Детство, опалённое войной

Детство, опаленное войной.

Я часто задумываюсь, для чего я живу, и что меня ожидает в будущем? Кто я вообще в этом мире, имею ли я право называть себя человеком, заслужила ли уважение к себе?

Каждый должен добиться чего-то в жизни, поставить перед собой цель и стремиться к ней. У каждого человека есть своя мечта. Я мечтаю закончить хорошо школу, иметь любимую профессию, семью, достичь много в жизни, быть в ней не последним человеком, общаться с интересными людьми и радоваться каждому дню, который мне подарила жизнь.

О чем же мечтали дети, которых война лишила всего, даже детства? Ведь быть не по годам взрослым – это очень трудно. К чему в те далекие сороковые стремились мои сверстники и кем хотели стать? Их вовлекли в ненужную и непонятную «взрослую игру», которая длилась четыре долгих и нескончаемых года. Они так же, как и я, учились в школе, посещали разные кружки: пели, танцевали, мастерили. Дети любили жизнь, радуясь лучам утреннего солнца, шуму дождя и запаху полевых цветов.

На смену всему этому пришли темные и страшные дни. Ребята не знали, что их ждет завтра, какое новое испытание им преподнесет судьба! Вот как о своем детстве пишет Алексей Недогонов:

Мы книги читали о счастье –

они их сжигали в огне; мы ставили звезды на елках –

они на еврейской спине,

мы ландыши рвали руками –

они их срезали ножом;

стрижей мы ловили силками –

они их сбивали ружьем.

Сколько девчонок и мальчишек брали в плен, увозили в немецкое рабство, гнали в концлагеря.…Некоторым повезло, и они наравне с взрослыми шли воевать, чтобы защищать свою любимую родину. Детей, оставшихся в тылу, тоже не обошла война, 

затронув своим седым крылом. Они остались живы, но им было ничуть не легче. Они терпели голод и холод, много часовые вахты у станка без сна и отдыха, теряли родных и

близких.

Как бы я ни хотела поставить себя на их место, я все равно не почувствую в полной мере их  страха, мук и боли, я лишь понимаю, что те дети намного сильнее морально и физически, чем ребята в мое время. 

Многие сейчас живут одним днем, их не интересует, что ждет в будущем их самих, не говоря уже обо всем человечестве. При взгляде на некоторых моих сверстников мне становится страшно: к чему мы идем? Дети того времени были намного добрее, отзывчивее, терпимее и трудолюбивее.

Ребята, уходя на фронт, искали моральной поддержки у родителей, друзей, учителей. Они не забывали свои родные школы, наставников, которых безмерно уважали. Некоторые изливали свои страдания в личных дневниках. Читая  откровения ребят, я все больше и больше перемещаюсь в то далекое время. Ученик 324-й школы пишет: «Признаться, я  с облегчением вздохнул, когда получил на руки аттестат, учиться жутко надоело – это мне тогда так казалось. А теперь – честное слово,! – с каким наслаждением решал бы самые трудные задачки по математике, потел бы над физикой! Это такое замечательное дело - учиться! «Ученики были благодарны своим учителям за знания, которые они им дали».

Люди верили, что враг будет разбит и окончательно уничтожен. За слёзы и страдания матерей, потерявших своих детей, за слёзы сирот, матери  которых погибли в холодной войне, врагу будет воздано сполна. Они были уверены,  что близок час расплаты за поруганные разграбление города и села, за издевательства и насилие  над мирным населением, за «опалённых войной» и убитых войной.

Как-то я прочитала, как в госпиталь была доставлена Женя-девочка четырёх лет. Ей фашисты разрезали живот и, поломали руки и ноги. Вскоре она умерла. Так же пострадали от гитлеровцев мальчишки 13-14 лет, на которых сбросили взрывчатку в то время, когда они пасли на лугу скот. Ребята получили очень сильные ожоги.

Сказать о них «звери» - мало. Фашист - больше, чем зверь. Это изверг. Людоед. Кровь, человеческая кровь – вот что держит его на ногах. 

