Россия в период петровских преобразований

39



	

	ОГЛАВЛЕНИЕ

	

	

		ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………                                                                                      

		

	

	РОССИЯ В ПЕРИОД ПЕТРОВСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ…      

	

	

	Сословные реформы……………………………………..

	Меры относительно дворянства………………..

	Меры по отношению к крестьянам……………..

	Меры относительно городского сословия…….

	Административные реформы…………………………...

	Создание Сената………………………………….

	Учреждение коллегий…………………………….

	Реформа областного управления……………...

	Военное устройство………………………………………

	Развитие народного хозяйства………………………….

	Меры по отношению к промышленности……..

	Сельское хозяйство………………………………

	Меры по отношению к торговле………………..

	Церковная реформа………………………………………

	Культура Петровской эпохи……………………………..

	

	

	ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………...

	

	

	СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ…………………………………………..

	

	

	ПРИЛОЖЕНИЯ……………………………………………………..

	

	







3





3





5

5

9

11

12

12

14

15

16

18

18

19

19

20

23



24



27



28

	Россия в конце XVII в. представляла собой огромную страну, границы которой простирались от берегов Тихого океана на востоке до Ладожского озера на западе. Территорию севера Европейской России и огромные пространства тундры и тайги Сибири омывали воды Северного Ледовитого океана. Плодородные земли Юга, Дикое поле еще не были вовлечены в хозяйственный оборот. Основная масса населения России размещалась на малоплодородных землях Нечерноземья.

	Низкий удельный вес городского населения (2%) свидетельствовал о невысоком уровне развития промыслов, сосредоточенных в то время в городах.

	Не способствовала процветанию России и ее оторванность от морских путей сообщения. Балтийское море шведы считали в XVII в. своим озером, и почти все его побережье находилось под их контролем. Россия не располагала выходом к морю и на юге: устье Дона контролировали османы, выход в Черное море через Днепр сторожил османская крепость Очаков. Что касается Каспийского моря, то хотя Астрахань и обеспечивала беспрепятственный к нему выход, однако страны, расположенные на его берегах, стояли в стороне от  центров цивилизации.

	Единственным торговым городом, связывавшим Россию со странами Западной Европы, был Архангельск. Однако он имел ограниченное значение для внешней торговли страны: во-первых, он был удален как от главных экономических центров России, так и от основных европейских портов, во-вторых, Северная Двина и Белое море большую часть года скованы льдом, и плавание по ним сопряжено с опасностями.

	Тем не менее и в этой неблагоприятной обстановке в России наблюдались хотя и медленные, но все же заметные сдвиги как в экономике, так и в политической и культурной жизни. Появились первые мануфактуры, которых в металлургии в конце столетия насчитывалось 10-12. Под Москвой был сооружен первый корабль «Орел», предназначавшийся для охраны русских купцов в Каспийском море. Его переправили для оснастки и вооружения в Астрахань. Были организованы полки «нового строя». Возникло первое высшее учебное заведение – Славяно-греко-латинская академия. И хотя в академии преобладало преподавание церковных дисциплин, ее создание явилось признанием значения знаний в жизни общества.

	Свидетельством укрепления экономических и культурных связей с Западной Европой явился рост Немецкой слободы, населенной ремесленниками, торговцами, докторами, офицерами.

	Предпосылки преобразований прослеживались и в политической жизни России: в1653 г. был созван последний Земский собор. В стране создавались условия для оформления абсолютизма.

	Еще одно новшество в политической жизни состояло в изменении состава высших правительственных учреждений – Боярской думы и приказов. В ряды думных чинов и руководителей приказов проникали лица не аристократического происхождения: порода хотя и медленно, но все же отступала под натиском таланта, знаний и призвания. 

	Мысль о созревании в обществе предпосылок для преобразований четко и образно высказал знаменитый русский историк С.М. Соловьев: «Необходимость движения на новый путь была сознана; обязанности при этом определялись; народ поднялся и собрался в дорогу; но кого-то ждали; ждали вождя; вождь появился». Этим вождем оказался Петр Великий. 

	Актуальность выбранной мною темы очевидна, так как данный период истории наглядно показывает, как за короткое время достичь положительных результатов в деле преобразования экономической, политической и социальной жизни страны.

	В первой четверти XVIII в. политика российского государства была нацелена на превращение страны в великую европейскую державу с тем, чтобы ответить на исторический вызов модернизирующейся Европы. Создав сильную армию и обеспечивающий ее военно-промышленный комплекс, внедрив организационно-технические формы и основы европейского образования, Петр сделал Россию великой с точки зрения военного могущества.

	Цель курсовой работы состоит в анализе реформаторской деятельности Петра во всех ее направлениях, в определении значения петровских реформ, а также в подведении итогов развития страны в первой четверти XVIII века.

	Данная цель достигается путем характеристики реформ, проведенных Петром в социально-экономической, политической и культурной сферах жизни российского общества.

	В работе подводится итог преобразовании первой четверти XVIII в., раскрывается их значение. 

	Предметом исследования моей работы являются реформы, проводимые в период правления Петра I в России.

	Объектом исследования стала Россия в первой четверти XVIII века.

	В ходе проведенного мною исследования использовался ряд методов, в том числе, метод научного наблюдения за процессом социально-экономических, политических и культурных преобразований в первой четверти XVIII века; метод научного анализа и синтеза в характеристике и подведении итогов реформ Петра I .

	В ходе войны Петр решал проблему реорганизации армии и военно-промышленного комплекса страны, а это привело к изменению всего жизненного уклада России. Преобразовательные меры следовали в том порядке, в каком их диктовали потребности, связанные с войной. Логический путь, пройденный реформами Петра, следующий:

	Война требует войска – значит, надо создать армию, одеть, прокормить ее, пополнять постоянную значительную убыль в войсках, обзавестись артиллерией, возвести крепости и прочее – следовательно, необходимо проводить военную реформу.

	Содержание армии требует денег – значит, необходима финансовая реформа.

	Армии нужны солдаты и офицеры – значит, следует изменить систему несения воинской повинности, распределять ее тяготы между сословиями, отсюда – необходимость реформы сословной.

	Войску нужно материальное обеспечение, стало быть, необходимо наладить производственную деятельность, поэтому принимаются меры экономического и коммерческого характера.

	Чтобы обеспечить выполнение этих реформ, необходим государственный аппарат, значит, следует проводить реформу управления.

	Военное дело, управление, экономика требовали людей с определенным опытом и  знаниями, отсюда – меры просветительского характера.

	Для нашей цели – изучить содержание преобразований Петра – гораздо удобней систематический обзор реформ. Мы рассмотрим их в таком порядке:

	меры относительно сословий;

	меры относительно управления;

	военное устройство;

	меры для развития народного хозяйства;

	меры относительно церковного управления;

	культурное развитие страны.

	Проведенные Петром Великим меры относительно сословий многим кажутся полной реформой всего общественного строя; на самом же деле Петр не изменил основного положения сословий в государстве и не снял с них прежних сословных повинностей. Он дал только новую организацию государственным повинностям разных сословий, поэтому несколько изменилась и организация самих сословий, получив большую определенность. Одно только малочисленное на Руси городское сословие существенно изменило свое положение благодаря исключительным заботам Петра о его развитии. Рассмотрение законодательных мер по отдельным сословиям покажет нам справедливость высказанного положения.

