Д. И. Фонвизин

8





Д. И. Фонвизин



Денис Иванович Фонвизин принадлежит к числу крупнейших русских писателей. Лучшая комедия его — «Недоросль» —до сих пор не сходит со сцены, а имя одного из героев ее — Митрофана — давно уже стало нарицательным и обозначает ленивого, невежественного, грубого человека.

Фонвизин родился в 1745 {по другим данным — 1744) году в дворянской семье. Десяти лет он поступил в гимназию при только что открытом Московском университете. Гимназия и университет составляли в то время нечто целое и объединялись современниками под общим названием университета. Фонвизин проучился там семь с половиной лет. В стенах университета, являвшегося любимым детищем Ломоносова, он серьезно заинтересовался литературой, стал писать и напечатал несколько своих переводов.

Весной 1762 года Фонвизин был «произведен в студенты», но уже осенью простился с университетом и перешел на службу в Иностранную коллегию, где занял должность переводчика. Оттуда Фонвизин перевелся в придворное ведомство к вельможе Елагину, управлявшему театрами. Кружок литераторов, группировавшихся вокруг Елагина, работал для русского театра, и Фонвизин принял участие в общих трудах, написав комедии «Корион» и «Бригадир».

Много тяжелых впечатлений от русской действительности скопилось в душе отзывчивого юноши.

В России народ стонал под игом крепостного права. Крестьяне работали на помещичьих полях пять — шесть дней в неделю, иногда их заставляли выходить и по воскресеньям. Рабский труд сопровождался неслыханными притеснениями и мучительством крестьян со стороны дворян-помещиков. В России происходила торговля людьми.    Крепостных    продавали    целыми    деревнями, семьями и порознь, разлучая мать с сыном и мужа с женой.

Вступившая в 1762 году на престол Екатерина! II запретила крепостным жаловаться на своих помещиков государственной власти и предоставила дворянам право суда в имениях. Народ волновался и восставал. Случая убийства помещиков, поджога усадеб насчитывались в 60-х годах десятками. Не за горами была грозная крестьянская война под водительством Емельяна Пугачева.

Все это знал и обо всем этом думал Фонвизин. В среде вельмож, в придворном кругу он видел чудовищные злоупотребления властью, взятки, обман, раболепие перед знатностью и богатством.

Правящее сословие— дворянство — коснело во мраке невежества, Проcтаковы и Скотинины растили своих Митрофанов. Молодые дворяне, прошедшие школу у французских кучеров и парикмахеров, не имели понятия о национальном достоинстве. Погоня за иностранными модами разоряла помещичьи гнезда.

В своих стихах этой поры Фонвизин высмеивает придворную лесть и подхалимство, сомневается в целесообразности существующего на земле порядка, якобы установленного богом. Стихи эти печатать было нельзя, но они широко распространялись в рукописях. Современники хорошо помнили строки из «Послания к слугам моим Шумилову, Ваньке и Петрушке»:



Попы стараются обманывать народ,

 Слуги — дворецкого, дворецкие — господ, 

Друг друга — господа, а знатные бояря

 Нередко обмануть хотят и государя; 

И всякий, чтоб набить потуже свой карман, 

За благо рассудил приняться за обман...



В 1769 году Фонвизин сближается с графом Никитой Паниным — руководителем Коллегии иностранных дел — и переходит на службу в коллегию. Вскоре он становится ближайшим помощником и другом Панина, выполняет важнейшие дипломатические поручения.

Панин был воспитателем сына Екатерины II, Павла Петровича, на которого возлагало надежды русское дворянство, недовольное правлением императрицы. Фонвизин активно участвовал в политической борьбе на стороне дворянской оппозиции. Он считал, что правительство, поддерживая поместное дворянство, жестоко угнетая крепостных крестьян, совершает ошибку и может вызвать восстание народа.

Фонвизин полагал, что нужно уничтожить рабство крестьян, навести порядок в управлении государством, привлечь наиболее образованных и прогрессивных дворян к руководству страной, ограничив бесконтрольную власть монарха «основательными законами», то есть дворянской конституцией.

