Взаимосвязь характерестик древнего мира с деятельностью человека. Американские цивилизации

Взаимосвязь характерестик древнего мира с деятельностью человека. Американские цивилизации

1. Население Американского континента

Только 35 тыс. лет назад (гипотетическая дата, которую новые находки постоянно углубляют) человек Старого Света открыл н стал обосновываться в Америке, которая для него, без сомнения, была Новым Светом, хотя он этого н не осознавал. Уже не оспаривается происхождение американского человека, его переход из Северо-Восточной Азии по проливу Беринга в ту эпоху, когда этот район был подо льдами н передвижение было легче, чем теперь. Алеутские острова тоже могли служить дорогой между двумя континентами. Считается, что миграции начались в ту эпоху и продолжались в более или менее постоянной форме до 2-го тысячелетня до н. э. Предполагается, что открытие осуществилось как следствие прогрессивного отступания ледовой шапки и перемещения к северу азиатской фауны, за которой шли группы людей, живших за счет нее.

Считалось, что первыми пришельцами были охотники, но до настоящего времени наиболее древние каменные инструменты, найденные на Американском материке, соответствуют культуре собирателей. Наиболее вероятно, что они были собирателями и охотниками, выходцами из Восточной Азии. Их технологический уровень соответствовал уровню технологии нижнего палеолита. 

Также из Азии (на этот раз из Сибири) н тем же путем 10 тыс. лет спустя прибыли группы охотников с верхнепалеолитической культурой. Это были брахицефалы монголоидного типа. Охотники к собиратели сосуществовали в течение тысяч лет, при этом различие между ними было не хронологическое, а экологическое, так как в соответствии с районами н наличными ресурсами население занималось преимущественно охотой или собирательством, но во многих случаях — без сомнения, в большинстве — одинаково тем и другим.

На многих памятниках найдены каменные предметы, бывшие орудиями этого населения. От тех, кто занимались главным образом охотой, известны различные наконечники копий н дротиков, давшие названия соответствующим культурам: Сандия (25— 15 тыс. лет до н. э.), Кловис (15—10 тыс. лет до н. э.), Фолсом (10— 7 тыс. лет до и. э.), Юма (7—5 тыс. лет до и. э.). 

Позже, в течение нескольких тысяч лет, климат менялся, становясь все более сухим и жарким, это привело к тому, что жара и высыхание пастбищ предопределили прогрессивное исчезновение плейстоценовой фауны, а именно таких крупных млекопитающих, как мамонт, мастодонт, н более мелких, как верблюд н лошадь. Охотиться стали на мелких животных, н собирание растений (фрукты, клубни) приобретало все большее значение. Каменные орудия приспосабливались к новым потребностям, п кроме орудии, получаемых посредством простои оббивки или обтесывания камня, начали изготовлять новые предметы путем шлифования (топоры, стуны, терки и сосуды). Одна из известных культур этого периода — Кочисе в Аризоне. Группы людей обитали в пещерах, ведя полубродячий образ жизни.

Собиратели растений должны были наблюдать, что в некоторых условиях зерна, брошенные в почву, прорастали н превращались в растения. От наблюдения природного явления до его намеренной реализации быт только один шаг, и возможно, что многие собиратели начали то, что превратилось позднее в явление, названное “неолитической революцией”,— производство пищи посредством возделывания растений. 

Нет необходимости уточнять, что эта медленная культурная эволюция, являющаяся американской доисторией, охватила также территорию, которую мы называем Мезоамерикой и о культурном развитии которой я теперь кратко расскажу.

2. Особенности культуры

В своем классическом очерке Кирхгофф выделяет несколько подгрупп высших и низших земледельцев Северной и Южной Америки: высшие земледельцы андского региона и частично амазонские народы, низшие земледельцы Южной Америки и Антил, собиратели и охотники континента

В своей работе Кирхгофф делает вывод, что мезоамериканская культура — это лишь часть более обширной зоны американских культур, происшедших от более древних культур неземледельческих народов, и что элементы, отсутствующие в Мезоамерике, но существующие в Северной и Южной Америке, должны были существовать и в Мезоамерике, но в более раннюю эпоху.

Ранний этап. Хозяйственная деятельность все еще основана главным образом на собирательстве, охоте и рыбной ловле, но с прогрессивным увеличением возделывания растений. Начало оседлой жизни небольшими семейными группами. 

Средний этап. Выращивание маиса как основы питания в сочетании с фасолью, тыквой и перцем. Формирование человеческих коллективов в небольших деревнях. Начало строительства церемониальных центров с земляными и каменными платформами в качестве фундаментов для святилищ. Появление специализированных групп для обрядовых церемоний. Поздний этап. Культурная дифференциация в разных областях. Возрастание значения церемониального центра. Строительство пирамид как оснований для храмов-хижин.

Протоклассический, или переходный, период.

Усиление процесса культурного развития. Оформление собственных черт различных культур. Дифференциация жречества. Начало социального расслоения. Спланированные церемониальные центры. Впечатляющие культовые постройки. Настенная роспись в церемониальных и могильных конструкциях. Стелы с иероглифическими надписями и датами. Наличие в скульптуре важных персонажей. Сосуды на четырех ножках, подставки в виде женской груди и поли-хромная роспись.

Классический период, или период расцвета

Ранний этап. Значительное техническое, научное и художественное развитие. Возведение крупных церемониальных центров. Изобретение ступенчатого свода, или “ложной арки”, у майя. Храмы и резиденции правящего класса с каменными стенами. 

Поздний этап. Наивысший расцвет церемониальных центров, главным образом майя, и закат других (Теотиуакан). Вершина культурного развития. Необычайный рост строительства церемониальных центров; увеличение разнообразия архитектурных построек (пирамиды, храмы, террасы, площади, дворы, дворцы, святилища, площадки для игры в мяч, гробницы, обсерватории и т. д.). Искусство не только религиозное, но и гражданское (область майя). 

