Российская цивилизация

Содержание



Введение

Глава 1. Этапы развития Российской цивилизации

Глава 2. Территория Российской цивилизации

Глава 3. Монархия

Глава 4. Государство и социально-экономическое развитие России

Глава 5. Российская цивилизация сегодня

Заключение

Список литературы




Введение



Вступив в XXI в., человечество все более задумывается над перспективами развития общества, культуры и цивилизации. Цивилизация — это итог достижений народа или народов в создании определенного социально-культурного образования и состояния с присущим ему типом бытия и жизнедеятельности людей, с характерными ценностными установками и ориентациями, духовными принципами и нормами образа жизни.

История российской (русско-православной) цивилизации и восточнославянских этносов таит много загадок и тайн. Времена, предшествовавшие принятию христианства, по словам историка Н.И. Костомарова, наполнены сказаниями, которые нельзя принять как истинные. Ученый объяснял это тем, что летописание началось не ранее второй половины XI в., а при описании событий IX и X вв. использовались немногие греческие источники и изустные народные предания. "С достоверностью можно сказать, полагал Костомаров, что, подобно всем северным европейским народам, и русский только с христианством получил действительные и прочные основы для дальнейшей выработки гражданской и государственной жизни, основы, без которых собственно для народа нет истории". Поскольку восточнославянские племена имели экономические и культурные связи с западной и восточной цивилизациями, в античных, византийских, арабских и западноевропейских источниках о них сохранилось немало свидетельств. Опираясь на них, а также языческие предания восточнославянских племен, письменные источники Киевской, Владимиро-Суздальской и Московской Руси и археологические находки, ученые пытаются ответить на исторические вопросы, но загадок остается еще очень много. [2]

Российская цивилизация прошла ряд этапов (периодов) в своем развитии, претерпев несколько модернизаций, каждая из которых имела свои особенности и разную степень завершенности.

По географическому положению и по этническому составу Россия совмещает в себе Европу и Азию. Не случайно ее называли Евразией или Срединным миром, подчеркивая ее промежуточное положение между Западом и Востоком.

Вопросы «Что именно, Восток или Запад, преобладает в ней?» «В каком направлении идет развитие России?» имели и до сих пор имеют дискуссионный характер. Одни историки видели в России часть Европы, хотя отмечали, что она развивается более медленно. Другие решительно разъединяли ее с Европой, утверждая, что это самобытная цивилизация, у которой есть свой собственный исторический путь.

	Особенность развития российской цивилизации, как и многих других, состояла в том, что ее формирование и становление происходило в определенной духовно-ценностной религиозной форме, под мощным влиянием Православия и Русской Православной Церкви. Она проявила способность преображать общественное бытие на основах христианства и определять тем самым все сферы культуры народа и образ жизни людей. В то же время, например в XX в., российская цивилизация прогрессировала и в безрелигиозной, атеистической форме. Ныне полноценное цивилизационное развитие России немыслимо без преодоления социокультурного и духовно-нравственного кризиса и выяснения роли Православия в формировании прошлого, настоящего и будущего российской цивилизации. [2]




Глава 1. Этапы развития Российской цивилизации



О возникновении российской цивилизации и этапах ее развития ученые спорят давно. Есть много мнений и о времени, и о месте возникновения цивилизации, и о перспективах ее развития. 

Российская цивилизация зародилась в IX веке с возникновением Древнерусского государства. В своем развитии российская цивилизация проходит несколько этапов.

 I этап - Киево-Новгородская Русь (IX по XII вв.). В эти годы Древнерусское государство представляло собой сильнейшую державу Европы. Наши северные соседи называли Русь – Гардарики, Страна Городов. Города эти вели оживленную торговлю с Востоком и Западом, со всем тогдашним цивилизованным миром. Пик могущества Руси на этом этапе - середина XI века - годы правления Ярослава Мудрого. При этом князе Киев был одним из красивейших городов Европы, а Киевский князь – одним из самых авторитетных европейских государей. Брачных союзов с семьей Ярослава искали немецкие князья, византийский император, короли Швеции, Норвегии, Польши, Венгрии, далекой Франции. Но после смерти Ярослава его внуки стали бороться за власть и могущество Руси было подорвано.

