Эпитет в лирике Ахматовой

Учреждение образования РБ

	«Брестский государственный университет им. А.С.Пушкина»

	

	

	

	

	

	Курсовая работа

	Эпитет в лирике Ахматовой

	

	

	

	

	

	Выполнила:

	Студентка физического

	Факультета гр.ФМ-31

	Горбачук И.А.

	Научный руководитель:

	Ревинский А. Ф.

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	Брест 2009

	
Содержание

	

	Введение

	Глава I. Теоретическое описание эпитета и его разновидностей

	Глава II. Характеристика эпитета в произведениях А. Ахматовой

	II.1 Семантическая характеристика выявленных эпитетов

	II.2. Грамматическая характеристика эпитетов

	II.3. Функции эпитетов в тексте

	Заключение

	Список использованной литературы

	
Введение

	

	Что касается поэтического творчества Ахматовой, то следует сказать о том, что оно, как и жизнь поэтессы, было сложным и многогранным. Анна Андреевна Ахматова творила в очень сложное время, время катастроф и социальных потрясений, революций и войн. Многое было пережито ею, и ничего не забыто. Никогда она не переставала писать. Следовательно, и лирическое «я» художницы слова менялось вместе со временем. Лирическое «я» у Ахматовой предстает в самых разнообразных ликах. То она повелительница светских салонов, то нищенка, бредущая с сумой, то библейская героиня, то Жанна д’Арк, то прокаженная с трещоткой в руке, то истовая молитвенница, то мать всех детей, погибающих в Ленинграде.

	В реальной жизни она тоже породила многоликую галерею портретов. В образе музы изобразила ее Вос-Кардовская, в образе современной Мадонны—Петров-Водкин. У Данько—статуэтка грации. На фотографии 1940 года—трагическое лицо, которым Аманда Хейт иллюстрирует «Реквием». На рисунке Модильяни она, по словам Н Харджиева, напоминает «Ночь» Микеланджело: «Она дремлет, но это полусон ясновидящей». Лирику этой великой женщины, потрясающей поэтессы, всесторонней и исключительной личности мы и проанализируем с точки зрения насыщенности ее эпитетом.

	Целью данной работы является анализ структурных особенностей, состава и назначения эпитетов в творчестве Ахматовой в языке ее поэтических произведений.

	В работе ставятся следующие задачи:

	1. Дать общую характеристику образно-выразительных средств в произведениях литературы.

	2. Выявить эпитеты в избранных текстах, определить их значение.

	3. Провести тематическую классификацию этих эпитетов, проследить, по возможности, динамику их развития.

	4. Установить функциональное назначение выявленных эпитетов в анализируемом тексте.

	Объектом исследования выступает эпитет, представленный в лирике Ахматовой.

	Предметом исследования являются структурно-семантические особенности эпитетов, пути их формирования и особенности функционирования.

	Цель нашей работы заключается в изучении характера, причин, способов эпитизации явлений автором на примере его поэтических текстов.

	Методами исследования избраны семантико-стилистический и метод контекстуального анализа.

	В композиционном плане работа включает Введение, Основную часть и Заключения.

	
Глава 1. Теоретическое описание эпитета и его разновидностей (на примерах лирики Ахматовой)

	

	Эпитетом (от греч. epitheton—приложение) называется образное определение предмета или действия:

	Синий вечер. Ветры коротко стихли,

	Яркий свет зовет меня домой.

	(«Обман»)

	Эпитет можно классифицировать с разных позиций. Семантически: зооморфные, природные, цветовые, бытовые; стилистически: усилительные, уточнительные, контрастные; генетически: общеязыковые, индивидуально-авторские, народно-поэтические; структурно: простые, сложные; с точки зрения частеречной принадлежности: эпитеты-прилагательные, эпитеты-существительные, эпитеты-наречия. Также эпитеты можно делить по типу переноса и с точки зрения вообще его присутствия: точные, метафорические, метонимические. Важную роль также играет и синтаксическая функция эпитетов. Так, эпитет может являться в предложении определением, подлежащим, дополнением, обращением. Мы постараемся рассмотреть эпитет в лирике Ахматовой с различных позиций.

	К тропам, в строгом значении этого термина, принадлежат лишь эпитеты, функцию которых выполняют слова, употребленные в переносном значении (запах теплый, блуждающий вечер, грусть весны отравна, печаль преступна), в отличие от точных эпитетов, выраженных словами, использованными в прямом значении (синие виноградины, нежный цветок, шаги легки). Эпитеты—это чаще всего красочные определения, выраженные прилагательными:

	Я обманут моей унылой,

	Переменчивой, злой судьбой.

