Парадоксы культурного развития на излете советского времени

Парадоксы культурного развития на излете советского времени

Чураков Д. О.

Новые веяния во взаимоотношениях интеллигенции и власти в годы «оттепели» 

Культура и духовная жизнь в 1953—1964 гг. были подчинены тем же влияниям, что и общее развитие страны. Смерть И.В. Сталина, борьба за власть в советском руководстве, определённая либерализация, рост свободомыслия в обществе, политика сближения со странами Запада при одновременном разрыве с наиболее радикальными коммунистическими режимами, — всё это не могло не повлиять отечественную культуру. В свою очередь именно советская интеллигенция, определённая её часть наиболее живо откликнулась на реформаторские идеи, выдвинутые Н. Хрущёвым, оказалась наиболее чувствительна к духу эпохи. Деятели культуры, учёные, студенческая молодежь активно влияли на другие социальные группы, заражали их своим радикализмом и оптимизмом, определяли общий настрой общественного мнения в стране. Вовсе не случайно вся хрущёвская эпоха получила название по написанной в 1954 г. повести И. Эренбурга “Оттепель” — в ней наиболее точно нашли отражение надежды на перемены и обновление, порождённые XX съездом. С другой стороны предложенное Эренбургом понятие “оттепели” как нельзя лучше передавало двойственность, неокончательный характер происходящих перемен, возможность возвращение к старому. 

Важной приметой времени становится политика, на повышение роли общественных творческих организаций в развитии культуры. В отличие от прежних лет, начинают регулярно проводиться съезды художественной интеллигенции. В 1957 г. состоялся Первый Всесоюзный съезд художников, на котором было завершено формирование Союза художников СССР. Одними из первых своё Всесоюзное совещание в 1954 г. провели представители строителей и архитекторов. В октябре 1959 г. на Всесоюзном совещании по философским проблемам прошло обсуждение состояние общественных наук, а также прозвучала критика в адрес прежних авторитарных оценок кибернетики, биологии и других направлений современного знания. В 1962 г. состоялось Всесоюзное совещание историков, на котором шёл принципиальный разговор о состоянии и перспективах развития исторической науки в СССР. Заметно активизировались писательские организации: в 1954 г. состоялся Второй, а в 1959 г. Третий всесоюзный писательский съезд. 

Новые веянья в культурной и духовной жизни проявились в реабилитации деятелей искусства и науки, подвергшихся репрессиям в прежние годы, свет увидели многие произведения, незаслуженно забытые или вовсе неизвестные публике. Был признан вклад в копилку отечественной культуры Б. Пильняка, О. Мандельштама и многих других. Вновь широко начала печататься лирика С. Есенина и А. Ахматовой, сатира М. Зощенко. На экраны стали выходить фильмы, которым прежде, по разным причинам был закрыт доступ к зрителю, среди которых были и такие известные киноленты, как вторая серия “Большой жизни” Л. Лукьянова. Отменялись прежде принимавшиеся решения по различным произведениям театрального искусства, в частности были сняты идеологические обвинения с оперы В. Мурадели “Великая дружба”. Вновь начали выходить закрывавшиеся прежде литературно-художественные журналы “Нева”, “Юность”, “Иностранная литература”, “Наш современник”, “Молодая гвардия”, “Москва” и др. Серьёзно меняется характер публикаций существовавших литературно-художественных журналов, таких как “Новый мир”, и научных, таких как “Вопросы истории”. В 1957—1958 гг. выходит собрание сочинений в пяти томах Г. Плеханова, завершается издание 4-го издания сочинений Ленина и начинается работа над новым, полным собранием сочинений основателя советского государства. 

В послесталинский меняется стиль взаимоотношений советского общества с зарубежными странами. Символичным событием, воспринятым общественностью как важное подтверждение намерений власти преодолевать прежнюю самоизоляцию, становится проходившая в Москве в 1956 г. выставка художника-абстракциониста П. Пикассо. Помимо этого, проходят различные другие выставки зарубежных авторов, фестивали, гастроли “Комеди Франсез”. Именно в эти годы, в 1958 г. проходит первый Международный конкурс исполнителей им. П. Чайковского, получивший высокий авторитет и известность во всём мире. С 1954 г. возобновляется и отныне проводится регулярно Московский кинофестиваль. Начинаются визиты советской творческой интеллигенции за границу. Советские учёные также получают возможность бывать в других странах, знакомится с достижением в них науки и техники. С 1953 г. в СССР стали издаваться реферативные журналы с изложением важнейших работ зарубежных учёных по многим отраслям научного знания. Вехой в развитии культуры и духовной жизни общества становится состоявшийся в 1957 г. Международный фестиваль молодёжи и студентов, именно тогда многие советские юноши и девушки смогли впервые познакомиться со своими зарубежными сверстниками, узнать их настроения и мысли. 

Многие литературные произведения, появлявшиеся в годы “оттепели” явились важным общественно-политическим памятником своей переломной эпохи. К числу наиболее значимых произведений тех лет относится повесть А.И. Солженицына “Один день Ивана Денисовича”. Только личное вмешательство Хрущёва позволило этому произведению появиться в печати. Номер журнала “Новых мир”, где она была опубликована, сразу же стал библиографической редкостью, а сама повесть широко обсуждалась интеллигенцией. Большую известность в те годы получает роман Дудинцева “Не хлебом единым”. 

Центральной фигурой произведений того времени, далеко выходивших за официальные каноны “социалистического реализма”, становится “маленький человек”, которого бьёт жизнь и который, нередко, и не стремится противостоять ей. К числу подобных произведений относятся получившие широкую популярность повести А. Гладилина “Хроника времен Виктора Подгурского” и В. Семина “Семеро в одном доме”. И, конечно же, в ряду знаковых произведений хрущёвской эпохи стоит и роман И. Эренбурга “Оттепель”. 

Ветры перемен, стремление к обновлению проявились в невиданном ни прежде, ни в последующие годы интересе к поэзии. Велением времени становится проведение осенью 1955 г. первого Дня поэзии. В дальнейшем Дни поэзии отмечались регулярно и собирали огромную читательскую аудиторию. Любимым местом московской молодёжи становится площадь В. Маяковского, здесь нередко выступали молодые, но уже нашумевшие поэты-эстрадники, чьё творчество начинается именно в те годы Е. Евтушенко, Р. Рождественский, А. Вознесенский, Б. Ахмадулина. По-новому высветилось творчество Н. Асеева, В. Луговского, А. Твардовского, создающего в эти годы поэму “За далью — даль”, ставшую своеобразным поэтическим осмыслением и символом той эпохи. Во всю мощь заговорили поэты “фронтового поколения” С. Наровчатов, М. Луконин, Д. Самойлов, Б. Слуцкий, Е. Винокуров, Ю. Друнина и др. В эти же годы на волне интереса к поэзии идёт становление авторской песни, которая породила целую плеяду бардов, поэтов-песенников, авторов-исполнителей. На всю страну стали известны имена Б. Окуджавы, А. Галича, Ю. Визбора. 

