Разработка проблемной ситуации гламурная литература как социальное и культурное явление сов

Министерство образования Российской Федерации

Московский государственный университет печати

Кафедра книжного бизнеса



























Разработка проблемной ситуации

(«гламурная литература» как социальное и культурное явление современности)











                                                                 



                                                                       Проверила:

                                                                       Чернова Н.В.















Москва

2008


	Сегодня у всех на слуху новомодные словечки – гламур, гламурный. Glamour с английского языка означает «обаяние, чары». Первые фиксации слова «гламу́р» в русском языке отмечены в 1997 году . Родина «гламура» - фотография. Причем не любая, а фотография в модном журнале. Именно в среде «модных» фотографов (fashion) слово «гламур» приобретает статус термина. Под словосочетанием «гламурная фотография» скрывается система устойчивых признаков. Теперь его смысл стал трактоваться как роскошь, шик. Это не просто слово, а образ жизни, который был свойственен, к примеру, «джинсовой» прослойке советского общества в эпоху дефицита. 2006 год можно назвать годом гламура в России. 400 000 – ным тиражом вышла книга о «гламуре» С. Минаева, кроме нее, книжные магазины заполнили подарочные издания под названиями «Гламурная кухня», «Гламурный интерьер», «Стильные штучки»; книжные новинки этого года: Анна Данилова «Гламурная невинность»,АннаГрайфендер «Гламурная жизнь», Денис Полесский «Гламурные подонки», Женя Гламурная «ШИКанутые девочки», Кристин Гор «Сенатский гламур», Наталья Кочелаева «Дети гламура», Алена Любимова «Вокруг да около гламура», Арина Ларина «Кастинг в гламурную жизнь» и так далее . На экранах телевизора прочно утвердилась светские «львицы» Ксения Собчак , Тина Канделаки и Оксана Робски; вышел в прокат «Дьявол носит Прада». Поэт Лев Рубинштейн в передаче «Школа злословия» называет гламур официальной идеологией современного общества, а глянцевые журналы — его печатным рупором. В июле выходит статья главного редактора GQ Николая Ускова «Суверенный гламур»», автор которой постулирует: «…гламур за последние пару лет стал идеологией правящего класса России, который давно проклял малиновый пиджак…». Выходит роман Виктора Пелевина “Empire “V”. Пелевин называет гламур и дискурс основами мироздания и дает объяснение обоих явлений с позиций философии. Никита Михалков назвал Россию «страной победившего гламура» (РТР, «Вести», 22.01.2007, вечерний выпуск).
	«Гламур», «гламурный интерьер», «гламурная вечеринка», «гламурный журнал», «гламурный вид» и, наконец, «гламурный роман» - сочетания со словом «гламур», «гламурный» употребляются столь часто и в отношении столь разных сфер бытия, что исследование явления, которое скрывается за этими словами, становится насущной необходимостью.

	Сегодня появилась даже гламурная литература, описывающая жизнь богатых людей. И ее становится все больше и больше. Первой ласточкой литературного направления стала владелица модного салона, журналист Оксана Робски. Ее книги, такие как «Casual», «Про любоff/on», «Устрицы под дождем», «Жизнь заново», «Zамуж за миллионера» (в соавторстве с Ксенией Собчак),и по сей день пользуются спросом, особенно у молодых леди. Гламурное облачение романа с зарисовками из жизни олигархов с Рублевки, конечно, любопытно в первый раз, но за второй книгой с подобным содержанием потянется не каждый. Тем не менее, это чтиво (так многие называют литературу подобного рода) становится бестселлером, к примеру, «Стильные штучки» Ксении Собчак. 

