Реформы Хрущева

1



Введение.



Ратный подвиг в Великой Отечественной войне, пафос ее всемирно-исторической победы, выход социализма на широкую мировую арену, трудовой энтузиазм хозяйственного восстановления страны стимулировали рост социально-политечского, духовно-нравственного самосознания советского народа, вселяли чувство гордости и самоуважения, воочию свидетельствовали, что люди не винтики, а решающая сила движения истории. Объективный процесс роста народного самосознания потенциально содержал в себе угрозу тоталитаризму, безграничной личной власти, произвольному манипулированию обществом, неизбежного краха режима «сталинщины» как системы. С другой стороны, те же самые факторы в условиях сложившихся политических институтов и идеологического прессинга способствовали как официозному, так и спонтанному возвышению культа личности Сталина. Рост народного самосознания, не находя себе выхода на путях демократии, нередко трансформировался в ту же идею культа личности, олицетворявшую патриотическую гордость за свою страны. 

Внешнее, видимое единство и глубокая внутренняя противоречивость этих двух тенденций создавали ситуацию, когда «верхи» могли управлять по-старому только с позиции силы, а «низы» еще не могли противостоять этой силе, не накопили необходимого демократического потенциала. Поэтому в 50-е годы после смерти И.В. Сталина, в партии и стране начали происходить важные политические сдвиги. Исторической вехой на этом пути стал XX съезд КПСС, разоблачивший «культ личности», давший мощный импульс демократическому обновлению общества. Именно теперь, в наши дни, мы все полнее и глубже осознаем ту поворотную роль, которую в конечном итоге сыграл в судьбах страны XX  съезд.

Конструктивные, позитивные перемены охватили тогда все сферы жизни: партию и государство, экономику и социальные отношения, науку и культуру. Прежде всего решающие шаги были сделаны в ликвидации тяжких последствий репрессивного произвола сталинского режима, в восстановлении законности и правопорядка, конституционных прав граждан. Из тюрем и лагерей вышли на свободу сотни тысяч безвинно пострадавших людей, многие тысячи реабилитированы посмертно. Восстанавливались уставные нормы партийной жизни, коллективность руководства, упорядочивалась деятельность государственного аппарата, расширялись права союзных республик.

Ликвидация тоталитарного режима культа личности с его отчуждением от народных масс, курс на демократизацию общества обусловили важные коррективы экономической и социальной политики, ее гуманизацию, ориентацию на улучшение условий жизни людей. Происходил поиск путей совершенствования управления производством, ускорения темпов научно-технического прогресса, преодоления отставания и подъема сельского хозяйства, оздоровления деревни.

Во многом оживилась духовная жизнь общества, постепенно освобождалось от пут догматизма научное и художественное творчество. Можно назвать и многие другие процессы, обусловленные XX съездом КПСС, радикальной политической деятельностью руководства партии, возглавляемого Н.С. Хрущевым. 

Но, как и все предыдущие преобразования в нашей стране, реформы Хрущева проводились на фоне острых противоречий в руководстве страны. После смерти Сталина в руководстве партии развязалась острая борьба за власть.



1) Борьба за власть весной 1953 года. Реалии политической жизни 1953 года.



Политика партии по осуждению культа личности.



6 марта 1953 года состоялось совместное заседание Пленума Центрального Комитета КПСС, Совета Министров Союза ССР, Президиума Верховного Совета СССР, сообщение о нем опубликовано в «Правде» 7 марта. Был утвержден новый состав Президиума ЦК. Численность его была сокращена более чем вдвое: Президиум ЦК – с 11 до 4 человек. Ликвидировалось не предусмотренное Уставом КПСС Бюро Президиума ЦК, созданное по предложению Сталина, а также Бюро Президиума Совета Министров СССР. В Президиуме Совмина остались Председатель Совета Министров СССР и его первые заместители. Г. М. Маленков стал Председателем Совета Министров, первыми заместителями Предсовмина утверждены Л.П. Берия, В.М. Молотов, Н.А. Булгалин, Л.М. Каганович. Было признано необходимым, «чтобы тов. Хрущев сосредоточился на работе в Центральном Комитете КПСС». В связи с этим он был освобожден от обязанностей первого секретаря Московского комитета КПСС. Очевидно, что сразу после смерти Сталина, не пользовавшегося после XVII съезда титулом Генерального секретаря ЦК, вводить какой-либо соответствующий пост в партийном руководстве было неуместно. Поэтому Н.С. Хрущев оставался формально в ранге секретаря ЦК КПСС, но, будучи единственным, из секретарей членом Президиума ЦК, естественно, занимал среди них главенствующее место. В состав Секретариата ЦК были введены С.Д. Игнатьев, П.Н. Поспелов, Н.Н. Шаталин, которые сменили П.К. Пономаренко, Н.Г. Игнатова, Л.И. Брежнева.

На другой день после похорон И.В. Сталина, вечером 10 марта, Г.М. Маленков собрал Президиум ЦК. На него были приглашены секретари ЦК М.А. Суслов, П.Н. Поспелов и главный редактор «Правды» Д.Т. Шепилов. Поводом послужили номера газеты «Правда» с освещением траурных дней. Г.М. Маленков высказал ряд замечаний, касающихся «субординации» в упоминании имен и расположении материалов в газете. Речь Маленкова на траурном митинге была отделена от других, при перечислении состава почетного караула опущены отдельные фамилии, сделано разделение имен: одни сгруппированы как «верные ученики и соратники великого Сталина», другие попали за скобки этой группы. На снимке почетного караула «за кадром» остались М.Г. Первухин и М.З. Сабуров, опущены их имена и при выносе гроба из Дома союзов. Особенно резко Маленков высказывался по поводу помещенной в газете фотографии «Товарищи И.В. Сталин, Мао Цзе-дун и Маленков», заявив, что это «выглядит как провокация», поскольку такой фотографии нет. Во всех редакционный статьях, очерках непременно фигурировали цитаты Маленкова, и только его одного. Все это Г.М. Маленков расценил как определенную политическую тенденцию, отметив, что «у нас были крупные ненормальности, многое шло по линии культа личности», и подчеркнул: «считаем обязательством прекратить политику культа личности». То, что именно Г.М. Маленков взял на себя инициативу «прекращения культа личности», имеют свою логику. Будучи достаточно опытным, искушенным политическим деятелем, он ясно отдавал себе отчет в неизбежности кризиса режима личной власти после ухода Сталина. И важно было, взяв инициативу в свои руки, направить отрицание культа личности в нужное русло. В центр внимания выдвигались противостояние культа личности коллективности руководства, ликвидация нарушений уставных, демократических норм партийной и государственной жизни. Суть состояла в том, чтобы не допустить вторжения в диктаторскую сферу культа личности, попрания законности и правопорядка, что чревато было самыми серьезными последствиями для «верных соратников Сталина». Отсюда и характерная формула Маленкова «прекращения» культа личности в настоящем, ограничивавшая вторжение в его прошлое.

