Пираты 16 века

Пираты 16 века.



Возможно, это покажется странным, но в основном во всех пиратских обществах были введены строгие правила, регламентировавшие поведение пирата.



Пират - морской разбойник вообще, любой национальности, во всякое время грабивший любые корабли по собственному желанию. Слово "пират" (по-латыни pirata) происходит от греческого peirates, с корнем peiran ("пробовать, испытывать") пират (XII века) всегда должен был спать в одежде. Жестоко карались те из них, кто оставался спать на берегу. Особые меры наказания применялись к тем, которые принуждали своих товарищей пьянствовать, если последние отказывались от этого. 

Английский пират Бартоломью Робертс в 1719 году запретил на своих кораблях азартные игры в карты и кости, не разрешал приводить на корабль женщин. За появление на борту переодетых мужчинами дам виновному грозила виселица. Драки между членами команды исключались. Все дуэли происходили на берегу в присутствии секундантов. В восемь вечера на корабле Робертса играли отбой и гасили свет. Если кто-либо желал выпить рому после сигнала, он должен был выйти на палубу и напиться на глазах капитана, который был убежденным трезвенником и пил только чай! 

Китайская пиратка Цин установила для своих подчиненных следующие суровые правила: 
* если матрос самовольно сойдет на берег, то ему, проткнут уши в присутствии всего личного состава флота. При повторении случая он будет казнен; 
* воспрещается самовольно присваивать даже мелкие вещи, добытые кражей или грабежом. Все подлежит учету, причем пират получает две части (двадцать процентов), а остальные восемь частей поступают на склад, составляющий общее достояние. Присвоение предметов общего фонда грозит смертной казнью.


А. О. Эксквемелин, бывший пиратом с 1667 по 1672 года и впоследствии выпустивший книгу «Пираты Америки», писал: 
«Пираты очень дружны и во всем помогают друг другу. Тому, у кого ничего нет, сразу же выделяется какое-либо имущество, причем с уплатой ждут до тех пор, пока у неимущего не заведутся деньги. Пираты придерживаются своих собственных законов и сами вершат суд над теми, кто совершил вероломное убийство. Виновного в таких случаях привязывают к дереву, и он сам должен выбрать человека, который его умертвит. Если же окажется, что пират отправил на тот свет своего врага вполне заслуженно, то есть дал ему возможность зарядить ружье и не нападал на него сзади, товарищи убийцу прощают».

Но эти идиллические картины дружбы пиратов не означают, что у пиратов были прекрасные взаимоотношения, что они были честными и порядочными людьми. Отнюдь нет. Очень часто между пиратами и их командирами происходили ссоры, кончавшиеся убийством. 

Однажды кто-то из команды спьяну оскорбил капитана Бартоломея Робертса. Тот убил обидчика на месте. Один из присутствующих при этом пиратов стал возмущаться — Робертс ударил его саблей. Раненый, рассвирепев, бросился на капитана, команда немедленно разделилась на две партии, и на палубе «Королевской удачи» чуть было не вспыхнуло настоящее сражение, но пираты опомнились: без опытного капитана не видать богатой добычи! Отыгрались на мятежнике: его приговорили к порке, и, когда рана зажила, каждый член экипажа нанес ему по два удара. Наказанный, естественно, не признал себя виновным и искал случая отомстить. Он уговорил лейтенанта Томаса Анстиса отделиться от Робертса и принять на себя командование захваченной бригантиной. Но его месть не удалась: пираты устроили контрзаговор и ночью убили Анстиса прямо в койке выстрелом из пистолета в голову. 

Для поддержания дисциплины капитан пиратского судна часто имел осведомителей, сообщавших о настроении команды. Так, знаменитый в начале XVIII века капитан Эдвард Тич, по прозвищу «Черная Борода», писал в судовом журнале: «Ром кончился, наша компания в дьявольском замешательстве. Ведутся разговоры об отделении». Только когда удалось захватить судно с большим запасом ликера, Тич смог записать: «Снова все идет хорошо». 

В договоре, подписанном всеми пиратами Георга Лоузера, на борту «Избавления» запрещалось играть на деньги. Если кто-нибудь обманом выманивал у другого, хотя бы шиллинг, следовало наказание, назначаемое капитаном и большинством компании. 

Но, пожалуй, самым забавным было то, что, подписывая договор, пираты клялись в верности его соблюдения и в подчиненности капитану на… Библии!











Команда.

Капитан







Морскими судами того времени командовали как правило аристократы, которые не имели специальных знаний по навигации и судовождению. Пираты же избирали капитаном наиболее опытного и смелого члена команды. Вопреки литературе, капитан пиратов редко добивался дисциплины от своих моряков при помощи брани и железных кулаков. Он был уважаем остальной командой, если обладал твердым характером, был смел и мог успешно захватывать вражеские суда. Если капитан проявлял трусость или жестокость по отношению к своей команде, пираты поднимали бунт и выбрасывали капитана за борт, или в лучшем случае, высаживали на необитаемый остров. Хотя некоторым из таких горе - капитанов везло больше – им удавалось уговорить команду высадить их в ближайшем порту и они получали шанс набрать себе новых моряков и купить новый корабль. Капитан нигде не имел право быть последним. Единственное, что не считалось проявление трусости – если капитан во время рукопашной оставался на своем мостике, а не лез впереди абордажной команды. Фактически капитан имел не больше власти, чем любой другой пират, он лишь руководил судном и командой во время сражения. Капитан принимал решение, когда и в какой порт отправится корабль, отвечал за навигацию и выполнял обязанности лоцмана. Если же команда считала, что капитан плохо справляется со своими обязанностями, он становился рядовым пиратом, а его место занимал другой, выбранный всей командой моряк. В целом капитан имел решающую роль только во время сражения, в остальном же чаще всего все подчинялись Квартмейстер.





Квартмейстер





Квартмейстер нес ответственность за состояние судна. Его главной задачей было распределение и снабжение различных материалов, необходимых на корабле, в том числе пороха, а также выполнение ремонтных работ, распределение добычи и наказание провинившихся. Таким образом, можно сказать, что обязанности, которые на обычном судне выполнялись одним человеком - капитаном, у пиратов были распределены между двумя. Это позволяло исключить единоначалие на корабле, которое так ненавидели пираты. Когда капитан вел судно в сражении, Квартмейстер должен был возглавлять абордажную команду и находиться на самом жарком участке боя. Он также должен был определять, насколько ценен захваченный груз, и распределять добычу. Естественно, что наибольшую ценность в добыче представляло золото и серебро. Но Квартмейстер должен был также определить, как поступить с грузом захваченного корабля. Ведь нередко трюм пиратского судна мог быть уже заполнен добычей и приходилось выбрасывать один товар ради другого, более ценного. Квартмейстер был также единственным человеком в команде, который мог определить наказания для провинившегося пирата. Капитан мог лишь потребовать наказать виновного, но степень вины определял Квартмейстер, даже если это и шло против мнения большинства. Кроме того, Квартмейстер выступал в качестве судьи в спорах между членами команды, а также при дуэлях, если они не противоречили пиратскому кодексу. Таким образом, квартирмейстер в вопросах боевых действий, дележа добычи и управления командой стоял выше капитана корабля. Само слово «Квартмейстер» свидетельствовало о том, что человеку, занимавшего этот пост, доставалась четверть добычи.

















Первый помощник

   



На большинстве судов существовала также должность первого помощника капитана, который исполнял капитанские обязанности во время его отсутствия. Первый помощник был также необходим, чтобы возглавить команду при захвате вражеского судна вместе с квартмейстером. Некоторые из пиратских капитанов всегда имели на корабле первого помощника, но чаще всего эту должность занимал владелец корабля. Но нередко первые помощники возглавляли бунты на кораблях против капитана. Особенно опасным был сговор первого помощника с квартмейстером или боцманом. Фактически два-три офицера могли без труда захватить власть на корабле в свои руки без кровопролития, достаточно было лишь составить новое соглашение с командой и тогда бывшего капитана ждала самая ужасная судьба. Его либо высаживали на необитаемом острове, либо вешали на рее его же корабля, хотя иногда случалось, что бывший капитан становился простым членом команды.

Навигатор или штурман



Самые опытные моряки, отлично знающие лоцию и морские карты, становились навигаторами. Прокладка курса и определение места нахождения корабля были в то время весьма непростыми задачами. От навигатора требовалось умение пользоваться различными астрономическими инструментами, он должен был рассчитывать курс корабля и проводить его в наиболее опасных местах во время плавания. Нередко навигатор мог единолично спасти корабль во время боя, направив его только ему одному известным проходом между скал. В ведении навигатора находились бесценные морские карты, навигационные приборы и корабельные часы. Если на корабле не было клерка, то ведение записей и учета также возлагалось на навигатора. В свою очередь, первый помощник иногда выполнял обязанности навигатора.



