Роксоланы, росоманы и древние росы

Роксоланы, росоманы и древние росы

 

Ю.Д. Акашев

Для воссоздания начальной истории русского народа очень важно выяснить, что о нем знали и писали античные и средневековые авторы. При этом следует иметь в виду, что в большом перечне народов, о которых пишут или упоминают античные источники, зачастую бывает очень сложно увидеть предков современного русского народа, поскольку разные авторы для обозначения росов употребляли разные названия. Как вполне справедливо писал еще в XIX веке доктор философии и магистр изящных наук Е.И. Классен, «греки и римляне давали многим славянским племенам свои, произвольно составленные прозвища, относя их то к местности, то к наружности, то к суровости в войнах, то к образу жизни; но кой-где в их сказаниях проявляются и настоящие имена тех племен» [8: с. 10]. Это обстоятельство, по мнению упомянутого ученого, привело к тому, что в древней истории представлено «более полусотни имен лишних, ничего особого не означающих, которые должны быть наперед уничтожены, если мы хотим прояснить сколько-нибудь этот хаос и отделить из него резкою чертою славянское племя, которое станет тогда в свое место непринужденно, ненасильственно, не по приговору своеволия и красноречия, а по однознамена- тельности и сродству обстоятельств» [8: с. 10].

Мы привыкли к тем племенным названиям древних росов, которые дошли до нас благодаря автору «Повести временных лет»: поляне, древляне, дреговичи, радимичи, вятичи и т. д. — летописец приводит их до полутора десятка. Но это лишь названия наиболее крупных племен, сумевших возглавить племенные объединения. А кроме них было множество племен более мелких, тоже имевших свои названия; имели свои имена и роды. Из всего этого множества этнонимов одни не сохранились вовсе, другие запечатлелись в топонимах и гидронимах, третьи дошли до нас в сочинениях древних авторов, которые зачастую очень сильно их исказили, приспособив к фонетическим особенностям своего языка. К тому же эти авторы зачастую и не стремились узнать настоящие племенные имена, используя прозвища, связанные с особенностями рода занятий, быта, одежды, или даже бранные названия, данные тем или другим родам или племенам их соседями.

Конечно, греческие и римские историки не оставили нам даже кратких исторических очерков о русских племенах. Их преимущественно занимали войны, грабежи, разрушения, а жизнь мирных, трудолюбивых земледельцев и пастухов, каковыми и были, в основном, славяне, их вовсе не интересовала. На них обращали внимание, лишь когда те проявляли себя с другой стороны, защищая свои родные земли во время бурных столкновений с соседними народами. Но иногда часть древних росов в силу тех или иных исторических обстоятельств могла быть включена в какую-то социально-политическую общность, продолжая долгое время существовать в иноэтничной среде в гетерогенном виде. И тогда, по понятным причинам, в источниках они упоминаются не под своим именем, а под именем народа, возглавившего эту общность. Все перечисленные обстоятельства затрудняют идентификацию древних росов и выяснение степени их участия и реальной роли в тех или иных исторических событиях.

До сих пор спорным является вопрос о том, кто такие роксоланы — народ, живший в древности вдоль Азовского побережья, о котором упоминает целый ряд позднеантичных и раннесредневековых авторов. Его, например, называет Помпоний Мела в географическом трактате «Хорография», написанном в 40-х годах I века н. э. [4: c. 44]. Отдельно от скифов и аланов этот народ называет в «Естественной истории» другой римский ученый, государственный деятель и полководец Гай Плиний Старший [16: c. 171]. Древнегреческий астроном, географ и картограф Клавдий Птолемей (II в. н. э.) в «Географическом руководстве» среди народов, населяющих Сарматию, тоже называет роксоланов отдельно от скифов и аланов [17: c. 231]. На так называемой Певтин- геровой карте, восходящей к топографическим справочникам рубежа нашей эры, но составленной, по-видимому, в начале III века, роксоланы помещены по обе стороны Южного Буга [12: c. 66].

Довольно многие авторитетные ученые видят в роксоланах древних ро- сов. Так, например, в XVIII веке Г.З. Байер, пересказывая «Географию» ра- венского географа Гвидо (Ravenna Guido, IX в., по другим данным XII в.), писал: «К северной стране самая Европа имеет конец окиан, которой подался к Скифии степной, также к амазонам, где они, как читаем, изстари жили, когда из гор Кавказских вышли. Потом он досягает до роксаланов (так он руских называет) и до сарматов опять к Скифии» [21: c. 214]. Конечно, в этом отрывке обращает на себя внимание пояснение Байера о том, что Равенна Г видо роксоланами называет русских.