Постклассический период, или период распада

Ранний этап. Прекращение культурной деятельности в крупных классических церемониальных центрах. Давление варварских народов на северную границу Мезоамерики; этнические передвижения из центра Мексики к югу и юго-востоку; внутренняя дезинтеграция из-за социально-экономических причин. 

Поздний этап. Продолжение давления и вторжений на северной границе. Нашествие новых воинственных этнических групп. Постоянные войны. Создание ацтекской “империи”. Укрепление городов. Учащение человеческих жертвоприношений. Войны из-за пленников. Расширение торговли. Упадок искусств. Приход испанцев.

Культура Севера

На северных границах Мезоамерики, образуя культурные островки на территории собирателей и охотников, существовали периферийные культуры. В них распознаются элементы, близкие культурам Центральной Мексики и Юго-Запада США. Среди главных центров этих периферийных культур выделяются Ла-Кемада и Чаль-чиуитес (Сакатекас) и Касас-Грандес (Чиуауа).

Культура Запада

Так называют культуры, существовавшие на территории современных штатов Синалоа, Наярит, Халиско, Колима, Мичоакан и частично Герреро и Гуанахуато. Известны многие предметы, происходящие большей частью из разграбленных захоронений. Это и небольшие фигурки, и настоящие статуи из глины. Их стилистическое разнообразие зависит от района их происхождения. Почти всегда они изображают людей, животных, хижины и даже макеты деревень и сценки из повседневной жизни. Искусство Запада реалистично как в “примитивных” проявлениях, так и в более разработанных стилях; во многих случаях наблюдается тенденция к карикатуре и всегда видны оригинальность и строгость манеры исполнения. Наиболее известная исторически культура — культура так называемых тарасков.

Культуры Центральной Мексики

Именно эти культуры, сосредоточенные во внутренних районах Мексиканского нагорья, привлекли наибольшее внимание исследователей из-за того, что о них имелась информация не только археологическая, но и в значительной мере историческая. Основные культуры, расположенные в хронологическом порядке, мы назовем ниже. Мы исключим этапы, соответствующие доистории, и начнем с того, что считается началом протоистории, то есть с 2000 г. до н. э.

Историческое развитие центральной зоны Мексики отмечено насильственным вторжением последовательных волн народов более низкого культурного уровня, находившихся еще на стадии развития охоты, рыболовства и собирательства. Эти народы прибывали с севера, захватывали и разрушали культурные центры, но, оценив преимущества цивилизованной жизни, они постепенно сами превращались в оседлых земледельцев, сливаясь с местным населением, воспринимая его культуру и создавая новую, которая в значительной мере была продолжением предыдущей, но уже с каким-то другим оттенком.

Культуры побережья Мексиканского залива

Вдоль Мексиканского залива, за исключением побережья полуострова Юкатан, развивались значительные культуры. Самой древней была культура, называемая ольмекской, или Ла-Вента. Она существовала большую часть доклассического периода и располагалась на юге нынешнего штата Веракрус и на севере Табаско. Эта культура, очевидно первая выделившаяся в Мезоамерике, сыграла, без сомнения, решающую роль в формировании остальных культур.

В центре нынешнего штата Веракрус размещалась культура, называемая тотонакской, наиболее важным центром которой, по-видимому, был Эль-Тахин. 

Культуры юга

Относительно культур Оахаки мы располагаем обильной археологической информацией. Наиболее значительными из них были сапо-текская, у которой удалось проследить длительное развитие и определить основные ее этапы благодаря раскопкам ее крупнейшего центра—Монте-Альбан, и миштекская, развивавшаяся более или менее одновременно с сапотекской, но в горных районах, в то время как сапотекская располагалась в долинах. В постклассический период миштеки захватили эти долины и подчинили сапотеков. Одним из их наиболее известных центров была Митла.

Культура Юго-Восточной Мексики и Центральной Америки

Имеется в виду культура майя, занимавшая огромное пространство — более 400 тыс. км 2 и охватывавшая нынешние мексиканские штаты Юкатан, Кампече, Кинтана-Роо, часть Табаско и Чья-паса, а также территории современной Гватемалы, Белиза и западную часть Сальвадора и Гондураса. Этой культуре посвящены следующие разделы работы.

3. Область майя

В начале я хотела бы уточнить, что под областью майя мы понимаем всю территорию, на которой жили до конкисты — и живут сейчас — лингвистически родственные народы, образующие группу, называемую маняской; исключение составляют уастеки, которые хотя и относятся к той же языковой семье, но отделились от общего ствола еще до образования единой культуры майя и находятся в области, очень удаленной от них. 

Люди майя

Этнолингвистические группы

Убеждение, что майя уникальный, независимый и изолированный от остального мира феномен, привело известных ученых-майянистов к утверждению, что язык майя не имеет никакого родства с другими языками Мексики и Центральной Америки. Другие авторы, как, например, Томпсон, также согласны, что язык майя не имеет связей с языками Мексики и Центральной Америки. Они допускают существование двух языков майя (язык высокогорий и язык равнин) плюс 15 диалектов. 

Согласно методам сравнительной лингвистики (лексикостати-стики), удалось установить вероятный момент, в который каждый из майяских языков отделился от общего ствола. Результаты этого трудоемкого исследования (глоттохронологии) дают следующую картину, в которой указаны приблизительные даты, когда началось отделение основных языков, начиная от гипотетического протомайя.

В пределах области майя — на юге Гватемалы и в Сальвадоре — встречаются группы пипиль, относящиеся к языковой группе науа. Вне названной области находится, как говорилось, уастекская группа майяской семьи.

Физические черты

Описывая физический тип древних майя, С. Г. Морли основывался главным образом на исследованиях М. Стеггерды среди современных юкатеков, сожалея при этом, что не были проведены сходные исследования среди остальных групп. Хотя он сам указывал, что “майя высокогорий имеют кожу более красную и блестящую, чем майя Юкатана, и биологически кажутся более чистого происхождения”, он заключил: “Тем не менее, если их исследовать по основным критериям: росту, цвету кожи, форме головы и волос, можно заметить, что все группы, говорящие на языке майя, кажутся происшедшими первоначально от одного и того же древнего ствола”. Найденные в крови при серологических исследованиях некоторые элементы указывают на существенные различия; дерматоглифические исследования и изучение отпечатков пальцев и линий ладоней говорят о различиях между группами северных высокогорий и группами южных высокогорий, а также между юкатанскими группами. Несмотря на небольшое число изученных серий, костные остатки, обнаруженные при археологических раскопках, тоже дают вариации, особенно в черепных и лицевых индексах.

