Просвещение в Туркестане в конце XIX-начале XX вв.

КГНУ





























КУРСОВАЯ РАБОТА

Тема: Просвещение в Туркестане в конце XIX-начале XX вв.







Выполнила:

студентка 4 курса

факультета истории и

регионоведения

Фаткуллина Лариса







Бишкек 2002


СОДЕРЖАНИЕ



Введение

§ 1. Конфессиональные школы и их роль в просвещении Туркестанского края и Кыргызстана в конце XIX начале XX вв.

а) Мектебы

б) Медресе

в) Новометодные школы

§ 2. Светское обучение в Туркестане (на материалах Кыргызстана)

а) Русско-туземные школы

б) Дореволюционные русские школы

Заключение

Список использованной литературы

Приложение: таблицы


ВВЕДЕНИЕ



Научное освещение истории школ дореволюционного Кыргызстана имеет большое теоретическое и познавательное значение.

Но, к сожалению, на сегодняшний день у нас еще нет ни одной работы на русском языке, посвященной этой теме и написанной не с позиции марксизма-ленининзма, с новой, современной точки зрения, - когда мы сможем более объективно оценить то, что является нашей историей.

Актуальность этой темы проявляется в том, что в последнее время возникла настоятельная необходимость пересмотра устаревших взглядов, гипотез, концепций о школах в дооктябрьском Кыргызстане, решить вопрос о том, какой вклад внесли в дело просвещения кыргызского народа, какие ставили они цели и задачи, и чего они смогли достигнуть в деле просвещения дореволюционного Кыргызстана.

Изучение дореволюционной истории школ на территории Кыргызстана имеет свои особенности и трудности.

По этой теме очень много работ дореволюционных авторов: С.М. Граменицкого, Н.А. Бобровникова, Н.П. Остроумова, В.П. Наливкина, а также политика просвещения колониальной и туркестанской администрации нашла свое отражение в трудах К.П. Кауфмана, и А.Н. Куропаткина, А.Талызина, К.К. Палена. В них содержится огромное количество фактического материала, но они освещают историю просвещения в Туркестанском крае объективистски, в отрыве от социально-экономических условий, при этом почти не касаются состояния народного образования непосредственно на территории современного Кыргызстана. Весь этот материал требует дополнительной переработки и изложения этих данных на современном уровне. В послеоктябрьский период изучением актуальных проблем просвещения дореволюционного Кыргызстана как части Средней Азии занимались следующие научные организации и учреждения:

Туркестанский университет (позже Среднеазиатский, затем Ташкентский) возник в 1920 г.

Туркестанский комитет по делам музеев и охраны памятников старины, искусства и природы – Туркомстарис, а с 1924 по 1928 гг. Средазкомстарис. Создан в 1920 г.

Киргизская народная комиссия, организованная в 1925 г, при отделе народного образования Киргизской автономной области.

Центральный музей Киргизии, открыт в 1927 г., в доме, где жил М.В. Фрунзе.

Киргизское общество краеведения, основано в 1926 г. во Фрунзе, на его основе создается в 1928 году Кирг. НИИ Краеведения при СНК Кирг. ССР, в 1936 году, их него выделился институт языка и письменности, впоследствии был реорганизован в ИЯЛИ (институт языка, литературы, истории). 

Исторический факультет Киргизского педагогического института, основанного в 1932 г.

Комитет наук при СНК Кирг. ССР, созданный в 1937 г, его деятельность была направлена на создание новых научных учреждений, подготовки научных кадров.

Эти учреждения накопили со временем большой фактический материал, и выпустили компетентных научных специалистов, внесших большой вклад в изучение проблем истории Кыргызстана. 

Дореволюционной и советской литературой поднят немалый пласт фактического материала по истории дореволюционного Кыргызстана, в этом плане очень ценны аннотированные библиографические указатели дореволюционной и советской литературы по истории, археологии и этнографии Кыргызстана, разработанные выдающимся ученым З.А. Амитиным-Шапиро, его работа оказала неоценимую помощь в подборе литературы по данной теме.

Подводя итоги к вышеизложенному, нельзя не подчеркнуть, что в изучении истории школ Кыргызстана в дореволюционный период можно заметить, что в лучшем случае это было накопление сырых фактов, отрывочно избранных и отображение отдельных сторон исторического процесса.

Для историографии просвещения дореволюционного Кыргызстана характерно:

1. отсутствие планомерного и систематического изучения.

2. игнорирование социально-экономического развития региона Негативная сторона.

3. ознакомление мира с нравами и обычаями, бытом и культурой коренного населения и историко-социологическими памятниками Туркестанского края - позитивная сторона.

Вопросы в просвещения дореволюционном Кыргызстане ставились и в советское время. Так в книге А.Э. Измаилова «Очерки истории советской школы в Киргизии за 40 лет (1917-1957)» дается краткое освещение истории школы и просвещения в дореволюционный период, т. к. данное исследование посвящено только истории советской школы, опять же все факты подаются с марксистской позиции, подгоняются под большевистское понимание истории.

С позиции марксизма-ленинизма написана и книга Д.О. Айтмамбетова «Дореволюционные школы в Киргизии», но он очень подробно и на основе большого количества материала дает сведения о всех типах школ в дореволюционном Кыргызстане, но, не всегда верно дает оценку событиям того времени.

Не нашла сколь-нибудь подробного освещения истории дореволюционных школ и в фундаментальном труде коллектива института истории АН Кирг. ССР (История Киргизии т. 2.). Там этому вопросу посвящено лишь несколько страниц. Некоторые другие исследователи истории Кыргызстана в своих работах также вскользь касались истории дореволюционных школ.

Целью настоящей работы является попытка представить сжатое и систематизированное изложение истории дореволюционных школ в Кыргызстане. В работе ставятся следующие задачи: краткое освещение истории возникновения дореволюционных школ в Кыргызстане. Раскрытие содержания обучения, дается характеристика мектебов и медресе.

