Раннее феодальное государство у монголов

1. Раннее феодальное государство у монголов



    В начале XIII в. в Центральной Азии образовалось Монгольское государство. Территория, занятая монгольскими племенами, тянулась от Байкала, верховьев Енисея и Иртыша на севере и доходила до южных районов пустыни Гоби. По названию одного из их главных племен монголов называли также татарами. Все эти племена занимались скотоводством, а на севере в таежных районах — также и охотой.

    В XII в. первобытнообщинный строй у монголов начал распадаться, происходил процесс феодализации. Из среды рядовых общинников-скотоводов

(карачу— «черные» люди) стали выделяться нойоны — феодализирующаяся родоплеменная знать, обладавшая большими пастбищами и стадами скота.

Опираясь на свои дружины нукеров (воинов), нойоны подчиняли себе и эксплуатировали рядовых скотоводов, отдавая им на выпас свой скот и экспроприируя часть их молодняка. Нойоны имели также рабов, захватываемых во время войн. Стремясь к укреплению власти над закабаляемыми ими рядовыми соплеменниками-скотоводами, нойоны провозгласили на своем съезде (курултае) в 1206 г. на реке Ононе всемонгольским ханом одного из своих воинственнейших представителей — Темучина, который получил имя Чингисхана(великого хана). В руках Чингисхана сосредоточилась огромная власть.

    Управление отдельными частями своего государства он осуществлял через своих родственников, которым была подчинена вся местная знать с их нукерами и всей массой зависимого населения. Вся общественно-государственная структура монголов находилась в теснейшей связи с организацией войска, которое делилось на тьмы (10 000), тысячи, сотни и десятки. Характерными чертами монгольской военной организации была жесточайшая дисциплина и беспрекословное выполнение приказаний вышестоящих начальников. За побег одного воина предавался смерти десяток, за отступление десятка такую же кару несла вся сотня. Монгольская военная организация и вся система управления была сильным средством для удержания в повиновении эксплуатируемую массу рядовых скотоводов и помогала в завоевании территории других народов. Записи обычного права монголов стали называться «Яса».

    Монгольский феодализм развивался в форме экстенсивного кочевого скотоводства. Феодализирующаяся знать стремилась к овладению новыми пастбищами, новыми источниками обогащения через организацию грабительских походов на земли соседних народов. Объектом грабительских походов монгольской знати стали прежде всего соседние земледельческие народы, находившиеся на значительно более высоком уровне социально-экономического и культурного развития. Монолитность и сила Монгольского феодального государства на этой ступени его развития основывались на том,

что завоевательные походы великих ханов решительно поддерживались всем классом феодалов.

    К 1211 г. монголы завоевали земли бурят, якутов, киргизов и уйгуров. Они вторглись в Северо-Западный Китай, заняли в 1215 г. Пекин и взяли на вооружение китайскую военную технику и средства передвижения, стали употреблять стенобитные, камнеметные и огнеметные орудия. Завоевательным походам монголы предпосылали тщательную разведку через купцов, послов и пленных по сбору сведений о военно-политическом и экономическом потенциале других стран.



2. Первые столкновения русских дружин с монголо-татарскими завоевателями. Походы Батыя на Русь.



    В 1207 г. Чингисхан передал своему старшему сыну Джучи в качестве улуса земли в бассейне Иртыша и далее на запад, «куда ступит нога монгольского коня», наметив, таким образом, план завоевательных походов в сторону Европы. До начала 30-х годов XIII в; монголо-татары, занятые войнами в Китае и Средней Азии, проводили активную стратегическую разведку будущего театра военных действий, собирали сведения о политическом положении, экономическом и военном потенциале европейских стран.

    Весной 1223 г. тридцатитысячный отряд под предводительством Джебе и

Субедея, совершая разведывательный поход в Восточную Европу, вышел с юга через Закавказье в половецкие степи и разгромил кочевавшую в междуречье Волги и Днепра одну из половецких орд, остатки которой в панике бежали за Днепр. Половецкие ханы, находившиеся со своими ордами западнее низовьев Днепра, обратились за помощью к русским князьям. Последние, решив на съезде в Киеве оказать помощь половцам, соединились с ними и выступили навстречу монголам. Это было последнее накануне нашествия Батыя военное предприятие, в котором приняло участие большинство русских князей. Но из-за феодальных распрей в походе не участвовал сильнейший тогда на Руси князь Юрий Всеволодич Владимирский.