XIII век ознаменовался кризисом, связанным с нашествием татаро-монголов с Востока и крестоносцев с Запада. В борьбе в врагами Русь выявила новые городские центры, новых князей – собирателей и освободителей земли русской. Так начался следующий этап в развитии нашей цивилизации.

II этап – это Русь Московская. Начинается он в XIII веке, когда практически вся Русь была под ордынским игом и заканчивается в XVI веке, когда на месте раздробленных княжеств снова, но уже со столицей в Москве, возродилось могучее и единое Российское государство. [1]

Вершина этого этапа – княжение Ивана III на рубеже XV - XVI веков. В это время Россия освобождается от ордынского ига, принимает наследие Византии и становится главенствующей православной державой мира. В XVI веке, при Иване Грозном, территория России увеличивается в несколько раз за счет завоевания Казанского, Астраханского и Сибирского ханств. Правда, борьба Ивана Грозного в боярами и неудачная война за выход в Балтийское море с Ливонией породила очередной кризис Российской цивилизации.

Кризис начался в начале XVII века, в связи в пресечением правящей династии Рюриковичей. Он породил Смуту в стране и войны с Швецией и Польшей. Результатом стал приход к власти новой династии – Романовых. После периода ее укрепления начался новый этап российской цивилизации.

III этап – Российская империя XVIII – XX вв. С приходом к власти Петра I Великого и благодаря его реформам, Россия вновь становится таким же мощным государством, как Великобритания и Франция, которые в то время были ведущими державами Европы.

Настоящим пиком этого этапа является конец XVIII века, когда после мудрого правления Петра I, Екатерины I, Елизаветы Петровны, при Екатерине II Россия, победившая в войнах с Турцией, разделив с Австрией и Пруссией Польшу, полностью открыла себе дорогу в Европу.

Кризис же Российской империи начинается в середине XIX века, когда, сначала из-за сохранения крепостного права, потом из-за сохранения самодержавия, Россию потрясают восстания, протесты акты террора.

Пик этих восстаний – начало XX века, когда 2 революции 1905 и 1917 годов разрушают Российскую империю, преобразовывая ее в дальнейшем в СССР. Так начинается следующий этап развития Российской цивилизации.

IV этап начинается в начале XX века, в 1920-х годах. Он продолжается до сих пор. Это этап динамизма, то есть быстрого развития государства и общества. [1]

Если учесть, что в среднем каждый этап развития Российской цивилизации длится 400 лет, а тот этап, в котором мы сейчас живем, начался 80 лет назад, можно сказать, что сейчас Российская цивилизация находится на начальной стадии четвертого этапа своего развития. 

Глава 2. Территория Российской цивилизации



Вся история России — это непрерывный, затянувшийся на многие века процесс расширения географического пространства. Такой путь можно назвать экстенсивным: Россия постоянно сталкивалась с проблемой освоения новых земель по мере своего продвижения на восток. Учитывая тяжелые географические и климатические условия, низкую по сравнению с Западной Европой плотность населения, сделать это «разбегающееся» пространство цивилизованным было очень сложной задачей.

Наиболее плодородна в России степь, где преобладающим типом почвы является плодородный чернозем, толщина которого достигает трех метров. Чернозем покрывает площадь около 100 млн га; это ядро земледельческих районов России. Однако степные земли стали осваиваться сравнительно поздно — лишь в конце XV—XVI вв. Полностью степью русские овладели в конце XVIII в., после решающего поражения, нанесенного туркам. Районы, где издавна развивалось только скотоводство, превращались в земледельческие под руками русского пахаря.

