Змеиный яд

Змеиный яд

Автор: Шукшин В.М.

Максиму Волокитину пришло в общежитие письмо. От матери. "Сынок, хвораю. Разломило всю спинушку и ногу к затылку подводит -- радикулит, гад такой. Посоветовали мне тут змеиным ядом, а у нас нету. Походи, сынок, по аптекам, поспрошай, может, у вас есть. Криком кричу -- больно. По, сынок, не поленись..." 

Максим склонился головой на руки, задумался. Заболело сердце -- жалко стало мать. Он подумал, что зря он так редко писал матери, вообще почувствовал свою вину перед ней. Все реже и реже думалось о матери последнее время, она перестала сниться ночами... И вот оттуда, где была мать, за черная беда. 

"Дождался". 

Было воскресенье. Максим надел выходной костюм и пошел в ближайшую аптеку. 

"Наверно, как-нибудь называется этот яд, узнать бы, чтоб посолидней спрашивать". 

Но узнать не у кого, и он пошел так. 

В аптеке было мало народа. Максим заметил за прилав хорошенькую девушку, подошел к ней. 

-- У вас змеиный яд есть? 

Девушка считала какие-то порошки. Приостановилась на секунду, еще раз шепотом повторила последнее число, чтоб не сбиться, мельком глянула на Максима, сказала "нет" и снова принялась считать. Максим постоял немного, хотел спросить, как называется змеиный яд по-научному, но не спросил -- девушка была очень занята. 

В следующей аптеке произошел такой разговор: 

-- У вас змеиный яд есть? 

-- Нет. 

-- А бывает? 

-- Бывает, но редко. 

-- А может, вы знаете, где его можно достать? 

-- Нет, не знаю, где его можно достать. 

Отвечала сухопарая женщина лет сорока, с острым носом, с низеньким лбом. Кожа на лбу была до того тонкая и белая, что, кажется, сквозь нее просвечивала кость. Максиму подумалось, что женщине доставляет удовольствие отвечать "нет", "не знаю". Он уставился на нее. 

-- Что? -- спросила она. 

-- А где же он бывает-то? Неужели в целом городе нет?! 

-- Не знаю, -- опять с каким-то странным удовольствием сказала женщина. 

Максим не двигался с места. 

-- Еще что? -- спросила женщина. Они были в стороне от других, разговора их никто не слышал. 

-- А отчего вы такая худая? -- спросил Максим. Он сам не знал, что так спросит, и не знал, зачем спросил, -- вылете. Очень уж недобрая была женщина. 

Женщина от неожиданности заморгала глазами. 

Максим повернулся и пошел из аптеки. 

"Что же делать?" -- думал он. 

Аптека следовала за аптекой, разные люди отвечали оди: "нет", "нету". 

В одной аптеке Максим увидел за стеклянным прилав парня. 

-- Нет, -- сказал парень. 

-- Слушай, а как он называется по-научному? -- спросил Максим. Парень решил почему-то, что и ему пришла пора показать себя "шибко ученым" -- застоялся, наверно, на одном месте. 

-- По-научному-то? -- спросил он, улыбаясь. -- А как в рецепте написано? Как написано, так и называется. 

-- У меня нет рецепта. 

-- А что ж вы тогда спрашиваете? Так ведь живую воду можно спрашивать. 

-- А что, не дадут без рецепта? -- негромко спросил Мак, чувствуя, что его начинает слегка трясти. 

-- Нет, молодой человек, не дадут. 

Это снисходительное "молодой человек" доконало Мак. 

-- До чего ж ты умница! -- тихо воскликнул он. -- Это ж надо такому уродиться!.. 

Максим вышел на улицу, закурил. 

Напротив, через улицу, было отделение связи. Максим докурил вчастую сигарету, зашел в отделение и дал матери телеграмму: "Змеиный яд выслал. Максим". 

"Весь город переверну -- добуду", -- думал он, шагая по улице. Казалось теперь: будет змеиный яд -- мать будет здо. 

В одной очень большой аптеке Максим решительно на к пышной 

красивой женщине. Она выглядела при других. 

-- Мне нужен змеиный яд, -- сказал он. 

-- Нету, -- ответствовала женщина. 

-- Тогда позовите вашего начальника. 

Женщина удивленно посмотрела на него. 

-- Зачем? 

-- Я с ним потолкую. 

-- Не буду я его звать -- незачем. Он вам не сможет по. Нет у нас такого лекарства. 

Максиму захотелось обидеть женщину, сказать в лицо ей какую-нибудь грубость. И не то вконец обозлило Максима, что яда опять нет, а то, с какой легкостью, отвратительно просто все они отвечают это свое "нет". 

