Влияние контекста на интерпретацию окказиональных словообразовательных конструкций

Влияние контекста на интерпретацию окказиональных словообразовательных конструкций

Гатауллин Р.Г.

Приемлемость любой словообразовательной конструкции с точки зрения реципиента обуславливается принадлежностью к языковой норме и словообразовательной модели, а также возможностью ее логически правильной интерпретации. По своей формальной структуре многие окказиональные словообразовательные конструкции (далее ОСК) являются образованиями, соответствующими активной или пассивной словообразовательной модели, созданными, однако с нарушением закономерностей сочетаемости и совместимости непосредственных составляющих. Поэтому их интерпретация в большинстве случаев полностью зависит от контекста:

(1) Wieder fllt mir Jolly, der Hungerknstler ein, von dem ich euch schon in einer anderen Geschichte erzhlte: In den zwanziger Jahren stellte er sich in Berlin in einem Glaskasten aus und hungerte Neugierigen gegen Eintrittsgeld tage- und wochenlang etwas vor [30, c. 89].

Поскольку ОСК относятся к конкретному контексту и являются зависимыми от него, то именно контекст определяет ступень лексической объективации новых слов такого характера [2, с. 12]. При определении семантического механизма интерпретации для словообразовательных конструкций (далее СК) следует, прежде всего, разграничить допустимую многозначность и непрозрачность значения слова от неясного смысла словоупотребления, чтобы исключить множество его толкований. В случае непрозрачного значения недостаточно использования одного лишь принципа узуальности в качестве единственного критерия, потому что как семантически прозрачные, так и семантически непрозрачные сложные слова вводятся в языковую общность в виде эпизодических образований и становятся в ней узуальными (ср. также: [12, с. 165]). Иногда для более точной интерпретации значения СК в тексте используются парафразы как вспомогательные средства. Главным условием употребления парафраз при этом является соответствие или одинаковость коммуникативного эффекта и семантического объема СК и соответствующей парафразы [16, с. 45-46]. Парафразы, встречающиеся в беллетристике в форме синтаксических конструкций, являются как бы “неполноценными”, поскольку их основная роль заключается в интерпретации и разъяснении возможного контекстуального значения ОСК посредством ввода в текст нового дополнительного лексического материала. Их функции в тексте не выходят за рамки обеспечения понимания новых ОСК; только в редких случаях они могут способствовать фиксации обратной референтной связи.

В лингвистике текста имеются описания возможных отношений зависимости, дополнения и субституции между СК и соответствующими синтаксическими структурами. Так, например, Кюршнер, исследуя СК (именные сложные слова) на основе падежной грамматики, указывает на существенные семантические различия между СК и базисными синтаксическими структурами, которые он называет псевдо-парафразами или квазипарафразами СК (Quasiparaphrasen), так как они служат лишь как эвристическое средство для достижения и выявления глубинных структур [14, с. 159]. По его мнению, как и сама глубинная структура, они не способны охватить значение СК в полном объеме, к тому же СК и псевдо-парафразы не всегда можно свести к общей глубинной структуре. Он разграничивает синтаксические структуры, обеспечивающие понимание СК, и парафразы (трансформаций) на базе языкового материала СК и констатирует, что 1) соответствующие синтаксические структуры служат, как и парафразы СК для выявления их глубинных структур; 2) СК образуются на базе синтаксических структур [14, с. 99-100, 104-105]. Лис, поддерживая точку зрения Хомского, выделяет несколько типов именных сложных слов, отличающихся друг от друга синтаксическими отношениями и связями между составляющими частями сложного слова. В рамках своей грамматической модели он ставит многообразие отношений между составляющими СК в зависимость от различных базисных структур [15, с. 134-135, 143-145]. Исследуя с помощью метода субституции именные композиты, их приемлемость и значение в зависимости от контекста и заменяя их синтаксическими парафразами, Шонебом приходит к выводу, что значение СК определяется факторами языкового контекста; при этом прагматические контекстуальные факторы могут оказать существенное влияние как на общее значение СК, так и на отношения между структурными частями [20, с. 139-140]. В целом, существование системных связей и отношений между СК и соответствующими синтаксическими парафразами признается всеми. Спорным остается лишь вопрос, следует ли рассматривать эту взаимозависимость первично в лексическом или же в синтаксическом аспекте. В семидесятые годы этот вопрос являлся камнем преткновения в споре между так называемыми “лексикалистами” и “трансформационалистами” [13, с. 219]. 

