Леонид Николаевич Андреев Красный Смех

Леонид Николаевич Андреев: Красный Смех



      Леонид Николаевич Андреев (1871-1919) незаслуженно забытый писатель не мыслящий лнтературы русского рубежа столетий. Он был на тесной дружеской ноге с Горьким, который так сказал о нем:

«Талантлив как черт!»

 Cвоими повестями он продолжал традиции чеховской прозы, а со своими драмами его можно причислить к вводяющим современных направлений. В свое время он был очень популярным, он принадлежал к самым читанным писателям. Его литературную оценку и дальнейшую судьбу сурово определило его отрицательное отношение к русской революции. Он не принял революцию, он иммигрировал в Финляндию, и там умер в 1919 году. 

      В его произведениях появляются индивидуальная свобода и проблема исторической необходимости и в реалистическом и в  экспрессионистическом приближении. Его первые произведения говорят о людях, живующих в безвыходном положении, в бедноте, которая указывает на большую социальную незащищенность. С другой стороны в его творчестве можно найти ряд утопическо-романтических символов. Герои обычно мечтают о нравственном и моральном возрождении, но они присутствуют только как пассивные зрители. Уже в самых начальных произведениях чувствуется потрясение его веры в жизни, и в человеке, но именно в разуме. Потом он все более и более фокусируется на разрушении, управляемом  звериным инстинктом. Леонид Андреев может положить выражение насилия позади времени и пространства, на философскую плоскость. Он резко критикует общественное устройство, которое лишает человека человечности, и который деградирует его лишь роботом, которому надо вечно работать. Человек – часть бессмысленного круговорота, в котором иррациальные силы не дают ходу зачатке разума и бытия.

      С влиянием творчества Достоевского и провала революции в 1905 году, Андреев все более отдаляется от реализма, и пессимизм берет его в плен. В произведениях, написанных  в последней стадии его жизни,  он возвращается к реальности,  добавляя их сильными философическими мыслями. Последнее его большое сочинение, «Дневник сатаны» - гротескная и трагическая картина о нравственном провале человечества.   

      Повесть «Красный смех» – обретение «голоса» и «лица» писателя, начало его творческой зрелости.  Повесть написана в форме дневника, и разделена на восемнадцать не равных по объему отрывков, которые пронумерованы  последовательно, один за другим. Андреев назвал девятнадцатый отрывок «Последний», с которым он сделал нам однозначным, что нет возможности существования дальнейших отрывков. На этом мы можем считать повесть законченной. Эти фрагменты полифункциональны. Внутреняя форма целого складывается не только из семантики каждого из отрывков, но и из алогичного, на первый взгляд и в то же время весьма последовательного соединения этих отрывков. Отрывочность повествования играет смыслообразующую роль. Идеальное-философическое направление повести отрицает, что к действительными знаниями можно достигать по средствам логических размышлений. Война- противоестественное человеческое изобретение, в нем нет смысла, любые оправдания войны абсурдны. С другой стороны фрагментальность – своеобразный портрет истории болезни героя и теряющего рассудок человечества. Повествование в «Красном смехе» свидетельствует о разорванном сознании летописца и о перманентности духовно-нравственной болезни.

      Можно заметить связи между «Красным смехом» с традициями реализма и гуманизма 19-ого века. Тоже можно чувствовать появление новаторского стиля. Книга выделяется в описании степени ужаса и кошмаров. Как только  человек прочитает из нее несколько страниц, он уже стоит под воздействием какой-то своеобразной тревоги. Она прекрасно передает тень беспокойства писателя, и читатель перенимает это чувство пока он читает отрывки, и потом это усиливается так крепким, что человек утомляется от чтения, точно так, как наши герои от войны.

     Центральный символический образ – красный смех- провожает целую повесть. Уже в первой фразе называются его основные черты – безумие и ужас, а затем они множатся и образ растет быстро. Потом развитие центрального образа-символа достигает той точки, когда рассказчику его собственная голова и головы солдат кажутся безумными шарами. Безумие светится в глазах солдат, а их кожа багрово-красного цвета. Везде доминирует разные оттенки красного цвета. Везде только видно кровь и смерть.

      Повесть можно разделить на две большие части. В первой части рассказчик – один из братьев, офицер артиллерии в японской-русской войне. Герой и его собратья по оружию показаны в обстановке боев, продолжающихся без перерыва более пяти суток. В это время солдаты не спали не минуту, они безперерывно были на ногах. Численность солдатов, тянующихся в форсированном марше, кроме усталости и недосыпания сокращает даже сила солнце. Во время мучительного отступления сотня солдат получил солнечный удар и переутомился мертво из ряда. А их собратья по оружию были такими усталыми, что они остали трупы и раненых на раскаленной солнцем дороге. Целое поле было покрыто множеством трупов до конца по маршруте боя. Это зрелище производит ошеломительное впечатление на офицера артиллерии и  его товарищей. Они все тяжелее и тяжелее переносят терзание; есть много, кто сойдет с ума и кто покончит жизнь самоубийством. Студент-санитар тоже покончит собой, а доктор, лечущий солдат помешается. В одном из последующих боев героя ранят гранатой, и надо ампутировать обе его ноги. Тогда отправляют его домой. Хотя он потерял обе ноги, все завидуют ему из-за счастливого для него исхода войны. Вернувшись домой, герой пытается спастись от страшных мыслей в творчестве. Он хочет описать пережитое, но ужасы войны делают его не только физической калеке, а душевным больным и сумашедшим; и так он неспособен осуществить свои цели. Бумага не принимает его откровении, перо лишь травмирует бумагу, оставляя рваные следы. Ему самому не дано было записать все увиденное и пережитое.

