администрации. В других частях Руси именно сельское население выплачивало основную часть дани, собираемой монголами или для монголов, поэтому они не были заинтересованы в снижении продуктивности сельского хозяйства. Та же ситуация была и в отношении охотничьего промысла и рыболовства. Выплавка железа и добычи соли также не уменьшилась особенно, поскольку большая часть поверхностных залежей железной руды и соли находилась на новгородской территории и в северной части Великого княжества Владимирского, то есть они  находились за пределами непосредственной досягаемости монголов.

																Развитие сельского хозяйства в центральной и северной частях страны являлось одним из следствий миграции населения в первый период монгольского господства в районы, казавшиеся наиболее безопасными от набегов, такие как окрестности Москвы и Твери. Также быстро заселялись северо-восточные части Великого княжества Владимирского, преимущественно районы Костромы и Галича. С ростом населения все больше и больше лесов расчищалось под пашню.

																Развитие торговли на Руси во время монгольского периода: Контроль над торговыми путями был важным аспектом монгольской политики, а международная торговля являлась одной из основ монгольской империи так же, как и Золотой Орды. Золотоордынские ханы, и особенно Менгу Тимур, много делали для развития торговли и с Новгородом, и с итальянскими колониями в Крыму и на Азове. Региональные монгольские правители тоже покровительствовали торговле. Отсюда можно было бы предположить, что монгольское господство будет благоприятствовать развитию русской торговли. В целом так и было, но не весь период. В первые сто лет монгольского владычества русская внутренняя торговля сильно уменьшилась из-за разрушения городских ремесел, а вследствие этого – неспособность городов удовлетворять потребности сельских жителей. Что же касается внешней торговли, то ее монополизировала могущественная корпорация мусульманских купцов.

																Только при Менгу Тимуре, благодаря его свободной торговой политике, русские купцы получили шанс на участие в торговле с Западом. Новгород поддерживал оживленную и выгодную торговлю с Генуей. Москва и Тверь торговали с Новгородом и Псковом, также с Литвой и Польшей, а через них с Богемией и Германией.

																

																4.2. Изменения, которые внесло монголо-татарское иго в политическую жизнь Руси

																Политическая жизнь русской федерации Киевского периода строилась на принципе свободы. Три элемента власти – монархический, аристократический и демократический – уравновешивали друг друга, и народ имел голос по всей стране – и бояре, и городское собрание или вече, имели право слова в делах. Типичный князь Киевского периода был просто главой исполнительной ветви правительства, а не самодержавным главой государства.

																Традиционные взаимоотношения между монархией, демократией и аристократией, как тремя элементами власти, были совершенно разрушены монгольским нашествием, прежнее равновесие их исчезло.

																Одним из подтверждений этому может служить постепенное сокращение власти вече (одного из главных демократических институтов) и последующее его исчезновение как политического института. 

В обстановке абсолютной власти хана, низкопоклонства и утраты чувства собственного достоинства русских князей, «вечевые порядки удержаться не могли, им теперь не могло быть места в Северо-Восточной Руси. Свободное выражение народных желаний не совмещалось с зависимостью от посторонней воли. Какое могло быть вече, если верховный голос и решение принадлежали «Ордынскому царю»? Если князья, пресмыкаясь перед ним, возвращались из Орды не только с ханским ярлыком и разрешением на свободное хозяйничанье в своей волости, но зачастую и с ханским войском, готовым нещадно покарать неповинующихся? Русский князь становился настоящим владыкою над населением края, а само оно приучалось видеть в себе не прежних свободных людей, а подчиненных, настоящих рабов, обязанных повиноваться приказаниям своего властелина» (Шмурло Е. Ф. Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики».- СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997.- с.218).

																Совместными усилиями монголы и князья предотвратили общее распространение городских волнений во второй половине 13 в. и подавляли разгоравшиеся время от времени восстания. Власть вече, таким образом, резко сократилась, а к середине 14 в. оно прекратило нормальную деятельность в большинстве городов Восточной Руси и не может рассматриваться как элемент правления. «Само слово «вече» стало синонимом мятежа».