Хотя прошло уже 60 лет с той страшной войны, люди и сегодня не забывают о том тяжелом времени,  о ветеранах Великой Отечественной.  Мы молодое поколение, стараемся согреть их теплом и заботой, приглашая на школьные концерты и просто  дружеские встречи, по праздникам и будням. Нелегко старым солдатам вспоминать «сороковые, роковые». «Не ранить случайным словом, вздохом невпопад» наших     ветеранов просит Николай Рыленков:    

В суровый час раздумья нас не троньте

И ни о чем не спрашивайте нас.

Молчанью научила нас на фронте

Смерть, что в глаза глядела наш не раз…

Нам было все отпущено сверх меры-

Любовь, и гнев, и мужество в бою.

Теряли мы друзей, родных, но веры

Не потеряли в Родину свою.

Помимо Дня Победы, который широко и с особым почетом отмечается почти во всех республиках бывшего СССР, есть еще одна памятная дата, о которой знают немногие. Это день Узников Фашизма, учрежденный по инициативе ООН и приходящийся на 11 апреля. Ежегодно в Караганде по этому случаю собирается специальная конференция, где присутствуют представители Облсобеса, Акимата, Совета ветеранов. Таких людей, которые познали ужасы концлагерей в Великую Отечественную войну, у нас по области насчитывается около 500 человек.

В.Шайторов, П.М.Кашира, Г.К.Литвин, П.А.Зверьков, Н.А.Рубан, Т.К.Кириллова, В.И.Дучинский…Для них этот отрезок времени как вечно саднящая, незаживающая рана.

А.В.Шайторова сегодня уже нет с нами. Но пережитое им забыть невозможно. Про него я знаю из газет. Выходец из белорусской деревни Кадило, в ноябре 1941 года вместе с матерью и четырьмя братьями был брошен в концлагерь на территории бывшего торфяного завода под Могилевом. В проклятом месте был зверски убит двухгодовалый братишка семилетнего Анатолия. Проведя несколько месяцев осенью 1942 года в Бобруйском концлагере, семья Шайторовых была переведена в лагерь смерти Малый Траницен. Однажды, вспоминает А.В.Шайторов, он чуть не расстался с жизнью, когда залез к одному из фрицев в баночку с леденцами. Тот дернул голодного пацаненка с леденцами за рукав, а из-под выбившейся рубашки на землю посыпались злополучные конфеты. Со сломанным кованым ботинком ребром ребенок корчился от боли и страха, пока гитлеровец расстреливал вокруг детской фигурки всю обойму. В мае 1944 года узников погрузили в «теплушки» и должны были отправить в Освенцим. Растреленные советскими самогетскими состав покидали оставшиеся в живых. Шайтаровцы лесом добрались  до ближайшей деревни, где их на время приютили и спрятали от карателей одни старики. Когда пешком добрались домой, на месте118 домов в родной деревне остались только 6 (в том числе и их собственный, где ютились уже 38 человек). Если бы не лес в округе не выжили. Страдали от рахита и дистрофии (в 20 лет Анатолий весом 47 кг!)  поэтому в пищу мело всё что летало и ползало.

Т.К. Кириллова, уроженка деревни Львовка Курской области, вспоминает, как с подругами рыла противотанковые оковы, как потом 18 километров их с партией «живого сырья» для великой  Германии под конвоем пригнали на станцию под Новым Осколом. В 1942 году из концлагеря она попала на металлозавод. В городе Уперталь. Больше всего запомнилось клопы  и бесконечного ношения песка с этажа на этаж за малейшую провинность. Работали по 12 часов в день, была одна мечта – выспаться. В числе других Т.К.Кириллову освободили американцы. В.И.Дучинский родом из белорусской деревни. Юшкевичи, сожженной во время войны фашистами. Вся семья попала в концлагерь во Франкфурте – на - Майне. Родители оставили здоровье на резиновой фабрики, а на детях солдаты Фюрера проводили медицинские эксперименты. После освобождения американскими союзниками шесть месяцев бывшие узники добирались на родину.

Для меня, как и для каждого нормального человека, кажется совершенно естественным отвращение к любому насилию, войне и разного рода террористическим актам. Больше всего, когда мишенью зла становятся дети,  самые чистые существа на земле.  Поэтому своё сочинение мне хотелось  бы закончить строками из стихотворения Бориса Пастернака.



Настанет новый лучший век,

Исчезнуть очевидцы.

Мученье маленьких калек

Не смогут позабыться.

      


































С