Под сильным воздействием новых тенденций в литературе в пятидесятые — начале шестидесятых годов прошлого века развивался кинематограф. В пьесах, киносценариях авторы так же пытались средствами художественных образов передать своё отношение к “крушению кумиров”, “воцарению маленького человека”. Многие фильмы тех лет получили широкую известность не только в стране, но и за рубежом, среди них такие картины, как “Летят журавли” М. Калатозова, “Баллада о солдате” Г. Чухрая, “Судьба человека” С. Бондарчука. Ярким символом нового искусства становится фильм Хуциева “Застава Ильича” (вышел в прокат под названием “Мне двадцать лет”). 

XX съезд КПСС открыл дорогу и к некоторым изменениям в живописи, скульптуре, архитектуре, градостроительстве. Вскоре после первого съезда художников СССР, в том 1957 г. открылась грандиозная Всесоюзная художественная выставка. На ней свои полотна представили не только маститые, но и молодые талантливые художники. Наладился выпуск журналов “Творчество”, “Декоративное искусство”, “Художник”. Постепенно уходят в прошлое патетические, повествовательно-натуралистические произведения. Художники начинают решать проблему общения со зрителем без декламаций и пафоса. В то же время в центре внимания художников остаются люди труда, трудовые будни. Но взгляд на них меняется. Как и в литературе, в театре и киноискусстве приоритет отдаётся реальному человеку. Характерна в этом смысле для своего времени картина П. Николаева, которая так и называется “Наши будни”, а также картины Н. Андронова “Плотогоны”, В. Попкова “Воспоминания вдовы” и др. 

Меняется архитектурный стиль. “Сталинский классицизм” с его помпезностью и основательностью, уступает место типовым жилым застройкам окраин, так называемым “хрущёбам”, новым административным зданиям из стекла и бетона, таким как Московский дворец съездов и др. В скульптуре в эти годы господствует архитектурно-скульптурный комплекс, мемориал. Как правило, мемориалы этих лет посвящены минувшей войне и выражают признательность молодых поколений отцам, защитивших страну от фашизма. 

В то же время постепенно интеллигенция всё более разочаровывается в культурной политике, проводимой властями. Это было вызвано отходом руководства страны от первоначальных либеральных реформ в области культуры первых лет “оттепели”. Начинается возврат к методам ограничения свободы творчества и цензурных запретов. Жертвой очередного поворота становятся даже такие известные писатели, как Б. Пастернак. В 1957 г. он выдвигается на соискание Нобелевской премии за роман “Доктор Живаго”. В ответ на это в СССР против писателя была начата целая волна разоблачений, а в октябре 1958 г. он был изгнан из Союза писателей. Резкой критике за “идеологическую сомнительность”, “формализм” и т.п. подвергались поэты А. Вознесенский, Е. Евтушенко, писатели В. Дудинцев, С. Кирсанов, К. Паустовский, скульптор Э. Неизвестный, художник Р. Фальк, режиссёр М. Хуциев. Так и не увидела свет рукопись романа В. Гроссмана о войне “Жизнь и судьба”, которая была изъята у писателя органами госбезопасности и была опубликована только в 1988 г. Не пошёл на экраны фильм М. Швейцера “Тугой узел”, другие произведения. Самым ярким эпизодом, ставшим своеобразным символом окончания эпохи “оттепели”, исследователи часто называют посещение в 1962 г. Хрущёвым выставки в честь 30-летия МОСХ и последующее её закрытие. Трагическим событием периода “оттепели” становится самоубийство 13 мая 1956 г. видного отечественного писателя А. Фадеева. 

Победы советской науки в первые годы космической эры 

Более динамичным и поступательным в годы “оттепели” было развитие советской научной мысли, менее подверженной политической конъюнктуре. Определяющим фактором развития отечественной науки в этот период было вступление СССР в эпоху научно-технической революции. Важнейшим направлением НТР в нашей стране становится развитие космонавтики. Под руководством выдающегося советского конструктора С. Королёва в Советском Союзе разрабатывается новейшая, самая совершенная в мире ракетно-космическая техника, что позволило СССР обогнать в развитии космонавтики все другие страны, включая Соединённые Штаты. Триумфом советской науки становится запуск 4 октября 1957 г. первого в мире искусственного спутника земли. В рамках подготовки пилотируемых полётов в СССР производится запуск нескольких спутников с животными на борту. 14 сентября 1959 г. советская космическая ракета успешно достигла спутник Земли Луну. 12 февраля 1961 г. советские автоматические космические аппараты штурмуют Венеру, а 1 ноября 1962 г. — Марс. 

Переломным в истории всей человеческой цивилизации становится день 12 апреля 1961 г., когда в Советском Союзе был проведён первый в истории запуск в космос ракеты “Восток—I” с человеком на борту. Первым космонавтам стал гражданин СССР Ю. Гагарин. С этого времени человечество по определению К.Э. Циолковского вступило в период своего космического развития. Следом за первым космонавтом планеты свои космические полёты совершили Г. Титов, А. Николаев, П. Попович, В. Быковский и первая женщина космонавт В. Терешкова. Первенство СССР в освоении космоса представляется вполне органичным и закономерным. Ни в одной другой стране не было такой замечательной плеяды мыслителей-«космистов», чьи взгляды были нацелены на мирное освоение вселенной: Н. Фёдоров, Н. Кибальчич, В. Вернадский, А. Чижевский, Ф. Цандер, В. Глушко, М.К. Янгель и др. Важные преимущества в освоении космоса Советскому Союзу давала его политическая система, плановая экономика. 

Период стремительного развития в СССР переживают точные и естественные: астрономия, биология, геология и др. Рождаются новые науки, такие как бионика, космическая биология и др. Работа советских астрофизиков С. Вернова, А. Чудакова, В. Пушкова и Ш. Долгинова, которым удалось открыть и исследовать внешний радиационный пояс Земли, магнитное поле Земли и Луны, в 1960 г. была отмечена присуждением Ленинской премии. Советскими учёными были открыты новые космические тела — пульсары. Известность во всём мире получили исследования цепных химических реакций Н. Семёнова. В 1956 г. Его работы, позволили создавать пластические материалы, превосходящие по многим своим свойствам металлы. Теоретические изыскания советских математиков В. Кулебакина, Н. Боголюбова, Н. Крылова позволили перейти к созданию систем автоматического регулирования непрерывных производственных процессов. Новую страницу в истории отечественного авиастроения открыли видные советские авиаконструкторы А. Туполев, С. Ильюшин, О. Антонов. В 1956 г. в воздух поднялся первый турбореактивный самолёт ТУ—104, ставший основой советской гражданской авиации. Особенно большое международное значение имели достижения советских физиков И. Курчатова, Д. Блохищева, Ж. Алфёрова и др. Под руководством В. Векслера, Д. Ефремова, Е. Камара и др. в 1957 г. был запущен самый мощный ускоритель элементарных частиц — синхрофазотрон. Исследования в области физики позволяли Советскому Союзу решать важнейшие задачи обороноспособности. Результаты научных исследователей становились базой мощного рывка в области новых технологий, развитию народного хозяйства. Так, в 1954 г. в СССР начала работу первая в мире атомная электростанция, а в 1957 г. был спущен на воду первый в мире атомный ледокол “Ленин”. Вклад в развитие науки советских учёных был по достоинству оценён мировым научным сообществом. В разные годы большое количество отечественных исследователей становятся лауреатами Нобелевской премии, среди них И. Тамм, И. Франк, П. Черенков, А. Прохоров, Н. Басов, Л. Ландау, Л. Канторович, П. Капица. 

