Политические аспекты НЭПа

3



Введение



В истории России особое место принадлежит 20-м гг. С начала 1921 г. главными в жизни страны стали задачи мирного строительства. Специфика 20-х гг. состояла в многообразии форм социально-экономического развития, в остроте политической борьбы, потребовавших отмены политики «военного коммунизма», выработки и внедрения новой экономической политики (НЭП).

Проблемы НЭПа интересуют современных историков и публицистов как конкретный опыт рыночной экономики в условиях советского строя и история становления тоталитарного общества.

Исходя из вышеизложенного, можно определить цель написания данной работы.

Таким образом, цель данной работы – проанализировать политические аспекты НЭПа.

В соответствии с этим необходимо решить ряд взаимосвязанных задач:

– рассмотреть кризис «военного коммунизма» и переход к новой экономической политики;

– охарактеризовать сущность и содержание новой экономической политики;

– исследовать исторический опыт новой экономической политики большевиков.

Изучение данной темы основано на использовании частно-научных методов исследования: логический, сравнительно-правовой, метод анализа, статистический, конкретно-социологический и другие.

Теоретической основой настоящей работы являются труды специалистов в области истории: М.С. Грушевский, А.С. Орлов, В.Я. Хуторской и многие другие.

Структура работы определяется целью и задачами исследования и в соответствии с этим состоит из введения, трех разделов, заключения и библиографического списка.






1. Кризис «военного коммунизма» и переход к новой экономической политике



Полное и правильное представление о событиях 20-х годов, взлете и падении рыночной экономики, политических дискуссиях вокруг НЭПа невозможно без понимания предыдущего этапа, который известен под названием «военный коммунизм».

Политика «военного коммунизма» довела народное хозяйство страны до полного краха. В 1920 г. объем промышленного производства по сравнению с 1913 г. сократился в 8 раз, выплавка чугуна и стали – до 2,5–3%. Годовое производство сахара уменьшилось до 2,3 фунта на человека против 20 фунтов в 1913 г., а мануфактуры – до 1 аршина против 25 в 1913 г. Производительность труда сократилась более чем в 5 раз. Из-за отсутствия топлива, изношенности подвижного состава, плохого состояния была парализована работа железных дорог. В начале 1921 г. из-за отсутствия сырья и топлива прекратили работу 200 крупных предприятий в Петрограде. Из более 200 кожевенных предприятии Енисейской губернии работали, причем с неполной нагрузкой.

Тяжелый кризис переживало сельское хозяйство. Посевные площади по стране сократились за 1913–1920 гг. более чем на одну треть. В главных хлебопроизводящих районах сокращение было еще большим. Основной причиной сокращения посевов являлись насильственное изъятие излишков и отсутствие рынка. Снижалось в первую очередь производство главных рыночных культур – яровой пшеницы и овса. Непомерно выросли посевы гречихи, которая в 1920 г. в Центрально-Черноземных губерниях занимала четверть посевной площади. В Псковской губернии посевы главной товарной культуры – льна – сократились в 10 раз. Площадь под сахарную свеклу уменьшилась в 3,5 раза, под хлопок – в 7 раз.

Из-за плохой обработки земли, ухудшения семенного материала, нехватки удобрений снижалась урожайность. В 1920 г. валовой сбор зерновых был в 2 раза меньше среднегодового показателя за 1909–1913 гг. Неурожай 1921 г. стал в этой обстановке настоящей катастрофой, унесшей жизнь еще 5 млн. человек. Сухие цифры статистики сохранили для нас страшную картину вымирания населения. На 1920 г. в Москве на тысячу жителей приходилось 46,6 смертей против 21,1 в 1913 г., а в Петрограде 72,6 и 21,4 соответственно.

Самая высокая смертность была среди мужчин работоспособного возраста. Вымирала самая активная часть населения, от которого зависело будущее страны. К этому следует добавить более 2 млн. эмигрантов, среди которых были крупнейшие ученые, писатели, композиторы, цвет российской интеллигенции. Потери генофонда страны были невосполнимы и сказались на дальнейшем развитии ее интеллектуального потенциала и культуры.