Появившиеся во 2 п. XIX в. новометодные школы, не изменяя религиозного содержания обучения, давали учащимся некоторые элементы светских знаний, но в целом эти школы были подвержены влиянию панисламизма и пантюркизма, поэтому не могли внести много нового в дело просвещения, так как во многом они придерживались старых методов обучения. В последней части этой работы дана характеристика русско-туземных школ, которые в 80-х годах XIX в начали возникать в Кыргызстане. При всех своих недостатках они имели прогрессивное значение - знакомили кыргызскую молодежь с русским языком, и через него и с русской, а затем и мировой культурой.

Там же рассматривается история дореволюционных русских школ в Кыргызстане, которые были созданы для детей переселенцев, но там обучались и дети кыргызов, хотя и в незначительном количестве. Этим объясняется тот факт, что процент грамотности в национальной среде был очень низким - около 2%, а среди женщин азбучную грамотность знали лишь единицы.

Эта работа должна показать состояние народного образования на территории современного Кыргызстана в дореволюционный период. 

Но сама работа не претендует на исчерпывающее освещение истории дореволюционных школ и требует дальнейших исследований.


§ 1. КОНФЕССИОНАЛЬНЫЕ ШКОЛЫ И ИХ РОЛЬ В ПРОСВЕЩЕНИИ ТУРКЕСТАНСКОГО КРАЯ И КЫРГЫЗСТАНА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ ХХ ВВ.



а) Мектебы



Первые исторические сведения о мектебе и медресе относятся к VIII в. По данным В.В. Бартольда, у мусульман с момента утверждения ислама были известны два типа школ: - начальная школа и медресе - высшая духовная школа.

Мектеб - в буквальном смысле означает «место, где пишут». Медресе, как место, где проводили лекции знатоки ислама, возникли у арабов еще в VII-VIII вв. при халифах-омейядах. По мере распространения ислама, при некоторых мечетях образовывались своего рода богословские факультеты - из них наиболее известна школа при мечети Азхар в Каире (Х в.), а также при Каабе (в Мекке). Позднее начали строить специальные здания для учебных занятий, с кельями студентов и аудиториями для лекций. Эти школы получили название «медресе» - «место учения» (от глагола «дараса» - «изучать»). Ислам быстро распространяется из Аравии на восток и запад, а вместе с ним, распространяются медресе и мектебы. «Мектебы и медресе, - писал директор Казанской учительской семинарии Н.А. Бобровников, - до недавнего времени были во всем мусульманском мире, от Марокко до Китая, одной застывшей в неподвижных формах организацией. Еще 25 лет назад, входя в мектебу или медресе в Алжире, Константинополе или Бруссе, я чувствовал себя как бы перенесенным в приволжские местности: до такой степени общая картина была тождественна. Эта однородность организации школ в столь взаимно отдаленных странах была обусловлена безраздельным господством религиозных начал над умами и сердцами мусульман и их полным подчинением авторитету прочно сложившихся традиций»

Первые сведения о медресе в Средней Азии относятся к Х в. Большое распространение они получили в XV-XIX вв. Такие крупные медресе, как медресе Улугбека в Самарканде, Мир-Араб в Бухаре и др., были основаны в XV-XVI в. на территории же современного Кыргызстана медресе возникли значительно позже - в основном во второй половине XIX в медресе создавались там, где проживало оседлое население, а кочевники-кыргызы обучали своих детей в юртах». Англичанин Дж. Вуд, в верховьях реки Оксуса (Аму-Дарьи) в 30-х гг. XIX в. описывает так киргизскую юрту-мектеб «В одной юрте дети занимались уроками под наблюдением муллы: одни учились писать, другие бормотали над истрепанными листами засаленных экземпляров Корана…» У кыргызов-кочевников мектебы обычно не имели определенного места: они помещались в юртах кочевников или под большими деревьями - чинарами или карагачем.

Очень сложно было подсчитать точное количество мектебов у кочевников-кыргызов. Так, например, в рапорте Токмакского уезда Семиреченской области от 12-13 декабря 1891 года в канцелярию степного генерал-губернатора сказано: «Киргизы кочуют небольшими аулами юрт в 10-15, таких соседних аулов иногда собираются до двух-трех сотен. Между ними появляется мулла из своих же киргиз, а иногда из узбеков. Каждый желающий обучать своих сына или дочь, входит в частное соглашение с муллой об оплате и приводит ученика. Если собирается 10-15 учеников, то начинается обучение. Число таких школ определить весьма трудно, ибо они определенного характера не имеют. По отчетам за последние три года на уезд приходится у кыргыз в среднем выводе 50 школ с учениками, а население уезда по переписи 1891 года - 84522 душ обоего пола.

Киргизы как кочевники определенных сел и деревень не имеют, случайная ссора может увеличить, или уменьшить аул и потому отношение школ к аулам определить нельзя». Из сообщений начальника Ошского уезда за 1888 год следует, что в Гульчинской, Алайской и Ак-Бууринской волостях нынешних школ вообще не было. Такое положение объясняется тем, что никакой не было записи учащихся в мектебе, следствие перекочевок аулов, в результате переходов самих мулл на другое место, число учеников постоянно менялось. Наиболее организованные мектебы на территории Кыргызстана были в оседлых поселениях - на юге Кыргызстана, где преобладали узбеки, и на севере - в городах Токмаке, Пишпеке, Пржевальске. Условия обучения в мектебе были очень тяжелые. В кочевых районах это были обычные юрты.

