Анализ проблематики и выявление основных особенностей публицистических статей В.Г. Распутина рубежа ХХ–ХХI вв.

Министерство образования и науки РФ

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

"Иркутский государственный университет"

Факультет филологии и журналистики

Кафедра новейшей русской литературы

















ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Анализ проблематики и выявление основных особенностей публицистических статей В.Г. Распутина рубежа ХХ-ХХI вв.







Выполнила: 

Калиуш Екатерина Сергеевна

Научный руководитель

д. ф. н., профессор Плеханова И.И.







Иркутск, 2010


Содержание



	Введение

	Глава I. Эволюция публицистики В.Г. Распутина в советское и постсоветское время

	1.1 Публицистика ранняя

	1.2 Публицистика зрелого В.Г. Распутина

	Глава II. Проблематика публицистических статей В.Г. Распутина

	2.1 Экологическая тема в прозе и публицистике

	2.2 Эволюция политических взглядов писателя

	2.3 Публицистика религиозная

	2.4 Проповедническая публицистика В.Г. Распутина последних лет

	Глава III. Особенности поэтики публицистических статей В.Г. Распутина

	3.1 Императив нравственной чистоты языка и стиля

	3.2 Поэтика проповеднической публицистики

	Заключение

	Список литературы




Введение

	

	В.Г. Распутин - одна из центральных фигур литературного процесса второй половины ХХ века. Практически все произведения В.Г. Распутина конца 1960-х - начала 1980-х годов признаны классическими и заслуженно входят в сокровищницу русской литературы. В его творчестве соединились классические литературные традиции и современность, этот необыкновенный синтез вывел "деревенскую" литературу на качественно новый этап развития, обогатив литературный процесс в целом.В.Г. Распутин, раскрывая корневые основы жизни народа, саму сущность народного существования, предельно усилил нравственно-философское звучание прозы о деревне, создал модель единого мира и человеческого бытия (Г.А. Белая). Художественное наследие писателя всегда привлекало внимание исследователей в России и за рубежом, оно широко изучено в критике и литературоведении (В.Я. Курбатов, А.Ф. Лапченко, С.В. Перевалова, С.Г. Семенова, Н.С. Тендитник, А.В. Урманов, В. Шапошников и т.д.), однако в отечественной и зарубежной науке очень мало работ, в которых рассматривается такой обширный пласт его творчества, как публицистика (В.Я. Курбатов, И.А. Панкеев, Н.С. Тендитник, Б.М. Юдалевич и др.), и отсутствуют исследования, где она изучается целостно и системно.

	Творчество В.Г. Распутина неразрывно связано с социальными, нравственными, психологическими процессами современной российской истории. Журналистская деятельность В.Г. Распутина началась в 60-е годы, до 80-х годов писатель много внимания в своей публицистике уделял экологическим темам. Конец 80-х годов - это время обращения В.Г. Распутина к политическим и экономическим темам. В течение 10 лет - с 1985 года (повесть "Пожар") до середины 90-х - публицистика писателя становится открытой критикой политической ситуации в России.

	Актуальность дипломного исследования определяется интересом современного литературоведения потребностью в целостном изучении творчества писателя. В этом контексте актуально исследование публицистики В.Г. Распутина как самостоятельного дискурса, позволяющего выявить становление и развитие мировоззрения писателя от конца 1950-х годов до настоящего времени. В современной социокультурной ситуации изучение специфики публицистического текста, воплощенных в нем идей и оценок истории, современности, культуры виднейшего русского писателя второй половины ХХ века дает возможность понять типологические и индивидуальные особенности мировоззрения В.Г. Распутина, место и роль публицистики в его творчестве. Все это углубляет представления о своеобразии индивидуального мировоззрения писателя и его судьбе в ситуации модернизации российского общества, происходящей на протяжении последних десятилетий.

	Конец 80-х - начало 90-х годов стали переломным временем для России. Это время перехода от тоталитарного общества к демократическим свободам, гласности, к началу капиталистического предпринимательства, частной инициативе. Это время начала распада государства, буквально распада СССР, распада государственной машины. Происходит разрушение культуры, нравственности, в обществе распространяется нигилизм, утрачивается чувство гордости и ответственности за свое отечество. Поэтому в 90-е годы так остро разворачиваются дискуссии вокруг русской идеи, ставящие вопросы бытия нации, ее духа и судьбы.

	В последние десятилетия вокруг русской идеи появляется множество рассуждений разного характера. Как отмечают исследователи, в национальном сознании в России конца ХХ века происходит "мировоззренческое разъединение общественного мнения, которое нашло свое отражение и в литературной среде, выразившись в размежевании писателей и публицистов по общественно-политическим и идеологическим вопросам. Сторонники демократических преобразований в стране видят общественный идеал в западной цивилизации и считают необходимым для России "догнать" цивилизованный мир путем реформ и кардинальных изменений в обществе" [47; 56]. В этом лагере И.В. Попова выделяет как минимум три фракции:

	1) воинствующий либерал-космополитизм (Б. Сарнов, Б. Хазанов, А. Янов);

		интернационал-большевизм;

		"христианский космополитизм" (неофиты).

	Автор не утруждает себя расшифровкой этих понятий, и мы можем предположить, что это жупелы политической борьбы.

	Этому лагерю принято противопоставлять современное почвенничество, делающее акцент на особенностях развития России, сохранении ее традиционных ценностей. У почвенников фракции следующие:

		сторонники правого государства на основе христианских традиций (А. Солженицын и его единомышленники);

		национал-большевизм (группирующиеся вокруг А. Проханова, редакций журнала "Молодая гвардия" и газеты "Завтра");

		почвенничество, распространенное в среде националистически настроенной творческой интеллигенции.

	Под почвенничеством в общественно-политических позициях писателей и публицистов подразумевается приоритетное сочетание национальных и христианских традиций. Почвенники XIX века "придерживались идеи о "национальной почве" как основе социального и духовного развития России…как единственно возможного способа сохранения самобытности страны и особого пути ее развития; пытались обосновать мысль об особой миссии русского народа, призванного, по их мнению, спасти человечество" [54; 375]. Почвенничество в современном понимании близко славянофильству, основополагающей идеей которого было утверждение собственного пути России и её исторической миссии. Понятия "почвенничества" и "славянофильства" исторически не идентичны и не полностью отражают вкладываемый в них сегодня смысл, но в связи с отсутствием четкого определения используются в качестве синонимов. Первыми идеологами современного почвенничества были так называемые "писатели-деревенщики" (В. Белов, В. Солоухин и др.). Именно в среде советских писателей, объединившихся в 1970-1980 годах вокруг редакций журналов "Наш современник", "Молодая гвардия" и, в меньшей степени, журнала "Москва", вырабатывались все будущие рецепты патриотической идеологии. Помимо "деревенщиков" в этот круг входили "писатели-фронтовики" (Ю. Бондарев до сих пор входит в редколлегию "Нашего современника").

	Основу идеологии почвенников образует тезис: государственная политика должна отвечать интересам русского народа. Внутри страны это означает ограничение доступа нерусских групп к власти и социальным ресурсам и создание условий для доминирования русских в экономической, политической и культурной сферах. Во внешнеполитической сфере это означает отказ от курса, ведущего к сближению с западом.

	Ветераны почвенничества, действующие и сегодня - В. Бондарев, С. Куняев, В. Распутин. Из более поздних фигур стоит выделить В. Чеснокову и М. Назарова. В.Ф. Чеснокова представляет секулярное (православию отводится важная, но не определяющая роль в строительстве будущей национальной государственности), а М. Назаров - православно-фундаменталистское направление почвеннического национализма (православие - необходимое условие политического и культурного выживания нации). Современных почвенников объединяет неприятие нынешнего, американизированного типа цивилизации с его ставкой на "просвещенный эгоизм". Разногласия между их фракциями в основном касаются степени совместимости национально-традиционных духовных ценностей и социалистического идеала.

	В.Г. Распутин - главный идеолог и проповедник современного почвенничества, рассматривающий путь России как путь религиозно-нравственного возрождения. Произведения писателя, его статьи, интервью являются своеобразной программой почвенничества.В.Г. Распутин обращается к своему читателю с помощью художественного слова, которое в публицистике писателя звучит особенно остро и проблемно. В связи с этим целью нашей работы является анализ проблематики и выявление основных особенностей публицистических статей В.Г. Распутина рубежа ХХ - ХХI вв.

	Для достижения поставленной цели нами были выдвинуты следующие задачи:

	1) определить место и роль публицистики В.Г. Распутина в литературной и общественной жизни второй половины ХХ века;

	2) выявить и обосновать факторы формирования авторской позиции;

	3) показать эволюцию взглядов В.Г. Распутина на национальные, экономические, экологические, исторические проблемы российской истории и современности;

	4) в анализе публицистики обнаружить те свойства мышления В.Г. Распутина, которые определяют творчество и формируют картину мира.

	Научная новизна работы определена тем, что в ней публицистика В.Г. Распутина интерпретируется как целостное высказывание о человеке и бытии. В анализе его поэтики и проблематики осуществляется системная реконструкция авторской позиции, устанавливаются факторы ее формирования, определяются этапы становления и развития. Полученные результаты открывают значение публицистического типа высказывания для самосознания писателя и углубляют представления о месте и роли публицистики в творчестве В.Г. Распутина.

	Основным материалом исследования является весь корпус статей писателя с конца 1950-х годов до 2000-х годов.

	Методы исследования: интерпретация публицистических текстов, т.е. комментарии тех прямых заявлений, которые составляют содержание писательских выступлений.

публицистика распутин язык стиль

	Практическая значимость дипломной работы заключается в том, что ее результаты могут использоваться в изучении литературного процесса второй половины ХХ века, современной литературы Сибири

	Структура диплома: состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.

	


Глава I. Эволюция публицистики В.Г. Распутина в советское и постсоветское время



1.1 Публицистика ранняя

	

	В течение десяти лет - с начала перестройки и почти до середины 90-х годов - творчество В.Г. Распутина продолжалось только в сфере публицистики. Его статьи являются не чем-то дополнительным ко всему остальному творчеству, а естественным продолжением его в иных формах.

	О первых публикациях В.Г. Распутина в своих статьях пишет Н.С. Тендитник, подробно описывая биографию писателя. "Первые публикации В.Г. Распутина появились в 1957 году в газете "Советская молодежь", внештатным корреспондентом которой он был зачислен в марте того года. А незадолго до окончания университета, в январе 1959 года, был принят в штат редакции на должность библиотекаря. В газете "Советская молодежь", а ранее и в университетской многотиражке "Иркутский университет", появляются статьи, репортажи, критические корреспонденции о студенческой жизни, о школах, пионерских дружинах, милиции. Печатался под псевдонимом Р. Валентинов, В. Каирский, а чаще всего под собственным именем" [Тендитник 1978: 127].

	Сущность публицистики (лат. publicus - общественный) заключается, прежде всего, в том, что этот вид литературы, характеризующийся злободневным общественно-политическим содержанием, предназначен для воздействия на сознание максимально широкого круга читателей. Публицистический дискурс, представляя собой разновидность риторического, прагматичен, выполняет эмотивную функцию и направлен на достижение конкретного эффекта внушения, убеждения или побуждения. Писательская публицистика - переходное явление, объединяющее публицистичность и художественность как способы мышления. Писательская публицистика - тип творчества, предшествующий художественному или следующий за ним как авторский комментарий эстетики художественных текстов, выражение позиции по самым разным вопросам действительности. В понятие публицистики нами включаются жанры критической статьи, очерка, поскольку определяются самой логикой развертывания публицистического дискурса.

	"Публицистика реализует свою способность воздействовать на жизненную реальность путем вовлечения читателей в действенный диалог о животрепещущих вопросах современности, трансформируя знания аудитории в убеждения" [43; 837]. Писатели-публицисты обращаются к прямому слову, потому что хотят непосредственного воздействия на читателя. "Объектом публицистики выступают социальные, политико-идеологические, философские, литературные, моральные, религиозные, исторические, экономические, экологические и другие проблемы" [43; 837]. Публицистика требует изменения образа мышления художника. "Главное в публицистике - аналитическая мысль автора, откликающегося на самые живые потребности общества, обращающегося к наиболее насущным вопросам" [43; 837].

	Таким образом, публицистика понимается нами как тип высказывания, в котором максимально развернуто такое свойство мышления и коммуникативной ситуации, как публицистичность, т.е. прямое выражение мысли автором высказывания.

	Возможность публицистики привлекает писателей с отчетливой гражданской позицией. Большое значение в публицистике имеет фактор современности - оперативность отклика на те или иные события и проблемы. Умение ярко и эмоционально подать свою мысль, чтобы воздействовать на общественное мнение, повлиять на развитие общественно-политических процессов, - неотъемлемое свойство публициста. В публицистике раскрывается масштаб личности - искренность, глубина переживаний.

	Публицистика во многом определяет своеобразие прозы В.Г. Распутина. Н.С. Тендитник отметила остроту нравственных конфликтов в первых рассказах писателя. Одним из них является рассказ "Я забыл спросить у Лешки", напечатанный впервые в январском-февральском 1961 года номере альманаха "Ангара". В нем повествуется о судьбе трех товарищей на большой сибирской стройке, о неприятии ими проявления бюрократизма и равнодушия к человеку, а в результате чего один из них, Лешка, погиб. Нужен трактор, чтобы перевезти тело, а мастер сказал, что не даст его, даже если "свалится половина бригады" [32; 86]. Друзья несут Лешку на руках, их дорога оказывается нелегкой, она полна тяжелых раздумий. В памяти живут слова и поступки товарища, всегда настаивавшего на верности принципам, на неприятии лжи.

