Флобер Госпожа Бовари

Французский реализм 19 столетия проходит в своем развитии два этапа. Первый этап – становление и утверждение реализма как ведущего направления в литературе (конец 20-х – 40-е годы) – представлен творчеством Беранже, Мериме, Стендаля, Бальзака.

Второй (50-70-е годы) связан с именем Флобера – наследника реализма стендалевско-бальзаковского типа и предшественника «натуралистического реализма» школы Золя. Первое произведение, отразившее миропонимание и эстетические принципы зрелого Флобера – «Госпожа Бовари» (1856), которому писатель отдал пять лет наряженного, мучительнейшего труда.

Критики единодушно подчеркивали случайность поводов, послуживших Флоберу стимулом к созданию романа. По словам самого  Флобера, он начал обдумывать «Госпожу Бовари» совсем в ином плане, чем тот, который получился в окончательной редакции. Сначала, по собственным признаниям писателя, он мыслил сделать свою героиню девственницей, которая живет в провинциальной среде, стареет от огорчения и доходит до крайнего мистицизма в мечтах по воображаемой страсти. Героиня рисовалась ему носительницей мистически взвинченных чувств,  человеком, целиком ушедшим в свой внутренний мир. Но Флобер по совету друзей взялся за более реалистический сюжет, основой для которого послужила история Деламара, врача из Ри, известного в семье Флобера. Супружеские несчастья Деламара (неверность жены) занимали любителей сплетен; соблазненная, а затем брошенная любовником , жена Деламара отравилась. Так было положено начало роман «Госпожа Бовари». Французские исследователи считают, что «роман следовал действительности в ее мельчайших проявлениях».

Естественно, самые существенные изменения претерпел главный персонаж. Флобер говорил: я придумаю героиню, женщину, которая встречается чаще других. В романе мы видим Эмму – мечтательную провинциалку, которую окружает совершенно реальная среда. Флобер не зря дал своему роману подзаголовок «провинциальные нравы». Заставив свою героиню жить в мещанской среде, Флобер перенес внимание на ту действительную жизненную основу, которая с необходимостью порождает у героини иллюзии, надежды и желания и приводит ее к катастрофе. Вместо «экспериментирования» над искусственно изолированным от жизни человеческим сознанием, он  написал книгу, исполненную необычайной силы проникновения в общественную психологию своего времени.  Флобер изобразил среднего героя, такого, которого встречаешь на каждом шагу в ежедневном существовании. Он искал сюжета обыденного и трагического в одно и то же время: ведь только в таком романе он сможет показать свою эпоху, так как специфической ее особенностью была пошлость. То есть Флобер возвращается к проблеме, открытой еще Бальзаком. Показать специфику современности – значит, показать ее пошлость, следовательно типично современный роман должен стать трагедией пошлости. 

Сюжет флоберовского романа основан на банальной коллизии: жена, нелюбимый муж, которого она обманывает сначала с одним любовником, затем со вторым, коварный ростовщик, улавливающий в свои сети жертву, чтобы нажиться на чужой беде. Несложное взаимодействие этих фигур приводит к трагической развязке. Разочаровавшись в любовниках, вконец разоренная ростовщиком, убоявшаяся публичного скандала, не смеющая раскрыться в своих преступлениях доверчивому до слепоты мужу, жена-прелюбодейка кончает жизнь самоубийством, отравившись мышьяком. То есть, несмотря на трагический конец, всё это в высшей степени обыкновенно и просто, даже пошло. Но, настаивая на праве художника обращаться к самым пошлым и тривиальным сюжетам, Флобер говорил: «Поэзия, подобно солнцу, заставляет и навозную кучу отливать золотом». Когда редактор упрекнул писателя за скучный, мало поэтический сюжет, Флобер взорвался: «неужели вы думаете, что неприглядная действительность, воспроизведение которой вам так претит, не вызывает у меня такое же отвращение? Как человек, я уклонялся от нее насколько мог. Но как художник я решился на этот раз испытать ее до конца». Именно это и происходит в «Госпоже Бовари». Флобер, как писатель-реалист, раскрывает в Эмме Бовари, героине пошлого адюльтера, личность трагическую, пытавшуюся восстать против ненавистной ей действительности, и в конце концов поглощенную ею.  Эмма Бовари оказалось типом и символом современности. Это   существо пошлое, необразованное, не умеющее рассуждать, не привлекательное ничем, кроме внешности. Но в ней заложены качества, которые делают ее интересной и типичной -–неприятие действительности, жажда того, чего нет, стремление и неизбежно связанное с ним страдание. Героиня Флобера не привыкла разбираться в своих чувствах, она подчиняется влечениям, не подвергая их критике сознания, она не ведает, что творит. Флобер должен был разбираться во всем этом сам, без помощи героини, понять то, что она сама не могла понять, проникнуть в подсознание. Он хотел проникнуть в логику страстей, которая не похожа на логику мысли. Поэтому Флобер отказывается от драмы. Драма – это исключение, а он должен изобразить правило. Психологически глубоко разработанный образ Эммы Бовари раскрывается в разных планах:

Она – жена Шарля, мать ребенка, любовница Родольфа, клиентка Лере… Только что вышедшая из монастырского пансиона и приехавшая на ферму отца, Эмма хранит в душе усвоенный в пансионе идеал жизни, полной высоких чувств и страстей. Деревня вскоре теряет для нее всякую привлекательность, и она разочаровывается в ней так же, как и в монастыре. Когда на ее горизонте появился Шарль, она приняла «беспокойство, вызываемое новым ее положением» за чудесную страсть. Тотчас после брака эта иллюзия исчезла. Эмма хотела найти в своем муже нечто значительное, сколько-нибудь приближающееся к ее книжному идеалу. Она пела ему меланхолические романсы, но оставалась такой же спокойной, а Шарль не был ни более влюблен, ни более взволнован. Операция калеки убедила Эмму ее в бездарности ее мужа. С любовниками происходит почти то же. Эмма Бовари находит в любовниках то же, что  в муже,  - все ту же «пошлость брачного сожительства». Родольф скучает во время ее поэтических излияний, Леон – слабый характером, наскучивший слишком большой страстью, практически осторожный человек. Она вскоре перестает любить его, она любит в нем свою любовь, т.е.  самое себя. Вместе с тем вся эта «поэзия любви» превращается в самый обычный адюльтер. Эмма вынуждена лгать мужу, придумывать множество мелких уловок, вовлекать в сферу своих обманов других. Она должна трепетать перед соседями. Из любви к роскоши и сентиментальности она делает подарки своим любовникам. В минуты душевного волнения она способна декламировать всем известные стихи. Лаская ребенка, она предавалась «патетическим излияниям, которые всюду, кроме Ионвиля, напоминали бы затворницу из «Собора Парижской Богоматери». Страстная любовь выражается в самых избитых фразах, заимствованных из какого-нибудь затасканного романа.

Однако нелепо не только выражение чувств Эммы, смешны и цель ее стремлений и вкусы. В центре ее желаний – «мальчик красивый», традиционный герой, одетый в черный бархат, окруженный роскошью и могуществом, исполненный всяческих совершенств. Она дарит своим любовникам подарки, украшает комнату какими-то занавесками, требует от Родольфа, чтобы он думал о ней ровно в полночь. Мещанские украшения, красивые курточки или сапожки являются для нее необходимым сопровождением большой страсти, «поэзии жизни», без которой счастье для нее невозможно. 

Но Эмма не может уйти от обыденного. Пошлость не только окружает ее, она царит даже в ее мечтах. В этом и заключается отличие этого образа от всех предыдущих героев Флобера, которые внутренне были всегда свободны от пошлого.  

Объясняя высокие порывы Эммы физиологическими влечениями, Флобер тем самым показал их оборотную сторону и тем самым еще больше усиливал иронию. Неудовлетворенность духовная связана с неудовлетворенностью физической, жажда огромной поэзии превращается в жажду сексуальных наслаждений. Связь с Леоном возбуждает у нее страсть к роскоши, к мягким тканям и вкусной пище. С первых глав романа, через тонко и вдумчиво отобранные детали, Флобер вскрывает драму поэтического чувства. Для сознания, формирующегося в условиях провинциально-мещанского бытия, оказывается затрудненным выход к живому, реальному ощущению того, что объективно прекрасно. Правда, героиня романа, казалось бы, не желает считаться с реальной жизнью,  стремясь принять действительность лишь в тех условных формах, которые подсказываются «романами о любви», поэтому и создается возможность двойного существования для Эммы: рядом с мужем и без мужа. Флобер ясно показывает, что причину злосчастий простых и, в сущности, неплохих людей – Шарля и Эммы – следует искать в идиотизме провинциального существования. 