В конце XVI в. поход казацкого атамана Ермака (1581—1582) положил начало освоению Сибири. Продвижение по Сибири происходило невероятно быстро: в течение первой половины XVTI в. колонисты преодолели расстояние от Уральских гор до берегов Тихого океана. [3]

В начале своей истории восточные славяне располагали территорией, не слишком благоприятной для развития земледелия. Урожайность была низкой (как правило, «сам-три», т. е. одно посеянное зерно при уборке урожая приносило только 3 зерна). Причем такая ситуация в России сохранялась вплоть до XIX в. В Европе же к XVI—XVII вв. урожайность достигла «сам-пять», «сам-шесть», а в Англии, стране с высокоразвитым земледелием, — «сам-десят». Кроме того, суровый континентальный климат чрезвычайно сокращал период сельскохозяйственных работ. На севере, в районах Новгорода и Пскова, он длился всего четыре месяца, в центральных областях, около Москвы, — пять с половиной месяцев. В более благоприятном положении были районы вокруг Киева. (У западноевропейского крестьянина этот период охватывал 8—9 месяцев, т. е. он располагал гораздо большим количеством времени для обработки земли.)

Низкая урожайность отчасти компенсировалась промыслами (охота, рыбная ловля, бортничество). Этот источник благополучия долгое время не иссякал за счет освоения все новых и новых регионов с практически нетронутой природой.

С такими урожаями крестьянин мог, конечно, прокормить себя, но земля давала мало излишков. А это, в свою очередь, сказывалось и на развитии животноводства, и на торговле и в конечном счете на замедленном темпе роста городов, так как их население, в основном освобожденное от сельского труда, нуждалось в продуктах, поставляемых деревнями.

Огромные расстояния и отсутствие дорог препятствовали развитию торговли. Большую помощь здесь оказывали реки, многие из которых имели не только местное, но и крупное международное значение. Наиболее важным был знаменитый водный путь «из варяг в греки», т. е. из Скандинавии (из Финского залива в Ладожское озеро и далее до верховий Днепра) в Византию, в Черное море. Другой путь шел по Волге и далее в Каспийское море. Однако реки, конечно, не могли обеспечить прочной экономической связи между всеми регионами (особенно по мере разрастания географических рамок страны). Слабое развитие рынков сбыта не способствовало экономической специализации различных районов, а также не создавало стимулов для интенсификации сельского хозяйства. [4]



Глава 3. Монархия



Вместе с христианством Древняя Русь получила из Византии и идею монархической власти, которая быстро вошла в политическое самосознание. Эпоха крещения Руси совпала как раз с тем периодом становления ее государственности, когда централизация и установление сильной единоличной власти великого князя стали жизненной необходимостью. Историки полагают, что выбор Владимира пал именно на православие — помимо многих других причин — и потому, что оно в отличие от католичества передавало всю полноту власти императору.

Составитель одного из первых произведений древнерусской литературы — «Изборника» (1076), называвший себя Иоанном Грешным, писал, что «небрежение о властях — небрежение о самом Боге»; испытывая страх перед князем, человек учится и Бога бояться. Более того, мирская власть представлялась Иоанну Грешному орудием Божественной воли, с ее помощью осуществляется высшая справедливость на земле, ибо «князем наказываются согрешающие».

Идеал сильной власти в эпоху раздробленности (XIII в.) выдвигал Даниил Заточник, написавший «Моление», обращенное к некоему князю: «женам глава луж, а мужем — князь, а князем — Бог».

Но идея единоличной власти была нераздельно связана с требованиями, чтобы власть эта была гуманной и мудрой. Интересно в этом отношении «Поучение» Владимира Мономаха, прославленного политического деятеля и яркого писателя. Мономах создал в своем «Поучении», посвященном, очевидно, наследнику, образ идеального князя. Он стремился к тому, чтобы власть была нравственной и основывалась на соблюдении евангельских заповедей. Поэтому она должна защищать слабых, осуществлять справедливость. Известно, что сам Мономах отказывался казнить даже злейших преступников, аргументируя это тем, что срок жизни человека определяет только Бог. Кроме того, князь, с его точки зрения, должен постоянно учиться: «что умеете, того добра не забывайте, а чего не умеете, тому учитесь». Считалось важным, чтобы князь окружал себя мудрыми советчиками, независимо от их социального положения. Так, Даниил Заточник писал: «Не лишай хлеба мудрого нищего, не возвышай до облаков богатого глупца».

Разумеется, между этими рекомендациями и реальной жизнью была огромная разница. В ожесточенной борьбе за власть князья совершали и клятвопреступления, и убийства, но само по себе существование такого рода идеала давало возможность оценки и критики действий власти.

