Тутанхамон и его время

Тутанхамон и его время

Что было известно о Тутанхамоне до открытия его гробницы? Даже в самых подробных обзорах истории Египта ему уделяли не более двух-трех абзацев, а иногда ограничивались лишь упоминанием его имени. И не удивительно. Одна стела, возвещающая о восстановлении при нем культа верховного бога страны Амона, на которой имя его было заменено именем правившего за ним фараона Хоремхеба; скульптурная группа, где он изображен вместе с этим богом (причем голова Тутанхамона отбита), да несколько предметов и амулетов сего именем - вот все, что дошло от девятилетнего царствования Тутанхамона, вступившего на престол еще ребенком и скончавшегося в возрасте восемнадцати - девятнадцати лет. Да и насыщенные бурными и во многом для нас неясными событиями годы его царствования отнюдь не благоприятствовали сохранению памяти о нем, тем более что для этого были приняты соответствующие меры. Когда тысячелетие спустя в конце IV в. до н. э. жрец Манефон, основательно изучивший прошлое своей родины, писал ее историю, он даже не упомянул Тутанхамона в перечне былых владык.

 Но теперь этот фараон не менее знаменит, чем самые прославленные правители Египта - строители пирамид Хеопс и Хефрен, великие завоеватели Тутмос III и Рамсес II, реформатор древней религии - "еретик" Аменхотеп IV (Эхнатон). Слава пришла к Тутанхамону спустя более трех тысячелетий после смерти благодаря счастливой случайности — открытию гробницы. Но можно ли это объяснить только счастливым случаем? Ведь все имеет известную закономерность. Для того чтобы понять, как это произошло, придется начать издалека.

 Но прежде оговоримся: не следует удивляться многочисленным "вероятно", "возможно", "по-видимому", "быть может" и т. п., которыми будут изобиловать последующие строки. До нас не дошли ни летописи, ни хроники, повествующие о событиях того времени. Мы располагаем лишь случайными и неполными источниками, по которым, как из отдельных камней поврежденной мозаики, значительная часть которой безнадежно утрачена, далеко не всегда удается полностью восстановить картину событий. Попытаемся в общих чертах рассказать о Тутанхамоне и его времени лишь то, что более или менее определенно установлено, использовав не только те сведения, которые удалось получить в результате открытия его гробницы, - кстати сказать, довольно скудные, - но и все то новое, что накопилось за прошедшие с той поры десятилетия.

 Основатель XVIII династии - правитель Фив фараон Яхмос I победоносно завершил дело своих предшественников и около 1560 г. до н. э. окончательно изгнал из пределов Египта племена азиатов - гиксосов, которые почти полтора века угнетали страну. В борьбе с поработителями он сплотил отдельные области - "номы", как их называли греки, - разобщенные многолетними смутами и иноземным игом. Объединив страну, Яхмос I, преследуя врагов, вторгся со своими отрядами в Южную Палестину и восстановил господство египтян на юге - в Куше (Северной Нубии). Этим было положено начало тому периоду в истории Египта, который впоследствии получил название Нового царства, по восходящей к Манефону традиции. Преемники Яхмоса I - его внук Тутмос I и особенно внук последнего Тутмос III оказались достойными продолжателями начатого им дела. В результате многолетних не прекращавшихся походов они подчинили Египту все примыкающие страны, от южных районов Малой Азии - начала западной излучины Евфрата - до четвертого порога Нила. На 3200 км с севера на юг простерлись владения фараонов. Египет стал гегемоном передневосточного мира. С ним не могли соперничать ни могущественная Хеттская держава, ни воинственное царство Митанни, расположенное в долине Евфрата и его притоков. В столицу Египта Фивы стекались несметные богатства: золото из рудников Куша, благовония и ценные породы дерева из страны Пунт (очевидно, современное побережье Сомали), серебро, медь, слоновая кость, изделия искусных ремесленников Сирии, Кипра и Крита, драгоценные камни и, наконец, рабы. Конечно, львиная доля богатств доставалась фараону, жрецам и знати. Небывалая роскошь господствовала при дворе "владыки Обеих земель", как титуловали себя правители Египта. Им подражали вельможи и сановники. Кое-что доставалось и средним слоям населения - зажиточным земледельцам и ремесленникам. Но массы крестьян по-прежнему оставались обездоленными. К их обычным повинностям и тяготам добавились новые: непрестанные военные кампании отрывали их от труда, разоряли, но не приносили почти никаких выгод. Разумеется, сказалось это не сразу. И в годы правления Аменхотепа III (ок. 1455-1424 гг. до н. э.), правнука Тутмоса III, Египет достиг такого могущества, каким не обладал ни до, ни после этого. Никто не решался противостоять сильнейшему из владык. Цари окружающих стран обращались со льстивыми посланиями в Фивы, униженно восхваляя их правителя, заверяя в своей верности и покорности и выпрашивая подачки. Письма шли от князьков Сирии и Палестины, от царей далекого Вавилона и нередко сопровождались просьбами о присылке золота. "...Пусть брат мой пришлет золото в очень большом количестве, без меры, и пусть он пришлет мне больше золота, нежели моему отцу, ибо в стране моего брата золото все равно что пыль", - так писал грозный Душратта, царь Митаани.