Вопрос об отношении к режиму культа личности, его последствиям приобретал все большее политическое значение для дальнейших судеб страны. Сложившаяся в руководстве обстановка не гарантировала от узурпаторских рецидивов. Реальная опасность в этом направлении исходила от Берии. Он развернул активную политическую деятельность, всячески стремился к упрочнению своего положения. Занимая высокие посты первого заместителя Председателя Совета Министров СССР и министра внутренних дел СССР, Берия фактически поставил себя вне контроля высших партийных и государственных органов, всячески препятствовал их вмешательству в дела своего ведомства, заменил прежде направленных партией руководящих работников МВД в центре и на местах, подбирая кадры по принципу личной преданности. Аппарат МВД был чрезмерно раздут. Деспотичная, авантюристическая фигура Берии таила серьезную угрозу нового диктаторского режима. Располагая «досье» (вплоть до тайной записи телефонных переговоров) на каждого члена руководства, он имел все возможности устранить любого конкурента. Непосредственно в его руках находился мощный аппарат захвата власти. И как только эта угроза стала обретать черты реальности, Президиум ЦК, правительство при поддержке военного командования приняли решительные превентивные меры. 26 июня 1953 года на заседании Президиума Совета Министров СССР Берия был арестован. Важную роль в подготовке и осуществлении этой акции сыграл Н.С. Хрущев, проявив высокую выдержку и личное мужество. 



Июльский Пленум ЦК КПСС. Возвышение Хрущева. 



Важное место в возвышении Хрущева сыграл так называемый Июльский Пленум ЦК КПСС. На нем Хрущев выступил с докладом о вопросах реорганизации руководства партии. В своих решениях Пленум ЦК потребовал укрепить руководство во всех звеньях партии, обеспечить строгое соблюдение  положений Устава о сроках созыва партийных органов. Только коллективный политический опыт, коллективная мудрость ЦК, опирающегося на научную основу марксистско-ленинской теории, подчеркивалось в постановлении Пленума, обеспечивает правильность руководства партией и страной.

«Банда Берии» на определенное время заполнила вакуум вины и ответственности за репрессивный произвол, нарушения законности и правопорядка, отвела угрозу прямых обвинений в адрес остальных соратников Сталина и от самого Сталина. 

Июльский Пленум ЦК КПСС имел важнейшее, переломное значение в оздоровлении внутрипартийной, государственной жизни. Он положил начало курсу на демократизацию советского общества, дал серьезный стимул повышению активности парторганизаций, требовательности к партийным кадрам, развитию критики снизу, укреплению связей с массами.  

 Обстановка в партии и стране требовала укрепления, стабилизации партийного руководства. Положение, при котором ЦК КПСС имел фактически двух лидеров и не имел официального руководителя, не могло долго сохраняться. Необходимо было покончить с «безымянностью» лидера партии, вернуться к общепринятой номенклатуре в высшем партийном руководстве.

После смерти Берии перед Маленковым фактически был открыт путь к официальному лидерству в партии. Однако ни он, ни другие ближайшие сподвижники Сталина не претендовали на эту роль. Будучи зрелыми и достаточно трезвыми политиками, они понимали, что связанный с их именем груз преступлений периода культа личности Сталина не позволит им обрести доверие и поддержку партии и народа. Отсюда и компромиссная фигура Н.С. Хрущева. Хрущев имел большой опыт работы в руководстве партии, обладал политической интуицией и незаурядными организаторскими способностями, ближе других стоял к народу, понимал и разделял его нужды и чаяния. Он отличался притягательными личными качествами, демократичностью, доступностью, умением говорить просто и доходчиво, зажигать своим словом. Все это делало выдвижение Н.С. Хрущева на первый план вполне обоснованным и оправданным.

Тем временем процесс демократизации все больше захватывал партию. Восстанавливались уставные нормы партийной жизни, после длительного перерыва стали регулярно собираться пленумы ЦК. Проведению их предшествовала определенная подготовка, выявление мнений парторганизаций. Партийные органы пополнялись новыми кадрами, освобождались от работников, не сумевших отказаться от авторитарных методов руководства, игнорировавших критику, не считавшихся с мнением рядовых коммунистов. Улучшился состав руководящих кадров. Среди них значительно больше стало образованных, высококвалифицированных, опытных работников. Больше внимания стало уделяться вопросам приема в партию, молодым коммунистам. Но, восстанавливая коллективность руководства, упорядочивая стиль и методы работы, партия придавала большое значение демократизации государственной и общественной жизни, но, не подвергая, однако, пересмотру ее сложившихся устоев.



Основные проблемы, назревшие к весне 1953 года.



Ликвидация авторитарного режима культа личности с его отчуждением от народных масс, курс на демократизацию требовали серьезных корректив экономической политики, ее гуманизации, ориентации на улучшение условий жизни людей. В 50-е годы складывались и определенные материально-технические предпосылки для перехода к решению этой проблемы. Страна располагала развитым индустриальным потенциалом.



Коренной проблемой развития экономики, производства товаров народного потребления являлось преодоление резкого отставания сельского хозяйства, бедственного положения села и колхозного крестьянства. На августовской сессии Верховного Совета говорилось о конкретных мерах помощи колхозному крестьянству. Речь шла о значительном снижении норм обязательных поставок с личного подсобного хозяйства колхозников, об уменьшении в среднем в два раза денежного налога с каждого колхозного двора, о полном снятии оставшейся недоимки по сельскохозяйственному налогу прошлых лет. 

Руководство партии и государства отдавало себе отчет в том, что перемены в жизни общества немыслимы без восстановления и укрепления законности и правопорядка. Необходимо было не только разобраться в прошлом с его репрессивным произволом, беспрецедентными нарушениями конституционных прав граждан, но и создать гарантии от подобных явлений в будущем. Уже в марте было прекращено «дело врачей». 4 апреля 1953 года опубликовано сообщение МВД СССР, в котором говорилось, что все выдвинутые обвинения являются ложными, показания арестованных, якобы их подтверждающие, получены путем применения недопустимых и строжайше запрещенных советскими законами приемов следствия. ЦК КПСС, правительство СССР развернули большую работу по организации пересмотра дел на лиц, осужденных по политическим мотивам. В середине 1953 года началась реабилитация коммунистов, привлеченных в 30-40 и начале 50-х годов к партийной и судебной ответственности. Следует заметить, что эти процессы, при всем их общественном значении, являлись продолжением «дела Берии», вели линию на локализацию ответственности за незаконные репрессии, фальсификацию обвинений рамками правоохранительных органов. 

