Основные этапы становления Древнерусского государства, его характеристики

Контрольная работа

"Основные этапы становления Древнерусского государства, его характеристики"




Введение

	

	Для каждого человека, хотя бы немного задумывающегося о себе, об окружающем мире, о своей Родине исследование вопроса о происхождении государства в котором он живёт представляет не только научный, но в большей степени мировоззренческий интерес. Понимание своих исторических корней является базовым в становлении личности, особенно в такой переломный период, когда идёт пересмотр и переоценка исторического пути, пройденного обществом и государством. За последние 20 лет Российское государство успело преобразоваться из глобальной сверхдержавы с тоталитарным режимом и социалистической системой хозяйства в одну из крупнейших и динамично развивающихся капиталистических стран мира. Сохранению государственности в этот кризисный период помогло осознание обществом, гражданами России своей исторической общности, своих истоков. Понимание современности невозможно без глубокого изучения причин возникновения тех или иных явлений а так же закономерностей их развития. Исторический путь от Древней Руси до Российской Федерации наших дней является не простым набором фактов, но фундаментом на котором наше и будущие поколения смогут черпать свои силы и способность к новым свершениям. Интерес к обычаям, образу жизни, системе управления народов и государств проявился ещё в глубокой древности. Большой интерес представляют свидетельства авторов времён античности и раннего средневековья.

	Геродот, описывая земледельческие племена Среднего Поднепровья в V веке до н.э. говорит о предках славян. Он называет их «сколотами» или «борисфенитами», отмечая, что греки ошибочно причисляют их к скифам, хотя скифы совершенно не знали земледелия.

	В I–II веках н.э. многие историки и географы дали описание народов, живших на территории северных берегов Чёрного моря, называемой в их трудах Скифией. В римских источниках I–II вв. (Тацит, Плиний) славян называют венедами. Впервые под своим именем славяне упоминаются в VI в. у Прокопия Кесарийского и Иордана.

	Византийская историография VI в. фиксировала внимание почти исключительно на тех народах и странах, с которыми у империи имелись те или иные отношения. Византийцы писали много лишь о тех районах, которые находились в сфере непосредственных интересов империи. Начиная со времени правления Юстина I (518–527) информация о славянах в византийских источниках начинает расти как снежный ком, хотя, очевидно, и до этого славяне были в Византии небезызвестны.

	Византийские писатели VI века делят славян на две группы. Западная – (северо-западная) часть славян так и не обозначались как славяне (склавины, склавии). Кажется, к ним относили и балканских славян. Но, кроме того, византийские писатели VI–VII веков упоминают антов, которых они считали особой (восточной) группой славян.

О становлении Древнерусского государства о первых веках нашей истории можно найти довольно разнообразные и разносторонние сведения. Таковы особенно иноземные известия патриарха Фотия IX в., императора Константина Багрянородного X в. и Льва Диакона X в., сказания скандинавских саг и ряда арабских писателей тех же веков: Ибн-Хордадбех, Ибн ал-Факих, Ибн-Руста и др. Арабские географы первой половины Х в, называли три вида руссов: Куяву, Славу и Арсу.1 Другие источники, так называемый «баварский географ» и Константин Багрянородный, дополняет эту картину также для IX – первой половины X века. «Баварский географ» первой половины IX века Восточную Европу фиксирует в самой общей форме такие народы, как русы, хазары, а также некоторые южно-восточные племена. Константин Багрянородный (40-е годы X века) более детален, но он отнюдь не ставит целью нарисовать этническую карту Руси своего времени, а лишь отмечал наименование ряда групп восточных славян, подчиненных русам.

Основным источником русской истории с древнейших времён до середины ХVIв. служат летописи. Наиболее древней из дошедших до современных исследователей летописей является «Повесть временных лет». Летописец Нестор считал, что первоначально славяне жили в Центральной и Восточной Европе примерно от Эльбы до Днепра и лишь в первых веках нашей эры заселили бассейн Дуная и Балканский полуостров. По данным «Повести временных лет», первым князем Киева был легендарный Кий. Датировка фактов начинается с 852 года. В летопись включена легенда о призвании варягов (862) во главе с Рюриком, ставшая в XVIIIвеке основой норманнской теории о создании Древнерусского государства варягами. Два сподвижника Рюрика – Аскольд и Дир двинулись на Царьград по Днепру, по дороге подчинив своей власти Киев. После смерти Рюрика власть в Новгороде перешла к варягу Олегу (ум. 912), который, расправившись с Аскольдом и Диром, захватил Киев (882), а в 883–885 годах покорил древлян, северян, радимичей и в 907 и 911 годах совершил походы на Византию. К сожалению, летописные известия были записаны не ранее XI в., т.е. уже в период, когда память о первоначальных славянских объединениях начинает стираться, поскольку все славянское население осознавало себя как русичи, русские.

Наиболее распространенная в XVIII в. теория происхождения славян получила свое отражение в первом русском печатном учебнике по истории, так называемым Синопсисе, вышедшем в 70-е гг. XVII в. Она состоит в следующем: авторы проводят четкое разделение между славянами и русами. Русы, по мнению этих авторов, более древний народ. Их корни из Месопотамии; они происходят от библейских героев: сына Ноя Иафета и Мосоха, который был первым патриархом русов. Память об этом герое, по мнению авторов, хранилась у русского народа и была запечатлена в названии столицы русского государства Москве. Постепенно русы расселились по территории Европы. Существует даже такое мнение, что в определенный момент русы составляли большинство населения Европы, в частности, так называемых этрусков жителей Италии выводит от русов, якобы это зашифрованное имя русов. Славяне же гораздо менее древний народ, относящийся к индоевропейской семье народов. В начале нашей эры русы, по предположению тех же самых авторов, занимали территорию по Дунаю и Днепру.

