Русские земли и Золотая Орда

Значение татаро-монгольского нашествия в древнерусской истории.

Тринадцатое столетие стало переломным в отечественной истории. В это время коренным образом меняется геополитическая ситуация, массив древнерусских земель распадается на части и история каждой из этих частей пойдет своим путем. 
В XIII в. Руси пришлось испытать завоевания и с востока, и с запада. Для понимания сущности этих завоеваний надо иметь в виду известный тезис о том, что характер завоевания зависит от уровня развития того народа, который его совершает. Так, если завоеватели из Западной Европы, достигшие высокого уровня социального и политического развития, старались плотно осесть на завоеванных территориях, заселить их выходцами из коренных земель, то у монголов была другая цель: максимально использовать пространства Восточной Европы в качестве пастбищ, пополнить за счет Руси контингент рабов и выкачать как можно больше средств в виде даней. Третий вариант являет собой, как увидим, литовское «завоевание», в ходе которого внутреннее устройство древнерусских земель оставалось практически без изменения. 
Таким образом, внешнеполитическое положение Руси в этом столетии изменяется: внешний фактор в ее истории начинает играть гораздо большую роль. Значение его нельзя ни преуменьшить, ни преувеличить. Под его воздействием многие процессы социальной, экономической и политической жизни видоизменяются, меняют вектор своей направленности. А если к этому присовокупить недостаток источников, то понятен вывод многих историков о своего рода дискретности в ходе русской истории, об отрыве «киевского» периода ее от «московско-литовского». Мы выступаем, однако, за континуитет, за то, что, несмотря на все отличия, история Киевской Руси нашла свое продолжение и развитие в последующие столетия. 
В 1206 г. в глубине Центральной Азии, на берегу реки Онон, собрался курултай (съезд) представителей различных монгольских племен. Целью собрания были выборы каана (верховного правителя). Им стал Темучжин, который в предшествующий период сумел всеми правдами и неправдами объединить разрозненные и даже враждующие роды и племена монголов. Известный даже еще не всем монголам, он, тем не менее, стал правителем, превратился в Чингисхана - будущего завоевателя Вселенной. Первым результатом объединения стала могущественная армия и начало кровавых и разрушительных походов монголов, направленных на цивилизованные и высокоразвитые регионы, которые на свое несчастье соседствовали с монголами. 
Уже накануне смерти Чингисхана (1227) монгольские завоевания охватывали огромную территорию, включая Китай, Среднюю Азию, значительную часть Сибири. К тому времени успели столкнуться с монголами и наши предки. В начале 1220-х гг., перевалив через Кавказ, монголы вырвались в предкавказские степи. Над населением огромных степных пространств и Руси нависла грозная опасность. С целью предотвратить ее, объединенные русско-половецкие войска встретили монголов у реки Калки. Русскими предводительствовали три Мстислава: Мстислав Мстиславич из Галицкой волости, Мстислав Романович из Киева и Мстислав Святославич из Чернигова. Отличился в битве и молодой Галицкий князь Даниил. Битва, однако, завершилась печально для союзников: они были разбиты монголами, а князья умерли мучительной смертью под помостом, на котором пировали монгольские нойоны. Однако глобальной опасности на Руси тогда не почувствовали - древнерусский летописец отметил: «Об этих же злых татарах не знаем, откуда они пришли на нас и куда опять делись, только Бог весть». 
Монголы появились вновь уже в конце 1230-х гг. Зимой 1237- 1238 гг. полчища хана Батыя вторглись на Русь. Самой первой приняла на себя удар Рязань, которая после мужественного сопротивления пала. Один за другим гибли русские города, демонстрируя чудеса героизма. Чего стоит, например, подвиг Евпатия Коловрата, который отсутствовал в Рязани во время нападения монголов, а потом вернулся и, обнаружив руины, стал мстить, нападая на монголов с тыла. 
Однако остановить монгольскую лавину не удавалось. Следующей целью был Владимир, на пути к которому их задержала Москва. После падения столицы Северо-Восточной Руси было захвачено еще несколько городов. В 1238 г. состоялась решительная битва на реке Сити, в которой войска Юрия Всеволодовича потерпели поражение. Дойдя до местности Игнач-крест, монголы не пошли дальше на территорию Новгородской земли, а вернулись обратно в степи. По дороге они осаждали небольшой город в Черниговской земле - Козельск. Он так долго и мужественно сопротивлялся монголам, что они прозвали его - «злой город». 
Следующий этап монгольского нашествия приходится на 1239- 1240 гг. На этот раз объектом их нападения стала Южная Русь, которая в гораздо большей степени была изнурена княжескими и межволостными «которами» (войнами). Вот почему здесь не было битв, подобных битве на реке Сити, но по-прежнему каждый город, каждое укрепленное поселение Руси сдавались после ожесточенного сопротивления или не сдавались вовсе. Монголы взяли Переяславль, Чернигов и осадили «мати градом русским» - Киев.

Ордынское иго надолго затормозило экономическое развитие Руси, разрушило ее сельское хозяйство, подорвало русскую культуру. Татаро-монгольское нашествие привело к падению роли городов в политической и экономической жизни Руси. Вследствие разрушения городов, гибели их в огне пожаров и увода в плен квалифицированных ремесленников надолго исчезли сложные виды ремесла, приостановилось городское строительство, пришло в упадок изобразительное и прикладное искусство. Тяжелым последствием ига было углубление разобщения Руси и обособления отдельных ее частей. Ослабленная страна не смогла отстоять ряд западных и южных районов, захваченных позже литовскими и польскими феодалами. Нанесен был удар торговым связям Руси с Западом: торговые связи с зарубежными странами сохранились лишь у Новгорода, Пскова, Полоцка, Витебска и Смоленска.

Татаро-монгольское нашествие привело к резкому сокращению населения страны, особенно городского. Множество людей было убито, не меньше уведено в рабство. В некоторых разрушенных городах и селах жизнь так и не возродилась. Гибель многих князей и дружинников, профессиональных воинов и феодалов приостановила развитие феодального земледелия.

Однако при всех тяжелых для Руси последствиях золотоордынское нашествие на Руси имело и некоторые особенности, способствовавшие тому, что русский народ в условиях ига не только сохранил свою национальную самостоятельность, но и нашел в себе силы навсегда изгнать завоевателей из родных мест.



Утверждение монгольского ига и форма зависимости русских земель от Золотой Орды.

Завоеванные татарским войском русские земли не вошли непосредственно в состав Золотой Орды. Золотоордынские ханы рассматривали русские земли как политически автономные, имеющие свою собственную власть, но находящиеся в зависимости от ханов и обязанные платить дань – «выход». Русские феодальные княжества стали в вассальные отношения к хану.

Чтобы как можно более четко поддерживать систему властвования, ханы вживляли элементы монгольской администрации на завоеванной территории. Цель ее была двойственной: обеспечивать армию рекрутами и собирать налоги для поддержания государства и императорской семьи.

Методы применения этой политики варьировались в разных частях Руси. На Юго-западной Руси (на современном этапе это – территория Украины) – в Перяславской и Киевской землях и в Подолии – монголы полностью ликвидировали княжескую администрацию, заменив ее своим прямым управлением. В Галицкой, Волынской, Смоленской и Чернигово-Cеверской землях, как и в Восточной Руси, монголы установили собственное управление наряду с княжеской администрацией. Новгород после 1260 года был освобожден от присутствия монгольских чиновников, но не от обязанности платить налоги. Даже в тех русских землях, где князья оставались у власти в качестве вассалов хана, монголы оставляли за собой право ставить определенные местности и группы населения под свой прямой контроль. Некоторые русские земли даровались также в удельное владение членам семье Чингизидов.

Как известно, каждый русский князь должен был получить ярлык на княжение от хана. После этого посланник хана (элчи) торжественно короновал его. Хан мог в любое время забрать назад княжеский ярлык, если у него были причины сомневаться в преданности князя. Получение такой грамоты (ярлыка) обычно сопровождалось вручением русскими претендентами дорогих подарков хану и его близким родственникам, а с течением времени – и ближайшему окружению. Иногда русским князьям приходилось делать долги у ордынских купцов. Эти займы нередко намного превышали финансовые возможности князя. Тем самым еще более укреплялась зависимость русских князей от Золотой Орды.