																Боярский совет представлял в своем лице аристократический элемент власти. Несмотря на все свое влияние на ход государственных дел и рост собственных земельных владений, московскому боярству не удалось за монгольский период точно определить свои политические права. Какие факторы помешали им создать твердые конституционные гарантии работы их совета? Возможно одним из них, было существование высшей монгольской власти. Поскольку власть русских князей, включая великого князя московского, исходила от ханского ярлыка, князь всегда мог обратиться к хану за помощью против внутренней оппозиции. Другим ограничением потенциальных политических устремлений бояр являлось отношение низших слоев, горожан. Несмотря на упадок вече как института, горожане, тем не менее, оставались элементом в русской политике. От них можно было ожидать яростного противодействия установлению аристократического строя любого рода. Хотя великий князь постоянно срывал их преждевременные попытки восстать против монголов, народ не выступал против княжеской власти в принципе, поскольку в великом князе, как главе вооруженных сил, они видели единственного лидера, способного в будущем возглавить успешную национальную борьбу с монголами. Простые люди тоже с подозрительностью относились к боярам как к группе, и не доверяли им. В любом случае, с точки зрения народа, князь представлял из себя меньшее зло, чем бояре.

																Кроме того, постепенно усиливалась и расширялась хозяйственная база князей. С ограничением политической власти монголами, им ничего не оставалось, как уделять больше времени руководству своими владениями. В результате великокняжеские владения превратились в главную основу и экономическую силу княжества. Земельные поместья не только являлись одним из основных источников дохода великого князя, но также они стали ядром его владений в административном смысле. Вся концепция княжеской власти была теперь изменена наследственными традициями. Теперь во всех княжествах главенствовал наследственный принцип передачи власти от отца к сыну. Следует здесь сразу отметить, что монголы с первых дней признали права династии Рюрика на великое княжение. В Москве семейная традиция обязывала каждого князя выделять удел всем его сыновьям, но, в отличие от других княжеств, он обычно делал долю старшего сына -  наследника престола, больше доли остальных. Сначала материальное превосходство старшего сына было не сильно заметно. Но, как принцип, эта тенденция сыграла огромную роль, т.к. каждый последующий князь мог увеличить пропорцию в пользу своего старшего сына. Мотивом этого было, очевидно, желание надежно гарантировать каждому последующему правителю господствующее положение в своем роду, если не полное единство княжеского правления. Дмитрий Донской был первым, кто «благословил» своего старшего сына Василия Первого Великим княжеством Владимирским. В свою очередь, чтобы закрепить права своего старшего сына – Ивана Третьего, уже Василий Второй объявил его великим князем и соправителем в конце 1447 или начале 1449 года. А во второй половине его правления, Василий Второй без колебаний «благословляет» Ивана Третьего своей «отчиной», великим княжеством. Тот вступил на стол по этому благословению, не заботясь уже об утверждении хана.

																Т.о., действия монголов по внесению раздора между князьями посредством перетасовки ярлыков на княжение, игре на политических амбициях князей – стали причиной, не «желая этого», кардинальных изменений в наследственной традиции.

																С другой стороны, в Орде русские князья усваивали новые, неизвестные на Руси формы политического общения («бить челом»). Понятие абсолютной, деспотической власти, с которой русские были знакомы лишь теоретически, на примере Византии, вошло в политическую культуру Руси на примере ордынского хана.

