Римская империя

ПЛАН



1.Ранняя Римская Империя.

2. Правление Августа. Принципат.

Заключение.

Список используемой литературы.




1.РАННЯЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ



Историю Древнего Рима принято делить на два этапа. Первый начинает свой отсчет от завоевания Римом Апеннинского полуострова и образования римско-италийского союза (VI - III вв. до н. э.). Он включает в себя создание Римской Средиземноморской державы (III - I вв. до н.э.), которую принято называть Римской республикой.

Второй этап в истории Древнего Рима начинается со времени падения республиканского строя в тридцатых годах I в. до п. э. и образования Римской Империи.

Римская Империя возникла не на пустом месте. Почву для образования создал Гай Юлий Цезарь (род. в 100 г. до н. э.), который сумел в рамках республиканского строя фактически воздвигнуть военную монархию.

В период непрестанных гражданских войн и внутренних распрей, которые буквально раздирали государство на части, он сумел, победив своих противников, не только удержать гигантское государство от развала, но и укрепить его границы.

Приведем цитату крупнейшего немецкого историка, филолога и юриста Теодора Моммзена (1817 - 1903), чей научный труд «История Рима» имеет всемирную славу. В нем он дал блистательный анализ событий, свершившихся в важнейший период европейской истории и впервые сформулировал фундаментальные выводы. Они и сегодня поражают своей глубиной, точностью и универсальностью:

«Вот самый краткий очерк того, что сделал Цезарь. Недолгий срок был дан ему судьбой, но этот необыкновенный человек с гениальными дарованиями соединил и небывалую энергию в труде и работал беспрерывно, неустанно, словно у него не было завтрашнего дня. За двести лет до его времени социальные и экономические затруднения дошли в Риме до крайнего предела и угрожали гибелью народу. Тогда Рим был спасен тем, что он объединил под своей властью всю Италию и на более обширном поприще сгладились, исчезли внутренние противоречия, от которых невыносимо страдала община небольшая. Теперь снова в Римском государстве назрел до кризиса социальный вопрос. Государство изнывало во внутренних неурядицах и, казалось, нет уже из них выхода. Но гений Цезаря нашел путь спасения: слив в одно огромное целое все страны кругом Средиземного моря, Цезарь направил их к внутреннему объединению и на этом огромном, когда-то казавшимся беспредельном поле та борьба богатых и бедных, которая не находила себе разрешения в пределах одной Италии, могла разрешиться естественно и без труда.

Деятельностью Цезаря завершилась история эллинов и латинов. После того, как греки и италики разделились, одна из этих народностей обнаружила дивные дарования в области индивидуального творчества, в области культуры. Другая выработала самое огромное и мощное государственное тело. В своей области каждое из этих племен достигло высшего возможного для человечества предела и вследствие односторонности своего развития клонилась уже к упадку.

В это время и явился Цезарь. Он слил в одно народность, создавшую государство, но не имевшую культуры, с народностью, которая имела высшую культуру, но не имела государства. Два даровитейших племени древнего мира вновь сошлись теперь, в своем объединении почерпнули новые духовные силы, достойно заполнили всю обширную сферу человеческой деятельности и совместным трудом создали ту основу, на которой человеческий гений может работать, безгранично. Других путей для человеческого развития не найдено. На новом поприще работы безгранично много и до сих работает на нем все человечество в том же духе и направлении, что и Цезарь, который в представлении всех народов остается единственным императором, олицетворением власти».

Начало второго периода римской империи, а именно образование римской империи, связано с именем Гая Октавия, который был объявлен в завещании Гая Юлия Цезаря наследником его имущества и приходился ему внучатым племянником. В момент убийства Цезаря, Гай Октавий находился в Аполлонии Иллирийской.

Узнав о преступном заговоре, вследствие которого погиб его великий родственник, он тут же прибыл в Рим и потребовал от Марка Антония, который в то время возглавлял цезарианцев, передачи ему, согласно завещанию Цезаря, больших денежных средств, которые к этому времени Антоний успел присвоить себе.

Антоний ему отказал и Гай Октавий стал искать поддержки у Марка Туллия Цицерона, который в то время был предводителем республиканцев в сенате.

Цицерон, посчитав это для себя большой удачей и пытаясь ослабить цезарианцев, провел через сенат постановление, которым Гай Октавий признавался приемным сыном и законным наследником Гая Юлия Цезаря. С этого момента Октавий стал именоваться Гаем Юлием Цезарем Октавианом.

Став наследником огромных богатств и выполняя волю Гая Юлия Цезаря, Октавиан раздал беднейшим гражданам Рима ту сумму денег, которую завещал им Цезарь, и этим приобрел популярность в среде плебса и ветеранов.

Увидев, что его влияние в городе с каждым днем ослабевает, Марк Антоний уехал в Цизальпинскую Галлию. После его отъезда сенат объявил Антония врагом Республики. Цицерон, который был известен как непревзойденный оратор, стал произносить против него речи, которым он сам дал название «филиппики». Но он прекрасно понимал, что дальше этих речей дело пойти не может, так как на самом деле сенат бороться против Марка Антония не мог - он не имел войск.

В это время Цицерону предложил свою поддержку Октавиан. Он пообещал использовать весь свой авторитет для набора воинов-цезарианцев в армию,при условии, если сенат утвердит его в качестве претора - командующего войсками.

Сенат принял это условие Октавиана и он, находясь в возрасте девятнадцати лет, был объявлен претором. После этого ему удалось навербовать армию из ветеранов цезаря.

Затем республиканская армия, которую возглавили оба консула н претор Гай Цезарь Октавиан, выступила против войска Марка Антония.

Недалеко от Мутины произошло сражение, в котором войска Антония, не выдержав натиска, отступили. Но во время этой битвы оба консула погибли. Так в 43 г. до и. э. армию возглавил молодой претор Гай Цезарь Октавиан.