	Дворянство в XVII являлось высшим общественным классом; оно было повинно государству личной, преимущественно военной службой и в воздаяние за ее пользовалось правом личного землевладения (вотчинного и поместного); с вымиранием старого боярства дворянство получало все большее и большее административное значение; из него выходила почти вся московская администрация. Таким образом, дворяне были до Петра классом военным, административным и землевладельческим. Но как военный класс дворянство в XVII в. не удовлетворяло уже потребностям времени, потому что нестройные дворянские ополчения не могли бороться с регулярными европейскими войсками; в то же время дворянские войска отличались плохой подвижностью, медленно собирались: с успехом они могли нести только местную оборонительную службу на границах. Московское правительство, поэтому стало заводить в XVII в. регулярные полки, набирая в них солдат вербовкой из «гулящих людей» (но и эти полки имели свои недостатки). В них дворянство являлось уже в качестве офицеров. Таким образом, военная повинность дворянства уже до Петра нуждалась в переустройстве. В качестве администраторов допетровские дворяне не обладали никакой специальной подготовкой и не оставались постоянно в гражданских должностях, потому что тогда не существовало разделения военных и гражданских должностей. Если, таким образом, дворянские повинности государству были организованы неудовлетворительно, то дворянское землевладение, напротив, чем далее, тем более развивалось. Дворяне в конце XVII в. (1676 г.) достигли права наследовать поместья по закону, как прежде наследовали их по обычаю; с другой стороны власть помещиков над крестьянами росла более и более,- дворяне совершенно сравняли  своих крестьян с холопами, посаженными на пашню («задворные люди»).

	Петр задался мыслью дать лучшую организацию службе дворян и достиг этого таким образом: он со страшной строгостью привлекал дворян к отбыванию государственной службы и, как прежде, требовал бессрочной службы, пока хватало сил. Дворяне не должны были служить в армии и флоте; не более одной трети от каждой «фамилии» допускалось к гражданской службе, которая при Петре  обособилась от военной. Подрастающих дворян требовали на смотры, которые часто производил сам государь в Москве или Петербурге. На смотрах или определяли в тот или другой род службы, или посылали учиться в русские и заграничные школы. Первоначальное образование сделано было обязательным для всех молодых дворян. Они должны были до 15 лет обучиться грамоте, цифири и геометрии в специально для того устроенных школах при монастырях и архиерейских домах. Уклонявшийся от обязательного обучения терял право жениться. Из указа о единонаследии от 23 марта 1714 г.: «…учить всех грамоте, а мужской пол и цыфирному счету, также и наукам, к которым приклонность будет, кто иметь». Поступая на службу, дворянин делался солдатом гвардии или даже армии. Он служил вместе с людьми из низших классов общества, которые поступали по рекрутским наборам. От его личных способностей и усердия зависело выбиться в офицеры; личная заслуга выдвигала в офицеры и простого крестьянина-солдата. Ни один дворянин не мог стать офицером, если не был солдатом; но всякий офицер, кто бы он ни был по происхождению, становился дворянином. Так, вполне сознательно Петр поставил основанием службу личную выслугу вместо старого основания – родовитости. Но это не было новостью, личная выслуга признавалась уже и в XVII в., Петр дал ей только окончательный перевес, и это пополнило ряды дворянства новыми дворянскими родами. Вся масса служилых дворян была поставлена в прямое подчинение Сенату вместо прежнего Разрядного приказа, и Сенат ведал дворянство через особого чиновника «герольдмейстера». Прежние дворянские «чины» были уничтожены (прежде они были сословными группами: дворяне московские, городовые, дети боярские). Вместо них появилась лестница служебных чинов (собственно должностей), определенная известной «Табелью о рангах» 1722 г. (приведена в таблице).  Закон состоял из расписания новых чинов по 14 классам или рангам и 19 пояснительных пунктов к этому расписанию. К каждому классу порознь были приписаны вновь введенные чины воинские (в свою очередь подразделявшиеся на сухопутные, гвардейские, артиллерийские и морские); статские и придворные. Содержание пояснительных пунктов сводится к следующему. Принципы императорской крови имеют при всяких случаях председательство над всеми князьями и «высокими служителями российского государства». За этим исключением, общественное положение служащих лиц определяется чином, а не породой. За требование почестей и мест выше чина при публичных торжествах и официальных собраниях полагается штраф. Также полагается штраф и за уступку своего места лицу низшего ранга. Лица, состоявшие на иноземной службе, могут получить соответствующий чин не иначе как по утверждению за ними «того характера, который они  в чужих службах получили». Сыновья титулованных лиц и вообще знатнейших дворян, хотя и имеют в отличие от других, свободный доступ к придворным ассамблеям, но не получают никакого чина, пока «отечеству никаких услуг не окажут, и за оные характера не получать». Гражданские чины, как и военные, даются по выслуге лет или по особым знатным – служебным заслугам. Каждый должен иметь экипаж и ливрею сообразные своему чину. Публичное наказание на площади, а равно и пытка, влекут за собой утрату чина, который может быть возвращен лишь за особые заслуги именным указом, публично объявленным. Замужние женщины «поступают в рангах по чинам мужей их» и подвергаются тем же штрафам за проступки против своего  чина. Девицы считаются на несколько рангов ниже своих отцов. Все, получившие по 8 первых рангов, по статскому или придворному ведомству, причисляются потомственно к лучшему старому дворянству, «хотя бы и низкой породы были»; на воинской службе потомственное дворянство приобретается получением первого обер-офицерского чина, причем дворянское звание распространяется только на детей рожденных уже по получению отцом этого чина; если по получению чина детей у него не родится, он может просить о пожаловании дворянства одному из преждерожденных его детей. При введение в действие Табеля древние русские чины – бояре, окольничьи и т. п. – не были формально упразднены, но пожалование этим чинам прекратилось.

	Таким образом, служба дворян стала правильнее и тяжелее; поступая в полки, они отрывались от местности, были регулярным войском; служили без перерывов, с редкими отпусками домой, и не могли укрываться легко от службы. Изменилась, словом, организация государственной повинности дворян, но существо повинности (военной и административной) осталось прежним.

	Зато прочнее стало вознаграждение за службу. При Петре мы уже не видим раздачи поместий служилым людям; если кому-нибудь дается земля, то в вотчину, т. е. в наследственную собственность. Кроме того, законодательство Петра превратило и старые поместья в вотчины, расширив право распоряжаться ими. При Петре закон уже не знает различия между поместным и вотчинным владением: оно различается только по происхождению. Кто не может доказать право собственности на землю, тот вотчинник; кто помнит, что его наследственная земля принадлежит государству и отдана его предкам во владение, тот помещик. Но, превратив законом поместья в вотчины, Петр на вотчины смотрел как на поместья, считая их владениями, существующими в интересах государства. Прежде для государственной пользы не дозволялось дробить поместья при передаче их в потомство. Теперь Петр в тех же видах распространил это правило на вотчины.  Указом о единонаследии от 23 марта 1714 г. он запретил дворянам дробить земельные владений при завещании сыновьям. «Кто имеет несколько сыновей, может отдать недвижимое одному из них, кому хочет»,- говорил указ. Лишь тогда, когда не было завещания, наследовал старший сын. Но помимо расширения землевладельческих прав, сделавших более прочным обладание поместьями, дворянство при Петре крепче завладело и крестьянами. Этот вопрос об отношении дворян к крестьянам приводит нас к общему вопросу о положении последних при Петре. 

