Убийство князя Андрея Боголюбского

Убийство князя Андрея Боголюбского 

Великий князь Андрей Юрьевич обладал трудным и тяжелым характером. Как писал С.М.Соловьев "он был повелителен и строг с окружавшими его". Став самостоятельным, он разогнал все отцово окружение и родственников, а также бояр, слуг и, даже, дружинников, и приблизил к себе новых людей. Они-то, "новые люди" и стали причиной его гибели. 

Первая жена Андрея Юрьевича была дочерью боярина Кучки, и за какую-то провинность князь казнил одного из ее родственников, вроде бы ее брата. Брат казненного, Яким, был одним из приближенных слуг князя, то есть из "новых людей", но он стал опасаться за свою жизнь, и может быть не совсем напрасно, так как Андрей Юрьевич был изрядным самодуром. 

Вначале Яким сговорился со своим зятем Петром, что им надо как-то извести князя, а то им всем придет скорая смерть. Ведь казнил же он одного из Кучковичей! Что помешает великому князю начать массовые казни? Потом они стали подговаривать некоторых из княжеских слуг, среди которых были и иностранцы, которых русские князья уже и в те времена охотно приглашали на службу. Даже вторая жена князя, которая была родом из камских болгар, участвовала в заговоре, или знала о нём, но не сообщила мужу. У неё была сильная обида на князя из-за его разорительного похода на болгар и не слишком ласкового к ней отношения. Вот она и, как минимум, промолчала. Но это так, к слову. 

Итак, один из приближенных по имени Анбал был ясом или по другому ясином (осетином). Он прибыл ко двору князя нищим, в самом жалком виде, но был принят на службу и сделал быструю карьеру. Он стал ключником князя и имел большой вес в различных делах. Другой слуга, Ефрем Моизич, которого С.М.Соловьев считал евреем, тоже входил в ближайшее окружение князя. Вместе с Кучковичами они-то и составили ядро заговора, в который было вовлечено не менее двадцати человек. Подговаривая людей, Яким говорил: 

"Нынче он казнил Кучковича, а завтра казнит и нас. Так помыслим об этом князе!" 

Злоба и ненависть стали окружать князя в собственном доме. В это же время он приблизил к себе некоего Прокопия и сделал его своим милостником, что не прибавило Андрею Юрьевичу популярности среди ближайшего окружения и слуг. 

Великий князь Андрей Юрьевич обычно жил в селе Боголюбово, за что и получил свое прозвище. В этом селе 28 июня 1174 года во время обеда в доме Петра и собрались заговорщики. Было решено убить князя на следующий день, 29 июня, ночью. 

И вот в назначенный час заговорщики вооружились и пошли к княжеской спальне. По дороге им стало очень страшно. Во-первых, они шли убивать невинного человека и своего господина. А во-вторых, еще неизвестно, как дело обернется. Заговорщики перепугались до такой степени, что все выбежали из сеней и рванули в медушу, т.е. винный погреб, для успокоения надо полагать. Там они изрядно подкрепились и обрели твердость духа для того, чтобы довести начатое дело до конца. 

Дальше происходит нечто странное. Заговорщики опять поднялись в сени, подошли к дверям княжеской спальни и начали в нее стучать: 

"Господин! Господин!" 

Они хотели убедиться, что князь в спальне. А где же была охрана князя? Этот вопрос почему-то никого не заинтересовал, но куда делись охранники? Их не было ни у дверей спальни, ни в спальне. Они тоже участвовали в заговоре? Ответов нет. Князь проснулся от шума и спросил: 

"Кто это?" 

Ему ответили: 

"Прокопий". 

Князь не поверил: 

"Нет, паробче, это не Прокопий". 

По одной из версий князь обсуждал этот вопрос с одним из бывших при нем людей, но тот в дальнейшем нигде больше не появляется. Так что в спальне тоже, скорее всего, никого не было. Разогретые вином убийцы не стали продолжать препирания и просто выломали дверь спальни. Князь Андрей уже вскочил с кровати и стал искать свой меч, но тщетно: ключник Анбал еще днем вынес его из спальни, а князь и не заметил. И никакого другого оружия у него под рукой тоже не было? Что-то маловероятно, но летописец стоит на своем: мол, не было у князя никакого оружия. Очень странно! А этот меч в свое время принадлежал Св. Глебу! Так что князь оказался совершенно безоружным перед своими убийцами и не одетым. Не успел он одеться, как дверь уже разнесли в щепки. 