Идея власти претерпела изменения в период образования централизованного самодержавного государства — Московской Руси. Эта эпоха совпала со взятием Константинополя (1453) и падением Византии. Русь оставалась единственным православным государством, отстоявшим свою политическую независимость (царства Сербское и Болгарское утратили ее еще до падения Византии). Иван III заключил брак с дочерью брата последнего византийского императора — Софией Палеолог, став как бы преемником византийских монархов. Великого князя московского именовали теперь по византийскому образцу царем и авто-кратором (самодержцем). [3]

Завершила процесс религиозно-политического возвышения власти теория «Москва — третий Рим», которая в начале XVI в. была сформулирована иноком одного из псковских монастырей — Филофеем. Он утверждал, что московский царь — теперь единственный хранитель истинной веры на всей земле и владыка всех православных, ибо два Рима (т. е. древний Рим и Константинополь) пали, третий — Москва — стоит, а четвертому не бывать. Русь объявлялась последним и вечным царством православного мира, наследницей величия древних прославленных держав. В эту эпоху идея сильной, ничем не ограниченной власти стала особенно популярна.

Единодержавную власть поддерживала церковная группировка, возглавляемая игуменом Иосифом Волоцким (1439—1515), который провозгласил Божественную суть власти царя: лишь «естеством» он подобен человеку, «властию же сана яко от Бога». Иосиф Волоцкий призывал покоряться великому князю и выполнять его волю, «как если бы Господу работали, а не человеку».

Характерно, что в ту эпоху у самих представителей власти не появляется и мысли о том, что их возможности должны быть чем-то ограничены.

В России, как писал историк XIX в. В. О. Ключевский, царь являлся своего рода вотчинником: вся страна для него — это собственность, в которой он действует как полновластный хозяин. [3]

Особенно ярко это сознание вотчинника проявилось у Ивана Грозного (годы правления: 1533—1584). Иван Грозный полагал, что действия царя фактически неподсудны: нельзя обвинять его в преступлениях и бесчестить. Царь, по его мнению, не обязан подчиняться религиозно-нравственным нормам — они хороши для монахов, а не для самодержца, который свободен в своих поступках. Конечно, в силу многих личностных особенностей Ивана Грозного черты деспотизма в его теории приобрели такую вызывающую остроту. Однако суть тех представлений о роли власти и ее отношении к обществу, которые еще долго господствовали в сознании правящей верхушки, Иван IV выразил довольно точно.

Как же реагировало общество на эти проявления авторитаризма? В ту эпоху появилось несколько политических теорий, авторы которых по-разному ставили вопрос о гуманности власти и степени ее ответственности перед обществом.

Нарождающееся русское дворянство выдвинуло своего идеолога — Ивана Пересветова, который в челобитных, обращенных к Ивану Грозному, излагал программу преобразований в стране. С его точки зрения, царь должен править вместе со своими советниками, думой, и не начинать ни одного дела без предварительного обсуждения с ними. Однако Пересветов полагал, что власть должна быть «грозной». Если царь кроток и смирен, то его царство скудеет, если же он грозен и мудр, то страна процветает. Пересветов описывает беды, которые приносит Руси произвол бояр, поборы наместников, лень и взаимная вражда царских слуг. Но единственным выходом из этого положения он считал усиление деспотизма, ориентируясь (что очень характерно) на Восток, на порядки, царившие в Турции. Правда, при этом Пересветов подчеркивал, что в истинно сильном государстве подданные должны чувствовать себя не рабами, а свободными людьми.

Другую позицию, ориентированную на Запад, занимал князь Андрей Курбский. В своем трактате «История о великом князе Московском» он выступал как защитник сословной монархии: царь должен править не только при участии своих советников, но и «всенародно». Самодержавная власть, по его мнению, противоречит самим принципам христианства: царя-деспота он сопоставляет с Сатаной, возомнившим себя равным Богу.

Именно с Курбского начинается развитие русской либеральной политической мысли, по своим идеалам близкой политическим теориям западноевропейского общества. К сожалению, реализация этих теорий в России оказалась многовековым мучительным процессом, на пути которого стояли серьезные препятствия.

