Первые всемирные промышленные выставки конца XIX – начала XX вв.

Первые всемирные промышленные выставки конца XIX – начала XX вв.

Валерий Софронов

Каждый месяц в нашем городе открываются промышленные выставки товаров, услуг, новых технологий. Такие выставки теперь все стали международными, узкоспециализированными, с высоким уровнем организации и оснащения, высококлассной рекламой. Дизайн выставок настолько унифицирован, принцип построения доведен до такого автоматизма, что любая экспозиция собирается из модулей за 1...2 дня, а то и за несколько часов. Лаконизм, рационализм, обилие технологической информации, использование электронной вычислительной техники, полное отсутствие развлекательных элементов привели к тому, что выставки посещают только специалисты, на них уже почти не попадает простой обыватель. Но всегда ли так было? Вспомним, как это начиналось.

В 1960 году в Киеве на ВДНХ проходила выставка науки, техники и культуры Чехословакии, посвященная 15-летию образования ЧССР. Никогда не забуду огромную многокилометровую очередь, толпы народа и совершенно ошеломляющее впечатление, произведенное выставкой на взрослых и детей. Для советских людей, привыкших к уныло-пыльным экспозициям советских павильонов, выставка ЧССР стала окном в новый неведомый мир дизайна и торгово-промышленной западной культуры. Выставка начиналась с легкого модульно-дюралевого павильона, покрытого ярко-синим брезентом и пристроенного к капитальному кирпичному павильону (так оригинально была осовременена сталинская архитектура ВДНХ). Прекрасно выстроенная экспозиция в разных уровнях, экспонаты на разновеликих подиумах, кубах, легкие пластиковые перегородки, четкая система информационных коммуникаций-указателей – все было интересно и необычно. Плюс услужливые улыбчивые молодые экскурсоводы, горстями раздающие памятные значки, жвачки, красочные проспекты, бумажные шапочки и флажки. Помимо основного павильона, были построены павильоны для кафе и закусочных, многочисленные киоски, торговавшие сладостями, детскими игрушками, книгами. Отцы семейств наслаждались чешским пивом в ресторане «Прага», а дети – аттракционами. Здесь был выстроен целый комплекс развлечений: цепная карусель, впервые в Киеве – «Чертово колесо», «Американские горки», в кинотеатре бесплатно показывали чехословацкие фильмы. Голова «была квадратной» от впечатлений, ноги гудели от усталости, зубы ныли от замечательных карамелей-тянучек.

Позднее народ также валом валил на выставку американского дизайна, американской фотографии, связи. Впоследствии я видел сотни разных выставок и сам принимал участие в их проектировании, но эту первую в своей жизни выставку я запомнил на всю жизнь.

Поэтому понятны чувства, испытываемые лондонцами и парижанами – посетителями первых промышленных выставок, «праздников жизни» новой эпохи конца XIX – начала XX века.

Пиршество эклектики

«Развитие культуры похоже на поход армии, большинство которой составляют отставшие солдаты.Я, быть может, живу уже в 1913 году. Однако один из моих соседей – в 1900 году, другой только в 1830»

А.Лоос, австрийский архитектор

Инициатором официального показа промышленных изделий стала Англия – первая страна капитализма, авангард новой экономической формации. Произошло это в 1756 году. Но эта выставка еще не была не только всемирной, но и международной. Первая всемирная выставка открылась почти через 100 лет – в 1851 году в Лондоне, когда стали очевидными необходимость расширения рынка и поиск новых потенциальных потребителей продукции стремительно возрастающей промышленности. Торжество новой техники называлось: «Великая выставка изделий промышленности всех наций 1851 года».

Для экспозиции выставки был специально построен архитектором Джозефом Пэкстоном грандиозный дворец из стекла и стали – Кристалл-палас (Хрустальный дворец). Именно здесь в выставочной архитектуре произошел сдвиг от живописности и украшательства к инженерии, что стало главной тенденцией развития архитектуры XX века. В проекте дворца был использован принцип металлического каркаса – железные столбы и рамы со стеклянным заполнением, модуль несущих столбов в 24 фута (примерно 720 см), монтаж готовых блоков.

Дворец стал эпохальным сооружением, предвосхитившим новые методы строительства.

