Русско-японская война

Введение 



Русско-японская война 1904-1905 годов стала одной из тех войн, политические последствия которых затмили их военное значение. С одной стороны, эта война стала одним из предвестников краха Российской империи, с другой стороны - именно она завершила формирование коалиции государств, десять лет спустя принявших участие в Первой мировой войне. Между тем именно здесь военные впервые столкнулись с феноменом позиционного фронта, протянувшегося на многие десятки километров.

Русско-японская война 1904-1905г.г. возникла в результате обострения борьбы между Россией и Японией за раздел отсталых полуфеодальных государств - Китая и Кореи. 

Актуальность работы. Из любого события необходимо извлекать уроки. Какой урок нам, живущим через целое столетие после войны в Манчжурии и на Тихом океане, в которой, не исключено, участвовали наши деды-прадеды, может дать это событие и его результаты, когда дважды до неузнаваемости сменило свои облик и саму душу наше Отечество, когда новые несоизмеримые потери омрачают память? Да, какой урок? Важный! И не просто важный, а весьма своевременный. В январе 2004 года (27 января по старому стилю) исполнилось 100 лет со дня начала русско-японской войны 1904–1905 годов. Спор двух «империалистических» держав за чужую территорию не был «правым делом» ни для той, ни для другой стороны, но Россия заплатила за него не только жизнями и кораблями, но и отдала победительнице часть своей территории - южную часть Сахалина (до 1945 года). Разве мало в последние 10 лет мы слышали через некоторые российские СМИ призывов отечественных «общечеловеков» относиться к отжившему якобы русскому (и российскому) патриотизму как к «последнему убежищу негодяев» - в контексте с призывами «отказаться повсеместно» от защиты территориальной целостности и суверенитета России силой оружия? А развернутое в ельцинские времена огульное очернение нашей армии и боевой славы предков, вкупе с рецептами, как избегать призыва на действующую службу? И кто-то внимал, «мотал на ус», не обращая внимания на то, что бомбят не так Сербию, Афганистан, Ирак, как бомбят вокруг России, прозрачно намекая на возможность ее следующей очереди.

В то же время в странах двойного стандарта (едва не вырвалось: западной демократии) силовое решение проблем - обычное и нормальное дело. Там армия в почете у нации, ее окружают вниманием и заботой, не жалеют для нее наград и денег. Там главная военная доктрина - национальный эгоизм. У нас же до сих пор некоторые либеральствующие круги нет, нет, да и позволяют себе прекраснодушное «толстовство» и пытаются расслаблять все общество мыслью, что 1904 г. остался в столетней дали. Но урок-то для нас вечный! И мы будем недостойны памяти наших великих предков, если так и не выучим его наизусть. 

Война стала результатом противоборства России и Японии на Дальнем Востоке. С постройкой Сибирской железной дороги (1891-1903) и Китайско-Восточной (1896-1898), прошедшей по территории китайской Маньчжурии, Россия утвердилась в качестве дальневосточной державы. Царское окружение во главе с самим Николаем II строило планы дальнейшей экспансии в Корее и Китае, у которого по договору 1898 года Россия арендовала Ляодунский полуостров с морской крепостью Порт-Артур. Поддерживаемая Англией и США, недовольными ростом русского влияния в регионе, Япония, противодействуя России, стремилась занять доминирующее положение в Юго-Восточной Азии. К военному конфликту шли обе стороны. Правящие круги России недооценивали военную мощь Японии. Они считали, что война с Японией будет прогулкой на Дальний Восток и предотвратит в стране развитие революции. В действительности же война, чуждая интересам русского народа, обернулась позорным поражением.

Боевые действия на суше развертывались неудачно. Японская армия, используя бездействие командующего сухопутными силами А. Н. Куропаткина, отрезала Порт-Артур от остальной армии. Японцы предприняли несколько попыток взять крепость штурмом, но русский гарнизон отразил шесть генеральных атак в августе-декабре 1904 года. 50 тысяч русских сковывали здесь 200-тысячную японскую армию. Лишь 20 декабря 1904 года крепость была сдана.

С падением Порт-Артура исход войны был предрешен: в феврале 1905 года русская армия потерпела крупное поражение под Мукденом, а в мае близ острова Цусима в Японском море была уничтожена русская эскадра под командованием адмирала З.П. Рождественского, присланная на помощь защитникам Порт-Артура.

По мирному договору Россия потеряла южную часть острова Сахалин, переданную Японии. Авантюра самодержавия на Дальнем Востоке дорого обошлась стране, военные расходы превысили 3 млрд. рублей, на покрытие которых использовались крайне тяжелые внешние займы, на полях сражений было убито, ранено, захвачено в плен около 400 тысяч русских солдат. Эта война поучительна своеобразием стратегического развертывания главных сил обеих сторон и боевых действий с момента ее возникновения до генерального сражения под Ляояном. 

Характер событий, развернувшихся в начале русско-японской войны, в значительной мере определялся ближайшими стратегическими целями, которые поставили перед собой воюющие стороны. Замысел русского командования был довольно отчетливо сформулирован главнокомандующим Маньчжурской армией Куропаткиным в докладной записке царю. «Важнейшей нашей задачей в начале войны, - писал он, - должно служить сосредоточение наших войск. Для достижения этой задачи мы не должны дорожить никакими... стратегическими соображениями, имея в виду главное - не давать противнику возможности одержать победу над нашими разрозненными войсками. Только достаточно усилившись и подготовившись к наступлению, переходить в таковое, обеспечив себе, насколько возможно, успех». 

По мнению Куропаткина, русская армия могла начать решительные наступательные действия с целью вытеснения японцев из Маньчжурии и Кореи и высадки десанта в Японии не ранее чем через полгода после объявления мобилизации. Для выигрыша времени и обеспечения сосредоточения и развертывания сухопутных сил русское командование поставило перед Тихоокеанской эскадрой задачу - в самом начале войны завоевать господство в Желтом море и воспрепятствовать высадке японского десанта на побережье Азиатского континента. 

Япония, планируя войну, ставила перед собой активные наступательные задачи. Она рассчитывала на явно недостаточную готовность России к войне, относительную немногочисленность ее войск на Дальнем Востоке и невозможность их быстрого увеличения из-за низкой пропускной способности Транссибирской железной дороги. Чтобы беспрепятственно перебросить войска на Азиатский материк и упредить русскую армию в стратегическом развертывании, японское командование, так же как и русское, решило завоевать господство на море. С этой целью нападение на русский флот предусматривалось произвести внезапно, без объявления войны. Таким образом, обе стороны ставили перед собой в качестве ближайшей стратегической цели завоевание господства на море и обеспечение беспрепятственного развертывания главных сил своих сухопутных армий на Маньчжурском театре военных действий. 

Особенность стратегического сосредоточения и развертывания японской сухопутной армии на материке состояла в том, что первоначально высадка войск осуществлялась только в Корее, поскольку подступы к Квантунскому полуострову преграждались русским флотом. Лишь только в мае, т. е. через три месяца после начала войны, японцы смогли приступить к десантированию своих главных сил на квантунское побережье. Несмотря на пассивность русского командования, фактически не мешавшего осуществлению десантных операций противника, сосредоточение японских войск на материке продолжалось свыше четырех месяцев. Выдвижение к главным позициям русских под Ляояном и развертывание войск перед генеральным сражением заняли еще около полутора месяцев. Такая медлительность сосредоточения и развертывания японских войск объяснялась сложностью театра военных действий, представлявшего собою труднопроходимый горно-лесистый массив, а также тем, что японская разведка не сумела обеспечить свое командование достоверными сведениями о противнике и его передвижениях. В результате оно действовало крайне нерешительно, постоянно опасаясь неожиданных фланговых ударов русских войск. Немаловажным фактором, отвлекавшим внимание японского командования от решения главной задачи - быстрейшего сближения с основными силами русской армии, являлось его тяготение к захвату Порт-Артура. Так или иначе, русская армия получила те полгода для подготовки генерального сражения, на которые рассчитывал Куропаткин. Ход войны можно разделить на несколько этапов:

1. 27 января 1904 г. японский флот напал на русскую эскадру в Порт-Артуре и повредил три корабля. На следующий день японцы блокировали корейский порт Чемульпо, где находились крейсер Варяг и канонерка Кореец. В неравном бою оба корабля были повреждены, команды взорвали Кореец и потопили Варяг. Эти потери ослабили русский флот.

2. В конце февраля в Порт-Артур прибыл новый командующий флотом - вице-адмирал С.О. Макаров. С прибытием этого энергичного и талантливого командующего связывались надежды на успешное ведение морских сражений. В марте 1904 г. Макаров вывел эскадру из Порт-Артура на внешний рейд, но задуманной операции не суждено было осуществиться. Флагманский корабль броненосец Петропавловск вместе с адмиралом подорвался на мине и затонул.

3. Неудачно развивались действия и на суше. В мае 1904 г. японцы отрезали Порт-Артур от Маньчжурии. В течение 5 месяцев продолжалась оборона Порт-Артура под командованием талантливого генерала Р.И. Кондратенко. Но в декабре 1905 г. положение крепости ухудшилось. Кондратенко погиб во время очередного штурма, что оказалось роковым для защитников крепости, тихоокеанский флот был уничтожен, и генерал А. М. Стессель предательски сдал Порт-Артур противнику. Падение Порт-Артура - важной военно-морской крепости - стало переломным моментом в Русско-японской войне. И хотя Япония потеряла под Порт-Артуром 110 тысяч солдат, после падения крепости у нее освободилась 100-тысячная армия, которая была двинута на другие направления.