Большое значение придавал справедливости и законности в обществе Федор Карпов — крупный дипломат и яркий мыслитель XVI в. Общественное благо для него было главной основой могущества страны. «Долготерпение», покорность общества, в сочетании с беззаконием, в конечном счете разрушают государство. [3]



Глава 4. Государство и социально-экономическое развитие России



В отличие от Западной Европы в России между государством и обществом не установилось таких отношений, при которых общество воздействует на государство и корректирует его действия. Ситуация в России была иной: здесь общество находилось под сильным подавляющим влиянием государства, которое, безусловно, ослабляло его (вспомним основной принцип восточной деспотии: сильное государство — слабое общество), направляло его развитие сверху — чаще всего самыми жесткими методами, хотя при этом нередко преследовались важные для страны цели.

Древняя Русь дала вариант бессинтезного и уже поэтому замедленного развития феодализма. Подобно некоторым странам Западной Европы (Восточной Германии и Скандинавии), восточные славяне перешли к феодализму непосредственно от первобытнообщинного строя. Определенно негативную роль в социально-экономической жизни страны сыграл внешний фактор — монголо-татарское нашествие, которое отбросило Русь назад по многим показателям.

Учитывая небольшую численность населения и экстенсивный характер развития России, стремление феодалов предотвратить уходы крестьян с земли было неизбежным. Однако господствующий класс не был в состоянии самостоятельно решить эту проблему — феодалы прибегали в основном к личным договорам не принимать беглых.

В этих условиях, взяв на себя задачу внеэкономического принуждения крестьянства, власть создала систему государственного крепостничества, сыграв активную роль в установлении феодальных отношений. [3]

В результате закрепощение было проведено сверху, путем постепенного лишения крестьян возможности переходить от одного феодала к другому (1497г. — закон о Юрьевом дне, 1550 г. — увеличение «пожилого», 1581 г. — введение «заповедных лет»). Наконец Уложение 1649 г. окончательно установило крепостное право, предоставив феодалу полную свободу в распоряжении не только собственностью, но и личностью крестьянина. Крепостное право как форма феодальной зависимости представляло собой весьма тяжелый ее вариант (по сравнению с Западной Европой, где крестьянин сохранял право частной собственности). В результате в России сложилась особая ситуация: пик в усилении личной зависимости крестьянства пришелся как раз на тот период, когда страна уже находилась на пути к новому времени. Крепостное право, сохранявшееся вплоть до 1861 г., придало своеобразную форму развитию торгово-денежных отношений в деревне: предпринимательство, в котором довольно активное участие принимало не только дворянство, но и крестьянство, основывалось на труде крепостных, а не вольнонаемных рабочих. Предприниматели-крестьяне, в большинстве своем так и не получившие юридических прав, не имели и прочных гарантий, оберегающих их деятельность. [4]

Однако причины замедленного развития капитализма, особенно в деревне, коренились не только в этом. Важную роль здесь сыграла и специфика русской общины. Русская община, являясь основной клеточкой социального организма, на протяжении многих веков определяла динамику экономической и общественной жизни. В ней были очень сильно выражены коллективные начала. Сохранившись в условиях феодальной собственности как производственная ячейка, община утрачивала свое самоуправление, находясь под началом администрации феодала.

Более выраженные элементы самоуправления были у черносошного (т. е. государственного) крестьянства: здесь сохранилось местное выборное управление — земские старосты, которое в эпоху Ивана Грозного получило поддержку государства. Особый тип общины дало казачество. Здесь возможности для развития индивидуального начала были шире, однако казачья община не имела определяющего значения в России.