Однако самым опасным для большевиков был политический кризис – угроза власти.

Уже летом 1920 г. власти столкнулись с массовым крестьянским движением. Осенью и весной 1921 г. оно усилилось и охватило крупнейшие районы страны – Центрально-черноземные губернии (антоновщина), Поволжье, Северный Кавказ, Дон. Одним из крупнейших являлось движение крестьян Западной Сибири. Восстание охватило громадную территорию от Петропавловска до Тобольска, от Омска до Кургана и Тюмени Восставшие захватили Петропавловск и Тобольск, перерезали Сибирскую магистраль, по которой сибирский хлеб доставлялся и центр страны. В январе – феврале начались массовые забастовки рабочих в Москве, Петрограде и других городах. Вершиной антибольшевистского движения стало выступление кронштадтских матросов, начавшееся 1 марта 1921 г. В руках восставших оказалась главная военно-морская база страны. Противниками большевистского режима выступили матросы Кронштадта, сыгравшие главную роль в октябре 1917 г. и сражавшиеся на важнейших фронтах гражданской войны.

Объединение антибольшевистских движений было бы гибельным для советской власти. Несмотря на разрозненность и социальную неоднородность, отсутствие разработанной политической программы, просматривались общие причины недовольства, общие требования восставших: отменить продразверстку и восстановить свободу торговли, мелкого производства, ликвидировать произвол ВЧК, восстановить свободные выборы Советов с участием всех партий при всеобщем и тайном голосовании, восстановить свободу слова, печати, собраний, созвать Учредительное собрание.

Советские власти применяли самые жестокие меры для подавления восстаний. Но для лидеров партии и многих рядовых коммунистов было понятно, что одними военными мерами подавить народное движение невозможно. Угроза полного экономического краха и потери власти вызвала колебания и неуверенность. В руководящие партийные органы поступали письма от многих местных работников с предложением изменить продовольственную политику. Лишь весной 1921 г., когда кризис стал всеобщим и угроза потери власти реальной, В.И. Ленин и большевистское руководство решились на изменение экономической политики.



2. Сущность и содержание новой экономической политики



Первые шаги к НЭПу осуществлялись под руководством Ленина. На Х съезде РКП (б) (март 1921 г.) принимается решение о замене продразверстки продовольственным налогом. Это была значительная уступка крестьянству. Теперь оно должно было платить вместо продразверстки продналог, который был в два раза меньше продразверстки. Крестьяне получили право свободно сбывать оставшуюся в их распоряжении продукцию.

Целью НЭПа, по замыслам Ленина, должен быть союз рабочего класса и крестьянства, их «смычка», а средством – экономические реформы. С 1921 по 1925 г. проводится ряд мер по либерализации экономической деятельности.

Среди них: 1) замена продразверстки продналогом; 2) введение свободной торговли; 3) денационализация, т.е. передача в частную собственность мелкой и средней промышленности; 4) перевод государственной промышленности на рыночные основы; 5) воссоздание банковской системы; 6) проведение денежной реформы; 7) снятие запрета на аренду земли и наем рабочей силы на селе; 8) допущение в Советскую Россию иностранного капитала и создание смешанных предприятий.

Все это в сочетании с такими факторами, как твердый политический режим, который обеспечивал политическую стабильность, централизованное перераспределение прибыли из легкой и пищевой промышленности в убыточную тяжелую и транспорт, неэквивалентный обмен с деревней, отказ выплачивать дореволюционную задолженность привел к тому, что с 1921 по 1927 г. темпы прироста промышленной продукции были довольно высокими.

