Судебная реформа 1922 г.

СОДЕРЖАНИЕ



Введение

1.Предпосылки к проведению судебной реформы 1922г. 

2.Дореформенные судебные органы

3.Новая судебная система

3.1 Судейские кадры

3.2 Создание прокуратуры и адвокатуры 

4. Итоги судебной реформы 1922 г.

Заключение

Список использованной литературы


Введение



Прошлое, настоящее и будущее – словно сообщающиеся сосуды, и, чем чаще мы обращаемся к истории как судоустройства, так и правосудия в России в целом, тем больше понимаем, что нам нужно и не нужно делать сегодня и завтра. Нам, ныне студентам, но позже работникам судебной системы, знать это принципиально важно. Важно знать этапы становления современного судебного аппарата, чтобы, отталкиваясь от опыта предыдущих поколений, не повторять их ошибок, а, наоборот, стремиться к устранению прорех в ныне действующем законодательстве и к его совершенствованию, законности, недопущению даже самой возможности коррупционных действий со стороны работников прокуратуры, адвокатуры, нотариата и суда, а также к исключению факта непрофессиональности при рассмотрении различного рода категорий дел и вынесении приговора судом. С научной точки зрения, изучение судебной реформы 1922 г. является необходимым для понимания самой сути судебных органов и тех задач, которые ставились перед ними правительством в те годы, а именно: они создавались или восстанавливались вновь не только для перехода от административного произвола и беззаконий периода «военного коммунизма» к периоду «революционной законности», но также они должны были отражать происходящие в стране геополитические преобразования – создание Союза Советских Социалистических Республик (СССР),- а также ту идеологическую окраску, которая была свойственна основным параметрам судебной практики тех лет. Образованная в итоге советская судебная система – это совокупность судебных органов Советского государства, взаимосвязанных единой целью – осуществления правосудия. Она отражала не только федеративное устройство советского многонационального государства, но и политические взгляды, господствовавшие в нем. В данной работе мы рассмотрим вопросы возникновения советской судебной системы, а также её роль для российской, современной судебной системы. 


1. Предпосылки к проведению судебной реформы 1922г.



Всякий суд – орудие охраны интересов 

господствующего класса(защита интересов

рабочих и крестьян). Успешное выполнение

этой задачи – главная задача судов.

У любого события истории и современности есть свои некие предвестники. Были они и у судебной реформы.

Для того же, чтобы узнать и понять цели правительства при проведении реформы, необходимо рассмотреть два аспекта исторической реалии: 

во-первых, это советская концепция правосудия, а также, что не менее важно, практика отправления правосудия в 1920-е годы;

внешние предпосылки, к которым можно отнести внутренне- и внешнеполитические, экономические, социальные и имевшие большое значение идеологические причины.

Изучим первый аспект. Здесь следует отметить, что концепция правосудия предусматривала приход на смену «беззакония» во время Гражданской войны «революционной законности», которая означала «наступление революционного порядка там, где раньше был хаос». В свою очередь, «революционный порядок» подразумевал под собой то, что революционная законность должна заменить собой царящий административный произвол, даже революционный. Здесь нужно сказать, что этим правительство признавало не только несовершенство, но и фактическое отсутствие единой судебной системы, которая по своим качествам, - законности, открытости и справедливости, - смогла бы убедить пролетариат в наступлении вслед за коммунизмом социализма в самое ближайшее время, что было нужно для удержания власти. 

Итак, был объявлен курс на верховенство права: все спорные вопросы должны были решаться на основе права, которое должно было быть справедливым и стабильным, и на основе судебных решений.

Однако в реальность это воплотилось практически с точностью до наоборот. Партия большевиков никогда не забывала, что абсолютно любой закон можно ограничить потребностями революции, что ясно прослеживается в том, что суд, а следовательно и правосудие, оставалось классовым. Ленин писал об этом в октябре 1921 г.: «повышение законности…научить бороться культурно за законность. Ничуть не забывая границ законности в революции...». 