Более сложными путями шло развитие в пятидесятых — начале шестидесятых годов прошлого века развитие общественных наук. Вместе с тем и здесь были достигнуты определённые позитивные результаты. Серьёзное воздействие на развитие общественных наук оказали результаты XX и XXII съездов партии, принятые на них решения. В научный оборот вводились новые работы и документы К. Маркса, Ф. Энгельса, Ленина. Важный импульс развитию исторической науки придало празднование 40-ления Великой Октябрьской социалистической революции: к годовщине революции было выпущено большое количество сборников документов, которые прежде исследователям были недоступны. Важной чертой развития истории в эти годы становится выпуск многотомных коллективных исследований. Так, была завершена работа над десятитомной “Всемирной историей”, многотомной “Историей русского искусства”, вышла в свет шестиатомная “История Великой Отечественной войны” и др. Оживает советская экономическая наука. Возобновляется работа в области социологии и социологических исследований, не проводившихся в СССР с 1920-х гг. Важным событием в развитии отечественной философии становится выход в 1957 г. книги С. Рубинштейна “Бытие и сознание”, в которой формулируется постулат о творческом предназначении человеческой личности, а так же книги другого видного советского философа Э. Ильенкова “Диалектика абстрактного и конкретного в «Капитале» Маркса”. Продолжают свою работу другие отечественные философы, в том числе выдающийся русский мыслитель А. Лосев и др. Выходит обобщающая работа, посвящённая становлению отечественной философии “Очерки по истории философской и общественно-политической мысли народов СССР”. 

Пути развития отечественной науки и культуры в брежневскую эпоху 

Проблемы и противоречия развития страны в 1964—1985 гг. не могли не сказаться на ситуации в духовной сфере. Среди исследователей до сих пор не существует единой точки зрения на ситуации в советской культуре тех лет. Часть историков и культурологов полагает, что в отличие от экономики и политической сферы, происходившее в культуре никоем образом не укладывается в понятие “застой”. Другие, наоборот, считают, что тенденции распада и деградации, начавшиеся в идеологии и культуре, потом постепенно начали распространяться на все сферы жизни в СССР. Очевидно, что истина может быть найдена при учете всех полярных оценок. И действительно, духовная жизнь советского общества тех лет вовсе не выглядит как совершенно застывшая, мертвая зона, где не возникает никакой борьбы, разномыслия и господствует полное единообразие. Наоборот, творческий поиск нового, духовная неудовлетворенность в этот период отечественной истории по сравнению с предшествующим десятилетием заметно обостряются. В то же время, нельзя не признать, что именно в области идеологии, массовом сознании начинают созревать те мысли, идеи, настроения, которые окажутся смертельно опасными для прежнего уклада жизни, культурных и нравственных ценностей, ориентиров общественного развития, станут благодатной почвой для грядущей перестройки и либеральных реформ. При этом следует иметь в виду, что трудности и деструктивные моменты в духовной сфере и общественном климате в те годы, не были, конечно, всеобъемлющими, и проступали далеко не сразу, и что в целом поступательное развитие культуры в нашей стране продолжалось. 

Особенно впечатляющие успехи в конце 1960-х — начале 1980-х гг. были достигнуты советской наукой, прежде всего в области физико-математических и естественнонаучных знаний. Завоеванные в те годы советскими учеными передовые позиции и сегодня, по прошествии уже более двух десятилетий непрерывных реформ и перестроек, позволяют России оставаться среди наиболее развитых в научном отношении держав. Прежде всего, заметно улучшилась материальная база науки: доля расходов на нее в национальном доходе в 1970 г. составляла 4%, а в 1985 г. — уже 5%. За те же годы количество научно-исследовательских институтов увеличилось с 2078 до 2607, а количество научных работников возросло с 928 тыс. до 1491 тыс. В свою очередь развитие НТР стало важным фактором, способствовавшим подъему советской экономики. Одной из ключевых задач, которые стояли перед советской прикладной наукой, было обеспечение энергетических потребностей страны. В русле реализации этой задачи ученые внесли большой вклад в разработку новых энергоресурсов в труднодоступных районах Севера, так же был разработан принципиально новый метод изготовления многослойных труб для газопроводов огромной протяженности. Быстрыми темпами прогрессировала ядерная энергетика. В СССР строятся новые атомные реакторы для исследовательских целей, открываются новые АЭС, спускаются на воду новые, существенно более мощные атомные ледоколы. Эта работа велась под научным руководством академика А. Александрова. Позитивные сдвиги намечаются в биологии. Так, специалистами Института биологической химии им. М. Шемякина удалось получить искусственные гены и найти подходы к изменению наследственности растений и живых организмов. Создаются новые мощные телескопы, построенный в эти годы советский радиотелескоп РАТАН становится самым мощным в мире. 

Флагманом советской науки этого времени по-прежнему оставалась советская космонавтика. Достижения советской космонавтики тех лет и сегодня во многом являются непревзойденной вершиной человеческой мысли. Технологические наработки тех лет по сей день лежат в основе большинства осуществляемых в мире программ освоения космического пространства. В технологической гонке с США Советский Союз избрал более перспективный путь развития своей космической отрасли. Не сумев создать ничего подобного советским ракетоносителям, американцы в середине 1970-х гг. отказались от разработок одноразовых ракет «Аполлон» и перешли к созданию многоразовых космических кораблей (“челноков”). В эти же годы СССР, продолжая совершенствование своих ракетоносителей, главное внимание уделил мирному созданию околоземных пилотируемых станций. Советские орбитальные станции должны были стать космической рабочей площадкой и одновременно научной лабораторией, положить начало колонизации космоса человеком. В основе этой программы лежало предвидение К. Циолковского о том, что человечество перешагнет планетарный уровень развития и превратится в космическую расу только тогда, когда человек начнет жить и работать непосредственно в космосе. 

В результате в области создания околоземных многомодульных станций СССР обогнал США и прочие страны как минимум на 30 лет, в то время как запуски американских “челноков” не привели к серьезному технологическому прорыву в освоении космоса, кроме того, их запуски стоили в несколько раз дороже, чем советских одноразовых ракетоносителей. Когда же СССР в середине 1980-х гг. был освоен отечественный космический корабль многоразового использования “Буран” с ракетоносителем “Энергия”, то выяснилось, что и в этом компоненте Советский Союз является лидером, поскольку грузоподъемность советского “челнока” оказалась в несколько раз выше, чем у американских при более экономичных затратах на каждую единицу выводимого в космос груза. 

Важной вехой в развитии советской и мировой пилотируемой космонавтики становится 18 марта 1965 г. В этот день советский космонавт А. Леонов впервые в мире совершил выход из корабля в открытое космическое пространство. Было продолжено освоение планет солнечной системы. 3 февраля 1966 г. впервые в истории была осуществлена мягкая посадка спускаемого корабля на Луну и телепередача с ее поверхности на землю. Через полтора года, 18 октября 1967 г., советский спускаемый аппарат впервые в истории совершил плавный спуск и посадку на Венеру, и земные ученые смогли получить ценнейшую информацию о планете. Заметным событием, открывавшим широкие перспективы в развитии космических технологий, становится произведенная Советским Союзам 30 октября того же года первая в истории автоматическая стыковка двух искусственных спутников Земли “Космос–186” и “Космос–188”. И, наконец, 16 января 1969 г. на околоземной орбите заработала первая экспериментальная космическая станция, на борту которой трудился экипаж в составе В. Шаталова, Б. Волынова, А. Елисеева, Е. Хрунова. В 1970 г. началась новая важная страница в освоении Луны — на поверхность спутника земли был высажен первый лунный самоходный аппарат. С этого времени русское слово “Луноход” вошло во все языки народов планеты Земля. В 1975 г. советский корабль “Союз” совершил стыковку с американским кораблем “Аполлон”. 