Хотя русские князья и оставались при власти, их административные полномочия, как вассалов хана, были ограничены, поскольку ханы назначали своих собственных чиновников для вербовки воинов и сбора налогов. В завоеванных ими землях монголы спешили определить платежеспособность населения, проводя его перепись. Первую перепись в Западной Руси провели еще в 1245г., последнюю в Восточной Руси в 1274-1275гг. После этого монголы больше не прибегали к всеобщей переписи, используя данные предыдущих переписей в качестве основы для налогообложения.

В каждой тьме вербовкой воинов и сбором налогов занималась тщательно разработанная сеть административных чиновников, которые никоим образом не подчинялись русским князьям, и несли ответственность только перед ханским правительством. Когда по Руси установились численные районы, командиры регулярной монгольской армии были поставлены во главе каждой тьмы и тысячи. У любого из этих командиров был в качестве помощника налоговый инспектор («даруга» - по-монгольски, а по-тюркски – «баскак») соответствующего ранга. Позднее даруга брал на себя всю полноту ответственности за район.

В рескрипте Тайдулы митрополиту Феогносту упоминаются три категории даруг: волостные, городские и деревенские. Их имена следуют после упоминания о «князьях улусов». Русский перевод в этом месте, как и в ряде других, не вполне ясен, и, возможно, что под князьями подразумеваются даруги более высокого ранга. О существовании даруг высшего ранга мы также узнаем из русских летописей. Т.о., можно заключить, что во главе каждого численного района любого уровня находился даруга.

Налоговый инспектор, ответственный за Великое княжество Владимирское, назывался «великим баскаком». Каждый баскак имел в своем распоряжении небольшой отряд монгольских и тюркских солдат, вокруг которого он должен был создать мобильное воинское подразделение для сохранения порядка и дисциплины в районе. В связи с этим следует заметить, что, хотя большую часть рекрутировавшихся русских воинов периодически отправляли в Золотую Орду и Китай, часть из них удерживалась для местных нужд. Каждому баскаковскому подразделению отводилось постоянное жилье, которое со временем становилось процветающим поселением. Следы таких поселений сохранились в русской топонимике. Целый ряд городов и деревень, носящие название Баскаки или Баскаково, расположены в различных районах Руси на территории прежних тем (форма множественного числа слова «тьма»).

Когда войска баскаков оказывались не в состоянии справиться с такими затруднениями, как бунты населения, русские князья обязаны были поддержать их, используя войска, находившиеся в их распоряжении.

Так, Плано Карпини писал, что «люди собираются на войну со всякой земли державы татар», «и вот что татары требуют от них (покоренных народов), чтобы они шли с ними в войске против всякого человека когда им угодно». В первые десятилетия после нашествия монголов пленных воинов использовали с особенной жестокостью. В донесении венгерского францисканца Иоганки епископу Перуджи (1238) читаем: «годных для битвы воинов и поселян они, вооружившие, посылают против воли в бой впереди себя… если даже они хорошо сражаются и побеждают, благодарность невелика; если погибают в бою, о них нет никакой заботы, но если в бою отступают, то безжалостно умерщвляются татарами». Сходную картину рисует и Плано Карпини: «… и эти пленники будут первыми в строю. Если они плохо сражаются, то будут ими убиты, а если хорошо, то татары удерживают их посулами и льстивыми речами… а после того, как могут быть уверенными на их счет, что они не уйдут, обращают их в злосчастнейших рабов… И, таким образом, вместе с людьми побежденной области они разоряют другую землю». Вероятно, в 15 веке принудительное привлечение русских воинов сменилось наемничеством. Наемники получали жалованье и свою долю добычи.

Следует вспомнить, что во время правления Берке, налоги на Руси взимались мусульманскими купцами. Эта система стала причиной многих страданий жителей и позднее была отменена; после этого количество налоговых чиновников существенно возросло. В ханских ярлыках русскому духовенству упоминаются три категории сборщиков налогов: писцы (по-тюркски «битикчи»), сборщики налогов в сельской местности – даньщики и сборщиков налогов и таможенных пошлин в городе – таможенники.

Существовало две основных разновидности налогов: 1) прямые налоги с населения сельских районов; 2) городские налоги. Основной прямой налог назывался данью. В основе его была десятина. Первоначально, монголы требовали десятую часть «со всего». В их первом приказании (1237г.) люди и лошади были упомянуты особо. Несомненно, скот и продукты сельского хозяйства также подлежали десятине. После восстания в Новгороде в 1259г. был введен сверхналог (туска) как карательная мера. Предположительно, что он также собирался в натуральном виде. Хотя после этого случая взимание этого налога больше не повторилось, и основой дани продолжала оставаться десятина. Со временем количество десятины было упорядочено, и дань выплачивалась в серебре, а не натуральным продуктом. В Новгороде в 14 и 15 веках, сбор налога, соответствовавшего дани, назывался «черным cбором». Первоначально, должно быть, его платили шкурами черных куниц. Такие платежи назывались «черными», в отличие от платежей «белым» серебром. Однако во времена правления Василия Второго «черный сбор» определялся в серебряных гривнах.

Помимо дани существовал ряд других прямых налогов. Поплужное (на севере Руси – посоха) было налогом на вспаханную землю. Яси являлся особым налогом на содержание конно-почтовых станций. Еще один налог, упоминающийся в ханских ярлыках, - война (военный, или солдатский налог). По-видимому, его собирали в те годы, когда не вербовали рекрутов. И еще один налог в ярлыках называется пошлиной.

В самом прямом смысле калан (тюркское слово) является налогом на землю; но это слово употреблялось в более широком значении с дополнительным смысловым оттенком «подчинение», «порабощение». Следует здесь заметить, что в Западной Руси в монгольский и послемонгольский период существовала категория царских рабов, которые назывались каланными. Тогда, если мы допустим, что «пошлина» соотносится с «налогом», мы сможем толковать ее как денежную плату вместо обязанности работать в качестве каланного. Однако четко не установлена идентичность «пошлины» и «калана».

Вдобавок к постоянным налогам ханы сохраняли за собой право требовать дополнительный налог. Известный как запрос, он упоминается в ярлыках, а иногда и в летописях.

Основной налог с городов назывался тамга. Как на монгольском, так и тюркском языках термин «тамга» обозначает «эмблему», особенно – эмблему клана. В качестве эмблемы администрации, тамга представляла собой рисунок на печати, а затем и саму печать, в особенности клеймо на поступающих в налог вещах.

Со временем тамга приняла форму налога на оборот товаров и собиралась как таможенная пошлина. В современном русском языке «таможня» происходит от слова «тамга». Взимался также и местный налог на товары - мыт. Русские ремесла, по-видимому, также подлежали налогообложению.

Уже в конце 13 века некоторые русские князья и все русские князья в начале 14 века имели привилегию и обязанность – собирать дань и другие налоги. В связи с этим баскаки были отозваны, а мелкие сборщики налогов теперь назначались самими русскими князьями.

Общая сумма, которую каждый великий князь должен был выплатить хану, называлась «выходом». Хотя свидетельства о размерах ордынской дани несистематичны, относятся к разным периодам и разным княжествам, тем не менее, они дают общее представление о средствах, безвозвратно перетекавших из русских земель в Золотую Орду. Так, в конце 14 века платежи с Московского княжества и присоединенных к нему княжеств: Дмитровского, Галицкого (Галич Костромской), великого княжества Владимирского, составляли пять тысяч рублей в год. С одного Московского княжества собирали одну тысячу рублей выхода.

В начале 15 века с территории бывшего Нижегородского княжества (без суздальской его части) собиралось полторы тысячи рублей дани. Неизвестны размеры выхода с Рязанского, Тверского, Ростовского, Ярославского, Белозерского, Юрьевского, Суздальского, Смоленского княжеств. По-видимому, общая сумма ордынской дани с русских земель составляла не менее пятнадцати тысяч рублей в год. Хотя есть и другие сведения. Например, что общая цифра для Восточной Руси, исключая Великий Новгород, равнялось тогда ста сорока пяти тысячам рублей.

Что означала ордынская дань для простого человека? Прямых свидетельств на сей счет нет. Можно воспользоваться лишь некоторыми косвенными доказательствами.