	( «Песня последней встречи»)

	Мутный фонарь голубел

	И мне указывал путь.

	(«Сон»)

	Прилагательные-эпитеты при субстантивации могут выполнять роль подлежащего, дополнения, обращения:

	Пророчишь, горькая, и руки уронила…

	(«О.А.Глебовой-Судейкиной»)

	Большинство эпитетов характеризуют предметы, но есть и такие, которые образно описывают действия. При этом, если действие обозначено отглагольным существительным, эпитет выражен прилагательным (память яростная, сдавленный стон), если же действие названо глаголом, то эпитетом может быть наречие, которое выступает в роли обстоятельства (горько волную, и звенела и пела отравно). В качестве эпитетов могут употребляться также существительные, играющие роль приложений, сказуемых, дающие образную характеристику предмета:

	Я—голос ваш, жар вашего дыханья,

	Я—отраженье вашего лица.

	(«Многим»)

	Эпитет как разновидность тропа изучали многие выдающиеся филологи: Ф.И. Буслаев, А.Н. Веселовский, А.А. Потебня, В.М. Жирмунский, Б.В. Томашевский и др.,—однако до сих пор наука не располагает разработанной теорией эпитета, нет единой терминологии, необходимой для характеристики различных видов эпитетов. Понятие «эпитет» иногда неоправданно расширяют, относя к нему любое прилагательное, выступающее в функции определения. Однако к эпитетам не следует причислять прилагательные, указывающие на отличительные признаки предметов и не дающие их образной характеристики. В случаях, когда прилагательные выполняют лишь смысловую функцию, их в отличие от эпитетов называют логическими определениями:

	

	Зажженных рано фонарей

	Шары висячие скрежещут…

	(«Призрак»)

	

	Создание образных эпитетов обычно связано с употреблением слов в переносном значении (ср.: ледяная вода—стаканы ледяные, синий лак-синий вечер, острый нож—острый крик). Эпитеты, выраженные словами, выступающими в переносных значениях, называются метафорическими:

	

	И никогда не поверю, что можно

	После небесной и тайной любви

	Снова смеяться и плакать тревожно

	И проклинать поцелуи мои.

	(«Пленник чужой!..»)

	Плотно заперты ворота,

	Вечер черен, ветер тих.

	(«Сразу стало тихо в доме…»)

	Вдруг запестрела тихая дорога,

	Плач полетел, серебряно звеня…

	(«Памяти 19 июля 1914»)

	

	В основе эпитета может быть метонимический перенос названия, такие эпитеты называются метонимическими:

	

	Осень ранняя развесила

	Флаги желтые на вязах.

	(«Мне с тобою пьяным весело…»)

	На стволе корявой ели

	Муравьиное шоссе.

	(«Обман»)

	
Метафорические и метонимические эпитеты относятся к тропам.

	Определения, выраженные словами, сохраняющими в тексте свое прямое значение, нельзя отнести к тропам, однако это не означает, что они не могут выполнять эстетической функции, быть сильным изобразительным средством.

	

	Я эту ночь не спала,

	Поздно думать о сне…

	Как нестерпимо бела

	Штора на белом окне.

	Сквозь стекло лучи дневные

	Известь белых стен пестрят…

	(«Два стихотворения»)

	

	Такие точные эпитеты не уступают в выразительности любым метафорическим, которые мог бы использовать художник для описания какого-либо явления. Яркую изобразительность часто придают речи цветовые эпитеты:

	

	Облака плывут, как льдинки, льдинки

	В ярких водах голубой реки.

	(«Сладок запах синих виноградин…»)

	Я здесь, на сером полотне,

	Возникла странно и неясно.

	(«Надпись на неоконченном портрете»)

	

	Еще А.Н.Веселовский отметил народную символику цветов, когда физиологическое восприятие цвета и света связывается с психическими ощущениями:

	
Мне очи застит туман,

	Сливаются вещи и лица,

	И только красный тюльпан,

	Тюльпан у тебя в петлице.

	(«Смятение»)

	

	Эпитеты исследуют с разных позиций, предлагая при этом различные их классификации. С генетической точки зрения эпитеты можно разделить на общеязыковые (камень надгробный, нежный цветок) и индивидуально-авторские (серебряный смех, блуждающий вечер), народно-поэтические (румяные щеки, добрый молодец). Последние называют еще постоянными, так как словосочетания с ними приобрели в языке устойчивый характер.

