Функции оксюморона в лирике Анны Ахматовой

Отдел образования администрации Центрального района

Муниципальное общеобразовательное учреждение 

средняя общеобразовательная школа №4

Секция литературоведения





















Контрольная работа по теме: 

Функции оксюморона в лирике Анны Ахматовой



























Новосибирск 2007


Введение



Серебряный век - это период расцвета культуры: музыки, театра, философии, искусства и литературы. Он длился с 90-х гг. XIX в. вплоть до конца 20-х гг. XX в. В это время появлялись разнообразные литературные течения: символизм, акмеизм, футуризм, имажинизм и другие. Символисты главным в искусстве провозглашали символ как некий знак, олицетворяющий то или иное явление, качество: утро - молодость, любовь – божественное начало. Футуристы же беспощадно критиковали классическое и современное реалистическое искусство, смело экспериментируя над русским словом. Сторонники же акмеизма относились к личности как к данности, которая требует не формирования и утверждения, а просто раскрытия. Религиозные поиски и желание преобразовать общество, в отличие от символистов и футуристов, были им чужды. Акмеисты ощущали мир прекрасным и таким же хотели изобразить его в своих произведениях. Такое разное мироощущение поэтов Серебряного века явилось причиной огромной работы над русским словом, что открыло неизвестные до этого потенциальные возможности языка.

После XIX века, века гармонии, настал XX – век разрушений, сломов. Отношения человека с окружающим миром стали сложнее, что породило множество внутренних противоречий.

Оксюморон – это художественное средство языка, которое можно назвать своего рода противоречием. Оно сочетает в себе контрастные понятия, которые вместе составляют одно целое, как и сама эпоха Серебряного века. Главной целью нашего исследования будет определение функции, роли этого литературного приёма в разные периоды творчества Ахматовой.


1. Оксюморон в творчестве Анны Ахматовой



В основе жизни лежит двойственность: добро и зло, день и ночь, огонь и вода, небо и земля. На свете существует всего два начала: мужское и женское. В природе не существует другого, третьего рода. Наш мир дуалистичен. 

О.В. Сливицкая в одной из своих работ по творчеству И.А. Бунина пишет, что существует схождение и расхождение противоположных полюсов: «Эти полюса то относятся друг от друга бесконечно далеко, то сближаются». Явления схождения этих полюсов в одной точке она называет оксюморонами. «Так появляется биполярность в мельчайших клеточках художественного организма». 

В творчестве Анны Ахматовой довольно часто встречается этот приём. XX век, ярким представителем которого и являлась А.А. Ахматова, характеризуется различными течениями и направлениями в литературе, искусстве, общественной жизни: символизмом, акмеизмом, футуризмом, имажинизмом и многими другими. В ранней лирике Ахматовой заметны черты акмеизма. Для этого направления главными требованиями к языку были точность и ясность. Осип Мандельштам, который также был сторонником акмеистического ученья, в статье «Утро акмеизма» пишет: «Для акмеистов сознательный смысл слова, Логос, такая же прекрасная форма, как музыка для символистов» (с.336). Именно эти грани русского слова прекрасно раскрываются с использованием оксюморона.

Известный литературовед Б.В. Томашевский даёт следующее определение этому средству литературного языка: «Оксюморон – эпитет, противоречащий определяемому: жгучий холод, сладкая горечь и т.д. Чтобы оксюморон был осмыслен, необходимо, чтобы слова, его составляющие, были употреблены в переносном значении». В «Литературном энциклопедическом словаре» даётся похожее определение оксюморона: «Оксиморон (оксюморон) – сжатая и оттого парадоксально звучащая антитеза, обычно в виде антонимических существительного с прилагательным или глагола с наречием». И в том и в другом случае под оксюмороном подразумевают сочетание семантически контрастных слов, которые своим соединением создают новое смысловое единство. Только вместе эти слова открывают совершенно иной смысл. Явление оксюморона похоже на рождение ребёнка. Мужчина и женщина, два противоположных начала, соединяются друг с другом и на свет появляется что-то иное, новое, более прекрасное, необыкновенное – ребёнок. Так и оксюморон получается при сложении двух противоположных по лексическому значению слов, раскрывая невидимые ранее грани каждого из них, рождая прекрасный образ. Это художественное средство углубляет смысл, открывает какие-то новые, ранее невидимые истины. Этот процесс мы можем условно обозначить формулой: А+В=С.