В основе СК могут лежать адъективные, причастные, распространенно-атрибутивные, генитивные, предложно-атрибутивные, предикативно-объектные, субъектно-предикатные, сложносочиненные, инфинитивные и другие структуры и конструкции. В большинстве случаев словообразовательные комплексы могут быть, таким образом, истолкованы и описаны как преобразования, как трансформации синтаксических структур, поскольку СК являются идентичными в отношении референции соответствующим синтаксическим структурам, ср.:

(2) Gesichter aus Baumstammholz - Holzgesichter; Der Mann suchte Lorcheln - Lorchelsuche - Lorchelsucher - Lorchelmann [32, Bd. 2, S. 278].

Выделенные примеры свидетельствуют также о том, что СК являются “содержательной компрессией текстуальных высказываний” (Schippan 1969, с. 265). Именно в этом проявляется двойственная функция СК: СК как единица номинации и как средство синтаксической компрессии [8, c. 9; 17, c. 66]. Принципиальная содержательная одинаковость, а иногда и идентичность СК и синтаксических групп слов автоматически не имплицирует одинаковое использование их потенциальных возможностей в тексте. Это проявляется, прежде всего, в редком параллелизме СК и их синтаксических эквивалентов (соответствий) в одном тексте:

(3) An diesem Frhlingsvormittage war die breite Hutkrempe ziemlich nutzlos; denn der Mann produzierte wenig Gedanken, weil er erschpft vom Kofferschleppen war. ...Was unser Mann in seinen Koffern schleppte, war mehr als Gold, darber war er mit sich  

bereingekommen. ...Als der gelbschtige Mann den Fremden sah, wurden ihm der Waldboden und die Lorcheln gleichgltig, denn der Koffermann war fr jene Zeit verflucht gut angezogen. Der Mann mit den Koffern benutzte die Gelegenheit, ein wenig auszuruhen [32, Bd. 2, S. 278].

Новое упоминание контекстуальных явлений действительности путем их повторной номинации делает содержательные связи между отдельными частями текста материально осязаемыми [23, с. 69]. Обычно речь идет о параллельной номинации денотатов при помощи ОСК и их синтаксических соответствий:

(4) Der andere Geistliche hatte dort eine dnne Gewchshausgurke gegen Zigaretten eingetauscht, er schwang die Grngurke wie einen Krummsbel... Der Priester mit der grnen Gurke grinste... auerdem hatte der Gurken-Priester etwas vor [32, Bd. 2, S. 11].

Для ОСК и синтаксической параллельной формы общим является семантическое ядро, определяющее отношения между составляющими. Структура, лежащая в основе сложного слова, находится в устанавливаемых родственных взаимоотношениях с глубинными структурами атрибутивных и других конструкций (ср. [14, с. 103]). Следует предположить, что взаимоотношения между СК и эквивалентными словосочетаниями зависят от их функций в соответствующих отрезках текста, хотя и сами факторы порождения СК часто находятся в области прагматики. Из этого следует, что для различных типов текстов характерны несопоставимые отношения между СК и их синтаксически эквивалентными структурами. Не каждый дериват имеет в тексте равное парафрастическое синтаксическое соответствие вследствие того, что между СК и их парафразами существуют богатые оттенками смысловые различия. Для научно-популярных текстов характерно равнозначное употребление обоих вариантов выражения в зависимости от различных условий текста. В текстах художественной и публицистической литературы СК и соответствующие синтаксические сочетания несут в себе определенную стилистическую нагрузку, и поэтому не всегда можно говорить об их полном параллелизме. В одних текстах синтаксические варианты мотивированных СК занимают ведущее место, а параллельные словообразовательные формы реализуются реже, а в других наоборот.