	Чтобы не быть голословными, приведем некоторые цифры (данные на 2006 г.). Объем книжного рынка в РФ оценивается почти в 2 млрд долларов. Ежегодно рынок увеличивается на 5%, но при расширении ассортимента, тиражи издательств падают: дело в том, что покупательная способность граждан не поспевает за ростом цен. Драйверами рынка выступают сегодня гламурное чтиво, эзотерика и деловая литература – именно эти "жанры" аналитики считают наиболее привлекательными для инвестиций. 
	При этом любопытно, что в нише художественной литературы наиболее перспективными для инвестиций считаются сентиментальный (женский) роман и беллетристика – они занимают 4 и 15% рынка, в то время как детективы и фантастика пользуются все меньшим спросом, и сроки реализации подобных книг из года в год увеличиваются. Стоит отметить, что как перспективные женские романы, так и беллетристика в последнее время стали сосредоточением "гламура" (или "антигламура", что одно и тоже).  

	Когда в 2005 году издательство «Росмэн» выпустило два первых романа рублевской барышни Оксаны Робски («Casual», «День счастья — завтра») о частной жизни российских миллионеров и их гламурных подругах, они моментально стали бестселлерами и попали в шорт-лист премии «Книга года». Критики заговорили о феномене Робски — как о литературном, так и о социальном. С одной стороны, появления подобного неологизма в литературе было вполне закономерно. Во-первых, за последние 15 лет постсоветская повседневная действительность значительно обогатилась социальными и экономическими явлениями, которые тем не менее до последнего времени в литературе отражены не были — обывательская эйфория, вызванная изматывающим шопингом, считалась уделом низких жанров и западных эпигонов Кэндэс Бушнелл. Во-вторых, это совершенно нормально, когда элитная субкультура, в данном случае рублевская, играющая роль высшего класса, начинает от своей элитарности скучать, а сознание собственной необычности пытается сублимировать в своеобразную миссию просвещения остальных.

	По поводу совместимости гламура и литературы сейчас спорят достаточно много. Различные точки зрения на так называемую «гламурную литературу» высказывают популярные телеведущие, писатели и поэты, редакторы газет и журналов, бизнесмены и политики, и даже простые люди, никакого отношения к миру гламура не имеющие. Многие негативно оценивают гламурную литературу, считая, что ее не интересует нравственность, она эгоистична и является просто коммерция, которой не суждено стать продолжательницей традиций великой отечественной литературы. Но соглашаются, что этими книгами можно убить время в пути, но не более. И уж конечно они не простоят на книжной полке десятки лет, как произведения Толстого, Достоевского, Горького. 

	Зачастую общественность осуждает авторов книг данного рода, например, Ксению Собчак, считая, что, будучи воспитанной в такой семье, она просто не могла не быть начитанной, коммуникабельной. Многое ей дали связи. Она, как и другие новомодные писательницы в стиле гламур, выросла в роскоши. Ей чужда нищета. У нее другие ценности, которые, к сожалению, не могут воспитать нравственность и патриотизм. Книга должна заставить задуматься, а такие издания на это не способны. Бытует мнение, что такие книги читают только жены бизнесменов в перерывах между соляриями и молодежь, мечтающая хоть немного приблизиться к своим кумирам.

	Но существует и другая точка зрения. Гламурная литература пользуется повышенным спросом. Ее читает не только молодежь, но и люди среднего возраста. Книги О. Робски, Н. Маркович, К. Собчак, С. Минаева рассказывают о жизни, которая большинству людей неведома. И многие не видят ничего плохого в том, чтобы нам знать об этом и стремиться к более высокому уровню жизни. Возьмем, к примеру, О. Робски. Это деловая женщина, которая ставит перед собой цель и добивается ее. Она, оставшись без мужа, пытается удержаться на уровне Рублевки. «Стильные штучки» К. Собчак, конечно, не художественная литература. Ксения больше пишет о том, как одеваться, чтобы выглядеть стильно. В любом случае гламурные произведения интересны, так как они о современном мире.

