Сохранить человеческое в аду ГУЛАГа

Сохранить человеческое в аду ГУЛАГа.



(рассказ А. И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича»).





План.



Введение.





Глава I.  Биография и художественный мир А. И. Солженицына.





Глава II. Советский человек в тоталитарном обществе.



§1. Судьба рассказа «Один день Ивана Денисовича.



§2. Главный герой рассказа.



§3. Система образов и идейное содержание рассказа.



§4. Категории времени и пространства в рассказе.



§5. Эпоха, отражённая в произведении.



§6. Речевые особенности рассказа.





Заключение.



Общие выводы.



Список использованной литературы.







































Введение.



   Имя Александра Солженицына, долгое время бывшее под запретом, наконец-то по праву заняло своё место в истории русской литературы советского периода.



   После издания «Архипелага ГУЛАГа» (а оно произошло лишь в  1989 году) ни в русской, ни в мировой литературе не оставалось произведений, которые представляли бы большую опасность для советского режима. Эта книга раскрывала всю сущность тоталитарного государства. Пелена лжи и самообмана, всё ещё застилавшая глаза многим нашим согражданам, спадала. После всего, что было собрано в этой книге, что было раскрыто с поразительной силой эмоционального воздействия, с одной стороны, и с силой документального свидетельства – с другой, уже ничего не удивительно и не страшно.



   Однако начинался А. И. Солженицын как писатель не с повестей и романов, а с рассказа «Один день Ивана Денисовича», написанного в 1959 году. Он первым показал советскому читателю ту оборотную сторону жизни, о которой предпочитали молчать; он осудил бесчеловечную систему и создал реалистический характер подлинно народного героя. Поэтому исследование данного произведения с позиции современного читателя было и остаётся актуальным. К тому же, несмотря на всеобщий интерес к произведениям Солженицына, творчество его по-прежнему остаётся недостаточно исследованным.

  

   Цель нашей работы – определить связь между основной темой творчества А. Солженицына и фактами его биографии; выявить идейное содержание рассказа «Один день Ивана Денисовича»; рассмотреть систему образов; раскрыть его речевые особенности.



   Для достижения поставленной цели нами использовались следующие методы исследования: описательный, семантико-стилистический, метод компонентного анализа, метод контекстного анализа.



   Практическая ценность нашей работы заключается в возможности её использовать на уроках литературы в 11 классе средней школы.



   Структура работы. Она состоит из введения, двух глав, заключения, общих выводов и списка использованной литературы.



































Глава I. Биография и художественный мир А. И. Солженицына.





   Как справедливо отметил исследователь творчества писателя А. Архангельский, «судьба Александра Исаевича Солженицына складывалась не благодаря, а вопреки» (1, с.7).



   Он родился 11 декабря 1918 года в семье Исаакия Солженицына и Таисии Щербак; рано перестал ходить в церковь (ибо все храмы после революции 1917г. года закрыли); вступил в комсомол и стал старостой класса. «Ему, казалось,  написано было на роду превратиться в правоверного марксист. Пусть лично честного, пусть искреннего, но готового – подобно героям многих его книг (лейтенанту Зотову в рассказе «Случай на станции Кочетовка»; Льву Рубину в романе «В круге первом») – поступиться ради идеи Социализма чужой человеческой жизнью. Не превратился.» (1, с.8).



   По окончанию школы А. И. Солженицын учился сразу в двух институтах – в Ростовском университете на физмате и заочно в Московском Институте философии и литературы; мечтал стать писателем. Позднее Солженицын скажет, что мог бы стать таким, как многие советские писатели – певцом революции и «социалистического» гуманизма.



   Но судьба послала ему два испытания. Началась война. 18 октября 1941 года его призвали в армию. Он прошёл путь от Орла до Восточной Пруссии, получил боевые награды: орден Отечественной войны 2-й степени и орден Красной Звезды. Но именно в это время он начинает осознавать, что живёт слишком бездушной жизнью, что он упоён офицерской властью, правом командовать. Напряжённая духовная жизнь, раздумья об истории революции приводят к сомненьям, которые капитан Солженицын наивно доверяет почте, делясь ими с другом.



   В 1945 году обоих арестовали. Солженицын получил восемь лет исправительно-трудовых лагерей, пять из которых он провёл в лагерях Подмосковья и Москвы, а последние три – в Средней Азии. Это было второе испытание. Судьба распорядилась так, что он не только увидел все круги тюремного ада, но и стал в 1952 году свидетелем восстания заключённых в Экибастузе.

