Распространение масонства в России в ХХ веке

Содержание

	

	Введение

	Глава 1. Начало русского масонства

	1.1 Понятие масонства

	1.2 История русского масонства до начала ХХ века

	Глава 2. Масонство России в ХХ веке

	2.1 Подготовка в Париже и открытие первых в ХХ веке масонских лож в России

	2.2 Участие русских масонов в работе Государственной думы России

	2.3 Мировоззрение русских масонов начала ХХ века

	2.4 Образование ордена Великого Востока народов России (1912 г.), создание «Прогрессивного блока» 

	2.5 Масоны и отречение Николая II

	2.6 Масоны у власти: Верховный совет Великого Востока народов России и Временное правительство (март-октябрь 1917) 

	2.7 Ленинградские масоны 1920-х годов и их судьба

	2.8 Московское масонство 1920-х - 1930-х гг. Масоны и ОГПУ

	Глава 3. Масоны в современной России

	Заключение

	Список источников и литературы


Введение



В последнее время к вопросу о масонстве возрос общественный интерес. Это объясняется тем фактом, что масонство как тайная организация, противоречащая своим учением всему социалистическому, была длительное время запрещена в России, да и не только в нашей стране, но и в большинстве социалистических стран запада. Возросший интерес к проблеме масонства объясняется также фактом "социальной психологии" или интересом общества ко всему таинственному, находящемуся за рамками традиционного рационалистического мировоззрения.

Чтобы удовлетворить читательское любопытство, а зачастую следовать моде, в последнее время появляется огромное количество литературы касающейся темы масонства начиная от бульварной, рассчитанной на широкую публику, которая зачастую предпочитает ложную информацию, и, кончая более менее научными трудами, которые также в свою очередь могут быть подвергнуты критике.

Так, например, по свидетельству Н. Берберовой с 30-х годов в Советском Союзе на протяжении полувека практически не появлялось публикаций о масонстве, даже об иностранном, не говоря уже о русском. Только в 70-х годах на неподготовленного читателя хлынула волна публикаций самого разного толка и качества. Если на Западе тайные общества самых разнообразных типов давно стали неотъемлемым атрибутом политической жизни, то для российского читателя 70-80-х годов масонская тема стала самым настоящим откровением.

Сама возможность существования тайных обществ казалась советскому человеку крамолой. И в наше время сохранившиеся немногочисленные дореволюционные публикации, посвященные масонству, в большинстве своем представляют факты сомнительные. Отсюда, почти все авторы, пишущие о масонстве, как прошлых лет, так и XX века вынуждены в качестве опорных перебирать одни и те же источники, домысливая свое и догадываясь обо всем остальном.

Принимая во внимание тот факт, что масонство и в наше время представляет собой "вопрос запутанный", я бы хотела рассмотреть масонство с объективной стороны, изучая труды известных авторов, исследователей масонства - Н. Берберовой, Соловьева О.Ф., Серкова А.И., Старцева В.И. и многих других. Моя цель: систематически рассмотреть фактическую историю масонской организации, их образование, деятельность, поставленные задачи. На мой взгляд, это должно способствовать демифологизации истории масонства.

В своей работе я бы хотела осветить особенности русского масонства, как с внешней, так и с внутренней стороны. Масонство пришло в наше отечество как явление западной культуры, и, распространяясь в России, не могло не приобрести черты, отражающие своеобразие исторической обстановки Российского государства. 

Основной акцент в моей работе сделан на распространение и влияние масонства в России в ХХ веке. 

Цель работы по возможности полнее осветить вопросы о том насколько влиятельно было это движение, имело ли какие-либо последствия, что оно представляет собой в нашей стране в конце ХХ века, какие возможны его перспективы.


Глава 1. Начало русского масонства



1.1 Понятие масонства



"Целью масонства, - читаем мы в статье о масонах в вышедшем в 1999 году справочном издании "Словарь религий народов современной России" под редакцией М.П.Мчедлова, - является достижение всем человечеством, независимо от расовой, национальной, духовной культуры, принципов свободы, равенства, братства, "царства истины и любви", земного рая. Цель достижима, по мнению масонов, путем нравственного, физического и умственного совершенствования каждого человека. Препятствием на этом пути являются религия и национальные государства, которые должны быть уничтожены. Важное место в деятельности масонов занимает критика исторических религий и церкви. В то же время война с Богом, церковью и духовенством не означает еще отмену религий, веры вообще, поскольку масоны создают новую религию - религию гуманитаризма, где место Бога занимает человечество, а старую религию они заменяют новой - морального солидаризма.

Вторая задача масонства (наряду с борьбой с религией, религиозной моралью, церковью и духовенством) - это уничтожение национальной государственности.

Конечный идеал масонства - сверхгосударство, основными признаками которого являются свобода, равенство, братство и богом которого является человечество, мораль которого не религиозна и в котором разум человеческий будет мерой всех вещей. Осуществление всех этих идей моделируется в рамках масонских лож и в многочисленных обрядах и сложных символах" (57, С. 214).

 Идея установления царства справедливости на Земле, хотя и привлекательна, но в основе своей, конечно же, абсурдна и неосуществима. Особенно если иметь в виду предлагаемый масонами путь к ее осуществлению - нравственное совершенствование человечества. Неудивительно поэтому, что масонские определения сути и конечных целей своего братского союза если кого и удовлетворяют, то только самих масонов. Всем прочим, то есть "профанам" или "непосвященным" на сей счет остается только теряться в догадках.

Непосредственными предшественниками современных масонов являются средневековые братства каменщиков, от которых, собственно, и пошли масонские ложи, унаследовавшие от них свою первоначальную организационную структуру (ученик - подмастерье - мастер) и символику фартук, перчатки, отвес, циркуль, строительная лопатка) (19, С. 27). На этой же задаче построения Храма, правда, уже не в физическом, а в духовном плане, сосредотачивают свои усилия и масоны. Как и средневековые каменщики, они так же трудятся над обработкой "дикого камня", стараясь придать ему правильные, совершенные формы. Только камень этот у них символический - душа человека со всеми присущими ей страстями. 

В 1723 году была опубликована «Книга Конституций» Джеймса Андерсона (1680 -1739) под названием «Конституции вольных каменщиков, содержащие историю, обязанности и правила этого древнего и весьма почтенного братства», которая была утверждена и принята за основной закон масонами. В «Конституциях», помимо прочего, содержалась мифическая история масонства от Райского сада до 1717 г. Цель союза Вольных Каменщиков обозначалась как стремление к нравственному самосовершенствованию, познанию Истины и самого себя, а также любовь к ближнему. 

Деятельность Ордена в период нового времени, начиная с официальной даты рождения современного масонства - 24 июня 1717 года, имеет многочисленные письменные свидетельства. Это, прежде всего, сохранившиеся архивы Лож – бесценные источники достоверной информации о персоналиях и «масонской жизни» этого периода. 

Это и «зодческие работы» Братьев посвященные масонской символике, философии масонства, масонской этике и протоколу и пр. Это фундаментальные труды масонов (например, Альберта Пайка), позволяющие познать всю глубину масонских ритуалов, проникнутся высокими духовными устремлениями Братьев, понять сущность философских представлений франкмасонства, испытать восхищение их целеустремленностью, усердием и самоотверженностью на путях познания Истины и нравственного самосовершенствования. 



1.2 История русского масонства до начала ХХ века



Как и многое другое, что вошло в русскую жизнь со времен Петра I, масонство проникло к нам с Запада. "Любимец Петра Великого Лефорт был масон и, вероятно, сообщил сведения о масонстве своему великому монарху, так как тогда учрежден был масонский орден Святого Андрея", - читаем мы в "Кратком очерке истории масонства в России" (1827).

Конечно, масоны в России во времена Петра I быть может и были, однако первое документальное упоминание о существовании масонской ложи в нашем Отечестве относится только к 1731 году в связи с назначением Великой ложей Англии капитана Джона Филипса Провинциальным Гроссмейстером для России.

В целом историю русского масонства XVIII века условно можно разделить на два периода. Первый из них (1731 - 1770-е гг.) - это период становления и укрепления масонских лож на русской почве. Само масонство в эти годы было скорее модой, чем потребностью определенной части русского общества.

Преобладающим было масонство английское первых трех степеней. Второй период (конец 1770-х - 1780-е гг.) - это, безусловно, время расцвета русского масонства, господства в ложах мистики и повсеместного распространения так называемых рыцарских или высоких степеней: шведская система и розенкрейцерство.

Настоящая история русского масонства начинается только с 1770-х годов с внедрением в него Елагинской и Циннендорфской (Берлинско-Шведской) систем.

Ведущую роль среди русских масонов этого времени играл Иван Перфильевич Елагин (1725-1794). Писатель, сенатор, управляющий императорскими театрами (1766-1779), он был, в то же время, и одним из самых деятельных пропагандистов вольного каменщичества в нашем отечестве (30) 22 мая 1770 года в Петербурге была открыта Великая Провинциальная ложа России, работавшая по системе трех иоанновских степеней и имевшая непосредственную связь с берлинской ложей "Ройял Йорк" - филиалом Великой ложи Англии в Пруссии.

Общее число членов елагинских лож едва ли превышало, согласно современным оценкам, 400 человек (47, С. 44). А между тем в это же время в Петербурге наряду с ложами И.П.Елагина росли и множились ложи другого, враждебного ему масонского союза во главе с гвардейским генерал-аудитором немцем бароном П.-Б.Рейхелем, работавшие по системе так называемых рыцарских степеней. Мода на них пришла в Россию из Германии. Приехавший оттуда 12 марта 1771 года бывший гофмейстер двора принца Брауншвейгского П.-Б.Рейхель учредил в том же году в Санкт-Петербурге ложу "Аполлона" Циннендорфской (Шведско-Берлинской) системы, известной в литературе как система "слабого наблюдения". Успех шведской системы в России не был, однако, достаточно прочным. Дело в том, что интерес и внимание шведских начальников ордена к Росси и русским преследовал не только и не столько масонские, сколько далеко идущие политические цели - упрочение братского союза знатного дворянства двух стран на основе вольнокаменщических идей. 

Подводя итог деятельности елагинских, рейхелевских и шведских масонских лож в России в 1770-х - 1780-х гг. можно констатировать, что, несмотря на внушительный размах движения, сколько-нибудь заметного следа в истории русской культуры, просвещения или общественной мысли их деятельность не оставила, да и едва ли могла оставить при той постановке дела, которая была характерна для этих масонских сообществ и при тех лидерах, которые их возглавляли. Совсем в другом ключе развивалась в эти годы деятельность другого, во многом отличающегося от них масонского сообщества – ордена розенкрейцеров.

Речь идет о московских розенкрейцерах, или мартинистах, как их еще называли. Как и близкие к ним по духу адепты других масонских систем, цель свою московские розенкрейцеры видели, прежде всего, в собственной внутренней духовной работе, заключающейся в познании Бога через познание натуры и себя самого по стопам христианского вероучения (16, С.475).

Однако реальная, практическая деятельность розенкрейцеров 1780-х годов была связана не столько с их моральным самоусовершенствованием, сколько с усилиями братьев, направленными (прежде всего, путем массового издания книг и журналов) на просвещение русского общества и возбуждение в нем широких умственных интересов. Огромную роль в этом повороте сыграл выдающийся русский просветитель второй половины XVIII века Николай Иванович Новиков. 

Любопытна динамика внедрения отдельных масонских систем в России в 1770-е - 1780-е годы: 1775 год - 13 лож первого Елагинского союза и 18 Рейхелевых лож; 1777 год - 18 лож Елагинско-рейхелевого союза; 1780 год - 14 лож Шведской системы; 1783-1786 гг. - 14 (только явных) лож розенкрейцерских ;1787-1790 гг. - 22 ложи второго Елагинского союза и не менее 8 розенкрейцерских тайных лож (теоретических собраний).

О.Ф Соловьев считает, общая численность масонов в XVIII веке вряд ли превышала одну тысячу человек (47, С. 69). Как бы то ни было, и одна тысяча братьев-масонов, учитывая их высокий социальный статус и положение в тогдашнем обществе для России было немало.

При сложившихся обстоятельствах знаменитые указы Екатерины II от 23 января 1787 года о запрещении печатать, а 27 июня того же года уже и продавать партикулярным людям книги духовного содержания, напечатанные в светских типографиях, были как нельзя кстати: ведь под них едва ли не полностью подпадала и специальная масонская литература. Следующим шагом государыни в этом направлении стало ее запрещение от 15 октября 1788 года Московскому университету продлить договор с Н.И.Новиковым об аренде его типографии, срок аренды которой истекал 1 мая 1789 года (55, С. 12-13).

С началом царствования Александра I оживились и "уснувшие" было во времена Екатерины II ложи и других масонских "систем".

Русские розенкрейцеры начала XIX века не представляли собой в идейном отношении единого целого и колебались между двумя идеологами масонства того времени: Н.И.Новиковым, представлявшим, по сути дела, левое крыло движения, и И.А.Поздеевым, придерживавшимся открыто консервативных взглядов.

Общим же для русского масонского сообщества первой четверти XIX века было засилье иностранцев (до 50% состава) и невиданный ранее наплыв в ложи буржуазного элемента, главным образом, немецкого происхождения. Характерно, что русские представители "третьего сословия", как люди богобоязненные, православные, в масонские ложи шли неохотно, в то время как для иностранцев пребывание в масонской ложе было делом очень даже обыкновенным.

1 августа последовал высочайший рескрипт на имя управляющего министерством внутренних дел графа В.П.Кочубея "О уничтожении масонских лож и всяких тайных обществ". "Все тайные общества, - читаем мы здесь, - под какими бы они наименованиями ни существовали, как то: масонские ложи или другими - закрыть и учреждения их впредь не дозволять" (42, С. 579).

Характерно, что в самом тексте рескрипта в качестве причины закрытия лож прямо были выставлены "беспорядки и соблазны, возникшие в других государствах от существования тайных обществ" и желание царя "дабы твердая преграда полагаема была по всему, что к вреду государства послужить может". "Истинной причиной указа 1 августа 1822 года, конечно же был страх императора перед тайными обществами и сходное направление политики европейских дворов", - замечает Кондаков Ю. Е. (22, С. 126).

Загнанные в подполье и лишенные внутреннего импульса, масонские кружки этого времени тихо угасали. Последнее ритуальное посвящение в ложе относится к 1850 году. И хотя некоторые исследователи (А.И.Серков) подчеркивают, что "масонские встречи продолжались по 1899-й год" (45, С. 3), для всякого непредвзятого историка очевидно, что ни о каких прямых продолжателях дела Н.И.Новикова далее 1860-х гг. не может быть и речи. Последним масонским актом в России стало закрытие ими работ "Теоретического градуса" в 1863 году (11).


Глава 2. Масонство России в ХХ веке



2.1 Подготовка в Париже и открытие первых в ХХ веке масонских лож в России



К началу 1900-х годов во французских ложах насчитывалось около полутора десятков русских либералов. Конечно, этого было недостаточно для высадки масонского "десанта" в Россию. Обстоятельства, однако, благоприятствовали масонам. Нашелся человек, взявший на себя хлопоты по собиранию сил и организационному становлению русского масонства во Франции. Это был профессор Максим Максимович Ковалевский. 14 ноября 1901 года, благодаря, главным образом, его усилиям и под контролем ложи "Космос" в Париже была открыта Русская высшая школа общественных наук, проработавшая до 1904 года (41, С.17-24). 

Цель школы, помимо просветительской, состояла еще и в том, чтобы подготовить, в чисто масонском духе, разумеется, будущих участников борьбы за "освобождение России" без какой-либо оглядки на их партийные и идеологические пристрастия.

В 1903 году число слушателей школы достигло 400 человек, среди которых можно, в частности, отметить молодого А.В. Луначарского. Именно в эти годы, судя по всему, он и получил посвящение в одной из лож Великого Востока Франции.

"Хотя преподаватели Русской высшей школы в Париже, - справедливо отмечает А.И. Серков, - и не стали масонами в своем большинстве, но именно в среде ее профессуры складывался круг лиц, возродивших орден вольных каменщиков в начале XX века" (45, С. 61).

Кадры будущих масонов ковались, однако, не только в Париже, но и непосредственно в самой России. Неисчерпаемым резервуаром, из которого черпали масоны своих адептов, были оппозиционные правительству кружки либеральной интеллигенции.

Одним из наиболее известных среди них был московский земский кружок "Беседа" (1899-1905 гг.) (28, С. 295), объединявший сторонников конституционной монархии в России. Большая часть из них (С.А. Котляревский, Д.И. Шаховской, В.А. Маклаков, Г.Е. Львов и другие) стали впоследствии одними из первых адептов вольного каменщичества в России.

Другим резервуаром масонских лож в России начала века стал союз "Освобождение" во главе с И.И. Петрункевичем, основанный в январе 1904 года на учредительном съезде в Санкт-Петербурге. В инициативную группу союза вошли люди, составившие впоследствии "цвет" русского политического масонства начала века: Л.И. Лутугин, В.Я. Богучарский, Н.Д. Соколов, Е.Д. Кускова, В.М. Гессен, В.А. Оболенский (39, С. 236-237).

В мае 1905 года союз "Освобождение" вместе с "Союзом земцев-конституционалистов" объединились в единую структуру - Союз союзов, который послужил, в свою очередь, основой для образования в октябре 1905 года партии русских Конституционных демократов (кадеты). В дальнейшем именно кадетской партии, все высшее руководство которой (за исключением П.Н. Милюкова) было масонским, и суждено было стать легальным политическим прикрытием тайной масонской организации в России.

Оживление либерального движения в начале века происходило на фоне резко возросшей активности кружков и групп радикально-социалистического направления.

Манифест 17 октября 1905 года и введение демократических свобод в России не застали заграничных русских масонов врасплох. Они давно ждали этого часа. Неудивительно поэтому, что практически все они сразу же поспешили вернуться на свою историческую родину, чтобы уже не из прекрасного далека, а на месте включиться в борьбу за ее "освобождение".