-- Позовите начальника! -- потребовал Максим. И вдруг добавил жалобным голосом: -- У мена мать болеет. -- Аж самому противно сделалось. 

Женщина оставила официальный тон. 

-- Ну нет у нас сейчас змеиного яда, я серьезно говорю. Я могу вам дать пчелиный. У нее что, радикулит? 

-- Ага. 

-- Возьмите пчелиный. Змеиный не всегда и нужен. 

-- Давайте. -- Максиму было стыдно за свой жалобный тон. -- Он тоже помогает? 

-- У вас рецепт есть? 

-- Нету. 

-- А как же?.. 

-- Что? 

-- Без рецепта нельзя, не могу. 

У Максима упало сердце. 

-- Это такой ма-ленький рецептик, да? Бумажечка такая... 

Женщина невольно улыбнулась. 

-- Да, да. Рецепт выписывает врач, а мы... 

-- Дайте мне так, а... А я завтра принесу вам рецепт. Дайте, а?! 

-- Не могу, молодой человек, не могу. 

На улице Максим долго соображал, что делать. Даже если он и наткнется где-нибудь на змеиный яд, то без рецепта все равно не дадут. Это ясно. Надо сперва добыть рецепт. 

По дороге домой опять зашел на почту и дал матери еще одну телеграмму: "А пчелиный яд надо? Максим". 

На другой день в девять часов утра он пошел на стройку, отпросился с работы и направился в поликлинику. 

В белой стеклянной стенке -- окошечко, за окошечком -- белая девушка. Она долго "заводила" на Максима карточку, потом подала ему талончик. Максим посмотрел -- четырнадцатая очередь на тринадцать тридцать. 

-- А поближе нету? 

-- Нет. 

-- Девушка, милая... -- Максим почувствовал, что опять начинает говорить жалостливым тоном, но остановиться не мог. -- Девушка, дайте мне поближе, а? Мне шибко надо. Пожалуйста. 

Девушка, не глядя на него, порылась в талончиках, вы один, подала Максиму. И тогда только посмотрела на него. Максиму показалось, что она усмехнулась. 

"Милая ты моя, -- думал растроганный Максим. -- Смейся, смейся -- талончик-то вот он". Его очередь была шестой, на одиннадцать часов. 

У кабинета врача сидело человек десять больных. Мак присел рядом с пожилым мужчиной, у которого была такая застойная тоска в глазах, что, глядя на него, невольно думалось: "Все равно все помрем". 

"Прижало мужика", -- подумал Максим. И опять вспом о матери и стал с нетерпением ждать доктора. 

Доктор пришел. Мужчина, еще молодой. 

Вышла из кабинета женщина и спросила: 

-- У кого первая очередь? 

Никто не встал. 

-- У меня, -- сказал Максим и почувствовал, как его под какая-то сила и повела в кабинет. 

-- У вас первая очередь? -- спросил его мужчина. 

-- Да, -- твердо сказал Максим и вошел в кабинет совсем веселым и, как ему казалось, очень ловким парнем. 

-- Что? -- спросил доктор, не глядя на него. 

-- Рецепт, -- сказал Максим, присаживаясь к столу. 

Доктор чего-то хмурился, не хотел подымать глаза. "Вы, наверно, вчера крепко", -- сообразил Максим. 

-- Какой рецепт? -- Доктор все перебирал какие-то бу. 

-- На змеиный яд. 

-- А что болит-то? -- Доктор поднял глаза. 

-- Не у меня. У меня мать болеет, у нее радикулит. Ей врачи посоветовали змеиным ядом. 

-- Ну, так?.. 

-- Ну а рецепта нету. А без рецепта, сами понимаете, никто не дает. -- Максиму казалось, что он очень толково все объясняет. -- Поэтому я прошу: дайте мне рецепт. 

Доктора что-то заинтересовало в Максиме. 

-- А где мать живет? 

-- В Красноярском крае. В деревне. 

-- Ну?.. И нужен, значит, рецепт! 

-- Нужен. -- Максиму было легко с доктором: доктор нравился ему. 

Доктор посмотрел на сестру. 

-- Раз нужен -- значит, дадим. А, Клавдия Николаевна? 

-- Надо дать, конечно. 

Доктор выписал рецепт. 

-- Он ведь редко бывает, -- сказал он. -- Съезди в двад седьмую. Знаешь где? Против кинотеатра "Прибой". Там может быть. 

-- Спасибо. -- Максим пожал руку доктора и чуть не вы на крыльях из кабинета -- так легко и радостно сдела. 

В двадцать седьмой яда не было. 

Максим подал рецепт и, затаив дыхание, смотрел на ап. 