	Стилистический подход к изучению эпитетов дает возможность выделить в их составе три группы.

		Усилительные эпитеты, которые указывают на признак, содержащийся в определяемом слове; к усилительным эпитетам относятся и тавтологические.

	Например,

	

	…В снежных ветках черных галок,

	Черных галок приюти.

	

	2. Уточнительные эпитеты, называющие отличительные признаки предмета (бессонница-сиделка). Выразительная сила таких эпитетов нередко подкрепляется другими тропами, особенно сравнениями («А теперь я игрушечной стала,/ Как мой розовый друг какаду»).

	Между усилительными и уточнительными эпитетами не всегда удается провести четкую границу.

	Контрастные эпитеты, образующие с определяемыми существительными сочетания противоположных по смыслу слов—оксюмороны:

	

	Рядами стройными проходят ленинградцы,

	Живые с мертвыми…

	

	Возможны и другие группировки эпитетов. Это свидетельствует о том, что понятие «эпитет» объединяет весьма разнообразные лексические средства образности.

	
Глава 2. Характеристика эпитета в произведениях А. Ахматовой

	

	2.1 Семантическая характеристика

	

	Мы выше писали о классификации эпитетов с данной позиции. В лирике данного автора присутствуют все эти группы эпитетов. Рассмотрим их непосредственно на примерах.

	ЗООМОРФНЫЕ ЭПИТЕТЫ

	По сравнению, например, с количеством бытовых эпитетов у Ахматовой, состав зооморфных эпитетов у нее не столь велик.

	Зооморфизм (от греч.zoo—животное и morphe—форма)—представление богов, людей, предметов и явлений в образах животного мира. Следовательно, зооморфные эпитеты—это характеристика предмета, явления, движения души через образы животного мира.

	Самым явным эпитетом из этой области у Ахматовой является

	

	Это рысьи глаза твои, Азия,

	Что-то высмотрели во мне,

	Что-то выдразнили подспудное…

	

	Здесь она будто не познает мир, а узнает когда-то виденное. Приехав в Азию, не лирическая героиня открывает ее, но Азия открывает героиню.

	Ахматова расскажет, как в Азии ее «поймало в сети» одиночество и как «глаз столетний» глядит на нее сквозь глаза хозяйкиного кота. Ахматова познает мир, чтобы обрести в нем свое «я». Мы видим не просто сравнение Азии с рысью, а то, что Азия заманивает, поглощает. Вообще, Ахматовой присуще называть вещи своими именами, но часто она использует то или иное образное средство для номинации чего-то явного через признак, который кажется явным только ей самой. Она почти никогда не объясняет, она показывает. Достигается это и выбором образов, очень продуманным и своеобразным, но главное - их подробной разработкой.

	Сравнивая любовь, чувство, которое всегда жило в ней, в ее творчестве, с миром животных, Ахматова пишет так:

	

	То змейкой, свернувшись клубком,

	У самого сердца колдует,

	То целые дни голубком

	На белом окошке воркует.

	(«Любовь»)

	

	И пусть здесь эпитет не выражен прилагательными, видно, что Ахматова характеризует любовь то как змейную, то как голубиную. Для чего? Поэтесса показала через данное определение то качество этого чувства, как его многоликость: любовь бывает не только верная, чистая, но и настолько ядовита, насколько сладка.

	Но сравнивала Ахматова с животными не только душевные качества, но и себя саму:

	

	В белом поле я тихою девушкой стала,

	Птичьим голосом кличу любовь.

	(«Ты поверь…»)

	

	Вообще, «птичьи» эпитеты—самые распространенные у Ахматовой: это и крики аистов и ворон, и «крылатый» Бог, и «небо цвета вороновой стали», и «острый крик отсталых журавлей», «и я не могу взлететь,/ а с детства была крылатой», «ставши лебедем надменным» и др. Образ птицы (например, голубя, ласточки, кукушки, лебедя, ворона) глубоко символичен. И эту символику использует Ахматова. В ее творчестве «птица» обозначает многое: стихи, состояние души, Божьего посланника. Птица – это всегда олицетворение свободной жизни, в клетках мы видим жалкое подобие птиц, не лицезрея их парения в небе. Так же и в судьбе поэта: подлинный внутренний мир отражается в стихах, созданных свободным творцом. Но именно ее, свободы, в жизни всегда не хватает.