В нашей работе мы условно разделим оксюморон на явный и неявный. Например, «горькая слава» (Анна Ахматова «Сколько просьб у любимой всегда», 1913 год), «Смотри, ей весело грустить//Такой нарядно-обнаженной» (Ахматова), - это явные оксюмороны, а «равнодушно жёлтый огонь» (Анна Ахматова «Песня последней встречи», 1911 год), «Мне муж – палач, а дом его – тюрьма» (Анна Ахматова «Тебе покорной?», 1921 год) – неочевидные, неявные. В явном оксюмороне пересекаются лексические значения слов, лежащие на поверхности, в неявном – переносные или «подводные» значения, о существовании которых можно догадаться, исходя из общего смысла текста.

Своим учителем Анна Ахматова считала Иннокентия Анненского (1856-1909), поэта и преподавателя из Царскосельской гимназии. Она говорила, что важную роль в её становлении как поэта сыграло первое знакомство с его стихотворениями. «Затем случилось следующее: я прочла (в Брюлловском зале Русского музея) корректуру “Кипарисового ларца” (когда приезжала в Петербург в начале 1910 г.) и что-то поняла в поэзии… Я сразу перестала видеть и слышать, я не могла оторваться, я повторяла эти стихи днём и ночью… Они открыли мне новую гармонию». Ахматова благодаря Анненскому научилась передавать простыми, порой будничными словами, очень тонкие оттенки внутренних переживаний современного поэта.

																Для лирики Иннокентия Анненского характерно использование оксюморона. Например, в стихотворении «Nox vitae» («Ночь жизни») присутствует явный оксюморон «И вы, на мрачной белизне», в «Зимнем поезде» наше воображение поражает строчка «Снегов немую черноту», а в стихотворении «Зимние лилии» оксюморон «Рад я сладостной отраве». Так что можно предположить, что есть некая традиция между оксюмороном Анненского и Ахматовой, что она переняла, научилась каким-то неведомым для простых людей образом у поэта-учителя Иннокентия Анненского.

В ранних стихотворениях довольно часто встречается оксюморон наряду со сравнениями, в то время как метафоры, характерные творчеству символистов, почти отсутствуют. Б.М. Эйхенбаум в своей работе «Анна Ахматова. Опыт анализа» писал: «...символисты выделяют именно метафору... этот принцип экстенсивности, пользующийся ассоциативной силой слова, отвергнут Ахматовой... Неувязка между частями строф, резкость синтаксических скачков, противоречивость смысловых сочетаний – всё это уживается рядом с торжественной декламацией и создаёт особый стиль, основой для которого является причудливость, "оксюморонность", неожиданность сочетаний». В её творчестве оксюморон показан в разных своих ипостасях: от простого и сразу понятного содержания до философского подтекста. Таким образом, оксюморон "эволюционирует" в стихах поэта, перерастая в нечто большее, в поражающие воображения символы в «Поэме без героя», которую В.М. Жирмунский характеризовал как «сбывшуюся мечту символистов».

Рассмотрим значение оксюморона на примерах анализа стихотворений Ахматовой и попытаемся выявить его функции.


1.1 Оксюморон в ранней лирике

ахматова оксюморон лирика анненский

К ранней лирике Ахматовой относят сборники стихотворений, вышедшие в начале её творческого пути: «Вечер» (1912), «Четки» (1914), «Белая стая» (1917). Главной темой является любовь лирической героини во всех её проявлениях: от сумасшедшей страсти до боли и безутешной скорби. Многие исследователи творчества Анны Ахматовой отмечают особую искренность, камерность и интимность её ранних стихотворений.

«Сколько просьб у любимой всегда» - это одно из стихотворений о любви лирической героини Анны Ахматовой. Эта любовь, как и сама героиня, полна противоречий. И чтобы передать их наиболее точно, ясно и чувственно, в конце стихотворения поэт использует оксюморон «горькая слава». 

