Лирический герой А. А. Блока

Лирический герой А. А. Блока

А под маской было звездно...

А. А. Блок 

В конце XIX — начале XX века в русской литературе появляется направление, получившее название “символизм”. Теоретик символизма В. Соловьев так сформулировал его основные принципы. Во-первых, принцип Вечной Женственности. Среди символистов присутствовало ожидание новой Богоматери, которая являлась синтезом Марии, матери Христа, и обычной, скромной девушки. Вторым утверждением было то, что “земная жизнь несовершенна”, из чего проистекало вечное подсознательное стремление к Небесному, ирреальному. Напрямую связано с ним и следующее утверждение символистов: в реальности подавлена любовь, а Вечная Женственность есть олицетворение любви.

А. Блок очень многое из теории В. Соловьева использовал и сделал основой своего творчества. Однако также многое было переосмыслено поэтом. Вот почему лирический герой Блока не столько типичный герой символизма, сколько синтез его с личностью самого Блока. Если рассматривать этого героя в общем, не разделяя его образ на различные сборники поэта, можно с легкостью определить черты, которые не изменяются на протяжении всего блоковского творчества. Лирический герой интеллигентен, чист душой, ему противны пошлость и обыденность реальности: “Я не люблю пустого словаря любовных слов...”; его понимание земного несовершенства и вера (а он верит) поднимают его на высокий уровень нравственного и духовного развития — это от самого Блока. Естественно, что, обладая всеми вышеперечисленными качествами, герой автора ярко выделяется из толпы, понимает всю правду об окружающем мире и замечает то, чего не видят другие. Лирический герой Блока — во многом сам Блок. Но обладающий возможностью после пережитой трагедии, а зачастую и духовной смерти вновь возродиться для того, чтобы “безумно жить”.

“Жизнь” лирического героя напрямую связана с жизнью самого поэта, и сам он (лирический герой) с каждым новым сборником автора становится все более и более трагичным и сложным образом.

В первом сборнике А. Блока “Стихи о Прекрасной Даме” наиболее ярко проявляется единство романтического и реалистического и свойственная поэту бивалентность образа. Герой Блока — романтик, любящий, но не всегда страдающий. Счастье для него в существовании идеала Прекрасной Дамы, а не в реализации любви к нему. Понятие счастливой любви переосмысливается Блоком: быть счастливым не значит быть рядом с любимой: земное чувство — ниже и упрощеннее идеала и самого героя.

Если бы злое несли облака, Сердце мое не дрожало бы...

Скрипнула дверь. Задрожала рука.

Слезы. И песни. И жалобы.

Вот где реализация счастья и душевного напряжения. Самореализация не в “Ты мой”, “твоя”, “люблю”, “Навеки твой”, а в “предчувствии” тебя.

В следующем сборнике “Распутья” мировосприятие лирического героя выходит за рамки интимного. Поэта интересует жизнь в рамках реальности, то, что происходит вокруг, то, неотъемлемой частью чего он стал. Невозможно понять его роль в окружающем “хаосе песен воды и хрипящих звуков”. То ли он “мальчик больной, играющий в жмурки с Вечностью”, то ли плачущий черный человек, “гасящий фонарики, карабкаясь на лестницу”.

В следующем сборнике “Город” кажется, что, несмотря на любовь поэта к городу, его лирический герой смертельно устал от “зловонного кадила городской гари”.

В этот город торговли Небеса не сойдут, — делает вывод герой. А значит, этот город не для него.

“Снежная маска” Блока делится на два цикла: “Снега” и “Маски”. От одного цикла до другого с героем происходит душевная эволюция, и в “Масках” лирический герой Блока впервые переживает духовную смерть. В “Снегах” он “непокорен и свободен”; он опускается до земной любви, совершая трагическую ошибку: И как, глядясь в живые струи, Не увидать себя в венце? Твои не вспомнить поцелуи На запрокинутом лице? Только потом герой понимает свою ошибку: Я не открою тебе дверей.

Нет.

Никогда.

Слишком поздно. Для него потерян чистый, высокий идеал, и в “Масках” “тайно сердце просит гибели”.

“Все чаще я по городу брожу. / Все чаще вижу смерть — и улыбаюсь”. “Вольные мысли” как нельзя лучше передают душевную усталость поэта. “Моя душа проста”. После переживаний, страданий и тоски лирический герой перерождается и начинает все сначала.

“Страшный мир” — новая грань в мировоззрении поэта. Страшный мир — это реальность, которая вытеснила из атмосферы, окружающей героя, все романтическое и возвышенное. Страшный мир — это нелюбовь, не только окружающая его, но и “вытравившая” его душу, которая “на последний путь вступая / Безумно плачет о прошлых снах”. Опустошение и усталость рождают страсть. Ищущий выхода герой стоит перед дилеммой: “Притворяться непогибшим / И об игре трагической страстей / Повествовать еще не жившим” или отдаться “роковой отраде горькой, как полынь, страсти”. Не будучи в силах сделать выбор, “унижаемый и злой”, герой делает страшный для мира, для Вселенной вывод: Живи еще хоть четверть века — Все будет так. Исхода нет...

Умрешь — начнешь опять сначала, И повторится все, как встарь.

“Я сегодня не помню, что было вчера”, — пишет Блок в следующем своем сборнике “Возмездие”. Но начинать жизнь сначала можно лишь с радостным чувством, он же “смертельно болен” оттого, что его “земное сердце уставало / Так много лет, так много дней...”.

К жизни лирического героя возрождает его “небесное” сердце. “О, я хочу безумно жить!” — пишет он в “Ямбах”. Вернувшись к жизни, Блок возвращается к страсти в сборнике “Кармен”. Для героя “бушует снежная весна”. Но здесь уже намечается проблема, которая позднее будет раскрыта в поэме “Соловьиный сад”: Здесь — страшная печать отверженности женской, За прелесть дивную — постичь ее нет сил.

Там — дикий сплав миров, где часть души вселенской Рыдает, исходя гармонией светил.

В этой поэме Блок осмысливает проблему счастья: чему посвятить свою жизнь: гражданскому или семейному счастью? Вывод? “Заглушить рокотание моря / Соловьиная песнь не вольна!” Блок находит оптимальный выход: он объединяет интимную и патриотическую любовь в одном цикле “Родина”. В письме к Станиславскому Блок пишет: “Этой теме я сознательно и бесповоротно посвящаю жизнь”.

Слияние темы Родины с темой любви находит свое выражение в отождествлении Руси с образом женщины-крестьянки и возлюбленной лирического героя. Его образ в произведении не однозначен и представляет собой синтез древнего воина и лирического героя, чья жизнь переосмысливается во всех циклах и стихотворениях сборника поэта.

В каждом стихотворении его образ изменяется под влиянием жизненного опыта А. Блока. В последнем этапе творчества поэта его лирический герой — не герой Символизма, а, скорее, собрание всего пережитого и перечувствованного Блоком.