Но чем дальше страна продвигалась по пути НЭПа, тем труднее становилось поддерживать такие высокие темпы. Это объяснялось следующими причинами. Вначале действовал, так называемый, «восстановительный эффект». Его суть в том, что в промышленности загружалось уже имевшееся, но простаивавшее ранее оборудование, а в сельском хозяйстве вводились в оборот заброшенные ранее земли. В конце 20-х гг. когда закончился восстановительный период, стране потребовались большие капиталовложения в промышленность. Без таких средств реконструировать старые заводы, создать новые отрасли промышленности было невозможно.

Делу мог бы помочь частный капитал, но в силу политических соображений его не допускали в крупную и во многих случаях и в среднюю промышленность. Население, не уверенное в прочной стабилизации режима, не спешило вкладывать свои деньги в сберегательные кассы, а хранило их в тайниках или пускало в коммерческий оборот. Нельзя было рассчитывать на иностранные кредиты: для этого необходимо было уплатить царские долги.

Накопление ресурсов внутригосударственного сектора в конце 20-х гг. по сравнению с 1913 г. было значительно ниже. Так, фондоотдача за это время упала на 25%, прибыли в промышленности было получено на 20% меньше, на железнодорожном транспорте в 4 раза.

В сельском хозяйстве вследствие ликвидации крупных помещичьих хозяйств и дробления крестьянских хозяйств товарность сельскохозяйственной продукции резко сократилась. Если норма товарности сельскохозяйственных продуктов (без учета внутридеревенского оборота) составила в 1913 г. около 23,8%, то в 1923/24 г. – 16,1%; в 1926/27 г. – 18,3%.

Все эти факторы негативно сказались на социальных результатах НЭПа. С социальной точки зрения от политики НЭПа в наибольшей степени, пожалуй, выиграло одно крестьянство. По сравнению с дореволюционным периодом крестьяне стали лучше питаться. Так, потребление молока выросло в 2,8 раза, картофеля – в 2,5 раза, мяса – в 2 раза, хлеба – в 1,1 раза. Рабочие оказались в худшем положении: зарплата рабочих в 1925/26 г. в среднем по промышленности составила 93,7% довоенного уровня. Не случайно, среди представителей рабочего класса было немало недовольных новой экономической политикой. Аббревиатура НЭП нередко в их среде расшифровывалась как «новая эксплуатация пролетариата». В деревне тоже находилось немало недовольных НЭПом. Это прежде всего сельская беднота (в 1927 г. 28,3% крестьянских хозяйств РСФСР не имели рабочего скота, 31,6% – пахотного инвентаря, 18,2% – коров).

Важную роль в судьбе НЭПа сыграло и то обстоятельство, что к середине 20-х гг. среди населения страны почти половину населения составляла молодежь. Это была наиболее социально-активная группа населения, но она не обладала необходимыми знаниями, была малокультурна. К этому времени эти малокультурные, обездоленные, бедные и даже нищие люди поняли, что они могут не только встать вровень с богатыми, имущими, но и оказаться выше их в социальной иерархии, имеют возможность завладеть его домом, имуществом, хозяйством, коллективно или индивидуально. Когда они увидели в этом смысл социальной революции, то последовал взрыв, который смел НЭП. Если лозунг социальной справедливости был для этого слоя абстрактным призывом, то тезис о всеобщем равенстве, а точнее социальном уравнении был близким и понятным. Эта мысль о социальном уравнивании проходит лейтмотивом через политическую практику большевистского руководства.

Однако, несмотря на эти обстоятельства, ученые отмечают, что в 20-х гг. в принципе возможны были два варианта развития НЭПа.

Первый – трансформация НЭПа в рыночную модель. В этом случае отечественный капитал устремляется в производство предметов потребления, аграрный сектор, внутриторговые операции. В таком случае произошла бы явная стагнация производства средств производства.

