Внешняя политика Николая I 3

Содержание:

	Введение……………………………………………………………………1

	Глава 1: ближневосточные конфликты первой половины царствования Николая I……………………………………………………………………4

	1.1	Война с Персией 1826-1827 гг…………………………………………4

	1.2	 Война с Турцией 1828 - 1829 гг……………………………………….5

	Глава 2: политика  Николая I  по  отношению  с европейскими     странами…………………………………………………………………...12

	1.3	Взаимоотношения с европейскими странами, восстание в Польше 1830 г…………………………………………………………………..12

	1.4	 Венгерский поход 1849 г……………………………………………..15

4. Глава 3: ближневосточные конфликты второй половины царствования Николая I...........................................................................................................18

4.1 Крымская (Восточная) война 1853 - 1856 гг......................................18

5. Заключение………………………………………………………………..26

6. Список использованной литературы………………………………….30

























Введение

Во все времена и для каждого государства главным направлением внешней политики являлось расширение и укрепление государственных границ. Даже в наше мирное время, когда, казалось бы, весь мир уж поделен, возникают вооруженные конфликты. На XVIII-XIX столетия, на мой взгляд, приходится пик войн, достигших своего апогея в Мировых войны XX века. К концу этой эпохи всемирного просвещения и промышленного переворота для развитых стран практически сформировалась та политическая карта мира, которую мы привыкли видеть сейчас. Практически каждое европейское государство хотело увеличить размеры своих территорий, нападая на своих более слабых соседей. Войны были не особо продолжительными, но их было огромное количество. Периодически они затухали: союзники становились врагами, а враги - друзьями, заключались все новые и новые мирные договоры. Но всегда  находились спорные вопросы и войны вспыхивали с новой силой. 

Для России издавна наиболее острыми были взаимоотношения с востоком и западом. Не было, пожалуй, ни одного правителя в нашей стране, который не вел войны на востоке: с Персией, Турцией, Ираном, а на западе: с Германией, Швецией, Австро-Венгрией. Во время правления Николая I ближневосточный вопрос стал основным. Из небольшого родника, с которого постоянно сочилась кровь воинов, он стал огромным кровавым фонтаном. 

В историю Николай I вошел как жесткий император, беспощадно подавлявший конфликты вооруженной силой как внутри страны, так и за ее пределами. Даже его восшествие на престол сопровождалось восстанием. В этот день 14 декабря 1825 года, когда был обнародован манифест о восшествии на престол императора Николая I Павловича, на Сенатской площади вспыхнуло восстание Декабристов. Заговорщики ввели в заблуждение солдат, чтобы путем открытого мятежа совершить государственный переворот. Мятеж в столице был резко подавлен. И руководители его были арестованы, пятеро из которых – предводители восстания были казнены. Это движение наложило глубокий отпечаток на все царствование императора Николая I. 

Время правления Николая I является одним из наиболее интересных периодом Российской истории. Под  влиянием восстания Декабристов, а также большого количества революций в Европе. Николай I попытался создать в России жесткое полицейское государство. Внутри страны всячески пресекались всякие попытки инакомыслия, была жесточайшая цензура. Но не все было так хорошо, как хотелось Николаю. Огромный бюрократический аппарат был тяжкой ношей государства, процветало взятничество и коррупция. Большинство чиновников были выходцами с Екатерининских времен, привыкшим к тому, что у них была сосредоточена вся власть, и это приводило зачастую к их некомпетентности  и неграмотности. По размерам бедствия можно судить хотя бы по произведениям классиков, например Н.В. Гоголя и его “Ревизору”. 

Даже в деле военном, которым император занимался с таким страстным увлечением, преобладала та же забота о порядке, о дисциплине, гонялись не за существенным благоустройством войска, не за приспособлением его к боевому назначению, а за внешней только стройностью, за блестящим видом на парадах, педантичным соблюдением бесчисленных мелочных формальностей, притупляющих человеческий рассудок и убивающих истинный воинский дух.

Вот классическая по законченности мысли и отчетливости ее выражения речь президента Военной академии Ивана Онуфриевича Сухозанета, произнесенная им 14 ноября 1846 г. на экстренном собрании всех учащихся в академии офицеров и всего профессорского и административного состава: “Я, господа, собрал вас, чтобы говорить с вами о самом неприятном случае. Я замечаю, в вас нисколько нет военной дисциплины. Наука в военном деле не более, как пуговица к мундиру; мундир без пуговицы нельзя надеть, но пуговица не составляет всего мундира”. Сухозанет всеми мерами старался отвратить офицеров академии от ошибочной мысли, будто наука военному человеку на что-либо нужна, и в приказе его по Военной академии от 14 февраля 1847 г. мы читаем: “Не лишним считаю здесь повторить еще то, что я говорил уже несколько раз при сборе офицеров в Академии, без науки побеждать возможно, но без дисциплины — никогда”.

Солдата истязали, учили совсем ненужным и нелепым приемам и готовили к парадам и смотрам, а не к войне. А кроме того, армию систематически обворовывали, и это обстоятельство стояло в теснейшей связи с общим для всех ведомств в России неслыханным разгулом хищничества, принимавшего постепенно совсем уж сказочные размеры. Еще Александру I упорно приписывали афоризм, сказанный им, как утверждали, в конце его жизни об окружавших его сановниках, и эти слова особенно часто повторялись в западноевропейской памфлетной литературе именно в 1854–1855 гг., во время Крымской войны: “Они украли бы мои военные линейные суда, если бы знали, куда их спрятать, и они бы похитили у меня зубы во время моего сна, если бы они могли вытащить их у меня изо рта, не разбудив меня при этом” 

Ведь дело доходило до появления эпидемий голодного тифа, истреблявших полки, что было вызвано исключительно безудержным грабежом. Ни в одной абсолютистской державе в Европе того времени все-таки подобных явлений в таких фантастических размерах не было: нигде не было такой безысходно тяжелой обстановки солдатской службы, как в России.