4. В мае 1905 г. у японского острова Цусима произошло последнее морское сражение: русская эскадра под командованием контр-адмирала 3. П. Рождественского, направленная из Кронштадта, была встречена японской эскадрой. Японцы превосходили русских как по числу кораблей, так и по количеству и качеству вооружения. Кроме того, адмиралом Рождественским был допущен ряд тактических ошибок. Все это предопределило страшное поражение Российского флота в Цусимском бою. Японцы потопили 19 русских кораблей, и лишь 3 крейсера и 2 миноносца прорвались во Владивосток. Всего же в ходе войны было убито более 50 тысяч русских солдат, матросов и офицеров, а общие людские потери составили 270 тысяч человек. В настоящей работе основной целью является рассмотрение боевых действий на суше в период Русско-Японской войны. 

Рассматриваемые хронологические рамки- январь 1904 - август 1905 г.

Территориальные рамки – поля Манчжурии, где проходили основные боевые действия на суше.

В работе поставлены следующие задачи: 1. Рассмотреть предпосылки, причины и характер войны 2. Рассмотреть состав Японской и Русской Армий, 3. Рассмотреть основные боевые действия на суше и итоги войны Основными источниками, используемыми в работе, являются: Захаров, С. Е. Русско-японская война, Кожевников, В. В. Российско-японские отношения в ХII -ХIХ веках, Эндаков, Д. Н. Русско-японская война, Шолох, Е. Знаки доблести и мужества: Русско-японская война в боевых наградах, Айрапетов, О. Р. Русская армия на сопках Маньчжурии.


1. Предпосылки, причины и характер русско-японской войны



1.1 Предпосылки русско-японской войны



После того как в результате победы в войне с Китаем в 1894-1895 гг. Япония по мирному договору приобрела Ляодунский полуостров, Россия, выступив единым фронтом с Францией и Германией, вынудила Японию отказаться от этой части китайской территории. В 1896 г. был заключен русско-китайский договор об оборонительном союзе против Японии. Китай предоставил России концессию на сооружение железной дороги от Читы до Владивостока через Маньчжурию (Северо-Восток Китая). Право на постройку и эксплуатацию дороги получил Русско-Китайский банк. Курс на "мирное" экономическое завоевание Маньчжурии осуществлялся в соответствии с линией С.Ю. Витте (именно он во многом определял тогда политику самодержавия на Дальнем Востоке) на захват внешних рынков для развивающейся отечественной промышленности. Крупных успехов достигла русская дипломатия и в Корее. Япония, утвердившая свое влияние в этой стране после войны с Китаем, вынуждена была в 1896 г. согласиться с установлением совместного русско-японского протектората над Кореей при фактическом преобладании России. Победы русской дипломатии на Дальнем Востоке вызывали растущее раздражение Японии, Англии и США.

Вскоре, однако, ситуация в этом регионе стала меняться. Подталкиваемая Германией и следуя ее примеру, Россия захватила Порт-Артур и в 1898 г. получила его от Китая в аренду вместе с некоторыми частями Ляодунского полуострова для устройства военно-морской базы. Попытки С.Ю. Витте помешать этой акции, которая рассматривалась им как противоречащая духу русско-китайского договора 1896 г., успехом не увенчались. Захват Порт-Артура подорвал влияние русской дипломатии в Пекине и ослабил позиции России на Дальнем Востоке, вынудив, в частности, царское правительство пойти на уступки Японии в корейском вопросе.

Русско-японское соглашение 1898 г. Фактически санкционировало захват Кореи японским капиталом. 

В 1899 г. в Китае началось мощное народное восстание ("боксерское восстание"), направленное против беззастенчиво хозяйничавших в государстве иностранцев, Россия совместно с другими державами приняла участие в подавлении этого движения и в ходе военных действий оккупировала Маньчжурию. Русско-японские противоречия снова обострились. Поддерживаемая Англией и США, Япония стремилась вытеснить Россию из Маньчжурии. В 1902 г. Был заключен англо-японский союз. В этих условиях Россия пошла на соглашение с Китаем и обязалась вывести войска из Маньчжурии в течение полутора лет.

Между тем настроенная весьма воинственно Япония повела дело к обострению конфликта с Россией. В правящих кругах России не было единства по вопросам дальневосточной политики. С.Ю. Витте с его программой экономической экспансии (которая, правда, все равно сталкивала Россию с Японией) противостояла "безобразовская шайка" во главе с А.М. Безобразовым, выступавшая за прямые военные захваты.

Япония, со своей стороны, активно готовилась к вооруженному столкновению с Россией. Правда, летом 1903 г. началась русско-японские переговоры о Маньчжурии и Корее, однако военная машина Японии, заручившаяся прямой поддержкой США и Англии, была уже запущена. 24 января 1904 г. японский посол вручил российскому министру иностранных дел В.Н. Ламздорфу ноту о разрыве дипломатических отношении, а вечером 26 января японский флот без объявления войны атаковал порт-артурскую эскадру. Так началась русско-японская война.


1.2 Причины и характер русско-японской войны



Основная причина Русско-японской войны - столкновение российских и японских интересов на Дальнем Востоке. Быстро развивающаяся Япония была заинтересована в расширении своего экономического пространства, новых рынках сбыта. Японские милитаристы выдвинули программу создания Великой Японии, в которую, кроме территорий многих азиатских стран, должны были войти также российские территории: Приморье (близ Владивостока), Забайкалье, Сахалин, Камчатка.

Русская либеральная буржуазия выступала против войны с Японией и предлагала искать рынки сбыта на Балканах, в Малой Азии, в Персии. Военный министр А.Н. Куропаткин предупреждал царя, что война будет крайне непопулярной. Но большинство дворянства, министр внутренних дел Плеве активно проводили идею о том, что маленькая победоносная война сможет отвлечь народ от антиправительственных выступлений. По характеру эта война была захватнической с обеих сторон.

Хотя по общей численности сухопутных и морских сил Россия в целом превосходила Японию, она была плохо подготовлена к этой войне. На Дальнем Востоке находилась лишь незначительная часть солдат - не более 100 тысяч из 1135 тысяч находившихся в строю. Они были разбросаны на большой территории от Порт-Артура до Владивостока. Японская армия была лучше вооружена. Тихоокеанская эскадра вдвое уступала японской и была рассредоточена по разным портам. Русские солдаты и матросы сражались храбро и самоотверженно, но военное руководство в большинстве своем не отличалось ни высокими моральными качествами, ни военными способностями, что отрицательно сказалось на итогах войны. Генштаб России недооценил силы Японии.


2. Подготовка к войне



2.1 Русские силы на театре военных действий



Количество русских войск на Дальнем Востоке изменялось в широких пределах. Летом 1900 года, во время Боксерского восстания в Китае, оно достигало 124 000 человек. После демобилизации, к середине октября, их осталось 52 600 регулярных войск и 4 бригады пограничников, численностью 25 000, сформированных для охраны Китайский Восточной железной дороги. В 1902 году, по условиям договора с Китаем, войска начали отводиться из Манчжурии в зону прилегающую к КВЖД. Часть из них меняла статус на "железнодорожные войска", часть уходила к Владивостоку, а остальные - в Квантунг. В 1903 году, в связи с усилением угрозы со стороны Японии, количество войск стало энергично увеличиваться. 

В июне 1903 наместником Дальнего Востока, ген. адм. Алексеевым был предложен план усиления войск на 44 новых баталиона. Вместе с другими мероприятиями, это требовало затрат на сумму около 30 млн. рублей (12 175 000 единовременно и 17 675 000 - в течении последующих 5 лет). Однако Особое Совещание выделило только по 3 млн. в 1903-1904 и 6 млн. в 1905 г. В связи с этим, количество новоформируемых баталионов было сокращено до 22 (14 - крепостных войск, для гарнизонов Владивостока и Порт-Артура и 8 для регулярных полевых войск). В качестве компенсации, на Дальний Восток были переведены две бригады из 10-го и 17-го корпусов Казанского округа. В конце сентября эти части были привезены в Приморскую область. 

12-го августа состоялось Высочайшее повеление о сформировании 7-й и 8-й Восточно-Сибирских стрелковых бригад (ВССБ), в составе 4-х полков 3-х батальонного состава и в середине ноября формирование этих частей было завершено.

30 января 1904 года последовало Высочайшее повеление о сформировании третьих батальонов в 7-и Восточно-Сибирских стрелковых бригадах (ВССБ). Но к началу войны успели выполнить его только для новой, создаваемой 9-й ВССБ, которая имела приоритет. В остальных бригадах формирование не было завершено, чему кроме всего прочего помешало выделение каждой из них одного нового батальона на ускорение формирования 9-й ВССБ (полностью сформирована к 18-му февраля).

31-го января 1904 4-м льготным батареям была объявлена мобилизация.

2-го февраля 1904 Наместник ходатайствовал о немедленной мобилизации всех войск Дальнего Востока и Сибири, а так же, не ожидая дальнейших событий, противодействовать японцам в случае их высадки в Корее. Ответ был получен уже 9-го февраля, в первый день войны. 

2-го февраля 1904 последовал приказ о формировании дополнительных частей. 6-го февраля 1904 - приказ о формировании 3-го Восточно-Сибирского стрелкового корпуса из 3-й, 4-й и 9-й ВССБ.



2.2 Японские силы на театре военных действий



Японцы 23-го января/6 февраля 1904 в 14:00 по токийскому времени был отдан приказ о мобилизации Гвардейской, 2-й и 12-й дивизий, а так же крепостей Цусима и Хакодате. Дивизии эти вошли в состав 1-й армии, бывшей под начальством Куроки, которая уже 1-го февраля начала свою посадку на суда. 9-го марта были развернуты 2-я и 12-я резервные бригады, назначенные также в состав первой армии.