Мектеб в оседлых поселениях - обыкновенная постройка, очень пыльная, часто антисанитарные условия вызывали у учеников глазные и накожные заболевания. Обучение начиналось с изучения арабского алфавита, очень сложного для изучения и употребления после запоминания арабского алфавита ученик переходил к заучиванию абджада - 8 вымышленных слов - абдажд, гавваз, хутти, кальман, сагфас, карашат, саххасс, саззага - в эти слова включен весь арабский алфавит, и только потом ученик приступал к чтению по словом «Хафтьяка». «Хафтьяк» - сборник избранных мест из Корана, посвященных основным положениями вероучения.

Следующий этап - изучение Корана, затем, «Чар-Китеб» («четверокнижия») - описание мусульманских обрядов – при чтении «Чар-Китеба» ученик обучался к письму. Учителя мектебов не упражняли своих учеников в письменных работах. Даже те лица, которые прошли медресе, не умели писать литературно вообще, а на родном языке - в особенности. Арифметике не обучались, арифметические действия производили с помощью камешков. Курс обучения в мектебе продолжался в среднем четыре года. Закончившие его могли лишь читать механически знакомые книги, выводить буквы, списывать с оригинала. А нередко не умели и этого. После всего этого очень немногие одаренные ученики в возрасте не менее 14 лет поступали в медресе.


б) Медресе



В Кыргызстане не получило особого распространения. Это объясняется тем, что здесь влияние мусульманского духовенства не было столь сильным как, например, в соседнем Узбекистане. По данным 1892, было всего 7 медресе, но уже в 1904 г. их только в Ошском уезде насчитывается 88 с 1178 учащихся. Медресе готовили мелких духовных лиц - служителей мечетей и мулл для мектебов. Содержание медресе обеспечивалось вакуфом (вакф) - имуществом, доходы с которого на вечные времена посвящались какому-либо религиозному учреждению. Следует указать, что в северной части Кыргызстана вакуфов не было, так как согласно с т. 100-й «Степного положения» вакуфы не допускались. Видимо, экономические условия кочевой жизни кыргызов не позволяли установить вакуф в пользу медресе, и это явилось одной из причин отсутствия медресе у северных кыргызов.

Конкурса при поступлении не было, условием поступления служило получение кельи (худжры), а значит и доли вакуфного дохода. Учащиеся жили артелями, под руководством старшего ученика. Сами готовили себе пищу, пекли хлеб и пр. Медресе представляло собой четырехугольник, огороженный высокой кирпичной стеной, к внутренней части которой пристраивались худжры где жили учащиеся (муллы), а иногда и преподаватели (мударрисы), дарс-хана - классные комнаты для занятий, мечеть. По середине двора - маленькая комната для омовений (даарат-хана), а за стеной - баня для зимних омовений. Передний фасад наружной стены медресе украшался куполом, расположенным над главными входными воротами. Устава медресе не существовало. Учебная часть медресе была отделена от хозяйственной. Первую вели мударрисы, вторую – мутавали. Принятые в медресе учебные программы в общих чертах были выработаны около 10 веков назад. Учебный год начинался в октябре и заканчивался в апреле. Занимались в субботу, воскресенье, понедельник, вторник в остальные дни не учились. Кроме того занятия не проводились вовремя поста и в праздники Рамазан (у кыргызов называют Орозо-айт) и Курбан-айт, и в летние каникулы - с мая по октябрь. Ученики медресе по степени подготовки разделялись по трем разрядам: младший (адна), средний (аусат) и старший (ала). Ученики были в младшем разряде до тех пор, пока не изучали книги Акаид, в среднем разряде – до перехода к книге Мулла-джалял, начав ее они переходили в старший разряд. В определенное время ученик изучал одну книгу, и переходил к другой, никаких экзаменов при переходе из одного отделения в другое не было. Обучение в медресе, по традиции, состояло из трех главных разделов: 

Грамматика арабского языка - курс изучался в течении 2.5-4 лет, кроме этого учащие знакомились с изложением мусульманского и гражданского права. 

Курс масаля (фикх) - прохождение книг заключающих в себе полное мусульманское право.

Курс мушкилят (логика) состоял в прохождении на арабском языке отвлеченного богословия из древнегреческой мудрости, в отрывках, часто искаженных.

3 курс был настолько трудным и непонятным, что только то, кто рассчитывал в дальнейшем стать казием или муфтием, проходил его.

Из общеобразовательных предметов изучали: ильм–и-хисаб - науку исчислений, медицину на крайне примитивном уровне, географию по книге на фарси – Маглюмат-уль-фан. Учащие, закончившие медресе, выходили с ничтожным багажом знаний, сущность воспитания в медресе заключалось в систематическом и настойчивом приучении к внешней дисциплине и порядочности, к тому, чтобы во всех случаях сообразовываться, прежде всего с изученными и общепринятыми правилами так называемой благопристойной жизни, а не соображениями собственного разума. Поэтому слащавая вежливость, молчаливость и напускное смирение, стремление говорить только приятное для собеседника, употребление книжного языка и цитирование какого-нибудь автора заменяли собой естественную живость, наблюдательность и общительность учащихся в медресе. Все эти, вначале напускные качества с течением времени превращались в естественные свойства характера.