В XVIII веке была сформулирована и разработана норманнская теория возникновения Древнерусского государства. К её авторам и сторонникам можно отнести Миллера, Байера, Шлецера, Лерберга. Но почти одновременно появились исторический труд М.В. Ломоносова «Замечания на диссертацию Г._Ф. Миллера «Происхождение имени и народа российского», подвергшего сомнению норманнскую теорию. В своих крайних проявлениях норманнская теория толкует летописную легенду о призвании иноземных князей как свидетельство отсутствия на Руси в начальный период правопорядка, государственности и самостоятельной культуры. Между тем история Новгорода (т.е. той территории, с которой непосредственно связана легенда о призвании), по новейшим археологическим данным, отражает совершенно иной процесс. Представления об исходном восточнославянском единстве легли в основу прочно укрепившейся в трудах А.А. Шахматова концепции первоначально ограниченной территории восточнославянского ядра. Академик А.А. Шахматов, чье мнение поддерживает также Л.Н. Гумилев, изучая русские летописи, исследуя историю русского языка и его диалекты, пришел к выводу, что древние славяне зародились в верховьях Вислы, на берегах Тисы и на склонах Карпат (современная восточная Венгрия и южная Польша). В соответствии с этой концепцией магистральный путь развития восточных славян в VI–XIII вв. представлялся исследователям как процесс разложения исходного единства (что признавалось и В.О. Ключевским), резко усилившийся в ходе феодальной раздробленности и ордынского нашествия. В конце XIX в. в либеральной академической науке обнаружилась тенденция решения «варяжского вопроса» в пользу славянского происхождения Руси, которая объяснялась появлением новых подходов к изучаемой проблеме. Решительным противником норманнского происхождения древнерусского государства выступает Д.И. Иловайский, указывавший в своей книге «Начало Руси» на присутствие в норманнской теории натяжек и противоречий: «…чем глубже вникаешь в этот вопрос, тем более и более выступают наружу натяжки и противоречия норманнской системы.» 1) В 1876 г. вышла в свет книга С.А. Гедеонова «Варяги и Русь», в предисловии к которой автор писал: «…при догмате скандинавского начала Русского государства научная разработка древнейшей истории Руси немыслима.»2) С конца XIX века общественный интерес к теме начала Руси заметно ослабел. В это время зарождающаяся русская археология испытывала огромное влияние западноевропейской, особенно германской и шведской. Это привело к значительному усилению позиций норманизма. В1914 г. вышла книга шведского учёного Т.Ю. Арне «Швеция и Восток», в которой была выдвинута идея норманнской колонизации Руси. А в 1917 г. он же в своём труде «Великая Швеция», называет так не только сборник своих статей, но и само государство восточных славян. В советское время под норманистами стали понимать лишь тех, «кто утверждал неспособность славян самим создать своё государство», в то же время признание скандинавского происхождения династии русских князей норманнизмом не считалось.

Всякое государство возникает не на пустом месте и не вдруг. Именно поэтому исследование вопроса возникновения Древнерусского следует изучать в контексте природно-климатических и социально-политических факторов.


1. Среда обитания восточных славян



1.1 Природно-климатические факторы Восточно-Европейской равнины



История расселения славян на территории Восточной Европы до сих пор является предметом научных споров. Ранее эта проблема решалась почти исключительно путем анализа летописной концепции, сложившейся к началу XII в. и изложенной в Повести временных лет. Определяющее влияние на образование народа и государства оказывает та среда, в которой это формирование происходит. Огромное пространство Восточно – Европейской равнины являющейся одной из крупнейших равнин земного шара, занимающая большую часть Вост. Европы. На севере она омывается водами Белого и Баренцева, на юге – Черного, Азовского и Каспийского морей. На юго-западе ограничена Карпатами, на юге – Кавказом, на востоке – Уралом и Мугоджарами. Эта территория, богатая лесами с обильной дичью, полноводными реками, плодородными почвами щедро оделяла природными ресурсами поселившихся здесь людей. Средняя высота ок. 170 м (наибольшая – до 1191 м. в Хибинах); наиболее низкие отметки – на побережье Каспийского м. (28 м ниже уровня моря). На Русской равнине – Тиманский кряж, Среднерусская, Приазовская, Приволжская и другие возвышенности, на юге и юго-востоке – полоса приморских низменностей: Причерноморская, Прикаспийская и др. На севере и северо-западе преобладают плоские междуречья с моренно-холмистым рельефом, в центральной части и на юге – овражно-балочный рельеф. Реки северной части принадлежат бас. Северного Ледовитого океана. (Мезень, Онега, Печора, Сев. Двина), западной и южной – бас. Балтийского моря. (Неман, Западная Двина, Висла и др.), бас. Черного моря (Днепр, Днестр, Южный Буг) и бас. Азовского моря (Дон); Волга, Урал и другие впадают в Каспийское море. Большая часть территории расположена в лесной зоне, центральная и южная части – в зонах лесостепи и степи, крайний юго-восток – в зонах полупустыни и пустыни. Степная зона Европейской равнины является прямым продолжением азиатских степей и «соединяясь с азиатскими степями широкими воротами между Уральскими горами и простираясь сначала широкою, а потом всё суживающеюся полосою по направлению к западу, мимо морей Каспийского, Азовского и Черного».1) На территории Восточно-Европейской равнины можно выделить четыре климатических пояса: севернее полярного круга – арктический, между полярным кругом и 57° с.ш. – северный или холодный, от 57° до 50°с.ш. – средний или умеренный, а ещё южнее – тёплый или степной. Отличительной особенностью Восточно-Европейской равнины можно считать сложную и разветвлённую систему рек. Все реки имеют медленное течение и большое число изгибов. Кроме того, на размещение населения оказал влияние и тот факт, что для рек, текущих в меридиональном направлении характерен высокий правый берег и относительно низкий левый: по высоким берегам возводились укрепления, около них сосредотачивалось население. Служа готовыми первобытными дорогами, речные бассейны своими разносторонними рассеивали население по своим ветвям.

По этим бассейнам рано частям населения обособляться друг от друга, замыкаться в изолированные гидрографические клетки, поддерживала общение между ними. обозначились различные местные группы населения, племена, на которые древняя летопись делит русское славянство IX–X вв; по ним же сложились потом политические области, земли, на которые долго делилась страна. Взаимная близость главных речных бассейнов равнины при содействии единообразной формы поверхности не позволяла размещавшимся по ним.