21-го февраля началась мобилизация 2-й армии, в состав которой входили: 1-я, 3-я и 4-я пехотные дивизии под начальством генерала Оку; но армия эта, совершенно готовая к выступлению, до половины апреля оставалась в Японии. В это же время в составе предположенной к формированию 3-й армии произошли перемены, и было предположено сформировать еще и 4-ю армию. К концу апреля формирование это было окончено и в состав 3-й армии вошли: 6-я, 7-я и 9-я пехотныя дивизии под начальством генерала Ноги, а 5-я и 11-я пехотныя дивизии образовали 4-ю армию под начальством генерала Нодзу.

Если флоту удастся установить господство на море, то войска будут посланы сразу в Асан и Чемульпо. Если, однако, это будет слишком рискованно, то 12-я дивизия должна высадиться в Фусане и продвигаться к Сеулу по суше в течении приблизительно 18 дней. Эта перспектива была столь тяжела, что еще не имея данных, насколько успешным будет атака на русский флот, японское командование выбрало Чемульпо, как основное место высадки. 08.02.1904, не дожидаясь мобилизации всей дивизии (которая завершила мобилизацию 14.02.1904 и была направлена в Нагасаки), сводный отряд из 4 батальонов 23-й бригады 12-й дивизии начал высадку в Чемульпо. Батальоны были укомплектованы еще по штатам мирного времени и нащитывали около 2 500 солдат. Это были все японские войска на театре к моменту начала войны. 



2.3 Соотношение сил и боевое развертывание



К началу войны противники имели следующее соотношение сил. Активная армия:

Общее количество военнообученных:



Россия

4 541 000

Япония

850 000

Соотношение

5,3:1

Россия

165 000

Япония

2 500

Соотношение

66:1



Отсюда видно, что никакой существенной угрозы ни России, ни даже силам ее на Дальнем Востоке, Япония к началу войны не представляла. Вся ее армия была меньше наличных на театре русских сил. А наступление на суше было возможно только после создания там сколь нибудь существенной группировки. Таким образом, японцы не имели преимущества внезапности и численности.

Уже в конце января, в связи с нарастанием напряженности между двумя странами, 9-й, 11-й и 12-й Восточно-Сибирские стрелковые полки (ВССП) были отозваны из Порт-Артура в Пенг-Хуанг-ченг. В первых числах февраля, к ним присоединился 10-й ВССП. Таким образом, 3-я Восточно-Сибирская стрелковая бригада (ВССБ) была укомплектована под командованием генерал-майора Кашталинского. 

09.02.1904, в первый день войны, Алексеев приказал обьявить мобилизацию на Дальнем Востоке. 11.02.1904 аналогичный приказ был отдан в Сибирском округе. 15.02.1904 резервисты начали призываться в округах Вятки и Перми. Приступили к мобилизации части 10-го и 17-го армейских корпусов Казанского округа, которые по предвоенному плану развертывания предназначались для усиления войск в Манчжурии (31-я и 35-я бригады из этих корпусов прибыли на Дальний Восток еще в середине 1903). 20.02.1904 командовать войсками в предстоящей войне были выбраны безусловно лучшие, наиболее компетентные в России люди. На должность командующего сухопутными силами в Манчжурии был назначен генерал Куропаткин, которого считали одним из лучших стратегов в Европе. На должность командующего флотом - адм. Макаров.

Мобилизация на Дальнем Востоке проходила без задержек и проблем. К концу февраля были выполнены следующие мероприятия: 1. Закончено формирование 9-й ВССБ. 2. Сформированы третьи батальоны во всех существующих ВССП. 3. Все ВССБ были преобразованы в дивизии(ВССД) с соответствующим обеспечением. 4. Для комплектации ВССД сформированы 19 новых полевых батарей. 5. Две бригады (31-я и 35-я) были перевооружены новыми пушками. 6. Сформирован 3-й Восточно-Сибирский стрелковый корпус в составе 3-й ВССД и 6-й ВССД. 7. Создан штаб Манчжурской армии.

Успешно проходила мобилизация полков 1-й Сибирксой дивизии в Забайкалье. Для мобилизации 2-й и 3-й Сибирских дивизий, из которых формировался 4-й Сибирский армейский корпус, требовалось больше времени, поскольку призывники жили на значительном расстоянии от места сбора. Все мобилизационные мероприятия были закончены 18-го апреля, когда отмобилизовалась Оренбургская казачья дивизия.

Пока более крупные соединения формировались на местах, на Дальний Восток поступали пополнения существующих там частей, вооружение, снаряжение и т.д. Пропускная способность Транс-Сибирской железной дороги (Транссиб) была 4 пары поездов на участке от озера Байкал до Харбина. Через замерзшее озеро войска шли пешим порядком. На 4 солдата выделялись 1 сани, на которых перевозили снаряжение. За день проходили 44 версты до железнодорожной станции. Кроме того, под руководством князя Хилкова, были проложены рельсы прямо по льду. По ним, кроме других тяжелых грузов, было переброшено в марте 65 паровозов и 1600 вагонов, что очень ускорило перевозки внутри театра. Весной войска перевозились двумя ледокольными паромами, "Байкал" и "Ангара". Первый, построенный по образцу ледоколов на озере Ери, был рассчитан на перевозку 25 вагонов и 250 пассажиров. Но в военное время в него грузили 35 вагонов и до 1000 человек. Второй был поменьше, рассчитанный на 160 пассажиров. Его вместимость так же была доведена до 1000 солдат. 

Военный состав состоял из 40 вагонов и перевозил половину батареи или батальон пехоты или 2 сотни казаков. Устроены были следующим образом. Для перевозки артиллерии: локомотив и тендер; товарных вагон для багажа; 3 товарных вагона для фуража; 10 товарных вагонов по 8 лошадей и 4 человека в каждом; 2 платформы с фуражом и кухней; 1 пассажирский 2-го класса для офицеров; 3 платформы для орудий; 12 товарных вагонов по 8 лошадей и 4 человека в каждом; 3 вагона с амуницией; 1 товарный вагон для солдат; 2 пассажирских вагона 3-го класса для унтер-офицеров. Для пехоты: багажный вагон; 12 товарных для солдат; 2 платформы с фуражом и кухней; 1 пассажирский 2-го класса для офицеров; 3 вагона с аммуницией; 16 товарных для солдат; 2 пассажирских вагона 3-го класса для унтер-офицеров. Регулярный товарный вагон имел размеры 6,2*2,9*2,3 м. И вмещал 40 солдат или 8 лошадей. Реально нет данных о размещении в нем более чем 37 солдат. 

По данным американского военного атташе, с 22 апреля по 5 мая, в Ляоян ежедневно прибывало 4 военных поезда.

Всего, до конца апреля, полевые русские силы русские силы на театре выросли:



Категория

09.02.1904

30.04.1904

Увеличение 

Пехота (баталионов) 

104 

152

48

Каваллерия (эскадронов) 

35 

53

18

Артиллерия (орудий) 

244 

494

250



Кроме того, значительно увеличились запасы и вооружение крепостей.

Японцы начали кампанию не дожидаясь окончания своей мобилизации. Их первичные коммуникации проходили по морю и соответственно, превосходили русские возможности. Всего флот Японии имел 626 745 гросс тонн вместимости. Из этого количества, около 70 судов, вместимостью около 200000 было реквизировано на военные нужды. На погрузку, доставку, выгрузку одной дивизии (включая возвращение на базу) уходило 10-15 дней по сравнению с 15-20-дневными возможностями русских. Необходимо, однако учитывать 2 обстоятельства: во первых, японские коммуникации находились под ударом русского флота и, во вторых, высадившись на берег, японские войска снабжались по грунтовым, зачастую горным дорогам, в то время как русские опирались, в основном, на железную дорогу.


3. Январское наступление 2-й Маньчжурской армии 



	С 26 октября, после отставки адмирала Алексеева, Куропаткин стал единоначальником. Западный и Восточный отряды действующей армии были упразднены. 6 декабря последовал приказ о распределении между вновь образованными тремя армиями корпусов и частей Маньчжурской армии. На театр войны прибыли командующие: 1-й армией - генерал Линевич, 2-й - генерал Гриппенберг и 3-й - генерал Каульбарс. Все они были сторонниками немедленного перехода в наступление. Однако формирование армий оказалось гладко только на бумаге, на практике оно шло медленно, преодолевая всевозможные бюрократические рогатки. Так, штаб 2-й армии формировался в двух разных местах; командующий армией, несколько офицеров генерального штаба и небольшая часть солдат без обоза и лошадей прибыли в Мукден 15 декабря 1904 года; начальник штаба и часть его аппарата появились только в середине января 1905 года, остальной состав штаба прибыл в Маньчжурию после Мукденского сражения.

Между тем на театр войны из Европейской России продолжали прибывать все новые и новые контингенты войск. В начале января под начальством Куропаткина уже находилось 372 батальона пехоты (полного состава), 172 эскадрона и сотни кавалерии, 1156 орудий, 48 пулеметов и т. д. Царь и его правительство настойчиво требовали от Куропаткина победы. Под давлением сверху и своих новых ближайших помощников - командующих армиями - Куропаткин внешне согласился с планом наступления, предложенным Гриппенбергом и заключавшемся в том, чтобы до прибытия к Ойяме из-под Порт-Артура стотысячной армии Ноги нанести удар по левому флангу японцев силами 2-й русской армии и затем перейти в наступление остальными по всему фронту.

Формирование конного отряда и командование им было возложено на генерала Мищенко. В состав отряда вошли 72 эскадрона из разных кавалерийских дивизий и полков, 4 конно-охотничьи команды и 22 орудия. 8 января эскадроны, перегруженные запасами вооружения и питания (вплоть до сена для лошадей), выступили по назначению. Внезапность выступления была утеряна задолго до этого. Вместо стремительного проникновения через открытый левый фланг армии Оку в его глубокий тыл отряд двигался подобно черепахе, медленно, хотя дороги и позволяли идти на рысях. Расстояние, пройденное отрядом за первые сутки, не превышало 30 км, т. е. не больше суточного перехода пехоты. Такой темп заранее обрекал экспедицию на неуспех. Но еще хуже то, что отдельные подразделения кавалерии уже со второго дня пути начали отвлекаться на преследование отходивших японских застав и незначительных обозов. Для решения главной задачи -разрушения железнодорожного пути и мостов - было выделено всего шесть эскадронов. И немудрено, что подрывники произвели крушение всего одного обычного поезда с двумя паровозами. Все разрушенное ремонтные службы противника восстановили в течение нескольких часов.