В.В.Стасов – великий русский критик – признал за Англией, которую привыкли считать «классической страной антихудожественности», пионера нового движения, усмотрев в Хрустальном дворце прообраз архитектуры будущего, новое чудо света, затмившее «печальные пирамиды египетских мертвецов и колизеи римлян. Лондонский гигант, сложенный для того, чтобы созвать в него все народы мира, чтобы увидеть все, что человечеством создано великого, гениального, на всех разрозненных концах его. Великая цель родила великое произведение».

Со второй половины XIX века начали меняться экономические условия, технический уровень и потенциал, но эстетический фон эпохи менялся медленно, почти незаметно. Эстетические нормы классицизма были уже полностью разрушены. Интерьера, объединенного единым стилем культуры, больше не существовало. В выставочных экспозициях, как в зеркале, отразилась вся пестрота европейской архитектуры, и во всем – безудержный эклектизм.

Начиная с «Хрустального дворца», всем выставочным павильонам дальнейших выставок придавали вид «дворцов». Они так и назывались – «Дворец сельского хозяйства», «Дворец электричества» и т.д., дворцы всех видов, всех эпох, в любом материале – от металла и стекла до злаков и овощей.

Первые экспонаты промышленных выставок представляли собой любопытное зрелище. Инженеры, создавая опытные выставочные образцы паровозов, котлов локомобилей, насосов и сенокосилок, пытались придавать им те или иные архитектурные формы в стиле барокко, готики, предназначенные для иных функций и возникшие совсем в иные времена, обильно покрывали их орнаментикой методом литья, чеканки и т.д. Прототипом выставочного оборудования – витрин, стендов, подставок – служили шкафы и комоды, «горки» для фарфора, пюпитры для нот, балдахины из тканей, спальные ложа – элементы парадного интерьера. Все это называлось МИОБЕЛЬ ДЛЯ ЭКСПОЗИТОВ. Натуральные экспонаты, промышленные изделия просто «тонули» в антураже «неоготик», «неоренессансов», «а ля рюсс», в бесконечных фронтонах, пилястрах, каннелюрах, фризах-карнизах.

Страны-участницы шли на все, чтобы перещеголять друг друга, поразить воображение обывателя любыми самыми нелепыми, как сейчас бы сказали, «приколами». В особо большой моде были гипертрофированные экспонаты – уникумы, скульптуры и архитектурные декорации из изделий промышленности и сырья. Воздвигались гигантских размеров свечи, сахарные головы, пивные бутылки, статуи из серебра и соли, шоколада и золота. Демонстрировался монолит антрацита весом 65 пудов, в павильоне Крупна – пушка весом 124 тонны. В Чикаго на выставке 1893 года были выставлены модели ячменя с листьями и хмеля из чистого золота, в земледельческом отделе целый фасад был сделан из кукурузы, кукурузные скульптуры, даже знамена и гербы, мебель из гигантских натуральных тыкв и картофелин.

Экспозиция выставок делалась по фирмам, как и ныне, но с той разницей, что выставки не были специализированными. Один и тот же завод производил разные товары, и на одном стенде оказывались колокола, пушки и всякая бытовая мелочь. Не было тематического разделения. В результате – рядом с кабинетной мебелью – паровой молот и электрический телеграф Сименса.

Как только здание павильона было закончено и уходили архитекторы и строители, на смену им приходили не художники и дизайнеры, а приказчики фирм, которые размещали экспонаты и украшали раздел выставки по своему вкусу без всякой системы. Полностью отсутствовала композиционная идея – концепция выставки. Роль объемных доминант в «экспозитах» разных стран выполняли разнообразные «ворота» – вестибюли в виде уменьшенных копий знаменитых храмов и дворцов данной страны.

H.В.Гоголь, имевший дар исторического предвидения, стал пророком, написав однажды: «Мне прежде приходила очень странная мысль. Я думал, что весьма не помешало бы иметь в городе такую улицу, которая вмещала в себе архитектурную летопись... Эта улица сделалась бы тогда историею развития вкуса, и кто ленив перевертывать толстые тома, стоило бы только пройти по ней, чтобы узнать все». Такая улица, впервые сооруженная в 1851 году на Всемирной выставке в Лондоне, стала затем обязательной на промышленных выставках, преследуя просветительскую идею. Эти улицы, уменьшенных архитектурных копий стали называть АРХИТЕКТУРНЫМ МАСКАРАДОМ.

