Развитие социал-демократического движения в ЧСР в 1929-1934 гг.

Развитие социал-демократического движения в ЧСР в 1929-1934 гг.



Шмиховский 1928 г. объединенный конгресс всех социалистических партий в ЧСР, после которого произошло изменение политической линии в пользу активизма - сотрудничества с чехословацкими социал-демократами н участия в чехословацком коалиционном правительстве, стал отправной точкой нового этапа в истории судето-немецкой социал-демократии. Рассматривая вопрос о причинах перехода НСДРП(Ч) на позиции активизма, следует отметить, что к этому ее толкала как ситуация внутри страны, так и за ее пределами. С одной стороны, неудачи социал-демократов, как чешских, так и немецких на последних выборах, что еще раз продемонстрировали общинные выборы в октябре 1927 г. и выборы региональных представителей в декабре 1928 г., когда из 35 мандатов, полученных представителями немецких партий, НСДРП(Ч) завоевала лишь 9. Успешная конкуренция со стороны коммунистов также толкала чешских и немецких социал-демократов на поиск путей к сотрудничеству. Немаловажное значение сыграл и фактор выхода чехословацких социал-демократов из коалиционного правительства, в результате чего они оказались в положении обойденной властью партии. С другой стороны, перед ними был пример успешного взаимодействия чешских и немецких аграриев - главных конкурентов социал-демократии в ЧСР. Переход к сотрудничеству между чехословацкими и немецкими социал-демократами в ЧСР произошел не вдруг, а был подготовлен партийно-политическим развитием середины 1920-х гг. В 1926 г. партия венгерских социал-демократов в ЧСР влилась в состав ЧСДРП. В том же году профсоюзы судето-немецкой социал-демократии заключили соглашение о координации действий с чехословацкими социал-демократическими профсоюзами.

Большое значение имело нарастание угрозы со стороны правых сил, что побуждало социал-демократов думать о единстве антифашистского фронта. Нельзя сбрасывать со счетов и расчет немецких социал-демократов на перехват политической инициативы у других партий национальных меньшинств, ряд представителей которых демонстративно покинули в 1928 г, коалицию в знак протеста против отказа от прежних программ национальной автономии и реформы политико-административного управления 1927 г. Мировой экономический кризис, начавшийся в 1929 г., сильно ударил по чехословацкой экономике, зависевшей от иностранных вложений и кредитов: он также обусловил консолидацию усилий социал-демократии Чехословакии. Большое значение имело и давление со стороны СРИ, При этом можно предположить, что, переходя к сотрудничеству, НСДРП(Ч) рассчитывала в случае неудачи выставить его виновниками чехословаков, и за счет шумной кампании укрепить свой авторитет среди населения.

Переход НСДРП(Ч) и ЧСДРП от конфронтации к сотрудничеству диктовался общим ухудшением условий для деятельности каждой отдельной партии в ЧСР. С обеих сторон этот акт носил тактический характер, так как отношения между обеими партиями продолжали оставаться напряженными.

Первые результаты этого сотрудничества дали местные выборы (2 декабря 1928 г.), на которых впервые едиными списками выступили чехословацкие, немецкие и польские социал-демократы.

Досрочные парламентские выборы 27 октября 1929 г., вызванные правительственным кризисом в связи с выходом словацких клерикалов из правительства, принесли успех социал-демократам. Сильнейшей политической партией Чехословакии остались чехословацкие аграрии -15% голосов; вслед за ними шли чехословацкие социал-демократы - 13%, чешские национал-социалисты и коммунисты получили приблизительно одинаковое количество голосов - 10,4% и 10,2% соответственно, причем количество голосов поданных за коммунистов резко сократилось в сравнении с 1925 г.; немецкие социал-демократы замыкали лидирующую пятерку - 7% голосов.

Итоги выборов следует считать успехом немецкой социал-демократии. Если объединить их голоса и голоса, поданные за чехословацких социалистов, то эго давало им более 30% от всех избирательных бюллетеней. Однако при сопоставлении с тем преимуществом, что имели социалисты в 1920 г., эти результаты демонстрировали и огромные потери, понесенные социалистическим движением в Чехословакии. Тем не менее руководство ЧСДРП помпезно заявило, что достигнута "великая победа социал-демократии в Чехословакии". По итогам выборов была создана так называемая "широкая" правительственная коалиция, предложение войти в которую получили и немецкие социал-демократы. Немецкие клерикалы остались на этот раз вне коалиции.