12 января отряд подошел к порту-городу Инкоу. К тому времени японцы успели усилить его гарнизон, и атака, предпринятая Мищенко только четвертью сил, была легко отбита. Артиллерийским огнем удалось зажечь часть складов; пожар продолжался несколько суток.

Командование японцев, обеспокоенное диверсией, хотя и не придавало ей особого значения, тем не менее начало маневрировать, чтобы не выпустить русскую конницу обратно. Мищенко, однако, своевременно учел неблагоприятные обстоятельства и, правда, с боями, но успел ускользнуть.

16 января отряд, потеряв до 300 человек, возвратился из набега, не выполнив поставленной ему главной задачи - армия Ноги не была задержана ни на один час. Ойяма для противодействия русскому отряду не выделил из состава фронтовых сил ни одного солдата.

Тем временем 2-я армия Гриппенберга уже сосредоточилась для наступления и ожидала приказа.

Расположение войск противника на фронте, по данным русской разведки, в январе было следующее: на его левом фланге стояли 5 кавалерийских полков с 18 орудиями и резервная бригада - в Сандепу и вокруг нее, дальше к востоку занимали передний край дивизии Оку и Нодзу - 3, 4, 6 и 10-я, в резерве - 8-я дивизия и резервная бригада; гвардия находилась в районе селения Шилихе; против 2-го Сибирского корпуса располагалась 2-я дивизия из армии Куроки; на правом фланге располагались две резервные бригады, прочие войска - в глубине.

План наступления после неоднократных совещаний командующих русскими армиями был принят такой: 2-я армия Гриппенберга в составе 120 батальонов пехоты, 102½ эскадронов и сотен кавалерии, 12 инженерных рот, 440 орудий и 20 пулеметов (до 100 тыс. солдат) при огневом содействии 1-й и 3-й армий атакует, охватывая левый фланг армии Оку, и овладевает японскими позициями между реками Хуньхе и Шахе, после этого 1-я и 3-я русские армии, перейдя в наступление, отбросят японцев за реку Тайцзыхе. На последнем совещании Куропаткин внес в план коррективу, по которой в случае контрнаступления японцев русским корпусам запрещалось продвигаться южнее линии Хегоутай - Лаботай.

21 января главнокомандующий разослал командущим армиями так называемые тактические указания которых давались сведения о противнике, о превосходстве над ним в силах, достаточных для перехода в наступление, подробно расписывалось, какая армия, когда и что должна будет делать, какими пунктами овладевать, в какой последовательности и т.д. «Указания» оказали самое вредное влияние, связав инициативу исполнителей и отняв у них возможности, исходя из обстановки, принимать свои решения, отличные от тех, которые были предначертаны главнокомандующим чуть ли не на всю операцию вперед. Многие из историков и участников войны утверждают, что Куропаткин, соглашаясь на проведение наступления, был против него и тактические указания дал с целью, чтобы в случае неудачи заявить, что исполнители не выполнили его указаний и проиграли.

По диспозиции 2-й Маньчжурской армии от 24 января 1-й Сибирский корпус Штакельберга из 1-й армии, подчиненный Гриппенбергу, получил боевую задачу атаковать противника и овладеть селением Хегоутай, после чего, выделив бригаду в помощь 8-му армейскому корпусу для атаки укрепленного пункта Сандепу, прикрыть его правый фланг; 14-я дивизия 8-го армейского корпуса после занятия частями Штакельберга Хегоутая обязывалась при огневом содействии 15-й дивизии овладеть группой деревень Сандепу; 10-й корпус должен был содействовать соседу справа артиллерийским огнем впереди себя, отвлекая этим резервы противника от Сандепу; Сводно-стрелковый корпус, оставленный в резерве, боевой задачи не получил. Отряду генерала Коссаговского поручалась охрана тыла 1-го и 8-го корпусов, а генерала Мищенко - содействовать Штакельбергу, действуя на его правом фланге. Из четырех корпусов Гриппенберг вводил в бой только два, причем из них четвертая часть только содействовала огнем. Распределение сил для наступления было линейное, отсутствовало глубокое построение для наращивания ударов. Из 440 орудий для подготовки атаки в направлении главного удара (Сандепу) выделялось всего под командой начальника артиллерии 8-го корпуса 72 ствола, из них 48 полевых, как известно, не имевших фугасных снарядов.

В направлении удара армии Гриппенберга, в междуречье, находилось немногим больше 30 тыс. японских солдат: 22 батальона пехоты, 16 эскадронов кавалерии и 30 орудий, занимавших две линии укрепленных опорных пунктов. 

Сражение началось утром 25 января. Корпус Штакельберга, встретив слабое сопротивление малочисленного противника, продвигался с ничем не оправдываемой медлительностью и только к 10 часам вечера занял селение Хегоутай. 14-я дивизия по существу топталась на месте, ожидая взятия Хегоутая и подхода для поддержки, бригады из 1-го Сибирского корпуса. Артиллерия по району Сандепу дала 1761 выстрел, из них 1448 из легких пушек, имевших на вооружении только шрапнель и не нанесших укреплениям японцев никакого вреда. В 1-м Сибирском корпусе две приданные мортирные батареи после непродолжительной стрельбы пришли в негодность. Таким образом, целый день драгоценного времени был потерян, на главном направлении боя не произошло; русскому командованию не удалось захватить противника врасплох и даже установить его силы. Зато Ойяма немедленно начал усиливать свой левый фланг и подтягивать войска из глубины расположения к переднему краю, в район Сандепу.

С утра 26 января русская артиллерия вновь бомбардировала Сандепу, однако без видимых результатов. Части 14-й дивизии выступили около 10 часов утра и в 6 часов вечера заняли деревни вблизи от Сандепу, ошибочно приняв их за главный объект атаки. Вскоре ошибка была обнаружена; подлинное Сандепу с редюитом, наружным рвом, стенкой с бойницами и проволочными заграждениями находилось к юго-востоку от занятых пунктов. Полки, понесшие уже значительные потери, не имевшие саперных подразделений и артиллерии, способной нанести разрушения японскому опорному пункту, залегли от него в расстоянии 600-800 шагов не в состоянии атаковать. Командир 14-й дивизии тщетно искал командира корпуса, чтобы доложить обстановку и, не найдя его, принял решение об отступлении. Боем 14-й дивизии никто не руководил. Наступление осуществлялось по инициативе командиров полков, вопреки приказу командира корпуса, полученному уже в ходе боя; дивизии не было оказано никакой поддержки; бригада из 1-го Сибирского корпуса подошла, но участия в бою не приняла; не участвовала в бою и 15-я дивизия; 10-й корпус ограничился стрельбой; когда его командир хотел перейти в наступление, последовал приказ Куропаткина - стоять на месте.

На фронте 1-го Сибирского корпуса продолжались ожесточенные бои. Японцы, как выяснилось через пленных, усилили это направление четырьмя полками с артиллерией, и перешли в контратаку. Русские сравнительно легко отбивались, и когда на правом фланге корпуса начал активно действовать переправившийся через реку Хуньхе кавалерийский отряд Мищенко, Штакельберг даже начал наступать. Однако это ему было немедленно запрещено сверху, и он перешел к обороне.

Японцы, таким образом, получили еще один день, чтобы принять меры против наступления русских. 

	27 января Гриппенберг изменил план прорыва японского фронта у Сандепу, поручив произвести его командиру Сводно-стрелкового корпуса, усиленного двумя пехотными бригадами и артиллерией. Атака намечалась на 28 января. Началось срочное сосредоточение новой группировки.

Генерал Мищенко обратился к Штакельбергу с просьбой начать наступление на восток, пока японцы еще не подтянули резервы, преодолеть которые потом уже будет невозможно. Штакельберг решил еще раз проявить инициативу, и части корпуса атаковали противника на нескольких направлениях. Но как только об этом стало известно Гриппенбергу, генерал приказал немедленно остановиться. Приказ повторялся до тех пор, пока бой не затих. За это время русские продвинулись вперед и заняли несколько деревень, в том числе Сумапу. Отряд Мищенко, продолжая оставаться на фланге Штакельберга, также наступал и имел несомненный успех, продвигаясь во фланг и в тыл японским частям у Сандепу.

Вечером Гриппенберг доложил Куропаткину, что части, назначенные для новой атаки Сандепу, находятся на исходных рубежах и готовы к выступлению. Но утром 28 января обстановка изменилась. Японцы закончили подготовку к контрнаступлению и атаковали; особенно сильным ударам подвергся район между Сандепу и Хегоутаем. Атаки следовали одна за другой без передышки. Русские солдаты не уступали ни пяди. К вечеру, чтобы облегчить положение 1-го Сибирского корпуса, Гриппенберг приказал командиру 10-го армейского корпуса продвинуться вперед и отвлечь на себя часть сил противника. После артиллерийской подготовки части 31-й дивизии стремительно захватили селения Лаботай и Саятаицзы и вышли в тыл Сандепу, поставив японцев в критическое положение. Ойяма с часу на час ожидал катастрофы. Впоследствии он писал, что утром 28 января русские обстреливали тыл японского центра, сражение продолжалось целый день и всю ночь. Повсюду японцы были подавлены численностью русских войск. Чтобы спасти положение, поздно вечером, собрав все силы, они еще четырежды атаковали 1-й Сибирский корпус, но безуспешно. Выручил Куропаткин, приказавший отвести части 31-й дивизии на исходные позиции. Ойяма вздохнул свободно. 