 Знания наши об этом времени смутны, неполны, а порой и противоречивы. Многое остается загадочным. Разные гипотезы, нередко зыбкие и мимолетные, сменяют друг друга. Чтобы объяснить события того времени, мы часто вынуждены воздерживаться от определенных выводов до получения убедительных доказательств. Так, например, лишь недавно удалось установить со значительной долей уверенности, что Аменхотеп III был сыном Тутмоса IV. Возможно, в юности ему не прочили престола. Женой его стала некая Тии, дочь Йуйи и Туйи. По-видимому, они принадлежали к провинциальной знати и, быть может, имели значительную примесь нубийской крови. Тем самым была нарушена давняя традиция. Обычно фараоны для сохранения чистоты крови женились на ближайших своих родственницах, которые получали титул "главной супруги", а сыновья их наследовали престол. 

Но Аменхотеп III пренебрег обычаем предков и возвысил Тии над всеми своими женами, тем самым нарушив установленную традицию. Как мы можем предположить, Тии была женщиной умной и энергичной и, должно быть, оказывала большое влияние на своего царственного супруга. Все это, вместе взятое, видимо, вызывало недовольство в придворных кругах, где отношение к Тии и ее сыну, будущему фараону Аменхотепу IV (супругу Нефертити), скорее всего, было недоброжелательным. Во всяком случае, Аменхотеп III счел необходимым подтвердить права своей главной жены, поставив ее имя рядом со своим на некоторых надписях.

 Окруженный роскошью Аменхотеп III почти сорокалетнее свое царствование провел, наслаждаясь миром и покоем - благо воевать уже не было нужды. Он воздвигал дворцы и храмы и щедро одарял жрецов, экономическое и политическое влияние которых значительно возросло еще при его предшественниках, стремившихся снискать милость богов - прежде всего бога Фив - Амона, возглавлявшего общеегипетский пантеон. Возможно (насчет этого не существует единого мнения), к концу жизни Аменхотеп III сделал сына соправителем, как нередко случалось и при других фараонах, а сам отстранился от дел. Таким образом, Аменхотеп IV и его мать стали полновластными правителями страны. Им приходилось преодолевать оппозицию знати и жречества.

 Конфликт этот, конечно, ни в коем случае не следует объяснять одними лишь личными симпатиями и антипатиями. Причины тому были много глубже и серьезнее. В то время противоречия между царем-деспотом и господствующей прослойкой, т. е. рабовладельческой знатью, составлявшей по существу единое целое со жрецами, резко обостряются. Фараон для сохранения и упрочения своей власти был вынужден искать поддержки у военачальников, важнейших сановников, высших кругов жречества, но они, особенно жрецы, накопившие огромные богатства и обширные земельные угодья, фактически ограничивали его власть. Храмам принадлежали целые города и поселения. Чтобы ослабить противника, следовало лишить его основного оружия - в данном случае идеологического влияния. Сила жрецов и тесно связанной с ними знати, естественно, зиждилась на религии.

 Традиционные религиозные представления во многом оказались теперь неприемлемыми. Египет при фараонах XVIII династии стал первой мировой империей. Ей должна была соответствовать и религия. А древние ее формы с чисто египетскими характерными чертами и особенностями мало удовлетворяли новым потребностям и оставались непонятными и чуждыми населению покоренных стран.

 Египетская религия действительно была довольно сложна и своеобразна. Первоначально каждая область - "ном" - имела своих богов, сохранивших на тысячелетия в силу присущего Египту консерватизма, обусловленного медлительностью развития производительных сил и связанных с ними производственных отношений, многие черты первобытных представлений, в частности зооморфизм. Отсюда столь распространенный в Египте культ животных, вызывающий удивление и недоумение иноземцев. Затем, по мере объединения страны, во главе общегосударственного пантеона обычно ставились боги того нома, который в данное время занимал господствующее положение. Когда в середине III тысячелетия до н. э. к власти пришли фараоны V династии, происходившие, видимо, из жрецов города Она-Гелиополя, как его называли греки, где почитался бог солнца Ра, последний стал верховным богом всей страны. В эпоху Среднего и Нового царств возвысились Фивы, и культ главного бога этого нома - Амона распространился по всему Египту, причем его отождествили с Ра. Одновременно в номах повсеместно почитались местные боги, а наряду с ними обожествлялись земля (Геб), небо (Нут), воздух (Шу), владыка царства мертвых (Осирис) и т. д.