Определенная специфика в эти годы существовала в области развития гуманитарного знания и общественно-научных дисциплин. В эти годы ученых обществоведов начинают шире привлекать к участию в работе над важными политическими документами, а так же к подготовке долгосрочных комплексных программ развития. Период своего ренессанса переживает в СССР прикладная социология, но теоретическая социология продолжает обслуживать узкопартийные интересы. Столь же противоречивые тенденции определяют в эти годы лицо советской экономической науки. С одной стороны, ученые экономисты внесли свой вклад в создание и обоснование новой генеральной схемы развития и размещения отраслей народного хозяйства, участвовали в выработке других грандиозных проектов этого времени. С другой стороны, тогдашние экономисты-академики А. Аганбегян, Г. Арбатов и др. развитие теоретической мысли в экономической науки направляли либо в русло апологетики экономических достижений “развитого социализма”, либо по пути “критики” западного экономического опыта передовых капиталистических держав. 

Сложный путь прошла в конце 1960-х — начале 1980-х гг. философия. Сохранявшийся идеологический контроль серьезно мешал оживлению философских исследований. Многие работы по философии, выходившие в эти годы, по-прежнему представляли собой по существу набор идеологических штампов и призваны были обслуживать текущую политическую конъюнктуру. Другим признаком кризиса философии становилось замыкание авторов на “внутренних” проблемах своей науки, когда философские вопросы ставились, так сказать, “в чистом виде”, без их взаимоувязки с окружающей действительностью, в сугубо схоластическом ключе. В то же время, в эти годы весомый вклад в развитие философского знания внесли такие крупные философы, как Э. Ильенков, М. Лифшиц, В. Асмус и др. В большинстве своем эти авторы развивали философскую традицию марксизма-ленинизма, творчески осваивая и преобразовывая его. Вместе с тем в это же время в нашей стране происходит становление альтернативных философских взглядов. Так, в эти годы получает большую известность немарксистская концепция развития человеческого общества, автором которой являлся видный отечественный ученый Л. Гумилев. Его книга 1979 г. “Этногенез и биосфера земли” сразу же получила большой резонанс. Парадокс, связанный с этой книгой, заключался в том, что вплоть до перестройки она издана так и не была, но обзоры и отзывы на нее свободно печатались в советской печати (такое случалось с работами зарубежных, но не советских авторов). Суть гумилевской концепции сводилась к отрицанию им социальных факторов в истории, на их место автор выдвигал безличную биохимическую энергию — пассионарность, которую Гумилев и провозглашал, в противовес официальным обществоведам, движущей силой исторического развития. 

Под решающим воздействием господствующих идеологических установок продолжала развиваться историческая наука. Показательным в этом отношении является судьба так называемого “нового направления” историков, изучавших историю Великой Октябрьской социалистической революции, ее предпосылок, специфики империализма в России, становление отечественного рабочего класса. По всем этим вопросам сторонники “нового направления” пытались дать свои не догматические ответы, хотя и в общем русле марксизма-ленинизма. К историкам “нового направления” принадлежали такие исследователи, как П. Волобуев, К. Тарновский, Ю. Кирьянов и др. Выводы историков “нового направления” неизбежно вели к пересмотру устоявшихся взглядов по вопросам о характере аграрных отношений, зрелости империализма, многоукладности, ведущей роли рабочего класса на всех этапах революции, роли русского государства (самодержавия) в экономике страны и многим другим, составлявшим ядро официальной концепции Октября. С критикой историков нового направления выступили многие видные ученые, среди них И. Ковальченко, Л. Милов, В. Бовыкин. Ход научной дискуссии был прерван вмешательством партийных органов. Под давлением отдела науки и учебных заведений ЦК КПСС (возглавлявшийся фронтовым другом Брежнева С. Трапезниковым) новое направление подверглось критике и было свернуто, а выводы его сторонников признаны не только ошибочными, но и чуждыми. В те же годы была запрещена публикация истории коллективизации, подготовленная авторским коллективом во главе с видным исследователем аграрных отношений В. Даниловым, подвергнута критике работа А. Некрича, в которой в духе доклада Хрущева на XX съезде освещалась политика советского руководства в начале Великой Отечественной войны. 

В то же время советской исторической наукой были достигнуты и значительные результаты. Одним из ее достижений становится выход многотомных, “Истории КПСС”, “Истории СССР с древнейших времен до наших дней”, “Истории Второй мировой войны”. Выходят энциклопедические издания по истории Революции, Гражданской и Великой Отечественной войн, завершается работа над 30-томной Большой Советской Энциклопедией. Больших успехов достигли советские историки в изучении древней и новой истории России. В эти годы продолжается плодотворное творчество таких известных отечественных историков, как Б. Рыбаков, В. Янин, Н. Дружинин, А. Преображенский и др. По истории революции и советского общества выходят работы И. Минца, М. Кима, Ю. Полякова, В. Старцева и др. Работы историков этих лет не были лишены недостатков, связанных с отмеченной выше политизацией исторического знания, излишней лакировкой значимых событий прошлого. В то же время историческая наука продолжает оставаться полем серьезных дискуссий. С новой интересной концепцией происхождения Руси и первых веков отечественной истории выступил А. Кузьмин в Москве, а свое видение этих вопросов предложил ленинградский историк И. Фроянов. Широкую дискуссию вызвали публикации А. Зимина о проблемах истории средневековой Руси, в том числе о «Слове о полку Игореве». 

Раскол в среде интеллигенции. Рождение альтернативной культуры 

Культурная жизнь страны по-прежнему отличалась динамизмом и многообразием. Советское искусство продолжало оказывать свое воздействие на жизнь общества, пользоваться авторитетом во всем мире. В 1965 г. М. Шолохов становится лауреатом Нобелевской премии. Мировой славы и признания добились мастера советского балета М. Лиепа, Е. Максимова, В. Васильев и др. Зрительской симпатией и любовью пользовались фильмы советских кинорежиссеров С. Бондарчука, Ю. Озерова, Л. Гайдая и др. Среди художников большую известность в эти годы получают А. Шилов, И. Глазунов и др. 

Развитие советского искусства, в еще большей мере, чем развитие науки в этот период определялось многообразием стилей, направлений, мировоззренческих ориентиров. Значительный вклад в развитие отечественной литературы внесли писатели «почвенного» направления, продолжающие в своем творчестве классическую линию в русской литературе, размышляющие на страницах своих книг о судьбах России, о глубинном смысле жизни человека, утверждающие необходимость возрождения традиционных нравственных ценностей: С. Залыгин, В. Распутин, Ф. Абрамов, Ю. Бондарев, В. Шукшин, В. Белов и целый ряд других самобытных, крупных писателей. Важным событием в литературной жизни этих лет становится выход новаторского по форме и философского по содержанию романа-эссе В. Чивилихина “Память”, в котором автор через личное восприятие истории анализирует прошлое и настоящее России. Столь же значимыми для литературной и общественной жизни страны стали исторические романы В. Пикуля. На эти годы приходится и творчество выдающего русского поэта Н. Рубцова. 