Община сама по себе не являлась особенностью русского общества — она существовала в эпоху феодализма и в Западной Европе. Однако западная община, в основе которой лежал германский ее вариант, была более динамична, чем русская. В ней гораздо быстрее развивалось индивидуальное начало, в конечном счете разлагавшее общину. Достаточно рано в европейской общине были изжиты ежегодные переделы земли, выделились индивидуальные покосы и т. д. [3]

В России в вотчинной и черносошной общине переделы сохранялись до XIX в., поддерживая принцип уравнительности в жизни деревни. Даже после реформы, когда община оказалась втянутой в товарно-денежные отношения, она продолжала свое традиционное существование — отчасти за счет поддержки правительства, а главным образом за счет той мощной опоры, которую имела в крестьянстве. История аграрных преобразований наглядно показьшает, насколько жизнеспособна и одновременно консервативна была эта социальная ячейка. Крестьянство в России составляло основную массу населения, и в этой массе преобладали модели общинного сознания, охватывающие самые разные аспекты (отношение к труду, тесная связь индивида и «мира», специфические представления о государстве и социальной роли царя и т. д.). Но главное, поддерживая традиционализм и уравнительность в экономической жизни деревни, община ставила достаточно прочные преграды для проникновения и утверждения буржуазных отношений.

Динамика развития господствующего класса, феодалов, также во многом определялась политикой государства. Достаточно рано в России сложились две формы землевладения: боярская вотчина, владелец которой имел право наследования и полную свободу распоряжаться землей, и поместье, которое (без права продажи или дарения) жаловалось за службу дворянству (служилым людям).

Со второй половины XV в. начался активный рост дворянства, причем немалую роль в этом процессе сыграла поддержка правительства, прежде всего — Ивана Грозного. Являясь основной опорой центральной власти, оно вместе с тем несло определенные повинности (уплата налогов, обязательная воинская служба). Во время царствования Петра I весь класс феодалов был превращен в служилое сословие, и только при Екатерине II, в эпоху, которую не случайно называли «золотым веком» дворянства, оно стало в истинном смысле привилегированным классом.

По-настоящему самостоятельной политической силы не представляла собой и церковь. Власть была заинтересована в ее поддержке прежде всего из-за мощного идейного воздействия на общество. Поэтому не случайно, что уже в первые века после принятия христианства великие князья делали попытки освободиться от вмешательства Византии в церковные дела и ставили русских митрополитов. С 1589 г. в России утвердился самостоятельный патриарший престол, однако церковь попала в большую зависимость от государства. Несколько попыток изменить подчиненное положение церкви, предпринятые сначала нестяжателями (XVI в.), а позже, в XVII в., патриархом Никоном, потерпели поражение. В эпоху Петра I произошло окончательное огосударствление церкви; «царство» победило «священство». Патриаршество было заменено Синодом (Духовной коллегией), т. е. превратилось в одно из государственных ведомств. Доходы церкви перешли под контроль государства, а управление монастырскими и епархиальными вотчинами стало осуществляться светскими чиновниками. [3]

Городское население в России тоже имело свою специфику и во многом отличалось от западноевропейского городского сословия. Внутри русских городов, как правило, располагались вотчинные земли феодалов (белые слободы), в которых развивалось вотчинное ремесло, составлявшее весьма серьезную конкуренцию посаду — лично свободным ремесленникам. (Исключение составляли города-республики Новгород и Псков, где сложилась обратная ситуация: феодалы были вынуждены подчиняться городу.)

Посад так и не стал сколько-нибудь значительной социально-политической силой в России. Более того, общее усиление внеэкономического принуждения сказалось и на посаде: подобно крепостным крестьянам, посадскому населению было запрещено переходить из одного посада в другой. Слаборазвитая социальная активность городов выразилась и в том, что в них сформировались лишь отдельные элементы выборного управления (городские старосты, избиравшиеся из так называемых «излюбленных», т. е. зажиточных слоев). Однако произошло это сравнительно поздно, в эпоху Ивана IV, и, что очень характерно, при содействии центральной власти.

Такой характер отношений между государством и обществом, казалось бы, очень напоминает восточный вариант. Государство играет определяющую роль в жизни цивилизации, вмешивается во многие ее процессы, в том числе и экономические, тормозит одни и поощряет развитие других. Общество же, находящееся под чрезмерной опекой государственной власти, ослаблено, неконсолидировано, а потому не способно корректировать действия правительства.