Боцман



В команде корабля всегда были люди, в обязанность которых входило поддержание технического состояния корабля и управление командой. Именно эти обязанности и исполнялись младшими офицерами - корабельными боцманами. Один боцман отвечал за оснащение корабля, другой за управлением палубной командой. Был также боцман, осуществляющей постановкой корабля на якорную стоянку. Разумеется, что на небольшом судне все эти обязанности совмещал один человек. В этом случае боцманские обязанности выполнялись капитанами и квартирмейстерами. Боцман следил за состоянием парусов, снастей и такелажа, а также дублировал команды капитана во время боя или шторма. Весь рангоут, такелаж и снасти ремонтировалось корабельным плотником, но в этом самое активное участие должен был принимать и боцман. Боцман отвечал за хранение запасных канатов, ремонтного дерева, парусины и организовывал работы по ремонту корабля. В обязанности боцмана также входило содержание корабельного флага, связь с другими кораблями с помощью специальных сигналов, поддержание порядка среди команды и содержание шлюпок. Боцман также отвечал за состояние корабельных часов. При необходимости наказания одного из членов команды роль палача также нередко отводилась боцману.





























Плотник



Плотник был чрезвычайно важным членом экипажа, который отвечал за поддержание плавучести корабля, исправности корпуса и мачт. Хорошие плотники весьма высоко ценились и плотникам - пиратами иногда даже разрешалось не участвовать в рукопашных схватках. Плотники отвечали за быстрое устранение повреждений корпуса во время сражения, а также крепили доски обшивки при шторме. Кроме того, в обязанности плотника входило поддержание исправного состояния деревянных мачт, палубы, а также закупка на берегу качественных материалов для ремонта в открытом море. Во время кренгования корабля основная часть по организации этой тяжелой работы ложилась так же на плотника, но при этом ему помогала вся команда. В море плотник был неусыпно следить за состоянием корпуса корабля и при малейших протечках устранять их и докладывать обо всем капитану. Из за этого плотники были освобождены от несения вахт и прочей работы на корабле. Но дел у плотника и так было с избытком. Он должен был несколько раз в день осматривать не только состояние корпуса, но и мачт и рангоута. В кладовой плотника всегда хранилось необходимое количество деревянных брусков и досок, пакли и различного инструмента. Вместе с тем плотник не имел права в одиночку заходить на этот склад, поэтому ключи от него хранились у первого помощника или Квартмейстера.















Мастер парусов



На крупных судах плотник и боцман уже не справлялись с ремонтом и постановкой парусов. Из числа наиболее опытных моряков выбирали специального человека, который отвечал за парусное оснащение корабля. Он должен был приобретать качественную парусину, шить и ремонтировать паруса, а также грамотно их использовать. Между боцманом и мастером парусов существовало четкое разграничение обязанностей. Мастер парусов отвечал за постановку тяжелых, верхних и штормовых парусов, в то время как боцман руководил работами по постановке легких парусов на нижних реях мачт. Каюта мастера парусов находилась рядом с каютой плотника, поэтому он всегда мог быстро оказаться в нужном месте и выполнить свою работу. Мастер парусов чаще всего подчинялся первому помощнику, но в своем подчинении не имел никого из членов команды, хотя и считался привилегированным специалистом.





















Канонир



Канониры были также высокоценными специалистами, которые отвечали за исправность пушек, их готовность к стрельбе, а также собственноручно командовали их наведением во время боя. Эта наука была весьма непроста, поэтому от них требовался не только хороший глазомер и трезвый расчет, но и годы постоянных тренировок, и участие в настоящих морских битвах. Помимо канонира, пушечный расчет мог состоять из нескольких человек, в чьи обязанности входила очистка ствола орудия, зарядка, зажигание фитиля, откатывание пушки на место после выстрела. Отдельная команда могла отвечать за поднос ядер и пороха, открывание и закрывание бойниц. На пиратских кораблях с небольшой командой пушечный расчет нередко составляло 2-3 человека, причем огонь мог вестись, только с одного борта. Канонир также отвечал за хранение всего инструмента, необходимого для обслуживания пушек, пороха и снарядов. Во время шторма канонир следил, чтобы все пушечные порты были закрыты, иначе корабль мог быть залит водой. Самое опасное место на корабле – пороховой погреб также находилось в ведении канонира. Канонир рассчитывал количество пороха, заряжаемого в пушку, изготавливал заряды и ручные гранаты, осуществлял наводку пушек и по команде капитана вел стрельбу по противнику. Для расчета у канонира имелись специальные таблицы и инструменты. Канонир выполнял еще одну важную задачу – хранение оружия на борту судна, поэтому в его ведении находилась оружейная комната.













Судовой врач



Врачи высоко ценились среди пиратов и нередко при захвате вражеского судна врач в первую очередь получал предложение присоединиться к команде победителя. Врач был единственным человеком, кому разрешалось не подписывать пиратское соглашение. Нередко врачам захваченного судна выплачивали вознаграждение, если они просто оказывали помощь членам пиратской команды. Если на корабле не было настоящего врача, на эту должность выбирали любого подходящего пирата, который имел хоть какие то познания в медицине. Упоминается случай, когда врачом был избран корабельный плотник – так как у него были необходимые «инструменты» для выполнения ампутаций. Иногда врачеванием занимались корабельные повара – им была знакома работа с мясом, но они были менее квалифицированны, чем плотники. Судовой врач имел набор инструментов для выполнения неотложных операций и небольшой набор лекарств. За пополнение запаса лекарств отвечал сам врач, поэтому в порту он обычно поспешно направлялся в местную аптеку, где скупал необходимые лекарства. Главным корабельным лекарством у пиратов был ром – его использовали и как лекарство от желудочных болезней и как обезболивающее при операциях.

















Корабельный повар (Кок)



Корабельный кок отвечал за питание, снабжение продовольствием и пресной водой. Что бы стать настоящим коком, нужно было научиться разделывать мясные туши, знать правила хранения продуктов, а также соблюдать определенные правила приготовления пищи, иначе команда могла запросто отправить горе-повара за борт из за неэкономного расходования продуктов ил протухшей питьевой воды. При посещении портов корабельный кок должен был обеспечить провизией команду корабля на протяжении всего предстоящего плавания, поэтому с помощью самых крепких матросов он должен был посетить местные рынки и продуктовые лавки. На больших судах за хранение продуктов отвечал отдельный человек – Стюарт. Во время плавания коку постоянно выделялись помощники, в обязанности которых входили поддержание огня в очаге и переноска продуктов. Пища готовилась в специальных печах, так как деревянные корабли были весьма пожароопасные. Во время боя кок участвовал в сражении наряду со всей командой.



Стюарт

Стюарты чаще встречались на военных или торговых кораблях, но не на кораблях пиратов. В обязанности Стюарта входили обеспечение старших офицеров на корабле необходимой пищей, уборка их кают и прочие обязанности, которые на берегу выполняются обычными слугами. Между 7 и 9 часами утра Стюарт наводил порядок в каютах офицеров. Также в его обязанности входило обеспечение офицерского стола избранными продуктами и их приготовление. В свободное время Стюарт помогал корабельному повару на камбузе, отвечал за хранение посуды и корабельных припасов. Также в его распоряжении находились запасы спиртного на корабле и табака.







Пороховая обезьяна



Эта должность возникла на британском военном флоте. Так назвали мальчишек, которые входили в оружейную команду. Пираты нередко похищали или заманивали на свои корабли наиболее ловких и пронырливых портовых мальчишек и использовали их ловкость и сноровку. 11-13 летние пираты занимались чисткой оружия, уборкой корабельных помещений, подносили порох и заряды во время боя, одним словом, это были обычные мальчики на побегушках. Они могли пролезть в самые потаенные уголки судно, поэтому нередко пираты с их помощью искали различные тайники на захваченных кораблях. На берегу, мальчишки доставляли секретные письма союзникам пиратов и использовались как разведчики во вражеских городах. Благодаря своей ловкости и быстроте пороховые обезьяны нередко оказывались единственными, кому удавалось спастись во время гибели корабля или поимке пиратов. Новички на пиратском судне, как правило, проходили обучение в роли пороховой обезьяны, не взирая на возраст. Пороховые обезьяны были наиболее низкооплачиваемыми и неквалифицированными моряками.















Юнга



Юнги были значительно выше по своему статусу, чем пороховые обезьяны. Как правило, юнгами становились мальчики из благородных семей, которые направлялись для изучения основ мореходства. Юнги по мере освоения морской науки становились корабельными офицерами. Иногда они состояли как порученцы при капитанах судов, выполняли задания по доставке сообщений, следили за офицерской формой и оружием, готовили пищу. Офицеры же за это обучали их основам мореплавания и торговли. Юнгам приходилось выполнять много трудной и неинтересной работы, но всегда могли рассчитывать на достойное вознаграждение и нередко на эту должность соглашались молодые моряки, стремившиеся стать морскими офицерами.























