Тема поэта и поэзии в лирике Н. А. Некрасова

Тема поэта и поэзии в лирике Н. А. Некрасова

Автор: Некрасов Н.А.

Продолжая традиции Пушкина, Лермонтова, Некрасов на протяжении всего своего творческого пути постоянно обращался к теме поэта и поэзии. 

Уже в 40е г. XIX в., касаясь этих мотивов, поэт сопоставляет свою Музу с простой женщиной из народа (стих. «Вчерашний день, часу в шестом…», 1848 г.). Этим самым Н. подчеркивал народность своего творчества и одновременно показывал трудности, с которыми он столкнулся в начале творческого пути, борясь с цензурой. Муза его, словно молодая крестьянка, бичом исполосована, кнутом иссечена, злобными словами охаяна. Через 4 года в стихотворении «Муза» (1852 г.) поэт развивает эти оценки своей Музы. Н. сравнивает свою покровительницу с крестьянкой, поющей «в убогой хижине, перед дымною лучиной, согбенною трудом, убитою кручиной». Но Муза поэта не только уподоблена сельской труженице, но и названа «печальной спутницей печальных бедняков». Дважды произнесенное здесь слово «печали» очень точно определяет одну грань характера некрасовской Музы. Другая же ее грань – расположенность к мщению. В 1855 г. Будет сформулировано определение: «Муза мести и печали». 

Н. создает и свое размышление о творце – «Блажен незлобивый поэт» (1852 г.). Созданное в пору «мрачного семилетия», оно посвящено памяти только что умершего Н.В.Гоголя. И, вопреки цензурному террору, ведет борьбу за «гоголевское» направление в литературе. Прославляя поэта – «обличителя толпы», Н. во II части стихотворения наделяет творца чертами пророка, которого «преследуют хулы», но который твердо проходит свой «тернистый путь». И хотя слово «пророк» еще не названо, но миссия пророчества, этика самопожертвования и служения любви и правде здесь четко обозначены. 

Размышляя о художнике-творце, Н. создает прославленное стихотворение «Поэт и гражданин» (1856 г.), в котором образу Поэта он придал некоторые собственные черты (известные сомнения, колебания и покаяния). Обобщенностью отличается и фигура Гражданина, требующего от Поэта отклика на жизненные конфликты, активного служения народу, защиты обездоленных. Строчки «Поэтом можешь ты не быть, но Гражданином быть обязан» восходят к декабристской поэзии. Откликаясь на споры о роли поэта в обществе, которые велись в журналистике 1870х годов, Н. создает стихотворение «Поэту (Памяти Шиллера)» (1874 г.). Н. не касается здесь темы страдания и мук. Для Н. жизнь, мысль, творчество великого немецкого поэта прекрасны прежде всего потому, что в них он видит проявление личности художника-судии, который руководствуется высшими принципами нравственности и красоты. В стихотворении звучит призыв к боевому общественному служению: 

Вооружись небесными громами! 

…Казни корысть, убийство, святотатство. 

Сорви венцы с предательских голов… 

Но, наверное, самым глубоким и выразительным стихотворением на тему поэта и поэзии становится в те же 70ые годы «Элегия» (1874 г.). Это искренняя душевная исповедь, итог, подводимый в конце пути. Здесь немало колебаний и сомнений. Но эти сомнения преодолеваются, хотя и ценою большого напряжения. Н. не случайно строки этого стихотворения считал «самыми душевными» и любимыми из написанных в последние годы жизни. В них переданы многие сокровенные его думы о современной действительности, положении народа и о себе. Осмысляя характер пореформенных лет, Н. приходит к неутешительному выводу, что старая тема «страданий народа» не утратила своей злободневности: 

О, если бы ее могли состарить годы! 

Процвел бы божий мир! 

Но доля народа, участь крестьян по-прежнему остаются тягостными и невыносимыми. Многими своими мотивами это стихотворение Н. связано с пушкинскими традициями. 

Размышления о народе и о лире, призванной оплакивать его бедствия и трагический рок, рождает проникновенную строфу о поэте и поэзии. Она является самым важным и глубинным некрасовским самовыражением: 

Я лиру посвятил народу своему. 

Быть может, я умру неведомый ему, 

Но я ему служил – сердцем я спокоен… 

В этом поэт видит роль и назначение поэзии вообще. Это назначение не только в том, чтобы «толпе напоминать, что бедствует народ», чтобы «к народу возбуждать вниманье сильных мира», но и в том, чтобы звать народ к окончательному освобождению от рабства и обретению им подлинного счастья («Народ освобожден, но счастлив ли народ?»). И обращаясь к юношам, поэт зовет их содействовать этому своими активными деяниями. Так Н. выразил свою важнейшую творческую программу. 

Подводя окончательно итоги своего пути в четверостишии «Музе» (1876 г.), возвращаясь к мотиву ранних стихов, Н. вновь утверждает родственность своей поэзии простому люду. Пришедшая к гробу Муза – «сестра народа – и моя!» – восклицает поэт.