П. А. Столыпин. Другие реформы

3.

Рабочий вопрос, так же, как и крестьянский достался Столыпи-

ну в наследство от революции 1905-1907 годов. До этого не только царизм, но  и  буржуазия отрицала его существование,  доказывая,

что в России нет рабочего  класса  в  западноевропейском  смысле этого слова,  а есть всего лишь "сословие фабричных людей", вчерашних крестьян,  готовых в любой момент бросить завод, фабрику, шахту, чтобы вернуться в деревню.

Программа, выработанная рабочей комиссией,  во главе которой

стоял В.К.Коковцов,  уже целиком исходила из посылки, что в России рабочий вопрос носит такой же характер,  как и на Западе, и, следовательно, решать его надо так же как,  например, решил Бис марк в Германии. В соответствии с этим была разработана программа, сводившаяся к четырем основным пунктам:

1. обязательная организация больничных касс на базе совместных

взносов и хозяев и рабочих;

2. создание на фабриках и заводах смешанных органов из  предс-

тавителей администрации и рабочих;

3. сокращение рабочего дня с 11.5 часа до 10,  ограничение за-

коном количества сверхурочных работ;

4. пересмотр статей закона,  карающих забастовки  и  досрочные

расторжения договора о найме.

В записке "Петербургского общества для содействия  улучшению

и развитию фабрично-заводской промышленности" от 12 мая возражения против проекта о сокращении рабочего дня до 10 часов  сводились к двум основным доводам:

- сам факт государственного вмешательства в нормировку рабоче-

го времени неприемлем;

- сокращение приведет к тому,  что русская промышленность "бу-

дет устранена навсегда от какой-либо роли в международном сорев-

новании".5*0 Общее же заключение записки сводилось к ряду требова-

ний, в том числе таких:

a) "признавая в принципе излишней законодательную  нормировку

рабочего времени,  сохранить нормы его продолжительности,  установленные законом 1897 года /т.е. 11.5 часовой день/ ввиду того,

что таковые существуют";

б) сохранить сверхурочные работы с таким расчетом, чтоб общее

число обязательных  и  необязательных рабочих часов не превышало 75 часов в неделю.

Жадность, узкий эгоизм, неумение видеть ничего, кроме выгоды

сегодняшнего дня, у предпринимателей были таковы, что они не хотели идти ни на малейшие материальные жертвы.

Тем не менее,  несмотря на провал,  Определенный итог все же

был достигнут. Он состоял в том, что царизм под влиянием революции твердо взял курс,  так же как и в аграрной политике, на буржуазную политику  в рабочем вопросе,  отказавшись от чисто полицейского способа его разрешения,  с репрессиями и зубатовщиной в качестве главных средств.  В свою очередь и буржуазия,  несмотря на политический примитивизм,  в силу  уже  самой  своей  природы осознала, что иного пути в решении рабочего вопроса нет. Общественной платформой правительства и промышленников было  признание

права рабочих на стачку и свои профессиональные организации. Рабочий вопрос в буржуазном разрешении наряду с аграрным стал  одним из краеугольных камней крестьянского курса царизма, одним изпроявлений столыпинского бонапартизма,  С той лишь разницей, что в одном  случае бонапартистское лавирование шло между помещиками и крестьянством, а во втором - между буржуазией и пролетариатом.

Французский ученый  Н.Верт  считает  одной из причин провала

реформ Столыпина отсутствие у него подготовленных  заранее  направлений реформ  в  рабочем законодательстве:  сочетание жестких репрессий по отношению к революционным партиям с  одновременными усилиями в области социального обеспечения рабочих.  В этом Верт видел первую ошибку Столыпина.  Второй ошибкой  Столыпина  стало то, что  он не предвидел последствий интенсивной русификации не русских народов.



















































Военная политика

К тому моменту, когда П. А. Столыпин был назначен председателем Совета министров, прошёл всего один год после окончания Русско-японской войны ( 1904 – 1905 г.г. ), в ходе которой был подорван военный авторитет непобедимой России. Верхи армии были скомпроментированы, и выплыли наружу все проблемы, существовавшие тогда в армии,  которая не выдержала экзамена по многим параметрам: высший генералитет оказался неспособным к ведению боевых операций, офицерство тоже было никуда негодным и слабо подготовленным к войне, из рук вон плохим было интендантское и боевое снабжение армии. Интендантское воровство достигло фантастических масштабов. 