Делёж добычи.



Средиземноморье, античные времена

Античные пираты делили свое добро более или менее поровну, копируя практику дележа трофеев в войсках. Греческие и римские солдаты получали равные доли. Большие части добычи могли получить крупные военачальники или те, кто отличились в бою. 

Греческие обычаи хорошо описаны Ксенофоном — наемным солдатом и историком (умер около 355 года до н.э.). Если армия становилась лагерем на отдых, любой человек мог выйти из лагеря для грабежа и все награбленное по праву принадлежало ему. Но если армия находилась в походе, все, что добывалось одним человеком, объявлялось общей собственностью. 

Пленные становились частью общественной собственности и охранялись до тех пор, пока их не продавали или дарили. Солдаты могли присваивать себе любую мелкую вещь, найденную на поле боя. Римские законы объявляли рабов государственной собственностью, и, как правило, командиры поровну распределяли все, взятое у пленных. 

Все свидетельства говорят о том, что практика дележа пиратской добычи соответствовала практике дележа в регулярных войсках. В поэме 

Гомер - считается автором "Илиады" и "Одиссеи", двух больших эпосов, открывающих историю европейской литературы. О жизни Гомера нет никаких достоверных сведений, а сохранившиеся жизнеописания и “биографические” заметки являются более поздними по происхождению и часто переплетены с легендой (традиционные истерии о слепоте Гомера, о споре семи городов за право быть его родиной). С XVIII в. в науке идет дискуссия как относительно авторства, так и относительно истории создания Илиады и Одиссеи Гомера моряки Одиссея делили трофеи поровну. Жители Этолии и городов Крита поощряли пиратство и заключали официальные соглашения, содержанием которых был раздел ожидаемой добычи. По критским законам, добыча делилась на количество человек в отряде. Перед дележом городские правители забирали себе десятую часть, как объявлялось, для пожертвования Аполлону. В источнике «Эфесские рассказы» говорится, что все делилось поровну, но капитан выбирал первым. Согласно «Эфиопским приключениям» право первого выбора доставалось тому, кто первым взобрался на борт вражеского корабля.



















Средиземноморье, средневековье.

У христианских пиратов, плававших в Эгейском море в XIV веке по сообщению 

Марко Санудо (умер в 1227 году) - венецианский купец, герцог Наксосский. Был племянником венецианского дожа Энрико Дандоло. Участвовал в Четвертом Крестовом Походе. В 1207 году Марко Санудо собрал флот и захватил несколько островов Кикладского архипелага, в том числе Наксос, Парос, Антипарос, Санторин, Анафи, Аргентиеру, Милос, Сидено, Фолегандрос. В 1210 году император Латинской империи Генрих I Фландрский провозгласил Санудо герцогом Наксосским.

Санудо построил знаменитый замок в Хоре на острове Наксос. Основал Дом Санудо, который правил Кикладским архипелагом до 1362 года Санудо, существовал следующий порядок дележа добычи: одну пятую от всего добытого получал капитан, на большую долю претендовал также и кормчий. Если капитан плавал на своем собственном корабле, он получал сверх своей доли 150% от расходов на снаряжение судна. Его доля увеличивалась до 200%, если нападение совершалось на другого пирата — вероятно, в связи с повышенным риском. 

Если собственником корабля являлось правительство Венеции, оно удерживало одну треть добычи, а остаток распределяло среди команды. Кроме того, оно выплачивало принимавшим участие в сражении по три дуката на человека за каждого плененного и проданного в рабство мусульманина. 

Набирая экипаж, капитан заключал с командой договор, в котором оговаривалась доля пирата в добыче и компенсация за понесенное увечье в бою. В качестве примера можно привести договор, заключенный в 1385 году {Балтазаром Коссой}. В нем, в частности, говорилось: 
«Все добытое в операциях — будет немедленно делиться на четыре части. Две из них будет получать экипаж, четверть пойдет моим верным и храбрым друзьям — Ринери, Джованни, Ованто, Берардо и Биордо. Последнюю четверть буду получать я, как капитан корабля и руководитель операцией. Если в нашей операции кто-то потеряет глаз, он получит компенсацию в 50 золотых цехинов, дукатов или флоринов, или 100 скудо или реалов, или 40 сицилийских унций. Или, если он это предпочтет,— одного раба-мавра.

Потерявший оба глаза получит 300 цехинов или дукатов, или 600 скудо или неаполитанских реалов, или 240 сицилийских унций. Или, если захочет,— шесть рабов.

Раненный в правую руку или совсем потерявший ее получит 100 золотых цехинов, флоринов или дукатов, или 200 скудо или неаполитанских реалов, или 100 сицилийских унций. Или, по желанию,— двух рабов.

Если кто-нибудь потеряет обе руки, он получит компенсацию в 300 дукатов или цехинов, или 600 реалов или скудо, или 240 сицилийских унций. Или шесть рабов. Парализованная рука или нога приравнивается к потерянной…».











Берберские государства, средневековье.

В отличие от своих главных конкурентов — мальтийцев — берберы придерживались относительно простых правил (христианские летописцы отмечали отсутствие ссор и скорый суд). Основные правила менялись на протяжении столетий, но всегда оставались простыми. Солдаты и моряки присваивали себе все, что удавалось добыть на захваченных кораблях и у пленных пассажиров, а капитан имел право на все, что лежало в каютах. Корабельная оснастка, груз и пленные направлялись в общий фонд. 

До начала дележа из добычи выплачивались долги и налоги правительству. Коран требовал, чтобы пятая часть отходила обществу. Хасан-паша Венециано вызвал гнев пиратов, потребовав от них отчислять в казну пятую часть награбленного. До этого большинство правителей довольствовалось одной седьмой или одной десятой долей рабов и груза. Также правитель получал захваченный корабль, это правило было отменено только в конце XVII века. Дополнительные налоги — обычно два или три процента — шли на содержание портов и платы портовым чиновникам и духовенству. 

Хозяин и команда корабля получали половину добычи, оставшейся после вычета упомянутых выше налогов. Многие корабли принадлежали синдикатам, и в этом случае добыча делилась в соответствии с размером вклада каждого из совладельцев. То, что предназначалось команде, разделялось на несколько сотен частей, и количество добычи, которое получал каждый, зависело от его ранга. 
На больших кораблях наряду с матросами и гребцами находились янычары. Во все времена матросы получали большую долю, чем солдаты. Однако янычары также получали регулярное жалование, даже находясь в море. Рабы (включая христиан) получали такие же доли, как вольные матросы и гребцы, но хозяева рабов присваивали себе их премии целиком или частично. 
В 1634 году в Алжире капитан получал 10 или 15 частей сверх того, что он мог получить как владелец корабля. Старшие офицеры и янычарские генералы получали по три части. Матросы, янычары и командоры получали по две части, гребцы получали одну часть. В конце первого десятилетия XVIII века алжирские капитаны получали 40 частей, матросы — три, а янычары — только полторы. 
Груз и рабы обычно продавались на аукционе. Некоторые еврейские купцы специализировались на перепродаже награбленного. Товар с измененной маркировкой и упаковкой, либо продавался христианским купцам в Северной Африке, либо посылался еврейским корреспондентам в европейских «свободных портах», таких как 
Ливорно - порт на северо-западном побережье Италии, примерно в 12 милях к югу от Пизы. Британцы называли его "Легхорн". В 1421 году Ливорно стал владением Флоренции. В 1560-х годах, при герцогах Медичи, не жалевших средств на возведение укреплений и улучшение гавани, он приобрел очень важное значение.
Наряду с законной торговлей, Медичи поощряли каперство и пиратство. Именно из Ливорно рыцари ордена Святого Стефана совершали набеги на владения Османской Империи и захватывали турецкие торговые суда. Герцоги привечали у себя в гавани и независимых пиратов, и благосклонно относились к торговцам, скупающим краденое. В 1590 году город приобрел статус "свободного порта", открытого для купцов из любой европейской страны, не исключая протестантов и евреев.
Фердинандо II (правил в 1627 — 1670 годы) положил конец каперским походам рыцарей и к тому же стал более строго относиться к заходящим в порт иностранным пиратам. Однако благодаря сохранявшемуся статусу "открытого порта" Ливорно продолжал оставаться городом, где купцы скупали добычу корсаров, вплоть до его завоевания французами в 1796 году. Ливорно уступал лишь Мальте по масштабам работорговли и торговли крадеными товарами. Именно там пираты-христиане продавали своих мусульманских пленников на корабли многих европейских стран в качестве галерных рабов. Банкиры Ливорно переводили денежные выкупы как за плененных мусульман, так и за христиан, томящихся в неволе у берберских корсаров Ливорно.