	Мы уже видели, что созданное в XVII в. прикрепление крестьян к земле на практике в конце века перешло в личную зависимость крестьян от землевладельцев. Крестьяне, как холопы, продавались без земли. В то же время личные зависимые люди – холопы – по воле господ садились на пашню и своей жизнью и хозяйством ничем не отличались от крестьян. Правительство еще до Петра заметило таких холопов («задворных людей») и облагало их наравне с крестьянами государственными податями. Выходило так, что землевладельцы стремились сравнять крестьян с холопами, а правительство – холопов с крестьянами. Результатом этого было то обстоятельство, что и холопы и крестьяне чрезвычайно сблизились между собой на деле, хотя строго различались по закону. Петр застал это положение и смешал крестьянство с холопством в один податной и зависимый от землевладельцев класс.

	Смешение крестьян и холопов произошло не на основании прямого об этом закона, а как следствие податной реформы Петра. До Петра прямые подати взимались или с обработанной земли, или со двора. Петр вместо поземельной и подворной подати ввел подушную. По новейшим исследованиям, это произошло так: Петр  желал разместить армию на постоянные квартиры в различных губерниях и содержание полков возложить на население того округа, где стоял полк. Для этого признано было нужным сосчитать сумму, необходимую для содержания полка; перечислить всех податных лиц в округе и рассчитать, сколько каждое лицо повинно было внести денег на содержание войска. С1718 по 1722 г. г. проводилась перепись податного населения и ее проверка – «ревизия»; сперва писали крестьян и холопов пахотных, потом стали писать в «сказки» и непахотных зависимых людей; наконец, стали записывать и гулящих (не приписанных к сословиям) людей. Эта перепись получила официально название «ревизских душ». Всякая ревизская душа облагалась одинаковой податью, а ответственность в исправном поступлении подати возлагалась на землевладельца. Таким образом, землевладелец получал совершенно равную власть и над крестьянином, и над холопом.

	Проведенная ревизия и связанная с ней податная реформа имели троякое значение: финансовое, социальное и полицейский. Финансовое значение состояло в том, что она позволила перейти от подворного обложения к подушному.

	На крестьян было возложено содержание армии, а на посадских – флота. Крестьяне-налогоплатильщики платили 74 копейки, а налог с посадских составлял 1 рубль 14 копеек.

	В целом доход государства по смете 1724 г. по сравнению с 1680 г. увеличился в три раза. Но это не значит, что налоговый гнет давил с тройной силой: на рост доходов немаловажное влияние оказывало значительное увеличение численности налогоплательщиков, а также возросшие поступления от развивавшихся промышленности и торговли.

	Социальное значение податной реформы состояло в том, что она стала важнейшей после Уложения 1649 г. вехой в развитии крепостного права. Если Уложение оформило крепостное право для основной массы сельского населения, то податная реформа распространила крепостную зависимость на слои населения, которые либо были свободными (гулящие люди), либо имели возможность обрести свободу после смерти господина (холопы). И те и другие становились навечно крепостными.

	Третий аспект ревизии – полицейский – состоял во введении в стране паспортной системы. Каждый крестьянин, уходивший на заработки дальше 30 верст от постоянного места жительства, должен был иметь паспорт с указанием срока возвращения домой. Паспортная система затрудняла перемещение сельского населения и на долгие годы затормозила формирование рынка рабочей силы. Она облегчила борьбу с бегством, в чем и состояло ее главное назначение: всякий, кто не имел паспорта, подлежал задержанию и выяснению личности в воеводской канцелярии.

	Не одни владельческие крестьяне составляли крестьянское сословие. Кроме них в качестве податного класса граждан при Петре существовали:

	крестьяне черные или черносошные, жившие на государственных черных землях и оставшиеся при Петре в том же свободном состоянии, в каком были ранее;

	крестьяне монастырские, при Петре изъятые из управления монастырей и переданные в казенное управлении, а потом в ведение Синода (впоследствии они получили название экономических, потому что были переданы в коллегию экономии);

	крестьяне дворцовые, обязанные различными повинностями ведомству двора государева;

	крестьяне, приписанные к фабрикам и заводам; этот разряд крестьян создан был указом Петра 1721 г., которым разрешалось владельцам фабрик (и дворянам, и недворянам) покупать деревни и людей к фабрикам;

	однодворцы – класс измельчавших служилых землевладельцев, когда-то поселенных по южным, преимущественно, границам Московского государства для их защиты. При Петре они были записаны в ревизские «сказки», платили подушные подати, но сохраняли право личного землевладения и владения крестьянами.

	Городское сословие, состоявшее в XVII в. из торговых людей (купечества) и посадских (городских податных обывателей) было замкнуто лишь в половине XVII в. и было ничтожно своей численностью. Петр же в городском промышленном классе видел, по примеру западных меркантилистов, главный фактор народного богатства. Понятно, какие старания должен был он приложить к тому, чтобы поднять городской класс до желаемой степени развития. В глазах Петра к такому поднятию должна была вести и правильная организация городского сословия, которая позволила бы городам преуспевать в торговле и промышленности. Еще в 1699 г. он дал городам самоуправление, но Бурмистерские палаты не создали никакой организации сословию, их избиравшему. Этой организации города достигли лишь в конце царствования Петра. 

	Руководствуясь западноевропейскими формами городского устройства, Петр в начале 1720 г. учредил в Петербурге Главный магистрат, которому поручил ведать городское сословие повсеместно, и дал Магистрату в следующем году регламент, в котором изложены были основания городского  устройства. Города разделялись по числу жителей на 5 классов; граждане каждого города – на два основных класса: граждан регулярных и нерегулярных. 

	Регулярные граждане делились на две гильдии: к первой гильдии принадлежали банкиры, купцы, доктора и аптекари, шкиперы, живописцы и ювелиры, художники и ученые. Вторую гильдию составляли мелочные торговцы и ремесленники, объединенные в цехи.

	Нерегулярными гражданами были «подлые», т.е. низкого происхождения люди (чернорабочие, наймиты, поденщики).

	Лица иных сословий (духовные, дворяне, крестьяне), живущие постоянно в городе, в число граждан не входили, только «числились в гражданстве» и не участвовали в городском самоуправлении.

	Городом управляла выборная коллегия – магистрат. Ее избирали из своей среды только регулярные граждане. Подлые же люди избирали своих старост, представлявших их интересы в магистрате. Магистрат, подчиненный Главному Магистрату, ведал хозяйство города, смотрел за порядком. Главной его целью было развитие торговли и промыслов; в его руках находилась большая власть. Под ведением магистрата было цеховое управление: во главе каждого ремесленного цеха стоял старшина (альдерман), выбранный из мастеров; на его руках было управление цеховыми делами. На звание мастера-ремесленника нужно было сдавать экзамен; без экзамена нельзя было открыть никакого производства.