Преувеличивая роль и значение дворянства, изображая его единственным носителем чести и разума в стране, Фонвизин с тем большей силой обрушивался на представителей дворянского сословия, изобличая их невежество, корыстолюбие и дикость. Тем самым Фонвизин в своих произведениях выступал против правительственной политики и на этом пути вскоре столкнулся с самой императрицей.

Правительство боролось с дворянскими либералами, отрешало их от видных государственных постов. Так был уволен в отставку и Н. И. Панин. Перед его смертью Фонвизин написал политическое завещание Панина, предназначенное для наследника престола, Павла, Петровича. В этом документе излагалось бедственное состояние всех сословий в России, подчеркивалось невыносимое положение крепостного крестьянства. Монархическая Россия характеризовалась как страна, где каждый «может быть завсегда или тиран, или жертва». Необходимо, чтобы самодержавие было ограничено твердыми законами, чтобы всем сословиям были предоставлены гражданские права.

Фонвизин любил Россию активной, действенной любовью, не скрывая от себя вопиющих недостатков крепостнического строя и борясь с ними, сколько хватало сил.

Несколько раз Фонвизин бывал за границей и хорошо ознакомился с европейскими странами. Они не очаровали писателя. «Славны бубны за горами» — вот какой вывод сделал он из своих путешествий.

В одном из писем Фонвизин так подвел итоги заграничным впечатлениям: «Я увидел, что во всякой земле худого гораздо больше, нежели доброго; что люди везде люди; что умные люди везде редки; что дураков везде изобильно и, словом, что наша нация не хуже никоторой, и что мы дома можем наслаждаться истинным счастием, за которым нет нужды шататься в чужих краях».

В 1769 году Фонвизин написал комедию «Бригадир». Пьеса эта, перед постановкой многократно читанная автором в дружеских кружках, была восторженно принята слушателями, а затем и зрителями. Всех поражали верность характеров и типичность образов комедии.

Для многих представителей дворянского сословия, слепо преклонявшихся перед всем иностранным, заграница казалась «земным раем». Высшим счастьем почитали они поездку в Париж, слывший центром мод и развлечений. Фонвизин очень верно схватил эту черту в рассуждениях одного из героев комедии «Бригадир»— Иванушки: «Тело мое родилось в России, это правда; однако дух мой принадлежал короне французской». Такие «русские французы» презирали национальную куль-туру, третировали русский народ, не говорили на русском языке и были дурными сыновьями своего отечества. Их сурово осудил Фонвизин.

Главной в комедии является мысль о воспитании. Фонвизин с негодованием порицает Иванушку, получившего французское воспитание и зараженного презрением ко всему национальному, русскому. В этом направлении Фонвизин близко примыкал к сатире Н. И. Новикова, боровшегося с французоманией дворянского общества в своих журналах «Трутень» и «Живописец». Смешны и противны фигуры Иванушки и советницы, подобострастно подбирающих крохи иностранной культуры, вернее, того, что им кажется культурой, а на самом деле только рабски следующих заграничным модам. Они коверкают русский язык, наполняя его французскими словами и фразами, которых не понимают окружающие их люди. Так нельзя воспитывать молодежь, говорит Фонвизин, и художественная сила его дарования делала эту мысль особенно убедительной.

Непривлекательно выглядит в пьесе и старшее поколение. Советник был видным судейским чиновником, он отставлен за взятки, но ни капли не исправился. Это лихоимец, хапуга и лицемер. С меньшей сатирической силой, но все же достаточно резко изображен бригадир.

Ограниченный служака, грубый и жестокий человек, он также подвергается осуждению автора.

Пристального внимания заслуживает фигура бригадирши. Фонвизину удалось изобразить в ней не только смешную, необразованную женщину, но и вскрыть черты страдающего человека. Жена, подчиненная грубому мужу, вынужденная терпеть несправедливые упреки и даже побои, несмотря на комизм всех положений, становилась по-своему симпатичной зрителям. «Бригадирша ваша всем родия»,— заметил автору Н. И. Панин; и свидетельства других современников подтверждают такое же впечатление, вынесенное ими из знакомства с новым произведением Фонвизина.