А вот что писал о них М.В. Ломоносов: «С роксоланами соединяются у Плиния аланы в один народ сарматский. И Христофор Целларий примечает, что сие слово может быть составлено из двух — россы и алланы, о чем и Киевского Синопсиса автор упоминает, из чего видно, что был в древние времена между реками Днепром и Доном народ, называемый россы» [10: с. 21].

На тождестве росов и роксолан настаивал Д.И. Илловайский. Приверженцем этой точки зрения был Г.В. Вернадский. Из советских историков ее поддержали С.П. Толстов и Е.Ч. Скржинская. Правда, у этой гипотезы всегда были и остаются противники. Например, В.П. Кобычев в примечаниях к своей монографии, посвященной поискам прародины славян, категорически заявляет, что роксоланы к термину «Русь» не имеют никакого отношения [9: с. 149].

Взгляд на роксоланов как на «рос-аланов» вызвал негативную оценку также и у известного ученого-лингвиста О.Н. Трубачёва, который, однако, возражает и авторам, толкующим этот этноним по-ирански как «светлые аланы» [1: с. 79-83]. Он указывает на то, что иранский язык знает только форму «раухшна», что означает «свет», «светлый», которая в этой позиции должна бы сохраняться, но этого не произошло. Латинская же форма «Roxolani», по его мнению, напоминает древнеиндийское «рукса» с близким значением. Автор указывает на ряд явных следов пребывания населения индоарийской группы в Причерноморье и именно с этим населением связывает происхождение этнонима «роксоланы» [22: с. 13-29].

Таким образом, проблема роксоланов еще далеко не исчерпана. Если принять гипотезу Трубачёва (а нам она представляется наиболее интересной и заслуживающей внимания), то что же все-таки за народ были эти «светлые аланы»? Небезынтересно отметить, что азербайджанский поэт XII века. Низами Гянджеви в поэме «Искендер-Намэ», не отождествляя напрямую древних росов с аланами, в то же время пишет о них как об имеющих отношение к последним или как о входящих в объединение аланов и арков:

Русские бойцы из Аланов и Арков

Ночное нападение совершили, словно град [11: с. 312].

Думается, «светлыми аланами» вполне могла оказаться часть росов, увлеченная потоком арьев на юг и вошедшая в Приазовско-Причерноморскую Русь. Поэтому история Южной Руси первых веков нашей эры будет тесно связана с историей аланов.

Внимание историков также давно привлекает сочинение, относящееся к эпохе раннего Средневековья, «О происхождении и деяниях гетов» («Гети- ка»), написанное в середине VI века на латинском языке Иорданом. В частности, вызывает интерес фрагмент, в котором автор описал драматические события 70-х годов IV века, связанные с крушением Остготского королевства (государства Германариха). В нем рассказывается о том, что готы (Иордан называет их гетами), победившие многие народы, оказались напуганными появлением гуннов (хуннов), которые были «в высшей степени приспособлены к бою» и ограбили уже многие племена. Трудным положением готов тут же решил воспользоваться «неверный род Росомонов, который тогда наряду с другими высказывал покорность» их королю Германариху (Херманарику). И вскоре им представился «удобный случай»: «Ведь после того, — пишет Иордан, — как король, движимый яростью, приказал некую женщину по имени Сунхильда из названного рода за коварный уход от мужа разорвать, привязав к свирепым лошадям и побудив (лошадей) бежать в разные стороны, ее братья Сар и Аммий, мстя за гибель сестры, ударили мечом в бок Херманарика. Получив эту рану, он влачил несчастную жизнь вследствие немощи тела». Узнав об этом, король гуннов Баламбер двинул свое войско «в край остроготов» [6: c. 113].

Ряд исследователей отождествляет росомонов с древними росами. Г.В. Вернадский предполагал, что этот этноним, упомянутый Иорданом, «является другой формой произношения имени роксоланы», и рассматривал его как вариант этнонима «рос, росс, или русь», что, по его мнению, проливает свет на «источники греческого рю^ и славянского русь» [2: c. 127, 147]. Академик Рыбаков был абсолютно уверен в том, что слово «росомоны» буквально означает «русские люди». По его мнению, оно легко расчленяется на две части: «росо» и «мойне». А так как «мойне» по-осетински означает «муж», то получается в результате «росы-мужи» или «люди-росы» [18: c. 86]. Здесь требуется пояснить, что осетинский язык в известной мере является наследием аланского, а Иордан и сам был, видимо, выходцем из аланов (вопреки распространенному мнению о его готском происхождении) [см: 18: c. 86]. Впрочем, некоторые историки склонны видеть в названном народе германцев. Например, Кобычев пишет: «Как можно судить по личным именам этого племени, упомянутым Иорданом, — Сунильда, Сар и Аммий, — <...> росомоны были, скорее всего, одним из восточногерманских, готских племен» [9: c. 149].