Продолжая реалистические традиции Стендаля и Бальзака, Флобер переводит вопрос о «роковом одиночестве» человека на почву подчеркнуто будничной, реальной действительности. Шарль Бовари в результате сумбурного воспитания и совокупности жизненных обстоятельств делается обывателем. Эмма, начитавшись литературы с ее «обольщениями», становится героиней грязных романов. Это всего лишь следствия главной причины, обусловившей жизненную катастрофу Эммы и Шарля. Эта главная, определяющая причина коренится в условиях существования людей. Глубокая безнравственность, нечто постыдное и унизительное заложено в самой природе провинциального существования, при котором высокое, здоровое, человечное  притупляется и извращается. Эмма  не могла полюбить Шарля, так как не понимала его чувств к себе; она не могла поверить в существование любви у Шарля, так как его любовь не выражалась в выработанных литературой условных формах. Эмма попала в некий заколдованный круг. Она желает внушить себе любовь, а так как в романах любовь сопровождается рядом неизменных признаков «высокой страсти», то Эмма полагает, что достаточно внешних признаков «страсти» (луна, стихи, романсы), чтобы тем самым испытать ее магическое влияние. Она сознательно пытается привить себе поэтическое чувство.

Понимание безнравственности жизненных условий, в которые поставлена Эмма Бовари, не мешает писателю довольно сурово осуждать героиню за ее «сентиментальные причуды», столь чуждые ей как положительной натуре, «положительному духу». Флобер колеблется между симпатией к Эмме – жертве развратившей ее мещанской среды – и чувством сурового осуждения Эммы, как олицетворения фальши, эгоизма и сентиментальных причуд. Искреннее сострадание к героям переплетается с иронией по отношению к ним. 

Писатель вводит читателя в самую суть формирования «романтического идеала». Так, в начале романа Эмма полна глухого и неопределенного беспокойства, смутного недовольства жизнью. Она ищет нечто, что могло бы ее противопоставить окружающему. Есть идеальное устремление – идеал воплощается в образе Парижа.

Эмма приобретает план Парижа, и тогда «ее Париж» наполняется названиями улиц и бульваров. Но идеал оставался все еще слишком абстрактным. И тогда на помощь привлекались журналы с подробностями великосветской жизни, и идеал Эммы приобретал конкретные законченные формы. Флобер пишет: « В своих желаниях Эмма смешивала чувственные утехи роскоши с сердечными радостями, изысканность манер  с тонкостью чувств…». И даже после бегства Родольфа Эмма не теряет своих иллюзий. Вторично встретив Леона в Руане, «Эмма много распространялась о ничтожестве земных чувств в вечном уединении, где остается погребенным сердце».  Леон охотно включается в эту игру, и собеседники состязаются в выражении самой безрадостной меланхолии. Когда же Леон вырывает у Эммы признание в любви, сразу же меняется направление беседы – в высоких фразах уже нет необходимости. В этом отношении показательна сцена в Руанском соборе. Эмма, цепляясь за остатки добродетели, молится, ища спасения у бога. А Леон, который мыслит штампами бульварной литературы, считает такое поведение Эммы всего лишь удачной находкой, придающей пикантность их свиданию. 

Таким образом, непрерывно перерождаясь, первоначальный «идеал безрадостного существования» завершается разнузданным, грязным образом жизни.  Флобер проник в тайники мещанского поэтического чувства: оно зарождается как противоположность грубой реальной жизни, чтобы кончить низменной и грязной реальностью…

Эмма берет в дом служанкой девочку, пытаясь на великосветский манер сделать из нее камеристку. Эмма пленяет Шарля многочисленными тонкостями: новые бумажные розетки к подсвечникам, новый волан на платье, камин украшает вазами и т.п.

То есть параллельно с мечтами о мире роскоши, страстей и фантастических прихотей, в котором Эмма живет духовно, развертывается реальное существование, которое героиня упорно пытается поднять на уровень мечты. Происходит постоянный подмен мечты суррогатами  идеального существования. Эмма последовательно снижает «идеал» до своего уровня, пытаясь «возвысить» повседневную жизнь на уровень мечты, имитируя светское утонченное существование. 

