Российско-германский энергетический пакт

Российско-германский энергетический пакт

Михаил Ковальчук

Один из первых телеграфов, первые динамомашины, трамваи и электропоезда, лифты и еще много чего, вплоть до ноутбуков, – всем этим мир обязан компании Siemens. А Россия – еще и первыми телеграфными линиями, лампочками и электростанциями. Только обязана она не немецким Сименсам, а своим – российским!

Офицерский бизнес на «губе»

В октябре уходящего года транснациональный гигант Siemens AG справил круглую дату — 160-летие со дня основания. И сегодня, спустя полтора века, в составе наблюдательного совета присутствует прямой потомок основателя — 70-летний

Петер фон Сименс. Потому что представить себе Siemens без Сименсов трудно, если вообще возможно.

Начало династии «электрических королей» положил знаменитый немецкий ученый, изобретатель и предприниматель Вернер фон Сименс. Во многом благодаря ему Германия превратилась в крупную индустриальную державу. А его братья немало способствовали технической модернизации своей второй родины — России.

Род Сименсов происходит из Ганновера. Несколько поколений Сименсов занимались cельским хозяйством и добывали руду. Родившийся в декабре 1816 года Эрнст Вернер Сименс был четверым ребенком небогатого фермера, арендовавшего землю у местного помещика. Всего же у супругов Сименсов было 14 детей (из которых четверо умерло до наступления совершеннолетия), и прокормить такое количество ртов было делом нелегким. Поэтому по окончании гимназии Вернер получил от отца практичный совет — поступить на службу в прусскую армию, в то время одну из сильнейших в Европе. Почему не в университет — при явной склонности сына к точным наукам? Учеба в университете требовала немалых денег, а в прусской армии всех способных новобранцев за счет казны отправляли в военноинженерную школу, которая славилась тем, что полученное там образование не уступало университетскому!

В прусскую королевскую гвардию сына бедного фермера не взяли, но ему повезло — он смог поступить в артиллерийское училище в Мальденбурге, где математику и физику преподавали ученые с мировым именем. А в 1839 году, когда один за другим умерли мать и отец, молодому офицеру пришлось взвалить на свои плечи заботу о несовершеннолетних братьях и сестрах. Спустя два года Вернер Сименс вместе с закончившими гимназию братьями Вильгельмом и Карлом (за их обучение он заплатил из своего офицерского жалования) основал первое коммерческое предприятие Сименсов — небольшую механическую мастерскую. Главным направлением ее деятельности стала только что разработанная русским ученым (тоже немцем) Борисом Якоби область прикладной электротехники — гальванотехника.

Спустя год, попав за дуэль на гауптвахту, Сименс там даром времени не терял, а изобрел метод гальванического покрытия золотом и серебром. И, выйдя с «губы», сразу же его запатентовал. Столовое золото и серебро имелось тогда в любой зажиточной немецкой семье, так что дела братьев пошли в гору. Правда, фабрику все же пришлось закрыть, так как армейское начальство Вернера не поощряло его коммерческой деятельности. Но вскоре «младшенький» — 20-летний Вильгельм сумел за 1,5 тыс. фунтов стерлингов продать патент в Англию — главный в то время мировой центр инноваций. А в 1844 году и сам переселился туда, открыв в Туманном Альбионе филиал семейной фирмы.

Начался триумфальный марш Сименсов на европейские рынки.

Немецкая волна

Пока Вильгельм Сименс осуществлял «вторжение» на Британские острова, старшего брата перевели в столицу. Служа в королевских артиллерийских мастерских, Вернер смог продолжить свою исследовательскую работу. Теперь он всерьез заинтересовался еще одной технической новинкой — телеграфом.

У этого изобретения много отцов, в их числе русские ученые Павел Шиллинг и уже упоминавшийся Борис Якоби. Но в итоге самым эффективным оказался телеграф (и изобретенный для него специальный код из точек и тире) американского «чайника» — художника Сэмюэла Морзе. Тем не менее долгое время одновременно существовали и конкурировали между собой различные телеграфные системы. Одну из них — «стрелочный телеграф» англичан Кука и Уинстоуна — в 1844 году закупило прусское военное министерство.

В том же году Вернер Сименс значительно усовершенствовал английский аппарат и получил новый патент. А спустя год вышел в отставку, решив полностью посвятить себя изобретательству.

Идеей Сименса «заболел» и его коллега — инженер и механик Иоганн Георг Гальске. 1 октября 1847 года оба энтузиаста зарегистрировали компанию Telegraphen-Bauanstalt von Siemens & Halske («Телеграфно- строительная компания Сименса и Гальске»).