Гриппенберг заканчивал последние приготовления к назначенной на 29 января атаке японцев. Но накануне атаки поздно вечером вслед за отводом 31-й дивизии последовало предписание главнокомандующего немедленно отвести на левый берег реки Хуньхе все войска 2-й армии и перейти к обороне на линии южнее Сыфантай - Чжантан - Ямандапу. Перед этим от Куропаткина была получена телеграмма, в которой говорилось, что большие силы японцев сосредоточились против русского центра и что нужно быть готовым по первому приказанию идти на помощь 3-й армии. Сведения оказались досужим вымыслом, за которые Куропаткин ухватился, чтобы свернуть наступление. Гриппенберг робко пытался отстаивать свой план, но Куропаткин не желал слушать никаких доводов и категорически приказал: «Войскам в эту же ночь отступить и занять сосредоточенное расположение». Отступление было спешное, неорганизованное. Штакельберг в суматохе оставил в селении Сумапу два батальона 6-го Восточно-Сибирского полка. Эти батальоны приняли на себя удар 8-й японской дивизии и, задерживая ее, сражались до последнего патрона и солдата. Отошел и отряд Мищенко, действовавший по существу в тылу японских войск и на этот раз нанесший им ощутимые потери.

Так закончилось январское наступление 2-й русской армии. Японцы наступать не собирались. В боях русские потеряли 358 офицеров и 11 883 солдата, из них очень много обмороженными; примерно такие же потери были и у японцев.

Как известно, после сражения на Шахе русское командование планировало стратегический обход левого фланга армий Ойямы. На практике - гора родила мышь.

Гриппенберг, требовавший после прибытия на фронт решительного наступления, через два месяца, в конце декабря, предлагал не более и не менее как отступить в Северную Маньчжурию.

В январском наступлении, в боях 1-го Сибирского корпуса и под Сандепу в основном повторились те же ошибки, которые были допущены в предыдущих боях, особенно в сражении на Шахе. Попрежнему совершенно беспомощными были руководители – генералы от главнокомандующего до командира 14-й дивизии генерал-лейтенанта Русанова. Война ничему их не научила, они не хотели изучать и учитывать горький опыт, благо «пушечное мясо» продолжало бесперебойно прибывать из России. Правда, многие из них не понимали происходившего, но было немало и таких, которые считали, что все идет нормально, неудачи неизбежны, неизбежны и потери, и как только Куропаткин, отступая, накопит достаточные силы, роли сами по себе переменятся и японцы в конце концов будут побеждены.

Сильные по своему составу Маньчжурские армии имели большой боевой опыт. Если бы во главе их стояли способные генералы, то они, несомненно, могли добиться реальных успехов и бить врага. Как показали бои, русские солдаты умели решительно и напористо и наступать, и держать оборону, но использовались своими начальниками чаще всего бессмысленно, неразумно. Силы 2-й армии вводились в бой разрозненно, по частям, за все время только четверть солдат использовала свое оружие.

Атаки против Сандепу, произведенные солдатами 14-й дивизии, еще раз подтвердили, что тактика русской пехоты, особенно соединений вновь прибывших из Европейской России, продолжала находиться на уровне начала русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Офицеры вели подчиненных на сближение с противником часто без единого выстрела, солдаты бежали вплоть до применения штыка, не ложились, не окапывались, неся при всем этом большие потери без соответствующих успехов.

Особенно неумело была использована многочисленная артиллерия армии. С 26 января батареи японцев из района Сандепу безнаказанно вели огонь по боевым порядкам наступавшей русской пехоты, имевшей за спиной 440 орудий, бездействовавших или стрелявших по пустым площадям (всего за пять дней израсходовано до 76 тыс. снарядов). В январском наступлении впервые успешно дралась конница (45 сотен с 32 орудиями под командой генерала Мищенко), действуя на фланге японцев, проникая им в тыл и отвлекая на себя подходившие резервы противника. Конница нанесла противнику значительные потери, оказав существенную помощь войскам 1-го Сибирского корпуса.

Наступление 2-й Маньчжурской армии, на которое было возложено столько надежд, закончилось бесславно, И снова Куропаткин, командующие армиями и их штабы не учли опыта боевых действий, не сделали нужных выводов, и ничего не предприняли, чтобы предотвратить надвигавшуюся катастрофу, начавшуюся в междуречье Хуньхе и Шахе во время январских боев, когда японские силы начали сосредоточиваться для охвата правого фланга русских армий на Мукденской позиции. 


4. Мукденское сражение. Крах «куропаткинской стратегии»



Куропаткин, получив сведения о том, что из-под Порт-Артура к Ойяме уже подходят дивизии Ноги с многочисленной артиллерией и что откладывать наступление до сосредоточения японцами всех сил нельзя, решил выступить немедленно и 21 февраля отдал следующее распоряжение: «Признавая подготовительные действия к наступательным операциям законченными, предлагаю армиям атаковать противника... Атаку начинает 2-я армия. Первым днем наступления назначаю 12 февраля (25 февраля.- А. С.). Первоначальной целью наступления я ставлю оттеснение японских армий за Тайцзыхе с нанесением им поражения. Первоначальным предметом действий выбираю армию Оку. Способом для действий определяю охват левого фланга расположения армии Оку».

По данным Куропаткина, указанным в циркулярном письме командующим армиями, боевой состав войск к 20 февраля был следующим: в 1-й армии - 104 батальона, 89200 штыков; во 2-й - соответственно 126 и 99900; 3-я армия имела 72 батальона, 64358 штыков; в Цинхеченском отряде числилось до 15 тыс. человек. В общем резерве состояло 41 795 человек. Все три Маньчжурские армии вместе с отдельными отрядами насчитывали в своих рядах свыше 300 тыс. активных штыков, 16 тыс. сабель и до 8 тыс. саперов, Артиллерия имела на вооружении 1219 полевых и 256 тяжелых главным образом шестидюймовых орудий и 56 пулеметов.

На правом фланге занимала по фронту до 30 км 2-я армия под командованием нового командующего генерала Каульбарса, состоявшая из 1-го Сибирского, 8-го, 10-го и Сводно-стрелкового армейских корпусов и других отдельных частей. По диспозиции от 22 февраля армия имела в своем составе 126 батальонов, 53½ эскадрона и сотни кавалерии, 502 орудия, 28 пулеметов и 4 неполных батальона саперов. Характерно, что если во время январского боя против Сандепу действовало среди прочих 4 осадных орудия, то через месяц их здесь стало в десять раз больше: на 1 км фронта было установлено до 20 тяжелых и 19 полевых орудий, что соответствовало уставным нормам для разрушения долговременных сооружений.

В центре по обеим сторонам железной дороги находились войска 3-й армии заменившего Каульбарса барона Бильдерлинга. Входящие в нее 5-й и 6-й Сибирские и 17-й армейский корпуса и отдельные части занимали позиции, простиравшиеся по фронту более чем на 20 км, которые были укреплены в инженерном отношении по последнему слову фортификационного искусства. Армия имела 146 тяжелых орудий.

Левый фланг протяжением до 50 км по фронту занимали войска 1-й армии Линевича, состоявшие из 2, 3 и 4-го Сибирских и 1-го армейского корпусов. Армии Линевича, кроме того, с началом сражения был подчинен так называемый Цинхеченский отряд, в который входили 17 батальонов, 19 сотен с 22 орудиями. Отряд прикрывал русскую группировку войск с востока.

Общий резерв Куропаткина (16-й корпус и отдельные части) находился за центром фронта южнее Мукдена. 

Войска Куропаткина, 10 из 12 корпусов, вытянутые в линию до 100 км, оказались слабыми и для наступления и для обороны. Пять японских армий, занимая по фронту до 120 км, имели на своих флангах сильные группировки для наступления.

Для преодоления Мукденского укрепленного района при условии достаточного насыщения его войсками японцам потребовались бы колоссальные ресуры в людях и тяжелой артиллерии. Ойяма не имел этих средств в достаточном количестве и, естественно, искал победы на флангах, планируя на этот раз обходы стратегического значения.

Наступательный план Куропаткина на практике не нашел применения.

Русские снова были вынуждены подчиниться воле противника и воевать в зависимости от его действий. Инициатива осталась за японцами.

План Ойямы преследовал цель окружить в районе Мукдена все три русские армии и уничтожить их, после чего, по мнению японцев, русские обрекались на полное поражение и неизбежную капитуляцию или потерю всего Дальнего Востока. Этот план заключался в следующем: 5-я армия Кавамуры, при поддержке дивизий 1-й армии Куроки, наносит удар по левому флангу 1-й русской армии Линевича, в частности по Цинхеченскому отряду и 3-му Сибирскому корпусу, с целью, оттеснив фланг противника к северу, привлечь сюда резервы Куропаткина. После выполнения этой задачи в бой вводится 3-я армия Ноги, которая в междуречье Хуньхе и Ляохе должна произвести стратегический обход правого фланга русских армий и, выйдя им в тыл, оседлать железную дорогу Мукден - Телин. Одновременно 2-я армия Оку и 4-я армия Нодзу при поддержке тяжелой артиллерии, наступая с фронта, должны сковать центр русских, а затем в случае удачи обхода с запада, при содействии 1-й армии Куроки и 5-й армии Кавамуры, прорвать его и, охватив левый фланг русских, завершить полное окружение.

	26 февраля Куропаткин приказал Каульбарсу перейти к обороне и проявить упорство в удержании занимаемых позиций.

Наступление японцев на левом фланге началось 18 февраля и со дня на день усиливалось. С утра 24-го Кавамура атаковал Цинхеченские высоты, вынудив к вечеру русский отряд оставить Цинхечен и отступить к Даяинскому перевалу и далее к северу. Командир отряда генерал Алексеев не проявил энергии и упорства при обороне позиции и, отступив, доложил об этом Куропаткину и Линевичу. Последний, не разобравшись в происшедшем, написал ретировавшемуся начальнику: «Быть может, при божьей помощи сохраним Цинхеченскую позицию»... Алексеев возмутился, приняв это за издевательство, и... был заменен Ренненкампфом.