В 1384 г. московский летописец, переживший взятие в 1384 году Москвы и ряда других городов Тохтамышем, записал, что «была великая дань тяжкая по всему княжению великому, всякому без отдатка, со всякой деревни по полтине». На эти деньги можно было купить не менее десяти овец. Деревни в конце 14 века состояли из одного-трех дворов. Следовательно, одна семья должна была продать, самое малое, трех баранов, чтобы внести требуемую подать. Для крестьянского хозяйства это было ощутимой потерей. По свидетельству 1389 года, с московской волости Заячков, лежавшей в плодородной юго-западной части Московского княжества, взималось двадцать два рубля ордынского выхода. Согласно одной грамоте 1371 года, в Заячкове проживало сто шестьдесят семей. Следовательно, каждая семья должна была платить Орде около 0,14 руб. в год. На эти же деньги можно было купить около трехсот килограммов зерна. При средних урожаях в те времена в 2,5-3 центнера с гектара пашни, становится очевидным, что размер уплачиваемой Орде дани равнялся примерно одной десятой части урожая. В сочетании с другими повинностями дань становилась обременительной.

Впрочем, размеры ордынского выхода несколько колебались, не всегда он и выплачивался. Московский великий князь Дмитрий Иванович не платил дани со своих владений в 1361-1371 гг. и в 1374-1380 гг. Его сын, Василий, пользуясь раздорами в Орде, не отправлял туда выхода в 1396-1409 г., Иван Третий в 1479 г. отказался платить дань хану Большой Орды Ахмату, чем вызвал его безуспешный поход на русские земли в 1480 году.

Временные перерывы в уплате дани вовсе не означали отмену податей с населения. Собранные средства оставались у князей. Княжеские договорные грамоты и завещательные распоряжения второй половины 14 в. и 15 в. пестрят указаниями на условия распределения между князьями ордынской дани. Дмитрий Донской и его двоюродный брат, серпуховский князь Владимир Андреевич делят между собой собранный ордынский выход с Московского княжества в 1389 году: «А если нас Бог избавит, освободит от Орды, тогда мне две доли, а тебе третья». Внуки этих князей, великий князь Василий Темный и серпуховско-боровской князь Василий Ярославович, в середине 15 века заключают между собой соглашение, согласно которому «если переменит Бог Орду, а не будешь, господине, давати Орде, и тебе, господине, брать дань со своей отчины себе, а мне, господине, со своего удела брать дань себе». Хотя принцип распределения ордынской дани между князьями в 15 в. изменился (теперь каждый князь мог сам собирать дань в своих владениях), неизменным оставалось главное: ежегодный сбор дани в обычных условиях выплачивали Орде, а при благоприятных обстоятельствах накапливался в княжеских сокровищницах.

Вплоть до второй половины 15 в. монгольские посольства забирали «выход».

атаро-монголы не ставили перед собой задачи включения Руси в свою империю. Речь шла только о подчинении и получении дани, а потому сам характер внутренних отношений на Руси оставался в значительной степени нетронутым завоевателями.

В результате, подданство русских князей выражалось в форме раздачи ханами им ярлыков на княжение. Русские князья были также ограничены в административных полномочиях, поскольку из Орды назначались собственные чиновники для вербовки воинов и сбора дани.

Для более успешного и скорого управления завоеванной страной, монголы применили тот же принцип деления населения, что и в своей армии. Каждому району соответствовала определенная сеть административных чиновников. Выход состоял из нескольких видов налогов, основным из которых являлась дань.

В 15 веке институт баскачества был упразднен. Выход стали собирать сами князья.



3)Взаимоотношения русских князей и Золотой Орды в XIII – XV веках





4)Куликовская битва и ее значение.





Предкуликовская эпоха в русском военном деле была во многом реформаторской. Чтобы выработать тактику схватки с Ордой нужно было прежде всего знать ее тактику и взвесить, что противопоставить военному искусству Орды. Первая тактическая задача это конечно же отразить стрелковый удар борьбы, ее решили просто: против стрелков надо выставить стрелков же.

Однако, вслед за стрелковым ударом, в случае неослабевавшего сопротивления, Орда переходила к фронтальной атаке в конном строю; значит, нужно предотвратить конный бой и навязать Орде пеший. Конные полки выступа здесь в роли охранения флангов, сторожевого и резервного полков.

Для отрабатывания всех тактических приемов Дмитрию требова-
лось время. Русь готовилась к свершению ордынского ига, и в Орде
это не могло пройти незамечено. В 1373 году Мамай в разведыва-
тельных целях напал на Рязань. 1 сентября 1375 года была оконча-
тельно усмирена Тверь. Зимой 1377 года Дмитрий Волынский ходил в
поход на Булгар. Все говорило за то, что решающее сражение уже
близко. В зиму 1377/78 годов Дмитрий нанес удар по мордовским
князьям, союзникам Мамая. Благоприятно складывалась обстановка в
Орде. У Мамая нашлись 2 сильных конкурента: Тохтамыш и Тамерлан.
Для Мамая и Дмитрия наступило время ответственных решений,
ждать далее было нельзя. Но Мамай все же недооценивал силы Мос-
квы, иначе он поднял бы в поход всю Орду, вместо того, чтобы сна-
чала посылать Бегича и еще пять темников, которые были разбиты на
реке Воже объединенными силами Северо-Восточной Руси под командо-
ванием Дмитрия Ивановича. Как только Мамай узнал о поражении Бе-
гича он сразу же собрал в поход все силы, которые находились в
тот момент в его распоряжении.

На 15 августа 1380 года Дмитрий назначил сбор всех полков в
Коломне, как только прояснилось, чо Мамай намечает свое вторже-
ние на конец лета. Хан в это время разбил стан на реке Красивая
Меча.

В Коломне были уряжены полки, проведен осмотр войску. Лето-
писи отмечают, что такой огромной силы давно не видела Русская
земля. Из Коломны путь соединенного войска лежал через Оку и Ло-
пасне, там за пределы рязанского княжества, союзника Дмитрия, в
этом состоял стратегический замысел Дмитрия. Московское войско
двигалось в полной тишине, 30 августа завершилось переправа через
Оку, 6 сентября войско подошло к Дону, где Дмитрий и замыслил
встретить Мамая. Местом встречи было выбрано Куликовское поле, и
не случайно. Вся география Куликовского поля благоволила русскому
войску: речные, лесные и болотистые фланги, возвышение на месте
стана русских войск. Мамай же двигался к Куликову полю с Краси-
вой Мечи. В ночь с 7 по 8 сентября русские войска переправились
через Дон и встали в боевой порядок в водоразделе между Смолкой и
Нижним Дубиком.
Левый фланг русского войска, на который должен был пасть ос-
новной удар татар, переходил в топкие берега Смолки, за левым
флангом распологались резерв и засадный полк. Правый фланг был
так же защищен болотистыми берегами Непрядвы, а так же тяжеловоо-
руженной псковской и полоцкой конными дружинами. В центре -
большой рати, были сведены все городские полки. Передовой полк
составлял все же часть большого полка, задача же сторожевого пол-
ка заключалась в завязывании боя и возвращении в строй.
Утром 8 сентября над Куликовским полем стоял густой, непро-
ницаемый туман, который рассеялся только к двенадцатому часу.
Битва Четобея и Пересвета положила начало битве …

… На Куликовом поле Орда имела превосходство в коннице и
угрожала русским флангам. Орда стремилась окружить русских и перебить их строй таранным ударом. Русские приняли бой в активной
обороне. Эта была еще одна тактическая задумка Дмитрия. После то-
го как был отражен таранный удар Орды, и она спешилась, русские
воины, чтобы снять численное превосходство предприняли сложный
маневр левого фланга: отступили, заманили правый фланг Орды в за-
саду, уничтожили его; а потом уже русские войска взяли в окруже-
ние главные силы Мамая.

Разгром Мамая, и последовавшие за этим ордынские неурядицы,
которые привели к окончательному распаду грабительского государ-
ства, демонстрация превосходства русского военного искусства над
военным искусством врага, усиление государственной власти на Ру-
си – заметные последствия битвы на Куликовом поле. Вместе с этим
Куликовская битва положила начало возрождению национального само-
сознания русского народа.

Огромную роль в этой победе сыграл Дмитрий Донской. Это ис-
торический деятель, который сумел понять народные чаяния и объе-
динить всех русских людей на их свершение и перед решающей схват-
кой с угнетателями примирить самые острые общественные противоре-
чия. В этом его заслуга во внутренней политике. Но он не только
возродил лучшие традиции военного искусства, он обогатил его но-
выми принципами стратегии и тактики, в невероятно сложных усло-
виях сумел вооружить и обучить войско. Так же сподвижниками его
во всех его делах были митрополит Алексей и игумен Троицкого мо-
настыря Сергий Радонежский. Эти люди смогли под эгидой русской
церкви собрать всех гонимых людей под единое знамя освобождения.
Одним из самых значительных полководцев Древней Руси был Дмитрий
Волынский, отнюдь не по капризу отдал князь под его начало засад-
ный полк и руководство всей битвой. Это ли не высшая оценка?