Внеочередной съезд партии, состоявшийся в Ауссиге 30 ноября 1929 г., одобрил вхождение Л. Чеха в правительство, однако этот акт был охарактеризован как "политико-тактический, но ни в коей мере не основной поли^ческий вопрос". Мнение о тактическом характере участия судето-немец-jrtjx социал-демократов в правительстве было широко распространено и среди чехословацких буржуазных партий. Съезд судето-немецкой социал-демократии не внес существенных корректив партийную идеологию. Он подтвердил верность "духу Хайнфельда" и программным установкам, выработанным австрийской социал-демократией в довоенный период.

Переход НСДРП(Ч) на позицию активизма и вхождение ее представителя в правительство произошло в весьма неудачный период. Социалисты оказались в правительстве на вторых ролях. Проведя ряд незначительных мероприятий по улучшению положения трудящихся, они оказались у власти в момент начала мирового экономического кризиса 1929-1932 гг. Его первая волна ударила по ЧСР в конце 1929 г, когда число безработных выросло по сравнению с июнем месяцем на 20 тыс. человек; в марте 1930 г. число безработных увеличилась еще на 36 тыс. и составило около 88 тыс. Летом 1930 г., когда произошла некоторая активизация хозяйственной жизни в стране и численность безработных сократилась, казалось, что экономические трудности для ЧСР остались позади. Однако уже в сентябре 1930 г. произошло резкое ухудшение ситуации; количество безработных составило уже 100 тыс. человек.

Начало 1930-х гг. было ознаменовано катастрофическим падением жизненного уровня населения многих европейских стран. Для ЧСР, сильно зависимой от иностранного капитала, кризис имел очень тяжелые последствия. При этом особо пострадали именно немецкие районы, что было связано как с их специфическим положением в качестве индустриальных центров страны, так и с дискриминационной политикой чехословацкого руководства в их отношении. На февраль 1933 г. количество безработных в ЧСР составило один миллион человек; из которых 250 тыс. были немцами. Во многих немецких районах ЧСР, особенно в Немецкой Богемии и районе Богемского леса, царил голод. В феврале 1933 г. в Северной Богемии, в Райхенберге, состоялся "конгресс голода", в котором приняли участие судето-немецкие рабочие, как социал-демократы, так и коммунисты. Участники конгресса требовали выделить на нужды голодающих немецких рабочих 150 млн. крон из военного бюджета и из чехословацких банков. Однако официальное руководство НСДРП(Ч) не одобряло эти акции отчаяния.

Партийное руководство и профсоюзы были вынуждены тратить огромные средства на поддержку рабочих. Важнейшими средствами поддержки оставшихся без работы были так называемые "продовольственные и молочные акции", "зимняя помощь" и т.п.; особая поддержка оказывалась детям из семей безработных. Благодаря деятельности Л. Чеха на посту министра социального обеспечения НСДРП(Ч) была организована специальная правительственная акция по поддержке кустарей. На эти цели было выделена 2 млн. чешских крон. Партия и профсоюзы создавали свои фонды помощи безработным. В условиях паралича хозяйственной жизни в стране на эти цели требовались огромные суммы. Так, если в 1930 г, затраты НСДРП(Ч) на подобные нужды составили 10 млн. крон, то за 1931 г. - уже 142 млн. крон; такая же сумма была израсходована всего лишь за первую половину 1932 г., а во второй половине этого же года она составила 175 млн.

Партия делала все возможное, чтобы смягчить последствия кризиса. Однако ее силы и средства были ограничены. Не приходилось рассчитывать и на помощь чехословацких и западноевропейских социал-демократов, положение которых вследствие экономического кризиса также было нелегким. Дополнительной статьей расходов для судето-немецких социал-демократов стал поток социалистической эмиграции, хлынувший в страну после победы Гитлера в Германии и запрета социал-демократической партии в Австрии.

