Жуков Г.К.

Биография 



Георгия Константиновича 

                Жукова.

                           













							   



























Самара 1999.

       СОДЕРЖАНИЕ.



   Введение                                                            стр. 1



Глава 1.  Семья Жукова. Детство и Юность.       стр.2-4



Глава 2.  Начало военной карьеры.                      стр.5

2.1 Жуков в годы Первой Мировой Войны.          стр.5

2.2 Во времена Гражданской войны.		        стр.6	



Глава 3. Перед Великой Отечественной Войной стр.7   

3.1 Халкин-Гол.								 стр.7-11

3.2 Канун Войны. 							 стр.11-13



Глава 4. Великая Отечественная Война. 		

4.1 Вначале войны							стр.14-15

4.2 Наступление под Ельней 					стр.16-17

4.3 В Ленинграде 							стр.17-18

4.4 Битва под Москвой						стр.	18-20

4.5 Сталинград								стр.20-21

4.6 Завершение Войны						стр.21-24



Глава 5. После войны.						стр.	25-26

5.1 Отставка Жукова							стр.	26-28

5.2 Последние годы жизни.					стр.	28-29



Заключение.								стр.	30



Иллюстрации.								стр.31-32

 		

      

                              ВЕДЕНИЕ.

  Вижу колонны замерзших внуков,

  гроб на лафете, лошади круп.

  Ветер сюда не доносит мне звуков

            русских военных плачущих труб.

  Вижу в регалии убранный труп:

  в смерть уезжает пламенный Жуков.



  Воин, пред коим многие пали

  стены, хоть меч был вражьих тупей,

  блеском маневра о Ганнибале напо-

  минавший средь волжских степей.

  Кончивший дни свои глухо, в опале,

  Как Велизарий или Помпей.

									     Иосиф Бродский.

В своей работе я рассматриваю историю жизни и деятельности Г.К. Жукова. Мне было интересно проследить становление характера, карьеры этого неординарного человека, определить историческое значение его военной и политической деятельности.

В первой главе описывается семья Жукова, его детские и юношеские годы, вторая и третьи главы посвящены началу его военной карьеры. Четвертая глава рассказывает о Жукове в годы Великой Отечественной Войны, в которой наиболее ярко раскрылся военный талант Жукова, сила его характера и воли. 

Заканчивая реферат, я рассказал о послевоенном периоде жизни великого полководца – время пика славы, но с другой стороны и период заката его карьеры. Возможно, что именно этот период показался для меня наиболее интересным. В этот тяжелый период жизни, отставка, опалы, Жуков не был сломлен. Он не замкнулся, на своем несчастье, вел достаточно активную жизнь. Ездил по стране, встречался с людьми. И в этом для меня личность Жукова открылась своей новой гранью, сильного, волевого человека.        



ГЕОРГИЙ КОНСТАНТИНОВИЧ ЖУКОВ. 			              



Глава 1. ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ.



Будущий прославленный маршал Георгий Константинов Жуков, родился 19 ноября (1 декабря) 1896 г. в деревне Стрелковке Калужской губернии. Дом, где он родился и вырос, стоял посередине деревни. Был очень старый и одним углом крепко осел в землю. От времени, стены и крыша обросли мхом и травой. Была в доме всего одна комната с двумя маленькими окнами. 

В годы детства Жукова деревня ничем не выделялась из тысяч русских деревень. Мужчины  - часто на заработках в городе,  в поле - женщины и дети. 

Жуков не знал, кем и когда был построен их дом, но из рассказов старожилов было известно, что в нем когда-то жила бездетная вдова Аннушка Жукова. Чтобы скрасить свое одиночество, она взяла из приюта двухлетнего мальчика – отца Жукова. Кто были его настоящие родители, никто сказать не мог, да и он сам не старался узнать свою родословную. Известно только, что мальчика в возрасте трех месяцев, оставила на пороге сиротского дома какая-то женщина, приложив записку: «Сына моего назовите Константином». Что заставило бедную женщину бросить ребенка на крыльцо приюта, сказать невозможно. Вряд ли она пошла на это из-за отсутствия материнских чувств, скорее по причине своего безвыходного, тяжелого положения. После смерти приемной матери, едва достигнув восьмилетнего возраста, Константин Жуков пошел в ученье к сапожнику, в большое село Угодский Завод. Потом он вспоминал, что ученье сводилось к домашней работе. «Проучившись», таким образом, года три, он отправился искать другое место. Пешком добрался до Москвы, где, в конце концов, устроился в сапожную мастерскую Вейса. Проработав на новом месте, некоторое время, Константин Жуков, в числе многих других рабочих, после событий 1905 года, был уволен и выслан из Москвы, за участие в демонстрациях. С того времени и по день своей смерти, в 1921г., он безвыездно жил в деревне, занимался сапожным делом и крестьянскими работами.
Мать Жукова, Устина Артемьевна, родилась и выросла в соседней деревне Черная Грязь, в крайне бедной семье. Когда  родители Жукова поженились, его матери было, тридцать пять, а отцу пятьдесят лет. У обоих это был второй брак. После первого брака оба рано овдовели.

Тяжелая нужда, ничтожный заработок мужа, на сапожной работе, заставляли ее подрабатывать, на перевозке грузов. Весной, летом и ранней осенью она трудилась на полевых работах, а поздней осенью отправлялась в уездный город Малоярославец за бакалейными товарами и возила их торговцам в Угодский Завод. 

Жила семья Жуковых очень бедно. «Какая бывала радость, - вспоминал позднее Г. Жуков, – когда из Малоярославца привозили нам по баранке или прянику! Если же удавалось скопить  немного денег к Рождеству или Пасхе на пироги с начинкой, тогда нашим восторгам не было границ» Жуков писал: "Спасибо  соседям,  они иногда выручали нас то щами,  то кашей. Такая взаимопомощь в деревнях не была исключением,  а скорее традицией дружбы и солидарности русских  людей,  живших  в  тяжелой  нужде ".

