Витте: биография

Содержание:



1. Введение

2. Начало жизненного пути 

3. Государственная служба

4. Деятельность на посту министра финансов

    4.1 Денежная реформа

5. На посту председателя комитета министров

    5.1  Указ 1904 года

    5.2 Посольская миссия Витте

6. Манифест 17 октября 

7. Деятельность на посту председателя совета министров 

8. В отставке

9. Заключение


1. Введение



Когда 28 февраля 1915 года в Петрограде умер Сергей Юльевич Витте, Министр финансов в 1892-1903 и Председатель Совета Министров в октябре 1905- апреле 1906 года уже восемь лет находившимся не у дел факт этот, несмотря на события первого года мировой войны, оказался в центре внимания русской печати всех направлений. Имя Витте в течение нескольких дней не сходило со страниц как столичных, так и провинциальных газет. 

Снова и снова перечислялись заслуги опального министра и премьера: денежная реформа и винная монополия, Портсмутский мир и Манифест 17 октября. Некоторые из петербургских газет выходили в эти дни даже с большими цензурными лакунами в статьях, посвященных Витте, а черносотенные листки очень скоро подняли шум о «весьма нездоровой и нежелательной популяризации» его имени. «Одним вредным для России человеком стало меньше», - так откликнулось на смерть «Русское знамя», выразив чувства самого Николая ІІ. «Я уезжаю с таким спокойствием на душе, - писал царь в этот день жене, - что даже сам удивляюсь. Оттого ли это происходит, что я беседовал с нашим Другом (Распутиным) вчера вечером, или же от газеты, которую Бьюкенен дал мне, от смерти Витте, а может быть от чувства, что на войне случится что-то хорошее – я не могу сказать, но в сердце моем царит истинно пасхальный мир». 

Как государственный деятель Витте отличался редким для представителей русской бюрократии качеством – он был прагматиком и обладал удивительной способностью радикально менять свои взгляды в зависимости от обстоятельств. Его прагматизм, граничивший  с политиканством, часто шокировал современников. Однако никто не пытался объяснить эволюцию его взглядов или рассмотреть их с учетом изменений, которые происходили в русской общественной жизни. 

Сергей Юльевич Витте был человеком своего времени – времени больших перемен. Реформы 1860-х годов всколыхнули Россию, вывели на политическую сцену поколение новых государственных деятелей, именно они должны были определять будущее империи. Сергей Юльевич принадлежал к их числу.   



2. Начало жизненного пути



Родился он 17 июня 1849 года в Тифлисе в семье чиновника, служившего в аппарате Кавказского наместничества. Его отец Юлий Федорович был потомком выходцев из Голландии, переселившихся в Прибалтику. Российское потомственное дворянство фамилия получила в середине девятнадцатого века. Мать, урожденная Екатерина Андреевна Фадеева, находилась в родстве с известнейшим княжеским родом Долгоруких. После отмены крепостного права семья Витте утратила связь с землей и принадлежала к разряду «служилого» дворянства, главным средством существования которого было казенное жалование.

Детские и юношеские годы С. Ю. Витте провел в доме своего дяди, известного военного писателя и адъютанта кавказского наместника князя А. И. Барятинского, генерала Р. А. Фадеева, близкого к славянофильским кругам. «Вся моя семья, - подчеркивал Витте, - была в высокой степени монархической семьей, и эта сторона характера осталась у меня по наследству».

Получив домашнее образование, Витте экстерном сдал выпускные экзамены в кишиневской гимназии и в 1866 году поступил на физико-математический факультет Новороссийского университета в Одессе. В студенческие годы он обнаружил неординарные способности к математике, но в общественном плане ничем себя е проявил. 

Окончив университет, Сергей Витте задумался о научной карьере и профессорской кафедре. Однако родственники неприязненно относились к его планам посвятить себя науке, считая её недворянским занятием, к тому же после смерти отца и деда материальное положение семьи осложнилось.

И Витте принимает решение о поступлении на государственную службу. 

В 1869 году Сергей Юльевич начинает службу в канцелярии одесского генерал-губернатора, где занимается учетом железнодорожного движения, а через год его назначают начальником службы движения казенной одесской железной дороги.

Вскоре одесская дорога вошла в состав общества юго-западных железных дорог, и перед Витте открылись более широкие перспективы. В 1880 году он становится начальником отдела эксплуатации, а с 1886 года – управляющим этими дорогами.

В конце 70-х годов Сергей Юльевич женился на Н. А. Спиридоновой, урожденной Иваненко, дочери предводителя дворянства Черниговской губернии, скоропостижно умершей в 1890 году. Примерно через год он в театре случайно встретился с молодой красавицей, которая ему необычайно понравилась. Это была Матильда Ивановна Лисаневич (урожденная Нурок). Между молодым вдовцом и очаровательной замужней дамой возникло большое чувство, и Витте деятельно способствовал расторжения брака Лисаневичей. Вскоре действительный статский советник и безродная красавица-бесприданница обвенчались. Этот брачный союз стал для Сергея Юльевича радостью, но одновременно служил причиной множества неудобных и щекотливых ситуаций. Действительно: важный государственный чиновник, которому мирволил сам государь, женился, как полагали в свете, на женщине с сомнительной репутацией («разводка»), да ещё еврейка. Чванливое петербургское общество не могло принять эту партию.     

В начале 80х годов С. Ю. Витте опубликовал серию статей по тарифным вопросам. В 1883 году они вышли отдельной книгой под названием «Принципы железнодорожных тарифов по перевозке грузов».

Сформулировав в этой работе важнейшие условия рационального хозяйствования на транспорте, Витте заявил о себе как о серьёзном знатоке бурно развивающегося железнодорожного строительства и железнодорожного дела. Основная идея книги была по тому времени необычайно новаторской: автор ратовал за установление железнодорожных тарифов не произвольно, а на основе экономического закона спроса и предложения.