   

   Сосланный на вечное поселение в Казахстан и уже сочинивший в уме, в памяти несколько рассказов и пьес, замысливший огромный труд об истории России, Солженицын вскоре узнаёт о том, что он болен раком и что жить ему осталось несколько месяцев. Но произошло чудо: рак отступил. Солженицын увидел в этом Божий Промысел: ему дана отсрочка, чтобы он мог рассказать за всех погибших о страданиях русского народа после 1917 года.



   Поборником и подвижником Божьим называет себя писатель: «я – не я, и моя литературная судьба – не моя, а всех тех миллионов, кто не доцарапал, не дошептал, не дохрипел своей тюремной судьбы, своих лагерных открытий».



   Так рождаются из-под пера Солженицына и чудом пробиваются к читателю «Один день Ивана Денисовича» (1962), «В круге первом» (1968, 1978), «Архипелаг ГУЛАГ» (1973-1980).

  

   Книгу «Архипелаг ГУЛАГ» (ГУЛАГ – главное управление лагерей НКВД) Солженицын считает главным произведением своей жизни. Здесь описана история советских лагерей и всего репрессивного аппарата в период с 1918 по 1956 год. Писатель посвятил свой труд «всем, кому не хватило жизни об этом рассказать. И да простят они мне, что я не увидел, не всё вспомнил, не обо всём догадался». А увидел он всё-таки очень многое: целую страну со своими законами, правителями и подданными, «малую зону» в составе «большой зоны» - Союза Советских Социалистических Республик.



   Параллельно с книгами о ГУЛАГе А. Солженицын создал ряд произведений о смысле бытия, о человеческой ответственности, о добре и зле («Матрёнин двор», «Случай на станции Кочетовка»), о жизни и смерти («Раковый корпус»).

  

   Лишь немногие из названных произведений появились в советской печати. Большинство текстов публиковалось на Западе, а в СССР они распространялись тайно, отпечатанные на машинках или даже просто переписанные от руки.



   Всё это не могло не раздражать власти. В 1969 году Солженицына исключили из Союза писателей. Наиболее злобный характер травля писателя приобрела после присуждения ему Нобелевской премии (1970 год). А после публикации за границей «Архипелага ГУЛАГ» писателя насильственно выслали из страны. 

 

   После непродолжительных скитаний по Европе Солженицын обосновался в США, в штате Вермонт, и приступил к осуществлению своего давнего грандиозного замысла: он пишет хронику-эпопею о России между августом 1914 и апрелем 1917 года. Результатом многолетнего труда стал многотомный роман «Красное колесо». В этом повествовании о предреволюционных годах и о самой революции Солженицын ищет ответы на вопросы о том, что стало истоком того скорбного пути, по которому пришлось пройти России в последующие 70 лет.



   Здесь же, в Вермонте, написаны многие публицистические статьи А. И. Солженицына, который призывает «жить не по лжи», а по совести; утверждает «раскаяние и самоограничение как категории национальной жизни»; пишет, что религия должна вернуть народу духовность. Его максимализм не знает предела. В западном обществе, поддерживавшем его в борьбе за права человека, - А. Солженицын разглядел серьёзный духовный кризис. В «Гарвардской речи» он высказался о признаках этого кризиса с не меньшим негодованием, чем об отечественном либерализме и словоблудии (об этом – его статья «Образованщина»).



   Воспев русского человека, русский народ, русскую государственность, он тем не менее призвал отказаться от колонизированных русскими территорий и сосредоточиться на развитии Севера и Сибири («как нам обустроить Россию»). Эмигрант поневоле, он резко отрицательно отозвался о добровольных эмигрантах, считая, что место русского человека – на родине (сам он вернулся в Россию в 1994 году). Революционным путям изменения общественной жизни он противопоставил эволюцию, решающим фактором которой объявил не личную свободу, а духовную общность людей.



   А. Солженицына часто критиковали и критикуют за то, что он не с «демократами», и не с «патриотами». Он – с Россией, где, по его убеждению, все партии и люди должны объединиться в общем деле обустройства родины.



   Сфера постоянного внимания А. Солженицына – русский национальный характер и история России XX века во всех драматических и героических моментах.



   Этим обусловлен и выбор героев, как правило, это – рядовой русский человек: мужик-крестьянин («Один день Ивана Денисовича»), вчерашний зек, интеллигент в первом поколении Олег Костоглотов («Раковый корпус»), математик и философ Нержин («В круге первом») или молодой человек Саня Лаженицын, делающий первые жизненные шаги («Красное колесо»). Вокруг такого персонажа – целый мир, народ всей России. «Говорит ли писатель о маленькой деревне, лагере или раковом корпусе больницы, он художественно моделирует всю Россию. Такой масштаб авторского взгляда не мешает художнику сохранять верность жизненным реалиям, приверженность документальной точности» (4, с. 162).