По мнению других лингвистов, для описания узуальных и окказиональных СК парафразы как базовые структуры семантически недостаточны. Как считает Косериу, “словообразовательные структуры семантически слишком богаты для интерпретации на уровне системы, а соответствующие синтаксические структуры слишком эксплицитны” [4, с. 48-61]. По мнению Сэппенена, СК имеют сложную семантическую структуру, которую можно лишь частично передать с помощью синтаксических структур в виде словосочетаний или предложений, так как значение окказиональной СК практически бесконечно [21, с. 147]. В другой работе Сэппенен пишет, что такие окказиональные образования, как Brautstau, Teppichstelle не обладают каким-либо лексическим значением. Эти семантически пустые знаки могут стать словами лишь в благоприятных условиях. Из предполагаемого отсутствия значения окказиональных композит он делает вывод, что они вместе с остальными вспомогательными частями речи (местоимения, союзы) являются своего рода текстообразующими и текстосвязующими словами и принадлежат к сфере лингвистики текста [22, с. 82]. При функционировании зависимые от контекста окказионализмы приближаются к синсемантическим элементам, выполняя текстосвязующие функции, впитывают в себя содержание соответствующего контекста, хотя и по своей форме, и по структуре являются автосемантическими единицами. В этом заключается одно из основных противоречий окказиональных структур. По мнению Пинкаля, “неоднозначность” (“Nicht-Eindeutigkeit”) ОСК определяется не только их “размытой или диффузной семантикой” (“diffuse Semantik”) и их семантической бесконечностью. “Неоднозначность” предполагает также наличие бесконечного множества толкований, которые могут оказать влияние на возможное их понимание. Он пишет, что “семантическая неопределенность - это свойство языковых выражений, обусловленное определенными структурными особенностями их денотатов. Прагматическая неопределенность относится к ситуациям выражений, а также к информации, содержащейся в данных выражениях” [19, с. 4]. Поэтому он предлагает выделить конкретные/неконкретные, точные/размытые значения, при этом он проводит четкое разграничение между семантической размытостью и полисемией. Диффузность семантики окказионализма предполагает также и размытость отношений между его составными частями. Это в конечном итоге предполагает неограниченное число возможных уточнений, которое, однако, на практике существенно сокращается до конкретных вариантов возможного употребления, а именно, до числа допустимых отношений, основывающихся на знаниях читателя. Таким образом, в конкретной языковой общности размытость значения на уровне возможных употреблений соответствующих сложных слов часто проявляется как многозначность [10, с. 39].

Для интерпретации ОСК определяющими являются ситуация, контекст, наличие в контексте слов с общими семантическими элементами, а также известность словообразовательной модели. Даже самый необычный окказионализм имеет в языковой системе словообразовательную аналогию: каждое окказиональное слово в структурном и семантическом плане напоминает знакомый или известный узуальный словообразовательный образец; все индивидуальное множество и многообразие конкретных словообразовательных структур по своему звучанию, строению и морфологии базируется на потенциальных возможностях и предпосылках, заложенных в самой языковой системе. Принадлежность окказионализма к сети парадигматических и синтагматических отношений облегчает его понимание и способствует его логически правильной интерпретации в любом контексте (ср. [1, с. 42]). Процессы толкования и интерпретации ограничиваются либо грамматическими, лексико-грамматическими и семантико-прагматическими знаниями, либо требуют специфических знаний, определенных “ситуативной очевидностью или самим контекстом” (Handwerker 1982, с. 41). 

В.Мотч, заслугой которого является подробное описание словообразовательной системы немецкого языка при помощи различных синтаксических структур, различает следующие возможности для интерпретации сложного слова, состоящего из частей А и В:

1) В является соотнесенным словом с независимой структурой, а именно структурой аргумента. Тогда А может быть словом, занимающим свое независимое положение в структуре аргумента В: Verkauf von etw. (Schuhverkauf), Fan von etw. (Fuballfan);

2) А - это соотнесенное слово, а В занимает место в структуре аргумента А: reiben etwas (Reibkse), rot etwas (Rotwein);

3) Ни А, ни В не являются соотнесенными словами (сложное слово состоит из двух существительных): а) толкование происходит с учетом семантических особенностей структуры А или В (например, в слове “Haustr” “Haus” является целым, а “Tr” - его частью); б) толкование базируется на энциклопедических (стереотипных) знаниях (Bilderbuch, Schuhfabrik: Buch enthlt etwas, Fabrik stellt etwas her); в) слово интерпретируется на базе контекста. При этом значение сложного слова в тексте может быть определено анафорически или катафорически, т.е. с помощью предыдущего или последующего контекста; г) речь может идти о неизменном соотношении из множества возможных (und, lokativ и т.д.) [17, с. 75-76; 18, c. 23-25].

В зависимости от того, обеспечивает интерпретацию СК исключительно имеющийся языковой материал в качестве ее составных частей или необходимо использование контекстуального материала и контекстуальных знаний, ОСК можно разделить по способу их толкования на следующие группы:

I) Явные СК, т.е. конструкции, понятные по своей структуре (Selbstverstndliche WBK):

1) СК, которые понимаются и интерпретируются независимо от контекста, так как их составные части содержат полную информацию о семантическом содержании; семантические отношения между их конституентами легко считываются; они “явные” [11, с. 198] т.е. “локально интерпретируемы” [5, с. 10], ср.: 

(5) Trompetergeschmetter, Dichterarbeit, Schreib-Schwerarbeit, Einmannbetrieb, Roman-Sonderkonferenz, Partei-Alltag; Gutsjungen-Zeit, Klein-Kinder-Zeit, Himbeerenkuchen-Zeit; Mh-dreschschnaps, Heuschreckengezwitscher, Alt-bauernbier; Altfrauenwein, Augenblickssehnsucht (примеры по Strittmatter, Bll, Kant).