Это обстоятельство на фоне продолжающейся революции в стране, собственно, и побудило М.М. Ковалевского позаботиться о возможно скорейшем открытии масонских лож в России. Показательно в этом плане заявление А.В. Амфитеатрова, сделанное им во французской ложе "Космос" в 1905 году. "Масонство, - заявил он, - как феномен более высокой цивилизации установит свой моральный контроль над русской революцией и сыграет положительную роль в становлении будущей республиканской России" (20, С. 161). Как видим, планы у наших масонов были, можно сказать, наполеоновские.

11 января 1906 года М.М. Ковалевский направил официальное письмо председателю Совета Закона Великого Востока Франции с просьбой о делегировании его в Россию для открытия там регулярных масонских лож (50, С. 46).

Правда, сам М.М. Ковалевскийдавно и прочно был связан не с Великим Востоком, а с другой масонской ассоциацией тогдашней Франции - союзом Великой ложи Франции и даже имел здесь 18-ю степень Древнего и принятого шотландского устава. Причинами, побудившими его обратиться к другому масонскому послушанию, были, с одной стороны, относительная простота обрядности в ложах Великого Востока, а с другой - его принципиальная установка на активное участие в политической жизни страны, борьбе за демократию, что, конечно же, не могло не импонировать М.М. Ковалевскому и его русским "братьям".

Нельзя сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что среди масонских ассоциаций Французской республики наиболее авторитетной и богатой в это время как раз и был Великий Восток, число членов которого доходило до 30 тысяч человек. В одном только Париже у него было не менее 60 лож (44, С. 143). Широко были представлены масоны Великого Востока Франции и в парламенте.

Что касается Великой ложи Франции, то она была менее влиятельна (в Париже у нее было всего 33 братства) (48, С. 158-159). Русские же "братья", можно сказать, все как один были устремлены в политику.

Но возвратимся к письму М.М. Ковалевского в Совет Великого Востока Франции с просьбой, наряду с перенесением в Россию из Франции деятельности ложи "Космос" (27 апреля 1906 года уже в Петербурге в ней был посвящен князь Давид Бебутов), еще и о разрешении ему учреждения здесь новых, так называемых "временных лож" этой ассоциации. Дело в том, что именно масонство с его четко отлаженной структурой и прочными зарубежными связями представлялось М.М. Ковалевскому и его товарищам наиболее действенным средством в борьбе с самодержавием. Заслуживает в связи с этим внимания и другое высказывание М.М. Ковалевского, на этот раз в разговоре с П.Н. Милюковым, где он призывал его не упускать шанс использования "векового опыта масонства в организационной работе и в получении международной поддержки русскому либеральному движению" (48, С. 173).

 Тем временем, при посредничестве издателя масонского журнала "Акация" Ш. Лимузена, разрешение на открытие масонских лож от Великого Востока Франции было, наконец, получено. А вслед за этим уже 15/28 ноября 1906 года в Москве состоялось и открытие первой в XX веке русской масонской ложи - "Возрождение". Открыта она была, и это стоит подчеркнуть, все-таки как временная ложа - обычный путь становления первых масонских лож в той или иной стране.

В качестве членов-основателей "Возрождения" выступили "братья" Максим Ковалевский, Николай Баженов, Василий Маклаков, Сергей Котляревский, Василий Немирович-Данченко, Евгений Аничков, Иван Лорис-Меликов, Евгений де Роберти и Юрий Гамбаров - всего 9 человек. Протокол собрания (опубликован в 1966 году Борисом Элькиным) подписали: Баженов, Немирович-Данченко, Котляревский, Маклаков, Аничков, Ковалевский и Лорис-Меликов. Они и образовали первый состав членов этой ложи (50, С. 50). Председателем ложи стал Н. Баженов, первым наблюдателем - В. Маклаков, вторым наблюдателем - Е. Аничков, оратором С. Котляревский, секретарем - В. Немирович-Данченко. Можно, таким образом, констатировать, что с 15 ноября 1906 года русское масонство вступило в принципиально новый этап своей деятельности - организационного оформления своих лож непосредственно на территории России.

Через несколько дней, пишет А.И. Серков, в Петербурге была открыта еще одна ложа - "Полярная звезда" (45, С. 92). Однако В.И. Старцев полагает, что произошло это все же не через несколько дней, а по крайней мере через месяц, не раньше декабря 1906 года. Как бы то ни было, уже в конце 1906 года на территории России существовало, помимо переехавшей из Парижа ложи "Космос" во главе с М.М. Ковалевским, еще две масонские ложи: "Полярная звезда" и "Возрождение". 

В общей сложности с конца 1906 по февраль 1908 годов в обе масонские ложи ("Полярная звезда" и "Возрождение") было принято 35 человек. Всего же, с учетом отцов-основателей или, проще говоря, первоначального состава этих лож, цифра эта возрастает до 45 человек. Отнимем от нее 5 человек (Ковалевский, Иванюков, Аничков, Гамбаров, де Роберти), вскоре отказавшихся от дальнейшей работы в их составе, и получим цифру в 40 "братьев". Таково было общее число масонов Великого Востока Франции, работающих на середину 1908 года в России. 12 из них (Ковалевский, Баженов, Маклаков, Котляревский, Немирович-Данченко, Лорис-Меликов, Орлов-Давыдов, Аничков, Бебутов, Гамбаров, де Роберти, Кедрин) получили свое первое посвящение во Франции, остальные - уже в России. Наиболее деятельной среди первых масонских лож этого времени была "Полярная звезда". Возглавлял ее, как уже отмечалось, один из наиболее близких друзей великого князя Николая Михайловича богач граф Алексей Орлов-Давыдов, в роскошном особняке которого на Английской набережной в Санкт-Петербурге она обычно и собиралась. А.А. Орлов-Давыдов взял на себя и фактическое содержание ложи в финансовом отношении. 

Главная задача, которая стояла на первых порах перед руководителями только что образованных масонских лож в России, заключалась в том, чтобы из временных превратить их в постоянные, для чего требовалась официальная санкция на то со стороны Верховного совета Великого Востока Франции.

Первая делегация русских лож в составе М.М. Ковалевского и Е.И. Кедрина была отправлена с этой целью в Париж весной 1907 года. Однако вопреки надеждам большинства братьев, М.М. Ковалевский привез осенью того же года из Парижа диплом, ставящий русские ложи под юрисдикцию не Великого Востока Франции, а другой, соперничающей с ней в то время ассоциации - Великой ложи Франции.

Ведущую роль в русском масонстве в 1907-1909 гг. играла петербургская ложа "Полярная звезда", что и не удивительно, так как именно в Петербурге находился, можно сказать, эпицентр политической жизни тогдашней России. В общей сложности, по состоянию на 29 июля 1908 года в двух русских политических ложах - "Полярная звезда" и "Возрождение" было уже 45 "братьев".

К этому времени ложа "Полярная звезда" настолько разрослась, что из нее в феврале 1909 года были выделены еще две так называемые рабочие ложи - "Северное сияние" (наместный мастер Н.В. Некрасов) и "Заря Петербурга" (первый наблюдатель В.Д. Кузьмин-Караваев, секретарь А.А. Демьянов). Еще одной масонской мастерской, открытой в 1909 году, стала Военная ложа во главе с Н.Г. Андреяновым. Оратором в ней был С.Д. Масловский (Мстиславский). В сентябре 1908 года представители русских лож Д.О. Бебутов и М.С. Маргулиес приняли участие в ежегодном масонском съезде Великого Востока Франции.

Следующим шагом на пути создания собственной организации русского масонства юрисдикции Великого Востока Франции стала структуризация и формирование его руководящих органов. Произошло это в ноябре 1908 года, когда масоны России созвали наконец свой первый съезд в Санкт-Петербурге, на котором присутствовало до 60 "братьев". Заседания его продолжались три дня. Председательствовали на нем М.М. Ковалевский, Д.О. Бебутов, Ф.А. Головин. В результате было сформировано два руководящих органа русского масонства начала века: Верховный совет во главе с председателем кадетом князем С.Д. Урусовым и Совет 18-ти для "братьев" высоких степеней, который возглавил князь Д.О. Бебутов. Как видим, несмотря на показной демократизм масонов, во главе организации стояли все-таки представители русской аристократии. Среди членов Верховного совета: Д.О. Бебутов (секретарь), Ф.А. Головин (1-й страж), М.С. Маргулиес (2-й страж).

Обязанности казначея исполнял кооптированный в Верховный совет уже после окончания съезда князь А.А. Орлов-Давыдов. Что касается Совета 18-ти, то в качестве наблюдателей здесь подвизались М.М. Ковалевский и Е.И. Кедрин. Обязанности секретаря исполнял Г.Х. Майдель, оратора - М.С. Маргулиес (37, С. 136).

Принципиальным отличием русского масонства начала XX века был, его ярко выраженный политический характер, поскольку, в отличие от традиционного масонства, на первый план русские "братья" выдвигали не моральное усовершенствование, а борьбу за освобождение России от царского самодержавия. Правда, польский историк Людвик Хасс (см. его статью в сборнике: Историки отвечают на вопросы. Вып.2. М., 1990) не совсем согласен с выделением из масонства его политического крыла, поскольку масонство, по его мнению, едино и без общего для всех масонов масонского мировоззрения нет и не может быть никакой особой "масонской политики". Но это уже, как говорится, чисто формальная сторона дела. Более существенно здесь другое. Оказывается, что сам термин "политическое масонство" давнего происхождения и был запущен в научный оборот еще в дореволюционные годы критиками масонства.

Очевидно, что уже с первых шагов в России масонство оказалось отягчено целями весьма и весьма далекими от целей "истинного" масонства. Проблема нравственного самоусовершенствования "братьев" интересовала мало. "Большинство русских масонов было либералами, выступающими как против самодержавия, так и против революции. Политические успехи французского масонства, особенно Великого Востока Франции, его роль в консолидации общества, вес и авторитет в общественной и культурной жизни страны не могли не вдохновлять русских братьев, не соблазнять их на использование масонства в политических целях.



2.2 Участие русских масонов в работе Государственной думы России



27 апреля 1906 года в торжественной обстановке открылась I Государственная дума. На состоявшихся накануне выборах убедительную победу одержала Конституционно-демократическая партия (153 депутата из 448). Собственно она, а также солидаризировавшиеся с ней крестьянские депутаты (трудовики, 107 человек), а также ряд примкнувших к ним мелких партий и групп либерально-демократического толка и определили политическое лицо этого первого в русской истории парламента. Собственно масонов в I Государственной думе было немного - всего 11 человек: Е.И. Кедрин, М.М. Ковалевский, В.Д. Кузьмин-Караваев, В.П. Обнинский, А.А. Свечин, С.Д. Урусов, А.Г. Вязлов, К.К. Черносвитов, Д.И. Шаховской, Ф.Ф. Штейнгель, С.А. Котляревский.

Конечно, повлиять на ход заседаний Думы они не могли, но позицию по отношению к правительству они заняли жесткую и, что самое главное, солидарную.

Центральным вопросом первых заседаний Думы стало обсуждение ответного адреса депутатов на тронную речь Николая II. Активное участие в завязавшейся в связи с этим дискуссии приняли масоны. В частности, В.Д.Кузьмин-Караваев выступил с предложением об отмене смертной казни. Нечего и говорить, что предложение это было встречено овацией со стороны радикально настроенных думцев. Другой масон М.М. Ковалевский, со своей стороны, явно в унисон В.Д. Кузьмину-Караваеву предложил немедленную амнистию политическим заключенным. Конечно же, предложение это сразу же было поддержано еще одним "братом" - С.А. Котляревским, призвавшим думцев к обновлению страны на демократических началах. А еще один "брат", князь Д.И. Шаховской пошел в своих требованиях к правительству еще дальше, предложив вставить в текст думского адреса к императору требование ответственного перед Думой правительства.

На седьмом заседании I Государственной думы 12 мая 1906 года М.М. Ковалевский призвал депутатов выразить недоверие правительству. Радикальную позицию заняли депутаты-масоны и при обсуждении аграрного вопроса, решительно поддержав кадетский проект "42-х", предусматривавший принудительное отчуждение у помещиков "излишков" земельной собственности (20, С. 179-183).

Сенсацией стало выступление 8 июня 1906 года в Думе бывшего заместителя министра внутренних дел, а теперь уже и масона князя С.Д. Урусова, обвинившего "темные силы" в организации еврейских погромов, а своих недавних коллег по правительству, в частности Министерство внутренних дел, в попустительстве этим "темным силам". Попытавшемуся было защитить правительство министру внутренних дел П.А. толыпину наши "демократы" попросту не дали говорить и он вынужден был, прервав свою речь, сойти с трибуны. Зато "брата" С.Д. Урусова, напротив, депутаты выслушали очень и очень внимательно, проводив его громом аплодисментов. Одним из последних актов I Государственной думы перед ее роспуском, необходимость в котором была очевидна для каждого непредвзятого человека, стало принятие ею законопроекта об отмене смертной казни. Важную роль в его разработке сыграли масоны, в частности В.Д. Кузьмин-Караваев, выступивший перед думцами со специальным докладом по этому вопросу.

Уяснив наконец, что никакая конструктивная работа с откровенно настроенными на продолжение революции в стране "думцами" невозможна, правительство вынуждено было 9 июля 1906 года распустить Думу и объявить новые выборы. Однако и они не оправдали ожиданий правительства. По большому счету, II Государственная дума (20 февраля - 2 июня 1907 года) оказалась еще более левой, чем I.

Крупнейшими фракциями в ней были трудовики, кадеты и социал-демократы. Правда масонов среди них было всего 8 человек: А.А. Булат, Ф.А. Головин, В.Д. Кузьмин-Караваев, В.А. Маклаков, А. Шингарев, А.А. Демьянов, О.Я. Пергамент и К.К. Черносвитов. Из них В.Д. Кузьмин-Караваев представлял партию Демократических реформ, а А.А. Булат примыкал к Трудовой группе.

Остальные 6 депутатов-масонов были кадетами (20, С. 191). Восемь человек - из 518 депутатов. Это, казалось бы, совсем немного. Но именно из их числа был избран председатель Государственной думы. Им стал земский деятель и масон Ф.А. Головин.

Благодаря усилиям "леваков", II Государственная дума больше напоминала антиправительственный митинг, чем серьезное законодательное учреждение.

Не были настроены на взаимодействие с правительством и депутаты-масоны, думские выступления которых носили поджигательский, конфронтационный по отношению к властям характер. "Вы расстреливаете не несчастных людей, не случайные жертвы, не отдельных озлобленных несчастных. Ваши пули - стреляли в совесть русского народа", - витийствовал на думской трибуне масон В.А. Маклаков.

Когда же депутаты-монархисты резонно напомнили ему о терроре подпольщиков-революционеров, В.А. Маклаков, не моргнув глазом, заявил, что "ужасы легального убийства превосходят все эксцессы революционного террора". "Рекорд по части забвения человеческой природы власть побила над революцией", - заявил он. II Государственная дума просуществовала всего 102 дня и уже 3 июня 1907 года повторила участь I Думы.

Плачевный опыт неудачного взаимодействия с "народными избранниками" в I и II Государственных думах кое-чему научил-таки правительство. Обнародованный 3 июня 1907 года новый избирательный закон положил заслон беспрепятственному проникновению радикалов в будущую III Государственную думу, начавшую свою работу 1 ноября 1907 года. Левые партии были в ней уже в явном меньшинстве.

Из масонов в нее прошло всего 11 человек: А.А. Булат, Ф.А. Головин, А.М. Колюбакин, В.А. Маклаков, Н.В. Некрасов, А.И. Шингарев, Г.Р. Килевейн, О.Я. Пергамент, Н.С. Розанов, В.А. Степанов, К.К. Черносвитов (20, С. 197).

Что касается популярности, то вне всякой конкуренции среди думских ораторов был, несомненно, в это время В.А. Маклаков, не раз срывавший во время своих ярких зажигательных выступлений бурные аплодисменты. В.А. Маклаков специализировался на вопросах национального и гражданского равноправия, судебной реформы.

Подводя итог думской деятельности масонов в период 1906-1910 гг., отметим, что общее число их среди членов Государственной думы всех трех созывов едва ли превысило три десятка человек. 

Главной задачей русских лож французского обряда была борьба за ограничение самодержавия и превращение России в современное правовое, демократическое государство. Однако поскольку численность лож в стране была еще незначительной, реально на первый план выходила более узкая и скромная цель: "обволакивание, - по словам М.С. Маргулиеса, - власти людьми, сочувствующими масонству" [7, С. 100]. О том же по существу говорит в своих воспоминаниях и князь Д.О.Бебутов. "Мне казалось, при создании масонства можно было бы во всех центрах иметь группы, которые, разрастаясь, могли бы проникать во все отрасли государственной жизни", - отмечал он [37, С. 145-146].

Важное значение придавалось также руководителями русского масонства налаживанию и укреплению международных связей русских лож. С этой целью в начале 1909 года по поручению Верховного совета М.С. Маргулиес и С.Д. Урусов посетили ряд масонских лож Италии, Швейцарии и Австро-Венгрии (Будапешт), а князь Д.О. Бебутов (позже к нему присоединились М.С. Маргулиес и С.Д. Урусов) - Константинополь, где русские "братья" были подробнейшим образом ознакомлены с организацией турецкого масонства и распространением масонских идей среди младотурок (37, С. 139-142).



2.3 Мировоззрение русских масонов начала ХХ века



В мировоззренческом плане практически все адепты "вольного каменщичества" в России начала XX века были приверженцами рационалистической позитивистской философии и к религии и церкви относились равнодушно. Крайне враждебные позиции по отношению к Русской православной церкви занимали Н.А. Морозов, В.А. Маклаков, П.Н. Яблочков, другие масоны. "Альфой и омегой" этих людей был космополитизм и приверженность так называемым "общечеловеческим ценностям". Православие и патриотизм среди таких ценностей, естественно, не значились. Практически все русские масоны были убежденными западниками и превыше всего ставили ценности не своей русской, а западной европейской культуры: свобода, демократия и гуманизм. В продвижении этих любезных их сердцу ценностей на бескрайние пространства России они, собственно, и видели свою главную цель. Масонство как часть западной культуры, западной цивилизации, привлекало их, прежде всего, возможностями расширения западного влияния в нашем отечестве - считает московский историк С.П. Карпачев (37, С.160).