Но после того как он стал единым правителем огромного государства, прошло еще долгих тринадцать лет, на протяжении которых Октавиану пришлось воевать - и воевать не с внешними врагами.

Всего Октавиан вел пять гражданских войн: мутийскую, филиппийскую, перузийскую, сицилийскую и актийскую.

Первую и последнюю - против Марка Антония, вторую - против убийц Гая Юлия Цезаря, Марка Брута и Гая Кассия, третью - против Луция Антония, брата триумвира, четвертую- против Секста Помпея, сына Гнея.

Как и четыре предыдущие, пятая гражданская война закончилась полной победой Октавиана. В результате ее его главный соперник Марк Антоний и его жена - египетская царица Клеопатра, покончили жизнь самоубийством.



2. ПРАВЛЕНИЕ АВГУСТА. ПРИНЦИПАТ



Таким образом, после гибели Марка Антония и завоевания Гаем Цезарем Октавианом Египта, закончился в истории Рима период гражданских войн. Единым правителем огромной Римской державы с этого момента стал Гай Юлий Цезарь Октавиан, который открыл своим правлением Новый период в истории древнего Рима - период Римской империи.

Совершилось это в 30 г. до н. э. и Октавиан стал единственным правителем Рима и всех его владений. В 29 г. до п. э. Октавиан возвратился в Рим и с триумфом отпраздновал свою победу. Он торжественно сложил с себя сан триумвира и взамен его получил от сената и комиций звание императора.

Еще до этого он был пожизненно наделен правом народного трибуна. Но несмотря на это, положение Октавиана не было достаточно прочным. Не прекращались попытки переворота, мятежи и заговоры. Их возглавляли молодой Лепид, после него - Варрон Мурена и Фанний Цепион, вслед за ними - Марк Эгнаций, после него - Плавтий Руф и Луций Павел, а также Луций Авдасий, которого уличили в подделке подписи, Азиний Эпикад - полуварвар-парфин и раб Телеф.

У каждого из этих злоумышленников были свои планы и свои цели. Так Авдасий и Эпикад намеревались похитить и отвезти в войска его дочь Юлию и племянника Агриппа с островов где они жили.

А раб Телеф, поверив в пророчество, которое сулило ему высшую власть, намеревался напасть на Октавиана и на сенат. Не раз жизни Октавиана угрожала смертельная опасность.

Однажды ночью возле его спальни схватили некоего харчевника из иллирийского войска с ножом на поясе, который сумел обмануть стражу. Тогда так и не удалось установить, был ли он сумасшедшим, или притворялся - далее пыткой от него не добились и слова. Но каждый из заговоров Октавиан своевременно раскрывал по доносам и ликвидировал их еще до того, как они становились опасны. Кроме этого, возложив на себя роль цензора, он провел большую чистку в сенате, исключив из него бывших сторонников Марка Антония и других враждебных себе лиц. Кроме этого Октавиан распустил большую часть легионеров, позаботившись о том, чтобы они в будущем не выступили против него: каждый из них был наделен земельным участком, которые были отобраны во время гражданских войн у противников триумвиров.

В борьбе со своими противниками Октавиан часто использовал хитрость. Так в конце 28 г. до н. э. он объявил о том, будто тяжело болен. После своего «выздоровления» он собрал в январские иды (13 января 27 г. до н. э.) заседание сената. На этом заседании он сообщил о полном окончании гражданских войн и установлении мира на всем пространстве римских владений. После этого, сославшись на плохое здоровье, он просил сенат освободить его от обязанностей правителя.

В ответ на его слова раздались просьбы сенаторов «не оставлять Республику». Но Октавиан казался непреклонным. Он заявил о своем твердом намерении удалиться от государственных дел. И тогда сенат «приказал» Октавиану остаться во главе управления Римской республики.

Октавиан якобы был вынужден подчиниться «приказу» сената. В итоге с 13 января 27 г. до н. э. и до момента своей смерти в августе 14 г. н. э. Гай Юлий Цезарь Октавиан стоял во главе римского государства согласно «постановлению» сената.

Система государственного управления, которую установил Октавиан, и которая впоследствии была закреплена его преемниками, в последующие годы получила название принципата и просуществовала вплоть до конца

II в. н. э. Формально Октавиан подчеркивал, будто он установил Республику. Была полностью сохранена видимость подобного государственного управления, но Октавиан вел весьма тонкую политическую игру. Благодаря умело разыгранной в 27 г. до н. э. комедии, Октавиан получил такие полномочия, которые создали ему весьма особое положение в Республике.

Готовился к этому он заранее. Еще в 29 г. до н. э. он под предлогом удаления недостойных, провел чистку сената, удалив из него двести человек - бывших сторонников Марка Антония, которые открыто выступали против него. Оставшиеся сенаторы были благодарны ему за то, что он оставлял их у власти и поэтому шли на всяческие уступки ему.

Формально центральным органом власти в Риме продолжал считаться сенат. Регулярно созывались трибутные комиции, на которых выбирали римские магистраты. Сенат так же назначал наместников, которые управляли римскими провинциями. Но все это совершалось под полным контролем Октавиана, который благодаря принятым между 23 гг. до н. э. постановлениям, получил ряд постов, закрепивших его исключительную власть.

В результате этих постановлений в Риме установился практически новый государственный строй. Верховным органом власти продолжал считаться сенат. Его решения имели силу закона, он продолжал оставаться одной из высших судебных инстанций и управлял всеми провинциями, кроме Галлии и Иллирии, Македонии и Сирии - наиболее важных в военно-политическом отношении, в которых были расквартированы легионы.

