Социально-экономическое развитие США

1. Происхождение.  Начало карьеры. Первые успехи и неудачи.

Франклин Делано Рузвельт родился 30го января 1882го года в Гайд-парк в штат е Нью-Йорк в семье состоятельного землевладельца и предпринимателя, имевшей широкие связи в политических кругах северо-восточных штатов. По образованию юрист, учился в привилегированной частной школе в Гортоне, в Гарвардском и Колумбийском университетах. В 1905 году женился на своей дальней родственнице Элеоноре Рузвельт, племяннице Теодора Рузвельта (1858 - 1919)  - государственного деятели и президента США. 

В 1907-1910 годах работал в юридической фирме. Рузвельт рано включился в активную политическую деятельность в рядах Демократической партии. В 1910ом году он избран в сенат штата Нью-Йорк. В 1913-1920 гг - помощник морского министра в правительстве президента Вильсона, выступал за усиление военно-морской мощи США, что было насущно необходимо для осуществления политики "большой дубинки" в глобальном масштабе.

В 1920ом году - кандидат на пост вице-президента США от Демократической партии. Потерпел поражение и вернулся к частной юридической практике и предпринимательству. С августа 1921го года в результате полиомиелита на всю жизнь стал инвалидом, потерял способность свободно передвигаться. До 1928го года оставался "в тени", не заявлял о себе на общественной или политической арене, но становится все более заметной фигурой в руководстве Демократической партии. 





2. Внутренняя и внешняя ситуация в канун президентства Рузвельта.



Посмотрим как складывалась внешняя и внутренняя политика США при ближайших предшественниках Ф. Рузвельта, президентах США.

В течении всего времени становления и развития США их отношения с соседними странами базировались на принципах разбоя и насилия. Одним из "краеугольных камней" в фундаменте внешней политики явилась доктрина Монро, декларация принципов внешней политики США провозглашенная президентом Дж. Монро в послании конгрессу. Выдвинут принцип разделения мира на американскую и европейскую системы и невмешательства США во внутренние дела европейских стран и соответственно невмешательства последних во внутренние дела стран американского континента. Кратко принцип формулировался так: "Америка для американцев". 

Латинская Америка окончательно освобождалась от испано-португальского и иного иноземного господства. США стремились установить безраздельное господство в Латинской Америке. В декларации Монро делается попытка обосновать принцип, ставивший рост могущества США в зависимость от присоединения новых территорий и образования новых штатов что свидетельствовало об экспансионистских устремлениях США в отношении Латинской Америки ( и не только Латинской Америки ) . Под флагом этой доктрины США в захватнической войне против Мексики ( 1846-1848гг ) отторгли свыше половины ее территории. Далее экспансионистские тенденции доктрины Монро получили развитие в доктрине Олни ( 1895г ) и в так называемом добавлении Теодора Рузвельта (1904г), в котором прямо провозглашались претензии США на осуществление роли "международной полицейской силы".  Уже в первые десятилетия 20го века США предприняли интервенции на Кубу, в Мексику, Гаити, Доминиканскую республику, Никарагуа, Панаму и другие страны.

Что касается экономики и внутриполитической и социальной ситуации, то, вступив в первую мировую войну с "опозданием" на два с половиной года, США вышли из нее не понеся никакого заметного урона. Напротив, их экономическое и финансовое могущество, их влияние во всем мире неизмеримо выросли. Военные поставки воющем странам обогатили США, способствовали росту их экономики, а финансовые займы превратили страны Антанты в неоплатных  должников. И далее, десятилетняя полоса правления республиканцев, "эпоха президента Кэлвина Кулиджа", пришедшаяся на 20е  годы 20го  столетия, отмечена промышленным бумом, стремительным обогащением олигархической верхушки общества на финансовых аферах. В еще большей степени это обогащение происходило на базе обеспечения монополиями США ведущих позиций в мировой хозяйственной системе за счет конкурентов США, обескровленных и обессиленных войной, послевоенной разрухой, застоем и внутренними политическими кризисами. 

Осуществив благодаря золотому дождю военных прибылей широкую технологическую модернизацию, американская экономика сделала огромный рывок вперед, оставив позади весь основной мир.

Пропагандистские рупоры крупного капитала культивировали иллюзии, утверждая, что в экономике США действуют новые экономические законы, исключающие противоречия, свойственные экономике других стран. Концепция развития "нового, американского типа цивилизации", сочетавшего в себе возможности ничем не ограниченной конкуренции, социального партнерства, невмешательства государства в дела бизнеса, культ техницизма и национального превосходства были возведены в ранг официальной идеологии.  

Монополистический капитал захватил командные позиции в экономике и политике. Его агрессивная наступательность привела к свертыванию многих учреждений, призванных оградить общество от своекорыстных посягательств со стороны денежных магнатов, к росту консервативных настроений со стороны широких масс, оглушенных антирадикальной истерией и поверивших рекламе "нового капитализма".

Правительственный курс республиканцев в 1921-1933 гг отвечал всем самым далеко идущим вожделениям деловых кругов. Поклонение ничем не ограниченной стихии рыночных отношений, свободной от прямого правительственного регулирования и контроля стало краеугольным элементом экономической стратегии правительства. Самой популярной в вашингтонских департаментах была установка: "Предоставьте бизнес самому себе, а он позаботится о вас". Единственно, где признавалась роль государства, так это в сфере охранительной деятельности. Бизнес заинтересован в жестком правительственном контроле за всеми формами самодеятельности трудящихся и неуклонно добивался такой политики в рабочем вопросе, которая давала все преимущества капиталу и вела к подрыву организации трудящихся, их моральному разоружению. 