в) Новометодные школы



Капиталистический путь развития России, политические события в стране во второй половине XIX в и особенно в ХХ в. привели в движение все слои общества и дали небывалый толчок развитию политической и культурной жизни. В это время татарская национальная буржуазия Поволжья и Крыма решила стать просветителем «своих» туркестанских единоверцев. Эти реформаторы мусульманской жизни стремились в первую очередь взять в свои руки школы, чтобы, не меняя религиозного содержания приспособить школу к новым реалиям исторической действительности. Эти задачи были положены в основу так называемых новометодных школ - «усули-джадид». Учредителями и первыми учителями были, в основном, приволжские татары, проводившие в жизнь идеи джадидистов. Программы для этих школ были выработаны на мусульманских съездах 1905 и 1906 гг. в Нижнем Новгороде. Реформа мусульманских учебных заведений была тесно связана с буржуазно-националистической нарождающейся мусульманской буржуазии. Джадидисты старались включить в учебный план школ некоторые светские дисциплины, используя их в помощь богословию и с целью подготовки миссионеров для укрепления ислама. На территории Кыргызстана новометодные школы стали распространяться в начале ХХ века. Начиная с 1901-1902 3 школы в г. Пржевальске, 2 школы в г. Пишпеке, одна школа в Токмаке перешли на новый метод обучения. Позже они появились в отдельных районах Кыргызстана, где учителями были кыргызы, окончившие медресе в городах Уфе, Казани. Новометодные школы начали с замены буквослогательного способа обучения грамоте звуковым, и введения в курс обучения объяснительного чтения. Кроме того, имелись в этих школах парты, доски, географические карты и столы для учителей. Типичный новометодный мектеб «Экбаль» был в Токмаке, там обучались дети разных национальностей. Так, например, в 1904 г. обучалось татар - 36, узбеков - 30, дунган - 9, кашгарцев - 5, кыргызов - 200. В этом мектебе работало 8 учителей. Срок обучения 4 года, учащиеся делились на 3 класса. Учение шло по следующей программе:

1 класс - одногодичный. Чтение и письмо по звуковому способу. Учебники Максудова «Мугаллим авваль» («Начальный учитель») и «Мугалим сани» (2 часть) для чтения арабского текста. Затем книга «Тарбияли бала» («Воспитанное дитя») Фахруддинова. Затем первоначальные сведения о религиозных обрядах (ибадат исламия). Писание цифр до 100.

2 класс - одногодичный. Чтение по книге Максудова «Акиат исламия» (вероучение). Чистописание (язу). Арифметика (Хисяб зегни) - четыре арифметических действия: джам - сложение, тарх - вычитание, зарб - умножение, таксим, тафрик – (деление) чисел до 1000 и более. По родному языку (кырати тюркия) - объяснительное чтение по книге Зубаирова «Раабар-и-сыбьян» - «Руководитель детей». Священная история «Тариху анбия» по учебнику Зубаирова. Чтение Корана с тадживидвом (учение о правильном произношении слов). Начальные сведения о географии (джаграфии).

3 класс - двухгодичный. Грамматическое правописание под диктовку (иила). Чтение и пересказ (маглуматы-шафагия). Чтение корана с тадживидвом. Догматическое вероучение (зарурату диния). История ислама (тарихи ислами) Идрисова. История народа (тарихи милли) - тоже Идрисова. Арабский язык (араб лиссани) Максудова. География Хариса «Джаграфия» при помощи глобуса и карт. Логика (мантык). Стилистика (инша). Арабская литература (магат-бадиг-баян) Саддудина. Арифметика на 4 действия (маджгуль). Геометрия (ашкаль). Гигиена (хифзу сиха) - как сохранить здоровье. Весь этот материал проходился частью по учебникам, частью во время бесед.

Окончившим курс выдавался диплом на татарском языке.

В 1914 году программа изменилась: учащиеся уже делились на 5 отделений, на старших отделениях преподавались новые предметы: анатомия, география России и др. Постепенно мектеб «Экбаль» в Токмаке сделался центром подготовки мусульманских деятелей для всей Северной Киргизии. Здесь учились многие учителя (для местных мектебов) и подготавливались учащиеся для поступления в медресе Казани и Уфы. Позднее, новометодные школы начинают распространяться в отдаленных районах Кыргызстана. Например, в 1909 году в Чон-Кемине открылась новометодная школа «Шабдания» в помещении, построенном сыном Шабдана, она просуществовала только до 1912 г. В 1912 г. открылся мектеб манапа Канаата в Кочкорке: 1914 г. - манап Калпа-ажы на Куртке открывает свой мектеб, а также возникают много других мектебов в разных районах Кыргызстана. Как мы видим, под влиянием татарских просветителей кыргызские манапы стали их последователями в школьном деле - они открывали школы, оплачивали учителей для обучения своих детей, и детей своих сородичей по новому методу, где детей учили читать, писать, считать, давая наряду с религиозным воспитанием сведения по истории и географии других стран. Но, несмотря на эти прогрессивные достижения новометодных школ их конечная цель заключалась в том, чтобы сделать школу орудием объединения мусульман на почве религиозно национальной идеологии.


§ 2. СВЕТСКОЕ ОБУЧЕНИЕ В ТУРКЕСТАНЕ (НА МАТЕРИАЛАХ КЫРГЫЗСТАНА)



а) Русско-туземные школы



После присоединения Туркестанского края к России, царская администрация приступила к организации школ для совместного обучения русских детей и детей «инородцев». Согласно проекту, предполагалось открыть, во-первых, уездные народные училища с 4 летним общеобразовательным курсом и ремесленным классом, и во-вторых, начальные школы грамотности. Первый тип школ предназначался для уездных городов и вообще пунктов с оседлым населением, а второй для детей русских «простолюдинов» и кочевого населения.

 Школы грамотности соответствовали младшему отделению уездной школы - то есть ограничиваются обучением чтению и письму на русском и местном языках и счету. А в программу уездных школ входило преподавание закона божьего (для русских), русского языка, землеописания, счета целых, простых, дробных и десятичных чисел, элементарное черчение в применении к ремеслам, и «туземный язык» для детей местного населения.

При уездных школах должно было быть по 20 вакансий для детей кочевников - будущих учителей степных школ. 