   По книгам А. Солженицына можно с абсолютной точностью установить, в каком лагере происходили события «одного дня Ивана Денисович», в какой «шарашке» - действие «Круга первого», в какой области расположен «Матрёнин двор» и в какой больнице Ташкента находиться «Раковый корпус».



   Принцип соединения единичного и общего писатель распространяет и на художественное время. Перед созданием почти каждого своего произведения писатель с дотошностью историка посещает архивы и библиотеки, составляет обширные картотеки, досье, хронологические таблицы. Но окончательный текст вбирает в себя не долгое и непрерывное течение времени, а концентрированно изображённое главное событие. Сам писатель называет это принципом узлов.



   Наиболее полно этот принцип был реализован в цикле «Красное колесо», где Солженицын делает хронологическими узлами романов катастрофу 1914 года в Восточной Пруссии и судьбу Столыпина, октябрьские волнения 1916 года в России и ленинские действия в это время, Февральскую революцию с её парадоксами и, наконец, приезд Ленина в апреле и последовавшую за этим подготовку октябрьского переворота. «Повествование в отмеренных сроках» - так определил жанр «Красного колеса» сам писатель.



   Таким образом, сюжет приобретает философское значение, выводит читателя на размышления о законах истории. Часто этому способствуют и названия произведения. Словосочетание «один день» наводит на мысль о длительности жизни героя в тяжких, нечеловеческих условиях; «круг первый» говорит читателю о наличии других, ещё более страшных кругов всемирного ада. В заголовке «Раковый корпус» таится символический подтекст: речь в книге идёт о болезни всей страны. 







































      Глава II. Советский человек в тоталитарном обществе.



   §1. Судьба рассказа “Один день Ивана Денисовича”.



            В творчестве А.И.Солженицына присутствуют не только крупные эпические полотна, но и произведения малого жанра - рассказа. “Сжатие времени и концентрация пространства - один из основных законов в художественном мире писателя”. ( 6, с. 164 ).



           Рассказ “Один день Ивана Денисовича” - повествование об одном счастливом дне заключенного щ - 854 - стал дебютным выступлением автора в печати. Он был написан всего за три недели в 1959 году. После ХХII Съезда КПСС, в конце 1961 года, друг Солженицына по марфинской шарашке, выдающийся германист и переводчик Лев Копелев отнес рукопись в журнал “Новый мир”, главным редактором которого тогда был А.Т.Твардовский. Для ее публикации в №11 за 1962 год потребовалось личное разрешение Н.С.Хрущева.



          Рассказ принес А.Солженицыну известность, а потом и славу. В 1963 году писатель был выдвинут на соискание Ленинской премии, которую, как пишет литературовед А.Архангельский, “к счастью, не получил. К счастью - потому что этот короткий период “партийно-советского” признания мог перерасти в затяжной союз, итогом которого стала бы постепенная сдача всех позиций и творчество, подчиненное логике компромисса”         (2, с. 14).





   §2. Главный герой рассказа.



           Героя рассказа, Ивана Денисовича Шухова, Солженицын наделил не своей собственной биографией интеллигента - офицера, арестованного за неосторожные высказывания о Ленине Сталине в письмах другу, а гораздо более народной - крестьянина - солдата, попавшего в лагерь за однодневное пребывание в плену. Писатель сделал это сознательно, ибо именно такие люди, по мнению автора, и решают в конечном счете судьбу страны, несут заряд народной нравственности, духовности.



          Обыкновенная и в то же время необыкновенная биография героя позволяет писателю воссоздать героическую и трагическую судьбу русского человека ХХ столетия.



         Читатель узнает, что Иван Денисович Шухов родился в 1911 году в деревне Темченево, что он, как и миллионы солдат, честно воевал, после ранения он, не долечившись, поспешил вернуться на фронт. Бежал из плена и вместе с тысячами бедолаг - окруженцев попал в лагерь как якобы выполнявший задание немецкой разведки. “Какое же задание - ни Шухов сам не мог придумать, ни следователь. Так и оставили просто - задание”.