Демократы (активным деятелем этой партии и был Ф. Рузвельт) так же, как и правящая партия республиканцев, отмежевывались от радикализма (под этим понималась всякая революционная идеология и политика, направленная на коренную ломку общественно-политического и экономического строя) и обещая "окончательно" ликвидировать последние следы бедности, все же не позволяли ослепить себя безрассудной верой во всесилие Америки, способной якобы в одиночку, не связывая себя никакими обязательствами, опираясь на силу или угрозу применения силы, не только реализовать свои имперские амбиции но и повсюду обеспечить выгодный США баланс сил.

Сохраняя верность лозунгу президента Вудро Вильсона о мессианской роли США и не изменяя притязаниям их на мировое лидерство, демократы противопоставили внешнеполитическому иллюзиционизму республиканцев концепцию активного вторжения в международные дела, но опять таки в интересах утверждения влияния Вашингтона на ход мирового развития. 



3. Снова на политической арене.

В марте 1928го года после длительного пребывания в тени Рузвельт сделал первый шаг в новом туре борьбы за национальное признание. Энергичный, на ходу улавливающий изменение обстановки и легко приспосабливающийся к ней, беззаветно верящий в свою звезду Рузвельт пользовался поддержкой в финансово-промышленных кругах Северо-востока и влиянием в Демократической  партии. 

Рузвельт решил нанести удар по наиболее слабой позиции республиканской администрации, по ее внешнеполитическому курсу. Он обвинил их в подрыве "принципов мира" за отказ от сотрудничества с Лигой наций и Международным судом. Рузвельт заявил о невозможности для США, не считаясь ни с чем, выполнять присвоенные ими самими жандармские функции на континенте. Предложил использовать более соответствующие изменившейся обстановке методы, чтобы удержать "братские страны" в вассальной зависимости. "Дипломатия канонерок" должна была стать более улыбчивой, более коллективистской.



4. Экономический кризис.

Между тем в экономике начинали накапливаться проблемы, страна неуклонно сползала к глубочайшему экономическому кризису 1929-1933 годов.

Даже во времена наивысшей экономической активности безработица не опускалась ниже 4%. Проведенные исследования показали, что "процветание" сопровождалось не сужением пропасти между бедностью и богатством, а ее расширением. Для некоторых категорий населения "процветание" так и осталось недостижимым фантомом. Это относится к рабочим некоторых отраслей промышленности (добыча угля,  большинство отраслей легкой промышленности), мелким предпринимателям, вытесняемым крупным капиталом и к фермерам. Сельское население нищало под ударами затяжного аграрного кризиса. "Ножницы" между ценами на промышленные товары и сельскохозяйственную продукцию все время раздвигались, что вело к разорению и обезземеливанию фермеров.

Оказавшиеся в тисках кризиса перепроизводства, больше всего заинтересованное в правительственном вмешательстве, фермерство и в целом аграрный сектор экономики были прообразом очень недалекого будущего всей экономики. 

Ущемление прав трудящихся, гонения на их организации, стачечную и политическую деятельность, безудержная проповедь индивидуализма и расизма, презрение к неудачникам и обездоленным пустило глубокие корни, создавая условия, как выразился Рузвельт, возвращения эпохи "нового экономического феодализма" - абсолютного, ничем не ограниченного произвола олигархической верхушки общества.

В 1929 году продолжительность рабочего дна американского рабочего была больше, чем в других индустриальных странах. Социального страхования по безработице не существовало, в то время как в европейских государствах оно давно уже было. Использование детского труда, дискриминация черных и женщин ставили США вровень с самыми  отсталыми странами. В Америке в годы "процветания" массы населения оставались во власти вопиющей нищеты и бесправия, глубина масштабы которых были неизвестны за пределами США.

В 1929ом году страна была ввергнута в водоворот мирового экономического кризиса. Лавина банкротств, падение производства (самая низкая отметка - в 1932ом году), многомиллионная армия безработных обнажили противоречия  капиталистической экономики и глубину социального неравенства.  Государственная политика в социальном страховании на протяжении десятилетий выражалась формулой "твердого индивидуализма", что означает, что забота о миллионах жертв кризиса является их личным делом или в крайнем случае делом местных властей и частных благотворительных фондов. 

Нью-Йорк первым испытал удары кризиса.  Армия безработных быстро росла, катастрофически возрастала социальная напряженность. Росли очереди за бесплатным куском хлеба и чашкой кофе, переполнялись ночлежки для бедняков.

Впавшие в отчаяние,  озлобленные толпы безработных штурмом брали муниципалитеты только для того, чтобы узнать о пустой казне и быть рассеянными с помощью слезоточивого газа и дубинок.



5. Рузвельт в гуще политической борьбы.

В 1928ом году Рузвельт неожиданно для себя и своих сторонников победил на выборах и стал губернатором штата Нью-Йорк, сделав первый шаг к президентству. Став губернатором, Рузвельт оказался лицом к лицу с самым крупным очагом национального бедствия.