Авторитет С. Ю. Витте как теоретика и практика железнодорожного дела привлек к себе внимание тогдашнего министра финансов И. А. Вышнеградского, который обратился к нему с просьбой представить свои соображения о ликвидации дефицитности казенных железных дорог. Глубоко изучив этот вопрос, Витте заявил, что корень зла - в хаосе, царившем в области тарифов. Он предложил разработать специальный закон, который поставил бы тарифное дело под контроль правительства и  создать в министерстве новый департамент для заведования тарифной частью железных дорог и регулирования их финансовых отношений с государством. Предложения были приняты. Встал вопрос о назначении их автора главой нового министерского подразделения. 

К тому времени деятельность в рамках Общества Юго-Западных дорог стала казаться Витте ограниченной и перестала удовлетворять его амбициозную, ищущую размаха, масштабности натуру.

В принципе он был готов занять должность директора департамента. Однако переход на государственную службу имел рад сложностей. Во-первых, для занятия поста директора требовался довольно высокий чин, которого у Витте не было. 

Во-вторых, как управляющий частной железной дороги он получал около 60 тысяч рублей в год, что было намного выше даже министерского оклада, и, следовательно, переход на государственную службу даже сразу на должность директора департамента был невыгоден в материальном плане.

Решающую роль сыграло вмешательство Александра ІІІ, лично знавшего Витте. Последнему неоднократно приходилось сопровождать императора во время поездок на юг. Накануне железнодорожной катастрофы царского поезда в Борках 17 октября 1888 года он предупреждал о возможности крушения в связи  с перегруженностью состава и превышения им скорости. Обошлось без трагических последствий, и царь, несомненно, запомнил управляющего дорогой, предупреждавшего с грубоватой прямотой свитских сопровождающих, что они «сломаю царю голову».

10 марта 1890 года Витте был назначен директором департамента с производством, минуя все ступени чиновной иерархии, сразу в чин действительного статского советника и с доплатой к жалованию из средств кабинета. С этого момента началась его головокружительная карьера. 

Менее чем через год новый начальник департамента был введен представителем от министерства финансов в совет министерства путей и сообщения, а 15 февраля 1893 года он уже назначается управляющим МПС. Не прошло и года – и он уже управляющий министерством финансов. 

	

3. Государственная служба



На государственной службе Витте развивает бурную деятельность. Теоретическая и практическая подготовка, широта взглядов, опыт, приобретенный в сферах частнопредпринимательской деятельности, выгодно выделяют его на фоне бюрократического окружения. Он сразу же становится деятельным сотрудником Вышнеграского, причем постоянно выходит за отведенные рамки. При его активном участии разработан покровительственный тариф 1891 года, сыгравший исключительную роль во внешнеторговой политике России и ставший защитительным барьером для развивающейся отечественной промышленности.    

К началу 1880-х годов железнодорожная сеть охватила более 45% территории Европейской России. Центром её был Московский железнодорожный узел. Он объединял восемнадцать железнодорожных линий  протяженностью до 3, 5 тысяч километров, Азовский и Черноморский железнодорожный узел объединял пять линий – 3, 5  тысяч километров, Прибалтийский – восемь линий, 3 тысячи километров, и Западный узел – восемь линий, 3, 5 тысяч километров. 

Вышнеградский и Витте взяли курс на углубление государственного влияния в железнодорожном хозяйстве и сосредоточение в государственных руках доходов от железных дорог. С 1889 года была введена система хлебных тарифов, были установлены дифференциальные тарифы. Стоимость провоза товаров по железным дорогам становилась зависимой от расстояния. Эта политика привела к унифицированию тарифной системы, открыла возможности для экономического развития окраин, часть, впрочем, в ущерб центру. 

Естественно, что новая тарифная политика встретила сопротивление со стороны земельных собственников центральных и западных губерний и владельцев железнодорожных обществ. Но энергичными действиями Витте оно было сломлено. 

Это не означало, что, заняв государственный пост, Сергей Юльевич стал противником всякого частного железнодорожного строительства. Он продолжал поддерживать и целый ряд частных компаний, однако поставил их в строгую зависимость от казны.  

К 1892 году, когда Витте получил назначение на пост министра путей сообщения, стали очевидны результаты проводившегося Вышнеградским нового экономического курса. В 1889 и 1890 годах были повышены пошлины на ввозимые товары, а в 1891 году введен новый таможенный тариф, носивший строго протекционистский характер и оказавший влияние на развитие отечественной политики. Таможенные доходы стали неуклонно возрастать и увеличились к 1903 году на 170%.   

         Результаты новой тарифной политики сказались не сразу. Только с 1895 по 1899 получала прибыль от железных дорог. Максимальный годовой размер этой прибыли достиг 11 миллионов рублей, но затем с 1900 года железнодорожное хозяйство опять потребовало приплаты казны в постоянно возрастающем размере.  

В качестве директора департамента, а затем и министра Витте проявил недюжинные административные способности и организаторский талант.

Пользуясь положением царского выдвиженца, он ведет необычную для государственного аппарата кадровую политику: набирает людей, отдавая приоритет не происхождению, чинам и выслуге, а, прежде всего профессиональной подготовке, знаниям и деловитости, резко меняет стиль работы руководимых им  подразделений.

Сам он чрезвычайно гордится тем, что из круга его сотрудников вышло немало государственных деятелей, таких, например, министры финансов Э. Д. Плеске, В. Н. Коковцов, а также видных представителей российского делового мира – А. И. Вышнеградский, А. И. Путилов, П. Л. Барк.  

