Анализ стихотворения Лермонтова Молитва Не обвиняя меня

Анализ стихотворения Лермонтова Молитва Не обвиняя меня

Стихотворение М.Ю. Лермонтова «Молитва» написано в 1829 (1830) году. Автору этого стихотворения 15 лет, но он уже многое испытал.

Юный поэт в первой части стихотворения-молитвы, перечисляя свои грехи, обращается к Богу всесильному с мольбою о милосердии. На первом месте в перечне оказалась любовь к жизни, с ее страстями, желаниями, соблазнами. Земную жизнь молящийся называет «мраком земли могильным», вероятно, потому, что земля не только место жизни людей, но и напоминание о том, что все они смертны. Второй и третий грехи взаимосвязаны и противопоставлены первому: любя страсти земные, человек забывает о душе, реже обращается к Богу. Ум поэта «бродит» далеко, его сжигает «лава вдохновенья». Именно творчество заставляет забывать его о Боге. То, что вдохновение сравнивается с лавой, с извержением вулкана, дает нам возможность представить себе силу, красоту и разрушительность этого процесса. Поэт – вулкан, а стихи, песни – лава, вырывающаяся, изливающаяся из него, возможно, помимо воли. Это стихия, бороться с которой человек не в силах. Внутреннее волнение, чувства, побуждающие поэта творить, «мрачат стекло…очей» его.

Общеизвестна фраза о том, что глаза – зеркало души. Мрак земли с ее страстями омрачает душу человека.

Поэт традиционно считается посредником между Богом

и людьми, сверхчеловеком, но в стихотворении Лермонтова мука поэта именно в том и заключается, что «мир земной» ему тесен, а «мир небесный» его страшит. Поэтому в «грешных песнях», земных, человеческих, он обращается не к Богу.

Вторая часть молитвы начинается с союза «но», то есть противопоставляется первой. Композиция данного стихотворения основана на антитезе.

Тогда на тесный путь спасенья

К тебе я снова обращусь, –

завершающие строки – обещание, которое дает поэт в своей молитве ко всесильному.

Поэт не в силах отказаться от творчества самостоятельно, спастись самому, только Господь своей волей может погасить этот «чудный пламень», «всесожигающий костер», превратить сердце поэта в камень, остановить вечно «голодный взор». Все, что вложил в поэта Творец, только он и может отобрать. «Жажда песнопенья» противопоставлена жажде спасенья души от мук творчества.