Но вначале лишь незначительное число детей из числа местных жителей поступало в эти школы. Одна их главных причин этого заключается в том, что в русских учебных заведениях не преподается ни языка, ни религий туземцев, а потому киргизы предпочитают для обучения своих детей туземной грамоте обратятся к муллам из киргиз, узбеков и татар, имеющихся в волостях, муллы эти кочуют с аулами1. Другая причина заключалась в том, что родителям-кочевникам трудно было содержать своих детей в городе или поселке. Для устранения этого положения администрацией Туркестанского края было предложено военным губернаторам областей позаботиться об устройстве в уездных городах за счет местных средств приготовительных пансионов для кыргызских детей. Устройство такого пансиона намечалось в г. Токмаке еще 1870 г., но он открылся в г. Пишпеке. Перед этими пансионами ставилась задача подготовить из местного населения переводчиков и письмоводителей в которых местная администрация очень нуждалась. Для подготовки таких лиц с 1 октября 1874 г. открылся пансион в г. Караколе, который назвали киргизской школой или же ученической квартирой. Здесь обучалось 10 мальчиков - по одному из 9 кыргызских, и 1 калмыцкой волостей уезда. Содержание школы было возложено целиком на кыргыз. По общественным приговорам кыргызских волостей был введен 15-ти копеечный сбор с каждой юрты, дававший ежегодно 1840 рублей. Кроме того, киргизы пожертвовали на школу 2000 рублей.

Ученики жили и питались, одевались при школе. Их обучали татарской грамоте, они посещали русскую школу для изучения языка. Но 1 октября 1878 г. из за недостатка средств эта школа была ликвидирована. Первоначальное предположение о возможности совместного обучения детей русского и местного населения в одних и тех же школах на практике не осуществилось. Так как местное и русское население жили обособленно, что не давало детям возможности посещать одну и ту же школу, да и сама задача обучения, методы занятий не могли быть одинаковы. Это отмечал в своем протоколе от 29 мая 1907 г. попечительский комитет Туркестанского края, подытоживая там свою деятельность. Возникла необходимость открытия особых школ для местного населения, соответствующих его взглядам: то есть открыть особые школы, где наряду с прохождением «родной грамоты» и основ мусульманства, по традициям местного населения, учащиеся изучали бы русский язык, такие школы могли бы стать приемлемыми для местного населения и отвечали бы интересам царской администрации. И по распоряжению от 20 июня 1886 г. в Туркестане для детей коренных национальностей официально стали открываться и распространятся так называемые русско-туземные школы, перед которыми ставилась двойная задача: во-первых, научить детей местного населения русскому языку, и во-вторых, сохранить то «образование» которое давалось ранее мектебах и укоренилось среди местного населения. Туркестанская администрация стремилась устранить недоверие местного населения и рассеять опасения по поводу вытеснения из школ религиозных вероучений. В начале в этих школах учились дети бедняков, богатые дети туда ходили крайне неохотно, предпочитая отдавать в эти школы детей бедняков - их отправляли насильно. «1895 г. из Заукинской волости в русско-туземное училище были направлены дети бедняков а в одном официальном сообщении сказано, что в этих школах «отдает детей только бедняк, которому некуда их давать» Один из заведующих русско-туземных школ писал, «…7/8 уходящих раньше окончания курса школы были дети состоятельных кочевников их любимые сынки, а дети бедных наоборот, крепко держались за свои вакансии». Только в дальнейшем, когда кыргызская знать и нарождающаяся торговая буржуазия поняли выгоду, которую можно было извлечь из полученного в русско-туземных и русских школах образования. Они стали отдавать в эти школы и своих детей.

Первые русско-туземные школы находились в очень тяжелых условиях: не хватало денег для их содержания, не было учебных пособий и зданий. Это отразилось на их деятельности: так в 1888 г. было 22 таких школ, то их число не менялось до 1894 года., число учащихся колебалось от 375 до 464, в течении первых 9 лет школу окончило всего 113 учеников в среднем по 12 учеников в год.

