Основные проблемы истории народа Израиля в изгнании

Основные проблемы истории народа израиля в изгнании

История еврейских общин эпохи средневековья

Еврейские ученые, работавшие в Явне и в Галилее, создали особый тип жизни, благодаря которому народ Израиля смог сохранить свою самобытность и внутреннюю автономию, даже будучи оторванным от своей земли и не имея своего государства. Его заменило сознание своего особого национально-религиозного предназначения, оформившееся в культуре народа Израиля еще на родине, в эпоху Второго Храма. Эта нерасторжимая связь с утраченной родиной снова и снова проявлялась во всех моментах жизни еврея, от рождения до погребения, и в будни и в субботы, и в праздники. Эта связь в настоящем была неотделима от мечты о будущем, от мессианских чаяний народа. Иначе говоря, связь евреев со Страной Израиля в описанную эпоху сказывалась скорее во временном, чем в пространственном измерении. Что касается пространства, евреи обнаружили поразительную способность приспособиться к любому месту, к любому климату и ужиться со всякой культурой, экономической системой и способом правления.

В новых условиях функции Храма и государства приняла на себя Тора - Тора в широком смысле, включающем в это понятие и Письменную, и Устную Тору (Мишну и Талмуд). Иудаизм как совокупность религиозных и философских идей, обычаев и специфических учреждений, объединил все еврейство во всех странах рассеяния. Тора и иудаизм, бережно хранимая память о Сионе* - реальном и идеальном - послужили основой, на которой развилась своеобразная культура "еврейских центров". Она была разной в разных местах, в соответствии со специфическими местными условиями. Так в эпоху средневековья создавалась культура народа в изгнании, поскольку политические, религиозные и экономические условия не позволяли строить реальные планы массового возвращения евреев на родину.

Еврейская культура на "востоке" (Вавилония)

Когда в 538 г. до н.э. персидский царь Кир разрешил евреям, изгнанным из Иудеи, вернуться на родину, этим разрешением воспользовались не все. В древнем Персидском царстве (до 160 г. до н.э.), а затем в сменившем его Парфянском царстве евреи пользовались особой автономией: еврейские общины представляли собой своего рода государство в государстве, во главе которого стоял "глава изгнания" ["реш-галута"] из рода Давида. Он следил за порядком в общественных местах (среди прочего, он отвечал за состояние дорог, мостов, каналов и городских стен), а также осуществлял суд по законам Торы и Галахи и взимал налоги для персидской, а затем для парфянской администрации.

В эпоху Второго Храма еврейское население Вавилонии продолжало увеличиваться, экономика общины крепла, ее положение становилось все более независимым. Большинство евреев Вавилонии занимались сельским хозяйством; меньшая часть - торговцы и ремесленники - жили в еврейских городах, таких как Негардеа, где пребывал "глава изгнанников"* и находилась самая древняя ешива* Вавилонии. Отсюда в сопровождении военного конвоя доставляли в Иерусалим "полу-шекелевый"* налог. Вавилонская община поддерживала постоянную связь со Страной Израиля до конца Римского владычества. Эта связь сохранилась - хотя и ослабела - в эпоху Византии. О многих мудрецах, упоминающихся в Мишне, и Талмуде, известно, что они прибыли в Страну Израиля из Вавилона: раби Гиллель "Старый" и раби Натан Вавилонский - после восстания Бар-Кохбы, раби Хия и его сыновья - во времена раби Йегуды га-Наси. Некоторые из них остались учиться и преподавать в ешивах Страны Израиля, другие вернулись в Вавилонию и приняли на себя руководство общиной, как "Рав" Аба, ученик раби Йегуды га-Наси.

Первые шаги к независимости от центра в Стране Израиля можно заметить вскоре после опубликования Мишны (200 г. н.э.). Эта тенденция усиливается параллельно ускоряющемуся экономическому и политическому упадку Страны Израиля и уменьшению ее населения в конце римской эпохи и в начале периода Византии. Рав, ученик раби Йегуды га-Наси, возвращается в Вавилонию и открывает ешиву* в городе Суре, на юге Вавилонии. Его соученик Шмуэль возглавляет старую ешиву в Негардеа. Используя дидактические и герменевтические приемы, разработанные в Стране Израиля, ученые-амораи* интерпретируют Мишну в соответствии со специфическими условиями еврейской общины Месопотамии. Так создается Вавилонский Талмуд.

Многие из учеников вавилонских ешив, вернувшись в свои городки и деревни, составили ядро местного еврейского самоуправления, стали главами общин и вошли в городскую элиту. Дважды в год - в месяцы элул и адар - они собирались на традиционные семинары - "месяцы собрания" ["ярхей кала"] и таким образом сохраняли связь с ешивой, в которой когда-то учились, и со своими наставниками. Талмуд (Гемара*) передавался устно из поколения в поколение и распространялся во всех еврейских поселениях в Вавилонии; он был известен также и в Стране Израиля через прибывавших туда амораев*. Материал, изучавшийся и передававшийся устно, - толкования, интерпретации и дискуссии ученых, - становился все более объемным. Около 400 г. н.э. рав Аши, ректор ешивы в Суре, приступил к сбору и систематизации "теоретических дискуссий" амораев. Рав Аши обладал большим авторитетом благодаря своей мудрости, обширным познаниям, богатству и высокому положению при дворе персидского царя. Его грандиозный труд привлекал многих ученых и приобрел всенародное значение. Окончательное редактирование Талмуда завершил Равина Второй (около 500 г. н.э.), уже после начала гонений на вавилонских евреев при новых персидских царях.

