Причины Первой мировой войны. Первые боевые действия на территории Беларуси

Причины первой мировой войны. Первые боевые действия на территории Беларуси

																война освободительный белоруссия

																С конца XIX в. один кризис в международных отношениях следовал за другим, все сильнее накаляя обстановку. С каждым годом увеличивались расходы держав на вооружения; шовинистически настроенная пресса неустанно разжигала национальную рознь; милитаристы, военные заводчики, финансисты требовали скорейшего перехода к вооруженной агрессии глобальных масштабах. К лету 1914 г. в мировой политике накопилось так много «горючих материалов», что одна искра могла разжечь гигантский пожар. Правящие круги стран Антанты всячески стимулировали военные приготовления, договаривались о координации действии, заключали новые секретные конвенции о ведении операций на суше и на море. Был, например, детально разработан план переброски британского экспедиционного корпуса во Францию. Особенно активно действовали правящие круги Германии, которые учитывали, что Россия и Франция еще отставали в области вооружений, но через два-три года они должны были догнать, а может быть и превзойти Германию. Начальник генерального штаба Мольтке подчеркивал: «Война неизбежна... чем скорее она начнется, тем лучше». Его не смущало отставание Германии в гонке морских вооружений — выиграть войну на суше она сумеет, даже если Великобритания сразу примкнет к Франции и России. Кайзер был согласен: «пожалуй, нужно не ждать, а нанести удар».

																8 июня в городе Сараево вблизи границ Сербии был убит эрцгерцог Франц-Фердинанд. Схваченные участники покушения входили в патриотическую группу «Млада Босна». На суде стрелявший в эрцгерцога Принцип говорил, что они борются за «объединение югославских народов...». В Вене не стали ожидать даже первых результатов следствия. Начальник австро-венгерского штаба генерал Конрад пришел в восторг оттого, что наконец-то возник повод для нападения на Сербию. В Берлин отправился специальный посланец Франца-Иосифа испрашивать санкции «старших партнеров». Вильгельм II рекомендовал «покончить с сербами». 23 июля Австро-Венгрия предъявила сербскому правительству ультиматум, включив в него требования, несовместимые с суверенитетом Сербии. Учитывая, что страна еще не оправилась от недавних войн, сербское правительство стремилось отстрочить столкновение с Австро-Венгрией и согласилось почти со всеми требованиями. Тем не менее, Австро-Венгрия 28 июля объявила Сербии войну.

																Маскируя подготовку к агрессии, руководящие деятели Германии с конца июля отбыли «в отпуск». Но если общественность и была дезориентирована, то правящие круги стран Антанты имели достаточно информации, чтобы быть настороже. Соотношение сил, как они полагали, позволяет надеяться на победу. Будучи в 20-х числах июля в Петербурге, президент Франции Пуанкаре всячески подчеркивал, что России надлежит помочь Сербии; а Франция, в свою очередь, будет «верна своему союзническому долгу». В России лето проходило в упорных социальных столкновениях, и царские министры больше всего заботились об отвлечении народных масс от внутренних проблем. Из Петербурга Белграду посоветовали проявить максимум уступчивости, но одновременно в России была начата подготовка к всеобщей мобилизации.

																Правящие круги Великобритании считали, что настал самый подходящий момент, чтобы положить конец притязаниям Германии. Но в публичных речах, в беседах с представителями Германии и Австро-Венгрии английские министры делали вид, будто Великобритания скорее всего сохранит нейтралитет; заверяли, будто у нее нет никаких «обязательств» по отношению к Франции.

																В конце июля ход событий ускорился. Для обмана общественности каждая из держав предприняла ряд дополнительных маневров. Берлин, например, начал уверять, что выходом из кризиса была бы «локализованная война» Австро-Венгрии с Сербией. С запоздалым «посредничеством», которое ничего уже не могло изменить, выступило английское правительство. 31 июля началась всеобщая мобилизация в России. В тот же день Германия ультимативно потребовала прекратить ее, а 1 августа объявила России войну. Поспешность этого шага определялась стремлением правительства скрепить уже наметившийся сговор с правыми лидерами социал-демократии, которые охотно поддерживали фальшивую версию о необходимости вести оборонительную войну против царизма. Тем временем немецкие войска концентрировались вдоль западных границ. Это происходило по уже введенному в действие плану, предусматривавшему в первую очередь разгром Франции.