    31 мая 1223 г. недалеко от речки Калки объединенная русско-половецкая рать встретилась с основными силами монголо-татар. Отсутствие единого командования, несогласованность действий и распри между князьями даже во время боя предопределили трагический для русских полков и половцев исход битвы. Успех галицко-волынских дружин Мстислава Удалого и молодого Даниила Романовича Волынского, потеснивших в начале битвы боевые ряды монголо- татар, не был поддержан другими князьями. Не выдержавшие удара монгольской конницы половцы в панике бежали с поля боя, расстроив ряды сражавшихся русских воинов. Киевский князь Мстислав Романович, враждовавший с Мстиславом Удалым, укрепился со своим многочисленным полком в стороне от боя на холме и до конца битвы оставался сторонним наблюдателем разгрома русских полков. На третий день осады -лагеря монголами киевский князь сложил оружие, поверив обещанию Субедея отпустить его беспрепятственно на Русь, но был зверски убит вместе с другими князьями и воинами. С берегов Калки на Русь вернулась десятая часть русской рати. Такого тяжелого поражения Русь еще не знала. Память об этой кровавой битве народ сохранил в былине о гибели русских богатырей, охранявших и защищавших до этого Русь от степных кочевников.

    Монголы преследовали остатки русских дружин до Днепра, но вторгнуться в пределы Руси не решились, так как их ряды сильно поредели в битве на

Калке. Отступая на восток, на соединение с основными силами Чингисхана,

Субедей попытался проникнуть в пределы Волжской Болгарии, но потерпел неудачу. Однако основная задача, поставленная перед его отрядом, — произвести военную разведку сил половцев и Руси — была выполнена.

    В конце 20-х — начале 30-х годов монголы предприняли неудачную попытку овладеть землями половцев, алан, башкир и волжских болгар силами одного улуса Джучи, Тогда в 1235 г. на курултае в Каракоруме было принято решение об общемонгольском походе на запад для завоевания стран Европы. Во главе похода был поставлен сын Джучи хан Батый (Бату), советником которого стал Субедей.

    В конце 1236 г. монголы стремительным ударом разгромили Волжскую

Болгарию, весной и летом 1237 г. подчинили себе половецкие орды в междуречье Волги и Дона, захватили земли буртасов и мордвы на Сред-•ней

Волге. Осенью 1237 г. основные силы Батыя сосредоточились в верховьях реки Воронеж для вторжения в Северо-Восточную Русь. На Руси не могли не знать о готовившемся вторжении. Грозным предостережением о страшной опасности была участь городов Средней Азии, о которой на Руси узнавали от русских и болгарских купцов, торговавших с Ургенчем, а также захват монголами соседних с Русью земель, особенно Волжской Болгарии. Но занятые своими усобицами князья ничего не сделали для объединения сил перед лицом общего врага.

    Численное превосходство стало одним из решающих факторов успеха завоевательных я походов монголов. Батый двинул на Русь 120—140 тыс. своих воинов, из которых монголо-татар насчитывалось всего лишь 40—50 тыс. Русь, как и другие феодально-раздробленные страны Европы и Азии того времени, не могла противопоставить полчищам монголо-татарской конницы, спаянным железной дисциплиной и единым командованием, равноценные по численности военные силы. Вся Русь могла выставить свыше 100 тыс. воинов, но объединение сил страны оказалось неосуществимым в условиях княжеских распрей и усобиц. Княжеские конные дружины по вооружению и боевым качествам превосходили монгольскую конницу, но они были сравнительно немногочисленны.

    Основная же масса вооруженных сил княжеств, состоявшая из ратников городских и сельских ополчений, уступала монголам и в вооружении, и в боевых навыках. Численное превосходство, дававшее преимущество маневренной монгольской коннице в условиях полевых военных действий, вынудило русских князей придерживаться в основном оборонительной тактики, рассчитанной на истощение врага. Но деревянные крепости русских городов с их немногочисленными защитниками были пригодны для продолжительного «сидения» в осаде во время феодальных усобиц и обороны от столь, же немногочисленных отрядов противника, ведшего пассивную, рассчитанную на измор осаду.