Примером может быть высказывание правдивого современника о русской армии, стоявшей в 1854–1855 гг. в Эстляндии и не бывшей в соприкосновении с неприятелем, о том, что “большие опустошения производил объявившийся среди солдат голодный тиф, так как командующий состав  воровал и оставлял рядовых на голодную смерть

Вот такая армия должна была защищать границы государства: нищая. голодна, истерзанная ненужными парадами, с плохим командованием. Все это в итоге и вылилось в серьезные проблемные воины XIX века. Огромное количество погибших на Кавказе, а результата практически нет. Никогда русская армия не выглядела так беспомощно. К середине века, когда на вооружении армий Англии и Франции появилось современное оружие, русский солдат зачастую шел врукопашную. 

Николаевскую Россию недаром называли Жандармом Европы. Чуть где “запахло революцией” тут же проявлялась жесткая реакция со стороны России. Военные конфликты, в которые вмешивалась или провоцировала Россия, отнимали много средств из казны, а результатов не приносили. Такая политика Николая I во многом определила несостоятельность и отсталость Российской Империи на многие годы вперед.



Глава 1: ближневосточные конфликты первой половины царствования Николая I



1. Война с Персией 1826-1827 гг.

Гюлистанский мир 1813 г. не означал окончания вражды между Персией и Россией. Персы не могли смириться с потерей вассальных азербайджанских ханств, и пограничные инциденты происходили достаточно часто. Весной 1826 г. в Персии верх взяла воинственная партия престолонаследника Аббаса-мирзы. Российский посланник в Тегеране кн. Меньшиков был арестован, и 16 июля персидские войска перешли пограничную реку Аракс. Силы вновь, как и в 1804 г. были вопиюще неравны. На 40.000 персов приходилось лишь чуть не более 10.000 человек русской армии и грузинского ополчения. Вновь, как и прежде персов остановил маленький стойкий отряд - на этот раз Шуша (Карабах), где 2.000 егерей под командованием полковника Реута на 47 дней сковали значительные силы врага. Тем временем только что прибывший на Кавказ Паскевич концентрировал все свои войска под Елисаветполем (Гянджой). 13 сентября под Елисаветполем 10.000 русских атаковали 35.000 персов и наголову разгромили их. Это сражение решило исход кампании. Вскоре была деблокирована Шуша, а уже к октябрю вся русская территория была очищена от персов. Боевые действия были перенесены в персидские пределы - в Армению.

1 октября после недельной осады была взята крупная персидская крепость Эривань (Ереван). За этот успех Паскевич был пожалован графом Эриванским. После этой победы организованное сопротивление персов было сломлено. В октябре 1827 г. была захвачена вся ее северо-западная часть. 14 октября был взят Тавриз (Тебриз) и через неделю Персия запросила мира. 

Мирные переговоры продолжались около четырех месяцев и лишь 13 февраля 1828 г. ровно в полночь, в момент, признанный персидским астрологом самым благоприятным для прочности договора, в Туркманчае (Карабах) был заключен мир, по которому Персия уступала России Эриванское и Нахичеванское ханства и выплачивала крупную контрибуцию (миллион рублей из которой был передан императором Паскевичу в ознаменование его заслуг). С тех пор Россия и Персия больше не воевали.

Паскевич настаивал на использовании персидской неурядицы - борьбы за шахский престол многочисленных претендентов для расчленения Персии. Он предлагал включить часть персидских владений (север страны с Тегераном) в число российских владений, а из остальных образовать по принципу “divide et impera” ряд вассальных государств и выйти, таким образом, к Персидскому заливу. Однако верный идеям Священного союза Николай I благородно отказался от идеи воспользоваться затруднительным положением законного шаха Персии.



2. Война с Турцией 1828 - 1829 гг.

Во внешней политике Николаю пришлось принять весьма важные решения впервые же месяцы своего царствования по греческому вопросу. 

В 1827 г., после 6 лет геройской неравной борьбы, Греция не могла уже больше сопротивляться. Турки овладели Афинами и творили неслыханные жестокости, затопляя кровью всю страну. В конце июня правительства России, Англии и Франции, выработавшие совместную линию поведения в греческом вопросе, поставили Турции ультиматум: немедленно прекратить все зверства и предоставить Греции автономию. Однако это требование, подобно многим предыдущим, было оставлено без ответа.

Борьба турок с греками, возмущавшая общественное мнение христианского мира и затрагивавшая существенные торговые интересы Англии и Франции, побудила английское правительство, душой которого был в то время известный Каннинг, предложить России совместное давление на Турцию. Подобное вмешательство, направленное против державных прав султана, противоречило традициям священного союза, главным представителем которого служил Меттерних. Николай, однако, принял предложение, и 23 марта 1826 года в Петербурге был подписан представителями России и Англии протокол, определявший условия умиротворения греков, которые Англия и Россия совместно обязывались предложить султану. Независимо от этого Николай потребовал особым ультиматумом точного выполнения Портой обязательств, принятых перед Россией относительно Молдавии, Валахии и Сербии. Порта пошла на уступки и Аккерманской конвенцией 25 сентября 1826 года обязалась восстановить силу прежних договоров с Россией. Между Россией, Англией и Францией был заключен в Лондоне трактат 24 июня 1827 г., на основании которого сделаны были совместные представления султану и к берегам Греции отправлен соединенный флот русских, французских и английских судов, под общим начальством английского адмирала Кодрингтона. 

Соединенный турецко-египетский флот с азиатскими и африканскими войсками вошел в Наваринскую бухту и готовился нанести последний удар ослабевшей Греции. Адмиралы союзного флота (русский - граф Гейден, английский - Кодрингтон и французский - де Риньи) потребовали от турок немедленного прекращения военных действий. Однако и этот ультиматум не был выполнен турками. Тогда союзный флот атаковал неприятеля и совершенно истребил его (из всего турецкого флота спасся только один корабль) в Наваринской бухте 8 октября 1827 г. После Наварина подстрекаемая Австрией Турция расторгла Аккерманскую конвенцию, и в декабре султан Махмуд IV провозгласил священную войну (джихад) против ненавистной России. 