Но на самом деле в политической жизни средневековой России проявились и другие черты, резко отличающие ее от восточной модели. Подтверждением этому служат Земские соборы — центральный представительный орган, появившийся в России в середине XVI в. Правда, и в данном случае русский «парламент» не был завоеванием общества: он был создан «сверху», по указу Ивана Грозного, и находился в большой зависимости от царской власти. Однако это не означает, что Собор был неким «искусственным», нежизнеспособным явлением. В эпоху Смуты он проявил большую активность и самостоятельность. В годы польско-шведской интервенции, когда монархия переживала глубокий кризис, именно Земский собор стал главной организующей силой в борьбе за государственное и национальное возрождение. Правда, стоило монархии вновь укрепиться — и роль соборов стала уменьшаться, а потом и вовсе сошла на нет. 

Собор так и не смог стать постоянно действующим органом власти, с юридически закрепленным статусом и полномочиями. Общество не проявило в данном случае необходимой настойчивости и сплоченности, а государство предпочло на долгое время вернуться к привычному варианту отношений с подданными. [3]



Глава 5. Российская цивилизация сегодня



	В конце XX в. цивилизационные процессы в России были отягощены болезненным вхождением российского общества в сферу рыночных отношений. В этих условиях важное место занимают процессы самоидентификации общества, осознания своей сущности, «самости» и места в современном мире. Россия ищет новые пути возрождения и подъема в условиях определенного социально-культурного оживления, наметившегося в первые годы нового столетия. 

	Развал СССР и ликвидация социализма со всеми его идейно-социальными установками в последнее десятилетие XX в. привели к глубочайшему не только экономическому, но и духовному, ценностно-нравственному кризису. Российская цивилизация оказалась без объединяющих идей и ценностей, в духовном вакууме. Выход попытались найти в России в бурном «религиозном возрождении» конца XX — начала XXI вв., прежде всего посредством Православия. Но полностью закрыть духовную брешь религиозными верованиями не удалось. Для многих, особенно представителей властных структур, Православие стало просто новой «идеологической модой», к которой следовало приспособиться. Но религиозный «бум» не сделал большинство российского населения более моральным, гуманным, благородным. 

	Наоборот, мощный научно-рациональный потенциал российской цивилизации был существенно ослаблен и подорван. Отбросив все прошлые социальные и духовные идеи, идеалы и ценности, в России за два последних десятилетия так и не смогли «найти» и обрести объединяющую массы людей и народа «национальную идею», ибо такого рода идеи рождаются только в самом сплоченном народе, а не преподносятся сверху. [1]

	XXI в. поставил перед Россией и российской цивилизацией важнейшую проблему будущего, перспектив развития. Православие исходит из того, что только религия и вера в Бога, «просвященный патриотизм» обеспечат спасение России и ее будущее. Но в действительности успешное развитие российской цивилизации в XXI в. требует, во-первых, целого комплекса, системы мер и направлений, и, во-вторых, нового курса и качественно новых стратегических линий прогресса. 

	Движение к прогрессивному будущему должно включать три главных и взаимосвязанных составляющих. 

	Первая — комплексное и системное развитие российской цивилизации: мощный подъем экономики и культуры, сильное демократическое государство, одухотворяющая идея, высокие духовные и нравственные ценности, в распространении которых свое место займет и религия; социальные ценности, объединяющие и направляющие действия масс людей — неверующих и верующих — к общей цели процветания страны; упрочение принципа социальной справедливости и социального благополучия, преодоление пропасти между богатством и бедностью; обеспечение единства народа во имя осуществления общего дела подъема цивилизации; укрепление сотрудничества и дружбы народов России. 

	Вторая составляющая - выдвижение новых приоритетов и новых принципов возвышения цивилизации: человек и гуманизм. 

	Третья составляющая — новые прогрессивные цели, новые ориентиры, новые идеи и идеалы для выведения российской цивилизации на качественно более высокий уровень прогресса. Помимо известных альтернатив развития в виде капитализма, социализма, смешанного общества, учеными и практиками предложены и другие возможные левые варианты, левые сценарии прорыва цивилизации в будущее: новый социализм, свободная ассоциация свободных людей, цивилизм. [2]

	Прогрессивное будущее российской цивилизации может быть обеспечено органическим сочетанием комплексно-системного прорыва вперед с новыми гуманными приоритетами и принципами развития, с новой благородной целью, идеей и идеалом прогресса, которые в совокупности способны придать российской цивилизации качественно новый, привлекательный и притягательный образ. Новое будущее России должно быть нацелено на приоритеты и цели человека, справедливости, свободы и гуманизма.