С крестьянским трудом Георгий познакомился в семь лет, начав работать вместе со взрослыми на сенокосе. Образование  в селе он получил скромное: три класса церковноприходской  школы. Жуков закончил её с похвальным листом. Его первым учителем в школе был Сергей Николаевич Ремизов.

В возрасте 11 лет Георгия оправили «в люди» – обучаться к своему дяде-скорняку М.А. Пилихину в Москве. Большой город поразил сельского паренька. «Я был как-то подавлен. Я никогда не видел домов выше двух  этажей, мощёных улиц, извозчиков, или, как их звали, "лихачей" мчавшихся с большой скоростью на, красавцах – орловских рысаках. Всё это поражало воображение", – писал он позднее. Нрав у хозяина мастерской был крутой, и он часто поколачивал своих учеников. "Он мог и без всякого повода отлупить так, что целый день в ушах звенело», – вспоминал Жуков. Как младшему   ученику, ему больше всех доставалось хозяйских побоев. И в городе Георгий не терял интереса к  наукам. Вместе с сыном хозяина он  стал  изучать  русский язык,  математику, географию, и в 1911 г. сумел закончить, вечернее общеобразовательное училище. Только после четырёх лет ученичества его на десять дней  отпустили домой, в деревню. Как раз в это время в соседнем селе случился сильный пожар. 14-летний Георгий услышал крики,  доносившиеся из горящей избы: “Спасите, горим!” Он вошёл туда: и вытащил из огня двух перепуганных детей и больную женщину. В 1911г. закончилось ученичество Жукова. Теперь он стал самостоятельным человеком. И продолжил работу у своего дяди, но уже подмастерьем. 







Глава 2. НАЧАЛО ВОЕННОЙ КАРЬЕРЫ.



2.1. В годы Первой Мировой Войны.



7 августа 1915 г. Георгий Жуков был призван на  фронт кавалеристом в драгунский полк. Обучение военному делу было нелёгким. Одного из  унтер-офицеров солдаты особенно невзлюби за побои и муштру. Они решили наказать его,  рискуя угодить под военно-полевой суд. “Сговорившись, – рассказывал Жуков, – мы как-то  подкараулили его в тёмном углу и, накинув ему  на голову плащ-палатку, избили до потери сознания”

Еще до фронта Г. Жуков прошёл обучение на унтер-офицера.

Позднее он признавался: « Когда на войне очутился, поначалу была какая-то неуверенность под артобстрелом, но она быстро прошла. Под пулями никогда не накланялся. «Трусов терпеть не могу».

В 1916 г. в бою он был тяжело контужен: взрывом мины его выбросило из седла. В сознание он пришёл только спустя сутки. За свою боевую службу Георгий Жуков получил два Георгиевских креста, один из них - за захваченного в плен германского офицера.

Жуков пользовался уважением своих товарищей. После  Февральской революции его единогласно выбрали главой эскадронного   солдатского комитета. К осени 1917 г. армия стала постепенно растекаться по домам. Солдатский комитет решил волей отпустить всех домой.

В ноябре 1917 г. вернулся в Москву и Георгий Жуков.





2.2. Во время гражданской войны.



Мирная передышка в 1917 – 1918гг. была недолгой. Началась  гражданская война. В августе 1918 г. Жуков пошёл добровольцем в   кавалерию Красной армии. Сражался против Колчака, Деникина, Врангеля. 1 марта 1919 г. вступил в партию большевиков.

Во время сражений за Царицын в 1919 г. Жуков получил ранение в рукопашном бою. Осколки ручной гранаты глубоко ранили его в ногу и левый бок. После лечения ему дали отдых, и он уехал в родную деревню. Затем Жукова отправили на курсы красных командиров.

   Теперь он стал командовать эскадроном. В 1920-1921гг. Жуков участвовал в подавлении "кулацкого", Тамбовского восстания. Здесь он познакомился с Михаилом Тухачевским, который руководил этой военной операцией.

Во время рукопашного боя весной 1921 г. выстрелом под Жуковым убило коня. При падении конь придавил седока, но помощь подоспела вовремя. В тот же день под Жуковым второй  раз убило коня. Повстанцы хотели взять его в плен, и он в одиночку от них отбивался. И снова в последнюю минуту пришли  на выручку красноармейцы.

За участие в подавлении Тамбовского восстания Г. Жуков  получил свой первый орден Красного Знамени – очень почетную   и редкую тогда награду.













Глава 3. Перед Великой Отечественной ВОЙНОЙ.



В 20–30-е гг. Жуков продолжал свою службу в кавалерии. С апреля 1923 г. он уже командовал полком.

26-летний командир видел недостаток своего военного  образования. И тогда, и в последующие годы он занимался самообразованием, усиленно изучал книги по военному искусству и истории военного прошлого, окончил Высшую кавалерийскую школу в Ленинграде.

Конечно, Жуков изучал и произведения Владимира Ленина и Карла Маркса. По его собственному признанию, эти книги  давались ему нелегко, особенно "Капитал" К. Маркса.

В 36 лет Г. Жуков командовал уже дивизией, в 40 лет  конным корпусом. В 1931 г. продолжилось его знакомство с  Тухачевским, который произвёл на него сильное впечатление. " В нем чувствовался гигант военной мысли, звезда первой величены в плеяде военных нашей Родины, – писал Жуков. - Мы слушали его как зачарованные»



3.1. Халхин-Гол. 