	В августе 1961 года В.Г. Распутин увольняется из редакции "Советская молодежь" и поступает на должность редактора литературно-драматических передач Иркутской студии телевидения. Проработал он здесь менее года и был уволен за передачу о писателе П. Петрове. В.Г. Распутин пострадал за попытку публичной реабилитации писателя, возглавлявшего иркутскую писательскую организацию в 30-е годы. Уже тогда он доказал, что может идти против течения.

	В 1962 году писатель уезжает в Красноярск и работает литсотрудником газеты "Красноярский рабочий", позже переходит на должность спецкора газеты "Красноярский комсомолец". Активно печатает в газете очерки, статьи о жизни комсомольцев и молодежи Красноярского края.

	В газетах "Красноярский рабочий", "Красноярский комсомолец", "Советская молодежь", "Восточно-Сибирская правда", в альманахе "Ангара" началась публикация рассказов и очерков, составивших книги "Край возле самого неба" и "Костровые новых городов".

	Писатель побывал в этот период на строительстве дороги Абакан - Тайшет. В газете "Красноярский комсомолец" появляются статьи:

	"Ты пламя берешь" - 1964, 13 сентября;

	"По Крольскому тоннелю прошел первый поезд" - 1965, 24 января;

	"Слушайте, Абакан и Тайшет…" - 1965, 27 января;

	"Дай руку, Тайшет" - 1965, 29 января;

	"Там, за Кролом, восток" - 1965, 31 января;

	"Ну, здравствуй, дорога" - 1965, 5 февраля;

	"Слет первопроходцев" - 1965, 7 марта;

	"Поездам снятся дали" - 1965, 10 марта;

	"Вот и все - начинайте сначала" - 1966, 16 февраля.

	Так же В.Г. Распутин побывал на Красноярской ГЭС, у первооткрывателей Талнаха и у охотников Тофаларии. Эти события отразились в статьях: "Ребята верят…" - 1964, 25 ноября, "От солнца до солнца", "Из Тофаларского дневника" - 1964, 19,20 декабря, "Возвращение" - 1965, 17 января, "Подари себе город на память" - 1965, 27 июня, "Володя и Слава" - 1965, 15 августа, "Пять последних шагов" - 1965,20 августа.

	Тип молодежной газеты обусловил тематическую специализацию В.Г. Распутина-журналиста, тип героя и модус его авторской оценки. Положительный герой В.Г. Распутина - ударный труженик, активный общественник, сознательный гражданин - "настоящий советский человек". Он характеризуется непротиворечивостью и внутренней цельностью. Уже в начале 1960-х годов в журналистском творчестве В.Г. Распутина оформляются две основные тенденции - героическая и онтологическая. Первая возникает в репортажах и очерках о жизни бодайбинских приисков и строительстве Братской ГЭС и развивается в период работы писателя в "Красноярском комсомольце". Вторая воплощается в цикле очерков о Тофаларии и ряде других работ.

	В очерках о Тофаларии складываются основы распутинской онтологии. Природа Саян описывается как космос - система, все элементы которой взаимосвязаны и пребывают в состоянии единства. В результате постижения писателем человека и его места в мироздании изменяется понимание природы и места человека в ней. В аборигенах Тофаларии В.Г. Распутин открывает носителей особого - онтологического - типа сознания. Писатель впервые проявляет себя как философ. Об этом свидетельствует художественный очерк "Вниз по течению" (в более поздних публикациях - "Вниз и вверх по течению"), опубликованный в журнале "Наш современник" в 1972 году. Хронотоп пути (возвращение писателя Виктора на малую родину) несет семантику прозрения трагической сути современной жизни и открывает пессимистический взгляд писателя на возможности технократического переустройства действительности. В.Г. Распутин фиксирует отчуждение людей, изменение их духовного облика. Писатель создает два образа мироздания - до затопления Братского водохранилища и после. Центром прежнего бытия является река - основа жизни, разворачивающейся по берегам. Река воплощает могучие силы природы, в сезонных ритмах которой происходит циклическое обновление жизни - сцена грозы и начала ледохода на Ангаре. Река обладает руслом, т.е. упорядоченностью и стабильностью. Воплощаемый ею онтологический принцип порядка транслируется на весь береговой космос, частью которого является и патриархальное общество людей. С другой стороны, река в очерке - метафора самой жизни. Затопление окультуренного пространства, по мысли В.Г. Распутина, становится высвобождением стихии, преодолением в результате человеческой деятельности онтологических закономерностей, естественного устройства мира, свершившийся конец стабильности, надежности и осмысленности человеческого бытия, с чем и связаны апокалипсические мотивы очерка. Его можно считать своеобразным "рубиконом", обозначившим коренную трансформацию мировоззрения В.Г. Распутина в результате осмысления личной духовной драмы (затопление в 1967 году родной деревни Аталанки).

	Подводя итог этому краткому обзору публицистики В.Г. Распутина, следует отметить, что его публикации вписывались в официальный "дискурс", т.е. нравственный пафос совпадает с идеологией утопии "оттепельного поколения". В.Г. Распутин в своей публицистике творил образ идеального человека, т.е. нравственного, ответственного и сознательного.

	Важным событием этой поры было участие писателя в Читинском зональном семинаре начинающих писателей, где произошла встреча В.Г. Распутина с В. Чивилихиным, который высказал мнение об его рассказах, увидел достоинства и недостатки, оказал моральную поддержку. Писатель вышел тогда с рассказами и очерками на страницы центральной печати - "Огонек", "Комсомольская правда", "Молодая гвардия".

	В числе других писатель был рекомендован в члены Союза писателей СССР. По итогам семинара его рассказы "Я забыл спросить у Лешки…" и "Мама куда-то ушла" появляются в выпущенном в Москве коллективном сборнике.

	В один год (1966) с "Костровыми новых городов" (часть ее была опубликована в иркутской "Советской молодежи", часть - в газетах Красноярска) в Иркутске был издан сборник рассказов и очерков "Край возле самого неба", выпущенная Восточно-Сибирским издательством. Писатель по этому поводу сказал: "От фактографического очерка я переходил к рассказу, к увиденному и услышанному журналистом я стал как бы добавлять "от себя". Во мне проснулось авторское "я". Я стал ощущать себя наряду с героями моих рассказов и очерков" [44; 167].

	В марте 1966 года писатель возвращается в Иркутск. Начинается профессиональная творческая работа. Печатается ряд рассказов в журналах "Молодая гвардия", "Наш современник", в альманахе "Ангара", в газетах "Красноярский комсомолец", "Советская молодежь", "Литературная Россия" и др.

	С превращением В.Г. Распутина в профессионального писателя его статьи появляются в столичных и заграничных изданиях. Публикуются рассказы писателя в журналах "Паделью Яу Натне" (Рига), "Кобета рад зецка" (Польша), "Тарибине мотерс" (Вильнюс), "Младеж" (София), "Культура" (Варшава) и др.

	В.Г. Распутин выступает уже как авторитетный писатель, и его слово приобретает особую ценность. После появления повестей "Деньги для Марии" (1967) и "Последний срок" (1970) В.Г. Распутин признан как безусловный мастер.

	

1.2 Публицистика зрелого В.Г. Распутина

	

	Таким образом, в его публицистике находят свое отражение темы экологии, политики, нравственности, культуры и памяти (Памяти вообще, и памяти о родном крае в частности). Анализ подобных проблем важен, в первую очередь, для понимания духовных и политических конфликтов современности и определения места писателя в культурном и жизненном пространстве России.

	Поздняя публицистика Распутина - антипод ранней, наивно-чистосердечной и оптимистической. Совершился исторический переворот эсхатологического характера, и содержание писательских выступлений указывает на катастрофу. Россия 1990-х годов оценивается В.Г. Распутиным как разрушенная, практически уничтоженная страна. Новая формация трансформируется в мир абсурда. В публицистике рассматривается самый широкий спектр общественных проблем: духовно-нравственные, психологические, социально-экономические, демографические и т.д. Кризис национальной самоидентификации ("национальные безразличие и вялость", "безнациональный народ") позволяют В.Г. Распутину ставить вопрос о конце национальной истории. В 1980-е годы устойчивость национальной души к внешним воздействиям не подвергалась сомнению. С начала 1990-х годов происходит разочарование в нравственной устойчивости и сопротивляемости народа. С конца 1980-х годов текущее состояние духовной жизни в России осмысляется писателем как закономерный итог нового нравственного упадка, под знаком которого прошел весь новейший период национальной истории. События "окаянного" века оцениваются В.Г. Распутиным как катастрофичный результат растраты накопленного за тысячелетие нравственного запаса народа, когда сам народ, называвший себя ранее "богоносным" и "нравственной крепостью мира", своими же руками уничтожил все свои духовные опоры.

	В то же время для публицистики В.Г. Распутина 1990-х годов характерна персонификация негативных социальных процессов, что может снизить в глазах писателя вину народа. Субъектом ответственности делаются, во-первых, призрачные силы мировой глобализации (западные политико-экономические круги), во-вторых, власть (советская, демократическая), в-третьих, демократическая общественность (либеральная интеллигенция), в-четвертых, представители массовой культуры. Для публицистики В.Г. Распутина конца 1980-х - начала 2000-х годов характерна обвинительная направленность, предельная категоричность суждений.

	Более подробному исследованию публицистики последних лет посвящена вторая глава работы.


Глава II. Проблематика публицистических статей В.Г. Распутина



2.1 Экологическая тема в прозе и публицистике

	

	Взаимосвязь природы с судьбой человека занимают в творчестве В.Г. Распутина определяющее место. Любое произведение писателя отражает эту предопределенную связь природы, общества и человека. У В.Г. Распутина к природе особое отношение. "Он влюблен в нее сыновней любовью и свидетельствует об этом всем своим творчеством" [35; 166]. Ответственность и страдающая любовь побуждают писать так, что граница между публицистическим выступлением и художественным творчеством практически размывается.

	Боль и тревога писателя за судьбу родного края с особенной силой выразились в его повести "Прощание с Матерой", которая подводит своеобразный художественный итог размышлениям В.Г. Распутина о трагической судьбе деревни перед неизбежностью технического прогресса, осуществляемого варварскими, жестокими, антигуманными методами. В этот период усиливается трагическое мироощущение писателя. Остров Матера у В.Г. Распутина не просто отдельная деревня, а модель крестьянского мира.

	В.Г. Распутин не давал рецептов что строить и как строить, его произведение - попытка писателя заступиться за деревню посредине Ангары В своей повести он показал, что пережили люди, у которых отняли "самой судьбой назначенную землю", заставил задуматься, не слишком ли дорогая цена платится за научно-технический прогресс. "Прощание с Матерой" - это твердое убеждение В.Г. Распутина в том, что человек является частью природы, а потому не может быть победителем. Вся его агрессия против природы - всегда проигрыш человека.

	Старики Матеры, отстаивая свое право жить согласно издревле установленным традициям, в глазах автора - настоящие святые. Авторский выбор выглядит одновременно и естественным, и необычным. С благодарностью и любовью рисует В.Г. Распутин людей, отдавших силы земле, слитых с нею трудом, не расставшихся с Богом, выше всего ставящих совесть. Это они разгадали, что цивилизация "верх взяла" над человеком, "погоном его погоняет", их устами говорит народная мудрость.

	Философско-публицистическая повесть "Пожар" (1985) тематически продолжает "Прощание с Матерой". Герои живут в поселке после переселения из затопленной, подобно Матере, деревни. Их жизнь, лишенная стержня и ценностей, проявляющихся в отношении к природе, месту своего обитания, друг к другу, ведет к нравственному разложению. Вспыхнувший в поселке пожар - своеобразное наказание людям за грех беспамятства, безверия, пьянства. Философский пафос В.Г. Распутина, связанный с идеей сохранности мира, природы и памяти, дополняется мотивом творчества, столь необходимым для поиска новых путей созидания.

	После повестей "Прощание с Матерой" и "Пожар" экологическая тема стала ведущей в творчестве В.Г. Распутина. Публицистическая деятельность стала определяющей: практически одновременно с многочисленными статьями, посвященными теме защиты природы, вышел очерк "Байкал".

	Образ Байкала представлен в его мистической красоте и природной ценности. В связи с тем, что В.Г. Распутин - писатель прежде всего не идеи, а образа, в своем очерке он обращается не столько к разуму читателя, сколько к совести, к воображению.

	Описание Байкала В.Г. Распутин начинает с чужого авторитетного слова. Он ссылается на первый опыт описания озера протопопом Аввакумом, которому по возвращении пришлось летом 1662 года переплавляться с восточного берега Байкала на западный. Священник употребляет такие выражения для описания природы: "…горы высокие, утесы каменные, …птиц…много, рыбы…прочих родов много…", "…вода пресная, а нерпы и зайцы великия в нем…" [31; 210]. Природа Байкала более трехсот лет назад была необычайно богата. В.Г. Распутин подчеркивает, что озеро "с незапамятных времен называли "святым морем", "святой водой"" [31; 210]. "Коренные жители и русские, пришедшие на его берега уже в ХVII веке, и путешествующие иноземцы, преклоняясь перед его величественной, неземной, тайной и красотой" [31; 212]. Поклонение Байкалу "диких людей и людей для своего времени просвещенных было одинаково полным, захватывающим" [31; 211]. "…У одних прежде всего затрагивало мистические чувства, а у других - эстетические и научные" [31; 211]. Байкал изучили, измерили, "он обрел определенные размеры" [31; 211]. Оказалось, что озеро вмещает в себя пятую часть всей пресной воды на нашей планете, в нем зародились нигде больше не существующие виды животных, рыб и растений. Но, несмотря на все открытия, Байкал невозможно лишить его "таинственности и загадочности" [31; 213]. Он является открытой и описанной величиной. "И он стоит в этом ряду…потому лишь, что сам-то живой, величественный и нерукотворный, ни с чем не сравнимый, знает свое собственное извечное место и собственную жизнь" [31; 215].