	Если продолжать разговор о зооморфных эпитетах у Ахматовой, то здесь следует отметить, что редко автор употребляла зооморфизмы, но довольно часто находим мы у нее наделение предметов, переживаний, природных явлений теми качествами, которые присущи непосредственно животным. Например,

	

	Там малиновое солнце

	Над лохматым сизым дымом (ср. лохматый медведь);

	И что память яростная мучит…(ср. яростный волк);

	Мы хотели муки жалящей…(ср.жалящая оса);

	Бензина запах и сирени,

	Насторожившийся покой…(ср. насторожившийся зверь) и др.

	

	Мы видим, что зооморфный эпитет «в руках» у Ахматовой переливается всеми оттенками значений, что придает ее стихам не только загадочную символичность, но и подчеркнутую выразительность.

	ПРИРОДНЫЕ ЭПИТЕТЫ

	Данная группа эпитетов занимает самое значительное место в лирике Ахматовой и по своей численности, и по своему качеству.

	Не только среди людей, но и среди природы она ощущает себя одним из природных начал и потому чувствует себя двойником не только многих человеческих сестер, но и «родной сестрой заречных ив». «Серебряная ива»—один из любимых ее двойников («И, благодарная, она жила со мной всю жизнь»).

	Ей соприродны журчащие воды, крапива и лопухи. Внятен «иволги всегда печальный голос», понятен «голос ветра».

	Существование Ахматовой давно вписано в мир. Ее сознание сопрягает лики людей с природными ликами стихий. Она ощущает, что нечто бессловесное, подземное стремиться через нее обрести голос («Многое еще, наверно, хочет/ Быть воспетым голосом моим…»). Именно поэтому в лирике Ахматовой нет пейзажей.

	Природа для поэтессы—способ характеристики не только людей, их качеств, чувств и переживаний, но и средство передачи через слово характеристик предметов. Это подтверждается ахматовскими строками:

	

	Ива на небе пустом распластала

	Веер сквозной.

	Ты совсем устало,

	Бьешься тише, глуше…

	Между кленов шепот осенний

	Попросил: «Со мною умри!..

	Не надо мне души покорной,

	Пусть станет дымом, легок дым,

	Взлетев над набережной черной,

	Он будет нежно-голубым.

	Жарко веет ветер душный,

	Солнце руки обожгло,

	Надо мною свод воздушный,

	Словно синее стекло…

	

	Ахматова по-своему умеет пользоваться природными эпитетами—они у нее часто точны, что нисколько не умаляет их роли как выразительно-образных средств: «озерным водам отдал лик», «внимает шорохам зеленым», «пускай умру с последней белой вьюгой» и т.д.

	Но не только посредством природных характеристик Ахматова умела подчеркнуть всю значимость того или иного явления, но и, наоборот, посредством человеческих качеств она как никто другой умела описать природные явления, наделить абстракции и неодушевленное одушевленными качествами.

	АНТРОПОМОРФНЫЕ ЭПИТЕТЫ

	Как и предыдущая группа эпитетов, данная разновидность эпитетов довольно широко представлена в поэзии Ахматовой.

	В строках «как нестерпимо бела/ штора на белом окне» слово «нестерпимо» употреблено в привычном значении, а как оттенок (ср. нестерпимая боль).

	Не ей дано носить в себе образ дома, а дом следит за ней «прищуренным, неблагосклонным оком».

	У Ахматовой мы видим как сочетается порой несочетаемое: «огненный недуг», «исчерпанная тьма», «неизбежные глаза», «тоскующая скрипка», «терпкая печаль», «звенящая оса» и др.

	Рассмотрим для примера, как предстает у Ахматовой широко распространенный в поэзии образ луны.

	В «Новогодней балладе» месяц, заскучав, «бросил в горницу тусклый взор» (не его созерцают, а он видит картину ночного пира).

	В «Реквиеме» «Желтый месяц входит в дом». Он соглядатай. Лик его индивидуализирован и страшен: «Входит в шапке набекрень».

	В стихотворении «Одни глядятся в ласковые взоры» поэт говорит о муках совести. Обличитель ее—месяц («спокойный и двурогий стоит свидетель»).

	Когда же в «Поэме без героя» Ахматова пишет:

	

	И серебряный месяц ярко

	Над серебряным веком стыл,--

	

	То это никак не пейзаж, Месяц—знаковый символ. Все стихии одушевлены.

	Можно подытожить тем, что Ахматова не просто жила сама, она наполняла жизнью, сознанием, чувствами все, ее окружавшее.