	Дав городскому сословию стройную организацию, Петр не только оставил ему все старые льготы, какими горожане пользовались до него, но и дал новые. Регулярные граждане, хотя и сохранили характер тяглого сословия, но были избавлены от обязательной рекрутской повинности; в 1722 г. Петр снял с горожан и личную службу по казенным надобностям, которой горожане тяготились до Петра; наконец, горожане получили право владеть крепостными людьми и землей наравне с дворянством, если были фабрикантами или заводчиками. Таким образом, Петр создал городскому сословию довольно привилегированное положение. Он внес в городской быт совершенно новую организацию. 

	Итак, обзор сословных реформ показывает нам, что Петр многое изменил в сословной жизни и отношениях. Дворянство стало правильнее служить и получило хорошее обеспечение за свою службу; крестьянство слилось с холопством в одну податную категорию и, не теряя гражданской личности, стало под личную власть помещика; горожане получили организацию, право самоуправления и некоторые привилегии. Внешние формы общественных отношений очень изменились; но в существе общественный строй остался старым; государство сохранило свой землевладельческий и военный характер, дворянство – свое высокое административное и экономическое положение, крестьяне по-прежнему относились к государству через землевладельцев; а городскому сословию по-прежнему принадлежала далеко не главная роль в развитии народного хозяйства.

	Административные реформы развивались так же, как и сословные меры, без строгой системы, путем частных нововведений в центральном и местном управлении. Однако можно заметить, что сначала внимание Петра было занято преимущественно переустройством областных учреждений, а затем перешло на организацию центрального управления. Это видно уже из простого хронологического перечня крупных постановлений Петра в сфере администрации. В 1702 г. произошло уничтожение старых губных старост и замена их воеводами, управлявшими совместно с присутствием из выборных (от уезда) дворян; в 1708 г. последовало разделение России на губернии (которые делились на уезды), во главе которых были поставлены губернаторы. При них в качестве советников и помощников были учреждены с 1713 г. ландраты (выборные от дворян); кроме ландратов дворяне в каждом уезде для управления уездом избирали земского комиссара. В 1719 г. ландраты были уничтожены, но земские комиссары остались; государство вновь было поделено на 12 губерний, губернии – на провинции, а провинции – на уезды. Крупные реформы в центральном управлении начались лишь с 1711 г. В этом году был учрежден Сенат. В 1718 г. устроены коллегии; в 1721 г. окончательно установлена должность генерал-прокурора. 

	В систематическом изложении созданная Петром администрация представляется в таком виде (показана на рис. 1.).

	Во главе всего управления с 1711 г. стоит Сенат. Около 1700 г. старая Боярская дума исчезает как постоянное учреждение и заменяется ближней канцелярией государя, в которой иногда происходит совещание бояр. Во время своих беспрестанных поездок ведение государственных дел в Москве Петр поручал нескольким доверенным лицам из старых думных чинов. Но в 1711 г., отправляясь в Прутский поход, Петр вверяет государство вновь основанному учреждению – Сенату. Его существование, как объявлял сам Петр, вызвано именно «отлучками» государя, и Петр повелевал всем слушаться Сената, как его самого. Таким образом, миссия Сената сначала была временной. Он заменял собой:

	старые думские комиссии, назначаемые для того, чтобы в отсутствие государя «Москву ведать», и

	постоянную «Расправную палату», бывшую как бы судебным департаментом Боярской думы.

	Но с возвращением Петра к делам Сенат не был упразднен, а стал постоянным учреждением, в организации которого при Петре замечают три фазиса:

	С 1711 до 1718 г. Сенат был собранием лиц, назначенных специально для присутствия в нем;

	с 1718 по 1722 г. Сенат делается собранием президентов коллегий;

	с 1722 г. Сенат получает смешанный состав, в него входят некоторые президенты коллегий (военной, морской, иностранной) и в то же время в мен есть сенаторы, чуждые коллегиям.

	Ведомство Сената состояло в контроле над администрацией, в разрешении дел, выходящих из компетенции коллегий, и в общем направлении административного механизма. Таким образом, Сенат был высшим административным органом в государстве. Ему, в последние годы Петра, присвоена была и судебная функция: Сенат стал высшей судебной инстанцией.

	Должность генерал-прокурора должна была, по мысли Петра, служить связью между верховной властью и центральными органами  управления и средством контроля над Сенатом. Петр испытал много средств контроля: сначала за Сенатом следил генерал-ревизор (1715 г.),  затем в Сенате дежурили, с целью ускорения дел и охранения порядка на заседаниях, штаб-офицеры гвардии (1721 г.); средством контроля были и обязательные протоколы заседаний; наконец, была учреждена прокуратура. Генерал-прокурор докладывал государю дела Сената, а Сенату передавал волю государя; он мог остановить решение Сената; указы Сената получали силу лишь с его согласия; он следил за исполнением этих указов (иначе говоря, за всей администрацией); также он начальствовал над канцелярией Сената. Под его прямым начальством действовали и другие агенты правительственного надзора: обер-прокуроры и прокуроры при коллегиях и в губерниях (параллельно с ними действовали и лица тайного надзора – обер-фискалы и фискалы). Такое значение генерал-прокурора сделало его самым властным лицом во всей администрации. Современники считали генерал-прокурора начальником Сената и первым лицом в империи после монарха. Такой взгляд разделяется и теперь теми, кто склонен принижать значение Сената. 

	Под ведением Сената стоял ряд центральных учреждений – коллегий, они были учреждены в 1718 г. и окончательно сформированы в 1720 г. Коллегии заменили собой старые приказы. С учреждением Сената, постепенно усваивавшего себе функции главных приказов, последние заменялись «столами» Сената; мелкие же приказы превращались в канцелярию и конторы разных наименований и сохраняли прежнюю организацию. Приблизительно с 1711 г. Петр задумал устроить центральное управление по западноевропейским образцам. Вполне сознательно он желал перенести на Русь шведское коллегиальное устройство. За границу были посланы люди для изучения бюрократических форм и канцелярской практики; из-за границы выписывали опытных канцеляристов, чтобы организовать с их помощью новые учреждения. Но этим иностранцам Петр не давал в коллегиях начальнического положения, и они не поднимались выше вице-президентов; президентами же коллегий назначались русские люди.

	С 1719 г. коллегии начали свою деятельность, и каждая сама для себя составляла устав, определяющий ее ведомство и делопроизводство (эти уставы получили название регламентов). Всех коллегий учреждено было 12: 1) Коллегия иностранных дел, 2) Коллегия военная, 3) Коллегия адмиралтейская (морская), 4) Штатс-коллегия (ведомство расходов), 5) Камер-коллегия (ведомство доходов), 6) Юстиц-коллегия (судебная), 7) Ревизион-коллегия (финансовый контроль), 8) Коммерц-коллегия (торговля), 9) Мануфактур-коллегия (промышленность), 10) Берг-коллегия (горное дело), 11) Вотчинная коллегия (промышленность), 12) Главный Магистрат (городское управление). Последние три коллегии были образованы позже остальных. Вновь основанные учреждения не заменили, однако, всех старых приказов. Приказы продолжали существовать или под именем канцелярий, или под прежним именем приказов (Медицинская канцелярия, Сибирский приказ).