"Я полностью офранцузился и понимаю потребности и стремления французского общества лучше, чем потребности и стремления того общества, в котором я родился", - с грустью вынужден был отметить Н. Вырубов (37, С. 149). Постоянно подчеркивает в своих воспоминаниях русскую косность и отсталость и князь Д.О. Бебутов. Убежденными западниками-космополитами были Ю.С. Гамбаров, Н.Н. Баженов и многие другие масоны.

Конечно, люди в масонских мастерских были самые разные. Попадались среди них и государственники, выступавшие за сохранение "единой и неделимой России" и после свержения самодержавия в стране. Однако они в масонском сообществе той поры были в явном меньшинстве.

С.П. Карпачев, который отнюдь не скрывает своих симпатий к масонству, всячески подчеркивает альтруизм, бескорыстие российских вольных каменщиков.

И действительно, примеров такого бескорыстия в истории масонства найти, конечно, можно. Так, будущий масон и кадет А.И. Шингарев в свое время ради абстрактной идеи служения народу даже отказался от университетской кафедры и уехал в деревню лечить крестьян. Не придавал значения деньгам, охотно ссужая их в долг всем, кто попросит, и П.Н. Яблочков (37, С. 117).

Фактически за свой счет содержал масонскую ложу "Полярная звезда" в Санкт-Петербурге и князь А.А. Орлов-Давыдов. Бескорыстие и альтруизм его были так велики, что в годы Первой мировой войны он даже открыл за свой счет ряд столовых и лазаретов и давал пособия нуждающимся семьям мобилизованных в армию воинов.

Крупные суммы в пользу кадетской партии жертвовал и князь Д.О. Бебутов. Большим альтруистом, человеком, чуждым всякого самовосхваления и рекламы был и Г.Н. Вырубов. Примеры такого рода можно было бы продолжить. Но еще никто и нигде не доказал и никогда не докажет, что другие люди, не масоны, были, есть или будут хуже, и не занимались, скажем, благотворительностью, не помогали друзьям и прочее. На самом же деле, вопреки установке С.П. Карпачева, какими-либо особыми нравственными качествами по сравнению с другими людьми масоны начала XX века как раз и не отличались: женились, разводились (а некоторые, как например, князь А.А. Орлов - дважды, или Н.А. Морозов - трижды).

Были среди них и карьеристы, и дельцы, и картежные игроки (А.И. Сумбатов-Южин), и пьяницы, и честолюбцы. В общем, все как у людей их состояния, их круга. Примерно 2/3 состава русских масонских лож начала XX века были выходцами из первенствующего сословия государства, то есть дворянства. В том числе 1/10 часть личного состава относилось к дворянству титулованному - князья, графы, бароны. Около 10% масонов той поры были евреями (37, С. 65). Крайне незначительно были представлены в масонских ложах купечество и духовенство. О рабочих и крестьянах, то есть собственно самом русском народе и говорить нечего. Что им было делать в масонских ложах, среди всех этих помещиков, крупных чиновников, преуспевающих адвокатов и профессоров.

Рыба гниет с головы - гласит народная поговорка. Парадокс русской действительности начала века состоял в том, что в оппозиции к правительству находились не низы, а прежде всего, верхи общества, его так называемые "сливки" - его наиболее состоятельная и привилегированная часть. Так, богатейшим, а следовательно, и свободнейшим человеком на Руси того времени был, несомненно, один из наиболее известных масонов граф А.А. Орлов-Давыдов, в собственности у которого были: свеклосахарный завод в Тамбовской губернии, обширные земельные владения в десятках других губерний, каменные дома в Москве и Петербурге, дачи под Ревелем и Мариенбургом, крупные капиталы в несколько миллионов рублей в русских и заграничных банках. Его коллега, князь С.Д. Урусов после окончания университета поселился в имении своей жены - "Расва" (1300 десятин). Здесь к его услугам были: 16-комнатный жилой дом, несколько экипажей, прислуга.

Большинство "братьев" как раз не стеснялись в расходах и не пренебрегали радостями жизни. Тем более, что состояния их это позволяли. 

Думать, что всех этих господ привела в масонские ложи печаль об униженных и оскорбленных на Руси не приходится. В то же время можно предположить, что отнюдь не личная корысть и не жажда власти как таковой питала неуемную оппозиционность большинства наших либералов конца XIX - начала XX веков.

Для этого, надо отдать им должное, они были слишком прекраснодушны. Истинная подоплека оппозиционности сливок тогдашнего русского общества лежит, можно сказать, на поверхности: полученное ими западное воспитание и образование. И дело тут не только в иностранцах-гувернерах, подвизавшихся чуть ли не в каждой дворянской семье, или германских университетах, в которых стажировался чуть ли не каждый будущий русский университетский профессор. Сама система народного просвещения в стране была такова, что какого-либо другого убеждения, что если и есть настоящая, достойная человека жизнь, то искать ее следует только на западе, вынести из нее учащиеся едва ли могли.

Русская дореволюционная школа, отмечал в связи с этим П.И. Ковалевский, убила у учащихся "Бога, убила национальность, убила государственность, убила семью, убила человека" (24, C.50). Определенный элемент преувеличения в этом суждении, конечно же, есть. Одно несомненно: и "образовывали", и воспитывали учащихся в дореволюционной России со времен Петра Великого не в национальном, а в космополитическом духе, на западный, так сказать, манер. Отсюда и результаты.

Не следует забывать и то, что будучи людьми, как правило, состоятельными, будущие русские масоны годами вольготно жили за границей и какой-либо другой жизни для себя просто не представляли. Крайне любопытно в этой связи следующее признание известного масона В.А. Маклакова. "Я так привык к свободной жизни во Франции, она стала казаться мне настолько естественной, - вспоминал он, - что я почти позабыл уроки России, ту строгость и произвол, которые я испытывал на себе еще в гимназии" (20, С.90).

Организационные усилия руководителей русского масонства не пропали даром. Общая численность мастерских французского обряда выросла за период 1908-1909 гг. по крайней мере вдвое. Общее же число масонов в России за 1907-1909 гг. определяется специалистами в 100 человек, причем имена 94 из них устанавливаются документально. К сожалению, это все, главным образом, члены столичных масонских лож, в то время как имена рядовых членов лож провинциальных остаются нам практически неизвестными (50, С. 84).



2.4 Образование ордена Великого Востока народов России (1912 г.), создание «Прогрессивного блока»



Анализ состава мастерских Великого Востока Франции в России и пришедших им на смену лож Великого Востока народов России (1912 г.) показывает, отмечает в связи с этим А.И. Серков, что в феврале 1910 года произошло фактическое усыпление масонов, установивших тесные контакты с Францией и получивших капитулярные степени (Д.О.Бебутов, Н.Н. Баженов, Е.И. Кедрин, В.А. Маклаков, М.С. Маргулиес и другие); представителей национальных партий (И.З. Лорис-Меликов, В.Л. Геловани). Формальным поводом было объявлено, как уже отмечалось, склонность этих "братьев" к болтовне, которые, живя в Петербурге, активной политической жизнью, тем не менее, не занимались. Так фактически были выведены, отмечает А.И. Серков, из масонских лож "все профессора, которые стояли у истоков масонства в России, поскольку они тяготели к философскому, а не политическому масонству" (45, С. 105). Не все, правда, подчинились решению февральского совещания об усыплении братьев.

Среди мастерских Великого Востока Франции в России, деятельность которых была продолжена и после 1910 года, - "Литва" (Вильно), "Федерация" (ею руководил П.Н. Переверзев) и "Белый орел" (из польских уроженцев, проживавших в то время в Санкт-Петербурге). Но погоды эти ложи в масонском сообществе того времени конечно же не делали.

Итак, после февраля 1910 года масонские ложи опять возобновили свои работы, но уже под руководством Николая Виссарионовича Некрасова. Профессор Томского университета, специалист по статике и сооружению мостов, он рано изменил своему призванию, увлекся политикой и вступил в 1907 году в кадетскую партию. Как впоследствии оказалось, это был правильный ход. Н.В. Некрасова тут же избирают депутатом III, а затем и IV Государственной думы. Здесь он зарекомендовал себя как яркий неординарный политик. Такие люди масонам были, конечно же, нужны и уже в 1908 году состоялось посвящение Н.В. Некрасова в петербургской ложе "Полярная звезда" под руководством А.А. Орлова-Давыдова.

Очевидные успехи нового русского масонства побудили Н.В.Некрасова на дальнейшие организационные шаги по его укреплению. С этой целью уже в январе 1912 года им был поставлен вопрос о проведении учредительного масонского съезда русских лож французского обряда. Практически ничего не известно нам и о том, при каких обстоятельствах именно Н.В. Некрасов - человек сравнительно новый в масонстве - оказался на должности временного секретаря русских лож в 1910-1912 

Как полагает А.И. Серков, именно в это время (конец 1911 года) произошло объединение обновленных после февраля 1910 года так называемых реформаторских лож Великого Востока Франции в России с шотландскими ложами круга М.М. Ковалевского, хотя заметной роли в Великом Востоке народов России последние никогда не играли. Вторым важным событием, способствовавшим организационному укреплению новой, по сути дела, масонской организации, стало присоединение к английских лож (мастерская В.П. Басакова в Петербурге и ложа в Архангельске) (45, С. 108).

Окончательное структурирование новой организации произошло на ее учредительном съезде в Москве летом 1912 года. Были ли до этого какие-либо масонские съезды или совещания после февраля 1910 года - мы не знаем.

А.И. Серков полагает, впрочем, что да, поскольку только на них, этих совещаниях или съездах, и могли быть избраны в состав Верховного совета Н.В. Некрасов (секретарь), В.А. Степанов и Г.Д. Сидамон-Эристов, заменившие в нем ряд "усыпленных" к этому времени "братьев" (45, С. 108). Заседания съезда происходили на квартирах "братьев" С.А. Балавинского и Ф.А. Головина.

От Петербурга присутствовали: А.Я. Гальперн, Н.В. Некрасов, А.М. Колюбакин, В.А. Виноградов, В.А. Степанов, А.И. Браудо, К.Г. Голубков, А.Ф. Керенский.

Московские ложи представляли С.А. Балавинский, Ф.А. Головин, В.П. Обнинский, С.Д. Урусов. От Киева присутствовали: Н.П.Василенко, М.С. Грушевский, Ф.Р. Штейнгель.

Нижегородские ложи представлял Г.Р.Кильвейн. Присутствовали также делегаты от Минска и Одессы (37, С. 53-55).

Состоялось всего два заседания. Вел их секретарь Верховного совета Н.В. Некрасов. Обсуждалось два вопроса. Первый из них - конституирование русской масонской организации как формально независимой от Великого Востока Франции. Как заявил делегатам докладчик от Верховного совета Н.В. Некрасов, в России к этому времени насчитывалось не менее 14-15 лож, из них 5 в Петербурге, 3-4 в Киеве, 1-2 в Москве и по одной в Нижнем Новгороде, Минске и Одессе.

Этого, по его мнению, было вполне достаточно для выделения русских братьев в самостоятельный масонский орден наряду с Востоками других европейских стран. Каких-либо возражений у присутствующих это не вызвало. Правда на открытие ордена требовалось предварительное согласие Великого Востока Франции. Но его, как уверил присутствующих Н.В. Некрасов, можно будет получить несколько позже. На том и согласились.

Еще одной важной задачей, помимо конституирования организации и решения вопроса о ее названии, стала проблема формирования нового состава Верховного совета Великого Востока народов России. Сюда, в частности, вошли А.М. Колюбакин, Н.В. Некрасов, С.Д. Урусов.

В тот же день в Верховный совет были кооптированы Д.Н. Григорович-Барский, Н.С. Чхеидзе и А.Ф. Керенский. Секретарем (с 1913 года - генеральный секретарь) Верховного совета Великого Востока народов России был избран левый кадет А.М. Колюбакин. Работал Верховный совет на правах ложи. "Никаких обрядов в заседаниях Верховного совета, как и в ложе, не было", - свидетельствовал Н.С. Чхеидзе. Что касается устава Великого Востока народов России, то принятие его было отложено до второго съезда, намеченного на 1913 год. За это время Верховному совету было поручено позаботиться о разработке и предварительном обсуждении соответствующего проекта.

Второй съезд Великого Востока народов России (ВВНР) состоялся, как и было намечено, летом 1913 года, правда уже не в Москве, а в Петербурге на квартире В.А. Степанова. На нем, в частности, и был принят устав Великого Востока народов России, в котором были определены задачи новой организации и закреплена уже сложившаяся организационная структура ордена.

Цель организации, как она формулировалась в проекте устава 1912 г., заключалась в "создании связанного моральной общностью и взаимным доверием братского ордена; братья сохраняют свободу политического действия, но стремятся к утверждению и защите прав человека и гражданина" (50, С 119).

Как установил В.И. Старцев, главным источником, из которого черпали Мстиславский и Урусов основные положения устава ВВНР, был Общий регламент Великого Востока Франции, хотя пункты, касающиеся масонской тайны и конспирации, были в нем несколько усилены. В целом же, с точки зрения содержания устава, масонство ВВНР может считаться, по авторитетному заключению В.И. Старцева, вполне нормальным регулярным масонством. Нерегулярными в нем могут быть признаны только его цели – чисто политические, а не морально-этические, чего следовало бы ожидать от масонского ордена. Обращает на себя внимание также и сокращение обрядности при приеме в степень мастера, и исключение степени подмастерья или товарища, а также прием в ложи, наряду с мужчинами, и женщин. 

Неудачи русской армии летом и осенью 1915 года не только донельзя обострили внутриполитическую обстановку в стране, но и привели в конце концов к созданию в августе 1915 года так называемого "Прогрессивного блока" в Думе и Государственном Совете.

Организаторами Прогрессивного блока были масоны, а главным требованием его стало создание "кабинета общественного доверия". По инициативе "братьев" Ефремова И.Н. и Коновалова А.И. летом на квартире М.М. Ковалевского велись интенсивные переговоры между оппозиционными членами Думы и членами Госсовета. Результатом этих переговоров, собственно, и стало создание Прогрессивного блока, объединившего в своих рядах шесть думских фракций от октябристов и прогрессивных националистов до кадетов. И хотя представители левого спектра (социал-демократы, трудовики) войти в Прогрессивный блок отказались устойчивое антиправительственное большинство в Думе было тем не менее сформировано. А это и было главной целью масонов на предварительном этапе на пути захвата власти. Правда в октябре 1916 года из Блока вышли прогрессисты, но на деятельности этого оппозиционного объединения это практически не отразилось. Опираясь на Прогрессивный блок, либеральная оппозиция развязала настоящую войну против правительства.

Резкое полевение Великого Востока Народов России с 1915 года привело к тому, что более радикальный характер приобретают и общие установки этой организации. "Произошла, - констатирует проф. В.И. Старцев резкая смена ориентации всей организации. Если раньше она принимала оппозиционеров, но не ставила цели насильственной революционной смены режима, а скорее рассчитывала перестроить существующую государственную машину путем проникновения в ее звенья, то теперь она прямо ориентировалась на замену монархии демократической республикой через ту или иную форму переворота" (50, С. 96).

Летом 1916 года в Петрограде состоялся третий Всероссийский съезд Великого Востока Народов России. Заседания его проходили на квартире В.А. Степанова и продолжались два дня. От самого Петрограда на съезде было представлено тринадцать человек: А.Я. Гальперн, А.Ф. Керенский, Н.В. Некрасов, В.А. Степанов, И.П. Демидов, В.А. Виноградов, А.В. Карташев, Д.П. Рузский, А.А. Мейер, В.А. Макаров, А.А. Демьянов, К.Г. Голубков. От Москвы на съезде присутствовали: Ф.А. Головин и С.Д. Урусов. Масонов Киева представляли: Д.Н. Григорович-Барский, Ф.Р. Штейнгель, Н.П. Василенко и другие всего семь человек. Были представлены на съезде и масоны от Екатеринбурга, Саратова, Харькова, Самары, Одессы, Ревеля, Риги, Вильно, Полтавы и Витебска.

С докладом выступил и.о. Генерального секретаря Верховного Совета Великого Востока Народов России Н.В. Некрасов. В центре внимания его оказалось положение на фронте и насущные задачи движения. Затем последовали доклады с мест, мотивом которых была мысль о необходимости перехода "братьев" к более радикальным формам борьбы. "Низы", таким образом, откровенно солидаризировались с заговорщическими настроениями в Верховном Совете Великого Востока Народов России. "Переменялась военная программа организации, - писал в связи с этим Людвик Хасс, вместо примирения общества с властью руководство Великого Востока начало ориентироваться на военно-дворцовый переворот с заменой на царском престоле Николая II его братом Михаилом" (54, С. 152). Правда, формально в принятой съездом официальной резолюции благодаря удачным выступлениям ряда членов Верховного Совета, сумевших несколько приглушить "революционный порыв" низов, эти революционные настроения отражения не нашли и резолюция была выдержана строго в духе политики Верховного Совета.



2.5 Масоны и отречение Николая II



В результате ряда организованных единым масонским центром совещаний оппозиционных деятелей был разработан общий план захвата царского поезда во время одной из поездок Николая II из Петербурга в Ставку или обратно. Арестовав царя предполагалось тут же принудить его к отречению от престола в пользу царевича Алексея при регентстве Михаила Александровича и введения в стране конституционного строя (13, С.31,32, 121).

Роль первой скрипки, как уже отмечалось, играл на этих переговорах лидер октябристов А.И. Гучков. Следует в связи с этим подчеркнуть, что имеющиеся в литературе указания на его принадлежность к масонству абсолютно верны.