2 июня 1939 г. Жукова вызвал нарком обороны Климент Ворошилов. Он сообщил ему: «Японские войска внезапно вторглись в пределы дружественной нам Монголии. Можете ли Вы вылететь туда немедленно и, если потребуется, принять на себя командование  войсками?". «Готов вылететь сию же минуту», – отвечал Жуков. Он не знал,  что накануне у Ворошилова состоялось совещание.  Начальник Генштаба Б.М.  Шапошников доложил обстановку на Халхин-Голе.  Ворошилов заметил,  что: " для руководства боевыми действиями там больше бы подошел хороший кавалерийский начальник ".  Тут же  всплыла  кандидатура Жукова. Ворошилов принял авторитетное предложение Генерального штаба. 

5 июня Г.К. Жуков прибыл в штаб и возглавил здесь советский отдельный 57-ой корпус, находившегося в Монголии. Несколько дней его машина  колесила по степи,  Жуков лично хотел осмотреть все. Опытным глазом командира он оценивал  слабые  и  сильные  стороны  немногочисленных  советско-монгольских войск,  вышедших в район Халхин-Гола.

Его сразу же возмутило, что штаб корпуса  располагался за 120 км от поля боя. Он потребовал перенести штаб в район событий. Жуков отправляет в Москву срочное донесение:  немедленно усилить советскую авиацию,  направить в Монголию не менее трех стрелковых дивизий и танковую бригаду.  Цель - готовить контрудар. Предложения Жукова были приняты. Жуков торопился укрепить оборону у Халхин-Гола,  особенно на  плацдарме за рекой, быстрее подтягивать резервы из Советского Союза. Но к этому времени Японцы успели сосредоточить до 40 тысяч войск,  310 орудий, 135 танков и 225  самолетов.  

Перед рассветом 3-го июля советский полковник проехал к горе Баин-Цаган, что на северном фланге фронта по Халхин-Голу, проверить оборону  монгольской  кавалерийской дивизии.  Внезапно он натолкнулся на японские войска, уже форсирующие реку. С первыми лучами солнца здесь уже был  Жуков.  Враг  собирался провести хрестоматийную операцию - ударом с севера окружить  и  уничтожить  советско-монгольские  войска,  державшие фронт по Халхин-Голу. Однако японцы не приняли в расчет мгновенную реакцию Жукова. Но они имели десятикратное превосходство в живой силе и трехкратное – в орудиях. Зато у советских войск имелось до 150 танков и столько же бронемашин. 

У Георгия Константиновича не было времени раздумывать над силой врага. Он вызвал авиацию - бомбить переправу, сюда же перенацелил часть огня  батарей с центрального участка и приказал ввести в бой 11-ю танковую бригаду комбрига М.П. Яковлева. Жуков пошел на беспримерный риск - отдал  Яковлеву приказ с ходу атаковать врага,  не дожидаясь пехоты - вызванный мотострелковый полк подошел только к середине дня. Утром пятого  июля враг был наголову разбит,  тысячи трупов устилали землю, раздавленные и разбитые орудия, пулеметы, машины. Остатки вражеской группировки бросились к переправе, ее командующий генерал Камацубара (в прошлом военный атташе Японии в Москве) среди первых оказался на том берегу,  а скоро "переправа,  - вспоминал Жуков, - была взорвана их же саперами,  опасавшимися прорыва наших танков. Японские офицеры бросались в  полном  снаряжении прямо в воду и тут же тонули,  буквально на глазах наших танкистов ".  Враг потерял до десяти тысяч человек, почти все танки, большую часть артиллерии. Однако квантунская армия не жалела ничего, чтобы сохранить лицо. Днем и ночью к Халкин-Голу подвозились новые войска,  из  которых развернулась 6-я особая армия генерала Огису.  75 тысяч человек личного состава,  182 танка,  более 300 самолетов, 500 орудий, в том  числе тяжелые,  срочно снятые с фортов в Порт-Артуре и доставленные на Халхин-Гол.  6-я особая армия вцепилась в монгольскую землю - она занимала 74 километра по фронту и 20 километров в глубину. На конец августа штаб генерала Огиси готовил новое наступление.

Промедление с  изгнанием  агрессора  было  чревато самыми серьезными последствиями.  Поэтому Жуков подготовил план  операции  по  уничтожению противника. Цель ее - истребить 6-ю особую армию, не дав ей уйти за кордон.  Причем ни в коем случае не переносить боевые действия за  монгольскую границу,  чтобы не дать повода Токио прокричать на весь мир о "советской агрессии " с вытекающими отсюда последствиями.  Готовя удар на уничтожение,  Жуков усыпил бдительность врага, создав впечатление, что советско-монгольские войска помышляют только об обороне.  Строились  зимние  позиции,  бойцам вручались наставления о ведении оборонительных боев, самыми разнообразными средствами все это доводилось до сведения японской разведки. Психологически расчет Жукова был безупречен - это соответствовало представлению самураев о  том,  что,  дескать, русские " взялись  за ум " и опасаются новой схватки.  Японские войска наглели на глазах,  они вновь и вновь затевали частые операции,  которые заканчивались  очередным их избиением.  Продолжались напряженные бои и в воздухе. Благодаря тщательно продуманной Жуковым системе дезинформации,  удалось скрыть от противника подход крупных подразделений из Советского Союза.  Чтобы обмануть их, в окрестностях  поставили специальные звуковые установки. Две недели они  изображали по ночам то здесь, то там шум танковых колонн, самолетов и т.д. Когда японцы перестали обращать на это внимание,  к месту событий начали стягиваться войска.

20 августа неожиданно для японцев на них обрушился удар  самолетов и орудий. Удар был таким мощным, что первые  полтора часа они даже не могли открыть в ответ орудийный огонь. Затем советско-монгольские войска пошли в атаку.

