Песнь о Евпатии Коловрате

Песнь о Евпатии Коловрате

Автор: Есенин С.А.

За поемами Улыбыша 

Кружат облачные вентери. 

Закурилася ковыльница 

Подкопытною танагою. 

Ой, не зымь лузга-заманница 

Запоршила переточины, - 

Подымались злы татаровья 

На Зарайскую сторонушку. 

Не ждала Рязань, не чуяла 

А и той разбойной допоти, 

Под фатой варяжьей засынькой 

Коротала ночку темную. 

Не совиный ух защурился, 

И не волчья пасть оскалилась, - 

То Батый с холма Чурилкова 

Показал орде на зарево. 

Как взглянули звезды-ласточки, 

Загадали думу-полымя: 

Чтой-то Русь захолынулася, 

Аль не слышит лязгу бранного? 

Щебетнули звезды месяцу: 

"Ой ты, желтое ягнятище! 

Ты не мни траву небесную, 

Перестань бодаться с тучами. 

Подыми-ка глазы-уголья 

На рязанскую сторонушку 

Да позарься в кутомарине, 

Что там движется-колышется?" 

Как взглянул тут месяц с привязи, 

А ин жвачка зубы вытерпла, 

Поперхнулся с перепужины 

И на землю кровью кашлянул. 

Ой, текут кровя сугорами, 

Стонут пасишные пажити, 

Разыгрались злы татаровья, 

Кровь полониками черпают. 

Впереди сам хан на выпячи, 

На коне сидит улыбисто 

И жует, слюнявя бороду, 

Кус подохлой кобылятины. 

Говорит он псиным голосом: 

"Ой ли, титники братанове, 

Не пора ль нам с пира-пображни 

Настремнить коней в Московию?" 

* 

От Олышан до Швивой Заводи 

Знают песни про Евпатия. 

Их поют от белой вызнати 

До холопного сермяжника. 

Хоть и много песен сложено, 

Да ни слову не уважено, 

Не сочесть похвал той удали, 

Не ославить смелой доблести. 

Вились кудри у Евпатия, 

В три ряда на плечи падали. 

За гленищем ножик сеченый 

Подпирал колено белое. 

Как держал он кузню-крыницу, 

Лошадей ковал да бражничал, 

Да пешневые угорины 

Двумя пальцами вытягивал. 

Много лонешнего смолота 

В закромах его затулено. 

Не один рукав молодушек, 

Утираясь, продырявился. 

Да не любы, вишь, удалому 

Эти всхлипы серых журушек, 

А мила ему зазнобушка, 

Что ль рязанская сторонушка. 

* 

Ой, не совы плачут полночью, - 

За Коломной бабы хныкают, 

В хомутах и наколодниках 

Повели мужей татаровья. 

Свищут потные погонщики, 

Подгоняют полонянников, 

По пыжну путю-дороженьке 

Ставят вехами головушки. 

Соходилися боярове, 

Суд рядили, споры ладили, 

Как смутить им силу вражию, 

Соблюсти им Русь кондовую. 

Снаряжали побегушника, 

Уручали светлой грамотой: 

"Ты беги, зови детинушку 

На усуду свет Евпатия". 

* 

Ой, не колоб в поле катится 

На позыв колдуньи с Шехмина, - 

Проскакал ездок на Пилево, 

Да назад опять ворочает. 

На полях рязанских светится 

Березняк при блеске месяца, 

Освещая путь-дороженьку 

От Олышан до Швивой Заводи. 

Прискакал ездок к Евпатию, 

Вынул вязевую грамоту: 

"Ой ты, лазушновый баторе, 

Выручай ты Русь от лихости!" 

* 

У Палаги-шинкачерихи 

На меду вино развожено, 

Кумачовые кумашницы 

Душниками занавешены. 

Соходилися товарищи 

Свет хороброго Евпатия, 

Над сивухой думы думали, 

Запивали думы брагою. 

Говорил Евпатий бражникам: 

"Ой ли, други закадычные, 

Вы не пейте зелена вина, 

Не губите сметку русскую. 

Зелено вино - мыслям пагуба, 

Телесам оно - что коса траве, 

Налетят на вас злые вороги 

И развеют вас по соломинке!" 

* 

Не заря течет за Коломною, 

Не пожар стоит над путиною - 

Бьются соколы-дружинники, 

Налетая на татаровье. 

Всколыхнулось сердце Батыя: 

Что случилось там, приключилося? 

Не рязанцы ль встали мертвые 

На побоище кроволитное? 

А рязанцам стать - 

Только спьяну спать; 

Не в бою бы быть, 

А в снопах лежать. 

Скачет хан на бела батыря, 

С губ бежит слюна капучая. 

И не меч Евпатий вытянул, 

А свеча в руках затеплилась. 

Не березки-белоличушки 

Из-под гоноби подрублены - 

Полегли соколья-дружники 

Под татарскими насечками. 

Возговорит лютый ханище: 

"Ой ли, черти, куролесники. 

Отешите череп батыря 

Что ль на чашу на сивушную". 

Уж он пьет не пьет, курвяжится 

Оглянется да понюхает - 

"А всего ты, сила русская, 

На тыновье загодилася". 

1912