"Незадолго до Февральской революции, - отмечал Н.В. Некрасов в своих показаниях в НКВД СССР от 13 июля 1939 года, - начались и росли связи с военными кругами. Была нащупана группа оппозиционных царскому правительству генералов и офицеров, сплотившихся вокруг А.И. Гучкова (Крымов, Маниковский и ряд других) - и с нею завязалась организационная связь" (18, С. 38). Готовилась и специальная группа в селе Медведь, где стояли запасные воинские части. Она то, судя по всему, должна была сыграть решающую роль в аресте царя.

Что касается нащупанной масонами группы оппозиционных царскому правительству генералов и офицеров то не приходится сомневаться что речь здесь идет о вовлечении их в Военную ложу. "Есть упоминания о создании в Петрограде Военной ложи с участием А.И. Гучкова, В.И. Гурко, А.А. Половцева и еще человек десяти высокопоставленных военных чинов", - отмечает историк О.Ф. Соловьев (47, С. 183). Среди этих "человек десяти" высокопоставленных чинов, тайно посвященных через А.И. Гучкова в масонство, можно отметить уже упоминавшихся нами ранее М.В. Алексеева, Н.В. Рузского, А.М. Крымова, В.В. Теплова (5, С43).

9 февраля 1917 года в кабинете председателя IV Государственной думы М.В. Родзянко состоялось совещание лидеров оппозиционных думских фракций. Присутствовали также приглашенные на него генерал Н.В. Рузский и полковник А.М. Крымов. Переворот согласно сделанным здесь наметкам, должен был произойти в апреле 1917 года. Схема его была проста: во время очередной поездки государя в Ставку в Могилев постараться задержать царский поезд (эта задача возлагалась на главнокомандующего Северным фронтом Н.В.Рузского), а арестовав царя заставить его отречься от престола (50, С. 150).

Вот что вспоминал об этом А.Ф. Керенский. "Чтобы лучше понять атмосферу, царившую на последней сессии Думы, которая длилась с первого ноября 1916 года по 26 февраля 1917 года, - отмечал он, - надо иметь в виду, что мысли всех депутатов были заняты ожиданием дворцовой революции". В начале января 1917 года в Петрограде появился вместе с группой офицеров уже популярный в то время полковник А.М. Крымов - командующий 3-м кавалерийским корпусом на Юго-западном фронте. На состоявшейся встрече с лидерами оппозиционных думских фракций А.М. Крымов, свидетельствует А.Ф. Керенский, "от имени армии призвал Думу безо всякого промедления совершить переворот, заявив что в противном случае у России нет шансов победить в войне. Все присутствовавшие поддержали точку зрения А.М. Крымова" (21, С. 106).

Именно 1917 год, как справедливо утверждала Н.Н. Берберова, оказался для русских масонов настоящим апогеем их деятельности (5, С.30).

Согласен с этим и такой осторожный исследователь, как В.И. Старцев. Влияние масонов на политическую жизнь двух столиц и ряд других городов было накануне февраля 1917 года "максимальным", констатирует он (50, С. 148).

Первый "звонок" для царизма прозвенел в ночь 16-17 декабря 1916 года, когда группой заговорщиков (великий князь Дмитрий Павлович, князь Ф.Ф. Юсупов и член Государственной Думы В.М. Пуришкевич) был убит пользовавшийся влиянием на царя Григорий Распутин. Несмотря на то, что собственно масонов среди убийц Г.Е. Распутина не было, само убийство расценивается некоторыми исследователями как своего рода подготовительный этап на пути к осуществлению задуманного ими государственного переворота. Убийство Г.Е. Распутина "задумала известная группа лиц, к которой принадлежал в качестве консультанта-соучастника, член кадетского ЦК масон В.А. Маклаков. В курсе был и П.Н.Милюков", - отмечает, например, О.Ф. Соловьев (47, С. 250). К этому можно добавить, что В.А. Маклаков, этот масон-"гуманист" был не только советчиком-консультантом убийц Г.Е. Распутина, но, в известном смысле, и подстрекателем этой акции, так как лично вручил Феликсу Юсупову возможное орудие убийства – бандитский "кистень с двумя свинцовыми шарами" (29, С. 271-272). А ведь адвокат, масон и вроде бы даже приличный человек, но и он почему-то считал, что убить "плохого" человека не такой уж и большой грех.

Некоторая же растерянность Верховного совета ВВНР в первые дни революции объясняется тем, что готовилась она, как мы уже знаем, не на февраль, а на апрель 1917 г. "Революция произошла на две недели слишком рано", - сетовал впоследствии А.И. Гучков. Однако говорить о неподготовленности заговорщиков к революционным событиям февраля-марта 1917 г. у нас нет никаких оснований.

Ведь к этому времени помимо Государственной думы под контролем масонов находились: армия, флот, большая часть прессы, а также такие влиятельные общественные организации русской буржуазии как Всероссийский земский союз во главе с князем Г.Е. Львовым и Центральный Военно-промышленный комитет во главе с А.И. Гучковым. С масонами был связан и председатель московского Военно-промышленного комитета крупный фабрикант Павел Рябушинский, издававший газету масонско-либерального толка "Утро России".

Волнения 23 февраля 1917 года в Петрограде, как это всегда и случается в таких случаях, начались неожиданно, практически сразу же после отъезда Николая II в Ставку. 25 февраля царь телеграфировал командующему Петроградским военным округом генералу Хабалову о немедленном прекращении беспорядков.

Днем 26 февраля войска начали стрелять по демонстрантам. Но сам переворот начался с выступления в ночь на 27 февраля 1917 года солдат одной из рот Волынского полка. Утром к ним присоединились солдаты запасного батальона гвардии Преображенского полка. К середине дня восставших солдат было уже около 20 тысяч. Соединившись с рабочими они разгромили здание Окружного суда и дом Предварительного заключения, заняли Финляндский вокзал, другие стратегически важные объекты.

Толпа рабочих и солдат заполонила Таврический дворец, где в Полуциркульном зале собрались не желавшие подчиниться царскому указу о временной приостановке работы Государственной думы народные избранники, тут же образовавшие из своей среды Временный комитет Государственной думы.

В помещении дворца группа меньшевиков-думцев, а также несколько большевиков и левых эсеров учреждают в спешном порядке временный Исполком Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. Председателем Исполкома в тот же день был избран масон, член Верховного совета Великого Востока народов России меньшевик Н.С. Чхеидзе. Членами Исполкома и его заместителями стали такие же масоны: Н.Д. Соколов, М.И. Скобелев, Н.Н. Суханов, А.Ф. Керенский.

Масонское влияние в Петросовете было таким образом обеспечено. Такая же примерно картина сложилась и с масонским представительством во Временном комитете Государственной думы куда вошли следующие "братья": Н.В. Некрасов, А.Ф. Керенский, Н.С. Чхеидзе, А.И. Коновалов, В.А. Караулов (50, С.156).

 "Революционная демократия" торжествовала, и в торжестве своем меньше всего была заинтересована в сохранении династии Романовых. Правда, лидер кадетов П.Н. Милюков и октябрист А.И. Гучков отстаивали необходимость сохранения конституционной монархии в России. Однако масонское большинство во Временном комитете Государственной думы и в Петроградском совете было решительно против. Принципиальное решение об отречении М.А. Романова было принято на заседании в доме М.С. Путятина с участием А.И. Гучкова, П.Н. Милюкова, Г.Е. Львова, А.Ф. Керенского, М.И. Терещенко, Н.В. Некрасова. Решительным оппонентом П.Н. Милюкова и А.И. Гучкова выступил здесь А.Ф. Керенский, пригрозивший в конце своей речи тем что в противном случае он не ручается за жизнь Михаила Александровича. Натолкнувшись, как пишет В.И. Старцев, на сплошной масонский фронт республиканцев во главе с Н.В. Некрасовым, П.Н. Милюков вынужден был отступить и идея отречения Михаила победила (50, С. 150). И тому ничего не оставалось другого, как согласиться. Текст отречения Михаила от власти составил, по его собственному признанию, Н.В. Некрасов.

"В момент начала Февральской революции всем масонам был дан приказ немедленно встать в ряды защитников нового правительства – сперва Временного комитета Государственной думы, а затем Временного правительства. Во всех переговорах об организации власти масоны играли закулисную, но видную роль", - подчеркивал Н.В. Некрасов (18, С.39). Сама инициатива образования 27 февраля 1917 года Временного комитета Государственной думы и решения не подчиняться царскому указу о временной приостановке ее работы исходила от масонов. "Весь первый день пришлось употребить на то, - вспоминал Н.В. Некрасов, - чтобы удержать Думу на этом революционном пути и побудить ее к решительному шагу взятия власти... Когда в ночь на 28 февраля нам удалось убедить Родзянко провозгласить власть Временного комитета Государственной думы я ушел в техническую работу помощи революции" (18, С. 20).

Работа эта заключалась на первых порахв организованной им погоне комиссара А.А. Бубликова за царским поездом, и беспрецедентном давлении через Н.В. Рузского и М.В. Алексеева на царя с целью заставить его отречься от престола.

О возможных последствиях совершенного в разгар войны государственного переворота "братья" предпочитали особенно не задумываться. Зато на Западе услуга оказанная ими извечным недругам России была оценена по достоинству.

"Нет больше России, - с удовлетворением констатировал в своем дневнике, узнав о революции в России, британский посол в Париже Ф.Берти. – Она распалась и исчез идол в лице императора и религии, который связывал разные нации православной веры. Если только нам удастся добиться независимости буферных государств, граничащих с Германией на Востоке, т.е. Финляндии, Польши, Украины и т.д. сколько бы их удалось сфабриковать, то по мне остальное может убираться к черту и вариться в собственном соку" (32, С.255).Дело тут, конечно, совсем не в том, что Ф. Берти был таким уж отчаянным русофобом.

Даже при самом благожелательном отношении к России и русским английского дипломата и его европейских коллег трудно было бы убедить, что существование огромного, сильного и независимого соседа на востоке так уж отвечает национальным интересам их стран.

Хотели того русские масоны или не хотели, но сценарий разыгранного ими в 1917 году "действа", был написан все-таки на Западе и все складывалось так, что никакой другой роли кроме "пятой колонны" "демократической" Европы в России уготовлено им не было. Такова уж видно судьба нашей "прогрессивной интеллигенции", которая традиционно всегда равнялась и равняется на более передовые в ее понимании страны Запада.



2.6 Масоны у власти: Верховный совет Великого Востока народов России и Временное правительство (март-октябрь 1917)

	

	"Русские политические масоны, - пишет проф. В.И. Старцев, - сыграли большую роль в усилении революционной ситуации в конце 1916 - начале 1917 гг.; первыми воспользовались результатом стихийного восстания 27 февраля 1917 года. Восемь месяцев после Февральской революции - это период наибольшего влияния в России тайного политического союза. Во Временном правительстве численность политических масонов непрерывно возрастала" (51, С. 41). Что касается Временного правительства, то его формирование не заняло у них много времени. Ведь предварительный состав его был обговорен еще в 1916 году на совещании представителей оппозиционных думских фракций в номере Г.Е. Львова в петербургской гостинице "Астория" (1, С.25) и опубликовался в московской газете "Утро России" П.П. Рябушинского 13 августа 1915 года.

Сам механизм формирования Временного Правительства и характер масонского участия в этом процессе хорошо показал Л.Д. Кандауров. Перед Февральской революцией, свидетельствует он, 'Верховный совет поручил ложам составить список лиц, годных для новой администрации и назначил в Петрограде на случай волнений сборные места для членов лож. Все было в точности исполнено и революционными движениями без ведома их руководителей руководили члены лож и сочувствовавшие. Многие из первых вошли в состав Министерства князя Львова и Керенского (в последнем все министры были членами лож); многие заняли места комиссаров Временного правительства" (38, С. 422-423)

Если исходить из данных Биографического словаря русских масонов XX столетия Н.Н. Берберовой (5, С. 126-216), то получается, что практически все министры - члены Временного правительства во главе с близким к кадетам князем Г.Е. Львовым (10 человек из 11) были масонами: А.И. Гучков (октябрист), Н.В. Некрасов (кадет), А.И. Коновалов (прогрессист), М.И. Терещенко (беспартийный), А.И. Мануйлов (кадет), А.И. Шингарев (кадет), А.Ф. Керенский (трудовик), В.Н. Львов (центр.), И.В. Годнев (октябрист). "Белой вороной" здесь был, по-видимому, только министр иностранных дел П.Н. Милюков.

Правда, в последнее время со ссылкой на данные архивов французских спецслужб некоторые исследователи (О.А. Платонов) считают, что и П.Н. Милюков был, все-таки, масоном, правда, не в русской, а во французской ложе. Однако, убедительные данные о масонстве П.Н. Милюкова все же отсутствуют. "П.Н. Милюков, осведомленный об этом движении, - писала Е.Д. Кускова (1955 год), - в него не вошел: "я ненавижу всякую мистику", якобы, заявил он в ответ на предложение принять посвящение". Скорее всего, так оно и было, хотя никакой мистики в политических ложах Великого Востока Народов России и П.Н. Милюков это наверняка знал никогда не было.

Итак, 10 министров из 11. Поистине, Временное правительство можно именовать не только Временным, но и масонским. Но это, все же, быть может, несколько завышенные, оптимальные данные о масонском представительстве в правительстве.

Но и по минимальным данным (до 6 "братьев") картина получается, все-таки, впечатляющей. В целом же, даже по самой осторожной оценке проф. В.И. Старцева за весь период существования Временного правительства (март-октябрь 1917 года) в его составе перебывало не менее 15 "братьев": А.Д. Авксентьев, П.А. Бурышкин, И.Н. Ефремов, А.В. Карташов, А.Ф. Керенский, Ф.Ф. Кокошкин, А.И. Коновалов, А.В. Ливеровский, Н.В. Некрасов, П.Н. Переверзев, С.Н. Прокопович, Б.В. Савинков, М.И. Скобелев, В.А. Степанов, М.И. Терещенко, А.И. Шингарев (50, С. 162-163).

Одним из первых реальных результатов Временного правительства, стал его отказ, признать власть Михаила Александровича против чего протестовали только А.И. Гучков и П.Н. Милюков. Текст отречения Михаила был составлен масоном Н.В. Некрасовым 3 марта под давлением масонов Михаил вынужден был отречся от престола. Не менее сильными были разногласия П.Н. Милюкова и

А.И. Гучкова с левым крылом Верховного Совета Великого Востока Народов России и по вопросу об отношении к Советам рабочих и солдатских депутатов.

Если П.Н. Милюков настаивал на решительной борьбе с ними, то остальные "братья" из числа руководителей Великого Востока Народов России выступали под флагом сотрудничества с ними (18, С. 20).

Бороться со своими противниками, связанными единой незримой масонской цепью П.Н. Милюкову, как человеку, не вхожему в русские масонские ложи Великого Востока Народов России, было невероятно трудно, даже невозможно.

 Повествуя об этом в своих мемуарах П.Н. Милюков прямо писал: "Я хотел бы только подчеркнуть еще связь между Керенским и Некрасовым и двумя неназванными министрами - Терещенко и Коноваловым. Все четверо очень различны по характеру и по своему прошлому и по своей политической роли. Но их объединяют не одни только радикальные политические взгляды. Помимо этого, они связаны какой-то личной близостью, не только чисто политически, но и своего рода, политико-морального характера. Их объединяют, как бы даже, взаимные обязательства, исходящие из одного и того же источника... Из сделанных здесь намеков можно заключить, какая именно связь связывает центральную группу. Если я не говорю о ней здесь яснее, то это потому, что наблюдая факты, я не догадывался об их происхождении в это время и узнал об этом из случайного источника лишь значительно позднее периода существования Временного правительства" (31, С. 478).

Негласная связь руководящей четверки, о которой здесь пишет П.Н. Милюков - это, вне всякого сомнения, масонская, "братская" связь. Любопытно, что имено кадет П.Н. Милюков и октябрист А.И. Гучков, на которых как на скрытных масонов грешат (и не без оснований) некоторые историки, как раз, и вынуждены были после апрельского правительственного кризиса оставить свои посты.

Бесспорные же масоны, напротив, не только остались в правительстве, но и получили здесь 6 (19 мая) 1917 года солидную поддержку в лице двух новых "братьев" - масонов-министров П.Н. Переверзева и М.И. Скобелева (52, С. 170-174). Преимущественно министрами-масонами были представлены и последующие составы Временного правительства: 24 июля (2 августа) и третьего – 25 сентября (8 октября) 1917 года.

Поворотным пунктом масонского хождения во власть стала отставка князя Г.Е.Л ьвова и назначение 8 (21) июля 1917 года главой Временного правительства министра-председателя А.Ф. Керенского. Правительство в результате резко полевело, усилив, тем самым, и без того напряженное состояние в обществе.

Центральной фигурой в русском политическом масонстве конца 1916-1917 гг. был А.Ф. Керенский, занимавший в нем с лета от 1917 года ключевую должность Генерального секретаря Верховного Совета Великого Востока народов России.

Этим собственно, и объясняется не вполне обычный для непосвященных взлет карьеры А.Ф. Керенского и завидная активность его в февральско-мартовские дни 1916 года. Да и первое послереволюционное заседание Верховного Совета Великого Востока Народов России состоялось 2 марта 1917 года не где-нибудь, а у него на квартире. Безусловно, прав поэтому, был старый и мудрый большевик В. Д.Бонч-Бруевич, когда писал в 1930 году об А.Ф.Керенском, что он был "вспоен и вскормлен масонами еще когда он был членом Государственной Думы и был специально воспитываем ими" в качестве наиболее подходящего кандидата на роль политического руководителя во время предстоящего движения за свержение самодержавия (6, С.183).

Основной причиной некоторого спада активности местных лож и перенесения центра тяжести в Верховный Совет следует признать проявившиеся после февраля-марта 1917 года несогласия между "братьями". Не следует забывать, что состав их в политическом плане был весьма и весьма разношерстным. В дореволюционные годы перед лицом общего врага в лице царского самодержавия разногласия эти отходили на задний план. После же февраля 1917 года, когда самодержавие пало исчезла и та цементирующая сила, которая по необходимости склеивала столь разных людей в единое тайное братство.