Но надо заметить, что искусство экспозиции совершенствовалось от выставки к выставке. Постепенно складываются фундаментальные требования к выставочному павильону, к показу изделий. К концу века большое влияние на выставки оказал стиль модерн, своим рационализмом вытесняя безалаберность эклектики. Влияние модерна стало очевидным на парижской выставке 1900 года. Появляется деление не только по странам и фирмам, но и по отделам-отраслям. Создаются модели, макеты для показа производственных процессов. Постоянно совершенствовались и старые методы показа – диорамы и панорамы (первая диорама была устроена в Париже еще в 1822 году Дюгером и Батаном с развлекательной целью). Живописные картины и гравюры с изображением заводов-участников сменялись макетами этих заводов, а то и диорамами. Технический прогресс призвал на службу в выставочные стенды чертежи, таблицы, диаграммы и новейшее изобретение – фотографию. Уже на первой всемирной выставке 1851 года возникла проблема передвижения посетителей по территории выставки. Так появился первый выставочный транспорт (омнибусы). Позднее, на выставке в Чикаго (1893), были впервые применены «подвижные тротуары», передвигавшие на ленте транспортера ежедневно до 10 тысяч посетителей. Появилась проблема утомляемости посетителей. Организация зон отдыха повлекла за собой создание целой индустрии развлечений, что совпадало с желанием устроителей возместить огромные расходы и, как тогда говорили, «не сыграть в плачевный дефицит». Появляются театры, рестораны, а также различные аттракционы, доходные зрелища, так называемые «ГВОЗДИ».

Особой популярностью у публики пользовалась всякая экзотика с ароматом колониальных наполеоновских и английских войн. Создавались «гавайские деревни» и «индийские чайные», стрелковые тиры в стиле африканского сафари, «уголки средневекового Парижа» и т.д.

Дух наживы привлек в индустрию развлечений новинки технической мысли и прогресса: электричество, кинематограф. В Париже «выставка как таковая... отступила на второй план перед зрелищами».

Мысль о создании детского городка развлечений «Диснейленд» в Америке родилась в середине XX века после того, как Диснею, художнику-мультипликатору и бизнесмену, попал в руки альбом «Парижская всемирная выставка 1900 года».

Максим Горький, посетив нижегородскую ярмарку 1896 года, с большим сарказмом писал: «Синематограф Люмьера, раньше чем послужить науке и помочь совершенствованию людей, послужит нижегородской ярмарке и поможет популяризации разврата... Удивляюсь, как это ярмарка недосмотрела и почему это до сей поры Омон-Тулон-Ломач и К° не утилизируют, в виде увеселения и развлечения, рентгеновских лучей? Это недостаток и очень крупный». В индустрии выставочных развлечений широко использовались «оптические дворцы» с лабиринтами зеркал (превратившиеся позднее в комнаты смеха), мареорамы, изображавшие кругосветное путешествие – (движущаяся панорама), мизансцены со статистами в национальных костюмах разных стран, глобусы Галерона (гигантская вращающаяся модель небосвода с волшебным фонарем-стереоскопом). На чикагской выставке огромная толпа глазеет на целлулоидные шарики, чудесным образом держащиеся в воздухе (их поддерживает струя воздуха из пневмотормозов фирмы «Вестингауз»), на фонтан из зерна, приводимый в движение электромотором, мы видим первые примеры динамического показа промышленного изделия. Все эти научно-технические изобретения впоследствии расширили диапазон выразительных средств рекламы. Рекламного, торгового плаката в конце XIX века еще не было, а необходимость рекламной кампании была очевидна. Мы давно привыкли к бесплатной раздаче на выставках всяких рекламных мелочей, а ведь этому рекламному трюку тоже уже более ста лет. Раздавали веера со сведениями о фирме, всякие забавные картонные коробочки, «шутихи», в Париже женщинам бесплатно раздавали цветы (ландыши и фиалки) и все это под грохот оркестров, фейерверков и на фоне карнавалов цветов, шествий ряженых и циркачей.

Требования рекламы, конкуренция делали показы изделий более изобретательными. Вот как решили свои экспозиции две конкурирующие фирмы-производители шоколада на чикагской выставке 1893 года. Производитель шоколада, некий Менье, выставил массив из шоколада весом в 50 тыс. кг (вся дневная продукция фирмы), а его конкурент – Блокерс показал интерьер жилища, в гостиной беседуют дама и девочка в изящных туалетах (восковые манекены), а время от времени входит живая горничная с чашками горячего шоколада, ставит чашки перед манекенами, а заодно и угощает посетителей, которые тут же могут присесть за свободный столик.