Этими провинциями управлял Октавиан посредством своих легатов и префектов. Египет же, после завоевания, был и вовсе объявлен его личным владением. В последующие годы распределение провинций многократно менялось в результате присоединения новых, а также в связи с внутренним положением в провинциях, военными действиями и размещением войск: Октавиан, а позже и его преемники, всегда брали на себя управление теми провинциями, которые нуждались в срочных преобразованиях и в которых располагались основные войска государства.

Сенат продолжал распоряжаться государственной казной - аэрарием. В то же время Октавиан увеличил число квесторов, эдилов, преторов, консулов, входящих в состав магистратов, чтобы дать возможность большему числу людей занять эти почетные должности.

Доходило до того, что консулы выполняли свою обязанность только в определенные месяцы, а в другие они заменялись другими, которые назывались консулы-суффекты. В то же время сенат выбрал Октавиана своим принцепсом, кроме этого ему было присвоено звание Август - наименование, которое раньше употреблялось лишь при обращении к божествам.

Октавиан был объявлен пожизненным консулом. А это значит, что он являлся верховным главнокомандующим всеми римскими вооруженными силами. Но за свою жизнь он только дважды воевал с внешними врагами.

Первую - далматскую войну он вел юношей, вторую - кантабрийскую, уже после поражения Марка Антония. Во время далматской войны он даже был ранен. В одном из боев камень попал ему в правое колено, а в другом он повредил голень и обе руки, находясь на мосту, который обвалился.

Все остальные войны он поручал своим легатам. Но во время некоторых походов в Германию и Паннонию, он присутствовал сам, либо находился неподалеку, выезжая ради этого из Рима в Равенну, Медиолану или Аквиалею.

Таким образом, под его начальством, либо под его наблюдением, были покорены Кантабрия, Аквитания, Паннония, Далмация, а также Ретия, альпийские племена винделиков и салассов. Во время его правления были остановлены набеги дакийцев - после того, как Октавиан уничтожил их трех вождей и все войско.

Он оттеснил германцев за Альбин, а подчинившихся ему свевов и сигамбров перевел в Галлию и поселил на полях вдоль Рейна.

Римская республика, как известно, была органом господства верхушки полиса и она уже не могла выполнять функции руководства огромной римской державы, а поэтому оказалась обречена.

Именно поэтому на смену ей пришла империя во главе с императором - человеком, единовластно управлявшим огромным государством, состоящим из множества провинций. Именно упорядочение управления провинциями и было главной задачей государства по окончании изнурительных гражданских войн, которые раздирали древнеримское государство на протяжении целого столетия.

В это время ощущалась острая необходимость организации государственной власти достаточно сильной, чтобы управлять мировой державой, и достаточно гибкой, чтобы удовлетворить самые различные слои населения, из которых достояли социальные верхи Рима, Италии и провинции.

Особым пунктом заботы государственной власти являлась армия, которая была опорой империи. Именно поэтому государственный строй, который установился в римской империи во время правления Октавиана Августа, носит название принципата ( от лат. princeps - первый), так как императоры всегда числились первыми.

Основную роль в жизни столицы государства - Рима продолжало играть сословие сенаторов. За время гражданских войн и проскрипций ряды их сильно поредели, многие из них потеряли состояние, в то же время, в их ряды вступили новые люди - из разбогатевших италиков - сторонников триумвиров, а также сумевших выслужиться военных.

Но, тем не менее, сенаторы оставались высшим сословием. Принадлежность к нему определялась, в первую очередь, знатным происхождением, а также имущественным цензом не менее миллиона сестерциев.

Из сенаторов назначался высший командный состав легионов - легаты и старшие трибуны, а также наместники большинства провинций, префекты Рима - должность новая, которую ввел Октавиан «для обуздания рабов и мятежников».

Сыновья зачислялись в сословие всадников, но после прохождения магистратуры они получали возможность доступа в сенат. Хотя среди сенаторов появилось много новых людей, но все же большинство из них составляли крупные землевладельцы, которые владели множеством рабов, занятых на работах в имениях, где помимо них трудились управители, казначеи, садовники, повара, пекари, кондитеры, слуги, которые заведовали парадной утварью и слуги, которые заведовали утварью обычной и одеждой, а также спальники, цирюльники, носильщики, банщики, массажисты, сукновалы, красильщики, гладильщики, ткачихи, швеи, сапожники, плотники, кузнецы, музыканты, чтецы, певцы, писари, врачи, повивальные бабки, строители, художники и множество других слуг.

Список крупных рабовладельцев конца 1 в. до и. э. и начала 1 в. н. э. оставил римский историк и писатель Плиний Старший. В числе других он упоминает сенатора, который владел 4116 рабами. Кроме этого, у каждого аристократа была широкая клиентела из живших близ его имения крестьян, отпущенников, плебеев.

В клиентелу входило, как и во времена республики, население многих городов в провинции. Само собой, что с людьми, владевшими подобными богатствами, нельзя было не считаться. На это Октавиану указывал и опыт Гая Юлия Цезаря. Поэтому Август, в годы своего правления, всячески пытался сохранить добрые отношения с сенаторами.

Не избежало изменений и второе, после сенаторов, привилегированное сословие римского общества - всадники. И хотя теперь их традиционная деятельность, основывавшаяся на откупах провинциальных косвенных налогов, находилась под жестким контролем государства, перед ними открылись широкие возможности продвижения на военной и государственной службе.

Из этого сословия набирались трибуны и центурионы легионов, командиры вспомогательных частей, секретари и чиновники в провинциальном управлении. В Египте же, даже префекты назначались из сословия всадников.

Эта была одна из самых высоких должностей для этого сословия. Увенчать же карьеру всадника могла лишь должность префекта преторианской гвардии. Эта гвардия, которая насчитывала девять когорт по тысяче человек в каждой, была организована Октавианом Августом для своей личной охраны. Размещалась она в Риме и Италии.

