Звуки лиры и трубы в лирике Державина

муниципальное образовательное учреждение

средняя образовательная школа №2









Реферат по литературе

на тему: «Звуки лиры и трубы в лирике Державина»









ученицы 9»А» класса

Рудой Ольги Игоревны.

Руководитель

 Часова Татьяна Анатольевна.



























Город Лобня 2009 год.


-2-

Оглавление

I. «Лира» и «труба» как поэтические символы………………………..3

II. Державин и его художественный мир.

1.«Бог» - поэтический манифест Державина. Опыт философской оды…………………………………………………………………………………………….4

2.«Фелица» - восхваление императрицы Екатерины II или сатира на высший свет?............................................................5-6

3.Оды М.В.Ломоносова и Г.Р.Державина. Попытка сравнения………………………………………………………………………………….7

4.«Властителям и судиям» – дерзкое напоминание о высоких гражданских обязанностях царей…………………………………………8-9

5. Гибкость и лёгкость поэзии Державина (стихотворения «Водопад», «Соловей»). Словесная живопись…………………10-11

III.В.Г.Белинский о поэзии Г.Р.Державина………………………..12-13












-3-

I. «Лира» и «труба» как поэтические символы.

        С древнейших времен человека сопровождают символы, с их помощью он пытался и пытается сделать видимыми и узнаваемыми свои идеи. Однако функции и значения символов часто разрастаются до чего-то большего и перестают быть только художественно выполненными указателями. В течение тысячелетий они позволяли скульпторам, художникам и ремесленникам передавать глубочайшие мысли о человеческой жизни и природе.

        Лира – это божественная гармония, музыка сфер, вибрация космоса, музыкальное и поэтическое вдохновение, прорицание. Лира - музыкальный инструмент, наиболее вероятно связанный с античной мифологией и, в частности, с Орфеем, чья музыка околдовывала диких животных и останавливала течение рек. 

       Наиболее важный из всех музыкальных инструментов - традиционный символ великих событий и новостей, а также казней – это труба. 

         Удивительно, но  Г.Р. Державин, поэт XVIII века – один из немногих, кто умел совмещать и звуки лиры, и звуки трубы в своём творчестве. Мы проследим это на примере его самых известных од («Бог», «Фелица», «Властителям и судиям», «Водопад», «Соловей»).























-4-

II. Г.Р.Державин и его внутренний мир.

1.«Бог» - поэтический манифест Державина. Опыт философской оды.

    Главным объектом поэтики Державина является человек, как неповторимая индивидуальность во всём богатстве личных вкусов и пристрастий. Многие его оды имеют философский характер, в них обсуждается место и предназначение человека на земле, проблемы жизни и смерти, это видно па примере оды «Бог», написанной в 1784 году:

                                   Я связь миров повсюду сущих, 

                                   Я крайня степень вещества; 

                                   Я средоточие живущих, 

                                   Черта начальна божества; 

                                   Я телом в прахе истлеваю, 

                                   Умом громам повелеваю, 

                                   Я царь — я раб — я червь — я бог! 

                                   Но, будучи я столь чудесен, 

                                   Отколе происшел? — безвестен: 

                                   А сам собой я быть не мог. 

   

    Ода "Бог" - вдохновенный гимн всесилию человеческого разума и в то жe время признание, что человек - лишь звено в общей цепи существ (а ведь религия учила, что человек - совершенно исключительное творение божества и все остальное бог создал для человека):

Частица целой я вселенной,

                 Поставлен, мнится мне, в почтенной

                                                    Средине естества я той,

        Где кончил тварей ты телесных,

    Где начал ты духов небесных,

           И цепь существ связал всех мной.



         Ода «Бог» включает в себя размышление об узловых моментах человеческой судьбы – рождении, смерти и собственно жизни, смыслом 

которой должно стать, по убеждению Державина, исполнение заветов Господа и возвращение к нему.

         Эта ода стала настоящим литературным откровением, в котором выразились духовные поиски Державина и в котором русская поэзия вновь обрела свою первостепенную тему.


-5-

2.«Фелица» - восхваление императрицы Екатерины II или сатира на высший свет?

           «Фелица» - ода, написанная Державиным в 1782 году в традиционной стиховой форме оды Ломоносова — четырехстопным ямбом, десятистишными строфами, — совпадает с установкой хвалебной оды обычного типа, но в содержании просматриваются элементы как оды так и сатиры. 