Определяющим направлением стала «творческая активность судебной практики, точно ограниченная интересами государства и трудящихся, но вовсе не ограниченная неподвижными рамками закона». Это означало, что конкретное дело не рассматривалось судом путем его подгона под конкретную статью, ведь законодатель не внес ни в одну статью исчерпывающую меру наказания. Для его определения суду предоставлялись достаточно широкие полномочия. 

Существовал определенный порядок осуществления правосудия. Вначале судья должен был попытаться найти прямой ответ (решение) в действующем законе. Когда же это не получалось, он обращался к анализу так называемых «общих начал», которые определяли само существо советского законодательства. Если же и там не находилось достаточно определенного ответа, то судье предоставлялось право искать решения в последней инстанции – в «общих принципах классовой политики».

Из–за этого возникает такое понятие в истории отечественного государства и права как «текучее законодательство», то есть меняющееся в зависимости от экономических функций государства и взаимоотношений классов общества, складывающихся на тот или иной период. Это самое «текучее законодательство» порождало, по крайней мере, три результата, имевших практическое значение для практики отправления правосудия. Во-первых, краткость кодексов, во-вторых, частые изменения и дополнения в законах, в-третьих, значительные права судей в толковании законов.

Что касается второго аспекта, то можно сказать следующее: с позорным выходом России из Первой мировой войны, началом и последующим окончанием Гражданской войны, возобновлением мирной жизни и переходом государства к новой экономической политике (НЭПу) перед судами ставились новые задачи в борьбе с преступностью, помимо тех, которые они уже исполняли. 

Несмотря на то, что в начале 1920-х годов уровень преступности в России оставался достаточно высоким, в самой ее структуре и характере все же произошли некоторые изменения, которые стали качественно новым явлением в новой Советской России. На фоне снижения количества преступлений, связанных с вооруженными попытками свержения власти, бандитизмом, организацией массовых беспорядков, в то же время отмечалось возрастание преступлений, именовавшихся в советской литературе «экономической контрреволюцией», - вредительств на промышленных предприятиях, диверсий, преступлений в торговле. С повышением благосостояния граждан РСФСР стало больше имущественных преступлений и преступлений против личности, что вполне объяснимо. 

В феврале 1921 г. Народным комиссариатом юстиции РСФСР издано постановление «Об усилении ответственности должностных лиц за преступления, совершаемые при продовольственной работе». Весной, летом и осенью того же года Совнарком принял декреты «Об ограничении прав по судебным приговорам» и «О трудовом дезертирстве», « О мерах борьбы с хищениями из государственных складов и должностными преступлениями, способствующими хищениям», «О борьбе со взяточничеством», «О наказаниях за ложные доносы», «О контрабанде» и др.

В мае 1922 г. в РСФСР был принят первый Уголовный кодекс (ранее были уложения определенных видов законов), четко установивший круг преступных деяний и определивший меры наказания за их совершение. То есть, данный кодекс был как на порядок совершеннее в юридическо-правовом, так отражал изменившуюся обстановку в государстве.

Следует упомянуть также предпринятую в начале 1920-х кодификацию уголовно-процессуального законодательства, важным результатом которой стало принятие 25 мая 1922 г. первого Уголовно-процессуального кодекса РСФСР. 

На содержание первого УПК, конечно же, наложило определенный отпечаток существование в то время двух судебных систем – местного народного суда и территориальных революционных трибуналов. Поэтому кодекс отражал особенности рассмотрения дел и в тех и в других органах правосудия. В кодексе впервые были предприняты попытки определить и законодательно закрепить стадии советского уголовного процесса, что, несомненно, явилось значительным шагом в развитии российского права. 

До этого момента некоторые стадии не имели законодательного оформления (например, стадия возбуждения уголовного дела), ведь во время Гражданской войны судьям на них зачастую просто недоставало времени. Еще одной причиной могло быть и то, что, опять-таки, во время войны идеологические предрассудки наиболее сильны в обществе, нежели в мирное время. Поэтому для того, чтобы показать противникам, насколько к ним суровы законы советского государства, судьи и исполняющие их обязанности лица могли опускать данные стадии.