СК такого рода представляют собой новообразования удлиненного парадигматического ряда, их семантика относительно независима от контекста. Признаками “явной интерпретации” (Aus-sich-selbst-Interpretation) обладают многочленные сложные слова и сращения. Для интерпретации окказиональных СК этой группы не нужна дополнительная информация: сложные слова понимаются дословно, так как им присущи структурно ясные, семантически определенные отношения [12, с. 67]. Оба компонента как мотивирующие составные части образуют общее значение СК и делают ее прозрачной, а “прозрачное слово”, как полагает Гаугер, “высказывается о себе, о том, что оно подразумевает” [9, с. 14]. Очевидно, что сложные слова этой группы, наряду со значениями, обусловленными их непосредственно составляющими, могут иметь и контекстуальные значения.

2) СК, в основе которых лежат стандартизированные отношения, присущие многим моделям сложных слов (besteht aus, hnlich wie, verursacht durch и др.). При интерпретации СК данной группы необходимо обратиться к структуре их организации и к лексико-семантическим знаниям о составных частях, с помощью которых можно сконструировать определенную модель семантических отношений для конкретной СК, ср.: Tagpfauenauge - отношение “как”; Weltschmerz - отношение “обусловлено тем, что”; Stammbaumholzkiste - отношение “из”. На основе своих знаний этой модели реципиент понимает, что, например, ящик сделан из ствола дерева (Kiste aus Stammbaumholz). По терминологии книги “Nominalkomposita”, в этой группе можно различить 3 подгруппы: а) реляционные сложные слова, первая или вторая составляющая которых содержит отношение (реляцию). Реляционными элементами являются, как правило, глагольные основы и отглагольные существительные; б) стереотипные сложные слова, для интерпретации которых необходимо обладать не только грамматическими, но и лексико-семантическими и семантико-прагматическими знаниями; в) сложные слова, содержащие базисные отношения (напр. ist hnlich wie, und, besteht aus и др.). Знания, необходимые для интерпретации таких сложных слов, включают в себя информацию об основных отношениях и о стереотипах [5, с. 12-18]. Анализ корпуса примеров окказиональных СК показывает, что большую часть данных базисных отношений можно обнаружить только при использовании контекстуальной информации. Следующие примеры показывают, что для окказиональных СК Kehrbesenhund, Sperlingswachtmeister в контексте содержатся как аргументы (Kehrbesen, Hund, Wachtmeister, Sperling), так и искомое отношение (“hnlich sein”), ср.:

(6) Da kam tglich eine Frau mit einem Hund. Der Hund hatte kurze Beine, die von langen schwarzen Haaren berwuchert waren. Es sah aus, als ob ein Kehrbesen, der den Stiel verloren hatte, von einem Uhrwerk getrieben, auf der Gasse dahinrutschte... Der Kehrbesenhund kmmerte sich nicht um die Plaudereien der Frau... Der schwarze Handfegerhund lauschte [32, Bd. 1, S. 98-99]. Wachtmeister... hpfte aufgeplustert wie ein Wintersperling hinter ihm her. Und wie ein Sperling die Ropfel, so pickte der Wachtmeister die Worte, die R. im Gehen verlor. Der Sperlingswachtmeister zog die Flgel an [там же, S. 372].

Базисное отношение “быть похожим” довольно часто встречается в окказиональных СК. В качестве производящей основы сравнительных окказионализмов выступают существительные, характеризующиеся наличием различных признаков и ассоциаций, способных развивать вторичные значения, ср.:

(7) Knospenbrust, Raketensarg, Baumtrtchen, Spinnwebehaare, Hhnerschrittchen, Vulkanhund, Baumpferd, Schneewatte, Bltenschnee, Bananen-Boot, Schokoladen-Augen, Porzellan-Haut, Kuhdummheit, Zahnpastagetue, Fischkopf-Kommandeure, Zahnpastalcheln (примеры по Strittmatter, Celan, Bll)

Вне своих контекстов они могут допускать также другие варианты интерпретации, ср.: Raketensarg - Sarg wie eine Rakete, - Rakete, die in einen Sarg verwandelt ist; Baumpferd - Pferd wie ein Baum (hnlich), - Pferd, das aus Baum hergestellt ist. В стилистических целях контекстуальные средства могут нарушить или изменить стандартные отношения между составными частями сложного слова, что наблюдается, как правило, в словообразовательных структурах по аналогии, ср.:

(8) Es war ein durch und durch eintniges, gewhnliches Leben, in das der neugierige Stanislaus hineinsah: Zauderer war Hilfsarbeiter in der Kistenfabrik einer deutschen Garnisonstadt gewesen. Fnfundsechsig Pfennig Stundenlohn... Er sah tglich die Soldaten singend und frhlich durch die Stadt trappen. Er fragte bei den Soldaten an: “Wieviel Stundenlohn und wieviel Stunden die Woche?” - “Gute Stunden und Sold”, wurde ihm geantwortet. Da ging er in die Soldatenfabrik und arbeitete dort gewissenhaft wie zuvor in der Kistenfabrik. Als er Gefreiter wurde, fhlte er sich wie ein Schichtfhrer in der Kistenfabrik, fhlte er sich warm und wohl. Nun war er bereits Kompaniewachtmeister, jawohl, und die Soldatenfabrik, in der er Meister war, war in den karelischen Urwald verlegt worden [32, Bd. 1, S. 433].

Ожидаемое значение СК может быть также изменено самим контекстом, ср.:

(9) Der neue Frei-Parkschein (berschrift). Zehn Mark fr den Parkplatz am Altmarkt? Ein guter Ansatz. Noch besser wre ein Frei-Parkschein: die Bus- oder Straenbahn-Fahrkarte (Dresdner Neueste Nachrichten, 14/15.12.91, S. 9).

Между непосредственно составляющими могут, кроме того, существовать отношения дополнения и глагольной предикации с функцией определения.

II) Прагматические СК (Pragmaverstndliche WBK): сами они не отражают и не выражают отношения, существующие между двумя составляющими компонентами, поэтому их интерпретация возможна только на базе внеязыкового “фонового” знания [10, c. 109].

1) СК, интерпретация которых полностью зависит от контекста. Они допускают множество интерпретаций, и потому декодирование их семантической структуры невозможно без привлечения контекстуального материала, так как они содержательно зависимы от предыдущего или последующего контекста, то есть имеют анафорическую или катафорическую зависимость от текста. ОСК, вводимые в начале текста или в заголовках, выступают в качестве “обобщенного концентрата содержания” [3, с. 15], “текстово-тематической выжимки (компрессии)” [6, с. 101]. В качестве катафоры они обладают функцией введения, предварительного указания или оповещения определенного содержания или событий, полное и подробное описание, уточнение и интерпретация которых происходит лишь в последующей части текста, ср.:

(10) “Zeit”-Probleme (LVZ, 6.12.88); Luftnummer (LVZ, 25.01.89); “Werkstatt”-Diskussion (LVZ, 16.12.88); “Lampen”-Referendum als Signal fr Politiker. (“Glhbirnen”-Referendum). Zeitungsberichten zufolge antworteten auf die Frage... etwa 2,7 Millionen Haushalte mit “ja”, indem sie zum vereinbarten Zeitpunkt zwei 100-Watt-Glhbirnen zustzlich zum normalen Verbrauch einschalteten (ND, 26.09.91).

Катафорическая СК может служить также введением в произведениях большого объема. Так, например, весь текст романа М.Мейера представляет собой линейное развертывание сложной семантической структуры окказионализма “Das Regenmdchen”, выступающего в качестве названия романа. Само сложное слово наполняется конкретным содержанием только в тексте, адекватная расшифровка его значения возможна только на основе знания содержания текста.

СК с анафорическим отношением обладают функцией обобщения и резюмируют важные характеристики, описанные в предшествующем тексте. Составные части окказиональных СК даются в предшествующем тексте как самостоятельные лексемы или как комбинации лексем в различных синтаксических соединениях, ср.:

(11) Die Meisterin... hieb Stanislaus mit der Rechten eine Ohrfeige... Die Meisterin leistete mit dem zweiten Ei wohl Abbitte fr die Ohrfeige. Er... nahm sich vor, dieses Ohrfeigen-Ei nicht zu essen [32, Bd. 1, S. 90-91].

Анафорические и катафорические словообразовательные отношения не только мотивируют семантическую структуру окказионализма, но и ограничивают возможность его неоднозначного толкования. С точки зрения текстообразования, СК такого рода являются основополагающим средством создания когерентного текста из связанных между собой предложений.