         У Шухова осталась на воле семья. Мысли о ней помогают Ивану Денисовичу сохранить в заключении человеческое достоинство и надежду лучшее будущее. Однако передачи присылать он жене запретил: “Хотя на воле Шухову легче было кормить семью целую, чем здесь одного себя, но знал он, чего те передачи стоят, и знал, что десять лет их с семьи не потянешь. Так лучше без них”.



        



        В лагере Иван Денисович не стал “придурком”, то есть тем, кто за взятку или какие-нибудь услуги начальству устроился на теплое местечко в лагерной администрации.

Шухов не изменяет вековым мужицким привычкам и “себя не роняет”, не унижается из-за сигареты, из-за пайки и уж тем более не вылизывает тарелки и не доносит на товарищей.



       По известной крестьянской привычке Шухов уважает хлеб ( носит его в специальном карманчике, в чистой тряпочке ); когда ест, снимает шапку. Не гнушается он и приработками, а «на чужое добро брюха не распяливает».



       Никогда не симулирует Шухов болезни, а заболев всерьез, ведет себя в санчасти виновато ( «Вот что…Николай Семенович…я вроде это…болен,» - совестливо, как будто зарясь на чужое, сказал Шухов).



       Особенно ярко народный характер персонажа вырисовывается в сценах работы. Иван Денисович и каменщик, и печник, и сапожник. «Кто два дела руками знает, тот еще и десять подхватит»,- говорит Солженицын.



       Даже в условиях неволи Шухов бережет и прячет мастерок в его руках обломок пилы превращается в сапожный нож. Мужицкий хозяйственный ум не может смириться с переводом добра. И Шухов, рискуя опоздать в строй и быть наказанным, не уходит со стройки, чтобы не выбрасывать цемент.



       «Кто работу крепко тянет, тот над соседями вроде бригадира становится», - говорит писатель.



        Человеческое достоинство, равенство, свобода духа, по Солженицыну, устанавливаются в труде, именно в процессе работы зеки шумят и даже веселятся, хотя весьма символичным является то факт, что заключенным приходится строить новый лагерь, тюрьмы для самих себя.



        Шухов на протяжении рассказа переживает всего один лагерный день («Таких дней в его сроке от звонка до звонка было три тысячи шестьсот пятьдесят три. Из-за високосных годов – три дня лишних набавлялось»…). День относительно счастливый, когда, как признает Солженицынский герой, «выдалось много удач: в карцер не посадили, на соцгородок бригаду не выгнали, в обед он закосил кашу, бригадир хорошо закрыл процентовку, стену Шухов клал весело, с ножовкой на шмоне не попался, подработал вечером у Цезаря и табачку купил. И не заболел, перемогся».



        Тем не менее даже этот «ничем неомраченный» день оставляет у читателя довольно тягостное впечатление. Ведь хороший,  совестливый человек Иван Денисович постоянно должен думать только о том, как уцелеть, прокормиться, не замерзнуть, добыть лишний кусок хлеба, не вызвать гнев надзирателей и лагерных офицеров… Можно только догадываться, как тяжело приходится ему в менее счастливые дни. И все-таки Шухов находит время размышлять о родной деревне, о том, как там обустраивается жизнь, в которую он рассчитывает включиться после освобождения. Его беспокоит, что мужики не работают в колхозе, а все больше уходят на отхожие промыслы, зарабатывают не пыльной работой – раскрашиванием ковров. Иван Денисович, а вместе с ним и автор, размышляет: «Легкие деньги – они и не веселят ничего, и чутья такого нет, что вот, мол, ты заработал. Правильно старики говорили: за что не доплатишь, того не доносишь.  Руки у Шухова еще добрые, смогают, не уж он себе на воле ни печной работы не найдет, ни столярной, ни жестяной?»



         Среди критиков долгое время не утихали споры, положительный ли герой Иван Денисович. Смущало то, что он исповедовал лагерную мудрость («Кряхти да гнись. А упрешься – переломишься»), а не бросался, как почти все герои советской литературы, «в бой с недостатками». ( К чему приводила в тех условиях эта «борьба» А.Солженицын показал на примере кавторанга Буйновского). Еще большие сомнения вызывало следование героя другому лагерному правилу: «Кто кого сможет, тот того и гложет». В рассказе есть эпизод, когда герой отбирает поднос у слабака, с большой выдумкой «уводит» толь, обманывает жирномордого повара. Однако каждый раз Шухов действует не для личной пользы, а для бригады: накормить товарищей, заколотить окна и сохранить здоровье солагерников.