Новая компания была, говоря современным языком, исключительно инновационной. Сименс постоянно совершенствовал свой телеграф, а Гальске по его чертежам собирал демонстрационные модели. Такая схема дала плоды — Сименс получил предложение войти в комиссию прусского генерального штаба, которой предстояло перевести всю армейскую связь в стране на электротелеграф. Не заставил себя ждать и первый «госзаказ» — на создание линии между Берлином и Франкфуртом-на-Майне.

Два этих города были выбраны неслучайно. Незадолго до этого, в 1848 году, в Германии произошла революция, и на первой сессии нового немецкого парламента, разместившегося во Франкфурте, должны были избрать первого кайзера объединенной Германии. На общегерманский трон претендовал прусский король Фридрих Вильгельм IV, собиравшийся следить за ходом парламентских дебатов из своей берлинской резиденции. Отсюда и политическая важность заказа.

Работа предстояла уникальная, не имевшая прецедентов в Европе. Нужно было проложить 500-километровую телеграфную линию, да еще в авральные сроки, в обстановке политической нестабильности (власти боялись забастовок и терактов) и крайней прижимистости прусского правительства. Но Сименс и Гальске справились с заданием в срок. 28 марта 1849 года их телеграф передал сообщениемолнию об избрании кайзера. О лучшей рекламе можно было только мечтать, и фирму тут же завалили новыми заказами на прокладку телеграфных линий в другие города Германии.

Правда, вскоре конкуренты и правительственные чиновники, недолюбливавшие Сименса, разнюхали про какие-то технические огрехи, допущенные при прокладке первой телеграфной линии, — неизбежное следствие всякого аврала.

В немецкой прессе против Siemens & Halske была развернута целая кампания «черного пиара» — вероятно, одна из первых в истории. В результате государственные заказы иссякли, и компании пришлось переключиться на выпуск медицинских электроиндукторов, приборов для железнодорожной сигнализации, турбинных счетчиков воды и т. п.

Наступление немцев в России

Помощь, позволившая восстановить высокую репутацию фирмы, подоспела в 1851 году. И с неожиданной стороны — из далекой России.

Компания получила заказ на поставку 75 аппаратов для телеграфной линии между Москвой и Санкт-Петербургом. Вернер Сименс лично отправился в Россию для переговоров и убедил русское правительство в необходимости постройки других телеграфных линий. А по дороге в Петербург неожиданно устроил и свое личное счастье — в Кенигсберге влюбился в профессорскую дочку, которая спустя год стала его женой. Спустя семь лет она умерла, оставив мужу четверых детей, и после недолгого вдовства Вернер женился второй раз — и снова на профессорской дочке и своей дальней родственнице Антонии Сименс.

В России с ее необъятными пространствами и почти напрочь отсутствовавшей инфраструктурой средств связи перед Сименсами открывались поистине грандиозные перспективы. Вернеру в Петербурге нужен был постоянный представитель, и в 1853 году он направил в русскую столицу второго брата — 24-летнего Карла. Для начала тот принял гражданство Финляндии, что давало ему возможность вступить в русское купеческое сословие.

В том же 1853 году началась Крымская война, и русское правительство поручило Сименсам в кратчайшие сроки проложить телеграфную линию из столицы на юг — через всю империю. Правда, в отличие от прусских властей, русские не скупились. Более того, компании Siemens & Halske, говоря современным языком, предоставлялся «эксклюзив» — контракт оговаривал гарантийное обслуживание телеграфа в течение 12 лет, начиная с 1855 года. Хотя к моменту завершения работ телеграф в Севастополе так и не заработал — город пал.

Тем временем новоиспеченный российский купец Карл Федорович Сименс перебрался из финского Выборга в столицу и там женился. И тоже на российской подданной — дочке обрусевшего купца-немца! Так получила рождение еще одна бизнес-династия — на сей раз «русских Сименсов».

