"Первоначальник" Куликовской победы (инок Александр Пересвет)

"Первоначальник" Куликовской победы (инок Александр Пересвет)

Волков В. А. 

Самым знаменитым героем Куликовской битвы стал без сомнения инок Троице-Сергиевой обители Александр Пересвет, который, как и его собрат Родион (в синодиках Андрей) Ослябя ("во иноцех схимон Адриан"), участвовал в этом знаменитом сражении с благословения своего игумена — Сергия Радонежского. Неизвестно, какие причины привели Александра к отречению от мира и принятию пострига. До поступления в Троице-Сергиев монастырь Пересвет, по происхождению любутский (брянский) боярин (Любутск в XIV веке был брянским пригородом. — В.В.), отличался храбростью и воинским искусством. "Сей Пересвет, когда в миру был, славный богатырь был, великую силу и крепость имел", — отмечали летописцы. Андрей Ослябя также до пострижения был боярином и опытным воином. Монашеский обет, как предполагают историки, Пересвет и Ослябя приняли во второй половине 70-х годов XIV века (Егоров В.Л. Пересвет и Ослябя // Вопросы истории. 1985. № 9. С. 178.). Видимо московский князь Дмитрий Иванович знал их до пострижения, поэтому просил игумена Сергия отпустить с ним в поход этих двух иноков, так как оба они "полки умеюща рядити" ( Сказания и повести о Куликовской битве. Л., 1982. С. 56.). После долгого раздумья, старец дал согласие и благословил Пересвета и Ослябю на ратный подвиг. 

8 сентября 1380 года на Куликовом поле столкновению основных сил предшествовал поединок Александра Пересвета с татарским богатырем Челибеем (Темир-мурзой). Согласно известиям "Сказания о Мамаевом побоище", произошло это следующим образом. Когда два войска начали сходиться на битву, "выеде же печенег ис полку татарского пред всеми, мужеством являяся и хоробруя". Уверенный в своей силе и ловкости, Темир-мурза вызывал на единоборство кого-либо из русских витязей. Но "никто не смел против него выйти, и каждый говорил соседу, чтобы тот вышел, и никто не шел". Пересвет и Ослябя находились в это время в Передовом полку, у князя Владимира Всеволожского. Заметив, что даже самые храбрые из русских воинов не решаются противостоять грозному татарскому поединщику, Александр Пересвет выступил вперед. "Этот человек ищет равного себе, я же хочу с ним встретиться", — произнес он. Русский витязь не был облечен в боевые доспехи — вместо шлема и брони на нем была лишь схима с изображением креста. Но, вступая в бой с сильным врагом, он имел над ним неоспоримое преимущество в решающем отношении, так как биться собирался за правое дело, а не самонадеянной похвальбы и тщеславия ради. По христианскому обычаю инок Пересвет простился с однополчанами своими и просил Андрея Осляблю и других воинов молиться за него.  

Пересвет сел на своего коня и, вооружившись копьем, устремился на татарина. Богатыри сшиблись с такой страшной силой, что копья переломились, а оба могучих воина упали со своих коней на землю мертвыми. Александр Пересвет погиб, но многие русские воины избежали смерти от руки Темир-мурзы, убитого в поединке. Как свидетельствует "Сказание о Мамаевом побоище", после окончания битвы великий князь Дмитрий, нашедши на поле погибшего Пересвета, обратился к своим спутникам со словами: "Братия, видите ли сего чиноначалника? Тои бо победи подобна себе, от него же было пити многим людем горкую чашу". 

Похоронили Пересвета в московском Симоновом монастыре близ церкви Рождества Богородицы в "каменной палатке под колокольней".