Николай Михайлович Рубцов (1936—1971), родился в с. Емецке Архангельской обл. (в тот момент Архангельская обл. с Вологодской обл. составляли единую Северную обл., разделение произошло в 1937 г.). Отец М.А. Рубцов родом из вологодского села Самылково, работал продавцом в сельпо, в дальнейшем возглавил Отдел рабочего снабжения (ОРС) в местном леспромхозе, мать — А.М. Рычкова. В 1942 г. умирает мать поэта, отца призывают на фронт, сам Р. оказывается в детдоме. В 1950 г. заканчивает семилетку и поступает Тотемский лесной техникум. В 1951 г. вступает в ВЛКСМ. Не окончив лесотехникум, летом 1952 г. Р. перебирается в Архангельск. Год работает угольщиком на тральщике. В 1953 поступает в г. Кирове в горно-химический техникум. Осенью 1955 г. призван на Северный флот. В 1956—1959 гг. служит на эсминце «Острый», посещает литобъединение при газете «На страже Заполярья», начинает публиковать первые стихотворения. В дни Суэтского кризиса Р. пишет заявление отправить его добровольцем в Египет. В мае 1959 г. попадает в госпиталь, осенью — демобилизован. Перебирается в Ленинград, работает рабочим на Кировском заводе. В 1961 г. выходит коллективный сборник «Плавка» со стихами Р. Летом 1962 г. тиражом 6 экз. друзья поэта издают самиздатовский сборник поэта «Волны и скалы» (в 1998 г. репринтное переиздание). В том же году Р. 1962 г. заканчивает среднюю школу рабочей молодёжи и поступает в Литинститут им. А.М. Горького. С 1964 г. стихотворения Р. появляются в центральных литературных журналах « Юность», «Молодая гвардия», «Октябрь». В 1965 г. выходит первый официальный сборник «Лирика». В 1966 г. едет в командировку на Алтай. В 1967 г. публикует сборник «Звезда полей», с другими вологодскими писателями участвует в поездке по Воллго-Балту на агиттеплоходе. В 1968 г. становится членом Союза Писателей СССР. В 1969 г. выпускает сборник «Душа хранит», получает диплом об окончании Литинститута им. А.М. Горького. В 1970 г. выходит последний прижизненный сборник Р. «Сосен шум». 

Стихотворения Рубцова “Тихая моя Родина”, “Русский огонек”, “Видения на холме” и многие другие проникнуты искренней любовью к Родине, лиричны и глубоки. Рано ушедший из жизни, поэт словно предвидел нелегкое будущее своей страны, которую уже вскоре будут ждать новые испытания: 

“Россия, Русь! Храни себя, храни! 

Смотри, опять в леса твои и долы 

Со всех сторон нагрянули они, 

Иных времен татары и монголы…” 

В то же время, конец 1960-х — начало 1980-х гг. становится временем развития совсем другой литературы, культуры совсем иной нравственной направленности. Именно в развитии искусства, прежде всего литературы, сказалось зарождение новой генерации представителей интеллигенции, настроенной реформистски по отношению к существующему в СССР общественному строю и его ценностям. В центре внимания художников этой формации остается маленький человек, с его особым, замкнутым мирком. Метущийся, не находящий места, но не способный бросить открытый вызов, этот человек глубоко несчастен. Между ним и действительностью — пропасть. Отчужденность рождает в этом человеке непонимание, непонимание — злость ко всему окружающему и тайный протест против чужого благополучия. Нередко творческие искания отдельных деятелей культуры приводили их к вполне определенной политической позиции неприятия не только советского образа жизни, стремлению через свое творчество бросить ему вызов, но к отрицанию традиционных русских жизненных устоев. Концентрированным выражением этих настроений становится фраза лирического героя одного из написанных уже в эмиграции произведений Абрама Терца (А. Синявского): “Россия — сука”. 

Своеобразным гимном художественного протеста, в котором звучит нежелание молчать и мириться с окружающим заснувшим миром, становится стихотворение А. Галича “Старательский вальсок”, написанное им на самом излете хрущевской “оттепели” и предварявшее эпоху брежневского “застоя”: 

“Вот как просто попасть в богачи, 

Вот как просто попасть в первачи 

Вот как просто попасть — в палачи: 

Промолчи, промолчи, промолчи! 

Любопытной особенностью “второй”, “оборотной” культуры, становится вовлеченность в ее орбиту не только открытых противников режима, но и людей, обласканных властью, имеющих признание и высокий социальный статус. Близки к идеям “альтернативного искусства” были А. Вознесенский, Р. Рождественский, Е. Евтушенко, сатирик М. Жванецкий, многие другие мэтры официальной советской культуры. На рубеже, отделяющим официоз от нелегальности, например, продолжает свое развитие бардовская песня. Не только Галич, но и такие известные поэты-исполнители как В. Высоцкий, Ю. Ким, Б. Окуджава и др. становятся настоящими героями т.н. “магнитофонной революции”. Записи их песен, часто критически изображающие советскую действительность, распространялись среди населения на магнитофонных записях, слушались, переписывались, обсуждались. В этом же ряду стоит участие некоторых крупных представителей официальной культуры в деятельности самиздата или близких к нему по духу изданий. В частности, в подготовке нашумевшего альманаха “Метрополь”, помимо никому неизвестных авторов приняли участие В. Аксенов, Ф. Искандер, А. Битов, Б. Ахмадулина и др. 

Стремления к альтернативности распространились не только среди литераторов. Живопись, кино, театр, эстрада — здесь тоже авторы стремились осмыслить свое критическое отношение к происходящему и выразить свои мысли в художественной форме. Влияние культурного инакомыслия распространяется и на молодежную среду. Здесь это особенно наглядно проявилось в росте популярности на волне “магнитофонной революции” среди определенной части молодежи джаза и рока. С середины 1960-х гг. в стране начинают распространяться записи “Битлз”, “Роллинг Стоунз” и др. западных рок-групп. Увлечение западной музыкой чаще всего не ограничивалось эстетическими пристрастиями, влияло на стиль жизни, поведение, образ мышления. Постепенно в подражание западным, возникают советские рок-группы: “Машина времени” А. Макаревича, “Аквариум” Б. Гребенщикова, “Звуки Му” П. Мамонова. В дальнейшем к ним присоединяются “ДДТ”, “Воскресенье”, “Алиса”, “Кино”, “Круиз” и др. Советский рок становится важным элементом культурного андеграунда — т.е. культуры, балансирующей на тонкой грани не разрешенного официально и официально запрещенного. Духовный мир творцов и потребителей этой “духовной реформации” постарался выразить в одной из своих песен лидер “Алисы” К. Кинчев: 

Мое поколенье молчит по углам, 

Мое поколенье не смеет петь, 

Мое поколенье чувствует боль, 

Но снова ставит себя под плеть. 