	Чувство любви писателя к родной земле с особой силой проявилось в историко-краеведческом полотне "Сибирь, Сибирь…", посвященном родному великому краю, повествовании-обозрении, охватившем и красивейшие города, и заповедные природные уголки. Он создал образ величественного, щедрого на природные богатства края, заявив, что "нет ничего в мире, что можно было бы поставить в один ряд с Сибирью" [31; 276]. Сибирь была опорой России, а не только краем ссылки и каторги, как долго считалось. В годы бедствий она давала приют потерявшим кров и хлеб, она стояла под Москвой в 1941-м. Несмотря на то, что Сибирь, как и вся Россия, переживает кризис, можно задуматься о ее роли в будущем. Не уготовано ли ей стать спасительницей России?

	Книга "Сибирь, Сибирь…", пополняемая с каждым выпуском новыми главами, свидетельствует: земля Байкала и Ангары породила писателя В.Г. Распутина для того, чтобы он сказал о ней словами, достойными ее красы и мощи, стал выразителем ее бед. Книга открывает перед читателем необыкновенно прекрасную заповедную "страну Сибирь", но и рассказывает об ее истории, о подвигах легендарного Ермака и других первопроходцев, о характере сибиряков, о вкладе первых сибирских городов в развитии торговли и культуры в крае. Размышления писателя о прошлом, настоящем и будущем Сибири - это по существу размышления о проблемах планетарного масштаба, о будущем землян. Книга о Сибири дополняется глубокими и бесстрашными публицистическими выступлениями автора по самым мучительным и жизненно важным российским вопросам.

	Автор поднимает страстный голос в ее защиту. "С любовью и оберегом должно относиться к родной земле, другого не дано" [24; 148], - утверждает В.Г. Распутин.

	От выпуска к выпуску все печальнее наблюдения автора. В третьем издании, в последнем очерке есть такие строки: "Не одно столетие Сибирь пыталась снять с себя ярмо российской колонии, а теперь кончается тем, что ей приготовлена участь мировой колонии…" [24; 214].

	В статье "Видя вокруг прозрения слепых…" В.Г. Распутин признается, что Байкал для него - буквально питающая сила: "это…нечто живое, отцовское, плоть от плоти и соль от соли которого все мы, живущие рядом, происходим" [9; 5]. Это пиетет без страха и упрека и невозможность жизни без озера. Вдали от Байкала писатель чувствует себя одиноко: "я заболеваю, словно сиротею, появляется чувство угнетенности" [9; 5].

	Первые предвестья беды появились в начале 1950-х годов - угроза оскудения Байкала. "Поубавились уловы омуля, знаменитой байкальской рыбы" [24; 45]. В послевоенные голодные годы "черпали из Байкала до ста тысяч центнеров только для государства и неизвестно сколько для себя" [24; 45]. Вырубалась тайга, "лес сплавляли по речкам, по которым омуль шел на икромет, перекрыли ему пути для продолжения рода. Из четырех популяций омуля осталось три" [24; 46].

	Настоящая беда пришла в 1953 году, когда было решено ставить на Байкале целлюлозные заводы. Так как потребовалась для "отмывки" целлюлозы чистая вода с минимальной дозой минеральных веществ. Только три источника отвечали этому требованию - Ладога, Телецкое озеро на Алтае и Байкал.

	В 1958 году на месте будущего Байкальска появились первые строители, а чуть позже развернулись работы на Селенге, где и началось сооружение целлюлозно-картонного комбината.

	На середину 80-х годов приходится разгар борьбы за Байкал, и В.Г. Распутин был на переднем ее крае.

	В его очерке "Байкал" (книга "Сибирь, Сибирь") есть такие слова: "Рядом с Байкалом мало размышлять привычно, здесь надо выше, чище, сильнее думать, вровень с его духом, не бессильно, не горько" [24; 80]. "Вровень с его духом…". Так был обозначен уровень писательской и гражданской позиции в подходе ко всему, что касалось священного моря.

	Всю хронологию "байкальской эпопеи" В.Г. Распутина можно проследить по книге "Слово в защиту Байкала. Материалы дискуссии", выпущенной в Иркутске в 1987 году и включившей в себя три выступления писателя.

	Очерк "Байкал" 1981 года - это гимн сибирскому морю, непревзойденное по художественно-поэтической силе описание его красоты и мощи. В.Г. Распутин называет Байкал "любимцем природы", ее "венцом и тайной", "дух Байкала" - особенным, "очищающим, вдохновляющим, взбадривающим душу и помыслы" [50; 160]. Образ "могучего, богатого, величественного, красивого многими красотами, царственного и неоткрытого, непокорного" [50; 158] озера встает со страниц очерка во всем своем великолепии.

	К этому времени плоды промышленного освоения байкальского побережья становились все более очевидны общественности, которую представляли известные ученые, писатели (О.В. Волков, Г.И. Галазий, О.К. Гусев, Ф.Н. Таурин, В.А. Чивилихин, М.А. Шолохов, А.Л. Яншин и др.) в середине 1960-х не удалось предотвратить строительство Байкальского целлюлозно-бумажного и Селингинского целлюлозно-картонного комбината. Дискуссия по проблеме сохранения мирового наследия продолжалась Принятые в 1960-1970-е годы постановления Совета министров СССР природоохранного характера (таких документов было три), запрет на сплав и вырубку прибрежных байкальских лесов притупили на время остроту дискуссии. Однако грязное пятно промышленных стоков БЦБК на поверхности озера разрасталось, нормы очистки нарушались, шло усыхание тайги.

	Статья В. Г, Распутина "Байкал у нас один" (впервые опубликована в "Известиях" за 17 февраля 1986 года, а затем вошедшая в сборник) написана в разгар борьбы за чистоту озера и свидетельствует об активной позиции писателя. Он рассказывает о своей безрезультатной встрече с министром лесной, целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей промышленности М.И. Бусыгиным и его заместителями.

	"Что имеем…Байкальский пролог без эпилога" - третья распутинская статья в сборнике "Слово в защиту Байкала" (впервые опубликованная в "Правде" за 11 мая 1987 года) - уже более спокойное, аналитическое рассуждение о недавних событиях, поистине достойных сравнения "разве что с громкими названиями военных сражений" [50; 221]. В ней примечательны наблюдения о том, какими методами действуют покорители природы, наделенные властью, и понимание того, что в обществе произошло расслоение на "реактивное" и "остаточное" [50; 225] (традиционное) мышление, и каждое утверждает собственное понимание цивилизации.

	Была надежда, что намечаемая правительством комплексная программа по сохранению лесов и вод Байкала позволит озеру вдохнуть легче, были и сомнения - министерства по-прежнему не исполняли своих обещаний, а сроки перепрофилирования БЦБК отодвигались на следующую пятилетку. Все завершилось тем, что четвертое постановление по Байкалу в апреле 1987 года появилось. Среди главных мер - ликвидация БЦБК к 1993 году, перенос производства в Усть-Илимск, введение на Селенгинском комбинате замкнутого цикла водопользования. Для контроля за выполнением этого постановления была создана межведомственная комиссия, поработав в которой В.Г. Распутин понял: "Настроя на серьезную работу нет" [50; 227]. Министры на заседания комиссии вместо себя посылают замов, "все та же раскачка, раскачка, раскачка, выжидающая, не изменится ли обстановка, чтобы, не дай Бог, не перестараться" [50; 227].

	"Мы все на этой земле, при любых должностях и званиях, временны. Вечна Родина. Вот из чего должен исходить истинный патриот" [18; 2], - заключает писатель, пытаясь урезонить своих оппонентов цитатой из новой редакции партийной программы, где сказано о бережном природопользовании, контроля над ним, экологическом воспитании населения.

	Подготавливается еще один "природопереворачивающий проект" - переброски северных рек на юг. В.Г. Распутин с самого начала с теми, кто не приемлет его и выступает с осуждением в прессе. На VII съезде писателей СССР В.Г. Распутин открыто заявляет свой протест по поводу поворота рек и существованию БЦБК. Это было официальное обращение от имени группы русских писателей к Политбюро и М.С. Горбачеву, генеральному секретарю. Имя В.Г. Распутина, по словам Б. Лапина (писателя и составителя сборника "Слово в защиту Байкала. Материалы дискуссии"), заслонившего собой Байкал в самый ответственный, переломный момент битвы, становится знаменем защитников природы.

	К концу 1980-х появилось ощущение, что пагубный ход вещей все-таки можно остановить. Не прошел поворот северных рек, началась подготовка нового, четвертого, постановления по охране Байкала. В.Г. Распутин входит в созданную для этого комиссию, участвует в разработке предложений, выступает на собраниях партийно-хозяйственных активов Бурятии и Иркутской области.

	Судьба БЦБК в течение последних двух десятилетий решалась неоднократно. Комбинат планировали закрывать, перепрофилировать, не раз возбуждались судебные иски. Наконец, премьер - министр В.В. Путин в сентябре 2009 года принял решение о возобновлении работы комбината, загрязняющего озеро Байкал, подписав распоряжение № 1 от 13 февраля 2010 года, по которому отравлять Байкал стало возможно безо всяких ограничений и соблюдения экологических норм. После этого БЦБК начал работу в тестовом режиме.13 февраля 2010 года в Иркутске состоялась первая массовая акция в защиту Байкала, которая знаменует собой начало протестной кампании по всей России. На защиту озера вышли более двух тысяч человек - жители Иркутска и Иркутской области, экологи, общественные деятели, члены КПРФ, "Яблока", "Солидарности".

	В.Г. Распутин написал возмущенное заявление: "…и двадцать лет назад и сегодня я был и остаюсь противником целлюлозных комбинатов на Байкале, судьбу рабочих нужно решать исходя из судьбы Байкала, а не интересов олигархов. Байкал был дарован Создателем вовсе не для полоскания грязных отходов какого бы то ни было производства" [36; 13].

	В июле 2009 года писатель побывал в Кодинске - городе строителей Богучанской ГЭС. После поездки на смотровую площадку строящейся ГЭС в РДК "Рассвет" состоялась его встреча с читателями. Выступление В.Г. Распутина было опубликовано в районной газете "Советское Приангарье" в статье под названием "Совесть России".

	Писатель вспоминает об уничтожении своей родной деревни Аталанки, о тяжелом и страшном прощании с родиной. В.Г. Распутин говорит о напрасной гибели города, т.к. были уже опыты - строительство Братской ГЭС, Усть-Илимской, Красноярской. Самая мощная оказалась Братская ГЭС, а теперь такая мощность уже не нужна, и дает электроэнергию на две трети. Писатель предупреждает, что то же самое будет и с Богучанской ГЭС, т.к. энергия пойдет не во блага страны, а в Китай. "Скажите, как жить без этих ангарских лесов, без этих дивных по красоте, богатых лесов? А после затопления их не станет" [28; 5].

	По мнению В.Г. Распутина, энергия сейчас лишняя, она не используется, т.к. ее предостаточно. В те времена гидроэлектростанции строились народом и для народа, а сейчас - олигархи, которые потом будут торговать энергией "в свой карман" [28; 5]. Так меняется противник в борьбе за природу - от власти государства до власти капитала. В обоих случаях писатель понимает обречённость, но не может с ней согласиться.

	Однако проблема сохранения природы в публицистике В.Г. Распутина представлена не только острой и злободневной стороной в дискуссиях о защите Байкала, экологическая тема развивается и в философском русле. В 1970-е годы в публицистике В.Г. Распутина достраивается онтология, основы которой были сформированы еще в тофаларском цикле. Писатель рассматривает природу как космос, неизмеримо превосходящую человека силу, идеал гармонии, нерукотворного совершенства, эталон организации и мерило мудрости

	Биосфера Земли осмысляется В.Г. Распутиным как экологическая ниша человечества. В этом аспекте писатель связывает окружающую среду и деятельность человека в систему природа - общество, анализируя воздействие человека на равновесие природы. Представления В. Г Распутина о бытии определяются тремя сферами - областью трансцендентного, природной средой и человеком. В выдержках из "Байкальских дневников" природа осмысляется как связующее звено между богом и человеком. Воздействие природы на человека имеет направленный характер и зависит от целей, с которыми человек обращается к ней. В случае положительного к себе отношения природа духовно очищает.

	Природа становится силой, направляющей человека и придающей смысл его существованию. В своей концепции времени В.Г. Распутин противопоставляет истинное, священное время природных циклов линейному времени цивилизации, которое кажется ему разрушительным и предполагающим свой конец. Писатель творит собственный миф, который, как и в архаическом обществе, служит выражением первозданной реальности, более величественной и богатой смыслом, чем реальность современная. Этому способствует трагическое восприятие В.Г. Распутиным логики общемирового и национального исторического развития.

	

2.2 Эволюция политических взглядов писателя

	

	С началом перестройки В.Г. Распутин включился в широкую общественно-политическую борьбу. Писатель протестует против распада СССР, деградации России, разложения государства, предательства культуры и народа. Крылатой формулой контрперестройки стала процитированная В.Г. Распутиным в выступлении на I съезде народных депутатов СССР фраза П.А. Столыпина: "Им нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия".

