Кто же эта недотыкомка? Слово-символ Ф.Сологуба

Кто же эта недотыкомка? Слово-символ Ф.Сологуба

Елена Макаренко, г. Краснодар

Роман Ф.Сологуба «Мелкий бес» полностью вышел в 1907 году и, по словам А.Блока, был прочитан "всей образованной Россией". И критики, и читающая публика ставили Ф.Сологуба в один ряд с крупнейшими писателями, а «Мелкий бес» называли классическим произведением. Имя главного героя Ардальона Борисовича Передонова вскоре стало нарицательным, а слово недотыкомка запомнилось читателям, привлекло внимание критики. "Много и умно говорит о ней (недотыкомке. – Е.М.) критика; Горнфельд пишет о том, что это слово областное, что в толковом словаре оно означает что-то вроде недотроги. Но у Сологуба, как признаёт Горнфельд, оно обозначает совсем другое", – писал в 1907 году А.Блок1. Поэт-символист и критик, преклоняющийся перед талантом и творчеством Ф.Сологуба, А.Блок по совершенно понятным причинам интересуется не лексикографическим смыслом слова, а тем символическим смыслом, которым оно наполнено. Поэтому Блок один из первых задаётся вопросом: "Кто же эта Недотыкомка?" Попытаемся и мы ответить на этот вопрос, но прежде всё-таки дадим языковую характеристику слова "недотыкомка".

В современных толковых словарях этого слова нет; нет его и в «Толковом словаре» В.Даля. Приводится оно только в Словаре русских народных говоров: "Недотыкомка – то же, что недоруха – обидчивый, чрезмерно щепетильный человек, не терпящий шуток по отношению к себе, недотрога". Встречается это слово во многих областях России, в том числе и в Новгородской. Возможно, учительствуя в Крестцах Новгородской области, Ф.К. Сологуб услышал там слово недотыкомка, но, как это бывает в художественном тексте, расширил его семантическую структуру и, наполнив его новым содержанием, сделал это слово символом в романе «Мелкий бес». И конечно, понадобились творческое мастерство Ф.Сологуба и его опыт поэта-символиста, чтобы в повествование бытового реалистического романа ввести фантастический образ недотыкомки, используя его не в функции объясняющей галлюцинации (такие примеры были в литературе и до Сологуба), а в функции символического образа.

Работа над романом «Мелкий бес» длилась десять лет – с 1892 по 1902 год, а в 1899 году Ф.Сологуб опубликовал стихотворение, в котором и появилось серое назойливое существо, названное недотыкомкой:

Недотыкомка серая

Всё вокруг меня вьётся да вертится, –

То не Лихо ль со мною очертится

Во единый погибельный круг?

Недотыкомка серая

Истомила коварной улыбкою, 

Истомила присядкою зыбкою, –

Помоги мне, таинственный друг!

Недотыкомку серую

Отгони ты волшебными чарами, 

Или наотмашь, что ли, ударами, 

Или словом заветным каким.

Недотыкомку серую

Хоть со мной умертви ты, ехидную, 

Чтоб она хоть в тоску панихидную

Не ругалась над прахом моим.

В стихотворении Сологуб употребляет слово "недотыкомка" с единственным определением – серая; в романе к этому постоянному эпитету добавляются многочисленные прилагательные, в том числе и цветовые.

Сначала среди цветовых прилагательных преобладают слова, близкие по семантике к серому оттенку, – дымная, синеватая, грязная, пыльная; потом недотыкомка резко меняет окраску: она "вспыхивает тускло-золотистыми искрами", является Передонову "то кровавою, то пламенною"; на маскараде оборачивается веющим в толпе веником ("позеленела, шельма"), а потом "навязчиво подсказывает Передонову, что надо зажечь спичку и пустить её, недотыкомку огненную... на эти тусклые, грязные стены". И, повинуясь ей, Передонов "зажёг спичку, поднёс её к оконному занавесу снизу... Огненная недотыкомка юркою змейкой поползла по занавесу".

Цветовой облик недотыкомки дополняется другими характеристиками: она безликая и многоликая, юркая, грязная, вонючая, противная, страшная, злая, бесстыжая, волшебная, ехидная... Нетрудно заметить, что употреблённые для характеристики недотыкомки прилагательные довольно разнообразны по семантике, но почти все из них наделены негативно-оценочной окраской (вонючая, бесстыжая, ехидная и так далее), а употреблённое в таком ряду прилагательное волшебная (в значении "фантастическая") лишь усиливает гротесковый образ недотыкомки.

И по мере того как обрастает всё новыми и новыми эпитетами внешний облик недотыкомки, усложняется внутренняя семантическая структура слова – оно становится многозначным, "многослойным" символом, равного и подобного которому нет в русской литературе.

Ф.Сологуб, один из основоположников русского символизма, определил символ предельно кратко: "Символ – окно в бесконечность". Его единомышленник по литературному течению Вяч. Иванов расширил это определение: "Символ только тогда истинный символ, когда он неисчерпаем и беспределен в своём значении, когда он изрекает на своём (иератическом и логическом) языке намёка и внушения нечто неизгладимое, неадекватное внешнему слову. Он многолик, многосмыслен и всегда тёмен в последней глубине"2.