Так закончилась эпоха амораев* и началась эпоха са-вораев*. Савораи (разъясняющие) - так назывался новый тип еврейских ученых, которые разъясняли и переписывали Вавилонский Талмуд. (См. приложение 1: развитие Устной Торы).

Следствием упомянутых гонений была попытка восстания. В начале VI века н.э. "глава изгнания" Мар Зутра объявил о создании независимого еврейского государства, после чего ему и всей его семье пришлось бежать из Вавилонии в Палестину. На некоторое время пост "главы изгнания" был отменен. В отсутствие центрального органа власти в Вавилонии начал развиваться институт, подобный "власти мудрецов" в Явне. "Глава ешивы "Гений Яакова"" - такой титул носил ректор ешивы в в Суре, сокращенно "гений" ["гаон"] - к концу нового персидского царства возглавляет интеллектуальную аристократию, и становится председателем [наси] "Великой Сангедрии" - совета знатных мудрецов, вождем и высшим авторитетом для евреев "Востока" - то есть всех областей к востоку от Палестины.

С началом арабского завоевания (633 - 641 г. н.э.) ислам распространяется в Персидском царстве, в Палестине и в Египте и становится господствующей религией Ближнего Востока. По сравнению с предшествующими правителями, мусульманские власти относятся к евреям достаточно терпимо, хотя и вводят унизительное законодательство для "неверных", то есть для тех, кто не исповедует ислам. При новой власти осуществляется массовый переход евреев от земледелия к торговле. В новой политической и экономической ситуации расширяется влияние гаонов Суры и Пумбедиты за пределами Вавилонии. Вслед за арабскими завоевателями и еврейскими купцами слава вавилонских гаонов достигает "Запада" -  то есть Северной Африки и Западной Европы. Так Вавилонский Талмуд распространяется по всему еврейскому миру и становится "книгой жизни" - и жизни повседневной, и жизни вечной - для огромного большинства еврейского народа.

К X веку н.э. власть гаонов достигает высшей точки. Но развивается и оппозиция иудаизму в интерпретации гаонов. В конце VI века н.э. наследник "главы изгнания" Анан порывает с традицией Устной Торы, протестует против института ешив и восстает против авторитета гаонов. Так возникает еретическое движение в иудаизме - караимство. В начале X века раби Агарон бен Меир - гаон Страны Израиля - пытается восстановить новомесячные жертвоприношения и присвоить себе право на расчет еврейского календаря.

К X веку относится и многообразное литературное творчество раби Саадии Гаона, уроженца Египта. Он перевел Танах на арабский язык - язык всего тогдашнего цивилизованного мира. На арабском языке написано и философское сочинение раби Саадии Гаона "Эмунот ве-деот" ("Вера и мнения"). Ему же принадлежит первый опыт собрания еврейской литургии: в его молитвеннике - "Сидур раби Саадии Гаона" собраны лучшие "пиютим" - религиозные гимны, созданные в Эрец Исраэль. Саадия Гаон символизирует высшую точку расцвета эпохи гаонов, но также и начало ее заката. На "Западе" - в Северной Африке, в Италии, в Испании и в Германии - возникают новые центры еврейской культуры, независимые от Вавилонии.

Еще в XI веке, при жизни гаона рава Гаи, западные общины продолжают направлять к нему послания с вопросами о Галахе. Но в более позднее время влияние гаонов постепенно уменьшается и ограничивается Вавилонией. В XIII веке на большую часть еврейского "Востока" обрушивается страшная катастрофа: нашествие Чингис-Хана (см. приложение 2: еврейское население мира в разные эпохи). Но в это время уже начинается расцвет центров еврейской культуры на "Западе" и в Стране Израиля.

При арабо-мусульманских правителях - Омейядах (661 - 750 гг.), Аббасидах (750 - 941 гг.), Фатимидах (969 - 1070 гг.), сельджуках (1071 - 1096 гг.) и до самого нашествия крестоносцев (1099 г.) Страна Израиля оставалась заброшенной нищей провинцией. Еврейское население Палестины постепенно уменьшается. Еврейские крестьяне, не соглашавшиеся принять ислам, должны были платить огромные налоги - половину урожая. Не выдержав бремени налогов, они оставляли свои земли и уходили в города, которые затем были разрушены крестоносцами. Так вышло, что евреям пришлось оставить Страну Израиля и искать пристанища в еврейских общинах "Запада" и "Востока".

Еврейская культура на "западе" (Испания и Германия)

После антиримских восстаний в Палестине начался массовый исход евреев на Запад - в Северную Африку и в Европу. Евреи попадали туда в качестве изгнанников - рабов и беженцев (см. карту 4, на с. 174). И в новых местах евреи стремились продолжать тот образ жизни, который они вели в Стране Израиля: они сохраняли свое традиционное общественное устройство - самоуправление под руководством мудрецов - и свои традиционные занятия - земледелие, ремесла и торговлю. Постепенно расселяясь, евреи достигли Франции, Испании и Германии. Их положение в Римской империи было достаточно прочным и устойчивым.