Первые две строки, и уже явный контраст чувств. Это скрытое противоречие, скрытая борьба. «Сколько просьб у любимой всегда!» - здесь звучит неподдельная радость, восторг. Ведь там, где есть любовь, там счастье. Сами слова: «просьба, любимая, а значит и любовь, всегда» - говорят о вечном счастье, доверии, о нежных, близких и очень трепетных чувствах. Но вторая строка «У разлюбленной просьб не бывает» - словно крик души, потерявшей что-то близкое и родное. Нет рядом человека, которому можно доверить всё, рассказать о самом тайном. Героине просто больше не к кому обратиться, и тех самых просьб, этого доверия у неё просто не может быть, «не бывает». 

Из этих двух строк уже становится понятно, что в стихотворении речь пойдёт о женщине, которую разлюбили. Но каковы её чувства? Она злится, ненавидит возлюбленного или не понимает произошедшего? Ничего подобного в её душе не происходит. Её чувства другие, противоречивые, как и она сама. 

Она рада, что любовь проходит, как «…вода//Под бесцветным ледком замирает». Образ замирающей воды, которая совсем недавно лилась рекой, бурлила, волновалась, плескалась - это образ уходящей любви. Ей тяжело: «Христос помоги!», но даже в мыслях нет возможности вернуться. Это чувство было прекрасным, светлым и ломким, а теперь это лёд, это слишком сладостная страсть стала льдом. А всё потому, что в этой любви лирическая героиня была несвободна, любовь плотно сдавила её, мешая дышать, творить, а значит и жить. Хотя женщина уже и сделала свой выбор, но её сердце всё ещё желает этой любви, оно не спокойно. Теперь она свободна, у неё есть слава. Желание, что «…когда-нибудь имя мое//Прочитают в учебнике дети», исполнено. Любимый подарил ей свободу, а вместе с ней и славу. «Как я рада!» - восклицает в ответ возлюбленная. Но слава её горькая, ведь жертва, на которую героине пришлось пойти, любовь.

Права ли была женщина? Рассудят потомки. И это история одной любви, написанная Анной Ахматовой, будет трогать ещё не одно сердце, возможно, именно благодаря этой противоречивости чувств героини, показанной с использованием оксюморона.

В стихотворении «Не будем пить из одного стакана» Анны Ахматовой тоже присутствует оксюморон. В строках «Ты дышишь солнцем, я дышу луною,//Но живы мы любовию одною» использовано это средство литературного языка.

Если прочитать только одну строчку «Ты дышишь солнцем, я дышу луною», то можно увидеть лишь яркий контраст. Но если прочитать следующую строчку «Но живы мы любовию одною», и это противопоставление перерастает в оксюморон. Два противоположных начала: мужчина и женщина, луна и солнце соединяются, и рождается прекрасное чувство, любовь. Между ними возникает тот самый костёр, «…которого не смеет//Коснуться ни забвение, ни страх».

В стихотворении «В промежутке между грозами» также находим оксюморон: «Мрачной яркостью богатые». Эпитет к слову ясность полностью противоречит лексическому значению определяемого слова. Мрачный значит «тёмный, погружённый во тьму, наводящий грусть, безрадостный, беспросветный»*, ясный - это «светлый, ничем не омраченный, спокойный»*. То есть «яркие, сияющие, ничем не затемнённые»* облака в то же время для лирической героини «исполнены печали, тяжелы и угрюмы»*. Так Ахматова говорит про облака, которые появляются лишь на мгновения, словно лучик света, от чего и становится ярко, но они мрачны, так как совсем скоро им придётся скрыться. Спокойствие, даримое ими, обманчиво: стоит только всем поверить, что самое страшное уже миновало, как, разрушив эту «тишь чудесную», неожиданно грянет гроза. Об угрозе, нависающей над человеком, говорит нам оксюморон.

Оксюморон из стихотворения «Сжала руки под тёмной вуалью» (1911 год) выражает одновременно состояние двух героев. «Улыбнулся спокойно и жутко» говорит про любимого лирическая героиня, описывая его действие, реакцию на случившееся. Но в то же время, мы узнаём это с её слов, а значит, и её душевное состояние того момента передают эти слова. 