Создавалась  крайне противоречивая ситуация, при которой идеологическая критика культа личности, акция по преодолению его последствий все больше отрывались от своего главного субъекта (Сталина). Такая ситуация была чревата серьезными политическими осложнениями, она необходимо должна была получить свое разрешение.



2) XX Съезд и его роль в дальнейшем развитии общества.



Доклад Н.С. Хрущева на закрытом заседании XX  съезда, опубликованные по нему постановление, доведение содержания доклада до партийных организаций, широкой общественности означали конец, если можно так сказать, «негласного» периода борьбы с культом личности, когда эта борьба не приобрела открытого характера, в тени оставался главный субъект культа личности – сам Сталин. XX съезд КПСС, развенчание Сталина, разоблачение связанного с ним репрессивного режима положили начало новому этапу в общественной жизни партии и страны.  

В 1954-1955 годах работали различные комиссии по пересмотру дел необоснованно обвиненных и незаконно репрессированных советских граждан. Многие реабилитации проходили в индивидуальном порядке. В преддверии съезда, 31 декабря 1955 года, Президиум ЦК КПСС образовал комиссию для изучения материалов о массовых репрессиях членов и кандидатов в члены ЦК ВКП (б), избранных XVII съездом партии. В ее состав входили секретари ЦК КПСС П.Н. Поспелов и А.Б. Аристов, председатель ВЦСПС Н.М. Шверник, заместитель Председателя Комитета партийного контроля при ЦК КПСС П. Т. Комаров. 

Материалы этой комиссии легли в основу доклада «О культе личности и его последствиях». Проект доклада в первой его части (до конца 30-х годов) был подготовлен в большой спешке, не исключено, что  уже в ходе съезда. Мало кто  из делегатов XX съезда КПСС представлял, что их  ожидает на утреннем закрытом заседании 25 февраля 1956 года. Для большинства присутствовавших в зале доклад Хрущева стал полным откровением и произвел впечатление разорвавшейся бомбы. Делегатам съезда было роздано «Письмо к съезду» В.И. Ленина. Многие, конечно, знали о нем и раньше, но оно не было опубликовано. Конкретные же последствия того, что партия в свое время не реализовала ленинские рекомендации, прежде всего по отношению к Сталину, тщательно скрывались и маскировались. В докладе Хрущева эти последствия впервые были обнажены и получили соответствующую политическую оценку. 

Думаю, что нет нужды излагать доклад, он теперь широко известен. К тому же мы сейчас знаем о временах сталинщины гораздо больше, чем в то время было известно самому Хрущеву, хочу лишь обратить внимание лишь на некоторые моменты, которые в дальнейшем особо повлияли на политическую и другие сферы общественной жизни нашего государства. 

Особое значение имело разоблачение сталинской формулы «враги народа». Этот термин, говорил Хрущев, сразу освободил от необходимости веских доказательств идейной неправоты человека или людей, с которыми ты ведешь полемику: он давал возможность всякого, кто в чем-то не согласен со Сталиным, кто был только заподозрен во враждебных намерениях, всякого, кто был просто оклеветан, подвергнуть самым жестким репрессиям, с нарушением всяких норм революционной законности. Это понятие – «враг народа», по существу, уже снимало, исключало возможность какой-либо идейной борьбы или выражения своего мнения. Бесспорная заслуга Хрущева в том, что он поставил вопрос о неправомерности и недопустимости репрессивной расправы с идейными противниками. 

Что касается ответственности за репрессии, то роль Сталина в создании режима политического террора раскрыта в докладе в достаточно полной мере. Однако прямое участие в политическом терроре сподвижников Сталина и подлинные масштабы репрессий остались «за кадром». Хрущев ставил основной задачей своего доклада, – прежде всего «решительно, раз и навсегда развенчать культ личности», без чего было невозможно политическое оздоровление общества.

Сам текст доклада Хрущева не был опубликован в открытой печати, так как гласное разоблачение Сталина, созданного им  тоталитарного режима способствовало бы гораздо более глубокой перестройке общественного сознания, вызвало бы эскалацию критического анализа пройденного пути с выходом на деформации социализма, сделало бы неизбежным процесс последовательной демократизации общества, его всестороннего обновления. Весь ход событий мог быть иным. История в силу ряда субъективных причин сделала свой выбор, отодвинув в итоге на десятилетия коренной перелом в судьбе нашей страны. Как заметил в своей статье «Социалистическая идея и революционная перестройка» М.С. Горбачев: «XX съезд КПСС, разоблачение им явления, получившего название «культа личности», развенчание Сталина и осуждение его методов имели огромное значение. Но, отбросив и осудив мрачные стороны сталинского режима, съезд, в общем, оставил без изменения саму бюрократическую систему. Она сумела устоять, чему помогла и новая иллюзия, что достаточно устранить крайности сталинского режима – и освобожденная энергия социализма в недалеком будущем сможет подвести наше общество к высшей фазе коммунизма». Примечательно, что похожую ошибку сделал и сам Горбачев, проводя «перестройку».



Неудавшийся переворот.



После XX съезда бывшая «элита» сталинского окружения – Молотов, Каганович, Маленков заняли явно антагонистическую позицию по отношению к Хрущеву, нередко вступали в конфронтацию, ревностно относясь к  быстрому росту и упрочнения его авторитета в партии и народе. Все больше довлел над ними страх перед дальнейшими разоблачениями режима культа Сталина, возможными для них последствиями. С другой стороны, и сам Хрущев стоял перед неизбежностью разрыва с Маленковым, Молотовым, Кагановичем. Недаром Маленков как-то заметил в разговоре с Сабуровым: «Надо действовать. Если мы их не снимем, то они снимут нас».

Разногласия начались с конкретизации, персонификации понятия «культа личности» как культа Сталина. Июньский Пленум ЦК обнажил всю глубину этих разногласий, показал суть позиции «старой сталинской гвардии». Маленков и Молотов были достаточно опытными политиками, чтобы разглядеть действительные недостатки, промахи, ошибки Хрущева, тем более зная его много лет и имея достаточно полное представление о его способностях  и возможностях. 