    Противостоять же долго многотысячным полчищам монголо-татар, применявших сложную осадную технику и использовавших тактику беспрерывного штурма для изматывания сил защитников крепости, они не могли.

    Зимой 1237 г. полчища Батыя вторглись в пределы Рязанского княжества.

Для рязанских князей, привыкших к летне-осенним набегам половцев, зимнее наступление монголо-татар явилось неожиданным. Княжеские дружины были рассредоточены в стольных удельных городах. Обращение рязанских князей за помощью к соседним владимирским и черниговским князьям осталось без ответа, что не поколебало, однако, решимости рязанцев стоять за свою землю насмерть. Послу Батыя, прибывшему в Рязань с ультимативным требованием покорности и уплаты унизительной и тяжелой дани («во всем десятое»), было гордо заявлено: «Аще нас рязанских князей преградить захватчикам путь близ границ княжества посредством наспех собранных полков окончилась поражением.

    Остатки разбитых рязанских полков были вынуждены укрыться за стенами

Рязани. Пять дней отбивали защитники города ожесточенный штурм сменявших друг друга туменов Батыя. На шестой день монголо-татары ворвались в город, который разграбили и сожгли, а всех его жителей перебили.

    Оставив позади себя опустошенную и обезлюдевшую Рязанскую землю, Батый двинул свои силы на Владимирское княжество. Великий князь Юрий Всеволодич использовал месячную задержку монголо-татар в Рязанской земле для сосредоточения значительных воинских сил у Коломны, прикрывавшей единственно удобный зимний путь на Владимир по Москве-реке и Клязьме. В «сече великой» под Коломной погибла почти вся владимирская рать, что фактически предопределило судьбу всей Северо-Восточной Руси. Упорное сопротивление захватчикам оказали жители Москвы, небольшого тогда города- крепости, прикрывавшего путь на Владимир с юго-запада. Только на пятый день штурма монголо-татарам удалось овладеть Москвой и полностью ее уничтожить.

    4 февраля 1238 г. Батый осадил Владимир. Несколько дней отражали владимирцы штурм его туменов. 7 февраля монголы ворвались через проломы в крепостной стене в город.. Его последние защитники погибли в огне подожженного захватчиками Успенского собора. Богатый город был разграблен и опустошен, в огне пожарищ погибли ценнейшие памятники литературы, искусства и архитектуры. После взятия Владимира полчища Батыя рассеялись по Владимирскому княжеству, стирая с лица земли города, разоряя и сжигая села и деревни. В течение февраля ими было взято и 'разрушено 14 городов в междуречье Клязьмы и Волги (Ростов, Суздаль, Ярославль, Кострома, Углич,

Галич, Дмитров, Тверь, Юрьев и др.). В марте 1238 г. в кровопролитной битве на реке Сити вместе с великим князем Юрием Всеволодичем погибли последние владимирские полки, спешно собранные из жителей северных городов и остатков, разбитых ранее дружин.

    С взятием после двухнедельной осады порубежного с Владимирской землей новгородского «пригорода» Торжка перед захватчиками открылась дорога на Новгород, Полоцк и другие города Северо-Западной Руси. Однако наступившая весна превратила новгородские леса и болота в топи, непроходимые для монгольской конницы, обремененной бесчисленными обозами с награбленной добычей и пленными. В кровопролитных битвах и штурмах русских городов захватчики понесли огромные потери, их боевая мощь ослабла. Батый начал отход в южные степи для приведения в порядок своих туменов.

    Отходя на юг, монголо-татары широким фронтом «облавы» еще раз прошли по Северо-восточной Руси, уничтожая уцелевшие города, оставляя позади себя залитую кровью, выжженную и опустошенную землю. Правый фланг «облавы» захватил восточные окраины Смоленского и Черниговского княжеств. Попытка монголо-татарского отряда захватить Смоленск была сорвана смоленскими полками, отбросившими захватчиков от стен города. Беспримерный подвиг совершили жители небольшого городка Козельска, семь недель отбивавшие штурм подошедших под его стены полчищ Батыя. Монголо-татары овладели городом ценой невиданных для них потерь и только тогда, когда в рукопашных схватках погибли почти все его защитники, «Злой город», как назвали Козельск монголо- татары, был по приказу Батыя стерт с лица земли.