																Таким образом, политическая жизнь полностью изменилась после монгольского периода. Прежде всего, в 16- начале 17 вв. вместо русской федерации, все члены которой имели сходные конституции, мы находим резкое разделение между Восточной Русью (Московией) и Западной Русью (включенной в Польско-Литовское Содружество). Кроме того, на южных окраинах каждой из двух частей Руси появились военные государства нового типа – казачьи поселения. Они представляли собой древнюю русскую демократическую традицию. Аристократический элемент власти в Западной Руси не только сохранился, но даже усилился под влиянием Польши и стал основой политической жизни Украины и Белоруссии. В Восточной же Руси поддерживался и развился до высокого уровня монархический элемент. Власть московского царя, идеологическая и фактическая, была несравнимо больше, чем власть его суздальских предшественников (в Суздальской земле монархический элемент был наиболее сильным). Хотя в 16 веке наблюдался рост монархических институтов по всему европейскому континенту, нигде этот процесс не шел так быстро и глубоко, как в Восточной Руси. Англичанин Дж. Флетчер, посетивший Москву в 16 веке, пришел к заключению, что «государство и форма его правления чисто тираническая, поскольку во всем исходит из интересов князя, при этом в совершенно откровенной и варварской манере». (Вернадский Г.В. Монголы и Русь. – Тверь, 1997.С.122).

4.3. Влияние монголо-татарского ига на внешнюю политику Руси

Золотая Орда была первым азиатским государством, с которым Северо-Восточная Русь и ее княжества вступили в постоянные, регулярные, длившиеся два с половиной века внешнеполитические отношения.

До середины XIII в., древнерусские государства (Новгородская республика и Киевская Русь) осуществляли внешнеполитические акции, поддерживали разного рода связи (военные, политические, торговые, культурные) только с государствами Европы, расположенными к западу, северу и юго-западу от собственно Руси. (Похлебкин В.В. Татары и Русь: справочник. М.:Международные отношения,2006г. С.16).

Основное историческое значение победы татаро-монгол над Русью, над целой группой русских государств, состоит в том, что тем самым искусственно и резко было прервано историческое независимое развитие русской государственности. Завоеватели не только оборвали государственное развитие, но и заставили круто (за два-три года) переориентировать всю сложившуюся за 400 предыдущих лет русскую государственную машину. Эта переориентация носила прежде всего наглядный географический характер: центр интересов Руси переместился с Европы в Азию, с Запада на Восток. Существо внешней политики русских князей изменилось сразу как бы в трех измерениях, втройне: из самостоятельной она становится вассальной, из ориентированной на европейскую государственность и культуру превращалась в приспособленческо-азиатскую, из базирующейся на христианской психологии и понятиях начинает базироваться на восточно-рабской, азиатски-раболепной психологии. (Похлебкин В.В. Татары и Русь: справочник.-М.:Международные отношения,2006г. С.17).

Вот, в частности, как описывает Е.Ф.Шмурло влияние татар на посольский церемониал: 

«1. Иноземный посол должен содержаться на счет того двора, к которому послан. Поэтому московские князья (и цари), принимая на себя заботу о проезде (в пределах своих владений) и прокормлении посланных к ним лиц, требовали того же и для своих посланцев, что не совпадало с обычаями западноевропейских держав; 

2. Послам не возбранялось возить с собою товар на продажу; 

3. При въезде посла в город Москву он и лицо, посланное встречать его (так называемый пристав), должны были, съехавшись, тот и другой, слезать с коня и притом одновременно. 

4. Степень почета, оказываемого послу, и степень его ранга определялись расстоянием, на каком он слезал с коня (или подъезжал в экипаже): чем выше ранг, тем на более близком расстоянии от дворца дозволялось ему подъехать и слезть (выйти из экипажа). 

5. Пристав, сопровождавший посла, должен был находиться с правой от него стороны — на Западе как раз наоборот; отсюда частые споры и неудовольствия. 

6. Послу не дозволялось являться на аудиенцию, имея при себе оружие — это тоже давало повод на приемах европейских посланцев к постоянным спорам и недоразумениям. 

7. Обычай дарить послов шубами, лошадьми в богатом уборе и сбруе. 

8. Посылка на дом послу кушанья с великокняжеской (царской) кухни, вслед за приемной аудиенцией. Количеством посылаемых блюд тоже измерялась степень оказываемого почета. 