Кодекс устанавливал следующие стадии уголовного процесса: возбуждение уголовного дела, дознание и предварительное следствие, предание суду, судебное разбирательство, постановление приговора, кассационное рассмотрение, исполнение приговора.

Однако не все стадии были регламентированы достаточно четко. Например, некоторую неясность вызывало соотношение стадий дознания и предварительного следствия. На что стоит обратить внимание: кодекс внес некоторые ограничения в права граждан на защиту по сравнению с первыми нормативно-правовыми актами о суде (Декреты о суде №№ 1 (22.11.1917 г.), 2 (15.02.1918 г.), 3 (13.07.1918 г.). Так, участие защитника допускалось лишь со стадии судебного разбирательства. На стадиях дознания и предварительного следствия его участие нормами нового УПК не предусматривалось.

Отношение к первому УПК РСФСР было достаточно неоднозначным. Складывалось впечатление, что к нему проявляли интерес в основном деятели советской юстиции и представители либерально настроенной общественности. 

На фоне дипломатических успехов РСФСР на Генуэзской конференции, финансовой реформы, преодоления последствий голода кодификация уголовно-процессуального законодательства, да и судебная реформа в целом, представлялись в массовом, общественном сознании событием второго плана, хотя именно оно затрагивало всех вместе и каждого гражданина РСФСР в частности.

Но, несмотря на это, УПК был относительно высоко оценен не только советскими юристами, но враждебно настроенными к революции и советской власти прежними российскими правоведами, находившимися в эмиграции. 

Так, видный специалист по уголовному праву Н.С. Тимашев писал, что «с внешней стороны УПК является, вероятно, наиболее совершенным из законодательных актов Советской власти». Он также обратил внимание на практически полное отсутствие выражений агитационного характера и деклараций. Что касается пробелов и неточностей, присутствовавших в кодексе, то они, по его мнению, не превышали технических погрешностей многих законов дореволюционной России. 

По мнению того же Н.С. Тимашева, основным лейтмотивом первого УПК являлась «идея ничтожности частного лица перед государственными органами». 

Кодекс стал «детищем эпохи организованного бесправия», когда государство создавало «для его реализации специальный аппарат», нуждающийся в соответствующих правилах. И УПК представлялся совокупностью подобных правил «в сфере уголовно- судебной деятельности государства».

судебный реформа прокуратура адвокатура


2. Дореформенные судебные органы



Реформирование судебной системы диктовалось разнообразными причинами: социальными, политическими и др., и, прежде всего, невообразимой пестротой судебных органов и вследствие этого отсутствием единой судебной практики. Ко времени проведения реформы действовали:

народный суд в составе постоянного народного судьи;

народный суд в составе постоянного народного судьи и двух очередных народных заседателей;

народный суд в составе постоянного народного судьи и шести очередных народных заседателей;

камера народного судьи при ЧК;

дежурная камера народного суда;

особые сессии народного суда, действовавшие под председательством члена президиума совета народных судей или уездного бюро юстиции и при участии народных заседателей для рассмотрения наиболее важных дел, подсудных народному суду;

губернские Советы народных судей (кассационная инстанция для рассмотрения жалоб на приговоры и решения народного суда) и находящиеся при них особые сессии народного суда;

губернские трибуналы;

военные трибуналы;

военно-транспортные трибуналы;

единый Верховный трибунал при ВЦИК;

Высший судебный контроль при Наркомате юстиции.

 В качестве органов судебного управления и органов надзора за исполнением законов действовали: 

- в республике – Наркомат юстиции;

- в губерниях – губернские отделы юстиции;

- в уездах – уездные бюро юстиции.

Таким образом, к концу 1922 г. сложились две системы судебных органов: общие суды, состоящие из народных судов, губернского совета народных судей и Высшего судебного контроля в лице Наркомюста, и революционные трибуналы в крупных центрах, а также Верховный революционный трибунал при ВЦИК, являвшийся судом первой инстанции по наиболее сложным делам и кассационной инстанцией для всех революционных трибуналов. 