Преторианцы находились в привилегированном Положении. Они получали по 750 денариев жалования в год и служили всего шестнадцать лет, в то время как легионарий получал лишь 225 денариев в год и должен был служить двадцать лет.

Со времен правления Августа префект гвардии был традиционно одним из первых лиц в государстве. Впоследствии, во времена правления других императоров, префекты преторианцев нередко решали судьбу престола империи.

Всадники, как и сенаторы, также имели свой ценз, но составлял он не миллион, а 400 тыс. сестерциев. В ряды всадников вступали наиболее богатые и знатные члены муниципальной аристократии Италии, а также выдвинувшиеся по службе военные. Из их числа пополнялся сенат. Кроме всего прочего Октавиан Август создал для них ряд новых должностей - надзирателей за дорогами, общественными зданиями, водопроводами и т. д. Занимавшие эти должности всадники, получали государственное жалование. Так же, как и сенаторы, сословие всадников удостаивалось всяческого внимания со стороны императора . Он регулярно устраивал им торжественные смотры, а главой всего сословия обычно назначался кто-нибудь из близких родственников императора.

Из всех сословий наиболее резко изменилось положение римского городского плебса. Сословие это было весьма неоднородным. Небольшая его часть, которая состояла из вольноотпущенников, владела торговыми лавками, небольшими мастерскими, кое-кто имел небольшие земельные наделы под сад или огород и продавал в Риме фрукты, овощи и цветы, но основную часть городского плебса составляли разоренные, не имеющие постоянной работы люмпены, которые жили случайными заработками и незначительной поддержкой государства.

Так, при императоре Августе, 200 тыс. человек получали бесплатно хлеб и пользовались производившимися изредка денежными раздачами. Эта часть населения города постоянно росла, но в то же время она утратила свое бывшее политическое значение. Правда комиссии еще существовали, но они уже не имели никакого значения.

Лишь однажды, в 19 г. до н. э., когда императора Августа не было в городе, плебс попробовал выставить своего кандидата на должность консула. Им был эдил Эгнатий Руф. Он вызвал симпатии плебса после того, как организовал за свой счет отряды рабов, которые тушили частые в Риме пожары. Но сенат не одобрил его кандидатуру и в городе начались волнения. Весть об этом дошла до Августа, и он поспешил возвратиться в Рим. Волнения были быстро остановлены, а Эгнатий Руф брошен в тюрьму, где и закончил свою жизнь. После этого Октавиан Август распорядился, чтобы пожарные команды, которые назывались когортами стражи, были организованы за государственный счет. После они получили и полицейские функции.

Волнения в среде плебса изредка возникали и в последствии, особенно в связи с задержками поступления продовольствия. Именно поэтому для надзора за порядком в городе были организованы еще особые городские когорты, которые несли чисто полицейскую службу. Солдаты из этих когорт занимали среднее положение между простыми легионариями и преторианцами. Они получали по 375 денариев в год и служба у них считалась выгодной. Именно поэтому они были целиком преданы императору, который мог на них положиться.

Но император Август был слишком мудрым политиком, чтобы не понимать, что, ограничиваясь мерами подавления, он не сможет целиком обезопасить себя от выступлений плебса. Поэтому он вел тонкую политику и в отношении этого сословия. Так же как и с сенаторами и всадниками, он пытался отвлечь плебс от политики и привлечь его на свою сторону.

Для этого стал усиленно пропагандироваться традиционный культ ларов- душ предков, являющихся хранителями фамилии дома, а также имения потомков. И культ гения, который, по убеждению римлян, сопровождал их на протяжении всей жизни. Так люди, которые зависели от кого-либо - рабы, клиенты и т. п., почитали ларов и гения своего хозяина.

После волнений плебса стал усиленно воздаваться культ ларам и гению Октавиана Августа. Для этого в Риме и Италии основывались многочисленные коллегии, частные и государственные.

Кроме того, для отвлечения плебса от политики, проводились частые и роскошные зрелища, на которых неизменно появлялся и сам император. На зрелища он не жалел средств - отовсюду выписывались редкие звери и гладиаторы. Август покровительствовал популярным актерам. Кроме этого, на средства Октавиана Августа и членов его семьи, в Риме развернулось огромное строительство. Сам Август говорил, что получив Рим кирпичным, он оставляет его мраморным. Постройки давали работу множеству плебеев и способствовали росту популярности Августа, а также повышали престиж Рима как столицы империи.

Август заботился о престиже не только города Рима, но и об уважении к званию римского гражданина. Теперь он очень придирчиво рассматривал кандидатов на получение римского гражданства и всячески внушал римлянам, что они прирожденные властители мира.

Такая политика римского великодержавия преследовала цель создать резкие грани, которые разделяли бы римлян и не римлян, чтобы, с одной стороны, облегчить управление римским плебсом и, с другой, держать в повиновении покоренные народы.

Такая политика Августа устраивала и сенаторов и всадников, но все же аристократы, которые поддерживали его на пути к власти, ждали от него, чтобы он обеспечил покорность рабов.

Именно эта задача стояла на первом месте во всей политики принципата. На протяжении всего существования римского общества, его основой являлась фамилия, которая включала в себя всех свободных и рабов, находившихся под властью ее главы.

В первый период истории Рима это были преимущественно свободные члены семьи - жена, дети, внуки, а также клиенты, но, по мере развития рабства, фамилия все более расширялась за счет рабов.

В юридических текстах начального этапа римской империи именно они и подразумевались обычно под словом «фамилия». Жизнь раба целиком ограничивалась замкнутой сферой фамилии. Господин распоряжался не только его судьбой, но и жизнью. Раб участвовал в фамильных праздниках, фамильном культе, отправляемом господином или управлявшим по его указу рабом-виликом.