Окказионализмы могут обладать одновременно анафорической и катафорической соотнесенностью. В образовании и декодировании их семантики участвуют как предшествующий, так и последующий контексты: денотативное, т.е. содержательное указание находится в предшествующем контексте, а уточнение и дополнение происходит в последующем. Автор может использовать непрозрачность и диффузность семантики анафорических и катафорических СК в стилистических целях, при этом объем коннотативного значения определяется самим текстом:

(12) Eigentlich ein guter Ort, mich von meiner Abklopf-Sucht zu befreien... Es ist eine Putzsucht... Meine neue Krankheit, diese Sonderputzsucht, wurde von meiner Mutter ausgelst. Ich warte nicht, bis der Abend und die Zeit heran ist, meine Kleider auszubrsten, ich achte schon tagsber drauf, da ich mich nirgendwo anschmutze... da die Hand herumfhrt und die Stelle meines Hemdes, meiner Jacke, meiner Hose beklopft, ... ich klopfe, und ich klopfe auch, wenn mich irgend jemand streift... Ich beklopfe mich vor deren sichtliche Dogen, verdchtige sie, Dreckmtze zu sein... Sie ahnt nichts von meiner Abklopf-Qual. Manchmal meine ich, da ich meiner Abklopf-Krankheit ledig wurde [31, Bd. 2, S. 21-22).

СК такого характера вносят свой “коммуникативный вклад в содержательную просодию, поскольку возможность толкования целого обеспечивается посредством упорядоченной комбинации составных частей” [24, с. 251]. Адекватной интерпретации способствует также наличие знания правил конструирования текста, что вместе с контекстуальной информацией позволяет читателю безошибочно обнаружить в контексте искомые связи и отношения и тем самим соответствующие значения:

(13) Die Schwierigkeiten der Backpflaumen-Distribution liegen woanders; mit ein bichen Tiefenpsychologie kommen Sie rasch drauf. Was denkt der Durchschnittsmensch, wenn er das Wort “Backpflaume” hrt? Lauter Dinge, die dem Verkauf nicht frderlich sind; Begriffe wie “vertrocknet, verschrumpelt, verhutzelt” hat er sofort zur Hand... Nicht schlecht, dachte Robert, du httest das Zeug zu einem Backpflaumen-Distributor [29, S. 59, 62].

Такие СК, как Backpflaumen-Distibution, Backpflaumen-Distributor, Mimimtyp, Luftnummer, Auspuff-Kummer на уровне лексики не поддаются семантизации, хотя значение их составных частей довольно прозрачно; зная лексическое значение отдельных компонентов, невозможно вывести общее значение СК. В том случае, когда объем лексических знаний реципиента недостаточный, он может сделать вывод о значении СК, исходя из их языкового окружения. Очевидно, что толкование предполагает и наличие грамматических и семантических знаний. Используя правила построения текста, а также определенную контекстуальную информацию, читатель обнаруживает основную для окказиональных СК взаимосвязь, что является базой для их интерпретации. Поскольку лексические признаки слова не всегда актуализируются в качестве “энциклопедических признаков” [11, с. 43], а “правильные” отношения имеются только в контексте, то толкование окказионального слова связано с “выделением определенных свойств значения”. В тексте происходит частичный прямой или косвенный повтор, частичная рекуренция определенных частей СК:

(14) Den Dichter erregt ein Sto weies Papier. Es ist sein Brachacker, auf dem er Satzbume, Wortzweige und Gedankenfrchte heranwachsen lassen wird [32, Bd. 2, S. 116].

Окказионализмы Satzbume, Wortzweige, Gedankenfrchte зависимы от слова Brachacker; без этого существительного нельзя охватить весь объем денотативного значения, а их метафорическое значение остается неясным. Рекуренция обладает недостатком: она может редуцировать информативность. Поэтому в словообразовании разработаны способы, обусловливающие повтор одинаковых форм с несколько различным содержанием или разных форм с одним и тем же содержанием. В тексте СК проявляют свою способность расширять мотивирующие характеристики своих формантов посредством коммуникативно-ситуативных значений. Знание информации, заложенной в контексте, количественно ограничивает варианты контекстуальной интерпретации: определенные варианты интерпретации принимаются, а другие, напротив, исключаются; “только владея данной конкретной ситуацией можно выбрать определенный вариант” [4, с. 116]:

(15) Man wird unsere Tage einst das Versammlungs-Zeitalter nennen... Die berhht und berspitzt vorgetragene Charakterisierung des Versammlungs-Unwesens gefiel Bdner [32, Bd. 3, S. 117].

Для адекватной интерпретации и, соответственно, адекватного восприятия контекстуальных сложных слов Фанзелов вводит понятие так называемых стереотипов. Возникновение значения, по его мнению, “регулируется стереотипами их составляющих, которые, в конечном счете, связаны с внеязыковыми явлениями, а не с их языковыми коррелятами” [7, c. 31].