Конечно, и у Витте бывали – и нередко ошибки и заблуждения, подчас соразмерные масштабам его деятельности. Но ему претила бюрократическая традиция ведомств под предлогом изучения и всевозможных обсуждений тормозить решение назревших проблем. «Из-за стремления к совершенству не задерживайте роста жизни, - говорил он своим сотрудникам – Ошиблись – сознайтесь и исправляйтесь.

Правда, сам он не очень любил признаваться в ошибках, нередко предпочитая прибегать к весьма неблаговидным приемам, сваливая вину на подчиненных, что было особенно характерно для времени, когда он достиг вершины бюрократической иерархии и поварился в её «котле».

Надо сказать, что он удивительно легко воспринял все те методы достижения целей, который широко практиковались в высшей бюрократической и придворной среде: лесть, умение вест закулисные интриги, используя в борьбе с противником далеко не джентльменские приемы, прессу, подкуп, слухи, сплетни. Так, играя на неприязни И. А. Вышнеградского  к тогдашнему министру путей сообщения А. Я. Гюбеннету, он с помощью своего покровителя добился отставки министра и занял его место, предварительно скомпрометировав перед царем А. А. Вендриха, считавшегося кандидатом на этот пост. Затем, использовав болезнь Вышнеградского и нараставшее недовольство  им

Александра ІІІ, Витте становится во главе финансового ведомства, сохраняя свое влияние и в министерстве путей сообщения.

	

4. Деятельность на посту министра финансов



Итак, в феврале 1892 года С. Ю. Витте стал министром путей сообщения, а в августе того же года занял один из ключевых постов в высшей администрации, возглавив министерство финансов.

Министерство финансов, которое возглавил Витте, представляло собой некий конгломерат ведомств. В руках министра сосредотачивалось управление не только финансами, но и промышленностью, торговлей, торговым мореплаванием, отчасти народным образованием, коммерческим и аграрным кредитом. Под его контролем фактически находилось министерство путей сообщения. Оказавшись на столь влиятельном посту, Витте дал волю распиравшей его энергии. Правда, в начале у него не было сколько-нибудь четкой экономической программы. До середины 80-х годов он смотрел на будущее русской экономики глазами убежденного славянофила. Его тревожила даже мама мысль о возможности развития капитализма в России по западноевропейскому образцу.  Но постепенно он начинает  руководствовался идеями «национальной экономии» в трактовке  немецкого экономиста В. Листа, а также наследием своих предшественников К. Х. Буте, И. А. Вышнеградского – ученых с мировым именем.

Критическое осмысление идейно-теоретических постулатов системной модели развития экономики, в основе которой лежал принцип покровительства отечественной промышленности, анализ с этой точки зрения  практики пореформенных десятилетий послужили отправным моментом для выработки Витте собственной концепции экономической политики. Главной его задачей стало создание самостоятельной национальной индустрии, защищенной на первых порах от иностранной конкуренции таможенным барьером, с сильной регулирующей ролью государства, что должно было в конечном итоге укрепить экономические и политические позиции России на международной арене.

Программа экономических преобразований была оформлена не в виде самостоятельного документа, как часть представление в государственный совет  от 30 октября 1893 года «Об изменении штатов департамента торговли и мануфактур» Витте добивался увлечения в 1,5 раза числа чиновников департамента в надежде превратить его в активный орган для осуществления своих планов. Его надежды оправдались. В ноябре 1893 года Государственный совет одобрил представленный Витте документ, и Департамент торговли и мануфактур превратился в удин из активно действующих проводников провозглашенных Министерством Финансов политики прямой поддержки промышленных предприятий.

Уже в самом начале своего пребывания на посту министра финансов   Витте объявил об использовании государственного вмешательства в жизнь страны как верного средства для преодоления отсталости. 

В целом на этом этапе он попытался приспособить экономическую политику к общеполитической доктрине царствования Александра ІІІ с её курсом на отстаивание консервативных начал во всех сферах жизни страны, к укреплению и рассмотрению роли самодержавного государства. 

Будучи долгое время убежденным анархистом-славянофилом С. Ю. Витте далеко не сразу смог осознать необходимость преобразования России по западным образцам. Однако, став министром, довольно быстро уверился в том, что ускоренное промышленное развитие страны – залог государственной устойчивости. Он уже не испытывал никаких страхов перед иностранными инвесторами,  а в деле индустриализации России придавал огромное значение финансовым зарубежным центрам, так как внутренние источники ему представлялись недостаточными.

Став министром финансов, Витте получил в наследство российский бюджет с дефицитом в 74,3 миллиона рублей. Расходные статьи бюджета при активной политике по развитию промышленности быстро росли: с 1893 года но 1903 год они возросли почти вдвое — с 1040 до 2071 миллиона рублей. Первое время он носился с мыслью получить дополнительные средства просто за счет усиления работы печатного станка. Идея выпуска ничем не обеспеченных бумажных денег буквально вызвала панику среди финансистов. Новый министр скоро понял ошибочность такого шага к оздоровлению бюджета. Теперь ликвидация дефицита связывалась им с повышением рентабельности промышленности и транспорта, пересмотром системы налогового обложения, с ростом прямых и особенно косвенных налогов. 

При активном участии С. Ю. Витте в империи были проведены крупные экономические преобразования, укрепившие  государственные финансы и ускорившие промышленное развитие России. В их числе введение казенной винной монополии (1894 год), дававшей до четверти всех поступлений в казну, строительство Транссибирской железнодорожной магистрали, заключение таможенных договоров с Германией (1894 и 1904 годы), развитие сети технических и профессиональных училищ. Узловым же пунктом Виттевской экономической программы стало проведение в середине 90-х годов денежной реформы, стабилизировавшей русский рубль и стимулировавшей крупные иностранные инвестиции в ведущие отрасли промышленности.