Куликовская победа создала в Восточной Европе качественно
новую политическую ситуацию, при которой искусственно сдерживав-
шиеся объединительные процессы получили простор для своего разви-
тия. С Куликовской победы началось неуклонное восхождение Москвы,
столицы Русских земель. Сейчас же явились и признаки возросшего
личного влияния Дмитрия Донского. Здесь надо сказать, что Дмит-
рий воевал не только с Мамаем, но и с литовским князем Ягайло,
войско которого во время Куликовской битвы стояло у Дмитрия поч-
ти за спиной, потому что Донской не смог бы воевать с объединен-
ным войском и поэтому хитрым маневром отрезал Ягайло от Мамая.
В 1381 году Тохтамыш дает ярлык на великое княжение Ягайлу.
Поставив Ягайло противовесом Москвы, Тохтамыш решился на вторже-
ние в пределы Северо-Восточной Руси, чтобы сорвать планы Дмитрия
и его митрополита Киприана по созданию общерусского антиордынско-
го фронта. Здесь надо отметить, что в предкуликовский период
вражда между некоторыми княжескими домами была притушена, Кули-
ковская победа ее придавила авторитетом победителя, но приход к
власти Тохтамыша, нового властителя Орды, оживил угасшие было на-
дежды на перемены правящей династии на владимирском столе, таки-
ми были братья великой княгини Евдокии: Василий и Семен.
Не ощущая в себе силы начать вторжение так, как это делали
Батый и Мамай, Тохтамыш напал на Русь крадучись, расчитывая на
внезапность. Дмитрий поручил защиту Москвы Киприану и сыну Андрея
Ольгердовича князю Остею, оставив в Кремле княгиню Евдокию. Дон-
ской был уверен в том, что Москва устоит перед Тохтамышем и сам
пошел в Переяславль собирать переяславские, суздальские и белоо-
зерские полки.

23 августа к Москве подошли передовые ордынские отряды и
сожгли посады. 24 августа Москву обложили главные силы. Три дня
безуспешно бросались ордынцы на стены и наконец прибегли к обыч-
ному для них коварному приему. Тохтамыш послал к воротам нежего-
родских князей Василия и Семена, сыновей Дмитрия Суздальского.
Остей вышел на переговоры в сопровождении духовенства; его схва-
тили и убили, духовных «ободрали», в открытые ворота ворвались
ордынцы.
Овладев Москвой, Тохтамыш распустил отряды по волостям.
Ограбили Юрьев, Дмитров, Можайск. Под Волоколамском отряды стол-
кнулись с войском, которое собирал Владимир Андреевич, ордынцы
были изрублены в короткой сече. Узнав об этом, Тохтамыш собрал
рассеянные отряды и помчался прочь так же скоро, как и явился, не
пожелав встречаться ни с Владимиром Андреевичем, ни с тем более
Дмитрием Донским, который двинул свое войско из Костромы к Москве.
Так закончился поход Тохтамыша на Москву в 1382 году. Орде
снова удалось предотвратить чрезмерное усиление одного из госу-
дарств Восточной Европы – Московского, вступившего после Куликов-
ской битвы на путь интенсивной интеграции с западно-русскими фео-
далами Литовско-Русского княжества. Таким образом, вновь созданы
условия для восстановления необходимого Орде равновесия между
Москвой и Вильно, центром Литовского княжества. Но, что стало ха-
рактерным, ордынские политики очень скоро не только прекратили
нашествия на Москву, но и стали оказывать ей поддержку.

Москва и Вильно, Дмитрий и Ягайло подогревались ордынскими
политиками – они увеличивали накал их соперницества, и одновре-
менно подогревали сепаратиские настроения удельных князей внутри
этих двух великих княжеств. В следствие этого 1383 году из-под
влияния Москвы был выведен Великий Новгород, Ягайло в свою оче-
редь должен был пойти на территориальные уступки Ордену. Ягайло,
оказавшийся тем самым как бы меж двух огней, и Дмитрия, нуждав-
шийся в тот период в политически сильных союзниках, создал в
1383-1384 годах условия для сближения Москвы и Вильно.
Заключенный Московско-Литовский договор 1384 года был инте-
ресен тем, что в нем фактически была признана ведущая роль Дмит-
рия Донского. В этих условиях Орда и Орден усилили свой финансо-
вый и политический нажим. Орда действовала через Новгород, Орден
же поменял тактику и содействовал объединению Ягайла и Витовта,
тогдашнего союзника крестоносцев. В результате усилий Орды, Орде-
на и примкнувшей к ним Польши к лету 1385 года все попытки уста-
новления московско-литовского сотрудничества были пресечены, а
уже в начале 1386 года последовало династическое объединение
Польского королевства и Литовско-Русского княжества, получившее
название Польско-Литовская уния 1385 года.

19 мая 1389 года в Москве умер Дмитрий Донской, 19 августа
но московский престол вступил Василий I Дмитриевич. Летом 1390
года в торжественной обстановке состоялось бракосочетание Васи-
лия и Софьи Витовтовны. В Восточной Европе Василий, Витовт и Кип-
риан, ставший 1 октября 1389 года митрополитом, пытаются воспре-
пятствовать упрочнению унии и заменить польско-католическую коло-
низацию литовских и русских земель, консолидацией русских сил
вокруг Москвы, это было предпринято сразу после Куликовской побе-
ды. Но в ход наметившегося исторического процесса опять тесно
влились события в Орде. Новый этап в истории Золотой Орды совпал
со смертью Дмитрия. Когда-то Тохтамыш вышел из повиновения Тиму-
ру и стал претендовать на подвластные ему территории. Началось
противостояние. Тохтамыш сразу же после смерти Дмитрия Донского
выдал ярлык на княжение Владимирское его сыну, Василию I, и уси-
лил его, передав ему и Нижегородское княжество и ряд городов.
Тохтамыш между тем метался в противоречиях ордынской политики на
Руси, и на реке Терек в 1395 году войска Тимура разбили Тохтамы-
ша, расправились с ним за его двойственность. После битвы на Те-
реке непобедимый «бог войны» двинул свои войска через Поволжье и
Приднепровье к Москве, но простояв 15 дней в Ельце он повернул
прочь.

Историческое значение Куликовской битвы в том, что ее результат привел к краху татарско-литовских планов раздела Руси.

Битва показала возможность победы над татарами, дала новый импульс силам, стремящимся к государственному единству Руси, объективно способствовала усилению Московского княжества - центра, стремившегося объединить Русь.

Следует заметить, что всего через 15 лет после Куликовской
битвы, продемонстрировавшей превосходство русской политики и рус-
ского военного искусства над ордынским и во многом решающим обра-
зом ослабившей политическое и экономическое влияние татаро-мон-
гольского ига в Северо-Восточной Руси, среднеазиатскому полковод-
цу надо было крепко призадуматься, прежде чем вступать в сраже-
ние с московскими войсками. Тимур ушел в свои пределы, поделив
Волжскую Орду между своими ставленниками. Между тем, внутренние
процессы консолидацие русских сил после Куликовской победы уже
вышли из-под контроля Орды и какой-либо третьей силы. Сближение
между Василием I и его тестем продолжалось. На это немало сил по-
ложил и митрополит Киприан. Надо полагать, что он являлся тем
церковным деятелем, который был необходим наметившемуся истори-
ческому процессу.



5)Свержение Золотоордынского ига.



Момент для нашествия на Русь Ахмат выбрал чрезвычайно удачно. Все как будто складывалось в его пользу. На северо-западе Русь воевала с Орденом. Феодальный мятеж ослаблял силы Русского государства. Некоторые летописцы даже прямо связывают окончательное решение Ахмата о походе с получением известия об этом мятеже. С Крымом у Руси еще только шли переговоры, а союз Ахмата с королем был уже фактом. Да и сам Казимир обладал гораздо большими политическими и военными возможностями, чем непрочно сидевший на своем престоле вассал турецкого султана.

Медленно двигалась Большая Орда по Дикому Полю. Ахмат не рассчитывал на эффект внезапности. Большее значение он придавал совместным действиям всех антирусских сил, своему союзу с Казимиром.

В конце мая — начале июня началось развертывание русских войск на окском рубеже. 8 июня в поход выступил великий князь Иван Молодой — видимо, с достаточно крупными силами, раз во главе их был поставлен второй человек государства.