    Лето 1238 г. Батый провел в придонских степях, но уже осенью его отряды вторично опустошили еще не оправившуюся Рязанскую землю и сожгли ряд уцелевших во время первого похода городов (Муром, Гороховец, Нижний

Новгород и др.). Весной 1239 г. было разгромлено Переяславльское княжество на левобережье Днепра, прикрывавшее Русь с юго-востока от степных кочевников. Осенью того же года была опустошена Чернигово-Северская земля, а в начале 1240 г. монголо-татарский отряд впервые появился под Киевом.

    Осенью 1240 г. Батый двинул свои полчища на Южную Русь. Форсировав

Днепр и преодолев упорное сопротивление «черных клобуков», защищавших укрепленную линию по реке Рось, монголо-татары в конце ноября подошли к

Киеву.

    Южнорусские князья не извлекли уроков из разгрома Северо-восточной

Руси, Переяславльского и Черниговского княжеств. Никаких шагов по объединению своих сил князья, занятые усобицами, не предприняли.

    Борьба с захватчиками свелась к самоотверженной, но изолированной, не связанной с активными полевыми действиями, а потому обреченной на поражение, обороне городов. Подавляющее численное превосходство и мощная осадная техника позволили монголо-татарам, не считаясь с потерями, подавлять эти разрозненные очаги сопротивления. Лишь немногим городам

(Холм, Кременец, Данилов) удалось отбиться от туменов Батыя. Взятые монголами города подвергались такому опустошению, что некоторые навсегда исчезли с лица земли, другие долго не могли оправиться и вернуть свое прежнее значение. Еще большему разорению подвергались беззащитные сельские местности, где после нашествия завоевателей оставались одни пепелища.

    Оборону Киева возглавил присланный князем Даниилом Романовичем с небольшой дружиной воевода Дмитр, но вся тяжесть борьбы легла на плечи простого киевского люда. Восемь дней мужественно отбивались киевляне от численно превосходящего врага. На девятый день монголо-татарам удалось ворваться в город через проломы в стене. Археологические раскопки свидетельствуют, что в Киеве, как и в других русских городах, защитники его стояли насмерть, борьба шла за каждую улицу и дом. Разграбленный и сожженный, обезлюдевший Киев надолго утратил значение крупного политического центра Южной Руси.

    Захватив Киев, монголо-татары обрушились на Галицко-Волынскую Русь.

Весной 1241 г., оставив за собой лежащую в развалинах и обескровленную

Южную Русь, полчища Батыя двинулись на запад. Со времени памятного Европе нашествия гуннов над ней не нависала столь реальная угроза завоевания со стороны степных кочевников. Ни одна европейская страна не могла противопоставить полчищам Батыя равных по численности воинских сил, особенно конницы, игравшей в боевых действиях того времени решающую роль.

Феодально-раздробленная Европа, подобно Руси, раздираемая соперничеством между правителями больших и малых государств и внутренними усобицами, не могла противостоять захватчикам как единое целое. Несмотря на мужественное сопротивление подвергшихся монгольской агрессии народов европейских стран, полчища Батыя в течение года опустошили Польшу, Венгрию, Чехию, страны Балканского полуострова и к лету 1242 г. вышли к границам Северной Италии, а в центре Европы, достигнув Вены в Австрии и Оломоуца в Чехии, оказались близ границ Германии. Однако в конце 1242г., в самый критический для Западной Европы момент, Батый вынужден был повернуть свои войска на восток и возвратиться в степные низовья Волги.



3. Установление монголо-татарского ига. Освободительная борьба русского народа.



    В отличие от завоеванных монголами стран Средней Азии, Прикаспия и

Северного Причерноморья с их благоприятными природными условиями для экстенсивного кочевого скотоводства, ставших территорией монгольских государств, Русь сохранила свою государственность. Зависимость Руси от ханов Золотой Орды выражалась, прежде всего, в тяжелой дани, которой они обложили русский народ. Получив представление о военных возможностях Руси и готовности русского народа отстаивать свою национальную государственность, монголо-татары отказались от прямого включения Руси в состав Золотой Орды и создания в русских землях своей администрации.