Мое поколение смотрит вниз, 

Мое поколение боится дня, 

Мое поколение пестует ночь, 

А по утрам ест себя. 

Между различными направлениями в культуре и идеологии шли серьезные, иногда непримиримые дискуссии, потому что разные группы интеллигенции по-разному понимали возможные пути развития страны. Но власть пыталась пресечь проявления как реформистских, так и традиционалистских настроений среди интеллигенции и молодежи. В 1965 г. были приговорены к 7 годам лагерей и 5 годам ссылки писатели А. Синявский и Ю. Даниель. В 1970 г. с поста редактора журнала “Новый мир” вторично был уволен А. Твардовский, сторонник либерализации культурной жизни. Его увольнение сопровождалось мощной критической компанией в прессе, означавшей стремление власти вернуться к прежним методам руководства культурной жизнью. Как и в первые послевоенные годы, удар наносился и по “правым”, и по “левым” — в том же 1970 г. разгрому подвергся журнал “Молодая гвардия”, занимавший патриотические, почвеннические позиции, а в следующем 1971 г. удар пришелся по журналу “Октябрь”, в те годы стоявший на позициях, которые ряд авторов называют «неонародничеством» или даже «неосталинизмом». Объективно, в отличие от либералов, консерваторы могли стать союзниками власти в борьбе за сохранение единства страны и ее дальнейшее поступательное развитие. Однако, как свидетельствует немецкий историк Д. Кречмар, “Молодая гвардия” с 1967 г. разрабатывала свою программу замены официальной марксистской идеологии моделью общества и культуры в русском национальном духе, и это было признано партийными олигархами еще более опасным, чем открытое диссидентство. В 1974 г. из страны был выслан Солженицын, одним из первых поднявший тему репрессий на страницах своих произведений, были лишены советского гражданства как “духовные перерожденцы” виолончелист М. Ростропович и певица Г. Вишневская. Оказались на чужбине кинорежиссер А. Тарковский, поэт И. Бродский, скульптор Э. Неизвестный, стал “невозвращенцем” режиссер Ю. Любимов, и другие деятели культуры. Неудовлетворенность части советского общества происходящим в стране способствовала развитию диссидентского движения. Большую роль в развитии движения инакомыслящих сыграли реабилитированные после XX съезда, а так же потомки репрессированных при Сталине видных партийных деятелей — неширокая, но политические опытная прослойка советского общества. 

Нараставшая конфронтационность в отношениях между властью и определенной частью интеллигенции, а также внутри самой интеллигенции, являлась симптомом неблагополучия в развитии духовной сферы в СССР. Большое количество людей, рожденных уже после революции, воспитанных при новом режиме, многое получивших от существовавшей в стране власти, тем не менее, превращались в непримиримых противников советского строя, советского мироустройства и образа жизни. Более того, часть интеллигенции готова была отвергнуть весь исторический путь, проделанный Россией за многие столетия ее существования, а в качестве морального кумира выбирала себе ценности, которыми жил западный мир. С другой стороны официальная культура, несмотря на видимые успехи, все больше теряла свое влияние на людей, все больше отдалялась от реальной жизни, превращалась в декорацию, призванную скрыть существовавшие в обществе проблемы и противоречия. Противоречия культурного развития, так же как и противоречия в прочих сферах жизни советского общества, не носили фатального характера, но для их преодоления требовалась воля и новые, действенные механизмы взаимодействия между государством и его гражданами. 

Церковь в советском обществе 

Критическая оценкам «оттепели» предопределяется ещё и тем, как в те годы относились к русскому духовному наследию. Важным компонентом политики хрущёвского времени становятся оголтелая антирелигиозность в духе Е. Ярославского. Уже в 1954 г. под руководством Н.С. Хрущёва были приняты два постановления ЦК КПСС, выделявшиеся своей антицерковной направленностью: “О крупнейших недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах её улучшения” и “Об ошибках в поведении научно-атеистической пропаганды среди населения”. По словам видного церковного деятеля митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна, они недвусмысленно знаменовали собой конец “золотого десятилетия” сотрудничества власти и церкви и возвращали страну на два десятилетия назад, во времена “безбожных пятилеток”. Со своих постов изгоняются главные проводники политики сближения церкви и государства при Сталине митрополит Николай и Председатель Совета по делам Русской Православной церкви (СДРПЦ при СНК СССР) Г. Карпов. Идеологическая база под удушение Православия закладывалась и в новую программу КПСС — в коммунистическое завтра церковнослужителям дорога была закрыта, и Хрущёв обещал народу, что пройдёт всего несколько лет, и “последнего попа” будут показывать по телевизору. 

Конец 1960 — начало 1980-х гг. — это новый рубеж в развитии Русской Православной Церкви. Размышляя на исходе XX столетия над судьбами страны в то время видный церковный деятель митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев), писал: “Имперско-бюрократический период советской истории являет нам зрелище удивительное и противоречивое. Он сочетает в себе расцвет экономической, военной и политической мощи СССР с полной идеологической деградацией коммунистической доктрины, ее редкостным мировоззренческим бессилием”. Плачевное положение «коммунистического официоза» и «глухое брожение» в обществе, по его словам, вызвало «инстинктивный поиск утраченных святынь». Естественным становится разворот к православию. Этому способствовала и политическая обстановка: уход в политическое небытие Н. Хрущёва ознаменовал завершение очередного периода гонений на церковь, хотя власти по-прежнему пытались контролировать её деятельность, в том числе посредством прокуратуры и органов государственной безопасности. 

Большое значение в жизни церкви сыграл поместный собор. состоявшийся в мае—июне 1971 г. в Троице-Сергиевой лавре. Созыв собора был связан с необходимостью избрания приемника умершему в апреле 1970 г. патриарху Алексию. Из всех соборов послереволюционной поры он был самым представительным. На соборе присутствовали главы шести и представители пяти автокефальных, а так же главы всех трёх автономных православных церквей, а кроме того руководители ряда межхристианских объединений (ВСЦ, ХМК, КЕЦ и др.). С докладом «Жизнь и деятельность русской православной церкви» выступил патриарший местоблюститель митрополит Пимен (Извеков). Кроме того участники собора заслушали содоклад митрополита Никодима (Ротова) об экуменическом движении и митрополита Алексия (Ридегера) о миротворческой деятельности РПЦ. На соборе был затронут вопрос взаимоотношений с государством, которые были признаны в целом позитивными. Собор избрал новым патриархом митрополита Пимена (Извекова). К важнейшим результатам собора может быть так же отнесён обнародованный на нём документ («деяние») «об отмене клятв (проклятий) на старые обряды и на придерживающихся их», что означало признание необоснованности решений соборов 1656 и 1667 гг., обвинивших старообрядцев в ереси. Отныне Московским Патриархатом «православность старых обрядов и спасительность употребления их» официально признавалась. 