Учитывая эти различия, нельзя говорить о едином физическом типе майя для всей области и считать его целиком отличным от остальных мезоамериканских групп. Некоторые группы майя имели и все еще имеют такие специфические черты, как узкий нос, складка эпикантуса (закрывающая внутренний угол глаза) и монгольское пятно (у основания позвоночника). Две последние черты характерны для азиатского населения, конкретно монгольского. На Юкатане также часто встречаются широко поставленные глаза, другое наследие дальнего азиатского прошлого коренных американских народов. Примечательна и относительная длина рук в сравнении с ростом. Так, у майя более длинные руки, чем у других мезоамериканских групп.

Большая- часть физических черт населения майя, рассматриваемая в комплексе, уже известна у остальных мезоамериканских народов и у других народов севера, центра и юга материка, а именно: низкий рост, темный (бурый или медный) цвет кожи, глаза цвета темного кофе или черные, волосы гладкие и черные, редкая растительность на лице и теле, плечи широкие, грудная клетка развитая, ноги мускулистые. 

Таким образом, в конечном счете как по своим физическим чертам, так и по языку майя должны считаться частью населения Мезоамернки и даже более широких этнических групп и ни в коем случае не должны изучаться как “человек майяский” с одинаковыми физическими признаками, отличающими их от остальных американских народов.

Психические черты

В очень краткой форме результаты исследования были следующими: майя активны, энергичны и трудолюбивы; настойчивы, аккуратны и очень чистоплотны, они стараются, чтобы их хижины и одежда всегда были чистыми; бережливы, так как тщательно сохраняют свои урожаи и избегают расточительности; жестоки с животными и иногда с человеческими существами, когда речь идет о мести за женскую неверность; консервативны в своих обычаях н враждебны по отношению к прогрессу; не любители перемещаться, за исключением крайних случаев; разговорчивы н общительны, любят шутки и развлечения; доверчивы, бескорыстны, добродушны, очень уважительны к правам других; отзывчивы к чужой бедности, болезни или несчастьям; горды, не просят милостыню; вежливы и дружелюбны между собой и с чужими; великодушны и гостеприимны; у них нет склонности командовать, но они с детства ревностно относятся к своей личной независимости; лишены духа мятежности, тщеславия н эгоизма; любят справедливость; мирны н не вздорны, но злопамятны и мстительны, когда оскорблены; в высшей степени честны; семейные узы очень крепки, хотя и со слабыми проявлениями привязанности, отцовский авторитет сохраняется даже тогда, когда уже взрослые дети сами становятся отцами семейств; умеренно или мало озабочены половыми проблемами, так как пары легко расходятся и ревность достаточно редка, хотя, как было сказано, в случае измены месть обиженного мужа может быть страшной; фаталистичны и религиозны, но более всего суеверны и верят в колдовство; крайне склонны к алкоголизму часто с опасными последствиями (драки нередко с кровавым исходом); со средними умственными способностями и без духа новаторства, но очень наблюдательны и с хорошей памятью; с достаточным воображением, с четко выраженным чувством красоты.

Организация труда

При сравнении информации о разделении труда, содержащейся в исторических источниках в момент испанского завоевания, и этнографических данных, относящихся к группам современных майя, видно, что нынешний консервативный характер общественной жизни майя — это не более как продолжение доиспанского. Когда данные, содержащиеся в обеих информативных сферах, во многом совпадают, то можно предполагать, что этнологические исследования в основном, если не всегда, применимы к эпохе, предшествовавшей завоеванию.

Предвосхищая анализ, содержащийся в главе о социальной организации, следует подчеркнуть, что поскольку все средства, необходимые для существования человека, добывались простым народом, то мы ограничимся анализом разделения труда среди производящего класса.

Половое разделение труда

Основным фактором при разделении работ был и остается пол. Мужчины занимаются всеми земледельческими работами (валка и сжигание леса, посадка, прополка, сбор урожая), а также подготовкой семейного огорода, охотой и рыбной ловлей, разведением пчел, постройкой дома, заготовкой дров, получением волокна из хенеке-на, плетением корзин, добычей соли. Мужчины выполняют также все работы, связанные с постройкой церемониальных центров: добывают из каменоломен и обрабатывают камень, сооружают печи для обжига известняка, рубят деревья и делают из них балки, притолоки, стропила и помосты, переносят землю и другие материалы.

Сфера занятий женщины ограничивалась домом и его пристройками. Возможно, что за пределы дома женщины выходили только за водой к естественным источникам. Помимо домашних хлопот (приготовление пищи, наведение чистоты в доме, стирка одежды, уход за детьми) женщина участвовала в производительном труде — шила, ткала и вышивала как для семейных нужд, так и для обмена или уплаты дани; она также ухаживала за огородом возде дома и домашней птицей (индюки, фазаны, голуби); иногда она занималась дома кипячением меда для его очищения. Возможно также, что она помогала мужу в домашнем изготовлении предметов из хенекена (веревки, мешки).

4. Особенности питания 

Можно предположить, что у майя было положение и что низшие слои населения не могли рассчитывать на самые изысканные продукты, например те, что ввозились из отдаленных районов (какао, рыба), или те, что требовали тонкого и сложного приготовления. Фактически хронисты преувеличивают воздержанность майя, которые будто бы ели только один раз в день, к вечеру, а мясо ели только по праздникам. Но посмотрим на те данные о майя, которые предоставляют хроники XVI в.