	ЦВЕТОВОЙ ЭПИТЕТ

	Ему принадлежит одно из значительных мест в поэтических произведениях Анны Ахматовой. Она не только одушевляла, она и окрашивала. Если говорить о месте колоризмов в ее лирике, то им следует отвести более 30% из общего количества ахматовских эпитетов. Каждое второе ее стихотворение имеет в своем составе хотя бы один цветовой эпитет.

	Эпитеты, определяющие ценность предмета (как-то: красивый, безобразный, счастливый, несчастный и т. д.), встречаются редко. Эта ценность внушается описанием образа и взаимоотношением образов. У Ахматовой для этого много приемов. Укажем некоторые: сопоставление прилагательного, определяющего цвет, с прилагательным, определяющим форму:

	

	…И густо плющ темно-зеленый

	Завил высокое окно.

	

	Или:

	

	…Там малиновое солнце

	Над лохматым сизым дымом…

	

	повторение в двух соседних строках, удваивающее наше внимание к образу:

	

	…В снежных ветках черных галок,

	Черных галок приюти.

	
Цветовых определений очень много в стихах Ахматовой, и чаще всего для желтого и серого, до сих пор самых редких в поэзии. Например,

	

	Вижу выцветший флаг над таможней

	И над городом желтую муть.

	Растут стихи, не ведая стыда,

	Как желтый одуванчик у забора.

	

	Помимо желтых и серых тонов обыденности, часто встречается у Ахматовой белый, голубой, серебристый, а также красный цвет. Всем известно, что цвета влияют на наше мышление и чувства. Они становятся символами, служат сигналами, предостерегающими нас, радуют, печалят, формируют наш менталитет и влияют на нашу речь.

	Белый – это цвет невинности и чистоты. Белый цвет символизирует чистоту помыслов, искренность, юность, неиспорченность, неискушенность. Белый жилет придает облику изысканность, белое платье невесты означает невинность.

	Человек, которого притягивает белый цвет, стремится к совершенству, он постоянно в поисках самого себя. Белый цвет – символ творческой, жизнелюбивой натуры.

	На Руси белый цвет – любимый цвет, это цвет «Духа Свята». (Он спускается на землю в виде белого голубя). Белый цвет повсеместно присутствует в национальных одеждах и орнаментах. Он также является маргинальным, (то есть символизирует переход из одного состояния в другое: смерть и рождение вновь, для новой жизни). Символом этого являются и белый наряд невесты, и белый саван умершего, и белый снег.

	Но белый цвет имеет кроме радостной и свою печальную сторону значений. Белый – это и цвет смерти. Недаром такое время года, как зима, ассоциируется со смертью в природе. Земля покрывается белым снегом, словно саваном. Тогда как весна – это зарождение новой жизни.

	Символ «белый» находит свое непосредственное отражение в стихах Ахматовой. Во-первых, белый – цвет любви у Ахматовой, олицетворение тихой семейной жизни в «белом доме». Когда же любовь изживает себя, героиня оставляет «белый дом и тихий сад».

	«Белый», как олицетворение вдохновения, творчества, находит отражение в следующих строках:

	

	Я голубку ей дать хотела,

	Ту, что всех в голубятне белей,

	Но птица сама полетела

	За стройной гостьей моей.

	(«Муза ушла по дороге», 1915).

	

	Белая голубка – символ вдохновения – улетает вслед за Музой, посвящая себя творчеству.

	«Белый» – это и цвет воспоминаний, памяти:

	

	Как белый камень в глубине колодца,

	Лежит во мне одно воспоминанье.

	(«Как белый камень в глубине колодца», 1916).

	

	День Спасения, рай тоже обозначаются белым цветом у Ахматовой:

	

	В белый рай растворилась калитка,

	Магдалина сыночка взяла.

	(«Где, высокая, твой цыганенок», 1914).

	

	Встречаются в лирике Ахматовой различные оттенки красного цвета. Красные у Ахматовой и ослепшая стена, и тюльпан, и китайский зонтик, и плюш кресел, и черти. Из оттенков красного мы видим «розового друга какаду», «заалелый рот», «розовые губы», «малиновый платок» и др. Как видим, поэтесса использует данный цвет не только как символ страсти, но и как символ некой дьявольщины.

	Голубой цвет—признак светла, чистоты и незапятнанности, цвет неба и лазури, цвет моря и слезы. Голубыми у Ахматовой выступают прибой, туман, полумрак и т.д.

	Одно из самых важных мест в ахматовской палитре цветов принадлежит серебристому цвету. Серебристые локоны, серебристая ива, серебристый гроб, серебрящийся тополь, серебристый смех, серебристый олень—все это эпитеты Ахматовой.