В 1855 году Карл Сименс основал в российской столице компанию «Сименс и Гальске», возглавив ее на долгие три с половиной десятилетия. В первые годы работы по собственному обороту, составлявшему 30 тыс. марок, и числу сотрудников русская «дочка» превосходила даже головное предприятие в Германии. А глава «Сименс и Гальске» на редкость быстро адаптировался к непривычным для педантичного немца русскому быту и манере вести дела. Общительный Карл Федорович, обладавший талантом переговорщика, вскоре стал своим в столичной бизнес-элите. Он завел полезные знакомства, поняв, что в местном бизнесе это главное, купил себе роскошное поместье, а также два заводика — стекольный и лесопильный. За первые два года «Сименс и Гальске» проложила в России 9 тысяч километров проводов, со временем превратив российскую телеграфную систему в одну из самых совершенных не только в Европе — в мире. При этом Карл Сименс апробировал на российской почве многие уникальные технологии. Так, одна из первых линий — из столицы в Кронштадт — впервые в мире была проложена по морскому дну. Позже этот опыт пригодился Сименсам, когда вместе с компанией Эдисона они прокладывали первый трансатлантический кабель. Воздушная линия Санкт-Петербург — Варшава протяженностью более 1 тыс. км также впервые была выполнена на телеграфных столбах с помощью двух строительных бригад, которые двигались по трассе навстречу друг другу (питерскую возглавлял лично Карл, а варшавскую — Вернер).

Чуть позже Вернер Сименс через Берлин подключил российскую телеграфную систему к общеевропейской. В определенном смысле — саму Россию к Европе.

Плюс электрификация всей империи

Во второй половине позапрошлого века вся импортная продукция облагалась в России непомерными пошлинами, и Карл Сименс с чисто немецкой основательностью решил наладить собственное производство необходимых комплектующих. С этой целью он в 1879 году построил на Васильевском острове первый в России кабельный завод «Сименс и Гальске» (Гальске к тому времени покинул компанию, но фамилия осталась), выпускавший, кроме того, графитные стержни для уличных светильников, а позже — телеграфные, телефонные и осветительные провода.

Благодаря Сименсам жители обеих российских столиц в 1880 году любовались первыми дуговыми лампами Яблочкова, сменившими привычные газовые, а спустя два года впервые услышали голоса «телефонных барышень». В Москве инженеры Карла Сименса построили электростанцию на Софийской набережной, которая обеспечила праздничную иллюминацию Кремля во время коронации Александра III.

Уже в 1883 году Карл Федорович Сименс получил российское гражданство, а его компания, в которой теперь работали еще два брата, Вальтер и Отто, стала поставщиком императорского двора.

К началу Первой мировой войны «Сименс и Гальске» уже превратился в многопрофильный концерн. Братья Сименс строили электростанции и трамвайные линии, водоочистные сооружения, оборудование для Транссибирской магистрали, добывали медную руду и нефть в Азербайджане и впервые в России применили асфальт для покрытия улиц в Тифлисе. Правда, такая бурная экспансия на российском рынке влекла за собой и неизбежные потери — оба брата Карла Сименса погибли на медных промыслах (один разбился, упав с коня, а другой умер от холеры).

К 1913 году основной капитал фирмы «Сименс и Гальске» равнялся 5,6 млн. руб. В том же году в Германии было осуществлено слияние головной фирмы Siemens с конкурентом — компанией Schuckert, в результате чего возник концерн Siemens & Schuckertwerke, а российская «дочка» стала называться Русским обществом «Сименс-Шукерт». Основной капитал его был определен в 15 млн. руб., а правление возглавил знаменитый российский финансист Алексей Путилов. Карл Сименс также состоял в правлении, а пост технического директора занял 43-летний инженер Леонид Красин.

О чем, видимо, не подозревали братья Сименс, так это о бурном революционном прошлом Красина — убежденного большевика, переводившего почти весь свой оклад «топ-менеджера» в партийную кассу. Так что кроме пресловутых «денег немецкого генштаба» средства на русскую революцию текли из Германии и через бухгалтерию «Сименс и Шукерт».

Хотя справедливости ради нужно отметить, что среди тогдашней российской бизнес-элиты оба Сименса, Карл и Вернер, слыли ярыми либералами. Что не мешало им получать из царских рук высшие ордена Российской империи, а в конце XIX века — и российское дворянство.

Ток технической мысли

Пока Карл Сименс планомерно электрифицировал Россию, его старший брат столь же планомерно развивал наступление на родине и по всему миру. В 1867 году он подарил миру новый генератор постоянного тока — динамо-машину. С ее помощью компания к концу века наладила выпуск первых электропоездов, городских трамваев и троллейбусов, лифтов, фуникулеров. Кроме того, Siemens & Halske продолжала строительство телеграфных и телефонных линий и электростанций, а также разработала первый в мире проект электрифицированной железной дороги.

