Образы правдоискателей в поэме Некрасова Кому на Руси жить хорошо

Образы правдоискателей в поэме Некрасова Кому на Руси жить хорошо

Некрасов задумал «Кому на Руси жить хорошо» вскоре после реформы 1861 года, в результате которой были фактически ограблены миллионы крестьян. Правительству удалось подавить народные бунты, но крестьянская масса еще долго не успокаивалась. В это тяжкое время, не теряя надежды на лучшее будущее, поэт занялся всесторонним художественным исследованием народной жизни.

В центре поэмы — собирательный образ русского крестьянина. Поэма отражает крестьянские радости и горести, крестьянскую жажду воли и счастья. Реформа 1861 года не улучшила положение народа, и недаром крестьяне говорят о ней:

Добра ты, царска грамота,

Да не про нас ты писана…

Сюжет поэмы очень близок к народному сказу о поиске счастья и правды. Герои поэмы ищут «Непоротой губернии, Непотрошенной волости, Избыткова села». Как и в народных сказках о правде и кривде, на «столбовой дороженьке» «сошлись семь мужиков». И как в сказках, спорщики расходятся во мнениях, ссорятся, а потом, при помощи чудесной птички, говорящей человеческим языком, мирятся и отправляются искать счастливого. Описание того, что видели правдоискатели во время странствий по Руси, рассказы о себе людей, которые считают себя счастливыми, и составляют содержание поэмы. Ходоки за счастьем видят безрадостную, бесправную, голодную жизнь народа в губерниях с говорящими за себя названиями: Испуганная, Подстреленная, Безграмотная. Мужицкое «счастье», с горечью восклицает поэт, «дырявое с заплатами, горбатое с мозолями!» Счастливых среди крестьян нет. Кто же занят поисками счастья в поэме «Кому на Руси жить хорошо»?

Прежде всего, это семеро мужиков-правдоискателей, пытливая мысль которых заставила их задуматься над коренным вопросом жизни: «Кому живется весело, вольготно на Руси?» Разнообразно представлены крестьянские типы. Это крестьяне разных деревень. Каждый шел за своим делом, но вот они встретились, заспорили. И деревни названы, и губернии, и мужики по именам перечислены, но мы понимаем, что нельзя относить события ни к какому-то определенному году, ни к какому-то определенному месту. Тут вся Русь с ее вечными наболевшими заботами. В принципе, каждый из семерых уже имеет свой ответ на вопрос:

Кому живется весело,

Вольготно на Руси?

Роман сказал: помещику,

Демьян сказал: чиновнику,

Лука сказал: попу.

Купчине толстопузому! —

Сказали братья Губины,

Иван и Митродор.

Старик Пахом потупился

И молвил, в землю глядючи:

Вельможному боярину,

Министру государеву.

А Пров сказал: царю…

Тот прямой ответ, какой искали крестьяне, они не получили. Ответ возник в другом смысле. У попа есть свои претензии к новой жизни, у помещика и купца — свои. Никто не хвалит новое время, все вспоминают о старом.

Порвалась цепь великая,

Порвалась — расскочилася,

Одним концом по барину,

Другим по мужику.

Разве не похожа наша сегодняшняя ситуация на воссозданную Некрасовым? Обделены мужики — и в прошлом, и в настоящем. С горькой иронией описывает Некрасов в главе «Счастливые», как странники приготовили целое ведро водки, чтобы угостить самого удачливого мужика. Но получился лишь горький список народных несчастий. Старуха счастлива, что в ее огороде уродилась репа, солдат — что был нещадно бит палками, но остался жив. Каменотес счастлив своей молодой силой, а слабосильный — что живым вернулся с тяжелых работ. Отвращение у мужиков вызывает еще один «счастливый» — лакей, который после сорока лет службы болен не какой-нибудь мужицкой грыжей, а «благородной» барской болезнью — подагрой.

Счастье, по мнению Некрасова, заключается вовсе не в том примитивном смысле, в каком понимали его семь ходоков-крестьян, а — в сопротивлении, борьбе, противостоянии горю и неправде, оно не делится попросту между мужиками и господами. Симпатии автора демонстрируют его несомненную духовную близость с демократическим, разночинским движением. Недаром он с такой симпатией пишет о возмутителях социального спокойствия: бывшем каторжнике Савелие, поднявшем «всю Корежину» против помещика Шалашникова, закопавшем живым жестокого бурмистра; Ермиле Гирине, попавшем в острог за защиту интересов крестьян, разбойнике Кудеяре. К числу крестьян, поднявшихся до сознания своего бесправного положения, принадлежит и Яким Нагой, понявший, кому достаются плоды крестьянского труда. Автор создает в поэме образ еще одного искателя крестьянского счастья — «народного заступника» Гриши Добросклонова. Голодное детство, суровая юность сына батрачки и сельского дьячка сблизили его с народом, ускорили духовное созревание и определили его жизненный путь:

…лет пятнадцати

Григорий твердо знал уже,

Что будет жить для счастия

Убогого и темного

Родного уголка.

Гриша Добросклонов многими чертами своего характера напоминает Добролюбова, в котором Некрасов видел «идеал общественного деятеля». Он — борец за народное счастье, который хочет быть там, «где трудно дышится, где горе слышится». Он видит, что многомиллионный народ пробуждается к борьбе:

Рать поднимается

Неисчислимая!

Сила в ней скажется

Несокрушимая!

Эта мысль наполняет его душу радостью и уверенностью в победе. На основной вопрос поэмы — кому на Руси жить хорошо? — Некрасов отвечает образом Гриши Добросклонова, «народного заступника ». Вот почему поэт говорит:

Быть бы нашим странникам под родною крышею,

Если б знать могли они, что творилось с Гришею.

Труден, но прекрасен путь, по которому идет Гриша Добросклонов. Но именно на нем ждет человека подлинное счастье, так как, по мнению Некрасова, счастлив может быть только тот, кто отдает себя борьбе за благо и счастье народа. Название некрасовской поэмы уже давно стало крылатым выражением, которое получило сегодня вторую жизнь, так как вновь перед обществом стоят вопросы, поставленные великими классиками XIX столетия: «Кто виноват?», «Что делать?» и «Кому на Руси жить хорошо?»