Реконструкция картины мира человека сталинской эпохи

СОДЕРЖАНИЕ

	

	Введение

	1. ПРОСТРАНСТВО

	2. ВРЕМЯ

	3. СОЦИУМ

	4. ЛИЧНОСТЬ

	5. ВЛАСТЬ

	6. ЦЕННОСТИ

	Заключение


Введение



Совсем недавно мы перешагнули через порог ХХ века. ХХ столетие осталось позади, но чем оно становится от нас дальше, тем пристальнее мы вглядываемся в произошедшие тогда события. 

30-40-е гг. ХХ века - противоречивое время, сочетающее невиданный массовый энтузиазм и не менее массовые репрессии советских людей. До сих пор ученые ожесточенно спорят об оценке этой эпохи. После революции 1917 года формировалось новое советское общество, с присущим ему менталитетом. МЕНТАЛИТЕТ - это совокупность качеств и свойств, присущих данной группе людей в данное время, выраженная в символах, знаках и образах, через которые познается окружающая действительность, а знания о ней трансформируются в целостную картину мира., в соответствии, с которой преобразовывается окружающий мир.

Цель нашей работы - рассмотреть картину мира человека советской, а именно сталинской эпохи. Картина мира есть коренные категории сознания. Люди воспринимают и моделируют действительность при посредстве этих категорий и через них. Мы рассматриваем шесть основных категорий:

1. ПРОСТРАНСТВО

2. ВРЕМЯ

3. СОЦИУМ

4. ЛИЧНОСТЬ

5. ВЛАСТЬ

6. ЦЕННОСТИ

Выбор именно этих категорий в качестве основополагающих обусловлен тем, что анализ восприятия их различными людьми позволяет реконструировать картину мира современников эпохи 30-40-х гг.

Для достижения поставленной цели мы использовали следующие источники и материалы:

1. Устные:

Респонденты в лице Валерии Николаевны Дмитриевой и Марии Михайловны Пигоняшкиной, Юлиана Васильевича Иванчева, Риммы Николаевны Иванчевой и Елены Сергеевны Иванчевой.

2. Письменные:

• Мемуаристика 

• Документы 

• Учебники и пособия по истории России 

• Художественная литература 

• Пресса 

• Пособия по психологии.

На их основе мы реконструировали картину мира человека сталинской эпохи 30-40-х гг.

Крайне противоречивая история нашей Родины после Великой Октябрьской революции 1917 года до смерти Сталина в 1953 году вызывает различные оценки. Мы рассмотрим основные точки зрения историков на интересующую нас проблему:

1 - Советская историография

А) С начала 20-х годов до 1956 г. В этот период допускалась фальсификация исторических фактов. В историю революции имя Сталина вписывалось наряду с именем Ленина. Сталин представлялся как активный деятель, революционный подвижник, выступающий на авансцене истории. Вся его политика - политика партии получала в советской историографии до 1956 г. однозначно позитивную оценку.

Б) Февраль 1956 - вторая половина 80-х годов. ХХ Съезд КПСС в феврале 1956 г. частично вскрыл причины глубоких деформаций советского общества, опубликовал сведения о массовых репрессиях, но, естественно рассекречивание было неполным. 

Такой подход стал основным в историографии того периода. К началу перестройки вклад Сталина в историю страны преуменьшался, проводимая им политика критиковалась.

В) 90-е годы

В связи с перестройкой происходит смягчение догматов исторической науки, становится возможным появление плюрализма в исторических трудах, что ранее было совершенно недопустимо. Историки заново переосмысливают не только сталинскую политику, но и весь советский режим в целом.

Итак, можно выделить три основных подхода к оценке реформ Сталина:

1. Сталинские преобразования позволили СССР стать по уровню производства в один ряд с передовыми европейскими державами; укрепить государство; одержать победу над империалистическими странами в Великой Отечественной войне. А массовые репрессии - средства, которые оправдывает цель: в ходе коренной ломки сложившихся устоев потери неизбежны.

Этой точки зрения придерживаются историки: С.Ф.Карамурза («Советская цивилизация» и др.), О.Платонов («Тайная история России в ХХ веке») и т.д.

2. Режим Сталина очень противоречив, невозможно найти положительную или отрицательную доминанту. Резкий подъем промышленности, вызванный, в частности, всеобщим энтузиазмом советских граждан, сочетается с массовым голодом и репрессиями.