Нелегко было определить направление главного удара Ахмата. Ордынцы разорили волость Веснугу между Калугой и Серпуховом. Но это было не более чем демонстрацией. Хан с главными силами медленно поднимался вверх по берегам Дона. После долгой зимы конница нуждалась в сочных степных пастбищах. На берегах Оки были пока только стычки передовых отрядов.

В воскресенье 23 июля в поход из Москвы к Коломне выступили главные силы русских под предводительством самого великого князя .

Приближалась осень. Уже несколько месяцев стояли русские войска в полной боевой готовности на Оке, наблюдая на противоположном берегу татарские разъезды. Ахмат прощупывал оборону русских. Убедившись в ее прочности, в том, что весь левый берег надежно прикрыт русскими войсками, хан решил предпринять обходной маневр. В последних числах сентября он двинулся «со всеми своими силами мимо Мценеск, Любутеск и Одоев» к тому месту, где в Оку впадает Угра. Маневр Ахмата выводил его во фланг русским войскам. Угра, узкая и извилистая, изобилующая бродами, не являлась сама по себе сильным оборонительным рубежом в отличие от полноводной Оки. Угра протекала по границе Русского государства и Великого княжества Литовского. На правом ее берегу находились земли русских княжеств, вассально зависимых от короля Казимира. В этом районе, довольно густонаселенном, Ахмат мог снабжать свое войско за счет местного населения, т. е., попросту говоря, за счет грабежей. Здесь он мог рассчитывать соединиться с войсками короля Казимира. По самое главное — Ахмат мог прорвать здесь, на самом слабом, уязвимом участке, оборонительную линию русских войск и вторгнуться в глубину Русской земли.

Движение Ахмата к Угре не осталось незамеченным для русских. Иван Молодой и князь Андрей Меньшой получили распоряжение великого князя идти к Калуге, к устью Угры.

30 сентября, впервые за два месяца, великий князь приехал в Москву. В столице состоялось совещание — «совет и дума». Присутствовали дядя великого князя, Михаил Андреевич Верейский, все бояре, митрополит и епископы. На этом совещании высших представителей светской и церковной власти и были приняты важнейшие решения, связанные с борьбой против Ахмата. По словам летописца, бояре и епископы «молиша» великого князя «великим молением, чтобы крепко стоял за православное крестьянство против бесерменству». В трудную для Руси годину светские и церковные власти, даже оппозиционный митрополит Терентий, оказали поддержку политике великого князя.

Было принято решение простить мятежных братьев и призвать их на защиту южного рубежа. Князья уже и сами понимали, что их предприятие не удалось. Ни у кого на Русской земле они не нашли поддержки. В разоренных ими самими Великих Луках было больше нечего делать. Псков отказал им в убежище. Теперь они охотно согласились на предложения великого князя, который обещал им территориальные уступки. Но главное было обеспечить защиту против Ахмата. Князья двинулись со своими войсками на юг. Феодальный мятеж окончился .

Выход главных сил хана к Угре и возможность форсирования ее создавали прямую угрозу Москве. Ордынская конница с берегов Угры в три-четыре перехода могла достигнуть столицы. Иван Васильевич помнил, как тридцать лет назад татарские всадники под водительством Мазовши внезапно появились перед стенами столицы. Помнил он и опыт Алексина, погибшего со всеми своими жителями. На этот раз оборона Москвы и всей Русской земли была организована совсем по-другому.

Заранее была эвакуирована и сожжена Кашира. Этот городок на правом берегу Оки было невозможно эффективно защищать от ордынцев. Эвакуировали и некоторые другие города. Перейдя Угру (а это было сравнительно нетрудно сделать), татарские всадники могли рассыпаться по Русской земле, предавая все мечу и пламени. Опять запылали бы города и села. Независимо от хода дальнейших событий Русская земля была бы снова разорена. Чтобы спасти самих людей, население городов переводилось под защиту крепостных стен. Как всегда, множество людей скапливалось в самой Москве. Но и столица далеко не чувствовала себя в безопасности.

Из Москвы на Белоозеро отправлялась государственная казна и семья великого князя. Старуха великая княгиня Мария Ярославна (инока Марфа) отказалась от эвакуации и осталась в Москве. Во главе обороны столицы встал боярин князь Иван Юрьевич Патрикеев. Было принято важнейшее решение — об эвакуации московского посада.

Тридцать лет не было врагов под стенами Москвы. Выросло целое поколение русских людей, ни разу не видевших ордынцев на своей земле. Во многих тысячах дворов московского посада жила самая трудолюбивая, энергичная и предприимчивая часть жителей столицы. Но опасность была реальной. Дворы следовало оставить и сжечь, все имущество перенести под защиту кремлевских стен .

Поднялся глухой ропот. Неохотно расставались посадские люди, торговцы и ремесленники со своими домами. Но другого выхода не существовало. Москву необходимо было привести в полную боевую готовность на случай внезапного появления врага.

На рассвете 6 октября русские на Угре впервые увидели войска Ахмата. Сам хан с главными силами подошел на два дня позже. Начались бои на Угре.

Хан пытался форсировать реку в нижнем ее течении, близ г. Воротынска. Угра здесь течет в широкой пойме, удобной для развертывания кавалерии. (До наших дней сохранилась дер. Якшуново, где, по местным преданиям, находилась ставка Ахмата.) Но напрасно устремлялись ордынские всадники к бродам. Они встречали организованное и решительное сопротивление русских войск.

Впервые на поле сражения загремели русские пищали (легкие полевые орудия). Артиллерийский огонь и тучи стрел с русского берега заставили ордынскую конницу остановиться. Четыре дня (с 8 по 11 октября) шли бои за переправы. Русская оборона оказалась непреодолимой. Орда была отбита от бродов. Попытка форсирования Угры закончилась неудачей. На четвертый день, 11 октября, подошли свежие русские силы, приведенные из Москвы великим князем. Ахмат прекратил атаки и перешел к обороне. Началось «стояние на Угре».

По свидетельству летописных источников, это стояние вовсе не было тихим и мирным, как это часто изображается в литературе. Решалась судьба Русской земли. Осенние дни и долгие, холодные ночи были наполнены непрерывным напряженным ожиданием вражеских атак. Через узкую Угру летели стрелы, ядра русских пищалей. То тут, то там ордынцы пытались перейти реку. Особенно решительную попытку они предприняли в Опакове, недалеко от теперешнего г. Юхнова, в 60 км выше устья Угры. В этом месте река делает крутой поворот, высокий правый берег нависает над левым. Конница, собранная на правом берегу, может быстро переправиться через узкую реку. Но и эта попытка была отбита русскими. Они прочно держали оборону по всему фронту 16.

Перестрелка через реку продолжалась. Со дня на день могли подойти силы князей Андрея и Бориса. Приближалась зима — время, вообще говоря, неблагоприятное для татарской конницы. Хотя успешные зимние походы ордынцев случались и зимой (нашествие Батыя в 1237—1238 гг. и поход Едигея в 1408 г.), татары предпочитали, как правило, действовать летом. Не ясна была позиция короля Казимира. Неясно было, что предпримет союзник Руси хан Менгли-Гирей. Чем дольше стояли ордынцы на Угре, тем меньше у них было шансов на победу.

Великий князь решил вступить в переговоры о Ахматом. Иван Молодой и Андрей Меньшой в этом его поддержали. К хану отправился Иван Федорович Товарков-Пушкин.

Ход переговоров освещен в Софийско-Львовской и Вологодско-Пермской летописях. О переговорах (в общей форме) пишет в своем «Послании» и архиепископ Вассиан. Расходясь в деталях, эти источники все же позволяют установить некоторые весьма интересные факты.

Русские предложения носили общий, неконкретный характер — хану предлагалось прекратить военные действия. Ахмат в принципе отнюдь не отказался от переговоров. Сначала он потребовал прибытия великого князя, изъявления его покорности. По словам хана, именно отсутствие этой покорности заставило его, Ахмата, начать воину. Вторая причина его похода, как он формулировал,— невыплата дани («выходу не дает девятый год»). Эти требования были отвергнуты русской стороной. Хан тогда потребовал присылки сына или брата великого князя. Ему отказали и в этом. Наконец Ахмат согласился вести переговоры с обыкновенным послом, но захотел, чтобы таким послом был Никифор Федорович Басенков. Не получил хан удовлетворения и этой, казалось бы, весьма скромной просьбы.

Русские, очевидно, вовсе не рассчитывали на соглашение с Ахматом, да на это и трудно было рассчитывать — непримиримы были интересы Руси и Орды. Ведя переговоры, русские стремились только прозондировать почву и по возможности затянуть время. И то, и другое удалось. Великий князь понял, что Ахмат совсем не уверен в своей силе .