С IV по X вв. евреи вместе со всеми жителями "западных" стран переживают тяжелые времена. Одно за другим следуют опустошительные нашествия варваров - готов, вандалов, монголо-татар, венгров и др. В странах Западной Европы усиливается давление на евреев со стороны католической церкви, стремящейся заставить евреев принять христианство. Но, как и на Востоке, религиозные преследования на Западе только укрепляют приверженность евреев к иудаизму. Евреи стремятся любой ценой сохранить свою культурную и религиозную независимость. Этому способствует специфическое явление, характерное для еврейской жизни эпохи средневековья, как на "Западе", так и на "Востоке". И в христианских, и в мусульманских странах города теряют свое былое значение, их население сокращается, и функцию "горожан" принимают на себя евреи. Занятия евреев в эту эпоху — типично "городские": ремесла, внутренняя и международная торговля, финансы. Так начинается добровольное поселение евреев в "гетто": евреи селятся компактными группами в особых городских кварталах, что помогает им сохранять чувство своей общности и обеспечивает интенсивную и самобытную культурную и религиозную жизнь.

В экономике средневековой Европы евреи играют важную роль. Они способствуют освоению новых земель и основанию городов. Их экономическое положение и быт устроены лучше, чем у их соседей-неевреев. Они независимы, могут свободно путешествовать из страны в страну, обладают некоторой автономией в самоуправлении и судопроизводстве. Религиозные претензии к евреям, связанные с пропагандой католической церкви, которая воспитывает в своей пастве ненависть к евреям как к иноверцам, увеличиваются по мере того как растет зависть к евреям со стороны конкурентов-горожан. Рано или поздно еврей оказывается перед выбором: или принять христианство и таким образом обеспечить себе физическую безопасность - или поискать новое место для жизни, где бы он мог оставаться верующим евреем. И снова, как в древние времена, при Антиохе и при Адриане, евреи проявляют чудеса героизма и самоотверженности, жертвуя своей жизнью во имя религии Завета. Только теперь это героизм не отдельных людей, а целых общин: евреи предпочитают смерть переходу в христианство. Известны случаи насильственного крещения; такие насильственно окрещенные евреи обычно при первой же возможности возвращались к религии своих отцов. Были и такие, которые крестились добровольно и затем преследовали своих братьев со всем пылом неофитов; но их было немного.

В этот период ряд знаменитых еврейских ученых, живших в Европе, приезжает в Палестину, чтобы "прикоснуться к праху" Страны Израиля. Но этих "репатриантов" единицы: страна по-прежнему лежит в развалинах и не может ни прокормить их, ни обеспечить их безопасность. Отсутствие реальных перспектив на возвращение евреев в Страну Израиля дает толчок развитию мистических концепций. Среди еврейских каббалистов распространяется мнение, что спасение и возрождение еврейского народа осуществится сверхъестественным путем. Простой народ воспринимает преследования, погромы и изгнания, усиливающиеся к концу средневековья, как очевидное свидетельство наступающих "мук мессии" ["хевлей машиах"] - несчастий, которые, как утверждает еврейская традиция, должны обрушиться на еврейский народ в начале эпохи Избавления ["геула"]. На "Западе" и на "Востоке" поднимаются мессианские движения, захватывающие все более широкие массы еврейства.

При том, что жизнь евреев "Запада" заключала в себе немало объединяющих моментов, различие исторических условий привело к тому, что культура "ашкеназских" евреев (то есть общин Германии и Франции) и "сефардов" (евреев Испании и Северной Африки) уже со времен раннего средневековья развивалась различными путями. С тех пор и ашкеназские, и сефардские общины испытали немало перемен: ашкеназские евреи расселились в Восточной Европе и в Северной Америке, сефарды вернулись на "Восток". Однако различия, заложенные в ту раннюю эпоху, сказываются до наших дней и обнаруживаются во всех сторонах еврейской жизни: в специфических традициях, обычаях, образе жизни и в ментальное™ "ашкеназов" и "сефардов".

Евреи в Испании

К началу арабского завоевания Испании местная еврейская община, находившаяся там с римских времен, была немногочисленной. В христианской Испании евреи подвергались постоянным преследованиям и потому приветливо встретили арабов, известных большей религиозной терпимостью. Вскоре к ним стали присоединяться группы вавилонских евреев, в основном торговцев, прибывавших на Пиренейский полуостров через Северную Африку и южную Италию (см. карту 5, с. 176). Таким образом, культура испанских евреев восходит непосредственно к древнейшим традициям евреев "Востока" - то есть Вавилона.

Еврейская община как нельзя лучше отвечала колонизаторским устремлениям арабских завоевателей и потому арабы не чинили никаких препятствий ее развитию. Вскоре не осталось ни одной области хозяйственной, политической и общественной жизни, где бы евреи не проявили свой ум и энергию. Они занимались земледелием, внутренней и внешней торговлей, ремеслами, дипломатией, медициной. Евреи были экономическими, политическими и даже военными советниками при дворах арабских правителей.

