Социально-психологическая, семейная мысль в романе в романе "Господа Головлевы" М.Е. Салтыкова-Щедрина

2



Социально-психологическая, семейная мысль в романе "Господа Головлевы" М.Е. Салтыкова-Щедрина



"Господа Головлевы" всегда привлекали особое внимание ученых. Эта "странная и поразительная книга", по словам И.С. Тургенева, уже сразу после своего выхода в свет породила вокруг себя разнообразные споры, вызвала самые противоречивые суждения и оценки. Роман рассматривался под разными углами зрения: и как социально-психологический и как семейный, и в настоящее время в щедриноведении продолжаются дискуссии и о жанре этого произведения, и о композиции, особенностях воззрений Салтыкова и, самое главное, о смысле финальной сцены романа. Обращение Салтыкова-Щедрина к семейной теме в период 70-х годов было актуальным. В поле зрения писателя находилась пореформенная характеристика эпохи, сущность которой чётко сформулирована М.Е. Салтыковым-Щедриным: "... жизнь положительно сошла со своей наезженной колеи,... она не успела ещё наездить себе колеи новой..."

Остро ощущая общественные перемены и художественно их преломляя через себя, писатель на общем фоне происходящих преобразований переживают свой внутренний кризис, который и приводит к изменению мировоззренческих позиций.

Именно в этот период Щедрина захватывают значительные семейные события, сказавшиеся на его дальнейшей судьбе и определившие дальнейший ход всего его творчества.

Смерть матери, которая занесла сына в разряд "постылых" с того момента, когда он пренебрег её требованием отказаться от женитьбы на бесприданнице Е.А. Болтиной. Страдания от несправедливости и оттого, что так и не наступило взаимопонимание между ним и матерью, ощущение огромной утраты, своей оторванности от семейных корней, безысходность по поводу того, что ничего уже нельзя исправить. Разрыв личных отношений писателя со своими братьями. Неблагополучные отношения с женой Елизаветой Аполлоновной, которую он называл "куколкой" за её пристрастие к модным нарядам, желание выглядеть особой, приближённой к высшим дворянским кругам. Болезнь, которая приобрела затяжной характер. Так личная жизнь Щедрина, ее трудности, утраты, непонимание с самыми близкими людьми привела к исследованию семьи и семейных отношений в творчестве писателя. На заграничный период, где писатель пробыл чуть больше года, приходится основная часть написанного им романа "Господа Головлёвы", который стал для Салтыкова-Щедрина местом осмысления основных причин гибели человека и распадения семейных связей.

Желание "очиститься", освободиться от того морального гнета, который чувствовал писатель лично и характерного для большинства дворянских семей, отображается в очерках о господах Головлевых и присутствует в романе и именно этот факт наталкивает на мысль о том, что надо рассматривать роман несколько шире чем психологический или семейный. В изображении жизни "дворянского гнезда" господ Головлевых писатель показывает "ненормальность" современной ему семьи и подводит читателя к мысли о "неправильном" устройстве всего общества. Салтыков-Щедрин, называя свой роман "Господа Головлевы", а не "Семейство Головлевых" преднамеренно подчеркивает значительность событий, происходящих не в одном дворянском семействе, а внутри всего господствующего сословия. Эти "обезображенные отношения" стали центром внимания в романе Салтыкова-Щедрина, который в этот переходный период отступает от сатирического начала и делает поворот к психологическому роману.

В центре внимания писателя находился социальный кризис, связанный с переходом России на новый буржуазный путь развития, повлёкший за собой развал царской семьи, упадок старинных дворянских родов, обезображенность семейных отношений, атмосферу нервозности и неуверенности в завтрашнем дне. Это определяет собой начало нового психологического направления в творчестве Щедрина, и обращение писателя к жанру семейного романа. Романный жанр в русской литературе с каждой новой эпохой претерпевал изменения. Романы Пушкина, Гончарова, Тургенева, Достоевского, Толстого, Салтыкова-Щедрина и других писателей значительно отличаются по своим жанровым особенностям и друг от друга и, например, от романов, русской советской литературы ХХ века.

На современном этапе А.А. Богданов отмечает такие отличительные черты семейного романа:

семейный роман характеризует подробное воспроизведение жизни одной или нескольких семей, обстоятельное описание их представителей;

стремится передать явления жизни в формах, близких к действительности;

формирует своеобразие композиции, основой которой являются важнейшие события в жизни человека: свадьба, рождение ребенка, смерть;

центром сюжетного построения и основой конфликта в семейном романе становится любовь;

главное в семейном романе - не характеры, а отношения, определяемые идеалами.