4.1 Денежная реформа

	

Во второй половине ΧΙΧ столетия по мере развития капиталистических отношений в Европе, увеличения торговых и промышленных оборотов, размеров платежей роль золота в денежном обращении западноевропейских стран становилась всё более значительно. Золотая монета начала вытеснять серебро.

К 1984 году Витте был уже безоговорочным сторонником введения золотого денежного обращения. Почва для проведения реформы была подготовлена его предшественником в министерстве финансов.

При обсуждении ещё в 1887 году проекта реформы было решено «Стремиться не к восстановлению полной ценности кредитного рубля, а к упрочнению его  размена в отношении близко к 1,5 рубля кредитного за 1 рубль металлический.

В 1893 году была прекращена свободная чеканка серебряной  монеты. Тем самым был исключён возврат к серебряному монометаллизму.

И только в 1895 году в период промышленного подъема и благоприятной финансовой конъюнктуры, когда золотая наличность составила 678 миллионов рублей, русское правительство решилось преступить к проведению реформы. 

Реформа была проведена указом от 29 августа 1897 года. Золотое содержание рубля было понижено на одну треть. Кредитный рубль был приведен к 66 2/3 копейки золотом. В  результате реформы Государственный банк сделался эмиссионным учреждением. Ему было предоставлено право выпуска банкнот. Все кредитные билеты, выпускавшиеся в обращение свыше 300 миллионов рублей, должны были быть обеспечены золотом рубль за рубль. В России был установлен очень жесткий эмиссионный закон, требовавший постоянно большого запаса золота для обеспечения находившихся в обращении кредитных билетов. 

В ноябре 1897 года в обращении появилась 5-рублевая золотая монета, в 1898 10-рублевая. 7 июля 1899 года был утвержден новый монетный устав. 

Итак, денежная реформа способствовала стабилизации рубля и открыла дорогу в Россию иностранным капиталам. Иностранные инвестиции стали важным источником для развития национальной промышленности и железнодорожного строительства.     

Витте убеждал своих оппонентов, что решающая роль в жизни страны переходит от землевладения, сельского хозяйства к промышленности, банкам. «Мы находимся у начала этого движения, - констатировал он, - который нельзя остановить без риска погубить Россию". Гигантская сила современной промышленности, банков и в России подчиняет себе аграрный сектор экономики. Выход, по его мнению, для дворянства один – обуржуазиться, заняться помимо земледелия этими отраслями хозяйства.

Позиции министра в конце 19 века были крепки и потому, что наблюдался очевидный и уверенный подъем производительных сил, особенно в промышленности. Так из 1292 русских акционерных обществ, действовавших в 1903 году, 794 было учреждено за 1892-1902 годы, а из 241 иностранных компаний, оперировавших в России, 205 появились здесь в указанное десятилетие. В 90-е годы прокладывалось в среднем ежегодно 2,5 тысяч верст новых железнодорожных путей. За время министерства С. Ю. Витте в Россию было инвестировано из-за границы около 3 миллиардов рублей. В последние годы прошлого века показатель ежегодного прироста промышленного производства в ведущих отраслях индустрии был очень высоким и колебался в пределах 12-15%. Все это, казалось, подтверждало правильность проводимой экономической политики. 

При бурном развитии индустриального сектора в аграрной сфере царил застой. При всем своем неприятии дворянских претензий к правительству Витте предпринял не мало усилий по обеспечению помещиков средствами для модернизации их имений. Он активизировал деятельность кредитных учреждений по выдаче ссуд землевладельцам и сельским хозяйственникам. Однако этот процесс в силу сохранения крепостнических пережитков, последствий мирового аграрного кризиса, ряда тяжелых неурожаев шел крайне медленно.

В октябре 1898 года он обращается к Николаю ІІ с запиской, в которой уговаривает царя «завершить освобождение крестьян», сделать из крестьянина «персону», освободить его от давящей опеки местных властей и общины.  

Но предложение главы финансового ведомства, создать специальную комиссию по этому вопросу, тогда не было принято. Царь даже не ответил на его обращение. И лишь разразившейся финансовый кризис, неурожаи 1899 и 1901 годов, крупные крестьянские выступления 1902 года заставили Николая ІІ создать ряд комиссий и совещаний для пересмотра аграрного законодательства и выработки мер по подъему сельского хозяйства.

Охлаждение  к Витте, и даже враждебность к нему императорской четы, усилия Плеве, всеми способами пытавшегося скомпрометировать соперника, наряду с нараставшими расхождениями по ряду важных аспектов внутренней и внешней политики, особенно по поводу дальневосточных дел, русско-японских отношений, а также в связи с установившейся в правых кругах  репутацией «опасного масона» привело в августе 1903 года к отставке Витте с поста министра финансов.



5. На посту председателя Комитета министров 



Николай ІІ обставил своё решение внешне  вполне благопристойно. Витте получил крупное единовременное вознаграждение (около 400 тысяч рублей) и был назначен председателем Комитета министров. Должность эта была почетная, но фактически маловлиятельная, так как комитет занимался в основном мелкими текущими делами.

 Первое время после отставки он находился в крайне подавленном состоянии и в одном из писем писал: «Я большей частью сижу дома и почти никого не вижу. Откровенно говоря, я чувствую род отвращения видеться с огромным большинством из моих петербургских знакомых: из-за угла критикуют и завидуют, а в глаза подличают». Однако Витте не захотел вернуться в мир бизнеса, хотя без особого труда мог получить руководящее кресло в совете или правлении какого-либо предприятия или банка. Прерогативы власти, вероятно, ценились им выше материальных благ. И уже в конце 1903 года Сергей Юльевич был опять в гуще хитросплетений петербургской политической жизни. Роль главы Комитете министров не давала административных полномочий, но позволяла сохранять заметное место. Оставались нужные связи в иерархии, полезные знакомства (близкие отношения в этот период он поддерживал, например, с министром иностранных дел графом В. Н. Ламсдорфом и военным министром А. И. Куропаткиным). 