В этом стихотворении оксюморон состоит из слов: «спокойно» и «жутко». Слово «спокойно» описывает состояние героя: он спокоен, нет никакого волнения, только умиротворение и покой. Именно со спокойной улыбкой лирический герой произносит последние слова «Не стой на ветру». Женщина не понимает, почему он никак не реагирует на произошедшее несколько минут назад между ними, в то время как она бежит и кричит, задыхаясь: «Уйдёшь, я умру». Она переполнена чувством боли, страдания и любви, готовая умолять его, чтобы он простил. Героиня понимает, какую боль она причинила возлюбленному. А он, уходя, лишь улыбнулся, да ещё и спокойно. Недоумение охватывает её. А от этой улыбки ей становится очень страшно. Ведь «жуткий» означает вызывающий чувство ужаса. 

В этом оксюмороне соединяются состояния двух людей, две души. И в результате получается образ, от которого и читателям тоже становится чуть-чуть жутко.

Читая стихотворение Ахматовой «Песня последней встречи», невольно представляешь себе женщину, в душе которой разворачивается настоящая трагедия. Там в окне спальни – свечи, которые горят «равнодушно жёлтым огнём». Образ медленно горящей свечи, описанный в стихотворении с помощью оксюморона «равнодушный огонь», вызывает даже в душе читающих противоречивые чувства. Как огонь может быть равнодушным или неравнодушным? В обычной жизни, посмотрев на горящую свечу, вряд ли у кого-нибудь возникнет ассоциация, что она горит безразлично. Но в стихотворении Ахматовой огонь равнодушен. Что же тогда для лирической героини значит это равнодушие?

Героиня как во сне. Беспомощно холодеющая грудь, перчатка с левой руки, ступени, шепот осенний - «Я обманут… злой судьбой», «И я тоже. Умру с тобой…» Внутри неё происходит что-то страшное, борются чувства и действительность. Женщина эмоционально на пределе, ведь это последняя встреча, конец. Ещё жива любовь, а теперь живёт и боль. Когда такое происходит, даже безразличие огня свеч приносит боль. Героиня одна в своём горе. Даже огонь не принимает участия, не сочувствует ей, ни говоря уже о людях. Весь окружающий мир равнодушен, она одна в нём наедине со своими чувствами. 

В известном стихотворении «Я научилась просто мудро жить» так же можно найти использование поэтом оксюморона. «Слагаю я весёлые стихи//О жизни тленной, тленной и прекрасной». Чтобы понять значение оксюморона «тленная жизнь» обратим внимание на лексическое значение этих слов. Тленный означает «невечный, подверженный тлению»*. Тлеть же в свою очередь имеет значение «гнить, разлагаться, сгорать»*. Жизнь же, само понятие это чего-то прекрасного, настоящего, живого. То, что сгорело, прогнило, жить не может. Но лирическая героиня свою жизнь называет тленной и одновременно с этим прекрасной. Да, возможно её жизнь прекрасна, так как она занимается любимым делом – пишет стихи. Но какие стихи и о чём? Весёлые стихи о тленной жизни. Здесь виден явный контраст, несоответствие: о медленно сгорающей, потухающей жизни можно писать грустные, печальные, в конце концов, скорбные, но не весёлые стихи. Поэт пишет, что какая бы жизнь не была, это проявление вечного – души, бытия, мира. Пока на свете есть хоть одна живая душа – есть надежда на продолжение, а значит, жизнь прекрасна. И стихи будут весёлыми, дабы помочь не сгореть этому чуду до конца, о чём и говорит нам оксюморон.

Правда, нельзя однозначно сказать, что Ахматовой здесь был использован этот троп, так как возможна ещё другая трактовка данных строк. У слова «тлеть» есть переносное значение: «существовать в скрытом виде, где-нибудь в глубине, почти не обнаруживаясь»*. Поэтому можно сказать, что лирическая героиня, говоря о тленной жизни, имела в виду свою тайную, скрытую от посторонних глаз, жизнь, то есть душу. Духовная жизнь – вот что важнее и прекраснее всего в человеке, и именно о ней стоит слагать стихи. Понятно, что при таком взгляде на смысл данных строк никакого противоречия в значениях нет. Следовательно, и оксюморона тоже.