Считалось, что всех членов фамилии, кроме реальной власти главы семейства связывало освященное религией и обычаем чувство pietas - термин, который принято переводить как «благочестие». Но перевод этот является весьма условным. На самом деле это было значительно более широкое понятие. Оно включало в себя не столько отношение человека к божеству, сколько взаимный долг родителей и детей, патрона и клиента, господина и раба, а впоследствии, во время империи, - правителя и подданного.

Продолжительные гражданские войны расшатали не только государственное правление, они оказали отрицательное воздействие и на культ фамилии: сражавшиеся с обеих сторон привлекали к своей борьбе рабов, рабы-отпущенникн, которые доносили на своих господ и патронов, получали во время проскрипций награды от представителей противоположного лагеря.

Это привело к тому, что рабы стали вступать в коллегии свободных, они принимали участие в культах восточных богов, слушали и повторяли опасные для хозяев прорицания. Одним словом, они вышли из сферы фамилии на гораздо более широкую социально-политическую арену.

Пошатнулись сами устои фамилии, власть отца и господина, повсюду все сетовали об исчезновении древней пиетас. Рабы стали убегать от своих хозяев, убивали своих господ. В завоеванных провинциях рабы, которые еще не успели смириться со своим положением, постоянно угрожали восстанием.

Так, обращенные в рабство астуры и кантабры перебили своих господ и бежали на родину в Иберию (Испания). Само собой, что все это не нравилось аристократам и они требовали навести порядок.

Для удовлетворения их требований Август предпринял жестокие меры для обуздания рабов. Их вооруженные отряды были быстро ликвидированы. В действие был введен старый закон, по которому в случае насильственной смерти господина все его рабы, находившиеся под одним с ним кровом или на расстоянии окрика, но не пришедшие на помощь, предавались пытке и казни.

В законе говорилось, что, только при таких мерах, господин может избавиться от вечного страха, живя среди враждебных ему рабов.

Октавиан Август ввел также законы, по которым был ограничен отпуск рабов на волю по завещанию, а также рабов моложе тридцати лет. Теперь никто не мог отпустить более ста рабов. Таким образом, император ограничил приток бывших рабов в среду плебса и уменьшил, по возможности, их объединение. Рабы же, на теле которых было клеймо господина, указывающее на их особенную ненадёжность, даже в случае получения свободы, не имели права стать римскими гражданами. Август весьма низко ставил вольноотпущенников, постоянно это подчеркивал и откровенно показывал. Даже самых богатых из них он никогда не допускал к своему столу. Исключение было сделано лишь для Менодора, отпущенника Секста Помпея, который предал в свое время Октавиану весь флот своего господина, в результате чего Октавиан смог победить одного из самых опасных своих соперников.

Кроме этого, вольноотпущенникам была запрещена военная служба. Их брали лишь в пожарную охрану и во флот. Но моряки, как известно, всегда занимали самое низкое положение в римской армии. В то же время Август постоянно подчеркивал безраздельность власти господина п патрона над своими рабами. Для этого он пошел даже на такой шаг, как награждение рабов и вольноотпущенников, которые укрывали и спасали своих господ, осужденных во время проскрипций.

В этом Август, как и во всем остальном, вел последовательную политику. Историки, в подтверждение этого, любят приводить в пример один случай.

Однажды Август обедал у своего друга Ведия Поллиона, у которого существовало традиционное наказание провинившихся рабов - он бросал их на съедение муренам - хищным рыбам с ужасной головой, напоминающей голову дракона, которых он для этого держал в специальных прудах.

И вот один из рабов, прислуживавших за столом, случайно разбил драгоценный бокал. Зная, что ему грозит страшная казнь, несчастный бросился на колени перед Августом и стал умолять его о заступничестве.

Естественно, Октавиана мало интересовала судьба какого-то раба. Но он прекрасно понимал, что каждым своим шагом, каждым своим поступком должен поддерживать в народе славу доброго и справедливого господина. Август оказался в неловкой ситуации: по идее, он должен был защитить несчастного раба, но, в то же время, не имел права вмешиваться в отношения господина и раба, в соответствии с культом, который им же и насаждался.

Но Октавиан Август и тут проявил мудрость. Он потребовал, чтобы ему подали все остальные бокалы и разбил их один за другим, избавив этим раба от казни.

Август, трижды возвращаясь к законам к семье во время своего принципата, принял специальные Полномочия «куратора нравов», законы эти предписывали всем гражданам страны вступать в брак и иметь детей. Люди, которые не соблюдали их, ограничивались в праве наследования и занятия различных должностей, и, напротив, люди, у которых было трое и больше детей, получали различные привилегии и государственные пособия.

И то же время, в соответствии с этими законами, предписывалось строго блюсти нравы. Отцу давалось право убить любовника дочери и дочь, которых он поймал на месте преступления. Муж был обязан подать в суд на свою неверную жену и ее «сообщника», которые в свою очередь лишались части имущества и высылались на пустынные острова средиземного моря.

Если же муж в суд не подавал, то любой гражданин имел право обвинить его в сводничестве. Все это, по мнению Августа, должно было воссоздать древнюю семью, возродить угасающую pietas и упрочить власть отца и господина.

Законы эти встречали ожесточенное сопротивление среди высших слоев населения Рима, но это и не удивительно так как они содержали внутренние противоречия. Они был направлены на укрепление власти мужа и отца, но дозволяли государству вмешиваться в замкнутый некогда мир фамилии и уже не муж, а суд карал неверную жену. Это противоречие постепенно все более и более разрасталось и в самом конце существования римской империи привел почти к полной замене власти главы фамилии государственной властью.

Но законы о семье возникли не от сиюминутного, желания Августа, в этом была его жизненная позиций.