Приход к власти в Германии в 1933 г. Гитлера и поражение австрийской социал-демократии в Австрии в 1934 г. выдвинули новые задачи для социалистического движения в ЧСР, одной из главной среди которых стала проблема социал-демократической эмиграции. Представляется возможным выделить следующие основные направления деятельности по оказанию поддержки социал-демократической эмиграции:

	Движение солидарности;

	Помощь в переправке беженцев из Германии и Австрии в ЧСР;

	Финансовая поддержка;

	Помощь в организации органов партийного руководства и печатных изданий эмиграции в ЧСР;

	Поддержка при организации нелегальной работы.

Одной из важнейших задач судето-немецких социал-демократических организаций стала организация переправки и приема социалистов из Германии и Австрии. Судеты стали центром и перевалочным пунктом для социал-демократической эмиграции из Германии. Была организована спеииальная линия побегов из Австрии в Чехословакию, на территории коброй было создано 18 лагерей по размещению шуцбундовцев. В ЧСР нашли убежище ведущие представители германской социал-демократии: О Вельс, Г. Фогель, Ф. Штамлфер, Э. Олленхауэр. При помощи судето-немецких товарищей в ЧСР бежали О. Бауэр и Ю. Дойч.

За период 1933-1939 гг. на территории Чехословакии оказалось около 10.000 эмигрантов из Германии и Австрии. Приток эмигрантов потребовал от чехословацких партий и организаций больших финансовых расходов. По подсчетам эмиграционного руководства СДПГ в начале июля 1933 г. в месяц эмиграции требовалось 17.000 марок и еще 13 000 для организации работы в Германии. Всего на нужды эмиграции было выделено порядка 15 миллионов чехословацких крон - приблизительно 2 миллиона германских марок. Около 3 миллионов крон, т.е. порядка 25% от всей суммы, полученной эмигрантами, выделила НСДРП(Ч). Это составляло 75% от ее членских взносов и прочих финансовых поступлений за этот же период.

Социал-демократы ЧСР организовали активную кампанию по сбору средств в пользу социал-демократический эмиграции. Однако в разоренных экономическим кризисом судето-немецких районах было более чем проблематичным собрать средства в помощь социал-демократам из Австрии и Германии.

Эмигранты из Германии получали в месяц по 600 крон, но после 1934 г. эта сумма сократилась до 500 крон. Была создана организация "Помощь социал-демократическим беженцам" с центром в Праге, которая аккумулировала денежные средства и организовывала выдачу пособий эмигрантам из Германии и Австрии. В дальнейшем размеры финансовой помощи эмигрантам сокращались до 150-200 крон. Вся тяжесть финансового бере-мени по помощи германским социал-демократам легла на НСДРП(Ч). Просьба о финансовой помощи не нашла понимания у руководства чехословацкой социал-демократии. Лишь после притока беженцев из Австрии в феврале 1934 г. было достигнуто соглашение, по которому 2/3 расходов на помощь австрийским социал-демократам принимали на себя чехословацкие социал-демократы (во многом из-за того, что в Австрии проживало много чехов), 1/3 расходов брала на себя НСДРЩЧ).

Помимо финансовой поддержки судето-немецкая социал-демократия оказала действенную помощь в организации центров германской и австрийской социал-демократии в эмиграции. 4 мая 1933 г. руководство СДПГ покинуло Берлин. На заседании в Саарбрюкене было принято решение об организации штаб-квартиры Сопаде (Sopade - сокращение от названия Социал-демократическая партия Германии: [So]zialdemokratische [Pa]rtei [De]utschlands) в Праге. Сопаде возглавили О. Вельс и Г. Фогель. В Праге эмиграционное руководство издало свой манифест, в котором изложило свои цели и перспективы антифашистской борьбы.

НСДРП(Ч) предоставила германским товарищам в распоряжение типографию Трапия" в Карлсбаде. Однако с осени 1935 г., после введения в силу так называемого "кровавого закона Геринга", по которому за распространение нелегальной антифашистской литературы грозила смерть или длительное тюремное заключение, секретариат Сопаде в Карлсбаде был вынужден констатировать огромные, в значительной степени непреодолимые трудности на пути переправки в Германию социал-демократических изданий.