Устроители первых выставок рассчитывали на посетителей определенного класса – буржуа среднего и высокого достатка. Каково же было их удивление, когда на выставки, несмотря на высокие цены входных билетов, «повалил» рабочий люд. Шли, как правило, небольшими группами, организованно, со своим, выделявшимся своей решимостью, лидером. Люди в рабочих блузах очень внимательно и сосредоточенно осматривали экспонаты, щупали руками материи, гладили металл промышленных изделий, совещались, оценивали качество работы. Рабочие люди почти не принимали участие в увеселениях (во-первых, не было денег, а во-вторых, не затем приехали, а чтобы посмотреть на плоды своей работы и оценить качество работы чужой).

Впоследствии оказалось, что рабочие предприятий-участников тайком от хозяина выбирали делегатов для поездки на выставку, собирали им деньги на дорогу. Делегаты брали «отпуск за свой счет». Так родился принцип ОБМЕНА ОПЫТОМ И СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ОПРОС посетителей выставок. Умные предприниматели уже сами стали брать с собой на выставки квалифицированных рабочих за свой счет, а устроители выставок – предусматривать и дешевые развлечения специально для малоимущих.

В начале XX века наравне с всемирными промышленными многоотраслевыми выставками стали устраивать и специализированные выставки. С появлением нового архитектурного стиля модерн и в связи с этим – развитием ремесел, новых строительных технологий, во всех странах стали открываться выставки ремесел, архитектуры, конструкций, строительных материалов в русле достижений нового стиля. Все знаменитые архитекторы и строители этого периода прошли через «горнило» первых промышленных выставок, где могли дать свободу своей фантазии, попробовать новые технологии, смело экспериментировать в проектировании выставочных павильонов. Всемирные промышленные выставки стали своеобразной творческой лабораторией, способствовали дальнейшему прогрессу строительной техники. Многие выставочные сооружения и павильоны принадлежат к лучшим образцам новаторской архитектуры.

Хрустальный дворец Джозефа Пэкстона в Лондоне и Эйфелева башня инженера Александра Гюстава Эйфеля в Париже, построенная для Всемирной выставки 1889 года (высотой 123 метра) стали символами всемирных выставок, символами достижений техники конца XIX – начала XX века.

Россия экспозиционная

«Если кому-нибудь нужны эти выставки, как призывы к пробуждению, к мысли, то именно нам. У нас слишком много даровитости, чтобы всемирные выставки не повлияли на нас...»

В.В. Стасов 

Россия, объявившая себя «третьим Римом» после второго – Константинополя (Москва – третий Рим, четвертому не бывать), разрабатывая свой великодержавный архитектурный стиль, назвала его русско-византийским. Добавка «византийский» понадобилась для утверждения имперских претензий. Закономерно, что этот стиль стал доминирующим в русских павильонах всех всемирных выставок.

Первыми выставочными архитекторами и дизайнерами русских павильонов стали В.А.Гартман и И.П.Ропет, работавшие в «русском стиле». В.А.Гартман создал великолепные интерьеры для Всероссийской мануфактурной выставки 1870 года в Петербурге и военного отдела на Политехнической выставке 1872 года в Москве. Гартман украсил павильоны ажурным декором резьбы по дереву, которая больше гармонировала с новыми железно-стеклянными конструкциями, чем тяжеловесные, помпезные формы ренессанса-барокко. Посетители отмечали, что на выставке охватывает «небывалое впечатление света, широко развернувшихся пространств и красоты».

К открытию Политехнической выставки по проекту Гартмана был построен сборно-разборный Народный театр для передвижных гастролей, где был использован опыт народных балаганов. И внешний вид, и интерьеры выглядели необычно, были украшены деревянной порезкой с орнаментами вологодских кружев и красно-белой гаммы драпировками с вкраплениями синего цвета (цвета национального флага России). Холщовые драпировки ослепительно сияли на кумачовом фоне. Пространственная организация театра была демократичной – амфитеатром, традиционные ложи сословной иерархии здесь отсутствовали.

Из-за общего упадка зодчества в эпоху, отличавшуюся неархитектурным пониманием архитектуры, и ввиду ранней смерти, талант Гартмана, его дар изысканного декоратора не смог развернуться в полную силу.