Мальта, средневековье.

У рыцарей - Орден Госпитальеров (Иоанниты) - наиболее древний из известных монашеских орденов в Европе. Официальное название -Суверенный Орден Святого Джона Иерусалимского (Alliance de Chevalerie des Hospitaliers de Saint Jean de Jerusalem). Отличительным признаком госпитальеров является белый восьмиконечный крест, известный также под названием "мальтийский крест" на черном плаще. Позднее, примерно с середины XII века белый восьмиконечный крест носится на груди на красном супервесте.

По некоторым данным орден был образован в 1070 году при Странноприимном Доме в Иерусалиме для помощи христианским паломникам. По другим данным это произошло в 1080 году. Госпиталь располагался возле Церкви Святого Джона Баптиста и недалеко от Церкви Гроба Господня и Аббатства Санты Марии Латинской. Госпиталь был организован в двух отделениях - одно для мужчин посвященное Святому Иоанну, другое (для женщин) посвященное Марии Магдалине. Помощь оказывалась раненным и больным любого вероисповедания, что приносило Госпиталю много доходов от благодарных пациентов. 
После падения Иерусалимского королевства, иониты обосновались на Кипре, где развили активную благотворительную и врачебную деятельность. Их сильный флот использоваться для защиты христианского судоходства в Средиземном море от пиратов. В 1307-1309 они захватили остров Родос и создали там сильные оборонительные сооружения, но в 1522 году были изгнаны арабами.

Император Священной Римской империи Карл V предложил госпитальерам для проживания Мальтийский архипелаг. Отныне рыцари-госпитальеры стали называться Орденом мальтийских рыцарей. Мальтийцы продолжили свою борьбу с турками и морскими пиратами.

В 1798 г. Бонапарт взял штурмом Мальту и изгнал мальтийских рыцарей, которые нашли приют в России, у императора Павла I, которого они провозгласили Великим магистром. Вскоре он подписывает акт "О поступлении острова Мальта под защиту России" и объявляет остров губернией Российской империи. Император Александр I отказался от титула гроссмейстера Мальтийского Ордена и объявил о прекращении деятельности Ордена на территории Российской империи. В 1834 году капитул ордена мальтийских рыцарей переносится в Рим, где пребывает и поныне госпитальеров добыча делилась чрезвычайно запутанным способом, и случаи судебных разбирательств были нередки. Остров служил базой для двух флотов: регулярного военно-морского флота и пиратских кораблей под командованием рыцарей ордена или других капитанов. Добыча военного флота не делилась, так как орден присваивал все трофеи, а матросы и солдаты служили за жалование. Рыцари, плававшие на своих собственных кораблях, передавали три четверти трофеев ордену. 

Согласно общему правилу, капитаны, не принадлежавшие ордену, отчитывались перед 

Оружейная палата - ведомство ордена госпитальеров, занимавшееся добытыми трофеями членов ордена Оружейной палатой, которая занималась продажей награбленного, вела учет и распределяла прибыль. Это было нелегким делом. Корсарам редко удавалось захватить богатый груз, как правило, наиболее ценной добычей становились корабль и команда. Некоторые корабли отправляли на Мальту под командованием захватившего их капитана, который получал дополнительные доли за эту опасную работу. Но часто груз и рабы, захваченные в Ливане, размещались в местных портах. Начальник хозяйственной службы вел строгий учет поступлениям. 





Консерва - письменное соглашение между двумя и более капитанами мальтийских рыцарей, предусматривавшее раздел добычи между кораблями по определенным правилам консерва. 

После того как Оружейная палата определяла размер добычи корабля, фиксированные доли выплачивали верховному магистру и капитану. Магистр получал 10 процентов, включая одну десятую часть всех рабов (также меньшие доли получали другие чиновники и монахини монастыря Св. Урсулы). Капитан получал 11 процентов, но он делил свою часть прибыли с офицерами. 

Владельцы и команда разделяли остаток согласно заключенному контракту. Наиболее распространенное соглашение — Терцо Бускайно (Terzo Buscaino) — предусматривало, что две трети отходили совладельцам, оставшуюся треть команда делила между собой. Таким образом, владельцам доставалась примерно половина всей добычи, а команде — примерно четверть. Поскольку оплата всех расходов шла из кармана владельцев, зачастую у них не оставалось почти ничего. Согласно другому соглашению — Алла Фратеска (Alla Fratesca) — команде принадлежало все отобранное у пленных и найденное на палубе. Остальная добыча делилась между командой и инвесторами, после вычета всех расходов. 

Объектом всеобщего дележа были только поступления от продажи корабля, груза и рабов. Офицеры имели сложные для понимания права на собственность и деньги пленных пассажиров и команды. Также некоторые члены команды имели право на получение предметов, имеющих отношение к их работе. Так, коку отдавали котелки и кастрюли, корабельному хирургу — медицинские инструменты и препараты. Все были обязаны выплачивать 10 процентов верховному магистру. 

Эти правила было трудно соблюдать в неразберихе абордажного боя. Пираты хватали все, что попадалось под руку, и часто жестоко обращались с пленными. Например, с пассажиров и команды (даже если они были христианами) в поисках драгоценностей срывали всю одежду.





























Англия, средневековье.

Разбойники из Англии делили награбленное согласно письменным контрактам или устным договоренностям. За небольшими исключениями пираты и приватиры придерживались одних и тех же правил. Многие правительственные экспедиции, организованные по приказу королевы 

Елизавета I Тюдор (1533 - 1603) - королева Англии с 1558 года, дочь Генриха VIII Тюдора и Анны Болейн. При Елизавете I были укреплены позиции абсолютизма, восстановлена англиканская церковь, разгромлена испанская Непобедимая армада (1588), широко осуществлялась колонизация Ирландии. Сорокапятилетнее правление Елизаветы I считается периодом расцвета английского абсолютизма, "золотым веком" ренессансной культуры в стране и безудержного пиратства на море Елизаветы I, следовали традиционным пиратским правилам. 

До 1580 года некоторые владельцы получали половину добычи, капитан и команда делили между собой оставшуюся половину. В других случаях капитан и владелец получали одну четверть, а команда — половину. Набеги были полулегальными во время войны с Испанией (1585-1603). Владельцы и те, кто снаряжал корабль, получали большую часть, команда — меньшую. После того как в 1603 году король 

Яков I (1566 -1625) - король Англии с 1603. Первый из династии Стюартов на английском престоле (с 1567 шотландский король под именем Яков VI). Сын Марии Стюарт. На английский престол вступил после смерти Елизаветы I Тюдор. Стремился обосновать право короля управлять страной без сотрудничества с парламентом. Абсолютистская политика Якова I, характеризовавшаяся растущей религиозной нетерпимостью по отношению к пуританам, введением новых налогов и принудит, займов, нерегулярным созывом парламента, а также сближением с католической Испанией - главной соперницей Англии в морской и колониальной торговле, вступала во все большие противоречия с интересами английской буржуазии и нового дворянства и привела к быстрому росту парламентской оппозиции Яков I объявил пиратство вне закона, экспедиции, в которых принимало участие большое количество кораблей, стали редкостью. Капитан владел своим собственным кораблем, сам снаряжал его и делился добычей только со своей командой. 

По английским законам пираты, имевшие правительственное разрешение (Letter of Reprisal), были обязаны декларировать трофейные корабли и добычу чиновникам Адмиралтейства в каждом порту. После освидетельствования товаров чиновники собирали государственный налог вместе с обычной ввозной пошлиной. После регистрации товаров все споры владельцев и капитана решались адмиралтейскими судьями. 

Доля государства увеличивалась с течением времени. Согласно некоторым источникам, король изначально требовал все, что захватывали пиратские суда. В 1580-х годах лорд Верховный адмирал забирал только десятую часть — так же, как на Мальте и в берберских государствах. Затем отчисления адмиралу прекратились (возобновились с 1628 года) и правительственная доля отходила непосредственно монарху. С 1660 по 1673 год адмиралом был брат короля, и он получал одну десятую часть добычи. Сверх того одну пятнадцатую забирал король. С 1673 года десятая часть отходила королю и пятнадцатая — колониальным правителям. 

В 1689 году доля короля выросла до 20 процентов. При таких требованиях пираты редко стремились получить королевский патент на каперство. Чтобы как-то стимулировать каперскую деятельность, в 1708 году правительство отменило все налоги. Однако после этого некоторые вице-адмиральские суды отбирали больше четверти добычи. 

После того как государство отбирало свою долю, владельцы и моряки делили между собой то, что осталось. В XIX веке на каперских кораблях, имевших королевский патент, и на военно-морских судах команде доставались жалкие крохи. Большую часть добычи получали владельцы и лица, снаряжавшие корабль, кроме того, офицеры получали гораздо больше, чем матросы. 