Пища растительного происхождения

В обычные дни главной пищей был, без сомнения, маис, рецепты приготовления которого живы до наших дней. Зерно замачивают на ночь в воде с примесью извести и затем растирают на метате. Получается масса, из которой на жаровне пекут лепешки. Едят их только горячими, так как холодная лепешка, по выражению хрониста Хименеса, “тверда, как подошва ботинка, и безвкусна”. Лепешки можно есть как самостоятельное блюдо с солью или перцем или вместе с другой пищей. Из маисового теста готовили также та-мали, фаршированные кусочками мяса; в тесто подмешивали и листья чайи или фасоль. Хименес описывает тамали как “комки, сваренные в воде, нанизанные на веревку, как черные четки, жесткие и безвкусные”. Из поджаренного и размолотого зерна готовили “шарики, сохранявшиеся по нескольку месяцев, только становившиеся кислыми

Из размолотого какао, растворенного в воде, готовили шоколад, который пили горячим; Ланда определяет его как “противное питье для тех, кто не привык, и свежее, и вкусное, и превосходное для тех, кто его пьет регулярно”. Этот юкатанский хронист говорит еще об одном “вкусном и ценимом” напитке, для которого из бобов какао извлекали “жир, похожий на масло” и смешивали его с маисом. Должно быть, это был чампуррадо или атоле из шоколада.

Другим важным продуктом была фасоль — черная, красная и белая, которую ели как с другими овощами, так и приготовленную отдельно или с мясом, отваренную в соленой воде или же размолотую как паста. Употребляли н разные виды тыкв, а также батат, чайю, томаты, маниок, хикаму, авокадо и макаль (яме). 

У майя было много фруктов, среди них наиболее распространенные авокадо, мамей, чикосапоте, белый сапоте, папайя, гуайяба, гуайя, нансе, питаайя, древесный огурец, сирикоте, анон, мараньон, несколько видов сливы, дикий виноград и многие другие.

Пища животного происхождения

Некоторые хронисты утверждают, что вне праздников и пиршеств древние майя не ели много мяса. Возможно, и в самом деле, что немногие животные, которых выращивали для пищи (собаки, индюки, фазаны, голуби), сохранялись главным образом для празднеств, для подношения в качестве дани или подарка господам или для приношения в жертву божествам. Но часто, хотя и в небольших количествах, майя могли есть мясо млекопитающих, птиц и пресмыкающихся, добытых на охоте. Среди главных животных, мясо которых употреблялось в пищу, назовем оленя, тапира, пекари, барсука, зайца, броненосца, лесного индюка, куропатку, перепела и игуану. Мясо готовилось с овощами или отдельно — хорошо пропеченное прямо на огне или в печи, выкопанной в земле. На дне такой печи разводится огонь, когда он прогорит, угли закрывают камнями, на них кладут обработанную тушу животного, после чего печь заполняется листьями, ветками и камнями.

Приправы

Майя приправляли свою пищу солью, перцем, несколькими сортами перца чиле и различными душистыми травами — кориандром, эпасотом, ореганом. Важной приправой на Юкатане была и остается биха, которая кроме вкуса придает “цвет пище, какой дает шафран”. Эти приправы могли использоваться отдельно или в соусах в зависимости от блюд.

Напитки

Помимо безалкогольных напитков, приготовляемых из маиса и какао, у майя существовали и алкогольные. Среди них главным был бальче, называвшийся испанцами “питаррилья”. Однако его употребляли только во время религиозных церемоний. Для некоторых церемоний делали другое питье с “четырьмястами пятнадцатью поджаренными зернами маиса, которое зовут пикула-какла”. 

Обычаи, связанные с пищей

Когда Когольюдо говорит, что майя ели только раз в день — за час до захода солнца, одновременно обедая и ужиная, не следует это понимать так, словно весь день проходил без потребления пищи. Хронист имеет в виду основательную пищу. В самом деле, на рассвете, до начала работ, майя пили горячий атоле — жидкую кашу; течение дня с интервалами в несколько часов — холодные напитки посоле, пиноле и только вечером съедали овощи, соответствующим образом приправленные, с мясом или чаще без него.

Женщины и мужчины не садились есть вместе, а сначала женщины обслуживали мужчин. Ели сидя на полу или во всяком случае на циновке. Существовал обычай мыть руки и полоскать рот после еды.

Во время религиозных празднеств в пищу не добавляли соль и острый перец. При некоторых постах не ели мяса. 

5. Особенности одежды

В этом разделе я рассмотрю не только одежду и предметы украшения древних майя, но и те процедуры, которым они себя подвергали (раскраска, татуировка, деформация, ампутирование), чтобы дополнить свое убранство.

До четырех-пяти лет дети обоих полов ходили обнаженными, после этого возраста и начинались различия в одежде, так как мальчикам надевали “пояски, чтобы они прикрывали свой срам как отцы, а девочек начинали закрывать от пояса и ниже”, как уточняет Ланда. Ланда упоминает также о “длинных и квадратных тканях... (которые) они привязывали к плечам”, не поясняя, носили ли их господа или простые люди.

Социальные различия

Из хроник мы узнаем, что сеньоры и рядовые общинники одевались не одинаково. В “Сообщении из Вальядолида” подчеркивается, что “сеньоры надевали шикольи из хлопка и перьев, сотканных в форме разноцветного жилета; они носили также мастиль, (то есть набедренную повязку) между ног, представлявшую собой длинную тканую ленту, опоясывавшую живот и закрывавшую половые органы, при этом два длинных конца, украшенных перьями, свисали спереди и сзади”. Ланда, имея в виду простолюдинов, говорит, что дома строили обнаженные индейцы, “прикрытые длинными узкими полосками, которые они зовут эш”. К такой же полоске сводилась одежда Херонимо де Агнлара, когда он предстал перед Кортесом.