Как раз перед этим была благополучно закончена начавшаяся в 1826 г. война с Персией. Персы, воспользовавшись малочисленностью русских войск в Закавказье, вторглись в русские владения и заняли Ленкорань и Карабач. Главнокомандующий кавказским корпусом, А.П. Ермолов, потребовал подкреплений. Николай, подозревавший Ермолова в связях с декабристами, отправил на Кавказ своего доверенного генерала Паскевича, которому вскоре было передано командование войсками. Паскевичу удалось разбить персов, занять Эривань, Тавриз и Арбедил и приблизиться к Тегерану. В Туркманчае был заключен мирный договор, по которому Персия уступила России ханства Эриванское и Нахичеванское и часть Каспийского побережья до реки Астары, предоставила России ряд торговых преимуществ, право иметь своих консулов, исключительное право держать военный флот на Каспийском море и уплатить контрибуцию в 20 млн. руб.

Император Николай I предложил совместное участие в этой войне Англии и Франции. Однако англичане уклонились вовсе, а французы прислали ограниченный экспедиционный корпус для действий на островах. Основная тяжесть войны легла на Россию. 

14 апреля 1828 г. Николай объявил Турции войну, подтвердив отсутствие со стороны России всяких завоевательных планов. Главнокомандующим армией назначен был старый князь Витгенштейн, но Николай и сам отправился в армию, сопровождаемый начальником главного штаба Дибичем.

Принятый русским командованием план предполагал традиционное разделение сил на Дунайский (под командованием фельдмаршала князя Витгенштейна) и Кавказский (под командованием кн. Паскевича-Эриванского) сухопутные театры, а также использование сил Черноморского флота (командующий - вице-адмирал А.С. Грейг) и Балтийской эскадры в Средиземном море (командующий - вице-адмирал граф Л.П. Гейден) для морской блокады Турции.

Для похода на Дунай было собрано около 100.000 солдат при почти 400 орудиях. Главнокомандующим был назначен престарелый ветеран Отечественной войны фельдмаршал князь П.Х. Витгенштейн, а начальником штаба - генерал П.Д. Киселев (будущий министр государственных имуществ). Предположено было форсировать Дунай и через Балканы продвигаться к Константинополю. Несомненным просчетом, объясняющимся влиянием идей Священного союза, был отказ от идеи поднять балканских христиан на борьбу против их “законного монарха”.

Кампания 1828 г. окончилась для русских войск крайне неудовлетворительно. Фактически она свелась к форсированию Дуная и одновременной блокаде трех турецких крепостей (Шумлы, Силистрии и Варны) из которых только одна была при помощи флота доведена до конца (Варна), тогда как две другие закончились едва ли не катастрофой для русской армии. Лучше обстояли дела на Кавказском театре, где морская пехота при поддержке корабельной артиллерии в июле 1828 г. захватили важную турецкую крепость Анапа, а закаленные в боях с горцами и персами кавказские войска во главе с Паскевичем взяли Ахалцых (Ахалцихе), Ахалкалак (Ахалкалаки), Ардаган, Поти, Баязет и полностью перехватил инициативу. 

По возвращении императора Николая в Петербург один из заслуженных генералов Александровского времени, И. В. Васильчиков, представил Николаю записку, в которой подверг сильной критике весь ход военных действий и прямо указал на вредные стороны вмешательства Государя в распоряжения главнокомандующего. По обсуждению этой записки в особом совете, в феврале 1829 г. главнокомандующим вместо Витгенштена был назначен Дибич, с предоставлением ему полной свободы действий.

Он решил, прежде всего, покончить с турецкими крепостями севернее Балкан и затем перейти горы и двигаться на Константинополь. К июню была взята Силистрия и вновь блокирована Шумла. Дибичу удалось обмануть визиря, уверив его в том, что он собирается всеми силами штурмовать эту крепость. Турки стянули под Шумлу все свои силы, открыв проходы через Балканы, на что и рассчитывал Дибич. Не дожидаясь падения Шумлы, он в начале июля начал Забалканский поход. Русским удалось перевалить через Баканы у черноморского побережья, однако зной и плохая вода вызвали вспышку заболеваний. Русская армия стала быстро таять. К августу у Дибича оставалось в строю не более 25.000 человек, но, видя полную деморализованность, турок он решил двигаться к Адрианополю. За 6 дней русская армия совершила под палящим солнцем 120-км марш, потеряв еще 5000 человек от солнечных ударов и болезней. 7 августа совершенно неожиданно для турок русские войска появились перед Адрианополем. На следующий день, потрясенный гарнизон этой мощной крепости сдался без боя. 



На Кавказе кампания 1829 г. началась при крайне неблагоприятных обстоятельствах. Активизировались турецкие войска, волновалось мусульманское население занятых областей, вновь обострились отношения с Персией (в Тегеране была разгромлена русская дипломатическая миссия и растерзан толпой Грибоедов) и лишь недвусмысленная угроза Паскевича Аббас-мирзе поголовно истребить всю его династию в случае вмешательства Персии в войну заставила последнего отказаться от мечты о реванше. Только весной удалось вновь восстановить положение, а 27 июня - в стодвадцатую годовщину Полтавы, взять крупнейшую турецкую крепость в этом районе - Эрзерум, после чего кавказская армия турок практически перестала существовать.