1.2 Взаимоотношения славян с разноплеменным населением Восточной Европы



Люди, населявшие север и центр Восточно-Европейской равнины в I тыс. до Р.Х., говорили на индоевропейских и финно-угорских языках. И в то время, и в последующие века не было отчетливого соединения и размежевания племен по языковому признаку; племена враждовали или поддерживали добрососедские отношения, не придавая первостепенного значения этническим различиям или сходству. Около начала нашей эры смена пришельцев учащается, номенклатура варваров в древней Скифии становится сложнее, запутаннее. Сарматов смени ли или из них выделились геты, языги, роксаланы, аланы, бастарны, даки. Эти народы толпятся по нижнему Дунаю, к северным пределам римской империи, иногда вторгаются в ее области, скучиваются в разноплеменные рассыпчатые громады, образуют между Днепром и Дунаем обширные, но скоропреходящие владения, каковы были царства гетов, потом даков и роксалан, которым римляне даже принуждены бы ли платить дань и откуп. Видно, что подготавливалось великое переселение народов. Сложное взаимодействие оседлого севера и кочевого юга Восточной Европы во многом определило своеобразие исторического развития региона. И военные стычки, и набеги, и политические союзы, и торговые отношения степняков и лесных жителей все это воздействовало на жизнь славян. При этом «лес» и «степь» не оставались неизменными; в их постоянном противоборстве и мирном общении складывались и разрушались союзы племен, зачастую вбиравшие в себя иноязычные группы. Восточные славяне возникли в результате слияния так называемых праславян, носителей славянской речи, с различными другими этносами Восточной Европы. Этим объясняется тот факт, что при всей схожести языка и элементов культуры, с ним связанных, в остальном между славянскими народами имеются серьезные различия, даже по антропологическому типу – такого рода различия есть внутри отдельных групп тех или иных восточнославянских народов. Не менее существенное различие обнаруживается в сфере материальной культуры, поскольку славянизированные этносы, ставшие составной частью тех или иных славянских народов, имели неодинаковую материальную культуру, черты которой сохранились и у их потомков. Именно в сфере материальной культуры, а также такого элемента культуры, как музыка, имеются значительные различия даже между такими близкородственными народами, как русские и украинцы. Есть все основания полагать, что ареал расселения праславян, которые, как доказано лингвистами, отделились от родственных им балтов в середине первого тысячелетия до н.э. (во времена Геродота), был весьма невелик.

Первые упоминания о венедах, а именно так называли ранние источники праславян, появились только тогда, когда римляне в своей экспансии в Европе достигли Среднего Дуная, Паннонии и Норика (нынешних Венгрии и Австрии). Не случайно первыми о венедах упоминают Плиний Старший и Тацит (вторая половина I века н.э.). Очевидно, только из этих областей были получены первые известия о народе венедах. Но и эти известия были крайне смутными, так как римские и греческие писатели не могли даже точно определить, относить ли им венедов к германцам или к сарматам, склоняясь, правда, к большей близости венедов по их нравам, обычаям и быту именно к германцам. Паннония в I–II вв. н.э. была населена разными народами – германскими и сарматскими (иранскими), Богемия (нынешняя Чехия) получила название от кельтского племени бойев, однако во времена Тацита и позже здесь поселились германцы, а где-то за ними на северо-востоке обитали венеды. Тацит, рассказывая о венедах, упоминает рядом с ними эстов и фенов, под которыми скрываются предки балтийских народов (но не финнов и современных эстов). Следовательно, венеды в ту пору занимали приблизительно территорию нынешней Юго-Восточной Польши, Юго-Западной Белоруссии и Северо-Западной Украины (Волыни и Полесья). А данные Птоломея (второй век н.э.) уже позволяет расширить предел обитания славян, включив в них северное Прикарпатье и часть побережья Балтийского моря, известного в ту пору, как Венецкий залив. Очевидно, уже на протяжении второго века славяне оттеснили или ассимилировали какую-то часть других этносов, но, скорее всего германцев и аборигенов Прикарпатья. Можно предположить, что данные Птоломея фиксируют уход готов с побережья Балтийского моря и продвижение на их место славян. Вероятно, какое-то расширение этнической территории славян наблюдалось и в III–IV вв., но, к сожалению источников для этого времени почти нет. Так называемая Певтингерова Карта, окончательная редакция которой относится к первой половине пятого века, включает, однако и значительные элементы более ранней информации, восходящей еще к первому веку до н.э., потому пользоваться ее данными очень сложно. Венеды на этой Карте показаны на северо-запад от Карпат, вместе с какой-то частью сарматов. Совместная фиксация венедов и сарматов в Прикарпатье, очевидно отражает с элементами пятого столетия реалии II–IV вв. до нашествия гуннов.

Гуннское нашествие привело к значительным перемещениям населения, в том числе и из степной и частично лесостепной полосы нашего юга. Более всего это касается степных районов, где после кратковременной гегемонии угров уже в VI веке возобладали прототурки. Иное дело – лесостепь нынешней Украины и Северного Кавказа (Подонья). Здесь старое иранское население оказалось более устойчивым, но и оно стало постепенно подвергаться воздействию неуклонно двигавшихся на восток славян. Очевидно, уже в V веке последние вышли к среднему Днепру, где ассимилировали местных иранцев. Вероятно, именно последние основали городки на киевских горах, поскольку название Киева может быть объяснено из иранских наречий как княжеский (городок). За тем славяне продвинулись за Днепр в бассейн реки Десны, получившей славянское название (Правая). Любопытно однако, что основная часть крупных рек на юге сохранила дославянские (иранские) названия. Так, Дон – просто река, Днепр – глубокая река, Рось – светлая река, Прут – река и т.д. А вот название рек на северо-западе Украины и на большей части Белоруссии славянские (Березина, Тетерев, Горынь, и т.д.) и это, несомненно, свидетельство весьма древнего обитания там славян. Славяне первоначально как жители лесов (а именно таковыми их нам рисуют византийские историки VI века) продвигались и расселялись. преимущественно вдоль больших рек (транспортные артерии). Местное население довольно легко ассимилировалось со славянами, как правило, мирным путем.

Попытаемся представить карту расселения отдельных групп восточных славян, преимущественно по данным Повести временных лет. Словом, все данные говорят за то, что в процессе движения славян на восток происходило их слияние с разноплеменным местным населением, в результате чего и вырабатывались те черты (в языке, антропологическом типе, материальной культуре), что отличают восточных славян от западных и южных. Уже в ту пору намечались и определенные различия между юго-западными частями восточнославянского мира, северными и северо-восточными и северо-западными, которые позже, в определенных специфических условиях XIII–XVI вв., привели к распаду единой древнерусской народности на три самостоятельных. Однако искать отдельных предков для русских, украинцев и белорусов уже в эпоху Древней Руси, а тем более раньше, как это сейчас пытаются делать националистически настроенные историки, нет никаких оснований. Например, северяне стали предками и русских и украинцев, а кривичи и радимичи – единые пращуры русских и белорусов. Да и в более позднее время отмечаются переливы населения из разных областей Древней Руси, не как не связанное с обособленностью в ту пору ее отдельных частей.