"Вражда между братьями в это время была настолько сильна, что я, например, состоя председателем одной из петербургских лож не мог созвать после февральского переворота не одного ее собрания ибо члены моей ложи просто не могли бы сесть за один стол", - отмечал в этой связи В.А. Оболенский (39, С. 450).

24 сентября 1917 года было объявлено о создании 3-го коалиционного правительства А.Ф. Керенского. Но было уже поздно. "Кучка интеллигентов не могла играть большой роли и сама распалась под влиянием столкновения классов", - отмечал Н.В. Некрасов (18, С. 38). Однако, главная причина катастрофического падения влияния Великого Востока народов России на ход событий в стране и фактическое бездействие низовых ячеек масонского сообщества - его лож заключалась в том, что создавался Великий Восток с одной единственной целью - захват и удержание власти. После того, как власть была захвачена и закреплена, исчезла и необходимость его дальнейшего существования, по крайней мере, в том виде в каком он продолжал функционировать в это время. Пытаясь выявить причины резкого уменьшения влияния масонов на события уже со второй половины 1917 года В.И. Старцев называет, в частности, возвращение из эмиграции и ссылки большой группы "политиков высшего класса", к масонским организациям не причастных: Г.В. Плеханова, Е.К. Брешко-Брешковскую, Н.Д. Авксентьева и других. "Хотя некоторых из вернувшихся удалось вовлечь в ложи, большинство этих лидеров действовали независимо от масонов, нарушали их планы и масонскую солидарность" (50, С.158).

В новых политических условиях ситуация повернулась так, что политическая деятельность уже перестала быть привилегией только избранных "братьев".

Отсюда и резкое падение численности масонских лож. К октябрю 1917 года их в России оставалось, по сведениям В. Вяземского, не более 28 (10, С.236).

Октябрьский переворот 1917 года не только поставил жирную точку на этих планах, но и положил фактический конец деятельности как Временного правительства, так и Великого Востока Народов России. Отдельные члены его продолжали свою работу на территории России вплоть до конца 1918 года. С отъездом в декабре этого года за границу Генерального секретаря Верховного Совета Великого Востока Народов России А.Я. Гальперна, исполнение его обязанностей взял на себя С.А. Балавинский. Но продолжалось его секретарство недолго и в конце 1918 года Великий Восток народов России, как организация, фактически, прекратил свое существование.

В годы Гражданской войны остававшиеся еще в стране деятели Великого Востока Народов России заняли открыто антисоветские позиции. Так, во главе Комитета Учредительного собрания, захватившего в мае 1918 года при содействии бывших союзников России власть в Поволжье, подвизался лидер эсеров, видный масон одной из парижских лож А.Д. Авксентьев. Другой видный масон - народный социалист Н.В.Чайковский встал во главе Временного правительства в Архангельске.

Еще один "брат" эсер Б.В. Савинков возглавил антисоветские мятежи в Рыбинске и Ярославле. Немало было масонов и в окружении Колчака, горько жаловавшегося на их происки.

В 1919 году в Париже, группа оказавшихся здесь политических масонов, попыталась было восстановить Великий Восток Народов России. Был даже избран его новый Генеральный секретарь - И.П. Демидов (37, С. 74).

Но инициатива эта из-за прохладного отношения к ней со стороны французских "братьев" ни к чему не привела. Не жаловали А.Ф. Керенского и его ближайших коллег по Великому Востоку Народов России и русские эмигранты. Возрождение русских масонских лож во Франции происходило, вследствие этого, уже без их участия (45, С. 127-170).



2.7 Ленинградские масоны 1920-х годов и их судьба



Как бы то ни было, масонская идеология в начале XX века пустила настолько глубокие корни в среде российской интеллигенции, что даже знаменитый большевистский террор 1920-х гг. оказался не в состоянии сразу уничтожить ее быстрорастущую поросль. На сегодняшний день известно, по крайней мере, десять тайных масонских или полумасонских организаций, действовавших в 1920-е годы в СССР: "Единое трудовое братство", "Орден мартинистов", "Орден Св. Грааля", "Русское автономное масонство", "Воскресенье", "Братство истинного служения", "Орден Света", "Орден Духа", "Эмеш Редивиус", "Орден тамплиеров и розенкрейцеров". Шесть первых из них располагались в Ленинграде. "Орден Света" и "Эмеш Редивиус" объединяли в своих рядах московских "братьев и сестер".

Тесно связанные с московским "Орденом Света", "Орден Духа" и "Орден тамплиеров и розенкрейцеров" располагались соответственно в Нижнем Новгороде и Сочи. Дочерними ложами "Русского автономного масонства" были ложа "Гармония" в Москве и "Рыцари Пылающего Голубя" в Тбилиси.

Крупнейшей оккультной организацией 1920-х гг. в Ленинграде был "Орден мартинистов", представлявший собой ветвь одноименного французского Ордена мартинистов".

В основе учения мартинистов лежит оккультизм - особое направление религиозно-философской мысли, стремящееся к познанию божества интуитивным путем, путем психических переживаний, связанных с проникновением в потусторонний мир и общением с его сущностями. В отличие от своих "братьев" из "Великих Востоков" Франции, Италии и "Великого востока народов России" (А.Ф. Керенский и Кo), преследовавших чисто политические цели, мартинизм ориентирует своих членов на внутреннюю духовную работу над самим собой, своим собственным моральным и интеллектуальным совершенствованием. Это позволяет отнести мартинистов к особой, т.н. духовной или эзотерической ветви Мирового братства. Отличительным знаком русских мартинистов являлся круг с шестиконечной звездой внутри, основные цвета: белый (ленты) и красный (плащи и маски). Посвящения производились по примеру масонских с несколько упрощенным ритуалом. В 1918-1921 гг. лекции по Зогаре (часть Каббалы) читал Г.О.Мебес, по истории религии, с ярко выраженным антихристианским уклоном, его жена Мария Нестерова (Эрлангер). С историей масонства слушателей знакомил Борис Астромов. Помимо чисто теоретических занятий, в "школе" велась и практическая работа по развитию у ее членов цепи способностей к телепатии и психометрии.

Всего нам известны имена 43 человек, прошедших "школу" Г.О. Мебеса в 1918-1925 гг., в том числе известный военный историк Г.С. Габаев и поэт Владимир Пяст. Однако в целом состав Ордена был вполне зауряден: юристы, бухгалтеры, студенты, домохозяйки, несостоявшиеся художники и журналисты - одним словом, рядовая, разочаровавшаяся в жизни и ударившаяся в мистику русская интеллигенция.

20 мая 1926 года Б.В. Астромову, Г.О. Мебесу и другим оккультистам было предъявлено официальное обвинение. История масонства в России, читаем мы здесь, показывает, что оно всегда было в услужении того или иного капиталистического государства и как течение выросло и развилось из усилий буржуазии, направленных на то, чтобы притупить противоречия, рождаемые классовой борьбой и капиталистической эксплуатацией. "Усилия буржуазии в этом направлении чрезвычайно разнообразны и в маскировке классовых противоречий масонство занимает важное место, создавая в обществе атмосферу незыблемости капиталистического строя. Политика буржуазии делается не только в парламентах и передовых статьях. Буржуазия обволакивает сознание промежуточных слоев общества и вождей рабочих партий, парализуя их мысль и волю, создавая на их пути могущественное, хотя и не всегда заметное препятствие".

Масонство, подчеркивалось в обвинительном заключении, по существу своему является ничем иным, как "мелкобуржуазной переделкой католицизма, где роль кардиналов и аббатов играют банкиры и парламентские дельцы, продажные журналисты и адвокаты, а также прочие политические авантюристы. Разбавив католицизм и сократив небесную иерархию до одного лица – Великого архитектора вселенной, масонство приспособило к своему обиходу терминологию демократии: братство, гуманность, истина, справедливость, добродетель и в такой форме является важной составной частью буржуазного режима".

Вступление в масонскую ложу в буржуазных странах означает, как правило, приобщение к высшим сферам политики, так как именно здесь "завязываются карьеристские связи, создаются группировки и вся эта работа покрывается флером морали, мистики и обрядности... Масонство не меняет своей тактики в отношении коммунистической партии: оно не исключает коммунистов из своей среды. Наоборот, оно широко открывает перед ними двери, поскольку его политической функцией как раз и является всасывание в свои ряды представителей рабочего класса, дабы содействовать размягчению их воли, а по возможности и мозгов" (2, C655-656).

Опасения, что широкая огласка этого дела могла бы привлечь к нему внимание "еще не окрепших идеологически некоторых групп населения" СССР привели к тому, что судьба ленинградских оккультистов была решена во внесудебном порядке. 18 июня 1926 года дело было рассмотрено Особым совещанием Президиума коллегии ОГПУ. Самое тяжелое наказание - три года концлагерей по ст. 61 УК РСФСР получил сотрудничавший с ОГПУ Б.В. Астромов, заподозренный чекистами в неискренности. По три года получили его коллеги: В.Ф. Гредингер и С.Д. Ларионов. Остальные 16 обвиняемых отделались сравнительно легким испугом. Как "социально опасные элементы" они подлежали административной ссылке в отдаленные местности СССР сроком на три года.

После отбытия срока практически все осужденные получили дополнительно трехлетний срок (это так называемый "минус с двенадцати") и были отправлены на вольные поселения: Г.О. Мебес - в город Усть-Сысольск на Урале, Астромов, Дризен, Петров и Гредингер - на Урал, Палисадов – в Ташкент. Остальные масоны, мартинисты и розенкрейцеры оказались в Сибири (Нарымский край) и Средней Азии. Наконец, после отбытия трех лет ссылки, они были освобождены.

Что касается московской ложи "Гармония", то она, как это ни удивительно, практически не пострадала. Арестован был один только С.В. Палисадов (сидел в Бутырской тюрьме), который всю вину за организацию нелегального сообщества взял на себя. Очень скоро "Гармония" опять возобновила свою работу, правда уже под руководством не Палисадова, а преподавателя Московского института восточных языков Петра Михайловича Кайзера. Однако просуществовала ложа недолго, и уже в 1930 году, в связи с делом "Русского национального центра", была разгромлена, а члены ее: П.Н. Киселев, М.Г. Попов и другие - арестованы.

Руководитель ложи П.М. Кайзер-Ясман был расстрелян. В том же 1930 году был расстрелян и ряд ленинградских масонов: бывший полковник пограничной стражи Александр Сергеевич Гирс и бывший подпоручик лейб-гвардии Павловского полка Георгий Алексеевич Клодт (34, С. 63).

Что же касается Б.В. Астромова, то местом его пребывания после отбытия наказания стал город Гудауты Абхазской АССР, где он устроился работать зав. лабораторией местного табачного завода. 10 июля 1940 года он был вновь арестован сотрудниками 2-го отдела ГУГБ НКВД СССР.

"Трудно поверить, - писала в связи с делом Б.В. Астромова "Ленинградская правда", - что еще совсем недавно в Ленинграде функционировали четыре масонские ложи. Четыре самых настоящих, вполне серьезных масонских ложи с несколькими десятками членов, с магистрами, с мастерами, с посвящениями, клятвами, подписанными кровью, с уставом, заграничной перепиской, служениями, заседаниями и даже членскими взносами. Генеральным секретарем, магистром и инициатором этой "Великой ложи Астреи" - братства российских масонов был некто Астромов-Кириченко-Ватсон. 



2.8 Московское масонство 1920-х - 1930-х гг. Масоны и ОГПУ



Крупную роль в русском масонстве 1920-х годов играл "епископ церкви Иоанновой, каббалист, хиромант, иерофант", известный поэт и скульптор Борис Михайлович Зубакин (Эдвард) (1894-1938). Сам Зубакин-Эдвард определял себя как свободномыслящего мистика-анархиста и христианина. Еще в 1911 году из числа своих товарищей по 12-й С.-Петербургской гимназии он организовал первую в своей жизни масонскую ложу - "Лоджия Астра". Среди ее членов: В.Владимиров, О.Богданова, Е.Розанова. Собирались, как правило, на даче Зубакина, сочиняли и пели масонские гимны, изучали оккультную литературу. В 1913 году Зубакин знакомится с руководителем ложи розенкрейцеров в Санкт-Петербурге Александром Кордингом и вступает вместе со своими друзьями в его организацию. В 1915 году А. Кординг умирает, передав руководство орденом Б.М. Зубакину.

Отвергая предъявлявшиеся ему обвинения в принадлежности к контрреволюционной организации и в 1922, и в 1929, и в 1937 гг., он неизменно подчеркивал, что с 1913 г. принадлежал к духовно-религиозному мистическому братству нео-розенкрейцерского характера, являющемуся тайной церковью Иоанновой, отличающейся "отсутствием политической идеологии, духовно-каббалистическим вероучением, целью".

Из провинциальных лож неорозенкрейцерского "Ордена Духа" (Невель, Смоленск) наибольший интерес по составу участников и их дальнейшей судьбе представляет минская ложа " Stella" (1920 год), куда входили художник Павел Аренский, Леонид Никитин и кинорежиссер Сергей Эйзенштейн.

"Имел здесь очень интересную встречу - писал из Минска С.М. Эйзенштейн о Зубакине своей матери, - сейчас перешедшую в теснейшую дружбу нас троих с лицом совершенно необыкновенным: странствующим архиепископом Ордена Рыцарей Духа... Начать с того, что он видит астральное тело всех и по нему может о человеке говорить самые его сокровенные мысли. Мы все испытали это на себе. Сейчас засиживаемся до 4-5 утра над изучением книг мудрости древнего Египта, Каббалы, Основ Высшей Магии, оккультизма... какое громадное количество лекций (вчетвером) он нам прочел об "извечных вопросах", сколько сведений сообщил о древних масонах, розенкрейцерах, восточных магах, Египте и недавних (дореволюционных) тайных орденах! Тебя бы все это бесконечно заинтересовало, но всего писать не могу и прошу дальше никому не говорить. Сейчас проходим теоретическую часть практического курса выработки воли. Вообще он излагает удивительно захватывающее учение. И опять же дальнейшее - Москва. Туда, вероятно, прибудет и он. Знания его прямо безграничны..." (33, С.96). В том же году, уже в Москве, к ним присоединился актер Михаил Чехов, театральные режиссер Валентин Смышляев и ряд других "сливок" московскойт.н. "творческой интеллигенции".

В 1921 году рыцарями "Ордена Духа" становятся актер МХАТа Юрий Завадский с женой. В Москве занятия Б.М. Зубакина с рыцарями были продолжены, причем большое внимание, почему-то, уделялось им беседам на тему "Незримого Лотоса", якобы расцветающего в груди посвященного. (56, С. 64).

Вскоре "братья-рыцари" начинают отходить от Зубакина, чтобы положить начало новой масонской организации, известной как "Орден тамплиеров" ("Орден света") или масонская ложа А.А. Солоновича (35).

У истоков этой организации стоял Аполлон Андреевич Карелин (1863-1926), более известный в своем кругу под эзотерическим именем как рыцарь Сантей.

Весной 1924 года кружок был реорганизован в "Орден Света", руководителем которого несколько позже стал А.С. Поль – преподаватель экономического института им. Плеханова. Братья, посвященные ранее в "Орден Духа", автоматически перешли в разряд его старших рыцарей высших степеней. Всего их было семь, и каждой из них соответствовала определенная орденская легенда: об Атлантах, потомки которых якобы жили в подземных лабиринтах в Древнем Египте, об Эонах, взявших на себя роль посредников между миром Духов и людей, о Св. Граале - священной чаше с кровью Христа и т.п.

Дочерней организацией Ордена в Москве была ложа "Храм искусств" и "Общество милосердия" (руководитель - В.Р. Никитина), где и группировались художественные и артистические круги масонствующей московской интеллигенции. В Нижнем Новгороде и в Сочи действовали филиалы московской организации - соответственно, "Орден Духа", куда входили студенты агрономического факультета Нижегородского университета (М.А. Владимиров, С.Н. Раева и другие, всего 12 человек - т.н. "нижегородское дело" июля-октября 1930 года) и "Орден тамплиеров и розенкрейцеров" (Н.А. Ладыженский, Я.Т. Чага).

Что касается приемов, при помощи которых производилось пополнение "личного состава" кружка, то ничего оригинального здесь не было. Если им кажется, что вы податливый человек, вам начинают предлагать переходную литературу: оккультные романы, йогов, каббалистов, теософов и антропософов, Карпентера, Эмерсона, церковных мистиков, Бердяева, Булгакова, литературу по сектантству, индусскую, персидскую и т.п. мистическую литературу, соответственно тому, что окажется подходящее. Вам читают лекции, направленные против материализма, или даже в первое время против наименее удобных форм материализма. Затем вводят в кружок взаимопомощи, изучения евангелия, изучения философии и т.п. Затем начинают незаметно прививать свой псевдо-пневматизм, антисемитизм, ненависть к науке и технике и к индустриальной культуре. Прививают любовь к средневековью, к магизму и т.д. А то, что многие русские интеллигенты были весьма податливы на такого рода ухищрения, очевидно. Учение московских мистиков не претендовало на оригинальность и представляло собой сплав гностицизма, теософии, розенкрейцерства, средневекового тамплиерства и оккультной египтологии. Одним из центров практического воплощения мистического знания членов Ордена стала в 1923-1924 годах Белорусская государственная драматическая студия в Москве, среди преподавателей которой подвизались в эти годы Ю.А. Завадский, В.С. Смышляев, П.А. Аренский. Первоначально студия была создана при МХАТ. Однако в связи с тем, что его основная труппа гастролировала за рубежом, в качестве опекуна студии утвердился 2-й МХТ.