	Помимо нравственного и духовного возрождения громадную роль для будущего российской цивилизации имеет и социальное возрождение, ориентация людей на высокие социальные цели, дополняемые в то же время сильной экономикой, основанной на достижениях современной научно-технической революции, и развитой культурой. В сумме это непременные условия благополучного будущего российской цивилизации. При этом нельзя упускать из виду и внешнюю ситуацию, сложившуюся в рамках мировой цивилизации и ознаменованную чертами системного кризиса, особенно в странах капиталистического мира: сырьевого, социального, экологического, духовного, человеческого, гуманитарного.

Cовременная Россия, по сути, продолжает существовать за счет остатков прежнего экономического, научного и образовательного потенциала, а также распродажи природных ресурсов. Однако они не бесконечны и не смогут длительно обеспечивать жизнедеятельность нации. 

Ныне цивилизация в России, как и современная мировая, нуждаются в существенном обновлении и содержательной перестройке. Необходимо движение к качественно иной цивилизации, новой по природе и сущности. [2]




Заключение



	Как подтверждает исторический опыт развития человечества, возникновение и развитие цивилизаций осуществляется по собственным, внутренним законам и закономерностям, независимо от имеющих место затем религиозных форм их проявления. Цивилизации возникают и складываются на вполне определенных объективных основах и в определенных объективных условиях, как-то: географические условия и природно-климатическая среда, материально-культурные и социально-культурные основы и условия, выражающиеся в достаточно высоком уровне целостности развития общества, способах жизнеобеспечения, развитых отношениях собственности и социально-классовой дифференциации общества. Что касается российской цивилизации, то она сложилась после объединения земель Северо-Восточной и Северо-Западной Руси в единое Московское государство к концу XV - началу XVI вв. В дальнейшем ход и развитие цивилизаций подчиняется объективным естественно-историческим законам и закономерностям.

	Законы развития цивилизации в их диалектическом проявлении характеризуются восходящими и нисходящими линиями развития. Российское общество, имеющее сложную историческую судьбу, изобилует блестящими взлетами, но и трагическими срывами. Трижды распадалось российское государство и, тем не менее, находило в себе силы преодолевать кризисные состояния и вновь объединять народы в Московское православное государство, Российскую империю и Советский Союз. Перед такой же исторической задачей стоят и современное российское общество и российская цивилизация, которой вполне по силам справиться с этой задачей.

	Историческая практика позволяет сделать вывод, что ход цивилизационного развития подчиняется не только логике действия внутренних законов и закономерностей, но и целому ряду внешних естественно-природных условий. Географический фактор, природно-климатические условия России наложили серьезный отпечаток на всю российскую цивилизационную конструкцию. В частности, их давление повлияло на государственное устройство, особенности хозяйственной жизни, бытоустройство, склад характера, менталитет русского народа и т.д.

История средневековой России показывает, что возможности установления диалога между властью и обществом существовали, хотя они и не были реализованы в яркой форме, как в Западной Европе. 

Перед российской цивилизацией сегодня стоит задача системной модернизации, которая при наличии политической воли может стать вполне реальной. Главное - сделать правильные выводы из позитивных и негативных последствий предшествовавших модернизаций и предшествовавшего исторического опыта.




Список литературы



Костомаров, Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей: Кн. I.- М., 1990.- 263с.

Свистунов, М.Н. Российская цивилизация и православие, диалектика их взаимоотношений и перспективы развития.- М., 2006.- 203с.

Хачатурян, В.М. История мировых цивилизаций с древнейших времён до конца ХХ века: Учебник для 10-11 кл./ Под ред. В.И. Уколовой.- М., 1997.- 400с.

 Хачатурян, В.М. История России: Учебник для 10 кл./ Под ред. A.H. Сахарова. - М., 1995.- 341с.