На пиратских судах, действовавших незаконно, дележ был в какой-то мере честнее, что частично объясняет, почему так много моряков становились пиратами. 

Маленькие корабли зачастую принадлежали одному человеку, тогда как большие корабли имели двух или трех совладельцев-пайщиков. Богачи (такие как, скажем, граф Камберлендский) обычно снаряжали корабли за свой собственный счет. Более расчетливые хозяева выдавали акции, прозванные «авантюристскими векселями», своим поставщикам. В XVI веке добычу обычно делили на три части. По одной трети получали владельцы и поставщики, и из этих средств погашали расходы. Оставшаяся треть отходила команде и офицерам. 

Полученная треть добычи делилась командой на доли и распределялась в зависимости от ранга. Единой системы дележа не существовало, и споры были обычным делом. В экспедиции Эндрю Баркера в 1576 году капитан получал восемь долей, а штурман — семь. Другим высшим чинам доставалось от четырех до шести долей, матросам — от двух до трех, солдатам — от одной до четырех, и юнги получали половину доли. Однако, вероятно, некоторые капитаны присваивали себе больше. 

Правило одной трети касалось только груза в трюме и ценного имущества. Команда капера, которая сумела захватить вражеский корабль, имела право на грабеж (Right of Purchase). Это означало, что пираты могли присваивать себе все добро, найденное на палубе и у пленных, если стоимость его не превышала двух фунтов — по тем временам суммы значительной. 

Теоретически легальный грабеж выглядел следующим образом: все найденное сваливалось у грот-мачты и поровну делилось между моряками. Каждый, кроме того, что ему полагалось по рангу, имел право на инструменты и другие предметы пленных той же морской профессии. Так капитан получал матросский сундучок вражеского капитана, командир комендоров получал принадлежности командора вражеского судна и т. д. Однако правила грабежа различались от случая к случаю, и иногда офицеры имели дополнительные права.

























Англия при Елизавете.

Несмотря на то, что английские пираты плавали по правительственной лицензии, стычки из-за дележа добычи во времена войны с Испанией (1585-1603) были среди них нередки. В отличие от них 

Буканиры (буканьеры) - морские разбойники, преимущественно в XVI веке, грабившие испанские корабли и колонии в Америке. Обычно таким термином называли ранних карибских пиратов, позже оно вышло из употребления и было заменено "флибустьерами". Буканиры получили свое прозвище от слова "букан" (по-индейски "коптильня"), которыми пользовались для приготовления консервированного мяса. Этим долго хранящимся продуктом буканиры снабжали команды пиратских кораблей. Сами коптильщики часто вступали в ряды пиратов буканиры и пираты с Мадагаскара (с 1650 по 1720 год) делили награбленное без лишних споров. 

Хотя пираты более поздних эпох придерживались корабельных правил, разбойники времен Елизаветы игнорировали обычный порядок грабежа и дележа добычи. После того как корабль захватывали, порой после тяжелого сражения, все условности выкидывались за борт. Золото, серебро и драгоценные камни быстро исчезали в карманах нападавших. Многие офицеры также набирали столько, сколько могли унести. 

В 1592 году пираты напали на «Мадре-Де-Диос», ист-индскую каракку, с такой дикостью, что едва не подожгли судно. Примерно двух третей груза так и не досчитались. Грабежи и хищения были обычны в экспедициях, которыми командовали военно-морские офицеры. В 1596 году солдаты и моряки были настолько увлечены разграблением Кадиса, что дали испанцам возможность поджечь корабли, стоявшие в бухте. 

Моряки утаивали часть ценностей и иногда взламывали хранилища с грузом потому, что владельцы зачастую жульнически обирали их. Многие владельцы провозили товары на берег контрабандой или подкупали таможенных чиновников, чтобы занизить стоимость груза. После того как товар был распределен и продан, владельцам не составляло труда исказить размеры поступлений. 

В этой воровской паутине авантюристов-непрофессионалов, таких как граф Камберлендский, {Томас Кэвендиш} и Джон Чидли, обирали на каждом шагу. Поставщики завышали цены на провиант, а капитан и команда похищали добытые товары. И наоборот, владельцы, профессиональные капитаны (например, Кристофер Ньюпорт), получали сверхприбыли. Они сохраняли контроль над командой на протяжении всего плавания и избегали налогов и государственной десятины, провозя товары контрабандой или давая взятки чиновникам.

















Флибустьеры и пираты после 1650 года.

Способ дележа добычи среди карибских флибустьеров и пиратов Атлантики и Мадагаскара был необычайно демократичным. В XVIII веке все находившиеся на борту получали одинаковые доли. 

В более ранние века корабельная команда получала лишь часть всей прибыли. Правительство требовало себе 10 (или даже больше) процентов от награбленного. Из оставшегося от половины до двух третей отходили владельцам и поставщикам. Остальное делила между собой команда, при этом офицеры получали в четыре-шесть раз больше, чем матросы. 

Пиратские законы были весьма различны. Правила XVIII века не предусматривали никаких отчислений ни правительству, ни владельцам корабля. Вероятно, мародеры считали, что нужно похищать и корабль, и снаряжение. Однако на практике такие пираты, как Эдвард Коэтс и Эдвард Тич, обычно подкупали чиновников. Некоторые команды платили владельцам судов, однако сумма отчислений была значительно меньше трети — обычной нормы в ранние века. 

Все захваченные ценности помещали в общий фонд, который охранял 

Квартирмейстер - многие пираты наделяли квартирмейстера необычными полномочиями, ставившими его почти вровень с капитаном. Если во время боя власть капитана была безграничной, то в мирное время в некоторых повседневных вопросах он сам обязан был подчиняться квартирмейстеру. Таким образом пираты избегали сосредоточения слишком большой власти в одних руках. Как и капитана, квартирмейстера избирал экипаж, при разделе доьычи он имел право на дополнительную долю. Он часто возглавлял абордажную команду и зачастую становился капитаном на захваченном судне квартирмейстер. Если два или более кораблей совершали рейд в 

Консорта - пиратское партнерское соглашение при котором добыча любого из кораблей делилась между всеми членами консорты, даже в случае разделения кораблей во время плавания, вся добыча делилась между ними (так поступали Томас Говард и Джон Боуэн в 1703 году). 

Предполагалось, что доля каждого корабля должна быть пропорциональна размеру его команды, но между кораблями-консортами часто возникали споры по этому поводу. Меньшая по количеству команда хотела, чтобы добыча делилась поровну между судами. В 1698 году две корабельные команды отказались делиться добытым с командой «Пеликана» — третьего корабля в консорте — потому, что он не принимал участия в захвате трофеев. 

Как правило, общий фонд распределялся в конце плавания. До начала дележа дополнительные доли получали те, кто потерял в сражении руку, ногу или глаз. Случалось, что наследники погибших пиратов не получали ничего, хотя они имели право надолго умерших. 

Оставшееся после выплат пострадавшим делилось поровну среди команды. С течением времени дележ становился более и более демократичным, каждый получал одну или более долей. Согласно Эксквемелину, в 60-е годы XVII века капитан получал что-либо для нужд своего корабля и, кроме того, пять или шесть долей. Плотник и хирург сверх части добычи получали жалованье. В 20-е годы XVIII века доля офицеров была ненамного больше доли остальных членов команды. В большинстве случаев капитан получал две части, а доля офицеров меньшего ранга была лишь на половину или даже на четверть части больше доли матроса. 

Точно разделить можно было только золото и серебро. Остальной груз при первой возможности продавался перекупщикам (таким как Адам Бэлдридж), и делилась выручка от него. В противном случае добро приходилось делить весьма приблизительно. Согласно Даниелю Дефо, когда в 1721 году Джон Тейлор захватил португальский корабль, каждый получил 42 маленьких бриллианта или меньше, пропорционально их величине. То ли невежественный, то ли просто веселый моряк, которому при таком дележе достался всего лишь один бриллиант, горько сетуя на судьбу… разбил его в ступке! 

Чтобы избежать споров, команда часто продавала награбленное добро с аукциона. Прежде чем вернуться в Карибское море в 1688 году, писал Равено де Люссан, французские пираты делили свое золото и серебро. Остальные вещи продавались с аукциона, и выручка делилась среди команды.























Английские пираты.



Несмотря на то, что английские пираты на протяжение многих веков разбойничали в Ла-Манше и прилегающих к нему водах, основная история английского пиратства связана с эпохой колониальных войн. Она может быть разделена на три этапа. Первый приходится на конец шестнадцатого века - время первых англо-испанских столкновений; второй - на конец семнадцатого начало восемнадцатого века, а третий продолжался вплоть до искоренения пиратства в середине девятнадцатого.