Однако настоящими тамплиерами, восходящими к традиции Ордена Рыцарей Храма, члены московского "Ордена Света", конечно же, не были. И тамплиерство, усвоенное ими благодаря А.А. Карелину, имело, скорее всего, не исторический, а общекультурный характер (35, С. 25). Не принадлежали "братья-рыцари", судя по всему, и "ни к одной ветви масонства, хотя какие-то связи А.А. Карелина с Великим Востоком Франции (или сходной системой) и представляются возможными" (35, С.55).

В то же время, нельзя не учитывать, что символика божественного света, которой придерживались московские тамплиеры, является едва ли не основной в учении "вольных каменщиков". Уже только на этом основании их вполне можно записать "по масонскому разряду". Сближает их с масонами и особый пиетет перед Евангелием от Иоанна, Апокалипсисом и, особенно, перед образом Иоанна Крестителя, день которого является, как известно, главным праздником для масонов. Не следует забывать и о том, что в древнем Шотландском обряде 17-й градус - "Рыцарь Востока и Запада" - также отмечен почетным знаком восьмиугольника. На лицевой стороне его изображали обычно агнца с книгой Семи Печатей. Ассоциировались же они как с Апокалипсисом, так и с печатями мистического молчания из масонских легенд.

На масонскую сущность "Ордена Света" указывают и семь ступеней его внутренней структуры: ведь действительных степеней и в Шотландском масонском обряде насчитывается тоже семь: ученик, подмастерье, мастер, тайный мастер, рыцарь избранник Девяти, князь розенкрейцер (соответствует 18 градусу), рыцарь-кадош (соответствует 30 градусу). Да и в специальной литературе связь масонства с тамплиерством, в общем-то, не вызывает больших сомнений. Споры, скорее, идут здесь о формах и времени передачи традиций, нежели о самом факте ее существования.

Можно, таким образом, констатировать, что идейный установки и этические нормы, положенные в основание "Ордена Света", роднят его "братьев-рыцарей" не столько со средневековыми тамплиерами, сколько с "вольными каменщиками" нового и новейшего времени. Неприязнь к православию и традиционным русским национальным ценностям, поиски некоей новой философии, призванной синтезировать анархическое мировоззрение с мировоззрением раннего христианства, широкая пропаганда необходимости организации коммун, артелей и союзов анархистского толка не оставляют сомнений относительно масонского характера "Ордена Света".

Первый "звонок" для анархо-мистиков прозвенел еще в ноябре 1929 года, когда ОГПУ была арестована группа молодежи во главе с Н.Р. Лангом, работавшая при библиотеке Кропоткинского музея над библиографией трудов П.А. Кропоткина (36, С. 101). Однако по-настоящему за них взялись только в августе-сентябре 1930 года. 7 августа был "изъят" Н.А. Ладыженский, 14 августа в Мацесте арестовали Н.И. Проферансова - одного из руководителей сочинского филиала Ордена. Наиболее же крупная волна арестов пришлась на 11 сентября 1930 года. Обвинительное заключение по делу "контрреволюционной организации "Орден

Света" (дело ‘103514, 1930 год, по первоначальной нумерации) за подписью помощника начальника 1-го отдела СО ОГПУ Э.Р.Кирре было утверждено 9 января 1931 года, а уже 13 января Особым совещанием Коллегии ОГПУ (С.А. Мессинг, Г.И. Бокий в присутствии прокурора Р.П. Катаняна) была решена и участь арестованных: А.А. Солонович, П.Е. Корольков, Г.И. Аносов, Д.А. Бем, Н.И. Проферансов - по5 лет тюрьмы. 5 лет лагерей получил Л.А. Никитин. По 3 года тюрьмы получили почти все остальные.

В феврале 1928 года в Москве были проведены аресты по делу оккультного розенкрейцерского ордена "Эмеш Редивиус" во главе с Вадимом Карловичем Чеховским (1902-1929) и Евгением Карловичем Тегером (1890). Главной своей задачей руководители ордена ставили, с одной стороны, практическое решение вопроса о передаче мыслей на расстоянии, а с другой - овладение при помощи оккультных методов стихийными духами или элементалиями.

"В 1918 году, - говорит историк-эмигрант В.Ф. Иванов, - над Россией восходит пятиконечная звезда - эмблема мирового масонства. Власть перешла к самому злобному и разрушительному масонству - красному во главе с масонами высокого посвящения - Лениным, Троцким и их приспешниками - масонами более низкого посвящения: Розенфельдом, Зиновьевым, Парвусом, Радеком, Литвиновым... Программа борьбы "строителей" сводится к уничтожению православной веры, искоренению национализма, главным образом великорусского шовинизма, разрушению быта, русской православной семьи и великого духовного наследия наших предков" (17, С.497).

"Для торжества масонских идеалов, - отмечал он, - нужно было убить душу русского народа, вырвать у него Бога, национально обезличить, затоптать в грязь его великое прошлое, развратить молодое поколение и воспитать новую породу людей без Бога и Отечества, двуногих зверей, которые, выдрессированные укротителем, покорно засядут в масонскую клетку".

Самое любопытное, что общность конечных целей масонов и большевиков не отрицают и сами масоны. Читатель уже знает из "масонского дела", возбужденного в январе 1926 года ОГПУ против ленинградских "братьев", о весьма любопытном документе, адресованном правительству СССР. Датирован он августом 1925 года и принадлежит перу Генерального секретаря "Автономного русского масонства" Бориса Астромова. А говорилось в нем следующее: дорога и цель вольных каменщиков и коммунистов одни и те же - "обращение человечества в единую братскую семью... Преследуя одни и те же цели, признавая справедливыми и подлежащими проведению в жизнь одни и те же воззрения, коммунизм и русское масонство совершенно не должны подозрительно смотреть друг на друга, наоборот, пути их параллельны и ведут к одной цели". Разница, по мнению Б.В. Астромова, только в "методах действий", т.к. в отличие от революционного пути, которым идут большевики, "путь русского масонства - это путь медленной интеллектуальной работы, путь тихой сапы". А враги у большевиков и масонов, отмечал Б.В. Астромов, одни и те же - национальные и религиозные предрассудки, классовый эгоизм, частная собственность. Суть сделки, которую он предлагал большевикам, заключалась в том, что в обмен на "негласную легализацию" в стране масонских лож "братья" взяли бы на себя обязательства содействовать "перемагничиванию" русской интеллигенции на сторону советской власти, т.к. "стремления коммунизма совпадают в общих чертах со стремлениями русского масонства". Сопоставим теперь эти рассуждения масона Астромова, заподозрить которого в "черносотенстве" едва ли возможно, с высказываниями на эту тему противников масонства - Василия Иванова и митрополита Антония. Совпадение взглядов, как видим, поразительное.

"Не подлежит, однако, сомнению, - писал А.М. Асеев, - что в прошлом масонами были Анатолий Луначарский - нарком просвещения, и Карл Радек.

Принадлежали к масонству и один из крупнейших русских поэтов Валерий Брюсов (член коммунистической партии с 1920 года) и знаменитый писатель Максим Горький (Алексей Пешков). Ходили слухи, что масоном был Лев Троцкий" (3, С.32). Мы уже отмечали как бесспорный факт принадлежности к масонству двух большевиков: И.И. Скворцова-Степанова и С.П. Середы. Отметим, уточняя сведения Асеева, что масоном был, правда недолго, и Л.Д. Троцкий. Как видно из закрытых масонских источников - письмо адепта берлинской эмигрантской ложи "Великий свет Севера" С.А. Соколова достопочтимому мастеру ложи А.К. Елухину от 12 марта 1937 года, "Троцкий был некогда в течение нескольких месяцев рядовым членом одной из французских лож, откуда согласно уставу был исключен за переездом в другую страну без извещения и за неуплату обязательного сбора" (49, С. 234).

Правда в 1922 году на IV конгрессе Коминтерна Л.Д. Троцкий решительно отрицал свою принадлежность к ордену. Протестуя против разговоров о его и В.И.Ленина якобы масонстве, Л.Д. Троцкий публично выразил недоумение "почему подобные обвинения не адресуют нашим товарищам Зиновьеву, Радеку, особенно Бухарину, который вполне подходит для масонства" (49, С. 79).

"Товарищи", впрочем, тоже уже давно под подозрением у историков. Что касается В.И. Ленина, то речь здесь идет о масонской ложе "Союз Бельвиля" Великого Востока Франции, в которую он якобы входил до 1914 года. Согласно другой версии, ложа, в которую якобы входили Ленин и Зиновьев, называлась "Ар э Травай" (12, С.267). Архив ее, к сожалению, погиб в годы Второй мировой войны. Косвенным подтверждением этой версии может служить публикация московской журналистки Екатерины Деевой, в которой утверждается об обнаружении французскими масонами книги почетных посетителей Великой ложи Франции за 1905 год, где якобы имеется и запись В.И. Ульянова (Ленина) (14, С.4). Все это, однако, частности.

Гораздо важнее другое. Несмотря на то, что документального подтверждения эти сведения пока не получили, каких-либо препятствий для вхождения большевиков (по крайней мере до 1917 г.) в заграничные масонские ложи не было. Ведь как и их коллеги меньшевики, все они были социал-демократами, входили в одну и ту же партию - РСДРП, хотя и принадлежали к разным ее фракциям.

Активное же участие в работе масонских лож меньшевиков, как и вообще социалистов Европы и Америки, никогда не вызывало сомнений.

Можно, конечно, сомневаться, был или не был, скажем, Г.Е. Зиновьев масоном. Но то, что он предлагал через различные оккультные организации и масонские ложи Западной Европы "вытащить" Советский Союз из экономической дипломатической изоляции - это факт. И надо думать, что такого мнения придерживался не только Григорий Евсеевич. В этом-то, собственно, и состоял интерес "кремлевских насельников" и ОГПУ к масонам.

Сейчас можно уже утверждать, что ОГПУ, а через него и Политбюро ЦК ВКП(б), не только было осведомлено о роли масонства в мире, не только держало "под колпаком" наши отечественные масонские кружки и группы, но и стремилось извлечь из этого определенную пользу. 

Представляет большой интерес история масонской структуры 1920-х - 1930-х годов - "Единое Трудовое Братство". Организовал его в начале 20-х годов в Петрограде уже хорошо известный к тому времени оккультист Александр Васильевич Барченко. Организационное становление его относится к периоду 1920-1922 гг. В качестве морально-этического кодекса этого сообщества легли составленные А.В.Барченко "Правила жизни". В 1923 году был, наконец, принят и официальный устав "Единого Трудового Братства". Название этого кружка обнаруживает его связь с другим аналогичным ему кружком александропольского грека Георгия Ивановича Гюрджиева - "Единое Трудовое

Содружество" (1919 г.).

Свое сообщество члены кружка однозначно рассматривали, по словам А.В. Барченко, как передовой отряд в борьбе человечества на арене истории, объединяющий своих членов на почве помощи телесно и духовно страдающему человеку, независимо от его политических и религиозных убеждений, в обладании приобретенным опытом древних цивилизаций, а также залечивании социальных ран средствами, имеющимися в распоряжении Братства.

Поворотным пунктом в судьбе А.В. Барченко стало его близкое знакомство с всемогущим тогда начальником Спецотдела ОГПУ Глебом Ивановичем Бокием.

Масонами и масонством этот видный чекист заинтересовался еще в Петрограде в годы своей работы в местной Чрезвычайной Комиссии. 

В Москве же в состав "Единого Трудового Братства" вошли следующие лица: начальник Спецотдела ОГПУ Г.И. Бокий, член ЦК ВКП(б) И.М. Москвин, зам. наркома иностранных дел Б.С.Стомоняков, работник Спецотдела Г.И. Бокия Е.Е. Гоппиус, а также старые товарищи Г.И. Бокия по Горному институту инженеры Миронов и Кострикин.

Это была большая политика, суть которой, говоря словами А.В. Барченко, заключалась в том, чтобы при помощи ряда мистических сообществ, традиционно пользующихся авторитетом на азиатском континенте, "добиться этим путем изменения политического курса и прорыва революционнойбазы на Восток". Яснее, пожалуй, и не скажешь. В Москве А.В. Барченко призывал советское руководство повернуться лицом к Востоку. У Востока, заявлял он, свой путь развития, путь эволюции и бескровного разрешения социальных противоречий на основе овладения наследством древней науки, якобы уцелевшей в Шамбале.

Большое место в деятельности Барченко этого времени занимала практическая работа по подготовке созыва в Москве съезда религиозно-мистических сообществ России и Востока. С этой целью, начиная с 1925 года, им были установлены связи с хасидами, исмаилитами, мусульманскими суфийскими дервишами, караимами, тибетскими и монгольскими ламами, а также алтайскими старообрядцами, кержаками и русской сектой голбешников. Конечно, сидя в Москве, сделать это было довольно затруднительно. Впрочем, А.В. Барченко и не сидел. "В этих условиях, - отмечал он, - я выезжал из Москвы в разные районы Союза: в Крым, в Ленинград, на Алтай, в Уфу, в бывшую Самарскую губернию, а также в Кострому" (16, С.374).

На все эти поездки нужны были, конечно, деньги и немалые. Деньги давало ОГПУ. "Денежными средствами, - рассказывал в 1937 году А.В. Барченко, - как и всем моим материальным обеспечением субсидировал член группы Бокий Глеб Иванович. Начиная с 1925 года, от него в общей сложности получено около 100 тысяч рублей" (16, С. 375).

Имея такого могущественного покровителя, "Единое Трудовое Братство" не только благополучно пережило "масонские дела" второй половины 1920-х годов, но и просуществовало вплоть до 1937 года. Неожиданный арест Г.И. Бокия 7 июня 1937 года и последовавшие затем аресты других "братьев" из этого сообщества, в том числе и самого А.В. Барченко, положили конец "Единому Трудовому Братству". Расстреляли А.В. Барченко в апреле 1938 года. Еще раньше, 15 ноября 1937 года Особым совещанием НКВД был приговорен к расстрелу и его покровитель Г.И. Бокий. Среди обвинений, предъявленных ему, наряду со связями с английской разведкой и подготовкой покушения на И.В. Сталина, значилась, между прочим, и организация им масонской ложи.

Достойно упоминания, что следователь, ведший дело Г.И. Бокия и А.В. Барченко - некий Али Адхенович Али (бывший пом. нач. ОБХСС города Перовска Кызыл-Ординской области) был 15 июня 1938 года арестован и вскоре расстрелян (4, С.14-16). ОГПУ умело хранить свои тайны.


Глава 3. Масоны в современной России



Первым российским интеллигентом, посвященным в 1990 г. в одной из парижских лож Великого Востока Франции (L "Ouvre Fraternel), был москвич, философ по образованию Г.Б. Дергачев. Инициатива исходила от самого Г.Б. Дергачева. Узнав, что его приятель француз-масон, Г.Б. Дергачев попросил его о содействии в приеме в ложу. 4 декабря 1990 г. по предложению уже самого Г.Б. Дергачева был посвящен, как и он сам, сразу в третью степень и его друг - художник. Первоочередной задачей новоявленных советских масонов, возвратившихся из Парижа в Москву стала усиленная вербовка ими новых кандидатов в масонство среди своих друзей и знакомых.

Справились они с ней блестяще. В результате, когда представительная делегация Великого Востока Франции (отставной полковник французской армии А.В. Липский, историк А. Комб и др.) прибыла в апреле 1991 г. в Москву, ей было представлено еще пять москвичей, жаждущих посвящения. Состоялось оно 28 апреля 1991 г. В Подмосковье (26, С.63-65).

Вместе с Г.Б. Дергачевым и его другом художником масонов в Москве стало уже, таким образом, целых семь человек. Это как раз то минимальное количество членов, которое необходимо для официального открытия масонской ложи. Ее в тот же день и открыли. Назвали ложу "Северная звезда". Возглавил ее, естественно, Г.Б. Дергачев. Регулярная работа ложи наладилась несколько позже - в ноябре 1991 г. Ровно через год после открытия Северной Звезды в апреле 1992 г., опять же, в Москве была открыта еще одна ложа Великого Востока Франции - Свободная Россия. Это дало возможность посещения Москвы самим великим мастером Великого Востока Франции Жаком Робером Рагашем.

Произошло это в начале июля 1992 г. Через год 11 июля 1993 г. в Москве были учреждены еще две ложи Великого Востока Франции: Северные Братья и Девять Муз. "Нам нечего скрывать и, конечно, нечего стыдиться, - заявлял тогда журналистам представитель или вернее куратор лож Великого Востока Франции в России А.В. Липский. - Наоборот есть многое чем мы могли бы гордиться.

Но гордость нам не нужна. Мы всегда предпочитаем молчание. С древних лет у нас существует такая традиция: мы скромно живем и творим как можно больше блага. Главное для нас - это жить в согласии со своей совестью и помогать людям жить во взаимопонимании и дружбе" (26, С.11).

В Москве на 1994 г. было уже четыре ложи Великого Востока Франции. Пятая - Полярная Звезда открылась 12 июня 1994 г. в Архангельске. Для руководства ложами Великого Востока Франции в России еще в декабре 1992 г. была учреждена (правда, не в Москве, а в Париже) так называемая административная ложа "Григорий Вырубов" во главе с А.В. Липским. Дела у политических масонов шли, таким образом, настолько хорошо, что возникла мысль об учреждении, на основе уже существующих лож своего собственного ордена - Великий Восток России, в связи с чем, был разработан проект его "Конституции" (53, С. 102-126).

Однако, далеко идущим планам политических "братьев" из Великого Востока Франции не суждено было сбыться. Помешала им измена в 1992 г. достопочтимого мастера Северной Звезды уже известного нам Г.Б. Дергачева, внезапно перешедшего со своими сторонниками в союз другого масонского объединения Франции - Великую Национальную ложу Франции. Много неприятностей руководству Великого Востока Франции доставил и Жак Орефис - новый куратор русских лож с 1992 года. Именно он открывал в апреле этого года ложу "Свободная Россия" в Москве. Вскоре, однако, выяснилось, что мастер нечист на руку. Уличенный в присвоении значительных средств, отпущенных на организацию масонских лож в России Жак Орефис был исключен из Ордена. Разочаровавшись в русских братьях руководство Великого Востока Франции в 1996 году приняло решение закрыть (на время, конечно) все свои ложи в России. Однако, уже в 1997 г. была открыта мастерская этого союза - "Москва". Получила разрешение в 1998 г. на возобновление своих работ и прикрытая ранее парижскими "братьями" ложа Северная Звезда (Москва) и масонская ложа Воскресение в Санкт-Петербурге.