	Ну, кто же если не читал, то хотя бы не слышал об Оксане Робски? Её первую книгу «Casual» не ругал разве что только самый ленивый критик. Читателей, однако, это совершенно не смущает: творение богатой дамы с Рублёвки идёт на «ура» и до сих пор в «десятке» рейтингов продаж. Пожалуй, именно с этой книги в российской словесности начался период «гламура» в литературе.
	До этого она, в общем-то, довольно чётко делилась на «массовую» (различные детективы, боевики, фэнтези, эротика и прочее) и высокодуховную, элитарную (немногие, к примеру, осилили великолепного «Каблукова» А. Наймана: то ли утрачивается вкус к настоящей литературе, то ли людям, замороченным проблемами нынешней жизни, не до внимательного, вдумчивого чтения, то ли просто у качественной прозы нет «раскрутки»). Оксана Робски, сама того не подозревая, вдруг заняла нишу «средней литературы», которая вообще-то не пустовала, но была вялой и блеклой (романчики о любви заканчивались неправдоподобно красиво, дневники кремлевских диггерш, поражая, тут же забывались, а всякого рода «позитив» вызывал ироничную усмешку). И вдруг явилась Робски - яркая, богатая, знающая жизнь Рублёвки не понаслышке, но при всём том она написала о простых чувствах и ясных желаниях, о счастье и несчастье, любви и ненависти. Писала, как могла. Высокохудожественным её текст никак не назовёшь. Но ведь читается! Может быть, ещё и потому, что сочетание гламурной и самой обычной жизни вызывает доверие читателя? Богатые и знаменитые в её изображении - в общем-то заурядные люди, которым тоже хочется счастья, которое, оказывается, никак не зависит от величины счета в швейцарском банке.
	Следующая её книга  называлась «День счастья - завтра». А завтра, как известно, не наступает никогда. За ней последовал другая - «Про Любоff/on». Первая часть этого романа написана от лица обычной девушки, у которой нет денег даже на пару хороших сапог. Но волей судьбы она попадает в окружение богатого человека и познаёт всю эту гламурную жизнь. Олигарх, как водится, поматросил, да и бросил влюбившуюся в него простушку. Счастливого финала в книге нет. Образы героев достаточно ходульны и просты, как пять копеек. Но как бы кто из высоколобых интеллектуалов ни морщился, а книгу-то народ читает и будет читать. Потому как в ней жизнь со всеми её «соплями», неурядицами и крохами счастья.
	Конечно, хочется умных, тонких, парадоксальных и блистательных текстов, не таких простых и порой безвкусных, как у Робски. Но её гламур, что называется, с человеческим лицом. И это отличает её от других сочинительниц, пробавляющихся описанием мира глянцевых ценностей, своей шикарной жизни и, кроме себя, любимых, не интересующихся больше ничем.
	Гламурная литература пытается создать новые идеалы вместо ценностей, утраченных с крушением СССР. Вы, конечно, заметили, как живут и отдыхают в рекламных ТВ-роликах молодые люди? Корпоративная идеология будто нивелировала их, и вместо романтиков бизнеса середины перестройки явилась высокопрофессиональная, энергичная, но, увы, на редкость однообразная армия клонов-менеджеров. Сергей Минаев, работающий в винном бизнесе и ведущий авторскую колонку в интернет-издании, автор нынешнего бестселлера «Духless», высчитал их приоритеты: 80 процентов времени - на работу, 5 процентов - на шопинг, 5 процентов - на отдых и прочие развлечения, 3 процента - на секс (съедает много энергии), 5 процентов - на семейные ценности, 2 процента - на бунтарство.
Главный герой его романа, кстати, пытается «бунтарствовать». На те самых два процента. Вся его жизнь - это продвинутые офисы, корпоративная культура, модные клубы и рестораны, гламур, вереница девиц, глянцевые масс-медиа… Иногда его мучают банальные приступы депрессии от никчемности существования, и тогда он пытается во всём разобраться и понять истинную ценность любви, дружбы, долга. А на работе - интриганы, воры и жлобы. Любимые женщины продажны, безмозглы и коварны. Везде ложь, скука и порок. Но, что хуже всего, даже иллюзии утрачены.
	Многие из нас писали в школе сочинение: сравнительный анализ образов Печорина и Онегина. Вспомнив об этом, Сергей Минаев решил одеть Печорина в современный костюм, посадить в офис, а вместо бала или светского салона отправить в клуб или ресторан. Он уверен: получилось то же самое; парадоксально лишь то, что на самом деле ничего не изменилось.
Новый герой нашего времени, однако, у Минаева тоже не получился. Считается, его книга антигламурная и по теме нечто совершенно новенькое. Конечно же, строем и даже стилем Минаев похож на супермодного нынче на Западе Фредерика Бегбедера. Так же, как и наш «антигламурист», он великолепно знает жизнь великосветской тусовки. 
	Вроде бы Баллард, Уэльбек, Эллис и другие довольно заметные писатели успели до него описать внутренний мир богатых людей, склонных бездумно прожигать жизнь, но Бегбедер превзошел их беспардонностью и циничностью. В результате рекламщики Франции объявили ему вендетту, чем только разожгли любопытство читателей. После этого, вдохновленный успехом, Бегбедер сочинил ещё романы «Любовь живет три года», «Каникулы в коме», «Воспоминания необразумившегося молодого человека», «Романтический эгоист». Они и не хорошие, и не плохие, они - модные. Так же, как и книга Минаева.
	Кстати, в ней описана жизнь многих вполне конкретных, узнаваемых людей (даже Путин и Ходорковский!), что ещё крепче роднит творение Минаева с «гламурным» направлением в литературе. Хотя сам он и открещивается от этого.
	Герой Минаева не видит никакого выхода из того круга, в который попал. Он уезжает за город, ложится в траву и закрывает глаза. А когда откроет, то что будет? Да ничего, всё тот же мир духless…
Между прочим, в названиях многих «гламурных» книжек присутствует странное сочетание русских и иностранных слов. Как будто подчёркивается: герои книг живут в России, но как-то не по-нашему. Будто бы они здесь и где-то там. Может, в этом-то всё и дело? Проживать свою единственную жизнь как рекламный слоган…
	Можно как угодно долго бранить Оксану Робски со товарищи. Но зачем? К высокой литературе они не имеют никакого отношения. Пишут о том, что знают, пытаются если не осмыслить, то хотя бы поставить некоторые вопросы. Пока-то наши маститые писатели раскачаются…
И стоит ли судить эти тексты по высшему счёту? Возможно, прочитав такую книгу, читатель поймёт: зеркало существует не только для того, чтобы оценить, как на тебе сидит новый костюм или как смотрятся модные украшения. Нечто должно быть в тебе самом. Как у героини романа Оксаны Робски «Про Любоff/оn».