Еще недавно полагали, что деление византийскими писателями славян в VI веке на склавинов и антов можно видеть реальное разделение славянского мира на восточный и западный. Ныне большинство специалистов полагают, что о делении славян на три большие группы восточных, западных и южных можно говорить лишь с VIII века. Вероятно, эту датировку можно несколько удревнить, распространив ее с некоторыми оговорками и на VII век, но не раньше. Картина же расселения восточных славян, зафиксированная в «Повести временных лет», может быть отнесена к VIII–IX вв., преимущественно, к последнему столетию.

В продолжение VII и VIII вв. восточная ветвь славян, сосредоточивавшаяся на северо-восточных склонах Карпат, постепенно перемещалась на сесеровосток и восток.

	К моменту образования древнерусского государства восточнославянские племена занимали уже довольно обширный ареал. В среднем Поднепровье жили поляне, к западу от них древляне, у истоков Днепра – кривичи, у оз. Ильмень – словене, по Оке – вятичи, в Белоруссии – дреговичи и радимичи, на среднем Днестре – тиверцы, между Днепром и Днестром – уличи, в Прикарпатье – дулебы. Возникали племенные союзы. Заметим, что древляне, северяне и т.д. в «Повести временных лет», племенами не именуются, хотя в современных переводах термин «племя» нередко фигурирует. Ряд ученых уже давно сделали вывод, что в древнерусской летописи речь идет не о племенах, но о союзах племен. Такое мнение подкреплялось и большой территорией таких «племен», как северяне, кривичи и др. Нет термина «племя» или подобного ему и в списках славян Константина Багрянородного, который ведет речь о славянах древлянах, северянах и т.д. Вместе с тем перед нами еще, несомненно, объединение догосударственного или предгосударственного порядка, скорее всего именно союзы близко родственных племен. В этих союзах, уже занимавших определенную, четко фиксируемую территорию, на лицо переходные черты к политическому объединению типа раннеклассового общества. В этом плане древляне, поляне и т.д. по-видимому, идентичны таким германским «племенам», как франки, саксы, бавары и т.д., которые на деле представляли союзы племен, хотя и сохранили наименование одного (господствующего) племени.

Севернее зоны расселения восточных славян жили финно-угорские племена корелов и чуди заволоцкой. На востоке славянские поселения на реке Оке граничили с финно-угорскими племенами меря, мурома, мещера, мордва. Юг и юго-восток контролировали хазары и печенеги. На юго-западе от славянских земель осели кочевые племена угров и болгар. Западнее территории восточных славян расположились земли славян западных: чехов, ляхов. К северо-западу от восточных словян жили прибалтийские племена жмудь, ливы, эсты, чудь, нарова.

В VIII веке в среде хазар резко усилилось влияние проникнувших из Закавказья евреев. В низовьях Волги возникло государство Хазарский каганат, покорившее племена славян, живших на юго – западных землях: северян и вятичей. В то же время появилась возможность для торговли славян не только с Хазарией, но и со странами прилегающими к бассейнам Каспийского и Чёрного морей.






2. Причины возникновения государства



2.1 Общественное разделения труда



В «Повести временных лет» летописец так определяет быт оседлого славянского народонаселения восточной равнины: «жил каждый со своим родом и на своих местах, владея каждый родом своим». Человек, существо общественное, не может жить без общества, без связи с другими людьми, и первым союзом является кровный, или родовой. Семья крепка братством младших членов ее и естественным, необходимым подчинением их отцу. Род умножается, но союз держится, многочисленный род все представляет одну семью, в которой старший в роде, старший брат, какой бы то ни было степени, дядя занимает место отца, сохраняет сожитие членов в одном месте, общие занятия, общее владение.

Славяне занимались земледелием (переложным и подсечным), ремеслами, охотой, рыболовством, собиранием меда и воска диких пчел (бортничество). Земля была собственностью общины – верви, распределявшей ее между общинниками. Главным занятием восточных славян в известную нам эпоху было земледелие в сочетании с разведением скота и различного рода промыслами. В VII в. славяне еще не знали ни двуполья, ни трехполья. У славян господствовала переложная (в лесостепях) и подсечно-огневая (в лесах) системы земледелия. При переложной системе на участке выжигали траву и использовали удобренную золой землю до истощения. После этого участок забрасывали на 2 – 4 года, вплоть до полного восстановления травяного покрова. При лесном перелоге земля отдыхала 10 – 15 лет. Подсечно-огневая система названа так потому, что деревья под рубали и оставляли сохнуть на корню, а затем выкорчевывали и сжигали. Как и при переложной системе, участок использовали до истощения, а потом бросали и расчищали новый. Настоящей пахоты не велось – землю лишь рыхли ли. Такая организация земледелия вынуждала славян время от времени переходить на новые участки, что делало неизбежным освоение все более отдаленных земель.

Лишь в VIII веке в степных и лесостепных районах наряду с переложным распространилось пашенное земледелие: землю пахали и давали ей регулярный отдых под паром. В лесной полосе подсека господствовала вплоть до XIII века. Основными сельскохозяйственными культурами были у славян пшеница, ячмень, просо, дававшие высокие урожаи при подсеке и перелоге. С продвижением на север и распространением пашенного земледелия увеличивались посевы ржи и овса, прежде занимавшие незначительное место.

Чем дальше на север, тем большее значение приобретали промыслы, тем более, что во внешней торговле особенно с развитыми странами Востока и Византией, особую роль играл именно экспорт различного пушного зверя, которым в ту пору был богат не только славянский север, но и более южные земли. Жизнь среди лесов и болот была нелегкой. Прежде чем срубить дом, нужно было найти сухое и сравнительно открытое место и расчистить его. Первоначально славянские поселки были редкими островками среди «лесного моря». Их жители вели хозяйство, применяясь к окружающим условиям. Главные вопросы решало народное собрание – вече.

