Искусственное и естественное в психотерапии

Искусственное и естественное в психотерапии

Словосочетание "техники психотерапии" сегодня прочно вошло в повседневный обиход профессионалов, консультирующих по "проблемам души". Предлагаю на время прислушаться к этому сочетанию слов и задуматься над его корректностью. 

Казалось бы, что здесь особенного: слово "техника" в данном контексте означает "уменье", "навык", "прием", "мастерство". Однако обратимся к более раннему пониманию этого слова, в свете которого вышеуказанные значения приобретают особый смысл. Древние греки относили слово "techne" к любой человеческой деятельности, направленной на создание вещей, несуществующих в природе. Этому греческому слову соответствовало латинское "arts", и это не случайно, так как общим между техникой и искусством является то, что и в том и в другом случае нечто существующее естественно (некая природная данность) изменяется человеком, преобразуется им согласно определенной цели, или потребности, превращаясь в дело рук человека. 

Другими словами, сфера "techne" ("arts") — это сфера искусственного, которое противостоит естественному — тому, что происходит само собой, без целенаправленного воздействия человека. "Искусственное" соотносится с любым процессом созидания (будь то процесс производства или творчества), то есть создания чего-либо (вещи, объекта, художественного произведения и т.д.), а "естественное" соотносится с процессом развития, то есть — жизнью. 

Когда мы говорим об искусственном процессе, то подразумеваем, что существует "субъект" — живой производящий или творящий человек — и "объект" — неживой предмет или материал. Процесс производства или творчества всегда отталкивается от потребностей созидающего человека. Конечно, потребности производящего и творящего человека различаются между собой: в первом случае — это некие практические нужды, а во втором — выражение своих мыслей и чувств в том или ином материале. Однако все потребности, мотивирующие искусственный процесс, — это потребности субъекта, а не объекта (у последнего их не может быть по определению). 

В естественном процессе развития мы имеем дело не с объектом (или материалом), а с само-творящимся человеком. Это не означает, что он творит себя исключительно по собственному изнутри положенному плану, не соотносящемуся с окружающим миром. Человек развивается и живет, благодаря взаимодействию с другими людьми, окружающими его предметами и т.д. Они также влияют на его развитие, как и его собственная внутренняя природа. Но в отличие от объекта за человеком признается его "субъектность", то есть некая внутренняя необходимость, лежащая в основании его развития. (В этом смысле латинскому "subject" ближе всего русское слово "под-лежащее".) Только эта необходимость приводит к естественным для человека ("субъекта") изменениям, иной раз непредсказуемым для внешнего наблюдателя — другого "субъекта". 

Продукты технического прогресса окружают нас со всех сторон. Постепенно "технический аромат" проникает в самые разнообразные и интимные сферы нашей жизни. Это неизбежно оказывает воздействие на наше восприятие мира, других людей и самих себя. Человеческая душа превратилась в объект так называемых "психотехник" и "психотехнологий" только благодаря тому, что она стала восприниматься как некий механизм. Поэтому сегодня можно говорить о тенденции — условно назовем ее "искусственной психотерапией", — рядом с которой почти не осталось места другому представлению о психотерапии — как о естественном процессе. 

Ситуация искусственной психотерапии — это ситуация, когда специалист общается с клиентом, где последний есть не столько человек, сколько некая конструкция со своим механизмом действия, в котором что-то вышло из строя, что необходимо с помощью специальных приемов упорядочить, восстановить (представление об этом механизме несколько различается в разных школах). Цели искусственной психотерапии — это воздействие и коррекция, нормализация и адаптация, а "техника" — это инструмент, с помощью которого специалист воздействует на "душевный материал" (поведение, чувства, мысли, настроение). 