В качестве художественных средств в семейном романе используется хронотоп, повествование от первого лица, пространные авторские отступления, внутренние монологи и диалоги, выражение прямых идей писателя от лица героев романа. Сиповский, характеризуя жанровые особенности семейного романа, отмечал, что наиболее "отличительными чертами такого романа является "сужение рамок" происходящего до "одной-двух семей" и замкнутость - "можно не выходить из дома - найти много интересного".

Ученый-литературовед также обращал внимание на прямую связь семейного романа с фольклором, говоря при этом: "... я не вижу существенного различия между романом и сказкой, роман захватывает огромное содержание. ., сказка изображает один или несколько эпизодов..."

Утверждение Сиповского о том, что истоки русского романа находятся в русской народной сказке, дает основание считать естественным присутствие в семейном романе традиционного фольклорного мотива: выбора героями трех дорог - пути правильного, пути неправильного, сложного поиска правильного пути.

Жанр семейного романа содержит в себе синтезированные качества социально-психологического, философского романа о воспитании и других романов. На этом объединенном фоне обнаруживается стремление в семейном романе к раскрытию внутреннего мира, душевных переживаний героев, родственных отношений, изменению характеров под влиянием общественных условий и окружающей среды.

Но самой главной и отличительной чертой семейного романа является исповедальность. Роман "Господа Головлевы", являясь по сути автобиографическим, носит исповедальный характер и тяготеет по своему содержанию к покаянию, поскольку представляет собой своеобразный итог духовного опыта писателя, символизирующий его поворот к христианской этике.

Присутствие мотива исповедальности создаёт атмосферу понимания и доверия между читателем и автором, хотя автор, как правило, не высказывает своего прямого отношения к событиям.

Герои семейного романа приходят в своих исканиях к осмыслению коренных проблем бытия, к решению философских проблем, семейно-бытовым преобразованиям в результате внутреннего кризиса. Кризис и перерождение героя является также характерной, отличительной чертой такого романа. Выжить в кризисной ситуации, изменить свои взгляды помогает герою стойкость его нравственных идеалов, обращение к вере, даже если прежде он не был верующим человеком.

В построении образа героя характеристической направленностью становится отсутствие "героизации": герой представлен как с положительными, так и с отрицательными чертами, он не может формировать сам свою судьбу, её определяют происходящие события.

Внутрисемейные родственные связи в семейном романе складываются по родственному принципу, но не всегда вышедшие из одного чрева, родные по крови люди определяют удел человека. Бывает, происходит "выпадение", отклонение его от логически ожидаемого семейного пути, что и приводит к образованию трудноразрешимых внутрисемейных отношений.

"Господа Головлёвы" Салтыкова-Щедрина рассказывают историю одной семьи, рассматриваемую писателем как социальную категорию, органический элемент общества в период осуществления и установления государственных реформ. Здесь Салтыков-Щедрин не создал ни одного положительного героя, поскольку, по его мнению, такому герою неоткуда взяться - дворянство изжило себя как класс, а в забитой и невежественной массе простого народа других интересов, кроме выживания, просто не возникает.

Салтыков-Щедрин рисует мрачные картины жизни и быта помещичьей усадьбы, преднамеренно сгущая краски, отказываясь от идиллизации жизни дворянского гнезда. Писатель, показывая изнаночную сторону российской действительности, использует здесь новый прием: отказывается от любовной интриги, которая, по его мнению, была не ко времени, так как оттесняла бы важные и насущные вопросы общества на второй план. Об этом Салтыков-Щедрин предупреждает читателя и говорит, что в его романе "не будет ожидаемых приятных сцен…с поцелуями".

Однако, несмотря на новшества в построении романа, искусном сцеплении отдельных элементов, последовательности сюжетного развития, в стремлении к структурной цельности Салтыков-Щедрин опирался на достижения русского реалистического романа.

"Господа Головлёвы" имеют много общего с разработанным в русской классической прозе жанром романа-хроники мемуарно-семейного типа, утверждающего свой метод, принципы и убеждения, несмотря на то что в произведении прослеживаются многочисленные авторские отступления. Эти отступления в романе не нарушают структурной целостности произведения, органически вплетаются в идейно-художественную ткань романа. Здесь в полной мере отразилась существующая социальная обстановка: если писатель видит подлость, он клеймит ее позором, если чувствует необходимость пояснить какое-либо явление, он не стесняет себя обязательными нормами изложения сюжета. Он прерывает повествование, когда ему нужно высказать свои мысли, разъяснить дополнительные оттенки, нюансы, которые могут ускользнуть от внимания читателя, а потом снова вернуться к прерванному рассказу.