Пребывание Рузвельта на посту губернатора штата Нью-Йорк по мнению многих не было ознаменовано существенными достижениями. Экономика штата была в столь же плачевном состоянии, как и повсюду, а власть штата занимала такую же выжидательную позицию, как и администрация в Вашингтоне. Лишь в августе 1931го года губернатор создал Временную чрезвычайную администрацию помощи ТЕРА, которая должна была обеспечить неотложную помощь безработным. Однако ТЕРА на фоне полицейских жестокостей, чинимых правительством над безработными, давала Рузвельту психологическое превосходство над президентом Гувером, в котором он нуждался, начиная с ним борьбу за президентское кресло.  После дикой расправы над пришедшими летом 1932 года в Вашингтон за помощью ветеранами мировой войны, вызвавшей бурную реакцию во всей стране, Рузвельт возблагодарил собственное благоразумие, удержавшее его от призыва Национальной гвардии для "усмирения" голодных бунтов в штате Нью-Йорк.

Начало избирательной кампании 1932 года совпало с резким подъемом радикальных настроений широких масс населения.  Улицы промышленных городов заполнены возмущенными людьми, бурлят и готовы ощетиниться баррикадами деревенские поселки, поднялись на вооруженную борьбу с полицией и бандами хозяйских наемников шахтерские городки. По стране прокатилась волна голодных походов безработных, выросли численность и активность их организаций. В Конгрессе постоянно велись дебаты по вопросу о неизбежной вспышке бунтов и перерастании их в нечто более серьезное.

Рузвельт сознавал глубже и острее, чем кто - либо другой в Демократической партии, необходимость назревших перемен. Мастерски проведенная Рузвельтом осенью 1930 года кампания по переизбранию его на пост губернатора штата Нью-Йорк убедила скептиков в руководстве Демократической партии, что этот обреченный, как многим казалось, на бездеятельность, физически немощный политик способен спасти саму партию от бесславного развала.

Весной  1931 года Рузвельт говорит о "новых и не испытанных еще средствах",  о необходимости экспериментировать, доверить страну новому руководству в силу изменений, происшедших в "экономическом и социальном балансе страны". Рузвельт рекомендовал законодательному собранию штата программу действий, включавшую ассигнования на помощь безработным и организацию общественных работ. На фоне упорного повторения президентом Гувером тезиса о пагубности правительственного вмешательства в дело помощи неимущим эти заявления звучали почти революционно. Весной 1932 года, выступая по радио в ходе предвыборной кампании, Рузвельт произнес свою знаменитую речь о "Забытом человеке". Он объяснял происхождение экономического бедствия низким уровнем потребления масс (почти точно по Марксу) и перенес внимание на проблемы перераспределения доходов. Экономическая политика Гувера, игнорирующая нужды миллионов простых американцев и целиком ориентированная на оказание помощи имущим классам, была подвергнута критике как проявление обанкротившегося элитарного подхода. Речь вызвала надежды в демократических низах и гнев верхов.

Рузвельт сумел убедить руководство демократической партии в том, что партии необходимо предать новые черты, символизирующие ее близость к массам, переориентировать партию в свете приближающихся выборов на задачу завоевания большинства избирателей после ее двенадцатилетнего пребывания в оппозиции. Рузвельт призвал партию укрепить ее массовую базу за счет привлечения под знамена партии демократических слоев населения - рабочих, фермерства, средних городских слоев. Он заявил: "В стране нет места для двух реакционных партий". Народ жаждал альтернативы, нового курса. Предложенная Рузвельтом предвыборная программа, направленная на поиск новы путей выхода из кризиса, программа, обращенная к простому человеку, получила название "Новый курс" (new deal). 

Рузвельт заявил, что народ Америки жаждет сделать настоящий выбор. "Мы должны быть партией либеральных принципов, спланированных действий, просвещенного подхода к международным делам и трудиться с максимальной пользой для подавляющего большинства народа". 

6. Рузвельт президент США и его "новый курс".

Рузвельт стал президентом, победив с большим преимуществом. Миллионы рабочих, фермеров, представителей городских средних слоев голосовали за партию "нового курса", народ хотел перемен.

Весна 1933 года вынудила новую администрацию действовать решительно. Стало известно, что во многих штатах, объявив о банкротстве, закрылись все банки. Деловая жизнь едва теплилась. Закрытие банков грозило полным экономическим крахом. Страх перед будущим охватил миллионы людей. Огромные толпы осаждали банки, требуя возврата вкладов. Закрывались предприятия, школы, муниципалитеты.

Первоочередной задачей кабинета был банковский кризис. Декретом президента объявлено о четырехдневном принудительном закрытии банков, запрете вывоза из США золота, серебра и бумажных денег.  Рузвельт добился своего - через несколько дней стабильность банковской системы была восстановлена.

В марте президент направил Конгрессу послание, предусматривавшее ряд мер помощи безработным, организацию специальных трудовых лагерей для безработной молодежи, широкое развитие общественных работ по всей стране, финансовую помощь штатам для оказания прямой материальной поддержки голодающих семей безработных. 

Чтобы предупредить массовые выступления фермеров, доведенных до отчаяния разорением, распродажей за долги имущества и земли, Рузвельт издал закон о моратории на фермерскую задолженность, а также закон о восстановлении сельского хозяйства, известный как закон ААА (the Agricultural Adjustment Act). Главная его идея - ликвидировать "ножницы" между ценой, затрачиваемой фермером на производство продукции, и той, которую он получал при ее реализации. Чтобы сбалансировать спрос и предложение и поднять цену сельхозпродуктов, часть земли изымалась из сельскохозяйственного оборота, за что фермерам выплачивались субсидии.