В отношении зрелищ он превзошел всех предшественников: его зрелища были более частые, более разнообразные, более блестящие. По его словам, он давал игры четыре раза от своего имени, и двадцать три раза от имени других магистратов, когда они были в отлучке или не имели средств. Театральные представления он иногда устраивал по всем кварталам города, на многих подмостках, на всех языках: гладиаторские бои - не только на форуме или в амфитеатре, но также и в цирке и в септах ( впрочем иногда он ограничивался одними травлями); состязания атлетов - также и на Марсовом поле, где были построены деревянные трибуны; наконец морской бой - на пруду, выкопанном за Тибром, где теперь Цезарева роща. В дни этих зрелищ он расставлял по Риму караулы, чтобы уберечь обезлюдевший город от грабителей.

Среди зрителей, которые ранее сидели беспорядочно и вели себя распущенно, он навел и установил порядок. Поводом послужила обида одного сенатора, которому в Путеолах, на многолюдных зрелищах, никто из сидящей толпы не захотел уступить место; тогда и было постановлено сенатом, чтобы на всяких общественных зрелищах первый ряд сидений оставался свободным для сенаторов. Послам свободных союзных народов он запретил садиться в орхестре, так как обнаружил, что среди них были вольноотпущенники. Солдат он отделил от граждан. Среди простого народа он отвел особые места для жителей женатых; отдельный клин - для несовершеннолетних; и соседний - для их наставников, а на средних местах воспретил сидеть одетыми в темные плащи. Женщинам он даже на гладиаторские бои не дозволял смотреть иначе, как с самых верхних мест, хотя по старому обычаю на этих зрелищах они садились имеете с мужчинами. Только девственным весталкам он предоставил в театре отдельное место напротив преторского кресла. С атлетических же состязаний он удалил женщин совершенно: и когда на понтификальных играх народ потребовал вывести пару кулачных бойцов, он отложил это на утро следующего дня, сделав объявление, чтобы женщины не появлялись в театре раньше пятого часа.

Сам он смотрел на цирковые зрелища из верхних комнат в домах своих друзей или вольноотпущенников, а иногда - со священного ложа, сидя вместе со своей женой и детьми. Часто он уходил с представления на несколько часов, иногда даже на целый день, испросив прощения и назначив вместо себя распорядителя. Но когда он присутствовал, то ничем уже более не занимался: то ли он хотел избежать нареканий, которым на его памяти подвергался его отец Цезарь за то, что во время игр читал письма и бумаги и писал на них ответы, то ли просто любил зрелища и наслаждался ими, чего он никогда не скрывал и в чем не раз откровенно признавался. Поэтому даже не на своих зрелищах и играх он раздавал от себя и других много дорогих подарков, поэтому и на всяком греческом состязании непременно награждал по заслугам каждого атлета. Но больше всего он любил смотреть на кулачных бойцов, в особенности латинских и не только на обученных и признанных, которых он иногда даже стравливал с греками, но и на простых горожан, которые в переулочках бились стена на стену, без порядка и правил. Одним словом, он не обошел вниманием никого и умножил их привилегии, гладиаторам запретил биться без пощады, актеров разрешил наказывать только в театре и во время игр, а не всегда и везде, как это позволялось должностным лицам по старому закону. Тем не менее, и на состязаниях борцов, и на битвах гладиаторов, он всегда соблюдал строжайший порядок, а вольности актеров сурово пресекал: узнав, что Стефанион, актер римской комедии, держит в услужении матрону, постриженную под мальчика, он высек его в трех театрах и отправил в ссылку. Пантомима Гиласа он, по жалобе претора, наказал плетью при всех в атрии своего дома. А Пилада выслал из Рима и Италии за то, что он со сцены оскорбительно показал пальцем на зрителя, который его освистал».

Но несмотря на все сказанное выше, можно смело утверждать, что главной и первой заботой Августа была армия. Она в свое время обеспечила ему победу и единовластие. И в то же время он прекрасно понимал, что армия может стать и очень опасной силой, направленной против власти самого императора, поэтому Август предпринимал много мер, которые ограничивали роль армии.

После победы над Марком Антонием ему удалось захватить огромную добычу в Египте, и это помогло ему щедро расплатиться с солдатами и обеспечить ветеранов землей, не прибегая более к конфискации. Таким образом, он значительно сократил количество военных, оставив из семидесяти с лишним легионов, стоявших под оружием в 33 г. до н. э., только двадцать пять.

В Италии никакого войска, кроме городских и преторианских когорт не осталось. Все легионы были размещены только в провинциях. Легионарии набирались из римских граждан, главным образом италиков и римлян. Все остальные посты занимали сенаторы и всадники. Простой солдат мог дослужиться только до центуриона, то есть командира центурии - подразделения легиона, составлявшего одну шестидесятую его часть и включавшего сто солдат.

И тем не менее, авторитет Августа базировался на тех огромных материальных средствах, которыми обладал принцепс и, в первую очередь, на том, что он был бесконтрольным командующим огромной постоянной армией.

Хорошо укомплектованные, оснащенные технически по всем требованиям военного искусства того времени, легионы были расквартированы группами в наиболее важных в военном и экономическом положении провинциях.

Командующие легионами - легаты и старшие командиры - военные трибуны назначались самим Октавианом Августом. Срок службы воинов в легионах был установлен в двадцать лет. В течение службы воины получали годовое жалование, а при отставке - донативу (особый подарок и надел земли). Воинам пожилого возраста, а также выходившим в отставку - так называемым ветеранам - раздавали отдельные поселения в различных частях римской империи. Они являлись оплотом государственной власти. Часто из них выбирались местные магистраты.

Но в то же время, в армии насаждалась жестокая дисциплина. От солдат требовали беспрекословного подчинения. За малейшую провинность они несли различные наказания - от розг до казни в случае массового неповиновения или бегства с поля боя.