Арабская культура в мусульманской Испании достигла расцвета и оказала большое влияние на евреев, особенно в области философии и науки. Так в системе традиционного еврейского образования появились новые области, органично сочетавшиеся с традиционным изучением Писания и Талмуда. Их развитие финансировали и поддерживали "нагиды" - еврейские аристократы, занимавшие высокое положение при дворах арабских халифов в качестве советников и министров и являвшиеся одновременно руководителями еврейских общин. Кстати, и тут проявилась преемственная связь испанских евреев с общиной Вавилонии, где сложилась аналогичная структура управления: "глава изгнания" мирно сотрудничал с нееврейской властью и пользовался ее поддержкой. Далеко за пределы Испании разнеслась слава о мудрости еврейских "нагидов", таких, как живший в ХШ веке раби Шмуэль га-Нагид, военный министр халифа Героны, поэт и комментатор Талмуда, или как раби Хасдай ибн-Шапрут, советник при дворе халифа Кордовы, завязавший переписку с царем Хаза-рии, перешедшим в еврейство.

Но "золотой век" еврейской культуры в мусульманской Испании был недолог. Из Северной Африки в Испанию вторгаются Альмохады* - ревнители ислама, противостоящие Реконкисте* - попыткам христиан заново отвоевать когда-то принадлежавшую им Испанию. Спасаясь от насильственного обращения в мусульманство, евреи бегут на север, в христианскую часть Испании, и на юг - в Северную Африку. Среди беженцев на юг была и семья величайшего еврейского ученого раби Моше бен Маймона (Рамбама)*, который, посетив опустошенную Страну Израиля, решил обосноваться в Каире.

Рамбам стал придворным врачом каирского султана, и "нагидом" евреев Египта. Среди евреев Востока он обладал огромным авторитетом - и как руководитель общины, и как знаток еврейского закона. Рамбам хорошо знал, что живет в эпоху кризиса. Подобно другим великим еврейским деятелям переломных эпох - таким, как раби Йегуда га-Наси, кодификатор Мишны, и как Равина и рав Аши, систематизаторы Талмуда, Рамбам чувствовал необходимость собрать и обобщить все, что было создано евреями Востока в области философии и Галахи со времен Талмуда. Его огромный труд "Мишнэ Тора" ("Повторение Торы"), или "га-Яд га-Хазака" ("Сильная рука") представляет собой своего рода компендиум еврейской культуры эпохи средневековья и отличается систематичностью и ясностью изложения.

Как мы уже говорили выше, большинство евреев, вынужденных бежать от преследований Альмохадов, нашли себе пристанище в областях Испании, отвоеванных у арабов христианами в процессе Реконкисты. И снова, как уже не раз бывало в истории, на первых порах владыки новых христианских королевств нуждаются в евреях как в проводниках их колонизаторской политики. Нужно было поднимать экономику вновь отвоеванных у арабов земель. Никто не мог справиться с этой задачей лучше, чем евреи, и потому, несмотря на противодействие католической церкви, в христианских королевствах евреи получают особые права, равные правам горожан-христиан. Однако по мере того, как в Испании и во всей Европе города укрепляются и развиваются, доля налогов с еврейских общин в финансах христианских королевств становится сравнительно меньше, и у королей остается все меньше желания сопротивляться давлению церкви, которую, со своей стороны, поддерживают конкуренты евреев - горожане-христиане. Снова начинаются преследования. Церковь распространяет клевету о том, что евреи употребляют кровь христианских детей для приготовления мацы (т.н. "кровавый навет"*) и оскверняют хлеб святого причастия. Вспыхивают погромы, вводятся антиеврейские законы. В конце концов и здесь, как в Западной Европе, евреи оказываются перед выбором: христианство или смерть. Был, конечно, и третий выход: бросить все и бежать.

Однако испанские евреи в этой ситуации ведут себя несколько иначе. В Испании жизнь евреев, в особенности еврейской аристократии, была теснее сплетена с жизнью местного нееврейского населения. Рвать эти сложные связи - и экономические, и культурные -было труднее и больнее. Вот почему часть евреев, принадлежавших к средним и высшим слоям еврейских общин, не выдержала давления и приняла христианство. Этим "новым христианам" (евреи называли их "анусим" - "подвергшиеся насилию", а христиане дали им кличку "марраны" - "свиньи") удалось сохранить свое имущество и социальное положение. Но они продолжали колоть глаза горожанам-христианам. Инквизиция продолжала преследовать новообращенных, стремясь доказать, что они втайне исповедуют иудаизм. Многие из них, не выдержав своего ложного положения, в конце концов открыто признались в своей верности религии предков и пожертвовали жизнью ради нее, разделив судьбу своих ашкеназских братьев.

В 1492 году закончилось христианское завоевание Испании. Очистив ее от арабов, христиане взялись за евреев. Евреям, не принявшим христианство, было приказано оставить Испанию, чтобы они не могли пагубно воздействовать на марранов и не содействовали им в тайном исполнении еврейских обрядов. В последний момент некоторые евреи решили креститься, чтобы остаться в стране. Но подавляющее большинство евреев вместе с раввинами, возглавившими общины, предпочли навеки покинуть Испанию. Часть из них направилась на запад, в Португалию, где через несколько лет они снова оказались перед тем же выбором - крещение или изгнание. Но большая часть отправилась на восток, где поднималась и набирала силу новая Оттоманская империя, начинавшая завоевание Балканского полуострова. И снова завоеватели в своей колонизаторской политике опираются на евреев; и снова евреям предоставляются экономические и торговые льготы, позволяющие им создать на новых местах процветающие общины, в которых бережно сохраняются традиции испанского еврейства.