5.1 Указ 1904 года



Осенью 1904 года процесс нарастания революционной ситуации вступил в новую фазу, захватив широчайшие слои российского общества. После массовых крестьянских выступлений 1902 года, волны всеобщих забастовок, прокатившейся но югу страны летом 1903 года, оппозиционные настроения, усугубленные рядом чувствительных поражений России в начавшейся в 1904 году русско-японской войне, охватили и высшие классы общества. Состоявшийся 6—8 ноября съезд земских деятелей высказался за введение представительных учреждений и установление в стране буржуазно-демократических свобод. «Союз. освобождения» - возникшая на рубеже 1903—1904 годов нелегальная либеральная организация - принял обращение о проведении с 20 ноября так называемой «банкетной кампании», в ходе которой участникам предлагалось принимать решения с пожеланиями буржуазно-либеральных преобразований. В 34 городах России состоялось более 120 собраний и митингов, в которых приняло участие около 50 тысяч человек, открыто высказавшихся против неограниченного самодержавного режима.

В таких условиях царизм помимо ужесточения репрессий попытался сбить волну недовольства, став на путь лавирования. В ноябре - декабре 1904 года в правящих сферах обсуждалась всеподданнейшая записка князя П. Д. Святополк-Мирского, нового министра внутренних дел, имевшего в общественных кругах репутацию либерального бюрократа. Само назначение его на этот пост, по словам Витте, представляло собой флаг, который правительство выкинуло в знак примирения с обществом. Основной упор в записке был сделан на анализе сложившейся ситуации, на доказательстве невозможности сохранения в неизменном виде политического режима. В качестве одной из важнейших мер выхода из кризиса предлагалось допустить участие выборных представителей в работе Государственного совета. Царь созвал специальное совещание сановников, на которое был приглашен и Витте.

Последний, стремясь поднять свой пошатнувшийся престиж, проявил необычайную политическую активность. В либеральных кругах, где разделялись реформаторские идеи, он всячески подчеркивал свою близость к Мирскому, представляя его своим ставленником. По свидетельству В. Н. Коковцова, он «везде и всюду противопоставлял его покойному Плеве как образец просвещенности, государственного ума и той новой складки представителя власти, которая должна сменить ушедший со сцены чин полицейского администратора, чуждого понимания необходимости примирить власть с обществом и приготовить переход к новым приемам управления . Одновременно, пытаясь поднять свои акции и у трона, он выступал убежденным противником любого представительства. Эта двойственность и непоследовательность наглядно проявлялись и в ходе обсуждения записки. В целом он вроде бы и поддержал министра внутренних дел, солидаризовавшись с ним в его оценке кризисной ситуации. Но по вопросу о приглашении выборных представителей общественности в Государственный совет, за что, кстати, высказались большинство участников совещания, он заявил, что, с одной стороны, такая мера, видимо, нужна, но при этом, с другой стороны, необходимо иметь в виду, что она не может не поколебать существующий государственный строй.

Император, согласившись с мнением большинства, подготовку проекта указа о предполагавшихся реформах поручил Витте, рассчитывая с его помощью выйти с наименьшими потерями из сложившейся ситуации. Проект был составлен и послан царю. 

Сейчас трудно со всей определенностью сказать, было ли это со стороны Витте шагом с целью восстановить свою репутацию в глазах Николая, или таким образом проявились его монархические убеждения. Как бы то ни было, так была упущена еще одна возможность перевести назревавшую революцию в русло реформ. Указ 12 декабря 1904 года, обещавший некоторые преобразования, был опубликован без пункта о представительстве, но с твердым заявлением о «незыблемости основных законов империи». Более того, наряду с указом был опубликован текст правительственного сообщения, в котором всякая мысль о политических реформах и представительных учреждениях объявлялась «чуждой русскому народу, верному исконным основам существующего государственного строя». Здесь, видимо, уместно отметить, что в свое время Витте обвинял К. II. Победоносцева в провале в начале 80-х годов проекта конституции графа М. Т. Лорис-Меликова, что привело, по его мнению, в конечном итоге к революции. Приведенный эпизод с свидетельствует, что сам Витте сыграл не менее зловещую роль.


5.2 Посольская миссия Витте



Однако звездный час Витте, пик его карьеры и успеха наступил в революционном 1905 году. Под влиянием военных неудач в далекой Маньчжулии росло недовольство в стране. Оно проявлялось и в оппозиционном то не прессы, и в действиях различных общественных деятелей и организаций, в росте забастовочного и крестьянского  движений, и в брожении армии. Давно существовавшая трещина в отношениях между самодержавной властью и обществом, так называемыми «образованными кругами», всё заметнее превращалась в труднопреодолимую попасть. Витте не сомневался, что нормализация возможна лишь при условии прекращения бессмысленной войны, противником которой он всегда был. 	

Требовалось принять ответственное решение, затрагивающее весьма болезненную тему – престиж империи. Сам Сергей Юльевич готов был временно поступиться величием России,  понимая, что после падения в декабре 1904 года Порт-Артура оно немногого стоит. Однако партия войны была ещё достаточно сильна, и оскорбленные великодержавные амбиции несколько месяцев мешали императору смирится с неизбежным и искать мира в невыгодной для страны ситуации. 

Наконец в мае 1905 года Николай ІІ принял посредничество президента США Теодора Рузвельта в заключении мира. Министр иностранных дел России граф В. Н. Ламздорф, начинавший формировать группу российских представителей предложил среди прочих и кандидатуру главы комитета министров. Когда же 11 июня 1905 года список попал к императору, то он сделал пометку «только не Витте», однако желающих войти в состав делегации, которая должна была отстаивать интересы проигравшей стороны, было мало. Многие под тем или иным предлогом уклонились от участия, и 29 июня царь скрепя сердце подписал указ о назначении Сергея Юльевича Витте первым уполномоченным. На следующий день он был принят государем, получил соответствующие инструкции: установка была крайне жесткой   ни копейки контрибуции, ни уступки пяди земли.  Витте пригласил к себе в помощники известных экспертов по дальневосточным делам. 