К вечеру 26 августа японская армия была окружена, началось ее уничтожение. 31 августа Г. К. Жуков докладывает об успешном завершении  операции. Японские войска потеряли на Халхин-Голе около 61 тысячи убитыми, раненными и пленными, советско-монгольские войска - 18.5 тысячи убитыми и раненными. 15 сентября 1939 года в Москве было подписано соглашение о ликвидации конфликта. Сражение на реке Халхин-Гол,  затерявшейся где - то в Азии и  до  сих пор известной только дотошным географам,  круто повернуло все в международной жизни. 

За победу на Халхин-Голе  Г. Жуков  получил свою первую звезду Героя Советского Союза.

В мае 1940 г. он прибыл в Москву. Впервые его принял сам И. Сталин, расспрашивал о боях с японцами, «Теперь у Вас есть  боевой опыт, – сказал Сталин. – Принимайте Киевский округ..."



3.2. Перед Великой Отечественной Войной.



Г. Жуков, получивший звание генерала армии, возглавил  большой военный округ. Но этот пост он занимал недолго.

В декабре 1940 г. начались большие военные игры. " Синие" в игре изображали нападающего противника, "красные" - Красную Армию. Г. Жуков играл за "синюю" сторону и одержал победу. Сталин по его словам, был “раздосадован неудачей “красных” 

 Весь октябрь 1940 года Жуков просидел за подготовкой серьезнейшего доклада  "  Характер  современных  наступательных операций ".  С  конца декабря 1940 года и в первую декаду января 1941 в Москве прошло совещание высшего командования Красной  Армии,  в  котором приняла участие и профессура военных академий.  На совещании присутствовали члены Политбюро ЦК ВКП(б). За его работой следил И.В. Сталин. Когда на трибуне появился Жуков,  а его докладом и началось совещание, присутствовавшие были поражены глубиной и смелостью его суждений. Чеканя слова, он ясно обрисовал стратегию и тактику потенциального противника.  Он убедительно показал,  что ударная  сила  танковых  соединений, действующих  во  взаимодействии с авиацией,  позволяет не только пробить полевую,  но и преодолеть укрепленную многополосную  оборону.  Жуков  со всей серьезностью подчеркнул: перед лицом сильнейшей армии Запада нельзя терять ни минуты,  нужно быть  готовыми  во  всеоружии  встретить  ее яростный натиск.  На следующий день Сталин вызвал Жукова и назначил его начальником Генштаба Красной армии. 



В это время Германия готовилась к началу войны с Советским Союзом. Сигналы о грядущей войне поступали со всех сторон. Об этом сообщали разведка, советские посольства, перебежчики из германских войск.

Но советское руководство до последнего момента верило, что войны не будет. Проводил эту линию и Жуков. Позднее он так объяснял свои действия: «Кто захочет класть свою голову? Вот, допустим, я, Жуков, чувствуя нависшую над страной опасность, отдаю приказание "развернуть". Сталину докладывают. “На каком основании? На основании опасности. Ну-ка, Берия, возьмите его к себе в подвал..."  

На склоне  лет Жуков много размышлял о событиях кануна и начала великой и страшной войны. " Конечно,  на нас - военных,  - говорил Жуков, - лежит ответственность за то, что мы недостаточно требовали приведения армии в полную боевую готовность и скорейшего принятия необходимых мер. Очевидно, мы должны были это делать более решительно, чем делали... Конечно, надо было реально  себе  представлять,  что  значило тогда пойти наперекор Сталину в оценке общеполитической обстановки. У всех в памяти еще были недавно минувшие годы;  и заявить вслух, что Сталин не прав, что он ошибается, попросту говоря,  могло тогда означать,  что, еще не выйдя из здания, ты уже поедешь пить кофе к Берии. И все же это лишь одна сторона правды. А я должен сказать всю. Я не чувствовал  тогда,  перед войной, что я умней и дальновидней Сталина, что я лучше его оцениваю обстановку и больше его знаю..."



Наконец в ночь на 22 июня Георгий Жуков и нарком обороны Семён Тимошенко приказали привести войска приграничных округов в полную боевую готовность. Разослана эта директив была за три часа до начала войны. Времени на ее выполнение уже не оставалось.









Глава 4. Великая Отечественная Война 1941-1945 г.



4.1. В начале войны.



В ночь на 22 июня руководство Наркома Обороны бодрствовало. Телефоны  в  кабинете Жукова работали непрерывно,  поток тревожных сообщений нарастал. Обстановка разъяснилась после трех часов утра - немецкая авиация обрушилась на наши аэродромы, посыпались бомбы и на приграничные города.  После 4-х часов с минутами поступили донесения -  под  прикрытием ураганного артиллерийского огня немцы перешли советскую границу.  Война! Жуков дозвонился до Сталина и потребовал, чтобы его подняли с постели. Тот страшный день навсегда запал в память Жукова.  В 4.30 утра собралось политбюро.  Вскоре последовало сообщение, Германия объявила войну. Жуков был в центре событий,  он добивался от войск и штабов,  прежде всего глубокого построения стратегической обороны. Обстановка обострялась и становилась кризисной то на одном  участке фронта, то на другом...

В первый же день войны, по приказу Сталина, Жуков вылетел на Юго-Западный фронт. Здесь он попытался организовать нападение на Люблин. Оно шло под лозунгом "Бить врага под корень!" (имелось в виду ведение наступательного боя на вражеской территории). Конечно, никакого успеха это наступление не имело и   только усилило неразбериху в войсках.

Но уже через несколько недель Жуков стал гораздо  реальнее оценивать положение. 29 июля он попросил Сталина принять  его для срочного доклада и сказал ему, что армии надо целиком отвести за Днепр и обороняться за этой мощной преградой.