																3 августа под вымышленным предлогом германское правительство объявило Франции войну. Одновременно оно предъявило Бельгии требование пропустить войска через ее территорию. Уверенный в победе, Бетман пренебрежительно сравнил договор о неприкосновенности Бельгии с «клочком бумаги». Нарушение же бельгийского нейтралитета послужило отличным предлогом для британских правящих кругов 4 августа объявить войну Германии.

																Мировая война, начавшаяся 1 августа 1914 г., длилась до 11 ноября 1918 г. Масштабы ее до 1917 г. непрерывно расширялись. Уже в конце августа 1914 г. по собственному почину в войну с Германией вступила Япония. Участие этой державы в войне ограничилось захватом немецких колоний на Дальнем Востоке и Тихом океане и поставкой залежалого оружия Антанте. К Германии и Австро-Венгрии в 1914-1915 гг. присоединились Турция и Болгария. Образовался «четверной союз».

																Число стран, постепенно вступавших в войну против «четверного союза», было куда внушительнее. Помимо Японии, к ним относились Италия, Португалия, Румыния, США, Греция. Объявили войну Германии, не приняв в ней реального участия Китай, Сиам, Либерия, 14 государств Латинской Америки. Заслуживающая внимания оценка характера войны была дана в прокламации Петербургского комитета РСДРП в начале августа, в «Тезисах о войне», с которыми В.И. Ленин выступил в Берне в начале сентября 1914 г. и в других документах большевиков. Война определялась в них как грабительская и империалистическая. Ленин делал известное исключение для Сербии и южных славян, которые подверглись нападению со стороны Австро-Венгрии и Германии.

																Основные цели Германии четко сформулированы уже в августе-сентябре 1914 г. Магнаты промышленности и финансового мира, такие, как Ратенау, Крупп, Стиннес и др., переслали канцлеру специальные аннексионистские меморандумы. Аппетиты рурских заводчиков характеризует, например, «записка» Тиссена, который требовал захвата Бельгии, Северо-Восточной Франции, Прибалтики, «Донской области с Одессой», Крыма, Приазовья, Кавказа, Марокко, Бельгийского и Французского Конго. Все эти документы были учтены Бетманом, который совместно с финансистом и политиком Гельферихом определил 9 сентября 1914 г. правительственную экспансионистскую программу.

																«Внешнее равенство» членов проектируемого «союза» европейских стран должно было, как писал Бетман, прикрыть «экономическое господство Германии над Срединной Европой». В эту «Европу» предполагалось загнать Скандинавские и придунайские страны, Италию и Францию. Последняя «должна быть настолько ослаблена, чтобы она никогда не могла больше подняться как великая держава». Предусматривалась аннексия ряда территорий (богатый железной рудой район Лонгви-Бриэ во Франции, Люксембург, часть Королевства Польского и др.), создание вассальных государств (Бельгия, Голландия и др.). Как Прибалтику, так и всю Россию намечалось превратить в зависимую сельскохозяйственную страну. Захваты в Европе должны были стать трамплином для «мировой политики». «Наступает время германизировать Африку», — заявлял промышленник Краус. Создание обширной немецкой «Срединной Африки», установление контроля над Египтом, овладение опорными пунктами на Африканском побережье Атлантики также становятся важной целью германского правительства. Кроме того, намечалось вытеснить Англию из бассейна Средиземного моря, закрепить влияние в Турции, на Ближнем Востоке, обеспечить внедрение в Китай, захватить Северное Борнео и т.д.