	Всю критику России со стороны Запада В.Г. Распутин воспринимает как русофобию, т.е. неприятие всего, что составляет своеобразие ее трагической истории. На протяжении долгого времени Россия вызывала недоумение тем, что она не меняла своей веры и пыталась идти своим путем. Чего только о ней не придумывали. О ней говорили, что страна "невежественная, вялая, к творческой и деятельной работе не способная", ее история - это "цепь доказательств ее несостоятельности, неправомочности, незаконности и бездарности" [25; 6].

	Современную ситуацию В.Г. Распутин рассматривает как крушение всего государства и атака на русскую культуру и русские богатства. Россия принимает чужие права, чужую культуру, язык, экономику, социальное и политическое устройство - "все то, что навязывалось ей на протяжении долгого времени" [25; 6]. Писатель так высказывается в газете "Литературная Россия" (4 янв., 1992) о содержании национальной идеи: "Какая, говорите, идея спасет Россию…ответ, я думаю, содержится в самом вопросе. Какая идея спасет Китай? - Китайская. Японию - японская. Россию может спасти только российская идея. Все несчастья России происходят оттого, что ей никак не дают жить собственной головой…" [25; 6].

	Всего за два с половиной года пала Россия, Союз распался на куски, русские оказались брошенными на произвол судьбы. А страна как при "братстве страдала, так страдает и больше всех теряет при разделе. Снова все издержки за ее счет, снова ее рвут на части и предъявляют права на ее собственность" [25; 6].

	Виновником этого распада, по мнению В.Г. Распутина, является предательская власть и слабость оппозиции.

	23 июля 1991 года в газетах "Советская Россия" и "Московская правда" была напечатана статья "Слово к народу", за которым стояла КПСС. Это обращение ряда видных государственных и политических деятелей, представителей творческой интеллигенции страны: Ю. Бондарев, В. Варенников, Г. Зюганов, А. Проханов, В. Стародубцев, В. Распутин.

	Авторы Обращения к жителям страны, выступая с критикой политики Б.Н. Ельцина и М.С. Горбачева, призывали предотвратить распад СССР и создавать оппозиционные движения: "Родина, страна наша, государство великое, данные нам в сбережении историей, природой, славными предками, гибнут, ломаются, погружаются во тьму и небытие… И эта погибель происходит при нашем молчании, попустительстве и согласии" [33; 7].

	Подписавшие Обращение взывают к представителям всех профессий и сословий: "Очнемся, опомнимся, встанем и стар, и млад за страну" [33; 8].

	"Слово к народу" - это призыв к созданию народно-патриотического движения, где каждый, обладая своей волей и влиянием, соединится во имя высшей цели - спасения Отчизны: "Сплотимся же, чтобы остановить цепную реакцию гибельного распада государства, экономики, личности, чтобы содействовать укреплению советской власти, превращению ее в подлинно народную, а не в кормушку для алчущих, готовых распродать все и вся ради своих ненасытных аппетитов, чтобы не дать разбушеваться занимающемуся пожару межнациональной розни и гражданской войны… Не время тешить себя иллюзиями… пора отряхнуть оцепенение, сообща и всенародно искать выход из нынешнего тупика" [33; 8]. Это письмо впоследствии объявили идеологической основой путча в августе 1991 года.

	Никогда не искавший благосклонности прежней власти, В.Г. Распутин и теперь был верен себе и проявил консерватизм. Он смотрел не со стороны новых политических групп, обещавших очередное светлое будущее, а со стороны того, что могло спасти страну от хаоса. И пришел к выводу, что обновленная, сменившая курс на более близкий народным интересам (последнее постановление по Байкалу, отказ от поворота рек, отмену запрета на религию) партия коммунистов и есть эта сила.

	После политического переворота в 1991 году началась борьба в писательской среде, которая завершилась отстранением от власти авторов призыва. "21 августа писатели-демократы с Евгением Евтушенко во главе свергли руководство СП СССР, выведя из него авторов "Слова к народу" Юрия Бондарева и Валентина Распутина" [7; 2]. Несмотря на "оборону на баррикадах…писатели держались бодро: Ю. Бондарев сказал, что не жалеет о своей подписи под "Словом к народу", а В. Белов заявил, что готов подписаться ним хоть сейчас" [7; 2]. Эту ситуацию в прессе потом назвали "мини-путч" Е. Евтушенко, т.е. захват власти в борьбе с "тоталитарным прошлым".

	Началась травля писателей. В.Г. Распутин не собирался отказываться от своих убеждений, как стойкий борец он пишет о трагедии поражения как упущенной возможности спасения России.

	В статье "Боль наша и вера" писатель говорит о том, как много было сказано слов о предостережениях, сочувствиях и заклинаниях - все впустую, "мы безуспешно пытаемся ухватиться хоть за какую-нибудь опору" [7; 2].

	Писателю "как было не всполошиться" [7; 2], наблюдая за "слабеющей хваткой режима, за духовным оцепенением и за национальной придавленностью русских" [7; 2]. Он говорит о том, что опасность гибели России была всегда и остается по сей день. Но чтобы полностью народ уничтожить, достаточно уничтожить его самобытность и индивидуальность, перевернуть с ног на голову ценности, сделать его безразличным к своей общей судьбе. Это, по мнению писателя, более цивилизованный метод устранения народа с "исторической арены", "чем насильственные действия" [7; 2].

	В.Г. Распутин считает, что демократия не может праздновать победу, напротив, "она потерпела первое серьезное поражение, потому что показала себя подозрительной, мстительной, мелкой, развязала "охоту за ведьмами", которая еще не прекратилась, припугнула инакомыслие и потребовала единогласия, на полную катушку раскрутила общественный террор, против неугодных, то есть проявила замашки того самого чудовища, против которого она и была вызвана к жизни и которое когда-то тоже начиналось с демократии. Нет сейчас у демократии врага более опасного, чем она сама" [7; 2].

	В августовских событиях, по мнению В.Г. Распутина, не было победителей. Главные результат случившегося - "тяжело больной организм, перенеся это потрясение, еще больше утратил самовосстановленные силы" [7; 2].

	Так В.Г. Распутин трактует перестройку и последнее событие как бескровное биополитическое покорение страны западной идеологией.

	Писатель уверен, что страна идет к "тоталитарному режиму, благодаря президенту, который за два с половиной года разрушил Союз, "оставил без Родины десятки миллионов русских" [12; 7]. Он разрушил централизованное и дееспособное управление страной, разрушил государственную собственность, снес порядок, препятствовавший расхищению российских материальных, духовных и природных богатств, распустил законность, без которой не держится никакое, даже пиратское государство" [12; 7].

	А оппозиционные патриотические силы виноваты в том, что не создали оперативную организацию, "включившую бы в себя жаждущих действия" [12; 7], которых было немало. Именно патриотизм являлся единственной идеей, которая должна была "призвать в свои ряды целую армию народа" [12; 7]. Но фронт национального спасения не смог свои идейные разногласия подчинить общему делу. Это является бедой русского человека - неумение объединяться до тех пор, пока не прижмут так, что дыхания не хватает.

	Кроме оппозиции, виновата интеллигенция, "едва тронутая культурой, с укороченной, без прошлого памятью, бесчувствительная к корням" [12; 7]. На интеллигенцию, по мнению В.Г. Распутина, ложится ответственность за идеологическое обеспечение всех разрушительных действий по ослаблению государства, за оправдание грабительской приватизации. Защита прав человека - идеологии этой прозападной интеллигенции - стала оправданием всей внешней и внутренней политики. Интеллигенция, по В.Г. Распутину, антигосударственна и безответственна, вненациональна и недальновидна. Так, говоря о работниках СМИ, о публицистах перестройки, историках и экономистах, писатель в негодовании обвиняет всю интеллигенцию.

	Возможность спасения России писатель видит в защите России от русофобов внешних и внутренних. Это значит в защите от обвинений в нравственной несостоятельности русского народа, в попытке доказать позитивную роль патриотизма. В.Г. Распутин начал свою проповедь в разгар перестройки. На съезде народных депутатов в 1989 году писатель сказал: "Русофобия распространилась в Прибалтике, Грузии, проникает она и в другие республики… Антисоветские лозунги соединяются с антирусскими …" [7; 3].

	Ирония выступающего - "А может быть, России выйти из Союза?" - потом будет трактоваться как призыв к распаду, но сам писатель отрицает это категорически: он осмеивал обидчиков. Противник В.Г. Распутина в 1980-1990-е годы - идеология либерализма, которая, по его мнению, антигосударственна, антипатриотична, антирелигиозна.

	Либеральная идеология противопоставляет общечеловеческие ценности патриотизму, а В.Г. Распутин доказывает, что патриотизм - условие спасения государства и народа. "Патриотизм - это не право, а обязанность, хоть и кровная, почетная, но тяжелая обязанность, которую в меру своих способностей и сил должен нести каждый гражданин той земли, что отдана ему под Отечество…" [18; 1]. Только народ спасет Россию, по мнению писателя. Но для этого необходимо вести пропаганду, разъяснительные работы, чтобы к руководству местными администрациями пришли патриоты. В.Г. Распутин утверждает, что спасение не надо ждать от Москвы, спасение нужно ждать от регионов, которые будут требовать, нажимать на правительство. И эти требования, в конце концов, придется выполнять: "Патриотам России следует так повести народ, чтобы он не поддался чувству безысходности, а показал свою силу. Патриотам надо показать, что можно выправить положение, показать, что есть сила, которая может взять на себя руководство патриотическим движением" [18; 2].

	В очерке "Что дальше, братья-славяне?" В.Г. Распутин рассматривает внешнюю политику страны с того времени, когда идея "славизма" выглядела как бессмысленная утопия. В этом очерке 1992 года он опирается на идеи Ф.М. Достоевского, которые процитированы так, что составляют впечатление написанного не более ста лет назад, а сегодня. Суть - в нравственном и духовном одиночестве защитников славянского единства - даже внутри страны и между славянскими народами. Ф.М. Достоевский прорицает: "…не будет у России, и никогда еще не было, таких ненавистников, завистников, клеветников и даже явных врагов, как все эти славянские племена, чуть только Россия их освободит, а Европа согласится признать их освобожденными" [5; 133]. Освобождение от турецкого ига не разрешило внутриславянские распри: "…Россия надолго достанется тоска и забота мирить их, вразумлять их и даже, может быть, обнажать за них меч при случае…" [5; 134]. Опыт XX века подтверждает: "Великий наш писатель как в воду глядел" [5; 134].

	В.Г. Распутин выстраивает дальнейший разговор не как обличение отпавших от идеи всеславянского братства, а как именно братский призыв к близким по крови, напоминая о былом единстве, пытается вразумить, предостеречь. Писатель обращается к идее панславизма, очищая ее от предвзятых мнений: славянофилы вовсе не призывали к слиянию восточно-славянского мира, они говорили о "союзе государств" для защиты их общих интересов. Это внешнеполитическая цель обеспечена нравственным и духовным обязательствами.

	"Постоять за други своя и вместе с ними углубиться нравственно и возвыситься духовно - это был род спасения души и одновременно, как казалось, исполнения хоть части своего национального призвания" [5; 134]. Писатель помнит о вине имперской России, навязавшей свою идеологию силой в Польше, Чехословакии и на Балканах. Но признает эту идеологию чуждой, навязанной самим русским либеральным и социальным учениями.

	В.Г. Распутин откровенно говорит об ослабленности России под гнетом чуждых ей порядков, которые насаждались в ней и которые она несла в славянские страны.

	Но и при силе и благополучии смогла ли бы она удержать кого-либо возле себя? У писателя нет иллюзий на этот счет. Славянство разобщено разнохарактерностью, а главный разлад несет "дух времени", дух "материального поклонения" - и это дух мирового порядка, который распространяется все дальше на Восток. Писатель обращается к братьям по былому союзу с призывом духовного родства, зная, что "таким языком - от сердца к сердцу, общим для нас - и надо говорить друг с другом" [5; 134]. Он верил, что славянство - это особый склад ума и чувство природной общности.

	Судьба России и судьба славянства едины, считает В.Г. Распутин: спасется Россия, спасется и славянство, и потому "не милости просим мы, но трезвости и зрячести. Ибо вопрос: что дальше, братья - славяне? - стоит так: быть или не быть славянству" [5; 161].

	Взывать к солидарности приходится, обращаясь к собственной власти. Но к ней В.Г. Распутин относится отрицательно. Только его претензии к навязыванию тех "свобод", которые он понимал как своеволие разлагающего влияния. Свобода слова ведет к искажению истории, свобода от цензуры - к легализации разврата и насилия, свобода совести - к безответственности.

	В.Г. Распутин выступает за этическую цензуру в СМИ, за восстановление моральных ценностей. Условие - возвращение к традициям нравственного максимализма, целомудрия, православной морали.

	Конец XX века для него не только время распада. В конце 1980-х годов Россия переживает духовно-национальный подъем - возрождение православия. Дата 1000-летия Крещения Руси (1988) положила тому начало. После семи десятилетий официально насаждаемого атеизма русский человек вновь встал перед вопросом веры.

	

2.3 Публицистика религиозная

	

	Неудивительно, что В.Г. Распутин оказался близок религии православия. Его героини - старухи 1960-х годов - крестились и молились, и он не находил нужным умалчивать об этом; природа, которой он поклонялся почти язычески, приведет его однажды к мысли, что она - стоит между человеком и Богом.

	В 1988 году в Иркутске начинает выходить газета "Литературный Иркутск". С первых же выпусков ее составитель и редактор писательница В. Сидоренко превращает издание в "Православный Иркутск".В.Г. Распутин входит в редколлегию, он составитель четырех выпусков (а всего их было двадцать пять, газета выходила до середины 1993-го года) и автор двенадцати очерков. Одновременно с "Литературным Иркутском" эти очерки публикуют журналы "Наш современник" и "Москва", шесть из которых вошли в сборник публицистики "Россия: дни и времена" (Иркутск, 1993). Первый "Из глубин в глубину" посвящен великой дате крещения Руси, обращает читателя к сокровищам духовного опыта народа. Этот очерк помогает ответить на вновь возникшие вопросы: почему Русь выбрала православие в его византийской ветви, чем оно веками питало культуру страны и душу каждого человека.