9. Восточный взгляд на посла, как на шпиона, привел к тому, что у нас послов обыкновенно держали под караулом, следили за каждым их шагом и всячески затрудняли общение с посторонними лицами». (Шмурло Е. Ф.  Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.222).

4.4. Изменения, которые внесло монголо-татарское иго в социальные отношения

																Не менее резок контраст между до и пост монгольскими периодами в области социальных отношений. Самые основы московского общества были не такими, как в Киевский период.

																Общество Киевской Руси можно, с определенными оговорками,  назвать свободным обществом. Рабы существовали, но они считались отдельной группой, не входящей в состав нации. Правительство функционировало на основе сотрудничества свободных социальных классов: бояр, горожан и «людей» в сельских районах. Правда, существовала группа крестьян, так называемые смерды, которая находилась в сфере особой княжеской юрисдикции, но даже они были вольными. Была также группа полусвободных – закупы, чье положение, в конце концов, стало схожим с положением рабов, но их обращение в рабство являлось результатом долгов, т.е. нерегулируемого взаимодействия экономических сил, а не действия правительства.

																В Московском царстве 16-17 веков обнаруживается абсолютно новая концепция общества и его отношения к государству. Все пласты нации, от низших до высших, исключая рабов, были прикреплены к государственной службе. И бывшие удельные князья, и бояре теперь становились постоянными слугами царя, как и более низкие слои, такие как дети боярские и дворяне (придворные). Попытки сопротивления новому порядку со стороны князей и бояр сокрушил царь Иван Четвертый во времена террора опричнины. Через институт военных поместий цари контролировали и земельные владения служащих им людей, и армию. Необходимость обеспечения поместий рабочей силой привела к установлению крепостного права, сначала только временного. Это крепостное право крестьян было сделано постоянным и узаконено «Уложением» в 1649 году. И вольные крестьяне на государственных землях, и крепостные, а также горожане считались низшим классом царских подданных, свободными от воинской или придворной службы, но обязанными платить тяжелые налоги и, в некоторых случаях, выполнять обязательные работы (тягло). «Служба» (воинская или придворная) стала, в конце концов, характеристикой человека благородного происхождения, а «тягло» - простолюдина. Это различие превратилось в основную черту социального строя Московского царства в 17 в.

																

																4.5. Влияние монголо-татарского ига на право

																Под влиянием специфически азиатских правовых форм и способов наказания, у русских перестало существовать традиционное родоплеменное представление о карающей власти общества и ограниченности княжеского права наказывать людей.

																Теперь карающей силой стало не общество, а государство в лице палача. Именно в это время Русь узнала «китайские казни» - кнут («торговая казнь»), отрезание частей лица (носа, ушей, языка), пытки на дознании и следствии. Это было совершенно новое отношение к человеку по сравнению с 10 веком, временем Владимира Святославовича.

Как уже указывалось, общий характер бесписьменных, юридически не фиксируемых и односторонне неравноправных русско-ордынских отношений коренным образом менял всю систему представлений у многих поколений русских государственных мужей как о международных внешнеполитических постулатах, так и нормах права вообще.

Русские князья оказывались лично зависимыми от Орды, как крепостные, они привыкали к рабскому, унизительному положению, они культивировали приспособленческую психологию «двух моралей» и переносили, передавали все это уродливое и рабское в свои государства, практикуя затем на боярах, на дворянстве и, особенно, на своем народе те же самые приемы, которые применялись по отношению к ним в Орде.

Представления о нормах права — как международного, так и государственного, а тем более личного — на несколько столетий были совершенно исключены из системы мышления русского народа. Его систематически приучали, воспитывали в обстановке последовательного, целеустремленного бесправия.

Таким образом, юридические, правовые нормы, вошедшие через римское право в обиход средневековых европейских государств, не только не имели никаких корней в России, но и не смогли привиться и позднее, когда средневековье окончилось в Европе, а в России исчезло монголо-татарское иго. Для правовых норм любого характера в России просто не оказалось почвы, ибо любые юридические, правовые, фиксированные отношения были фактически дискредитированы как чужие и чуждые русским условиям самим двухсотлетним опытом их полного отсутствия при ордынском иге.