Второй вариант: дальнейшее сокращение рыночных начал, жесткий переход к административным методам, закрытие всех каналов перелива капиталов в аграрный сектор, концентрация всех материальных и финансовых ресурсов на производстве средств производства, оборонной промышленности. Это позволяло бы развить производство средств производства и в дальнейшем провести модернизацию производства предметов потребления и аграрного сектора. Негативным аспектом такого пути было резкое сокращение, а то и отсутствие материальных стимулов к труду, а это прямой путь к внеэкономическому принуждению, насилию над личностью, давление и всевозможные запреты.

Таким образом, к концу 20-х гг. четко вырисовывалось два пути: продолжение НЭПа по первому варианту, как предлагал Бухарин и его окружение, и переход к насильственному, форсированному строительству «социализма» в городе и деревне. На такой путь направляла страну группа Сталина.

		
Исторический опыт новой экономической политики большевиков



Пробелы в понимании задач экономической политики властными структурами обрекал на провал многочисленные попытки реформировать экономику в России, обновить ее социальную и политическую структуру. Не являлась исключением попытка большевиков в 1920-е годы перевести экономику России на рыночное развитие и завершить модернизацию экономику страны, придать ей импульс в развитии. Предпринятая попытка вошла в историю под именем новой экономической политики.

Итог нэпа интересен еще и тем, что в современных условиях попытки реформирования экономики не приносят успеха. Невольно возникает вопрос, чему обязана Россия своей неспособностью к реформированию экономических институтов, почему оказался негативным и скоротечным опыт нэпа, так и не приведший к рыночной экономике?

В 1921 г. (март-июль), осмысливая причины введения нэпа, В.И. Ленин на первое место поставил социальную напряженность в стране, вызванную политикой «военного коммунизма»; нежеланием почти всех слоев общества с ним мириться, сложившейся на этой основе угрозой потери большевистской партией власти. Вторым фактором, толкавшим к нэпу, была, по мнению В.И. Ленина, формационная отсталость России. И третьим фактором стала задержка мировой революции.

Нэп был нужен, по мнению лидера большевиков, чтобы продержаться в ожидании мировой революции, которая, это было ясно, в ближайшее время не произойдет, поэтому нужно было идти на уступки крестьянству, открывать рынок, формировать товарно-денежные отношения. Именно в этот период В.И. Ленин обращал внимание на вынужденный характер нэпа, определяя его как вынужденный тактический ход.

В этот же период времени В.И. Ленина начинают серьезно занимать три проблемы, связанные с определением методов осуществления экономической политики правящей партией: проявившаяся в первые же годы после революции неэффективность работы предприятий госсектора; сформировавшаяся в условиях «военного коммунизма» бюрократия, сконцентрировавшая в своих руках государственную систему учета и распределения продукции, с вытекающими в условиях голода и кризиса взяточничеством и мздоимством; сохранившийся и после отказа от «военного коммунизма» неэквивалентный обмен продукцией между городом и деревней. Это обстоятельство накаляло социальную напряженность, вызывало взрыв протеста крестьян.

В этих условиях решить задачу продуктообмена можно было только нажимом, принуждением, а следовательно, дальнейшим усилением социальной напряженности, разрухи, кризиса. Нэп мог спасти правящую партию от политического краха, потери власти. Поэтому новая экономическая политика оценивалась как вынужденное антикризисное явление, как «крестьянский Брест». Оценка экономических процессов, начавшихся с нэпом, была, следовательно, целиком посвящена политическим установкам.

Осень 1921 – лето 1922 года стали временем пристального изучения рынка в качестве общественно-экономической почвы социалистического строительства.

В течение этого периода большевиков чрезвычайно занимал вопрос, может ли нэп быть только системой отношений между укладами или принципы нэпа можно внедрить в развитие социалистического уклада?

Но и в таком подходе речь шла не об изменении взглядов большевиков на сущность социализма, а о допустимости рыночных отношений в переходный период. Дискуссии шли о возможности использования рынка в качестве временной меры, однако регулятором экономики и в переходный период признавался не рынок, а власть.