На Балканах русская армия стояла в двух дневных переходах от Константинополя, и у турок уже не было ни сил, ни воли, чтобы его защищать. Султан умолял о пощаде на любых условиях. Казалось еще немного и сбудется мечта Екатерины - Константинополь станет русским. Однако Николай I не решился воспользоваться своим исключительно выгодным положением. Он боялся воспользоваться в полной мере плодами безоговорочной победы, т.к. считал, что захват Константинополя вызовет крах Турции и в неизбежно последующей за этим войне с участием великих держав Россия не сможет удержать завоеванное. Это опасения сделали свое дело - к султану были направлены представители с очень умеренными предложениями. 2 сентября 1829 г. был подписан Адрианопольский мирный договор. По его условиям границей России и Турции оставлен был Прут, но южная часть этой границы проведена была по правому берегу самого южного дунайского гирла (Георгиевского), так что все устье Дуная вошло в состав русской территории. На Кавказе Россия получила Черноморское побережье от Кубани до пристани святого Николая к югу от Поти и Ахалцыхский пашалык. Проливы (Дарданельский и Константинопольский) объявлены свободными для прохода купеческих судов как русских, так и других наций. Молдавия и Валахия получили ряд новых привилегий, и Россия приобретала над обоими княжествами протекторат. Автономия Сербии была подтверждена. Турция должна была выплатить контрибуцию в 11 1/2 млн. дукатов и до выплаты ее княжества оставались под русским управлением. Относительно Греции, Турция приняла все постановления лондонского договора 24 июня 1827 г., в котором приняли участие Австрия и Пруссия.

Эта война стоила России чрезвычайно дорого. Из войск, перешедших русскую границу в 1828 г., на родину вернулось лишь менее четвери. Свидетель окончания войны, переживший тяжелейшие дни наполеоновских войн, писал, что никогда они не видел в армии большего  уныния, чем в дни после заключения Адрианопольского мира, в двух шагах от Царьграда.

Европейские державы ревностно отнеслись к итогам Адриано-польского мира. Их усиленная дипломатическая борьба против России во время восточного кризиса 20-х годов XIX века фактически была проиграна. Преобладание России в турецких делах, создавшееся очень быстро, произвело тревогу среди европейских правительств и придало острый характер "восточному вопросу". Под общим именем "восточного вопроса" тогда стали разуметь все вопросы, какие только возникали в связи с распадением Турции и с преобладанием России на Балканском полуострове. Европейские державы не могли быть довольны политикой императора Николая, который считал себя одного покровителем балканских славян и греков. 

В 1833 г. Россия вмешалась в турецкие дела. Против султана восстал его могущественный вассал - хедив (правитель) Египта Магомет Али. Война с ним грозила распадом слабой Османской империи. Россия отправила на Босфор Черноморский флот с десантом (2 полка). Узнав о том, что на стороне султана будут сражаться русские, султан тут же изъявил покорность. Таким образом, Турция была спасена, как тогда говорили, “одним блеском русских штыков”. С ней был заключен выгодный Ункиар-Искелессийский договор, по которому Турция обещала не допускать в Черное море флоты враждебных России держав, обезопасив, таким образом, все южное побережье империи. Россия и Турция становились союзниками. Это был крупный успех русской дипломатии, давший России без кровопролития значительные выгоды. Однако вскоре все они были упущены. Великобритания еще в начале XIX в. поставила одним из приоритетов своей внешней политики вытеснение России с Балкан и Ближнего Востока. По ее инициативе и при содействии остальных стран Европы в Лондоне в 1840 г. была созвана международная конференция, на которой Россию заставили аннулировать Ункиар-Искелессийский договор.

В результате русско-турецкой и русско-иранской войн конца 20-х годов XIX века в состав Российской империи окончательно было включено Закавказье: Грузия, Восточная Армения, Северный Азербайджан. С этого времени Закавказье стало неотъемлемой частью Российской империи.



Глава 2: политика Николая I по отношению с европейскими странами



1. Взаимоотношения с европейскими странами, восстание в Польше 1830 г.

Николай был сильно поражен июльской революцией 1830 г. и поведением Людовика-Филиппа, который навсегда остался в его глазах узурпатором чужого трона. Сначала Николай думал о коалиции европейских держав, которая восстановила бы законный порядок во Франции, но затем он вынужден был признать новую династию, когда ее признали все остальные державы. Еще ближе к сердцу Николай принял бельгийскую революцию, задевшую интересы его родной сестры Анны Павловны, бывшей замужем за нидерландским наследным принцем. При получении известия об отложении Бельгии от Нидерландов Николай привел на военное положение значительную часть своей армии, несмотря на возражения министра финансов Канкрина и великого князя Константина Павловича. Армии этой не пришлось, однако, выступать в поход к берегам Рейна, так как 17 ноября 1830 г. вспыхнуло восстание в Варшаве, разросшееся, вследствие нерешительности великого князя Константина Павловича и затем фельдмаршала Дибича, в длительную 9-месячную войну, окончить которую пришлось уже вытребованному с Кавказа Паскевичу. Временное польское правительство пыталось сначала вести с Николаем переговоры, причем выставило требование присоединения к Царству Польскому остальных частей прежнего польского государства, присоединенных к России при первых трех его разделах. Когда Николай отказался вести переговоры и предложил восставшим добровольно положить оружие к назначенному им сроку, обещая за это амнистию, то сейм, собранный в Варшаве, объявил династию Романовых лишенной польского престола. По усмирении восстания, Николай считал, вопреки возражениям английского и французского правительств, действие конституции 1815 г. прекратившимся и заменил ее "органическим статутом" 1832 г., по которому Царство Польское присоединялось к России, как завоеванная провинция, но сохраняло некоторую административную автономию и местные учреждения, отличные от существовавших в империи. Этот статут не получил действия, ввиду открытого в 1832 г. заговора Заливского; в Царстве Польском введено было военное положение, и Паскевич, сделанный наместником края, облечен был диктаторской властью. В порыве негодования на поляков Николай думал одно время даже произвести новый раздел польских земель, отдав северную часть Польши, по Вислу и Западный Буг, Пруссии, а южную - Австрии, за что он хотел получить от Пруссии лишь крепость Торн и город Мемель с устьем Немана, а от Австрии Тарнопольскую область, принадлежавшую России в 1809 - 1815 годы. План этот не получил осуществления; но переговоры между Россией, Австрией и Пруссией о дальнейшей судьбе польских земель закончились лишь в 1835 г., причем секретной статьей договора, подписанного 2 октября 1835 г. в Берлине, решено было присоединить область вольного города Кракова к Австрии. После событий в 1830 - 1831 годов в уме Николая созрело твердое решение признать основной задачей своей внешней политики борьбу с революционными стремлениями и для этого восстановить разрушенный в 1826 г. священный союз. Главным очагом революционных идей являлась, в глазах Николая, Франция. Враждебное отношение к Франции и охлаждение к сблизившейся с ней Англии обусловливалось и новым оборотом дел на Востоке. 