	 Хотелось бы также сказать пару слов о таком явлении, как «антигламур». 2006 год можно без зазрения совести окрестить годом антигламура. Гламурная патока, стремительно растекавшаяся по всем уголкам массмедиа и современного искусства, успела надоесть даже несколько быстрее, чем того можно было ожидать. Ведь на какое-то время тиражируемый журнальным «глянцем» стиль жизни Dolce vita оказался стеснен границами своих виртуальных пространств литературы, кинематографа, Интернета и грозил превратиться в своего рода фетиш и искаженную универсальную систему ценностей для современного общества потребления. 

	Литературная сторона феномена гламурной литературы а ля Робски наиболее полемична. Одни ее хвалят за то же, за что ругают другие, а именно за обогащение ландшафта российской литературы, тяготеющей к двум полюсам массового чтива и литературы для высоколобых. 

	Антигламурный роман возник как критический ответ роману гламурному, но при этом обернулся феноменом еще более причудливым, чем его идеологический провокатор. Романы «Духless» Сергея Минаева, «Anti/casual» Наташи Маркович и только что вышедший «Анти/фабрика» Милы Мичевой претендовали на создание здоровой антиутопии от гламура, основанной не на консьюмеристских ценностях Рублевки, а на их идеологических антиподах. Удивительно то, что критика общества потребления, к которой русская литература в силу своих национальных традиций просто обязана была прийти, родилась не естественным путем, как те же Уэльбек и Бегбедер в Европе, а путем подражательства, пусть даже под эгидой борьбы и с приставкой «анти». Поэтому духовность и саморефлексия, которые борцы с гламуром демонстрируют в качестве своего ментального кредо, уже изначально стоят под большим вопросом: не будь гламурного катализатора, не объявила бы столь официально отечественная литература войну глянцевым ценностям. 