Допустив рынок, В.И. Ленин в этот период своей деятельности больше всего был озабочен тем, как подчинить рынок власти государства, как сохранить социалистическую ориентацию государственного сектора, не разлагая его принципами нэпа, внедряя лишь некоторые его элементы (повысить эффективность, внедрить хозрасчет и т.д.).

В ленинской концепции нэпа был признан факт возможного существования в экономике двух сфер: рыночной и государственной. Однако они, по мнению В.И. Ленина, были носителями разных перспектив развития страны. Только государственный сектор, по мнению большевиков, имел внутреннюю социалистическую сущность. Вопрос о механизме коммерциализации государственного сектора оставался открытым. Более актуальным для большевиков был тезис не о том, как развить рыночные отношения, а о том, как подчинить их государственному контролю. Формы контроля могут быть экономическими или административно-бюрократическими. Экономические методы требовали определенного уровня развития производительных сил и эффективности в работе государственного сектора. Ни того, ни другого в России 1920-х годов не было.

По мере осуществления нэпа становились все более ясными его перспективы: противоречие между рыночным нэпом и бестоварным социализмом можно решить либо путем сворачивания нэпа, либо обновлением модели социализма на рыночной основе. Именно эти альтернативы решали судьбу модернизации России, судьбу ее очередного реформирования.

Пойти по второму пути мешала идеологическая зашоренность, преобладание политических аспектов над экономическими. Обосновывая их, В.И. Ленин не допускал мысли о возможности ослабления политических позиций правящей партии и государства.

Со стороны власти было непримиримое отношение к остальным политическим партиям, в том числе и к партиям социалистической ориентации (меньшевики, эсеры). Представители этих партий видели в нэпе возможность снятия социальной напряженности в обществе и создания необходимых предпосылок для развития производительных сил, возможности строительства социализма.

Определяя политические аспекты нэпа, В.И. Ленин оставлял приоритетными большевистские тезисы о незыблемости диктатуры пролетариата, руководящей роли партии, о государстве как главном инструменте строительства социализма, о государстве, которое не создает, а разрушает законодательную, правовую базу для функционирования многоукладной экономики.

При такой политической ориентации развитие смешанной экономики, идеи о взаимодействии секторов, о свободной конкуренции, свободе торговли были обречены. О возможностях развития рыночной экономики не могло быть и речи. Экономическим регуляторам развития экономики В.И. Ленин предпочел власть. Это предопределяло судьбу нэпа и рыночной экономики в России.

Таким образом, в теоретическом обосновании нэпа были заложены неразрешимые противоречия, подчинявшие его политическому диктату, исключавшему созвучия во взаимодействии экономики и политики.

Политическая власть не обеспечила условий для развития рыночной экономики. Она не обеспечила законодательной защиты развития рыночных отношений, ограничивала возможности развития нэповских принципов на местах, не использовала возможности развития стабильных торговых отношений с мировым сообществом. Теоретически не были осмыслены возможности модернизации России на рельсах нэпа. Перспективы взаимодействия экономики и политики, возможности утверждения нэпа «всерьез и надолго», возможности развития государства, гражданского общества и личности в России остались не понятыми.

В последних письмах и статьях В.И. Ленина была сделана попытка пересмотреть традиционную большевистскую точку зрения на социализм, высказана мысль о необходимости углубления нэпа, развития кооперации, культурной революции. Много беседовавший с Лениным Н.И. Бухарин ретранслировал обновленные подходы вождя в своих работах. Однако сталинизм отверг идеи нэпа, оттеснил Бухарина и его сторонников от политического руководства и взял курс на формирование законченной командно-бюрократической системы управления.






Заключение



Проанализировав в данной работе политические аспекты НЭПа, необходимо отметить, что конец 1920 – начало 1921 г. становится временем, когда политика «военного коммунизма» достигла своей высшей точки. На рубеже 1920–1921 гг. экономический кризис приобрел угрожающие размеры.