В течение первых двух этапов Англия стремилась использовать корсаров для борьбы со своими внешними врагами. Вдохновительницы первого этапа - королева Елизавета - даже наградила капитана Дрейка званием рыцаря после его удачного возвращения в 1580 году из кругосветного пиратского плаванья. Неверным было бы думать, что пиратство Дрейка при этом замалчивалось; напротив, Елизавета гордо называла его мой «пират» - ведь пиратские операции Дрейка были направлены в основном против испанцев. 

В семнадцатом веке ареной колониальных войн стала Вест-Индия и политика воюющих стран, всячески поддерживавших «своих» корсаров, привела к тому, что Карибское море оказалось почти под полным контролем разноплеменных флибустьеров. Однако после жестоких операций перешедшего на сторону королевской власти Генри Моргана, пираты рассеялись и многие из них перебрались в Индийский океан, где зачастую снова стали пользоваться благосклонностью британской короны. 

Базой пиратов стал Мадагаскар. Оттуда они совершали набеги как на французские и испанские корабли, так и на индийские и арабские торговые суда. Полвека хозяйничали пираты у берегов Африки и Юго-восточной Азии, и за это время многие из них удостаивались восторженного приема в Лондоне и славы во всей Английской империи. 

В этот период деятельность английских пиратов приобретает мировой размах. Они грабят корабли и разоряют поселения не только у берегов Африки и Индии, но и у побережья Северной Америки и на островах Тихого океана. Англия повторила путь Португалии и Голландии, вначале проводивших политику поддержки «национального пиратства», а потом пытавшихся искоренить вышедший из-под контроля морской грабеж. В восемнадцатом веке Англия снаряжает против пиратов одну экспедицию за другой - но без особого успеха. Часто капитаны, взятые на службу для искоренения пиратства, предпочитают сами присоединиться к «джентльменам удачи» как Уильям Кидд в 1696 году: тем более, что в те времена набирая команду, никогда нельзя было знать наверняка, сколько бывших пиратов окажется на борту корабля. 

К концу восемнадцатого века большинство пиратов уже не обращали внимания на национальную принадлежность друг друга и захватываемых кораблей. Они говорили на своем языке и вывешивали на мачте свой флаг, и потому третий период только условно можно считать частью истории английского пиратства. В начале девятнадцатого века англичане все чаще становятся жертвами пиратов, а не их нанимателями и вдохновителями.











Французские пираты.

Корсарские рейды в средние века были составной частью англо-французской политики в Ла-Манше, однако по-настоящему французы стали использовать корсаров только в шестнадцатом веке. В 1554 году Франсуа Леклерк разграбил испанские владения на Эспаньоле и Пуэрто-Рико, после чего захватил Сантьяго-де-Куба и, на следующий год, Гавану. Восемнадцать дней французы хозяйничали в городе и, уходя, сожгли его. Период французского господства в Карибском море длился 30 лет. Когда Франция заключила с Испанией мир в Шато-Камбрези, корсары, оставшиеся в Вест-Индии, превратились в обыкновенных пиратов или нанялись на службу к англичанам и голландцам. 

Следующая вспышка французского морского разбоя относится к концу семнадцатого века, к эпохе Людовика Четырнадцатого, всячески поддерживавшего корсаров. По предложению министра Поншартрена, предпочитавшего морской разбой дорогостоящим морским баталиям, корсары были сделаны офицерами королевского флота. Корсарские бои развертываются от Северного до Карибского моря. Именно в это время столицей Карибских флибустьеров стал французский остров Тортуга, а Жан Бар и Рене Дюгей-Труэн совершают свои подвиги. 

Эти морские разбойники, почитаемые как великие французские мореплаватели, служили примером для множества корсаров, сражавшихся в середине восемнадцатого века в Индийском океане, где вольных пиратов сменили корсары и английские приватиры. Корсары подчинялись строгим законам, по которым они должны были приводить захваченный корабль в порт и продавать его там на аукционе. Им доставалась меньшая часть добычи, в то время как большую получали владельцы корабля и государственная казна. 

В восемнадцатом веке корсарство уже не существовало в мирное время. В перерывах между войнами корабли конкурирующих Ост-Индских компаний смело заходили в чужие порты и бросали якоря у чужих факторий. Их не грабили. Зато когда начиналась война, торговые корабли становились законной добычей для любого охотника, будь он военным кораблем либо специально снаряженным для такой цели корсаром. 

В годы первой англо-французской войны в Индии, в середине XVIII века, корсарство было не очень развито, но в конце века корсары заставили о себе заговорить. 

В 1789 году во Франции началась революция. Вскоре на страну со всех сторон двинулись армии врагов. Франция оборонялась сразу на нескольких фронтах. Вновь вспыхнула война и в Индийском океане: англичане хотели воспользоваться случаем, чтобы полностью изгнать из этого района французов, в руках которых после первой войны осталось лишь несколько факторий на побережье Индии и ряд островов в центре Индийского океана. Впоследствии в войну вступила Голландия, попавшая в зависимость от Франции. В эти годы французский военный флот был значительно слабее английского, и потому так важны стали для Франции действия ее корсаров, среди которых наиболее известен был Роберт Сюркуф. Но как бы не были удачны действия отдельных французских корсаров, к концу наполеоновских войн Франция лишилась большинства владений в Индийском океане.













Голландские пираты.

В первой половине семнадцатого века Голландия стала одной из крупнейших морских держав. В 1620-1640 годах ее корсары контролировали Карибское море, где знаменитый Пит Хейн в 1628 году захватил испанскую «серебряную» флотилию. 

Однако основные события развернулись в Индийском океане. Голландцы переняли у утративших контроль над этим регионом португальцев метод выдачи лицензий на право свободного прохода по морю. Впрочем, подобная грамота не всегда могла спасти от голландских пиратов, вскоре ставших хозяевами Индийского океана. 

Поставив своей целью монополизировать торговлю пряностями, голландцы стремились не только больше выкачать их своих колоний, но и удержать высокие цены, уничтожая конкурентов. И потому голландское пиратство было главным образом антипортугальским и антианглийским. Потому голландцы стремились не только к грабежу кораблей, но и к захвату португальских и английских форпостов - так, в 1623 году голландцы разрушили и разграбили английскую факторию на Амбоне, а в 1600 году предприняли попытку захватить Макао - самый восточный из португальских форпостов, местонахождение которого долгое время было неизвестно голландцам. 

Впрочем, это нападение не было хорошо подготовлено: несколько голландских кораблей буря случайно отнесла к Макао. Попытка захвата оказалась неудачной - португальцам удалось захватить двадцать пленников, и голландцам пришлось уйти, утешаясь тем, что теперь они узнали местонахождение тщательно скрываемой португальской базы торговли с Японией. Интересно, что на суде семнадцать из двадцати захваченных голландцев сознались в пиратстве. Всех их приговорили к смерти, но обещали помилование, если они примут католичество. Пленники согласились, но после перехода в другую веру все равно были обезглавлены. 

Но вскоре голландцы взяли реванш: 30 июля 1603 года под покровом темноты они вошли в порт Макао и захватили нагруженную карраку, команда которой на берегу готовилась к отплытию, а еще за полгода до этого те же голландские корабли «Эразм» и «Нассау» захватили в Сингапурском проливе карраку «Святая Екатерина». Эти две операции нанесли серьезный удар по благосостоянию португальской колонии, а пираты нашли на карраках столько китайского фарфора, что китайскую посуду в Голландии еще много лет называли «карраковым фарфором». 

В 1605 году голландцам удалось выбить португальцев с Молуккских островов, и только вмешательство испанцев, заключивших к тому моменту унию с Португалией, позволило Лиссабону вернуть себе остров Пряностей - однако ненадолго: через два года голландцы отвоевали восточную часть острова. 

Одной из самых крупных операций голландцев стало нападение на Макао в 1622 году, которое можно сравнить с такими пиратскими набегами, как нападение Моргана на Панаму или Дрейка и Кавендиша на города Тихоокеанского побережья Америки. Однако, в отличие от этих прославленных походов, нападение на Макао не увенчалось успехом, и голландцы были вынуждены сменить тактику. Обосновавшись на Пескадорских островах, они начали тотальную пиратскую войну против китайской морской торговли, в результате которой множество мирных кораблей было потоплено, а китайских моряков продано в рабство на Яву, что, однако, не привело к установлению голландской монополии на торговлю в этом регионе. Наибольшую выгоду от голландского пиратства извлекли португальцы и англичане, заручившиеся поддержкой практически всех государств Южной Азии, возмущенных пиратским произволом. Спустя несколько лет Голландия была вынуждена прекратить пиратскую войну, но еще долго находящиеся вне закона пираты-одиночки продолжали нападать на торговые корабли. 