3.Новая судебная система



Большое количество нормативных актов, касающихся реорганизации судебных органов республики, - явление характерное для 1920-х годов. И это вполне объяснимо – шел процесс поиска наиболее приемлемых форм деятельности новых советских судов.

РСФСР являлась ведущей республикой в Союзе ССР. Практически 90% проводимых в ней реорганизаций воспроизводились затем и в других союзных республиках, что хорошо видно на примере реорганизации судебной системы.

Собственно, начало судебной реформы положило постановление ВЦИК об утверждении Положения о судоустройстве РСФСР от 11 ноября 1922 г.

Согласно Положению, на территории РСФСР стала действовать единая система судебных учреждений:

1. Народный суд в составе постоянного судьи.

2. Народный суд в составе того же постоянного народного судьи и двух народных заседателей.

3. Губернский суд.

4. Верховный суд РСФСР и его коллегии.

Название в законе новой единой советской судебной системы видится достаточно неудачным. Этот вывод прежде всего вытекает из содержания ст. 2 Положения, указывавшей, что в РСФСР временно действовали военные и военно-транспортные трибуналы, а также другие судебные учреждения. Таким образом, Положение о судоустройстве предусматривало существование двух систем судов (общие суды и революционные трибуналы) вместо трех систем (народные суды, революционные трибуналы, военные трибуналы). Несмотря на указание о временном характере функционирования специальных судов, деятельность военных трибуналов продолжалась до 1990-х гг., когда они были заменены военными судами (ставшими, по сути, тоже своего рода формой специальных судов).

Утвердив новую судебную систему СССР, Положение не включило в себя нормы, определявшие подсудность дел различным звеньям этой системы, это равнозначно тому, как если бы собрав большую библиотеку, коллекционер не расставил бы их по порядку. Это было одним из существенных недостатков данного нормативно-правового акта. Пробел восполнила лишь глава II УПК РСФСР 1923 г.

Народные суды рассматривали в качестве судов первой инстанции большинство уголовных дел. Через народные суды проходило до 90% всех разрешаемых дел. В условия новой экономической политики изменилось соотношение уголовных и гражданских дел. Особенно выросло количество последних.

Губернские суды являлись судами первой инстанции для уголовных дел, прямо отнесенных законом к их ведению, параллельно осуществляя функции судебных центров губерний и органов, рассматривавших кассационные жалобы и протесты на приговоры народных судов. Краевой, областной суд, суд автономной области и национального округа осуществляли правосудие соответственно в крае, области, автономной области и национальном округе. 

Краевой и соответствующие ему суды относились к судам союзных республик и составляли второе звено судебной системы каждой союзной республики. Место краевого и соответствующих ему судов определяется их компетенцией.

На правах областных судов в Москве, Ленинграде и Ташкенте действовали городские суды. 

Все эти суды в пределах одной союзной республики были наделены одинаковыми полномочиями и действовали как суды первой инстанции и как суды второй и надзорной инстанций. 

Порядок деятельности областных судов и их полномочия были установлены ещё Законом о судопроизводстве РСФСР и не претерпели в последующие десятилетия существенные изменения. Областные суды как суды первой инстанции рассматривали гражданские и уголовные дела, отнесённые законом к их ведению, дела по жалобам и протестам на не вступившие в законную силу решения, приговоры и определения районных (городских) судов, дела по протестам в порядке судебного надзора на вступившие в законную силу решения, приговоры и определения районных (городских) народных судов, постановления народных судей о предании суду, а также на кассационные определения краевого и соответствующего ему суда. 

В качестве суда первой инстанции краевой, областной, городской суд, суд автономной области и суд национального округа рассматривали уголовные дела о всех особо опасных государственных преступлениях (кроме дел о шпионаже, отнесённых к ведению военных трибуналов), дела об умышленном убийстве при отягчающих обстоятельствах, изнасиловании при особо отягчающих обстоятельствах, а также некоторые другие категории дел. 