	После свидания Николая с прусским королем Фридрихом-Вильгельмом III в Шведте (24 - 28 августа 1833 г.) и с австрийским императором Францем в Мюнхенгреце (29 августа - 8 сентября 1833 г.), между Россией, Австрией и Пруссией заключен был ряд конвенций, закончившихся общим договором в Берлине (3 октября 1833 г.), по которому каждая из трех договорившихся держав могла требовать помощи у двух других, как в случае внутренней смуты, так и в случае внешней опасности. Вместе с тем они взаимно гарантировали друг другу сохранение в Европе существующего порядка. Австрия взяла на себя охрану безопасности и status-quo в Италии, Швейцарии, Испании и Португалии, Пруссия - охрану северной Германии и Голландии; Австрия и Пруссия совместно взялись следить за сохранением спокойствия в остальных германских государствах, Россия принимала на себя надзор за польскими землями, Венгрией и Балканским полуостровом. В союзе этом Николаю, несомненно, принадлежала первенствующая роль.

После усмирения польского восстания в 1831 г. и до венгерского похода 1849 г. Россия не вела крупной войны, но в течение всего этого времени продолжалась с переменным успехом затяжная "малая" война на Кавказе. Целью этой войны являлось покорение и замирение кавказских горных племен, занимавших несколько оазисов в восточной и западной частях кавказского горного хребта и по берегу Черного моря и упорно отстаивавших свою независимость. Большие неудачи русскому оружию пришлось испытать в 1843 г. После 1845 г., при наместнике князе М.С. Воронцове дела наши значительно поправились: но в 1853 - 54 годы во время русско-турецкой войны Шамиль вновь перешел в наступление, и окончательное покорение Кавказа совершилось уже в следующее царствование. Во внешней политике новые осложнения произошли в конце 30-х годов в связи с новым восстанием Мегемед-Али против султана. Англии и Франции удалось предупредить единоличное вмешательство Николая и привлечь к совместному обсуждению вопроса Австрию и Пруссию. Вопреки намерениям Николая решено было сделать Порте коллективное представление от имени пяти держав. Вынужденный примириться тогда с этим положением, Николай решил попытаться разъединить Англию и Францию, и добиться, таким образом, изолирования Людовика-Филиппа. Это ему удалось благодаря тому, что Франция поддерживала интересы Мегемед-Али, а Англия старалась гарантировать существование и целость империи султана. В 1840 г. четыре державы без ведома Франции подписали конвенцию с Турцией, по которой обязались сообща заставить Мегемед-Али примириться с султаном на предложенных ему условиях. В отмену ункиар-скелессийского договора было установлено, что проливы должны быть закрыты для военных судов всех наций, за исключением легких посольских судов, которые будут пропускаться каждый раз особыми фирманами султана. Опасность европейской войны была устранена лишь уступчивостью Людовика-Филиппа. В 1841 г. в Лондоне состоялась новая конвенция о проливах, подтвердившая постановление предыдущей и подписанная представителями всех великих держав, включая и Францию. Пальмерстон не без основания считал заключение этих конвенций крупной победой над дипломатией Николая. Столь же неудачно сложились, вследствие упорного стремления императора Николая всюду отстаивать принципы легитимизма, отношения России к Греции, Молдавии, Валахии и Сербии; население всех этих стран, освобожденных при содействии России, оказалось, в конце концов, сильно против нее восстановленным. Большое недовольство в императоре Николае вызывала непоследовательная и неуравновешенная политика нового прусского короля, Фридриха-Вильгельма IV, который не только вступил на путь уступок народным требованиям, но и сам обнаруживал стремление к объединению северной Германии под главенством Пруссии.



2. Венгерский поход 1849 г.

В Австрии назревали столкновения национальных течений, в Венгрии, развивалось стремление к национальному объединению в итальянских владениях; беспокойным было настроение в Галиции и в Краковской республике. Австрийское правительство справилось с галицийским восстанием, натравив на восставших поляков угнетенное крестьянское население; Краков, несмотря на возражения западных держав, был присоединен к Австрии. Когда в конце 1847 г. Австрии стала грозить серьезная опасность со стороны сардинского короля Карла-Альберта, опиравшегося на поддержку Англии, Николай оказал Австрии поддержку материальную, в виде денежной субсидии в 6 миллионов рублей, и нравственную, в виде весьма решительной ноты по адресу английского правительства. Когда получены были известия о Февральской революции во Франции, Николай тотчас же попытался создать коалиционный оплот против распространения революционного движения; но прежде, чем его предложения дошли до Берлина и Вены, там также произошли революционные взрывы. Николай I 14 марта 1848 г. издал манифест, полный угроз по отношению к революционерам и кончавшийся словами: "С нами Бог, разумейте языци и покоряйтеся, яко с нами Бог!" На западной границе была сосредоточена 400-тысячная армия, и при первых известиях о революционном движении в Молдавии Дунайские княжества были заняты русскими и турецкими войсками; во главе управления ими поставлен был русский генерал Дюгамель. С большим негодованием отнесся Николай к образованию франкфуртского парламента и резко потребовал от Австрии и Пруссии подавления насильственными мерами революционного движения в Галиции и Познани, деятели которого весьма вызывающе относились к России (в русской части Польши, под военным режимом Паскевича, удержалось полное спокойствие). Когда австрийский император Фердинанд, в декабре 1848 г., отрекся от престола в пользу юного племянника своего Франца-Иосифа, Николай тотчас же обещал последнему вооруженную помощь.