	Коллегии были подчинены Сенату, который посылал им свои указы; в свою очередь, местные органы управления были ниже коллегий и повиновались им. Но, с одной стороны, не все коллегии одинаково подчинялись Сенату (военная и морская были самостоятельнее прочих); с другой стороны, не все коллегии имели отношение к областным органам управления. Над провинциальными властями, в качестве прямой высшей инстанции, стояли только Камер- и Юстиц- коллегии и Главный Магистрат. Таким образом, и центральные и местные органы управления не имели строгой и стройной иерархии.

	Каждая коллегия состояла, как и приказ XVII в., из присутствия и канцелярии. Присутствие состояло из президента, вице-президента, советников, асессоров и 2 секретарей, которые были начальниками канцелярий. Всего в присутствии было не более 13 человек, и дела решались большинством голосов.

	Система коллегий значительно упростила прежнюю путаницу ведомств, но не уничтожила того смешения личного начала с коллегиальным, которое лежало в основании прежнего центрального управления. Как и в приказах при их коллегиальной форме личное начало выражалось деятельностью властного председателя, так и в коллегиях влиятельные президенты и приставленные к коллегиям для общего контроля прокуроры нарушали коллегиальный строй своим личным влиянием и на деле заменяли иногда коллегиальную деятельность единоличной.

	Областное управление, много раз изменялось в своих частностях, приняло в 1719 г. следующие окончательные формы. Вся Россия была поделена на губернии, губернии – на провинции, провинции – на уезды. Во главе губернии стоял губернатор, во главе провинции, по общему правилу,– воевода или вице-губернатор; в уездах финансовое и полицейское управление возложено на земских комиссаров, которые отчасти назначались Камер-коллегией, отчасти же избирались дворянами-землевладельцами в уездах. При Петре Великом были попытки отделить суд от администрации, но эти попытки не увенчались успехом, и с 1722 г. администрация снова участвует в деле суда. В каждой губернии был надворный суд под председательством губернатора; в каждой провинции действовал провинциальный суд под председательством воеводы.

	Все эти местные учреждения, бывшие в большинстве единоличной, а не коллегиальной властью, касались лишь дворян и через их посредство – подчиненных им крестьян; значит, земское представительство, введенное в областную администрацию в виде ландратов и комиссаров, не было общеземским, а было сословным; в уезде оно было дворянским, в городах – гильдейским и цеховым. Такой же характер единоличного управления с участием сословного представительства носила администрация и до Петра.

	Вся масса вновь созданных при Петре учреждений не стояла в такой строгой иерархической системе, как учреждения древней Руси. Прежде, в XVII в., все в уезде было в зависимости от воеводы, воевода был в зависимости от приказа, приказ – от Боярской думы. В петровских учреждениях такого центрального иерархического порядка нет: губернаторы, завися от коллегий, в то же время находятся в непосредственных отношениях к Сенату; городские магистраты, хотя и находятся в некоторой зависимости от губернаторов, но подчинены Главному Магистрату. С достаточным основанием можно считать, что в прямом подчинению Сенату находились не одни коллегии, но и вся областная администрация, городская, губернская. Таким образом, Сенат объединял и контролировал различные отрасли управления. Элементами, связывавшими всю администрацию и служившими для контроля, были фискалы (контроллеры финансовые и отчасти судебные) и прокуроры (органы открытого надзора); они состояли при всех учреждениях и были подчинены генерал-прокурору, бывшему связью между государем и Сенатом, а также органом верховного контроля. Таково была в общих чертах система петровской администрации.

	В ней новы все учреждения и по именам, и по внешней организации; ново стремление законодателя разграничить ведомства, ввести деятельный контроль; новой представлялась Петру и коллегиальная система, о введении которой он так старался. Но основания административной системы остались прежние: Петр оставил все управление России в руках почти исключительно дворянских, а дворянство и в XVII в. несло на себе всю администрацию; Петр смешал в администрации коллегиальное начало с единоличным, как было и раньше; Петр, как прежде, управлял «системою поручений», приказав администрацию Сенату, с генерал-прокурором. Так при новых формах осталась старая сущность.

	Теперь рассмотрим военное устройство. Московское правительство XVII в. располагало сотнями тысяч вооруженного люда и вместе с тем ясно сознавало отсутствие правильной организации и боевой готовности своих войск. В XVII в. в Москве старались устроить правильные войска, увеличивая число стрелецких полков и образуя полки «иноземного строя» (солдатские, рейтарские, драгунские) из людей разных общественных состояний. С помощью иностранных офицеров достигнуты были большие результаты; солдатские полки ко времени Петра выросли уже до размеров внушительной военной силы. Однако и у стрелецких, и у регулярных полков был один крупный, с военной точки зрения, недостаток: и стрельцы (в большей степени), и солдаты (в меньшей степени) были не только военными людьми, они занимались не одной службой. Поселенные на казенных землях, имея право жениться и заниматься промыслами, солдаты, и особенно стрельцы, стали полувоенным, полупромышленным сословием. При таких условиях их боевая готовность и военные качества не могли быть высокими.

	Петр видоизменил организацию войск. Воспользовавшись старым военным материалом, он сделал регулярные полки господствующим, даже исключительным типом военной организации (только малороссийские и донские казаки сохранили старое устройство). Кроме того, изменив быт солдат, он иначе, чем прежде, стал пополнять войска.

	Петр привязал солдат исключительно к службе, оторвав его от дома и промысла. Воинская повинность перестала быть повинностью одних дворян, стрелецких и солдатских детей, да «гулящих» охотников. Повинность эта легла теперь на классы общества, кроме духовенства и граждан, принадлежащих к гильдиям. Дворяне все обязаны были служить бессрочно солдатами и офицерами, кроме немощных и командированных в гражданскую службу. С крестьян же и горожан производились правильные рекрутские наборы, которые в начале шведской войны были очень часты и давали Петру громадные контингенты рекрут. В 1715 г. Сенат постановил, как норму для наборов, брать одного рекрута с 75 дворов владельческих крестьян и холопов. Вероятно, такая же приблизительно норма была и для казенных крестьян и горожан. Рекруты из податных классов в войсках становились на одинаковом положении с солдатами-дворянами, усваивали одинаковую военную технику, и вся масса служащего люда составляла однородное войско, не уступавшее своими боевыми качествами лучшим европейским войскам.

	Результаты, достигнутые в этом отношении крайне энергичной деятельностью Петра, были блестящи: в конце его царствования русская регулярная армия состояла из 210 000 человек (в том числе: гвардия составляла 3 тысячи, конные полки – 42, пехотные – 75, гарнизоны – 74, в артиллерии и инженерных ротах насчитывалось около 6 тысяч). Кроме того, было около 100 000 казачьих войск. Во флоте числилось 48 линейных кораблей, 787 галер и мелких судов и 28 000 человек.

	При Петре были окончательно ликвидированы дворянское ополчение и стрелецкое войско, а беспорядочный «прибор» «охочих и даточных людей» сменился регулярной практикой комплектования вооруженных сил. Русская армия стала постоянной, имела единообразную структуру, вооружение, обмундирование, дисциплину. В 1716 г. был издан воинский устав, а в 1720 г. – Морской. Армия состояла из пехоты, артиллерии, кавалерии и военно-морского флота. После войны со Швецией армейские солдатские полка были расквартированы в сельской местности. При этом Петр поручил офицерам сбор подушной подати с местного населения.