Краевой и соответствующие ему суды имели право принять к своему производству любое гражданское или уголовное дело, относящееся к ведению народного суда, и разрешит его по существу. 

Как правило, краевые суды принимали к своему производству по первой инстанции особо важные дела, имевшие большое общественное значение; дела, не получившие правильного разрешения после вторичного рассмотрения в народном суде; дела, передаваемые на рассмотрение краевого и соответствующего ему суда по первой инстанции после отмены решения народного суда в порядке судебного надзора. 

В кассационном порядке краевой и соответствующие ему суды рассматривали жалобы осуждённых и оправданных, их защитников и представителей, потерпевших, гражданских истцов и гражданских ответчиков, а также протесты прокурора на не вступившие в законную силу приговоры, решения и определения народного суда. 

В порядке судебного надзора краевой, областной, городской суд, суд автономной области и суд национального округа рассматривали дела по протестам соответствующих должностных лиц. 

Очень важно для понимания механизмов функционирования советской судебной системы заметить, что рассмотрение краевым и соответствующими ему судами дел в кассационном и надзорном порядке являлось формой судебного руководства деятельностью нижестоящих судов. 

Для лучшей организации этого руководства, установления более тесной связи с народными судьями работа краевого и соответствующих ему судов строилась по зональному признаку. В соответствии с этим признаком все районы и города области разбивались на зоны, в каждую из которых входило несколько народных судов. Эта группа судов приказом председателя краевого суда закреплялась за определённым членом суда, под председательством которого рассматривались жалобы на решения и приговоры народных судов зоны.

В компетенцию краевых, областных, городских судов, судов автономных областей и национальных округов входило также рассмотрение дел о дисциплинарных проступках народных судей, председателей районных (городских) народных судов, а также членов краевого и соответствовавших ему судов. 

С одной стороны, вроде бы существовавшая судебная система была упрощена (были ликвидированы территориальные революционные трибуналы), однако, с другой стороны, теперь целых три звена стали действовать в качестве судов первой инстанции, вместо прежнего единого народного суда. Поэтому реального упрощения судебной системы не произошло, а произошло, скорее наоборот, ее усложнение. 

Наличие губернских судов и Верховного Суда РСФСР не только как судов первой инстанции, но и как кассационных и надзорных органов достаточно сильно отдалило суд от населения. Такое отдаление хоть и противоречило декларациям большевиков о демократических принципах советского правосудия, однако было нужно для упрочения положения Партии, которое, к сожалению, можно было достигнуть на данном этапе только за счет увеличения бюрократии как в центральных эшалонах власти, так и на местах. 

Верховный Суд РСФСР выступал судом первой инстанции и кассационным судом в отношении приговоров губернских судов, а также высшим надзорным органом в отношении всех судебных учреждений Республики. Любопытны также и факты деятельности Верховного Суда в начале его работы. Объем представленных дел оказался достаточно большим, если не сказать огромным. По всем коллегиям (включая и дисциплинарную) принято было к производству 19 021 дело, что вместе с оставшимися в производстве на 1 января 1924 г. 1090 делами составило 20 111 дел. Цифра достаточно впечатляющая, учитывая небольшой численный состав коллегий.

Земельные комиссии были образованы 24 мая 1922 года постановлением ВЦИК и СНК РСФСР «О порядке рассмотрения земельных споров». Они подразделялись на:

1) волостные

2) уездные

3) губернские.

Все члены земельных комиссий при разрешении ими дел пользовались правами народного судьи. Высший контроль по спорным земельным делам и рассмотрение кассационных жалоб на решение губернских земельных комиссий возлагались на Народный комиссариат земледелия совместно с Наркомюстом и Особой коллегией высшего контроля по земельным спорам. В конце 20-х годов все дела, разрешаемые в земельных комиссиях, были переданы в систему общих судов, а Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 10 октября 1930 года эти комиссии были упразднены.