Чтобы разобраться с росомонами Иордана, нужно немного подробнее прокомментировать приведенный выше фрагмент из «Гетики». В переводе

А.Н. Анфертьева, использованном в цитируемом издании, Сунхильда была казнена за нарушение верности супругу, то есть король выступил в роли блюстителя нравственности. Но на ранней стадии государства, на которой находилась остготская держава Германариха, в функции короля не входило решение семейных проблем его подданных. К тому же уход жены от мужа не считался преступлением; женщина могла расторгнуть брак без особых помех и даже сохранить за собой свое приданое. Измена жены была внутрисемейным делом или поводом для межродового разбирательства, но никак не для вмешательства короля. Очевидно, что гнев Германариха и страшная казнь Сунхильды имели иные причины. В переводе Анфертьева сказано, что «род росомонов. тогда наряду с другими выказывал покорность» королю готов. Следует заметить, что латинское слово «gens» скорее может быть переведено не как «род», а как «племя» или «народ». Росомоны «выказывали покорность» Германариху вынужденно, потому что были подчинены ему силой как завоевателю и только и ждали «удобного случая», чтобы освободиться. За это Иордан и называет их «неверными». Уже это заставляет нас усомниться в том, что росомоны были готским племенем.

В другом переводе текста Иордана, сделанном Е.Ч. Скржинской, причина гнева Германариха представлена иначе: «Одну женщину из вышеназванного племени, по имени Сунильда, за изменнический уход ее мужа (выделено мной. — Ю.А.) король. приказал разорвать на части.» [7: c. 236]. Дело в том, что в латинском языке предлоги могут опускаться, если их значение подсказывает падежная форма существительного. Но для переводчиков эта особенность создает определенные трудности. В данном случае и первый вариант перевода, и второй формально правильны, но по смыслу, на наш взгляд, более правильным является второй. К сожалению, мы никогда не узнаем, как звали этого мужа и в качестве кого он состоял при короле, но знаем, что он не стал служить своему поработителю и бежал от него, что и явилось причиной описанной Иорданом трагедии, которая в конечном итоге привела к смерти Германариха и разгрому его державы гуннами.

Исходя из вышесказанного, нам представляются весьма убедительными выводы Б.А. Рыбакова, который идентифицирует росомонов с древними росами, тем более что эти выводы он подкрепляет и данными археологии, сопоставляя этот народ с областью двуглавых фибул Поросья, где также известны пышные клады мартыновского типа [18: c. 84]. Что же касается нерусских имен Сунхильды (Сунильды) и ее братьев, то это довольно просто объясняется возможностью смешанных браков. Росы очень долгое время жили по соседству с германскими племенами, и отношения между ними далеко не всегда были враждебными.

В то время, когда Иордан писал свою «Гетику», безымянный автор-сириец в дополнение к сочинению Захарии Ритора (555 г.) сделал весьма любопытное сообщение о народе hrws (хрос, ерос, рос, рус), которое до сих пор вызывает большой интерес у историков. «Соседний с ними (амазонками. — Ю.А.) народ ерос [hrws], — пишет Псевдо-Захария, — мужчины с огромными конечностями, у которых нет оружия и которых не могут носить кони из-за их конечностей» [14: c. 166].

Процитированный отрывок был предметом анализа многих историков. Немецкий ориенталист Й. Маркварт [23: c. 365] и украинский историк М.С. Грушевский [3: c. 497] связывали народ hrws с росомонами. В советской историографии это сообщение впервые изучалось Н.В. Пигулевской. Не рассматривая его подробно, она отметила: «Если это не сказочное имя, то возможно, что в этом названии далекого, рослого, сильного народа следует искать имя Русь, народ, которому еще предстояло выйти на широкие исторические пути» [15: c. 111]. Это предположение было поддержано А.П. Дьяконовым, который в подтверждение сообщения Захарии Ритора привел ряд известий, свидетельствующих о том, что в Сирии о росах знали уже в IV в., и сделал вывод, что «имя hros, или росиев, носили антские племена» [5: с. 88].