Этой точки зрения придерживаются историки: Л.Н.Жарова, И.А.Мишина («История отечества»), В.П.Дмитриев, В.Д.Есаков, В.А.Шестаков («История отечества. ХХ век»), А.Вишневский («Серп и рубль. Очерки консервативной модернизации в СССР»), Ш.Фитцпатрик («Повседневная жизнь советского города»), Р.Маннинг («Сельские женщины после коллективизации») и т.д.

3. Система, выросшая в 30-е годы своими действиями внедрилась во все сферы жизни, подчинила себе общественное сознание. Сталинский режим с его раскулачиванием, расстрелами, не всегда обоснованным политическим преследованием, уничтожением интеллектуального потенциала страны отрицательно сказался на внутренней и внешней политике страны, затормозила ее развитие.

Эту точку зрения высказывают историки: Р. Редлих ( «Сталинщина как духовный феномен. Очерки большевизмоведения»), «Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал. От вооруженного восстания в Петрограде до второй сверхдержавы мира», И.В.Павлова («Механизм власти и строительство сталинского социализма»), Д.Волкогонов («Триумф и трагедия»), Р.Таккер («Сталин. История личности»), Р.Конкрест ( «Жатва скорби» ) и д.р. 

В результате, мы видим, что в оценке сталинской эпохи (929-1953 гг.) в историографии прослеживаются три основные концепции. В нашей работе мы рассматриваем различные мнения историков, аналитиков, психологов, а так же очевидцев.


1. ПРОСТРАНСТВО



После победы социалистической революции в России все со дня на день ожидали начала мировой революции, которая сметет все границы. Но на фоне явного изменения международной обстановки и резкого ослабления перспектив мировой революции идеи интернационализма стали сменяться идеями «социализма в отдельной взятой стране». Хотя политическая риторика мировой революции сохранилась в пропагандистских целях практически до начала 80-х гг.

Подобные постулаты формировали сознание уникальности, первичности, триумфа выдающейся победы, а, следовательно, гордости за свою страну, за установившийся в ней строй. Они подчеркивали «примерность» (российская социалистическая революция - пример для подражания стран всего мира), превосходство СССР над другими государствами.

Проблема самоидентификации была осознана и выражена в терминах мессианства. За национальными интересами четко прослеживались не узко национальные, а наоборот, всемирные, планетарные, экуменические понятия. Это опять же позволяло советским людям ощутить свое высокое предназначение, мессию в лице мировых вождей пролетариата Ленина-Сталина.

К этой позитивной стороне исключительности советского строя примешивалась и негативная - СССР - единственная страна, строящая социализм-коммунизм, ее окружают страны с враждебной идеологией, господством эксплуататорских классов. С этой позиции каждый представитель капиталистической страны рассматривался не как товарищ и брат по грядущей интернациональной революции, а как потенциальный двурушник и шпион, враг советской власти. Ставилась под сомнение вера коммунистов в международную революционную солидарность пролетариата, его готовность пойти в «последний решительный бой» с мировым капитализмом и империализмом.



2. ВРЕМЯ



В советской печати очень часто повторялись слова «первый», «единственный» (в контексте сравнения СССР с другими странами). Акцентировалось отличие России советской от России империалистической, царской. Но вполне естественно, что Россия социалистическая многое переняла от прежней. В российской и западной историографии есть мнение о том, что советская тоталитарная система была естественна для России, а Сталин - прямой наследник политики Ивана Грозного и Николая Первого.

Не отрицая исконно русских черт новой идеологии, мы говорим о создании государства особого типа - тоталитарного государства с соответствующей идеологией. Кондовые черты русской ментальности вошли в картину мира советского человека, но не они были определяющими.

Суть перемен в осмыслении минувшего заключалась в том, что марксистко-ленинская история объявлялась научной правдой о прошлом. Первая ее функция - легитимизация власти Сталина как человека, воплощавшего партию. А партия базировалась на революционном пролетариате - носителе идей прогресса. Обычные советские люди воспринимали союзные и общемировые исторические процессы в той трактовке, какую им придавали сплошь идеологизированные источники информации. 

Идея державности, выраженная традиционно русской триадой: самодержавте-православие-народиость, сменилась в сознании советских людей другой: Сталин – партия – народ.