	В.Г. Распутин верит в национальную формулу религии, говорит о том, что "сосудистая система славянина подходила для учения Христа" [13; 230], что русское православие "было свободней, терпимей, идеалистичней" [13; 230] византийского православия, напоминает о сущности его: "любовь - первое слово и дело православия, его знамя" [13; 230]. Писатель утверждает: именно православное религиозное чувство насыщало нашу литературу. В.Г. Распутин предостерегал читателя от опасности потребительства, видя твердый путь в "самостроительстве" на духовных началах, "в опамятовании и просветлении разума: "Коль не забудем, коль подхватим память сознанием, а сознание подхватим действием, значит - живы" [13; 230].

	Божественный мир идеального присутствует в мире писателя без отвлеченного рассуждения, помогая связать вечное с исканиями настоящего. И не случайно в поле зрения попадает одно из самых тяжелых заболеваний русского национального духа - религиозный раскол XVII века, названный им "трагедией народа", как образ молитвенника за землю Русскую преподобного Сергия Радонежского. Этому посвящен очерк "Смысл давнего прошлого" 1989 года, в котором В.Г. Распутин отдает дань благодарной памяти предкам, отказавшимся в XVII веке от измены букве и духу благочестия. Писателя можно было бы упрекнуть в религиозном "фундаментализме", если бы он не был против идеализации раскола, выродившегося со временем в сектантство. Он не уходит от ответа на вопрос, который не давал покоя историкам прошлого: "Что хотела завещать нам старая Русь расколом?". Ответ звучит так: "Что завещала Русь? Самую себя и завещала - себя, собранную предками по черточке, по капельке, по слову и слогу. Свою самобытность и самостоятельность, свое достоинство и творческие возможности" [5; 131].

	Расколы в России способны повторяться. В.Г. Распутин приводит на этот счет мнение русского философа Н. Лосского, писавшего о расколе интеллигенции накануне революции 1917 года. Время показало, что противостояние "культурно - и вероносительного слоя" [5; 118] в России и тех, кто пытается ее вытеснить, продолжается и "найти золотую середину не удается" [5; 118]. Очерк "Смысл давнего прошлого" актуален и в наши дни, помогает уловить закономерность событий, которые представляются подчас непостижимыми.

	Все больше ощущая, как "свежий ветер перемен" (клише перестроечных лет) превращается в бесовскую круговерть, В.Г. Распутин обращается к тому, что питало душу русского человека в переломные времена, - к святости. Одно из ее воплощений - Преподобный Сергий Радонежский, великий молитвенник за землю русскую. Его образ, насчитывающий 600-летнюю историю поклонения, представлен в очерке "Ближний свет издалека".

	Для В.Г. Распутина важно то, что Сергей Радонежский - святой, пребывающий со своим народом. Он называет Сергия "небесным воителем", который хранился "не в памяти, не в книгах, а в душе", что "Сергий весь был внизу: со всеми и больше всех принимал труды, со всеми голодал, одарял последним и зверя, и странника, никогда не поднимал голос…" [5; 103], не жаждал земных почестей: "Он и похоронить завещал себя на общем кладбище" [5; 103], был не с сильными этого мира, явился опорой для нашего современника. Сергей Радонежский - воплощающая вера и сила национального духа. Он шепнул Дмитрию Донскому, благословляя его на битву с Мамаем: "Ты победишь" [5; 104] - и такая сила была в этих словах, что Дмитрий "больше не позволял себе сомневаться в успехе" [5; 104].

	В очерке "Ближний свет издалека" писатель оценивает роковые дни России с позиции духа. Он называет "страшным" век, "каких не водилось и при татарщине", когда "едва не вытравили огнем, разбоем и ругательствами веру, заменяя ее на басурманскую, чего в старину боялись…, а на каинову, при которой брат подбивался на убийство брата и открыто творилось торжище зла" [5; 100].

	Вместе с образом Сергея Радонежского придвигается из глубины веков образ Святой Руси. Писатель делится своим представлением о нем. Очерк пронизан заново переживаемым - после предшественников XIX - XX вв. - понятием русскости как "духовной качественности народа", той, в которой "внутренняя свобода была важнее внешней", что "готовила себя к собиранию небесных сокровищ", а не земных и заставляла народ после падения подниматься вновь. Писатель говорит и о духовном смысле имени - Святая Русь. "Святая Русь, - пишет В.Г. Распутин, - не значит идеальная. Это примеренные на национальную фигуру сияющие одежды, пришедшиеся впору, но не воздетые до тех пор, пока последние не станут первыми. Это литургическое состояние народа, его осознанная цель, заключавшаяся в сердечной деятельности, в работе над благополучием духовным" [5; 108].

	Вера самого В.Г. Распутина такова, что он выступает едва ли не визионером, когда ощущает на себе благословение святого.

	Ощутив близкое присутствие Сергия Радонежского во время посещения поля Куликова, писатель словно бы получил поддержку Преподобного накануне грядущих испытаний. И не удивительно, что писатель чувствует себя практически самым последним воином в духовном сражении за нравственные основы Руси, ее политическую, религиозную, культурную независимость и самобытность.

	Прямой разговор о русском национальном духе, который повел В.Г. Распутин и его единомышленники, объединившиеся вокруг журналов "Наш современник", "Москва", некоторых газет, вызвал неприязненную реакцию российских либерал-демократов. Последовали нападки на патриотизм, приравненный к фашизму, в том числе нападки на В.Г. Распутина. Писатель ответил очерком "Из огня да в полымя" (первое название в "Литературном Иркутске" - "Интеллигенция и патриотизм") 1990 года. Очерк содержал острую полемику с одним из "плюралистов" Ан. Стреляным. В.Г. Распутин опровергает многие обвинения оппонента, среди которых одно особенно задевающее. Оно состоит в том, что "он (В.Г. Распутин) позволяет себе говорить о выходе России из СССР" [47; 6]. На это писатель отвечает следующее: "Речь идет о словах: "А может, России выйти из состава Союза?", сказанных в одном из моих публичных выступлений… Жаль, не дано расслышать Ан. Стреляному в моих словах великую боль и обиду за Россию…на чью голову…вывалились поношения и брань как на главного виновника всех несчастий… Союзу без России не быть…Держава - значит держаться вместе…" [47; 8].

	Очерк ценен тем, что, помимо спора с Ан. Стреляным и защиты патриотического сознания, содержит настоящее культурно-историческое исследование русской патриотической мысли с привлечением мнений таких писателей и мыслителей, как М. Ломоносов и Г. Державин, Ф. Достоевский и Л. Толстой; Г. Федотов, Н. Бердяев, В. Розанов, И. Ильин. В.Г. Распутин дает двойственный портрет российской интеллигенции, расколовшейся, как накануне революции 1927 года, на два непримиримых лагеря. Одна часть - "бунтари"; "она вела и ведет войну с собственной страной", другая живет "не идеями, а идеалами", это "не бунтари, целители национальных язв. Ветвь этой интеллигенции писатель выводит от Сергия Радонежского, Феофана Затворника, Серафима Саровского, Г. Державина, А. Пушкина, Ф. Достоевского, А. Даля… " [5; 182].

	Выход открывался не в новой экономической программе и не в новой системе политического устройства страны. В.Г. Распутин предлагал начинать с воспитания любви к отечеству. Политизированное сознание 1990-х приписывало В.Г. Распутину уход "в политику". Раздавались голоса: "Распутин ничего не пишет…". Сборник рассказов 1980-1990-х годов "В ту же землю" опроверг это мнение. Он показал: в наступившие провальные для России времена писатель остался со своим народом. По-иному стал вспоминаться "Пожар" 1985 года. Упрекаемый при своем появлении в излишней публицистичности, он явился прорицательным образом крушения и разграбления огромной державы.

	Ведущим и основополагающим понятием в системе ценностей, утверждаемой писателем, является понятие долга. В очерках и портретных зарисовках конца 1950-х - начала 1960-х годов долг понимался в духе коллективного утилитаризма - как следование общему делу, достижение общей пользы. В 1970-е годы В. Распутин открывает сложность природного долженствования, противоречия, возникающие при осуществлении и передаче этических норм. Нравственные нормы носят абсолютный характер, что связано как с их онтологическим статусом, так и с их антропологическим статусом, в котором они предстают как результат взаимодействия индивида и рода, регламентирующего духовное и социальное существование индивида. Нравственные нормы реализуются в жизни отдельного человека через совесть, которая понимается писателем как моральное предписание, возникшее и хранимое в культурно-историческом опыте народа, открытом онтологии. Категория долженствования приобретает два вектора и понимается, во-первых, как исполнение родового (природного) предназначения, во-вторых, как исполнение социально-исторического предназначения. Передача принципов долженствования и регулирующих их моральных предписаний (совести) от поколения к поколению - это сущность и миссия коллективной памяти, памяти народа.

	Долженствование распространяется на весь род (народ), на каждого его представителя и целое поколение. С завершением одного поколения долг передается следующему, а неисполнение ныне живущим поколением долга перед родом (народом) обесценивает этическое служение предков, поэтому память является условием бытия как отдельного рода, так и народа, бесконечного, устойчивого самовоспроизводства и более - исторического развития.

	

2.4 Проповедническая публицистика В.Г. Распутина последних лет

	

	Мировоззрение писателя складывалось в процессе личного жизненного опыта и его активного осмысления. В процессе публицистического творчества рефлексии подвергаются социальные установки и идеалы, история и общественные процессы второй половины ХХ века. Все это "достраивается" обращением В.Г. Распутина к пяти основным культурным дискурсам: народного языка и патриархальной культуры, воспринятых в детстве, русской и зарубежной литературы XIX - начала ХХ века, современной литературы, отечественной историографии (в том числе региональной) и русской философской (религиозной) мысли.

	Выступления В. Распутина последних лет можно определить как следование жанру проповеди. Проповедь предполагает адресность высказывания, отзывчивого слушателя, читателя. Закон проповеди - грация, восхождение смысла.

	Именно в соответствии с этим каноном и выстроены выступления В.Г. Распутина на Русском Национальном Соборе. Русский Национальный Собор - съезд наиболее активных представителей русских диаспор и религиозно мыслящей интеллигенции современной России. Этот съезд бывает раз в два года в Храме Христа Спасителя, Распутин сидит в президиуме, рядом с патриархом Алексеем II.

	В.Г. Распутин выступает на каждом из десяти заседаний Всемирного Русского Собора. Часть из них проводилась в период, когда президентом был Б. Ельцин, а часть - при президентстве В.В. Путине. Собранные вместе эти речи представляют панораму проблем современной истории за десять лет.

	В первом своем выступлении "Так создадим же течение встречное" (июнь 1992) В.Г. Распутин призывает к духовному и гражданскому сопротивлению деморализующей политике властей. Писатель говорит о том, что в стране нет единой системы власти. А только "много специалистов самого высокого класса, занятых не обезболиванием, обездоливанием" [5; 232]. Русский человек, верит В.Г. Распутин, обладает чувством национального самосознания, ответственностью, сплоченностью. Именно к ним и апеллирует писатель.

	Темой второго выступления "Путь спасения" (1995) является судьба народа, его внутренний потенциал. Народ, несмотря на равнодушное отношение власти, на нравственное падение, сохраняет "и целомудрие, и здравый смысл, и чувство самосохранения" [22; 3].

	На V Всемирном Соборе (1999 г) был подведен итог ХХ веку. И здесь писатель продолжает говорить о духовной и нравственной несостоятельности власти: "Власть, отдавшаяся беспримерному стяжательству, надувательству, бросившая народ на растерзание нищете, преступности … - это не власть, а напасть" [11; 12].

	В своем выступлении В.Г. Распутин подчеркивает, что носителем народного сознания является народ, и так определяет эту социальную категорию: "это трудящаяся, говорящая на родном языке, хранящая свою самобытность часть нации" [11; 12].

	"Народ он свой, а живет стороной" - выступление писателя на VI съезде (2001 г), в котором он говорит о том, что за десять лет ничего не изменилось. Россию продолжают грабить, превращают в "дикое поле" [5; 242]. В стране торжествует глобализация, т.е. "закон естественного отбора и ступенчатого выживания" [5; 244]. Инструмент покорения населения - угроза голода и "милосердное" окормление тех, кто согласен играть по правилам новой рыночной морали. "Хлеб занимает главенствующую роль, им шантажируют и выдают индульгенции на жизнь" [5; 245].

	"Шлемоносцы" - выступление В.Г. Распутина на IX Всемирном Народном Соборе, посвященное 60-летию Победы в Великой Отечественной войне. (2005 год). Начинает свою речь писатель со слов философа И.А. Ильина, которые стали пророческими новой "трагедии жертвы" [5; 248]. Ставя рядом два исторических подвига народа - на поле Куликовом и на полях Великой Отечественной, писатель говорит о бессмертии народа в неразрывной связи поколений, о духовной силе Святой Руси, силе, не иссякнувшей до сороковых годов XX века. Победа добывалась в таких схватках прежде всего самоотверженностью, "когда тебя, как индивида… словно бы и нет, а есть мгновение, которое сильнее тебя и в которое ты или успеешь, или не успеешь сделать спасительный для победы рывок…" [5; 255].