Переход в условиях НЭПа к рыночной экономике, оживление товарооборота, включение банков в финансово-административную жизнь страны породили еще один орган юрисдикции – арбитражные Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 21 сентября 1922 года было утверждено Положение о порядке разрешения имущественных споров между государственными учреждениями и предприятиями. Устанавливалось, что имущественные споры между государственными учреждениями и предприятиями разрешаются арбитражными комиссиями: в центре – при Совете Труда и Обороны (СТО), а на местах – при областных экономических совещаниях (ЭКОСО).

Высшая арбитражная комиссия при Совете Труда и Обороны образовывались в составе председателя, назначаемого СТО по представлению Наркомюста, и двух членов, непосредственно назначаемых СТО. Соответственно арбитражные комиссии при областных экономических совещаниях образовывались в составе председателя, назначаемого СТО по представлению Наркомюста, и двух членов, назначаемых ЭКОСО.

Как и другие органы специальной юрисдикции, арбитражные комиссии тоже не стали долговечными. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 3 января 1931 года «Об упразднении арбитражных комиссий» они были ликвидированы, а в мае 1931 года учрежден специальный административный орган – Государственный арбитраж.

Можно согласиться с тем, что «создание советских судов шло ранее не изведанным и никем не проторенным путём». 

Следует отметить, что основные принципы установления подсудности уголовных дел, хоть и в несколько измененном виде, продолжают действовать до сих пор.

Судебная реформа 1922 г. закрепила основные принципы организации советской судебной системы: её единство, построение с учетом государственного устройства, соответствие новому административно-территориальному делению.



3.1 Судейские кадры



Кадровому составу судей в этот период уделялось большое внимание. Во главу угла ставился опыт революционной борьбы, а не юридическое образование и знание законов. Отсюда и социальный состав судей: при избрании предпочтение отдавалось рабочим и крестьянам. Отмечался постоянный рост числа судей-членов партии.

В Верховном Суде РСФСР было 32 члена (судьи), что составляло 15,3% ко всему числу сотрудников Суда. 

Данные, касающиеся образовательного уровня народных судей в РСФСР, замалчивались, так как в основной своей массе эти люди не имели не только юридического, но и образования вообще. Поэтому тезис коммунистической партии «О дальнейшем укреплении социалистической законности» с людьми, большинство из которых не имели понятия о законах, был явно невыполним.

Народные судьи избирались губисполкомами на один год и могли быть переизбраны вновь. Отзыв народного судьи производился по мотивированному предложению Наркомата юстиции. К кандидатам предъявлялись следующие требования:

стаж ответственной политической работы в течение двух лет в общественных рабочих и крестьянских организациях или трехлетний опыт работы в органах юстиции на должностях не ниже народного следователя;

кандидат должен был обладать правом избирать и быть избранным в советы. 

Данные ограничения были обусловлены стремлением советской власти не допустить в состав судебных органов представителей бывших эксплуататорских классов. Естественно, что при таком подходе профессиональные знания кандидата в судьи ценились значительно ниже, чем политический опыт работы в советских органах.

Также в Положении подчеркивалось, что народными заседателями могли избираться все трудящиеся РСФСР, обладавшие правом избирать и быть избранным в местные советы. Народные заседатели избирались на промышленных предприятиях, в воинских частях, волостных и сельских советах. Важно отметить, что в Положении устанавливались существенные ограничения по классовому составу народных заседателей: 50% должны были избираться от рабочих; 35% - от волостей и селений; 15% - от воинских частей.

Такие же требования были установлены и к кандидатам в народные заседатели. Особое внимание здесь обращалось на социально-классовый состав.



Создание прокуратуры и адвокатуры в СССР



Одной из основных частей судебной реформы 1922 г. являлось восстановление таких правовых институтов, как прокуратура и адвокатура, которые были распущены в первые же дни после Октябрьской революции.

Необходимость создания прокуратуры не вызывала споров среди юристов страны, спорным был вопрос о том, какими функциями ее наделить.