И хотя военные еще помнили те времена, когда Октавиана называли «солдатским вождем», теперь он никогда не позволял ни себе, ни своим близким обращаться к легионариям с привычным ранее для них словом «соратники».

Теперь к ним обращались только «солдаты».

Поначалу служба в армии считалась весьма привилегированной, но когда египетская добыча истощилась, и, в тоже время, участились войны, отставку и награды стали оттягивать на неопределенный срок. Чтобы пополнить военную казну, Август ввел налоги на наследство и на отпуск рабов, но все-таки денег на содержание армии не хватало, поэтому в армию шли неохотно, и иногда приходилось прибегать к принудительным наборам.

Кроме легионов, в некоторых крупных городах римских провинций стояли когорты. Они были призваны охранять римских администраторов, местные храмы, тюрьмы, а по ночам ворота и улицы городов. Положение солдат этих вспомогательных частей, набиравшихся из покоренных провинциалов или из, так называемых, союзных, а фактически зависимых народов, было еще хуже.

Это были конные и пешие отряды (алы и когорты) в 500 или 1000 человек, взятых из одного племени, по названию, которого они именовались. Набор в эти части нередко служил поводом к восстанию. Само собой, что боевые качества таких войск не были высокими.

В самой Италии были расквартированы особые преторианские когорты. В эпоху Республики в каждой римской армии была когорта, которая охраняла военачальника и его ставку - так называемая когорта претория.

Август для личной охраны и поддержания в Италии порядка создал девять когорт преторианцев по тысяче человек каждая (триста всадников и семьсот пехотинцев). Три из преторианских когорт были оставлены в самом Риме, а остальные шесть - в различных городах Италии.

Воины-преторианцы рекрутировались из уроженцев Италии. В то же время они получали жалование в три раза больше, чем обычные легионеры. Срок службы их был сокращен и составлял шестнадцать лет. Во главе преторианского корпуса, который фактически являлся императорской гвардией, стояли два префекта претории.

Для охраны морских границ и традиционных морских путей на Средиземном море было создано несколько постоянных эскадр военных кораблей. Кроме этого существовали флотилии, которые охраняли берега Галлии и Понта Евк-синского ( ныне - Черное море).

Общая численность вооруженных сил Римской империи при Октавиане Августе достигла 300 тыс. человек. Эта постоянная римская армия, созданная им, просуществовала около четырех столетий. Это была армия регулярная, надежная и твердая. Она составляла оплот правителей римской империи в их внутренней и внешней политике.

Но к этому возвеличиванию Октаваин шел, сохраняя видимость карьеры равного среди равных. В течение нескольких лет он избирался консулом (в общей сложности он был консулом тринадцать раз). Помимо этого он, по постановлению сената еще с 36 г. до н. э. имел трибунскую власть, которая давала ему право распоряжаться всеми гражданскими делами в Риме.

Позже он получил власть проконсульскую. Он также был верховным судьей всех римских граждан. Как и сенат, он имел право выдвигать кандидатов в магистраты. Следует отметить, что его кандидаты баллотировались вне очереди и, конечно, имели все шансы быть избранными. Для этого он также использовал свой авторитет, как мы смогли убедиться из цитаты римского историка. Якобы для покрытия расходов по вверенным принцепсу отраслям управления была создана особая казна - фиск, которая сложилась на основе отдельных провинциальных фисков, существовавших еще в период Республики.

Постепенно казна эта совершенно вытеснила эрарий, которым распоряжался сенат.

Несмотря на формальное республиканское государственное управление, и юридическое двоевластие императора и сената, принципат был задуман и осуществлен как монархия. Но подобные формальности имели большое значение. Дело в том, что видимость республики существовала около трех столетий, на протяжении которых монархическая власть постепенно выступала все более и более неприкрытом виде. Процесс этот получил завершение лишь в конце 3 в. н.э., во время так называемой

поздней римской империи. Следует заметить, что отношения Августа с сенатом до самых последних лет его правления носили относительно мирный характер. Несколько быстро раскрытых случайных, а не систематических, заговоров несколько анонимных памфлетов, злословие в узких кругах которое больше пугало собеседников, чем того, кто был его объектом, несколько дерзких ответов Августу на заседаниях сената, которые казались тогда верхом гражданского мужества, - вот все, чем смогли ответить сенаторы на фактическое крушение республиканского строя. Но в этом немалая заслуга и самого Октавиана Августа. Он всячески старался не обострять отношения с сенатом, старался поддерживать его значение, лично оказывал уважение сенаторам и требовал этого от других. Но, несмотря на это, Октавиан Август неуклонно оттеснял сенат на задний план. Дошло до того, что, боясь влияния сенаторов в провинциях, он запретил им покидать Италию без особого разрешения. Не желая допустить сближения сенаторов с плебсом, Август ограничил расходы частных лиц на зрелища, чтобы никто не превзошел его в роскоши и популярности.

Он вмешивался в управление сенатскими провинциями, создал совет в количестве двадцати человек, которые именовались его «друзьями». Этим советом велась подготовка всех важнейших мероприятий, которые затем поступали на лишь формальное утверждение сената. Дважды за годы своего правления он проводил чистки, изгоняя неугодных ему сенаторов и пополняя сенат преданными людьми. Если у таких людей не доставало денег до суммы сенаторского ценза, он выплачивал их сам.

На самые ключевые посты он лично назначал своих друзей и приближенных, иногда даже вольноотпущенников, что привело к зарождению императорской бюрократии, которая постепенно вытеснила старые республиканские учреждения. Высшей военной, административной и судебной властью в императорских провинциях обладали назначаемые Августом из числа преданных ему сенаторов наместники, имевшие звание легатов пропреторского ранга. Они управляли провинциями в соответствии с императорскими инструкциями - мандатами, которые получали перед отъездом в свою провинцию. Сенатскими же провинциями управляли назначаемые сенатом проконсулы и пропреторы, которые, в то же время, обязаны были подчиняться приказам принцепса.