В комедии Фонвизин намечает и положительных героев. Добролюбов и Софья не похожи на остальных действующих лиц, но краски этих образов еще не отчетливы, внимание автора сосредоточено на изображении пороков и недостатков, типичных для дворянской среды. Позднее в «Недоросле» Фонвизин уверенно и полно обрисует фигуру Стародума, являющего, по его мнению, пример, достойный подражания.

В комедии «Недоросль», написанной в 1782 году, Фонвизин выводит на сцену представителей некультурного, развращенного помещичьей властью дворянства, показывает, каким испорченным вырастает молодое поколение в этой среде, и заявляет свой протест против засилья Скотининых. А именно этот слой мелкого провинциального дворянства составлял наиболее надежную опору власти Екатерины в 70—80-е годы. Писатель указывает, как следует ограничить произвол, чинимый помещиками над крепостными. Представитель государства, чиновник Правдин, убедившись в неспособности Простаковой управлять крестьянами, берет ее имение в опеку от имени правительства. На самом деле такого закона не существовало. Помещики были властны в жизни и смерти своих крепостных. Когда Фонвизин вводил сцену лишения Простаковой господских прав, он подсказывал зрителям и правительству один из возможных путей пресечения помещичьего произвола. Это было смелым и принципиальным шагом писателя, неодобрительно встреченным Екатериной. Царица была недовольна свободомыслием Фонвизина, его стремлением вмешиваться в общественные дела и лечить социальные язвы.

Она вскоре ясно дала почувствовать это писателю, грубо оборвав его литературную деятельность в, в сущности,; прекратив ее.

Фигура Простаковой схвачена и изображена Фонвизиным с необычайной верностью и реалистичностью. Он глубоко понял неразумность ее слепой, животной любви к своему детищу, Митрофану,— любви, которая, в сущности, губит ее ненаглядного сына. Отвратительна Простакова в сценах с крепостными крестьянами, жалка при встречах с Правдивым и Стародумом. Фонвизин ясно показывает, что Простаковы не должны управлять людьми: они губят самую идею власти, а могут погубить и государство, вновь доведя крепостной народ до восстания. Но при всем этом Простакова не зверь, а человек, пусть безнадежно испорченный средой и воспитанием, но все же человек. Писатель сумел показать это в последней сцене «Недоросля», когда потерявшая власть Простакова, увидев крушение своих замыслов, бросается к сыну с возгласом: «Один ты остался у меня, мой сердешный друг, Митрофанушка!» — и наталкивается на бессердечный и злой ответ его: «Да отвяжись, матушка, как навязалась...»—«Вот злонравия достойные плоды!» — говорит Стародум, заканчивая комедию: но эта оценка его относится не только к Простаковой, а и ко всей системе государственного порядка в России. Злонравие подданных есть прямое следствие дурных качеств государя, полагал Фонвизин; существованием своим Скотинины и Простаковы обязаны всему режиму, а стало быть, этот режим негоден и должен подвергнуться коренным изменениям.

«В «Недоросле» впервые выведено на свет и на сцену растлевающее значение крепостного права и его влияние на дворянство, духовно погубленное, выродившееся и развращенное именно рабством крестьянства»,— писал М. Горький в своей «Истории русской литературы».

Тема воспитания всегда сильно занимала Фонвизина. Он неутомимо ратовал за расцвет просвещения в России и считал, что воспитанные в строгих гражданских правилах дворяне будут достойными руководителями и опекунами крестьянского населения страны. А воспитание молодых дворян было поставлено очень дурно. Им часто занимались невежественные иностранцы, которым вверялись молодые люди, чьи родители были заражены ядом низкопоклонства перед заграницей и презирали свое, русское. Чему мог выучиться Митрофан у кучера-немца Вральмана, для того чтобы стать офицером или чиновником? Что мог вывезти из Парижа сын бригадира Иванушка, отправившийся во Францию с убеждением в безусловном превосходстве всего иноземного над отечественной культурой? Самые дурные качества характера, самые отсталые взгляды на науку, В(ражда к истинному просвещению характеризуют этих молодых дворян.

В литературе не раз высказывалось мнение о том, что Стародум, Милой, Софья, Правдин — это «идеальные» герои, что русская действительность не имела таких людей и автор «выдумал» их. Такой взгляд глубоко ошибочен; документы, мемуары и письма XVIII века резко ему противоречат.