Весной 1922 года Наркомюст вошел в правительство с проектом об учреждении прокуратуры как органа, который должен наблюдать за деятельностью следственных органов и поддерживать обвинение в суде, а также осуществлять надзор за законностью вообще. Предложенный вариант вызвал ожесточенные споры во ВЦИК.

Во-первых, ряд деятелей коммунистической партии относились к понятию «законность» как к чему-то временному, неизбежному придатку допущенных в период НЭПа капиталистических отношений и противопоставляли ей революционную целесообразность. Прокуратура, по их мнению, являлась временным образованием.

Во-вторых, споры возникли о ее подчиненности. Прокурор, утверждали противники создания прокуратуры в виде независимого органа, не должен стоять вне системы местных советских законов. 

В-третьих, возложение на прокуратуру надзора за законностью действий всех органов власти, по мнению некоторых противников проекта, должно было привести к дублированию уже существовавшей Рабоче-крестьянской инспекции, и поэтому следовало общий надзор исключить из функций прокуратуры, ограничив ее только судебной работой, как это было в дореволюционной России.

Огромное влияние на создание прокуратуры оказала известная статья В.И. Ленина, написанная 20 мая 1922 года – «О «двойном» подчинении и законности». В ней он обосновал принцип единства социалистической законности. Указал на ошибочность требования, вытекающего из желания «сохранить законность калужскую, в отличие от законности казанской», требовал, чтобы понимание законности было одинаковым по всей Республике.

Вторая важная часть ленинского тезиса заключалась в строгом подчинении прокуроров только по вертикали, для того, чтобы местные советские и партийные органы не могли оказывать на них давление. Именно эти принципиальные моменты и легли в основу Положения о прокурорском надзоре 1922 года.

Тем не менее, 28 мая 1922 г. ВЦИК было принято Положение о прокуратуре.

На прокуратуру возлагалось:

осуществление надзора от имени государства за законностью действий всех органов власти, хозяйственных, общественных и частных организаций и частных лиц (общий надзор);

наблюдение за деятельностью следственных органов и дознанием, за деятельностью органов ОГПУ;

поддержание обвинения в суде;

наблюдение за правильностью содержания заключенных под стражей. (Эти четыре основные функции прокуратуры сохранятся затем во всех последующих положениях о прокурорском надзоре).

Созданная прокуратура, однако, не стала самостоятельным органом, как это было прописано в Положении. Центральная прокуратура РСФСР входила в качестве IV отдела в состав Наркомюста РСФСР. Работой прокуратуры руководил заместитель Народного комиссара, старший помощник прокурора Республики. Нарком одновременно являлся и прокурором Республики.

После того, как советская власть уничтожила институт частных поверенных и присяжных поверенных, она сразу же начала издавать декреты о суде, в которых обеспечивались права и интересы обвиняемого и потерпевшего в судебном процессе.

Кроме того, о регулировании систематизации актов о суде и самих судебных актов можно вести речь лишь с 26 мая 1922 г. – даты принятия третьей сессией ВЦИК постановления «Об адвокатуре». По этому закону в губерниях создавались коллегии защитников, состав которых утверждался губисполкомом по представлению отдела юстиции; не разрешалось совмещение должности члена коллегии с занятием иной должности в государственном учреждении или предприятии (кроме выборных и профессорско-преподавательских должностей в учебных заведениях); коллегия управлялась президиумом, избираемым общим собранием её членов; сфера деятельности коллегии не ограничивалась судебными рамками – «основная работа коллегии выражается в консультациях и пропаганде права».

В соответствии с Положением в систему судебных органов включались и народные следователи, которые работали при соответствующих следственных участках, губернских судах и Верховном суде РСФСР. При отделе прокуратуры Наркомата юстиции РСФСР состояли также народные следователи, которым поручалось расследование дел особой государственной важности. 

Следователи при следственных участках назначались губернским судом и утверждались губернским исполкомом советов и Наркоматом юстиции. Следователи при губернских судах, Верховном суде и Наркомате юстиции назначались на должность соответствующими органами, при которых они функционировали. Важно при этом отметить, что «следователь был свободен от какой-либо административной зависимости от прокурора, последний имел право давать следователю указания о направлении и дополнении расследования, о мере пресечения». 