3. СОЦИУМ



Есть две формы ситуации «они» и «мы». Первая сторона, которая обозначается термином «они», тогда как «мы» - это всего лишь те, кто не входит в эту общность, обозначаемую как «они». Следовательно, «мы» не имеет никакой общественной определённости и мысленно конструируется только через противопоставление категории «они», охватывающее безразлично или потенциально всех, кто «не они».

Вторая - определённая общность, обозначаемая через «мы». А остальные составляют неопределённую негативную общность, конструируемую посредством выражения «не мы».







Можно составить следующую систему взаимоотношения «мы» - «они»:

Общности «они» и «мы» внутри Советского государства неоднородны.

В деревне «они» - это прежде всего кулаки. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 1 февраля 1930 г. была провозглашена политика "ликвидации кулачества как класса". Тем самым, во-первых, устранялась наиболее авторитетная в деревне социальная группа, оказывавшая активное сопротивление коллективизации, во-вторых, имущество "кулаков" передавалось колхозам и составляло их материальную базу.

Преобразования в деревне, форсированная, хаотическая урбанизация, расправа с крестьянами-тружениками укрепили в стране атмосферу страха и покорности. Годы коллективизации стали периодом начала деградации общественной морали, когда всё более утрачивались элементарные чувства собственного достоинства, порядочности, сострадания. Чего стоил тот факт, что значительная часть горожан почти "не обратила внимания" на депортацию миллионов "кулаков". Разобщая и натравливая друг на друга различные слои общества, разрывая обычные связи между людьми, режим получал тем самым всё более неограниченную власть над ними.

Основу городского населения составляли рабочие. Многие рабочие были бывшими крестьянами. Спасаясь от бедствия и нищенствования, миллионы крестьян бежали в города, на стройки, ютились там, в землянках и бараках, соглашаясь на любую работу. Именно такое маргинализированный слой общества, - вырванный из привычных условий, малограмотный - стал особенно благоприятной почвой для восприятия культа Сталина. 

Командно-административная система формировала массовую психологию уравнительства; пусть в бедности, но зато все равны; и непритязательности, жертвенности; не претендовать на комфортные условия существования, а работать-работать-работать, приближать победу социализма.

Немалое число людей было захвачено пафосом обновления и готово было отдать все силы, чтобы быстрее сделать страну могучей и богатой. Широкое развитие получило в промышленности "социальное соревнование", "ударничество". У ударников труда складывалась особая психология. Они осознавали значимость своих трудовых усилий, особое, героическое отношение к труду. Они не просто стояли у станка или работали в поле, а считали каждый свой шаг определённым революционным поступком... Всячески поощряя стахановцев, власти стремились расширить социальную опору режима, создать строй привилегированных рабочих. За Стахановым стоял Сталин.

Психология "натиска" формулировала и особый тип руководителя. Это были люди энергичные, по-коммунистически волевые и принципиальные, но на деле подчас мешавшие правительству из-за отсутствия должного профессионализма, культурного уровня. Компетентное и гибкое руководство подменялось добросовестным выполнением команд, идущих от столь же "компетентного "верхнего эшелона власти"

Расправлялись и с носителями знаний и культуры -интеллигенцией. Ещё в 1928 г. был сфабрикован первый судебный процесс над группой видных специалистов угольной промышленности Донбасса, ложно обвинённых в шпионаже и вредительстве (знаменитое "Шахтинское дело"). После этого повсеместно разворачиваются преследования "спецов", инженерно-технических работников, всех образованных людей. 

Суровые приговоры создавали обстановку страха, недоверия, шпиономании. Советские люди приучены были постоянными "нахождениями, открытиями" партией новых врагов к тому, что любой из общности "мы" может быть засланным от "они", двурушником, шпионом. На февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 г. Сталин заявил, что в СССР нет не одного учреждения, где бы не было врагов народа, ставивших своей целью реставрацию капитализма. Возвращение заводов и фабрик бывшим хозяевам, а земли -помещикам.

Все заседания творились от имени народа. Газеты пестрели призывами: "Расстрелять взбесившихся собак! " ; "Ни одного врага народа не оставим на Советской земле!" и т .д.