Это различие в одежде между лицами, относящимися к высшему классу, и людьми более низкого социального положения подтверждается и уточняется в иконографии майя. На фресках Бонампака пленники или павшие в бою, а также принесенные в жертву после сражения изображены обнаженными или только с набедренной повязкой, без головного убора и украшений. Однако на тех же фресках лица, которые, видимо, были слугами, судя по их действиям (одевают вождей, подают шкуры ягуара или украшения, держат на руках ребенка), имеют украшенные набедренные повязки и головные уборы наподобие тюрбанов. Некоторые из них, возможно, были торговцами или, служа при дворе в Бонампаке, имели право или обязанность быть одетыми более изысканно, чем крестьяне и остальные трудящиеся.

В подобной одежде изображены музыканты. На них замысловатые головные уборы, иногда очень искусно сделанные, серьги из раковин и ожерелья из клыков животных. Из предполагаемых слуг некоторые имеют ушные украшения. Другие (кого по их расположению в художественной композиции и по тому, что они показывают ценные товары и держат в руке зонтик, мы считаем торговцами) тоже имеют тюрбаны, а один даже подвеску и ушное украшение из нефрита.

Воины, изображенные на тех же самых росписях, несомненно, также стоят на разных ступенях социальной лестницы. В сцене суда, пыток и жертвоприношения пленников группа воинов расположена на том же уровне, что и самые высокопоставленные лица, то есть в верхней части композиции, в то время как все остальные находятся на нижнем плане. Различия в одежде значительны: все “верхние” одеты в очень нарядные маленькие плащи, у “нижних” торс обнажен; набедренные повязки богаче у первых. Однако обе группы имеют обычные у воинов одинаковые шлемы со звериными головами, надевавшиеся для того, чтобы вызвать страх у противника.

Господа высокого ранга занимают верхнюю часть композиции, они выделяются и своей одеждой: богатые головные уборы, некоторые с перьями кецаля в форме плюмажа; диадемы из нефритовых бусин; ожерелья и браслеты из того же камня; широкие и длинные плащи из хлопка; ярко расшитые или разрисованные набедренные повязки, а также сандалии, хотя на копиях, сделанных с росписей, не всегда можно разобрать, есть сандалии или нет.

Таким образом, социальные различия, выявляемые в этих картинах самой композицией, значением сцен и действиями их участников, отражены в одежде, которая изменяется от самого богатого убранства халач-виннка до почти полной наготы приносимых в жертву пленников (на некоторых нет даже набедренной повязки). В композиции иерархия соблюдается сверху вниз: батабы, придворная знать, военные вожди, воины, торговцы и музыканты (в одной группе) и слуги. В этой иерархии в отношении одежды исключение представляют лишь танцоры, богатейшее убранство костюмов которых, видимо, связано со спецификой церемонии и не имеет какой-либо социальной значимости.

На глиняных фигурках из Хайны самым значительным элементом одежды был, вероятнее всего, головной убор. Разнообразие форм, материалов и композиций бесконечно: тюрбаны, диадемы, тиары, скрученная или сплетенная полоса, плюмажи и широкополая шляпа. Даже когда тела почти обнажены, головной убор обычно богат и сложен. Многие фигурки представляют мужчин и женщин, у которых закрыта только нижняя часть тела (повязка или юбочка, в зависимости от пола); однако это не должны быть лица низкого социального положения, так как у них почти всегда есть ожерелье из толстых бус, часто браслеты из нескольких ниток бус, большая раковина, как пектораль, и пышный головной убор. Набедренная повязка обычно очень широкая и может быть раскрашена. Персоны, видимо, мужского рода имеют большие плащи, доходящие до пят. В некоторых случаях видно длинное платье с короткими рукавами.

Женский костюм

Относительно женщин Ланда сообщает, что “индеанки побережья провинций Бакалар и Кампече очень скромны в своем костюме, так как помимо покрывала, что носили от середины тела вниз, они покрывали груди свернутым полотном, подвязывая его под мышками;

все остальные не носили другой одежды, кроме подобия длинного и широкого мешка, открытого с двух сторон, в который они залезали до бедер и который им был в обтяжку, и не было у них другой одежды, кроме накидки, в которой они всегда спят; когда они отправляются в дорогу, то обычно несут ее свернутой”.

Однако, за некоторыми исключениями, одежда женщин на стенных росписях, рельефах и фигурках не соответствует описанию хрониста. Наиболее обычна длинная туника белая или с зеленой опушкой по краю или желтая. На фигурках из Хайны наиболее часто видны длинная юбка и кечкемитль — кофта из кружев. Невозможно уточнить социальное положение большей части женщин, представленных на упомянутых фигурках из Хайны, так как кечкемитль не имеет украшений, а кроме того, им пользовались даже простые ткачихи. С другой стороны, почти все женщины носили ожерелья и ушные украшения. Только у некоторых видны юбки (старые женщины) н в одном случае — набедренная повязка (у слепой старухи).

Ювелирные изделия

Мужчины и женщины, имевшие высокий социальный статус, носили многочисленные ювелирные изделия, почти все из нефрита, хотя могли быть и из обсидиана, из раковины или кости. Такие украшения включали диадемы из нанизанных или нашитых на полоску ткани дисков; трубочки для локонов или цветы в волосах (Паленке);

ушные украшения — круглые, квадратные, сложные, образующие цветочные элементы (у лиц явно низшего ранга в мочку уха нередко продевалась просто лента из ткани); носовые украшения — трубковидные, или в виде пуговиц с каждой стороны, или пластинка, свисающая с кончика носа; украшение для рта, составленное из четырех удлиненных пластин, образующих прямоугольник с небольшим диском в каждом углу; весь ансамбль ограничивал рот; ожерелья из одной нитки сферических бусин, с подвесками или без них (личины, медальоны); ожерелья из нескольких концентрических ниток обычно трубчатых бусин; пекторали; браслеты из нескольких ниток бусин; кольца и ножные браслеты, тоже из нескольких рядов.