	Немаловажную роль в лирике Ахматовой играют и другие цвета и их оттенки: «нежно-голубой дым», «рябина желто-красная», «звезды матово-бледны», «темно-синий шелковый шнурок», «равнодушно- жёлтый огонь» и др.

	Проанализировав лирику Ахматовой с точки зрения колористики, можно сделать следующий вывод: цветообозначения у нее выполняют смысловую, описательную и эмоциональную цели. Так, смысловая функция заключается в актуализации различных приращений смысла; описательная— в том, что цветовые эпитеты привлекаются писателем, чтобы описание стало зримым, выпуклым; эмоциональная же особенно интересна: цвета-символы у Ахматовой являются своего рода «проекцией» душевного состояния ее лирического героя. Детали-символы были необходимы автору для того, чтобы усилить лирическую основу произведения, более четко подчеркнуть то или иное настроение и, несомненно, привнести в произведение символическую загадку.

	БЫТОВЫЕ ЭПИТЕТЫ

	В стихах Ахматовой много эпитетов рождаются из целостного, нераздельного, слитного восприятия мира. У Ахматовой встречаются стихи, которые "сделаны" буквально из обихода, из житейского немудреного быта - вплоть до позеленевшего рукомойника, на котором играет бледный вечерний луч. Невольно вспоминаются слова, сказанные Ахматовой в старости, о том, что стихи "растут из сора", что предметом поэтического воодушевления и изображения может стать даже пятно плесени на сырой стене.

	

	Молюсь оконному лучу –

	Он бледен, тонок, прям.

	Сегодня я с утра молчу,

	А сердце – пополам.

	На рукомойнике моём

	Позеленела медь.

	Но так играет луч на нём,

	Что весело глядеть.

	Такой невинный и простой

	В вечерней тишине,

	Но в этой храмине пустой

	Он словно праздник золотой

	И утешенье мне.

	

	Так и в этом раннем стихотворении. Нам не столь важно, что именно произошло в жизни героини? Ведь самое главное - боль, растерянность и желание успокоиться хотя бы при взгляде на солнечный луч, - все это нам ясно, понятно и едва ли не каждому знакомо. Мудрость ахматовской миниатюры, чем-то отдаленно похожей на японскую хоку, заключается в том, что она говорит о целительной для души силе природы. Солнечный луч, "такой невинный и простой", с равной лаской освещающий и зелень рукомойника, и человеческую душу, поистине является смысловым центром, этого удивительного стихотворения.

	Большинство бытовых эпитетов подчеркивает именно бедность и неяркость предмета: «протертый коврик, стоптанные каблуки, выцветший флаг» и т. д. Ахматовой, чтобы полюбить мир, нужно видеть его милым и простым.

	

	2.2 Грамматическая характеристика

	

	С точки зрения грамматики, т.е. морфологии, выше мы писали о том, что в лирике Ахматовой присутствуют эпитеты, по частеречной принадлежности относящиеся и к прилагательным:

	

	А бешенная кровь меня к тебе вела

	Сужденной всем, единственной дорогой.

	Так отлетают темные души…

	Он награжден каким-то вечным детством…

	и к именам существительным:

	Горячий шелест лета…

	…песня разлуки…

	и к наречиям:

	Дождь косил свои глаза гневливо…

	Из зеркала смотрит пустого

	И что-то бормочет сурово.

	Там кто-то беспомощно плачет…

	Все мертвенно, пусто, светло…

	и к глагольным формам—причастиям:

	Уколола палец безымянный

	Мне звенящая оса.

	И, говорят, в одном из тех домов

	Уже ковром закрыт проклятый профиль.

	Над вашей памятью не стыть плакучей ивой…

	Остался профиль( кем-то обведенный

	На белоснежной извести стен)…

	В стихотворениях Ахматовой также есть и субстантивированные формы эпитетов-прилагательных:

	

	Многое еще, наверно, хочет

	Быть воспетым голосом моим:

	То, что, бессловесное, грохочет…

	А вот еще: тайное бродит вокруг—

	Не звук и не цвет, не цвет и не звук…

	

	Говоря о частеречной принадлежности эпитетов, следует упомянуть и о выполняемых ими синтаксических ролях. Так, ахматовский эпитет чаще всего выступает в роли определения:

	

	По шее лебяжьей все также спокоен наклон.

	(«Клеопатра»)

	Я пью за разоренный дом,

	За злую жизнь мою,

	За одиночество вдвоем

	И за тебя я пью,—

	За ложь меня предавших губ,

	За мертвый холод глаз,

	За то, что мир жесток и груб,

	За то, что Бог не спас.