Центром австрийской социал-демократической эмиграции стал город Брюнн, где в конце февраля 1934 г. конституировалось Иностранное (Заграничное) бюро партии. Его возглавил О. Бауэр; среди его членов выделялись Хелена Бауэр (супруга О. Бауэра), Э. Винклер, Ю. Дойч, К, Хайнц. При помощи судето-немецких товарищей руководители Заграничное бюро организовали краевые секретариаты в различных чехословацких городах -в Праге, Прессбурге, Цнайме и др, 15 февраля 1934 г. в Братиславе О. Бауэр и Ю. Дойч опубликовали "Декларацию", в которой, как это ни странно, опровергали сообщения властей о своем участии в боях на баррикадах.

С самого начала своей деятельности Заграничное бюро поставило своей целью издание и распространение на территории Австрии социал-демократических печатных изданий. Главным органом Заграничное бюро стала газета "Арбайтер-Цайтунг", издававшаяся в Брюнне. Главный теоретический орган австрийской социал-демократии "Дер Кампф" с февраля 1934 г. издавался совместно с ведущим теоретическим органом НСДРП(Ч) "Трибюне",

НСДРП(Ч) пришлось столкнуться большими трудностями при организации работы с социал-демократической эмиграцией из Германии и Австрии. Проблемы создавали сами эмигранты, которые вступали в конфликт с чехословацкими законами, вели себя провокационно.

Забота о социал-демократической эмиграции дополнительным бременем ложилась на местные секретариаты НСДРП(Ч), отвлекая партийных функционеров от своих дел, вызывая нервозность. Без энтузиазма относились судето-немецкие социал-демократы на местах к вояжам высших функционеров Сопаде, которые создавали дополнительные проблемы и руководству НСДРП(Ч) в Праге. Э. Олленхауэр, Г. Фогель, В. Зандер и другие слабо разбирались в специфике социал-демократического движения в ЧСР. Привыкнув к положению лидеров сильнейшей социал-демократической партии Европы, они относились к партии судето-немецкой социал-демократии в известном смысле потребительски, требуя поддер-язси, внимания, часто не выказывая благодарности.

Более многочисленная социал-демократическая эмиграция из Германии находилась на территории ЧСР и в более сложном положении. Формально чехословацкое руководство поддерживало с Германией дипломатические отношения, и антифашистская деятельность германских социалистов с территории ЧСР рассматривалась гитлеровским руководством как акт враждебности.

Если социал-демократия Германии была либо вынуждена к эмиграции, либо попала в фашистские застенки, то из членов австрийской социал-демократий были вынуждены бежать из страны лишь активные участники выступления февраля 1934 г., в первую очередь, шуцбундовцьг. Многие члены партии, и ряд ее лидеров, такие, как К. Реннер, М. Адлер, оставались в стране. Сам размах преследований участников февральских выступлений в Австрии не был крупномасштабным. Из 1521 заключенных первоначально на период амнистии в конце 1935 г. на свободе уже находилось подавляющее большинство - 1351 человек. По амнистии на свободу должны были выйти еще 154 человека и в заключении таким образом оставалось всего 16 участников, которые совершили тяжелые преступления и под амнистию не подпадали. Еще 19 социал-демократических вождей находились в розыске. Австрийская эмиграция была, таким образом, не столь многочисленной, тем более, что в конце 1935 г. правительство Австрии позволило вернуться в страну ряду участников выступления февраля 1934 г.

Эмигрантский центр австрийской социал-демократии также имел иной статус, нежели партийное руководство германской социал-демократии в эмиграции. Заграничное бюро было не руководящим органом партии в эмиграции, а лишь координационным центром. О. Бауэр и другие лидеры Заграничного бюро признавали, что руководство партии осуществляется партийным комитетом внутри Австрии.

Социал-демократическая эмиграция из Германии и Австрии на территории Чехословакии в 1933/34-1936 гг. не подвергалась значительным притеснениям со стороны властей, пользовалась широкими правами. Однако в конце 1936 г. чехословацкое руководство, под давлением нацистской Германии, усилило давление на антифашистскую, германскую, в первую очередь, эмиграцию. Под угрозой запрета было приостановлено издание печатных органов германских социал-демократов. В мае 1937 г. правительство ЧСР потребовало переселения эмигрантов из пограничных районов страны. Это означало, что социал-демократические беженцы были вынуждены покинуть практически все основные центры Судет. Для проживания эмигрантам были предоставлены районы чешско-моравской высочины, одного из наиболее бедных и слаборазвитых регионов страны. В итоге австрийские и германские социал-демократы были вынуждены покидать ЧСР, направляясь во Францию, Англию и другие страны.