	Особенностью развития экономики России была огромная роль самодержавного государства. Здесь царь встретился с трудностями, которые могло преодолеть только государство:  в стране отсутствовали богатые купцы, владевшие капиталом, достаточным для сооружения и эксплуатации мануфактур. Отсутствовали и квалифицированные кадры, знавшие технологию мануфактурного производства. Трудности усугублялись огромными размерами территории – капитал уральских заводов совершал один оборот в полтора-два года. 

	Наибольшие сдвиги произошли в области промышленности. К концу XVII в. в стране насчитывалось около 30 мануфактур. В годы петровского правления их стало более 100. Наряду с Москвой и прилегающими к ней губерниями Нечерноземного центра складывались два новых промышленных района: Урал и Петербург, значение которых быстро возрастало.

	Особенно быстрыми темпами развивалась металлургия. К середине XVIII в. Россия выплавляла чугуна в полтора раза больше Англии и занимала ведущее место по производству металла. Государственные потребности (Северная война) обусловили рост производства металла. Наряду с существовавшими еще в XVII в. заводами в районе Тулы, Каширы и Калуги возникли металлургические мануфактуры в Карелии, а затем и на Урале. К середине XVIII в. 61 завод из 75 действовал на Урале. Производство металла позволило создать, кроме Тульского, оружейные заводы в Сестрорецке и в Олонецком крае. В 1719 г. была опубликована Берг-привилегия (указ Петра). Она позволяла всем жителям России заниматься поисками полезных ископаемых и с разрешения Берг-коллегии основывать заводы, т.е. провозглашала горную свободу.

	В центре страны наибольшее развитие получила текстильная (суконная, полотняно-парусная) и кожевенная отрасли промышленности, которые также работали в основном на армию. Наиболее значительными предприятиями были Московский суконный двор, Большая Ярославская мануфактура, суконные мануфактуры в Воронеже, Казани, на Украине.

	В первой четверти XVIII в. возникли новые отрасли производства: судостроение (в Петербурге, Воронеже, Архангельске), шелкопрядение, стеклянное и фаянсовое дело, производство бумаги (в Петербурге, Москве). Дальнейшее развитие получило ремесло. В 1722 г. был издан указ о создании ремесленных цехов в русских городах.  Образование цехов, с одной стороны, отражало подъем ремесла на более высокий уровень, но, с другой, цеховая замкнутость препятствовала вступлению в них русских горожан и крестьян и тем самым тормозила развитие мелкотоварного производства. 

	Русская промышленность развивалась в условиях господства крепостничества. Так как в стране почти не было свободных рабочих рук, на предприятиях, организованных Петром I, использовались работавшие по найму иностранные мастера, солдаты, а также беглые крестьяне и посадские люди, бродяги, каторжники и т.д.  В первые годы создания крупной промышленности в России использовался наемный труд. Однако его резервы были невелики, а установившаяся в стране крепостническая система вскоре включила промышленность  в свою сферу. Владельцы заводов стали усиленно распространять крепостнические порядки на мануфактуры.

	В 1721 г. был издан указ, разрешавший заводчикам-недворянам покупать и переселять крестьян на заводы. Таких работников называли посессионными крестьянами. 

	Таким образом, особенностью развития русской промышленности первой половины XVIII в. было широкое использование феодально-зависимого, несвободного труда. Русская мануфактура, особенно в таких отраслях, как металлургия, полотняная и суконная промышленность, сближались с крепостной вотчиной. Вольнонаемный труд использовался эпизодически. 

	Изменения в области сельского хозяйства были незначительны. Продолжалось сельскохозяйственное освоение новых земель на юге страны, в Поволжье и Сибири, расширялись посевы технических культур (льна, конопли, табака, винограда и т.п.), разводились более продуктивные породы скота.

	В то время наиболее привычным для дворян путем угнетения производства было усиление крепостного гнета. Закон не определял размер крестьянских повинностей, он устанавливался самим помещиком.

	Развитие промышленного и ремесленного производства, получение Россией выхода к Балтийскому морю способствовали росту внешней и внутренней торговли. Улучшились пути сообщения. Были построены каналы, соединявшие Волгу с Невой (Вышневолоцкий и Ладожский). Было задумано и даже начато строительство каналов между Москвой и Волгой, однако прекращено из-за недостатка средств.

	Усилился обмен товарами между отдельными частями страны. По-прежнему большую роль играли ярмарки, т.е. в стране продолжался процесс складывания всероссийского рынка. Дальнейшее развитие получила внешняя торговля, главным центром которой стал Петербург, куда приходило до тысячи торговых судов в год.

	Наряду с серебряными монетами стали чеканить медные разменные монеты. В 1704 г. количество серебра в рубле уравнялось с весом ста медных копеек. Правительство Петра оказывало постоянную поддержку русским купцам и промышленникам (политика протекционизма).  В целях поощрения купечества в 1724 г. был введен первый торговый тариф, поощрявший вывоз за границу русских товаров и ограничивавший ввоз иноземных. К 1726 г. ввоз товаров был вдвое ниже, чем вывоз. Петр понимал, что торговля укрепляет мощь государства. Такая поддержка купечества объективно способствовала созданию капиталов в сфере торговли, что подготавливало возникновение капиталистического уклада в стране. 

	Таким образом, в  экономическом развитии имелись значительные достижения. В производящих и металлообрабатывающих отраслях, стимулируемых новым спросом вооруженных сил, наблюдался быстрый и поразительный прогресс. Выплавка железа и меди, производство пушек и якорей, изготовление стрелкового оружия выросли как никогда прежде в истории России. В других отраслях промышленности, связанных с армией и флотом, типа производства ткани для парусов, тоже имел место значительный прогресс. Но все же это не привело к большим переменам в жизни русского населения, а если развитие и происходило, то это часто приводило к ухудшению положения, например к увеличению числа крестьянских хозяйств, «приписанных» для фабричного труда или даже купленных владельцами фабрик. Растущие требования правительства выполнялись более жесткой эксплуатацией существующей экономики, представленной в основном традиционным крестьянским сельским хозяйством, или, в крайнем случае, созданием новых ресурсов и поколения нового благосостояния. 

	Церковную реформу с полным основанием можно отнести к важнейшим административным начинаниям Петра – она коренным образом изменила положение церкви в государстве и решительно пресекла ее притязания на вмешательства в светские дела. Новшества коснулись двух сторон жизни церкви – ее материальных ресурсов, т.е. церковного землевладения, и места в государственной структуре.

	Принципиальное отличие церковной политики Петра от ее предшественников состояло в том, что она строилась не на базе личных отношений между представителями светской и духовной власти, а на тезисе, что все, в том числе и монарх, являются слугами государства и что церковь тоже обязана вносить свою лепту в эту службу. При такой постановке вопроса не могло быть и речи о независимости церкви, ее материальной и политической самостоятельности.

	Важный этап во взаимоотношениях светской и духовной властей связан со смертью патриарха Адриана в 1700г. Известный прибыльщик А.А. Курбатов отправил письмо находившемуся под Нарвой Петру с рекомендацией повременить с избранием нового патриарха и создать учреждение для управления монастырскими вотчинами во главе с И.А. Мусиным-Пушкиным.

