Сочинение на тему "Пейзаж в литературном произведении"

Мне не нужно ни богатой природы, ни великолепной композиции, ни эффектного освещения, никаких чудес, дайте мне хоть лужу грязную, да чтобы в ней правда была, поэзия, а поэзия во всем может быть - это дело художника.

                                                                                     Третьяков из письма художнику А.Г.           Горавскому

                                                                                                                                              Октябрь 1861год.   

        Конец XX века – это время  жестоких испытаний для человека и человечества. Мы пленники современной цивилизации. Наша жизнь протекает в шатких городах, среди бетонных домов, асфальта и дыма. Мы засыпаем и просыпаемся под рев автомобилей. Современный ребенок  с удивлением разглядывает птичку, а цветы видит лишь стоящими в праздничной вазе. Мое поколение не знает, какой видели природу в прошлом веке. Но мы можем представить ее благодаря пленительным пейзажам И.С. Тургенева, Л.Н. Толстого, И.А. Бунина и других. Они формируют в нашем сознании любовь и уважение к родной русской природе.

          Писатели очень часто в своих произведениях обращаются к описании пейзажа. Пейзаж помогает автору рассказать о месте и времени изображаемых событий. Пейзаж – один из содержательных элементов литературного произведения, выполняющие многие функции в зависимости от стиля автора, литературного направления (течения), с которыми он связан, метода писателя, а так же от рода и жанра произведения.

          Например, романтический пейзаж имеет свои особенности: служит одним из средств создания необычного, иногда фантастического мира, противопоставленного реальной действительности, причем обилие красок делает пейзаж еще и эмоциональным (отсюда исключительность его деталей и образов, зачастую вымышленных художником). Такой пейзаж обычно соответствует натуре романтического героя – страдающего, меланхолически – мечтательного или неспокойного, бунтующего, борющегося, он отражает одну из центральных тем романтизма – разлад между мечтой и самой жизнью, символизирует душевные потрясения, оттеняет настроения персонажей.

           Пейзаж может создавать эмоциональный фон, на котором, на котором развертываются действие. Он может выступать как одно из условий, определяющих жизнь и быт человека, то есть как место приложения человеком его труда. И в этом смысле природа и человек оказываются нераздельными, воспринимаются как единое целое. Неслучайно М.М. Пришвин подчеркивал, что человек – часть природы, что он вынужден подчиняться ее законам, именно в ней Homo sapiens обретает радости, смысл и цели существования, здесь раскрывается его духовные и физические  возможности.

            Пейзаж, как часть природы, может подчеркивать определенное душевное состояние героя, оттенять ту или иную особенность его характера с помощью воссоздания созвучных или контрастных картин природы.

             Пейзаж может играть  и роль социальную (например, невеселый деревенский пейзаж в третьей главе романа “Отцы и дети”, свидетельствующие о крестьянском разорении: “Попадались и речки с открытыми берегами, и крошечные пруды с худыми плотинами, и деревеньки с низкими избенками под темными, часто до половины разметанными крышами”).

              Посредством пейзажа выражают свою точку зрения на события, а также свое отношение к природе, героям произведения.

               С пейзажными описаниями у автора прежде всего неразрывно связаны мотивы жизни и смерти, смены поколений, неволи и свободы.