Русская армия была готова к походу еще с конца 1848 г., как только в Европе началась революция. Первые русские войска (одна дивизия) были переброшены по просьбе австрийского канцлера в Вену еще в апреле 1849 г. (это был первый опыт перевозки русских войск по железной дороге). Основные же силы русской армии (120.000 человек под командованием Паскевича в Царстве Польском и 50.000 под командованием генерала Лидерса в дунайских княжествах) выступили в дело лишь в начале июня. 

Кампания длилась всего два месяца. Основные силы под командованием Паскевича за это время медленно продвигались от Карпат к Будапешту, тесня героически сопротивлявшееся вдвое меньшее венгерское ополчение генерала Гергея, а южная группа русских разгромила в Трансильвании венгерские отряды под командованием поляка генерала Бема. Навстречу им с запада пробивались австрийские войска, а с юга - хорватское ополчение. Храбрый Гергей, поняв безвыходность своего положения, 1 августа капитулировал перед достойнейшим с его точки зрения противником, сдавшись с остатками своей армии русскому генералу Ридигеру. В то же время вмешательство Николая останавливало завоевание Шлезвига пруссаками. Когда в 1850 г. между Австрией и Пруссией возник резкий конфликт, едва не приведший к войне между ними, Николай взял на себя роль посредника, настаивая на том, чтобы за исходный пункт при решении вопроса приняты были акты венского конгресса 1815 г. Этим он сразу становился, в сущности, на сторону Австрии. Прусский король не решился разорвать с Николаем, и договор, исключительно благоприятный для Австрии, состоялся в Ольмюце 18 ноября 1850 г., при участии представителя России. Вмешательство России вызвало негодование против нее во всей Германии. К французской республике Николай стал относиться несколько менее враждебно после усмирения июньского восстания в Париже. К избранию президентом Людовика-Наполеона Николай отнесся не сочувственно, лишь потому, что предпочитал ему Кавеньяка; но, когда Наполеон совершил государственный переворот 2 декабря, Николай усмотрел в этом залог укрепления власти и обуздания революционного движения. 



Глава 3: ближневосточные конфликты второй половины царствования Николая I



1. Крымская (Восточная) война 1853 - 1856 гг.

Политика Священного союза, с таким упорством проводившаяся русским правительством привела к тому, что “жандарма Европы” - Россию возненавидел весь цивилизованный мир, причем не только либеральные Великобритания или Франция, но даже весьма реакционные Пруссия и Австрия. Австрийцы к тому же искусно списали на “казаков” все недовольство вновь покоренных венгров. Таким образом, к началу 1850-х гг. Россия осталась без союзников.

Тем временем Великобритания активизировала свои дипломатические усилия, стремясь воспользоваться благоприятным моментом для окончательного вытеснения России с Балкан и Ближнего Востока. Вновь обострился так называемый Восточный вопрос. 

В 1850 г. в Палестине произошел конфликт между православным и католическим духовенством. Речь шла о том, кто будет блюстителем особо чтимых всеми христианами храмов Гроба Господня в Иерусалиме и Рождества Христова в Вифлееме. Под давление президента Франции Луи-Наполеона Бонапарта (будущего (с декабря 1852 г.) императора Наполеона III) Османская империя (в состав которой входила тогда Палестина) решила спор в пользу католиков, вызвав резкое недовольство в Петербурге. Отступить Россия не могла, так как под сомнение было поставлено ее право покровительства всем православными христианам (именно христианам, а не просто родственным народам) на территории Османской империи, полученное еще при Екатерине и уступчивость России могла быть истолкована как слабость и стать началом полного и окончательного вытеснения ее из этого важнейшего региона. 



В феврале 1853 г. на переговоры в Константнополь был послан А.С. Меншиков - относительно неплохой военный, но никудышний дипломат. Вероятно, выбор не был случайным. Известно, что на эту роль предполагались гр- П.Д. Киселев и гр. А.Ф. Орлов, но оба по разным причинам не подошли. Вызывающе надменная манера общения Меншикова, натолкнувшись на непримиримую позицию турецкого правительства (Дивана), поддерживаемого Англией, лишь спровоцировала дальнейшее обострение и ослабила позиции умеренных турецких политиков, склонных к компромиссу с Россией. Характерно, что по вопросу о Святых местах удалось доиться приемлемого решения, однако русский император хотел теперь большего - подписания договора по которому Россия получала бы право вмешиваться во внутренние дела Турции в любой момент, когда, по ее мнению, нарушались права православных. Фактически это означало бы для Турции потерю суверенитета, и на это она пойти не могла. Николай решил было сломить волю турок внезапным занятием Константинополя десантом Черноморского флота (16.000 пехоты, 2 сотни казаков и 32 орудия). Моряки под командованием вице-адмирала Лазарева были готовы к этому, однако министр иностранных дел Нессельроде решительно воспротивился этому, убеждая императора, что тем самым Россия лишь спровоцирует вмешательство европейских государств.

Готовясь к войне, Николай I рассчитывал на то, что Англия и Франция не сумеют преодолеть свои разногласия и единым фронтом выступить против России, более того, он рассчитывал, что, как и в 1828 г. Англия поддержит действия России или хотя бы не будет им препятствовать. Это было серьезной дипломатической ошибкой. Даже осознав, что Россия останется на этот раз одна Николай I, не прекратил нажима на Турцию. Так, для демонстрации серьезности русских намерений в вассальные дунайские княжества (Молдавия и Валахия) были введены войска (при этом, чтобы избежать вмешательства великих держав Россия взяла на себя обязательство не переходить Дунай и не ставить целью войны уничтожение Османской империи). Однако, Османская империя, поддерживаемая Великобританией и Францией, проявляла редкую неуступчивость. Наконец, в октябре 1853 г., заручившись поддержкой великих держав, турецкий султан объявил России войну. 