Чтобы представить дальнейшую картину происходящего, вам, уважаемые читатели, придется немного напрячь свое воображение. Дело происходило в конце июня по старому стилю близ Владимира, и никаких огней не было, но ночи еще были довольно светлыми. Итак, двое из убийц ворвались в спальню и набросились на князя. Хотя Андрею Юрьевичу и шел 63-й год, он был еще достаточно силен. Князь успел сбить с ног одного из нападавших, когда в спальню вбежали остальные заговорщики. В темноте они не разобрались в ситуации и стали наносить раны своему сообщнику, который лежал на полу. Вскоре они, однако, разобрались в ситуации и набросились на князя Андрея. Безоружный князь долго сопротивлялся своим убийцам и отражал удары мечей, сабель и копий. Вот что значила рыцарская подготовка! Хотя без хоть какого оружия и доспехов вряд ли бы он смог бы долго сопротивляться. А летописец как бы даже гордится князем: безоружный и пожилой воин против толпы вооруженных слуг. 

Князь кричал заговорщикам: 

"Нечестивцы! Зачем хотите сделать то же, что Госер (т.е. убийца Св. Глеба)? Какое зло я вам сделал? Если прольете мою кровь на земле, то Бог отомстит вам за мой хлеб!" 

Наконец, под градом ударов князь упал. Заговорщики решили, что он мертв, забрали своего раненого и поспешили вон из спальни. Они даже не убедились в том, что он мертв. Ну, ладно, контрольный выстрел им был неизвестен! Но есть же и другие способы удостовериться в смерти при помощи меча или кинжала. Нет! Заговорщики были так ошеломлены и напуганы сопротивлением безоружного князя, что поспешили смыться. Но Андрей Юрьевич еще не был убит. Через некоторое время он очнулся, поднялся на ноги, со стонами вышел в сени и спустился вниз. Один из убийц услышал эти стоны, увидел спускающегося князя и побежал к своим подельникам со словами: 

"Я сам видел, как князь сошел с сеней". 

Заговорщики стали искать князя, но в спальне его почему-то не оказалось! Это говорит об очень высоких умственных способностях заговорщиков! Ведь один из них уже видел, что князь спускался из сеней. Ну, ладно! Заговорщики очень перепугались такому обороту дела. Стали раздаваться крики: 

"Мы погибли! Ищите его скорее!" 

Наконец они догадались зажечь свечи, умники, и тогда смогли увидеть кровавый след, который оставлял раненый князь. По этому следу его и нашли: князь сидел за лестничным столпом, обхватив его. На этот раз борьба с ослабевшим от ран князем не была долгой. После нескольких ударов Петр отсек князю правую руку, а другие заговорщики прикончили князя. Уф! 

После этого убили княжеского милостника Прокопия, а затем начался грабеж княжеского дворца. Да, уважаемые читатели, самый обыкновенный грабеж. Выгребали буквально все: золото, драгоценные камни, жемчуг, дорогие ткани и одежду, и прочую княжескую утварь. Все это было погружено на лошадей и еще до рассвета, а ночи были короткими, то есть все было сделано наспех, но быстро, вывезено из дворца и отправлено заговорщиками по домам. 

Опасаясь возмездия за свое злодеяние, заговорщики хотели посеять смуту во Владимире. Но они опасались напрасно: в городе не нашлось человека, который смог бы организовать горожан. Этот факт опровергает мнение многих историков, что Андрей Боголюбский погиб вследствие боярского заговора. Никто не предъявлял никаких претензий на власть. Никто из бояр не смог или не захотел взять на себя роль организатора хотя бы временного управления городом и княжеством. Никто! Это показывает, что произошел заговор новых людей, обласканных и приближенных князем, против своего господина, и ничего более. Но аналогов происшедшему после убийства князя на Руси еще не было. Написал на Руси и задумался: ведь Владимир и другие русские земли севера и северо-запада себя Русью не называли. Это когда они ехали в Киев или куда-нибудь еще в те края, то говорили, что поехали на Русь. Но теперь мы все русские земли называем Русью, и я буду делать также. Но я отвлекся. 

Что всегда происходит на Руси в период безначалия? Правильно! Грабеж! Вначале грабеж захватил Боголюбово и окружающие земли. Когда дограбили княжеский дворец, то начали убивать княжеских посадников, тиунов, мечников и прочих слуг и грабить их добро тоже. Какая-то вакханалия грабежей и убийств прокатилась по княжеству. Убили и мастеровых, приглашенных для строительства зданий. Люди приходили пограбить из ближних и дальних сел. Затем грабежи начались и во Владимире, но протопоп Успенского собора Микулица стал ходить по городу с иконой святой Богородицы, и грабежи вскоре стихли. 

Что же было с князем, спросите вы, уважаемые читатели? А во время этих смут тело князя Андрея Юрьевича оставалось непогребенным, выражаясь ученым языком, то есть, если говорить простым языком, валялось на дворе. Вот вам уровень христианизации русского общества в XII веке в княжеском дворце! А в глухих селах наверняка еще долго поклонялись богам далеких предков. 