По водным путям, принимавшим наиболее деятельное участие в торговом движении, рано здесь завязавшемся возникали торговые сосредоточения, древнейшие города; население, от них удаленное, оставалось при хлебопашестве и лесных промыслах, доставлявших вывозные статьи приречным торговцам (мед, воск, меха). Через Восточно-Европейскую равнину пролегал торговый путь, которым пользовались еще древние греки, основавшие колонии в Причерноморье. Этот путь стал основной дорогой Древней Руси. По нему везли не только меха и мед, но и добычу, захваченную во время военных походов. Ведущую роль в транзитной торговле через Восточную Европу, как уже сказано, играли в VIII–IX вв. еврейские купцы, которые лишь в пределах халифата уступали ее местным мусульманским торговцам. Последние по Каспии и Волге доходили до небольшого городка Булгар (основан в IX веке, недалеко от современной Казани) очевидно, по преимуществу сухопутным путем, тогда как Волжский путь контролировался хазарами и еврейскими купцами этого государства. В северные пределы славян арабские купцы в IX в. не заходили: хазары держали дороги под своим контролем и помимо чисто административных мер прибегали к простому запугиванию рассказами о диких северных людях, якобы убивавших всех чужеземцев. Славянские купцы возили свои товары и в Багдад и в Царьград. В области Днепра найдено немало кладов с арабскими монетами VII–X вв.

Постепенно росла роль знати и вождей, обогащавшихся во время войн. Происходило имущественное расслоение. Более разнообразными становились источники, из которых люди черпали средства существования; так, большую роль в жизни рода начинала играть военная добыча. Размежевание племен кочевых и оседлых, земледельческих и скотоводческих, а также племен, живших по преимуществу охотой и перешедших к производящему хозяйству, дополнялось начатками внутриродового разделения труда: появились профессионалы-ремесленники (гончары и специалисты по выплавке или обработке металлов), профессионалы-воины. Частые переселения родов, возникновение и распад межродовых и межплеменных союзов, выделение из рода групп искателей военной добычи (дружин) – все эти процессы вынуждали то и дело отступать от традиции, основанные на обычае старые решения не всегда срабатывали в ранее неизвестных конфликтных ситуациях.


2.2 Развитие экономики

славянин государство древнерусский этнический

Не только изменившееся индивидуальное и групповое самосознание и усложнившиеся межплеменные отношения, но и хозяйственная, экономическая деятельность побуждала людей к поиску более подходящих форм обще жития. Значение экономического фактора в возникновении государства обычно преувеличивается в исследованиях сторонников марксизма и других учений, считающих производство (или распределение произведенного) основой общественной жизни. Частная собственность не могла возникнуть, пока человек не осознал свою отделенность от рода; но на дальнейшее развитие самосознания от дельной личности, несомненно, воз действовали практические, материальные результаты раздробления общей родовой собственности.) Экономические факторы (рост производительности труда, возникновение излишков, углублявшееся разделение труда и, как следствие – развитие меновой, а потом и денежной торговли) влияли на становление государства, но это влияние не было ни прямым, ни определяющим. Государство возникло тогда, когда непосредственно связанные с экономикой имущественные различия были не слишком существенны; формировавшаяся государственная власть первоначально почти не претендовала на серьезное участие в хозяйственной жизни. Носители новой, предгосударственной и государственной власти (князья, дружинники) выделялись из общества не по имущественному, а по профессиональному признаку. При этом часто совпадавшие профессии воина и правителя (стоявшего над традиционной, патриархальной властью родовых старейшин) почти единодушно признавались общественно полезными.




2.3 Заинтересованность общества в появлении государства



Государство возникло потому, что в его появлении было заинтересовано подавляющее большинство членов общества. Земледельцу-общиннику было удобно и выгодно, чтобы князь и – дружинники с оружием в руках защищали его и избавляли от обременительных и опасных ратных дел. (Здесь следует заметить, что реальная отделенность и отдаленность власти от общества, а привилегированного княжеского дружинника от хлебопашца-смерда сложилась намного позднее; в первые века существования государства каждый земледелец мог очень легко изменить свое общественное положение и, подобно былинному Илье Муромцу, поступить на княжескую службу). Государство с самого начала решало не только военные, но и судебные задачи, в особенности связанные с межродовыми спорами. Князья и их дружинники были относительно объективными посредниками в конфликтах между представителями различных родов; старейшины, которые испокон веку должны были заботиться об интересах своего рода, своей общины, не годились на роль беспристрастных арбитров. Разрешение межобщинных споров силой оружия было чересчур обременительно для общества; по мере осознания общей полезности власти, стоящей выше частного и родового интереса, создавались условия для передачи важнейших судебных полномочий исторически новой структуре – государству. Таким образом, в VIII–IX веках родовые связи все больше вытеснялись территориальными. Складывались предпосылки для возникновения государства.






3. Образование Древнерусского государства



3.1 Сведенья о ранних княжениях



Давно уже доказано, что ни варяги, ни хазары славянам государственность не принесли, поскольку эта последняя как таковая возникает, прежде всего, в результате определенных процессов внутри самого общества с возникновение имущественного неравенства и социального расслоения.

Вот и у восточных славян, очевидно, не позже VIII века появились свои княжения, о которых помнил и древнерусский летописец. Правда, тот же летописец отмечает, что такие княжества существовали не у всех восточных славян их, по-видимому не было у тех, что были уже в VII веке подчинены хазарам (вятичи, северяне, радимичи) или попали под верховенство сильных соседних западнославянских объединений, прежде всего Великой Моравии, что можно предположить для волынян и белых хорватов. Но «Повесть временных лет» знает, что свои княжества до призвания варягов существовали у полян, древлян, кривичей, словен, ильменских и у дреговичей. В отношении полян летописец, уроженец Киева и его патриот, записал легенды о князьях, основателях города: Кие, Щеке и Хориве и их сестре Лебеди. Правда, в отношении Кия еще в XI веке существовали два варианта легенды, и по второму он был просто перевозчиком на Днепре. Однако летописец по вполне понятным причинам с негодованием отверг этот вариант сказания и даже старался обосновать его недостоверность. Показательно, что все три имени «основателей» Киева могут быть объяснены из иранских наречий, что, вероятно, доказывает их связь с дославянским населением региона. Неудивительно, что память о них сохранилась как в названии Киева, так и в наименовании двух киевских гор – Щековицы и Хоривицы. Вероятно, в древности существовали аналогичные легенды и о других «прародителях» местной государственности, отголоски которых также сохранились в летописи (Тур основатель Турова, Вячко и Радим патриархи вятичей и радимичей). Как бы то ни было есть все основания считать, что у полян было свое княжение, которое было ликвидировано хазарами. Это могло произойти где-то в VIII веке. Все эти местные княжения были мало друг с другом связаны и не могли противостоять ни хазарам, ни варягам. Из этих двух реальных угроз более сильной была хазарская, поскольку хазары представляли мощное политическое объединение, господствовавшее почти на всей Восточной Европе. Варяги же здесь никаких завоеваний не делали: все, что нам известно говорит, скорее всего, что они утверждались в славянских землях как союзники местной знати более самостоятельные на севере и зависимые от последней на юге. В таких условиях на просторах Восточной Европы начала складываться новая ведущая политическая сила Древнерусское государство, или Русь, как его в ту пору именовали.