В июне принят закон о создании федеральной службы занятости и закон о рефинансировании задолженности по жилищному кредиту. Далее  последовал закон о кредитовании фермерских хозяйств, принесший облегчение фермерству, задавленному долгами.

Но самым важным и далеко идущим мероприятием стал Закон о восстановлении промышленности НИРА (The National Industrial Recovery Act). Целями регулирования промышленности объявлялись: обеспечение "всеобщего благоденствия" путем кооперации между отдельными группами предпринимателей, путем достижения сотрудничества между рабочими и работодателями при содействии правительства, устранения "разрушительной конкуренции", ведущей к снижению прибылей, подрыву деловой устойчивости, сокращению инвестиций и занятости.

Упорядочивание отношений между предпринимателями и группами предпринимателей было решено добиться путем принудительного картелирования промышленности. Для увеличения занятости, повышения покупательной способности и стабилизации товарного рынка различные отрасли должны были ограничить себя "кодексами честной конкуренции". Предполагалось, что в каждой отрасли  под наблюдением правительства можно будет остановить процесс снижения цен, выработав строго определенные нормы производства и сбыта, определив уровень цен и условия коммерческого кредита.  Группам промышленников вменялось в обязанность согласовать с профсоюзами минимальные размеры зарплаты и максимальную продолжительность рабочего дня. Окончательное решение по этим кодексам было в руках президента. Контроль за реализацией программы НИРА возлагался на созданную президентом Национальную  администрацию восстановления.

Принятый в мае 1933 года Чрезвычайный закон о помощи (ФЕРА) должен был закрыть одну из самых опасных пробоин.  Полмиллиарда долларов ассигновывались штатом для ликвидации угрозы голода и массовой пауперизации населения. 

Основная масса законов начального периода "нового курса" была принята в чрезвычайной спешке, за первые три месяца пребывания Рузвельта у власти. Это были сто дней,  которые помогли американскому капитализму избежать своего Ватерлоо. Самым важным итогом было то, что экономика прошла фазу кризиса, все признаки восстановления были налицо.

Но если в области восстановления деловой активности меры, принятые правительством, привели к улучшению, то в плане проблемы касающейся миллионов людей, - проблемы занятости - достижения были более скромными. Более того в 1940 году, незадолго до очередных президентских выборов безработных было больше, чем в 1931 году, в апогее краха. Только война спасла экономику США от очередного спада и новой массовой безработицы.

Законодательства первых "ста дней" вопреки заявлениям о преобладании в нем чисто экономических задач, призвано было прежде всего создать психологический перелом, внести успокоение, выпустить пар из котла, давление в котором достигло критического предела.

Рузвельту ближе всего была умеренная разновидность реформаторства, которая к 1912 году выкристаллизовалась в политической философии президентов Теодора Рузвельта и Вудро Вильсона, воплотив в себе идеи государственного регулирования экономики и модернизации правовых институтов в целях упорядочения под эгидой  государства социальных отношений, оказавшихся в результате неконтролируемого хозяйничанья капитала на гране опасного кризиса.

Уловив решимость миллионов людей добиваться перемен, Рузвельт делает шаг  на встречу их чаяниям, провозглашая знаменем национальной политики курс на реформы, но реформы постепенные, верхушечные, устраняющие только самые вопиющие проявления социального неравенства и сохраняющие в неприкосновенности устои.

Новый импульс для поворота от созерцательности и проволочек к поддержке самого радикального в истории американского государства социального законодательства, включая законы о социальном страховании, о трудовых отношениях, о налогообложении крупных состояний, о беспрецедентном расширении прав профсоюзов дала новая предвыборная кампания 1935 года. "Новый курс" претерпел новую эволюцию, стал еще более радикальным. Публичные выступления президента полны обличений беспредельной алчности имущих классов и хищничества монополистов в духе самого низкопробного популизма. Тем самым Рузвельт решал главную задачу буржуазного прогрессизма - подчинить себе массы и удерживать их под контролем подновленной двухпартийной системы.

Испытывая давление со стороны монополий и их прессы, Рузвельт тормозил осуществление провозглашенных реформ, предусмотрительно не связывал себя никакими жесткими обязательствами.

К концу третьего срока пребывания Рузвельта на посту президента реакция и движение к контр реформе набрали силу. Одной из причиной этого был верхушечный, элитарный характер либерализма, подчиненного всецело классовым интересам буржуазии. Спонтанность, непоследовательность были его отличительной чертой, а боязнь почина демократических масс - родовым его признаком.









7. Новая международная ситуация - новые решения

В начале президентской карьеры Рузвельта его внешнеполитическая позиция была изоляционистской. В Европе и на Дальнем Востоке уже существовали очаги новой мировой войны. Такая позиция президента была на руку гитлеровской Германии и милитаристской Японии, строивших свою глобальную стратегию в расчете на нейтралитет США, на их отказ поддержать усилия миролюбивых держав в создании системы коллективной безопасности. В 1935 году в США принят закон о нейтралитете к очевидной выгоде агрессоров. США вместе с Англией и Францией раздели ответственность за содействие фашистской агрессии. В 1937 году принят закон об эмбарго на поставки оружия в Испанию, где шла схватка республики с фашистскими мятежниками и германо-итальянскими интервентами. Внешняя политика проводимая президентом подчинена главной задаче - укреплению экономических и военно-стратегических позиций США на мировой арене. 