Киностудии спешно снимали многочисленные фильмы о бдительных колхозниках и пионерах, разоблачивших шпионов, диверсантов и троцкистов. На собраниях рабочие и служащие требовали жестокой расправы над врагами народа. Доносительство получило столь широкое распространение, что превратилось в банальное бытовое явление. Тысячи добровольных осведомителей писали доносы на своих знакомых, друзей, родственников. Донос, особенно на вышестоящих начальников, становился удобным средством продвижения по службе для многих завистливых, карьеристски настроенных выдвиженцев. 80% репрессированных в 30-е годы погибли по доносам соседей и коллег по службе. Советскому обществу насаждалась подозрительность, враждебность, шпиономания, осознание того, что каждый член "мы" может оказаться двурушником из стана "они".

Между позициями «МЫ» - «ОНИ» можно условно выделить промежуточную группу колеблющихся, сомневающихся, неуверенных в правильности проводимой политики, но не сопротивляющиеся общему течению, а идущие за ним.



4. ЛИЧНОСТЬ



Личность - это социально-психологическая сущность человека, формирующаяся в результате освоения общественных форм сознания и поведения, общественно-исторического опыта человечества.

Понимание себя как личности у многих было обманчивым, т. к. соизмерялось степенью собственной причастности к аппарату управления (даже в самом низу иерархической лестницы) и к общему делу строительства социализма. Каждый человек старался занять определённую нишу, играть социальную роль в обществе. "Социальная роль - безличностная социальная функция или норма, выполнение которой обязательно для каждого, кто занимает данную позицию" . Эти нормы формировались, закладывались с раннего детства, когда человек наиболее сильно внушаем, подвержен чужому влиянию.

Психологи выделяют 4 основных метола психологического воздействия. Основа любого воздействия - речь. Речевое воздействие имеет цель изменить установки или сформировать их, ввести новую информацию, изменить отношение человека. Эффект воздействия зависит от того, какие механизмы воздействия были использованы: заражение, внушение, убеждение или подражание.

ЗАРАЖЕНИЕ

Психическое заражение - самый древний метод воздействия эмоциями, настроениями на подсознание. Присущие ему факторы таковы: толпа, униформа,

ритм (действует на подсознание мгновенно), световые блики/ цветовое воздействие.

Все эти факторы присутствовали на многочисленных парадах. 

Какие же установки "вводились" при таком психологическом заражении:

1) "Чувство единения", человек - только часть толпы, а не самоценная индивидуальность.

2) Советский народ - счастливый народ, ПРАЗДНУЮЩИЙ народ.

3) Чувство защищенности, безмятежности "под крылом" мудрого правительства ("Почему мы сейчас идём, ликуем, потому что у нас есть Ленин и Сталин - вот их портреты") Благодарность правительству.

4) Осознание военной мощи государства (военный парад)

5) Патриотизм ("Мы празднуем, потому что именно СССР - первая из всех стран мира "идёт по счастливой стезе построения социализма-коммунизма") Любовь к Родине - Социализму - Руководству -Сталину.

ВНУШЕНИЕ

Внушение - это обращение к подсознанию вербальными средствами. Эффективность зависит от:

авторитетности источника интонации (90% эффективности) 

степени внушаемости объекта.

Все вербальные средства (прежде всего лозунги) были выразителями официальной доктрины, насаждавшейся в обществе. В полном доверии к ним состояла суть такого внушения. Об авторитетности личности Сталина (следовательно, всей партии, всего руководства) свидетельствуют многие документы, свидетельства современников.

Что касается интонации, то трансляции советской эпохи нетрудно узнать именно по утрированно-бравурной, энергичной интонации, которой внушались "уникальные достижения и непревзойдённые результаты" в любой сфере деятельности. Печатные строки также проникнуты этой интонацией. 

УБЕЖДЕНИЕ

Убеждение - это обращение к логике, разуму человека при помощи аргументов и фактов. Оно предполагает достаточно высокий уровень различия логического мышления. Содержание и форма убеждения должны соответствовать уровню развития личности. Убеждение как метод психологического воздействия в сталинском обществе практически не использовался, т. к. никакой принципиально новой информации не преподносилось, всё было жестко канонизировано, идеологизировано.

Сталинский режим опирался на людей с закрытым, догматичным (застывшим, неизменным), авторитарным сознанием. Человек с открытым, гибким, творческим типом мышления либо вынужден был приспосабливаться, либо пытался сопротивляться системе и был репрессирован. Большинство заглушало в себе голос разума, чтобы выжить. Власть не убеждала, не уговаривала, не доказывала правильность своих действий. Всё строилось по принципу "не согласен - враг".