                Одним из лучших пейзажистов мировой литературы, по праву считается Иван Сергеевич Тургенев. Он родился в средней полосе России – одном из красивейших мест нашей необъятной родины, свое детство писатель провел в усадьбе Спасское- Лутовиново Мценского уезда Орловской губернии./Слайд #  / Имение Тургеневых распологалось в березовой роще на пологом холме. Вокруг просторного двухэтажного господского дома с колоннами,  к которому примыкали полукруглые галереи, был разбит громадный парк с липовыми аллеями, фруктовыми садами и цветниками. Парк был удивительно красив. Могучие дубы росли в нем рядом со столетними елями, высокими соснами, стройными тополями, каштанами и осинами. У подножия холма, на котором стояла усадьба, были вырыты пруды, служившие естественной границей парка. А дальше, насколько хватило глаз, простирались поля и луга, изредка перемешаемые небольшими холмами и рощами. Сад и парк в Спасском, окрестные поля и леса – первые страницы книги Природы, которую Тургенев не устает читать все жизнь. Вместе с крепостными наставниками он уходил по тропам, дорогам, ведущими в поля, туда, где летом тихо зытлется рожь, откуда видны почти затерявшиеся в хлевах деревушки. Именно в Спасском он научился глубоко любить и чувствовать природу. В одном из писем к Полине Виардо Тургенев говорит о том веселом волнении, которое вызывает у него созерцание хрупкой зеленой веточки на фоне голубого далекого неба. Тургенев поражает контраст между тоненькой веточкой, в которой трепетно бьется живая жизнь, и холодной бесконечностью равнодушного к ней неба. “Я не выношу неба, - говорит он, - но жизнь, действительность, ее капризы, ее случайности, ее привычки, ее мимолетную красоту… все это я обожаю”. В письме открывается характерная особенность писательского облика Тургенева: чем острее он воспринимает мир в индивидуальной неповторимости переходящих явлений, тем тревожнее и трагичнее становиться ее любовь к жизни, к ее мимолетной красоте. Тургенев – непревзойденный мастер пейзажа. Картины природы в его произведениях отличаются конкретностью.

Реальностью.

Зримостью.

                Автор описывает природу не как бесстрастный наблюдатель; он четко и ясно выражает свое отношение  к ней.

                В описании природы Тургенев стремиться передать тончайшие отметки. Недаром в Тургеневских  пейзажах  Проспер Мерине находил “Ювелирное искусство описаний”. И достигалось оно главным образом, с помощью сложных определений: ”бледно - ясная лазурь”, “бледно – золотые пятна света”, “бледно – изумрудное небо”, “шумливо сухая трава”. Вслушайтесь в эти строки! Автор передавал природу простыми и точными мазками, но как ярки сочны были эти краски. Следуя традициями устного поэтического творчества народа, писатель черпая большинство метафор и сравнений из природы, окружающих человека: ”дворовые мальчишки бегали за долтуром, как собачонки”, ”люди, что деревья в лесу”, “сын – отрезанный ломоть”, “гордость поднялась на дыбы”. Он писал: ”В самой природе нет ничего ухищренного мудреного, она никогда ничем не щеголяет, не кокетничает;? Самых своих прихотях она добродушна”. Все поэты с истинными и сильными талантами не становились в “позитуру” пред лицом природы…великими и простыми словами передавали они свою красоту и величие. Всемирную известность приобрел тургеневский пейзаж. Природа средней полосы России в произведениях Тургенева пленит нас своей красотой. Читатель не только видит бескрайние просторы полей, густые леса, перелески, изрезанные оврагами, но словно слышит шелест березовых листьев, звонкое многоголосья пернатых обитателей леса, вдыхает аромат цветущих лугов и медовый запах гречихи. Писатель философски размышляет то о гармонии в природе, то о равнодушии по отношении к человеку. А его герои очень тонко чувствуют природу, умеют понимать ее вещий язык, и она становится как бы соучастницей их переживаний.

              Мастерство Тургенева в описании природы было высоко оценено Западно – Европейскими писателями. Когда Флотер получил от Тургенева Двухтомный зборник его сочинений он писал: ”Как я благодарен за подарок, который вы мне сделали… чем больше я вас изучаю, тем  больше меня изумляет ваш талант. Я восхищаюсь… этим сочуствием, которое одухотворяет пейзаж. Видишь и Грезишь..”.

                Природа в произведениях Тургенева Всегда поэтизирована. Она окрашена чувством глубокого лиризма. Эту черту Иван Сергеевич унаследовал у Пушкина, эту удивительную способность извлекать поэзию из любого прозаического явления и факта; все то, что на первый взгляд может показаться серым и банальным, под пером Тургенева приобретает лирическую окраску и живописность.

                 Пейзаж Тургенева динамичен, он соотнесен к субъективным состояниям автора и его героя. Он почти всегда преломляется в их настроении. По сравнению с другими романами “Отцы и дети” значительно беднее пейзажами и лирическими отступлениями. Почему тонки художник, обладающий даром необыкновенной наблюдательности, умеющий замечать “торопливые движения влажной лапки утки, которой она чешет себе затылок на краю лужи”, различать все оттенки небесного свода, разнообразие птичьих голосов, почти, почти не применять свое фимегранное искусство в романе “Отцы и дети?” Исключение составляют лишь вечерний пейзаж в одиннадцатой главе, функции которого явно полемические, да картина заброшенного сельского кладбища в эпилоге романа.

