Судьба крестьянства в произведениях современной литературы

Судьба крестьянства в произведениях современной литературы



Мой дед землю пахал.

И.С.Тургенев.



"Раз у отца в кабинете Саша портрет  увидал..."  Со  мной случилось почти  также,  как с героем поэмы Некрасова " Дедушка". Только я увидел портрет прабабушки и прадедушки в комнате своей бабы  Веры.  Она живет в Саратове,  и прежде приезжала к нам сама. А в это лето мы гостили у нее.

Долго рассказывала она мне о своих родителях. С удивлением узнал я, что прадед мой Емельян был мужик смекалистый и деловой. Провоевал он на империалистической, потом в Красной армии на гражданской.  Вернулся в свою Андреевку.  Взялся за хозяйство. Решили  они  с  братьями построить мельницу.  Сделали Емельян с Аксиньей и новый добротный дом.  И вдруг коллективизация. До  богатства моим предкам было еще очень далеко,  но в списки кулаков их занесли все равно.  Емельяна вовремя предупредили. И, передав малых детей родственникам, бросив все нажитое трудом тяжким,  бежали они с прабабкой налегке.  Сначала в Саратов, потом в Среднюю Азию, затем в Сталинград. Емельян работал на лесопилке,  Аксинья хозяйничала в доме. Но еще долгие годы они  дрожали  при  появлении  любого  официального  лица. Рассказала мне бабушка и о том,  как "кулаков" из  из  деревни среди зимы бросали в диком поле на снег,  как "бедняки" делили их добро, как скудела деревня.

Готовясь к этому сочинению,  вспоминая прочитанное о коллективизации, я вдруг понял,  насколько  типична  судьба  моих предков. Не  о  подобных ли мытарствах рассказывает брат поэта Иван Твардовский в своих "Страницах пережитого"?

Или вот запомнившаяся мне "Облава" Василия Быкова.  Моему прадеду "повезло": он выжил и остался на свободе. Миллионам не повезло. Их везли на Соловки и Северный Урал,  на лесоповалы и шахты. Там живые завидовали мертвым.  Такова и судьба главного героя повести  Хведора  Ровбы.  Получив  надел,  этот участник гражданской, подобно шолоховскому Титу Бородину,  "вцепился  в хозяйство". Крестьянин богатеет, но это не по душе власть имущим. На Хведора накладывают такие налоги,  что выплатить он их не в силах.  За неуплату Ровбу с женой Ганнулей и десятилетней дочерью Оленькой вывозят на Север в лагерь.  От нечеловеческих условий умирает сначала жена,  потом дочь.  Осиротев, схоронив близких, Хведор с фальшивой справкой на чужое имя бежит на родину. Его порыв и глубоко понятен, и необъясним. Ведь именно в тех краях "люди представляли для него наибольшую  опасность  в поле, деревнях,  на дорогах",  " а встречи со своими он теперь опасался больше всего".

Это чувство родины очень сильно в наших крестьянах. Очень кстати здесь сказать и о другом литературном герои  из  романа А.Солженицына "В круге первом"- Спиридоне.  Этот человек,  кажется, вместил в свою жизнь все изгибы нашей истории.  Был рабочим, после  революции стал крестьянином.  Побывал у зеленых, потом у белых,  войну кончил  у  красных.  Завел  крепкое  хозяйство, да погорело в пожаре все. Потому и избежал раскулачивания. Сам принял чин комиссара и  раскулачивал.  Но  распоряжался плохо (тошно ему было оттого, что творилось в деревне). За "нерадивость" попал первый раз в лагерь.  Рыл каналы, потом сам стал  конвоиром.  После  срока  зажил  счастливой жизнью с семьей. В войну попал в оккупацию,  крестьянствовал сам по себе, поневоле сделался партизаном,  затем с семьей попал в Германию. Так общественные потрясения швыряли людей,  как щепки в бурю.

Были у Спиридона две привязанности:  к семье и к  Родине. Ради детей  он и попал во второй раз в лагерь.  Он вернулся из плена, заранее зная,  что ареста не избежать. "Листовкам ихним (то есть советским) я на грош не верил,  а что от тюрьмы- терпихи мне не уйти - знал,- признавался он зеку Нержину,- но так думал, что  всю  вину  на меня опрокинут,  дети- причем?  Меня посадят - дети нехай живут.  Но заразы эти по-своему рассудили - и мою голову взяли и ихние".  Так вытаптывались лучшие человеческие чувства.

Спиридон остался жив.  По-иному сложилась судьба Хведора. Облава загоняет его в болото,  где он  и  гибнет,  воспринимая смерть как избавление. Страшно читать о людях, которых обрекли на смерть от голода,  или от непосильного труда, или от отчаяния.