	22 февраля начали наступление две дивизии из армии Куроки, осуществляя план отвлечения русских сил на восток, против 3-го Сибирского корпуса, 13 батальонов которого занимали двадцатикилометровую позицию по фронту.

Куропаткин, как всегда, оставался в полном неведении о группировке сил противника и его намерениях. А так как на левом русском фланге японцы вводили в бой все новые и новые силы и в районе Цинхечена были взяты пленные, принадлежавшие 11-й дивизии, он решил, что там нахоядится вся армия Ноги, и, следовательно, перейдя в решительное наступление на востоке, Ойяма наносил здесь главный удар. Хотя разведывательные органы действующей армии, научившись кое-чему за год войны, еще в середине февраля докладывали главнокомандующему более или менее точные данные о расположении японских армий, он, принимая к сведению информацию своего штаба, строил планы, исходя из личных предположений и догадок.

Решив, что японцы наносят главный удар с востока, Куропаткин приказал передать на усиление армий Линевича 1-й Сибирский корпус, изъяв его из 2-й армии, и отдельные части, всего 42 батальона пехоты и 128 орудий, из них 16 горных. Кроме того, он решил передать Линевичу и свой последний резерв - 16-й корпус с тем, чтобы 1-я армия, отбив атаки японцев, сама перешла в наступление. По счастливой случайности, вернее потому, что Ойяма на день раньше отдал приказ Ноги к выступлению, части 16-го корпуса, не успев еще оставить окрестности Мукдена, были задержаны и обращены против обходившей армии Ноги.

1 марта уже все пять армий Ойямы вели активные действия. На левом фланге у Линевича войска Ренненкампфа и Данилова надежно удерживали занимаемые позиции в районе перевала Гаотулин - Тюпинтай - Кудяза, отбив многочисленные атаки дивизий Кавамуры и нанеся им большие потери. На фронте 3-го Сибирского корпуса, который, усилившись до 50 батальонов и занимая по фронту до 30 км, шли жаркие бои. Русские войска располагались линейно и с трудом отбивались от наседавшего в разных местах противника. Японцам удалось занять несколько населенных пунктов, после чего они выдохлись и перешли к обороне. Линевичу нужно было контратаковать, хотя бы для того, чтобы оттянуть сюда силы Ойямы с его левого фланга, но командир 3-го корпуса, с разрешения командующего армией, решил сначала привести в порядок свои части. Момент для наступления был упущен, и бой на этом участке прекратился. Атаки японцев на позиции 2-го Сибирского корпуса были также отбиты с тяжелыми для противника потерями; действующая здесь японская гвардия все же перешла через реку Шахе и удержалась на ее правом берегу. 

Войска 2-й армии на левом фланге сосредоточились в районе Сухудяпу. Вечером 3 марта Лауниц получил приказ оставить на левом берегу Хуньхе 15-ю дивизию и для прикрытия с северо-запада - бригаду, все остальные войска двинуть на север.

15-я дивизия в этот же день была атакована превосходящими силами противника, не оказала в бою упорства и отступила на восток, открыв здесь фронт. Японцы хлынули в прорыв. Хотя дивизия вскоре оправилась и, усиленная резервами, ликвидировала прорыв и остановила японцев, но своих позиции вернуть не сумела. Сухудяпу осталось у японцев. В связи с этим оказался под угрозой 5-й Сибирский корпус 3-й армии, вынужденный загнуть левый фланг вправо. Позднее по приказу Куропаткина корпус оставил свои позиции, обнажив фланг 17-го армейского корпуса, солдаты которого встретили и остановили дальнейшее продвижение японцев.

На центральном фронте и на левом фланге против Линевича 3 марта японцы вели безуспешные демонстративные атаки и непрерывно обстреливали передний край русских позиций, причем атаки против 2-го Сибирского корпуса велись не менее чем двадцатью батальонами гвардии. Особенно бешено рвались вперед 5-я и 1-я японские армии, стремясь сбить оборону и охватить левый фланг Линевича. На Гаотулинской позиции у Вяньяпуза японцы понесли очень тяжелые потери, не продвинувшись вперед ни на шаг. Накануне особенно блестяще дрались в районе Сыдяза солдаты из отряда генерала Данилова. Ожесточенные атаки частей японской дивизии, стремившейся прорваться к Хуньхе, были отбиты с громадными для нее потерями. Дивизия была настолько обескровлена, что в дальнейшем уже не смогла продвинуться вперед ни на одном из участков. Левый фланг, подвергшийся атакам двух японских армий, стоял насмерть и наносил противнику ощутимые потери.

Вечером ко 2-й армии присоединилась бригада Биргера, вернувшаяся после упорных боев с частями 1-й японской дивизии, особенно у Ташичао. На правом берегу реки Пухе не осталось ни одного русского солдата.

Обстановка на правом фланге стала проясняться только к утру 4 марта. Предполагалось, что обход совершают не менее трех и не более пяти дивизий, в действительности обходили три пехотные дивизии, две отдельные кавалерийские бригады и две пехотные резервные бригады. Каульбарс теперь имел свыше ста батальонов при 263 орудиях, т. е. некоторый перевес в силах, однако, по мнению командующего, недостаточный для перехода в наступление. В диспозиции на 4 марта все задачи, ставящиеся соединениям и отрядам, начинались со слов: «оборонять участок», «упорно оборонять позицию», «удерживаться на позиции» и др.

4 марта Ойяма для содействия дивизиям Ноги бросал против левого фланга 2-й русской армии 5-ю и 8-ю дивизии из армии Оку. Ноги силами 1-й и 9-й дивизий более уверенно продолжал марш на север с явным намерением достичь железной дороги Мукден - Телин и перерезать ее. На левом русском фланге японская гвардия вела непрерывные атаки против 2-го Сибирского корпуса, стремясь прорвать его позиции, выйти к Хуньхе и поставить под угрозу мукденскую группировку русских и с востока. Всего японцы произвели здесь 13 атак, но сибиряки твердо держались на своей укрепленной позиции и наносили японской гвардии большие потери.

В ночь на 5 марта Каульбарс, получив категорический приказ о переходе к активным действиям, поставил перед войсками задачу остановить и отбросить дивизии Ноги. Из имевшихся 107 батальонов с 263 орудиями собственно для наступления был выделен отряд из 49 батальонов при 115 орудиях под командованием генерала Генгросса. Отряд должен был охватить левый фланг армии Ноги, отбрасывая его к западу. Отряд генерала Топорнина (16 батальонов и 48 орудий) имел задачей, после развития успеха Генгроссом, перейти в наступление и теснить неприятеля тоже на запад. Третий отряд генерала Церпицкого (34 батальона и 100 орудий) обязывался твердо удерживать свои позиции и переходить в наступление одновременно с отрядом Топорнина.

Идея наступления - захождение правым плечом против обходившего противника, а не прорыв ему в тыл, была ложной, ибо успех всего плана ставился в зависимость от успеха отряда Генгросса. Этот прием, кроме дальнейшего загибания фланга армии, ни к чему привести не мог.

5 марта Ойяма, кроме атак против Церпйцкого, атаковал и на всех других направлениях, но безуспешно.

Понесли большие потери дивизии Оку. Из десяти атак, проведенных ими против 6-го Сибирского корпуса, ни одна не удалась. На направлении 1-го армейского корпуса русские, контратакуя, захватили 3 пулемета и 100 пленных. На Гаотулинской позиции японцы даже отступили, оставив на поле боя до 2 тыс. трупов. На самом левом фланге подразделения генерала Данилова продвинулись вперед и заняли господствующую здесь высоту.

Обстановка не была безвыходной, но Куропаткин без оснований отдал приказ командующим 3-й и 1-й армиями быть готовыми в любую минуту отойти к реке Хуньхе, а дивизионные обозы - немедленно оттянуть на параллель станции Хушитай, севернее Мукдена. 6 марта Каульбарсу предписывалось продолжать наступление, а Линевичу и Бильдерлингу - удерживая свои позиции, переходить в контратаки и сковывать силы противника.

В ночь на 6 марта командующий 2-й армией отдал диспозицию продолжать выполнение плана прошедшего дня. Но японцы не дремали, и обстановка, естественно, изменилась. Каульбарс не принял этого в расчет, оценил обстановку неверно и нацелил в этот день 33 батальона Генгросса впустую - дивизии Ноги находились уже севернее. Кроме того, и силы для продолжения наступления выделялись недостаточные, уменьшенные по сравнению с первым днем наступления. Этого не выдержал начальник штаба главнокомандующего генерал Сахаров. В записке к Куропаткину он писал, что «необходимо просить командующего 2-й армией, чтобы он дрался действительно всей армией, а не очередными бойцами на глазах прочих войск, стоявших, как говорят, свидетелями прямо в изумлении от неполучения не только приказаний, но даже разрешения идти вперед». Главнокомандующий ограничился запиской к Каульбарсу, рекомендуя ему наступать всеми силами. Вместо того, чтобы принять решительные, суровые меры, бюрократы, верные себе до конца, продолжали заниматься сочинением бумажек. Никакой трагизм положения не мог повлиять на изменение стиля руководства войсками на войне чиновников в генеральских мундирах.

Каульбарс, возможно, даже не прочитал очередной записки Куропаткина. Наступление отряда Генгросса закончилось более чем печально. Отряд, намеревавшийся произвести охват левого фланга японцев, оказался охвачен сам справа 1-й и 9-й дивизиями и слева 7-й дивизией и был остановлен, а после больших потерь в районе Ташичао, по приказанию командующего армией, прекратил свои действия. Таким образом, наступление провалилось окончательно.

