Прекрасная дама в лирике А. А. Блока

Прекрасная дама в лирике А. А. Блока 

Забудем дольний шум.

Явись ко мне без гнева, 

Закатная, Таинственная Дева, 

И завтра и вчера огнем соедини.

А. Блок 

Лирика любви и природы, полная неясных предчувствий, таинственных намеков и иносказаний, — так можно охарактеризовать ранний период творчества Александра Блока, прекрасного поэта серебряного века. В то время он был погружен в изучение идеалистической философии (особенно близка оказалась ему теория Владимира Соловьева о двоемирии), которая проповедовала существование не только мира реального, но и некоего “сверхреального”, высшего “мира идей”, мира Вечной Женственности, Мировой Души. Сам Блок признавался, что им полностью овладевали “острые мистические переживания”, “волнение беспокойное и неопределенное”. И наивысшим достижением этого периода в творчестве поэта стал цикл стихотворений о Прекрасной Даме.

Блок творит некий миф о божественной Прекрасной Даме. Неизменным поклонником и почитателем “Владычицы вселенной” становится лирический герой. Он сбегает из реального мира жестокости, несправедливости, насилия в неземной “соловьиный сад”, в мир Прекрасной Дамы, который мистичен, нереален, полон тайн, загадок. Но это не значит, что он сер, невзрачен, блекл. Наоборот, краски, с помощью которых этот мир рождается и предстает перед лирическим героем, ярки, насыщенны, эмоциональны. Это пурпурные, пунцовые, бордо, белые, сине-лазурные и даже золотые. Эти цвета сияют и переливаются, а значит, зажигают все вокруг чудесным, сказочным и небывалым светом.

Так же великолепна, светла сама Прекрасная Дама. Но только попав в “рай”, герой не осознает всей ее прелести, его чувства к ней еще 'туманны, пламя будущих страстей лишь зарождается в душе юного романтика. Он хочет прояснить образ фантастической Девы, “ворожит” над ней: Ворожбой полоненные дни Я лелею года,— не зови...

Только скоро ль погаснут огни Заколдованной темной любви? Но вскоре “прозрение” наступает само собой. Лирический герой уже восхищается красотой Прекрасной Дамы, боготворит ее. Но образ этот расплывчат, ведь он плод непрекращающихся фантазий героя. Он творит “Деву радужных ворот” только для себя, и зачастую в мифологизированном образе сквозят и земные черты: Твое лицо мне так знакомо, Как будто ты жила со мной...

...Я вижу тонкий профиль твой.

Юноша мечтает о встрече с Идеалом, видит в этом смысл жизни: Ложится мгла на старые ступени...

Я озарен — я жду твоих шагов...

...Жду я Прекрасной Дамы В мерцаньи красных лампад.

Он устремлен к ней всем своим существом, счастлив лишь от одного сознания, что она существует, все это и наделяет его сверхчувственным мироощущением. Сложны отношения Прекрасной Дамы и героя, “я” — существа земного, устремленного душой в высь поднебесную, к Той, которая “течет в ряду иных светил”.

Царевна не просто объект почитания, уважения молодого человека, она покорила его своей необычайной красотой, неземной прелестью, и он без памяти влюблен в нее, настолько, что становится рабом своих же чувств: Твоих страстей повержен силой, Под игом слаб.

Порой — слуга; порою — милый; И вечно — раб.

Высокая любовь лирического героя — это любовь-преклонение, сквозь которое лишь брезжит робкая надежда на грядущее счастье: Верю в Солнце Завета, Вижу зори вдали.

Жду вселенского света От весенней земли.

Лирический герой блаженствует и страдает в экстазе любви. Чувства настолько сильны, что переполняют и захлестывают его, он готов принять покорно даже смерть: За краткий сон, что нынче снится, А завтра нет, Готов и смерти покориться Младой поэт.

Жизнь героя — поэта своей Музы — вечный порыв и стремление к Мировой Душе. И в этом порыве происходит его духовный рост, очищение.

Но в то же время идея Встречи с Идеалом не так лучезарна. Казалось бы, она должна преобразить мир и самого героя, уничтожить власть времени, создать царство Божие на Земле. Но со временем лирический герой начинает опасаться, что их воссоединение, то есть приход Прекрасной Дамы в настоящую жизнь, реальность, может обернуться душевной катастрофой для него самого. Он боится, что в миг воплощения Дева может превратиться в земное, греховное создание, а ее “нисхождение” в мир явится падением: Предчувствую Тебя.

Года проходят мимо — Все в облике одном предчувствую Тебя...

Как ясен горизонт: и лучезарность близко.

Но страшно мне: изменишь облик Ты.

И желанного преображения, и мира, и “я” лирического героя не происходит. Воплотившись, Прекрасная Дама оказывается “иной” — безликой, а не небесной.

Спустившись с небес, из мира грез и фантазий, лирический герой не перечеркивает былого, в душе его еще поют мелодии “прошлого”: Когда замрут отчаянье и злоба, Нисходит сон. И крепко спим мы оба На разных полюсах земли...

И вижу в снах твой образ, твой прекрасный, Каким он был до ночи злой и страстной, Каким являлся мне. Смотри: Все та же ты, какой цвела когда-то.

Он оставляет за собой право хотя бы в снах быть с Прекрасной Дамой: Этот голос — он твой, и его непонятному звуку Жизнь и горе отдам, Хоть во сне твою прежнюю милую руку Прижимаю к губам...

Итогом пребывания лирического героя в мире Прекрасной Дамы оказывается одновременно и трагическое сомнение в реальности идеала, и верность светлым юношеским надеждам на будущую полноту любви и счастья, на грядущее обновление мира. Присутствие героя в мире Прекрасной Дамы, его погруженность в ее любовь заставили юного рыцаря отказаться от эгоистических устремлений, преодолеть свою замкнутость и разъединение с миром, вселили желание творить добро, приносить людям благо.

Во всех стихотворениях цикла раскрывается необычайная одухотворенность лирического героя и самого А. Блока, утонченность души, бессменное желание познать истину существования, достичь высших целей. А любовь выступает как сила, обогащающая чувство жизни, ее потеря оборачивается смертью.