Однако авторские отступления, по мнению академика Бушмина, не нарушают структурной целостности произведения, органически вплетаются в идейно-художественную ткань романа. Так как автор избегает резких контрастов, безмерных преувеличений, исключительных фактов и острых ситуаций, что характерно для большинства его сатирических произведений [12, с.146]. Отличительными чертами художественного мышления писателя являются активность и страстность, отчетливо просматривающиеся в романе.

Не вносит Салтыков-Щедрин новшества и в композиционный план: произведение состоит из отдельных рассказов, связанных общей семейной темой. Как известно из истории русской литературы, композиция романа М.Ю. Лермонтова "Герой нашего времени" осуществляется подобным образом.

Придавая значительность семейной теме в романе, автор связывает названия пяти из семи глав с семейными отношениями: "Семейный суд", "По-родственному", "Семейные итоги", "Племяннушка", "Недозволенные семейные радости".

О важности и значительности своего произведения Щедрин откровенно писал в письме к публицисту и критику Е.И. Утину, поясняя, что он как художник-сатирик задался "миссией" "спасти идеал свободного исследования", для чего обратился к "основам". "Я обратился к семье, к собственности, к государству и дал понять, что в наличии ничего этого уж нет. Что, стало быть, принципы, во имя которых стесняется свобода, уже не суть принципы даже для тех, которые ими пользуются. На принцип семейственности написаны мною "Головлёвы" [1, Т.1,c. 194].

М.Е. Салтыков-Щедрин вслед за Н.В. Гоголем умел видеть и открывать в обыденных фактах повседневности моменты, наполненные драматизмом.

"Самые потрясающие страницы головлевской хроники, - отмечает Михайловский, - посвящены необыкновенно простым, в смысле обыденности, вещам" [38, с.503]. Отыскивая причины распада дворянского класса, Салтыков-Щедрин обращает внимание на полнейшую деградацию всех членов семьи Головлевых. В отношениях родителей и детей не проявляется никаких родственных чувств.

Нарисованный в романе распад семьи, проявляющийся в ужасающих формах, сигнализировал обществу о полном моральном разложении дворянства как класса.

Первый психологический роман Салтыкова-Щедрина становится вершиной его творчества независимо от того, что ранее не планировался как роман, а волею судьбы вырос из очерков "Благонамеренные речи".

Роман получил высокую оценку у современников, но сам писатель впоследствии критически относился к своему произведению, был недоволен им, считая, что жанром романа он владеет хуже, нежели очерками, а "Господа Головлёвы" написаны им "неуклюже и кропотливо".

В "Господах Головлёвых" Салтыков-Щедрин основной задачей ставит изображение среды, всего комплекса условий, которые составляют господствующий порядок "вещей". А центральным объектом Щедрина-психолога в романе является внутренняя сущность человека, порождённая воспитанием, определившая его характер и поведение.

Источник зла, по мнению писателя, не в дурной природе человека, а в социальных условиях жизни. Салтыков-Щедрин по этому поводу поясняет: "Моя резкость имеет в виду не личности, а известную совокупность явлений, в которой заключается источник всех зол, угнетавших всё человечество... Воистину, болото родит чертей, а не черти создают болото".

Сатирик был уверен, что люди не могут иметь от природы "злого сердца", и потому детерминированность характера средой становится у него одной из характерных черт романа "Господа Головлёвы".

В отличие от других писателей Салтыков-Щедрин не ищет путей выхода из ситуации. Он сосредотачивает свое внимание на анализе уродств и исследовании причин зловещей катастрофы, лишает семью Головлевых малейшей поэтизации, надежды на возрождение. Роман "Господа Головлёвы" - это беспощадное изображение картины разложения, духовного и физического распада семьи.

"Господа Головлёвы" впитали в себя не только важнейшие проблемы пореформенной эпохи, сложность отношений Салтыкова с матерью и братом, но и супружеский разлад в его семье, разрыв родственных связей, боль за будущее детей.

Роман "Господа Головлевы" представляет собой качественно новый этап в развитии творческого метода Салтыкова-Щедрина и его сатирического мастерства. Это было новое слово в развитии жанра семейного романа, где категория "семья" тесно переплетается с категориями "общество", "государство", "власть". Семья не просто рассматривается писателем в контексте государства, она является его микросхемой, отражает процессы, имеющие место в общественной жизни верхушки.

Написанный по принципу семейственности роман "Господа Головлевы" - одно из лучших произведений Салтыкова-Щедрина, которое принесло ему славу, известность и поставило в один ряд с другими великими писателями.