Таков был один из важнейших исторических результатов господства Орды над Русью. Ясно, что все это создавало не только препятствия на пути развития русской государственности, придавало этому развитию уродливо-извращенные, чисто рабские черты, но и оказывало огромное негативное воздействие на формирование психологии русской нации в целом, причем как общественной, так и личной психологии. (Похлебкин В.В.Татары и Русь: справочник. М.: Международные отношения, 2006.С.44).

4.6. Влияние, которое оказало монголо-татарское иго на быт и характер русского человека

«Свыше чем двухвековое общение с татарами, постоянное соприкосновение с ними, привело, вместе с утратой свободы, к утрате самого инстинкта свободы, к упадку народного духа, к духовной приниженности, к сильному огрубению нравов, к усвоению варварских понятий и привычек… Целые поколения росли в сознании своего рабского состояния; человек становился беспомощной игрушкой произвола; выхода из такого положения не представлялось, всякий протест лишь ухудшил бы его, и люди привыкали покорно клонить свою волю. Утрачивалось чувство самоуважения; чувство личного достоинства уступило место раболепному преклонению. Прошли те времена, когда маститый Владимир Мономах проповедовал справедливость, христианскую любовь и уважение к ближним; когда Мстислав Удалой возмущался нарушением этой справедливости и вынимал свой меч на ее защиту; когда, еще в самые первые времена ига, чувство достоинства долго мешало Даниилу Галицкому ехать в ханскую ставку на поклон; когда еще возможны были народные вспышки вроде тех, что приходилось подавлять Александру Невскому. Теперь, наоборот, жалкий страх за свое существование, неуверенность в завтрашнем дне породили искательство и угодничество, пресмыкание перед грубой силой, и люди, незаметно для самих себя, приучались целовать ту самую руку, что нагло душила за горло. Гнет татарского ига воспитал рабское чувство низших перед высшими, заглушил чувство законности и нравственного долга, и грубую силу надолго поставил выше закона. С потерей уважения к самому себе не могло быть места и уважению к ближнему. На смену закона пришли произвол и бесправие, утрата прежней доблести. 

«С татарами сильно огрубели нравы. На Руси появились, прежде незнакомые ей, кнут и правеж. Понизился нравственный уровень. Влияние татарское сильно сказалось на домашнем обиходе, на затворничестве женщин из высших слоев общества, на одежде, на языке — в русскую речь вошло много слов восточного происхождения. Военный строй с его делением войска на пять «полков»: передовой, средний, правую руку, левую и заслон; податная система, денежный счет, почтовая гоньба, или такого рода забавы, как соколиная охота, — на всем лежит отпечаток татарского происхождения». (Шмурло Е. Ф.  Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.220-221).

Прилив татарского элемента в русскую среду. 

«Русские князья брали себе жен среди ханских сестер и дочерей: И если много русских женщин, на положении пленниц, насильно становились женами татар, то немало и простых татарок добровольно принимались в русские семьи. Когда Золотая Орда стала распадаться и в ней начались беспорядки, то изгнанные ханы, недовольные князья и мурзы в немалом количестве переходили на службу к русским князьям, пополняя ряды русского боярства и служилых людей. Бывали случаи, когда сами князья выводили татар из Орды; так много привел их с собой из Казани Василий II, возвращаясь в Москву из тамошнего плена. Ему же ставили в упрек, что он «любил татар и речь их паче меры». Таких пришельцев принимали охотно, с почетом, наделяли их землею; через два-три поколения татары русели и даже самые имена их переделывались на русский лад Значительное число современных русских фамилий чисто татарского происхождения. Таковы, например Апраксины, Ахматовы, Бахметевы, Бибиковы (Би-бек), Болтины, Булгаковы, Годуновы, Головины, Державины, Деевы, Ермоловы, Карамзины, Кочубеи (Кучук-бек), Мансуровы, Матюшкины, Муратовы, Мухановы (Му-хан), Нарышкины, Романовы-Юрьевы, Ростопчины, Ртищевы, Сабуровы, Тенишевы, Тихменевы, Тургеневы, Уваровы, Урусовы, Хитрово, Хомяковы, Юсуповы, Юшковы. Всего насчитывают до 120 дворянских родов татарского происхождения, упоминаемых в официальных бумагах XV —XVII вв.» (Шмурло Е. Ф.  Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.221-222).