                 Почему же так скуден колоритный тургеневский язык? Почему писатель так “скромен” в пейзажных зарисовках этого романа? А может это определенный ход, который нам, его исследователям, следует разгадать? После долгих исследований мы пришли к следующему: такая незначительная роль пейзажа и лирических отступлений была обусловлена самим жанром социально – психологического романа, в котором главную роль играл философский и политический диалог.

                   Для выяснения художественного мастерства Тургенева в романе “Отцы и дети” следует обратиться к композиции романа, понимаемой в широком смысле, как связь всех элементов произведения: и характеров, и сюжета, и пейзажа, и языка, являющихся многообразными средствами выражения идейного замысла писателя.

                Чрезвычайно скупыми, но выразительными художественными средствами рисует Тургенев образ современной русской крестьянской деревни. Этот коллективный образ создается у читателя через ряд деталей, разбросанных по всему роману. В деревне в переходный период 1859 – 1860г на кануне отмены крепостного права ударяет бедность, нищета, бескультурье, как страшное наследие их много векового рабства. На пути Базарова и Аркадия в Марьино места нельзя было назвать живописными “Поля, все поля, тянулись вплоть до самого небосклона, то слегка вздымаясь, то опускаясь снова; кое- где виднелись небольшие леса, и, усеянными мелким и низким кустарником, вились овраги, напоминая глазу их собственное изображение на старинных планах екатериненского времени. Попадались и речки с обрытыми берегами, и крошечные пруды с худыми плотинами, и деревеньки с низкими избенками под темными, часто до половины разметанными крышами, и покривившиеся молотильные сарайчики сплетенными из хвороста стенами и зевающими воротищами возле опустелой церкви, то кирпичные с отвалившеюся кое – где штукатуркой, то деревянные с поклонившиеся крестами и разоренными кладбищами. Сердце Аркадия понемногу сжималось. Как нарочно, мужички встречались все обтерханные, на плохих клячонках; как нищие в лохмотьях, стали придорожные ракиты с ободранной корой и обломанными ветвями; исхудавшие, шершавые, словно обглоданные, коровы жадно щипали траву по канавам. Казалось, они только что вырвались из чьих-то грозных, смертоносных когтей-и, вызванный жалким видом обессиленных животных, среди весеннего красного дня вставал белый призрак безотрадной, бесконечной зимы с ее метелями, морозами и снегами …” “Нет,- подумал Аркадий,- небогатый край этот, не поражает он ни довольством, ни трудолюбием, нельзя ему так оставаться, преобразования необходимы … но как их исполнить?” Даже само противоборство “белого призрака” есть уже предопределение конфликта, столкновение двух взглядов, столкновение “отцов” и “детей”, смены поколений.

Однако затем картина весеннего пробуждения природы на обновление Отечества, своей Родины; ”Все кругом золотисто зеленело, все широко и мягко волновалось и ложилось под тихим дыханием теплого ветерка, все-деревья, кусты и травы; повсюду нескончаемыми звонкими струнками заливались жаворонки; чибисы то кричали, виясь над низменными лугами, то молча перебегали по кочкам; красиво чернея в нежной зелени еще низких яровых хлебов, гуляли грачи; они пропадали во ржи, уже слегка побелевшей, лишь изредка выказывались их головы в дымчатых ее волнах.” Но даже в этом радостном пейзаже по-разному показано значение этой весны в жизни героев различных поколений. Если Аркадий рад “чудесному-сегодняшнему дню”, то Николаю Петровичу лишь вспоминаются стихи Александра Сергеевича Пушкина, которые, хотя и прерваны на страницах романа Евгением Базаровым, раскрывают его душевное состояние и настроение: 

“Как грустно мне твое явленье,

Весна, весна, пора любви!