           Наибольшее недоумение у критиков вызывала фраза о том, что Шухов «уж сам не знал, хотел он воли или нет». В ней, однако, есть весьма существенный для писателя смысл. Тюрьма, по Солженицыну, огромное зло, насилие, но страдание и со-страдание способствуют нравственному очищению. «Жилистое, не голодное и не сытое состояние» приобщает человека к более высокому нравственному существованию, объединяет с миром. Недаром же заявлял писатель: «Благословляю тебя, тюрьма, что ты была в моей жизни».



           Иван Денисович Шухов – герой не идеальный, а вполне реальный, взятый из гущи лагерной жизни. Нельзя сказать, что у него нет недостатков. Он, например, по-крестьянски робеет перед любым начальством. Не может, в силу малообразованности, вести ученый разговор с Цезарем Марковичем. Однако все это не умаляет главного в солженицынском герое – его волю к жизни, стремления эту жизнь прожить не в ущерб другим и чувство оправданности собственного бытия.

          Эти качества Ивана Денисовича не смогли истребить долгие годы, проведенные в ГУЛАГе.





   §3. Система образов и идейное содержание рассказа.



            Другие персонажи произведения увидены как бы глазами главного героя. Есть среди них те, кто вызывает у нас откровенную симпатию: это бригадир Тюрин, кавторанг Буйновский, Алешка – баптист, бывший узник Бухенвальда Сенька Клевшин и многие другие. По-своему симпатичны и «придурок» бывший московский кинорежиссер Цезарь Маркович, устроившийся на легкую и престижную работу в лагерной конторе.



            Есть, наоборот, такие, кто у автора, главного героя и у нас, читателей, ничего, кроме стойкого отвращения, не вызывают. Это – бывший большой начальник, а ныне опустившийся зек, готовый вылизывать чужие тарелки и подбирать окурки, Фетюков; десятник – доносчик Дэр; заместитель начальника лагеря по режиму хладнокровный садист лейтенант Волковой.



          Отрицательные герои никаких собственных идей в рассказе не высказывают. Их фигуры просто символизируют те или иные осужденные автором и главным героем негативные стороны действительности.





          Фетюков, например, олицетворяет жизненную беспомощность и паразитизм людей из лагерного «потока 37-го года» - бывших партийных и советских руководителей, ранее санкционировавших раскулачивание крестьян и репрессии против беспартийной интеллигенции, а потом тоже ставших жертвами сталинских чисток.



          А лейтенант Волковой – это символ жестокости тоталитарного государства, нашедший свое концентрированное выражение в ГУЛАГе. 



          Другое дело – герои положительные. Они ведут друг с другом частые споры, свидетелем ( но не участником ) которых становится Иван Денисович. Вот кавторанг Буйновский, человек в лагере новый и к местным порядкам не приученный, смело кричит Волковому: «Вы права не имеете людей на морозе раздевать! Вы девятую статью уголовного кодекса не знаете!..» Шухов же про себя, как опытный зек, комментирует: «Имеют. Знают. Это ты, брат, еще не знаешь». 



          Здесь писатель демонстрирует крах надежд тех, кто был искренне предан Советской власти и считал, что в отношении их совершено беззаконие и надо только добиться неукоснительного и точного соблюдения советских законов. Иван Денисович  вместе с Солженицыным прекрасно знает, что спор Буйновского с Волковым не просто бессмыслен, но и опасен для излишне горячего зека, что никакой ошибки со стороны лагерной администрации, конечно же, нет, что, ГУЛАГ – хорошо отлаженная государственная система и что оказавшиеся в лагере сидят здесь не вследствие роковой случайности, а потому, что кому-то наверху это необходимо. Шухов подсмеивается в душе над Буйновским, еще не забывшим командирские привычки, которые в лагере выглядят нелепо. Иван Денисович понимает, что кавторангу надо будет смирить свою гордыню, чтобы выжить во время присужденного ему двадцатипятилетнего срока. Но вместе с тем он чувствует, что сохранить силу воли и внутренний нравственный стержень кавторанг скорее уцелеет в аду ГУЛАГа, чем опустившийся «шакал» Фетюков.



            Бригадир Тюрин, лагерный ветеран, рассказывает печальную историю своих злоключений, начавшуюся с того, что еще в 1930 году бдительные командир и комиссар полка выгнали его из армии, получив сообщение, что тюринские родители раскулачены: «Между прочим, в 38-ом на котласской пересылке встретил я своего бывшего комвзвода, тоже ему десятку сунули. Так узнал от него: и тот комполка, и комиссар – оба расстреляны в тридцать седьмом. Там уж были они пролетарии или кунаки. Имели совесть или не имели… Перекрестился я и говорю: «Все же ты есть, создатель, на небе. Долго терпишь, да больно бьешь…».