Резонанс на назначение Витте главой делегации на переговоры был неоднозначен. Если буржуазно-либеральная общественность отнеслась в целом к этому факту положительно, то правые круги не скрывали своего недовольства. За рубежом же выбор царя рассматривался как свидетельство серьезности намерений русской стороны заключить мир. 

Сергей Юльевич считал необходимым добиться прочного и долговременного мира на Дальнем Востоке, восстановить добрые отношения с Японией, хотя бы и ценой утраты некоторых позиций России, урегулировать отношения с другими великими державами в Китае. Все это нужно было для того, чтобы «лет на 20-25 заняться самими собою» и решительно двинуться но пути реформ, которые должны были восстановить мощь страны. Он рассчитывал при этом и на истощение военных и финансовых ресурсов Японии, и на поддержку мирных инициатив России великими державами, опасавшимися нарушения баланса сил в Европе и на Дальнем Востоке.

Подготовку своей миссии глава делегации начал еще перед отъездом. В Петербурге он имел встречи и беседы с английским, американским и французским послами, стремясь узнать настроения западных держав и заинтересовать их в благоприятном исходе переговоров. Понимая значение общественного мнения, Витте начал кампанию по его завоеванию на свою сторону заявлением корреспонденту американского агентства, в котором говорилось, что Россия не ищет мира любой ценой, что условия, ущемляющие ее престиж великой державы, для нее неприемлемы и что они лишь побудят народ сплотиться в борьбе за будущее страны. Ресурсы же ее неистощимы. Весьма характерна и форма, в которой изложено было это заявление. «Я убежден в том, - без тени «ложной скромности» говорил Витте, - что раз уж я признаю условия Японии неприемлемыми для нашего достоинства, то за мной пойдет вся Россия, и наш народ проявит готовность продолжать войну, хотя бы еще в течение нескольких лет». Интервью получило широкую огласку и оказало определенное влияние и на общественное мнение, и на претензии японской стороны.

6 июня он выехал в США, в город Портсмут, где должны были проходить переговоры. Однако еще до прибытия в Портсмут Витте встретился с главами правительств и финансовыми кругами Берлина, Парижа и Нью-Йорка, чтобы прозондировать почву в отношении возможности заключения нового международного займа. Стало ясно, что великие державы за заключение мира любой ценой и только на этих условиях готовы были предоставить России необходимые средства. Полученная информация позволила ему окончательно выработать тактику, которой он затем придерживался на переговорах. Заключалась она, по его словам, в следующем: «1) ничем не показывать, что мы желаем мира, вести себя так, чтобы внести впечатление, что если государь согласился на переговоры, то только ввиду общего желания почти всех стран, чтобы война была прекращена; 2) держать себя так, как подобает представителю России, т. е. представителю величайшей империи, у которой приключилась маленькая неприятность; 3) имея в виду громадную роль прессы в Америке, держать себя особливо предупредительно и доступно ко всем ее представителям; 4) чтобы привлечь к себе население в Америке, которое крайне демократично, держать себя с ним совершенно просто, без всякого чванства и совершенно демократично; 5) ввиду значительного влияния евреев, в особенности в Ныо-Йорке, и американской прессы вообще не относиться к ним враждебно, что, впрочем, совершенно соответствовало моим взглядам на еврейский вопрос вообще».

Этой программы он придерживался последовательно в течение всего времени переговоров, и она, как он считал, помогла ему в целом благоприятно для России завершить свою миссию. Он часто встречался с представителями прессы, жал руку машинисту поезда, доставившего его из Нью-Йорка в Портсмут, поднимал на руки и целовал чьего-то ребенка и т. д. и т. п. и действительно сумел склонить в свою пользу общественное мнение, хотя все это «актерство» давалось ему с немалым трудом, позиция его на переговорах была гибка, но в то же время и тверда. В результате долгого и трудного противоборства сторон (конференция проходила с 27 июля по 23 августа) Витте удалось заключить мир на сравнительно благоприятных для России условиях, Первоначально требования японских крайне агрессивных кругов простирались на Квантун, Сахалин, Камчатку, Приморье, не считая 3 миллиардов рублей контрибуции. Затем претензии их стали более умеренными. Японская сторона в качестве условий мира требовала уступку аренды Квантуна и железной дороги Порт-Артур - Харбин, уступку Сахалина, уже занятого японскими войсками, признания Кореи сферой японских интересов, установления в Маньчжурии принципа «открытых дверей», предоставления Японии концессии в российских территориальных водах и уплату контрибуции. Витте принял условия, касающиеся Кореи и Маньчжурии, но отверг уступку Сахалина в контрибуцию. В ходе переговоров, когда они грозили зайти в тупик, царь по настоянию Т. Рузвельта дал согласие на уступку Южного Сахалина. Портсмутский мир был подписан 23 августа. Война закончилась «почти благопристойным», но выражению Витте, миром. Глава делегации получил приветственную телеграмму императора, благодарившего его за умелое и твердое ведение переговоров, приведших к хорошему для России окончанию. 

Портсмутские договоренности, несомненно, стали успехом России, её дипломатии и лично главы российской делегации. Они во многом походили на соглашение равноправных партнеров, а не на договор заключенный после проигранной войны. 

В Россию Витте вернулся 15 сентября и сразу же был приглашен к царю, отдыхавшему на яхте в финских шхерах. Здесь он узнал, что в ознаменование заслуг возведен в графское достоинство. Это  известие стало для него радостным потрясением. 