ПОДРАЖАНИЕ

Подражание - воспроизведение деятельности, поступков, качеств другого человека, на которого хочется походить . Условия подражания:

наличие положительного эмоционального отношения, восхищения или уважения к объекту

меньшая опытность, по сравнению с объектом подражания

ясность, выразительность и привлекательность образца

доступность образца, хотя бы в некоторых качествах

сознательное желание быть похожим 

Кому подражали советские люди? Конечно, в первую очередь В.И.Ленину и "Ленину сегодня" - Сталину.

Кроме подражания конкретным личностям, человек следовал определённому образу "достойного строителя коммунизма", выраженному в соответственном моральном кодексе (из Программы коммунистической партии Советского Союза). Даже самые умные, развитые, интеллигентные люди поддавались этому влиянию.

Система уничтожала то, что входит в понятие "свободная личность": критическое восприятие действительности, самостоятельность и независимость суждений, индивидуальность, оригинальность, инициативность, активность, творческое мышление. 

Власть выдвигала какую-то личность, если это соотносимо её интересам, если она подходила в качестве примера должного поведения для остальных. Например, А.Стаханов стал примером бескорыстного ударного труда, П.Морозов - пренебрежения родственными узами ради победы коммунизма, З..Космодемьянская, А. Матросов, Л.Чайкина, Ю.Смирнов - подвига, смерти без страха за Родину и Сталина и т.д.



5. ВЛАСТЬ



Можно выделить следующие основные концепции отношения к власти в советском обществе:

1. Уверенность в правильности проводимой политики, искренняя вера в вождя, партию и социалистический строй в целом (характерно для «МЫ»).

Все подвиги героев пропагандировались исключительно через призму мудрого руководства. Рекорды, изобретения, достижения увязывались с культом вождя и создавали ему устойчивую популярность. Для большинства людей любовь к Родине становилась синонимом любви к социализму, руководству, Сталину. Они искренне и сознательно верили в светлое будущее своей страны. 

Но надо помнить, что слепая вера рождает культ. В обществе с низким уровнем образования, общей, правовой, профессиональной, политической культуры тем более имелась почва для появления культа. Более того, она не просто имелась, ее искали, на нее опиралась система».

Тридцать лет подряд вся страна постоянно слышала восхваления действий партии и лично тов. Сталина. Сталин был особым авторитетом. 

Взаимодействие аппарата и масс осуществлялось через иерархическую систему связей «приказ - исполнение». В самом обществе отсутствовал механизм обратной связи, через который контролировался бы государственный и партийный аппарат снизу

2. Промежуточная группа колеблющихся, сомневающихся, неуверенных в правильности проводимой политики, но сопротивляющихся общему течению. Идущих за ним.

Ю.В.Иванчев: «Никакого плюрализма, разброса мнений как сейчас, не было и в помине Смешно и страшно подумать, что кто-то мог сказать о Сталине что-нибудь такое, что сейчас говорят о Путине... Нет, болтать было никак нельзя!... Что касается «Правды», то мы ее читали, не то, чтобы особо верили в то, что там написано, просто знали, что ЭТО ТАК».

Человеческое сознание устроено так, что чаще всего избирается путь «наименьшего сопротивления». Для многих было проще поверить в такую правду партии и Вождя, чем пытаться протестовать, рискуя благополучием своей семьи, да и собственной жизнью.

3. Группа людей, выражавших недоверие, отчужденность, враждебность, сопротивление режиму личной власти Сталина.

Сопротивление режиму наблюдалось во всех слоях общества : среди государственных и общественных деятелей, партийцев, военных, ученых, деятелей искусства, рабочих, колхозников и т .д.

Не все безоговорочно верили в Великого Вождя и Учителя, но наряду с методами идеологической пропаганды тоталитарный режим имел другую надежную опору - систему карательных органов для преследования инакомыслящих. Каждому региону устанавливался строгий план. Мы уже говорили о том, что невыполнение какого-либо плана рассматривалась как вредительская деятельность и жестоко каралась. Всякая способность людей к самостоятельному осмыслению событий, к инакомыслию и сопротивлению сталинской тирании была парализована страхом. Страх долгое время оставался важной опорой режима. Но одним страхом 'власть удерживать нельзя. Она удерживалась ложью, без которой не выросли бы поколения, принявшие мираж сталинских лозунгов и пропагандистских идей за реальность.