             Тут Солженицын устами бригадира декларирует тезис о том, что репрессии 1937 года явились Божьей карой коммунистам за беспощадное истребление крестьян в годы насильственной коллективизации.



             Практически все персонажи рассказа «Один день Ивана Денисовича» помогают автору высказать свои основные идеи насчет причин и следствий репрессий.

















    







§4. Категории времени и пространства рассказе.



            Проза А.И.Солженицына обладает качеством предельной убедительности в передаче жизненных реалий. Рассказанная им история об одном дне из жизни заключенного воспринималась первыми читателями как документальная, «непридуманная». Действительно, большая часть персонажей рассказа – подлинные, из жизни взятые натуры. Таковы, например, бригадир Тюрин, кавторанг Буйновский. Только образ главного героя рассказа Шухова, по свидетельству автора, сложен из солдата артиллериста той батареи, которой командовал на фронте Солженицын, и из заключенного №854 Солженицына.



            Приметами непридуманной реальности наполнены описательные фрагменты рассказа. Таковы портретная характеристика самого Шухова ( «бритая, беззубая и будто усохшая голова» ; его манера двигаться; искривленная ложка, которую он заботливо прячет за голенище валенка и т.п.); ясно нарисованный план зоны с вахтой, санчастью, бараками; психологически убедительное описание чувств заключенного при обыске. Любая деталь поведения узников или их лагерного быта передана почти физиологически конкретно.



            При внимательном прочтении рассказа выясняется, что эффект жизненной убедительности и психологической достоверности, производимый рассказом,- результат не только сознательного стремления писателя к максимальной точности, но и следствие его незаурядного композиционного мастерства. Удачное высказывание о художественной манере Солженицына принадлежит литературоведу Аркадию Белинкову: «Солженицын заговорил голосом великой литературы, в категориях добра и зла, жизни и смерти, власти и общества…Он заговорил об одном дне, одном случае, одном дворе… День, двор, и случай – это проявления добра и зла, жизни и смерти, взаимоотношений человека и общества».



            В этом высказывании литературоведа точно подмечена взаимосвязь формально-композиционных категорий времени, пространства и сюжета с нервными узлами проблематики Солженицына.            

            

             Один день в рассказе Солженицына содержит сгусток судьбы человека. Нельзя не обратить внимания на чрезвычайно высокую степень детализированности повествования: каждый факт дробится на мельчайшие составляющие, большая часть которых подается крупным планом. Необыкновенно тщательно, скрупулезно следит автор, как его герой одевается перед выходом из барака, как он надевает тряпочку - намордник или как до скелета объедает попавшуюся в супе мелкую рыбешку.



              Такая дотошность изображения должна была бы утяжелить повествование, замедлить его, однако этого не происходит. Внимание читателя не только не утомляется, но еще больше обостряется, а ритм повествования не становится монотонным. Дело в том, что солженицинский Шухов поставлен в ситуацию между жизнью и смертью; читатель заряжается энергией писательского внимания к обстоятельствам этой экстремальной ситуации. Каждая мелочь для героя - в буквальном смысле вопрос жизни и смерти, вопрос выживания или умирания. Поэтому Шухов ( а вместе с ним и читатель ) искренне радуются каждой найденной вещице, каждой лишней крошке хлеба.

             





День - та “узловая” точка, через которую в рассказе Солженицына проходит вся человеческая жизнь. Вот почему хронологические и хронометрические обозначения в тексте имеют еще и символическое значение. “Особенно важно, что сближаются друг с другом, порой почти становясь синонимами, понятия “день” и “жизнь”. Такое семантическое сближение осуществляется через универсальное в рассказе понятие “срок”. Срок - это и отмеренное заключенному наказание, и внутренний распорядок тюремной жизни, и - самое важное - синоним человеческой судьбы и напоминание о самом главном, последнем сроке человеческой жизни” ( 4, с. 169 ). Тем самым временные обозначения приобретают в рассказе глубинную морально - психологическую окраску.



              Важность категории времени в рассказе подчеркивается тем, что его первая и последняя фразы посвящены именно времени (“В пять часов утра, как всегда, пробило подъем - молотком об рельс у штабного барака”. - “Таких дней в его сроке от звонка до звонка было 3653. Из-за високосных годов - три дня лишних набавлялось”...)