Первая русско-туземная школа в Кыргызстане была открыта 3 октября 1884 г. недалеко от г. Токмак - здесь жили в основном дунгане, перешедшие в пределы России в 1877 г. из Кашгара. Но эта школа не дала результатов - за 11 лет обучения только 2 человека научилось русскому языку. Вторая русско-туземная школа была открыта в 1887г. в Оше, только затем были открыты школы в г. Токмаке, в Сокулуке, Джумгале, в селе Панфиловском, в урочище Кетмен-Тюбе, на юге в Суусамыре и в Арымской волости. В 1911 г. в Пржевальске открывается женская русско-туземная школа с 23 ученицами, затем такая же школа открывается в Токмаке. Перед 1917 г. на территории Кыргызстана существовало 16 русско-туземных школ, во всех этих школах обучалось 750 учащихся - 670 дети местного населения в том числе 614 мальчиков и 56 девочек. Занятие учащихся в русско-туземных школах проходили одновременно в двух классах: русском и туземном. Каждый ученик проводил 2 часа в одном классе, 2 часа в другом. Обучение с ними вели 2 учителя, русский, назначенный администрацией и туземный, избранный из местного населения. Работали они совершенно обособленно друг от друга, каждый по своему особому методу. Согласно утвержденному в 1895 г. расписанию занятий, дети не учились в воскресные дни, а по пятницам занятия только для желающих. Таким образом, все учащиеся занимались в русском классе по 11 часов еженедельно. Занятия начинались 1 августа и заканчивались 1 июня, а в степных областях с 1сентября по 1 мая. Праздники, как мусульманские, так и христианские считались свободными от учебы. По содержанию обучения русско-туземные школы были отнесены к низшему типу русских школ. В одном из циркуляров было сказано: «в отношении учебной программы ограничить преподавание сообщением основных начал русской грамотности, т.е. приучением к правильному чтению, письму, и счету (математики) в пределах строгого необходимых для элементарных потребностей инородческого быта, а главное - направить усилия к возможно более совершенному усвоению туземцами русской речи и наибольшего навыка в употреблении обыденного, разговорного языка. Переводный метод обучения при помощи транскриптированного русского алфавита был введен во всех русско-туземных школах края. Занятия носили чисто механический характер, и ограничивались изучением отдельных русских слов и фраз, переводами их на родной язык и заучиванием грамматических правил. Ученики умели читать по-русски, но часто только механически, с совершенно произвольной установкой ударений. Такая же ситуация складывалась и на занятиях арифметикой - не понимая русской речи и не имея соответствующих терминов на родном языке, могли только механически вычислять, причем нередко доходили только до деления целых чисел, практика же их в решении задач была совсем ничтожна. Занятия по такой системе велись во всех русско-туземных школах края в течении 8-10 лет. Так как школы не могли обучить местное население разговорному русскому языку, то постепенно начал развиваться наглядный или натуральный метод обучения. Впервые он был применен в 1894 г. под председательством директора народных училищ С. Граменицкого, была создана особая комиссия для выработки программы и учебного плана занятий, соответствующих приемам наглядного метода обучения. По новой программе учебный материал распределялся строго по годам обучения и включал в себя элементы русской грамотности, некоторые сведения по географии и естествознанию и истории, которые должны были также усваиваться на уроках русского языка в старших классах. К программе была приложена методика обучения арифметике: в первый год обучения положено было пройти счет до 100 и вычислить до 20; во второй год счет до 1000, вычисления до 100 и решение задач; в третий год - счет до миллиона и решение задач в пределах 1000; четвертый год - нумерацию чисел любой величины и ознакомление с простейшими дробями. Но эта программа на практике была применена не полностью. Не случайно сенатор К.К. Пален, ревизировавший деятельность Туркестанских школ в 1908 г. писал, что «…занятия в этих училищах ограничиваются изучением русской азбуки, чтения и переводов на родной язык некоторых статей и принятых книг для чтения и заучиванием наизусть некоторых стихотворений и басен. Количество прочитываемых и выясняемых при классных беседах статей не значительно, до ознакомления с географией и историей России они не доходят, и по арифметике не проходят всего материала, указанного в программах. В общем, повторяются недостатки постановки дела, какие наблюдались в первый период существования этих училищ, когда в них практиковался переводный метод обучения». Одновременно с разработкой новых программ велась и работа по созданию специальных учебников для русско-туземных школ. Одним из первых авторов учебников в Туркестане был С. Граменицкий. К концу XIX века русско-туземные школы получили первую, вторую и третью книги для чтения С. Граменицкого, составленному по наглядно-разговорному методу. Крупным недостатком этих учебников было полное игнорирование родного языка учащихся. Учебными пособиями по арифметике служили «сборник арифметических задач» Малинина и Буренина, а с 1890 г. основным учебником стало «начальная арифметика» того же С. Граменицкого. Кроме того, использовались такие учебники как «Родное слово», «Детский мир», К.Д. Ушинского «Мир в рассказах для детей» И.П. Вахтерова «Книга для чтения» Л.Н. Толстого, они расширили кругозор детей и несколько облегчили усвоение русского языка.

А в туземных классах единой программы не существовало. Так как все учебники были составлены на арабском и персидском языках, то детям приходилось заниматься грамматикой 3-х языков (русского, арабского, персидского), что не могло не отражаться на качестве обучения и усвоения. Определенных часов не было, муллы занимались столько, сколько хотели. Главная цель их состояла лишь в том, чтобы ознакомить детей с основами мусульманского вероучения. В качестве учебника использовался узбекский словарь «Устоди - Авваль» - «Первый учитель» С. Азизова и «Самоучитель Оракулова». Хаджибеков - учитель русско-туземной школы составил на основе арабского алфавита «Букварь для киргизских школ в Туркестанском крае» изданный в Оренбурге в 1912 г. Многие русско-туземные школы Кыргызстана имели свои библиотеки. Например, в Токмакской школе на 1899 г. было 115 книг в 189 томах, 1908 году в Ошской школе был от 128 томов, а в Кетмен-Тюбинской 186. Но в основном это были книги религиозно-нравственные или по различным отраслям сельского хозяйства.

Кроме того, в русско-туземных школах были введены классы ручного труда. Так, например, при Токмакской школе обучали сапожному, переплетному и столярно-токарному мастерству: в классах находилось необходимое оборудование - верстаки, станки, машины инструменты и материалы Обучение ручному труду не способствовало подготовке ремесленников или мастеровых, но оно давало некоторые навыки ручного труда. Так каковы же общие результаты деятельности русско-туземных школ? Из них, хотя бы и в небольшом количестве выходили переводчики или писари местных царских администраций; некоторые выпускники могли поступить в городские училища, так как после его окончания могли бы свободно получить какую-нибудь должность и приличное жалование. Но, в городском училище вакансия для детей кыргызов была очень ограниченной.

После завершения обучения в русско-туземной школе многие выпускники стали впоследствии учителями, советскими работниками, занимали крупные посты в Киргизии, например, А. Сыдыков. Из числа бедных дехкан были З. Кыдырбаев, И.О. Орозалиев, А. Омурзаков, Г. Ульджоватов, А. Чакнаков и многие другие, которых русско-туземные школы вывели из неграмотности, и если можно так сказать, дали «путевку в жизнь» на том историческом этапе нашей республики Кыргызстан.



б) Дореволюционные русские школы



Открывая русские школы в Туркестане, царская администрация, прежде всего, заботилась об образовании детей русских поселенцев края. Школы были двух типов: начальные - для детей «русских простолюдинов», которым полагалась ограничиться элементарным обучением, здесь же допускалось совместное обучение русских детей с «инородцами» т. е. кыргызами, узбеками, и представителями других местных национальностей; и училища для детей купцов, чиновников и др. состоятельных лиц, которые в дальнейшем могли получить гимназическое образование. Училища второго типа открывались в уездных городах или пунктах с оседлым населением. Распространение таких училищ, в основном в Кыргызстане шло с севера на юг, так как присоединении Кыргызстана к России началось с севера.