«А как же Киев?» – спросил Сталин.

«Киев придётся оставить», - отвечал Жуков.

Одновременно Жуков предложил организовать контрудар и отбить у немцев Эльню. Оттуда им открывался удобный путь на Москву.

"Какие там ещё контрудары, что за чепуха?! – возмутился  Сталин. – Опыт показал, что наши войска не могут наступать. И как Вы могли додуматься сдать врагу Киев?!"

Жуков тоже вспылил и резко заявил: «Если Вы считаете, что начальник Генштаба способен только чепуху молоть, тогда, ему здесь делать нечего. Я прошу освободить меня от обязанностей  начальника Генштаба и послать на фронт. Там я, видимо, принесу больше пользы Родине» 

«Вы не горячитесь! – сказал Сталин. – Мы без Ленина  обошлись, а без Вас тем более обойдёмся. Идите, работайте, мы тут посоветуемся и тогда позовём Вас».

«Я вышел из кабинета с тяжёлым чувством", – вспоминал  Жуков. Через 40 минут Сталин сухо сообщил ему, что он  освобождается от поста начальника Генштаба.

«Куда прикажете мне отправиться?» – спросил Жуков

"А куда бы Вы хотели?»

«Могу выполнять любую работу. Командовать дивизией,  корпусом, армией, фронтом».

"Не горячитесь, не горячитесь! Вы вот говорили об организации контр удара под Ельней. Ну и возьмитесь за это дело..."  Под конец, чтобы смягчить напряжение, Сталин с улыбкой  предложил Жукову выпить с ним чаю. Но разговор за столом не клеился. В тот же день Жуков отправился на фронт под Ельню.



4.2. Наступление под Ельней. 



Жуков получает назначение командующим резервным фронтом, развернутым в районе Ельнинского выступа. В штаб фронта он прибывает 31 июля 1941 года. Жуков со своей обычной обстоятельностью вникает в дела подчиненных ему соединений.  Оказывается,  гитлеровцы  основательно укрепили Ельнинский Выступ - вырыли траншеи,  натянули проволочные заграждения, вкопали в землю танки. Ликвидировать плацдарм  без основательной подготовки было невозможно. Жуков поставил командованию 24-й армии задачу: всеми видами разведки вскрыть  систему  вражеской обороны,  установить местонахождение огневых точек и подтянуть 2-3 дивизии,  а главное - артиллерию.  Он приказал, не давая покоя врагу,  перемолотить на месте огнем артиллерии его подвижные части. Ельнинский выступ постепенно превращался в кладбище отборных гитлеровских частей и техники.  Через некоторое  время  Жуков  просит пополнений. Помощь приходит.  За несколько дней войска привели себя в порядок, а когда операция возобновилась, последовал успех.  

«Горловина ельнинского выступа постепенно сжималась железными клещами наших войск и становилась все уже и уже", - писал Жуков. Выступ превращался в «мешок». Чтобы спастись от окружения, немцы в последний момент быстро отступили. 6 сентября советские войска освободили от врага Ельню. В этот же день Сталину поступает телеграмма:  "Ваш приказ о разгроме ельнинской группировки противника и взятии г. Ельня выполнен ... Жуков. 

Через два дня этой победы Жукова снова принимал Сталин.

"А неплохо у Вас получилось с ельнинским выступом, -  сказал он и добавил: – Вы были тогда правы. Я не совсем правильно  Вас понял». Эти необычные для Сталина слова выглядели почти  как извинение. 

18 июня 1943 года Президиум Верховного Совета СССР присвоил Георгию Константиновичу Жукову звание Маршала Советского Союза.



4.3. В Ленинграде.



Во время того же разговора  И. Сталин сказал Г. Жукову: «Очень тяжёлое положение  сложилось сейчас под Ленинградом. Я бы даже сказал, положение катастрофическое. Я бы  даже сказал, положение безнадежное. С потерей Ленинграда  окажется под угрозой удара с  севера Москва».

Жуков ответил ему: «Ну,  если там так сложно, я готов  поехать командующим Ленинградским фронтом».

«А если это безнадежное  дело?» – повторил Сталин.

"Разберусь на месте, – сказал Жуков. – Посмотрю, может  быть, оно ещё окажется и не таким безнадёжным».

Сталин так напутствовал  Жукова: «Либо отстоите город,  либо погибнете там вместе с армией. Третьего пути у Вас нет».

9 сентября Г. Жуков вылетел в Ленинград. Здесь он явился в Смольный. В кабинете Ворошилова обсуждался вопрос, о  том, как взорвать 140 объектов – предприятия города и  мосты – и затопить военные  корабли, чтобы они не достались врагу. Жуков уселся на стул  и некоторое время молча слушал. Вспоминая об этом позднее, он говорил: «Как вообще  можно минировать корабли?»

Да, возможно, они погибнут. Но если так, они должны погибнуть в бою, стреляя. И когда потом немцы пошли в наступление на приморском участке фронта, моряки так дали по ним со всех  кораблей, что они просто-напросто бежали. Ещё бы! Шестнадцатидюймовые   орудия! Представляете себе, какая это силища?!"

Выслушав обсуждение, Жуков сообщил, что он назначен командующим фронтом. Он отменил все меры, предпринимавшиеся на случай сдачи города, и заявил: «Будем защищать Ленинград до последнего человека».

Положение действительно было отчаянным. Жуков  распорядился: за отступление без его письменного приказа «все командиры, политработники и бойцы подлежат немедленному расстрелу». Более того, он потребовал бросить последние силы в непрерывные контратаки. Сам Жуков работал непокладая  рук: у него не было времени даже спускаться в убежище во время  бомбежек, и он оставался наверху.