Тем временем подошли войска удельных князей. Менгли-Гирей послал отряд для нападения на южную окраину владений Казимира. Правда, татары тут же извинились перед королем. Но дело было сделано. Может быть, из-за нападения отряда Менгли, может быть, из-за глухого сопротивления своих многочисленных русских подданных, населявших обширные приграничные пространства, может быть, из-за того, что недалеко от дороги из Вязьмы на Москву стояла мощная, готовая к бою русская рать, король Казимир не выступил против Руси.

Октябрь кончался. Зима была необычно ранняя. Ударили морозы. Реки стали покрываться льдом. Угра перестала быть препятствием для ордынцев — тонкую ниточку замерзшей реки их конница могла пересечь в любом месте. Иван Васильевич приказал главным силам сосредоточиться на Кременецкой позиции — отсюда удобно было двинуть их в любой пункт на Угре в случае перехода ее татарами. На самом берегу реки были, очевидно, оставлены сторожевые дозоры.

Морозы усиливались. По крепкому льду ордынцы могли легко перейти не только Угру, но и широкую Оку. Великий князь отдал распоряжение отойти еще на одни переход, к Боровску. Боровск — на правом берегу Протвы, на холмах с хорошим обзором. Лесистая местность около Боровска крайне неблагоприятна для действий конницы. Русские войска выходили на позицию «как мощно бы стати против безбожного царя Ахмата». Но главное — Боровск перекрывал пути не только от Угры, но и от Оки. Из него можно быстро выдвинуться на среднее течение Оки, между Калугой и Серпуховом .

Но, как это нередко бывает на войне, случилось непредвиденное. Орда стала быстро отступать по всему фронту. Отход Ахмата начался, по свидетельству Вологодско-Пермской летописи, «в четверг канун Михайлова дни». Михайлов день, 8 ноября, приходился в 1480 г. на среду. Надо, видимо, понимать текст летописи так: в «четверг, кануном которого был Михайлов день», т. е. 9 ноября. Согласно Владимирскому летописцу, «царь Ахмут побежал месяца ноября в 10 день, в пятницу». По сообщению Московской летописи, «царь побежал ноября в 11». Тут нет противоречия. Отступление огромного войска на фронте шириной во много десятков километров могло начаться не одновременно .

Стояние на Угре окончилось. Нельзя не отметить, что русские войска находились в значительно более выгодном положении, чем их противник. Русские стояли на своей земле, защищали подготовленные позиции, имели обеспеченный тыл. Орда жила за счет грабежа волостей, входивших в состав Великого княжества Литовского. Многие сотня километров степных пространств отделяли ее от базы, на берегах Нижней Волги. Зимняя кампания оказалась непосильной для ордынцев. Перейти по льду Угру и вступить в решительные сражения с русскими войсками в заведомо невыгодных для себя условиях Ахмат не решился. Отступив в степь, он признал свое стратегическое поражение. Но это было больше, чем поражение. Это было крушение всей политической концепции Ахмата, всех его великодержавных амбиций, архаических по форме и реакционных по существу. Это было крушением империи Батыя.

Ахмат отступал в морозные степи, разорив двенадцать волостей на правом берегу Угры и захватав полон. Пытался он разорить и русские волости на правом берегу Оки — Конин и Нюхово. Но русские войска преследовали его по шагам. Находясь в Боровске, Иван Васильевич не терял управление войсками. В погоню за Ахматом двинулись конные полки князей Андрея и Бориса и Андрея Меньшого. При их приближении ордынцы обратились в бегство.

Поход 1480 г., один из самых трудных за многие столетия, окончился. Войска с победой возвращались домой. 28 ноября, во вторник, «прииде князь великий Иван Васильевич на Москву, и с сыном своим, великим князем Иваном Ивановичем, и с всеми силами. И взрадовавшеся все людие радостию велиею зело». Столица Русского государства приветствовала своих спасителей.

Главная объективная причина победы над Ахматом — создание единого мощного Русского государства. За сто лет до этого Дмитрий Донской одержал великую победу на Куликовом поле и положил начало освобождению Руси от ордынского ига. Но он возглавлял союз князей, в котором участвовали далеко не все русские земли. Союз оказался непрочным, и победу закрепить не удалось. Теперь в распоряжении его правнука, государя всея Руси, были все силы Русской земли. В Русской земле развивалась экономика, росли города и торговля, крепло национальное единство.



6)Историческое значение ига для русских земель.

Удобный метод измерения воздействия на Русь – сравнение русского государства

и общества домонгольского периода и пост монгольской эры, в частности,

сравнение духа и институтов Московской Руси и Руси Киевского периода.

Политическая жизнь русской федерации Киевского периода строилась на свободе.

Три элемента власти – монархический, аристократический и демократический –

уравновешивали друг друга, и народ имел голос по всей стране – и бояре, и

городское собрание или вече, имели право слова в делах. Типичный князь

Киевского периода был просто главой исполнительной ветви правительства, а не

самодержавным главой государства.

Картина полностью изменилась после монгольского периода. Прежде всего, в 16-

начале 17 вв. вместо русской федерации, все члены которой имели сходные

конституции, мы находим резкое разделение между Восточной Русью (Московией) и

Западной Русью (включенной в Польско-Литовское Содружество). Кроме того, на

южных окраинах каждой из двух частей Руси появились военные государства

нового типа – казачьи поселения. Они представляли собой древнюю русскую

демократическую традицию. Аристократический элемент власти в Западной Руси не

только сохранился, но даже усилился под влиянием Польши и стал основой

политической жизни Украины и Белоруссии. В Восточной же Руси поддерживался и

развился до высокого уровня монархический элемент.

Власть московского царя, идеологическая и фактическая, была несравнимо больше,

чем власть его суздальских предшественников (в Суздальской земле монархический

элемент был наиболее сильным). Хотя в 16 веке наблюдался рост монархических

институтов по всему европейскому континенту, нигде этот процесс не шел так

быстро и глубоко, как в Восточной Руси. Англичанин Дж. Флетчер, посетивший

Москву в 16 веке, пришел к заключению, что «государство и форма его правления

чисто тираническая, поскольку во всем исходит из интересов князя, при этом в

совершенно откровенной и варварской манере».

Не менее резок контраст между до и пост монгольскими периодами в области

социальных отношений. Самые основы московского общества были не такими, как в

Киевский период.

Общество Киевской Руси можно, по нашему мнению, с определенными оговорками,

назвать свободным обществом. Рабы существовали, но они считались отдельной

группой, не входящей в состав нации. Ситуация была схожей с положением в

Древней Греции: рабство сосуществовало со свободой большей части общества.

Правительство функционировало на основе сотрудничества свободных социальных

классов: бояр, горожан и «людей» в сельских районах. Правда, существовала

группа крестьян, так называемые смерды, которая находилась в сфере особой

княжеской юрисдикции, но даже они были вольными. Была также группа

полусвободных – закупы, чье положение, в конце концов, стало схожим с

положением рабов, но их обращение в рабство являлось результатом долгов, т.е.

нерегулируемого взаимодействия экономических сил, а не действия

правительства.

В Московском царстве 16-17 веков мы обнаруживаем абсолютно новую концепцию

общества и его отношения к государству. Все пласты нации, от низших до высших,

исключая рабов, были прикреплены к государственной службе. И бывшие удельные

князья, и бояре теперь становились постоянными слугами царя, как и более низкие

слои, такие как дети боярские и дворяне (придворные). Попытки сопротивления

новому порядку со стороны князей и бояр сокрушил царь Иван Четвертый во времена

террора опричнины. Через институт военных поместий цари контролировали и

земельные владения служащих им людей, и армию. Необходимость обеспечения

поместий рабочей силой привела к установлению крепостного права, сначала только

временного. Это крепостное право крестьян было сделано постоянным и узаконено

«Уложением» в 1649 году.  И вольные крестьяне на государственных землях, и крепостные, а также горожане считались низшим классом царских подданных, свободными от воинской или придворной службы, но обязанными платить тяжелые налоги и, в некоторых случаях, выполнять обязательные работы (тягло). «Служба» (в вышеозначенном нами смысле) стала, в конце концов, характеристикой человека благородного происхождения, а «тягло» -

простолюдина. Это различие превратилось в основную черту социального строя

Московского царства в 17 в.