																Помимо притязаний, связанных с перекройкой карты мира, немецкие правящие круги собирались навязать побежденным суровые финансовые условия. Ратенау, например, предлагал взять с французов контрибуцию в 40 млрд. франков; Вильгельм II рассчитал, что Англия и США заплатят по 30 млрд. долларов. Руководящие круги Австро-Венгрии прежде всего стремились продлить существование своего распадавшегося. Правительство надеялось добиться этого, разгромив Сербию, задушив национально-революционное движение южных славян и аннексировав некоторые балканские земли (часть Сербии, Черногорию и др.). В 1915 г. возникла мысль о создании некоего зависящего от Габсбургской монархии объединения польских и западноукраинских земель. Позднее выяснилось, что правящие круги Австро-Венгрии так же хотят заполучить богатую нефтью Румынию.

																Правительство Франции объявило о намерении вернуть Эльзас и Лотарингию. Но истинные замыслы магнатов французской металлургии и финансовой олигархии простирались куда дальше. Они хотели захватить Саарскую область, а если удастся — и Рейнскую промышленную зону. Осуществление этих планов создало бы экономическую базу притязаниям на военно-политическое господство Франции в Европе. Под предлогом «борьбы с пруссачеством» в Париже разрабатывали и более обширные планы раздробления Германии. Вне Европы Франция претендовала на часть турецких и немецких колоний.

																Главная цель империалистов. Великобритании состояла в сокрушении мощи Германии как соперника в торговле, на море и в колониях. Вместе с тем, относительно сильная Германия должна была остаться «противовесом» Франции и России на континенте. Английские солдаты, штурмовавшие окопы «бошей», не подозревали, что их начальники прикидывают «за» и против» решительного поражения противника. Так, генерал Робертсон в 1916 г. рекомендовал «оставить Германию умеренно сильной на суше». Навязчивой идеей ряда влиятельных деятелей Англии становится дальнейшее «округление» огромной Британской империи. Их манили немецкие заморские владения и в еще большей мере богатства и стратегическое положение Среднего Востока. Предусматривалось также укрепление позиций в зоне Константинополя и Эгейского моря.

																В аннексионистских замыслах правительство России не отставало от союзников и соперников. В марте 1915 г. Николай II потребовал включения в состав России Константинополя, западного побережья Мраморного моря и Дарданелл.

																Таковы были подлинные цели держав, начавших первую мировую войну. Захватнические планы, отвечавшие интересам крупной буржуазии, имелись также у Италии, США и других государств, вступивших войну позднее. Эти цели сохранялись в секрете. В официальных декларациях правительства ограничивались пустыми фразами о намерении вести оборонительную войну. Государственные деятели, парламентарии и печать твердили о том, что их страна, их коалиция борется за справедливость, за права и интересы данной нации и даже всего человечества. Дезинформации народных масс способствовало переход большинства пацифистских организаций на националистические позиции. Значительную роль в разжигании атмосферы военного психоза сыграли служители церкви. Они помогали империалистическим правительствам мобилизовать и бросить в бой миллионы людей. причина война освободительный белоруссия

																Ход мировой войны в первую очередь определялся отношением военно-экономического потенциала враждующих коалиций. В начале войны против Германии и Австро-Венгрии выступили Россия, Франция, Сербия, Черногория, Бельгия и Англия. Людской потенциал Антанты (не считая колоний) составлял около 260 млн. человек. Население центральных держав насчитывало всего 120 млн. человек. Еще благоприятнее для Антанты выглядело соотношение сил в области ресурсов, сырья и продовольствия, тем более что британский флот парализовал связи Германии с заморскими странами, откуда до войны на немецкие предприятия ступала медь, олово, никель и др. Центральные державы выставили в начале войны 148 пехотных и 22 кавалерийские дивизии (всего более 3800 тыс. человек). Их противники – 221 пехотную и 41 кавалерийскую дивизии общей численностью более 5800 тыс. военнослужащих. У германской группировки насчитывалось 9383 орудия и 311 самолетов, у Антанты — соответственно 12294 и 597. Значительным превосходством обладала Антанта на море. Она располагала 316 крейсерами, а у немцев и австрийцев было лишь 62 крейсера.