Евреи в Цфате

Еще до испанского изгнания, как мы говорили выше, были евреи, которые, устав от скитаний по мусульманским и христианским странам, возвращались в разрушенную и пустынную Палестину. В середине XII века в Страну Израиля приехал поэт и философ раби Йегуда Галеви; примерно в то же время туда прибыла семья Рамбама. В середине XIII века Страну Израиля посетил каббалист и комментатор Писания раби Моше бен Нахман (Рамбан), в конце XV века там поселился комментатор Мишны раби Овадия из Бертиноро (Бартенура). После изгнания евреев из Испании в Палестину начинают прибывать группы беженцев с Пиренейского полуострова. Многие из вновь прибывших евреев предпочитают селиться не в центре страны, а на севере, в Галилее, являвшейся центром еврейского населения в Палестине еще со времен восстания Бар-Кохбы, и особенно в Цфате. Ни мусульмане, ни христиане не считали Цфат своим священным городом, не предъявляли на него особенных претензий и потому не препятствовали евреям селиться в нем (в отличие от Иерусалима). Накануне завоевания Палестины Турецкой Оттоманской империей (1516 г.) еврейское население Страны Израиля значительно увеличивается.

Изгнанники из Испании быстро включаются в экономическую жизнь Оттоманской империи. Еврейские купцы налаживают постоянные торговые связи между Сирией и Египтом. Цфат становится самым многолюдным и оживленным еврейским городом в Стране Израиля, промышленным и культурным центром. Его многочисленное еврейское население составляют ремесленники (особенно ткачи), торговцы пряностями и - что особенно важно - крестьяне. Это новое явление, которое надо отметить особо: к этому времени относится первый за много сотен лет опыт организации еврейской земледельческой колонии в городе Тверии. Культурная жизнь евреев Цфата, принадлежавших к "сефардской" ветви еврейской традиции, становится настолько интенсивной, что раби Яаков Бирб пытается возобновить традицию "смихи" (посвящения в сан раввина), которая в свое время являлась прерогативой Сангедрина в эпоху его пребывания в Явне, а затем в Галилее.

Замечательным явлением расцвета еврейской культуры в Цфате стало творчество раби Йосефа Каро (1488 - 1575). Раби Йосеф Каро, посвященный в сан раввина в Цфате (это посвящение не было тогда признано в Иерусалиме), считал, что настало время создать новый всеобъемлющий свод еврейских законов и обычаев сефардского еврейства. Такой опыт не предпринимался никем после Рамбама. Книга раби Йосефа Каро вышла в свет в 1555 году под названием "Шульхан Арух" ("Накрытый Стол"). Очень скоро "Шульхан Арух" был принят евреями всех стран как главный галахический кодекс, сравнимый по степени своей авторитетности с книгой Рамбама "Мишнэ Тора", и даже с Талмудом и с Мишной. В конце XVI века польский раввин рабби Моше Иссерлес добавил к "Накрытому столу" "Скатерть"("Мапа") - комментарии и пояснения к труду Йосефа Каро в свете традиций, обычаев и законов ашкеназского еврейства.

В одно время с Йосефом Каро жил в Цфате легендарный раби Ицхак Лурия Ашкенази, прозванный "Святой Лев", величайший из еврейских каббалистов, создатель мистического учения о всемирно-космическом Избавлении, достигаемом внутренним совершенствованием личности. Каббалистическое учение, развивавшееся в Цфате, стремилось дать ответ на жгучий вопрос еврейской истории, который еще более обострился после катастрофы, постигшей еврейство Испании и еврейских погромов в Польше, - вопрос о том, когда же наконец кончится изгнание и начнется Избавление.

Можно сказать, что цфатская каббала дала толчок крупнейшему из мессианских движений, потрясавших еврейский народ в эпоху средневековья. И до того появлялись "лжемессии" - в Персии, в Сирии, в Йемене, в Италии, в Германии и в других странах. Но никогда еще мессианское движение не вызывало такого массового отклика. Центром его была Палестина, а во главе стояли Шабтай Цви из Измира, сефард, и Натан-пророк из Газы, ашкенази. Весть о приходе Мессии разнеслась во все концы еврейского мира, от Йемена до Польши, Германии и Голландии. Она попала на почву, хорошо подготовленную лурианской мистикой. Десятки тысяч евреев - сефардов и ашкеназов, рационалистов и мистиков -постились и молились, готовясь к приходу Мессии и к сверхъестественному Избавлению. Несчастья, обрушившиеся на еврейский народ - сефардов и ашкеназов - в последних поколениях, воспринимались как "родовые муки мессии", то есть как залог грядущего Избавления. Тем ужаснее было разочарование, когда "Мессия" - Шабтай Цви - оказался трусом и изменником. В 1666 году турецкий султан бросил Шабтая Цви в темницу и тот, чтобы спасти свою жизнь, согласился принять ислам. Многие из последователей Шабтая Цви отказались признать этот факт: они не могли поверить в такую насмешку Всевышнего над Своим народом и продолжали утверждать, что их "Мессия" появится снова. Так возникла секта "саббатианцев". Другие, напротив, разочаровались в мистическом Избавлении и объясняли неудачу мессианского движения тем очевидным фактом, что Страна Израиля до сих пор в руинах. Так катастрофа саббатианства косвенным образом дала толчок к алие из Восточной и Центральной Европы в Страну Израиля (1700г.). Возглавил эту алию раби Йегуда га-Хасид, который прибыл в Страну Израиля с тем, чтобы поселиться и жить там. Движение, связанное с именем Иегуды га-Хасида, уже очень напоминает первые значительные волны алии конца XIX века, связанные с сионизмом.