Следует дополнить эту характеристику символа несколькими фразами из Литературного энциклопедического словаря: "Смысловая структура символа многослойна и рассчитана на активную внутреннюю работу воспринимающего... Смысл символа объективно осуществляет себя не как наличность, но как динамическая тенденция: он не дан, а задан. Этот смысл, строго говоря, нельзя разъяснить, сведя к однозначной логической формуле, а можно лишь пояснить, соотнеся его с дальнейшими символическими сцеплениями, которые подведут к большей рациональной ясности, но не достигнут чистых понятий"3.

Отмеченные свойства символа позволяют читателям по-разному воспринимать и осмысливать его внутреннее содержание, которое скрывается за внешним "предметным" образом, и только в связи с событиями произведения, в связи с его героями можно в какой-то степени (именно – в какой-то степени, потому что символ "всегда тёмен в последней глубине") выявить смысл символа.

В романе «Мелкий бес» недотыкомка появляется почти в середине повествования, во время молебна на новой квартире Передонова, когда он уже "возбуждён ожиданиями и страхами". Однако появление недотыкомки не испугало Передонова, а только смутило его: "Откуда-то прибежала маленькая тварь неопределённых очертаний – маленькая, серая, юркая недотыкомка. Она посмеивалась и дрожала и вертелась вокруг Передонова. Когда же он протягивал к ней руку, она быстро ускользала, убегала за дверь или под шкаф, а через минуту появлялась снова, и дрожала, и дразнилась – серая, безликая, юркая".

Это фантастическое существо (нечисть, тварь), названное недотыкомкой, не соответствует тем значениям слова, которые приводятся в словаре; разве что значение "недотрога" (недотыка, недотка – "кого или чего нельзя дотронуться") можно включить в систему значений сологубовского слова недотыкомка: "Когда же протягивал к ней руку, убегала за дверь или под шкаф". Но примечательно другое: одно из значений слова недотыкомка (то же, что недоруха – обидчивый, чрезмерно щепетильный человек, не терпящий шуток по отношению к себе) можно отнести к самому Передонову. Действительно, Ардальон Борисович человек щепетильный, то есть придирчиво-педантичный, мелочный; ему постоянно кажется, что над ним смеются, обманывают, строят козни, и потому не удивительно, что именно ему "на страхи и погибель" является ужасная недотыкомка.

Блок считает Передонова верным рыцарем недотыкомки, но вряд ли это так, потому что при первом же появлении он чурается её и всякий раз надеется, что, исчезая, недотыкомка уходит навсегда. Да и поджог он совершает по её настойчивому внушению в надежде, что "тогда, насытясь истреблением, пожрав это здание... она оставит Передонова в покое".

Передонову мерещится не только недотыкомка: он видит и глаз-птицу, и карты ему ухмыляются, как Варвара, и кот вырастает до страшных размеров, стучит сапогами и прикидывается рыжим рослым усачом. Но среди всей этой чертовщины недотыкомка занимает особое место. Это не просто маленькая тварь неопределённых очертаний: "если угодно – это ужас житейской пошлости и обыденщины, а если угодно – угрожающий знак страха, уныния, отчаяния, бессилия" – так одним из первых определил внутреннее содержание символа А.Блок4. Впоследствии исследователи, как правило, расширяли эту характеристику различными определителями: недотыкомка – это символ косности, жестокости, жадности, агрессии, символ неуловимо гадкого и скользкого начала. Есть и более короткие, но не менее ёмкие определения: недотыкомка – это суть, символ передоновщины, символ абсурда.

Все эти определения, дополняя или включая друг друга, создают довольно полное представление о содержании анализируемого символа. Однако ещё больше расширяет его семантическую структуру сравнение с другими образами "нечистой силы" в русской литературе. В отличие от чёрта в «Братьях Карамазовых» и чёрного монаха у Чехова, "недотыкомка гораздо более объективный образ. Передонов скорее лишь медиум, способный в силу своего болезненного состояния увидеть её, но это не означает, что болезненное состояние Передонова породило недотыкомку. Недотыкомка не столько свидетельствует о безумии Передонова, сколько о хаотической природе вещного мира. Она – символ этого хаоса и как таковой принадлежит миру, а не Передонову", – пишет наш современник В.Ерофеев5.

Такая многозначность символического образа недотыкомки – символ передоновщины, символ гадкого и скользкого начала, символ абсурда, символ хаотической природы мира – соответствует природе "истинного" символа, но какой смысл вкладывал сам автор в этот символ – на этот вопрос ещё предстоит ответить.

Список литературы

1. Блок А. Собр. соч.: В 8 т. М.–Л., 1962. Т. 5. С. 128.

2. Иванов Вяч. По звёздам. СПб., 1909. С. 39.

3. Литературный энциклопедический словарь. М., 1987. С. 378–379.

4. Блок А. Указ. соч. С. 162.

5. Ерофеев В. На грани разрыва // Вопросы литературы. 1985. № 2. С. 156.