																Однако было бы неправильным исходить только из указанных цифр. Весьма ощутимо давала о себе знать длительная и продуманная подготовка Германии к войне, выучка ее солдат, отличное качество вооружения, исключительно быстрые темпы мобилизации, перевес в области тяжелой артиллерии и другие факторы. Немалым преимуществом немцев в ведении войны являлась возможность использования «внутренних операционных линий», т.е. быстрой переброски войск и резервов с одного фронта на другой. Развитая железнодорожная сеть облегчала эту задачу. Наконец, большое значение имело и то, что в странах германского блока утвердилось доминирующее влияние немецкого верховного командования. Военно-политическое руководство Австро-Венгрии, а также Турции и Болгарии вынуждено было подчинять свои замыслы указаниям из Берлина.

																Координация же операций между державами Антанты осуществлялась лишь эпизодически. Стремление правящих кругов Франции и Англии побыстрее выжать все соки из России, нежелание считаться с ее нуждами тоже приводили к выгодным для противника последствиям.

																Все благоприятные для Германии обстоятельства были максимально использованы ее руководителями. Планируя и развязывая войну, они принимали во внимание, что при затяжной войне на два фронта их шансы станут весьма сомнительными. Исходя из этого и в соответствии с прусскко-германской военной доктриной, Берлин в 1914 г. сделал ставку на молниеносную войну – «блицкриг». По плану предшественника Мольтке графа Шлиффена, главные силы немецкой армии общей численностью в 1600 тыс. человек развертывались от Аахена до швейцарской границы. «План Шлиффена» предусматривал быстрый выигрыш войны в Западной Европе после одного генерального сражения. Мольтке внес некоторые коррективы в этот план, но сохранил верность лежавшей в его основе смелой, но несколько авантюристской идее. В Берлине рассчитывали добиться победы «до осеннего листопада». Намечалось вести наступление крупными силами через Южную и Северную Францию с тем, чтобы, обойдя Париж с запада, взять в клещи войска противника и добиться капитуляции Франции. В дальнейшем, перебросив освободившиеся войска, Германия рассчитывала совместно с Австро-Венгрией нанести решающий удар и на Востоке.

																Утром 4 августа немцы вторглись в Бельгию. Сопротивление защитников крепости Льеж, прикрывавшей путь на Брюссель, было сломлено к 16 августа. 29 августа пал Брюссель. Небольшая бельгийская армия с боями откатывалась к Антверпену.

																На территории Бельгии немцы создали «генерал-губернаторство» и стали жестоко подавлять движение сопротивления. В местечке Анденн 21 августа по приговору военно-полевого суда было расстреляно 100 человек; в Динане оккупанты уничтожили 678 жителей. Население страдало от контрибуций и грабежей. Захватчики варварски разрушили старинный городок Лувэн и сожгли ценнейшие рукописи университетской библиотеки.

																Французский генеральный штаб задолго до войны раздобыл сведения о вероятном нарушении немцами нейтралитета Бельгии. Однако возглавлявший французские войска генерал Жоффр исходил из того, что противник будет продвигаться лишь через Южную Бельгию и Люксембург. Он и его коллеги претендовали на роль наследников наполеоновской стратегии «наступления во что бы то ни стало». Поэтому 14 августа французы начали фронтальные атаки в Лотарингии, но, понеся большие потери, откатились назад. Тогда Жоффр двинул войска в Южную Бельгию. В этой операции участвовал и английский корпус (около 100 тыс.), развернутый возле Мобежа. До 25 августа происходило упорное «пограничное сражение». Оно окончилось победой немцев, имевших на своем правом фланге значительное численное превосходство и огромный перевес в артиллерии. Германские войска ринулись в глубь Франции. Тем временем большое встречное сражение разыгралось между Вислой и Днестром. Под давлением Германии австрийцы сосредоточили здесь крупные силы, отказавшись от намерения поскорее разгромить Сербию.

																Русский план был составлен под нажимом французских союзников. За много дней до завершения мобилизации, 17 августа, русские войска вступили в Восточную Пруссию и стали теснить немцев к Кенигсбергу. По настоянию юнкеров, требовавших защитить их имения, верховное командование перебросило на Восток два корпуса из Бельгии. Руководить контрнаступлением было поручено генералам Гинденбургу и Людендорфу. В конце августа — начале сентября, воспользовавшись грубейшими ошибками царских генералов, немцы поочередно нанесли тяжелое поражение двум разобщенным русским армиям в Восточной Пруссии.