Другое решение проблемы евреев, оторванных от родины и преследуемых в изгнании, предложило движение хасидизма, возникшее в Восточной Европе в конце XVIII века. И еще одна концепция пути, по которому могло бы пойти развитие еврейского народа, возникла в Западной Европе, где к концу XVIII века среди еврейства Западной Европы начинается процесс эмансипации*: евреи постепенно получают равные права с остальными гражданами государств, в которых они живут. Этот путь парадоксальным образом был связан с сохранившимися саббатианскими настроениями и уводил за пределы мира еврейской традиции.

Ашкеназское еврейство

В еврейских общинах Франции и Германии были потомки евреев-беженцев, прибывших из Палестины в римскую эпоху и обосновавшихся там еще до начала династии Каролингов*, но их было немного. В основном ашкеназские евреи происходят от евреев южной Италии, которых Каролинги пригласили поселиться в Франкском королевстве в качестве купцов, которые должны были наладить внешнюю торговлю. Евреи нужны были франкским королям и как жители возникавших городов. Несмотря на противодействие католической церкви, в феодальных государствах Западной Европы евреи получили особое положение: они пользовались личной свободой, у них было собственное судопроизводство, право на самооборону и т.д.

Окружение евреев в Западной Европе очень отличалось от окружения их братьев в мусульманских государствах. В феодальной Европе было больше невежества и религиозной нетерпимости, больше непреодолимых барьеров между различными классами и сословиями в обществе. Это привело к тому, что еврейская община в Западной Европе остается более замкнутой, закрытой от внешнего мира и создает свой особый общественный и культурный мир, оторванный от окружающего ее внешнего мира.

Эта культура бережно сохраняет свои связи со Страной Израиля и с идеями, почерпнутыми в Вавилонском Талмуде и во многом отличается от культуры евреев Испании. Это проявляется и в принципах организации общественной жизни (общиной управляют харизматические лидеры - мудрецы и ученые, знатоки Торы, а не аристократы-"нагиды"*, как в Испании), и в области духовного творчества. Ашкеназские поэты, в отличие от сефардских, пишут не философские сочинения, научные исследования и утонченную любовную лирику, а комментарии к Священному Писанию и пиютим* - религиозные гимны). Вследствие хороших условий жизни и благодаря традиционному уважению к институту семьи еврейское население Франции и Германии быстро увеличивается.

Положение евреев резко ухудшается вследствие погромов, учиненных толпами простонародья, сопровождавшего в 1096 крестоносцев в Первый крестовый поход. Евреи, запершись в своих домах, пытались защищаться, но безуспешно. Погромщики поставили их перед выбором: принять христианство или умереть. Целые общины в этой ситуации принимали решение "освятить Имя Всевышнего"* и принять мученическую смерть за веру, чтобы их дети не выросли христианами. Немногие перешли в христианство, чтобы спастись, но как только беспорядки кончились, вернулись к иудаизму.

Еврейские общины в Германии были разрушены. Но их традиции и культура нашли свое продолжение в еврейских общинах Франции, не затронутых Первым крестовым походом. Раби Шломо бен Ицхаки (Раши) продолжает изучение Талмуда по системе, принятой у его учителей в Германии. Его комментарий к Талмуду отличается краткостью и ясностью, так же как и его прославленный комментарий к Торе и другим книгам Писания, отразивший надежду на скорое возвращение в Святую Землю.

Оправившееся от погромов немецкое еврейство очень скоро попало в совершенно новую экономическую ситуацию. По следам крестовых походов налаживаются новые связи с Востоком; монополия внешней торговли переходит от евреев к горожанам-христианам. Евреям остается только узкая сфера финансовой деятельности: ростовщичество. Они ссужают деньги под проценты местным жителям-христианам и властям, и их деятельность ограничивается рамками городов, в которых они живут.

Соперничество евреев с их соседями-христианами становится все более ожесточенным в XII и XIII веках. Вместе с ним растет и церковное давление. Евреев обязывают пришивать на свою одежду желтый лоскут в знак принадлежности к презренному племени. Церковь принимает деятельное участие в распространении кровавых наветов* и легенд об осквернении евреями хлеба святого причастия. В 1348 году вспыхивают погромы, связанные с эпидемией чумы - "черной смерти". В 1290 евреев изгоняют из Англии, в 1390 г. - из Франции. В Германии время от времени евреев изгоняют из того или иного княжества или города. Евреи вынуждены скитаться из страны в страну, из города в город. Но вскоре направление их странствий становится все более определенным: это славянские страны и Восточная Европа, (см. карту 7, с. 178).

К концу эпохи средневековья еврейская община Германии, запертая в стенах "гетто", преследуемая и измученная, переживает период упадка. Евреи получают статус "крепостных казны", и в этом качестве нещадно эксплуатируются и императором, и местными дворянами. Все это вынуждает евреев Германии двигаться на восток, в славянские государства, переживающие период быстрого развития. Особенно хорошие условия предоставляются евреям в объединенном Царстве Польском, которому нужны евреи для развития городов и колонизации пустынных земель.