Какое… “

(“Евгений Онегин”, гл.VII)

Николай Петрович Кирсанов-романтик по своему душевному складу. Через природу он приобщается к гармоническому единению со вселенским миром. Ночью в саду, когда на небе “роились и перемешивались звезды”, он любил отдаваться “горестной и отрадной игре одиноких дум”. Именно в эти минуты в его душевном состоянии была своя прелесть тихой элегической грусти, светлой приподнятости над обыденным, каждодневным потоком:” Он ходил много, почти до усталости, а тревога в нем, какая-то ищущая, неопределенная, печальная тревога, все не унималось у него, у сорокачетырехлетнего человека, агронома и хозяина,  навертывались слезы, беспричинные слезы”. Все его мысли устремлены в прошлое, поэтому единственной дорогой для потерявшего “исторического зрения” Николая Петровича становится, дорога воспоминаний. Вообще сквозь все повествование проходит образ дороги. Пейзаж передает ощущение простора, не замкнутости пространства. Не случайно герой так много путешествует. Гораздо чаще мы видим их в саду, аллее, дороге…- на лоне природы, нежели в ограниченном пространстве дома. И это приводит к широкомасштабности проблематики в романе; такой целостный и разносторонний образ России, показанный в “пейзажных зарисовках”, полнее раскрывает общечеловеческое в героях.

Усадьба Николая Петровича словно его двойник. “Когда Николай Петрович размежевался со своими крестьянами, ему пришлось отвести под новую усадьбу десятины четыре совершенно ровного и голого поля. Он построил дом, службу и ферму, разбил сад, выкопал пруд и два колодца; но молодые деревца плохо принимались, в пруде воды набралось очень мало, и колодцы оказались солоноватого вкуса. Одна только беседка из сиреней и акации порядочно разрослась; в ней иногда пили чай и обедали.” Николаю Петровичу не удается претворить в жизнь хорошие задумки. Несостоятельность его как владельца имения контрастирует с его человечностью. Тургенев симпатизирует ему, и беседка, “разросшаяся” и благоухающая, есть символ его чистой души.

“Интересно, что Базаров прибегает к сравнению окружающих с миром природы чаще, чем другие персонажи романа. Это, видимо, является отпечатком присущего ему профессионализма. И все-таки эти сравнения иногда звучат в устах Базарова иначе, чем в авторской речи. Прибегая к метафоре, Базаров определяет, как ему кажется, внутреннюю сущность человека или явления. Автор же придает порой многомерное, символическое значение “природным” и пейзажным деталям.

Обратимся, к одному базаровскому тексту, от которого жизнь также заставляет его отказаться. На первых парах для Базарова “люди, что деревья в лесу; ни один ботаник не станет заниматься каждою отдельною березой.” Для начала заметим, что у Тургенева между деревьями заметна существенная разница. Так же, как и птицы, деревья отражают иерархию персонажей романа. Мотив дерева в русской литературе вообще наделен весьма разнообразными функциями. Иерархическая характеристика деревьев и персонажей в романе Тургенева опирается скорее не на мифологическую символику, а на непосредственную ассоциативность. Похоже, что любимое дерево Базарова-осина. Приехав в имение Кирсановых, Базаров отправляется  “в небольшое болотце, около которого есть осиновая роща, за лягушками.” Осина-этои есть прообраз, двойник его жизни. Одинокий, гордый, озлобленный, до удивления похож он на это дерево. “Впрочем, в бедноватой растительности Марьина сказывается приземленность хозяина имения Николая Кирсанова, так и общая с Базаровым обреченность “живого мертвеца”, одинокого хозяина Бобыльего хутора Павла Петровича.”

Все герои романа проверяются отношением к природе. Базаров отрицает природу как источник эстетического наслаждения. Воспринимая ее материалистически (“природа не храм, а мастерская, а человек в ней работник”), он отрицает взаимосвязь природы и человека. И слово “небо”, написанное у Тургенева в кавычках и подразумевающее собой высшее начало, горький мир, Бога, не существует для Базарова, потому его и не может принять великий эстет Тургенев. Деятельное, хозяйское отношение к природе оборачивается вопиющей односторонностью, когда законы, действующие на низших природных уровнях, абсолютизируются и превращаются в некую отмычку, с помощью которой Базаров легко разделывается со всеми загадками бытия. Нет любви, а есть лишь физиологическое влечение, нет ни какой красоты в природе, а есть лишь вечный круговорот химических процессов единого вещества. Отрицая романтическое отношение к природе, как к Храму, Базаров попадает в рабство к низшим стихийным силам природной “мастерской”. Он завидует муравью, который в качестве насекомого миеет право “не признавать чувство сострадания, не то что наш брат, самоломанный.” В горькую минуту жизни даже чувство сострадания Базаров склонен считать слабостью, отрицаемой естественными законами природы.