Архитектор И.П.Ропет (Петров) – автор Главного павильона России на Парижской выставке 1878 года, создал сложный конгломерат башен и башенок, крылец и галерей, щедро изузоренный и пестро раскрашенный по правилам «русского стиля». Основной объем представлял собой бревенчатый цветной дом с высокой кровлею с резным «князьком» и заостренным «кокошником». По сторонам центрального здания – целый маленький городок из разных построек: башни, крытые переходы, лестницы, разнообразные окна. Ничто не повторяется, но весь ансамбль в целом полон изящной красоты и стройности.

Фронтон украшен чернильницей с воткнутыми в нее тремя гусиными перьями, клеймами-печатями, диковинными птицами и вязью орнамента-плетенки. В этой композиции использованы «говорящие», иносказательные мотивы древней языческой Руси: плетенка – древние миниатюры в летописях, диковинные птицы – тайны человеческой истории, чернильница и перья – древние орудия средств массовой информации прошлого.

Заметными вехами русской выставочной архитектуры стали павильон русского прикладного искусства на Всемирной выставке в Париже 1900 года (художник К.А.Коровин и архитектор И.Е.Бондаренко) и павильон русского отдела на Всемирной выставке в Глазго (1901) архитектора Ф.О.Шехтеля.

В России и в Украине крупные промышленные и сельскохозяйственные выставки регулярно проводились со второй половины XIX века. Несмотря на то, что они назывались всероссийскими, в них постоянно принимали участие западные страны: Германия, Австрия, Бельгия, Франция и другие страны российские инвесторы. Первая выставка прошла в Одессе в 1820 году. Подобные выставки проходили в Москве, Петербурге, Киеве, Харькове, Нижнем Новгороде, Херсоне, Екатеринославе, Казани и др. городах. Особой популярностью пользовалась Нижегородская ежегодная ярмарка, на территории которой устраивалась и промышленно-художественная выставка. В Нижнем Новгороде, Петербурге и Киеве с 1902 по 1913гг. с развитием архитектурного стиля модерн регулярно устраивались всероссийские кустарные выставки, в экспозициях которых демонстрировалось и украинское народное искусство: ткачество, вышивка, резьба по дереву, керамика.

В 1898 году состоялась «Киевская сельскохозяйственная выставка». Ее еще называли выставкой достижений юго-западного края. Разместилась она на Троицкой площади (ныне центральный стадион), рядом с Большой Васильковской улицей, и имела очень живописный вид. Павильоны были построены в стиле древнерусских теремов. Экспозиция выставки состояла из четырех отделов: сельскохозяйственный, промышленный, кустарно-промышленный и научный. В разных районах Киева в рамках выставки проводились заседания акционерных обществ по всем отраслям. Выставка занимала площадь 3000 кв. сажен (более 13 тыс. кв. м) и располагалась в разных уровнях, вписываясь в рельеф местности. В экспозиции участвовало более 1700 экспонентов.

Под звуки оркестра и крики «ура» выставку открывали Великий князь Петр Николаевич и губернатор Киева граф Игнатьев, которые заседали в штаб-квартире на колесах – электрическом вагоне (трамвае).

Многие фирмы и фабриканты имели свои собственные павильоны: сахарозаводчик Терещенко (павильон – бонбоньерка в финском стиле), граф Потоцкий – охотничий домик, обшитый ценными породами дерева с чучелами птиц и зверей. Германские фирмы – главные инвесторы в России, имели целых 20 павильонов. Киевский пивзавод (на Подоле) построил павильон в виде огромной пивной бутылки (рекламный штамп – гигантские пивные бутылки – присутствовали на многих всемирных выставках).

Киевскому пивзаводу было чем похвастаться – он выпускал 15 сортов светлого, темного, бархатного, медового пива, имел свои магазины в Москве, Петербурге и экспортировал продукцию в другие страны, успешно конкурируя с германскими и австрийскими фирмами.

Свой павильон имела и кондитерская фабрика «Жорж», владельцем которой был отец известного советского киноактера Вацлава Дворжецкого.

Одно из центральных мест выставки занимала огромная диорама, иллюзорно воспроизводившая картины природы: «знойный день», «зимний день», «фейерверк» – всего 12 картин. На всех выставках была традиция награждать победителей золотыми и серебряными медалями «За труд и пользу».

Золотыми медалями были награждены братья Коганы – киевские «папиросные короли», в дальнейшем трижды получавшие Гран-при на всемирных выставках за рубежом (фабрика Коганов – ныне Киевская табачная фабрика).