Римом управлял префект города, которого Август назначал из числа наиболее близких к себе сенаторов. Часто на государственную службу Август привлекал своих клиентов из числа всадников, а также своих рабов и вольноотпущенников.

Ранг всадников имели высшие префекты, к которым принадлежали: префект претория, командующий императорской гвардией; префект Египта, управляющий этой самой богатой наиболее стратегически важной провинцией; префект аноны, организующей снабжение Рима продовольствием, префект вигилов, который заведовал пожарной охраной Рим и отвечал за порядок в ночное время. Всадники были также прокураторами провинций, которые отвечали за сбор налогов и выплату жалования расквартированным в провинциях войскам. Кроме этого, они были обязаны следить за деятельностыо наместника провинции и обо всем подозрительном тут же докладывать Августу. Прокураторы-всадники иногда назначались наместниками небольших провинций и возглавляли некоторые финансовые ведомства в самом Риме. Наиболее низшие финансовые должности занимали императорские вольноотпущенники. Также из принадлежавших императору рабов и вольноотпущенников, была укомплектована императорская канцелярия. В штате наместников провинций находились их родственники, друзья и клиенты, так как канцелярии были укомплектованы отчасти рабами и вольноотпущенниками, а отчасти солдатами и младшими командирами, откомандированными из канцелярий, расположенных в провинциях легионов.

Конечно, всех этих людей, служивших в государственном аппарате ранней Империи, нельзя считать чиновниками в современном смысле этого слова. Их служба представляла собой чередование административных должностей с магистратурами (для сенаторов), командных постов в армии с работой управителей императорских поместий и различных служб императорского двора. При назначении человека на ту или иную должность, главную роль играли его личные связи.

Складывающийся государственный аппарат был разнородным по своему составу, хаотичным по своей структуре и малочисленным, если учесть, что он должен был обслуживать мировую державу. Это происходило потому, что в то время еще большую роль играли республиканские традиции, да и объем административной работы не был велик, так как ранняя Империя представляла собой совокупность самоуправляющих муниципиев, полиса и родоплеменных общин, но, несмотря на свое несовершенство, этот государственный аппарат всячески способствовал укреплению власти Августа и его преемников. Он позволил наладить более эффективное управление государственными делами, чем это было в период поздней Республики.

Тогда же было заложено основание огромному императорскому хозяйству, которое, все разрастаясь, сделало впоследствии императоров крупнейшими землевладельцами империи. В результате чего они стали не только политически, но и экономически сильнее сенаторов. Несмотря на то, что Август очень неохотно давал права римского гражданства уроженцам провинции, однако многие знатные провинциалы его получили. Более того, в городе Кирене Август, даже вмешался в борьбу между римскими поселенцами и местной знатью, оказав помощь именно последним против злоупотреблений живших там римлян. Особым покровительством Августа пользовалось население италийских родов, некоторые из представителей местной италийской знати вошли в состав всаднического и даже сенаторского сословий. Италийские купцы вели торговлю не только всех провинциях римской империи, но и за ее пределами.

Август развернул гигантскую строительную деятельность как в самом Риме, так и в других областях государства. В столице империи были реставрированы и заново отстроены восемьдесят два храма, а также построен специальный архитектурный комплекс - Форум Августа, роскошный театр, названный в честь племянника Августа Марцелла, храм всем богам - Пантеон, «жертвенник мира» и многое другое. На Палатинском холме Август построил себе роскошный дом, который постепенно стал центром политической жизни города. После него все императоры строили свои дворцы на этом месте.

В годы правления Августа было приложено множество усилий для обеспечения постоянного и бесперебойного снабжения огромного многолюдного города Рима хлебом и водой. Для этого на Тибре и в порту Рима - Остии, были воздвигнуты большие склады, отремонтированы и построены новые водопроводы-акведуки. Обеспечением города хлебом заведовал префект анноны, снабжением водой - префект вод. Во главе же всего управления городом стоял городской префект, главными функциями которого были «быстрая расправа и обуздание рабов и мятежных граждан».




Заключение



Август был расчетливым политиком. Вся его деятельность была направлена на единство и укрепление империи, а также на поддержание господствующего положения римлян и италиков по отношению к остальным жителям гигантской державы. Август был тонкий, расчетливый, двуличный, умевший приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам и использовать их для извлечения максимальной выгоды политик.

Сорок четыре года Август был единоличным правителем Римской империи. Конечно, установление империи стало свершившимся фактом. Уже никому не казалось странным, что в предчувствии скорой кончины, Август стал готовить приемника.

Но установление династической власти было, возможно, единственным несомненным успехом государственной деятельности Августа. Во всех остальных вопросах порядок не был достигнут. Весьма остро стоял вопрос о рабах, хотя открытых восстаний уже не было. Военная мощь империи, дисциплина войск были далеко не на том уровне, на которых привыкли представлять их в своих официальных версиях правители Рима. Не достигли желанной цели и брачные законы, аристократия всячески обходила и нарушала их. Экономика находилась в состоянии относительного подъема, но она оказалась зависимой от провинций.




ИСПОЛЬЗУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА:



1.И.Б.Новицкий. Римское право, М 1987 г.

2.А.Н.Байдак, И.Е. Войнович, Всемирная история, т 6, М, 1999 г.

3.А.С.Кармин, Е.С.Новикова, Культурология, СПб, Питер, 2007 г.

4.Н.И. Конрад, Запад и восток, М, 1972 г.

5. С. Хантингтон, Столкновение цивилизаций, М : АСТ, 2003 г.

1