	О поклонении родной земле говорит В.Г. Распутин на V Всемирном Народном Соборе (2006). Он защищает от предательства истоки национальной жизни - деревню и язык. Именно с деревни начинается язык и отечество, уверяет писатель. Оттуда пошли обычаи и традиции. По мнению Распутина, деревня всегда "была фундаментом России, тылом настолько бескрайним и могучим" [10; 258].

	Писатель дает оценку сегодняшнему положению языка и деревни. Язык уже почти не развивается, а впитывает иностранные слова, которые так срастаются с русским языком, что мы и "сами не всегда способны замечать заимствования" [5; 257]. А деревня оказалась разрушенной, обесчещенной, вывернутой наизнанку и брошенной на свалку, которая занимает теперь пол-России.

	В.Г. Распутин считает, что можно было бы все повернуть назад, но во власти нет такого человека, который мог бы защищать национальные интересы.

	Таким образом, политику Б.Н. Ельцина, как и политику В.В. Путина, В.Г. Распутин не считает спасением для страны. Русского народа как единого целого не существует. Сегодня государство волнует, по мнению писателя, прежде всего самоутверждение, выражающееся в многочисленных предвыборных компаниях.

	Распутин старался быть объективным в оценке текущей истории, он отмечает, что при В.В. Путине появились небольшие перемены в лучшую сторону: страна расплатилась с внешними долгами, частью - с внутренними (правда, за счет газа и нефти), дала льготы старикам, появилась программа, поощряющая деторождение. Но он предъявляет путинскому правлению те же претензии, что и Б.Н. Ельцину:

		продолжающаяся деградация культуры,

		забвение национальных традиций, т.е. нравственной проповеди в искусстве,

		попустительство предательству родного языка - несмотря на год русского языка,

		разрушение образовательной системы,

		попустительство коррупции.

	Оценка В.Г. Распутина современного состояния России негативна: он не видит те силы, которые могли бы защитить национальные интересы страны и ее культуры. Путинская идеология государственного патриотизма оценивается как продолжающееся разграбление национальных богатств. В.Г. Распутин - сторонник авторитарного национального государства, защищающего русский народ от инонационального засилия в экономике и культуре.

	По мнению писателя, основа всякой культуры - история. Обращаясь к истории, писатель исследует самый широкий круг вопросов - национально историческое предназначение России, сущность русского национального характера и т.д. В осмыслении В.Г. Распутиным истории Сибири выделяются национальный, культурный и антропологический аспекты. Процесс присоединения Сибири к России и последующего освоения региона представлен писателем как исторически и культурно детерминированное движение национального организма. Он настаивает на активном, героическом потенциале русского национального характера, опровергая распространенные в культуре однозначные представления о пассивной созерцательности и слабохарактерности русского человека.

	В национальной истории В.Г. Распутина интересуют следующие вехи: монголо-татарское иго и Куликовская битва, Смутное время, церковный раскол, петровские реформы, наполеоновское нашествие 1812 года и Бородинское сражение, Октябрьская социалистическая революция и гражданская война 1918 - 1920 годов, индустриализация и коллективизация сельского хозяйства в 1926 - 1938 годах, Великая Отечественная война. Кризисные моменты национальной истории рассматриваются в этическом аспекте. Логика истории представляет последовательность сменяющих друг друга нравственных падений и подъемов. Объяснение этому В.Г. Распутин находит в природе русского национального характера - сочетание святости и юродства. По В.Г. Распутину, в русской душе заложен как потенциал духовного саморазрушения, так и потенциал органического сопротивления происходящим внутри и вне него негативным процессам.

	Положительные тенденции в жизни общества начинают слабо ощущаться писателем лишь в начале 2000-х годов. В социальной ситуации 1980-х - 1990-х годов В.Г. Распутин обращается к этике долженствования как варианту выхода из кризиса. В национально-исторической концепции В. Распутина ведущим фактором формирования русского характера является православие. В статье "Из глубин в глубины" (1988), посвященной тысячелетию Крещения Руси, писатель отмечает предрасположенность славянина к православной вере. Историческое значение Крещения, с точки зрения В.Г. Распутина, состояло в обретении русским народом цели своего исторического бытия - духовно-нравственного совершенствования. Как существенное обстоятельство отмечается ненасильственный способ введения христианства на Руси. Природно-космический лад души русского человека не был нарушен, а взаимодействие христианства и языческого мироощущения обусловило формирование русского типа ментальности, определило направление его дальнейшего развития.

	Обращение В.Г. Распутина к фактам исторического прошлого мотивировано ситуацией последних двух десятилетий ХХ века. Проводя исторические аналогии, писатель стремится выяснить причины наблюдаемого им в современной России кризиса, а также найти и указать соотечественникам способы его преодоления. В системе взглядов В. Распутина современное общество переживает ситуацию комплексного кризиса. Социальное измерение современной Сибири вписано в общенациональный контекст, включенный, в свою очередь, в контекст самой широкой человеческой общности - мировой цивилизации. В публицистике 1980-х годов формируется цивилизационная концепция кризиса современного мира ("Сибирь без романтики", "Моя и твоя Сибирь", "Байкал", "Миллионолетия Рольфа Эдберга", "Сколько будет лет в XXI веке?" и др.).

	В.Г. Распутин констатирует нарушение динамического равновесия в системе природная среда - человек и говорит о необходимости изменения, посредством экологической деятельности, связей внутри системы. Без внимания в публицистике не остается ни одна из "болевых точек" на экологической карте Сибири. Все локальные экологические противоречия предстают как составляющие единого регионального и шире - планетарного кризиса экологии. Разрушение экосистем и истощение по экспоненте природных ресурсов оценивается как пограничная ситуация между жизнью и смертью, к которой пришло человечество, избрав не верный, гибельный путь развития.В.Г. Распутин пишет летопись отечественного экологического движения. Для преодоления экологического кризиса современности В.Г. Распутин предлагает две взаимодополняющие стратегии - хозяйственно-экономическую и этическую. Первая стратегия заключается в формировании в современном обществе и государстве культуры хозяйствования, рационального использования и комплексного освоении природных ресурсов. Вторая - этическая - стратегия выступает условием реализации первой и заключается в формировании экологического сознания, путем гуманистического осмысления способов бытия современного человека в социуме и мироздании, пересмотра его отношений к природе и другим людям, коррекции мировоззренческих координат и системы ценностей. Основным средством реализации этой стратегии должна стать массовая работа по экологическому воспитанию.

	Человек находится в единстве с природой, не выделяется из нее, воздействие на окружающую среду имеет окультуривающий характер. В экологических размышлениях формируется императив целостного видения мира. В.Г. Распутин ратует за возвращение способности переживания метафизической глубины природы. В публицистике конца 1980-х - 1990-х годов современность рассматривается в геополитическом аспекте. В.Г. Распутин фиксирует происходящее в новейшей истории человечества создание единой планетарной цивилизации - глобализация политико-экономических отношений и унификация общечеловеческой культуры. Вектор глобализации составляет установка на западную культуру. В публицистике 1990-х присутствует образ некой не персонифицированной силы, сознательно управляющей этими процессами (мировое правительство).

	Таким образом, художник в публицистике писателя оценивается как носитель родового; в статьях В.Г. Распутина формируется представление о литературе как форме национального самосознания. Художник последовательно предстает медиумом, праведником и проповедником, в зависимости от этапа эстетической деятельности, связанной с познанием и продуцированием этической правды. На основании этих представлений В.Г. Распутин оценивает творчество ушедших из жизни художников (А. Вампилова, В. Шукшина, Ф. Абрамова, Л. Леонова и др.). В эстетике В.Г. Распутина инициатива акта творения не принадлежит автору. Художник - лишь проводник высших смыслов. Истина метафизична, доступна лишь гению. Пространство истины составляет духовное существо народа. Ощущая вечность человечества, понимая цель национального бытия, художник становится хранителем нравственных ценностей - праведником. В.Г. Распутин требует от писателя гражданственности, а публицистика, с точки зрения В.Г. Распутина, должна способствовать осознанию современниками родового предназначения.

	


Глава III. Особенности поэтики публицистических статей В.Г. Распутина



3.1 Императив нравственной чистоты языка и стиля

	

	Как уже было отмечено, творчество является для В.Г. Распутина тайной. Писатель настаивает на автономности, интимности творчества и говорит о невозможности рационального его постижения. Источником литературы в эстетике В.Г. Распутина является жизнь, писатель утверждает приоритет жизни перед литературой. В понятие жизни он включает момент становления, это процесс, непрерывно осуществляемый в прошлом, настоящем и будущем. Он стихиен, развивается по неведомым, таинственным законам, его течение невозможно предусмотреть и полностью воплотить в слове: "…стихийная выверенность, расставляющая, вопреки нашим суждениям, все по своим собственным местам" [2; 107]. Понятие жизнь охватывает все многообразие реальности - природного и человеческого бытия. Художник в состоянии отразить процесс жизни, лишь обратившись к отдельному его фрагменту - создав завершенную модель действительности, упорядочив ее течение в произведении. Ценностным центром литературы в эстетике В.Г. Распутина является человек: "В литературе мир сходится в человеке" [5; 162]. Человек в эстетическом мышлении В.Г. Распутина - тайна, которую можно познать лишь в связи с общей тайной жизни. Писатель стремится к постижению человека в его целостности, поэтому главным эстетическим принципом его изображения становится психологизм, позволяющий исследовать внутренний мир души во всей полноте.

	Реалистический метод признается писателем единственно адекватным полноте бытия, позволяющий в полной мере реализовать предназначение литературы. В публицистике утверждается представление об искусстве как самосознании жизни. С точки зрения В.Г. Распутина, все, что включено в жизненный процесс, обязательно найдет свое отражение в литературе, так как сама жизнь нуждается в том, чтобы быть осмысленной. Единственный, кто способен придать жизни осмысленность, преодолеть ее текучесть в форме целого - это художник. Именно поэтому центральная категория эстетики В.Г. Распутина - "правда жизни". Категория правды жизни определяет и представления писателя о том, что в основе художественного произведения должен быть положен только личный опыт автора, обеспечивающий достоверность переживаемого.

	С 1970-х годов в публицистике писатель активно размышляет над проблемами языка. Феномен языка осмысляется как "имя нации" - средоточие народной субстанциальности, форма нравственного самосознания народа, поэтому язык в состоянии помочь писателю в исследовании жизни, человека и народного бытия. В.Г. Распутин испытывает тревогу за современное состояние русского языка, который утрачивает понятийную точность. Многократное наращивание смыслов приводит к утрате словом значения. Но главной проблемой является то, что язык перестает обозначать этическую реальность. Отсюда вытекает и представление писателя о задаче литературы, обозначенной понятием "экология языка" - сохранение первичного значения слов. Народность языка других писателей становится одним из основных критериев оценки истинности их прозы.

	С конца 1970-х годов В. Распутин размышляет о сущности, предназначении и современном состоянии культуры и искусства. Культура понимается, с одной стороны, как национальный феномен - воплощение души народа, способ его самовыражения. С другой стороны, множество национальных культур находятся в состоянии диалога и в целом составляют общемировую культуру, сохраняя при этом свою специфичность и самодостаточность.

	Понятие культуры включает в себя традиции, обычаи, этические и эстетические нормы, язык, литературу и искусство. В.Г. Распутин не проводит четкой понятийной границы между терминами культура, искусство и литература, используя эти понятия как синонимы, поэтому литературный процесс часто выступает аналогом процессу развития культуры и искусства. Классическая культурная парадигма, в целом, и классическая литература, в частности, в публицистике В. Распутина выступает как идеал, поле базовых интерпретаций, которое призвано обеспечивать сохранение культурного кода.

	Писатель подчеркивает идею преемственности русской литературной традиции. В поле рефлексии В.Г. Распутина входят, во-первых, литературная жизнь XIX века - идейное противостояние западников и славянофилов. Во-вторых, эпоха Серебряного века, трактуемого как вершина развития русской культуры, которая в предчувствии скорой катастрофы до предела реализовала свой потенциал. В-третьих, В. Распутин анализирует парадокс революционных лет - как русская литература, во многом подготовив октябрьскую революцию 1917 года (В. Розанов), спасла впоследствии национальную культуру и самосознание (В. Непомнящий). В-четвертых, литература 1960-х - первой половины 1980-х годов, взявшая на себя миссию правдоискательства, проповедничества. По мысли писателя, она подготовила духовно-нравственное возрождение, возврат к истокам. В. Распутин анализирует и кризис литературы 1990-х - начала 2000-х годов. Литературе, продолжающей традиции классики, противопоставляется литература "постмодернизма" ("погребальная литература", "трупоядствующая словесность", "смердяковщина") и современная развлекательная литература ("наркотические таблетки в книжной обертке"). Писатель надеется на кратковременность этого явления.

	В публицистических статьях В.Г. Распутина говорится о необходимости господдержки культуры, выдвигаются требования введения государственных ограничений массовой культуры. С точки зрения писателя, художник не знает всех возможностей своего творческого мастерства, находится в постоянных поисках средств изображения, моделирования изменяющейся жизни. При этом он должен следовать собственным познаниям о жизни и познанным ценностям.

	Находясь в границах эстетики реализма, В. Распутин не отрицает права на вымысел. Художественный вымысел понимается как прием поэтики, позволяющий максимально выразить нравственный смысл происходящего в реальности. Эстетическое представление о бытии как о тайне, которая должна быть передана в художественном произведении, обусловливает поэтику многозначности. В публицистике В.Г. Распутина устанавливается баланс между мыслью, эмоцией и стилем в рамках художественного произведения. В.Г. Распутин-критик предъявляет авторам требование простоты, в которой проявляется мастерство, т.е. умение передать глубокие истины о жизни, доступные писателю, перевести их на понятный читателю язык. Творческий процесс в эстетическом сознании В.Г. Распутина связан с погружением в создаваемый художественный мир, обеспечивающим целостное его видение. Основной трудностью творчества для В.Г. Распутина является поиск и последующее сохранение устойчивой авторской позиции по отношению к изображаемой реальности, позволяющей зафиксировать непрерывный процесс жизни.