	(«Последний тост»)

	

	Реже—выполняет функции подлежащего, обращения и дополнения:

	

	И в город печали и гнева

	Из тихой Корельской земли…

	Все грозней бушует, непреклонный,

	Словно здесь еретиков казнят…

	Пророчишь, горькая, и руки уронила…

	

	Так как эпитетом могут являться и наречия и слова категории состояния, то, следовательно, они могут являться в предложении и обстоятельствами образа действия:

	

	Или живым прощаешь благосклонно

	Твое изнеможенье и позор…

	Следил ты уже бесстрастно…

	Как беспомощно, жадно и жарко гладит

	Холодные руки мои.

	

	2.3 Функции эпитетов в текстах

	

	Данный вопрос мы рассмотрим на примере отдельных стихотворений.

	Во-первых, следует подчеркнуть то, что во всей лирике Ахматовой определяющую роль играла деталь, ее подчеркнутость. И эпитет использовался поэтессой всегда с этой целью: выразительно подчеркнуть то или иное движение души, подметить и подловить его.

	О точности деталей у А. Ахматовой хорошо написала М. Цветаева: «Когда молодая Ахматова в первых стихах своей первой книги дает любовное смятение строками:

	

	Я на правую руку надела

	Перчатку с левой руки, –

	

	она одним ударом дает все женское и все лирическое смятение <...>. Посредством очевидной, даже поразительной точности деталей утверждается и символизируется нечто большее, нежели душевное состояние, – целый душевный строй. <...> Словом, из двух ахматовских строк рождается богатая россыпь широких ассоциаций, расходящихся, подобно кругам на воде от брошенного камня. В этом двустишии – вся женщина, весь поэт и вся Ахматова в своей единственности и неповторимости, которой невозможно подражать. 

	Еще на одну деталь обратила внимание М. Цветаева в стихотворении А. Ахматовой 1917 года:

	

	По твердому гребню сугроба

	В твой белый таинственный дом

	Такие притихшие оба

	В молчании нежном идем.

	И слаще всех песен пропетых

	Мне этот исполненный сон,

	Качание веток задетых

	И шпор твоих легонький звон.

	

	«“И шпор твоих легонький звон” – это нежнее всего, что сказано о любви» .

	Поэтическая сила Ахматовой проявляется в выборе и соседстве слов в той же манере, как и в выборе и соседстве деталей. Ахматова употребила по отношению к поэзии выражение «свежесть слов» (Нам свежеть слов и чувства простоту Терять не то ль, что живописцу – зренье). Свежесть слов определяется свежестью и точностью взгляда, своеобразием и неповторимостью личности поэта, его поэтической индивидуальности. В стихах Ахматовой даже обычные слова звучат как впервые сказанные. Слова преображаются в ахматовских контекстах. Необычное соседство слов изменяет их смысл и тон. В стихах –

	

	Я научилась просто, мудро жить,

	Смотреть на небо и молиться Богу,

	И долго перед вечером бродить,

	Чтоб утомить ненужную тревогу.

	Когда шуршат в овраге лопухи

	И никнет гроздь рябины желто-красной,

	Слагаю я веселые стихи

	О жизни тленной, тленной и прекрасной.

	Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь

	Пушистый кот, мурлыкает умильней,

	И яркий загорается огонь

	На башенке озерной лесопильни.

	Лишь изредка прорезывает тишь

	Крик аиста, слетевшего на крышу.

	И если в дверь мою ты постучишь,

	Мне кажется, я даже не услышу.

	

	Слова «просто, мудро жить», «ненужная тревога», «пушистый кот», «яркий огонь» можно употребить и в обычной речи, но в контексте этого стихотворения и в более широком контексте поэзии Ахматовой они звучат как присущие ахматовскому стилю, как ее индивидуальные слова. Вполне индивидуально сочетание определений в строке «О жизни тленной, тленной и прекрасной», сочетание «веселые стихи».

	В строках из стихов «А мы живем торжественно и трудно/ И чтим обряды наших горьких встреч» сочетание «живем трудно» обычно, но в объединении «торжественно и трудно» слово «трудно» уже имеет иной смысл. У Блока есть строки «Печальная доля – так сложно, так трудно и празднично жить, И стать достояньем доцента, И критиков новых плодить…». В стихах Ахматовой аналогичная мысль получает новый оттенок, по-новому окрашивается контекстом. Слегка изменяется и словесная форма: вместо празднично – торжественно. Слова «чтим обряды» (по отношению к любовным встречам) были у Блока (Я чту обряд: легко заправить Медвежью полость на лету – «На островах»). Но в контексте ахматовского стихотворения эти слова приобретают иной тон, становятся ее индивидуальной принадлежностью. Сильная поэтическая индивидуальность накладывает свою печать на смысл слов.