Особое место на соборе было уделено острым внутрицерковным проблемам. Повышенное внимание к ним обуславливалось положением церкви в годы хрущёвского реформаторства, когда за счёт давления извне, возрождения духа «обновленчества» 1920-х гг. пытались навязать церкви постоянную череду преобразований, подорвать её единство и авторитет. Приверженцы всякого рода модернизационных предложений (например, сокращения или упрощения церковной службы) поддержки собора не получили. Но и консервативные силы в церкви, недоброжелательно относившиеся к идеи обновления православия, так же оказались в меньшинстве. В документах собора было подчёркнуто, что «церковь — это живой благодатный организм» и что «задачи церковнослужителей — не декларирование верности старине, а «сообразование правил и традиций церковных с нуждами церкви и потребностями времени». Линия на осторожные преобразования, находящиеся под полным контролем высших церковных иерархов была продолжена и в дальнейшем. В церковной печати подвергались критике как противники реформ, так и экстремистски настроенные модернисты. «Нам думается, — заявлял в 1973 г. от имени руководства РПЦ митрополит Ювеналий (Поярков), — что и консервативная, и экстремистская позиция опасны для церкви». Напрашивается очевидная аналогия с настроениями высшего партийного руководства СССР в пользу стиля «консервативного реформирования», когда существовавшие крайности отсекались, а имеющие противоречия развивались подспудно. 

Вместе с тем в церковной жизни после собора 1971 г. наметились и важные позитивные перемены, связанные с более бережным отношениям к традициям. Трудно переоценить, в частности, значимость возврата от активно насаждавшейся в 1960-е гг. модернизаторами пропаганды «разумной» веры к традиционной для русского православия вере «сердечной». «…Веру мы не доказываем, а показываем», — отмечалось в этой связи в одном из выпусков Журнала Московской патриархии за 1974 г. Кроме того, идёт возрождение духовных традиций, связанных с верой в возможность «опытного соединения с богом» в состоянии религиозного вдохновения. Большой отклик в церковной среде получают работы византийского богослова Григория Палама, противостоявшего рационалистскому походу к догматам веры. Активно печатались труды его последователей, в частности одного из последних великих философов русского религиозного возрождения В.Н. Лосского (1903—158 гг.), перу которого принадлежит пространный «Очерк мистического богословия восточной церкви», другие фундаментальные работы. 

Послесоборный период развития РПЦ оказался отмечен активизацией не только духовных исканий, но и укреплением её положения в советском обществе. В 1975 г. были приняты поправки к закону 1929 г. о религиозных объединениях. Изменения в законе, с одной стороны, показывали сохранявшееся желание советского руководства вмешиваться в деятельность церкви, но, с другой стороны, повышалось правовое положение церкви, которая теперь фактически приближалась к статусу юридического лица. Растёт число верующих, что вынуждены были признавать даже советские социологи. Согласно их данным, в начале 1960-х гг. среди городского населения верующих было 10—15%, среди сельчан — 15—25%, но уже в 1970-е гг. количество верующих в городах составило 20% и ещё около 10% горожан определяло себя как «колеблющихся». К церкви потянулась молодёжь, в том числе школьники. Растёт число священнослужителей, намечается процесс открытия новых церквей. Расширяется издательская деятельность. В 1979 г. в Издательском отделе Московской патриархии был создан киноотдел, целью которого являлся выпуск репортажей и коротких документальных фильмов о различных сторонах жизни и деятельности церкви. К руководству епархиями приходят новые энергичные иерархи из послевоенного поколения, в частности Хризостом (Мартишкин), Иоанн (Снычев) и др. 

В конце 1960-х — начале 1980-х гг. возрастает международная активность РПЦ. В 1972 г. Патриарх Пимен посетил глав ряда православных церквей, среди них александрийской, антиохской, иерусалимской и целого ряда других. В последующие годы визиты продолжились. На встречах глав православных церквей обсуждались вопросы церковной и международной жизни. Позитивно развивались прямые контакты с древними восточными церквями. Патриарх нанёс визиты главам армянской, эфиопской и других церквей данной вероисповедной ориентации. С другой стороны из-за позиции Ватикана по вопросу об унии ослаб диалог с католиками. Противоречивые оценки и в те годы, и в наши дни вызывает экуменическая деятельность РПЦ в рамках Всемирного совета церквей, особенно активизировавшаяся в тот период, как считается, по инициативе митрополита Никодима (Ротова). В 1975 г. на V генеральной ассамблее ВСЦ сразу пять представителей Московской Патриархии были избраны в состав ЦК ВСЦ, один из них стал членом Исполкома ВСЦ. Митрополит Никодим (Ротова) занял один из шести президентских постов, после его смерти в 1978 г. этот пост перешёл главе грузинской православной церкви католикосу Илии II. 

Ощутимую поддержку РПЦ оказывала миротворческой деятельности советского государства. Её представители участвовали во всех конференциях советских сторонником мира, проходивших в 1970—1980 гг. На работавшей в январе 1985 г. Всесоюзной конференции сторонников мира патриарх Пимен, митрополиты Филарет (Вахромеев) и Ювеналий (Поярков) вошли в состав Советского комитета защиты мира (СКЗМ). В 1983 г. была образована Общественная комиссия СКЗМ по связям с религиозными кругами, выступающими за мир. Её председателем стал митрополит Филарет (Вахромеев). Иерархи РПЦ участвовали в деятельности 10 обществ дружбы с народами зарубежных стран. Митрополит Алексий (Ридигер) входил в Совет общества «Родина», задачей которого являлась работа по укреплению сотрудничества и взаимопонимания с соотечественниками за рубежом. Представители Московского патриархии принимают активное участие в международных форумах общественных организаций в защиту мира. В частности, по её инициативе начали созываться Всемирные межцерковные конференции сторонников мира. Первая такая конференция «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами» прошла в 1977 г. в Москве. В её работе приняли участие около 650 представителей из 107 государств. Вторая конференция «Религиозные деятели за спасение священного дара жизни от ядерной катастрофы» состоялась в 1982 г. Местом её проведения являлась так же в Москве. На неё собралось 590 посланцев различных конфессий из 90 стран мира. На сессии Генеральной Ассамблеи ООН в июне 1982 г. патриарх Пимен выступил с докладом об итогах этой конференции, что стало важным событием международной жизни. 

Новое оживление различных сторон религиозно-церковной и общественно-просветительской деятельности РПЦ приходится на начало 1980-х гг. В эти годы начинается подготовка к празднованию 1000-летия крещения Руси, что заставило государство несколько смягчить антицерковные ограничения. В 1981 г. уменьшились налоги на доходы священнослужителей, которые прежде рассматривались как налоги на частнопредпринимательскую деятельность, а теперь — как налоги свободные профессии. Если прежде они равнялись 81%, то после снижения — составили 69%. В 1980 г. церкви наконец было дано разрешение открыть завод и мастерские церковной утвари в Софрине, а Издательский отдел Московской патриархии из нескольких тесных помещений Новодевичьего монастыря, где он ютился долгие годы, переехал в благоустроенное современное здание. В мае 1983 г. Советом министров СССР Московской патриархии был передан московский Свято-Данилов монастырь для создания в нём духовно-административного центра. На его восстановление было запланировано затратить 20 млн. руб., в действительности расходы значительно превысили эту сумму и составили около 100 млн. руб. В период церковного оживления начала 1980-х гг. происходит канонизация новых святых, устанавливаются новые церковные праздники (Собор Костромских святых, Собор Смоленских святых, Собор Сибирских святых, Собор Белорусских святых и некоторые другие), вводятся новые церковные награды (ордена Андрея Первозванного, св. Ольги и св. Даниила). Возрастает интерес к церкви со стороны общественности. 