Но кроме правды физиологических законов, есть правда человеческой, одухотворенной природности. И если человек хочет быть “работником”, он должен считаться с тем, что природа на высших уровнях-“Храм”, а не только “мастерская”. А склонность того же Николая Петровича к мечтательности-не гниль и не чепуха. Мечты-не простая забава, а естественная потребность человека, одно из могучих проявлений творческой силы его духа.

“ В XI главе Тургенев как бы ставит под сомнение целесообразность базаровского отрицания природы: “Николай Петрович потупил голову и провел рукой по лицу.” “Но отвергать поэзию ? – подумал он опять,- не сочувствовать художеству, природе…?” И он посмотрел кругом, как бы желая понять, как можно не сочувствовать природе.” Все эти размышления Николая Петровича навеяны предшествующим разговором с Базаровым. Стоило Николаю Петровичу лишь воскресить в своей памяти базаровское отрицание природы, как Тургенев тотчас же со всем мастерством, на какое только он был способен, представил читателю чудесную, поэтическую картину природы: “Уже вечерело; солнце скрылось за небольшую осиновую рощу, лежавшую в полверсте от сада: тень от нее без конца тянулась через неподвижные поля. Мужичок ехал рысцой на белой лошадке по темной узкой дорожке вдоль самой рощи; он весь был ясно виден, весь, до заплаты на плече,  даром что ехал в тени; приятно-отчетливо мелькали ноги лошадки. Солнечные лучи с своей забирались в рощу и, пробиваясь сквозь чащу, обливали стволы осин таким теплым светом, что они становились похожи на стволы сосен, а листва их почти синела и над нею поднималось бледно-голубое небо, чуть обрумяненное зарей. Ласточки летали высоко; ветер совсем замер; запоздалые пчелы лениво и сонливо жужжали в цветах сирени; мошки толклись столбом над одинокою, далеко протянутою веткою.”

После такого в высшей мере художественного, эмоционального описания природы, преисполненного поэзии и жизни, невольно задумываешься над тем, прав ли Базаров в своем отрицании природы или не прав? И когда Николай Петрович подумал: “Как хорошо, боже мой!… и любимые стихи пришли было ему на уста…”, симпатия читателя с ним, а не с Базаровым. Мы привели из них одно, которое в данном случае выполняет определенную полемическую функцию: если природа так прекрасна, то какой смысл в отрицании ее Базаровым? Это легка и тонкая проверка целесообразности базаровского отрицания представляется нам своеобразной поэтической разведкой писателя, определенным намеком на будущие испытания, которые предстоят герою в основной интриге романа.

Как же относятся к природе другие герои романа? Одинцова, как и Базаров, равнодушна к природе. Ее прогулки по саду всего лишь часть жизненного уклада, это что-то привычное, но не очень важное в ее жизни.

Ряд напоминающих деталей находятся в описании усадьбы Одинцовой: “Усадьба стояла на пологом открытом холме, в недальном расстоянии от желтой каменной церкви с зеленой крышей, былыми колоннами и живописью с фреской над главным входом, представлявшую “Воскресение Христово” в “итальянском вкусе”. Особенно замечателен своими округленными контурами был распростертый на первом плане смуглый воин в мишаке. За церковью тянулась в два ряда длинное село с кое-где мелькающими трубами на соломенными крышами. Господский дом был построен в том стиле, который известен у нас под именем Александровского; дом этот был так же выкрашен желтою краскою и крышу имел зеленую, и белые колонны, и фронтон с гербом. К дому с обеих сторон прилегали темные деревья старинного сада, аллея стриженых елок вела к подъезду.” Таким образом, сад Одинцовой представлял собой аллею стриженых елок, и цветочных оранжерей, которые создают впечатление искусственной жизни. Действительно вся жизнь этой женщины«катиться как по рельсам», размеренно и однообразно. Образ «неживой природы» перекликается с внешним и духовным обликом Анны Сергеевны. Вообще, место жительства, по Тургеневу, всегда откладывает отпечаток на жизнь героя. Одинцова в романе сопоставляется скорее с елью, это холодное и неизменное дерево было символом «надменности» и «царских достоинств». Однообразие и спокойствие  - девиз Одинцовой и ее сада. Для Николая Петровича природа – источник вдохновения, самое важное в жизни. Он гармоничен, ибо един с «натурой». Именно поэтому все события, связанные с ним, происходят на лоне природы. Павел Петрович не понимает природы, его душа, «сухая и страстная», может лишь отображать, но отнюдь не взаимодействовать с ней. Он, как и Базаров, не видит «неба», Катя и Аркадий же по-детски влюблены в природу, хотя Аркадий и пытается это скрыть.