К началу восемнадцатого века европейские державы вчерне поделили Восток: Индия досталась Англии, испанцы удержали Филиппины, у Португалии осталось всего несколько важных баз, а голландцы прочно обосновались на островах Малайского архипелага.



Флаги пиратов.

Под этим флагом плавал Jack Rackham.



Под этим флагом плавал Henry Every.



Под этим флагом плавал Captain Moody.



Под этим флагом плавал Emanuel Wynne.



Под этим флагом плавал Edward England.



Известные флибустьеры.

Васко де Гама

Васко де Гама был не только великим путешественником, но и первым европейским пиратом в Индийском океане, причем пиратом жестоким и беспощадным.

Когда Барталомео Диаш в 1486 году обогнув Мыс Доброй Надежды (названный им Мысом Бурь) под угрозой бунта был вынужден повернуть назад, король Португалии Маноэль Счастливый доверил вести новую экспедицию Васко де Гаме, наделив последнего широкими полномочиями.

8 июля 1497 года корабли де Гамы «Святой Гавриил», «Святой Рафаил» и «Беррио» покинули Португалию и осенью они обогнули Мыс Доброй Надежды. Вспыхнувший было бунт Васко де Гама жестоко подавил, заковав в кандалы зачинщиков, среди которых был и капитан «Беррио».

1 марта 1498 года португальские корабли достигли Мозамбика. Обманув султана, поверившего, что корабли принадлежат маврам из Северной Африки, Васко де Гама взял лоцманов. Когда обман был раскрыт, португальцы обстреляли из пушек боевые ладьи султана и стражу пресных источников, после чего начали перехватывать все лодки и корабли, входившие в залив.

Дождавшись попутного ветра, Васко де Гама двинулся дальше и 19 мая достиг Каликута. По дороге он не только захватил еще несколько кораблей, но и заключил союз с султаном Малинди. В Каликуте Васко де Гама обменял привезенный из Европы груз на пряности и 30 сентября, взяв по обыкновению заложников, отправился в обратный путь.

В трюмах еще оставалось много места, а так как продавать было больше нечего, де Гама начал грабить встречные суда, проявляя при этом свойственную ему жестокость.

Обратный путь оказался длинным и тяжелым. Началась цинга, которая скосила многих матросов. Если от Африки до Индии шли двадцать три дня, то из Индии к Африке плыли три месяца, и лишь 2 января 1499 года показался африканский берег. Португальцы сбились с курса и вышли значительно севернее Мозамбика, куда они стремились. Дальше путь лежал вдоль африканского берега.

У того места, где Васко де Гама раскрыл заговор, он собрал матросов и произнес речь. Заговорщики, которые все еще сидели в цепях, умоляли о прощении. Но Васко де Гама «с сожалением» сослался на клятву провести их в цепях по Лиссабону, которую он не мог нарушить.

18 сентября состоялся торжественный въезд Васко де Гамы в Лиссабон. Под звон колоколов команды кораблей, одетые в индийские драгоценные ткани, прошествовали, неся трофеи, к королевскому дворцу. В процессии шли закованные в кандалы заговорщики.

Впрочем, Васко де Гама недолго наслаждался почестями: после возвращения в 1501 году адмирала Кобрала из второй индийской экспедиции, оказавшейся неудачной, он был назначен адмиралом Индии и во главе небольшой эскадры снова обогнул южную оконечность Африки.

С первого же дня пребывания в Индийском океане Васко да Гама стал выдавать пропуска кораблям, которым он счел нужным разрешить плавание. Все остальные были обречены на разграбление.

Желая отомстить за Кабрала и вселить страх в местных жителей, де Гама показал себя жестоким и безжалостным колонизатором. Даже во времена инквизиции его кровавые деяния выглядят из ряда вон выходящими. Так, недалеко от индийского побережья он, заперев в трюме, сжег живьем триста мусульманских паломников с женами и детьми, а захватив в гавани Каликута индийские корабли, отрубил руки, носы и уши восьмистам индусам. Та же участь постигла посла каликутского правителя-заморина, тело которого положили в лодку с отрезанными частями тел и письмом, в котором де Гама советовал приготовить из содержимого лодки плов. Каликут обстреливали из пушек до тех пор, пока в расшатавшихся от орудийной отдачи корпусах кораблей не открылась течь. Когда же заморин направил послов в Кочин, чтобы открыть глаза союзнику португальцев на их зверства, послов перехватили, отрезали им уши и носы, на их место пришили собачьи и в таком виде вернули послов обратно.

Действия Васко да Гамы нельзя оправдать религиозным рвением или ненавистью к иаму. Известно, что он хорошо обращался с правителем Малинди и с мусульманами из Кочина и Кананора, изъявившими готовность подчиниться. Совершая свои кровавые злодеяния, Васко де Гама прежде всего преследовал политические цели: запугать и подчинить население Юго-Восточной Азии.

Все эти преступления Васко де Гама мог совершить только благодаря огневой мощи его кораблей, неизбежно побеждавших в морских сражениях азиатские суда, уступающие им в вооружении.

Впрочем, политика Португалии оказалась недальновидной: уже через полвека после первого путешествия де Гамы португальской монополии в Индийском океане пришел конец.









Генри Морган

Генри Морган по праву считается самым знаменитым из всех карибских пиратов. Ему посвящены монографии и специальные главы во всех исторических исследованиях карибского пиратства, а писатель Рафаэль Сабатини во многом опирался на его историю при создании своего капитана Блада.

Генри Морган родился в 1635 году в графстве Монмут в Валлийской Англии. Когда ему было около двадцати лет, он решил перебраться в Вест-Индию, но, чтобы оплатить проезд, был вынужден несколько лет пробыть рабом на Барбадосе. В 1658 году Морган перебрался на Тортугу, где прожил пять лет, будучи рядовым разбойником. Однако в 1664 году его дядя полковник Эдвард Морган становится вице-губернатором Ямайки и Генри тут же отправился в Порт-Рояль.

Подобно Тортуге, Ямайка числилась колонией, но на самом деле была пиратской базой. Менее чем через год после прибытия в Порт-Ройял Генри Морган, благодаря протекции дядюшки, стал капитаном и владельцем корабля водоизмещением пятьдесят тонн с несколькими пушками на борту. Вместе с Моррисом и Джекманом, Морган захватил у мексиканского берега несколько испанских шаланд, груженных кампешевым деревом, а после разорил несколько испанских поселений, в числе которых был Рио-Гарта, захваченный в базарный день вместе со всеми товарами. После этого пираты проплыв по Сан-Хозе на индейских пирогах захватили Гранаду, которую спустя несколько лет изберет своей последней мишенью Олоне.

По возвращении Морган был назначен заместителем Эдварда Мансфельта, прославленного флибустьера, пожалованного званием адмирала. Однако их отношения не сложились, и в 1666 году Морган ненадолго осел на Ямайке, где женился и завоевал расположение пиратов невиданной щедростью. После таинственной смерти Мансфельта (поговаривали, что он был отравлен), Морган был назначен адмиралом и снова вышел в море.

Следующими захваченным им городами стали Пуэрто-дель-Принсипе и Пуэрто-Бельо, разграбленные им в 1668 году. При штурме Пуэрто-дель-Принсипе Моргану удалось разгромить войско испанцев, вступившее с ним в битву в полном соответствии с военной наукой того времени, оказавшейся неприменимой в условиях пампы. При штурме Пуэрто-Бельо Морган заставил монахов и монахинь из окрестного монастыря под обстрелом нести лестницы к осажденным стенам. Если в Пуэрто-дель-Принсипе пиратам не удалось найти достойной их добычи, то Пуэрто-Бельо, где несколько раз в год проводились Золотые ярмарки, вознаградил их сторицей: двести пятьдесят тысяч золотых пиастров, сокровища церквей и монастырей, ювелирные изделия, драгоценные камни и богатые ткани плюс множество другого товара, плюс триста рабов. После возвращения пиратов, богатство Ямайки возросло по меньшей мере на треть.

Следующей мишенью Моргана оказался Маракайбо, на которое его навел известный флибустьер Пьер Пикардиец, уже побывавший там вместе с Олоне в 1666 году.













Маракайбо и Гибралтар при приближении пиратов опустели. В течение пяти недель нападавшие разыскивали в пампе местных жителей, чтобы пытками вынудить у них признания в спрятанных кладах. За это время пираты не потеряли ни одного человека, но при возвращении Морган обнаружил, что три мощных испанских корабля заперли его в озере, блокировав узкий пролив, ведущий к морю. 3 мая 1669 года Морган нагрузил одну из барок грузом пороха и, подогнав вплотную к испанской "Магдалене", взорвал ее. Испуганный капитан второго испанского корабля приказал срочно причалить к берегу, а третий фрегат флибустьеры захватили, взяв в плен множество испанских солдат и офицеров.