             Место действия также необычайно значило в рассказе. Пространство лагеря враждебно узникам, особенно опасны открытые участки зоны: каждый заключенный торопится как можно быстрее перебежать участки между помещениями, оно опасается быть застигнутым в таком месте, спешит юркнуть в укрытие барака. В противоположность героям русской классической литературы, традиционно любящим ширь, даль, Шухов и его солагерники мечтают о спасительной тесноте укрытия. Барак оказывается для них домом. 



            “Пространство в рассказе выстраивается концентрическими кругами: сначала описан барак, затем очерчена зона, потом - переход по степи, стройка, после чего пространство снова сжимается до размеров барака” (3, с. 183).



            Замкнутость круга в художественной топографии рассказа получает символическое значение. Обзор узника ограничен обнесенной проволокой окружностью. Заключенные отгорожены даже от неба. Сверху их беспрестанно слепят прожектора, нависая так низко, что будто лишают людей воздуха. Для них нет горизонта, нет неба, нет нормального круга жизни. Но есть еще внутреннее зрение заключенного - пространство его памяти; а в нем преодолеваются замкнутые окружности и возникают образы деревни, России, мира.







§5. Эпоха, отраженная в произведении.



              Созданию обобщенной картины ада, на который был обречен советский народ ( а Солженицын своим произведением доказывает, что заключенные в советских лагерях и тюрьмах находились в куда более тяжелом и бесправном положении, чем в царской России ), способствуют введенные в повествование эпизодические персонажи с их трагическими судьбами.



             Внимательный читатель не может не заметить, что историю тоталитаризма А.Солженицын ведет не с 1937 года, не со сталинских, как тогда говорили, “нарушений норм государственной и партийной жизни”, а с первых послеоктябрьских лет. Совсем ненадолго появляется в рассказе безымянный старик зек, сидящий с основания советской власти, беззубый, вымотанный, но, как всегда народные персонажи у А.Солженицына, “не до слабости фитиля - инвалида, а до камня тесаного, темного”.



              Простой подсчет скрупулезно указанных писателем сроков заключения солагерников Ивана Денисовича показывает, что первый бригадир Шухова Кузьмин был арестован в “год великого перелома” - в 1929 г, а нынешний, Андрей Прокопьевич Тюрин, - в 1933 г, названном в советских учебниках истории “годом победы колхозного строя”.



               В небольшом рассказе уместился целый перечень несправедливостей, рожденных системой: наградой за мужество в плену стал для сибиряка Ермолаева и героя Сопротивления Сеньки Клевшина десятилетний срок; за веру в Бога при объявленной Сталинской Конституцией свободе веры страдает баптист Алешка. Система беспощадна и к 16-летнему мальчику, носившему в лес еду; и к капитану второго ранга верному коммунисту Буйновскому; и к бендеровцу Павлу; и к интеллигенту Цезарю Марковичу; и к эстонцам, вся вина которых - в желании свободы для своего народа. Злой иронией звучат слова о том, что Социалистический городок строят заключенные.



               Таким образом, в одном дне и одном лагере, изображенных в рассказе, писатель сконцентрировал ту оборотную сторону жизни, которая была до него тайной за семью печатями. Осудив бесчеловечную систему, писатель вместе с тем создал реалистический характер подлинно народного героя , сумевшего пронести через все испытания и сохранить лучшие качества русского народа.



   §6. Речевые особенности рассказа.



                Воссоздавая образ простого русского человека, А.Солженицын добивается почти полного слияния авторского голоса и речи героя.



                В композиционном отношении интересно, что весь рассказ выстроен как несобственно-прямая речь Ивана Денисовича. Сообщая о лагерной жизни, писатель мог бы избрать иную повествовательную манеру. Это могло бы быть эпическое повествование “от автора” или, наоборот, рассказ от первого лица, от лица героя. Солженицын же предпочел такую форму рассказывания, которая позволяла предельно сблизить точку зрения мужика с точкой зрения автора. Такой художественный эффект лучше всего достигается использованием несобственно-прямой речи: рассказывается не только о том, что мог бы поведать наш герой произведения, но и о вещах, вряд ли достигнутых его пониманию. При этом сама манера речевого выражения определяется присущими сказовой речи просторечиями и диалектизмами, а также введением лагерного жаргона.



               А.И.Солженицын довольно скупо использует в рассказе переносные значения слов, предпочитая первоначальную образность и добиваясь максимального эффекта речи. Дополнительную экспрессию придают тексту нестандартно использованные фразеологизмы, пословицы и поговорки в речи героя. Он способен чрезвычайно сжато и метко двумя -  тремя словами определить суть события или человеческого характера. Особенно афористично звучит речь героя в концовках эпизодов или описательных фрагментов.