В это время началось активное сотрудничество двух технических и предпринимательских гениев — Сименса и Эдисона. Впервые они познакомились в 1881 году на электротехнической выставке в Париже, после чего Сименс занялся внедрением на европейский рынок новаторских изобретений своего заокеанского коллеги, которые многими в Старом Свете воспринимались как чистое шарлатанство. Можно было бы сказать, что от американцев Вернер Сименс «набрался» и столь же революционных идей «социального партнерства работодателя и рабочего» — если бы он не внедрил эти идеи на своих предприятиях уже к концу позапрошлого века (в то время как за океаном они были реализованы лишь в первые десятилетия века двадцатого). На заводах Siemens & Halske были созданы первые фонды поддержки рабочих, пенсионная касса, ставки для медработников, а рабочий день сокращен с девяти до восьми с половиной часов. Итогом всех этих нововведений стало то, что к первым десятилетиям ХХ века, когда Германия также погрузилась в революционный хаос, предприятия Сименсов оставались редкими островками стабильности в океане смуты.

К моменту смерти Вернера Сименса в 1892 году его компания представляла собой концерн с многомиллионным оборотом и тысячами сотрудников и успела обзавестись дочерними предприятиями в десятках стран. После смерти Вернера компанию возглавил Карл Сименс, к тому времени покинувший Россию. В 1897 году с помощью сына Вернера, занявшего пост директора Deutsche Bank, он преобразовал свое дело в акционерное общество с капиталом в 35 млн. марок и начал строить под Берлином своего рода утопический «город будущего» — Сименсштадт. Там вместе с заводами и офисами разместились удобные современные дома для рабочих, а также вся инфраструктура — школы, поликлиники, магазины, объекты «соцкультбыта» и все прочее. Компания могла стать и одним из лидеров немецкого автопрома, выпустив в 1905 году первый автомобиль Protos, но развитию этого направления помешала смерть Карла Сименса в следующем году. Руководство компанией перешло к старшим сыновьям Вернера фон Сименса, а с 1919 года — к его младшему сыну Карлу.

На Восточном фронте — перемены

К этому времени дела компании складывались не блестяще, и причиной тому, как нетрудно догадаться, стала Первая мировая война.

Предприятия Siemens & Schuckert в странах Антанты были конфискованы. Даже в России, где «Сименс и Шукерт» была зарегистрирована как российское предприятие, руководство компании «на всякий случай» обвинили в шпионаже и саботаже. А после октября 1917 года все предприятия «Сименс и Шукерт» были национализированы. Правда, спустя три года компания возобновила свою деятельность в Советской России — выполняла контракты по плану электрификации страны (ГОЭЛРО), поставляла оборудование для Днепрогэса и московского метро. Но с приходом к власти Гитлера всю эту деятельность свернули.

Все предприятия Сименсов в рейхе были переведены на военные рельсы, а после начала Второй мировой войны ушедших на фронт рабочих заменили заключенные концлагерей. Правда, в отличие от других капитанов немецкой индустрии, Сименсы никогда не скрывали своего отрицательного отношения к нацизму, хотя и не бравировали им. Это относится и к Карлу фон Сименсу-младшему, умершему в 1941 году, и к его сыну Герману.

Тем не менее Герману фон Сименсу пришлось начинать чуть ли не с нуля. Как представитель побежденной страны, он автоматически лишался всех выплат по патентам, которыми пользовался весь мир.

Большинство предприятий лежало в руинах, а уцелевшее оборудование вывезли в СССР. Приходилось крутиться. За вторую половину прошлого столетия три независимые компании — Siemens & Halske, Siemens-Schuckertwerke и Siemens-Reinigerwerke, в 1966 году объединившиеся в концерн Siemens AG со штаб-квартирой в Мюнхене — проделали путь от печек- «буржуек» до компьютеров и мобильных телефонов.

В последние годы компания осваивает перспективные азиатские рынки, хотя на «восточном фронте» победы чередуются с поражениями. Так, провалом закончился проект тайваньского производителя бытовой электроники BenQ, выкупившего в 2005 году у Siemens AG подразделение мобильной связи. Сначала новая компания BenQ Mobile вырвалась на шестую строчку в списке крупнейших производителей мобильных телефонов, но спустя два года фактически обанкротилась. Зато другой гибрид — брэнд ноутбуков Fujitsu-Siemens — оказался на редкость успешным.

Потому что сочетание немецкой родословной и передовых японских технологий — это двойная гарантия качества и новизны. Какой же потребитель откажется от подобного коктейля!

Список литературы

Свой бизнес №1 2008