Книги В.Белова,    Б.Можаева,    А.Платонова,    рассказы В.Астафьева и произведения других писателей зримо и честно показывают эпоху "великого перелома в деревне",  раскулачивания, трагедии нашего крестьянства.  Деревня раскололась по признаку бедняк-кулак, но еще больше по нравственному принципу. В романе Б.Можаева  "Мужики  и  бабы"  мы  ясно видим такое противопоставление. Для одного из руководителей коллективизации  Возвышаева нет  людей,  есть  только  классовые враги и те,  кого власть объявляет носителями нового  общества.  Ему  ничего  не стоит выгнать  людей из дома и отправить неизвестно куда.  Это же кулаки, не люди! Подобно же рассуждает местный активист Зенин. Когда  раскулачивали  Прокопа  Алдонина,  у него случился сердечный приступ. Нужна помощь врача, но Зенин спокоен, цедит "сквозь зубы":  "Это он от жадности зашелся".  Через некоторое время к Зенину прибегает Санька:

- Ме-ортвай он! Мертва-ай!...Батюшки мои! Что же мы наделали?

- Ничего особенного. Одним классовым врагом меньше, - спокойно возражает Зенин.

По-иному воспринимает происходящее Андрей Бородин. Сначала он внутренне сопротивляется беззакониям,  но еще не в силах говорить против. Он лишь прячется от собраний актива. Но затем выступает уже открыто.  Как и следовало ожидать, его объявляют "защитником класса эксплуататоров" и сажают в холодную.

Трудная судьба выпала нашему  крестьянину.  Очень  многое неизвестно еще до сих пор, например, число жертв голода на Украине и в Поволжье в 1933 году.  Некоторые  историки  считают, что голод  в  начале тридцатых был выбран в качестве одного из наиболее эффективных методов борьбы с  крестьянством,  которое не хотело  принимать коллективизацию и превращаться в бесправных поденщиков. Так ли это? Историки будут вновь и вновь обращаться к этой теме. И писатели скажут свое слово.

Литература дает нам возможность увидеть,  и  какой  стала жизнь колхозников.  Обратимся к известному рассказу А.Солженицына "Матренин двор".  Дело происходит в  1956  году.  Детали, подмеченные автором,  красноречивее длинных рассуждений.  "Что на завтрак,  она не объявляла, да это и догадаться было легко: картовь необлупленная, или суп картонный (так выговаривали все в деревне),  или каша ячневая (другой крупы в тот  год  нельзя было купить в Торфопродукте,  да и ячневую-то с бою- как самой дешевой ею откармливали свиней и мешками брали)".  Судьба Матрены- горькая, типичная судьба русской крестьянки. Она потеряла мужа и шестерых детей.  "Наворочено было много несправедливости с Матреной:  она была больна, но не считалась инвалидом; она четверть века проработала в колхозе,  но не потому что  не на заводе- не полагалось ей пенсии за себя, а добиваться можно было только за мужа,  то есть за утерю кормильца".  Но мужа не было уже  пятнадцать лет,  и добыть эти справки было хлопотно. "Хлопоты эти были тем затруднены,  что собес от Тальнова был в двадцати километрах к востоку,  сельский совет- в десяти километрах к западу,  а поселковый - к северу, час ходьбы. Из канцелярии в  канцелярию  гоняли ее два месяца...  Каждая проходка-день".

Рассказ этот -  боль за искалеченные жадностью души людей, привыкших забирать имущество от живых хозяев.  Так и родственники Матрены  требуют,  чтобы часть ее дома (горницы) была разобрана, не дожидаясь когда она умрет.  Все  кончается  трагически. Сломанная горница вывозится на тракторе. Но на переезде трактор застревает.  В него врезается скорый  поезд.  Погибают Матрена и еще два человека.  Страшно читать о тех, у кого жадность поглотила все чувства.  "Дочь его трогалась разумом, над зятем висел  суд,  в собственном доме его лежал убитый им сын, на той же улице- убитая им  женщина,  которую  он  любил  когда-то", но Фаддей только ненадолго приходил постоять у гробов. "Высокий лоб его был омрачен тяжелой думой, но дума эта была спасти бревна горницы от огня и от козней Матрениных сестер".

В произведениях В.Белова, В.Распутина, В.Липатова мы читаем о нелегкой жизни наших крестьян в 60-70 годы,  об истреблении природы,  покинутых деревнях.  Но в них мы встречаем таких же простых и чистых людей, как Матрена. Это истинные корни народа нашего, это те праведники, без которых, "по пословице, не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша".

События почти шестидесятилетней давности сегодня вызывают споры, борьбу, гнев и боль, как будто они произошли вчера. Это потому, что мы все,  даже дети,  чувствуем свои истоки  в  том времени. Ведь почти у каждого прадед,  дед, а то и отец пахали землю. Читая о том времени,  мы больше узнаем о своих предках, а значит,  лучше  понимаем себя.  Не потому ли сегодня многим, как в песне,  "снится деревня", а многие мечтают о собственной ферме.