 В самом начале своего правления Аменхотеп IV устанавливает культ бога Атона. Слово "атон" прежде, во времена Среднего царства, обозначало "солнечный диск" к лишь позднее, при XVIII династии, стало чаще и чаще употребляться как имя солнечного божества. Издревле в некоторых номах бог солнца под различными именами - Ра, Атум, Гор - стоял во главе местных пантеонов. Но культ и связанные с ним идеи, введенные молодым царем, отличались многими особенностями.

 В первые годы правления или еще соправления с отцом Аменхотеп IV только выделял Атона среди прочих богов, провозгласив себя его верховным жрецом и усердно сооружая ему храмы. Этим он урезал доходы клира прочих богов, в первую очередь фиванских, что, естественно, не вызвало у жрецов особенного воодушевления, так же как и у знати, ибо царь стал приближать к себе новых людей, далеко не аристократического происхождения. Противоречия усиливались. В конце концов, примерно на 6-м году царствования, фараон решил радикальными мерами навсегда' покончить с домогательствами своих противников. Атона провозгласили единственным богом, культ всех прочих богов был отменен, храмы их закрыты, а жрецы, возможно, разогнаны. Стремясь стереть даже память об именах прежних богов. Аменхотеп IV приказал повсеместно их уничтожить. Особенно тщательно стиралось и соскабливалось имя Амона, жрецов которого более всего ненавидел царь. Фараон не пощадил ни имени своего отца, ни своего собственного, так как в них входило столь неприятное ему слово ("Аменхотеп" значит "Амон доволен"). Он стал называть себя "Эхнатон", т. е. "Угодный Атону". Более того, чтобы окончательно порвать со всеми традициями, царь оставляет столицу своих предков Фивы и в 450 км севернее, недалеко от современного Асьюта. основывает на пустом месте новую резиденцию, которой дает пышное название - "Ахетатон" ("Горизонт Атона"). Теперь эта местность называется Тель-эль-Амарна. по имени обитавшего здесь прежде арабского племени бени-амран. Вот почему в современной науке время правления Эхнатона получило название Амарнского периода, а столица его - Тель-Амарна или Амарна.

 В результате проведенной Эхнатоном реформы религия стала несколько прогрессивней. Ее универсализм более соответствовал потребностям Египетской державы. Кроме того, это был неоспоримый шаг вперед по на правлению к более передовым на том уровне человеческого сознания монотеистическим представлениям. Зародились подобные идеи. видимо, еще при отце Эхнатона. Недаром роскошная барка, в которой он вместе с Тии совершал увеселительные прогулки, именовалась "Великолепие Атона".

 После смерти Аменхотепа III внешне все как будто оставалось по-прежнему: так же поступала дань в сокровищницы фараона, так же безропотно гнули спину, выполняя повинности, миллионы земледельцев и десятки тысяч рабов, такие же униженные письма слали правители палестинских и сирийских городов, все такими же полными хозяевами сознавали себя "царские сыновья Куша" - наместники в далекой знойной, обильной золотом Нубии. Но на севере уже сгущались тучи. Появляются племена хабиру - кочевники Сирийской пустыни, охотно служившие наемниками там, где им было выгоднее. Они вторгаются из окрестных степей и доходят до прибрежных финикийских городов. Да и хеттские цари зарились на египетские владения в Сирии. Некоторые правители городов встречают их радостно, надеясь с помощью пришельцев избавиться от египетского ига; другие тщетно взывают к Эхнатону, моля его поспешить на помощь и прислать войска. Но фараону, целиком поглощенному проводимыми им реформами и внутренними распрями, было не до них.

 А недовольство в Египте росло. Теперь не только жрецы и знать, но и средние слои населения не поддерживали фараона. Расправляясь с их помощью со своими противниками, Эхнатон ничего не давал взамен. Нельзя, наконец, недооценивать и значение идеологического фактора. Народ за многие столетия привык к своим богам - традиции в Египте были всегда очень прочны и устойчивы, - верил в них, и, конечно, никакие декреты и административные меры не могли принудить его отказаться так быстро - в течение нескольких лет - от религии предков. Неудачи в Азии приписывались отступничеству царя и гневу исконных богов.