    В 1243 г. в ставку Батыя был вызван браг убитого на Сити великого князя владимирского Юрия Всеволодича Ярослав, которому после официального признания им вассальной зависимости от Орды хан вручил ярлык (грамоту) на великое княжение владимирское с признанием его «старейшим» князем Северо-Восточной Руси. Ярлыки на свои княжения получили и другие князья, прибывшие велел за Ярославом в Орду и согласившиеся выполнить ряд унизительных процедур, подчеркивавших их вассальную покорность хану. Сохранив в руках князей власть в их княжествах, ханы ограничились контролем за ними, посылая в русские земли своих специальных представителей — баскаков. Новейшие исследования не подтверждают принятого ранее взгляда на баскачество как на военно-административную форму организации владычества монголов на Руси.

    Функции баскаков заключались в активном контроле за действиями князей. По доносам баскаков «провинившихся» в чем-либо перед ханом князей вызывали в Орду или же посылали на русские земли карательную рать.

    Батыев погром не сломил волю русского народа к сопротивлению завоевателям. Ханам Золотой Орды потребовалось еще более десяти лет, чтобы закрепить свое господство над Русью. Отказывались признавать зависимость от Орды западные и северо-западные русские земли, которых почти не затронуло нашествие. Быстро оправлялась от погрома Юго-Западная Русь. Даниил Галицкий демонстративно отказался явиться в Орду за ярлыком и готовился к продолжению борьбы' с ней. В начале 50-х годов владимирский великий князь Андрей Ярославич (1249 —1252) попытался объединить все враждебные Орде силы, заключив антиордынский союз с Даниилом Галицким и тверским князем. В гордых словах, вложенных летописцем в его уста: «Лутчи ми есть бежати в чужюю землю, неже дружитися и служити татаром», — отразилась непримиримость народа к завоевателям. Батый предупредил готовившееся совместное выступление князей — он послал против них карательную рать. Под Переяславлем ордынская рать «царевича» Неврюя разбила наспех собранные полки Андрея Ярославича и тверского князя. Даниилу Галицкому упарюсь отразить карательную рать «царевича». Куремсы, но в 1259 г. Юго-Западная Русь подверглась новому нашествию ордынских полчищ, и Даниил Романович был вынужден признать свою зависимость от хана. Разоренная и раздробленная Русь еще не имела достаточных сил, чтобы противостоять Орде. Еще не сложились необходимые для успеха освободительной борьбы экономические и политические условия.

    После бегства князя Андрея Ярославича за рубеж великим князем владимирским стал Александр Ярославич Невский (1252—1263), который в отношениях с ханами стремился исходить из реального соотношения сил Руси и

Орды в тот период. Основной задачей Руси Александр Невский считал борьбу против агрессии крестоносцев с запада. Несмотря на всю тяжесть ордынского ига, Русь сохранила свою государственность, русскому народу не угрожала ассимиляция завоевателями. Стоявшие на более низкой ступени общего развития монголы не могли навязать русскому народу свой язык и культуру. Агрессия же крестоносцев угрожала не только государственному, но и национальному существованию и культурному развитию русского народа.

    Сосредоточивая силы Руси для отпора агрессии с запада, Александр стремился поддерживать с ханами мирные отношения, не давать поводов для новых вторжений и набегов и, восстанавливая подорванные производительные силы и хозяйство страны, исподволь копить силы для будущей освободительной борьбы. Этот курс Невского в отношениях с Ордой надолго стал определяющим для владимирских, а затем московских князей. Он отвечал и интересам основной массы русских феодалов, предпочитавших войти в соглашение с завоевателями, поступиться в их пользу частью доходов, но сохранить княжения и вотчины, власть над народом. К соглашению с Ордой призывала и церковь, получившая от ханов охранные грамоты на церковное имущество и освобождение от дани.

    Освободительная борьба против захватчиков затруднялась усилением феодальной децентрализации и ослаблением великокняжеской власти. Временное усиление великокняжеской власти при Александре Невском, распространившем ее на многие города Смоленской, Черниговской и Новгородско-Псковской земель, было поддержано ханами, нуждавшимися на первых порах в ее силе и авторитете для утверждения господства Орды в землях, которых не коснулось нашествие, для содействия в проведении переписи и обложения народа данью. После смерти Александра Невского титул великого князя владимирского стал объектом борьбы между удельными князьями, для которых обладание им связывалось прежде всего, с получением доходов от управления территорией, составлявшей «владимирский удел», и сюзеренитета над богатейшими городами Северо-Западной Руси —Новгородом и Псковом.