Критика Хрущева шла по линии нарушения принципа коллективности руководства, недостаточной обоснованности, некоторой авантюристичности, излишней поспешности ряда его хозяйственных мероприятий – форсированного освоения целины, укрупнения колхозов, наступления на личное подсобное хозяйство, декларативного призыва в кратчайший срок догнать и перегнать США по производству молока, масла и мяса на душу населения и других. Обвиняли Хрущева в излишне «мягкой» внешней политике, «отходе» от принципов пролетарского интернационализма. Отмечалось также, что Хрущев сосредоточил в своих руках чрезмерную власть, проявляет несогласованные инициативы, игнорирует коллективность руководства, нередко единолично решает кадровые вопросы, порой груб в обращении.

На Пленуме сразу же была взята линия на то, чтобы снять вопрос о критике Н. С. Хрущева, истолковывая ее лишь как повод для достижения своекорыстных целей и поэтому не заслуживающей какого-либо серьезного рассмотрения. Любая критика в адрес Хрущева однозначно трактовалась как покушение на политическую линию XX съезда КПСС. Группа Маленкова не нашла ни малейшей поддержки на Пленуме, подвергалась массовой атаке и осуждению. Пленум ЦК проявил полное единодушие в осуждении группового сговора, выдвинутых его участниками позиций, оказал безоговорочное доверие Хрущеву. В итоге на заседании Пленума 28 июня Маленков, Молотов, Каганович признали свои ошибки. А на заключительном заседании Пленум выработал и принял постановление, в котором резко осуждалась деятельность антипартийной группы, а члены этой группы лишились своих постов.



3) Три глобальных проблемы и пути их решения.

  

Экономика.



50-е годы занимают особое место в послевоенной истории советской экономики. Они послужили своеобразным мостом между полными драматизма событиями 30-40 годов и весьма противоречивым развитием общественного производства в последующие десятилетия. К сожалению, этот мост не был рассчитан на те огромные перегрузки, которые возложило на него движение истории.

Следует напомнить, что ни одна другая страна не имела таких потерь, как СССР в годы второй мировой войны. Правящие круги Лондона и Вашингтона были уверены, что Советский Союз не сможет справиться своими силами с трудностями послевоенного восстановления народного хозяйства, и попадет в зависимость от западного капитала. Они официально провозгласили концепцию, согласно которой отношения западных стран с СССР должны строиться на «на признании русским народом англо-американской силы».

Однако советские люди не могли согласиться с такой перспективой. Пришлось вновь ценой сверхнапряжения и концентрации ограниченных ресурсов сжимать сроки восстановления и развития промышленности, транспорта, других отраслей. В результате довоенный уровень производства в промышленности был, достигнут к 1950 году – раньше, чем было в большинстве стран Западной Европы, получивших помощь США по «плану Маршалла».

Западные политики отреагировали на успехи СССР введением дискриминационных мероприятий по ограничению и даже свертыванию торговли с СССР. Жесткое противостояние двух систем привело к ожесточенной «холодной войне». Появлялась опасность атомного удара по Советскому Союзу. Угрожающие действия со стороны Запада вынудили принять меры по укреплению обороноспособности страны. Это не могло не сказаться на развитии мирных отраслей производства, на качестве жизни людей. В связи с этой ситуацией необходимо было решить три тяжелейшие проблемы: накормить и одеть людей, поднять их культуру; включиться в научно-техническую революцию и осуществить для этого обширные структурные сдвиги в технологии, организации и управлении производством; укрепить оборону страны за счет новейших видов вооружений. Но достаточных финансовых и материальных ресурсов для одновременного решения всех этих задач не было. В поисках выхода из создавшейся ситуации особое значение имело правильное определение главного звена в цепи задач и соответствующих приоритетов. Руководство партии и государства отдавало себе отчет в крайней остроте продовольственной проблемы, и уже сентябрьский Пленум ЦК КПСС круто изменил курс аграрной политики в сторону коренных интересов крестьянства. На решение продовольственной проблемы была направлена также программа освоения целинных земель. Одновременно был проведен в жизнь ряд мер по перераспределению национального дохода в пользу села. Среди них – изменение налоговой системы и повышение закупочных и заготовительных цен. Тем самым были созданы условия для роста благосостояния крестьянства, что в свою очередь повысило их заинтересованность в увеличении урожайности полей и продуктивности скота. В результате товарная продукция сельского хозяйства в 1960 году увеличилась по сравнению с 1953 годом на 60 процентов.

Подъем сельского хозяйства явился важной предпосылкой расширения производства предметов потребления. В 1953-1955 годах были приняты меры по обновлению и развитию легкой и местной промышленности, дополнительному увеличению выпуска и улучшению качества товаров для населения. К осуществлению этой задачи были привлечены предприятия тяжелой и оборонной промышленности, что было особенно важно для расширения производства относительно сложных и дефицитных для того времени бытовых товаров. Началось освоение массового выпуска холодильников, магнитофонов, телевизоров. Все это послужило материальной основой для повышения уровня жизни населения.



1950 г

1953 г

1960 г



197 

338

523



213

381

700



224

408

751



128

190

260



165

229

337



189

349

572



183

347

594



207

365

549



163

199

264



246

464

727



Как видно, развитие советской экономики в течение 50-годов отличалось динамизмом, что в свою очередь обеспечивалось высокими темпами роста капитальных вложений и опережающим темпом ввода основных фондов. Это было связано с тем, что значительная часть накоплений расходовалась на восстановление разрушенный войной объектов, а восстанавливать все же легче, чем строить заново. Однако освоение восстановленных и новых мощностей затягивалось, что сопровождалось падением полезной отдачи от вводимых в строй основных фондов.

Важно отметить, что прирост сельскохозяйственного производства, включая и урожай на целинных землях, был получен за счет роста производительности труда. В промышленности свыше половины прироста продукции обеспечивалось за счет дополнительной рабочей силы, которая в той или иной форме мигрировала в город из села. Заслуживает внимания и тот факт, что в первые две послевоенные пятилетки группа «Б» по темпам развития обгоняла группа «А».



Жилищный вопрос.



В числе самых острых социальных проблем, с которыми страна начала 50-е годы, был жилищный вопрос. В результате разрушений без крова осталось 25 миллионов человек. Нередко в одной комнате ютились две, а то и три семьи. Чтобы снять остроту проблемы, по инициативе Хрущева были приняты меры по увеличению жилищного строительства. Для этого широко применялись типовые проекты, внедрение индустриальных поточных методов возведения жилых зданий, широкое применение железобетона и блочных конструкций. Особое внимание проектных организаций, архитекторов, инженеров обращалось на обеспечение в архитектурно-строительном деле простоты, строгости форм, экономичности решений. Подсчеты показывали, что при строительстве жилых домов по экономичным проектам и рациональном сооружении целых кварталов и улиц индустриальными методами стоимость одного квадратного метра жилой площади снижалась на 10-15 процентов, то есть при тех же затратах ресурсов на каждые сто домов можно было построить еще десять.