Стихотворение «Смятение», написанное в феврале 1913 года, заканчивается такими строками: «Отошёл ты, и стало снова//На душе и пусто и ясно». Мы видим очень точное определение состояния главной героини: «и пусто и ясно». Можно ли назвать это оксюмороном? С одной стороны да, с другой - нет. Если да, то этот оксюморон является неявным. Напротив, стоит хорошенько присмотреться и только тогда есть возможность увидеть его глубокий смысл. Значения слов «пусто» и «ясно», которые соединены в оксюмороне, не лежат на поверхности. В данном случае слово «пустой» означает бессодержательный, а слово «ясный» - «ничем не омраченный, светлый, спокойный»*. Соединяясь, эти слова приобретают какой-то третий смысл, который в отдельности каждое из них иметь не может. Появляется новое состояние души лирической героини: радость, душевное спокойствие и пустота. Странно, но именно такие чувства испытывает женщина. Из стихотворения мы понимаем, что человек, которого она до сих пор ещё любит, ушел. Они расстались, и теперь героиня одна, и от этого на душе её пусто. Но возникает невольно вопрос, откуда взялась радость? Почему на сердце ещё и ясно? Всё дело в ней самой. Да, она любит его, но эта любовь отняла у неё возможность творить. Героиня понимает, что любовь сковала её: «И я не могу взлететь,//А с детства была крылатой». Поэтому когда она освобождается от чувства, у неё снова появляется возможность взлететь. Теперь в её душе покой, хотя и одновременно с этим пустота. Вот то состояние, которое поэт передаёт через оксюморон. 

С другой стороны, эти слова могут и не являться сложным оксюмороном, а, например катахрезой. Катахреза - это «термин традиционной стилистики, обозначающий употребление слов в переносном смысле, противоречащем их прямому, буквальному значению, причем противоречие это выступает или благодаря необычному соединению слов в переносном значении или благодаря одновременному употреблению слова в прямом и переносном значении»¹. Её очень тяжело отличить от оксюморона или же сложной метафоры. Но кем бы ни являлись слова «и пусто и ясно», они останутся тайной, которую будет разгадывать ещё не одно поколение людей.

Анна Ахматова заканчивает именно оксюмороном это стихотворение и тем самым подтверждает его название. Ведь оксюморон – это противоречие, парадоксальная антитеза, и его вполне возможно назвать тем самым душевным смятением, которое и испытывает лирическая героиня.

Стихотворение «Тебе покорной?» 1921 года поражает нас своим двойным оксюмороном. Строка «Мне муж – палач, а дом его – тюрьма», контрастная и противоречивая по своей сути, состоит из двух неявных оксюморонов. Лирическая героиня называет своего мужа не кем-нибудь, а палачом. Палач – это «человек, который приводит в исполнение смертный приговор, производит пытки»*. Иными словами его можно назвать как несущий смерть. Но ведь муж – это близкий и родной человек, несущий радость и жизнь. Неужели для лирической героини её любимый и жестокий мучитель - это одно лицо? Да, но, называя мужа угнетателем и палачом, она всё-таки приходит к нему, возвращается в его «неволю».

Произнося «мне муж – палач», героиня хочет сказать, что для неё любой человек будет угнетателем её свободы. «Дом его – тюрьма». Для поэта с таким даром любой быт будет жизнью в неволе. И эту мысль мы можем увидеть ещё в первой строке «Тебе покорной? Ты сошёл с ума!». И продолжением «Покорна я одной Господней воле» - этим сказано всё. Лишь Богу героиня может подчиниться, только он может сделать её покорной себе. Этот сложный, неявный на первый взгляд оксюморон подчёркивает эту главную мысль стихотворения Анны Ахматовой.

На основе анализа приведенных выше стихотворений видно, что в стихотворениях в это время изображается несчастная любовь, страдания, горе женщины – её внутренний мир. Противоречивость чувств, которые возникают в душе героини, показывает нам оксюморон.



1.2 Оксюморон в поздней лирике



К поздней лирике Ахматовой относят циклы стихотворений, например «Cinque» (1945-1946), «Шиповник цветет» (1946-1956), «Полночные стихи» (1963-1965), а также поэмы «Китежанка», «Поэма без героя», «Пролог или сон во сне» и другие. В этих стихах уже не видно привычных для молодой Ахматовой описаний чувств героев. Нельзя сказать, что в поздней лирике отсутствует тема любви. Она есть, но уже осмысленна на философском уровне. Но стихотворения не просто о любви лирической героини и героя и их чувствах, а о нечто большем: через внутренние переживания автора мы понимаем о трагедии всего народа. Глобальность охватываемых тем появляется в поздней лирике.