Милостивый прием, оказанный монархом и присвоение графского титула означали признание заслуг и укрепление позиций Сергея Юльевича в петербургских коридорах власти. Решение как казалось многим неразрешимой политико-дипломатической задачи  в Портсмуте (благодаря чему России удалось сохранить свое достоинство на мировой арене) способствовало распространению мнения о нем как о деятеле, который «может все». Конечно, оставались враги и противники. В самых консервативных политических кругах родилось презрительное прозвище «граф полусахалинский». Однако «его сиятельство» эти нападки мало беспокоили. Он был уверен, что проявившиеся симпатии императора открывают новые политические возможности. Предчувствия его не обманули, и очень скоро он стал главным действующим лицом в период грандиозного исторического перелома, связанного с изменением основ российской государственности.



6. Манифест 17 октября 



Воодушевленный царским приемом, новоявленный граф все усилия сосредоточил на борьбе с революцией, входившей с осени 1905 года в полосу своего высшего подъема. Вспыхнувшая со второй половины сентября стачка московских рабочих в течение первых дней октября переросла во всероссийскую политическую забастовку. Бастовали все: рабочие, студенты, врачи, чиновники, артисты... Стачка железнодорожников, почтовиков, связистов парализовала всю жизнь страны. Первой реакцией правительства было ужесточение репрессий. Петербургский генерал-губернатор Д. Ф. Тренов 14 октября отдал знаменитый приказ: «Холостых залпов не давать и патронов не жалеть!» Однако подавить движение оказалось невозможным. В ряде мест стачки начали перерастать в вооруженные выступления.

В личных беседах с Николаем II 9- -10 октября, в присутствии императрицы, Витте более откровенно поделился своими замыслами. Он вновь поставил царя перед выбором - или назначение его, Витте, премьером, предоставив ему подбор министров и осуществление предложенной программы преобразований, или подавление «смуты» силой, для чего необходима военная диктатура. Последняя, но его мнению, в сложившихся условиях невозможна: нет ни достаточного количества войск, ни подходящей кандидатуры. Что касается реформистского пути, то Витте весьма откровенно и цинично объяснил свой план. «Прежде всего, - наставлял он царя,— постарайтесь водворить в лагере противника смуту. Бросьте кость, которая все пасти, на вас устремленные, направит на себя. Тогда обнаружится течение, которое сможет вынести вас на твердый берег»  Расчет был на то, что предложенная им программа вызовет замешательство и раскол в рядах освободительного движения, переход на сторону правительства умеренных либералов.

  Наконец Витте было поручено представить развернутую программу действий и проект манифеста. Издание манифеста, которым царь намерен был объявить о своем решении приступить к преобразованиям, кандидат в премьеры считал тактически ошибочным, так как это накладывало на верховную власть определенные обязательства. По его мнению, целесообразно было опубликовать его всеподданнейший доклад-записку с высочайшей резолюцией, что давало некоторый простор для деятельности правительства и могло способствовать постепенности мер по реализации программы. К тому же последняя была весьма умеренной, нарочито расплывчатой. Так, в ней совершенно не упоминалось ни о предоставлении Государственной думе законодательных нрав. ни о расширении круга избирателен. «Манифест,  вспоминал впоследствии Витте,  был мне навязан...» Настойчивость царя в его издании в значительной мере объяснялась очередной кампанией правых кругов против Витте, пытавшихся убедить императора в стремлении его стать президентом Российской республики, приписать себе роль преобразователя.

17 октября Николай II подписал манифест, составленный князем А. Д. Оболенским и Н. И. Вуичем под руководством Витте. Документ оказался радикальнее, чем мог предположить главный его автор. «Мои сотрудники по составлению манифеста шли дальше меня»,— вспоминал он позднее. Можно предположить, что он сознательно заострял формулировки, чтобы побудить императора отказаться от его опубликования и согласиться на его вариант. Как бы то ни было, манифест возлагал на объединенное правительство во главе с Витте выполнение «непреклонной царской воли» о даровании населению «незыблемых основ гражданской свободы» на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов. Провозглашалось, что никакой закон не может быть принят без одобрения Думы, причем круг избирателей предполагалось значительно расширить.



7. Деятельность на посту председателя Совета министров 



Условия, при которых Витте стал премьером, действительно были крайне сложные. Налицо была, как отмечал он впоследствии, «полная дезорганизация власти сверху донизу, от центра к периферии, раскаты революции, знаменитые иллюминации помещичьих имений, отсутствие войск для подавления беспорядков, отсутствие денежных средств в казне для ликвидации последствий злополучной японской войны и для ведения необходимой стране и государству финансовой политики». Среди сановников царил «полнейший сумбур», причем многие из них готовы были посягнуть на прерогативы верховной власти, общественные силы «оказались не на высоте своего призвания».

Спасая царизм от немедленного краха, Витте начал искусно лавировать, заявив в правительственном сообщении от 20 октября, что провозглашаемые реформы требуют времени, а пока должны действовать старые законы. Прежде всего он начал заигрывать с общественностью, затеяв переговоры о вхождении в состав кабинета октябристско-кадетских деятелей. Одновременно он настоял на уходе из правительства наиболее скомпрометировавших себя министров. В конечном итоге из этого ничего не вышло, но определенный эффект все же был достигнут — у либералов окрепла надежда на возможность сотрудничества с властями.

«Реформаторство» кабинета Витте в период наивысшего подъема революции проявилось в частичной политической амнистии, временных правилах о печати, в некотором расширении избирательных прав населения. 3 ноября 1905 года был издан манифест «Об улучшении благосостояния и облегчении положения крестьянского населения» и два указа, целью которых было прекращение захватов и разгромов крестьянами помещичьих имений. Объявлялось о снижении с 1906 года наполовину и о полной отмене с 1907 года крестьянских выкупных платежей. Несколько облегчались условия приобретения земель через Крестьянский банк, который получил право покупки помещичьих имений за собственный счет.