Настроение и характеры героев тоже подчеркиваются пейзажем. Так, Фенечка, «такая свеженькая», показана на фоне летнего пейзажа, а Катя и Аркадий так же молоды и беззаботны, как окружающая их природа. Базаров, как ни отрицает природу («Природа навевает молчание сна»), все же подсознательно един с ней. Именно в нее отправляется он, чтобы понять себя. Он злится, негодует, однако именно природа становится немым свидетелем его переживаний, только ей он может довериться.

Тесно связывая природу с душевным состоянием героев, Тургенев определяет одной из основных функций пейзажа психологическую. Любимое место Фенечки в саду – беседка из акаций и сирени. По мнению Базарова, «акация да сирень – ребята добрые, ухода не требуют». И опять вряд ли мы ошибемся, если увидим в этих словах и косвенную характеристику простенькой, непринужденной Фенечки. Акация да малина – друзья Василия Ивановича и Арины Власьевны. Лишь в отдалении от их домика, «словно вытянулась» березовая роща, о которой почему-то упоминается в разговоре с отцом Базаров. Возможно, что герой Тургенева здесь неосознанно предчувствует тоску по Одинцовой: он говорит с ней об «отдельной березе», да и фольклорный мотив березы традиционно связан с женщиной и любовью. В березовой роще, только уже Кирсановых, происходит дуэль Базарова и Павла Петровича. Объяснение Аркадия и Кати происходит под ясенем, нежным и светлым деревом, овеваемым «слабым ветром», защищающего влюбленных от яркого солнца и слишком сильного огня страсти. «В Никольском, в саду, в тени высокого ясеня, сидели на дерновой скамейке Катя с Аркадием; на земле возле них поместилась Фифи, придав своему длинному телу тот изящный поворот, который у охотников слывет «русачьей полежкой». И Аркадий и Катя молчали; он держал в руках полураскрытую книгу. А она выбирала из корзинки оставшиеся в ней крошки белого хлеба и бросала их небольшой семейке воробьев, которые, со свойственной трусливою дерзостью, прыгали и чирикали у самых ее ног. Слабый ветер, шевеля в листьях ясеня, тихонько двигал взад и вперед, и по темной дорожке и по желтой спине Фифи; бледно-золотые пятна света; ровная тень обливала Аркадия и Катю; только изредка в ее волосах зажигалась яркая полоска». «Как же тогда жалобы Фенечки на отсутствие тени вокруг дома Кирсановых?» Не спасает жителей дома и «большая маркиза» «с северной стороны». Нет, кажется, пламенная страсть не обуревает никого из обитателей Марьина. И все же мотив жары и засухи связан с «неправильной» семьей Николая Петровича. «Тех, кто вступает в супружеские отношения невенчаными, считают виновниками засухи» у некоторых славянских народов. С дождем и засухой связаны и различные отношения людей к лягушке. В Индии считалось, что лягушка помогает вызвать дождь, так как может обращаться к богу грозы Парджанье, «как сын к отцу». Наконец. Лягушка «может символизировать ложную мудрость как разрушительница знания», что может немаловажно для проблематики романа в целом.