																

4.7. Влияние на русский язык

«Насколько татарский язык внедрился в обиход русской речи, служа, кроме того, посредником еще и для других слов восточного происхождения (персидских, тюркских), можно судить по нижеследующим примерам, которые все же далеко не исчерпывают всего материала, ставшего достоянием русского словаря 

1) Бытовые: артель — толмач — ханжа (от хаджи* паломник, побывавший в Мекке) — киса (сундук) — калита (кошель)  - тюфяк — буерак — магарыч — ясак (дань) — ям (почтовая станция) — якшаться (от «якши» хорошо) — набат. 

2) Одежда: армяк — азям — бешмет — зипун — чекмень ~жупан, чепан — кафтан — ферязь — малахай — сарафан — шаровары — колпак — кушак — халат. 

3) Обувь: башмак — ичиги. 

4) Ткани: камка — кармазин — обьярь — тафта — бязь — алтабаз — зорбаф. 

5) Вооружение: куяк — мисюрка — еловец — саадак — барабан. 

6) Обстановка военно-полевой жизни: кош — кошевой - богатырь — есаул — ясырь (пленник) — бунчук — караул — вьюн - хомут — аркан — чепрак — буран. 

7) Драгоценные камни: алмаз — бисер — жемчуг — топаз - яхонт — яшма. 

8) Торговля: базар — барыш — аршин — товар — алтын — деньга — казна — тамга — пай (т. е. доля). 

9) Строения: амбар — чердак — сарай. 

10) Города: Касимов — Тула (в честь ханши Тайдулы) — Тюмень 

11) Огород: бакча – арбуз» (Шмурло Е. Ф. Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.223).

4.8.Упадок просвещения

«Волна татарского нашествия 1237-1240 гг. вместе с городами, селами и их населением, смела также и культуру, значительную часть того духовного богатства, что русские люди с таким трудом взращивали и накапливали за прежние века в развалинах лежали церкви, монастыри; закрылись основанные при них и без того немногочисленные училища; погибли иконы, церковная утварь, — плоды зарождавшегося русского искусства; много всякого рода книг, богослужебных, поучительных и светского содержания, сгорело в пожарах, бессмысленно уничтожено и развеяно по ветру. Церкви и монастыри были теми культурными уголками, где немногие люди, единичные личности с любовью собирали рукописи и книги, заменявшие им нынешние наши библиотеки, где они искали умственной пищи и, взамен, сами вносили духовный вклад в общее дело просвещения и образования. И чем количественно меньше было на Руси такого накопленного богатства (а его, действительно, было вообще немного), тем драгоценнее было оно, тем чувствительней сказывалась его утрата. С разгромом культурных уголков не только гибнул запас духовного богатства — труднее стало восстанавливать утраченное: повсюду сказывался недостаток в средствах, в людях, подготовленных к культурной работе; татарщина же, та духовная атмосфера, в какой пришлось жить русскому человеку на протяжении двух с половиной веков, ослабила в нем и самый импульс т. е. самую потребность и побуждение к такому восстановлению». (Шмурло Е.Ф. Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики». СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997. С.223-224).

																Из этого краткого сравнительного анализа характерных черт государства и общества Киевской и Московской Руси становится ясно, что пропасть между этими двумя режимами была огромна. Очевидно, что такая перемена - процесс трансформации свободного общества в общество обязательной повинности не могла произойти без монгольского влияния. 