Вскоре пелена конституционных иллюзий, на некоторое время действительно ослепившая широкие слои российского общества, начала спадать. Вновь поднялась волна стачечного движения, перерастая в ряде мест в вооруженные восстания, наиболее крупное из которых разразилось в Москве. Соответственно разработка и осуществление карательных мер занимают все большее место в деятельности премьера. Совет министров под его председательством разрабатывает стратегию и тактику вооруженного подавления революционных выступлений. Были устранены почти все юридические препятствия для широкого и быстрого применения оружия войсками и полицией. Витте выступил инициатором законопроекта об упрошенном применении военно-полевых судов, выводившем их из-под опеки какого-либо контроля административных органов. Проект, правда, не прошел, так как Совет министров признал, что в условиях военного и чрезвычайного положения военно-полевые суды и так действуют достаточно быстро и надежно. Вместо этого он счел нужным изменить правила действия войск при подавлении вооруженных выступлений, отменив стрельбу в воздух и холостыми патронами.

После подавления декабрьских вооруженных восстаний революция постепенно пошла на убыль. Несмотря на успешную в целом деятельность Витте по подавлению революции, напряженность между ним и обществом не спадала. Его двойственная политика, вынужденные компромиссы не снискали ему популярности ни среди либералов, ни в право-консервативных кругах.

Старая неприязнь к нему Николая II и особенно императрицы вновь переросла во враждебность, внешне до поры до времени маскируемую. В вину ему теперь вменялось и вынужденное согласие царя на публикацию Манифеста 17 октября, и то, что избранная но новому избирательному закону Дума оказалась крайне оппозиционной, а надежды на крестьянский цезаризм себя не оправдали, и вообще поведение, которое ставило монарха в некоторую тень за мощной фигурой премьера.

Все усилия Витте укрепить у трона свои позиции оказались бесплодными. Его еще какое-то время терпели, пока он не завершил переговоры о заключении крупного заграничного займа. Дело в том, что Россия стояла на грани финансового краха. Соглашение о займе на 8,4 миллиарда рублей после сложных и трудных переговоров с французскими банками было подписано 4 апреля 1906 года, а 14 апреля Витте подал прошение об отставке, которая была принята Николаем II с облегчением.



8. В отставке



Внешне и эта отставка была проведена вполне благопристойно. Император поблагодарил его за преданность и усердие. Высочайшим рескриптом от 22 апреля были отмечены его заслуги в борьбе с «крамолой», по подготовке и открытию новых законодательных учреждений и в заключении внешнего займа. Он был награжден высшим орденом - Святого Александра Невского с бриллиантами и получил крупное денежное вознаграждение. В личной беседе царь обещал ему место посла. Однако это обещание так и не было выполнено. Довольно выгодное предложение занять место консультанта сделал ему Русский для внешней торговли банк. Но такое совмещение для высших сановников было запрещено законом, и Витте предпочел остаться на государственной службе. Он оставался членом Государственного совета и Комитета финансов, но активного участия в государственных делах больше не принимал, хотя попытки вернуться в правящие сферы предпринимались им неоднократно.

Витте активно работает над мемуарами, искусно организуя время от времени «утечки информации» об особо секретном характере располагаемых им материалов, которые якобы проливают свет на различные закулисные махинации в высших правящих кругах, содержат характеристики видных государственных деятелей и даже самого царя и его окружения.

В феврале 1915 года Сергей Юльевич простудился и заболел. Началось воспаление уха, которое перешло на мозг. В ночь на 25 февраля он скончался, немного не дожив до 65 лет, и был похоронен на кладбище в Александро-Невской лавре. Кабинет его тотчас был опечатан, бумаги просмотрены и увезены чиновниками МВД. Однако рукописи мемуаров, которые так интересовали Николая II, не были обнаружены ни в России, ни на вилле в Биаррице, где Витте обычно над ними работал. Опубликованы они были позднее, когда династия Романовых и сам царский режим уже пали под напором революционных волн 1917 года.



9. Заключение 



На мой взгляд, в истории России конца XIX – начала XX веков фигура Сергея Юльевича Витте занимает исключительное место. Глава Министерства путей и сообщения, многолетний министр финансов, председатель Комитета министров, председатель Совета министров, член государственного совета – таковы его основные служебные посты. Этот известнейший сановник оказал заметное, а во многих случаях и определяющее влияние на различные направления внешней, и  особенно, внутренней политики империи, став своеобразным символом возможностей и одновременно  беспомощности Российской государственной системы. 

Это была чрезвычайно сложная и противоречивая натура.  В его характере, поступках и намерениях удивительным образом переплетались искренность и лживость, преданность долгу и откровенный цинизм, глубокие знания и поразительное невежество. Витте был парвеню на петербургском бюрократическом олимпе и в силу своей натуры так и не смог стать своим в этой специфической среде. Он умер одиноким, сломленным человеком, полным желчи и ненависти ко всем и вся, хотя свою участь, свою судьбу всегда созидал собственными руками. Но критическая самооценка ему была неведома, и он до последнего мгновения своего земного существования безнадежно играл роль отверженного гения. 


Список литературы:





1. Российские реформаторы (XIX - начало XX) // М., 1995



2. Сироткин В. Демократия по-русски // М., 1999 – 424 с. 



3. Гении российской политики // История России в портретах том 1 – 1996



4. Ананьич Б. В., Ганелин Р. Ш. Сергей Юльевич Витте и его время – Спб, 2000  - 430 с. 



5. Корелин А. П. Россия на рубеже веков: Исторические портреты // М., 1991 

2