Размах нового строительства приобрел значительные масштабы. Если в 1951-1955 годах в городах и поселках в среднем за год вводилось общей жилой площади 30,4 миллиона кв.м., то в 1957 году было введено 52 млн. Особенности в жилищном строительстве 50-х годов были следующие: во-первых, если абсолютный размер увеличения жилья на 10 миллионов м.кв. в начале 50- годов удалось осуществить только за пять лет, то во второй половине такой прирост дополнительного жилья получали практически ежегодно; во0вторых, в последующие пятилетки не удалось удержаться на таком высоком уровне жилищного строительства. 

 

Наука.



Одно из центральных мест в деятельности КПСС в 50-е годы занимали проблемы, связанные со стимулированием научно-технического прогресса и его широким применением в народном хозяйстве. В конце 50-х годов советская наука получила важные положительные результаты в ряде областей прикладных знаний, в том числе в области полупроводников, электронно-вычислительных машин. Ярким свидетельством высокого научного и технического уровня производства явились запуск первого искусственного спутника Земли, первый полет человека в космос. Широко использовались новейшие достижения науки и техники в сфере обороны. Однако, несмотря на целый ряд несомненных успехов ученых, уже в 50-е годы зародились противоречия, которые, постоянно нарастая и обостряясь, послужили одной из главных причин нашего отставания от тех глубоких структурных сдвигов в технологии, качестве и эффективности, которые произошли и происходят в производстве развитых капиталистических стран.

О возникновении этих противоречий с большой тревогой говорил П.Л. Капица в своих письмах о науке Н.С. Хрущеву в 1953 –1958 годах. Он выделил две основные неблагоприятные тенденции: отставание в области фундаментальных исследований и недостатки в организации науки. Он отмечал, что передовая наука не должна идти на поводу практики, а должна сама создавать новые направления в развитии культуры и этим менять уклад нашей жизни.



Проект программы  реорганизации производства.



Таким образом, в 50-е годы, несмотря на объективные и субъективные трудности, ошибки и просчеты в управлении, удалось существенно продвинуться вперед в решении тех трех глобальных проблем, которые так настойчиво и тревожно заявили о себе в начале 50-х.

 В феврале 1956 года XX съезд партии поручил подготовить к следующему съезду проект новой Программы КПСС, которая должна была определить перспективу непосредственно коммунистического строительства. Однако в намеченный срок завершить работу не удалось. Здесь уже одного житейского опыта и обыденного сознания было недостаточно. Для подготовки конкретных материалов было образовано несколько комиссий, в состав которых вошли ученые и практики. Среди ученых и плановых работников в то время преобладали оптимистические прогнозы, отражавшие господствующие массовые настроения относительно исхода экономического соревнования с США. Так, в 1957 году председатель Госплана И. Кузьмин заявлял: «… в ближайшие 15 лет СССР превзойдет абсолютный объем производства США, даже с учетом роста американской экономики».

В 50-е годы советская экономика продолжала динамично развиваться, выигрывая время в экономическом соревновании с лидером капитализма – США. Если на предыдущих этапах США имели относительно невысокие темпы роста по сравнению с СССР, но все же сохраняли преимущество по абсолютным размерам прироста производства, то в 50-е годы ускоренное развитие экономики СССР характеризовалось не только опережающей скоростью, но и более высокими абсолютными размерами прироста по ряду важных видов промышленной продукции, а также в суммарном, денежном выражении.



Среднегодовой прирост и производства отдельных видов продукции в СССР и США за 1951-1958 гг.









































































































Как видно из таблицы, СССР в 50-х годах опережал США по абсолютному приросту производства многих важных сырьевых и топливных продуктов. Исключение составляла электроэнергия. Конечно, возникал вопрос и о соотношении качества развития обрабатывающей промышленности, прежде всего машиностроения. Однако экономисты считали, что эти вопросы исходные предпосылки – увеличить первичные материальные ресурсы. 

Следует отметить, что к началу 60-х годов несколько изменились и оценки, которые давали американские советологи относительно вероятного исхода экономического соревнования СССР и США. Если американские эксперты раньше подчеркивали, что СССР будет «намного» и «неопределенно» долго отставать от США, то в последующих оценках они вынуждены были признать, хотя и с рядом оговорок, тот факт, что СССР стал догонять США по производству продукции в целом и в расчете на душу населения.

Надо признать, что приведенные в докладе ведущих экономических институтов данные о темпах развития и сроках победы в мирном соревновании опирались в большей степени на желание как можно скорее превзойти США и на веру в почти неограниченные возможности нового строя и в меньшей степени на трезвый анализ и исследования факторов, способствующих или, наоборот, тормозящих экономический рост.

Основные надежды возлагались на дальнейшие преобразования материально-технической базы:

всеобщая электрификация народного хозяйства, всех сфер общественного труда и быта, при рациональном использовании доступных обществу энергетических источников;

полная комплексная механизация труда и широкое применение крупного машинного производства;

всесторонняя химизация промышленности и сельского хозяйства;

рациональное комплексное использование в производстве всей совокупности материалов как данных природой, так и преобразованных и синтезированных в процессе переработки;

внедрение наиболее рациональных, технически прогрессивных систем производственной технологии промышленности и других отраслей материального производства;

рациональное, гармоничное территориальное размещение производства, обеспечивающее комплексное всесторонне развитие всех районов страны при их целесообразной специализации.

В докладе также указывалось, что вместе с созданием материально-технической базы и на его основе будут происходить глубокие изменения в характере главной производительной силы общества – трудящихся, в уровне знаний, производственном опыте и навыках, в трудовых функциях. Изменения характера и уровня производительных сил в докладе рассматривалось как главный фактор развития системы социалистических производственных отношений и, прежде всего их основы – собственности в двух ее формах – общенародной и колхозно-кооперативной. Закономерным считался процесс постепенного повышения колхозно-кооперативной собственности до уровня общенародной.

Имелось в виду также, что вместе с развитием новой материальной базы и отношений собственности будут совершенствоваться социалистические формы распределения по труду, подготавливаться и развиваться формы коммунистического распределения.  Также предполагалось крутой подъем уровня жизни народа и создание наивысшего в мире уровня народного благосостояния.

При подготовке проекта новой Программы все материалы, содержащие в себе принципиальные постановки и оценки, попадали на стол Хрущеву. Следует подчеркнуть, что он не всегда легко с ними соглашался. 

Но результаты значительно отличались оттого, что было написано в этой новой Программе КПСС. Развитие экономики в начале 60-х годов было весьма неустойчивым, довольно четко прослеживалась тенденция замедления темпов экономического роста. Особо разительны были показатели по сельскому хозяйству.