Вопрос об образовании на Руси великого княжения (Киевского) приводит нас к вопросу о русах, которым приписывается водворение на Руси политического единства и порядка.

Кто же были эти варяги-русь, покорившие сперва Новгород, потом Киев?

Остановимся прежде всего на двух местах «Повести временных лет», которое в сущности и продили варяжский вопрос: летописец, перечисляя племена, жившие по берегам Балтийского моря говорит: 1) «По сему же морю Варяжскому (т.е. Балтийскому) сидят Варязи»… «и то Варязи: Свей, Урмане, Готе, Русь, Англяне». Все эти северо-германские племена и варяге поставлены среди них, как их родовое имя среди видовых названий. Далее читаем: 2) «Идоша за море к варягам-руси, сице бо ся зваху тьи Варязи Русь, яко се друзи зовутся Свеи, друзии же Англяне, Урмяне, друзии Готе тако и си». Таким образом, по словам «Повести временных лет», из варягов одни назывались русью, другие англянами и т.д.; летописец очевидно думает, что Русь есть одно из многих варяжских племен.

Ученые же, на основании этих и других показаний, установили, что варягов знал не только наш летописец, но и греки. У греков под именем варанги подразумевались наемные дружины северных людей, норманнов, служивших в Византии. С этом же значением встречается это слово и в скандинавских сагах, и арабских источниках.

Для определения национальности руси можно обратиться к остаткам ее языка, который очень скуден. На них-то главным образом и держится так называемая норманнская школа. Она указывает, что собственные имена князей руси норманнские: Рюрик, Аскольд, Трувор, Игорь, Олег, Ольга.

Но эти доказательства не являются бесспорными. Так, например, в западно-славянских языках можно встретить имя Trubor, которое у восточных славян могло произносится как Трувор, подобно тому как Lutobor переходит в Лютовор. Новгородская летопись включает в себя такие парные формы имен как Ракобор и Раковор, Гравор и Грабор. В предположении норманнской системы греки слышали Ольгино имя не под его славянской, а под его скандинавской формой Hölga. Но в этом случае греческое написание ׳Αλγα едва ли могло обойтись без придыхания. Естественнее объясняется переход русского Ольга в греческое ׳Ελγα из природной греческому и славянским языкам равнозначимости звуков е и о

(сравни влеку и волоку). да и в сагах княгиня Ольга известна под именем Allogia (Аллогия) а не под скандинавским, припивываемом ей имени Helga.

Название Днепровских порогов у Константина Багрянородного приведены по-русски и по-славянски; имена русские звучат не по-славянски, а объясняются норманистами с германских корней (Юссупи, Ульворси, Геннадри, Леанти, Струвун); напротив те имена, которые он называет славянскими, действительно славянские (Островунипрах, Напрези, Веруци, Неясит). Но у того же Константина Багрянородного после названия порога Юссупи есть прибавление, что это означает «не спи», и вполне может являться свидетельством в пользу славянских, а не скандинавских корней русов.

Довольно часто русы предлагали свои услуги как наёмная военная сила для конвоирования торговых судов и участия в военных действиях. Постепенно из охранителей русы, усиливая своё влияние, становились властителями охраняемых городов. Их предводители становились князьями, а влияние городов распространялось на округу.

Обычным явлением стали грабежи покорённого населения. Добычей становилось всё ценное: воск, меха, золото, дети. Мужчин, как правило, убивали. Сопротивление жестоко подавлялось.

Часть русов, ушедшая на восток, заняла три города, которые стали опорными базами для их дальнейших походов. Это были Киев, Старая Руса и, вероятно, Белозеро.

В 30-е годы IX века потомков Кия сменил пришедший с дружинами рус Аскольд. Он правил полянами вместе с Диром. После своего утверждения в Киеве эти правители вступили в борьбу с древлянами, а затем предприняли поход на Царьград.

В 862 г. в Новгороде захватил власть Рюрик, по роду деятельности бывший варягом – наёмным воином, а по происхождению – русом. После убийства словенского князя Вадима Храброго и новгородских старейшин

сам становится князем. Затем он подчинил окрестные области: Ладогу, Белоозеро, Изборск. Объединение этих областей считается началом возникновения Древнерусского государства, а сам Рюрик – основателем династии русских князей.

Рюрик умер в 879 г. Ему наследовал Игорь, который в то время был ещё ребёнком («детескъ вельми» – очень мал). Фактически управлял Олег, прозванный Вещим. Олег с воинами двинулся по пути из «варяг в греки»: из Новгорода к югу по реке Ловать, и далее по Днепру, попутно заняв Смоленск. Продвигаясь по Днепру Олег с малолетним Игорем и дружиной достигли Киева. Хитростью Олегу удаётся захватить Киев.

После покорения Киева, Олег обложил данью древлян а так же северян и радимичей, плативших ранее дань хазарам. Таким образом произошло объединение большей части территории расселения восточных славян и некоторых соседних с ними племён в единое государство под руководством князя из рода Рюрика.

Игорь Рюрикович – князь киевский. Начал княжить в 912 г. после смерти Олега. На первых порах Игорю пришлось усмирять восстание разных славянских племен и устанавливать отношения с печенегами, впервые тогда появившимися в русских степях. Торговые и культурные интересы сосредоточивали внимание Игоревой политики на Византии. Сведения об Игоре дают не только наши летописи, но и иноземные писатели. Первый поход Игоря на Византию относится к 941 г. С флотом в несколько сот людей Игоря пристал к берегам Вифинии, распространил свои опустошения до Босфора Фракийского и подступил к Константинополю; но его суда не выдержали «греческого огня», и сам Игорь спасся только с 10 судами. В 944 г. Игорь при содействии варягов и печенегов возобновил свое нападение на Грецию. Греческие послы встретили его по сию сторону Дуная и предложили выкуп, вследствие чего Игорь возвратился в Киев. В 945 г. прибыли в Киев греческие послы для подтверждения этого мира; с ними Игорь отправил в Царьград своих послов, которые и заключили договор, приводимый летописцем под 945 г. В этом наиболее пространном из договоров русских с греками X века весьма много положений частного международного права, в которых усматривали древнерусские народные обычаи.