В поэме «Реквием» (1936-1940гг.) вновь мы также можем найти оксюморон. Поэму относят ко второму большому периоду творческого пути поэта, и оксюморон предстаёт перед нами уже совсем другим. Ахматова изменилась, а с ней и сам троп. Он словно повзрослел, стал сложнее, глубже и ярче. Сама Ахматова признавалась: «… в 1936-м я снова начинаю писать, но почерк у меня изменился, но голос уже звучит по-другому. (…) Возврата к первой манере не может быть». 

«Ты сын и ужас мой» говорит лирическая героиня в пятом стихотворении поэмы. Эта строка не может не броситься в глаза. Слова, соединенные в этой фразе союзом «и», никаким образом не могут сочетаться в жизни. Сын – это частичка души, родная кровь. Близкий и любимый человек, каким бы он не был, ужасом для своей матери быть не может. Как правило, любая мать любит своего ребёнка, но героиня поэмы, говоря о родном сыне, испытывает ужас. Не сам ребёнок вызывает в ней такое чувство сильного страха, оцепенения, крайнего негодования и расстройства, а жизненная ситуация. Весь ужас в том, что мать, безумно любя своего сына, вынуждена подчиниться обстоятельствам. Она ничего не может сделать, чтобы облегчить жизнь родного ребёнка. Героиня признаётся: «Семнадцать месяцев кричу,//Зову тебя домой,//Кидалась в ноги палачу». Женщина не видит выхода, внутри её разрывает дикая боль. Знать, что родному сыну очень плохо, он далеко, а смерть его совсем близко – вот ужас матери. Ведь одно из значений слова «ужас» - это безвыходность, трагичность. Такое кричащее состояние души нам помогает увидеть оксюморон. Ахматова, используя этот художественный приём, увеличивает возможность языка. Глубокие чувства, состояния, которые, казалось бы, не описать словами, Анна Ахматова показывает на столько детально, чётко, ясно, используя это средство, что создаётся полная картина происходящего в душе человека. 

В строках «И упало каменное слово//На мою ещё живую грудь» - явный контраст, и его мы не можем назвать оксюмороном. Не каждое противопоставление, даже столь яркое, можно считать оксюмороном. При использовании этого тропа создается нечто совершенно новое, каждое слово играет в нем определённую, очень важную роль. Оно раскрывает неизвестные ранее смыслы и значения других, рядом стоящих с ним слов, а в данном случае в результате противопоставления получается очень яркий, контрастный и необычный образ.

«Надо, чтоб душа окаменела, //Надо снова научиться жить». Эти две строки являются очень интересным примером оксюморона. Здесь нельзя выделить каких-то два слова, лишь полностью предложение можно считать оксюмороном. Лирической героине «Надо, чтоб душа окаменела» и именно этот процесс окаменения самого главного в человеке, души, она называет «…научиться жить». Но ведь если душа каменеет, то человек становится бездушным, нечутким, чёрствым, так как его душа исчезает, умирает. Как можно одновременно и окаменеть и продолжать жить? Но это возможно. В этом сочетании присутствуют совершенно полярные по своему лексическому значению понятия жизни и смерти. Рождается третье состояние человека, когда надо жить, но чтобы выжить, стоит перестать чувствовать. В то время, когда были написаны эти строки (1939 год), люди переживали то, что духовно живой человек вынести по своему определению не может. Как можно оставаться человеком в такое жестокое, страшное время? Что чувствует мать, практически потерявшая сына? Что будет с женщиной, осознающей, что рядом с ней больше никогда не будет любимого и самого близкого человека? Видеть весь этот ужас, а главное чувствовать и понимать! Невыносимо… Невозможно представить, что происходит в живой человеческой душе, переживающей всё это. Именно невозможность оставаться больше живой заставляет героиню закрываться от мира, гибнуть духовно, и это состояние лирической героини раскрывает оксюморон.

