Стихотворение Пастернака Февраль. Достать чернил и плакать ..

Стихотворение Пастернака Февраль. Достать чернил и плакать ..

1 вариант

Стихотворение Б.Л.Пастернака «Февраль. Достать чернил и плакать!..» посвящено природе.

М.Цветаева писала о Пастернаке: «Его грудь заполнена природой до предела… Кажется, с первым вздохом он вздохнул, втянул ее всю… и всю последующую жизнь с каждым новым стихом выдыхает ее, но никогда не выдохнет».

В этом стихотворении поэт передает ту тонкую грань, когда зимний месяц февраль начинает уступать место весне. Но лирический герой, видимо, больше любит зиму, от того и получились строки;

Февраль. Достать чернил и плакать!..

Писать о феврале навзрыд,

Пока грохочущая слякоть

Весною черною горит.

Но все же первое весеннее чувство, которое просыпается еще в феврале берет верх и потому хочется:

Достать пролетку. За шесть гривен,

Чрез благовест, чрез клик колес

Перенестись туда, где ливень

Еще шумней чернил и слез.

Где, как обугленные груши,

С деревьев тысячи грачей

Сорвутся в лужи и обрушат

Сухую грусть на дно очей.

В этом стихотворении все сливается в единое целое, создается иллюзия движения, круговорота. Лирический герой становится неотъемлемой частью этого движения, и мы сами, того не подозревая, становимся участниками, свидетелями этого сказочного действия.

Ощущение движения в стихотворении создается благодаря использованию глаголов настоящего времени (сорвутся, обрушат).

Это стихотворение очень эмоционально, последние его строки – это уже гимн весне:

Под ней проталины чернеют

И ветер криками изрыт,

И чем случайней, тем вернее

Слагаются стихи навзрыд.

Весна – символ обновления, поэтому весной и стихи «слагаются навзрыд».

В стихотворении используются интересные метафоры, эпитеты и сравнения: «грохочущая слякоть», «как обугленные груши», «ливень еще шумней чернил и слез», «обрушат сухую грусть на дно очей», что, несомненно, придает стихотворению яркую индивидуальность.

Эмоциональность, чувства лирического героя отражает также и звуковая организация стиха.

2 вариант

В стихах Б.Л. Пастернака всегда завораживает его особое отношение к миру, его умение во всякой картине увидеть красоту и передать это неуследимое чувство любования жизнью. Ахматова замечала, что Пастернак описывает мир до шестого дня творения, когда в нем еще нет человека, а есть только природа. Цветаева также писала поэту: «Вы не человек… а явление природы… Бог по ошибке создал Вас человеком…». Глубокие человеческие переживания Пастернак передавал через проникновенные пейзажные зарисовки, восхищаясь чудом мирозданья и ощущая себя его частью. Поэтому каждое из стихотворений мастера мы воспринимаем как развитие одной общей темы – темы красоты мира, «сгущение некоей «энергии», развертываемой в любой точке времени и пространства» (Л. Аннинский).

Пастернак часто в стихах приурочивал пейзаж к определенному моменту –времени года или времени суток, будто обозначая реальность происходящего. Так и в стихотворении «Февраль. Достать чернил и плакать…» лирический герой словно останавливает для себя мгновения исхода зимы, он остро чувствует перемену сезона, надлом, происходящий в природе. Все это пронзительно отзывается в душе поэта и стихи его слагаются «навзрыд». Определение «навзрыд» повторяется дважды – в первой и последней строфах, определяя общую тональность произведения. Однако четкие временные рамки подчеркивают конечность любого явления. Анализируемое стихотворение перекликается со стихотворением «Зимняя ночь», где последняя строфа («Мело весь месяц в феврале, / И то и дело / Свеча горела на столе, / Свеча горела») повторяет первую, но в нее вводится упоминание месяца, как будто ориентируя читателя на то, что зимняя буря не бесконечна, ей на смену придет иное состояние природы.