																

																Заключение

																Настоящая работа, в основном, основана на традиционной оценке монголо-татарского ига, систематизированной в работах И.Д.Беляева (в части взаимоотношений Руси и Золотой Орды) и Е.Ф Шмурло (в части влияния татаро-монгольского ига на российское государство и право). Из современных исторических исследований  в настоящей работе более всего использованы данные справочника «Татары и Русь» В.В.Похлебкина.

																Степень влияния монгольского нашествия и ордынского ига на русскую историю, безусловно, велика, но неравномерна в отношении различных аспектов жизни страны.

																Самый главный результат монгольского нашествия – разрушение городов и истребление населения сыграл свою роль в отношении всех сторон жизни русского общества. Это проявилось и в снижении власти вече, а затем его полном уничтожении, в разрушении народного ополчения, что способствовало созданию регулярной армии, и в изменении положения практически всех слоев общества, которые из свободных превратились в прикрепленных к службе монарху. Т.о., монгольское завоевание привело к изменению типа государственного развития.

Домонгольский период и называется так именно потому, что тогда Руси был присущ традиционно европейский путь феодального развития (с определенной региональной спецификой), кроме того, внешняя политика русских государств до монголо-татарского нашествия имела западную ориентацию. После татаро-монгольского ига промежуточное положение Древней Руси между Западом и Востоком постепенно сменяется ориентацией на Восток. Золотая Орда повлияла на дуализм русской государственности. Не случайно один из видных русских исследователей эпохи Чингисхана князь Н.С. Трубецкой считал, что татаро-монгольское завоевание заложило фундамент всех особенностей и своеобразий русского государства, придало его развитию характерные азиатские черты. (См. Н.С.Трубецкой, Наследие Чингисхана. М., 1999.  560с.)

																Установление ордынской власти прекратило борьбу за киевский, новгородский и галицкий столы, более того, мелкие удельные княжества были закреплены за определенными династиями и была пресечена возможность передвигаться от младшего стола к старшему.

																Монголо-татарское завоевание также искусственно задерживало распространение товарно-денежных отношений, законсервировав натуральное хозяйство.  В то время как западно-европейские государства, не подвергнутые нападению, постепенно переходили от феодализма к капитализму. Русь, растерзанная завоевателями, сохранила феодальное хозяйство.

																Итак, татаро-монгольское иго Золотой Орды сыграло огромную роль в истории нашей страны. Нашествие нанесло страшный удар по экономике, системе управления и социальной жизни русских княжеств, по их людским ресурсам. 

																Такова традиционная, бытовавшая ранее среди историков точка зрения на такое событие в русской истории, как иго Золотой Орды. Современные же историки до сих пор не могут прийти к согласию и определить, чем же было иго для Руси: бедствием или благом.

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																

																Список использованной литературы

																

Беляев И.Д. Лекции по истории русского законодательства. 2 издание.- М.:Типография А.А.Карцева,1888.-584с.

Вернадский Г.В. История России. Киевская Русь.- Тверь ЛЕАН Москва Аграф, 2001.-442с.

Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – М.: Издательский дом «Территория будущего», 2005.- 800с.

Гумилев Л.Н. От Руси до России: выпуск 4 в составе Международного альманаха.-М.:ДИ ДИК, 1997.- 467с.

Костомаров Н.И. «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей» книга1; выпуски первый второй и третий.- М.: «Книга»,1990.-737с.

Похлебкин В.В. Татары и Русь: справочник.-М.:Международные отношения,2006г. – 189 с. 

Трубецкой Н.С. «Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока»  http://www.gumer.info/

Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. — М., 1999. — 560с.

http://works.tarefer.ru/33/100819/index.html

Шмурло Е. Ф.  Курс русской истории «Возникновение и образование Русского государства (862-1462)», серия «Библиотека русской педагогики».- СПБ.: Издательство «Алетейя»,1997.-542с.