Эти проблемы должны были послужить причиной начала военных реформ и преобразований. П. А. Столыпиным была разработана такая реформа, которая могла бы исправить существующие недостатки. Она состояла из таких пунктов:

уничтожение Совета государственной обороны; взамен предполагалось создать правительственный Совет под предводительством главы кабинета;

освобождение от должностей руководителей военных инспекций в силу ненадобности таковых;

уменьшение прав и упразднение Адмиралтейств – совета;

удаление из армии и флота лиц, скомпроментировавших себя в ходе Русско-японской войны;

осуществление ряда преобразований, включающих введение новой техники и модернизацию обучения солдат и офицеров.

Но, как ни странно, реформа не была одобрена ни Государственной Думой, ни царём.

Военная реформа была одной из немногих преобразований, которые не осуществились в силу различных причин, главной из которых была потеря доверия и расположения к П. А. Столыпину со стороны Николая II.   Царь и его окружение знали, что  дни  П. А. Столыпина на посту главы правительства сочтены, и поэтому не желали начинать каких-то новых преобразований, которые всё равно не удалось бы закончить.

Даже сегодня нельзя сказать, были ли реформы П. А. Столыпина заранее обречены.  В России начала века не было условий для реализации таких реформ. Конечно, П. А. Столыпин попытался сначала стабилизировать ситуацию в стране, а только потом начать воплощение в жизнь своих преобразований. Его целью было «сначала успокоение, а потом реформы». Он постоянно подчёркивал, что для успеха реформ нужен порядок. Подавить террор П. А. Столыпину удалось, а вот его преобразования натолкнулись на пропасть непонимания как среди правящей верхушки, так и среди народа. В действительности, П. А. Столыпин понимал, что результаты его реформ скажутся совсем не скоро, и говорил: «Дайте государству 20 лет покоя внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России»19.  Но 20 лет у П. А. Столыпина не было. Поэтому его реформы остались незавершёнными, и историки до сих пор спорят, какая судьба была бы у нашей страны, если бы Петру Аркадьевичу удались все его замыслы. 







































































Реформирование образования.

В рамках школьной реформы, утвержденной законом от 3 мая 1908 г., предполагалось ввести обязательное начальное бесплатное обучение для детей с 8 до 12 лет. С 1908 по 1914 г. бюджет народного образования удалось увеличить втрое, было открыто 50 тыс. новых школ. Заметим, что Столыпин ставил третьим условием модернизации страны (помимо аграрной реформы и развития промышленности) достижение всеобщей грамотности в объеме обязательной для всех четырехлетней начальной школы. Еще, будучи предводителем дворянства в Ковно, он писал по этому поводу, что только грамотность поможет распространению сельскохозяйственных знаний, без которых не может появиться класс настоящих фермеров. Подводя итог школьной реформе, скажем, что для нее действительно не хватило времени: для реализации плана всеобщего начального обучения такими темпами, как в 1908 1914 гг., требовалось еще не менее 20 лет.

Создание земств.

Столыпин высоко оценивал роль земств и поэтому намечал распространить земские учреждения на многие губернии, где они не действовали по целому ряду причин, и подвести под них фундамент в виде волостного земства на смену отживших свой век волостных сходов. Столыпин совершил серьезную ошибку в вопросе об учреждении земств в западных губерниях(1911 г.), в результате чего он лишился поддержки октябристов. Дело в том, что западные губернии экономически продолжали зависеть от польской шляхты. Дабы улучшить в них положение белорусского и русского населения, составлявшего большинство, Столыпин решил учредить там земскую форму правления. Дума охотно поддержала его, однако Государственный совет занял противоположную позицию классовые чувства солидарности со шляхтой оказались сильнее национальных. Столыпин обратился к Николаю II с просьбой прервать работу обеих палат на три дня, чтобы за это время правительство срочно приняло новый закон. Заседания Думы были приостановлены и закон принят. Однако данная процедура явно противоречила законному порядку принятия законов, что продемонстрировало пренебрежение государственной власти к своим собственным учреждениям. Это привело к расколу между правительством и даже самыми умеренными либералами. Столыпин потерял поддержку Николая II, которому явно претило иметь столь активного министра, обвиненного крайне правыми противниками в желании “экспроприировать всех помещиков вообще” с помощью аграрной реформы.