    Ослабление великокняжеской власти произошло и в Галицко-Волынской земле, разделившейся после смерти Даниила Романовича Галицкого (1264) на ряд удельных княжеств. Его сыну Льву Даниловичу удалось временно объединить Юго-Западную Русь, но, отрезанная от других русских земель, ослабленная внутренними усобицами и частыми вторжениями ордынцев, она стала в XIV в. объектом агрессии со стороны польских, литовских и венгерских феодалов.

    Феодальному дроблению русских земель» разжиганию усобиц между князьями всячески способствовали ханы Золотой Орды, стремившиеся не допустить усиления отдельных князей. Ханы сталкивали послушных им князей с опасными и не угодными Орде князьями, устраняли последних, убивая их в ханской ставке или же посылая против них карательные рати. Превратив выдачу ярлыков в объект соперничества и торга между князьями, в орудие политического давления на них, ханы намеренно нарушали сложившийся на Руси порядок наследования «столов» и вмешивались в княжеские усобицы, используя их в качестве предлогов для грабительских вторжений на Русь. Нередко и сами князья «наводили» на Русь в борьбе со своими соперниками татарские рати, как ранее они «наводили» половцев.

    В 1257 г. монгольские писцы (численники), опираясь на помощь великокняжеской администрации и содействие светских и духовных феодалов, произвели перепись (запись в «число») населения русских земель для обложения данью и повинностями. Оказывая ордынским численникам содействие в проведении переписи, русские феодалы стремились переложить всю тяжесть

«дани неминучей» на плечи трудящихся масс. Ежегодно отправляемая в Орду дань («выход», «десятина») была наибольшей тягостью ордынского ига. Вначале она собиралась натурой, но затем была переведена на деньги («серебро»). Единицей обложения служило каждое городское и сельское хозяйство. Тяжесть постоянной дани усугублялась частыми требованиями ханов присылать им дополнительные крупные суммы (так называемые запросы). В пользу хана шли также отчисления с торговых пошлин. Тяжелым бременем на крестьян легли ямская и подводная повинности, обязанность давать «корм» проезжавшим ордынским чинам и их свите. Сбор дани был отдан ханами на откуп мусульманским купцам (бесерменам), которые облагали население дополнительными произвольными поборами, кабалили крестьян и продавали несостоятельных должников в рабство на восточных невольничьих рынках.

    В вынужденном признании монголами особого положения Руси по отношению к Золотой Орде, в отказе завоевателей от создания в русских землях своей администрации огром Яую роль сыграло не только героическое к сопротивление русского народа в годы Батыева нашествия, но и не прекращавшаяся его борьба против ордынских переписчиков, сборщиков дани, произвола и бесчинств приезжавших из Орды баскаков, ханских послов. Освободительная борьба трудового народа тесно переплеталась с борьбой против русских феодалов, вступавших в соглашение с Ордой. Наиболее ярко это проявилось во время переписи в 1257 г., вызвавшей ряд антимонгольских волнений, во время которых горожане и крестьяне расправлялись также и с феодалами, оказывавшими помощь численникам. Прибывшие в Новгород численники были вынуждены искать защиту у великого князя от восставшей городской бедноты.

    Во время этих волнений был убит посадник Михалка, который вместе с боярами стремился переложить всю тяжесть дани на «меньших людей» («Творяху бо бояре себе легко, а меньшим зло»). Александр Невский с помощью других князей жесчоко подавил восстание.

    Когда в 1259 г. численники вновь приехали в город для переписи, князю снова пришлось взять их под защиту и силой принудить новгородцев «явиться под число». В 1262г. восстали жители Владимира, Суздаля, Ростова,

Ярославля, Переяславля-Залесского, Устюга и других городов Северо-Восточной Руси. Восставшие расправлялись с ненавистными им бесерменами и местными феодалами, сотрудничавшими с татарами. Волнения против баскаков и сборщиков дани продолжались и в 70—90-х годах XIII в. В ходе городских восстаний возрождались вечевые собрания, становившиеся в руках городского люда орудием национально-освободительной и антифеодальной борьбы.