Татуировка

Татуировка царапаньем была важной частью украшения тела, о чем свидетельствуют хроники н что подтверждают многочисленные скульптуры и глиняные фигурки. Этот тип татуировки, в котором шрамы, нанесенные прорезанием предварительно раскрашенной кожи, образуют всякого рода геометрические и символические рисунки, был предметом гордости мужчин майя, ибо чем больше татуировки на теле, тем храбрее и доблестнее считался мужчина, так как эта процедура была очень болезненной. Тех, кто не татуировался, осмеивали. Однако татуировка могла быть применена и как наказание ворам высокого социального ранга. В этом случае их лицо обрабатывалось “с двух сторон, от подбородка до лба”. Женщины также обычно татуировали тело “от пояса вверх, кроме груди из-за кормления, узорами более изящными и красивыми, чем у мужчин”. Юноши, пока не женились, не татуировались или делали легкую татуировку.

Волосы

Волосы носили длинными, как женщины, так и мужчины. Относительно первых Ланда уточняет, что “сверху выжигали часть волос как хорошую тонзуру и таким образом то, что ниже, росло сильно, а что на тонзуре, оставалось коротким; они заплетали косы и делали из них гирлянду вокруг головы, оставляя сзади хвостик, как кисточку”. Можно понять, что кроме подобия тонзуры остальные волосы были очень длинными. На рельефах из Паленке тонзура размещается на задней части головы. На том же памятнике и на многочисленных фигурках из Хайны видно, что волосы подрезались на лбу, образуя лесенку по обе стороны лица. В Паленке есть также то, что мы назвали “держателями локонов”—нефритовые трубочки, разделявшие волосы на пряди. На рельефах у женщин волосы длиннее, чем у мужчин, зачесаны назад и без тонзуры. Ланда упоминает о женской прическе, разделявшей волосы на две части и образовывавшей “изящный головной убор”; волосы также сплетали в косы или в два или четыре рога. Говорят, что прическа незамужней женщины отличалась от прически замужней, но эти различия не уточнены.

Деформация и намеренное калечение

Как признак красоты, трудно понятный для нас, Ланда упоминает также косоглазие, которое искусственно вызывали у детей, “прикрепляя им к волосам небольшой пластырь, свисавший до середины бровей; и поскольку он у них там прыгал, они все время поднимали глаза и становились косыми”. Вспомним, что бог Солнца изображается с большими, обычно косыми, глазами.

Упомянем еще прокалывание мочки уха для ушных украшений диаметром 2—3 см, прокалывание носовой перегородки или крыльев носа для подвешивания носовых украшений и прокалывание отверстия под губой для губного украшения.

Древние майя, как и остальные мезоамериканские народы и многие народы Американского континента, а также других частей света, практиковали искусственную деформацию черепа. Ланда описывает, как ребенку, лежащему в колыбельке из прутиков, накладывали на голову две досочки (одну спереди, другую сзади) и сильно их стягивали, “пока через несколько дней голова младенца на становилась плоской и такой формы, какую они все имели”. Кроме лобно-затылочного типа деформации делались и другие, о чем можио судить по черепам, найденным при археологических раскопках. Встречается деформация округлой формы (получаемая посредством очень тугой повязки вокруг головы), а также затылочная, лобная, лобно-вертикально-затылочная и т. д. 

Исторические источники упоминают о калечении зубов лишь среди женщин (считалось “изящным” иметь зубы, “как зубья пилы”). Ланда пишет, что эту операцию проводили старые женщины, “подпиливая их какими-то камнями и водой”. Подпилы имели различную форму и наносились на верхние и нижние резцы и клыки, как правило, симметрично. Одни подпилы имели острые концы, другие — тупые. Однако наиболее часто в зоне майя встречалась инкрустация округлой формы в середине передней плоскости верхних и нижних резцов и клыков. Материалом для инкрустации обычно служили нефрит, а также обсидиан, пирит пли гематиты. Археологические находки показывают, что калечение зубов было распространено не только в высших классах общества, так как подпиливание можно обнаружить и на костных остатках из бедных захоронений.

Итак, можно сказать, что, в то время как одежда и украшения имели социальную значимость, иерархический или экономический характер которой мы не можем уточнить, деформация тела практиковалась во всех классах общества майя.

6. Политическая, жреческая, судебная и военная организация

Автономные государства

Из исторических источников мы знаем, что в момент испанского завоевания область майя была занята несколькими самостоятельными государствами. Нам известны названия тех из них, которые располагались на полуострове Юкатан и на Гватемальском нагорье, и можно предположить, что в классический период ситуация была более или менее сходной. 

Без сомнения, завоеватели (чонтали, тольтеки, пипилн, ацтеки) в постклассический период внесли изменения в общественную и культурную жизнь майя, однако не следует забывать, что эти пришлые народы сами были носителями мезоамериканской культуры и имели в основном те же государственные системы, идеи и формы жизни. Пожалуй, можно сказать, что в постклассический период, с расширением масштабов завоеваний и увеличением торговли, жизнь общества стала более сложной, чем в классическом периоде, хотя и в пределах структурных моделей, общих для Мезоамерики.

Политическая организация

Согласно исторической информации, относящейся к Юкатану, каждое местное государство управлялось халач-виником, “настоящим человеком”, называвшимся также ахав (господин) и принадлежавшим к знати. Его должность была наследственной. После его смерти ему наследовал старший сын, а при отсутствии мужских потомков или если они не достигли соответствующего возраста трон переходил к старшему брату. Халач-виник имел обширные полномочия как в гражданской сфере, так и в религиозной и опирался на помощь государственного совета, называвшегося ах куч каб, в котором были представлены жрецы и высокопоставленные сановники. В зависимых городах правил батаб, назначаемый халач-внником и часто находившийся с ним в родстве. Батаб исполнял гражданские, судебные и военные функции: собирал дань для своего правителя, вершил суд и был пожизненным военным вождем в данной общности. При нем действовал местный совет, также называвшийся ах куч каб, состоящий из вождей фратрий. 

Жреческая организация

Довольно высокий статус жреца в структуре власти, даже в дни, предшествовавшие конкисте, подтверждает хронист Диего Лопес де Когольюдо, когда пишет, что “жрецы считались господами, главами, превосходившими всех, и именно они наказывали и поощряли, и им подчинялись с большим старанием”. Поле деятельности жрецов было шире, разумеется, чисто религиозного и охватывало политическую и судебную функции. Кроме того, жречество монополизировало научные знания (астрономия, математика, календарь, письменность, история), поэтому его господство над личностью и коллективом было абсолютным. 