Упорство защитников города и тем более неожиданные  контратаки убедили немцев изменить тактику. Ленинград решили взять не штурмом, а планомерной осадой. Немедленный  захват городу уже не угрожал.



4.4. Битва под Москвой.



5 октября с Жуковым в Ленинграде по прямому проводу связался Сталин. Он сказал: «У меня к Вам только один вопрос:  не можете ли сесть в самолёт и прилететь в Москву?».

7 октября Г. Жуков прибыл в столицу. Положение на фронтах под Москвой сложилось почти безнадёжное. Правда, ожидалось  прибытие новых сил с востока, но до тех пор ещё надо было  продержаться. Войск для защиты города явно не хватало. Всё, что оставалось, перешло в распоряжение Жукова. Он решил рискнуть  и бросить все силы на защиту только основных дорог, ведущих к Москве. Жуков был уверен, что немецкие танки пойдут по шоссе. Конечно, немцы могли понять эту хитрость и двинуться там, где  никакой обороны вообще не было. Поэтому риск был огромным. 

В середине октября Сталин позвонил Жукову и спросил: "Вы  уверены, что мы удержим Москву? Я спрашиваю у Вас это с болью в душе. Говорите честно, как коммунист». Жуков  ответил: «Москву, безусловно, удержим. Но нужно ещё не менее двух  армий и хотя бы двести танков». «Это неплохо, что у Вас такая  уверенность», – заметил Сталин.

«На последнем этапе оборонительного сражения я не спал  одиннадцать суток, будучи в чрезвычайном нервном напряжении, – рассказывал Г. Жуков. – Чтобы  поддержать физические силы и работоспособность, приходилось прибегать к  коротким, но частым физическим упражнениям на морозе и крепкому кофе, а иногда к двадцатиминутному бегу на лыжах  зато, когда наши богатыри погнали врага от Москвы, я свалился  и проспал более двух суток подряд, просыпаясь только для того чтобы узнать, как развивается

контрнаступление». 

Мне тогда два раза звонил товарищ Сталин. Ему отвечали: "Жуков спит,  не можем его добудиться". Верховный сказал: "Не бдите, пока  сам не проснётся". За время этого крепкого сна Западный фронт  наших войск переместился не меньше как на 10 – 15 км. Пробуждение было приятным...»

Во время боёв под Москвой немцы сожгли родную деревню  Жукова Стрелковку. Однако он успел вывезти оттуда свою  мать и других близких. Позднее Георгий Константинович писал:   «Когда меня спрашивают, что больше всего запомнилось из минувшей войны, я всегда отвечаю: "Битва за Москву"».



4.5. Сталинград.



27 августа 1942 г. Сталин вызвал Жукова и предложил ему отправиться в Сталинград. Дела там складывались очень плохо. Может случиться, что немцы возьмут Сталинград», – с горечью сказал Сталин.

Через день Г. Жуков вылетел в город на Волге. 3 сентября И. Сталин направил ему те-

телеграмму: «Положение ухудшилось. Противник находится в трех верстах от Сталинграда. Сталинград могут взять сегодня или завтра". 5 сентября по предложению Г. Жукова Красная армия провела ответное наступление. Но особого успеха оно не принесло. Через неделю Георгий Жуков и начальник Генштаба Александр Василевский докладывали Сталину о причине не удачи. Верховный Главнокомандующий склонился над картой. Два генерала отошли в строну  и очень тихо беседовали о том, что, вероятно, нужно искать какое-то иное решение. Вдруг Сталин поднял голову и спросил: «А какое "иное" решение?" Оказывается, он, не подавая виду, прислушивался к  их разговору. Позднее Жуков писал: «Я никогда не думал, что у И.В. Сталина такой острый слух". 

И. Сталин предложил им поработать и через день явиться с новым планом действий. Так родился неожиданный и знаменитый замысел наступления под Сталинградом. 

Ещё два месяца в полном секрете длилась его подготовка. Затем возникший, как показалось немцам, ниоткуда советский "кулак" внезапно сжал в «клещи» целую германскую армию.

За победу под Сталинградом Жуков получил орден Суворова  1-й степени под номером 1. Но этой победе предшествовали долгие месяцы подготовки.

За это время Жукову пришлось ещё не раз летать в столицу - при любой погоде. Один раз самолёт садился в густом тумане.  Вдруг в 10 – 15 м от его крыла из тумана вынырнула горловина  фабричной трубы. Жуков шутливо заметил: «Кажется, счастливо  вышли из той ситуации, про которую говорят: "Дело – труба"!".



4.6. Завершение войны.



Вечером 11 апреля 1943 года Жуков вернулся в Москву с  Воронежского фронта, и весь следующий день согласовывал с Василевским и его заместителем Антоновым доклад Верховному. Они трое сошлись во мнении: гитлеровцы попытаются ликвидировать далеко вдавшийся в их расположение Курский выступ или Курскую дугу.  Если они преуспеют и разгромят наши войска внутри Курского выступа, может претерпеть изменения общая стратегическая обстановка в пользу врага. 

Ещё 8  апреля Жуков определил место предстоящего сражения и предложил способ разгрома вермахта. 12 апреля Ставка согласилась с ним. "Основной замысел, предложенный Жуковым в предстоящей операции, был развитием мер,  которые он применял в яростных боях под Москвой и планировал в битве под Сталинградом.  Сначала оборона.  Затем, в классическом стиле жуковских операций,  по мере того,  как немецкий натиск  утрачивал силу,  а  вражеские  войска  уничтожались  превосходящей русской огневой мощью,  ход сражения изменится. Жуков, тщательно следящий за всеми перипетиями боя,  определяет момент - немецкое наступление выдохлось. Именно в этот момент Жуков и бросит свои армии на орды вермахта.  " - так пишет американец М. Кайден в книге "Тигры" горят !",  посвященной Курской битве.  Два месяца  -  май и июнь - Жуков безотлучно провел в войсках Воронежского и Центрального фронтов. Он вникал в мельчайшие детали подготовки к сражению...