2) СК, интерпретация которых зависит от энциклопедических, общих и ситуативных знаний. К этой группе относятся новые СК, денотаты которых контекстуально обусловлены или известны определенному кругу читателей. Так, например, для семантической интерпретации сложного слова “Werkstat-Diskussion” необходимо знание предмета дискуссии, которая велась в газете Leipziger Volkszeitung (ср.: Selbsthilfe-Werkstatt) несколько недель. Значение окказионализмов этой группы можно определить только с помощью дополнительных знаний [12, c. 148]:

(16) Bald “Weltraum-Lady” aus Grobritannien? (ND, 15.11.89); Zweitens sind Sie mit relativ heiler Haut zwar ein paar Schrammen, doch ohne (den oft gewnschten) Hals- und Beinbruch davongekommen, als dieser funkelnagelneue Mifa-Drahtesel bei Ihrem ersten Pedaltritt schlagartig unter Ihnen zusammenbrach (Freiheit, 10.11.89). Der Buhmann des BRD-Schwimmsports beispielsweise ist momentan Rainer Henkel. Der Weltmeister ber 400 m, der sich mit einem aufwendig gesponsorten Spezialprogramm auf Olympia vorbereitet hatte und von den Wochen zuvor zum So-gut-wie-Olympiasieger hochstilisiert wurde, erreichte nicht einmal das Finale auf seiner Spezialstrecke, und 

ber 1500 m Freistil wurde er lediglich Sechster. Nun werden Kbel voller Schmutz ber ihn ausgegossen, und man rt ihm, sich “einen anderen Job” zu suchen. So ist das Leben! In manchen Gegenden (LVZ, 29.12.88).

СК данной группы интерпретируются с помощью использования специального вне текстового материала: Mifa - Mitteldeutsche Fahrradwerke, Sangerhausen, Sachsen-Anhalt, а для интерпретации слова Buhmann необходимы лингвострановедческие знания: Buh - возглас в немецкоязычных странах, употребляемый при неудаче или провале: Nach der Auffhrung waren Buhrufe zu hren. Ср. также:

(17) Super-Schieber (JW, 24.01.89) (специальные знания в области спорта); Arktis-Neuling zum Examen im Schwarzen Meer (ND, 24./25.12.88) (специальные знания в области кораблестроения).

Возможные интерпретации СК находятся в прямой зависимости от следующих факторов: 1) Сложные слова, созданные по активным и продуктивным моделям, легко интерпретируются: чем активнее словообразовательная модель, тем больше вероятность лексикализации СК и больше возможность точной передачи общего объема значения через словообразовательную конструкцию. Толкование и понимание обеспечиваются семантическим инвариантом модели. Сравни, например, общее значение “высшего ранга” (ranghchst) в сочетании с -papst: Literatur-, Kultur-, Schriftsteller-, Lebensmittel-, Partypapst. 2) Легко интерпретировать сложные слова, первым компонентом которых являются синтаксические словосочетания, глаголы и прилагательные, ср.: “Ich-habe-dich-lange-nicht-gesehen-Blick”.

Для интерпретации разных типов СК необходимы знания различного характера. Интерпретация каждого типа СК всегда требует кроме лексико-грамматических знаний наличие определенного объема неязыковых знаний или знаний картины мира. Общие знания, к которым прибегает читатель, а также традиционные механизмы переработки словообразовательной структуры существенно облегчают восприятие нетрадиционных СК. Таким образом, любой акт языковой деятельности предполагает наличие неязыковых знаний [26, c. 190]. Следует исходить из того, что производятся лишь интерпретируемые СК. Это означает, что для любой окказиональной СК, созданной автором в рамках своего произведения, контекст содержит полную информацию о семантической, коннотативной и функциональной структуре, т.е. информацию, необходимую для адекватной интерпретации СК. СК выполняет свою коммуникативную функцию только в том случае, если реципиент (рецептор) в состоянии понять контекстуальные слова.

Использование окказиональных СК всегда связано с текстом. Текст как единое целое благодаря своей тематической ориентации определяет их коммуникативную значимость. Он существенно помогает в идентификации объективно многозначных, а также “бессодержательных”, “пустых” СК, облегчая их интерпретацию и обеспечивая их понимание. Роль текста в интерпретации словообразовательной конструкции можно обобщить следующим образом: текст а) обеспечивает понимание и интерпретацию СК, которые в изолированном виде обладают множеством толкований; б) меняет интерпретацию СК; в) конкретизирует значение многозначных СК; г) определяет их эффективность и роль в номинативной функции; д) фиксирует использование СК в конкретной функции; е) уточняет и специфицирует интерпретацию словообразовательных конструкций.

Список литературы

Лыков А.Г. Современная русская лексикология. М., 1976. 

Торопцев И.С. Очерк русской ономасиологии. АДД. М., 1974. 

Agricola E. Vom Text zum Thema // Studia grammatica XI. Berlin, 1976. 