В русском обществе, среди знакомых Фонвизина, были деятели, похожие на Стародума и Правдина, встречались образованные и чуткие девушки, напоминавшие Софью. Писатель обобщил их черты, представил в одном образе то, что находил у нескольких реальных прототипов, и нимало не грешил против истины.

С еще большей уверенностью изображал он Простаковых и Скотининых: такие персонажи встречались гораздо чаще среди русского провинциального дворянства второй половины XVIII века; но и здесь писатель неминуемо прибегал к обобщениям.

Для современников Фонвизина речи Стародума звучали политически остро и мудро, в них состоял едва ли не главный интерес спектакля. Фонвизин устами Стародума излагал патриотические убеждения лучшей части дворянского общества, порывавшего с потемкинским режимом насилия и невежества; он спорил с Екатериной II и давал ей наставления, каким должен быть «истинно великий государь». И эти мысли хорошо принимались зрительным залом. Недаром, начиная свой журнал «Друг честных людей», Фонвизин писал, якобы обращаясь к Стародуму: «Я должен признаться, что за успех комедии моей «Недоросль» одолжен я вашей особе. Из разговоров ваших с Правдиным, Милоном и Софьею составил я целые явления, кои публика и доныне с удовольствием слушает».

К числу  выдающихся  достоинств комедии относится также ее язык. Фонвизин строит языковые характеристики героев. Мал и беден словарь Митрофана и Скотинина; свободно владеют речью Стародум, Софья и Правдин. Много грубых и простонародных слов в речах Простаковой, язык ее не отличается от языка крепостных людей. Отставной солдат Цыфиркин пользуется выражениями, употребляющимися в военном быту; семинарист Кутейкин уснащает свою речь церковнославянскими словами и цитатами из духовных книг. Чтобы усилить характеристику Вральмана, писатель передает его ломаную русскую речь и подчеркивает неправильности произношения.

Высоко оценивал творчество Фонвизина великий революционер-демократ В. Г. Белинский, называвший комедии «Бригадир» и «Недоросль» «гениальными созданиями», а их автора — «самобытным и даровитым» писателем. «Фонвизин казнил в своих комедиях дикое невежество старого поколения и грубый лоск поверхностного и внешнего европейского полуобразования новых поколений»,— писал Белинский в первой статье о сочинениях Александра Пушкина.

Фонвизин подлинно явился творцом первой русской реалистической комедии. «Недоросль» открыл новую страницу в истории русской литературы и театра. Пушкин справедливо называл «Недоросль» «народной комедией» и «единственным памятником народной сатиры».

В 1788 году Фонвизин задумал издавать журнал «Друг честных людей», или «Стародум», о чем было напечатано объявление. Однако издание это не было разрешено, и подготовленные Фонвизиным материалы остались в рукописях. Статьи «Друга честных людей» показывают дальнейший рост художественного мастерства Фонвизина и развитие его гражданских идеалов. Он смело затрагивает вопрос о превосходстве парламентского строя над монархическим, о недостатках екатерининского режима, о вопиющих несправедливостях, творящихся при дворе под покровительством царицы.

Одним из наиболее острых и ярких произведений Фонвизина, предназначенных им для своего журнала, является «Всеобщая придворная грамматика», составленная в форме учебника. Грамматика Фонвизина дает меткие характеристики придворных нравов и вскрывает в весьма остроумных выражениях основные пороки представителей высшего сословия России. Нет сомнения в том, что автор, назвав свою грамматику «всеобщей», обобщал в ней многие черты, свойственные монархическому правлению вообще; но верно также и то, что прежде всего он имел в виду русскую царицу и ее придворных. Эту группу вельмож и их прихвостней Фонвизин без обиняков называет «подлыми душами», рассматривая шесть оттенков, их различающих. Льстецы, подхалимы, трусы, вымогатели, притворщики и подлецы — вот как характеризует сатирик качества придворных прихлебателей. С полной отчетливостью проведено разделение людей, составляющих царский двор, на «гласных», «безгласных» и «полугласных», определен «придворный падеж» как «наклонение сильных к наглости, а бессильных к подлости», указаны «придворные» наклонения, времена и глаголы, из которых чаще всего употребляется глагол «быть должным», хотя долгов при дворе не платят.