            Под именем Фелицы поэт, как это было всем очевидно, воспевает царствующую монархиню — Екатерину II. Сам он в своей новой оде порой по-старому наделяет ту, к кому она обращена, «богоподобными» атрибутами: 



Фелица слава-слава бога,

 Который брани усмирил…

               Равно всех смертных просвящает

   Больных покоит, исцеляет,

           Добро лишь для добра творит.



         Но отношение автора к его Фелице, при всей почтительности, не лишено, в то же время , некоторой шутливой кроткости, воспринятой иными почти как фамильярность:

Поэзия тебе любезна,

               Приятна, сладостна, полезна,

              Как летом вкусный лимонад.



         Сам Державин замечает, что подобным необычным построением своей оды он стремился добиться определенного идейного и одновременно художественного эффекта: «Я для Фелицы сделался Рафаэлем.— Рафаэль, чтобы лучше изобразить божество, представил небесное сияние между черных туч». Столь характерное для Державина перенесение подобного чисто живописного приема в поэзию имело важнейшее новаторское значение. Хвалебные оды, воспевавшие добродетель, были литературно выдержаны по преимуществу в светлых тонах; сатиры, «жалящие порок», — в тонах главным образом темных. «Фелица» явилась первым русским стихотворением XVIII века, построенным на непрерывной игре светотенью: 

  Мурзам своим не подражая

 Почасту ходишь ты пешком

                                             И пища самая простая

-6-

                                                             Бывает за твоим столом…

                                                А я проспавши до полудни,

                                                Курю табак и кофе пью;

         Преображая праздник в будни,

       Кружу в химерах мысль мою…



          Именно эта игра светотени и создавала ее жанровое своеобразие — оды-сатиры, в которой тонкие похвалы Екатерине сочетались с памфлетно-сатирическими, шутливыми по форме, но достаточно язвительными по существу, обличениями наиболее влиятельных лиц из ее ближайшего окружения.  Например, речь, относящаяся к П.И. Панину: 



    Или, о всех делах заботу

                                                       Оставя, езжу на охоту

     И забавляюсь лаем псов.



             Таким образом, одическое и сатирическое начала оказывались слитыми в рамках одного произведения в нечто целостное и единое. Поэт в оде не только восторгается, но и осуждает, обличает, хулит, лукаво иронизирует.

             Державин именует свою «Фелицу» одой, но по существу это произведение, сочетающее в себе оду и сатиру, лирическое и ироническое начала, патетику и бытопись, далеко выходит за пределы торжественной оды, являет собой весьма сложное и богатое жанровое образование.

   

	

	

	

	

	

	

	

	

	-7-

	3.Оды М.В.Ломоносова и Г.Р.Державина. Попытка сравнения.

        Литературоведы часто сравнивали Г.Р.Державина   М.В.Ломоносовым. 

        Жанр произведений, избранный ими, иногда одинаков, это ода, но дух поэзии их различен. Ломоносов в стихах своих более оратор, Державин всегда и везде поэт.   

          У Державина, взамен условного «я», появляется подлинная живая личность человека-поэта во всей конкретности его индивидуального бытия, во всем реальном многообразии его чувствований и переживаний, со сложным, «многострунным» отношением к действительности.



 Иль, сидя дома, я прокажу,

                                             Играя в дураки с женой;

  То с ней на голубятню лажу,

       То в жмурки резвимся порой…



        Хвалебные оды Ломоносова также начинаются подчас от первого лица: 

                                               

  Не Пинд ли под ногами зрю?
     Я слышу чистых сестр музыку.

Пермесским жаром я горю,
 Теку поспешно к оных лику.



          Однако то «я», о котором здесь говорится, представляет собой не индивидуальную личность автора, а некий условный образ отвлеченного «певца» вообще, образ, который выступает как неизменный атрибут любой оды любого поэта.

           Поэтическая природа Державина есть природа живая, тот же в ней пламень, те же краски, то же движение. В Ломоносове видны следы труда и тщательная отделка холодного искусства. Одним словом, все, что человечество имеет священнейшего, что человек имеет благороднейшего, - доблесть сердечная, сострадание, праведное негодование и презрение к пороку,  глубокие мысли о бессмертии и создателе, печальные чувства при виде слабости и страданий человечества, сердечные воспоминания юности, родины, великих деяний предков и современников, все сокровища души, ума и сердца обогатили воображение величайшего из поэтов - Державина.