Основой НЭПа провозглашалось сохранение «смычки» между крестьянством и пролетариатом, с помощью которой удалось отстоять советскую власть в годы гражданской войны. Период новой экономической политики не был временем бескрайней свободы частнокапиталистического предпринимательства. Правительство считало своей задачей сохранение созданного за послереволюционные годы государственного сектора хозяйствования – национализированной промышленности. Государственная собственность, участвуя в рыночном состязании, должна была сохраняться незыблемой и ограждаться от возможных посягательств денационализации.

Конкретный анализ теоретических взглядов большевиков на НЭП позволяет убедиться в том, как опасна беспечность властей в понимании целей и задач реформирования, к какой непоследовательности она ведет в разработке практических шагов и механизмов реформ.

В советской историографии утвердился тезис, что теоретическая разработка основ экономической политики победившего пролетариата, в том числе НЭПа, связана с именем В.И. Ленина. Этот тезис в основном соответствовал действительности. Большевистская партия руководствовалась ленинской концепцией НЭПа, официальные органы Коммунистической партии ее активно популяризировали. В 1921 г. (март-июль), осмысливая причины введения НЭПа – В.И. Ленин на первое место поставил социальную напряженность в стране, вызванную политикой «военного коммунизма»; нежеланием почти всех слоев общества с ним мириться, сложившейся на этой основе угрозой потери большевистской партией власти. Вторым фактором, толкавшим к нэпу, была, по мнению В.И. Ленина, формационная отсталость России. И третьим фактором стала задержка мировой революции.

НЭП был нужен, по мнению В.И. Ленина, чтобы продержаться в ожидании мировой революции, которая, это было ясно, в ближайшее время не произойдет, поэтому нужно было идти на уступки крестьянству, открывать рынок, формировать товарно-денежные отношения. Именно в этот период В.И. Ленин обращал внимание на вынужденный характер НЭПа, определяя его как вынужденный тактический ход.

Таким образом, определяя политические аспекты НЭПа, В.И. Ленин, оставлял приоритетными большевистские тезисы о незыблемости диктатуры пролетариата, руководящей роли партии, о государстве как главном инструменте строительства социализма, о государстве, которое не создает, а разрушает законодательную, правовую базу для функционирования многоукладной экономики.

При такой политической ориентации развитие смешанной экономики, идеи о взаимодействии секторов, о свободной конкуренции, свободе торговли были обречены. О возможностях развития рыночной экономики не могло быть и речи. Экономическим регуляторам развития экономики В.И. Ленин предпочел власть. Это предопределяло судьбу нэпа и рыночной экономики в России.

Таким образом, в теоретическом обосновании НЭПа были заложены неразрешимые противоречия, подчинявшие его политическому диктату, исключавшему созвучия во взаимодействии экономики и политики.






Библиографический список



	1. Грушевский, М.С. История России [Текст]: учебник / М.С. Грушевский. – М.: НОРМА, 2006. – 463 с.

	Данилов, А.А. История России с древних времен до наших дней [Текст]: учебное пособие / А.А. Данилов. – М.: «Дело и Сервис», 2005. – 636 с.

		Зуева, М.Н. История России с древности до наших дней [Текст]: учебник / М.Н. Зуева – М.: Высшая школа, 2006. – 654 с.

	История Российского государства [Текст]: учебник / Под ред. Ш.М. Мунчаева М.: АСТ, 2007. – 744 с.

	Истрия России [Текст]: учебник для вузов / Под ред. А.Н. Сахарова. – М.: АСТ-ЛТД, 2006. – 544 с.

	Орлов, А.С. История России [Текст]: учебник / А.С. Орлов. – М.: Норма, 2005. – 742 с.

		Соловьев, С.М. История России с древнейших времен до наших дней [Текст]: учебное пособие / С.М. Соловьев. – М.: ТК Велби, 2008. – 638 с.

		Хуторской, В.Я. История России [Текст]: учебник / В.Я. Хуторской. – М.: АСТ, 2004. – 688 с.