Немного в эту эпоху евреев, которые, отчаявшись найти пристанище в Европе, прибывают в Страну Израиля. В основном это раввины: рабби Птахия из Регенсбурга в 1180 г., 300 французских и английских раввинов в 1211 г., рабейну Иехиэль, вынужденный покинуть Париж в результате известного диспута, закончившегося сожжением Талмуда, в 1242 г.

Еврейство Литвы и Польши

Возможно, что среди польских и литовских евреев были потомки беженцев из Хазарского царства, уничтоженного в конце X века (см. карту 6, с. 177). Но в основном евреи Польши и Литвы по своему происхождению и по культуре были ашкеназами. Их связь с Германией, откуда они вышли, не прерывается и на первом этапе еврейского поселения в Польше. Погромы и изгнания ускоряют процесс эмиграции евреев из Германии в Польшу; благодаря благоприятным экономическим условиям естественный прирост еврейского населения в Польше очень велик. Все эти факторы приводят к быстрому увеличению еврейского населения Польши: в XVIII веке оно насчитывает около полумиллиона - это примерно треть всего еврейского населения мира.

Объединенное Королевство Польши и Литвы (1569 г.) увеличивается, захватывая территории Украины (см. карту 7, с. 178), и евреи становятся важным фактором колонизационной политики польских аристократов. Они заселяют новые города на Востоке. Характерная деталь: синагоги в этих городах похожи на укрепленные замки: их строили с расчетом на то, что в случае надобности они смогут послужить как убежища и как оборонительные сооружения. Евреи арендуют поместья у польских помещиков, служат у них управляющими и финансовыми советниками. Украинские крепостные никогда не видят своих хозяев - польских аристократов; с ними имеют дело их представители -управляющие-евреи. Так затягивается двойной клубок вражды: крестьянин-православный ненавидит евреев не только как иноверцев, но и как эксплуататоров, за которыми стоят польские дворяне, католики. Эта ненависть нашла свое выражение в опустошительном восстании казаков и их союзников-татар под предводительством Богдана Хмельницкого (1648 г.) против польского господства. Еврейские общины Восточной и Центральной Польши были разгромлены. Поляки не стали защищать евреев и многие тысячи из них погибли мученической смертью. Уцелевшие искали спасения в западных пределах Польши.

Еще до восстания Хмельницкого большая концентрация евреев в Польше заставила власти ввести нечто вроде еврейского самоуправления. Власти были заинтересованы в том, чтобы опереться на еврейских делегатов, представлявших "земли", "округа" и "города" под предводительством "парнаса" - главы общины, избиравшегося на достаточно демократических выборах, - и главного раввина города или ректора местной ешивы, который избирался один раз в три года. Еврейские делегаты собирались на ярмарках и составляли "ваад" - нечто вроде парламента. "Ваад" занимался распределением налогов и сбором денег для взяток чиновникам, а также судебными делами, галахическими проблемами, социальными и экономическими вопросами. "Ваад четырех земель", как назывался этот центральный орган польских евреев, был отменен только в 1764 году, когда польские власти убедились в том, что, вследствие тяжелого экономического положения евреев, даже Ваад уже не способен эффективно вытягивать из них налоги.

Кризис польского еврейства, начавшийся во времена Хмельницкого (1648), продолжался в течение всего XVIII века. Центральная власть становилась все слабее и не могла защитить сельских евреев от нападений гайдамаков, а городских - от погромов, совершавшихся с благословения католической церкви. И здесь церковь использовала кровавый навет.

В еврейском самоуправлении появилась коррупция, что ослабляло его авторитет. Пошатнулся статус раввинов. Все глубже становился социальный и культурный разрыв между городскими евреями, которые вели организованную культурную жизнь в рамках еврейской общины, и еврейским "простонародьем", не по своей вине исключенным из этих рамок. В деревнях у евреев не было ни "миньянов"*, ни синагог, ни еврейских школ, где их дети могли бы получить традиционное образование.

Своеобразное решение этого конфликта предложил хасидизм* - народное движение, у истоков которого стоял рабби Исраэль, по прозвищу "Баал Шем Тов" ("Владеющий Благим Именем" - ивр.) - своего рода врачеватель душ и народный проповедник. В середине XVIII века хасидизм распространился на окраинах Польши.

В отличие от движения Шабтая Цви и его последователей - саббатианцев - хасидизм не претендовал на всемирно-космическое спасение. Он призван был помочь спастись отдельной личности, находящейся на краю отчаяния. Многим еврейским авторитетам новое учение представлялось слишком экстравагантным, даже революционным. Среди "митнагедов" ("противников" хасидизма), был крупнейший раввин раби Элиягу га-Гаон из Вильно, который предал хасидизм официальному отлучению, объявив его "саббатианской сектой". Но сами хасиды считали свое движение вполне укорененным в мире еврейской традиции.