-- Нет, -- сказал тот и качнул седой головой. 

-- Как нет? 

-- Так, нет. 

-- Так у меня же рецепт. Вот же он, рецепт-то! 

-- Я вижу. 

-- Да ты что, батя? -- с тихим отчаянием сказал Мак. -- Мне нужен этот яд. 

-- Так нет же его, нет -- где же я его возьму? Вы же може соображать -- нет змеиного яда. 

Максим вышел на улицу, прислонился спиной к стене, бессмысленно стал смотреть в лица прохожих. Прохожие все шли и шли нескончаемым потоком... А Максим все смотрел и смотрел на них и никак о них не думал. 

Потом одна мысль пришла в голову Максиму. Он резко качнулся от стены и направился к центру города. В цирк. 

Вахтер в цирке поднялся навстречу Максиму. 

-- Вам к кому? 

-- К Байкалову Игнату. 

-- У них репетиция идет. 

-- Ну и что? 

-- Репетиция!.. Как что? -- Вахтер вознамерился не пускать. 

-- Да пошли вы! -- обозлился Максим, легко отстранил старика и прошел внутрь. 

Прошел пустым, гулким залом. 

На арене посредине стоял здоровенный дядя, а на нем -- одна на другой -- изящные, как куколки, молодые женщины. 

Максим подошел к человеку который бросал в стороны тарелки. 

-- Как бы мне Байкалова тут найти? 

Человек поймал все тарелки. 

-- Что? 

-- Мне Байкалова надо найти. 

-- На втором этаже. А зачем? 

-- Так... Он земляк мой. 

-- Вон по той лестнице -- вверх. -- Человек снова запус тарелки в воздух. 

Игнатий боролся с каким-то монголом. Монгол был уст размеров. 

-- Игнат! -- позвал Максим. 

Игнатий слез с монгола. 

-- Максим!.. Здорово, -- Игнатий был потный, разгоря борьбой. -- Ты как здесь? -- Он погладил рукой бок. 

-- Намял он тебе? 

-- Вот именно -- намял. Здоровый буйвол, а бороться не умеет. 

-- Неужели ты его одолеешь? 

-- Хошь, покажу. 

-- Не надо. Я к тебе по делу, Игнат. У меня мать захвора -- письмо получил. Надо змеиного яда достать... Весь го обошел -- нигде нету. Может, у тебя какие знакомые есть?.. Может, врач какой-нибудь... 

Игнатий задумался. 

-- Черт его знает... трудно сейчас сказать. Если бы рань пришел. Я ж завтра уезжаю. Домой ведь еду! 

-- Домой? 

-- Но! 

-- В отпуск, что ли? 

-- Но. 

Максим с тоскливой завистью посмотрел на земляка. 

-- Хорошо. 

-- Я попробую сегодня спросить у одних. Раньше бы надо... 

-- Раньше-то он не нужен был. 

-- Я понимаю. В общем, я схожу туда сегодня, спрошу. Но не обещаю, Максим. 

Максим кивнул головой. 

-- Ладно, работай. Пойду еще куда-нибудь. 

Игнатию стало отчего-то неловко. 

-- Я схожу, Максим. Может, достану. 

-- Ты надолго домой? 

-- На пару недель. А потом -- в Гагры. 

-- Зайди там к матери... Скажи: пришлю лекарство. Зайди. 

-- Конечно! Ты не унывай особо-то. Может, достанем се. 

-- Ничего. Привет своим передавай. Сколько не был? 

-- Лет пять уже. 

-- А я два года. Изменилось, наверно, там все... 

-- Да. 

-- Ну, работай. 

Максим вышел из цирка и так же решительно, как шел от двадцать седьмой аптеки, пошел снова туда. Подошел к старичку аптекарю. 

-- Я к вашему начальнику пройду. 

-- Пожалуйста, -- любезно сказал аптекарь. -- Вон в ту дверь. Он как раз там. 

Максим пошел к начальнику. 

В кабинете заведующего никого не было. Была еще одна дверь. Максим толкнулся в нее и ударил кого-то по спине. 

-- Сейчас, -- сказали за дверью. 

Максим сел на стул и решил без змеиного яда не уходить. Вошел низенький человек с усами, с гладко выбритыми -- до сияния -- жирненькими щеками, опрятный, полненький, лет сорока. 

-- Что у вас? 

-- Вот. -- Максим протянул ему рецепт. Сердце вдруг так заколотилось, что стало больно в груди. Заведующий повертел в руках рецепт. 

-- Не понимаю... 

-- Мне такое лекарство надо. -- Максим поморщился -- сердце выбрыкивало нешуточным образом. 

-- У нас его нет. 