Среди субъективных причин, вызвавших обострение ситуации в первой половине 60-х годов, следует назвать широкий размах волюнтаризма, наиболее масштабно проявлявшегося опять же в области сельского хозяйства. И дело здесь даже не в повсеместном насаждении кукурузы, а в продразверстке и волюнтаризме. 

Продразверстку возродили в сельском хозяйстве еще в 30-х годах в новой, более жесткой форме, чем это было в период «военного коммунизма». Ее усилили в период Отечественной войны и сохранили вплоть до 80-х годов. Механизм продразверстки был крайне простым и грубым: сначала до каждого хозяйства доводилось плановое задание обязательных поставок сельскохозяйственных товаров государству. Если урожай был хороший и после выполнения плана в хозяйстве еще оставалось что-то, то тут же спускалось дополнительное задание. В случае если и после выполнения дополнительного задания в крепком хозяйстве все же сохранялось какие-то количество зерна или других продуктов, его руководителей уговаривали «добровольно» принять сверхплановые обязательства и так до тех пор, пока на току не будет ничего.

              В результате такой практики у колхозников и работников совхозов в течение десятилетий были вытравлены последние корешки заинтересованности в увеличении валового сбора зерна, картофеля, других продуктов, в расширении производства мяса и молочных продуктов. Была подорвана главная движущая сила развития производства. Чтобы заменить ее, пришлось пустить в ход административные силы: бесконечные команды, директивы, волевой нажим. Но сколько-нибудь заметных результатов не было. А, не решив аграрную проблему, невозможно было обеспечить население полноценным питанием, что в свою очередь резко ограничивало возможности включиться в реализацию новейших достижений науки, техники и технологии.

            Н. С. Хрущев сам критически оценивал сложившуюся ситуацию. Нервничал и настойчиво, иногда лихорадочно, искал выхода. Как прагматик, он не углублялся в коренные причины растущих трудностей. Поэтому недооценивал их, придавая в то же время слишком большое значение внешним переменам, перестановки кадров, изменениям административно-организационных структур. При этом на начальном этапе перестройка административных и организационных структур давала определенный эффект. 

           К таким результативным мероприятиям, в подготовке которых активное участие принял Хрущев, следует отнести постановление Сов. Мина СССР от 14.10.54 г. «О существенных недостатках в структуре министерств и ведомств СССР и мерах по улучшению государственного аппарата». Принятое постановление упрощало структуру министерств и других звеньев управления, предусматривало сокращение их штатов. Всего было упразднено около 10 тысяч главков, отделов, трестов, управлений, разных контор и других организаций. 

           Следует отметить, что это было не механическое сокращение аппарата, а мероприятие, предусматривающее делегирование функций, ответственности и прав сверху вниз, к союзным республикам и предприятиям, с одной стороны, и резкое сокращение отчетности и другого бумаготворчества – с другой. В то же время были расширены права директоров предприятий в области планирования, в капитальном строительстве и реконструкции предприятий, в реализации и оплате труда в пределах штатов и фонда заработной платы. 

          В постановлении ЦК КПСС и Сов. Мина СССР «Об изменении практики планирования сельского хозяйства», принятом в марте 1955 года, с полным основанием осуждалось практика чрезмерной централизации принятия планов и управленческих решений в сельском хозяйстве. Вместо жесткой регламентации производства предлагалось планировать только конечные результаты – объем заготовок продуктов животноводства, обеспечивающих потребности населения в продовольствии и промышленности в сельскохозяйственное сырье. Таким образом, еще при Хрущеве высшими инстанциями нашей системы управление было принято решение – не вмешиваться сверху в производственную деятельность колхозов и совхозов. Однако решение, к которому вновь и вновь возвращались, так и не удалось провести в жизнь в течение почти четырех десятилетий.

         В мае 1955 года были приняты также решения по дальнейшему расширению функций и прав союзных республик в области планирования капитального строительства, по бюджетным вопросам, в решении вопросов труда и заработной платы, в использовании амортизационных отчислений, в перераспределении излишков собственных оборотных средств, в образовании фондов предприятий и др.

          Новая организация производства и управления по территориальному принципу имела определенные положительные стороны: способствовала улучшению разделения труда и его кооперации в рамках экономического региона; быстрее стала формироваться производственная и социальная инфраструктура; полнее использовались местные ресурсы; сократились дальние перевозки. И, тем не менее, совнархозы во многом напоминали структуру управления начала 20-х годов, однако, условия и задачи хозяйственного строительства с тех пор существенно изменились.

          Таким образом, в первой половине 60-х годов в скрытой или явной форме накопился ряд противоречий, которые неизбежно влекли за собой обострение экономической и социальной обстановки в стране.

         

           Довольно высокие темпы роста сельскохозяйственной продукции, достигнутые в значительной мере экстенсивным путем за счет освоения дополнительных пахотных площадей, заслонили собой значительное отставание в урожайности. Засуха 1963 года, вызвавшая серьезные перебои в снабжении населения и даже голод в отдельных районах, только обнажила неустойчивый характер достижений, получаемых экстенсивными методами.

         Отрыв науки от производства в условиях совнархозов усилили торможение научно-технического прогресса в народном хозяйстве. Настойчивое, порой грубое подстегивание высоких темпов экономического роста, постоянная погоня за выигрышем времени отодвинули в тень проблему качества – ключевую проблему второй половины XX века. Не выполнение заданий по объемным показателям грозило хозяйственникам и партийным работникам реальными неприятностями, так как это считалось «провалом», «срывом плана».

          Успехи СССР в завоевании космоса и на некоторых других наукоемких направлениях, главным образом в оборонных областях, не позволили трезво оценить тогдашнее состояние и перспективы развития народного образования, науки и культуры. Осуществив огромный скачок от полуграмотности к всеобщему обязательному среднему образованию, заняв лидирующее место в мире по количеству учителей, врачей, инженеров, ученых, то есть на ведущих участках интеллектуального труда, СССР пропустил революционный взрыв в качестве среднего и высшего образования, который произошел в развитых странах в начале 60-х годов.

          Объективная потребность существенной перестройки всей системы управления чувствовалась повсеместно. Однако ни наука, ни политика, ни практика не были готовы к осуществлению такой перестройки. Бесконечная цепочка непродуманных реорганизаций не дала нужного эффекта. Предстояло еще пройти долгий путь накопления знаний и опыта методом «проб и ошибок», прежде чем могла быть сформирована целостная концепция качественных преобразований в советском обществе. Все это подрывало авторитет Н.С. Хрущева, вызывало неудовлетворенность его нескончаемыми реорганизациями, закономерно привело к смене руководства и началу нового этапа реформы, который начался в 1965 году.