Ситуация естественной психотерапии — это ситуация, когда один человек общается с другим человеком, таким же живым, таким же неизмеримым и богатым по своему опыту, как он сам. Основа естественной психотерапии — интерес к человеку, доверие к его природе, надежда на его собственные силы и создание естественных условий для их проявления. Сюда не подходит ни слово "техника", ни даже слово "искусство", поскольку в контексте естественной психотерапии беседа двух людей — это ни взаимодействие человека и механизма, ни взаимодействие художника и материала. (И хотя эти метафоры могут раскрывать некоторые аспекты психотерапевтических отношений, они тем не менее очень многое скрывают.) 

Другими словами, можно сказать, что в искусственной психотерапии главное внимание сосредоточено на результате, а в естественной психотерапии — на процессе. Можно также сказать, что основной смысл искусственной психотерапии — это контроль проявлений "объекта" и их коррекция, а смысл естественной психотерапии — понимание другого и создание условий для его саморазвития. 

К этому надо добавить, что объектное отношение к другому — обратная сторона объектного отношения психотерапевта к самому себе. Поэтому попытка отнестись к другому как "субъекту" необходима, на мой взгляд, не только для этого другого, но также и для самого психотерапевта. Однако я не буду здесь выступать активным пропагандистом естественной психотерапии, так как понимаю, что в искусственной психотерапии есть свой преходящий смысл, который будет обозначен чуть ниже. 

С одной стороны, термин "искусственная психотерапия" — это абсурдное словосочетание, поскольку "psyche" означает "душа", которая, по Аристотелю, есть "самодвижущееся", то есть то что существует и движется само собой — естественным образом. А с другой стороны, искусственная психотерапия — это именно то, что успешно процветает сегодня и находит себе законное место в ряду других технологий (промышленных, политических, рекламных и пр.). Техницистское мышление создало такие словосочетания-кентавры, как "гуманитарные технологии", "экзистенциальные техники", "эмпатические техники" и т.д. Я предполагаю, что слова "психотехника" и "психотехнология", состоящие из известных греческих корней, у самих древних греков вызвали бы недоумение, поскольку дословно они могли бы перевести их примерно так: "искусственное творение души". 

Я не ставлю себе задачу изменить "техническое мышление". Думаю, это будет нечто неестественное, поскольку оно не есть какая-то случайная и нелепая "ошибка человечества". Как уже говорилось, техницистский подход к душе, действительно, имеет некий смысл. В частности, я хочу обратить внимание на те комфортные условия, что искусственная психотерапия создает для исповедующего ее психотерапевта. 

(1) Прежде всего искусственная психотерапия защищает психотерапевта перед лицом "брата своего". "Техники" и другие виды профессиональной формализации скрывают от моего собеседника мое личное, мое человеческое. В каком-то смысле, они на время убивают меня живого. Теперь я — профессионально работающий специалист. 

(2) Искусственная психотерапия "работает" не с живым человеком, а с неким "психическим механизмом" (можно сказать — "биороботом"). Это повышает уверенность психотерапевта, поскольку главное свойство механизма — его предсказуемость. Ради этого комфорта специалист готов поверить в любую схему или модель, предназначенную для объяснения этого механизма. Благодаря такой "принципиальной схеме" специалист получает алгоритмы и пошаговые инструкции на предмет того, как надо поступать в тех или иных случаях, как добиваться того или иного результата. Предсказуемость — это качество, которое мастер должен навязать своему материалу, поскольку в любом виде искусства мастер отличается от дилетанта своим умением владеть материалом. 

(3) В искусственной психотерапии четко очерчено представление о результате. Благодаря спасительной схеме специалист уверен в положительном результате, даже если "клиент" (то есть "механизм", с которым он "работал") его отрицает. На этот случай в искусственной психотерапии есть, например, такая фраза: "Результаты нашей работы могут проявиться через три дня (три недели, полгода и т.д.)." ("В конце концов, что он может понимать, если я работаю с его подсознанием!") Оценка результата в искусственной психотерапии происходит по стандартным "параметрам", лицо становится приборной доской, а глаза — стрелочками и индикаторами на ней. Вот такое техницистское преломление идеи "зеркала души"! Технические метафоры позволяют стандартизировать человеческое поведение, сделать человека объектом научно-диагностических калькуляций и психотерапевтических манипуляций. 