Ойяма в этот день продолжал усиливать армию Ноги частями из 1-й армии Куроки и из своего резерва, готовясь нанести решительный удар с западного направления.

Куропаткинский штаб вторично предупредил командующих армиями, чтобы они дали приказание об энергичном отводе всех тыловых учреждений и обозов к Телину. Готовилось общее отступление.

Поздно вечером Каульбарс отдал приказ подчиненным ему войскам, предлагавший 7 марта удерживаться на занимаемых ими позициях.

Японские армии, помогая Ноги, атаковали почти по всему фронту, сковывая силы русских корпусов. На фронте 3-й армии Бильдерлинга атакующие японцы из 4-й дивизии армии Нодзу были основательно потрепаны и отброшены на исходные позиции. Зато его 6-я дивизия, поддержанная сильнейшим огнем тяжелой артиллерии, после неоднократных попыток захватила укрепленный опорный пункт Ханченпу и, таким образом, оказалась на флангах 17-го армейского и 6-го Сибирского русских корпусов. Вечером 17-й корпус был отведен за Хуньхе.

Русская тяжелая артиллерия по приказу Куропаткина была снята с позиций и отправлена в тыл. Это говорило о подготовке к отступлению и не способствовало усилению стойкости солдат и офицеров в полках, батальонах и ротах, вот уже в течение двух недель мужественно отбивавшихся от наседавшего со всех сторон неприятеля.

Японцы продолжали сосредоточиваться к западу и северу от Мукдена и, обходя, теснить войска 2-й армии; у Куропаткина же иссякли резервы, к тому же еще пропала вера в своих подчиненных генералов и в благополучный исход сражения, поэтому главнокомандующий отдал приказ по армиям об отходе на основные укрепленные позиции к Мукдену и на востоке на правый берег реки Хуньхе. Отход 1-й и 3-й армий был осуществлен в ночь на 8 марта под прикрытием сильных арьергардов. 3-я армия заняла предмостное укрепление Мукдена и укрепления к востоку до селения Мучан; 1-я армия - Фулинскую и Фушунскую позиции по правому берегу Хуньхе. Эта мера в связи с сокращением фронта позволила высвободить в резерв главного командования до 40 батальонов, из них 24 - из армии Линевича.

В последующие дни обстановка осложнилась. Отряд Лауница вместо наступления оборонялся, успешно отражая слабые атаки японских подразделений на своем правом фланге и отступая назад на левом. При этом здесь повторилась старая история: шесть русских батальонов истекали кровью, а четырнадцать - из резерва Каульбарса, наблюдая за боем, бездействовали, потому что поблизости не было командующего, и никто другой не мог отдать приказа об оказании поддержки. К 10 марта отряд Лауница усилился до 51 батальона пехоты, 21½ сотни кавалерии и 132 орудий, но наступать не мог. Командир отряда не имел штаба, не знал боевых возможностей подчиненных ему войск, не имел представления, кто на что способен, не только не знал в лицо подчиненных ему командиров частей, но даже не знал их фамилий, а последние не знали соседей. Царила полная неразбериха, и немудрено, что отряд не мог оказать существенного влияния на ход сражения, явившись заслоном, да и то слабым. Но следует сказать, что солдаты этого отряда все же дрались с полной отвагой и ответственностью и на своем участке не допустили японцев к железной дороге, заставив их вновь повернуть на север, параллельно железнодорожному полотну.

Обстоятельства потребовали от Куропаткина дальнейшего удлинения фронта 2-й армии.

Из частей 1-й и 3-й армий был сформирован новый отряд (29 батальонов и 80 орудий) под командованием командира 8-го корпуса генерала Мылова, который, ввиду того, что его корпус был разобран по частям в другие отряды, ничем не командовал. Отряд Мылова, расположившись севернее Лауница, на позиции между деревнями Госинтунь и Унгентунь, по фронту до 7 км, получил задачу совместно с соседом слева перейти в наступление и отбросить японцев.

Ввиду полной дезорганизации командования и недостаточных мер, принятых штабами, Куропаткин узнал о прорыве японцев у Киузана только утром 10 марта, т.е. когда японские дивизии выходили уже в тыл 2-й и 3-й армиям, отходящим, правда, на Телин. Дело в том, что еще накануне главнокомандующий пришел к выводу, что обходившую правый фланг армию Ноги, с каждым днем усиливающуюся за счет резервов Ойямы и войск из других японских армий, удержать невозможно; она прорвется к железной и Мандаринской дорогам и поставит на край пропасти все русские войска. В связи с этим Куропаткин отдал приказ, предлагавший командующим армиям в ночь на 10 марта оставить занимаемые позиции и отходить на линию ст. Хушитай - Пухе - Суцан и далее на Телин.

Утром 10 марта японцы, появившиеся восточнее и юго-восточнее Тавы - Пухе, увидели массы русских войск, артиллерии, обозов, отступавших на север по всем дорогам и без дорог.

Куропаткин развил кипучую деятельность, рассылая всем, всем, всем приказ за приказом вперемешку с записками, кстати, не помогавшими делу и, как правило, оканчивавшимися словами: «Отсюда не видно. Действуйте по Вашему усмотрению». Наконец-то главнокомандующий предоставлял своим подчиненным полную самостоятельность и инициативу, но слишком поздно. Начался хаос. Связь и всякое взаимодействие между войсками прекратились. Только войска на флангах отступления по частной инициативе командиров рот, батальонов, полков и бригад оказывали упорное сопротивление японцам, на глазах которых уходили дезорганизованные дивизии и полки русских.

Куропаткин, на которого царь возлагал надежды, как на своего лучшего генерала, окончательно потерял всякий авторитет и в армии, и в стране. 17 марта царь отстранил его от главнокомандования, но оставил в действующих войсках и даже назначил командующим 1-й армией. Пост главнокомандующего занял генерал Линевич - семидесятилетний старик со множеством орденов и медалей, но с образованием, полученным им в Пехотном училище еще до реформы 1861 года. Линевичу, как известно, не пришлось проявить свои способности, но в армии никто не сомневался, что Куропаткин и Линевич стоят один другого.

Мукденское сражение, начавшееся 18 февраля и закончившееся 10 марта, развернулось на фронте до 130 км и в глубину до 75 км. По существу оно представляло собой совокупность многочисленных самостоятельных отдельных боев на разных участках огромного по тому времени фронта и велось в основном по плану японского главнокомандующего.

В сражении участвовало восемь армий с общим числом свыше 650 тыс. бойцов, имевших на вооружении, кроме личного оружия, до 2500 современных орудий (в том числе свыше 500 тяжелых), а также до 250 пулеметов и огромное количество боеприпасов. Русские артиллеристы произвели до 400 тыс. выстрелов. По окончании сражения на театре в их распоряжении оставалось еще в среднем по 414 снарядов на орудие. Были дни, когда на отдельных участках расходовалось по 500 снарядов на орудие и до 300 патронов на винтовку.

Считается, что Мукденское сражение явилось прообразом армейской операции будущих войн, и в этом его историческое место в развитии военного искусства.

Исход сражения означал полный провал «куропаткинской стратегии». Из-за отсутствия полководческих данных у Куропаткина, Каульбарса, Линевича и других были упущены благоприятные условия, складывавшиеся во время обхода Ноги и на левом фланге у Линевича, для нанесения японцам поражения. Русские начальники за год войны мало чему научились. Как и в начале ее, они плохо управляли войсками, не умели маневрировать на поле боя, не могли организовать подлинное взаимодействие родов войск, оставались совершенно неспособными к ведению активных действий, при обходах и охватах противником ограничивались пассивным загибанием своих флангов; заботясь о выполнении частных задач, они не понимали общих, главных. Безразличие, боязнь ответственности по-прежнему характеризовали большинство командного состава; всякие попытки к изжитию этой злокачественной болезни в корне пресекались Куропаткиным и командующими армиями; так было во всем бюрократическом аппарате империи.

В сложных условиях трехнедельных боев, когда требовалась высокая культура и оперативность штабной работы, русские штабы оставались канцеляриями, а не органами командования по управлению войсками.

Многочисленная и превосходная русская артиллерия, полностью овладевшая методом ведения огня с закрытых позиций, была использована командованием на второстепенных участках и не сыграла той роли, которую она могла блестяще сыграть. Обычно артиллерия оставляла оборонявшуюся пехоту без прикрытия в самый ответственный момент, когда противник приближался до 500-800 м: боялись поразить своих.

Кавалерия использовалась неправильно. Ей не ставились боевые задачи; она оказалась неспособной вести разведку боем, к концу сражения, вместо того чтобы прикрыть отступавшую пехоту, она первая ушла на север. Участник сражения генерал Баженов в своих воспоминаниях очень метко и коротко определил причины проигрыша сражения. Он писал: «...разгромом мы обязаны вовсе не японцам, атаки которых всегда с огромными для них потерями были отбиваемы нашими доблестными войсками; разгром этот произошел только вследствие чрезвычайной нераспорядительности начальников всех степеней и крайней бестолочи всех распоряжений. Главным виновником проигрыша сражения Куропаткин с полным основанием признал себя, заявив впоследствии, что он не проявил энергия и настойчивости в создании необходимого стратегического резерва, а по ложной тревоге из тыла, наоборот, ослабил армии для охраны железной дороги, что, не разобравшись в обстановке, не уяснив направления главного удара Ойямы и не посоветовавшись ни с кем, направил в 1-ю армию Линевича почти весь резерв, оставшись в нужную минуту без средств для противодействия обнаружившемуся обходу армии Ноги; не случись этого, он имел бы для парирования обхода два полноценных корпуса. Наконец, Куропаткин брал на себя всю ответственность за перемешивание частей и нарушение войсковой организации и признавал себя виновным в том, что в критический момент боя не принял на себя командования войсками на правом берегу Хуньхе и не организовал контрудара во фланг и тыл обходившего правый фланг противника. Наконец, бывший главнокомандующий жалел, что отдал приказ об отступлении на день позже необходимого. Если бы он сделал это вовремя, Мукден был бы похож на Ляоян: отступление без поражения.