Борьба за внешние рынки определяла заинтересованность монополистических кругов США в политике "экономического национализма", предполагавшей "свободу рук", не связанность международными обязательствами, уклонение от коллективных усилий по урегулированию международных конфликтов.







Платонические призывы к миру и указания на заинтересованность США видеть  Францию достаточно сильной перед лицом опасности со стороны Германии не могли обмануть Гитлера. Они не заставили его отказаться от ревизии Версальского мирного договора. 14 октября 1933 года германское правительство заявило о выходе из Лиги наций обретя свободу рук в отношении военных статей Версальского договора, что привело к расшатыванию стабильности в Европе. 

На кануне второй мировой войны США широко использовали практику предоставления "советов", публичного одобрения внешнеполитических актов других государств или, наоборот, позицию умалчивания и т. п. для оказания постоянного давления на политику других правительств в желаемом для Америки направлении. В тоже время подобный способ воздействия на другие государства абсолютно не связывал и ни к чему не обязывал самих США, которые оставляли за собой полную свободу действий в любой обстановке. Могущественные силы - крупные монополистические объединения, связанные тесными узами с германской военной промышленностью, усиливали давление, добиваясь от Рузвельта пойти по пути упрочения дипломатических связей с гитлеровской Германией. Однако, сближение с нацистским режимом, уже показавшем свои  палаческие наклонности, было невозможно в условиях общего демократического подъема в стране и нарастания антифашистских настроений в стране.

Американские фирмы продавали большие партии вооружения нацистской Германии, в том числе и военные самолеты. Первого марта 1935 года правительство Германии заявило, что оно считает себя свободным от обязательств Версальского договора, запрещавших ему создание военной авиации. 16 марта в Германии опубликован декрет о всеобщей воинской повинности. А это было нарушением сепаратного мирного договора США с Германией, предусматривающего разоружение Германии. Трезвые политики в окружении Рузвельта указывали, что невозможно в современном неделимом и взаимозависимом мире отсидеться за океаном и даже обогатиться за счет военных катастроф в Европе.

7 марта 1936 года германские войска вступили в Рейнскую область, демилитаризованную по Версальскому договору.





Мятеж генерала Франко  против законного правительства республиканской Испании обнажил суть изоляционизма. Народу Испании было отказано в помощи, интервенты получили полную свободу рук.

Видный политик, близкий Рузвельту человек - Додд высказался так: "Любой кто находился в Европе более или менее продолжительное время, признает факт огромного экономического и политического влияния США. Если мы положим наше могущество на чашу весов, то некоторые здесь в Европе, рассматривающиеся войну в качестве средства завоевания новых территорий, будут более осторожными и, может быть, даже станут сторонниками мира. Даже сейчас присоединение США к демократическим государствам Европы могло бы положить конец кровопролитию в Испании. Совместная мощ США, Англии и Франции, особенно если принять во внимание их огромные военно-воздушные силы, могла бы предотвратить интервенцию и установление диктаторского режима". Рузвельт выдвинул бесплодную идею созыва "международной конференции мира". Но Италия и  Германия, твердо следующие захватническим курсом и использующие метод запугивания соседей, не хотели такой конференции и не стали бы считаться с ее решениями. Внешнеполитический курс Рузвельта в это время имел главным своим содержанием вероломную и самоубийственную политику "умиротворения" агрессоров. Курс своекорыстный, высокомерно пренебрегающий интересами других стран.







Темпы и масштабы экономического роста в годы войны, последовавшего за десятилетием глубочайшего кризиса, были беспрецедентными.  В промышленности все отросли работали с полной нагрузкой, безработица исчезла, резко улучшилось положение в сельском хозяйстве.  

Возникла идея сохранить эту перспективу бесконечного процветания, укрепляя союз бизнеса и военных кругов с целью поддержания на ходу "постоянной военной экономики".  Это полностью совпадало с желаниями военных кругов осуществлять полицейские функции в мире. Уже в 1943 году заместитель военно-морского министра Форрестол призывал к усилению военной мощи с целью установления полного контроля над миром:  "У нас теперь в руках сосредоточена огромная сила и мы должны непременно сохранить ее".  Планы послевоенного урегулирования и сотрудничества приходили по этому в явное противоречие с такими устремлениями. Настроения в пользу сохранения ориентации всей послевоенной экономической политики на военно-стратегические цели с учетом глобальных притязаний американского империализма были совершенно не двусмысленно выражены в формуле "военная готовность плюс экономическая готовность".

Назывались потери в заработках, которые неизбежно должны последовать за сокращением военного производства и закрытием заводов. Фигурировали цифры ожидаемой в первые же годы после войны безработицы (12 - 16 миллионов человек) .  Прямо указывалось на возможность повторения сразу же за военным бумом нового 1929 года. В США войну если даже не приветствовали как избавление от хронической депрессии и безработицы, то воспринимали во всяком случае как норму.

Значительные сдвиги в социально - классовой структуре общества, происходившие на фоне экономического роста, не могли не вызвать эрозию той массовой базы,  на которую опиралась администрация Рузвельта.