Coseriu E. Inhaltliche Wortbildungslehre // Brekle H.E, Kostovsky D. Perspektiven Wortbildungsforschung. Beitrge zum Wuppertaler Wortbildungskolloquium. Bonn, 1977. S. 48-61. 

Nominalkomposita. Arbeitsbericht N41. Endbericht. Regensburg, 1984. 

Dressler W.U. Zum Verhltnis von Wortbildung und Textlinguistik // Papiere zur Textlinguistik. Bd. 29. Helmut Buske Verlag. Hamburg, 1981. S. 96-106. 

Fanselov G. Zur Syntax und Semantik der Nominalkomposita. Ein Versuch praktischer Anwendung der Montague-Grammatik auf die Wortbildung im Deutschen. Max Niemeyer Verlag. Tbingen, 1981. 

Fleischer W. Zur Doppelfunktion der Wortbildung - Benennungseinheit und syntaktische Parallelkonstruktion // WZ der PH Zwickau 17. 1981. H. 2. S. 9-16. 

Gauger H.-M. Durchsichtige Wrter. Zur Theorie der Wortbildung. Heidelberg: Winter, 1971. 

Gersbach B., Graf R. Wortbildung in gesprochener Sprache. Bd. 2. Max Niemeyer Verlag. Tbingen, 1985. 

Herbermann C.-P. Wort, Basis, Lexem und die Grenze zwischen Lexikon und Grammatik. Mnchen, 1981. 

Kanngieer S. Strukturen der Wortbildung // Schwarze/Wunderlich (Hrsg.): Handbuch der Lexikologie. thenaum, 1985. S. 134-183. 

Kastovsky D. Wortbildung und Semantik. Pdagogischer Verlag Schwann. Dsseldorf, 1982. 

Krschner W. Zur syntaktischen Beschreibung deutscher Nominalkomposita. Auf der Grundlage generativer Transformationsgrammatiken. Max Niemeyer Verlag. Tbingen, 1974. 

Lees R.B. The Grammar of English Nominalisations, den Haag. 1964. S. 134-135. 

Motsch W. Zur Stellung der “Wortbildung” in einem formalen Sprachmodell // Studia Grammatica I. Berlin, 1962. S. 31-50. 

Motsch W. Wortbildungen im einsprachigen Wrterbuch // Aktuelle Probleme der Lexikologie und Lexikographie / Hrsg. von E.Agricola, J.Schmidt und D.Viehweger. Leipzig, 1982. S. 62-71. 

Motsch W. Deutsche Wortbildung in Grundzgen. Berlin; N.Y., 2000. 

Pinkal M. Kontextabhngigkeit, Vagheit, Mehrdeutigkeit // Schwarze/Wunderlich (Hrsg.): Handbuch der Lexikologie. thenaum, 1985. S. 27-63. 

Schonebohm M. Wortbildung, Text und Pragmatik. Am Beispiel der Teil-von-Relation im Bereich der deutschen Nominalkomposition. Lunder germanische Forschungen 49. Malm, 1979. 

Seppnen L. Zur Ableitbarkeit der Nominal-Komposita // ZGL. 1978. 2. S. 133-150. 

Seppnen L. Leere Bedeutungen, falsche Namen? Okkasionelle (und andere) Komposita aus referenz- und sprachsemantischer Sicht // ZGL. 1986. 14.1. S. 82-97. 

Silman T. Texttheorie. Mnchen, 1974. 

Wildgen W. Makroprozesse bei der Verwendung nominaler Ad-hoc-Komposita im Deutschen // DS. 10. Jahrgang, 1982. S. 237-257. 

Wilss W. Zur Produktion und Rezeption von Wortbildungserscheinungen // ZGL. 1983. 133. S. 278-294. 

Wilss W. Wortbildungstendenzen in der deutschen Gegenwartssprache. Gunter Narr Verlag. Tbingen, 1986. 

Wilss W. Interferenzerscheinungen beim bersetzen Fremdsprache - Grundsprache // Interferenz in der Translation. VEB Verlag Enzyklopdie. Leipzig, 1989. S. 7-18. 

Wilss W. Schematheorie und Wortbildung // DaF. 1992. H. 4. S. 230-234. 

Kant H. Die Aula, Rtten-Locning. Berlin, 1971. 

Strittmatter E. Grner Juni. Eine Nachtigal-Geschichte. Berlin; Aufbau, 1985. 

Strittmatter E. Der Laden. 2 Bnde. Berlin, 1987. 

Strittmatter E. Wundertter. 3 Bnde. Aufbau, 1980.

Газеты: Dresdener Neueste Nachrichten; LVZ; ND; Freiheit; JW.