Не только сирень да  «кружовник» связаны с образом Фенечки. Розы, букет из которых она вяжет в своей беседке, - атрибут Богородицы. Кроме того, роза – символ любви. «Красную, и не слишком большую» розу (любовь) просит Базаров у Фенечки. Есть в романе и «природный» крест, скрытый в образе кленового листа, по форме напоминающего крест. И знаменательно, что неожиданно срывающийся с дерева отнюдь не в пору листопада, а в разгаре лета кленовый лист напоминает бабочку. «Бабочка – метафора души, выпорхнувший из тела в момент смерти, так и безвременная смерть Базарова предсказана этим грустно кружащемся в воздухе листом».1.

Природа в романе делит все на живое и не живое, естественное для человека. Потому описание «славного, свежего утра» перед дуэлью указывает на то, как все суетно перед величием  и красотой природы. «Утро было славное, свежее; маленькие пестрые тучки стояли барашками на бледно – ясной лазури; мелкая роса высыпала на листьях и травах, блистала серебром на паутинах; влажная темная, казалась, еще хранила румяный след зари; со всего неба сыпались песни жаворонков». Сама дуэль представляется в сравнении с этим утром «экою глупость». А лес, под которым во сне Базарова подразумевается Павел Петрович, сам по себе символ. Лес, природа – все то, от чего отказывался Базаров, есть сама жизнь. Поэтому-то смерть его неизбежна. Последний пейзаж – это «реквием» по Базарову. «Есть небольшое сельское кладбище в одном из отдаленных уголков России. Как почти все наши кладбища, оно являет вид печальный: окружавшие его канавы давно заросли; серые деревянные кресты поникли и гниют под своими когда-то крашеными крышками; каменные плиты все сдвинуты, словно кто их подталкивает снизу; два – три ощипанных деревца едва дают скудную тень; овцы безобразно бродят по могилам… Но между ними есть одна, до которой не касается человек, которую не топчет животное: одни птицы садятся на нее и поют на заре. Железная ограда ее окружает; две молодые елки посажены по обоим ее концам; Евгений Базаров похоронен в этой могиле». Лирической печалью и скорбными раздумьями наполнено все описание сельского кладбища, на котором похоронен Базаров. Наше  исследование показывает, что пейзаж этот носит философский характер. 

Подведем итоги. Образы тихой жизни людей, цветов, кустарников, птичек и жуков противопоставлены в романе Тургенева образам высокого полета. Лишь два персонажа, равновеликие по масштабу личности и своему трагическому одиночеству, находят отражение в скрытых аналогиях с царственными явлениями и гордыми птицами. Это Базаров и Павел Петрович. Почему они не нашли себе места в иерархии деревьев на страницах произведения? Какое дерево могло бы соответствовать льву или орлу? Дуб? Дуб означает славу, силу духа, защиту для слабых, несломленность и противостояние бурям; это дерево Перуна, символ «мирового дерева» и, наконец, Христа. Все это подходит как метафора души, например, толстовского князя Андрея, но не годится для тургеневских героев. Среди небольших лесов, упомянутых в символическом пейзаже в третьей главе «Отцы и дети», есть «наш лес». «В нынешнем году его сводить будут», - замечает Николай Петрович. Обреченность леса подчеркивает мотив смерти в пейзаже и как бы предсказывает гибель Базарова. Интересно, что близкий в своем творчестве фольклорным традициям поэт Кольцов назвал свое стихотворение, посвященное памяти Пушкина, «Лес». В этом стихотворении лес, – безвременно погибающий богатырь. Сближает судьбу Базарова и «нашего леса» Тургенев и в словах Базарова перед смертью: «Тут есть лес…» Среди  «небольших лесов» и «кустарников» Базаров одинок, и единственный родственник ему «лес» – это его противник на дуэли Павел Петрович (так сон Базарова открывает и глубокое внутреннее родство этих героев). Трагический разрыв героя – максималиста с массой, природой, который «сводить будут», который «тут есть», но «не нужен» России. Как же может быть преодолен этот трагизм бытия, ощущаемый сильнее всего именно сложным и гордым героем? Тургенев ставит этот вопрос не только в «Отцах и детях». Но, думается, в романе этом есть слова о человеке и мироздании, в которых автор открыл нам, читателям, свое чувство Вселенной. Оно состоит в «едва сознательном подкарауливание широкой жизненной волны, непрерывно катящейся и кругом нас и в нас самих».2.

– И. Л. Куприна. Литература в школе 6 99. «Просвещение». М.,1992г.