Верховный жрец, по Ланде, назывался Ахав Кан Май. Но вполне вероятно, что его информация не совсем точна и скорее связана с каким-то конкретным человеком по фамилии Май. Эта фамилия до сих пор часто встречается у майя. Титул Ахав Кан означает “господин змея”. 

Другая важная должность, хотя и не очень уважаемая в народе, называлась наком; наком отвечал за совершение человеческих жертвоприношений. Предполагается, что наком избирался пожизненно, но должность его не передавалась по наследству, как остальные жреческие должности. При обычном жертвоприношении, когда вскрывалась грудь и извлекалось сердце жертвы, накому помогали четверо почтенных старцев, выбиравшихся для каждой церемонии. Они должны были держать руки и ноги жертвы, лежавшей на жертвенном камне. Этих старцев называли чаакообами (от имени бога дождя Чаака). На самом низком уровне жреческой иерархии находился ахмен — “тот, кто знает”, более других имевший контакт с народом, так как он принимал участие в обязательных земледельческих обрядах, когда проводился сев и сбор урожая или когда длительные засухи вынуждали просить дождя у бога Чаака. Ахмен, кроме того, был колдуном и знахарем, то есть обладал способностью “насылать” болезни и причинять вред, но также и избавлять от них. Из различных религиозных должностей до наших дней сохранилась только одна — именно ахмен.

Судебная организация

Хроники, относящиеся к Юкатану, единодушны в том, что майя были миролюбивы и “управлялись с помощью законов и хороших обычаев”, с чем мы легко можем согласиться, поскольку известно, что современное юкатанское население уважает законы и обладает глубоким чувством справедливости. 

Мы уже говорили, что военные вожди и жрецы обладали одновременно и судебной властью. Но из хроник явствует, что у майя были и настоящие судьи и чиновники “для выслушивания тяжб”. 

Четко различались преступления непреднамеренные и преднамеренные. Среди первых указываются случайные убийства, самоубийство мужчины или женщины по вине одного из супругов, случайный поджог домов, ульев и зернохранилищ, что бывало довольно часто, когда лес сжигали перед посевом. Во всех этих случаях суд проявлял достаточно терпимости, и если виновный сам не имел средств для возмещения ущерба, его друзья и родственники могли оказывать ему помощь.

За супружескую неверность также сурово наказывали. Если оскорбленный муж прощал виновного, тот оставался свободным человеком. Если же оскорбление не прощалось, виновного ждала позорная смерть — его поражали стрелами, раздавливали голову тяжелым камнем или “приказывали вытащить кишки через пупок”. Неверную жену могли приговорить к смерти, но обычно ограничивались тем, что подвергали ее общественному позору. Изнасилование девственницы или замужней женщины также каралось смертью. 

Военная организация

В течение длительного времени некоторые ученые, идеализируя древних майя, утверждали, что они были довольно миролюбивым народом, а военные конфликты — это следствие иноземных вторжений, исходивших главным образом из Центральной Мексики в постклассический период. Конфликты могли случаться между враждующими группами майя из-за земельных границ или из-за эксплуатации природных ресурсов; между майя и соседними, этнически чуждыми общинами — из-за того, что они оказывали давление на майя или из-за попыток экспансии какой-либо группы самих майя. 

Когда испанцы вторглись в область майя, они вынуждены были вступать в бои с местными жителями, которые в ряде случаев наносили им серьезные поражения. Согласно информации хронистов, батаб помимо своих гражданских и судебных функции был руководителем вооруженных сил в подчиненных ему землях; его должность была пожизненной и наследственной. Однако на время войны избирался настоящий военачальник наком (хотя его и называли так же, как и человека, осуществлявшего человеческие жертвоприношения, это были разные лица), который находился на своем посту три года. Все это время военный вождь был обязан вести аскетический образ жизни, включая половое воздержание и очень строгий режим питания. В его распоряжении были наемные воины хольканы, которые получали вознаграждение лишь во время войны. В зависимости от военных потребностей наком мог набирать воинов среди местного населения.

7. Научные знания майя

Я не хочу преуменьшать заслуг древних майя, которые, без сомнения, открыли астрономические и математические законы, изобрели иероглифическую письменность, разработали сложный календарь, совершенствуя математические и астрономические знания других народов Мезоамерики. Тем не менее нельзя ставить их в научном отношении на более высокий уровень, чем халдеев, китайцев, египтян и греков, которые достигли знаний, сходных и даже более высоких, за много столетий и даже тысячелетий до появления цивилизации майя.

Религия майя

Если в нашем XX в., несмотря на поразительные научные достижения, религия еще продолжает играть немалую роль в жизни некоторых народов, легко понять, каково было ее значение в ту эпоху, которую мы можем считать донаучной.

Религия майя, как и следовало ожидать, имела много общего с религией остальных мезоамериканских народов, так как все они являлись частью одной и той же культуры и находились на более или менее одинаковом уровне развития. Общность верований этих народов касалась не только их религиозных представлений, но и отдельных божеств и обрядов. Так, все или почти все они имели пантеон, состоявший из многочисленных богов; одни из них были благосклонны к человеку, другие враждебны, при этом дуализм мог существовать в одном и том же божестве. Различение сторон света предопределяло возможное разделение одного и того же божества как бы на четыре его подобия, каждое из которых ассоциировалось с определенным цветом, свойственным конкретной стороне света. Эта цветовая ассоциация не всегда совпадала в различных культурах. Силы природы, очевидно одинаковые для всех этих народов, олицетворяются сходными божествами с аналогичным культом и иногда даже с одинаковыми изображениями. 

Божества простого народа

Крестьянин верил в многочисленных богов, олицетворявших основные элементы его существования. Земля представлялась божеством с лицом, ассоциировавшимся со смертью, как и у народов Мексиканского нагорья. 