Поэт буквально упивается предметностью мира, поэтическая реальность собирается у него из мелких и конкретных деталей: «достать пролетку», «шесть гривен» извозчику. Образные ряды Пастернака помогают впустить в природу будничность и простоту из повседневной жизни. Но с конкретностью парадоксально соседствует хаотичность бытия, где все неуследимо: «…Пока грохочущая слякоть / Весною черною горит». Стихия воспринимается лирическим героем не как что-то таинственное и вечное в своей неизбежности (это было свойственно поэзии Блока), а, скорее, как игра, забава:

Достать пролетку. За шесть гривен,

Чрез благовест, чрез клик колес,

Перенестись туда, где ливень

Еще шумней чернил и слез.

Молниеносная смена впечатлений рождает у поэта совершенно неожиданные ассоциации и образы:

Где, как обугленные груши,

С деревьев тысячи грачей

Сорвутся в лужи и обрушат

Сухую грусть на дно очей.

Сравнение грачей с обугленными грушами вносит своеобразный хаос в описание февральского ненастья, придает стихотворению эмоциональную непосредственность. Мы удивляемся свежести восприятия поэтом пейзажа. Природа у него не просто одушевлена, в ней узнаются живые черты то озорницы и проказницы, то человека с «сухой грустью» в душе. Интересно, что Пастернак почти никогда не придает неодушевленным предметам облик живых существ, но в его поэзии очеловечены действия, «повадки» природы (например, «ветер криками изрыт»). В словосочетании «грохочущая слякоть» эпитет, присвоенный заурядному природному явлению, выражает хлещущую через край энергию, которую поэт умел почувствовать в окружающей жизни.

Действительность в глазах Пастернака полна беспорядка, и описание внешнего мира помогает разобраться в душевной сумятице. Шум за окном, где «грохочущая слякоть / Весною черною горит», где «с деревьев тысячи грачей / Сорвутся в лужи и обрушат…», где «ветер криками изрыт», перекликается с рыданиями души лирического героя. Аллитерация [р] сближает голос природы с голосом поэта, слагающего «стихи навзрыд». Но рядом с плачем звучит благовест, «клик колес», «ливень еще шумней чернил и слез». И звук [л] рождает в нас ощущение благости, умиротворения.

Такая противоречивость мировосприятия вообще была свойственна Пастернаку. Отсюда неслучайность в его поэзии приема антитезы. Например, образ «сухой грусти», обрушивающейся «на дно очей», предполагает рождение у нас ассоциации с глазами, влажными от слез. В строках «И чем случайней, тем вернее / Слагаются стихи навзрыд» противопоставляются на понятийном уровне случайность и уверенность, плавность и надрывность, а на звуковом – резкий, грубый [р] с мягким, плавным [л]. Синтез зрительных, слуховых, обонятельных и осязательных ощущений сближает творчество Пастернака с поэзией А.А. Фета, они придают стихотворению страстность, неистовость, трепетность.

Кроме предметного и звукового параллелизма, мы видим, как соотносятся цветовые образы черной весны, обугленных груш, чернеющихся проталин и образ чернил, которыми выплаканы строки стихов. Здесь, вместо противопоставления, поэт ищет гармонию между велениями своего сердца и настроениями природы. Мифологический мотив дождя, традиционный в лирике Пастернака, а в этом стихотворении сочетающийся с мотивом плача, призван ознаменовать соединение земли и неба, тела и души. Опорой для поэта всегда являются стихи, и последняя строфа стихотворения становится итоговой в развитии мысли о месте человека в мире природы, его чувств, переживаний, которые с наибольшей полнотой могут быть выражены только в творчестве. Излюбленная метафора Пастернака: стих – губка: реальность впитывается, а потом выжимается на бумагу. И читатель вслед за поэтом учится смотреть на мир широко распахнутыми глазами, пленяясь его разнообразием и дивясь его богатству.