	Разрушая одни мифы, антигламурщики создают свои, еще более чудовищные и еще менее правдоподобные. Причем создается такое впечатление, что делается это вовсе не из благородных целей, а как будто в отместку гламурщикам, из единственного желания их переплюнуть, обскакать и в конце концов резюмировать: «Зато мы умнее». Роман Минаева пока единственный среди изданий последнего времени, где «гламур» становится не просто темой книги, а объектом описания и рефлексии. Собственно, поэтому он получил ярлык «антигламурный» 

	Маркович, ресторатору и владелице тренинговой компании, стилистически не удалось прыгнуть выше простого иронического романа, в котором формируются альтернативные гламурным, но все же мифы — антимифы: о том, как составить бизнес-план за 20 минут обеденного перерыва, а на следующий день с похмелья отправиться арендовать помещение для своего будущего ресторана.

	Несмотря на кажущуюся оппозицию, гламурный и антигламурный роман — это не идеологическая антитеза, об этом говорит хотя бы один тот факт, что их читательская аудитория примерно одна и та же. Буржуазные игры в оппозицию — не более чем модный тренд, в котором культивируются новые мифы, пришедшие на смену старым. 

	Таким образом, с появлением «антигламура» можно уже точно сказать, что гламурная литература прочно заняла свое место в издательском репертуаре самых популярных издательств.

	Теперь хотелось бы поподробнее остановиться на авторах и сериях, издательствах, выпускающих гламурную литературу и осветить представленность ее в книжных магазинах столицы.

	В 2000 году в России в издательстве «Эксмо» появляется специальная серия книг под названием «Гламурный роман» (Джулия Кеннер «Матрица Маноло», «Код Живанши»), а в издательстве АСТ серия романов «Выбор Cosmopoliten» (Лорэн Вайсбергер У каждого своя цена», «Дьявол носит Прада»; Кэтлин Филит-Хью «Больше, чем блондинка»). К «гламурным» можно причислить и книги серии «Рублевка Love» (Т. Огородникова «Топ 10, или мужчина моей мечты», «Брачный контракт, или Who is ХУ…»), и книги Оксаны Робски. Серийные романы, по сути, не описывают «гламур»: в них повествователь или рассказчик абсолютно равен предметам, о которых он пишет и среди которых он пребывает. Оценка и точка зрения на явление извне в них отсутствует. Порой автор не только ценностно «равен» описываемым предметам, а менее значим, нежели они («роман с косметологией» у Оксаны Робски).

	Еще одна серия издательства ЭКСМО : «ГлянеЦ:серия гламурных романов», в которой вышли книги  Оксаны Пономаревой «Интим предлагать», «Между ног» и Анатолия Белякова  «Шарманщик: fashion-роман». Также в этом издательстве выходят книги так называемой «антигламурной» писательницы НеРобкой Оксаны «Anticasual: уволена, блин!» и "Будет больно. Мой эротический дневник" - самые откровенные подробности из жизни "столичной штучки" — модной, дерзкой и очень расчетливой.

	Также следует отметить серию «Женский гламурный детектив» издательства Центрполиграф, которая представлена книгами Михалевой Анны («Портрет блондинки в голубом») и Алины Николаевской («В гнезде шершня»).  Книги из серии «Гламурный детектив» - это захватывающие истории о жизнях прекрасных и обеспеченных девушек, которые не подозревают, что их ждёт, но, когда сталкиваются с неприятностями,  преодолевают их по-гламурному.