            Будем справедливы и признаемся, что достоинство его, как поэта, многим превышает достоинство его предшественника, но что не менее того труды и подвиги Ломоносова - труды и подвиги исполинские. Если Державин обязан природе своим гением, мы обязаны Ломоносову тем, что гений Державина, не имея нужды бороться с предлежащими трудностями языка, мог явиться на поприще его достойном.

-8-



4.«Властителям и судиям» – дерзкое напоминание о высоких гражданских обязанностях царей. 



           Поэзия Г.Р. Державина - одно из самых значительных явлений в русской литературе XVIII века. Необыкновенно смелый, решительный и независимый характер Державина проявился поэтическом творчестве. Одно из его стихотворений  чуть  не стало причиной изгнания и опалы. Это была  написанная в 1780 году ода «Властителям и судиям», которую  автор назвал «гневной одой».                      
           В оде «Властителям и судиям» Державин гневно обличал бесчеловечье «земных богов». С пафосом ветхозаветного пророка Державин призывает здесь небесную кару на  «неправедных и злых»  властителей народов,  «безумцев средь трона»,не внемлющих напоминаниям об их долге — быть справедливыми и правосудными ко всем. 
        В этом стихотворении действительно звучит гневный голос  поэта-гражданина, осмеливающегося подняться против царящей вокруг него несправедливости.
           Но, безусловно, содержание оды Державина связано с современной поэту жизнью Российского государства. Именно здесь он видит попрание справедливости, нарушение законов, угнетение слабых, торжество неправды и зла, аналогию которым он и находит в ветхозаветной истории:

         Доколе, рек, доколь вам будет
      Щадить неправедных и злых?


               Необходимость подчинения всех единому закону высшей правды и справедливости утверждается Державиным в этом стихотворении, как и во многих других:

    

            Ваш долг есть, охранять законы,
     На лица сильных не взирать, 
Без помощи, без обороны 
 Сирот и вдов не оставлять.

                   Ваш долг: спасать от бед невинных, 
         Несчастливым подать покров; 
                  От сильных защищать бессильных, 
     Исторгнуть бедных из оков.

-9-


            Но в реальной жизни он видит уклонение от этого высшего закона тех, кто стоит у власти, кто как раз и должен прежде всего следить за соблюдением законов.
                Вот почему так гневно звучит голос поэта-обличителя «неправедных и злых» Он утверждает неизбежность кары для тех «лукавых» властителей, которые не подчиняются высшему закону правды и справедливости - вот главная мысль державинской оды:



                Воскресни, Боже! Боже правых!
И их молению внемли:
          Приди, суди, карай лукавых
       И будь един царем земли.


               Не удивительно, что ода «Властителям и судиям» была воспринята не только придворным окружением, но и самой императрицей, как революционная прокламация. Ведь речь в ней идет о том, что неправедная власть не может быть признана божественной, а значит, ее неминуемо ждет гнев Божий и падение:

     
      И вы подобно так падете. 
                 Как с древ увядший лист падет! 
      И вы подобно так умрете. 
               Как ваш последний раб умрет.



               На смену таким «властителям и судиям», как утверждает автор в заключительном четверостишии оды, неизбежно придут те, кто будет руководствоваться идеалами добра и справедливости.
















-10-

5.Гибкость и лёгкость поэзии Державина (стихотворения «Водопад», «Соловей»). Словесная живопись.



             Представление о том, какой должна быть поэзия, Державин раскрывает в стихотворении «Соловей». Это стихотворение он называет «одой» и считает возможным воспевать такой незначительный, казалось бы, предмет, как соловьиное пение: 

                                 …Твой глас отрывный, перекаты

                                    От грома к нежности, от нег

                                    Ко плескам, трескам и перунам,

                                    Средь поздних, ранних красных зарь,

                                    Раздавшись неба по лазурям,

                                    В безмолвие приводят тварь.