	
Заключение

	

	В своей жизни, длившейся почти 79 лет (1889 - 1966) , Анна Андреевна Ахматова знала славу, бесславие и новую славу, еще большую, чем начальная, в силу того, что ее личность и сочинения стали предметом всеобщего внимания. После смерти поэта это всеобщее внимание, слава эта оказались настолько глубокими и прочными, что мы с уверенностью можем сказать, что Анна Ахматова вошла в высокий круг классиков русской литературы.

	Основные черты поэтического языка А. Ахматовой – классическая ясность и точность слова, его прозрачность, сдержанность и лаконичность стиля высказывания, строгость и стройность поэтической структуры. Поэзии А. Ахматовой свойственны лаконичные и емкие формулировки, заключающие в себе большую силу – силу мысли и силу чувства. Языку Ахматовой в высшей степени присуще чувство меры, отсутствие лишних слов. Сказано ровно столько, чтобы высказанная истина предстала во всей ее силе и полноте. «Мощная краткость» – это высказывание о русском языке вполне применимо к поэтическому языку Ахматовой.

	Мы рассмотрели поэтический язык Ахматовой лишь с одной точки зрения—его насыщенности различными семантическими группами эпитетов, хотя творчество этой великой поэтессы—постоянно изучаемое, но никогда не исчерпаемое поле для изучения многогранности великого русского языка.

	Целью данной работы явился анализ структурных особенностей, состава и назначения эпитетов в творчестве Ахматовой в языке ее поэтических произведений.

	В работе ставились следующие задачи:

	1. Дать общую характеристику образно-выразительных средств в произведениях литературы.

	2. Выявить эпитеты в избранных текстах, определить их значение.

	3. Провести тематическую классификацию этих эпитетов, проследить, по возможности, динамику их развития.

	4. Установить функциональное назначение выявленных эпитетов в анализируемом тексте.

	Объектом исследования выступил эпитет, представленный в лирике Ахматовой.

	Предметом исследования явились структурно-семантические особенности эпитетов, пути их формирования и особенности функционирования.

	Цель нашей работы заключалась в изучении характера, причин, способов эпитизации явлений автором на примере его поэтических текстов.

	Методами исследования избраны были семантико-стилистический и метод контекстуального анализа.

	В композиционном плане работа включает Введение, Основную часть и Заключения.

	
Список использованной литературы

	

	1) Ахматова,А.Лирика/А.Ахматова.—Минск: Харвест, 2003.

	2) Баталов, А. Литературная критика: Рядом с Ахматовой/ А.Баталов.—М., 1984г.

	3) Виленкин,В. В сто первом зеркале/ В.Виленкин.—М.,1987.

	4)Добин,Е. Поэзия Анны Ахматовой/Е.Добин.—Л.: Советский писатель, 1968.

	5)Жирмунский,В.М. Творчество Анны Ахматовой/ В.М.Жирмунский.—Л. 1973 .

	6) Коржавин, Н. Анна Ахматова и "серебряный век" // Новый мир. 1989. № 7.

	7) Малюкова, Л.Н. А. Ахматова : Эпоха, Личность, Творчество/ Л.Н.Малюкова.—Таганрог: Тагаронгская правда, 1996.

	8) Найман, А. Рассказы об Анне Ахматовой// Журнал «Новый мир», 1989.

	9) Павловский, А.И. Анна Ахматова, жизнь и творчество/А.И.Павловский.—Москва: Просвещение, 1991.

	10) Суслова,Н.В. Новейший литературоведческий справочник/ Н.В.Суслова, Т.Н.Усольцева.—Мозырь: Белый ветер, 2003.

	11) Сушилина, И.К. Анна Ахматова, избранное/И.К.Сушилина.--М., 1993.

	12) Чуковский, К. Анна Ахматова // К. Чуковский. Современники: Портреты и этюды. Минск, Нар. Асвета, 1985.

	13) Чуковская, Л.Записки об Анне Ахматовой/Л.Чуковская.—Москва: Советская литература, 1989.

	14) Эхенбаум,Б. Анна Ахматова. Опыт анализа/Б.Эхенбаум.—Л., 1960.