В первый же день после убийства князя преданный ему слуга Кузьмища Киянин пришел на княжеский двор и стал искать тело князя, но не мог найти его. Тогда ему кто-то сказал: 

"Вон, лежит выволочен в огород. Да ты не смей брать его: все хотят выбросить его собакам. А если кто за него примется, тот нам враг, убьем и его". 

Кузьмища пришел к телу князя и начал плакать над ним: 

"Господин мой, господин мой! Как не раскрыл ты скверных врагов твоих, идущих к тебе? Как не сумел победить их? Ведь побеждал ты полки поганых болгар (волжских или камских - прим. Ст. Ворчуна)!" 

В это время к нему подошел ключник Анбал. Кузьмища глянул на него и сказал: 

"Анбал, вражий сын! Сбрось ковер или что-либо, что постелить и чем покрыть господина нашего". 

А Анбал ответил: 

"Ступай прочь! Мы хотим бросить его собакам". 

Кузьмища же на это заявил: 

"Ах ты, еретик! Собакам выбросить? Да помнишь ли ты, жид, в каком платье пришел ты сюда? Ты нынче в оксамите стоишь, а князь наг лежит. Но молю тебя, сбрось мне что-либо". 

Анбалу, вроде как, стало совестно, и он сбросил Кузьмищу ковер и корзно (княжеский плащ). Кузьмища обернул тело князя и понес его в церковь со словами: 

"Отомкните мне божницу". 

Но в церкви все уже были пьяными, от радости, надо полагать, и ответили ему: 

"Брось тут в притворе. Вот носится, нечего делать". 

Ну, уж если в церкви так отнеслись к убийству князя! Нет слов! Кузьмища тут снова начал плакать: 

"Уже тебя, господин, слуги твои не знают. Бывало придут гости из Царьграда или из иной какой страны, из Руси ли, латынец, христианин или поганый, прикажешь: поведите его в церковь, в ризницу, пусть посмотрит на истинное христианство и крестится. Что и бывало, крестилось много: болгары и жиды, и всякая погань, видевши славу Божию и украшение церковное, сильно плачут по тебе. А эти не пускают тебя и в церковь положить". 

Поплакав, Кузьмища положил тело в притворе и покрыл его корзном, где оно и пролежало двое суток. На третий день пришёл козмодемьянский игумен Арсений и сказал: 

"Долго ли нам смотреть на старших игуменов, и долго ли этому князю лежать? Отоприте церковь, отпою над ним, и положим его в гроб. Когда злоба эта перестанет, придут из Владимира и понесут его туда". 

Внесли тело Андрея Юрьевича в божницу, положили в каменный гроб и отпели вместе с Арсением. 

На шестой день, когда во Владимире стихли волнения и граждане опомнились после грабежей и стали отходить от пьянки, они обратились к игумену Феодулу и доместику Богородицкой церкви Луке: 

"Нарядите носильщиков. Поедем, возьмем князя и господина нашего Андрея". 

Протопопу Микулице было наказано: 

"Собери всех попов. Облачитесь в ризы и выходите пред Серебряные ворота со святою Богородицею. Тут и дожидайтесь князя". 

Феодул с горожанами поехал в Боголюбово, забрал тело и повез его во Владимир. Весь путь покойника сопровождался почестями и великим плачем. Все правильно: убили, пограбили, попили, а теперь можно и поплакать, и помолиться! Когда владимирцы увидели княжеский стяг, они не смогли удержаться от слез. Да и чего теперь было не поплакать? Далеко были слышны вопли горожан, которые, по словам летописца, от слез уже ничего не могли видеть, а вскоре весь народ запричитал: 

"Уже не в Киев ли поехал ты, господин наш, в ту церковь у Золотых ворот, которую послал ты строить на великом дворе на Ярославлем? Говорил ты: хочу построить церковь такую же, как и ворота сии Золотые, да будет память всему отечеству моему". 

Напоминает былинные тексты, не правда ли? Великого князя Андрея Юрьевича похоронили в церкви Богородицы Златоверхой, которую он сам и создал. Ныне она более известна, как Успенский собор. 

Что стало со второй женой Андрея Юрьевича, я не знаю, да мне это и не очень то интересно. Что было дальше? Власть в княжестве была предложена и дядям А.Ю., и его племянникам. Началась большая смута, которая длилась более двух лет, но это уже несколько другая история. А мы с вами, уважаемые читатели, попрощаемся на этом с великим князем Андреем Юрьевичем, который оставил заметный след в русской истории и в памяти русских людей.