Значительная часть профсоюзных лидеров прохладно относилась к перспективе тесного сотрудничества СССР и США в интересах послевоенного мирного урегулирования.  Прячась за тезисом скорейшего окончания войны, эта группа настаивала на сепаратном мире с Германией на условиях, прямо противоположных тем, которые были провозглашены Рузвельтом в Касабланке.  Формула "реалистического мира" выдвинута в противовес концепции "беззаговорочной капитуляции".  В такой обстановке подходила Америка в 1944 году к президентским выборам.

Избирательная кампания 1944 года, развернувшаяся в разгар решающих сражений на театрах военных действий, обернулось для президентом тяжким испытанием. Предстояло избрание на четвертый срок. Чтобы преодолеть этот рубеж,  нужно было выдвинуть новые идеи, способные привлечь массы избирателей. Президент заявил, что он обдумывает программу социально-экономических преобразований, которая призвана продолжить эру реформ. 11 января 1944 года в послании конгрессу президент назвал ряд мер, которые должны были способствовать экономической стабилизации,  это законодательство о налогообложении, контроля над ценами и т. д. 

Главное место в послании было уделено так называемому второму биллю о правах, в котором провозглашалось достижение "нового базиса обеспечения и процветания" для всех американцев "без различия положения, расовой и религиозной принадлежности ".  По убеждению Рузвельта,  этот базис включал право на полезный труд,  право зарабатывать на пропитание, одежду, отдых, право фермеров иметь достаточные доходы, право каждого предпринимателя на коммерческую деятельность в условиях, не ограниченных диктатом монополий, право на "приличное жилище",  на образование, на медицинскую помощь, на социальное обеспечение в старости, по болезни, в связи с безработицей и т.д. 

Изложенный в форме общих пожеланий второй билль о правах представлял собой перечень далеких целей, но бесспорно мог стать знаменем широкого движения за социальное обновление, что сразу почувствовала реакция, назвав это "опасной химерой". Президент подлил масла в огонь заявив, что угроза безопасности нации находится справа. "Если реакция возьмет верх, то можно будет определенно сказать: хотя мы и разгромили врагов на полях сражений за рубежами нашей страны, здесь мы дали одержать верх духу фашизма".

8. Завершение войны и новые проблемы.

Высадка в Северной Франции 6 июня 1944 года вызвала активизацию тех сил в правящем классе,  которые мечтали закончить войну "американским миром" и готовы были пойти на сговор с гитлеровцами на общей платформе борьбы с "мировым коммунизмом".

Вторая Квебекская конференция (11 - 16 сентября 1944 года )  выглядела как очередная уступка силам, заинтересованным в расколе антигитлеровской коалиции.  О принятом в Квебеке соглашениях по политическим вопросам Советское правительство не получило фактически никакой информации. Более того, памятная записка встречи 18 - 19 сентября 1944 года в Гайд-Парке,  где Рузвельт и Черчилль обсуждали будущее атомного оружия, предусматривала сохранение в секрете от Советского Союза самого факта работ по "Монхеттенскому проекту".  

Американский историк Кимбелл считает,  что весь ход конференции (квебекской)  и ее решения пронизаны близкой Черчиллю идеей англо-американского союза и гегемонией в мире. Именно эта идея владела теми общественными силами США, которые сделали лозунг борьбы с "коммунистической опасностью" центральным лозунгом "политического года".  

Все громче были речи, призывающие администрацию рассматривать Советский Союз как будущего военного противника. Усилилась критика со стороны либеральных групп планов Рузвельта, предусматривающих тесное сотрудничество четырех великих держав (СССР, Великобритании, США, Китая) в целях сохранения мира после победы. В публичных выступлениях антирузвельтовских сил вновь слышался подтекст:  Германия должна стать союзником в будущих политических комбинациях, призванных служить противовесом Советскому Союзу.

Рузвельт понимал, что все эти проекты тянут страну назад к двадцатым годам. Свою задачу он видел в развенчании кампании за отказ от участия США в будущей международной организации безопасности. Что касается будущего Германии, то призывы к "мягкому обращению" с ней подтолкнули президента предпринять ряд шагов с целью добиться совместно с СССР устранения военной угрозы со стороны Германии. Рузвельт заявил о намерении США совместно с другими державами оккупировать Германию, дабы не повторить ошибку 1918 года. 

Наступала решительная фаза избирательной компании. Опросы общественного мнения показывали, что несмотря на заметное падение влияния демократов, личный авторитет президента оставался выше авторитета его соперника - республиканца Дьюи. 

С целью достигнуть перелома в настроениях избирателей Рузвельт прибегнул к испытанному приему: переключить внимание нации на критический, поворотный характер мирового развития, требующий учета трагического опыта предвоенных лет и неординарных смелых решений, отречения от старых догм. По мысли президента предвоенная политика США была ошибочна, ошибочно самоустранение после 1918 года от обеспечения международной безопасности коллективными усилиями всех заинтересованных стран. Необходимо создать после войны Объединенным Нациям нового эффективного механизма поддержания мира. Все это тесно увязывалось с особым значением для будущего мира добрососедских советско-американских отношений.  



9. Крымская конференция.



Предложение о встрече в верхах с целью обсуждения проблем,  вставших на заключительном этапе войны, сделано Рузвельтом в послании Сталину 19 июля 1944 года.