																Но на юге 5 сентября русские войска вступили во Львов и стали продвигаться к перевалам через Карпаты. Урон австрийской армии составил около 400 тыс. убитыми, ранеными и пленными. Русские потеряли 230 тыс. человек. Уже эти бои показали, что Германии придется принимать срочные меры для того, чтобы сохранить своего союзника в строю. Ожидая скорой победы на западе, Мольтке обосновался в Кобленце, в том же помещении, какое в 1870 г. занимал Мольтке-старший. Но ход событий ничем не напоминал 1870 г. Пленных и трофеев почти не было. Франко-английские войска отступали, но не были разбиты. Осознав, что наибольшая угроза возникла на левом фланге, Жоффр стал перебрасывать туда резервы. В начале сентября немцы подошли к Парижу и форсировали реку Марна. Но они были измотаны бесконечными переходами. Два корпуса пришлось отправить на Восток. Крупные силы были скованы осадой оставшихся в тылу крепостей. 6 резервных дивизий Мольтке отправил на запад Лотарингии. В результате правое крыло немцев уступало союзникам в пропорции 2/3. Нехватка войск вынудила Мольтке отказаться от обхода Парижа, который оказался на фланге его ударных соединений. Именно из французской столицы ее военный губернатор Галлиени предложил нанести контрудар.

																5 сентября французские войска и английский корпус перешли в наступление. По указанию Галлиени было мобилизовано 600 таксомоторов. За два рейса они перебросили шеститысячную бригаду на фронт, отстоявший от столицы на 60 км. Вскоре завязались упорные сражения и вдоль Марны. Германское командование утратило контроль за ходом операций. Между немецкими корпусами образовались бреши. В итоге Мольтке не осталось ничего другого, как дать приказ об отступлении от Парижа. В битве на Марне германская армия потеряла 40 тыс. пленными и 200 орудий. Но главный результат заключался в крушении всей стратегии блицкрига. Отставка Мольтке, замененного генералом Фалькенгайном, свидетельствовала, что и в Берлине стали сознавать невозможность добиться быстрой победы.

																Осенью 1914 г. в Северной Франции еще в течение двух месяцев продолжались маневренные бои (т.н. «бег к морю»). Немцам не удалось захватить ни одного порта на французском побережье. В конце концов, установилась линия постоянного фронта, проходившая от Ньюпорта и Ипра (в Северо-Западной Бельгии) по территории Франции до Эльзаса. Обе стороны зарылись в землю. Линии траншей и проволочных заграждений протянулись на многие сотни километров.

																Неудачей окончилось и большое германо-австрийское наступление в Южной Польше. Затем началось длительное и кровопролитное Лодзинское сражение. Попытки Гинденбурга окружить крупные силы русских чуть было не привели к полному поражению немецкой ударной группировки, которая сама попала в окружение. Образовался своеобразный «слоеный пирог». Но русское командование не использовало имевшихся шансов, и битва закончилась вничью. На Восточном фронте наступила короткая передышка. В 1915 и 1916 гг. война продолжалась с большим ожесточением и огромными потерями в живой силе. Основными фронтами в эти годы оставались:

																1) Восточный, где против царских войск воевала большая часть армий Австро-Венгрии и отборные германские войска; и

																2) Западный, на котором крупные силы немцев - сдерживались французской армией. Немцам пришлось признать, что «полная победа и уничтожение врагов в решающей битве» немыслимы, по крайней мере, до тех пор, пока Германии не удастся вырваться из тисков войны на два фронта.

																Командование поставило перед политическим руководством задачу раскола Антанты. Самым реальным партнером в переговорах о сепаратном мире представлялся русский царь, но вынудить его начать их могли только успехи немецкого оружия на Востоке. Такова была одна из причин, побудивших руководство Германии в 1915 г. перенести центр тяжести военных усилий на Восток с целью «нанести поражение России еще в течение этого лета».