Владения Руси при Игоре распространялись, по-видимому, на юго-восток до Кавказа и Таврических гор, на что указывает статья договора 945 г., обязывавшая Игоря не допускать нападений черных болгар (т.е. болгар, обитавших на нижней Кубани и в восточной части Крыма) на Корсунь и другие греческие города в Тавриде. На севере владения Игоря доходили до берегов Волхова; по словам Константина Багрянородного, при жизни Игоря в Новгороде княжил сын его, Святослав. Смерть Игоря летопись относит к 945 г. Не удовольствовавшись данью, уже полученной с древлян, Игорь с небольшой частью дружины вернулся к ним за новой данью; древляне возмутились и убили Игоря.

Летопись относит рождение Святослава к 942 г. В момент смерти отца Святослав был еще младенцем и управление княжеством во время его малолетства было в руках его матери Ольги. Как только Святослав возмужал, он обнаружил типичные черты князя-дружинника; дела земские его интересовали мало, его тянуло к военным предприятиям в отдаленных землях. Из славянских племен к востоку от Днепра только вятичи были в ту пору вне влияния киевских князей и платили дань хазарам. Из-за. вятичей Святослав вступил в борьбу с хазарами и проник на Волгу и даже в Предкавказье. В 960-х годах разгромил Хазарский каганат и разрушил хазарские города Саркел (на Дону) и Итиль. На Северном Кавказе Святослав захватил хазарскую крепость Семендер, разбил ясов и касогов. Затем Святослав направил свое внимание на юг – на Дунайскую Болгарию. Почин в этом предприятии шел со стороны византийского императора Никифора Фоки, который, желая оградить Византию от опасных соседей – болгар, послал к Святославу предложение напасть на Болгарию. Святослав явился в Болгарию со своими союзниками – венграми, печенегами и др. – в качестве друга Византии. Успех похода С. был огромный; он занял ряд болгарских городов и стал стремиться к полному обладанию Болгарией. Греки скоро почувствовали, что приобрели в его лице еще более опасного соседа. Тогда Никифор направил печенегов на Киев, и Святослав должен был возвратиться в отечество, но уже в 971 г., посадив на Руси своих сыновей, снова явился в Болгарию. Между тем преемник Никифора Фоки, Иоанн Цимисхий, помирился с болгарами и Святославу пришлось иметь дело и с греками, и с болгарами; хотя в Болгарии была и русская партия, но движение против Святослава было сильное. Чтобы сломить греков, Святослав двинулся за Балканы и сначала имел успех, но дотом должен был заключить мир с греками и уйти из Болгарии. Он пошел в лодках к днепровским порогам, но пороги были заняты печенегами. Святослав переждав до весны и снова попытался пройти пороги, но был убит в сражении печенегами, которые, по преданию, сделали из черепа его чашу.

Владимир Святославич – великий князь Киевский, в крещении Василий, святой и равноапостольный, сын Святослава Игоревича и Малуши, ключницы княгини Ольги. Традиционная история княжения Владимира, покоящаяся на «Повести временных лет», такова: Святослав, окончательно уходя на Дунай, поделил свое княжество на три части; Владимира, по просьбе новгородцев, он посадил в Новгороде. После смерти Святослава произошла распря между Ярополком и Олегом Святославичами; последний пал. Опасаясь той же участи, Владимир бежал к варягам за море, через два года вернулся, занял Новгород, объявил войну Ярополку и присватался к Рогнеде, дочери полоцкого князя. Отказ Рогнеды привел к взятию Полоцка, гибели князя Рогволода и насильному захвату Рогнеды в жены Владимира. Когда Ярополк погиб, Владимир вокняжился в Киеве. Варяги, помогавшие Владимиру, потребовали дани, но Владимир избавился от них, частью разослав их по городам, частью услав в Византию. В 981 г. Владимир покоряет червенские города, в 982 г. идет на вятичей, в 983 г. – на ятвягов. В 984 г. – поход на радимичей, в 985 г. – поход на болгар, не известно каких – волжских или дунайских.

Военные походы Владимира укрепили положение Древнерусского государства. Киевский князь покорил вятичей, радимичей и ятвягов; воевал с печенегами, Волжской Болгарией, Византией и Польшей. Значительную роль в формировании территории Киевской Руси сыграл поход в Червенско-Перемышльскую землю, захваченную Польшей. Для организации обороны от печенегов киевский князь соорудил несколько оборонительных рубежей с системой крепостей по рекам Десне, Осетру, Трубежу, Суле, Стугне. Это была первая в истории Руси засечная черта. Для защиты Южной Руси Владимир сумел привлечь кочевые племена из северной части Степи. Борьба с печенегами, которой руководил Владимир, отвечала интересам всех социальных слоев Древнерусского государства. Успешная борьба с печенегами привела к идеализации личности и княжения Владимира. В народном эпосе он получил имя Владимира Красное Солнышко. На самом деле Владимир был коварным политиком, в борьбе с Ярополком и при взятии Херсонеса не брезговал помощью предателей.

Жесткий характер политики Владимира ярко проявился в реформе религии. Сначала князь решил превратить народные языческие верования в государственную религию и для этого насильно установил в Киеве и Новгороде культ главного дружинного бога Перуна. Около 988 года он заменил язычество христианством, которое принял из Византии после захвата греческого города Херсонес в Крыму и женитьбы на сестре византийского императора Анне (Крещение Руси). Как креститель Руси Владимир канонизирован Русской православной церковью. При Владимире был заново укреплен и застроен каменными зданиями Киев. Симптомом будущих княжеских распрей стало выступление против Владимира его сына Святополка. В целом время княжения Владимира является периодом подъема Древнерусского государства: становления феодального строя, успешных завоевательных походов, развития культуры, земледелия и ремесел.



3.2 Форма правления и государственного устройства



Политический строй Древнерусского государства можно охарактеризовать как смешанную форму правления, в которой участвуют два элемента: во-первых монархический в лице князя, а во-вторых демократический в виде веча.