Надо заметить, что в сирийских источниках, вообще, содержатся ценные сведения о славянах и других древних народах. Утратив еще в III в. свою независимость, сирийцы как народность оказались разорванными между Восточно-Римской империей и Ираном. В таком положении они просуществовали до арабского завоевания. В течение первых семи веков нашей эры сирийцы были главным торговым народом Ближнего Востока и Средиземного моря. Широкие торговые связи уводили их далеко от родной страны; они посещали Италию, Галлию, Египет, Иран, Индию, Эфиопию. Поэтому у сирийцев были гораздо более широкие представления о мире, чем у тех народов, которые были привязаны к своей земле и не выходили за пределы своего государства.

Н.В. Пигулевская, изучая сирийские источники по истории народов СССР, снова вернулась к сообщению о народе hrws, подчеркнув, что Захария Ритор сообщал о росах, местом жительства которых считались области, лежащие по Дону. Она же поясняет, что буква вав в сирийском тексте, не имеющем огласовки и диактрических знаков, может читаться и как о и как у, поэтому произношение имени может быть и hros и hrus; а поскольку этноним «рус» передан в сирийском тексте через армянскую традицию, то буква h обозначает густое придыхание, предшествующее r [13: с. 47-48]. Это мнение разделил и М.Б. Свердлов, который категорично заявил, что «древнейшее известие о ру- сах находится в хронике VI века сирийца Захария Ритора» [20: с. 69].

Е.Ч. Скржинская народ hrws отождествляет с роксоланами: «По-видимому, первая часть названия “роксоланы” всплыла как самостоятельное этническое имя в сообщении сирийской хроники Захарии Ритора (Псевдо-Захарии)» [7: с. 242].

Б.А. Рыбаков, подробно комментируя сообщение продолжателя Захарии Ритора, идентифицирует этот народ с росами-русами и приходит к заключению, что проживал он к западу или северу от кочующих «амазонок»: «...в лесостепной полосе мы находим и Русскую землю наших летописей, и культуру пальчатых фибул, которая может помочь в географическом приурочении народа рос (рус) середины VI века» [18: с. 74-75].

Такого же мнения придерживается и В.П. Кобычев, который считает, что сближению народа «ерос, хрос» с древними росами соответствует и его местоположение, и указание на отсутствие оружия, в чем названный автор усматривает противопоставление мирных земледельцев воинственным кочевникам [9: с. 101].

Некоторых историков смущает чрезмерно крупное телосложение народа hrws, и поэтому они, не доверяя сообщению Псевдо-Захарии, склонны усматривать в нем авторскую фантазию. Но, скорее всего, сам автор лично никогда и не встречался с росами, а знал о них понаслышке. А их внешний вид действительно поражал многих и вызывал удивление и страх даже у более поздних арабских авторов IX-X веков. Вот отзывы некоторых из них о ру- сах: «Народ этот могущественный, и телосложение у них крупное, мужество большое...» (Ибн Мискавейх); «Храбрость их и мужество хорошо известны, так что один из них равноценен многим из других народов. Если бы у них были лошади и они были наездниками, они были бы страшным бичом для человечества» (Шараф ал-Марвази) (цит. по: [19: с. 743]).

Упоминаемый выше автор поэмы «Искендер-Намэ», источниками для которой послужили арабские и персидские хроники, еврейские, христианские и пехлевийские книги, а также устные предания азербайджанского народа, писал:

От рева, который поднимали полчища русов,

Кони под львами начали артачиться,

Не годился в бой с малейшим из русов

Даже Платон, он становился Филатусом

[то есть трусливым. — Примеч. Е.Э. Бертельса]» [11: с. 326].

Описывая шестой бой Искендера с русами, Низами так характеризует одного из этих героев:

Вышел на бой некто в старой шубе,

Как из глубокого моря вылезает крокодил.

Пешком, наподобие целой скалы [был он],

И было в нем грозности больше, чем в пятистах всадниках.

Столь силен он был, что, когда разогревал ладонь,

Сжимая, размягчал алмаз.

Повсюду, где бы он ни избрал себе цель,

Земля становилась от его силы колодцем.

Не было у него оружия, кроме железа с загнутым концом,

Которым он мог развалить целую гору. [11: с. 339]

Кстати, имя одного из таких героев, сына «царя русов» — чисто славянское — Купал. Здесь уместно вспомнить русские былины, в которых наши богатыри (например, Святогор) характеризуются примерно такими же чертами.

По всей видимости, росы действительно отличались от южных народов крупным телосложением и поражали их воображение, и многие авторы, как, в частности, и Псевдо-Захария, использовали при их описании прием гиперболы, что не должно смущать исследователей. «Народ “рос”, люди-богатыри VI века, — пишет Б.А. Рыбаков, — был активным творцом новой истории Европы, начавшейся с завоевания Рима и почти полного овладения вторым Римом — Византией» [18: с. 75].