																В феврале-марте 1915 г. немцам в ожесточенных боях у Мазурских озер удалось вытеснить русские войска за пределы Восточной Пруссии. Из подкреплений, полученных с Запада и из тыла, были сформированы две новые армии. В мае немецкие и австро-венгерские войска прорвали фронт на Среднем Дунайце. Русская армия с боями отходила к Висле. Немецкие войска начали наступление севернее Варшавы. В августе Варшава пала. К концу 1915 г. немцы захватили все Королевство Польское и часть Прибалтики, взяли ряд важных крепостей. Половина всех вооруженных сил Германии и Австро-Венгрии находилась на Восточном фронте; они несли тяжелые потери. Но принудить Россию к сепаратному миру так и не удалось. Военные действия на Западном фронте в 1915 г. в основном сводились к отражению немцами атак войск Антанты в Шампани, Артуа и во Фландрии, где англо-французы понесли значительные потери, но не смогли добиться успехов. Активные операции германской армии ограничились лишь атакой севернее реки Ипр в апреле-мае, где немцы впервые применили удушливые газы, грубо поправ Гаагскую конвенцию, запрещавшую их использование. От иприта — как назвали это новое оружие — погибло 5 тыс. солдат и офицеров и еще 10 тыс. было выведено из строя. Но, несмотря на это, немецкое командование добилось только тактического успеха. Еще зимой 1914-1915 гг. в Берлине начали сознавать, что время работает против Германии. Немецкое командование попыталось поставить Англию на колени беспощадной подводной войной. Архивные документы свидетельствуют, что секретным приказом 18 февраля 1915 г. командирам подводных лодок было разрешено топить без предупреждения даже корабли нейтральных стран. Однако после потопления океанского парохода «Луизитания», на котором погибло много граждан США, в результате категорического протеста правительства США и других стран, германское командование распорядилось топить пассажирские суда только после предупреждения.

																Путем ускорения и расширения строительства кораблей, а также разработкой эффективных мер борьбы с подводными лодками Англии впоследствии удалось предотвратить гибельные последствия действия немецких подводных лодок. В поисках выхода из тупика Фалькенгайн снова решил перенести удар на Запад. Главным объектом операции был избран выступ фронта возле старинной крепости Верден, находившейся в руках французов. Антанта имела превосходство на Западном фронте, но Фалькенгайн уверял, что перемелет на верденской мельнице всю военную мощь врага; «Франция истечет кровью», в то время как немецкие потери будут ограниченными. 21 февраля 1915 г. немецкие тяжелые орудия приступили к массированному обстрелу Вердена. Вечером того же дня в атаку на фронте в 10 км двинулось 12 германских дивизий. За неделю они овладели фортом Дуамон и некоторыми другими рубежами противника. Верденский выступ прикрывал путь на Париж и премьер-министр Бриан опасался, что падение Вердена приведет к его отставке. После переговоров с главой правительства Жоффр отдал приказ: «Стоять насмерть!». Сопротивление французов возросло, а их потери не превышали немецкие. Тем не менее, германский кронпринц, командовавший наступлением, требовал продолжать операцию, надеясь, что ее успех укрепит престиж династии. Немцы медленно продвигались до начала июля, но намеченных целей не добились. Верденская «мясорубка», поглотив много резервных дивизий, явно не оправдала расчетов германского командования. 24 июня союзники начали тщательно подготовленное большое наступление на реке Сомме. Предполагали действовать по формуле «артиллерия разрушает — пехота наводняет». Однако подавить систему немецких огневых точек не удалось, и только за первый день наступления — 1 июля — англичане потеряли около 20 тыс. убитыми и 40 тыс. ранеными. Это самый трагический урон, понесенный за один день войны. Сражение на Сомме продолжалось в течение нескольких месяцев. По существу Жоффр и британский главнокомандующий генерал Хейг тоже вели «битву на истощение». В общей картине боев ничего не изменило и применение англичанами секретного оружия — танков, впервые введенных в бой в сентябре 1916 г. Уступая настояниям союзников, российское командование 3 июня досрочно бросило в наступление войска юго-западного фронта под командованием генерала Брусилова. Русские заняли Луцк, Черновцы и другие города, взяли в плен около 450 тыс. солдат и офицеров австро-венгерской армии. Впервые в позиционной войне фронт был прорван на большом протяжении (до 80 км). «Брусиловский прорыв» оказался единственной операцией всей мировой войны, вошедшей в историю по имени командовавшего им генерала. Наступление Брусилова не было поддержано другими фронтами, хотя, по признанию немецкого генерала Гофмана, это поставило бы центральные державы перед катастрофой. Фалькенгайн перебросил на помощь австрийцам 7 дивизий с Запада и перешел под Верденом к обороне. По официальным (заниженным) данным, общие потери в людях после «верденской мясорубки» составили у французов 362 тыс. убитыми и ранеными, у немцев — 337 тыс. В другом крупнейшем сражении, на Сомме, закончившемся в ноябре 1916 г., урон в «живой силе» оказался еще большим: англичане потеряли около 420 тыс. человек, французы — 200 тыс., немцы — более 450 тыс. Бои показали, что обе стороны плохо подготовились к войне окопов, пулеметов и гаубиц. Оборона, как правило, превосходила нападение. Пока длилась артиллерийская подготовка, пока солдаты штурмовали первую линию траншей, обороняющаяся сторона успевала на поездах подбросить подкрепления к атакуемому участку. Вся техника, помимо железнодорожного транспорта, долгое время сводилась к «лошадиной силе». Авиация приобрела серьезное значение только в 1916-1917 гг., но главное назначение сводилось к разведке с воздуха. С 1915 г. немцы использовали дирижабли («цеппелины») для бомбардировок Великобритании. Они сбросили 220 т бомб, в результате чего было убито 537 человек. Разумеется, эти варварские налеты не могли облегчить положения Германии.