6. ЦЕННОСТИ



В результате активного вмешательства властных структур в жизнь каждой ячейки советского общества, любой семьи и любого индивидуума, неизбежным стало противостояние «наших» («МЫ») и «не наших» («ОНИ»). В повседневной борьбе за выживание произошел отход от общечеловеческих ценностей. Человеческая жизнь обесценилась... Милосердие, сострадание, человечность, оказались в категориях «чуждой морали», исповедуемой презираемыми интеллигентами, церковью и т. д. Стремление к нравственному идеалу подменялось стереотипом государственного регулируемого поведения.

Критерии порядочности - непорядочности оказывались весьма размытыми. Недаром Микоян в своем докладе к двадцатилетию ЧК-НКВД огласил лозунг партии - ее цель: «Каждый гражданин СССР - сотрудник НКВД». Влияние на свою жизнь этих «сотрудников» ощущал каждый.

Ю.В.Иванчев: «Я в детстве жил в Воронежской области, в войну оккупированной немцами. Кто-то об этом узнал и сообщил куда следует (донос, то есть накатал). И вот вызывает меня следователь КГБ. Первый вопрос, который мне задали, был: зачем я учился в железнодорожном университете, чтобы делать диверсии на дорогах? Меня обвинили в работе на немцев, сказали, что я состою на службе немецкой полиции. Я ответил, что во время оккупации мне было четырнадцать лет, я работал в колхозе, и никто меня не вербовал.

В тот раз меня отпустили, но во всех служебных поездках, командировках меня тайно сопровождал агент КГБ Иван Писарев. Он следил, чтобы я не пробовал заниматься вредительской деятельностью.

В 1949 г. мне было предложено самому работать на КГБ, сообщать туда различные сведения о своих знакомых. Мне удалось отказаться, я сказал, что никаких знакомств не завожу и никакой пользы, поэтому принести не смогу».

Через подобное проходили тысячи людей и не у всех хватало мужества и душевных сил, чтобы отказать.

Неотъемлемой частью тоталитарного режима были репрессии сверху и доносительство снизу. Уничтожение интеллектуального потенциала страны - показатель уровня интеллектуально-нравственной и политической культуры народа и власти, рецидив того сознания, которое можно назвать классово-репрессивным. «В бедламе нелюдей отказываюсь жить...» - писала М.И.Цветаева.

Но с другой стороны, существовали ценности группы «МЫ»:

-все на строительство коммунизма;

-беззаветная преданность делу Ленина-Сталина;

- героический труд во благо Родины и т.д.

Они требовали от человека проявления патриотизма, бескорыстности, энтузиазма и других положительных качеств .

Ценности индивидуальности, свободы духа и совести отходят на второй план. Но людям нужно во что-то верить, иметь нравственную опору. Такой верой для человека сталинской эпохи стали положения коммунистического учения. «Коммунистический строй... требует принудительного единства мысли... Коммунисты исповедуют воинствующий атеизм и они обязаны вести антирелигиозную пропаганду. Коммунизм, не как социальная система, а как религия, фанатически враждебен всякой религии и более всего христианской. Он сам хочет быть религией, идущей на смену христианству, он претендует ответить на религиозные запросы человеческой души, дать смысл жизни...» (Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990).

С утратой личностной идейной свободы человек попадал в зависимость от идеологических установок. Ценности не возникали как необходимые морально-этические нормы, но навязывались режимом.


Заключение



На основании реконструированной картины мира проанализируем характерную для 30-40-х гг. ситуацию ареста на конкретном примере из жизни моей семьи.

В. Н.Дмитриева: «Мой муж Патрин Дмитрий Николаевич (1922 года рождения) был арестован органами НКВД в 1947 г. Областной суд при. закрытом обсуждении приговорил его к двадцати пяти годам лишения свободы без права переписки, с последующим поражением в правах в течение пяти лет и запрету проживать в крупных городах согласно статье № 58-в (литературная контрреволюция).

Все это стало мне известно из справки, которую выдал мне при допросе заместитель областного прокурора по особо важным делам Бессонов Михаил Павлович для того, как он сам сказал, чтобы я смогла бесплатно оформить развод.