	

3.2 Поэтика проповеднической публицистики

	

	Проповедь должна быть вдохновенной, красноречивой и предельно ясной по мысли, но суггестивной, т.е. захватывающей сознание слушателей и читателей.

	Писатель в своих текстах часто использует антитезу - как противопоставление прошлого и нынешнего, должного и преступного. Система противопоставлений многогранна.

	1. Противопоставление народа и власти "элиты": "страна худо-бедно принялась в низах наводить порядок, а в верхах, счастливым случаем наткнувшись на бешеные богатства, двинулась покорять и скупать Европу" [5; 187].

	2. Противопоставление социальной миссии человека и навязанной модной "роли": "женщину совратили публичной значимостью и освободили ее от извечной и тихой обязанности культурного укрепления народа; духовность она заменила социальностью, мягкость и проницательность особого женского взгляда - категоричностью, женственность - женоподобием, материнство - болезненным деторождением … семейственность - непорочными связями" [5; 165].

	Эти антитезы противопоставляют старое и новое, демонстрируют ошибочное отступление от правильного пути, предательство природного и государственного необходимого.

	Для усиления пафоса своих изобличений писатель использует развернутые сравнения:

	1) "И как для экологии природы вредны грязные производства, так и экологию языка загрязняют "фабрики" чужесловия, дурно - и тупословия, против которых вместе с охранительными законами нужна и постоянная расчистка родных истоков" [5; 173].

	Живописность сравнения подчеркивает жизненную силу языка:

	2) "В обильном пиршестве великорусского языка, как за скатерью - самобранкой, с которой чем больше потчуешься, тем больше прибывает, участвовали и Тургенев, и Лесков, и Бунин, и Шмелев…" [5; 169].

	3) "Школьное образование и есть материнское молоко, продолжающее необходимое кормление с пеленок" [5; 270].

	Пафос защитника русской земли, народа и культуры побуждает его мыслить гиперболически, обобщенно, категорично. В своих статьях В.Г. Распутин, говоря о людях, не использует конкретные цифры, а прибегает к образу бесчисленного:

	1) "…на поддержку десятков миллионов русских…" [5; 238].

	2) "Доведенные до отчаяния миллионы и миллионы…" [5; 233].

	2) "И ни число оппозиционных партий и движений может внушить надежду, не многие тысячи в них состоящих" [5; 233].

	3) "Многие миллионы молодых людей…выбрасывают из России в Америку, миллионы в Канаду и Австралию, Европу…" [9; 3].

	4) "Подавляющее большинство населения не сделалось от этих ломок энергичней" [5; 245].

	В.Г. Распутин не только подчеркивает угрожающие тенденции, его пафос оттеняется иронией - она представляет карикатурно чужую позицию осмеяния и разоблачения абсурда:

		"Народы не делятся по сортности, второстепенных народов не бывает" [5; 247].

		"…ее (о книге "Сибирь, Сибирь") представление, новоязом говоря, презентация состоялась в начале сентября 1991 года, когда к власти только что окончательно пришел Ельцин и его комарилья…" [47; 4]

		"…староватая наша экономика, мягко говоря воровата" [9; 4].

	Там, где нужно утвердить безусловное, Распутин прибегает к высокой лексике. Говоря о земле, природе, Байкале писатель указывает на их родство:

		"…буду говорить…о судьбе нашей родной земли…" [49; 198].

		"…отдавая силы и время защите родной земле" [49; 201].

		"… будучи давно родной землей, землей своей, она … продолжала оставаться землей приданной…" [31; 144].

	Понятие "родная земля" у писателя является основополагающим: это доминанта его сознания, его вера.

		"И человек остается человеком только тогда, когда он сохраняет связи со своей землей" [5; 151].

	Любовь побуждает Распутина к языкотворчеству: окказионализмам, неологизмам, которые раскрывают действенность идеального, его участие в жизни человека. Особый интерес писателя к слову "душа", "душеводный" окказионализм носит положительную окраску: "несметью", "чувствилище".

	В своей речи писатель использует все пласты русского языка: архаизмы ("обширные крепи", "выя", "тушуется" - слово Ф.М. Достоевского), диалектизмы ("захолонуло", "говоря"), а также прижившиеся в русском языке иностранные слова ("индивид", "индустрия", "анархия", "консервативный").

	Композиционная особенность выступлений соответствует языковым примерам, речь построена как развернутая метафора:

		"Но как только повреждается корень, а специалисты принимаются хлопотать не над его спасением, а над спасением занесенных в него вредителей, дело может закончиться печалью" [5; 247].

		"Скорее вода пойдет против своего обычного течения, чем русский поселянин может быть оторван от земли, упитанной его потом" [5; 146].

	При описании ситуации в стране Распутин использует историческую параллель:

		Поле Куликово и Отечественная война: "Эти два события - поле Куликово и Отечественная война, разделенные более чем полутысячелетием, невольно в нашем представлении возвышаются над Россией огромными скорбными курганами" [5; 249].

		Смута и нынешняя Россия: "В последнее время мы часто вспоминаем нижегородское ополчение, спасшее Россию и Смуту XVII века - новая смута теперь закрадывается в нас самих, в народ наш" [5; 251].

		Деревня XIX и XX веков: "мужика в деревне не надо было учить патриотизму - он был у него в крови; мужик не нуждался в понуждении к национальному чувству - он весь из него состоял…" [5; 262], а теперь "земля отчуждена от пахаря, а пахарь от земли, прервалась меж ними таинственная связь, произошло обоюдное чувственное остывание" [5; 263].

	Любая проповедь В.Г. Распутина заканчивается на высокой ноте. Финалы выступлений звучат как призыв и утверждение веры:

		"И если соберем волю каждого в одну волю - выстоим! Если соберем совесть каждого в одну совесть - выстоим! Если соберем любовь к России каждого в одну любовь - выстоим!" [5; 241]

		"Обретем силу, законную, наследственную - и сделается это не на условиях вассальства, а дружества. В добродетельной крепости всегда искали и станут искать заступничества" [11; 12]

	3)"…есть мгновение, которое сильнее тебя и в которое ты или успеешь или не успеешь сделать спасительный для победы рывок и невидимые крылья подхватят тебя и вознесут в строй бессмертных: "Да славится в нас Воскресение Христово!" [5; 255].

	Все эти средства призваны обеспечить эмоциональный, духовный контакт со слушателями. Проповедник не просвещает их, а апеллирует к нравственному сочувствию и патриотическому сознанию аудитории.

	Особого внимания заслуживает организация хронотопа в статьях В.Г. Распутина. Город в его публицистике представляет собой сложный феномен и выступает в нескольких значениях: в социальном - как знак современного состояния жизни; в историческом - как субстанция, развивающаяся в ходе исторического процесса; наконец, в онтологическом - как неотъемлемая часть бытия. Город участвует в двух диалогах: внутреннем - это диалог крупных пространственно локализованных образований в пределах самого города (старый и новый город) и внешнем - это диалог города и окружающего его природного мира. Кризис этой системы в концепции В.Г. Распутина связан с распадом целостности пространства города - деградацией пространственных звеньев, нарушением их органической взаимосвязи, происходящим во времени, с момента прошлого к настоящему, когда новый город обособляется от целого, теряет историческую преемственность, связь с вечностью, природой, свою духовную наполненность, и превращается, фактически, в cамотождественную, замкнутую, агрессивную квазисистему.

	Так язык публицистики В.Г. Распутина, вся её поэтика - являются переходным звеном между художественным творчеством и прямым, открытым, страстным высказыванием. Они - творчество и публицистика - апеллируют к одному и тому же читателю-единомышленнику.

	С точки зрения В.Г. Распутина, художественное произведение должно существовать в сознании читателя как самодвижущийся момент жизни, развивающийся по своим законам. Автор должен принципиально устраниться из художественного мира и поля жизни героя, чтобы читатель испытывал доверие к воссоздаваемой в произведении реальности. Эта установка определила поэтику повествования в прозе В.Г. Распутина до начала 1980-х годов: между автором и героем устанавливаются особые отношения. Герой является самостоятельным субъектом, наделенным внутренней логикой существования и саморазвития. После завершения произведения созданный мир отрывается от сознания творца и начинает жить по законам собственной логики.

	Попытка внесения изменений в самодвижущуюся художественную реальность означает не переделку, а создание уже другой реальности, поэтому писатель считает, что легче написать новую вещь, чем вторгаться в ткань завершенной. В эстетической системе В.Г. Распутина автор и читатель составляют единую духовную общность и сложно взаимодействуют между собой. При этом читатель оказывается активной стороной творчества: он в той же степени, что и автор, сопричастен творению, вживается в художественный мир, способен переживать те же состояния, что и автор. В публицистике формируется представление об особой роли читателя, который должен в процессе чтения самостоятельно познать тайну жизни, воплощенную в произведении.

	


Заключение



	Анализ публицистики В.Г. Распутина в ее эволюции с 1950-х до 2000-х годов выявил то, что темы публикаций в разные годы изменялись, а с ними менялось и отношение автора к современным проблемам. Героическое направление раннего периода в публицистике В.Г. Распутина связано с изображением сибирских комсомольских строек. Пафос этих очерков определяет романтическая устремленность к идеалу, настоящее оценивается с позиции будущего. Грядущий мир символизируется традиционным для соцреализма образом новых городов ("Голубые города" А. Толстого).

	Основной тип героя - герой-преобразователь, человек-теург, строитель утопически прекрасного будущего. Образы персонажей приближены к "житийному" образцу, раскрываются в сюжете титанического труда и противостояния природе. Они гармонизируют, укрощают и возделывают пространство хаоса дикой природы (рытье котлована на строительстве ГЭС в пятидесятиградусный мороз, подрыв скал на месте прокладки железнодорожных тоннелей и т.д.). Природа в очерках дана как символический фон, пейзаж, подчеркивающий мужество и силу героя, обретающего в этом неравном противостоянии духовно-моральное совершенство. Персонажи обладают своеобразно понимаемой внутренней свободой чувства и воли, даны в момент самоопределения.

	Будущий писатель постигает, интерпретирует и оценивает жизнь с точки зрения прочно укорененной в структуре мышления имплицитной теоретической парадигмы. Картина мира складывается из понятий и образцов, штампов и концептов официальной социалистической культуры. Мировоззрение В.Г. Распутина в ранней публицистике соответствует нормативам и идеологическим установкам авторитарного общества, оно связано с "удвоением" мира: умозрительно постигаемое господствует над реальным, поэтому реальность наделяется идеальными свойствами. Этим объясняется поэтика символизации в репортажах, очерках и зарисовках молодого В.Г. Распутина. "Стиль мышления" определяет своеобразие иерархии ценностей: общественное доминирует над личностным, реализация личностных ценностей возможна только через подчинение общественному предназначению.

	В дальнейшем творчестве писатель обращается к экологической проблематике, вопросам сохранения Байкала. Экологическим темам публицистики, а также эволюции политических взглядов и нравственным проблемам, поднимаемым в статьях писателя, посвящена вторая глава.

	Влияние человека на природную среду осмысляется писателем в двух аспектах: индивидуального отношения и социального воздействия. Первый аспект связан с проблемой познаваемости бытия. С социальным аспектом воздействия человека на природную среду связана экологическая проблематика. Писатель подчеркивает, что напряжения всех возможностей человека не достаточно для восприятия величия космоса во всей его полноте, поэтому природа в концепции В.Г. Распутина связана с тайной.

	Ситуация невозможности познания объясняется, во-первых, разностью бытийного статуса природы и человека, во-вторых, утратой человеком онтологического сознания, способности к трансценденции (умению видеть и владеть языком истолкования и расшифровки знаков потусторонней реальности) в результате замкнутости в границах социального. В мировосприятии В.Г. Распутина стабильно проявляются черты архаики. Восприятие субъектом речи очерков себя и своего места в мироздании, как и места в нем человека вообще, близко онтологическому сознанию представителя архаической культуры, когда человек воспринимает себя неразрывно связанным с космосом и космическими ритмами.

	Особого внимания, на наш взгляд, заслуживает проповедническая публицистика писателя, своеобразию поэтики которой посвящена третья глава. Именно анализ поэтики позволил говорить, что слово писателя - это искренняя боль за страну, за народ, за все то, что происходит в России. Превращение художника в публициста вполне закономерно. Тематика его прозы и выступлений совпадают абсолютно, слово живописное и проповедническое остаются глубоко родственными друг другу. Если в прозе писатель болел за родную землю, за распад нравственности, семейных, природных связей, то в публицистике - по законам жанра - эта боль обнажена до предела. Писатель думал о судьбе народа, поэтому в статьях В.Г. Распутина закономерна потребность вступиться за народные интересы, изобличая власть, ее безответственность, равнодушие, предательство.

	Все проблемы современного общества рассматриваются в публицистике В.Г. Распутина в 1980-е - начале 2000-х годов в этическом аспекте. Современная судьба Сибири в 1980-е годы связывается с утратой обществом исторической памяти и необходимостью охраны памятников истории и культуры. С конца 1980-х годов происходит значительное расширение проблемного поля и увеличение масштаба и характера выводов и обобщений, касающихся социальной, политической и культурной ситуации современной России. Объяснимо это усложнением жизни России, произошедшим в результате смены общественной формации, и усугублением духовного кризиса самого писателя. При этом остаются неизменными сложившиеся в 1980-х годах проблемные доминанты и способы их оценки, что позволяет рассматривать публицистику 1980-х - 1990-х годов как единый текст.