Однако, об организации в России на их основе нового масонского союза Великий Восток России масоны уже не говорят.

Не просто складывались в России дела и другого масонского либерального союза Франции - Великой ложи Франции. Еще в январе 1991 г. в Париже была учреждена специальная русская ложа - "Александр Сергеевич Пушкин" во главе с К.В. Мильским. Цель у нее была одна - организация первых масонских лож Великой ложи Франции на территории СССР. 22 марта 1991 г. через диктора радиостанции "Свобода", вещавшей на территорию СССР - Ф. Салказанову было объявлено об организации масонской ложи в России, причем желающие вступить в нее должны были написать об этом в штаб-квартиру Великой ложи Франции на рю Пюто, 8 в Париже.

Желающие получить посвящение, разумеется нашлись. Но приглашать их с этой целью в Париж расчетливые французские "братья" нашли нецелесообразным.

Вместо этого руководство Великой ложи Франции решило направить в Москву семь "братьев" русского происхождения - ровно столько, сколько необходимо для открытия там временной масонской ложи. "Существует очень простая практика, - откровенничал Великий магистр Великой ложи Франции Мишель Бара. - Да, нужно семь человек и на место едет столько сколько не достает. Так было и в этом случае. Семь человек выехало в Россию.

Это были советские граждане или командированные отсюда? Или вы создали нечто вроде совместного предприятия? допытывался корреспондент. - Нет. Не советские. Но они поехали туда и там начали работать. И посвятили в масоны нескольких советских граждан. Точнее русских. После этого, завершив свою миссию, они уехали".

Конечно же, ехали "братья" в СССР не с пустыми руками. И речь здесь не только о деньгах. Делегацию или вернее мобильную масонскую ложу с рю Пюто, сопровождали две машины, доверху набитые масонским оборудованием.

Помимо современной аппаратуры, без которой уже не обходится не одна масонская ложа были тут еще и фартуки, мечи, мастерки и даже канделябры со свечами. В общем, весь масонский арсенал. Ведь начинать "братьям" в Москве приходилось с нуля.

В Москву они добрались благополучно, хотя и опасались таможни. Однако, события в Москве (дело было в конце августа 1991 г.) их основательно напугали.

Возникли даже сомнения: уж не поторопились ли они? До поры до времени московские профаны прятали французских "братьев" на одной из подмосковных дач. Вскоре, однако, стало ясно: "путч" гэкачепистов провалился. Путь для внедрения масонства в России был окончательно открыт (7, С.3).

30 августа 1991 г. на одной из подмосковных дач посланцам Великой ложи Франции удалось, наконец, учредить здесь свою первую масонскую ложу - "Николай Новиков". В дальнейшем к ней присоединилась еще одна московская ложа - "Лютеция" (основана 30 октября 1993 г.). Была учреждена соответственно (в августе 1994 г.) и петербургская ложа союза Великой ложи Франции, поучившая типично петербургское название - "Сфинкс". Внутренние неурядицы между "братьями" не обошли стороной и мастерские Великой ложи Франции: к 1997 г. московская ложа "Лютеция" из-за убыли "братьев" вынуждена была временно прекратить свои работы.

Кризис русских лож Великого Востока Франции и союза Великой ложи Франции далеко не случаен. И дело тут совсем не в отсутствии должной дисциплины в их мастерских. Проблема в том, что Великий Восток и Великая ложа Франции олицетворяют собой политическое или либеральное направление в масонстве.

Главный ориентир "братьев" этих послушаний - не нравственное "просветление" человека, а борьба за торжество демократических и либеральных ценностей в мире, а это, как мы понимаем, далеко не одно и то же. Впрочем, понимают это и сами "братья". Не успели "политические масоны" организовать на территории России свои первые ложи, как уже 5 июня 1993 г. поспешили подписать между собой, то есть русскими ложами Великого Востока и Великой ложи Франции, масонский договор в Страсбурге (текст его опубликован) (26, С.118- 122), где прямо заявили, что борьба за создание "единой политической и социальной Европы" является их, то есть русских масонов, первостепенной задачей. Даже при самом благожелательном отношении к масонам и масонству нельзя не признать, что от декларации этой здорово попахивает старым масонским планом расчленения России, ибо в том виде, в каком она сохраняется на конец XX в. в Европу Россию никто не пустит; для этого она еще слишком сильна и велика. Явно масонским душком веет, в связи с этим, и от демократических планов дальнейшей федерализации России и превращении ее в 30-40 самоуправляющихся республик и краев, после чего распад государства был бы в принципе неизбежен. Все это видно, как говорится, даже невооруженным глазом и не может не вызывать отторжения у людей. Отсюда и неурядицы в русских ложах либерального масонства.

Но масонство на Западе, в том числе и во Франции отнюдь не исчерпывается, так называемыми, либеральными ложами. Существует, более того, в мире оно как раз и является преобладающим, еще и так называемое регулярное или "правильное" масонство, тесно связанное с Великой ложей Англии и ориентирующееся на традиционные масонские ценности нравственного порядка и сторонящееся, по крайней мере, формально от активного участия в политической борьбе. Во Франции это направление представляет Великая национальная ложа.

Штаб-квартира Великой национальной ложи Франции расположена в одном из пригородов Парижа - Нейи. "Если у человека на банковском чеке видно, что он проживает в Нейи, - рассказывает побывавший здесь журналист, - документов у него уже никто не спрашивает. Адрес - солидная рекомендация.

Великая национальная ложа Франции прописана в Нейи на бульваре Бино, дом 66. В уютном дворе, который с улицы не виден стоят машины. По маркам можно сказать, что их владельцы далеко не бедные. Великая национальная ложа Франции, вот и вся вывеска при входе в штаб-квартиру ложи - одной из самых влиятельных во Франции и самых при этом проамериканских. На проходной, где никаких служителей нет, об этом напоминают американские масонские календари и поздравительные открытки" (8, С3).

Неудивительно поэтому, что именно это послушание как раз и нашло наибольший отклик среди масонствующей московской интеллигенции. Первая ложа этой ассоциации в Москве - "Гармония" была учреждена 14 января 1992 г. (57, С.216) специально прибывшей из Парижа масонской делегацией. "Начальниками" ложи стали: А.А.Римский-Корсаков (первый страж), В.С.Шидловский (второй страж) и уже известный нам Г.Б. Дергачев (достопочтимый мастер). Самое любопытное, что в этот день с завидной оперативностью в качестве общественной организации ложа была зарегистрирована в московском управлении юстиции.

Завесу на тайной создания первой московской ложи Великой национальной ложи Франции приподнимает интервью Владимира Большакова с Великим секретарем Великой национальной ложи Франции Трестурнелем. "Где же посвящали и обучали тех русских масонов, которые 14 января этого года открывали свою ложу в Москве? - спрашивает журналист. - Здесь, - отвечал Великий секретарь. - Они приезжали, жили здесь некоторое время, потом уезжали, потом опять приезжали". "Но ведь это есть нелегальщина чистой воды. А вы говорите, что не действуете нелегально?, - не отстает корреспондент - Конечно, не действуем. Ваши профаны, то есть не посвященные, приходили к нам во Франции. Мы их не искали в России. Разве нам следовало их выставить за дверь потому что масонство не нравилось вашим властям? Мы их принимали по их просьбе. И обучали. И теперь их около 20 человек. Они сформировали эту ложу. Из русских. Из тех, что живут здесь, во Франции. И из тех, кто там, в России. Они уже там. Они будут работать, принимать в свои ряды новых членов, посвящать профанов мало-помалу. Со временем, они создадут вторую, а затем и третью ложу. Такова цель" (8, С.3).

На первых порах не все, конечно, ладилось у новоиспеченных московских "братьев". На поверку оказалось, язвительно писал в этой связи "Московский комсомолец", что далеко не всех из них привела в ложу их приверженность чистым идеалам масонства. "Больше всего им, очевидно, нравились поездки в Париж, куда их возили перенимать опыт. По слухам, двое русских "братьев" прославили себя тем, что пытались "впарить" парижским "братьям" скатерть, якобы, принадлежавшую Николаю II. А потом, прихватили из хозяйского холодильника весь запас спиртного" (14, С. 4). Но это, конечно же, мелочи.

7 сентября 1992 года в Москву прибыла новая делегация Великой Национальной ложи Франции из семи человек во главе с С.В. Гардером. Она произвела ревизию состояния дел с организацией масонства в России и инсталлировала уже известную нам ложу - "Гармония", в качестве официальной ложи союза Великой Национальной ложи Франции под номером 698. В ходе этого визита в Москве получили посвящение сразу 12 русских "братьев" (46, С. 336).

В период 1992-1993 гг. к двум уже существовавшим ложам этого союза присоединилось еще три: "Лотос" (1993, Москва), "Гамаюн" (Воронеж) и "Новая Астрея" или просто "Астрея" (Санкт-Петербург). Во многом этот успех стал возможен благодаря переходу в них "братьев" из либеральных лож Великого Востока и Великой ложи Франции. Особенно заметен был отток "братьев" из Северной Звезды в Москве и Сфинкса в Санкт-Петербурге. Много "братьев" ушло и из Полярной Звезды в Архангельске. Покидая либеральные ложи масоны тут же переходили под знамена Великой Национальной ложи Франции, пополняя ряды новых ее русских лож.

Особенность Великой Национальной ложи Франции - это наличие в ней довольно таки развитой системы высоких степеней (33 степени), причем характерно, что французские "братья" не скупились на отличия сразу вознося изумленных русских на самую вершину масонской иерархии. Это позволило им объединить новоиспеченных обладателей "высших градусов" в особые ложи: "Сократ" (для четвертой - четырнадцатой степени), Суверенный Капитул Розенкрейцеров "Роза России" (для "братьев" восемнадцатой степени), ареопаг "Святой Георгий" (для "братьев", посвященных в тридцатую степень), трибунат "Озирис" (для тридцать первой степени) и консисторию "Михаил Гардер" (для тридцать второй степени). Название последней требует пояснения, так как именно Михаил Гардер (умер в 1993 г.) - представитель Великой Национальной ложи Франции как раз и курировал образование первых масонских лож этого союза в России.

Очевидный успех, достигнутый Великой Национальной ложей Франции на пути насаждения масонства в России позволил ей учредить 24 июня 1995 года Великую Национальную ложу России. Фактически это означало отделение или "независимость" русских регулярных масонов от Великой Национальной ложи Франции. Официальное открытие Великой ложи России происходило в одном из залов ЦДРИ в двух шагах от знаменитой Лубянки. На церемонии и последовавшим после нее банкете в "Центральном" было замечено немало зарубежных гостей. Первое место среди них занимала, естественно, делегация Великой Национальной ложи Франции во главе с Великим мастером Клодом Шарбонье. "Среди тех, - кого пришлось увидеть на церемонии, - отмечал корреспондент "Коммерсант Daily", - были люди действительно разного достатка и профессии. Кое-кто явно отдал на банкет если не последние, то предпоследние, но были и те, кто "стоит" в долларах немало".

Были среди гостей и банкиры, о чем свидетельствует подарок, сделанный Интурбанком Великому мастеру Великой ложи России Г.Б. Дергачеву: мастерский перстень с одиннадцатью бриллиантами. "Похоже, что "русские каменщики", в конце концов, найдут спонсоров, заинтересованных в масонских контактах и выйдут из денежного прорыва", - язвительно замечает в связи с этим корреспондент "Коммерсант Daily". Что же касается присутствия на масонском торжестве российских политиков, то полной неожиданностью для него стала встреча здесь только что вернувшегося из Буденновска "добровольца", который "спасая заложников, проследовал с террористами Шамиля Басаева в Чечню" (Сергей Ковалев, правозащитник - В.Б.). Как и следовало ожидать на его долю выпало не меньше поздравлений, чем на долю Великого мастера Г.Б.Дергачева (43, С. 4).

Следующим шагом регулярных русских масонов после образования Великой Национальной ложи России стало учреждение ими в июле 1996 г. из масонов-обладателей высшей тридцать третьей степени еще одной масонской структуры - Верховного Совета России, как высшего органа для регулярных масонских лож.

Большим успехом Великой ложи России и ее Верховного Совета стало их признание со стороны материнской Великой ложи Англии. Общее число лож этой ассоциации достигло уже одиннадцати, причем восемь из них: "Гармония",

"Лотос", "Аврора", "Юпитер", "Четыре Короны", "Северное Сияние", "Братская Любовь" и "А.С. Пушкин" располагаются в Москве.

Обращают на себя внимание национальные (нерусские) ложи: Северное Сияние - для армян, (основана 28 ноября 1998 года) и как это не странно - для турок - Братская Любовь (основана 6 марта 1999 года).

Есть в Москве и англоязычная ложа - Аврора, состоящая из проживающих в Москве иностранцев. Собственно русских лож этого послушания в Москве, таким образом, всего пять. По одной масонской ложе имеется в Воронеже (Гамаюн), Полярная Звезда (Архангельск) и Астрея (Санкт-Петербург) (46, С. 340-341).

Несмотря на то, что на дворе уже, можно сказать, почти что XXI век в обрядности регулярных масонов Великой ложи России мало что изменилось по равнению с обрядностью их далеких предшественников XVIII-XIX вв., хотя на масонские собрания теперь положено приходить не иначе как в черном костюме с галстуком или бабочкой. Однако, по-прежнему обязательными являются для "братьев" фартук и широкая лента поверх пиджака: до 3 градуса - голубая и белые перчатки на руках. Не менее традиционен и обряд посвящения. Снимается один ботинок, штанина закатывается до колен, а рубашка надевается так, чтобы одно плечо и рука оставались обнаженными. На шею надевают веревочную петлю, завязывают глаза. Испытуемый проходит символическое испытание водой, воздухом, огнем и мечом; слышит как точат ножи, звенят мечи, то и дело натыкается голой грудью то на шпагу, то на молоток своих "братьев". Все это призвано подчеркнуть духовные стремления испытуемого и препятствия, которые он встретит на своем пути. После того, как посвящаемый приносит наконец присягу, повязка с его глаз снимается. Новоиспеченному "брату" повязывают фартук, и вручают две пары перчаток: одну он надевает сам, другая предназначается его супруге или даме сердца. Заканчивается все, как правило, агапой, то есть обильным праздничным ужином (25, С 29).

Но это праздничное, так сказать, мероприятие, связанное с приемом в ложу нового "брата". Обыкновенные же собрания современных российских регулярных масонов, по отзывам присутствовавших на них, однозначно скучны и больше всего напоминают научные семинары и конференции и посвящены, как правило, обсуждению разного рода богословских, философских, исторических и морально-этических проблем. К этому можно еще прибавить, что в конце заседания ложи один из ее начальствующих членов (дародатель) обязательно обходит "братьев", с так называемой "кружкой вдовы" для пожертвований нуждающимся членам ложи. Кроме того, существует еще и обязательный взнос - и немалый – 50 долларов в год с "брата" (25, С.29).

Впрочем, и масоны, как правило, люди не бедные, хотя сами они непрерывно жалуются на скудость своих финансов. Пожертвования, конечно, есть, - говорит Великий магистр Великой ложи России Г.Б. Дергачев, - но средств не хватает.

Нужно, например, создавать Храм; до сих пор мы кочуем из одного арендованного помещения в другое. Высоких покровителей у масонов в России, хотя об этом много говорилось, нет. В частности, даже упоминалось имя Президента. Это не так. Насколько мне известно, Борис Ельцин покровительствует Мальтийскому Ордену. Этот Орден чем то похож на масонский. Но к масонам не имеет отношения. У нас есть сочувствующие, в том числе и во властных структурах и в Думе, но чаще там доминирует страх. Нужно время.

Общая численность "братьев", принадлежащих к мастерским Великой ложи России уже давно перевалила за 100 человек, причем, как уверяет Г.Б. Дергачев все они не только верующие, но и в массе своей коренные русские православные люди (40, С. 335).

Подчеркивание Г.Б. Дергачевым православности современных российских масонов не случайно. Стремясь преодолеть негативное отношение к масонству русских людей его руководители не скупятся на дифирамбы по отношению к России. "Дух" на Западе, заявляет, например, все тот же Дергачев уже утерян. Многие масоны даже на Западе, уверяет он, считают, что если и произойдет настоящее возрождение масонства в мире, то это произойдет обязательно только в России.

Успех Великой Национальной ложи Франции в России во многом был обеспечен благодаря неутомимой деятельности куратора русских лож от этой ассоциации полковника Михаила Гардера (род. в 1916 г. в Саратове) - сотрудника французских спецслужб еще с 1940 года. Кадровым военным и тоже полковником французской армии был и первый куратор русских лож со стороны Великого Востока Франции А.В. Липский - активный участник спецопераций в Алжире и Индокитае.

Непростая биография и у К.В. Мильского, курировавшего русские ложи Великой ложи Франции в России. К.В. Мильский много лет прожил в Китае и отсидел там по обвинению в шпионаже, в общей сложности, восемнадцать лет, сначала в гоминдановских, а затем и маоистских лагерях (46, С. 336-337). Все трое родились, в свое время, (в 1916 г.) в России. Но скорее всего,отнюдь не это чисто формальное обстоятельство было главным, когда решался вопрос о поручении им организации первых масонских лож в нашей стране. Из этого, конечно, еще не следует, что все масоны - обязательно агенты спецслужб, но когда организацией масонства занимаются полковники (пусть и в отставке) иностранных государств, набившие руку на спецоперациях в Алжире, Индокитае и других государствах призадуматься над побудительными мотивами их очень уж активной деятельности по насаждению масонства в нашей стране, видимо, все-таки, стоит. 