 Словом, Эхнатон оказался в изоляции. Дабы удержаться на престоле, он вынужден был впервые в истории Египта прибегнуть к помощи наемников, скорее всего обитателей Эгейских островов. Таково оказалось внешнее и внутреннее положение страны к концу семнадцатилетнего правления "еретика", или "преступника из Ахетатона", как называли его впоследствии, чтобы не произносить преданное проклятию имя.

 Правда, по некоторым намекам, очень смутным и неопределенным, можно предположить, что в последние гады правления под воздействием матери - царицы Тии, но-видимому сохранившей свое влияние, или просто осознав надвигающуюся опасность, Эхнатон отказался от крайнего ригоризма и пошел на некоторые уступки.

 Главной супругой его была Нефертити - красота и грация которой увековечены в ее скульптурном портрете, ныне столь же известном, как и портрет Джоконды Леонардо да Винчи. Кто были ее родители? - Когда и как появилась она во дворце фараонов? Обо всем этом пока можно лишь гадать. Нефертити считали то дочерью царя Митаняи - Душратты, то дочерью Аменхотепа III от одной из его многочисленных жен. Но, скорее всего, она не принадлежала, к царскому роду. Единственная родственница ее, о которой что-либо известно, - сестра Мутнеджмет, никакими титулами не обладала. Царица, видимо, не менее своего мужа была предана новой религии.

 От Нефертити Эхнатон имел шесть дочерей. Старшая дочь - Меритатон на 13-м году правления отца была выдана замуж за царевича Сменхкара. Вторая умерла в детстве: сохранилось рельефное изображение царственных родителей, горестно заламывающих руки над ложем умершего ребенка, а третья дочь-Анхесенпаатон стала впоследствии женой, по всей вероятности, брата Сменхкара - Тутанхатона, будущего фараона.

 О происхождении Сменхкара и Тутанхатона достоверных сведений не сохранилось. Все гипотезы и догадки ученых, занимавшихся этим вопросом, основываются на косвенных и очень неполных данных. Они сводятся в общем к двум предположениям: либо оба царевича были сыновьями Эхнатона от других жен, либо его сводными братьями. В пользу второй гипотезы свидетельствует то, что в гробнице матери Тии, обнаруженной в 1907 г. в Долине царей, была найдена мумия молодого человека, как полагают некоторые ученые, - Сменхкара. О других доказательствах, могущих подтвердить эту теорию, будет сказано далее. Но судя по возрасту братьев, определенному медицинским освидетельствованием мумий, они родились слишком поздно, чтобы быть детьми Аменхотепа III. В этом случае приходится допустить, что последний жил еще очень долгое время после вступления на престол Эхнатона. Однако памятники об этом молчат. Но как бы то ни .было, и мумии Сменхкара и Тутанхатона, и их изображения обнаруживают несомненное семейное сходство с Эхнатоном и его дочерьми - прежде всего формой патологически удлиненного, оттянутого назад черепа.

 Сменхкара после женитьбы на Меритатон был если не тотчас, то вскоре объявлен соправителем фараона. Болезненный юноша прожил после этого недолго - около трех лет - и скончался, видимо, незадолго до смерти самого царя-еретика. Никаких сколько-нибудь заметных следов правление Сменхкара не оставило, и даже, как уже упоминалось, нет твердой убежденности, что останки его покоились в усыпальнице Тии. Что касается Эхнатона, то его, видимо, погребли в гробнице, высеченной в окружающих Ахетатон скалах. Во всяком случае, мумия его не обнаружена, хотя некоторые египтологи и предполагали, что именно его останки, а не Сменхкара укрыли от врагов в склепе Тии. Скорее всего, мумия Эхнатона не сохранилась. После реставрации культа Амона мстительные жрецы не ограничились повсеместным уничтожением имен царя и Атона, но надругались и над своим мертвым врагом, лишив его тем самым, по представлениям древних египтян, посмертного существования и вечного блаженства.