	Исследование публицистики позволило обнаружить замкнутость мышления Распутина: его монологизм, дидактизм, ретроориентацию. Именно поэтому позиция писателя не находит того отклика, на который рассчитана, и понимания, которого она заслуживает. Но позиция защитника культуры - защищать интересы России и ее народа, должна быть не просто принята во внимание. Личность писателя пробуждает прислушиваться к нему.

	Ведущей категорией в парадигме ценностей писателя становится категория долженствования, которая у В.Г. Распутина имеет метафизическую природу, но воплощена материально: человек ответственен за конкретное пространство жизни, за освоенные предками природные и культурные ландшафты и призван их сохранить и расширить. Следуя этому долгу, человек включается в метафизический круг, предписанный роду (народу). В отличие от онтологической памяти, историческое сознание требует сознательных усилий человека как национально-родового существа. В.Г. Распутин не ставит проблему человеческой воли в формировании нравственных законов, определении долженствования: человеческая индивидуальность проявляется в следовании или не следовании априорной необходимости. Человек не свободен в определении долга; однако осознание себя частью народа, которому предписана общая миссия, придает жизни конкретного человека осмысленность и стабильность. Забвение заветов предков современниками приводит к разрушению экосистем и культуры, моральному релятивизму и, в конечном итоге, к деградации нации.

	Перспективы дальнейшего исследования мы видим в комплексном анализе проблематики художественной прозы писателя и его публицистики. В рамках этого анализа необходимо глубже рассмотреть мировоззрение писателя, а также формирование авторского сознания.

	В последние годы писатель много времени и сил отдал общественной и публицистической деятельности, не прерывая творчества. В 1995 году вышли в свет его рассказ "В ту же землю", очерки "Вниз по Лене реке"; в 1996 - рассказы "Поминный день"; в 1997 - "Нежданно - негаданно"; "Отчие пределы". Рассказы "В непогоду", "Под небом ночным" и повесть "Дочь Ивана, мать Ивана" (2003) принадлежат XXI веку. Повесть получила премию в Китае как лучшее зарубежное произведение года.

	В феврале 2000 года В.Г. Распутин стал лауреатом премии А. Солженицына "за пронзительное выражение поэзии и трагедии народной жизни, в сращенности с русской природой и речью; душевность и целомудрие в воскрешении добрых начал…" [1; 4].

	В июле 2007 года в Москве прошел Конкурс лучших книг, выпущенных российским издательством. В главной номинации "Издание, ставшее событием года" лучшей была признана книга очерков В.Г. Распутина "Сибирь, Сибирь…", выпущенная иркутским издателем Г. Сапроновым.

	В марте 2007 года накануне 70-летнего юбилея писателя, президент РФ В.В. Путин указом наградил В.Г. Распутина орденом "За заслуги перед Отечеством III степени" за многолетнюю творческую деятельность.

	Когда писатель разделяет судьбу своего народа и становится выразителем его духа, когда он ищет и находит ответы на главные вопросы времени, когда возвращает сокровенный смысл словам: Родина, совесть, истина, память, свобода, - тогда он обретает значение национального писателя и его имя становится символом ценностей, которые он защищает. И тогда литературное творчество сопрягается с общественной деятельностью. Начатая еще в 70-е годы, она продолжается в творчестве В.Г. Распутина и ныне.

	Сейчас, на рубеже веков, значение творчества В.Г. Распутина проясняется вновь: его голос, обличающий несправедливость, ложь, безответственность, звучит громко и авторитетно. За категоричностью его суждений сегодня, наконец, разглядели патриотизм, за нетерпимостью - право на собственную позицию. За четыре десятилетия В.Г. Распутин доказал свою непримиримость, жесткость, неподкупность, независимость от властей, и то, что нынешняя власть ищет у него поддержки, красноречиво говорит о значимости авторитета В.Г. Распутина у общественности, с одной стороны, и несостоятельности либеральной идеологии в России на нынешнем историческом этапе - с другой.

	


Список литературы



А. Художественные и публицистические тексты:

Премия Солженицына Распутину [Текст] // Культура. - 2000. - 11-17 мая (№ 17). - С.4.

Распутин В.Г. Исповедимы пути твои…: О рассказах Геннадия Николаева [Текст] / В.Г. Распутин // Сибирь. - 1984. - № 1. - С.107.

Распутин В.Г. Познакомьтесь: Николай Дементьев [Текст] / В.Г. Распутин // Сов. молодежь. - 1958. - 9 дек. - С.3.

Распутин В.Г. Сибирь без романтики [Текст] / В.Г. Распутин // Сибирь. - 1983. - № 5. - С.119.

Распутин В.Г. В поисках берега. Повесть, очерки, статьи, выступления, эссе [Текст] / В.Г. Распутин. - Иркутск: Издатель Сапронов, 2007. - 528 с.

Распутин В.Г. [Выступление на съезде народных депутатов СССР] [Текст] / В.Г. Распутин // Литературная газета. - 1989. - 14 июня (№ 24). - С.3.

Распутин В.Г. Боль наша и вера [Текст] / В.Г. Распутин // Литературная Россия. - 1991. - 20 сент. - С.2.

Распутин В.Г. В бедности жить не грех [Текст] / В.Г. Распутин // Аргументы и факты. - 2008. - № 12. - С.3.

Распутин В.Г. Видя вокруг прозрения слепых… [Текст] / В.Г. Распутин // Лесная газета. - 1990. - 29 нояб. - С 5.

Распутин В.Г. Дай руку, Тайшет! [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1965. - 29 янв. - С.3.

Распутин В.Г. Запрягли или не запрягли? [Текст] / В.Г. Распутин // Вост. - Сиб. правда. - 2000 - 22 янв. - С.12.

Распутин В.Г. Идущие на гибель, приветствуют тебя, президент [Текст] / В.Г. Распутин // Наша земля. - 1993. - 22 нояб. - С.7.

Распутин В.Г. Из глубин в глубины [Текст] / В.Г. Распутин // Литературный Иркутск. - 1988. - декабрь. - С.230.

Распутин В.Г. Из осколков целое и живое [Текст] / В.Г. Распутин // Сибирь. - 2001 - № 6 - С. 19-21.

Распутин В.Г. Костровые новых городов [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1963. - 29 сент.

Распутин В.Г. Край возле самого неба; На снегу остаются следы [Текст] / В.Г. Распутин // Слиток. - М., 1977. - С.5-16.

Распутин В.Г. Ну, здравствуй, дорога [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1964. - 5 февр. - С.5.

Распутин В.Г. Патриотизм - это не право, а обязанность [Текст] / В.Г. Распутин // Правда. - 1988. - 24 июня. - С.1-4.

Распутин В.Г. По Крольскому тоннелю прошел первый поезд [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1965. - 24 янв. - С.6.

Распутин В.Г. Пожар: Повесть, рассказ [Текст] / В.Г. Распутин. - М.: Правда, 1986. - 61 с.

Распутин В.Г. Прощание с Матерой: Повести и рассказы [Текст] / В.Г. Распутин. - Иркутск.: Вост. - Сиб. кн. изд-во, 1983. - 479 с.

Распутин В.Г. Путь спасения [Текст] / В.Г. Распутин // Литературная Россия. - 1995. - № 6. - С.3.

Распутин В.Г. Россия: дни и времена: публицистика [Текст] / В.Г. Распутин. - Иркутск.: Письмена, 1993. - 230 с.

Распутин В.Г. Сибирь, Сибирь… [Текст] / В.Г. Распутин. - Иркутск: Артиздат, 2000. - 255 с.

Распутин В.Г. Символ державности [Текст] / В.Г. Распутин // Литературная Россия. - 1992. - янв. - С.6.

Распутин В.Г. Слет первопроходцев [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1965. - 7 марта. - С.4.

Распутин В.Г. Слушайте, Абакан и Тайшет [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1965. - 27 янв. - С.2.

Распутин В.Г. Совесть России [Текст] / В.Г. Распутин // Советское Приангарье. 2009. - 15 июля. - С.5.

Распутин В.Г. Там, за Кролом, восток [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1965. - 31 янв. - С.2.

Распутин В.Г. Ты пламя берешь рукою [Текст] / В.Г. Распутин // Красноярский комсомолец. - 1964. - 13 сент. - С.4.

Распутин В.Г. Что в слове, что за словом?: Очерки, интервью, рецензии [Текст] / В.Г. Распутин. - Иркутск: Вост. - Сиб. кн. изд-во, 1987 - 336 с.

Распутин В.Г. Я забыл спросить у Алешки…: Рассказ [Текст] / В.Г. Распутин. // Ангара. - 1961. - № 1 - С.84-88.

Распутин В.Г. Слово к народу [Текст] / В.Г. Распутин // Советская Россия. 1991. - 23 июля. - С.7-8.

Сирин А.Д. Отыщем ли спасительный берег? [Текст] / А.Д. Сирин // Сибирь. - 2004. - № 3. - С.214-217.

Сирин А.Д. Свет распутинской прозы [Текст] / А.Д. Сирин. - Иркутск: Издатель Сапронов, 2007 - 256 с.

Старшинина Е. Митинги в Иркутске: Раскол между сторонниками и противниками запуска БЦБК [Текст] / Е. Старшинина // Пятница. - 2010. - 19 февр. - С.13.

Б. Научная и критическая литература

Белая Г.А. "Вечные" темы: поэтика и смысл [Текст] / Белая Г.А. // Литература в зеркале критики. - М., 1986. - С.323-350.

Биобиблиографический указатель. Распутин В.Г. [Текст] / Сост.Г.Ш. Хонгордоева, Э.Д. Елизарова, с участием Л.А. Казанцевой; научн. библиогр. и техн. библиогр. ред. Л.А. Казанцевой; ред. Л.В. Войлошникова. - Иркутск: Издатель Сапронов, 2007. - 472с.

Курбатов В. Я.В.Г. Распутин: личность и творчество [Текст] / В.Я. Курбатов. - М.: Совет. Писатель, 1992. - 173 с.

Курбатов В.Я. Живая вода и вещее слово: отражение экологических проблем в литературе [Текст] / В.Я. Курбатов. // Сибирские огни. - 1984. - № 2. - С.151-152.

Курбатов В.Я. Каждый день сначала [Текст] / В.Я. Курбатов // Согласие. - 1991. - № 3 - С.215-221.

Лапченко А.Ф. Человек и память в повестях В. Распутина [Текст] / А.Ф. Лапченко // Человек и земля в русской социально-философской прозе 70-х годов. - Л., 1985. - С.7.

Литературная энциклопедия терминов и понятий [Текст] / под ред.А.Н. Николюхина / Ин-т науч. информации по общественным наукам РАН - М.: НПК "Интелвак", 2001. - 1500 с.

Панкеев И.А. Постоянство: читая публицистику В.Г. Распутина [Текст] / И.А. Панкеев // Дон. - 1989. - № 4. - С.163-169.

Перевалова С.В. Повести В.Г. Распутина: автор и герой: ("Прощание с Матерой", "Живи и помни", "Пожар"): Учеб. пособие по спецкурсу [Текст] / С.В. Перевалова. - Волгоград: Перемена, 2000. - С.103.

Попова И.В. Публицистика В.Г. Распутина в свете истории "Русской идеи" [Текст] / И.В. Попова // Вестник ТГУ. - 2001. - Выпуск 4-24. - С.56-60.

Распутин В.Г. Веют ли вихри враждебные? [Текст] / Беседа гл. ред. Журн. "Сибирь" В.В. Козлова с В.Г. Распутиным // Сибирь. - 2001. - № 5. - С.3-8.

Семенова С.Г. Валентин Распутин [Текст] / С.Г. Семенова. - М.: Совет. Россия, 1987. - 175 с.

Слово с защиту Байкала. Материалы дискуссии [Текст] / под ред.Ю. Бондарева, В.Г. Распутина. - Иркутск, 1987. - 367 с.

Тендитник Н. С.В. Распутин. Колокола тревоги: Очерк жизни и творчества [Текст] / Н.С. Тендитник. - М.: Голос, 1999. - 118 с.

Тендитник Н.С. Искусство - случившаяся реальность: вопросы художественного творчества публицистики В.Г. Распутина [Текст] / Н.С. Тендитник // Сибирь. - 1980. - № 1. - С.124-136.

Тендитник Н.С. Ответственность таланта: (о творчестве В.Г. Распутина) [Текст] / Н.С. Тендитник. - Иркутск: Вост. - Сиб. кн. изд-во, 1978. - 111 с.

Урманов А.В. Поэтика прозы В. Распутина: (психол. анализ, традиции и новаторство): автореф. дис. … канд. филол. наук [Текст] / А.В. Урманов. - М., 1986. - 16 с.

Философский словарь [Текст] / под ред И.Т. Фролова. - 5-е издание. - М.: Изд-во политич. лит-ры, 1986. - 986 с.

Шапошников В. В традициях реализма [Текст] / В. Шапошников // Сиб. огни. - 1998. - № 2. - С.211-218.

Энциклопедический словарь юного литературоведа [Текст] / сост В.И. Новиков, Е.А. Шкловский. - 2-е изд. доп. и перераб. - М.: Педагогика - Пресс, 1998. - 247 с.

Якимова Л.П., Юдалевич Б.М. Сибирский очерк. 20-е - 70-е годы [Текст] /отв. Ред. В.Г. Одиноков. - Новосибирск: Наука, 1983 - С.137-143.







2