																Таким образом, можно сделать вывод, что война на Западном фронте значительно истощила силы обоих воюющих блоков. Экономика, промышленность были на гране кризиса, запасы живой силы подходили к концу и т.д. В таких условиях обе стороны прилагали все усилия, чтобы поскорее если не победить в войне, то по возможности облегчить свое положение. Оба блока видели в Российской империи инструмент, способный помочь в достижении таких целей. Германия и ее союзники стремились, надавив на Россию, вынудить ее подписать сепаратный мир и расколоть Антанту, после чего всю военную мощь можно будет перенести в Западную Европу и покончить с губительной войной на два фронта.

																Союзники же России и, прежде всего, Франция как раз остро нуждались в передышке, для чего необходимым было отвлечь Германию войной в Восточной Европе. В связи с этим в 1915 г. французское правительство все настоятельней напоминает Российской империи о взятых ею обязанностях военной поддержки союзников. Все это приводит к тому, что Россия, будучи не полностью подготовленной и даже не завершив мобилизацию, вступает в фазу активных боевых действий. Военная фортуна, в связи с этим, очень скоро отворачивается от России, и к осени 1915 г. батальные действия переходят на территорию западные земли Российской империи, составной частью которых в то время была Беларусь.

																

																
Список использованных источников

																

																1. Борьба за Советскую власть в Белоруссии (1918 - 1920). Сб. документов и материалов. Мл., 1968, Т. 1.

																3. Документы внешней политики СССР, М., 1957, Т. 1,

																4. Первая мировая война 1914 - 1918 Сб. документов М., 1968.

																5. Советско-германские отношения от переговоров в Брест-Литовске до подписания Рапалльского договора. Сб. документов. М., 1968, Т.1,

																6. Белоруссия в эпоху капитализма. Т.3 Мн., 1965

																7. Игнатенко И.М. беднейшее крестьянство - союзник пролетариата в борьбе за победу Октябрьской революции в Белоруссии. Мн., 1962.

																8. Игнатенко И.М. Великий Октябрь в судьбах белорусского народа - Мн., 1987.

																9. История гражданской войны в СССР. М., 1960, Т.5.

																10. История первой мировой войны 1914-1918 гг. В двух томах. М., 1975.

																11. Петров В.И. Отражение Страной Советов нашествия германского империализма в 1918г. М., 1980.