Солнце — Ах Кип, или Кинич Ахав (“Господин лицо”, или “Солнечный Глаз”), или также Кинич Какмоо (“Солнечное лицо Гуака-майа — Огня. Его символ — четырехлепестковый цветок. Рисунок цветка божество может иметь на лбу; обычно цветок сопровождает его в иероглифических текстах кодексов. 

Для крестьянина майя дождь был жизненно важен, особенно в северной области, где сезон дождей непродолжителен и недостаточен по количеству осадков. Он может быть изображен стоящим в потоках дождя или плавающим в небольшом челноке или опорожняющим сосуд с водой. 

Такие животные, как лягушка и черепаха, были связаны с богом дождя; первая потому, что ее кваканье предвещает дождь, а вторая— потому, что ее плач якобы вызывает дождь. Майя верили, что на небе обитал один бог Чаак в четырех ипостасях, по одной для каждой стороны света

Важное место по многозначности функций и по связи с жизненными аспектами деятельности людей в пантеоне майя занимает богиня Ишчель. Главным образом она представляет Луну, называвшуюся на языке майя Юкатана “У”. Интерес к Луне определялся не только характером сверкающего светила, но и ее предполагаемым влияниям на рост растений и здоровье людей. Поэтому она считалась богиней — покровительницей медицины. 

У майя, как и у народов Мексиканского нагорья, обряд человеческого жертвоприношения путем обезглавливания также связан, видимо, с культом маиса. 

Божества элиты

Другим обожествляемым растением было какао. Как известно, бобы какао использовались в качестве монеты, и, видимо, его выращивание было в какой-то степени монополизировано. Бог какао Эк Чуах изображался расписанным черной краской, с красным ртом и длинным носом, с поклажей на спине и посохом в руке, так как он был богом — покровителем торговли. Культ его почитался, по всей видимости, лишь хозяевами плантаций какао и богатыми торговцами.

В различных упоминаниях, содержащихся в колониальных источниках, подтверждается важность культа бога Ицамны.

Он почитался как творец вселенной и мог быть самим Хунаб Ку или, как считают некоторые авторы, его сыном. Для жрецов высокого ранга в течение постклассического периода Хунаб Ку — “единственный бог” — был, видимо, скорее метафизическим понятием, чем конкретным божеством, так как, по сообщениям хронистов, в его честь не возводился ни один храм и ему не воздавали никаких почестей, что было ошибочно истолковано как тенденция к монотеизму.

Небесный пантеон майя включал и других богов, о которых не всегда можно с точностью сказать, почитались ли они правящим классом или народом в целом. С большей уверенностью можно считать божеством, почитаемым жреческим классом, Лахун Чана (бог неба), который олицетворял планету Венеру. Похоже, что в действительности было пять богов, соответствующих Венере, и Лахун Чан был лишь одним из них. 

Напомню также о существовании в пантеоне майя Ошлахун-ти-ку — “13 богов”, занимающих, видимо, 13 слоев, на которые делилась у майя небесная сфера. 

8. Кризис в центральной зоне

Блестящий апогей цивилизации майя в центральной зоне имел трагический и, вероятно, насильственный конец, о причинах которого высказывались многочисленные и противоречивые гипотезы. Выдвигались предположения о воздействии таких природных явлений, как изменения климата и землетрясения. Однако известно, что центральный и северный районы находятся вне зоны сейсмической активности, характерной для Гватемалы и Чьяпаса, а что касается предполагаемых катастрофически обильных дождей в Петене, которые будто бы мешали выжиганию подсеки и последующей обработке земли, то их воздействие не было доказано, как и предполагаемая массовая миграция населения, вызванная всем этим.

Другие гипотезы предполагают, что эпидемии желтой лихорадки и малярии так беспокоили майя, что они должны были покинуть низменные лесные районы Юга. Но существование этих болезней в доиспанские времена не доказано.

Многие авторы выдвигали гипотезу истощения почв из-за чрезмерного многовекового применения подсечно-огневой системы земледелия. Однако и эта теория не была доказана.

Выдвигалось также предположение об интеллектуальном и художественном упадке, вызванном проникновением “экзотических” идей извне, чуждых майя религиозных верований и концепций, воспринятых правящей элитой, но порицаемых народом, который остался верным прежним божествам и обрядам. Народное недовольство могло вызвать настоящие бунты против правителей. Но идеологические перемены и духовное несогласие масс не порождают социальных беспорядков, если нет материальных условий, благоприятствующих насильственным переменам.

Поздний постклассический период (1250—1541 гг.)

Последний период доиспанской истории характеризуется процессом разложения в экономической, политической и культурной сферах. Падение Чнчен-Ицы означало конец интенсивной торговли, организованной путунами и ица, торговли, которая на протяжении нескольких веков поддерживала связи между народами высокогорий, побережья Мексиканского залива и Центральной Америки. 

После XIII в. социально-экономическая структура майя дала глубокие трещины. Землевладение в значительной мере изменилось, и многие общинные земли стали собственностью производителей какао, хлопка, хенекена и других важных культур. Земли в свое пользование получали также торговцы и воины. В отношениях между прежними государствами все чаще стали возникать пограничные конфликты. Войны ускорили распад жизненного уклада майя, что выразилось в упадке культуры, особенно архитектуры, скульптуры, живописи и керамики.

Этот процесс завершился новым народным восстанием в 1441 г., о котором говорится в исторических источниках. Оно привело к падению Майяпана и уничтожению правящей семьи Кокомов.

В последующие десятилетия экономический и культурный уровень .-сильно упал. Кроме того, болезни, эпидемии и ураганы, как говорят хроники, сделали условия жизни еще более тяжелыми.

Когда с Кубы пришли испанские галеоны под командованием Эрнандеса де Кордобы, а затем Хуана де Грихальвы и Эрнана Кортеса, они застали цивилизацию майя в агонии. После падения Теноч-титлана конкистадоры завоевали земли майя. Для народа майя началась новая эра угнетения и страданий.