               По мнению поэта, соловьиное пение является прообразом новой «сладкозвучной», «сладкогласной» лирики, идущей на смену «громозвучной», «громоподобной» одической поэзии. Например, Г.Державин  пишет в одном из своих трактатов, что поэт «должен заботиться о чистом и гладкотекущем слоге, чтоб он лёгок был к выговору, удобен к положению на музыку и к изображению всех прелестей». Державин призывает поэтов «подражать природе» и в качестве высшего образца для себя избирает соловьиное пение.   

                Очень часто стих Державина обладает необычайной мощью звуков, огромной силой звуковой изобразительности(этим поэт добивается эффекта звуковой живописи).Таковы хотя бы следующие строфы «Водопада», в которых создана единственная в своем роде «картина для слуха» — ощутимо переданы самые разнообразные звуки — от шороха до рева и многократно, отражениями эха в горах, умноженного грома:

 Он спит — и в сих мечтах веселых

	                                             Внимает завыванье псов,

   Рев ветров, скрып дерев дебелых,

                                             Стенанье филинов и сов,

                                             И вещий глас вдали животных,

 И тихий шорох вкруг бесплотных.

                                             Он слышит: сокрушилась ель,

                                             Станица вранов встрепетала,

         Кремнистый холм дал страшну щель,

                                             Гора с богатствами упала.

                                             Грохочет эхо по горам,

                                             Как гром гремящий по громам.

-11-

   Какою энергическою и дикою красотою дышит это стихотворение: это песнь  угрюмого севера, пропетая сребровласым скальдом во глубине  священного  леса,  среди мрачной ночи, у пылающего дуба,  зажженного  молниею,  при  оглушающем  реве водопада!













































-12-

III.В.Г.Белинский о поэзии  Г.Р.Державина.

          Но анализ творчества Державина был бы неполным, если бы мы не посмотрели, как о нем отзывался известный литературный критик  В.Г.Белинский.

         «…Невозможно  исчислить  неисчислимых  красот  созданий  Державина.   Они разнообразны, как русская природа, но все отличаются одним общим  колоритом: во всех них воображение преобладает над чувством,  и  все  представляется  в преувеличенных,  гиперболических  размерах.  Он  не взволнует  вашей  груди сильным чувством, не выдавит слезы из  ваших  глаз,  но,  как  орел  добычу, схватывает вас внезапно и неожиданно, и на крылах своих могучих  строф  мчит прямо к солнцу и, не давая вам опомниться, носит по  беспредельным  равнинам неба; земля исчезает у вас из виду, сердце сжимается от какого-то  приятного изумления, смешанного со страхом, и вы видите себя как бы ринутыми порывом урагана в неизмеримый океан; волна то увлекает вас в бездны, то выбрасывает к небу, и душе вашей отрадно и привольно в этой безбрежности.»

         Так же удивляет совпадение его внешнего облика с его творчеством:

 «…Как идет к нему этот полурусский и полутатарский наряд, в котором изображают его на портретах: дайте ему  в  руки  лилейный  скипетр  Оберона, придайте к этой собольей шубе и бобровой шапке длинную седую бороду:  и  вот вам русский чародей, от дыхания которого тают снега и ледяные покровы рек  и расцветают розы, чудным  словам  которого  повинуется  послушная  природа  и принимает все виды и образы, каких ни пожелает он! Дивное  явление! Бедный дворянин, почти безграмотный, дитя по своим понятиям; неразгаданная  загадка для  самого  себя;  откуда  получил  он  этот  вещий,  пророческий   глагол, потрясающий сердца и восторгающий души, этот глубокий  и  обширный  взгляд, обхватывающий природу во всей ее бесконечности, как обхватывает молодой орел мощными когтями трепещущую добычу? Или и  в  самом  деле  он повстречал  на перепутье какого-нибудь  шестикрылого  херувима?  Или  и  в  самом  деле огненное чувство ставит в иные минуты смертного, без всяких со стороны его усилий,  наравне  с природою,  и,  послушная,  она   открывает   ему   свои таинственные недра, дает ему подсмотреть биение своего сердца и почерпать  в лоне источника жизни эту живую воду, которая влагает  дыхание  жизни  и  в металл и в мрамор?»2 



-13-

          И в заключении мне бы хотелось закончить такими словами Белинского: «…судьба спасла его -  и  мы  имеем  в Державине великого, гениального русского поэта, который  был  верным  эхом жизни русского народа, верным 

отголоском века Екатерины II.»3