(4) "Приемы воздействия" и четко очерченные результаты этого воздействия позволяют увидеть и оценить участие специалиста в психотерапевтическом процессе. Это необходимо психотерапевту как с материальной, так и с нематериальной точки зрения. Если мастер видит результаты своей работы — он морально удовлетворен; если результаты работы мастера видны со стороны как результаты именно его работы — значит ему есть за что платить. Это очень важно в искусственной психотерапии — оценить ту долю, которую вложил специалист в достижение результата. 

Конечно, в свете этих явных преимуществ привлекательность естественной психотерапии необратимо меркнет. "Психотерапия" — это, дословно, "забота о душе", что значит - забота о душе живого человека, который всегда есть гораздо большее, чем все существующие схемы и теории вместе взятые. Поэтому в естественном процессе психотерапевт обречен находиться в неопределенной и непредсказуемой ситуации; и его задача — не проецировать готовый стереотип, а полнее и глубже понять индивидуальность сидящего перед ним человека. Это и есть, на мой взгляд, главная забота о душе. И, конечно, результаты этой заботы может определить лишь сам человек, обращающийся к психотерапевту (если вообще корректно говорить о "результатах" в естественной психотерапии). Человек приходит ко мне с одним состоянием, а уходит с другим, и только он один может сказать, какие изменения в нем произошли. И хотя в том, что эти изменения случились, действительно, есть мое непосредственное участие, однако долю моего участия в естественной психотерапии определить крайне трудно, так как изменения происходят естественным образом. В этом смысле естественная психотерапия — не коммерческое и не прибыльное занятие. 

Может показаться, что я здесь выступаю против всякого проявления искусственного в психотерапии и, в частности, против так называемых "техник" и "технологий". Это не совсем так. В любом психотерапевтическом процессе всегда есть некая доля искусственности (хотя бы в том смысле, что психотерапевт занимается решением не своих проблем, а чужих), и вопрос состоит в том, какова эта доля. Что же касается термина "техника", то я, действительно, не приемлю его в рамках индивидуального консультирования. На мой взгляд, психотерапевт не предназначен "работать техниками", а призван сам общаться с другим человеком. (Поэтому вопроса о том, насколько надо "вовлекаться в проблемы клиента", в естественной психотерапии нет: психотерапевт либо вовлечен в процесс психотерапевтического общения, либо он не занимается психотерапией вообще.) 

Думаю, что термин "техника" более адекватен в контексте обучения специалиста своим профессиональным навыкам. Здесь понятие "техника" приобретает специфический смысл: как создание неких искусственных условий, в которые человек сознательно помещает себя, чтобы сфокусировать внимание на отдельных аспектах своего опыта, и таким образом расширить его. Возможно, для этого больше подходит сочетание слов "осознанный эксперимент", поскольку последний предполагает открытый, ненормированный и индивидуальный результат, в отличии от техники, более ориентированной на конкретную цель. Благодаря тому, что человек в этих экспериментах осознает нечто новое в себе, он получает способность лучше понимать других людей и естественным образом помогать им осознавать себя. 

Таким образом, моя задача здесь — не столько критиковать проявление искусственного в психотерапии, сколько обратить внимание своих коллег на эту всепоглощающую тенденцию и просто напомнить о чем-то ином... Хочу привести слова русского философа В.Розанова, которые он написал в начале XX в.: "Техника, присоединившись к душе, дала ей всемогущество. Но она же ее и раздавила. Появилась “техническая душа”... И вдохновение умерло" [Розанов В.В. Мысли о литературе. М., 1993. С. 223]. 

Список литературы

Дмитрий Геннадьевич Трунов. Врач-психотерапевт, кандидат философских наук, член Арт-терапевтической ассоциации. Искусственное и естественное в психотерапии.