А как, оказалось, через восемь лет дело-то Дмитрия выеденного яйца не стоило! Но оно поломало жизнь многих и многих наших с ним близких и знакомых!

Дело в том, что Дмитрий с детства питал страсть к сочинительству, мечтая стать настоящим писателем. В годы учебы его сочинения становились известными на всю школу, так как были лучшими вне зависимости от темы. Его рассказы и стихи печатались в журналах и газетах. И не смотря на наши экономические трудности (у него стипендия была 200 р. ) страсть Дмитрия к перу победила. Он по ночам, вместо того, чтобы выгружать из вагонов уголь, как делали его сокурсники, несколько часов еженощно писал дневник.

При допросе мне был задан вопрос: «Почему вы скрывали, что ваш муж такой махровый контрреволюционер?». Я поклялась жизнью всей моей семьи, что ничего подобного быть не может.

Через восемь лет в 1955 г., когда Дмитрий был полностью реабилитирован, оказалось, что в своих дневниках он допускал резкую критику агарной политики партии.

Он иногда просил меня посмотреть его труды, но мне было не до того. Но вся семья Дмитрия сразу возненавидела меня, считая виновницей его ареста. И лишь в 1955 г. всем стало известно, что я здесь ни при чем. Единственным человеком, читавшим дневник Дмитрия, был его закадычный друг по институту Юрий Постнов, он и донес на моего мужа.

Во время моей молодости все мы были воспитаны так, что, безусловно, глубоко верили всему тому, что читали в газетах и слышали по радио. Поэтому, узнав, что мой муж Дмитрий - «махровый контрреволюционер», я подумала: «Ничего себе - волк в овечьей шкуре! ». Я порвала все его фотографии, уничтожила все, что могло о нем напоминать . Наш сын к тому времени умер от воспаления легких, не дожив и до года. С его семьей мы тогда по их инициативе прервали все связи».

Итак, на основе реконструированной нами картины мира проанализируем данную ситуацию.

Мы видим четкое разделение «МЫ» - «ОНИ», поддерживающие советскую власть - высказывающиеся против нее. Это приобрело особую актуальность именно после Великой Отечественной войны, когда Советский Союз одержал победу над империалистическим миром - воплощением группы «ОНИ». Настроение национального подъема, патриотизма, охватившее советский народ после мая 1945 г., подхлестывало желание искоренить всех, кто противостоит общности «МЫ». Победа как бы сняла ответственность за такой сложнейший нравственный выбор - «народ-победитель должен бороться со своими внутренними врагами с не меньшей жестокостью, чем с внешними».

Обратим внимание на то, что донос на Д.Н.Патрина написал человек, состоявший с ним в дружеских отношениях . Т. о. морально - этические установки личности заменяются, даже подменяются, интересами партии и Советского государства в целом. На приведенном примере мы видим результат трансформации классового сознания в репрессивное . 

В этой связи важно отметить, что родители Д.Н.Патрина обвинили в доносе его жену В.Н.Дмитриеву. Они мотивировали это тем, что только она имела свободный доступ к его бумагам и могла получить материальное вознаграждение, а также карьерное продвижение «за борьбу с врагами народа, выявление шпионов, наушников, вредителей, людей, ведущих антисоветскую пропаганду и т.п.».

Доносительство многими воспринималось как возможность улучшить свое положение, показать себя ярым сторонником действительного режима и лично тов. Сталина, а не как переступление через нравственные нормативы, преступление перед собственной совестью.

Также мы видим проявление других характерных для той эпохи психологических установок: подчинение авторитету и отсутствие критического восприятия окружающей действительности. Оценка моей бабушки ситуации ареста мужа такова: «Ничего себе - волк в овечьей шкуре!». Вера в правильность проводимой партией политики оказывалась сильнее дружеской, любовной привязанности. Способность самостоятельно, критически подойти к случившемуся пришла к В.Н.Дмитриевой гораздо позже - в период перестройки. Ее сегодняшняя оценка произошедшей в молодости трагедии видна в словах: «... дело-то Дмитрия выеденного яйца не стоило...».