Исследователь Б.М. Эйхенбаум отмечал, что в литературе ХIХ века роман 70-х годов, "подготовленный всей линией развития русского семейного романа, уходил в сторону от семейности, превращаясь в роман социальный"/ Эйхенбаум роман "Отцы и дети" Тургенева считал классическим примером такого социального романа.

Однако Салтыков-Щедрин не принял форму "тургеневского романа". Он считал, что новые жизненные условия требуют иного подхода к изображению человека и его судьбы, чем это было представлено в "тургеневском романе".

М.Е. Салтыков-Щедрин остро ощущал общественные перемены, и в то самое время, когда Толстой завершал "Войну и мир", он писал в "Господах ташкентцах": "Мне кажется, что роман утратил свою прежнюю почву с тех пор, как семейственность и всё, что принадлежит к ней, начинает изменять свой характер. Роман (по крайней мере в том виде, каким он являлся до сих пор) есть по преимуществу произведение семейственности. Драма его зачинается в семействе, не выходит оттуда и там же заканчивается. В положительном смысле (роман английский), или в отрицательном (роман французский), но семейство всегда играет в романе первую роль. Этот тёплый, уютный, хорошо обозначившийся элемент, который давал содержание роману, улетучивается на глазах у всех. Драма начинает требовать других мотивов; она зарождается где-то в пространстве и там кончается... Роман современного человека разрешается на улице, в публичном месте - везде, только не дома; и притом разрешается самым разнообразным, почти непредвиденным образом"

Салтыков-Щедрин пришел к выводу, что жизнь требует нового подхода к литературе, а время любовных романов прошло.

Спустя время венгерский литературовед Д. Лукач называет жанр романа "эпопеей обезбоженного мира", а психологию романного героя "демонической"; предметом романа Лукач считает историю человеческой души, проявляющейся и познающей себя "во всяческих приключениях". Основное направление романного жанра ученый видел в "воссоздании души, заблудившейся в пустой и мнимой действительности"

Если соотнести определения Лукача с романом "Господа Головлевы" Салтыкова-Щедрина, то можно отметить соответствие в нем перечисленных направлений, воплотивших в себе и мнимую пустоту, и заблудившиеся души, и стремление героя к воссозданию в пустой действительности самого себя.

Вот исходя из этих позиций мы и можем рассматривать роман не только как социально-психологический и роман - семейную хронику, а как мифопоэтический, синтетически вобравший в себя все аспекты жизни семейства Головлевых, более сложный, чем просто подходящий под одно из этих определений.

Не в последнюю очередь поразительность книги Салтыкова объясняется наличием в ее повествовательной ткани разного рода библеизмов (цитат, сюжетов, образов из Библии), мифологических мотивов и образов, которые одни только обладают способностью конкретную ситуацию, реальности исторического времени переводить в сферу "вечных" этических проблем, тем самым предопределяя в произведении выход на философский уровень художественного обобщения. Поэтому вполне закономерным было бы обратиться к рассмотрению этих важных компонентов поэтической системы писателя, тем более, что в щедриноведении этот аспект "Господ Головлевых" еще не получил должного освещения. Библейский и мифологический пласты в произведении становятся объектом специального рассмотрения в литературоведении только начиная с 1980-х годов. Долгое время в основном один финал и давал повод говорить о непосредственной связи салтыковской хроники с текстом Священного Писания, а также о реализации в ней библейских мотивов. Только сравнительно недавно появились работы (причем, весьма немногочисленные), в которых исследователями выявляются новые библейские параллели, присутствующие в щедринском тексте, и определяется их функциональное назначение. Тем не менее, обнаруженные случаи обращения писателя к библейскому пласту так и не исчерпывают всего огромного корпуса привлекаемых писателем библейских аллюзий и реминисценций, используемых автором мифологем.


Список литературы



	ПРОЗОРОВ В.В. Салтыков-Щедрин. М., 1988.121с.

	ПРОПП В.Я. Поэтика. // ПРОПП В.Я. Собрание трудов. - [Т.1.] Поэтика <фольклора>. - М.: Лабиринт, 1998. - С.24-92.

	ПРОСКУРИНА Т.Д. Семья в произведениях русских писателей: Учеб. пособие. - Белгород: Изд-во БелГУ, 2004. - 236 с.

	РАКИТИНА Л.М. К вопросу о евангельских мотивах в произведениях М.Е. Салтыкова-Щедрина. // Филологические исследования. - Вып.3. - Донецк, Юго-Восток, 2001. - С.140-148.