Таким образом, более внимательное рассмотрение вопроса о роксоланах и росомонах приводит к выводу о том, что под их именами скрыты южные росы, и свидетельства, которые оставили о них позднеантичные и раннесредневековые авторы, должны быть отнесены к древнейшей истории русского народа.

Список литературы

Блаватский В.Д. О скифской и сарматской этнонимике // Краткие сообщения института археологии. Вып. 143: Античная археология. М.: Наука, 1975. С. 79-83.

Вернадский Г.В. Древняя Русь: пер. с англ. Тверь: Леан, 1996. 448 с.

ГрушевськийМ.С. Тстория Украши-Руск В 11-ти тт. / Репр. вид. Киев: Наукова думка, 1991-1993.

Древняя Русь в свете зарубежных источников / Под ред. Е.А. Мельниковой. М.: Логос, 1999. 608 с.

Дьяконов А.П. Известия Псевдо-Захарии о древних славянах // Вестник древней истории. 1939. № 4. С. 88.

Иордан // Свод древнейших письменных известий о славянах: В 2-х тт. / Сост. Л.А. Гиндин, С.А. Иванов, Г.Г. Литаврин. Т. I: I-VI вв. М.: Восточная литература, 1994. С.98-169.

Иордан. О происхождении и деяниях гетов. «Getica» / Вступ. статья, пер. и коммент. Е.Ч. Скржинской. М.: Изд-во вост. лит., 1960. 436 с.

Классен Е.И. Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и славяно-руссов до рюриковского времени в особенности с легким очерком истории руссов до Рождества Христова. Вып. 1-3. М.: Изд-во Е. Классена, 1854. Репринт. изд. СПб.: Андреев и согласие, 1995. 315 с.

Кобычев В.П. В поисках прародины славян. М.: Наука, 1973. 165 с.

ЛомоносовМ.В. [Замечания на диссертацию Г.-Ф. Миллера «Происхождение имени и народа Российского»] // Полн. собр. соч.: В 10-ти тт. Т. 6. М.; Л.: АН СССР, 1952. С. 17-80.

НизамиГянджеви. Искандер-намэ. В 2-х чч. Ч. 1: Шараф-намэ / Пер. Е.А. Бер- тельса. Баку: Аз. ФАН, 1940. 394 с.

Певтингерова карта // Свод древнейших письменных известий о славянах. Т. I. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН. С. 63-80.

Пигулевская Н.В. Имя «рус» в сирийском источнике VI в. // Академику Б.Д. Грекову ко дню семидесятилетия / Ред. коллегия В.П. Волгин, А.А. Новосельский, П.Н. Третьяков и др. М.: АН СССР, 1952. С. 42-48.

Пигулевская Н.В. Хроника Захарии Ритора // Сирийские источники по истории народов СССР / Отв. ред. В.В. Струве. М.; Л., 1941. С. 166.

Пигулевская Н.В. Сирийский источник VI в. о народах Кавказа // Вестник древней истории. 1939. № 1. С. 111-116.

Плиний Старший. Естественная история // Scythica et Caucasica. Известия древних писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе: В 2-х тт. / Собр. и изд. с рус. пер. В.В. Латышевa. Т. II. Вып. 1. СПб., 1904. С. 171.

Птолемей. Географическое руководство // Scythica et Caucasica. Известия древних писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе: В 2-х тт. / Собр. и изд. с рус. пер. В.В. Латышевa. Т. I. СПб., 1900. С. 231.

Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М.: Наука, 1982. 592 с.

Рыбаков Б.А. Проблема происхождения Руси // Очерки истории СССР. III-IX вв. / Отв. ред. Б.А. Рыбаков. М.: АН СССР, 1958. С. 740-771.

Свердлов М.Б. Восточные письменные источники // Советское источниковедение Киевской Руси. С. 63-71.

ТатищевВ.Н. История Российская: В 7-ми тт. Т. I. М.; Л.: АН СССР, 1962. 500 с.

Трубачёв О.Н. Лингвистическая периферия древнейшего славянства. Индоарий- цы в Северном Причерноморье // Вопросы языкознания. 1977. № 6. С. 13-31.

Marquart J. Osteuropaische und ostasiatische Streifzuge. Ethnologische-und Ыstorisch-topograpЫsche Studien zur Geschichte des 9 und 10. Jahrhunderts (ca. 840940). Leipzig: Dieterich’sche Verlagsbuchhandlung Theodor Weicher, 1903. 560 s.