Все звенья нашей разведки работали с точностью часового механизма, в ночь с 4 на 5 июня удалось установить: немецкое наступление начнется в 3 часа утра. Жуков тут же позвонил Сталину и доложил о принятом решении:

немедленно провести артиллерийскую контрподготовку.  Сталин одобрил, и в 2.20 утра там,  где ожидались удары врага,  зарокотала наша  артиллерия. Впоследствии  выяснилось,  что на Центральном фронте оставалось всего 10 минут до вражеской артподготовки. Потерпев серьезный  урон,  противник  смог начать наступление против Центрального фронта с опозданием на 2.5 часа, против Воронежского - на 3 часа. Хотя враг иной раз наступал силами до 300-500 танков,  примерно  за неделю боев его максимальное продвижение на Центральном фронте не превысило 6-12 километров.  Жуков и Рокоссовский умело руководили  сражением, фронт отбил наступление собственными силами, не обратившись за помощью к стоявшему в тылу Степному фронту.  Первый этап сражения закончился,  и 15 июля Центральный фронт перешел в наступление. Оборона противника была взломана. Тут же были введены в прорыв главные силы танковых армий,  которые к 18.00 прошли до 20 километров.  К вечеру Воронежский и Степной фронты отбросили противника на 35 километров. Утром 5 августа красное знамя взвилось над  Белгородом,  в  тот  же день был взят Орел. 23 августа войска Степного фронта взяли  Харьков.

Взятие Харькова военные историки считают эпилогом Курской битвы. Во  второй половине августа 1943 года Ф. Рузвельт и У. Черчилль на конференции в Квебеке попытались оценить последствия наших побед,  одержанных под  предводительством  плеяды  наших  полководцев во главе с Жуковым:  " По окончании войны Россия будет занимать господствующее положение в Европе. После разгрома Германии в Европе не останется ни одной державы,  которая могла противостоять военным силам России..."



Но все же главной и завершающей задачей Красной Армии оставалось взятие  Берлина.  Жуков не прерывал работы над планом овладения столицей Германии с конца ноября 1944 года.  16 апреля  1945 года началась историческая битва,  венчавшая войну. За всю войну не приходилось брать такого крупного,  сильно  укрепленного города,  как Берлин. Берлин был фактически превращен в крепость, подходы к нему - сплошная зона оборонительных сооружений. Но, несмотря на яростное сопротивление, Берлин был взят. 2 мая в 1.50 утра радиостанция штаба Берлинской обороны объявила о прекращении военных действий.  Утром 2 мая командующий обороной Берлина Ведлинг отдал приказ немецким войскам прекратить сопротивление. К 15 часам все было кончено. За взятие Берлина Жуков был награжден третьей медалью "Золотая Звезда" Героя Советского Союза.   9 мая  1945  года  в 0 часов 43 минуты фельдмаршал Кейтель подписал акт о капитуляции. Война закончилась...



После взятия Берлина он, как и сотни других советских  военных, поставил свою подпись на стене рейхстага. По этой  подписи солдаты тотчас узнали его, окружили плотной толпой и засыпали вопросами. «Пришлось задержаться на часок и поговорить по душам», – вспоминал маршал.



























Глава 5. ПОСЛЕ ВОЙНЫ.



В начале июня 1945 года в Берлине состоялась встреча Жукова с  генералом  Эйзенхауэром,  фельдмаршалом  Монтгомери и генералом де Гассиньи. Это была важная политическая встреча.  Была подписана декларация о поражении Германии; приняты основные положения, относящиеся к организации и работе Контрольного совета по Германии. Важнейшим международным мероприятием, в подготовке которого активное участие  принимал маршал Жуков, была Потсдамская конференция. Она открылась 17 июня 1945 года.  Жукову неоднократно приходилось  присутствовать на заседаниях, хотя он не являлся официальным членом советской делегации в Потсдаме. По прибытию в Москву Жуков получает должность заместителя министра обороны СССР.



В декабре 1947 года Жукова просят срочно прибыть  в Москву. Там маршала вызвали в ЦК партии. Дело было в том что, один военачальник дал показания, что Жуков как то заявил о Сталине: “Как был, так и остался штафиркой” (так презрительно называли штатских). Сети Берии стали опутывать Жукова и всех его приближенных. Уже были арестованы работавшие в разное время с Жуковым генералы: Минюк и Вареников,  Герой Советского Союза Крюков и многие другие. Вот так постепенно подбирались и к Жукову. Вопрос о нем обсуждало особое заседание Министерства обороны. Ряд военных выступил в защиту Жукова. Особенно резко высказывался Павел Рыбалко, который призвал не верить “показаниям, вытянутым насилием в тюрьмах”. 

И тут сердце маршала не выдержало, он перенес инфаркт и в первых числах января 1948 года был госпитализирован.  Вскоре после выхода из больницы, Жуков был назначен  командующим Одесским военным округом, а затем Уральским. Это была своего рода “ссылка”. Вместе с женой Александрой Диевной, Жуков 12 февраля 1948 года выезжает в Свердловск. 



Позднее он говорил: «В сорок седьмом ждал каждый день ареста. Подготовил чемоданчик с бельём. Посадили всех мох близких сотрудников. Со смертью И. Сталина в марте 1953 г. первая опала маршала кончилась. Ему довелось арестовывать Л. Берию. Он снова стал заместителем министра обороны, а с 1955 г. министром. 