	Книги гламурных серий представлены в книжных магазинах достаточно широко. Практически в любом книжном коиске можно найти книги Оксаны Робски, Татьяны Огородниковой и других популярных писательниц. В таких крупных магазинах, как «Новый книжный», «Библиоглобус», «Молодая гвардия», «Московский Дом книги» ассортимент гламурной литературы представлен практически в полном объеме. В том или ином количестве наименований книги отмеченных серий в них присутствуют.

	Итак, можно сделать вывод о том, что гламурную литературу читают, покупают и очень много обсуждают, что делает ее своеобразным литературным феноменом нашего времени. Хотя бы поэтому она достойна пристального рассмотрения и изучения.



















































































































В 2000 году в России в издательстве «Эксмо» появляется специальная серия книг под названием «Гламурный роман» (Джулия Кеннер «Матрица Маноло», «Код Живанши»), а в издательстве АСТ серия романов «Выбор Cosmopoliten» (Лорэн Вайсбергер У каждого своя цена», «Дьявол носит Прада»; Кэтлин Филит-Хью «Больше, чем блондинка»). К «гламурным» можно причислить и книги серии «Рублевка Love» (Т. Огородникова «Топ 10, или мужчина моей мечты», «Брачный контракт, или Who is ХУ…»), и книги Оксаны Робски («День счастья – завтра», «Жизнь заново») . Бестселлер 2006 года – роман Сергея Минаева «Духless: Повесть о ненастоящем человеке», вышедший рекордным тиражом в 400 тысяч экземпляров, описывающий жизнь московской «модной» тусовки и заявленный автором и продюсером как разоблачительный и «антигламурный». Роман Минаева пока единственный среди изданий последнего времени, где «гламур» становится не просто темой книги, а объектом описания и рефлексии. Собственно, поэтому он получил ярлык «антигламурный» . Серийные романы, по сути, не описывают «гламур»: в них повествователь или рассказчик абсолютно равен предметам, о которых он пишет и среди которых он пребывает. Оценка и точка зрения на явление извне в них отсутствует. Порой автор не только ценностно «равен» описываемым предметам, а менее значим, нежели они («роман с косметологией» у Оксаны Робски).

























































































































































В 2000 году в России в издательстве «Эксмо» появляется специальная серия книг под названием «Гламурный роман» (Джулия Кеннер «Матрица Маноло», «Код Живанши»), а в издательстве АСТ серия романов «Выбор Cosmopoliten» (Лорэн Вайсбергер У каждого своя цена», «Дьявол носит Прада»; Кэтлин Филит-Хью «Больше, чем блондинка»). К «гламурным» можно причислить и книги серии «Рублевка Love» (Т. Огородникова «Топ 10, или мужчина моей мечты», «Брачный контракт, или Who is ХУ…»), и книги Оксаны Робски («День счастья – завтра», «Жизнь заново») . Бестселлер 2006 года – роман Сергея Минаева «Духless: Повесть о ненастоящем человеке», вышедший рекордным тиражом в 400 тысяч экземпляров, описывающий жизнь московской «модной» тусовки и заявленный автором и продюсером как разоблачительный и «антигламурный». Роман Минаева пока единственный среди изданий последнего времени, где «гламур» становится не просто темой книги, а объектом описания и рефлексии. Собственно, поэтому он получил ярлык «антигламурный» . Серийные романы, по сути, не описывают «гламур»: в них повествователь или рассказчик абсолютно равен предметам, о которых он пишет и среди которых он пребывает. Оценка и точка зрения на явление извне в них отсутствует. Порой автор не только ценностно «равен» описываемым предметам, а менее значим, нежели они («роман с косметологией» у Оксаны Робски).