 Таким образом, открылся путь для вступления на престол второго наследника, названного при рождении Тутанхатоном. Его права узаконил брак с прямой наследницей - принцессой Анхесенпаатон. Точная дата смерти Сменхкара неизвестна. Поэтому мы не знаем, был ли Тутанхатон хотя бы недолго соправителем Эхнатона или унаследовал трон после его кончины. Как это можно заключить на основании некоторых изображений, найденных в гробнице Тутанхамона, Эхнатон все же пережил Сменхкара и сам успел назначить себе преемника. Царствовал Тутанхатон не более девяти лет. Умер он в возрасте восемнадцати-девятнадцати лет, что установлено путем анатомического исследования его останков. Таким образом, в год смерти Эхнатона Тутанхатону исполнилось примерно десять лет. Естественно, самостоятельно править он не мог. Прикрываясь его именем, страной управляли люди более зрелые и опытные. Один из них хорошо известен. Это Эйе, престарелый сановник, долголетний сподвижник Эхнатона. Он был "визирем, носителем опахала по правую руку царя, главным из друзей царя" и "отцом бога", а его жена - в свое время - кормилицей Нефертити.

 Как уже упоминалось, о самом Тутанхатоне известно очень мало. Из текста большой стелы, воздвигнутой им, а вернее, от его имени в главном храме Амона - Карнаке, было установлено, что он возвратился к культу прежних богов и вернул жрецам Амона все их права и достояние. Реставрация произошла не сразу. Некоторые сдвиги, видимо, наметились еще при Эхнатоне. Первые три года после вступления на престол Тутанхатон продолжал еще пребывать вместе со двором в Ахетатоке. Только после того, как сторонники прежней религии окончательно взяли верх, он перебрался в Фивы, и некоторое время спустя имя Атона стали уничтожать с той же энергией и настойчивостью, как за несколько лет до этого преследовалось имя Амона.

 Тутанхатон ("Живое подобие Атона") стал отныне именоваться Тутанхамоном ("Живое подобие Амона"), а царица Анхесенпаатон ("Живет она Атоном") соответственно изменила свое имя на Анхесенпаамон ("Живет она Амоном"). Однако некоторое, правда недолгое, время культы обоих богов сосуществовали. На стеле, хранящейся ныне в Берлинском музее, Тутанхатон приносит моления Амону, хотя называет себя по-прежнему. В Ахетатоне же при раскопках нашли два кольца с надписями, где фараон именует себя Тутанхамоном. Как мы увидим в дальнейшем, доказательства тому обнаружены и в его гробнице. Таким образом, реставрация культа Амона и других исконных богов произошла именно при Тутанхамоне.

 Так завершилась попытка Эхнатона реформировать древнюю религию и укрепить деспотическую власть фараона.

 Возможно, что умиротворение внутри страны, достигнутое при юном царе его ближайшим окружением во главе с Эйе, способствовало и некоторому упрочению внешнего положения Египта. Из надписи в гробнице одного из живших тогда чиновников известно, что несколько сирийских племен регулярно выплачивали дань. Поступали подати и из Куша, где, впрочем, власть Египта не ослабевала даже при Эхнатоне.

 Вот почти все, за исключением отдельных мелких фактов, что мы знаем о Тутанхамоне и событиях времени его царствования. Однако замечание Говарда Картера - "из всей жизни Тутанхамона нам достоверно известен лишь один факт, а именно: он умер и был погребен" - представляется нам все же неверным. При нем, пусть и без активного его участия, завершились события огромного политического и особенно идеологического значения. Реакция, если допустимо применить здесь этот термин, одержала победу и тем самым на десятилетия и даже столетия предопределила дальнейшие судьбы Египта.

 К сожалению, гробница Тутанхамона почти ничем не обогатила наши скудные сведения о политической истории того времени. В ней не обнаружено ни исторических текстов, ни даже папирусов религиозного содержания. То, что удалось установить путем изучения отдельных предметов и изображений, а также в результате обследования мумии царя, в конце концов касается только частностей. Мы можем судить о его личных вкусах и склонностях, но продолжаем оставаться почти в полном неведении о важнейших событиях его царствования.

 Тутанхамона после примерно девятилетнего правления сменил на престоле Эйе. Стремясь закрепить права на престол, несмотря на свои далеко уже не молодые годы, он женился на юной вдове - царице Анхесенпа-амон, чему предшествовали не лишенные драматизма события, о которых еще пойдет речь. Эйе не долго носил двойную корону фараонов. Он скончался на 4-м году правления. Им завершается XVIII династия - самая могущественная на всем протяжении многовековой истории Египта.

 После Эйе престол занял Хоремхеб. Этому талантливому полководцу, энергичному администратору и, очевидно, умному интригану удалось еще при Эйе частично восстановить влияние Египта в азиатских владениях. В дальнейшем он укрепил там свою власть и стабилизировал положение внутри страны. Его царствованием начинается новый период в истории Египта - правление XIX династии, при которой великая цивилизация, достигнув вершины своего развития, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее клонилась к упадку.