Князья Рюриковичи владели волостями. Волости эти слагались в системы по отдельным землям вокруг главных городов. А в общей сумме земли-волости составляли древнюю Киевскую Русь. На волостях русских княжили представители Рюрикова рода. Княжение понималось как владении е по праву, Право на каняжение в данной волости приобреталось прежде всего наследованием по отцу. Князь-отец наделял сыновей волостями при жизни или в предсмертном «ряде».

Каждая волость, объединённая вокруг стольного города состояла из ряда городских (пригороды) и сельских (верви) общин. Со значительно развитым самоуправлением. Над ними стояла власть веча главного города. Главный город каждой волости становится представителем всего населения, а его вече – верховной властью. Все свободные жители могли участвовать на вече. Первоначально функции веча включали в себя всю полноту государственного правления: правообразование, суд, администрирование, – всё это было характерно для народных собраний с древнейших времён. Позднее за вечем остаются функции высшего управления: призвание и изгнание князей, контроль над управлением, высший суд, законодательство, международные отношения и т.д.

Текущее управление осталось делом вервей и городских общин, сотен и разраставшегося княжеского административного аппарата.

Вече не централизовало управления волости, не имея вне княжеской администрации и органов для какой–либо своей администрации.1) Призвание князя вечем сопровождалось утверждением между ними особого договора «ряда» в котором подробно регламентировалось взаимоотношение между князем и призвавшим его вечем.

Наряду с этой основной функцией веча стоит его власть над народным ополчением, Оно мобилизовывалось не иначе как по решению веча. Но в то же время для мобилизации народного войска необходимо было организующее влияние князя.

Утвердившись в Киеве, князья стали устанавливать в подвластной стране государственный порядок. Для обеспечения сбора налогов из числа дружинников или родственников князя назначались посадники, которые имели собственные дружины и контролировали обширные территории. Сбор дани производился двумя способами: 1) повозом, – при этом установленная дань привозилась на двор князя; и 2) полюдьем, – князь или его наместник сам собирал дань, объезжая территорию. В качестве дани обычно использовалась пушнина и исчислялась в белках, соболях, куницах. Есть также свидетельства об использовании в качестве дани монет иноземной чеканки – шелягов. Дань собиралась зимой, а весной с половодьем собранную дань отправляли на плотах и лодках по рекам. По Днепру и далее по Чёрному морю совместно с лодками купцов, киевские князья отправлялись в Константинополь (Царьград). Дань которую собирал киевский князь, как правитель, служила ему в то же время средством и для торговых оборотов; став государем, как конинг, он, как варяг, не переставал ещё быть вооружённым купцом1).

После гибели князя Игоря на древлянской земле, его супруга княгиня Ольга упорядочила сбор дани установлением её размеров – уставов и уроков, и административных центров, куда эта дань свозилась.

В непосредственном обладании киевского княжеского рода Киева являются только Киев, Переяславль и Новгород. Старое семейное право покоилось на нераздельности житья и владения.

Исследуя социальный состав древнего киевского общества, можно отметить три древнейших его слоя:

а) высший, называемый старцами «градскими»; это земская аристократия, к которой некоторые исследователи причисляют и огнищан.

б) Средний класс составляли люди (ед. ч.: людин), мужи, соединенные в общины, верви.

в) Холопы или челядь – рабы и притом безусловные, полные, обельные («облый» круглый) – были третьим слоем.

С течением времени это общественное деление усложняется.

Наверху общества находится уже княжеская дружина, с которой сливается прежний высший земский класс. Дружина состоит из старшей бояр думающих и мужей храборствующих», составлявших думу князя с которой он советовался о делах правления и младшей отроков, гридей. Из рядов дружины назначается княжеская администрация и судьи (посадник, тиун, вирники и др.)

Класс людей делился определенно на горожан (купцы, ремесленники) и сельчан, из которых свободные люди называются смердами – они платили князю дань, образуя податные сообщества. Крестьяне, селившиеся в землях частных владельцев, бравшие ссуду семенами или деньгами назывались закупами. Закупы не рабы, но ими начинается на Руси класс условно зависимых людей, с течением времени сменивший собой полных рабов.

Дружина и люди не замкнутые общественные классы: из одного можно было перейти в другой. Основное различие в положении их заключалось, с одной стороны в отношении к князю (одни князю служили, а другие ему платили; что же касается до холопов, то они имели своим «господином» хозяина, а не князя, который их вовсе не касался), а с другой стороны – в хозяйственном и имущественном отношении общественных классов между собой.






Заключение



В процессе образования Древнерусского государства можно выделить 4 этапа:

1 Разложение родоплеменных отношений. В связи с усиленной миграцией в V–VII вв. происходило смешение славянского населения, пришедшего с Карпат и Дуная с местным населением Восточно-Европейской равнины. Соседская община постепенно сменила родовую. Улучшение технологий и орудий труда способствовало появлению товарных излишков, что привело к товарообмену и возникновению имущественного неравенства.

2. Для обеспечения товарообмена возникают посады, а затем и города. Выделяются группы по способу жизнеобеспечения: производители продукции, торговцы, воины. Проявляется доминирующее положение городов над окрестными селениями. Межплеменные конфликты усиливают роль военных руководителей и способствуют их обогащению.

3. Захват князьями власти в городах и весях. Формирование дружины, как аппарата подавления и администрирования. Имущество князя позволяет ему направлять дружину на решение политических задач.

4. Происходит объединение восточнославянских и некоторых других племён в Древнерусское государство – Киевскую Русь. Оформляются принципы передачи власти, регулируется сбор дани, выстраиваются межгосударственные взаимоотношения, вводится государственная религия.

Таким образом, к концу Х века на территории от Белого до Чёрного морей и от Карпатских гор до придонских степей складывается государство, просуществовавшее до середины XIII века и ставшее общей колыбелью русского, украинского и белорусского народов.




Список использованных источников и литературы



		Ключевский В.О. Краткое пособие по русской истории. – М.: Рассвет, 1992

		Иловайский Д.И. Начало Руси – М.: Олимп, 2002.

		Гедеонов С.А. «Варяги и Русь» – М.: Русская панорама, 2005.

		Гумилёв Л.Н. От Руси к России: очерки этнической истории – М.: Экопрос, 1992

		Пресняков А.Е. Княжеское право в древней Руси. Лекции по русской истории. Киевская Русь. – М.: Наука, 1993.



2