В 1910 году на аграрной выставке в Екатеринославе отличился украинский кузнец из села Саксагань Екатеринославской губернии Алексей Иванович Рыбка, получивший сразу две золотых и две серебряных медали. Кузнец Рыбка в своей небольшой кузнице наладил ремонт американских плугов по заказу крупного зернозаводчика, генерала в отставке Эраста Бродского. Отремонтировав ни много, ни мало – 1000 плугов, он разработал свою новую технологию кузнечной сварки и сконструировал свои собственные типы плугов и буккеров-культиваторов, за что и был удостоен высоких наград.

Шли годы. Стремительно развивалась и крепла российская промышленность. К 1913 году Россия вышла на первое место по производству чугуна и стали, имела самый высокий национальный доход в Европе; прогрессировала наука и техника. Намного возросла потребность в регулярном проведении крупных международных выставок. Во всем мире промышленные выставки достигли грандиозных размеров. В архитектуре выставочных комплексов появилась строгость и рациональность. Да и искусство экспозиции не стояло на месте, появилась упорядоченность, разделение по отделам и отраслям, исчезли «пыльные драпировки» и нелепая помпезность. В.В.Стасов, наблюдая, как меняется эстетический облик выставок, называл объекты художественно-промышленной техники произведениями искусства и «знамением времени», а эстетизацию предметно-пространственной среды – «социально воспитательной». Да и сама публика – посетители выставок – тоже менялась. О публике первых выставок Стасов говорит: «...ведь у него (зрителя) от этого невиданного зрелища ничего внутри души не загорается, никакого энтузиазма и восторга». Совсем иначе по прошествии времени он оценивает посетителей, которые приехали за сотни и тысячи верст «подышать свободно и отдохнуть на возвышающем их зрелище всемирной человеческой деятельности, тут их торжество, их дворец и университет, и бальная зала, и триумфальная арка».

В 1913 году в Киеве открылась грандиозная, последняя перед первой мировой войной. Всероссийская промышленная выставка. Выставка длилась целых полгода (с мая по октябрь). Она не просто существовала, а постоянно трансформировалась и жила своей насыщенной жизнью как самостоятельный живой организм. Выставка как бы «расползлась» по всему городу, разбилась на отдельные небольшие выставки и различные мероприятия. Основной архитектурный ансамбль выставки начинался на уже освоенной ранее Троицкой площади, а заканчивался на Печерске. Некоторые отделы располагались в Троицком народном доме (театр оперетты) и в Музее народного образования (бывший музей В.И.Ленина на Владимирской). В царском саду была открыта конная выставка, а на Петровской аллее – выставка животноводства и птицеводства. Выставка имела 24 отдела. Среди них горный, машиностроительный, металлообрабатывающий, инженерно-строительный, авиационный, автомобильный, садоводческий, путей сообщения, аграрный, речного пароходства, искусства, спорта и многие другие.

Были выстроены капитальные, для длительного использования павильоны в строгом классическом (неоклассицизм) стиле по проектам архитекторов Ф.Е.Вишневского, М.О.Шехонина, В.В.Городецкого и еще группы зодчих. Отдельные павильоны сохранялись до 1977 года. Территория выставки была украшена клумбами, газонами, фонтанами. На протяжении шести месяцев в разное время проводились всероссийские съезды акционерных обществ, заводчиков, кооператоров, городских деятелей. Была даже организована спортивная олимпиада. Поистине грандиозный размах.

Полгода киевляне жили этой выставкой, неслыханно обогатилась городская казна, на целых полгода Киев стал «столицей Мира и окрестностей» – шутили киевляне. Такого расцвета и внимания к себе Киев не переживал – ни ранее, ни позже.

Свойство предметного мира отражать характер эпохи проступает все отчетливее по мере удаления от нее. В материальной культуре прошлого мы лучше всего прочитываем полустертые следы реальных, ушедших людей. С выставочной экспозиции начался профессиональный дизайн, лучшие всемирно-известные художники, архитекторы, инженеры конца XIX – начала XX века в проектировании выставок оттачивали свое мастерство, выступили как активные носители новой визуальной культуры. После первой мировой войны Европа несколько лет «зализывала раны», и всемирные промышленные выставки появились вновь только в 20-х годах, но это были уже совсем другие выставки, не имеющие ничего общего с «праздниками жизни» на сломе веков.