в) Начальные училища



Начальные училища делились на высшие и низшие: первые появились позднее по положению от 25 июня 1912 года. В низшие училища входили: приходские, церковно-приходские, частные, сельскохозяйственные и городские училища. К числу приходских относилась большая часть училищ, учрежденных на основании положения 1828 г. В городах большей частью существовали отдельные мужские и женские училища, в селениях же почти все приходские школы предназначены для совместного обучения. В приходские училища допускались все дети, независимо от социального положения и вероисповедания. Мальчики принимались не моложе 8 лет, девочки не старше 11-12 лет, от поступающих не требовали платы за обучение. Приходские училища руководствовались изданными в 1897 г. министерством просвещения программами, согласно которым предметами обучения являлись закон божий, русский язык, чистописание, четыре действия арифметики, пение. Там, где было много ремесленников, в приходских школах мог учреждаться второй класс, где преподавались некоторые предметы из программ младших классов уездных училищ, или организовываться ремесленные классы для мальчиков. В женских училищах и в училищах по совместному обучению, где имелись опытные учительницы, девочки обучались также шитью, вязанию и вышиванию. Многие сельские училища края также имели посевные земли и приусадебные участки, на которых разводились фруктовые сады. В сельских приходских училищах обучение начиналось по окончании полевых работ и продолжалось до начала их в следующем году. При этом требовалось, чтобы обучение продолжалось ежегодно не менее 5 месяцев или, по крайней мере, 4-х месяцев. В городах обучение в приходских школах продолжалось весь год, за исключением обыкновенных летних каникул, а занятия велись по 4 часа ежедневно, кроме воскресных и праздничных дней.

По одним данным 1-я начальная школа, на территории Кыргызстана была открыта в 1874 г. в г. Караколе, а в 1875 г. она была преобразована в двухклассное училище. По другим данным первая школа в Кыргызстане открывается 9 февраля 1870 г. в г. Токмаке, а Каракольская школа была преобразована в двухклассное училище не в 1875 г. а в 1879 г. Постепенно приходские одно- и двухклассные мужские и женские училища стали открываться почти во всех городах и русских селениях Кыргызстана.

Наряду с приходскими училищами были широко распространены и церковно-приходские школы, которые были подведомственными Туркестанскому епархиальному училищному совету. Они получили в Кыргызстане довольно большое распространение. Так в начале 1917 г. в Пишпекском уезде их было 18, а в Пржевальском 17. Говоря о приходских и церковно-приходских училищах, нельзя не отметить самый крупный недостаток в их работе - большую текучесть учащихся, - по бедности родителей или по болезни, очень многие учащиеся вынуждены были оставить школу. Учебные программы училищ в Туркестане часто менялись: в 1885 г. был введен 4-х летний курс обучения, в 1885 - 3-летний, а в 1897 г. - опять вводится новая программа, сохраняется только время обучения. Согласно программам, весь учебный материал делится на 3 года. В двухклассных училищах курс обучения длился 5 лет. Основой воспитания в училищах служили нравственные начала: - основная цель заключалась в том, чтобы воспитать в учениках религиозные и верноподданнические чувства. Не случайно закон божий был первым и главным предметом обучения. В целом постановка учебного дела в приходских училищах, особенно сельских, оставляла желать лучшего. Во многих училищах ученики не владели элементарными навыками устной и письменной речи. Тетради по русскому языку, арифметике и чистописанию содержались небрежно, знания по русской истории и географии у многих учеников были недостаточными. В большинстве своем дети не могли отвечать самостоятельно, повторяя за учителем или отвечая на отдельные вопросы. Главная причина этого заключалась в недостаточном уровне подготовки и количестве учителей, а также нехваткой учебников и учебных пособий.

Итак, русские начальные школы в Кыргызстане получили широкое распространение. Не было почти ни одного русского поселения, в котором не имелось бы школы. При этом обучение охватывало почти большинство русских детей школьного возраста и незначительное число «инородцев». Несмотря на ряд недостатков, этих школ, начальные училища играли положительную роль в распространении элементарных знаний среди основной массы населения.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Таким образом, на основании предложенного здесь материала, можно сделать следующий вывод, что развитие исторической науки и национальной литературы сдерживалось отсутствием разветвленной системы народного образования в Кыргызстане. 

Ещё в первой половине XIX в. на юге Кыргызстана стали возникать чисто конфессиональные школы: мектебы и медресе, в северных районах они появились во второй половине XIX в. Как и в средневековье, обучение в мектебах по буквослогательному методу сводилось к чтению Корана, других религиозных книг, отрывков из произведений классиков восточной литературы, письму на арабском языке, простейшему счету. Окончившие эту школу имели право продолжить учебу в медресе - высшей конфессиональной школе в мусульманском Востоке.

Здесь учащиеся изучали мусульманское религиозное и гражданское право, науку исчислений, медицину, арабский язык.

Устройство и содержание медресе обеспечивалось за счет доходов вакфов, т. е. земель принадлежащих мечетям. Вакф представлялся в виде дара или по завещанию. Его выпускники в основном являлись служителями мечетей и учителями (муллами) мектебов. Но из их среды наиболее способные и пробивные занимали должность мударриса - преподавателя медресе, казия - судьи-толкователя мусульманского права и муфтия - высшего мусульманского духовного лица, имевшего право выносить решения по религиозным и религиозно-юридическим вопросам.