    Подавить освободительную борьбу русского народа устрашающими карательными ратями ханам не удалось, они вынуждены были пойти на отдельные уступи). В конце XIII в. сбор дани был передан русским князьям, а затем из русских городов были отозваны и баскаки, что лишило Орду возможности непосредственно вмешиваться во внутриполитическую жизнь русских земель. Эти уступки, вырванные в тяжелой борьбе народа, имели большое значение в создании более благоприятных условий для ликвидации тяжелых последствий монголо-татарских нашествий в хозяйстве страны, для начала борьбы за государственно-политическое единство Руси.



4. Последствия нашествия и установления ордынского ига.



    Батыев погром и установившееся затем на два столетия чужеземное иго привели к длительному упадку в экономическом, политическом и культурном развитии русских земель, положили начало отставанию их от передовых западноевропейских стран.

    Огромный ущерб был нанесен основе хозяйства страны — сельскому хозяйству. Запустели и пришли в упадок земледельческие центры Руси

(Киевская земля, центральные районы Северо-Восточной Руси), жители которых, уцелевшие от гибели и плена, покидали окультуренные места и спасались бегством в глухие малодоступные для монголо-татар лесные чащобы Верхнего Поволжья и далее на север — в Заволжье. Монголо-татары отодвинули границы Руси на север и запад, включив в огромное «Дикое поле», простиравшееся от Северного Причерноморья до Оки и Угры, освоенные издревле русскими людьми степные и лесостепные земли (Переяславльское княжество на юге, восточные районы Чернигово-Северской земли и южные районы Северо-восточной Руси).

    Тяжелым последствием монголо-татарского завоевания было разобщение

Руси на отдельные части, приведшее к резкому ослаблению экономических и политических связей северо-восточных и северо-западных русских земель с населением западных и юго-западных русских земель, захваченных впоследствии польскими и литовскими феодалами.

    Массовое разорение и разрушение русских городов, гибель и увод в плен квалифицированных ремесленников привели к падению роли городов в политической и экономической жизни страны, к утрате многих ремесленных навыков и технологических приемов, к огрублению и упрощению ремесла и ремесленных изделий. Исчезли навсегда или возродились лишь через 150—200 лет такие виды ремесла, как скань, чернь, перегородчатая эмаль, полихромная поливная керамика, резьба по камню и др. Приостановилось каменное строительство в городах, пришло в упадок изобразительное и прикладное искусство. Ослабла связь городского ремесла с рынком, затормозилось развитие товарного производства, прервалась намечавшаяся тенденция к превращению ремесла в мелкотоварное производство. Дань «серебром» привела к утечке его в Орду и почти полному прекращению денежного обращения внутри русских земель, что прервало начинавшееся перед Батыевым нашествием развитие товарно-денежных отношении. Тяжелый удар был нанесен политическим и торговым связям с зарубежными странами. Лишь города Западной и Северо-Западной Руси — Новгород, Псков, Витебск, Смоленск — не утратили их. Северо-Восточная Русь продолжала торговлю с Востоком по волжскому пути, но она была затруднена грабительскими набегами ордынцев на русские торговые караваны.

    Трудности восстановления хозяйства, возрождения разрушенных городов и деревень усугублялись уходом в Орду значительной части национального дохода в виде «дани», «запросов», «поминков» (подарков) ханам и ордынской знати, а также непрекращавшимися набегами монголо-татар на русские земли. Только за последнюю четверть XIII в. было совершено 14 крупных вторжений на Русь, не считая множества более мелких набегов, предпринимавшихся для личного обогащения ордынской знатью — «царевичами», «темниками», «уланами» и др.

    Самым опустошительным нашествием, которое русские летописцы сравнивали с Батыевым, была «Дюденева рать» в Северо-Восточную Русь в 1293г., когда монголо-татары вновь «всю землю пусту сотворили».

    Потребовалось почти целое столетие упорного труда и героической борьбы народа, чтобы в этих тяжелых условиях восстановить хозяйство и обеспечить его дальнейший подъем как необходимую основу для ликвидации феодальной раздробленности и создания Русского централизованного государства.