Из этого краткого сравнительного анализа характерных черт государства и

общества Киевской и Московской Руси становится ясно. Что пропасть между этими

двумя режимами была огромна. Совершенно очевидно, что такая перемена не могла

произойти за одну ночь. В самом деле, процесс трансформации свободного

общества в общество обязательной повинности начался во время монгольского

периода до середины 17 века.

Вопрос для нас теперь состоит в том, какова роль монголов в этом процессе.

Чтобы выяснить это, мы должны кратко рассмотреть изменения, которые произошли

в русской национальной экономике, политике, социальной организации за

монгольский период.

Массовое разграбление и уничтожение собственности и жизни на Руси во время

монгольского нашествия 1237-1240 годов было ошеломляющим ударом, который

нарушил нормальное течение экономической и политической жизни. Трудно точно

оценить потери русских, но, вне всяких сомнений, они были колоссальны, и, если

мы включим в это число огромные толпы людей, мужчин и женщин, уведенных

монголами в рабство, они вряд ли составляли меньше 10% от общего населения.

Больше всего в этой катастрофе пострадали города. Такие старые центры русской

цивилизации, как Киев, Чернигов, Перяславль, Рязань, Суздаль, несколько более

молодой Владимир суздальский, а также некоторые другие города, были полностью

разрушены, а первые три из вышеперечисленных потеряли свое былое значение на

несколько столетий.

В конце 50-х годов археологами было установлено, что во Владимиро-Суздальском

княжестве, в Черниговских землях, Рязанско-Муромском крае из 157 поселений,

датируемых домонгольским временем, более 110 (т.е. более двух третей)

прекратили свое существование в 13 в. На многих обнаружены следы пожарищ.

Лишь кое-где хозяйственная жизнь возобновилась через 200-300 лет. На

территориях Смоленского княжества, которые почти не затронуло нашествие,

численность поселений в 13 в. сократилась на треть.

Монгольская политика забирать искусных мастеров и квалифицированных

ремесленников на службу к хану накладывала новое бремя даже на те города,

которые не постигло физическое разрушение в первый период завоевания. К

великому хану посылалась квота лучших русских ювелиров и ремесленников.

В результате монгольских завоеваний роль рабского труда значительно возросла.

Основная масса русских, попадавших в Золотую Орду, становилась рабами. Кого же

предпочитали брать в плен завоеватели? Так Плано Карпини, итальянский

монах-францисканец, посланный к монголам с грамотой от папы Иннокентия

Четвертого в 1245 году, сообщает в своих записках, что при взятии осажденного

города «татары спрашиваю, кто из них (жителей) ремесленники, и их оставляют, а

других, исключая тех, кого захотят иметь рабами, убивают топором». О том же

повествуется и в другом месте: «В земле Саррацинов и других, в среде которых

они являются как бы господами, они забирают лучших ремесленников и приставляют

их ко всем своим делам. Другие же ремесленники платят им дань от своего

занятия».

Мастера различных специальностей нужны были Орде для строительства городов,

зданий, для изготовления оружия, украшений, керамики – всего того, чем

впоследствии стала знаменитой золотая Орда. Именно согнанные из разных стран

ремесленники и создали ее пеструю, яркую материальную культуру.

Многие ремесленники отправлялись к хану Золотой Орды для личных нужд, а также на

строительство и украшение его столицы – Сарая. Ремесленники разного рода –

купцы, оружейники и т.д. – поступали также в распоряжение членов дома Джучи, а

также высших военачальников монгольских армий в Южной Руси. Рассредоточение

русских мастеров-ремесленников в монгольском мире истощило на время источник

опыта собственно Руси и не могло не прервать развития производственных

традиций. Так, перестали изготавливаться шиферные пряслица; резко сократилось,

а затем и исчезло производство стеклянных браслетов и бус; прекратилось

изготовление керамических амфор; резкий упадок испытало искусство

перегородчатой эмали; сложная техника черни и зерни в ювелирных работах

возродилось лишь в 16в.; было утрачено искусство резчиков по белому камню,

творениями которых мы любуемся при осмотре домонгольских Дмитровского собора в

Юрьеве Польском; на несколько столетий исчезла многоцветная строительная

керамика. Производство скани остановилось почти на столетие, после чего возобновилось под влиянием центрально-азиатских образцов. Строительные ремесла в Восточной Руси

претерпели значительный регресс. Каменных зданий в первое столетие

монгольского владычества было возведено меньше, чем за предыдущий век, качество

работ заметно ухудшилось.

Сельское хозяйство было меньше затронуто монгольским нашествием, чем

промышленные ремесла. В тех частях Южной Руси, которые находились под

непосредственным контролем монголов, они сами поощряли возделывание зерновых

(просо, пшеница) для нужд своей армии и администрации. В других частях Руси

именно сельское население выплачивало основную часть дани, собираемой

монголами или для монголов, поэтому они не были заинтересованы в снижении

продуктивности сельского хозяйства. Та же ситуация была и в отношении

охотничьего промысла и рыболовства. Выплавка железа и добычи соли также не

уменьшилась особенно, поскольку большая часть поверхностных залежей железной

руды и соли находилась на новгородской территории и в северной части Великого

княжества Владимирского, то есть они  находились за пределами

непосредственной досягаемости монголов.

Развитие сельского хозяйства в центральной и северной частях страны являлось

одним из следствий миграции населения в первый период монгольского господства

в районы, казавшиеся наиболее безопасными от набегов, такие как окрестности

Москвы и Твери. Также быстро заселялись северо-восточные части Великого

княжества Владимирского, преимущественно районы Костромы и Галича. С ростом

населения все больше и больше лесов расчищалось под пашню.

Теперь нам следует рассмотреть развитие торговли на Руси во время

монгольского периода. По всей видимости, контроль над торговыми путями был

важным аспектом монгольской политики, а международная торговля являлась одной

из основ монгольской империи так же, как и Золотой Орды. Золотоордынские

ханы, и особенно Менгу Тимур, много делали для развития торговли и с

Новгородом, и с итальянскими колониями в Крыму и на Азове. Региональные

монгольские правители тоже покровительствовали торговле. Отсюда можно было бы

предположить, что монгольское господство будет благоприятствовать развитию

русской торговли. В целом так и было, но не весь период. В первые сто лет

монгольского владычества русская внутренняя торговля сильно уменьшилась из-за

разрушения городских ремесел, а вследствие этого – неспособность городов

удовлетворять потребности сельских жителей. Что же касается внешней торговли,

то ее монополизировала могущественная корпорация мусульманских купцов.

Только при Менгу Тимуре, благодаря его свободной торговой политике, русские

купцы получили шанс на участие в торговле с Западом. Новгород поддерживал

оживленную и выгодную торговлю с Генуей. Москва и Тверь торговали с Новгородом

и Псковом, также с Литвой и Польшей, а через них с Богемией и Германией.

Если говорить о политическом влиянии со стороны Золотой Орды во время татаро-

монгольского ига, то можно с уверенностью сказать, что традиционные

взаимоотношения между монархией, демократией и аристократией, как тремя

элементами власти, были совершенно разрушены монгольским нашествием. Прежнее

равновесие их исчезло.

Одним из подтверждений этому может служить постепенное сокращение власти вече

(одного из главных демократических институтов) и последующее его

исчезновение. Князьям и боярам удалось приспособиться к требованиям

завоевателей и установить с ними относительный мир. Горожане же и

ремесленники особенно, вскипали негодованием при каждом очередном

ограничении, вводимом новыми правителями. Поэтому монголы, со своей стороны,

были полны решимости подавить сопротивление городов и ликвидировать вече как

политический институт. Для этого, по всей видимости, они склонили русских

князей к сотрудничеству, поскольку те сами опасались революционных тенденций

вече в городах.

Совместными усилиями монголы и князья предотвратили общее распространение

городских волнений во второй половине 13 в. и подавляли разгоравшиеся время от

времени восстания. Власть вече, таким образом, резко сократилась, а к середине

14 в. оно прекратило нормальную деятельность в большинстве городов Восточной

Руси и не может рассматриваться как элемент правления. «Само слово «вече» стало

синонимом мятежа».

Боярский совет представлял в своем лице аристократический элемент власти.

Несмотря на все свое влияние на ход государственных дел и рост собственных

земельных владений, московскому боярству не удалось за монгольский период

точно определить свои политические права. Какие факторы помешали им создать

твердые конституционные гарантии работы их совета? Главным из них, по нашему

мнению, было существование высшей монгольской власти. Поскольку власть

русских князей, включая великого князя московского, исходила от ханского

ярлыка, князь всегда мог обратиться к хану за помощью против внутренней

оппозиции. Другим ограничением потенциальных политических устремлений бояр

являлось отношение низших слоев, горожан. Несмотря на упадок вече как

института, горожане, тем не менее, оставались элементом в русской политике.