В 2000 году в России в издательстве «Эксмо» появляется специальная серия книг под названием «Гламурный роман» (Джулия Кеннер «Матрица Маноло», «Код Живанши»), а в издательстве АСТ серия романов «Выбор Cosmopoliten» (Лорэн Вайсбергер У каждого своя цена», «Дьявол носит Прада»; Кэтлин Филит-Хью «Больше, чем блондинка»). К «гламурным» можно причислить и книги серии «Рублевка Love» (Т. Огородникова «Топ 10, или мужчина моей мечты», «Брачный контракт, или Who is ХУ…»), и книги Оксаны Робски («День счастья – завтра», «Жизнь заново») . Бестселлер 2006 года – роман Сергея Минаева «Духless: Повесть о ненастоящем человеке», вышедший рекордным тиражом в 400 тысяч экземпляров, описывающий жизнь московской «модной» тусовки и заявленный автором и продюсером как разоблачительный и «антигламурный». Роман Минаева пока единственный среди изданий последнего времени, где «гламур» становится не просто темой книги, а объектом описания и рефлексии. Собственно, поэтому он получил ярлык «антигламурный» . Серийные романы, по сути, не описывают «гламур»: в них повествователь или рассказчик абсолютно равен предметам, о которых он пишет и среди которых он пребывает. Оценка и точка зрения на явление извне в них отсутствует. Порой автор не только ценностно «равен» описываемым предметам, а менее значим, нежели они («роман с косметологией» у Оксаны Робски). В 2000 году в России в издательстве «Эксмо» появляется специальная серия книг под названием «Гламурный роман» (Джулия Кеннер «Матрица Маноло», «Код Живанши»), а в издательстве АСТ серия романов «Выбор Cosmopoliten» (Лорэн Вайсбергер У каждого своя цена», «Дьявол носит Прада»; Кэтлин Филит-Хью «Больше, чем блондинка»). К «гламурным» можно причислить и книги серии «Рублевка Love» (Т. Огородникова «Топ 10, или мужчина моей мечты», «Брачный контракт, или Who is ХУ…»), и книги Оксаны Робски («День счастья – завтра», «Жизнь заново») . Бестселлер 2006 года – роман Сергея Минаева «Духless: Повесть о ненастоящем человеке», вышедший рекордным тиражом в 400 тысяч экземпляров, описывающий жизнь московской «модной» тусовки и заявленный автором и продюсером как разоблачительный и «антигламурный». Роман Минаева пока единственный среди изданий последнего времени, где «гламур» становится не просто темой книги, а объектом описания и рефлексии. Собственно, поэтому он получил ярлык «антигламурный» . Серийные романы, по сути, не описывают «гламур»: в них повествователь или рассказчик абсолютно равен предметам, о которых он пишет и среди которых он пребывает. Оценка и точка зрения на явление извне в них отсутствует. Порой автор не только ценностно «равен» описываемым предметам, а менее значим, нежели они («роман с косметологией» у Оксаны Робски). В 2000 году в России в издательстве «Эксмо» появляется специальная серия книг под названием «Гламурный роман» (Джулия Кеннер «Матрица Маноло», «Код Живанши»), а в издательстве АСТ серия романов «Выбор Cosmopoliten» (Лорэн Вайсбергер У каждого своя цена», «Дьявол носит Прада»; Кэтлин Филит-Хью «Больше, чем блондинка»). К «гламурным» можно причислить и книги серии «Рублевка Love» (Т. Огородникова «Топ 10, или мужчина моей мечты», «Брачный контракт, или Who is ХУ…»), и книги Оксаны Робски («День счастья – завтра», «Жизнь заново») . Бестселлер 2006 года – роман Сергея Минаева «Духless: Повесть о ненастоящем человеке», вышедший рекордным тиражом в 400 тысяч экземпляров, описывающий жизнь московской «модной» тусовки и заявленный автором и продюсером как разоблачительный и «антигламурный». Роман Минаева пока единственный среди изданий последнего времени, где «гламур» становится не просто темой книги, а объектом описания и рефлексии. Собственно, поэтому он получил ярлык «антигламурный» . Серийные романы, по сути, не описывают «гламур»: в них повествователь или рассказчик абсолютно равен предметам, о которых он пишет и среди которых он пребывает. Оценка и точка зрения на явление извне в них отсутствует. Порой автор не только ценностно «равен» описываемым предметам, а менее значим, нежели они («роман с косметологией» у Оксаны Робски). Конец формы