Мировой экономический кризис, нестабильное политическое положение внутри Чехословакии привели к усилению правых сил в стране, представленных чешскими фашистами, словацкими глинковцами, судето-немецкими национал-сепаратистами (генлейновцами).

Особенностью политического развития ЧСР было то, что многие политические партии и движения, в том числе словацкие глинковцы (партия А. Глинки), чешские национальные социалисты, чешские национальные демократы во главе с К. Крамаржем исповедовали националистическую идеологию. Последние блокировались впоследствии с фашистской Национальной лигой И. Стржибрного и Национальным фронтом и образовали так называемое Национальное объединение, участвовавшее в выборах 1935 г. Фашистские организации в ЧСР стали возникать вскоре после окончания первой мировой войны; в феврале 1926 г. они слились в Национальную фашистскую общину (НФО). Лидер чехословацких фашистов генерал Р. Гайда объявил свою организацию наследницей дела чехословацких легионов. В своей политической теории и практике чехословацкие фашисты ориентировались на фашистскую Италию. Несмотря на активную националистическую агитацию, НФО не смогла привлечь на свою сторону значительное число избирателей.

Чешские фашисты провели ряд антинемецких акций. В конце сентября 1930 г. они организовали демонстрации против показа в Праге немецкого фильма. Стихийные шествия переросли в массовые беспорядки, в ходе когорых было разрушено два кинотеатра и сделана попытка штурмом овладеть Немецким домом. Апофеозом движения чешских фашистов стала попытка путча 21-22 января 1933 г. штурм Шкимитцких казарм в Брюнне. Атака была отбита солдатами-немцами.

Несмотря на все усилия, чешский фашизм не стал массовой политической силой в стране в условиях демократической республики и не смог составить конкуренцию демократически ориентированным чешским партиям, что удалось судето-немецким правым силам, ставших с начала 1930-х гг. главными противниками социал-демократии.

Активизация судето-немецких негативистов пришлась на конец 1920-х - начало 1930-х гг. и была связана с экономическим кризисом в ЧСР и усилением германского нацизма. Немаловажную роль в развитии генлейновс-кого движения сыграла половинчатая политика чехословацких властей.

После прихода гитлеровцев к власти чехословацкое правительство запретило деятельность партий судето-немецких националов и национал-социалистов. Казалось, что таким образом было покончено с "пятой колонной" германских нацистов в Чехословакии. Однако запретив партии, которые ориентировались в своей деятельности на Германию, правящие круга ЧСР спровоцировали рост напряженности в чешско-немецких отношениях. Это создавало благоприятную ситуацию для возрождения и развития правонационалистических настроений среди судетских немцев. При этом генлейновское движение, которое заполнило вакуум на правом фланге судето-немецкой политики, уже не связывалось в сознании немецкого и чехословацкого населения с Германией, с национал-социализмом.

В октябре 1933 г. лидеры партии национал-социалистов выступили с призывом к немецким буржуазным партиям в ЧСР организовать единый фронт. Ряд судето-немецких политических партий основали 1 октября 1933 г. Судето-немецкий отечественный фронт - СНОФ, преобразованный после выборов 1935 г. в Судето-немецкую партию - СНП. Вне этого объединения остались социал-демократы, христианские социалисты, ландбунд и ряд мелких партий и организаций. Руководителем этой партии стал бывший учитель физкультуры К. Генлейн.

С момента возникновения внутри СНОФ-СНП не было единства по программным и идейно-теоретическим вопросам. Выделялось два основных направления: умеренное (автономистское) и радикальное (пронацистское), между которыми существовали определенные идеологические расхождения. Однако в целом до 1938 г. генлейновское движение носило национал-сепаратистский, а не фашистский характер. При этом оно не имело четкой программы и действовало по ситуации, находясь в поисках политической ориентации.


Заключение



Таким образом, перед идеологами НСДРП(Ч) в конце 1920-х - начале 1930-х гг. стояла весьма сложная задача - попытаться дать объяснение тем трудностям в лице мирового экономического кризиса и усиления правонационалистических сил, с которыми пришлось столкнуться социалистическому движению.