5.1. Отставка Жукова в 1957 г.



На аэродроме в Москве Жукова встретил маршал Конев и передал,  чтобы он немедленно явился на заседание Президиума ЦК КПСС. В этот день он был освобожден  от  должности  министра и других постов.  Какие же претензии предъявлялись Жукову? С чем это было связано? 

В июне 1957 г. большинство членов Президиума ЦК  пытались сместить Н. Хрущёва. Жуков бросил им свою знаменитую фразу: "Армия против этого решения, и не один танк не сдвинется с места без моего приказа".

Поддержка Жукова, конечно, очень помогла Хрущёву. Но одновременно Никита Хрущев стал опасаться чрезмерного усиления влияния армии. Сам Жуков говорил про него, что «был момент, когда он зашатался, а я обеспечил ему поддержку  армии. Он тогда меня искренне благодарил, но выводы сделал:  вдруг я пожелаю сесть на его место? Тогда Эйзенхауэр был  президентом США; думал, наверное, что и я мечтаю стать главой  государства. Напрасно! Я никогда не хотел государственной власти - я военный, и армия – моё прямое дело".

Жукова отправили на отдых, но в такой обстановке, в расцвете сил разве мог быть отдых для человека, у которого вся  жизнь с ранних лет была накрепко связана с военной службой,  строительством и укреплением Советских Вооруженных Сил!  Отставку  1957  года маршал воспринял очень тяжело.  Жуков, как и А.В. Суворов, любил армию и рос вместе с ней свыше 40 лет,  не мыслил он своей жизни без армии.  Теперь же из его сердца вырвали главное. Некоторые даже постарались, чтобы  он был снят с партийного учета в Министерстве Обороны.  До  конца  своих дней  он состоял на партийном учете, на электромашиностроительном заводе "Память революции 1905 года" в Краснопресненском РК КПСС.

С этого момента начинается вторая опала Жукова, которая отчасти прекратилась только в конце 60-х гг. Признаком её окончания стала вышедшая в 1969г. книга Г. Жукова «Воспоминания и размышления».



Редактор книги Анна Минкина рассказывала: 

«Был мартовский солнечный день, когда на конвейере показались первые красный "кирпичи". Такая нарядная, в пурпурном целлофановом супере была она, эта царь-книга! Георгий Константинович взял в руки  книгу, поставил её на стол, долго смотрел молча...»,

Она же вспоминала о необычайном успехе книги: 

«На Калининском проспекте к Дому книги стояла колоссальная очередь, почти до конца проспекта, а на улице Кирова в здании магазина «Книжный мир» люди разбили витрины, и пошли насквозь – пришлось  вызывать конную милицию».



5.2. Последние годы жизни Жукова.



	После долгого перерыва Жуков впервые публично появился в  Кремлевском Дворце Съездов на торжественном заседании,  посвященном 20-летию Победы в мае 1965 года.  С 1965 году Жуков живет в деревне Сосновке, вступает вторично в брак - с Галиной Александровной Семеновой.  Навещали Георгия Константиновича многие - это и соратники - маршал Советского Союза Багратион,  генерал  Минюк,  Иван Кожедуб.  Бывали и писатели - Симонов, Смирнов,  Песков и много боевых друзей. Жуков очень любил рыбалку, охоту на дичь,  любил собирать грибы. Навещал свою родину, бывал в музеях, побывал он и на атомной станции в Обнинске.  В конце 1967  года  Жуков  со своей семьей поехал в санаторий в Архангельск. Там Георгий Константинович серьезно заболел, его срочно положили в госпиталь, где он пролежал  много месяцев. Только в конце лета 1968 года он почувствовал себя лучше, и его направили в санаторий в Барвиху. В ноябре 1973 года  умерла  жена Жукова.  После похорон Галины Александровны Жуков очень изменился, стал задумчив. И хотя он старался не поддаваться своей болезни, выходил в сад несколько раз в день, недуг все больше одолевал его. До последних дней он работал над новым изданием книги 

“Воспоминания и размышления”. Она вышла в свет, когда Жукова уже не стало.18 июня 1974 года великий русский полководец скончался.

























































ЗАКЛЮЧЕНИЕ.





Георгий Константинович Жуков - фигура в русской истории исключительная,  человек редкого военного таланта. Жизнь то поднимала его до самых небес, то низвергала вниз.  Его боялись, такие люди как Сталин  и  Хрущев,  ненавидел Брежнев.  Обладая громадной властью, они унижали его, передвигая на второстепенные должности или вовсе оставляли не в удел,  но при всем желании они  не могли лишить его боевой славы,  всемирной известности и любви народа. В своем реферате, я попытался проследить жизненный путь Жукова, становление и формирование его волевого характера и тех многих, положительных, качеств, которыми он обладал. 

К сожалению, многие поступки и даже подвиги очень скоро забываются, но хотелось бы надеяться, что имя  

Г.К. Жукова останется в памяти людей на долгое время.     Не будем умилять достоинств других полководцев, но каждый из тех,  кто вел народ  к победе,  достоин безграничной признательности. 

Но пальму первенства надо все-таки отдать Г.К.  Жукову,  ибо только за ним закрепилось звание,  не предусмотренное "табелью о рангах" - Народный Маршал.































Библиография.		



1. Воспоминания и размышления. 1974.

Георгий Константинович Жуков.  Речь на XX съезде ЦК 

    КПСС, 1956 г.

Жукова М.Г. Георгий Жуков. (1896-1974: Сборник).

4. Энциклопедия. История России, часть3, том 5

Яровиков В.С. Маршал Жуков: полководец и человек.  1988г.

Яровиков. В.С. Маршал Жуков. Каким мы его помним. Издание №2, 1989.