И.  Сталин

В 1944 году сильно активизировались тайные контакты высших чинов Германии с представителями спецслужб Англии и США, имевшие целью противодействовать укреплению американо-советских отношений и способствовать заключению  сепаратной сделки. Покушение на Гитлера 20 июля 1944 года и секретная информация о демократических убеждениях ряда его участников (и прежде всего полковника фон Штауфенберга)  усиливали заинтересованность военных руководителей США в установлении контактов с оппозиционными Гитлеру генералами Вермахта,  склоняющимися к сепаратному миру с западными союзниками на условиях разрыва с Советским Союзом и предотвращения "большевизации Европы".

Значительное влияние на активизацию сил, противодействующих укреплению советскою - американских отношений, оказывала английская дипломатия. Полнее всего в период подготовки Ялтинской конференции олицетворявшая линию на ослабление коалиционных усилий и на ревизию ранее согласованных решений.

Заметно возросло давление на Белый дом со стороны правого крыла конгресса и консервативных органов печати,  неизменно рассматривавших Советский Союз в качестве потенциального врага. По мере приближения выборов в ноябре 1944 года кампания за пересмотр внешней политики набирала силу.  Поэтому в телеграмме к Сталину Рузвельт высказывался за скорейшую встречу в верхах.  Важно было закрепить во внешнеполитическом курсе США позитивные сдвиги в отношениях с СССР, достигнутые с момента их восстановления в 1933 году и получившие развитие в годы войны.

Пристально следя за растущей наступательной мощью советских войск,  за тем как ширится международное признание решающего вклада их в победу, улавливая настроения большинства американского народа, стремившегося к прочному миру,  Рузвельт постепенно и не без внутренних колебаний приходил к выводу о назревшей перестройке международных отношений на основе сотрудничества стран с различным общественным строем.

Реализм Рузвельта положительно сказался на итогах конференции по созданию "Всеобщей международной организации безопасности", которая проходила в Думбартон-Оксе в августе - сентябре 1944 года и где принцип единогласия великих держав получил свое подтверждение.

Проявляя двойственность, Рузвельт никак не мог полностью расстаться с идеей лидерства в послевоенном мире, понимая вместе с тем, что отношения СССР и США должны покоится на достаточно прочных основах, попытки расшатать которые обойдутся дорого в плане ближайших и долговременных целей союзников.

Контуры решений на предстоящей Крымской конференции вырисовывались для Рузвельта как производное от трезвого учета меняющейся обстановки - военной, стратегической, политической, дипломатической, моральной. Фактор наличия Советского Союза, одержанные им решающие победы имели доминирующее значение в этом анализе.  Ни о какой "поспешности" в подготовке Белого дома к Крымской конференции или об "интеллектуальной немощи" пораженного недугом президента, оказавшегося якобы жертвой "русского коварства" в Ялте, о чем твердят сторонники ревизии принятых там решений,  и речи быть не может. Особые обстоятельства на предстоящей конференции представлял собой для Рузвельта "фактор Черчилля" или "трудности с Черчиллем",  который как считал Рузвельт все более и более сползал к мышлению девятнадцатого века, вместо того чтобы видеть мир таким, каким он был к концу войны.

Франклин Рузвельт - политик-реалист,  и сторонники рузвельтовской линии на Крымской конференции еще раз могли убедиться, что единственный путь к победоносному завершению войны и обеспечению прочных основ послевоенного мирного урегулирования - это в первую очередь продолжение и развитие советско-американского сотрудничества.

На Крымской конференции был достигнут трехсторонний консенсус - редчайшее явление для конференции подобного рода. Главным содержанием конференции были вопросы о послевоенном устройстве мира об Организации Объединенных Наций, о совместных действиях против Японии, без чего война на Дальнем Востоке могла затянуться на 2 - 3 года и привести к огромным людским и материальным потерям.

Последнее выступление Рузвельта перед конгрессом состоялось 1 марта 1945  года.  Это был отчет о Крымской конференции и размышления о целях внешней политики США. Это выступление было еще и предупреждением против столетиями культивируемого слепого соблазна, прибегая к силе и военно-блоковой политике, решать международные конфликты без учета интересов мирового сообщества в целом. "Мир, который мы строим,  не может быть американским или британским миром,    русским, французским или китайским миром.  Он не может быть миром больших или миром малых стран. Он должен быть миром, базирующимся на совместном усилии всех стран. Крымская конференция призвана обозначить конец односторонних действий, замкнутых блоков, сфер влияния, баланса сил и всех других подобных методов, которые использовались веками и всегда безуспешно. Мы предлагаем поставить на их место всемирную организацию, которая в конечном счете объединила бы все миролюбивые нации".  Идея справедливого мира "для всех" уживалась у Рузвельта с признанием лидирующей роли США в мировых делах. За исходный принимался факт резкого экономического ослабления всех стран и превращения США в "образец" социально-экономического развития остального мира,  в своего рода эталон для подражания, что подразумевало одновременно и отношения зависимости. Все это должны были венчать многочисленные военные базы США,  а также торговая и финансовая экспансия.