В оксюмороне «Светлый день и опустелый дом» Ахматова вновь употребляет слово пусто (опустелый). Как и в стихотворении «Смятение» («и пусто и ясно») слово «опустелый» означает бессодержательный, ничем не заполненный. «Светлый» имеет очень схожее значение со словом «ясный» - «ничем не омраченный, приятный, радостный»*. Казалось бы, что раз смысловая нагрузка одинаковая, то и в результате получается то же самое. Это было бы именно так, если бы не слова «день» и «дом», которые вносят совершенно новые краски, в использованный ранее образ. «Светлый день» - это не просто радость, а ещё и свет, лучик надежды на что-то, несомненно, хорошее. День несёт с собой ту самую радость и, главное, жизнь. То есть Ахматова, добавив всего лишь одно слово, в несколько раз усиливает значение сказанного, а словосочетание «опустелый дом» само по себе контрастно. Дом ассоциируется с гармонией, семьёй, детьми, счастьем, жизнью, а пустота – с отсутствием движения, жизни, а значит, вполне возможно, что и со смертью. И когда столь противоположные понятия соединяются, получается печальный образ «опустелого дома». Героине тоже хочется, чтобы в окошко любимого дома светил яркий лучик солнца, а дети бегали повсюду, пытаясь поймать его. Разбросанные игрушки, и забытая любимым книга, лежащая на полу, не могут омрачить женского счастья, даже, наоборот, усилят это ощущение гармонии. Если же ничего этого нет, то только горе и боль могут жить в сердце героини. И когда на это несчастье накладывается образ «светлого дня», становится ещё больней, отчего и появляется грусть, когда читаешь эту поэму. 

Стихотворение «Тринадцать строчек» было написано Анны Ахматовой в 1963 году. Среди этих тринадцати строчек, есть одна, которую можно назвать, интересующим нас, оксюмороном: «И вкруг тебя запела тишина». С.И.Ожегов в Толковом словаре даёт такое определение слову «тишина»: «отсутствие шума, безмолвие»*, а глагол «запеть» означает «начать петь, издавать звуки»*. Ясно, что тишина петь не может, хотя бы только потому, что глагол петь обычно относится к одушевленному предмету, а тишина – неодушевлённый. Образ поющей тишины представляется с трудом. Но из содержания стихотворения становится понятно, что всё пело внутри самой героини, так счастлива она была. Долгожданные слова, которые каждая женщина желает услышать из уст своего любимого, были сказаны: «И наконец ты слово произнёс». Радость переполняла душу лирической героини, и даже тишина, до этого безмолвная, запела, «и мир на миг один преобразился». 

В стихотворении «Другая песенка» строчку «Горькой мне была услада» можно считать оксюмороном. Услада – «то, что услаждает, доставляет наслаждение»*. Как и в стихотворении «Сколько просьб у любимой всегда» 1913 года вторую часть оксюморона составляет слово горький: «горестный, тяжёлый»*. Понятно, что радость и горе явные антонимы, но в этом стихотворении одно из них является определением другого. «Горькой мне была услада//Счастье вместо долга» - признаётся лирическая героиня. Она говорит о своём счастье в прошедшем времени: прошло временя, многое изменилось, женщина смотрит на всё осмысленно, объективно, не поддаваясь эмоциям. Это когда-то она могла любить, отдаваясь этому чувству до конца и порой забывая про свой долг, священный долг поэта. Теперь же лирическая героиня осознаёт, что такая любовь не была тем безоблачным счастьем, что она заблуждалась. В оксюмороне Ахматовой появляется глубокий смысл, определенный философский подтекст. Усиливает это впечатление тот факт, что героиня говорит о любви и долге уже в конце своего жизненного пути, подводя итоги. «Мы же, милый, только души//У предела света» - истина, которую лирическая героиня поняла и приняла, но только было поздно.

К поздней лирике Ахматовой так же относят стихотворение «Читатель», написанное в 1959 году. Оно рассказывает нам о том, как важен для поэта читатель, любой, «пусть самый последний, случайный». Главное, чтобы он понимал, сопереживал, чтобы незримый разговор был искренен и вечен. Поэт через стихи делится своими сокровенными мыслями с окружающим его миром. Пиит должен быть «настежь распахнут», ведь только честному поэту читатель может открыть свою душу. И тогда эта «тайна», «закопанный клад» начнёт диалог с поэтом, то соглашаясь, то споря. Столь важный для Ахматовой, как поэта, разговор характеризует явный оксюморон «исповедь льётся немая». Это художественное средство, сочетающее в себе парадоксальные понятия, показывает не только важность, но и искренность, откровенность признания «неведомого друга» поэту.