Система образования в системе 

Высокие достижения советской науки и культуры во многом были обусловлены состоянием отечественной системы образования. С середины 1950-х гг. главным направлением в её развитии становится укрепление связи школы с жизнью. В средней школе принимаются новые учебные планы, направленные на совершенствование политехнического обучения. В связи этим происходит известное сокращение времени на преподавание гуманитарных дисциплин при одновременном увеличении часов на преподавание физико-математических и естественных наук. В младшей школе вводится преподавание начал ручного труда, а с 5-го класса — уроки труда в мастерских и на опытных участках. 

Серьёзные изменения в системе школьного образования происходят в 1958 г., когда начинается широкомасштабная школьная реформа. Вместо семилетки, реформа вводила всеобщее обязательное 8-летнее образование, срок обучения с 10 увеличивался до 11 лет. Учащиеся старших классов должны были получать навыки будущей специальности, работая на промышленных предприятиях или в сельском хозяйстве. Одновременно с реформой средней школы, изменения затрагивают и профессионально-техническое образование. Вместо школ ФЗО, ремесленных, горнопромышленных и строительных училищ, а также училищ механизации сельского хозяйства создаётся единая система профессионально-технических училищ (ПТУ). Реформа позволила повысить роль учителя, уменьшить регламентацию его труда, героем газетных публикаций становится учитель-новатор, новые методики воспитания и обучения. 

Развитие НТР стимулировало так же развитие высшей школы, которая подвергалась процессу реформирования. Так, в 1957 г. были введены новые правила приёма в вузы, которые давали преимущество абитуриентам, имеющим двухлетний производственный стаж или демобилизованным из армии. В дальнейшем, в середине 1960-х гг. эти правила приёма, как не вполне оправдавшие себя, были изменены. Для производственников и демобилизованных стали проводиться отдельные конкурсы, развиваться система заочного и вечернего высшего образования, в то время как в целом высшая школа переориентировалась на подготовку квалифицированных, высокообразованных специалистов вне зависимости от их рабочего стажа и социального положения. В эти годы советское среднее и высшее образование занимает одно из лидирующих мест в мире, служит базой развития в СССР экономики и науки. 

В этот период стабилизации советской системы 1964—1985 гг. советская школа становится самой массовой и демократической в мире: в СССР система образования давала одинаково качественное образование и детям из семей представителей высшей номенклатуры, и детям рядовых советских граждан, благодаря чему формировалась единая для всех социальных слоев культурная среда. Новому уровню задач, решаемых школой, способствовал начатый в середине 1960-х гг. переход ко всеобщему среднему образованию. Он был завершен в течение нескольких лет и в Конституции 1977 г. закреплялось право граждан на получение бесплатного среднего образования. Большинство юношей и девушек получало полное среднее образование, закончив десятилетнюю школу. Кроме того, для желающих получить среднее образование совместно с выбранной профессией, существовала развитая сеть профессионально-технических училищ, техникумов и других специализированных учебных заведений. 

Как и во всем советском обществе, в системе образования накапливались болезненные противоречия. Одно из них было связано с тем, что в прежние годы десятилетка традиционно нацеливала своих выпускников на продолжение обучения в высшей школе. После того, как десятилетняя форма обучения сделалась общей, количество желающих получить высшее образование резко увеличилось. Но вузы могли принять не более четверти вчерашних выпускников, в то время как остальная их масса должна была после окончания школы идти работать. Тем самым назрела потребность готовить учащихся к трудовой деятельности не только в специальных учебных заведениях, но и в общеобразовательной школе. С 1970-х гг. начинается политика по усилению в школах профориентации и налаживанию профподготовки. Заканчивая школу, выпускники теперь имели на руках не только аттестат о получении среднего образования, но и какую-либо специальность. Однако отладить механизм трудового воспитания школьников и подготовки их к будущей трудовой деятельности оказалось чрезвычайно непросто. 

Немалые трудности порождал сам переход ко всеобщему среднему образованию, нередко они выходили далеко за пределы сферы образования и затрагивали все общество. Так, на рубеже 1970—1980-х гг. в СССР возникла ситуация, которую современные социологи иногда называют “проблемой избыточных знаний”: выпускники десятых классов как правило имели высокую, качественную подготовку, но промышленность, транспорт, сельское хозяйство, сфера услуг, куда должно было устремляться значительная часть выпускников, испытывали потребность в работниках, занятых прежде всего малоквалифицированным, ручным трудом, как правило тяжелым и монотонным. В развитых капиталистических странах эта проблема решалась просто — созданием двукоридорной школы: по одному образовательному стандарту готовились представители будущей элиты, по другому, существенно облегченному — будущие наемные работники. В СССР такой путь был невозможен, но другого — найти не удалось. 

Возникавшие в системе образования трудности пытались преодолевать прежде всего совершенствуя систему образования и воспитания, приближая школу к потребностям жизни. Именно в эти годы разворачивается деятельность талантливых педагогов-новаторов В. Шаталова, Е. Ильиной, Ш. Амонашвили и др. Улучшалась материальная база системы образования. Так, в условиях развития НТР, проводилась планомерная политика обеспечения школ техническими средствами обучения. С 1978 г. вводятся бесплатные учебники. Весомые перемены происходят и в деятельности высшей школы. Увеличивается количество вузов, в том числе университетов — к 1985 г. их число достигает 69. Институты и университеты готовили кадры для всех отраслей народного хозяйства. Большое внимание уделялось развитию вузов, обучавших специалистов для работы в техникумах, школах и детских дошкольных учреждениях. В начале 1980-х гг. начинается новый этап совершенствования отечественной средней и высшей школы. Июльский (1983 г.) Пленум ЦК КПСС принимает решение о проведении широкомасштабной школьной реформы, целью которой должно было стать создание непрерывной системы образования и переподготовки кадров — в мировой педагогической практике это был первый подобный опыт. В 1984 г. принимается соответствующий закон, поставивший школьную реформу на практические рельсы. Реформа отечественной системы образования должна была стать ответом советского руководства на отставание страны в области НТР, но после начала горбачевской “перестройки” внимание к ней поугасло из-за более злободневных политических проблем. 

Несмотря на имевшиеся трудности и недостатки, к 1985 г. советская система образования достигла выдающихся результатов. В стране действовало около 140 тыс. общеобразовательных школ, 7,8 тыс. средних профессионально-технических училищ, 4,5 тыс. средних специальных учебных заведений, 894 высших учебных заведения. К середине 1980-х гг. в стране проживало 164,3 млн человек, имевших высшее и среднее образование, в том числе 30,9 млн — среднее специальное и 20,8 млн — законченное высшее образование. По сравнению с 1970 г. число лиц, получивших высшее образование, увеличилось в 2,5 раза, среднеспециальное — в 2,3 раза, среднее общее — в 2,8 раза. В СССР, в отличие от прочих ведущих стран мира, все виды образования предоставлялись бесплатно, за счет общественных фондов потребления. Качество образования в СССР также находилось на одном из самых высоких уровней, и советские специалисты могли найти работу по своей специальности не только у себя дома, в социалистических или развивающихся странах “третьего мира”, но и в любом передовом индустриально-развитом государстве.