      Хоть вторая часть рассказывает не непосредственно о событиях войны, пережитые мучения и кошмары не исчезают из повести. У второй части предмет – это тоже война, да только она смотрит извне, с питчьего полета на эмоциональное и умственное ведение войны, развиванное ней на толпы. Повествование берет другой брат, который простой щтатский. В начале второго книги мы узнаем о смерти офицера артиллерии. Эта трагедия, а также сообщения с фронта о новых массовых убийствах потрясает сознание младшего брата умершего героя, который тоже пытается осмыслить ужасы войны. К концу произведения другой брат тоже становится жертвой Красного смеха. Он сойдет с ума и его мучат страшные видения. Его размышления находят сочувствие у девушки, добровольно уходящей на фронт сестрой милосердия. После одного проведенного с ней разговора, ему уже не мешает дальше и галлюцинацция присутствия его мертвого брата. Андреев как бы обнажает развязку трагедии с тем, что он делает ее неразрешимой и на художественном уровне, и тем самым максимально усиливает болевое воздействие произведения. Посредство этого он пробует указать на тот факт, что в его глазах война совсем бесмысленна.

      Символ войны – «красный смех». Красный смех вездесущий. Его образ один из самых содержательно емких, структурно сложных и эмоционально выразительных в прозе Андреева. В начале произведения он минует стадию олицетворения, но уже в конце второго отрывка предстает как гротескное, символическое или как мифологическое понятие. Таким он складывается в сознании старшего брата. В конце повести вся земля устлана трупами. Земля словно выбрасывает из себя мертвых.  Для героя Андреева нет спасения от вездесущего смеха. Он следует героя-рассказчнка на войне, а его брата и дома. В финале красный смех стоит под окном, а комнаты заполняются трупами, вытесняя героя из собственного жилища, не оставляя на Земле места живым.  

      Война до последней крайности страшная и ужасная вещь. Читатель уже от начала чувствует множество преувеличения, которое показывает субъективные взгляды писателя. Уже из этого произведения хорошо видно, что Андреев видит не только войну, а и эту большую Жизнь тревожной и затянутой отчаянием. Война сама не иная, чем сжатая жизнь. Она грозная, быстрая, интенсивная и полна увеличившимись трезаниями. Читателю надо выбирать. Нам надо знать, что война субъективная, и едва есть человек, которому эта кажется такая мучительная и жуткая, как видит ее писатель. Итак, эта повесть, как тенденциозное произведение, несколько потеряет доверие.

      Пропаганда войны в официальной прессе поначалу у многих, в том числе и у литераторов (например Брюсов: Война) возбудила ура-патриотические настроения,  но потом влияние мнения было отодвинуто на задний план некоторыми знаменитыми поэтами и писателями с острым зрением. Лев Толстой выступил первым с решительным, гневным протестом против массого кровопролития в статье «Одумайтес!» (1904). Затем появились антивоенные произведения, например В. Вересаева (На японской войне; 1906-07) и Л. Сулержицкого (Путь; 1906). 

      Красный смех никого не оставлял равнодушным. У различных слоев он вызывал отличающиеся отклики. Консервативные критики и читатели видели в нем изображение ирреально пристрастного, болезненного садизма русских солдат, и они жалели отсутствие художественной формы. В демократической среде Красный смех вызвал непонимание и недоумение своем антивоенным пафосом и своем своеобразием художественных форм. Л. Толстой счел произведение полезным, но наблюдал недостатки в искусственности и неопределенности его образной системы. В. Вересаев отчитал Андреева за то, что он положил в произведение пристрастные психологические эффекты связи войной. По Вересаеву солдаты не сойдут с ума, а они привыкают к ужасам войны.

      Андреев не оставил этих критик без слова. Своим коротким и метким ответом он выяснил все, и покончил со всеми этими полемиками. Он сказал, что в его планы входило изображение не конкретных фактов войны, а их восприятие человеком ХХ-ого века. Поэтому он определял жанр Красного смеха, как «фантазию на тему о будущей войне и будущем человеке».



Использованная литература

В. А. Мескин: Между «двух правд». /Л. Н. Андреев: Красный смех. А. М. Ремизов: Петушок - Тексты, комментарии, исследования, материалы для самостоятельной работы, моделирование уроков 2001, Москва, Vlados/

И. И. Московкина: «Красный смех»: Апокалипсис по Андрееву /Л. Н. Андреев: Красный смех. А. М. Ремизов: Петушок - Тексты, комментарии, исследования, материалы для самостоятельной работы, моделирование уроков 2001, Москва, Vlados/

http://www.napkut.hu/naput_1999/1999_07/020.htm

http://www.szinhaz.net/index.php?option=com_content&view=article&id=35490:az-oengyilkossag-profetaja&catid=38:2010-januar&Itemid=7