Но вернемся к регулярному масонству во главе с Великой ложей России и ее Верховным Советом. Несмотря на очевидные успехи движения едва ли не основное место в ее деятельности по-прежнему занимает пропаганда масонства через средства массовой информации и пополнение своих рядов новыми адептами Ордена. Что же это за люди? - Конечно же это, в первую очередь, наши российские интеллигенты (половина из них москвичи) в возрасте от 30 до 40 лет; есть студенты и даже люди предпенсионного возраста, но их немного. Больше всего в мастерских Великой ложи России преподавателей вузов и школ - историки, философы, экономисты, врачи. Есть военные (конечно же офицеры) и коммерсанты (25, С. 29).

Что же касается мотивов их вступления в ложи вольных каменщиков, то вот как объясняет это один из уловленных "братьев" учитель по профессии - Виктор.

"Меня увлекали идеи перестройки, демократии. Потом наступило разочарование. Тут один знакомый сказал мне, что есть братство людей, не занимающихся политикой; их усилия сконцентрированы на духовном самосовершенствовании. Меня это очень заинтересовало... В ложе я могу заниматься религиозной, духовной практикой, оставаясь светским человеком.

Здесь я ощутил чувство локтя, тыла. Когда заболела мама "браться" по ложе помогли мне больше родственников. Кроме того - ложа это своеобразный мужской клуб" (25, С. 29).

Широко используют масоны для привлечения в свои ряды новых членов и заказные рекламные статьи. Как типичный пример, можно привести материал Александра Колпакова "Братство вольных" в "Московском комсомольце" за 13 августа 1997 г., в конце которого всем заинтересовавшихся масонством предлагается написать по указанному, здесь же адресу: 103001, Москва а/я 83.

Надо полагать "мастеру" г-ну Гурьеву, которого интервьюировал А.Колпаков (23, С.4).

 Любопытное впечатление о своих контактах с масонами и масонством приводит и уже известный нам историк О. Соловьев. Произошло это, однако, уже не в читальном зале архива, как в случае с В.М. Острецовым, а в другом не менее примечательном месте - филиале Музея революции в Москве на Моховой, дом 6 в ноябре 1994 г. на научных чтениях, посвященных 250-летию со дня рождения одного из столпов русского масонства Николая Ивановича Новикова.

В качестве независимого исследователя принимал участие в этих масонских "чтениях" и О.Ф. Соловьев. "Итак, - пишет он, - в средний по размерам в лекционный зал пришло до 50 мужчин и несколько женщин моложавого вида. Среди них можно было опознать и настоящих масонов, приветствовавших друг друга троекратным "братским" поцелуем... Вскоре, - продолжает О.Ф. Соловьев - подошел куратор от Великого Востока Франции А.В. Липский в сопровождении двух персон от этого послушания. Председательствовал доктор исторических наук, переводил гостям Липский. Выступления отмечались неоднозначным уровнем; некоторые были глубокими, другие слишком многословными. Аудитория внимала им с глубоким молчанием и лишь после каждого доклада следовали вопросы и реплики. Ход чтений отличался респектабельностью в лучшем академическом духе. Полемизировать друг с другом или давать оценки текущих событий участники встречи почти не отваживались. В их демократическом настрое и лояльности властям сомневаться не приходится" (49, С. 210).

О.Ф. Соловьев искал среди присутствующих сколько-нибудь известных деятелей политической или финансовой элиты современной России. И не нашел. "Большинство принадлежало к ученому миру; видных политических или государственных мужей что-то не приметил", - свидетельствует он (49, С. 29).

Это и неудивительно, - добавим мы от себя. Что забыли российские политики на конференции, посвященной 250-летию со дня рождения Н.И. Новикова? Но похоже, в самом деле, с привлечением в масонские ложи сколько-нибудь заметных политических деятелей пока еже не все ладно. Крупных политических деятелей, заявляет уже цитировавший нами руководитель "регулярного" масонства в России, у нас нет. Но если они придут, добавляет скромно мастер, то мы только будем рады, это повысило бы авторитет братьев, но это не самоцель. Главное, чтобы человек соответствовал нашим условиям". Впрочем, отдельные представители политической и финансовой элиты в масонские ложи все же пришли: уже в правительстве Е.Т. Гайдара, как выясняется было два министра-масона, принадлежавших к ложам Великого Востока Франции (40, С. 339).

Сам Егор Тимурович энергично отрицает свою прикосновенность к масонским ложам: "Нет, с масонством я знаком только по книгам" (14, С. 4).

Но Великий Восток Франции, как мы знаем, это ярко выраженное политическое масонство. "Регулярные" же масоны, как правило, стараются избегать прямых выходов на "злобу дня". "Мы строго придерживаемся одного из основных принципов масонства - быть вне политики. Мы никогда не обсуждаем политических проблем на своих заседаниях. Не принимается никаких политических деклараций, ибо политика разъединяет людей", - утверждает один из руководителей Великой ложи России Владимир Новиков (27, С. 4).

Не следует сбрасывать со счетов и незавидную в целом репутацию, которой традиционно пользуются масоны в России. Все это, конечно же, побуждает российских политиков, даже радикально демократической ориентации, весьма осторожно относиться к масонству и по крайней мере стараться публично "не светиться" на масонских тусовках.

Можно констатировать, что возрождающееся в нашей стране масонство делает только свои первые шаги и похоже пока еще не совсем определилось окончательно: будет ли оно откровенно политическим, подобно Востокам Франции и Италии, или, как в большинстве англо-саксонских стран, предпочтет все же прикрыться фиговым листком религиозно-нравственного просветления человечества. Но уже сейчас, впрочем, ясно, что побеждают судя по всему сторонники второго пути, видящие свою главную цель не столько в непосредственном участии в политической борьбе, сколько в отборе, формировании и воспитании через масонские ложи прозападно ориентированной политической элиты либерально-демократического толка для нашей страны.


Заключение



Реформы 1860-х годов, удовлетворив основные чаяния либерального русского дворянства, резко тем самым сузили потенциальную общественную базу масонства в стране. Сказывался, несомненно, и факт официального запрещения масонских лож. Во всяком случае, рисковать карьерой ради масонского братства либералы во второй половине XIX века не хотели.

Радикалам же из "Народной Воли" и других подобных ей разночинских в своей основе организаций в масонских ложах делать было нечего. Конечно, "по духу" масоны в России были всегда, но как организационно оформленное общественное явление во второй половине XIX века масонство прекратило свое существование.

Возрождение его стало возможным только в начале XX века, когда в преддверии революционных потрясений в стране масонство было востребовано из-за рубежа политиканствующей либеральной российской интеллигенцией. То, что и политическая, и мистическая ветви его были импортированы ею именно из Франции ввиду особых отношений между двумя странами в начале XX века, удивлять, кажется, никого не должно.

В отличие от лож екатерининского и александровского времени, действовавших с негласного разрешения правительства, политическое или думское масонство начала XX века было уже подпольным и имело откровенно антиправительственный характер. Оно уже изначально было ориентировано не на духовную работу "братьев" в ложах, а на захват власти, разрушение империи и изменение основ тогдашнего государственного строя в России. Недаром основным поставщиком адептов вольного каменщичества в эти годы была кадетская партия, известная в то же время и как партия леволиберальной российской интеллигенции по преимуществу.

Радикальнее левых кадетов были, пожалуй, только эсеры и социал-демократы. Террористическая деятельность социалистов-революционеров в нашей стране слишком хорошо известна. Не представляют большого секрета и политические устремления тогдашних социал-демократов. Правда, большевиков среди масонов было, можно сказать, считанные единицы, но кто из них в этом больше "виноват" - это еще вопрос. Что касается меньшевиков и эсеров, то их в масонские мастерские приглашали более чем охотно. И не случайно, так как идеей-фикс политического масонства являлась идея создания широкого антиправительственного "народного фронта".

Несмотря на кратковременность существования и некоторую узость в понимании своих задач (борьба в Думе, по преимуществу), свой вклад в падение самодержавия русские политические масоны, несомненно, внесли. Принципиально важное значение в этом плане имело образование ими в августе 1915 года Прогрессивного блока и создание на его основе прочного антиправительственного большинства в Думе. Опираясь на него, руководство Верховного совета Великого Востока народов России уже с лета 1916 года берет курс на насильственное устранение от власти Николая II и установление конституционного строя в стране.

Огромное значение в этой связи сыграло установление масонами в 1916 - начале 1917 гг. тесных контактов с представителями русского генералитета (М.В. Алексеев, Н.В. Рузский и др.), что, в сущности, и позволило в февральско-мартовские дни 1917 года обеспечить бескровный характер отречения Николая II и осуществление по всем правилам "королевского искусства" плавного масонского вхождения во власть (Временное правительство) с последующим закреплением в ней. Однако удержать эту власть в условиях продолжавшейся войны и начавшегося распада государства и его структур масоны не смогли. Октябрь 1917 года положил конец политическому масонству в нашей стране.

Но борьбой за прогресс и конституцию отнюдь не исчерпывается деятельность масонов. Огромное значение в учении ордена всегда придавалось нравственному совершенствованию "братьев". Именно последнее обстоятельство - духовная сторона масонства - как раз и являлось той незримой силой, которая всегда притягивала к нему многих русских интеллигентов либерального толка. Так, быть может, несколько неожиданно масонская тема выводит нас на другую, не менее важную проблему - духовные искания русской интеллигенции.

Странное, противоречивое чувство вызывают эти искания. Стремление выйти за пределы серой повседневности бытия и погрузиться в волшебный мир ирреальности, потусторонности, в общем-то понятно, и даже, в какой то мере, естественно для человека, особенно когда речь идет о людях одаренных, творческих. Понятно и стремление сообразительных людей, тоже по своему творчески одаренных, используя эту склонность человека ко всему таинственному и необычному, плодить различного рода новые религии, новые ложи и "ордена". Поражает другое - удивительная легкость, с какой самозванные "учителя" находили и находят себе паству в нашей стране, хотя, казалось бы, прежде чем войти в ту или иную ложу или оккультный кружок, стоило бы задуматься: а что или кто стоит за проповедниками тайного знания, новой веры и новой религии.

Спириты, теософы, мартинисты, филалеты, розенкрейцеры, софианцы... Пути разные, но цель одна - эрозия национального самосознания народа, причем главный удар всегда направлялся против "живущей силы Руси" – ее государственности, национальных основ и православия.

Трудно сказать, то ли по этой, то ли по другим причинам, но оккультистов в первые годы советской власти ОГПУ не трогало. К ликвидации их кружков оно приступило только с 1925 года, причем с самого начала отношение к ним было неоднозначным. Дело в том, что в руководстве этого ведомства (Глеб Бокий, Яков Агранов) существовали определенные планы использования масонов в интересах советского государства. Окончательная ликвидация масонских кружков и групп растянулась вследствие этого вплоть до конца 1930-х годов.

Как бы то ни было, к началу Великой Отечественной войны старые масонские центры в стране были окончательно ликвидированы. Для возникновения же новых не было подходящих условий. Когда же наконец с перестройкой и распадом СССР такие условия появились, то опять, как и в начале века, не обошлось без помощи наших французских "братьев". Благодаря их инициативе и финансовой поддержке собственно и стало возможным новое возрождение масонства в нашей стране.

Говоря о перспективах движения, сами масоны излучают оптимизм. "Масонство отвечает национальному характеру русских. А славянской душе понятны те метафизические и мистические поиски, которым привержено франк-масонство", - уверял в 1992 году корреспондента "Правды" великий секретарь Великой Национальной ложи Франции Трестурнель.

Последующие события показали, однако, что это, мягко говоря, далеко не так. Однако и тешить себя иллюзиями, что в России, вследствие якобы только ей присущей национальной специфики, масонство не имеет должных перспектив, у нас тоже нет оснований. Почва в лице либерально-демократической российской интеллигенции для внедрения в общественное сознание масонской идеологии в нашей стране, безусловно, есть.


Список источников и литературы



			Асеев А.М. Посвятительные ордена: масонство, мартинизм и розенкрейцерство. Публ. Н.А. Богомолова // Литературное обозрение. М., 1998, ‘2. С.32.

			А.С. Барченко. Кем он был? Судьба Александра Барченко // Наука и религия, 1997, ‘7.

			Берберова Н.Н. Люди и ложи. Русские масоны ХХ столетия. М., 1997. 

			6. Бонч-Бруевич В.Д. Мои воспоминания о Петре Алексеевиче Кропоткине // Звезда. 1930, ‘4. 

			Большаков Владимир. Масоны. Часть 3. Ложа "Пушкин" // Правда. 1992. 16 мая. 

			Большаков Владимир. Масоны. Часть вторая. В тихом пригороде // Правда. 1992. 13 мая. 

			Брачев В.С. Оккультные истоки революции. М., «Издатель Быстров», 2007.

			Вяземский В.Л. Четверть века существования зарубежного масонства// Новый журнал. 1985. Кн.161. 

			Виноградов А.Е. Российское масонство после правительственного запрета 1822 года. Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук.

			Виноградов А. Ретушью по белым пятнам. "Молодая гвардия", 1991, ‘8.

			Гучков А.И. рассказывает. М., 1993. 

			Деева Е. Тайна убитого Мастера // Московский комсомолец. 1994. 17 мая. 

			Допрос Н.И. Новикова // Н.И. Новиков и его современники. М., 1961. 

			Допрос А.В. Барченко от 10 июня 1937 г. // Шишкин О. Битва за Гималаи. М., 1999. 

			Иванов В.Ф. От Петра I до наших дней. Харбин, 1934.

			Из следственных дел Н.В. Некрасова 1921, 1931, и 1939 гг. Публ. В.В. Шелохаева и В.В. Поликарпова // Вопросы истории. 1998, ‘11-12. 

			Карпачев С.П. Краткий очерк истории западноевропейского и русского масонства XVIII-XIX веков // Масонство и масоны. Сборник. Вып.2. М., 1997.

			Карпачев С.П. Масонская интеллигенция в России конца XIX – начала XX веков. М., 1998. 

			Керенский А.Ф. Россия на историческом повороте. М., 1993. 

			Кондаков Ю.Е. Духовно-религиозная политика Александра I и русская православная оппозиция. СПб, 1998. 

			Колпаков А. Братство вольных. // Московский комсомолец. 1997. 13 августа. 

			Ковалевский П.И. Национализм и национальное воспитание в России. Нью-Йорк, 1922. 

			Лебедева Е. "Каменщики" - вне политики. // Московские новости. 1995., ‘56 (797), 20-27 августа. 

			Липский А.В. Возрождение масонства в России. // Масонство и масоны. Сборник статей. Вып.1. М., 1994. 

			Масоны возвращаются в Россию. // Московский комсомолец. 1996. 9 июля. 

			Маклаков В.А. Власть и общественность на закате старой России. Париж, 1938. Т.2. 

			Маклаков В.А. Некоторые дополнения к воспоминаниям Пуришкевича и князя Юсупова об убийстве Распутина. // Современные записки (Париж). 1928.

			Максимов К.С. Общественная деятельность И.П.Елагина. Социально-политический анализ. Автореф. дисс. канд. ист. наук. М., 1981.

			Милюков П.Н. Воспоминания. М., 1991. 

				Национальная политика России и современность. Отв. ред. В.А. Михайлов. М., 1997. 

			Немировский А.И., Уколова В.И. Свет звезд, или Последний русский розенкрейцер. М., 1995.

			Никитин А.Л. Мистики, розенкрейцеры и тамплиеры в Советской России. Исследования и материалы. М., 1998. 

			Никитин А.Л. Тамплиеры в Москве. "Наука и религия", 1992, ‘‘4/5, 6/7, 8-12, 1993, ‘‘1-7.

			Никитин А.Л. Заключительный этап развития анархистской мысли в России // Вопросы философии. 1991, ‘8.

			Николаевский Б.И. Русские масоны и революция. М., 1990. 

			Острецов В.М. Масонство, культура и русская история. Историко-критические очерки. М., 1998. 

			Оболенский В.А. Моя жизнь. Мои современники. Париж, 1988. 

			Пирамида. Интервью с Великим мастером Великой ложи России Г.Д. // Воробьевский Юрий. Стук в Золотые врата. М., 1998. 

			Погодин С.Н., М.М. Ковалевский и Русская высшая школа общественных наук в Париже // Русская эмиграция во Франции (1850-1950 гг.). Сб. научн. статей. СПб, 1995. 

			Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. Т.38 (1822-1823 гг.). СПб, 1830. 

			Романов П. Русские каменщики стали по-настоящему вольными. // Коммерсант Daily. 1995 (‘110). 28 июня. 

			Рубинский Ю.Н. Масонство во Франции (вчера и сегодня) // Вопросы истории. 1986, ‘9. 

			Серков А.И. История русского масонства. 1845-1945 гг. СПб, 1997.

			Серков А.И. История русского масонства после Второй мировой войны. СПб, 1999. 

			Соловьев О.Ф. Русское масонство 1730-1917 г. М.,1993. 

			Соловьев О.Ф. Русское масонство. 1830-1917. М., 1993. 

			Соловьев О.Ф. Масонство в мировой политике XX в. М., 1998. 

			Старцев В.И. Русское политическое масонство начала XX века. СПб, 1996. 

			Старцев В.И. Русское эмигрантское масонство во Франции (1918-1939 гг.) // Российское зарубежье: история и современность. М., 1998; 

			Список русских политических масонов лож французского обряда и Великого Востока народов России // Старцев В.И. Русское политическое масонство начала XX в. СПб, 1996. 

			Сучков И.В. Современные уставы вольных каменщиков России. (сер. 90-х гг. XX в.). // Масонство и масоны. Сборник статей. Вып.2. М., 1997. 

			Хасс Л. Русские масоны первых десятилетий XX века. // Историки отвечают на вопросы. М., 1990. Вып.2. 

			Храповицкий А.В. Дневник. М., 1992.

			Эйзенштейн С.М. Мемуары. Т.1. М., 1997.

			Элбакян Е.С. Масоны, их деятельность в современной России // Словарь религий народов современной России. Отв. ред. М.Мчедлов. М., 1999.