-- А мне надо. У меня мать помирает. -- Максим смотрел на заведующего не мигая: чувствовал, как глаза наполняются слезами. 

-- Но если нет, что же я могу сделать? 

-- А мне надо. Я не уйду отсюда, понял? Я вас всех нена, гадов! 

Заведующий улыбнулся. 

-- Это уже серьезнее. Придется найти. -- Он сел к теле и, набирая номер, с любопытством поглядывал на Мак. Максим успел вытереть глаза и смотрел в окно. Ему стало стыдно, он жалел, что сказал последнюю фразу. 

-- Алле! -- заговорил заведующий. -- Петрович? Здоров. Я это, да. Слушай, у тебя нет... -- Тут он сказал какое-то не слово. -- Нет? 

У Максима сдавило сердце. 

-- Да нужно тут... пареньку одному... Посмотри, посмот... Славный парень, хочется помочь. 

Максим впился глазами в лицо заведующего. Заведую беспечно вытянул губы трубочкой -- ждал. 

-- Да? Хорошо, тогда я подошлю его... Как дела-то? Мгм... Слушай, а что ты скажешь... А? Да что ты? Да ну?.. 

Пошел какой-то непонятный треп: кто-то заворовался, кого-то сняли и хотят судить. Максим смотрел в пол, чувст, что плачет, и ничего не мог сделать -- плакал. Он очень устал за эти два дня. Он молил Бога, чтобы заведую подольше говорил, -- может, к тому времени он перестане плакать, а то хоть сквозь землю проваливайся со сты. А если сейчас вытереть глаза -- значит, надо пошевелить, и тогда заведующий глянет на него и увидит, что он плачет. 

"Вот морда!" -- ругал он себя. Он любил сейчас заведую, как никого никогда, наверно, не любил. 

Заведующий положил трубку, посмотрел на Максима. Максим нахмурился, шаркнул рукавом бостонового пиджака по глазам и полез в карман за сигаретой. Заведующий ничего не сказал, написал записку, встал... Максим тоже встал. 

-- Вот по этому адресу... спросите Вадима Петровича. -- Не отчаивайтесь, поправится ваша мама. 

-- Спасибо, -- сказал Максим. Горло заложило, и полу, что Максим пискнул это "спасибо". Он нагнул голо и пошел из кабинета, даже руки не подал начальнику. 

"Вот же ж морда!" -- поносил он себя. Ему было очень стыдно. 

На другой день рано утром к Максиму забежал Игнатий. Внес с собой шум и прохладу политых асфальтов. 

-- Максим!.. Я поехал! Вот яд-то -- достал. 

Максим вскочил с кровати. 

-- Куда поехал? 

-- Домой! Вот яд... 

-- Так я тоже достал вчера. Флакон. 

-- Ну -- два будет. Пригодится. 

-- Ты сейчас прямо едешь? 

-- Но. Будь здоров! Зайду попроведаю мать... 

-- Погоди, Игнат, я провожу тебя. 

-- Меня такси ждет... 

-- Я скоро. 

-- Давай. Только -- одна нога здесь, другая -- там! -- орал Игнатий. -- Пятнадцать минут осталось. Жена сейчас икру мечет в вагоне. 

-- Она уже там? -- Максим прыгал по комнате на одной ноге, стараясь попасть в штанину. 

-- Там. 

-- Сейчас... мигом. Мы в магазин не успеем заскочить? Хотел гостинцев матери... 

-- Да ты что! -- взревел Игнатий. -- Я что, по шпалам же догонять буду?! 

-- Ладно, ладно... 

Побежали вниз, в такси. 

-- Друг, -- взмолился Игнатий. -- Десять минут до поез... Жми на всю железку. Плачу в трехкратном размере. 

Машина рванула с места. 

Жена ждала Игнатия у вагона. Оставалось полторы минуты. 

-- Игнатий, это... это черт знает что такое, -- встретила она мужа со слезами на глазах. -- Я хотела чемоданы выно. 

-- Порядок! -- весело гудел Игнатий. -- Максим, пока! Крошка, цыпонька, в вагон. 

Поезд тронулся. 

-- Будь здоров, Максим! 

Максим пошел за вагоном. 

-- Игнат, передай матери: я, может, тоже скоро приеду. Не забудь, Игнат! 

-- Не-ет! 

Максим остановился. 

Поезд набирал ходу. 

Максим опять догнал вагон Игнатия и еще раз крикнул: 

-- Не забудь, Игнат! 

-- Передам! 

Уже расходились с перрона люди. 

А Максим все стоял и смотрел вслед поезду. 

... Уже никого почти не осталось на перроне, а Максим все стоял. Смотрел в ту сторону, куда уехал Игнатий.