См. выше.



Автор задумывается о вечной природе, которая дает успокоение и позволяет Базарову примириться с жизнью. Природа у Тургенева человечна, она помогает развенчать теорию Базарова, выражает «высшую волю», поэтому человек должен стать ее продолжением и хранителем «вечных» законов. Пейзаж в романе не только фон, но  философский символ, пример правильной жизни.

Писарев отмечал, что «художественная отделка» романа «Отцы и дети» «Безукоризненно хороша». Чехов так отзывался о романе Тургенева: «Что за роскошь «Отцы и дети»! Просто хоть караул кричи. Болезнь Базарова сделана так сильно, что я осоловел, и было такое чувство, как будто я зародился от него. А конец Базарова? А старички? Это черт знает как сделано. Просто гениально».

Мастерство Тургенева – пейзажиста с особой силой выражено в его поэтическом шедевре «Бежин луг», «Отцы и дети» также не лишены прекрасных описаний природы «Вечерело; солнце скрылось за небольшую осиновую рощу; лежавшую в пол версте от сада: тень от нее без конца тянулась через неподвижные поля. Мужичек ехал рысцой на белой лошадке по темной узкой дорожке вдоль самой рощи, он весь был ясно виден, весь, до заплаты на плече, дороги, что ехал  в тени; приятно – отчетливо мелькали ноги у лошадки. Солнечные лучи со своей стороны забирались в рощу и, пробиваясь сквозь чащу, обливали стволы сосен, а листва их почти синела, и над нею поднималось бледно – голубое небо, чуть обрушенное зарей. Ласточки летали высоко; ветер совсем замер; запоздалые пчелы лениво и сонливо жужжали в цветах сирени; мошки толклись столбом над одинокою протянутою веткой.

Пейзаж может входить в содержание произведения как часть национальной и социальной действительности, которую изображает писатель.

В некоторых романах природа тесно связывается с народной жизнью, в других с миром христианства или жизнью качества. Без этих картин природы не было бы полноты воспроизведения действительности.

Отношение к пейзажу автора и его героев определяется особенностями их психологического склада, их идейно – эстетическими взглядами.

Для автора природа – источник истинного вдохновения.

Сухая душа Павла Петровича Кирсанова не позволяет ему видеть и чувствовать красоту природы. Не замечает ее и Анна Сергеевна Одинцова; она для этого слишком холодна и рассудительна. Для Базарова же «природа не храм, а мастерская», т. е. Он не признает эстетического отношения к ней.

Природа – это высшая мудрость, олицетворение нравственных идеалов, мерило истинных ценностей. Человек учится у природы, он не признает ее.

Природа органично входит в жизнь «имущих» героев, переплетается с их мыслями, иногда помогает пересмотреть свою жизнь и даже круто изменить ее.

Красота природы, ее величие, необозримость развивают у человека идейно – нравственные, патриотические и гражданские убеждения, чувства гордости, любви к родной земле, эстетические понятия, художественный вкус, обогащают ощущения, эмоциональное восприятие, представление, мышление и язык. Природа делает каждого благороднее, лучше, чище, легче, милосерднее. А художественная литература, воссоздавая природу в слове, воспитывает в человеке чувства бережного отношения к ней.

Не высокому поэту и писателю это по плечу; наше исследование темы показывает, что Тургенев поистине Мастер Слова, сумевший вслушаться, вглядеться в ее величество Природу. Его герои сливаются и растворяются в ней, ибо человек лишь гость на земле.













  



Список используемой литературы.





		М. Д. Пушкарева, М. А. Снежневская, Т. С. Зеполова. Родная литература. «Просвещение»., М., 1970г.

		Ю. В. Лебедев. Русская литература 19в. вторая половина. «Просвещение»., М., 1990г.

		И. Л. Куприна. Литература в школе 6 99. «Просвещение»., М., 1999г.

		В. В. Голубков. Художественное мастерство Тургенева. Москва, 1960г.

		В. Ю. Троицкий. Книга поколений о романе Тургенева «Отцы и дети». Москва, 1979г.

		И. П. Щеблыкин. История русской литературы 11 – 19в. «Высшая школа», Москва, 1985г.

		История русской литературы 19в. Москва, 1985г.