В том случае, когда между прокурором и следователем возникали разногласия, они «решались судом, только суд обладал полномочиями наложения на следователей взысканий».


4.Итоги судебной реформы 1922 г.



Несомненно, судебная реформа 1922 г. явилась позитивным событием в истории страны. Жизнеспособность варианта трехзвенной системы судебных органов, основы которого были заложены именно во время рассматриваемой реформы, подтверждена многолетней практикой деятельности судов, а некоторые её идеи и принципы сохраняют актуальность и в наши дни. 

В целом даже пока сохраняется установленный в период судебной реформы порядок кассационного и надзорного производства по уголовным делам до сегодняшнего дня.

Детальный анализ материалов судебной реформы 1922 г. позволяет сделать вывод о ее неплохой теоретической проработанности. Но, несмотря на качественную теоретическую основу, реформа, к сожалению, не выдержала столкновения с жизненными реалиями, что в дальнейшем и привело к трансформации ее первоначальной сущности.


Заключение



Итак, рассмотрев Судебную реформу 1922 г. через призму времени и опыта советских и российских правоведов, историков, юристов, можно подвести итог этим историко-правовым изысканиям: именно в Судебной реформе 1922 г. был заложен тот базис, те основы, которые во многом предопределили дальнейшее развитие как советской судебной системы, так , впоследствии, и российской. Она сыграла свою роль, и немаловажную, в формировании нашей современности, наших реалий. 

Вышеназванная реформа помогла объединить активность суда и сторон в сборе доказательств, которая является уникальной и не характерной для других основных правовых систем. Полагаем, что её разработка и принятие обусловлены в первую очередь социокультурными причинами. Российская модель сочетания активности суда и сторон в собирании доказательств является самобытной и заслуживает самой высокой оценки.

Столь объективные предпосылки к проведению судебной реформы просто не могли не привести к тем результатам, которые могли наблюдать её современники и которые получили если не полное своё отражение, то хотя бы тень в нашей современности.

Уже ушли в прошлое многие государственные институты, - о некоторых из них попросту забыли, другие же, напротив, с новыми функциями и общим наполнением возрождаются вновь (мировые судьи, присяжные заседатели, судебные приставы и т.п.). Не это ли является лучшим подтверждением того, что исторический опыт всегда полезен? На наш взгляд – несомненно. Именно опираясь на него, мы строим сейчас в России правовое государство. И за советом в этом строительстве мы не раз обратимся, в первую очередь, к нашей истории.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



«Задачи судов». НКЮ. Москва.1922 г.

«Советская концепция правосудия и практика отправления правосудия в 1920-е гг.» Никулина В.В.; «Право и политика» №10; 2008г.

Сочинения В.И. Ленина. Т.36

Д.И. Курбский. Избранные статьи и речи. Москва, 1948 г.

СУ РСФСР 1921г.

Тимашев Н.С. Право Советской России. Прага, 1925 г.

Власов В.И. История государства и права России. Конспект лекций. Р.-на-Д. 2003 г.

Суд в СССР. Под ред. Л.Н. Смирнова, В.В. Куликова, С.Г. Банникова, В.М. Савицкого, Х.Б. Шейнина. М., 1977 г.

Бабенко В.Н. Судебная система России: история и современность. М. 2007 г.

Смыкалин А. Судебная реформа 1922 г.// Российская юстиция. 2002 г. №4.

Большой энциклопедический словарь, М., 2010 г.

Суд и правосудие в СССР. М., 1974 г.

Кутафин О.Е., Лебедев В.М., Семигин Г.Ю. Судебная власть в России: история, документы. М., 2003 г.

Анишина В. Становление суда как самостоятельной ветви государственной власти// Мировой судья №8, 2008 г.

Колесняк Е.В. Об особенностях эволюции судебной системы в советском государстве в условиях НЭПа// Право и политика №5, 2008 г.