               Вообще Солженицын считает, что с течением времени “произошло иссушительное обеднение русского языка”, а сегодняшнюю письменную речь называет “затертой”. Утрачены многие народные слова, фразеологизмы, синонимы.



               Желая “восстановить накопленные, а потом утерянные богатства”, Солженицын не только составил “Русский словарь языкового расширения”, но и использовал материал этого словаря в своих книгах, в частности в рассказе “Один день Ивана Денисовича”. Художник часто употребляет окказиолизмы и словосочетания, состоящие из уже имеющихся языковых единиц, но в необычных значениях: “другоданная жизнь” ( о выздоровывшем человеке ), “женобесие” ( о развратничестве ). Очень выразительны образованные автором наречия: “впробежь, поизнову, напроброс, наразбив” . Любит автор и глагольные фориы с приставками: “приудобился. Задрог, сдыхаться, изнахалился”. Народный, просторечный характер приобретают слова с измененным чередующимся звуком: “застыживался, непокорчивая”.



               Что касается синтаксиса, А.И.Солженицын избегает растянутых периодов, насыщая текст короткими рублеными фразами, синтаксическими повторами, эмоционально окрашенными восклицаниями и вопросами. Любая частность описания, любой взгляд или оценка - все это передано через восприятие самого героя.

                Можно отметить, что языковые поиски Солженицына оказали влияние на многих писателей, в том числе на В.Астафьева, В.Распутина, Ф. Абрамова.



           









































































Заключение.



             Чем же притягивает нас творчество А.И.Солженицына? Правдивостью, болью за происходящее, прозорливостью. Писатель, историк, он все время предупреждает нас: не потеряйтесь в истории.

              “Скажут нам: что же может литература против безжалостного натиска открытого насилия? А не забудем, что насилие не живет одно и не способно жить одно: оно непременно сплетено с ложью, - писал А.И.Солженицын. - А нужно сделать простой шаг - не участвовать во лжи. Пусть это приходит в мир и даже царит в мире, - но не через меня”. Писателям же и художникам доступно большее: победить лож! Солженицын был и остается таким писателем, который победил ложь. “А своими произведениями он не только воздвиг монументальный памятник миллионам замученных за годы советской власти, но и вынес беспощадный приговор тоталитарной системе, доказав своим читателям ее бесчеловечность и историческую обреченность”. ( 5, с. 49 ).



Общие выводы.



   1. Формирование А.И.Солженицына как писателя - обличителя тоталитарного государства произошло под влиянием тяжелых жизненных испытаний: войной и исправительно - трудовыми лагерями.

   2. Основная тема творчества писателя - история России ХХ века во всех ее драматических и героических моментах. Основной герой - рядовой русский человек.

   3. Сжатие времени и концентрация пространства - один из основных законов в художественном мире А.И.Солженицына.

   4. Рассказ “Один день Ивана Денисовича” - дебютное произведение автора, принесшее ему известность и славу.

   5. Герой рассказа - крестьянин-солдат, несущий заряд народной нравственности и духовности, потому что именно такие люди, по мысли писателя, и решают в конечном счете судьбу страны.

   6. И главный герой, и остальные персонажи - как положительные, так и отрицательные -  помогают А.И.Солженицыну высказать свои основные идеи относительно причин и следствий сталинских репрессий.

   7. Значительную роль в рассказе играют категории времени и пространства.

   8. В рассказе отражена эпоха тоталитаризма в Советском Союзе, создана обобщенная картина ада, на который был обречен советский народ.

   9. Раскрытию темы и идеи рассказа способствуют его речевые особенности.

   10 А.И.Солженицын - писатель, победивший ложь, вынесший беспощадный приговор тоталитарной системе.









            



















Использованная литература.



1. Архангельский А. “Поэзия и правда. - в кн: Русские писатели - лауреаты Нобелевской премии. Александр Солженицын. - М. “Молодая гвардия”, 1991.

2. Агеносов В.В. А.Солженицын. - М. 1999г.

3. Нива Ж.  Солженицын - М. 1992г.

4. Паламарчук П.  Александр Солженицын : Путеводитель .- 1991Г.

5. Соколов Б. Сохранить человеческое в аду ГУЛАГа ( рассказ А.Солженицына “Один день Ивана Денисовича” ) - М. 1992г.

6. Чакмаев В. Александр Солженицын. Жизнь и творчество. - М. 1994г.

7. Солженицын А.И. Избранное -М. Молодая гвардия . 1991г.