Попытка издания своего журнала характеризует Фонвизина как писателя-бойца, не желавшего складывать оружие. Но вряд ли он серьезно рассчитывал на успех своего начинания. Слишком ясно было, что Екатерина не хочет больше видеть в печати произведений Фонвизина. Пятью годами ранее она почти прямо заявила об этом. В 1783 году Фонвизин отправил в журнал «Собеседник любителей российского слова» вопросы к сочинителю «Былей и небылиц» — под таким названием императрица помещала в журнале свои длинные, нимало не остроумные и часто бессмысленные фельетоны. Вопросы Фонвизина были напечатаны, но Екатерина сопроводила их своими ответами, показавшими, сколь сильно она была раздражена смелостью автора и как резко потребовала от него безусловного подчинения.

В самом деле, Фонвизин поставил такие вопросы, которые не могли не задеть императрицу. Он спрашивал, например: «Отчего много добрых людей видим в отставке?», «Отчего известные и явные бездельники принимаются везде равно с честными людьми?», «Отчего в прежние времена шуты, шпыни и балагуры чинов не имели, а ныне имеют и весьма большие?» Каждый вопрос имел точный адрес, бил прямо в цель. Фонвизин затрагивал важнейшие темы дня — создание законодательных учреждении, введение гласного суда, отставку представителей дворянской оппозиции, фаворитизм и многое другое, Екатерина отвечала не по существу, лгала, изворачивалась, а в конце концов рассердилась и, отвечая на четырнадцатый пункт, указала, что «сей вопрос родился от свободоязычия, которого предки наши не имели».

Особенно четко точка зрения Екатерины была выражена в ответе на последний, двадцатый вопрос. «В чем состоит наш национальный характер?» — спрашивал Фонвизин. Для него было ясно, что отличительными чертами этого характера являются патриотизм, мужество, честность, верность гражданскому долгу, ненависть к рабству. Так думали все лучшие, передовые русские писатели; в таком свете рисовался русский национальный характер великому современнику Фонвизина—А. Н. Радищеву, Что же ответила Екатерина? Она потребовала от русского человека совсем иных качеств, считая, что наш национальный характер состоит в «остром и скором понятии всего, в образцовом послушании и в корени всех добродетелей, от творца человеку данных». Послушания— вот чего ждала императрица после крестьянской войны 1773—1775 годов, а именно раболепной покорности она и не видела со стороны Фонвизина. Он не соглашался, он спорил и становился опасной силой. Прежде всего надо было ограничить «свободоязычие» писателя, то есть запретить ему печататься.

И Екатерина сделала это. Фонвизин был устранен из литературы. Произведения его ходили в списках, но в печати не появлялись.

Последние годы жизни писателя были омрачены тяжелой болезнью. В 1792 году Фонвизин умер.

В сознание следовавших за ним поколений Фонвизин вошел как смелый свободолюбец, выступавший против императрицы Екатерины и ее приближенных, как борец против крепостного права. Именно так он воспринимался декабристами. Недаром Пушкин назвал его «другом свободы». Ни одна строка, написанная Фонвизиным и не пропущенная цензурой в печать, не пропала бесследно для читателей. Произведения Фонвизина переписывались от руки и пользовались большой известностью.

Для   русского   театра   Фонвизину   удалось сделать чрезвычайно много. В сущности, его «Бригадир» явился первой русской национальной комедией, как «Недоросль»— первой русской реалистической комедией. Путь к театру Гоголя и Островского был проложен Фонвизиным.

Фонвизин был одним из славных предшественников Гоголя и Щедрина. И сейчас живут на сцене образы, созданные великим сатириком. Смешны и противны советскому человеку неуч и лентяй Митрофан, невежественный и грубый Скотинин и помещица Простакова. Эти образы учат ненавидеть варваров и эксплуататоров.

Великий русский писатель, выдающийся деятель русской национальной культуры, Фонвизин дорог нам как один из замечательных людей прошлого. Творческое наследие Фонвизина легло краеугольным камнем в создание русской реалистической литературы, составляющей нашу законную национальную гордость.