4) Опыт и уроки аграрной политики, как индикаторы реформ 1953-1964 года. 



Суть агарной  политики и ее результаты.



Во второй половине 50-60-х годов складывались, а точнее, могли сложиться принципиально отличные от довоенных условия для социально-экономического развития колхозов и совхозов. Это было время попыток реально переосмыслить прошлое, обеспечить крутой подъем сельского хозяйства, но также и время дерзких, граничащих фантастикой перспективных программ и обещаний, вспышек успеха и постепенного скатывания к застою. 

Причин столь печального финала много. Но одна бесспорна. Динамичное социально-экономическое развитие страны зависит от оптимального взаимодействия всех сфер жизнедеятельности общества, и, прежде всего политики и экономики. Основными причинами отставания сельского хозяйства на рубеже 50-60 годов явились нарушения экономических законов развития производства, принципов материальной заинтересованности колхозников и рабочих совхозов в подъеме общественного хозяйства, правильного сочетания общественных и личных интересов. В значительной мере сказался субъективизм в руководстве, что привело к ошибкам в планировании, финансировании и кредитовании сельского хозяйства, в политике цен. Немалый ущерб колхозному и совхозному производству нанесли необоснованные перестройки руководящих органов, породившие обстановку безответственности и нервозности в работе. Без учета местных условий нередко давались многочисленные шаблонные указания по агротехнике, содержанию и кормлению скота, по структуре посевных площадей и другим вопросам. Это неизбежно сдерживало инициативу руководителей и специалистов, всех тружеников деревни, мешало нормально вести дело.

За 12 лет, с 1953 по 1964 год, прошло 11 специальных совещаний и Пленумов ЦК по вопросам развития сельского хозяйства и еще на двух эти вопросы рассматривались наряду с другими.  Можно было бы ожидать соответствующих сдвигов в самом сельском хозяйстве, но влияние политики на производство в тот период в целом оказалось явно неэффективным.  Что же произошло? Почему оказалась неэффективной необычайно активная политика тех лет?

Дело в том, что насильственные методы осуществления сплошной коллективизации, связанные с нарушением принципов развития кооперации, как добровольность, многообразие форм, последовательность их развития, привели к тому, что созданный в СССР тип сельскохозяйственный предприятий был значительно деформирован, а коллективы этих предприятий – лишены элементарных демократических норм самоуправления и жизни. Между тружениками села и полученной ими от государства землей – их надеждой и кормилицей – возникли мощные бастионы административно командой системы управления, которые так и не удалось разрушить.

Но существовала другая альтернатива становления колхозного строя. Суть ее заключалась в постепенном отказе от груза извращений в развитии кооперации, как бы возврате ее в естественноисторическое русло, но уже на новом уровне хозяйствования, развития производственных отношений. Необходимо было отказаться от жесткой регламентации колхозной жизни, предоставление колхозам права самостоятельно решать свои хозяйственные, социальные нужды, сочетая, увязывая их с ориентирами демократизации всей системы управления.

Нужно признать, что Хрущев, несмотря на противоречивость своих оценок положения дел в сельском хозяйстве, первым среди официальных деятелей фактически признал такую альтернативу и во многом стремится ее реализовать. Именно в 50-е годы была предпринята попытка перехода к относительной самостоятельности колхозов и совхозов. 

Важную роль сыграл сентябрьский Пленум ЦК 1953 года. В соответствии с его решениями государственные заготовительные цены на скот и птицу увеличились более чем в 5 раз, на молоко – в 2, картофель – в 2,5 раза, овощи – на 25-40 %. Повышались и закупочные цены на продукцию, продаваемую сверх обязательных поставок. Эти меры позволяли значительно укрепить экономику колхозов. Были приняты действенные меры против нарушения важнейшего принципа артельной формы колхозного производства – правильного сочетания интересов в развитии общественного и личного хозяйства: снижены нормы обязательных поставок продукции с личных подсобных хозяйств, предусмотрены твердые ставки налогообложения в соответствии с размерами приусадебных участков.

Пересматривалась система расчетов с колхозами за реализацию продукции. Им стали выплачивать денежные авансы, часть которых предназначалась для выдачи колхозникам по трудодням в течение всего года. Этот порядок позволил впоследствии ввести в колхозах денежную гарантированную оплату труда. Были приняты меры по улучшению планирования, укреплению колхозов кадрами, усилению роли МТС в развитии колхозного производства.

Реорганизация МТС и продажа техники колхозам в соответствии с решением февральского (1958 г.)  Пленума ЦК сделала колхозников потенциально полноправными хозяевами или пользователями всех основных средств производства. Отмена обязательных поставок и натуроплаты за работы МТС, введение денежной оплаты труда и такого же счета себестоимости продукции и рентабельности производства практически включали колхозную экономику в единые товарно-денежные отношения всей советской экономики, что создавало реальную основу для перехода колхозов на хозрасчет. Повышение роли принципа материальной заинтересованности привело к росту реальных доходов колхозников, рабочих и специалистов совхозов. 

Все это, безусловно, означало рождение новой перспективной альтернативы, открывало реальные пути для дальнейшего развития сельского хозяйства. Казалось бы, ничто не предвещало тех оценок положения в сельском хозяйстве, которые прозвучали с трибуны мартовского Пленума 1965 года.  



Три сверхпрограммы и их полный провал

  

Н.С. Хрущев поверил в возможность в 2-3 решить продовольственную проблему в стране и в достатке удовлетворить потребности населения в продуктах. Было разработано три сверхпрограммы. 

Прежде всего, это целинная эпопея. Страна, располагавшая крупнейшими в мире просторами уже вовлеченных оборот плодороднейших черноземов и благодатно естественно орошаемых нечерноземных угодий, но получавшая мизерные по сравнению с развитыми капиталистическими, а также другими странами урожаи зерновых; страна, в которой около половины поголовья скота размещалось во временных и неприспособленных помещениях, в которой даже уже получаемый валовой сбор зерновых не был обеспечен надежными хранилищами, в которой ощущался острейший дефицит трудовых ресурсов, и, прежде всего кадров механизаторов, именно в основных зерновых и животноводческих районах,  - эта страна с целью дальнейшего приращения производства зерна и продукции животноводства пошла, да еще под флагом интенсификации, на громадное отвлечение людских и финансовых ресурсов из уже освоенных районов, на колоссальное расширение фронта работ, освоение огромных массивов целинных земель, значительное увеличение площади пашни, создание на ней новых хозяйств. Понять это трудно. Непомерные масштабы, волевые методы, ничем не обоснованные сроки, при отсутствии каких-либо проектных и научных изысканий, превратили освоение целины в волюнтаристическую сверхпрограммы со всеми вытекакающими отсюда последствиями. Нельзя, конечно, не замечать и того факта, что освоение целины означало, по существу, создание довольно крупной зерновой базы на востоке страны. Но цена этого оказалась несоразмерной результатам. 