Судебные новации.

Следует кратко осветить преобразования в сфере судебной власти. Принципиально, в самых общих чертах, местный суд, искаженный реакционными реформами императора Александра III, должен был вернуться к своему первоначальному облику. 

Реформы в промышленной сфере.

Наконец осталось затронуть рабочий вопрос. Он так же как и крестьянский, достался Столыпину в наследство от революции 1905-1907 гг. Интересно отметить, что до этого не только царизм, но и буржуазия отрицала его существование. По мнению А. Я. Авреха это непризнание было равнозначно признанию несостоятельной политики опоры на крестьянскую общину. Революция развеяла все сомнения... Была создана специальная комиссия по рабочему вопросу. Мы не будем детально исследовать разработку законопроектов и т.д. в этом нет необходимости, осветим проблему в самых общих чертах. Можно выделить несколько этапов разработки законопроектов. Первый связан с деятельностью вышеупомянутой комиссии под председательством Коковцова, тогдашнего министра финансов. Ее деятельность сразу породила открытый конфликт с буржуазией она не желала идти на даже сугубо экономические уступки рабочим и обвиняла правительство в том, что оно хочет решить рабочий вопрос за счет заводчиков и фабрикантов. Комиссия Коковцова прекратила существование. Тем не менее, не смотря на провал, определенный итог был достигнут. Он состоял в том, что царизм под влиянием революции твердо взял курс, так же как и в аграрной политике, на буржуазную политику в рабочем вопросе, отказавшись от чисто полицейского способа его разрешения. Общей платформой правительства и промышленников было признание права рабочих на стачку и свои профессиональные организации. Рабочий вопрос в буржуазном разрешении наряду с аграрным стал одним из краеугольных камней третьиюньского курса, одним из проявлений третьиюньского курса царизма, столыпинского бонопартизма с той разницей, что в одном случае лавирование шло между помещиками и крестьянством, а во втором между буржуазией и пролетариатом. Дальнейшее развитие рабочего вопроса в “верхах” и Думе доказало это со всей очевидностью

Следующим этапом в решении рабочего вопроса было Особое совещание(1906 1907 гг.). Это уже была целиком эра Столыпина. На повестку сессии были вынесены 10 законопроектов, сводившихся к нескольким пунктам: страхование болезней, несчастных случае, инвалидности; сберегательные кассы обеспечения; правила найма рабочих; рабочее время; меры поощрения строительства здоровых и дешевых жилищ; и т.п. Важно отметить, что без внимания остался вопрос о рабочих организациях считалось, что “Временные правила” о союзах на время решают проблему. На основе этих правил в годы столыпинского правления были закрыты сотни профорганизаций и еще сотням отказано в регистрации.

Остальные вопросы обсуждались, но встретили сильнейшее сопротивление со стороны промышленников, т.е. крупной буржуазии. К примеру, Нобель утверждал, что “если нам не будет предоставлено право некоторого противодействия влиянию массы, то мы пропали...”

С передачей в июне 1908 г. законопроектов в Думу наступил их последний этап превращения в законы. Он стал самым длинным. Сопротивление было не только со стороны промышленников, но и слева: трудовики и социал демократы выступили с критикой страховых законопроектов с подлинно демократических позиций.

Страховые законопроекты стали в конечном итоге одной из причин, обострившей отношения между правыми и октябристами, помещиками и буржуазией. Можно сказать, что столыпинская рабочая политика провалилась. Ответом на нее со стороны рабочего класса был новый революционный подъем.