Составляя план новой войны, Николай I предполагал повторить в общих чертах кампанию 1828-29 гг., тогда как Турция предполагала основной удар нанести на Кавказском театре, опираясь на помощь горцев Шамиля. Одновременно предполагалась высадка турецкого десанта на побережье Турции. Чтобы не допустить этого, Черноморский флот под командованием адмирала Павла Степановича Нахимова 18 ноября 1853 г. уничтожил турецкую эскадру в Синопской бухте. Тем самым было нарушено данное европейским правительствам обещание не обстреливать турецкие прибрежные города и ситуация обострилась до предела. К концу 1853 г. стало понятно, что Турция в очередной раз терпит сокрушительное поражение. Дабы не допустить военного разгрома и распада Османской империи в январе 1854 г. англо-французская эскадра вошла в Черное море. России был предъявлен ультиматум об оставлении дунайских княжеств. Вместо ответа Николай приказал русским войскам форсировать Дунай. Это было однозначно истолковано правительствами Великобритании и Франции как повод к войне и 15 и 16 марта 1854 г. соответственно они объявили России войну. Англичане ликовали. Им удалось заполучить в союзники Францию с ее превосходной армией, опираясь на которую, а также на свой мощнейший в мире флот они стремились нанести России удар неслыханной силы, который отбросил бы ее на века назад и вытеснил бы с Балкан и Ближнего Востока. К антироссийской коалиции из политических соображений примкнуло небольшое Сардинское королевство. Однако весьма двусмысленной оставалась позиция Австрийской империи, не вошедшей в коалицию, но сосредоточившей почти всю свою армию (около 100.000 чел.) на границах дунайских княжеств, в тылу переправлявшихся через Дунай русских войск. Это было уже очень опасно. Вначале Николай не мог поверить в вероломство австрийского императора, которого он всего за несколько лет до этого спас от революции, а когда поверил, то написал на депеше из Вены в адрес Франца Иосифа - “Каналья! Мерзавец! Негодяй!”. Однако, русский император был вынужден  отвести войска сначала обратно за Дунай, а потом и за пограничную р. Прут.

Вступление в войну великих держав резко изменило соотношение сил и весь дальнейший ход войны. Российская империя оказалась атакована по всему периметру своих протяженнейших границ. Англо-французская эскадра вошла в Балтийское море и обстреливала Кронштадт (ее дымы были прекрасно видны из Большого Петергофского дворца). На Белом море английская эскадра подвергла бомбардировке Соловецкий монастырь и опустошила все северное побережье России. В августе 1854 г. на Дальнем Востоке англо-французская эскадра предпринял попытку захватить Петропавловск-Камчатский. Лишь благодаря героизму его защитников и таланту командующего гарнизоном адмирала В.С. Завойко и командира фрегата “Аврора” капитана 2 ранга Изылметьева десант был отражен. Впрочем, Петропавловск пришлось эвакуировать. Вскоре были оставлены русским и все другие населенные пункты на дальневосточном побережье. Русские корабли укрылись в устье Амура. Так впервые в русской истории географический фактор сработал против России. Она просто не была в состоянии отразить удары, наносившиеся со всех сторон. Однако главным театром боевых действий продолжал оставаться бассейн Черного моря. 

На Кавказском театре удача в целом благоприятствовала русским воскам. Еще 19 ноября 1853 г. в сражении у поселка Башкадыклар в Азиатской Турции удалось остановить продвижение турецких воск к Тифлису и перехватить инициативу. 24 июля 1854 г. русские после боя у Кюрюк-Дара оттеснили противника к крупнейшей крепости на Кавказе - Карсу. Оборона Карса (1 августа - 16 ноября 1855 г.) была возложена на английского специалиста - генерала Вильямса, прозванного турками Инглиз-пашой. Под его командованием турецкий гарнизон, в составе которого сражались польские и венгерские добровольцы, сумел отразить штурм 17 сентября 1855 г. Началась долгая осада.

С лета 1854 г. на побережье Болгарии в районе Варны стала сосредотачиваться англо-французская армия. Ею командовали маршал Сент-Арно (Франция) и лорд Раглан (Великобритания). Не сумев нанести сколько-нибудь серьезного урона русской армии под командованием Паскевича на Дунайском театре, союзники (по предложению Раглана) решили осуществить крупномасштабную высадку в Крыму для того, чтобы ударом с тыла захватить беззащитный с суши Севастополь и, уничтожив русский флот, стать хозяевами Черного моря. Местом высадки были выбраны пологие песчаные пляжи близ Евпатории. Русские такого десанта не ожидали.

Высадка 62-тысячного экспедиционного корпуса состоялась 2-6 сентября 1854 г. Русские войска под командованием Меншикова не сумели этому помешать (в самой Евпатории в момент высадки десанта находилось всего 740 солдат из слабосильной команды, поправлявших здоровье на местных грязях). 8 сентября 1854 г. состоялось сражение на р. Альме, в ходе которого поддерживаемые корабельной артиллерией союзники сумели сломить сопротивление 35-тысячной русской армии и прорваться к Севастополю. 10 сентября Меншиков прибыл в Севастополь, велев остаткам своих войск отступать на Бахчисарай. Казалось, ничто не помешает союзникам захватить главную (и, фактически, единственную) военно-морскую базу России на Черном море. Однако неожиданно союзники побоялись штурмовать Севастополь сходу, предпочтя на первых порах ограничиться блокадой. Это дало русскому командованию (адмиралы В.А. Корнилов, П.С. Нахимов, В.И. Истомин) возможность подготовить город к обороне. Саперы под командованием талантливого военного инженера Э.И. Тотлебена в кратчайшие сроки возвели вокруг города земляные укрепления. Вход в Севастопольскую (Северную) бухту был прегражден затоплением 10 сентября по приказу Меншикова кораблей Черноморского флота, с которых предварительно сняли артиллерию. Русские войска разделились на собственно севастопольский гарнизон (около. 32.000 чел., главным образом моряки) и т.н. “Наблюдательный корпус” под командованием Меншикова в районе Балаклавы (около 26.000 чел.)