Следующая сверхпрограмма тех лет – скоропалительное по времени и утопическое по масштабам расширение площади посевов кукурузы и других «чудо-культур». Логика при этом была предельно прямолинейной: всю пахотоспособную землю распахать, всю пашню засеять, засеять потенциально, невзирая на зональные различия, самыми «высокоурожайными» культурами и получить за счет этого максимум продукции, кормов. 

Идеализация возможностей «чудо-культур» привела почти к десятикратному расширению в стране посевов кукурузы или, например, «царя-гороха». А результаты между тем были плачевными. В 1962 году урожайность кукурузы на силос и зеленый корм составляла в колхозах и совхозов Нечерноземной зоны РСФСР 33,6 центнера с гектара на площади 3,3 миллиона гектаров. В 1963 году она снизилась до 31,2, разница между желаемым и действительным непомерная. Ведь для того, чтобы «королева полей» взошла на трон и доказала свое высокое звание, нужно, естественно время. Но ждать командно-приказной аппарат не может. Он начинает действовать сразу и находит себе работу: расчищает ей дорогу и наносит сокрушительный удар по найденным в глуши кабинетов «потенциальным противникам» - многолетним травам, чистым парам.

И, наконец, поистине фантастическая сверхпрограмма тех лет по животноводству.  Н.С. Хрущев поставил задачу: «В ближайшие годы догнать США по производству мяса, масла и молока на душу населения». Газеты рапортовали о повсеместном увеличении производства мяса, но самом деле проводилось безрассудное насильственное обобществление и уничтожение поголовья скота личных подсобных хозяйств, имели место прямой обман, приписки.  Стремление выполнить «программу» любой ценой привело к тому, что лишь в 1963 году было забито почти 30 миллионов (42 %) поголовья свиней в стране. И лишь через 15 лет это, дотоле непрерывно растущее поголовье, было восстановлено, а еще через 10 лет оно увеличилось примерно на 10 миллионов голов – ровно на столько, на сколько оно возрастало после 1956 года каждые два года. 

Итак, три задачи, три сверхпрограммы и  три полных провала. 



Общие причины провала реформ на примере аграрной политики.



Сверхпрограммы скоропалительные реорганизации – это  неизбежные и характерные издержки административной системы. Изменить сами подходы, методы, формы управления экономикой Хрущеву, руководству партии не удалось. Система оказалась практически неизменной, а сам Хрущев оказался не только ее предводителем, но и пленником. Система требовала по-человечески непосильного количества решений по остро назревшим и сложным вопросам. Хрущев был не в состоянии правильно, научно обоснованно решать массу проблем развития сельского хозяйства. Для этого у него недоставало ни теоретической подготовки, ни специальных знаний, а с советами других – ученых, специалистов - он мало считался. 

Хрущев не проникся глубоким пониманием места и значения всех, рожденных тогда реформ и тем более оказался не способным к последовательной их реализации. Концентрация большей части имеющихся в самом сельском хозяйстве и привлекаемых извне людских, финансовых, материально-технических ресурсов в направлении сверхпрограмм была экономически неоправданной. Уже по итогам семилетки стало ясно, что сельскому хозяйству страны не хватало ре столько капиталовложений, сколько умения, возможностей эффективно их использовать.

Система не дала возможности реализовать открывшийся шанс. Издержки командования колхозами и совхозами свели, по существу, на нет все усилия тружеников села. Сам Хрущев многократно говорил о ценах, рентабельности, хозрасчете. Но в практической своей деятельности безмерно любил арифметику посевных площадей, урожаев и валовых сборов. Он хотел сначала добиться изобилия, а потом считать издержки, найти им оправдание в свете достижения высшей цели. 

Система работала якобы от имени народа. Свои планы и действия она связывала с дерзновенными починами передовиков производства. Социалистические обязательства значили больше, чем наука и экономический расчет.



   Заключение. 



Подводя итоги преобразованиям, которые предпринимались Хрущевым и партией с 1953 по 1964 год, можно сказать, что их результаты были очень противоречивы. С одной стороны начало реформ было много обещающим: повысился валовой продукт в сельском хозяйстве, успешно решалась острая жилищная проблема, сильно обнадеживали темпы развития науки и повышения квалификации рабочих, демократизировалась общественная жизнь, людям стало легче «дышать», напряжение, которое существовало в обществе при Сталине сильно спало, наконец-то, что-то нужное делалось для крестьянства.

 Но конец 50-х начало 60-х годов показал, что реформы зашли в тупик, и никто из партийной верхушки не хотел признать, что дальнейшее развитие с прежним типом руководства невозможно. Хрущев судорожно искал причины сложившейся ситуации и пути ее разрешения. Он предлагал реорганизовать партийную структуру, что естественно не могло понравиться его товарищам по партии, да и сам Хрущев не был готов к коренному изменению структуры управления. Хрущев, который всю жизнь проработал в системе, где все решалось кучкой людей, не смог понять, что при существовавшей тогда системе экономика и наука не могла развиваться интенсивно, так как просто не существовало  экономических стимулов, а  на принуждении или «сознательности» далеко не уедешь. Те шаги, которые делались в сторону повышения материальной заинтересованности, не смогли коренным образом изменить существовавшую ситуацию, так как у людей за время тотального контроля пропала инициатива, люди все еще боялись возможных последствий, особо эта проблема проявлялась в научной и культурной сфере.  

Осложнению ситуации внутри страны способствовали внешние факторы: нарастание холодной войны (Карибский кризис),  локальные конфликты, массовые антисоветские выступления в странах восточной Европы (Будапешт, Берлин). Появилась острая необходимость в наращивании обороноспособности, что отвлекло коласальное количество ресурсов, которые могли бы быть направлены на развитие науки, промышленности, сельского хозяйства.

 Руководство, разрываясь между различными проблемами, так и не смогло провести последовательную реформу, которая  предполагает определенное время на ее осуществление, долгосрочные проекты, а командная система не терпит промедлений, ей нужен мгновенный результат, который бы оправдал ее существование и цену, которой эти результаты были достигнуты.   

  

В конечном итоге, подтвердилась весьма печальная закономерность, что перемены осуществляются только для того, чтобы все оставалось по-прежнему.