В «Госпоже Бовари» Флобер вскрывает на примере судьбы Эммы, Родольфа, Леона различные стороны мещанского «поэтического чувства». Мещанская романтика способна лишь имитировать живую жизнь и живое человеческое чувство, подменять их фетишами материального преуспеяния. Для Эммы чувство  любви было неотделимо от его материальной оправы, от роскоши. Глубокое отчаяние охватывает Эмму в конце романа, когда она подводит итоги  своим исканиям поэтически одухотворенного, романтически возвышенного существования. Все обращается в прах, все лжет, все обманывает, - говорит она себе. 

Роман заканчивается смертью Эммы. Это окончание весьма традиционно. Десятки героинь, брошенных любовником или отчаявшихся в любви, погибали от нервной горячки, от отчаяния, от других болезней, иногда очень подробно, с физиологическими деталями описанных. Но смерть госпожи Бовари оказывается весьма прозаичной. Она умирает не от любви и не от разбитого сердца: поводом к самоубийству становится недостаток денег.  Разочаровавшись во втором своем возлюбленном, увидев вокруг себя пугающую пустоту, Эмма умирает не от этого. Причина самоубийства – не сердечная катастрофа и не философская трагедия, а ионвильский ростовщик, угрожающая ей опись имущества и страх перед невыносимым долготерпением Шарля. Она предлагает Леону обокрасть хозяина, она готова отдаться Родольфу после всех унижений и измен, чтобы получить у него две тысячи франков, - она вновь топчется в грязи низких расчетов, из которых хотела вырваться. Чем больше она прилагала усилий, чтобы обрести  настоящее чувство и чистую страсть, тем больше погрязала в мерзости обыденного, и на самом дне его нашла свою смерть. Трагедия Эммы в том, что она не может выйти за круг обыденного, она обручена с обыденным. Прозаичность смерти Эммы  подчеркивается не только физиологическими деталями, с которыми Флобер описывает действие яда.  Главный иронический смысл заключается в том вздоре, который говорят у ее гроба Оме и Бурнисьен, в закуске с выпивкой,  новой деревянной ноге Ипполита, позах и лицах ионвильских жителей – весь этот комизм превращается в высокую трагедию. Эмма умирает в объятиях Ионвиля, даже в самой смерти она принадлежит ему…

Автор не спас свою героиню ни от одного из возможных оскорблений. Он не дал ей ни ума, ни образования, ни тонкости вкуса, ни силы духа. И только это неистребимое стремление, жажда непознанного и запретного  возвышают Эмму над всеми довольными и счастливыми и резко, категорично и навсегда противопоставляют ее «среде». 

Разглядеть в обыкновенном адюльтере огромное внутреннее содержание, найти свою героиню в провинциальной мещанке,  не смущаясь ни бульварными вкусами, ни ограниченностью ума, оправдать ее только силой стремления и силой иллюзий и вместе с тем показать бесполезность этой трагической борьбы и нелепость «сентиментального» идеала счастья – такова была задача Флобера, эстетическая, нравственная и социальная одновременно. Разрешив эту задачу методами своей глубоко продуманной  эстетики, Флобер создал роман, который наложил печать на целую эпоху литературного развития. 

В образе Эммы есть широкая философская мысль, но она включена 

В содержание образа, она не выступает наружу, как это было в ранних произведениях Флобера. Читателя поражает правда деталей, доходящая до иллюзии, бьющая как удары хлыста, повседневность, от которой захватывает дух. Но эта обыденность, ставшая здесь эстетической категорией, выражает нечто большее. Это не только бедствия Эммы, показанные как частный случай чьей-то частной трагедии. За трагедией прелюбодеяния и пошлости вырастает трагедия любви и тоски, на которую обречена женщина в мире чудовищного мещанства. Эмма не только прелюбодейная жена. Ее судьба – судьба всякого человека, неудовлетворенного этим обществом, мечтающего о красоте и захлебывающегося во лжи и отвращении. 

Таким образом, перебирая всю эту грязь и ничтожество, литература  нашла сюжеты, драматические именно благодаря своей обыденности и внешней «некрасивости».  И действительно, Флобер приложил огромные усилия для того, чтобы облечь правдивое в чеканную форму, поднять «мещанскую драму» на уровень высокого художественного, исторически содержательного обобщения.





















Список литературы:

Реизов Б.Г. «Творчество Флобера», М., 1965

Иващенко А.Ф. «Гюстав Флобер. Из истории романтизма во Франции», М., 1955

Реизов Б.Г. «Французский исторический роман 19 века», М., 1977

«История зарубежной литературы 19 века», М., 1991. 

















7