В этом стихотворении есть ещё один пример оксюморона: «холодное пламя». Он также является явным, так как лексические значения слов оксюморона полностью противоположные: «пламя – горящий и светящийся раскаленный огонь»*, то есть горячий, дающий тепло, а «холодный - лишённый, не дающий тепла»*.

В незавершённой «Поэме без героя» также можно встретить примеры такого художественного средства как оксюморон. Первый - «Так парадно обнажена». Когда мы произносим слово «парад», то сразу перед глазами возникает торжественное, величественное шествие людей. Обнажённый же обозначает «нагой»*. Видно явное противоречие в лексических значениях слов, которые сочетаются в оксюмороне. Он выделяет её из всех своей парадной обнажённостью. Это художественное средство, использованное Ахматовой при описании Madame de Lamballe или тени, делает образ более загадочным, мистическим, привнося тайну, которая интригует, завораживает и влечёт читателя за собой.

Второй пример использования этого средства выразительности языка в поэме – это развернутый, запутанный, сложный, на первый взгляд, непонятный оксюморон «Общий баловень и насмешник,//Перед ним самый смрадный грешник - //Воплощённая благодать…». В этих строках грешник назван благодатью, словом, которое по своему лексическому значению полностью противоречит первому. «Баловень и насмешник», и даже «самый смрадный грешник», то есть человек, нарушающий Божьи предписания, правила, он всегда будет «воплощенной благодатью». Благодать - это «сила, ниспосланная человеку свыше [первоначально - для исполнения воли Бога]»*. Но в то же время из предыдущих строк становится понятно, что грешник противопоставляется ещё и Владыке мрака. Получается, что перед Сатаной, «Дьяволом, злым духом, противостоящим Богу»*, любой грешник – благодать. Этим подчёркивается, что хуже Владыки Мрака никого и ничего быть не может. 

В позднем творчестве Анны Ахматовой меняется функция оксюморона, его назначение и тот контекст, в котором употребляется средство языка, темы, проблемы и идеи, освящённые с его помощью, становятся другими. Оксюморон уже несколько по-другому ведёт себя в текстах, он по сравнению с ранней лирикой освещает глобальные проблемы бытия, истории, творчества. С помощью оксюморона мы лучше, шире, глубже понимаем эти важные и философские вопросы, вместе с автором ища на них ответы.


Заключение



Проследив развитие оксюморона в творчестве Анны Ахматовой, можно сделать вывод: в разные этапы творчества поэта оксюморон играл различные роли, выполнял различные функции. Он стал сложнее, глубже. Если в ранней лирике Ахматова использовала его для выражения чувств лирической героини, а порой и героя, то в более поздних произведениях главной задачей этого литературного приёма стало изображение взглядов, мировоззрений поэта. Многие исследователи творчества Ахматовой отмечают камерность её ранних стихов: оксюморон показывает внутренний мир лирической героини, глубоко и широко раскрывая всю противоречивость её чувств. Но со временем этот художественный приём открывает нечто большее, у него появляется философский подтекст. Благодаря оксюморону, перед нами возникает прошлый XIX век и нынешний XX, гармония и разрушение, слом; трагедия поколений и счастье одного человека; жизнь и смерть; Бог и Дьявол. Глубокий смысл виден в поздних произведениях А.Ахматовой, дуалистичность окружающего мира подчёркивает оксюморон.

Порой очень сложно понять, оксюморон перед нами или нет, но красота создаваемых Ахматовой образов, глубина её мыслей поражает всегда.


Список литературы



1. Бунин И.А. PRO ET CONTRA. СПБ., 2001.

2. Добин Е.Ф. Поэзия Анны Ахматовой. Л., 1968.

3. Жирмунский В.М. Творчество Анны Ахматовой. Л., 1973.

4. Литературный энциклопедический словарь (под общ. ред. В.М. Кожевникова, П.А. Николаева). М., 1987.

5. Мандельштам О.Э. Избранное. М., 2001.

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка, М., 2000.

7. Томашевский Б.В. Краткий курс поэтики. М., 2006.

8. Эйхенбаум Б.М. Анна Ахматова Опыт анализа, 1923.