	Царь с охотой воспользовался советами Курбатова: вместо избрания нового патриарха он изобрел новую должность, целиком зависимую от воли государя, – местоблюстителя митрополита Стефана Яворского. Царь надеялся найти в Яворском активного сторонника церковной реформы и преобразований, но ошибся: рязанский митрополит придерживался консервативных взглядов, был тайным сторонником восстановления патриаршества, не поддерживал нововведений.

	Царь внял и совету Курбатова создать «особливый расправный приказ для сбора и хранения казны» – в  1701 г. был восстановлен Монастырский приказ для управления вотчинами во главе с боярином Мусиным-Пушкиным.

	По данным на 1702 г. духовенству принадлежала 1/5 всех крестьян страны. Монастырские вотчины были разделены на две категории – «определенные», доход с которых поступал на нужду монастыря, и «заопределенные», управляемые агентами Монастырского приказа, доход с которых поступал в казну. Тем самым была осуществлена частичная секуляризация церковных владений, т.е. передача их и доходов с них в управление светского учреждения.

	В 1721 г. духовное ведомство, наконец, обрело высшее учреждение, сменившее местоблюстителя патриаршего престола -  Духовную коллегию, переименованную в Синод. В руководство коллегии был дан Духовный регламент. В нем указывалось на несовершенство единоличного управления патриарха и на политические неудобства, проистекающие от преувеличения авторитета патриаршей власти в делах государственных. Коллегиальная форма церковного управления рекомендовалась как наилучшая во всех отношениях. Состав Синода , по регламенту определяется так: президент, два вице-президента, четыре советника и четыре асессора (в их число входили представители черного и белого духовенства). Состав Синода был аналогичен с составом светских коллегий. Лица, состоявшие при Синоде, были таковы же, как и при коллегиях; представителем особы государя в Синоде был обер-прокурор, при Синоде было и целое ведомство фискалов, или инквизиторов. Внешняя организация Синода была взята с общего типа организации коллегий.

	Членов Синода назначал царь, они были приравнены к чиновникам прочих светских учреждений: они получали из казны жалование, приносили присягу на верность государю и обязывались безоговорочно выполнять его повеления. Церковным иерархам предписывалось «в мирские дела и обряды не входить ни для чего».

	Так учреждением Синода Петр вышел из затруднительного положения, в котором был много лет. Его церковно-административная реформа сохранила в русской церкви авторитетную власть, но лишила эту власть того политического влияния, с каким могли действовать патриархи. Вопрос об отношении церкви и государства был решен в пользу последнего.

	Церковная реформа расширила обязанности духовенства. Монахов Петр называл тунеядцами и требовал от них службы государству: содержания школ, богаделен, занятий ремеслами.

	Частичной секуляризацией владений духовенства  и превращением церкви в послушное орудие государственной власти не исчерпывается содержание церковной реформы. Третье ее следствие состояло в некоторой «секуляризации мысли», в проникновении светских воззрений в церковную жизнь. Свидетельством частичного освобождения общественной мысли от церковной идеологии является отказ правительства от средневековых преследований еретиков. На смену слепой непримиримости к инакомыслящим пришло некоторое ослабление религиозных гонений, известная веротерпимость.

	Руководствуясь практическими интересами, правительство отказалось от жесткого преследования старообрядцев. Указ 1716 г. разрешал записываться в раскол «без всякого сомнения», но за эту милость с лиц, придерживавшихся старых обрядов, налоги взыскивались в двойном размере. Помимо этого старообрядцев принудили носить одежду иную, чем у остального населения, – головной убор их украшали рога.

	Еще одна особенность церковной политики Петра I состояла в предоставлении иностранцам права беспрепятственно исповедовать свою религию и сооружать для этого храмы.  Эта мера была вызвана стремлением привлечь на русскую службу иностранных специалистов.

	В1721 г. Синод издал важное постановление о допущении браков православных с неправославными – и с протестантами и с католиками одинаково. 

	  Церковная реформа устраивала далеко не все духовенство: белое духовенство было недовольно новым порядком передачи прихода одному из сыновей священника – отныне от претендента на приход требовалось свидетельство об окончании духовного училища; филантропические обязанности монастырей, возложенные на них Петром, раздражали черное духовенство; двойной размер налога вызывал протест старообрядцев, среди которых царь слыл антихристом.   

	В церковной политике Петра обнаруживается труднообъяснимая непоследовательность: в 1701 г. царь осуществил частичную секуляризацию церковных вотчин, поделив их на определенные и заопределенные. Спустя двадцать лет в связи с открытием Синода Петр согласился с передачей вотчин в полное распоряжение духовного ведомства. 

	Культура Петровской эпохи испытывала на себе влияние тенденций, корнями уходивших в XVI – XVII вв.: процесса обмирщения культуры, падения духовного авторитета церкви, углубления персонализации творческой деятельности, преодоления национальной замкнутости. Бурно развивалось гражданское зодчество, публиковалась переводная литература. С 1 января 1700 г. Россия перешла на общеевропейский счет лет от Рождества Христова. В 1703 г. в Москве увидела свет первая русская газета «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и в иных окрестностях страны». Петр I положил начало созданию первого в стране музею – Кунсткамеры. Он предписал собирать научные коллекции, снимать копии с наиболее важных документов и рукописей, хранившихся в монастырях, и пересылать их в Сенат. Так родилось архивное дело в России. На базе приобретенных царем за границей книг была создана в стране первая научная библиотека. При Московской Навигационной школе открылась первая обсерватория, которую возглавил английский ученый Форвардсон. 

	С 1708 г.  во вновь открытых типографиях книги гражданского содержания стали печатать более упрощенным и четким шрифтом, нежели церковнославянский. Вместо буквенных обозначений ввели арабские цифры. В 1712 г. столицей России стал город Санкт-Петербург и остался ее до мая 1918 г. В 1717 г. для юношества были опубликованы наставления о манерах поведения в обществе – «Юности Честное зерцало».

	Петр I повел беспощадную борьбу со всем, что ему представлялось признаком косной старины. Огромный штраф (60 рублей) угрожал тем, кто не носил нового платья европейского покроя и не брил бороду. Он пригласил из Данцига труппу Кунста, при которой была организована театральная школа из подъячих и посадских детей. Она положила начало публичному театру горожан и просуществовала с 1702 до 1707 г. В русскую речь хлынул поток иностранных слов. В моду входило курение. Русские люди учились пить кофе и есть картошку. 

	Молодое поколение обучалось политесу, правилам хорошего тон, умению писать письма с изъявлениями комплиментов. В 1718 г., чтобы приучить русское общество к европейским обычаям и развлечениям, Петр I приказал устраивать в столице вечерние публичные собрания – ассамблеи, куда гости должны были приходить с женами и дочерьми, развлекаться по желанию разговорами, играми, танцами, выпивкой и закуской.  « Съезд делается не только для забавы, но и для дела: ибо тут может друг друга видеть, по всякой нужде переговорить, также слышать, что где делается, при том же и забава». 