Хасидизм действительно придал некий особый оттенок традиционному еврейскому образу жизни: у хасидов были особые правила "шхиты"* (ритуального убоя скота), они молились по особому молитвеннику, составленному "Святым Львом" Ицхаком Лурия (Аризалем). Тем не менее обычаи хасидов ни в чем не выходили за рамки всеобщей еврейской Галахи и склонялись скорее к устрожению, чем к ослаблению общепринятых правил. Нововведения хасидизма касались в основном сферы социальной организации. Вместо общины, возглавлявшейся раввином - интеллектуалом, высокомерным и далеким от простолюдинов, и вместо ешивы, готовившей этих интеллектуалов, хасидизм выдвинул другой центр общинной жизни - "двор" рабби. Рабби, или цадик, - это учитель и духовный лидер, способный мистическим усилием перенести своих хасидов в высшие духовные миры. Одна из основных идей хасидизма заключается именно в том, что духовно-религиозное воспитание должно дойти до каждого еврея, каков бы ни был его интеллектуальный уровень и степень образованности. Поэтому хасидизм разрабатывает свои собственные формы воспитания и общения, кроме традиционных -обучения и преподавания Торы. Это и молитва в состоянии особой сосредоточенности (каввана), и пение, и беседы о хасидском учении, и совместное застолье по субботам и праздникам, и торжественные трапезы ("сеудат-мицва"), связанные с обрядами - обрезанием, свадьбой и т.д. Акцент переносится с интеллектуальной деятельности - изучения Торы - на моральное совершенствование и "добрые дела". Институт "ешивы" отступает на второй план перед "штибл" - обыкновенным домом молитвы. "Штибл" становится местом праздников и застолий, центром общественной жизни, полной веселья и религиозной серьезности. Учение хасидизма подчеркивало и развивало моральные и эмоциональные аспекты жизни социальной группы: любовь к народу Израиля ("агават Исраэль") и к Стране Израиля. В дальнейшем своем развитии хасидизм (особенно в некоторых своих ответвлениях, таких, как движение любавичских хасидов - Хабад), не утрачивая своей специфики, подчеркивает также такие традиционные ценности еврейского образа жизни, как интеллектуальное совершенствование и упорная учеба.

Хасидизм оказал влияние и на своих рьяных противников - "митнагедов" ("противников"). Они заново пересматривают общепринятые методы обучения в традиционном еврейском учебном заведении - ешиве. Возникают влиятельные центральные ешивы, выпускники которых, вернувшись в свои городки и местечки, распространяют идеи своего движения. Таким путем "митнаге-ды" стремятся противостоять распространению идей хасидизма за пределами областей, уже затронутых его влиянием.

Открытая полемика между хасидами и "митнагедами" не была продолжительной. Она закончилась, как только окончательно выяснилось, что хасидизм не противоречит нормам Галахи*, и в особенности когда у хасидов и "митнагедов" появился общий противник - движение еврейского Просвещения ('Таскала")*, решительно выходившее за рамки Галахи в поиске новых путей вне мира исторически сложившейся еврейской традиции.

Напряженной идеологической борьбе сопутствует увеличивающаяся алия* ашкеназских евреев в Страну Израиля, параллельная также увеличивающейся алие сефардов. Из известных еврейских деятелей, прибывающих в Страну Израиля в этот период, можно упомянуть рабби Хаима Абулафия из Измира (1740 г.), рабби Гершона из Кутова (1748 г.); в Цфате поселяются рабби Менахем-Мендель из Витебска и рабби Аврагам из Лиска, в Иерусалим прибывает группа митнагедов, учеников Виленского Гаона, возглавляемая рабби Исраэлем из Шклова; в 1819 г. группы хасидов Хабада поселяются в Цфате, Иерусалиме и Хевроне. Репатрианты этой волны заложили основы так называемого "старого ишува"* в "святых городах" - Иерусалиме, Цфате, Тверии и Хевроне. Разумеется, в Страну Израиля продолжают также прибывать поодиночке известные раввины и ученые, знатоки Торы из Польши, Турции, Италии, Йемена и из других стран. Но впервые за сотни лет алия* принимает массовый характер. Это знаменует начало нового периода в еврейской истории - возвращения народа Израиля на свою родину - задолго до возникновения сионизма, вдохновляемого идеями эмансипации и примером национально-освободительных движений народов Европы.

Жизнь в Стране Израиля для евреев была весьма небезопасной. Оттоманская империя медленно клонилась к закату (так же, как в свое время всходила и закатывалась звезда мамелюков, сельджуков, арабов, когда-то хозяйничавших в Стране Израиля). Палестина была в ту пору отдаленной провинцией Оттоманской империи. Слабая центральная власть не могла и не стремилась обеспечить безопасность жителей Палестины. Время от времени власть здесь брали в свои руки бедуинские шейхи и местные князья, и первой их жертвой были, конечно, беззащитные евреи. Предельная коррупция власти, бесконечные поборы и откровенный грабеж делали жизнь евреев невыносимой: их вынуждали чуть ли не "платить за воздух, которым они дышат". Некоторые улучшения начались в середине XIX века, когда европейские державы начали интересоваться положением дел в угасающей Оттоманской империи. Еврейское население Страны Израиля подпадает под покровительство Британской империи. Экономическое положение еврейского ишува* начинает улучшаться. В 1870 году большинство жителей Иерусалима уже составляют евреи. "Старый ишув" выходит "за стены Иерусалима"; его представители возобновляют сельскохозяйственные поселения в Иудее и в Галилее - еще до прибытия в Страну Израиля группы "Ховевей Цион".