Трагедия личности, семьи, народа в поэме Ахматовой Реквием 2

Трагедия личности, семьи, народа в поэме Ахматовой Реквием 2

Трагедия личности, семьи, народа в поэме Ахматовой Реквием

Анне Андреевне Ахматовой суждено было прожить долгую жизнь, исполненную такого же трагизма, как и ее время. Ей пришлось пережить две мировые войны, революции, сталинские репрессии. Про Ахматову можно сказать, что она была свидетелем величайшей народной трагедии, но она никогда не была сторонним наблюдателем: трагедия народа воспринималась ею как личная трагедия. Это и обусловило особенности поздней поэзии Ахматовой. В литературу А. Ахматова вошла как поэт интимно-психологической лирики, поражая способностью не просто говорить о самом сокровенном, но и давая возможность читателю переживать вместе с нею все чувства. Поздняя поэзия сохраняет эти черты, но наполняется новым смыслом, осознанием неразрывной связи поэта с судьбой народа, ответственности перед историей, культурой за все, что происходит в стране. Эти черты зрелой поэзии Ахматовой проявились в поэме «Реквием».

Жанр поэмы можно определить как лиро-эпический, потому что в ней личная трагедия осознается как трагедия все народная, а всенародная — как личная. Части поэмы были написаны в течение 1935–1940 годов под впечатлением страшных событий личной жизни: ареста мужа, потом сына. Но очевидно, что как целостное произведение поэма сложилась значительно позже. Об этом свидетельствует и эпитет, датированный 1961 годом:

Нет, и не под чуждым небосводом,

И не под защитой чуждых крыл, —

Я была тогда с моим народом,

Там, где мой народ, к несчастью, был.

Этот эпиграф раскрывает глубокое осознание поэтом своей неразрывной связи с судьбой народа, когда личное отступило перед трагедией истории. Название поэмы «Реквием. 1935–1940» воспринимается не как траурная мелодия в память близких людей, а как реквием по всем тем страшным годам истории. Не случайно часть поэмы «Вместо предисловия» датирована апрелем 1957 года: именно с этого времени началась так называемая «оттепель» — отказ руководства страны от крайних проявлений тоталитаризма. На вопрос одной из женщин в очереди возле тюрьмы, может ли поэт описать все это, звучит ответ: «Могу». Читатель воспринимает этот ответ в контексте всей предыдущей информации: теперь, после 1957 года, можно рассказать не только о себе, но и о народе, который выстрадал, выстоял в эти страшные годы и победил. Части поэмы «Посвящение» и «Вступление» не только создают эмоциональное настроение для восприятия поэмы — они отражают картину всенародного страдания. Поэт избегает местоимения «я», употребляя вместо него — «мы»:

Звезды смерти стали над нами,

И безвинная корчилась Русь

Под кровавыми сапогами

И под шинами черных «марусь».

Далее от первой до десятой главы перед читателем открывается трагедия Человека, Женщины, Матери, которую Ахматова раскрывает через свою собственную, личную. Многообразие поражающих деталей, оттенков чувства потери близких заставляет читателя переживать вместе с героиней эти страшные события. Стихи эти писались в 1935–1940 годы, и, возможно, именно они помогли поэту выстоять, давали надежду.

В последней, десятой, главе возникает образ Богоматери, образ вечного материнского страдания. Этот образ появляется не случайно, он подготовлен всем ходом событий, а тема безвинно уничтоженных, «распятых» проходит красной нитью через всю поэму: «На губах твоих холод иконки», «И звон кадильный, и следы куда-то в никуда», «О твоем кресте высоком и о смерти говорят». Образ Богоматери, эпиграф к последней части имеют не только обобщающие значения. Они наполняют поэму новым смыслом. Эпиграф «Не рыдай мне, Мати, во гробе зрящи» помогает понять, что осужденные в лагерях и тюрьмах были носителями «новой веры», веры в добро и справедливость, любовь и человечность. Их потеря — страшная трагедия, но, как и смерть Христа, она должна пробудить совесть, ибо зло нужно и можно побеждать. Ахматова верит в это, иначе не смогли бы появиться строки эпилога:

А если когда-нибудь в этой стране Воздвигнуть задумают памятник мне…

Ее пятнадцать лет не печатали, она пережила арест сына, могла сломаться, но не только не сломалась, но и вопреки собственной судьбе верила в победу добра, торжество справедливости. Жизнь А. Ахматовой — пример великого мужества поэта, на долю которого выпали страшные времена. Поэма «Реквием» — ярчайший пример этому. Всю свою жизнь Ахматова ощущала себя поэтом, призванным рассказать потомкам о трагической судьбе своего народа Свой поэтический долг А. Ахматова выполнила.