От них можно было ожидать яростного противодействия установлению

аристократического строя любого рода. Хотя великий князь постоянно срывал их

преждевременные попытки восстать против монголов, народ не выступал против

княжеской власти в принципе, поскольку в великом князе, как главе вооруженных

сил, они видели единственного лидера, способного в будущем возглавить

успешную национальную борьбу с монголами. Простые люди тоже с подозрительностью относились к боярам как к группе, и не доверяли им. В любом случае, с точки зрения народа, князь представлял из себя меньшее зло, чем бояре.

Кроме того, постепенно усиливалась и расширялась хозяйственная база князей. С

ограничением политической власти монголами, им ничего не оставалось, как

уделять больше времени руководству своими владениями. В результате

великокняжеские владения превратились в главную основу и экономическую силу

княжества. Земельные поместья не только являлись одним из основных источников

дохода великого князя, но также они стали ядром его владений в

административном смысле. Вся концепция княжеской власти была теперь изменена

наследственными традициями. Теперь во всех княжествах главенствовал

наследственный принцип передачи власти от отца к сыну. Следует здесь сразу

отметить, что монголы с первых дней признали права династии Рюрика на великое

княжение. В Москве семейная традиция обязывала каждого князя выделять удел

всем его сыновьям, но, в отличие от других княжеств, он обычно делал долю

старшего сына -  наследника престола, больше доли остальных. Сначала

материальное превосходство старшего сына была не сильно заметна. Но, как

принципы, эта тенденция сыграла огромную роль, т.к. каждый последующий князь

мог увеличить пропорцию в пользу своего старшего сына. Мотивом этого было,

очевидно, желание надежно гарантировать каждому последующему правителю

господствующее положение в своем роду, если не полное единство княжеского

правления. Дмитрий Донской был первым, кто «благословил» своего старшего сына

Василия Первого Великим княжеством Владимирским. В свою очередь, чтобы

закрепить права своего старшего сына – Ивана Третьего, уже Василий Второй

объявил его великим князем и соправителем в конце 1447 или начале 1449 года.

А во второй половине его правления, Василий Второй без колебаний

«благословляет» Ивана Третьего своей «отчиной», великим княжеством. Тот

вступил на стол по этому благословению, не заботясь уже об утверждении хана.

Т.о., действия монголов по внесению раздора между князьями посредством

перетасовки ярлыков на княжение, играя на политических амбициях последних –

стали причиной, не «желая этого», кардинальных изменений в наследственной

традиции.

С другой стороны, в Орде русские князья усваивали новые, неизвестные на Руси

формы политического общения («бить челом»). Понятие абсолютной, деспотической

власти, с которой русские были знакомы лишь теоретически, на примере

Византии, вошло в политическую культуру Руси на примере ордынского хана.

Ослабление городов создавало возможность для князей самим претендовать на

такую же власть и подобное выражение чувств подданных.

Под влиянием специфически азиатских правовых форм и способов наказания, у

русских развивалось традиционное родоплеменное представление о карающей

власти общества и ограниченности княжеского права наказывать людей.

Теперь карающей силой стало не общество, а государство в лице палача. Именно

в это время Русь узнала «китайские казни» - кнут («торговая казнь»),

отрезание частей лица (носа, ушей, языка), пытки на дознании и следствии. Это

было совершенно новое отношение к человеку по сравнению с 10 веком, временем

Владимира Святославовича.

В условиях ига исчезло представление о необходимости баланса прав и

обязанностей. Обязанности по отношению к татаро-монголам использовались

независимо от того, давало ли это какие-нибудь права. Это коренным образом

расходилось с сословной моралью Запада, где обязанности были следствием

определенных прав, предоставленных человеку. В России ценность власти стала

выше, чем ценность права. Историк Б.Д. Греков по этому поводу

говорил:«Нашествие татар впервые познакомило русских княжения с властью, с

которой нельзя входить в соглашение, которой надо подчиняться безусловно».

Власть подчиняла себе понятия права, собственности, чести, достоинства.

В то же время происходит ограничение прав женщин, характерное для восточного

патриархального общества. Если на Западе процветал средневековый культ

женщин, рыцарский обычай поклоняться Прекрасной Даме, то на Руси девушек

запирали в высокие терема, оберегали от общения с мужчинами, замужние женщины

должны были определенным образом одеваться (обязательно носить платок), были

ограничены в имущественных правах, в быту.

Зависимость от монголо-татар, широкие торговые и политические связи с Золотой

Ордой и другими восточными дворами приводил к бракам русских князей с

татарскими «царевнами», стремлению подражать обычаям ханского двора. Все это

порождало заимствование восточных обычаев, распространяющихся от верхов общества до низов.

Например, русские князья переняли у ханов роскошь в одежде и убранстве дома.

Многие специалисты говорят о восточных чертах русского искусства после 15 в. в

многоцветной узорчатой керамике, в богатой орнаментом резьбе по кости, в

элементах архитектуры, в майолике и др. Даже существует такое мнение, что

известная шапка Мономаха имеет ордынское происхождение.

Хотя есть и противоположная точка зрения. Например, специалист по прикладному

искусству Т.В. Николаева доказала, что русские произведения первой половины 14

в. (даже сделанные для великих князей) – кресты-мощевики и др. – исполнены на

невысоком художественном и техническом уровне. Иго тут сыграло свою роль – были

нарушены традиции домонгольского художественного ремесла Древней Руси. Но ни в

формах этих изделий, ни в их декоративной системе невозможно заметить

какого-либо восточного, тем более золотоордынского заимствования. Лишь в

середине 14 в. появляются изделия и памятники, в которых есть ордынские сюжеты,

но их число ничтожно мало, и все они не выбиваются из общей канвы восточных

узоров и орнаментальных  мотивов. Также существует иная версия происхождения

шапки Мономаха, а именно, что она создавалась греками в московских

митрополичьих мастерских.

Проблема заимствования элементов золотоордынского искусства может послужить

темой для следующего нашего исследования, а мы пока продолжим начатое.

Следствием влияния татаро-монгольского ига могут служить и новые черты

ментальности в характере русского человека. Кроме того, в русский язык прочно

вошли новые слова татарского происхождения (ямщик, например), пословицы

(Незваный гость хуже татарина) или выражения (Как Мамай прошел).

О татаро-монгольском иге и по сей день напоминают нам названия улиц, площадей

(Черкизовский район в Москве), сел. До сих пор значение и происхождение

многих из них неизвестно. Ярким примером тому может служить Ордынка в Москве.

Истоки этого топонима до сих пор неясны. Существует три версии. Согласно

первой, Ордынка – это в прошлом место, где жили представители монголов. По

второй версии, здесь происходил обмен между русскими и монгольскими купцами.

Третья же гласит, что Ордынкой, прежде всего, называлась проходящая в этом

районе дорога, по которой вывозилась дань.

Итак, как мы видим, в традиционную схему ига как перманентной борьбы с

«погаными татарами», плохо укладываются факты проникновения различных

ордынских традиций на Русь.

Перейдем к подведению некоторых итогов. Нами был проведен сравнительный

анализ русского государства и общества домонгольского и пост монгольского

периодов. В результате чего выяснилось, что в России к 16 в. сформировалась

новая форма власти – монархистская с элементами восточной деспотии. Также

происходит унификация всех отношений – исчезли все промежуточные звенья,

которые дробили и ограничивали прерогативы верховной власти. На этот процесс

самое непосредственное влияние оказало политическое общение русских князей с

татарскими ханами. Кстати, по этому поводу некоторые историки считают Россию

даже преемницей Золотой Орды.

Несмотря на всю свою «преемственность», с другой стороны, Древняя Русь

фактически была разорена после Батыева нашествия, а затем, вследствие татаро-

монгольского ига истощена экономически. Уводились в плен талантливые

ремесленники и мастера, в результате чего была прервано развитие лучших

производственных традиций, разорялись города от сбора непомерной дани и т.д.

Еще потом долгое время русское государство не в состоянии было оправиться от

причиненного ему ущерба.

В то же время не стоит забывать о хотя и немногих, но положительных сторонах

татаро-монгольского ига. Культура Киевской Руси изначально складывалась из

славянских, скандинавских, финских, балтийских, иранских и тюркских

элементов. 







1