Добыча в конечном счете оказалась огромной. Выкуп, драгоценности и рабы были оценены в двести пятьдесят тысяч реалов.

Вершиной пиратской карьеры Моргана стал захват в 1671 году Панамы.

Во главе войска в 1200 человек Моргана поднялся вверх по течению реки Чагрес и в конце января достиг Панамы. 18 января состоялась битва, в которую губернатор Панамы Гусман бросил 1200 солдат, 200 всадников и множество вооруженных рабов. Морган разместил своих воинов ромбом, что не позволяло атаковать его ни с тыла, ни с флангов. В упор расстреляв испанскую конницу, пираты обратили пехоту в бегство. В течение месяца Панама подвергалась разграблению и только 14 февраля 1671 года Морган отдал приказ покинуть город. Караван с добычей насчитывал 175 мулов, везших по некоторым оценкам ценностей на 750000 реалов.

Однако по прибытии на берег океана, Морган преднамеренно занизил сумму добычи, чем вызвал взрыв недовольства. Чтобы избежать бунта, ночью он на нескольких кораблях отплыл, бросив своих товарищей на произвол судьбы.

На Ямайке Моргана ждал триумф. Однако Испания заявила протест против разорения их города в мирное время и потребовала от Англии прекратить пиратство в Карибском море. В результате 4 апреля 1672 года Морган на борту фрегата «Велкам» отплывает в Лондон в качестве добровольного пленника.

Через три года Морган возвращается на Ямайку в звании вице-губернатора. В начале 1680 года он даже становится исполняющим обязанности губернатора и рьяно принимается за искоренение пиратства, обещая повестить или выдать испанцам любого захваченного им флибустьера. Однако в 1684 году после очередного казнокрадства Моргана освободили от всех занимаемых постов, а еще через год выходит английский перевод знаменитой книги хирурга Эксмелина о карибских флибустьерах (ей мы обязаны львиной доли сведений о пиратах того времени), где детально описаны подвиги Моргана. Бывший пират подает на издателей в суд за клевету, требуя моральной компенсации и выигрывает судебное дело.

В декабре 1687 года губернатором Ямайки назначают герцога Альбемарля, который хлопочет перед Лондоном о восстановлении членства Моргана в Совете острова. В июле 1688 года приходит благожелательный ответ. Однако Генри Морган был уже тяжело болен; врач Ханс Слоун диагностировал туберкулез и цирроз печени, наступивший в результате злоупотребления алкоголем. У Моргана едва хватает сил доехать до здания Совета, выслушать решение и едва слышным, прерывающимся голосом ответить на поздравления. 



		

	25 августа 1688 года сэр Генри Морган умирает. Его тело было погребрено на кладбище Палисейд.

	Морган застал рассвет пиратской Ямайки - всего через четыре года чудовищное землетрясение разрушит Пале-Рояль, навеки погрузив в волны Карибского моря пиратскую столицу.

	







		

	

	

	

	

	

	

	

	

	Эдвард Тич "Чёрная Борода"

	Эдвард Драммонд, рожденный в Англии в 1680 году, Вошел в историю пиратства под прозвищем "Черная борода". Ремесло морского разбоя он осваивал, будучи капером в бойне за Испанское наследство. С окончанием войны в 1714 году он перешел к неприкрытому пиратству, грабя суда вдоль Восточного побережья Северной Америки, в том числе и английские суда, и вообще все, что попадалось на пути.

	Черная борода действовал под псевдонимом "Эдвард Тич". Его прозвище возникло из-за бороды, которую он запустил настолько, что она закрыла все его лицо. Перед абордажем он Втыкал под шляпу горящие запальные фитили (они использовалисъ на флоте для зажигания пороха в пушках); его лицо было окутано дымом'и освещено искрами, говорили, что он напоминает какого-то адского демона.

	В изобилии ходят легенды о вспыльчивом нраве и жестокости Черной бороды. Однажды, когда он и его штурман мирно выпивали в капитанской каюте, пират выхватил пистолет и без лишних прелюдий прострелил собутыльнику колено.Когда его спросили, зачем он изувечил штурмана, Тич ответил, что если он не будет время от времени делать подобное - калечить и убивать членов команды, они рано или поздно забудут, кто он такой.

	Черная борода закончил свою жизнь и карьеру в 1718 году, в узких проливах возле острова Окракок, где он встал на якорь для починки. Там его с девятнадцатью спутниками обнаружили превосходящие силы англичан - шестьдесят человек на двух шлюпах. Черная борода и его люди сражались яростно, несмотря на то, что более чем втрое уступали в числе. Первый залп Тича вывел из боя первый шлюп, а второй почти уничтожил команду второго шлюпа. После этого Черная борода протаранил борт второго шлюпа и повел своих людей на абордаж, где встретился в бою с капитаном шлюпа, лейтенантом Робертом Мейнардом.

	У Мейнарда и у Черной бороды были пистолеты, они выстрелили почти в упор, но Черная борода не попал в лейтенанта, тогда как выстрел Мейнарда пробил торс пирата навылет. Но Черная борода остался на ногах. Он нанес Мейнарду удар своим абордажным тесаком, такой мощный, что клинок англичанина, который парировал удар, разлетелся на куски

	Но попытке Черной бороды прикончить беззащитного Мейнарда помешал другой английский моряк, который атаковал его сбоку, прошиб ему горло настолько сильно, что кровь хлынула во все стороны, все же Черная борода продолжил бой, однако скоро его обступили англичане, и наносили ему удары и уколы, пока тот не рухнул замертво. Увидев, что их лидер пал, оставшиеся пираты сдались.

	Этот краткий бой был исключительно жестоким и кровавым. Из девятнадцати пиратов десять были убиты, а оставшиеся изранены. В команде Мейнарда было 55 человек, но десять из них погибли, а ранены были 24. Мейнард осмотрел тело Черной бороды и выяснил, что перед тем, как погибнуть, этот человек получил пять пуль и двадцать сабельных ударов.

	

	

	

	

Корабли.

	





	

Бриг 

Бриг - это двухмачтовое морское судно с прямыми парусами на обеих мачтах. Бриги XVII-XIX веков имели водоизмещение 200-400 т. Длина их доходила до 32 м, ширина 8-9 м, осадка достигала 4 м. Ход - 12 узлов. В военном исполнении бриг имел одну открытую батарейную палубу, несущую от 10 до 24 пушек. Экипаж составлял 120 человек. Бриги использовались для разведывательной, крейсерской, дозорной, посыльной служб и конвоирования торговых судов.

Шлюпка

Часто пираты Карибского моря использовали одномачтовые шлюпы. Многие нападения на транспортные и торговые суда были совершены именно на таких судах. Шлюпы имели большой гафельный парус и два треугольных, которые крепились на фоке. Дополнительно можно было поставить при хорошем ветре еще два квадратных паруса на грот мачте. Шлюп был в длину 11-20 метров и нес 6-12 пушек . Как правило команда на таких суднах была очень большая, часто до 150 человек. Такие шлюпы строились на Бермудских островах и Ямайке и считались быстроходными и идеальными для пиратского промысла. Шлюп обладал неглубокой посадкой и мог плавать на мелководье, что особенно были необходимо при встрече с военными кораблями, которые не могли преследовать шлюп у берегов.











Галеон

Колонизация вновь открытых обширных территорий требовала увеличения объемов перевозимых товаров. Поэтому Испанской империи требовалось огромное количество вместительных и больших кораблей универсального типа , которые могли бы дать отпор пиратам , не утонуть в шторм и доставить большие объемы ценного груза в порт назначения. В начале освоения Америки грузы перевозили на небольших галеонах. Но они часто тонули в шторм и еще чаще становились добычей морских разбойников. Поэтому испанцы разработали строго регламентированную систему конвоев , в портах строились мощные укрепления. Число судов в конвоях нередко достигало 100-150 кораблей. Позже стали строить галеоны специально для дальних плаваний. Их водоизмещение доходило до 2000 тонн. Желанной добычей любого пирата был испанский галион, груженный золотом и пряностями. Пересечь Тихий океан с Филиппин - самой дальней испанской колонии - до Мексики имел больше шансов большой корабль. В 1571 году испанский король приказал для обеспечения безопасности перевозок отправлять с Филиппин в Мексику лишь один корабль в году. Для такого рейса был необходим очень вместительный и хорошо вооруженный корабль - скоростью и маневренностью при этом пришлось пожертвовать. Галионы практически не могли передвигаться при противном ветре.





	                                                                       Часть материалов была взята с сайта: http://seadragons.narod.ru/index.html

	Работу оформили Борискин А. и Максимов В.©

	10 А класс, средней школы №13

	20.02.09