Итак, на основании анализа конкретной ситуации мы можем сделать вывод, что в сталинском обществе (1929 – 1953) приведенная нами картина мира была характерна для большинства населения Советского Союз




ИСТОРИОГРАФИЯ



Бек А. Новое назначение. М., 1987.

Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990.

Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. М., 1997.

Булгаков М.А. Чаша жизни: повести, рассказы, пьеса, очерки, фельетоны, письма. М., 1989.

Валентинов Н. Пятаков о большевизме// Новый журнал. Кн. 2. 1958. 

Вишневская Г.П. Галина. История жизни. М., 1991.

Вишневский А. Серп и рубль. Очерки консервативной модернизации в СССР. М., 1998.

Волкогонов Д. Триумф и трагедия. М., 1996.

Воронцов В.П. Судьбы капитализма в Рос-сии//Народническая экономическая литература М., 1958 г.

Гаврилов Б.И. История Отечества. 6-11 кл. М., 2000.

Гордон Л. А., Клопов Э.В. Что это было? Размышления о предпосылках и итогах того, что случилось с нами в 30-40-е годы. М., 1989.

Гуревич А. Я. От истории ментальности к историческому синтезу. Споры о главном: дискуссия о настоящем и будущем исторической науки вокруг французской школы «Анналов». М., 1993г.

Гущин Н.Я. Раскулачивание в Сибири (1928-1934 гг.): методы, этапы, социально-экономические и демографические последствия. Н., 1996.

Детская энциклопедия. В 12 т. Т. 9. Наша Советская Родина. М., 1978.

Дмитриев В.П., Есаков В.Д., Шестаков В. А. История Отечества. ХХ век. М., 1996.

Есаков В.Д., Кукушкин Ю. С., Ненароков А.П. История СССР. М., 1988.

Жарова Л.Н., Мишина И.А. История Отечества, 1900-1940 гг. М., 1992. 

Жид А. Возвращение из СССР. М., 1994.

Известия ЦК КПСС № 8, 1991.

Карамурза С.Ф. Советскаяя цивиизация. С.-П., 2001. 

Кинкклькина А. Т. Страницы истории советского общества. М., 1989.

 Колганов А.И. Путь к социализму. Трагедия и подвиг. М., 1990.

 Кон И.С. Люди и роли.// Новый мир №12. 1970. Коннкрест Р. Жатва скорби. Р., 1991.

 Кузнецов И. С., Исупов В. А. История России с 1917 года до наших дней. Н., 1996.

 Кузнецов И. С., Исупов В. А. История Сибири. Сибирь: ХХ век. Н., 2000.

 Ленин и Сталин о советской конституции: сборник статей, речей, докладов. М., 1936.

Маннинг Р. Сельские женщины после коллективизации.// Отечестенная история № 5. 2001.

Маслоу А. Человеческие потребности. М., 2002.

Наша малая родина. Хрестоматия по истории

Новосибирской области. 1921-1991. Н., 1997.

Павлова И.В. Механизм власти и строительство сталинского социализма. Н., 2001.

Платонов О. Тайая история России в ХХ веке. М., 1997.

Поршнев Б.Ф. Противопоставление как компонент этнического самосознания. М., 1973.

Правда 7.11.1929.

Правда 27.01.1936.

Правда 26.06.1936.

Правда 22.08.1937.

Правда 21.12.1937.

Правда 17.02.1950.

Редлих Р. Сталинщина как духовный феномен. Очерки большевизмоведения. М., 2001.

Росийские столицы. Москва и Санкт-Птербург. М., 2001.

Рыбаков А.Н. Дети Арбата. М., 1989.

Рыбаков А.Н. Страх. М., 1990.

44. Рыбаков А.Н. Тридцать пятый и другие годы. М., 1988. 45. Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал. В 2 т. Т. 1. От вооруженного восстания в Петрограде до второй сверхдержавы мира. М., 1997.

46. Современный словарь-справочник по истории. М., 2001.

47. Столяренко Л.Д. Основы психологии. М., 1998.

48. Такккер Р. Сталин. История и личность. М., 1990.

49. Фейхтвангер Н. Москва 1937. М., 1991.

50. Фитцпатрик Ш. Повседнневная изнь советского города. М., 2001.

51. Хрущев Н. С. Воспоминания.М., 1990

52. Черчилль У. Вторая мировая война. Т. 4. Лондон. 1951.

53. Энциклопедический словарь. М., 1953-1955.