	Прогресс в области просвещения в петровское время – наиболее заметное явление культурной жизни. Он был связан с учреждением школ разного профиля. В губерниях были открыты цифирные школы, где дети изучали арифметику и начала геометрии. К концу царствования Петра I их насчитывалось около полусотни. Дети духовенства проходили обучение в епархиальных школах, а дети солдат – в гарнизонных. Появление специальных высших учебных заведений – другая примета времени. В Москве были открыты Медицинское училище, Навигационная и Инженерная школы, находившиеся на государственной дотации. Здесь же действовала частная общеобразовательная школа языков и наук пастора Глюка.  В Петербурге  учреждались Морская академия и Артиллерийское училище. Петр I приглашал в Россию европейских учителей и ученых, посылал русских молодых людей учиться за границу. 

	При Петре I были созданы доступные учебные пособия, пользовавшиеся большой популярностью: «Букварь» Ф. Поликарпова, «Арифметика» Л. Магницкого и «Грамматика» М. Смотрицкого. Большой вклад в науку и образование внесли географы. Впервые на карты были нанесены Балтийское и Азовское моря, бассейн реки Дон, Аральское море. В 1713 – 1714 гг. экспедиции И.М. Ефреинова и Ф.Ф. Лужина впервые побывали на Курильских островах. Крупнейшую для своего времени историческую работу создал П.И. Шафиров – «Рассуждения о причинах Свейской войны».

	Современники, наблюдавшие Петра в работе, назвали его «земным богом», другие, испытывавшие непомерные тяготы, взваленные им на народ, окрестили его «мироедом», самозванцем и даже антихристом. М.В. Ломоносов уподоблял Петра I богу, а Н.М. Карамзин обвинял его в том, что русские люди перестали быть гражданами своей страны, сделавшись гражданами мира. Непримиримые противоречия во взглядах во взглядах на Петра выразили в XIX в. западники, восхвалявшие его реформы, и славянофилы, порицавшие их за искажение русских самобытных начал жизни и порчу национального характера Руси. С.М. Соловьев в оценке Петра I настойчиво проводил мысль о том, что вся его деятельность была прямым продолжением предшествующего развития страны в XVII в. и связана с осознанием народом своей бедности по сравнению с развитыми странами Европы. В.О. Ключевской снизил историческое значение реформ Петра I, поставив их в исключительную зависимость от потребностей, вызванных Северной войной. Идеолог российского империализма П.Н. Милюков вообще отказал деятельности Петра в исторической значимости, назвав его реформы «слепым стихийным творчеством».

	В результате своей кипучей деятельности Петр I вывел Россию в число самых передовых держав своего времени. Ей не угрожала более участь превратиться в полуколонию одного из сильных европейских государств-соседей. Россия прочно закрепилась на берегах Балтики и Тихого океана. Протекционистскими мероприятиями был дан мощный толчок к ускоренному росту производительных сил страны. Страна обрела экономическую независимость.

	Преобразования Петра I, направленные на усиление государственного могущества России, вместе с тем объективно отражали интересы и потребности окрепшего к началу XVIII в. дворянского сословия и интенсивно нарождавшегося торгово-промышленного сословия. Наметившаяся консолидация высших слоев общества неизбежно обострила их противостояние низшим социальным группам, на плечи которых легла непомерная тяжесть государственных налогов, повинностей и жесточайшей феодальной эксплуатации. Классовый характер реформ наиболее выпукло предстал в административных преобразованиях, в результате которых был создан более эффективный аппарат управления подданными, поддержания правопорядка и борьбы с нарушениями законности. Сложилась разветвленная и одновременно централизованная бюрократическая система стройной иерархии учреждений от Сената до воеводской канцелярии, с помощью которой государь обрел право неограниченно и бесконтрольно управлять страной. Внешне абсолютизм выразился в принятии Петром титула императора и наименования «Великий».

	В эпоху Петра на долю русского духовенства выпала сложнейшая задача, с которой ему было справиться объективно трудно, – поддерживать традиционную культуру. Государственная опека над церковью порождала в ней явления бюрократизации. Насаждавшиеся сверху внешний порядок и благочиние способствовали отмиранию церковно-приходской жизни, падению авторитета церкви среди народа. 

	В эпоху Петра созрели две противоположные тенденции, взаимное противоборство которых определило на долгие годы ход исторического процесса. С одной стороны, получил мощный импульс процесс огосударствления всех сторон жизни российского общества, с другой, – ввиду молниеносного расширения культурного горизонта образованных слоев общества развивалось критическое отношение к созданному Петром социально-политическому строю. Интеллектуальную оппозицию власти, хотя и слабую, в России можно было найти всегда. Но лишь в эпоху Петра возникли условия, превращавшие оппозицию в неизбежность и выталкивавшие ее в ряды ярких представителей культурной и политической элиты. Наскоро воспринятые плоды европейского буржуазного просвещения, трагическая неукорененность образованных людей в традициях отечественной духовности, огромная пропасть, отделявшая их от народа, эти и многие другие причины не позволили найти прочного согласия с государством, на противостоянии с которым элита наживала свой политический капитал. Общество и власть не могли стать прочными сотрудниками, слишком дорогой ценой доставалось народу могущество государства. Политическая же оппозиция неизбежно отражала в своем сознании эту историческую реальность России.

	В начале моей работы была поставлена цель: «Рассмотреть сущность реформаторской деятельности Петра во всех ее направлениях».  Эта цель была достигнута благодаря анализу преобразований Петра I во всех сферах жизнедеятельности российского общества. В ходе  исследования были охарактеризованы проведенные Петром I реформы, подведен итог преобразований первой четверти XVIII в., раскрыто их значение для развития России. Таким образом, все поставленные в начале исследования задачи, решены.

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

Список литературы:



Андерсон М.С. Петр Великий. Перев. с англ. Белоножко В.П. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1997

Анисимов Е.Г. Время петровских реформ XVIII в., 1-ая четверть.- Л.: Лениздат 1989

Виноградов А.В., Юдин В.И. Отечественная история в таблицах и схемах.- М., 2001

История России с начала XVIII до конца XIX века/ Л.В. Милов, А.Н. Боханов; Отв. ред. А.Н. Сахаров. – М., 1998

История России: IX – XXI в.в. От Рюрика до Путина: Учебное пособие/ Отв. ред. Я.А. Перехов.- М.: ИКЦ «МарТ», Ростов-на-Дону:  ИЦ «МарТ»

Орлов А.С., Георгиев В.А., Полунов А.Ю., Терещенко Ю.А. Основы курса истории России: Учеб. пособие.- М.: Простор, 1997

Павленко Н.И., Лященко Л.М., Твардовская В.А. История России. XVIII –XIX в.в.: Учеб. для 10 кл. общеобразоват.  учреждений/ Под ред. Н.И. Павленко.- М.: Дрофа, 2001

Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории.- М., 1999

Протопопов А.С., Козьменко В.М., Елманова Н.С. История международных отношений и внешней политики России (1648-2000). Учебник для вузов/  Под ред. А.С. Протопопова – М.: Аспект Пресс, 2003

Пчелов Е.В. Монархи России.- М.:ОЛМА-ПРЕСС, 2003.-668 с.

Рыжов К. Все монархи мира. Россия (600 кратких жизнеописаний).- М.: Вече, 1996

Хрестоматия по истории России с древнейших времен до наших дней: Учебное пособие/ Орлов А.Г., Георгиев В.А. и др.- М., 2000

Энциклопедия российской монархии. Великие князья. Цари. Императоры. Символика и регалии. Титулы./ Под ред. В. Бутромеева.- М.: «Деконт +», 2000