В 1914 г. в Ошском уезде действовало 88 медресе с 1176 учащимися (на севере Кыргызстана их почти не было, только в городе Пржевальске имелось одно медресе при малой узбекской мечети с 45 учащимися), 229 мектебов с 3,2 тыс. учащимися, и в том числе женских 33 с 511 учащимися. К концу 1912 г. в 28 волостях Пржевальского уезда функционировало 128 мектебов с более чем 2,3 тыс. учащимися (в их числе 42 девочки), а в 21 Кыргызской волости Пишпекского уезда соответственно 59 и 1,3 тыс. В районах с кочевым населением обучение детей проходило традиционно в обычных юртах. Начиная с 1901 г. представители татарской интеллигенции организовывают новометодные школы на территории Кыргызстана, в которых наряду с вероучением изучались общеобразовательные дисциплины. Обучение грамоте велось на татарском, казахском, узбекском языках с помощью букварей. Преподавание отвечало классовым интересам зарождавшейся мусульманской буржуазии. Такие школы возникли в Пишпеке, Токмаке, Пржевальске, Чон-Кемине, Куртке (Ак-Талинского района), в местностях Туура-Суу Тонской волости, Кайнар, Джети-Огуз, Джумгале, Кара-Булак, Куланакской долины. В этих школах обучались дети кыргызской знати. После присоединения Кыргызстана к России местные власти приступили к организации в крае начальных школ разного типа для детей переселенцев. Первая начальная школа была открыта в 1870 г. в г. Токмаке, в 1874 г. в г. Пржевальске, в 1876 г. в г. Оше, и др. Затем в 1884 г. стали появляться церковно-приходские школы, которых насчитывалось в то время 23 с 1,5 тыс. учащимися. 3 октября 1884г. в Кара-Кунузском поселении (около г. Токмак) была открыта первая школа русско-туземного типа. Уже к октябрю 1917 г. на кыргызской земле работало 16 русско-туземных школ с охватом 750 учащихся, в их числе 56 девочек. По содержанию учебной программы они были отнесены к низшему типу русских начальных школ. В некоторых школах действовали подготовительные отделения. В двухсменной школе по окончанию обычного курса русско-туземных школ дети ещё в течение 2-х лет изучали русский язык, арифметику, географию и естествознание в общем объеме установленной программы, а в «туземном классе» продолжали зубрёжку арабских текстов и основ мусульманского вероисповедания. До революции на территории Кыргызстана действовало только одно среднее учебное заведение - Пишпекская мужская гимназия и два неполных средних учебных заведения - Пишпекская и Пржевальская женская прогимназии, 107 школ (в т.ч. 103 начальные), в которых обучались 7041 человек из них 574 кыргыза. Знания им давали 216 учителей. В составе учащихся всех учебных заведений преобладали дети царских чиновников, русских кулаков, торговцев, бай-манапов. Высших и среднеспециальных учебных заведений не было вообще. По данным переписи 1897 года, грамотность населения Кыргызстана составляла 3,1 % в том числе у кыргыз 0,6 % на основании предложенного здесь материала, можно сделать вывод, что основанные в Кыргызстане после его присоединения к России школьные учреждения и профессиональные училища стали важными источниками проникновения русского языка в среду учащихся из числа кыргызской молодежи и представителей других национальностей. Это дало им в дальнейшем возможность узнать посредством русского языка сокровища мировой культуры. В основном эти школьные учреждения держались за счет добровольного пожертвования городского и сельского населения, в массе своей часто даже не состоятельного, но понимавшего необходимость светского образования и знаний «русской грамоты» и русского языка.

Источников по этой теме достаточно много и в нашей республике, и в странах ближнего зарубежья – России, Казахстане, Узбекистане. Огромное количество непеработанных данных ждут своего исследователя для дальнейшего изучения и изложения с современной точки зрения, соответствующих реалиям нашего времени.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕТРАТУРЫ



Источники:

1. Бобровников Н. А. Русско-туземные училища, мектебы и медресе Средней Азии. Путевые заметки. Спб., 1913. 

2. Граменицкий С. Очерк развития народного образования в Туркестанском крае. Ташкент, 1896.

3. Граменицкий С. Положение инородческого образования Сыр-Даринской области. Ташкент, 1916.

4. Мадрасы в Туркестане//Туркестанские ведомости, 1871, №9.

5. Остроумов Н.П. Исторический очерк народного образования в городах и укреплениях бывшей Сырдарьинской линии и Туркестанской области с 1860 – 1867 гг. Ташкент, 1899.

6. Остроумов Н.П. Мусульманская высшая школа (Мадрасы). Спб., 1911.

7. Остроумов Н.П. Фон Кауфман. Ташкент, 1899.

8. Пален К.К. Отчет по ревизии Туркестанского края, произведенной по высочайшему повелению сенатором – гофмейстером, графом К.К. Паленом. Спб., 1910.

9. Пален К.К. Материалы к характеристике народного хозяйства в Туркестане. Таблицы. Часть 1-2. Спб., 1911.

Литература

1. Айтмамбетов Д.О. Дореволюционные школы в Киргизии. Фрунзе, 1961.

2. Айтмамбетов Д.О. Культура киргизского народа во второй половине XIX начале XX вв. Фрунзе, 1967.

3. Айтмамбетов Д.О. Некоторые данные о лечебных, культурно-просветительных учреждениях и печати в Киргизии во второй половине XIX начале XX вв. АН Кирг. ССР. Фрунзе, 1959.

4. Айни С. Бухара (Воспоминания) Т. 4. Сталинабад, 1957.

5. Асанканов А. Вопросы истории материальной и духовной культуры Киргизии. Фрунзе, 1987.

6. Бартольд В.В. Ислам. Общий очерк. Спб., 1918.

7. Бартольд В.В. История культурной жизни Туркестана. Ленинград, 1927.

8. Бактыгулов Дж.С. Историография дореволюционного Кыргызстана. Фрунзе. 1988.

9. Бактыгулов Дж.С., Момбекова Ж.К. История кыргызов и Кыргызстана с древнейших времен до наших дней. Бишкек, 2001.

10. Думенко М.Ф. Русско-туземные школы Туркестана. Ташкент, 1957.

11. Измайлов А.Э. Очерки по истории советской школы в Киргизии за 40 лет. Фрунзе, 1957.





2