Куропаткин воевал с пером в руках, вмешиваясь буквально во все: записки из его вагона сыпались беспрерывно, при этом он упускал главное - общее управление действиями всех трех Маньчжурских армий, руководство командующими.

Мукденское сражение явилось завершением многочисленных преступлений царизма, начавшихся сразу же после объявления войны. Бездарные генералы продемонстрировали на полях Маньчжурии полное игнорирование основ военного искусства, военную беспомощность самодержавия.

	К моменту решительного удара, когда многие русские корпуса уже находились в полуокружении, японцы окончательно выдохлись и, несмотря на то, что находились на флангах дезорганизованных, отступавших дивизий 2-й и 3-й армий, были неспособными замкнуть кольцо окружения, при этом оказались совершенно беспомощными японская кавалерия и артиллерия, кстати, не имевшая боевых припасов.

Очередное тяжелое военное поражение на Дальнем Востоке вызвало по всей России бурю негодования и еще более обострило политические противоречия между народом и царизмом. 

С каждым днем жизнь становилась тяжелее: в городах Центра, Прибалтики, Польши и Юга не прекращались забастовки, часто оканчивавшиеся схватками с полицией и войсками. Начались волнения в деревнях, запылали помещичьи усадьбы. Против взбунтовавшихся крестьян правительство посылало войска. В стране по существу шла вторая война, самодержавие воевало с народом.

После поражения под Мукденом против продолжения войны выступали все слои русского народа, от рабочих и крестьян до помещиков, вроде реакционера князя Мещерского и королей нефти братьев Нобель. Однако первые желали и требовали мира вместе с уничтожением самодержавия, вторые ратовали за мир, чтобы спасти самодержавие.


Заключение



После Мукденского сражения русская армия, сократившаяся численно и ощущавшая недостаток в боеприпасах, расположилась на так называемой Сыпингайской позиции, выбранной еще в 1903 году и до некоторой степени подготовленной в инженерном отношении. 1-я и 2-я японские армии в это время находились в районе Телина, 3-я армия стояла у Фокумина, 4-я - у Кайюана и 5-я - в верхнем течении реки Хуньхе.

Новый главнокомандующий генерал Линевич продолжал «стратегию» Куропаткина и стремился иметь как можно больше живой силы, чтобы численностью задавить неприятеля, уже потерявшего в боях свои лучшие кадры. Воинственно настроенный на словах и ничего не предпринимавший на деле, он ежедневно писал в Петербург, умоляя царя прислать ему молодых солдат; чтобы разжалобить монарха, генерал в своих донесениях чуть ли не вдвое увеличивал потери войск под Мукденом.

Царское правительство, уверенное, что эскадра Рожественского завладеет морем в апреле - мае, усиленно продолжало укреплять Маньчжурские армии всем необходимым для наступления. Достаточно сказать, что только за вторую половину мая на Дальний Восток прибыло 70 700 человек укомплектований (главным образом солдат срочной службы).

Японские армии, нарыв сотни километров окопов и оградившись сетью проволочных заграждений, не проявляли никакой активности. Ойяма не предполагал продвигаться севернее и развязывать новое большое сражение. Он не был уверен, что в этих условиях японские армии не потерпят поражения (русские продолжали усиливаться), а одержанные им победы не приведут к значительному сокращению ресурсов, необходимых для дальнейшей более трудной борьбы. Кроме того, он был в курсе усиленной дипломатической подготовки к заключению мира, ведущейся японским правительством, которое также не решалось рисковать на поле боя. Военные действия на театре с обеих сторон ограничивались поисками разведчиков, если не считать кавалерийского рейда, произведенного в тыл японцам и окончившегося, как и декабрьско-январский рейд на Инкоу, без особенных результатов.

В июле японцы при поддержке специальной эскадры, состоящей из двух броненосцев, семи крейсеров, двух канонерских лодок и 30 миноносцев, высадили на острове Сахалин 12 батальонов пехоты, эскадрон кавалерии и 3 батареи, всего около 14 тыс. боевых единиц. Сахалину русское правительство не придавало значения и там почти не оказалось регулярных войск. Губернатор острова Ляпунов, юрист по специальности, наскоро создал несколько отрядов из заключенных и местных поселенцев и принял над ними командование.

Борьба не могла быть длительной. Часть заключенных при первых столкновениях с японцами разбежалась, остальные люди, плохо вооруженные, оказали слабое сопротивление. Не помогли и партизанские действия, которые Ляпунов пытался организовать. Японцы захватили Сахалин ценой четырехсот убитых и раненых.

Потерпев поражение на суше и на море, царизм из-за гнилости политической системы и военной отсталости, а также из-за внутриполитической обстановки и сильнейшего нажима иностранных империалистов оказался не в силах продолжать непопулярную войну на Дальнем Востоке. Авантюристская политика русского царизма на Дальнем Востоке закончилась крахом. Но не русский народ ответственен за эту захватническую войну, ее вело русское самодержавие вопреки интересам народа. Не народ, а самодержавие опозорило себя. Попытки буржуазно-дворянских исследователей и историков войны свалить вину за проигрыш войны на отдельных генералов, на плохую оснащенность техникой вооруженных сил, на армию и флот имели целью в какой-то степени оправдать самодержавие, обелить гибнувшую общественную формацию, уходившее с исторической сцены феодальное дворянство.


Список литературы



	Русско-японская война / Ред. И.И. Крушанова// История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма (XVII в. - февраль 1917г.).- М.; Наука, 1990.- С. 295-308.

	Захаров С.Е. Русско-японская война / С.Е. Захаров, М.Н. Захаров, В.Н. Багров, М.П. Котухов //Тихоокеанский флот. - М., 1966.- гл.3. - С. 30-64.

	Владивосток (1860-1907гг.): (Сборник исторических документов)/ Сост. Г.М. Воронкова и др.; Ред. А.И. Крушанов; Арх. отд. УВД Прим. крайисполкома. - Владивосток: Примиздат 1960. – 220 с.

	В русско-японской войне //Краснознаменный Тихоокеанский флот. - 3-е изд. - М., 1981. - гл.3. - С.28-59.

	Русско-японская война 1904-1905гг. //Встречь солнца: История освоения Дальнего Востока: Фотоальбом. Владивосток, 1998. - С. 257-269.

	Энциклопедия для детей Т.5. История России и ее ближайших соседей Ч.З. ХХ век/Ред. М.Д. Аксенова. - З-е, перераб. и испр. изд. - М.: Аванта Плюс, 1999. - 702с.

	Кожевников В.В. Российско-японские отношения в ХII -ХIХ веках: [Учеб. пособие] - Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 1997. – 112 с.

	История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945. В 6т. Т.5. Победоносное окончание войны /Ин-т марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. - М.: Воениздат, 1963. – 648 с.

	Эндаков Д.Н. Русско-японская война /Д.Н. Эндаков //Русский флот на Тихом океане (XVII-ХХ вв.).- Владивосток, 1989. - С. 97-120.

	Смирнов А. Недоразумения из Интернета: [Новые мифы о русско-японской войне] /А. Смирнов// Родина.- 2004. - № l. - С. 63-65.

	Вихров А. Пропавшая армия/А. Вихров//Родина. -2004. №1. - С. 59-62.

	Айрапетов О. Бесшабашная бестолочь: [Армия, общество и "колниальная война"] /О. Айрапетов //Родина.- 2004. - № l. - С. 51-57.

	Курмазов А. Проигранная война /А. Курмазов //Владивосток. - 1999. - 5 фев. - С.21.

	Шолох Е. Знаки доблести и мужества: Русско-японская война в боевых наградах/Е. Шолох//Утро России. - 1995. - 7 сент. - С.З.

	Бирюков Ю. "В битве врагу не сдались - пали за русскую честь: история создания песни "Плещут холодные волны" /IO. Бирюков //Родина. - 2004.- № 1. - С.88-90.

	Айрапетов О.Р. Русская армия на сопках Маньчжурии /О. Р. Айрапетов//Вопросы истории. - 2002. - №1. - С.64-82.

	Филатов Ю. Трагедия русской армии: 90 лет назад во Владивосток возвратилось боевое знамя одного из полков, разгромленных в русско-японской войне /Ю. Филатов //Владивосток. - 2003.- 20 марта. - С.6.

	Каширин В. "Русский Мольтке" смотрит на Восток: Дальневосточные планы Главного штаба /В. Каширин //Родина. - 2004. - №1. - С.38-44.

	Ганин А. "Зажглась кровавая заря": Оренбургские казаки на сопках Маньчжурии /А. Ганин//Родина. - 2004.- #1. - С.68-73.

	Коваль А. Тускнеющая доблесть Порт-артура /А. Коваль//Родина. - 2004. -№1. - С.87-88.

	Дейч М. Порт-Артур не пал, Порт-Артур сдал генерал Стессель; как сдали ту войну большевики и "новые демократы" /М. Дейч//Боевая вахта. - 1995. - 16 фев. - С.3.

	Ермаченко И. "В борьбе с какою-то азиатской дрянью...": Шпиономания в годы русско-японской войны /И. Ермаченко//Родина. -2004. - №1. - С.76-79.

	Схиммельпенник ван дер Ойе, Д. Шапками не закидали: русская военная разведка на Маньчжурском фронте / Д. Схиммельпенник ван дер Ойе //Родина.- 2004. -№1. - С. 34.-37.

	"У меня розы цветут в комнате...": Любовные письма из Действующей армии //Родина. - 2004. - №1.- C. 45-50.