К весне 1945 года атомный "Манхеттенский проект" успел приобрести черты зловещей реальности. Еще в 1944 году по инициативе датского физика Нильса Бора возникла идея: ради сохранения доверия  между союзниками информировать Советский Союз о ведущихся работах по созданию атомной бомбы. Тем не менее Рузвельт дал себя уговорить Черчиллю не информировать Советский Союз, что и было зафиксировано в памятной записке,  подписанной Черчиллем и Рузвельтом 19 сентября 1944 года в Гайд-Парке. Следует считать,  что Рузвельт,  также как и Черчилль придерживался жесткой линии, отвергая идею международного контроля над атомным оружием на основе равноправного участия в нем всех стран антигитлеровской коалиции.

Внешнеполитический курс Рузвельта и "дух Ялты" подвергались непрерывным нападкам.















10. Смерть президента - утрата для Америки.

11 апреля неожиданно оказалось насыщенным событиями. Помимо чтения прибывших с почтой деловых бумаг, обдумывания речи по случаю Дня памяти Джефферсона и подготовки дипломатических депеш он был заполнен до отказа "мелочами",  каждая из которых была важна сама по себе.  Не простым делом было утрясти с пресс-секретарем Хассетом рабочий  календарь до конца апреля (президент предполагал уехать из Уорм-Спрингса в среду, 18 апреля, пробыть день в Вашингтоне, а затем отправиться поездом в Сан-Франциско).  На утро следующего дня Рузвельт назначил стенографирование своей речи перед участниками учредительной конференции Организации Объединенных Наций.  Вечером в малом Белом доме появился министр финансов Генри Моргентау, занявший президента трудным разговором о будущем Германии. Внезапно оборвав беседу в том месте, где Моргентау вернул его к плану расчленения Германии, президент перевел ее в иное русло, в область воспоминаний. Расставаясь Рузвельт дружески извинился за краткость беседы, сославшись на предстоящие завтра встречи. Ему хотелось выспаться перед тем, как утром следующего дня его разбудят секретари с всегдашней порцией утренней почты.

12 апреля началось, как обычно,  чтением газет. Они сообщали о взятии Вены русскими и о боях маршала Жукова в 40 милях от Берлина, о добровольной сдаче в плен сотен тысяч германских солдат на Западном фронте и о боях англо-американцев в окрестностях Болоньи.  Затем сеанс с художницей Шуматовой, заканчивающей портрет президента. Все время сохранять неподвижную позу было делом утомительным.  В короткие промежутки Рузвельт подписывал деловые бумаги и перебрасывался двуми-тремя словами с  окружающими. Все восприняли как шутку его реплику о желании подать в отставку с поста президента. Вопрос присутствовавшей тут же его родственницы Лауры Делано: "Вы это серьезно ?  И что же Вы будете делать ?" - не застал его врасплох. "Я бы хотел возглавить Организацию Объединенных Наций",  - ответил Рузвельт.

Где-то сразу после 1 часа дня 12 апреля 1945 года он внезапно почувствовал "ужасную головную боль", а затем потерял сознание. В 3 часа президент США умер. Уход из жизни Рузвельта накануне исторических событий решающего значения был воспринят как тяжелая утрата прежде всего для трудного дела выработки новой философии безопасности в условиях действия уже проявившихся, но еще не познанных до конца глобальных факторов развития - социально-экономических, политических, национальных, военных, научно-технических.  Плоть от полти своего класса - класса американской буржуазии, он в тоже время был и продуктом своего времени, отмеченного динамическими изменениями, подрывом позиций мирового капитализма, крутой ломкой политических структур, углублением революционных процессов, возникшей угрозой для человечества со стороны империалистической реакции и воинствующего милитаризма.

	То,  что внес Франклин Рузвельт как дальновидный государственный деятель и дипломат в американскую политику (имея в виду ее практический и идеологический аспекты),  при всей неоднозначности этого вклада обеспечили ему особое место в национальной истории рядом с Вашингтоном, Джефферсоном и Линкольном.  О роли же Рузвельта в становлении позитивной традиции в советско-американских отношениях можно сказать словами Г. Гопкинса. "Рузвельт... - говорил он на встрече с советскими руководителями в Москве в мае 1945 года,  - не упускал из виду того факта, что экономические и географические интересы Советского Союза и США не сталкиваются. Казалось, что обе страны прочно встали на путь, и но, Гопкинс, уверен, что Рузвельт был в этом убежден, который ведет к разрешению многих трудных и сложных проблем, касающихся наших обеих стран и остального мира. Шла ли речь о том, как поступить с Германией или с Японией, или о конкретных интересах обеих стран на Дальнем Востоке, или о международной организации безопасности, или, и это не в последнюю очередь, о длительных взаимоотношениях между Соединенными Штатами и Советским Союзом - Рузвельт был убежден, что все эти вопросы могут быть разрешены и что в этом его поддержит американский народ.".

	

	

	

	

	

	

	

	





 



План:





		Происхождение.  Начало карьеры. Первые успехи и неудачи.

		Внутренняя и внешняя ситуация в канун президентства     Рузвельта.

		Снова на политической арене.

		Экономический кризис.



		Рузвельт в гуще политической борьбы.



	

	Рузвельт президент США и его "новый курс".



	

	7.         Новая международная ситуация - новые решения

	

	

      Завершение войны и новые проблемы.





      Крымская конференция.



	

      Смерть президента - утрата для Америки.







































Ліцей “Поліграфіст”

























Творча робота

На тему: “Соціально-економічний розвиток США”















Учениці 10 – А класу                                                                                                                                     Ліцею “Поліграфіст”                                                                                                         Горєвої Ольги