28 сентября, с созданием первых укреплений союзников вокруг Севастополя началась осада города, продолжавшаяся 349 дней (13.09.54 - 27.08.55). Только утром 5 октября 1854 г. союзники начали артиллерийский обстрел Севастополя. Именно в этот день гарнизон крепости понес первую серьезную потерю - на Малаховом кургане был смертельно ранен адмирал В.А. Корнилов. Обстрел нанес русским войскам значительный ущерб, но не достиг главной цели - не была уничтожена русская артиллерия, своими умелыми действиями показавшая противнику насколько сложен будет штурм, назначенный на следующий день. По решению союзного командования он был отменен. Вскоре русские получили шанс переломить ситуацию в свою пользу. 13 октября русские атаковали турецкие позиции под Балаклавой, сбив их с редутов. Их дальнейшее продвижение остановили подошедшие английские войска. Командовавший операцией лорд Раглан, стремясь отбросить русских на исходные позиции и отбить захваченные ими пушки, послал в атаку отборный Легкую кавалерийскую бригаду, в которой служили почти исключительно выходцы из самых аристократических английских семей (командир бригады граф Кардиган жил на борту собственной яхты, бросившей якорь в Балаклаве). Вначале им сопутствовала удача - был рассеян Уральский казачий полк и опрокинуты два русских пехотных полка, однако, преследуя их, англичане зашли глубоко в узкую речную долину, на высотах вокруг которой занимали позиции русские артиллеристы. Дав им зайти подальше, они открыли шквальный огонь картечью с обоих флангов и в лоб. В считанные минуты полк был практически полностью уничтожен. Лишь при помощи подоспевших французов британцам удалось вывести остатки полка из “долины смерти”. Этот бой дал русским шанс прорвать блокаду, однако находившийся в Симферополе Меншиков узнал об этом успехе слишком поздно, а осажденные не решились прорываться в одиночку. Момент был упущен. Через несколько дней (24 октября) произошло новое сражение - под Инкерманом. Здесь опять русские войска стремились пробиться от Бахчисарая на помощь осажденному Севастополю и, разрезав осаждающую армию надвое, уничтожить ее.  Вначале русские нанесли значительный урон англичанам, однако после вмешательства французов вынуждены были отступить. В ходе этих боев отчетливо проявилась слабая подготовка русского командования и превосходство союзных войск в стрелковом оружии. Нарезные дальнобойные винтовки сеяли смерть в русских рядах на таких дистанциях, где вооруженные главным образом кремневыми гладкоствольными ружьями русские даже не могли ответить. После Инкермана война приняла затяжной характер. Значительную роль играли саперы во главе с Тотлебеном, развернувшие масштабную подземную войну.

Казалось бы, русские войска, действовавшие у себя дома, должны были находиться в более выгодном положении, чем оторванные от своих баз союзники. Однако выходило наоборот. Англо-франко-турецкий экспедиционный корпус беспрепятственно получал по морю все новые подкрепления и боеприпасы, тогда как маломощная русская военная промышленность не успевала снабжать русскую армию. Огромной проблемой сделалась доставка боеприпасов на театр военных действий. На юге России и в Крыму не было ни одной хорошей дороги, а те, что имелись, уже через несколько месяцев были полностью разбиты и стали непроезжими. Русские войска были вынуждены строго экономить боеприпасы. Вместе с тем, необходимо отметить, что в бой еще не были введены основные силы русской армии.

18 февраля 1855 г. скончался Николай I, находившийся в последние месяцы своей жизни в состоянии глубокой депрессии. Он понимал, что Россия не в состоянии в одиночку вести войну против всей Европы, чувствовал приближение момента, когда придется признать себя побежденным и не мог поверить, что ему придется пойти на это после тридцати лет блестящего царствования. Он был потрясен подлым поведением спасенной им Австрии, понимал, что принципы Священного союза, которым он искренне следовал все годы своего царствования потерпели полное поражение. Ходили слухи, что император покончил жизнь самоубийством. Последним его распоряжением было смещение Меншикова и назначение на его место М.Д. Горчакова. Новым императором стал его сын Александр II (1855 - 1881 гг.).

6 июня (в сороковую годовщину Ватерлоо) начался очередной штурм Севастополя, который его защитники сумели остановить у самой границы города с большими потерями для нападавших. Лорд Раглан не пережил неудачи и через несколько дней скончался в депрессии. Тем не менее, положение города становилось критическим - против 75.000 русских солдат и матросов противник сосредоточил 170-тысячную армию союзников. Русское командование опасалось значительно усиливать собственную группировку в Крыму, опасаясь второго десанта противника - на Перекоп, который мог бы отрезать все находившиеся на полуострове русские силы. 8 июня был ранен Тотлебен, а 28 июня 1854 г. на Малаховом кургане был смертельно ранен последний из “севастопольских адмиралов” - П.С. Нахимов. Вскоре он скончался. Всем стало понятно, что началась агония Севастополя. 4 августа русский “наблюдательный корпус” под командованием Горчакова предпринял попытку прорыва к осажденной крепости, но был разбит на Черной речке с большими потерями.

24 августа началась очередная бомбардировка, а 27 августа союзники пошли на штурм. Французам под командованием генерала Мак-Магона удалось захватить и удержать за собой Малахов курган (даже несмотря на приказ французского генерала Пелисье об отходе). Удерживать остатки крепости не имело уже никакого смысла, и М.Д. Горчаков отдал приказ к отступлению. 28 и 29 августа были взорваны укрепления и затоплены последние корабли, а 30-го противник занял руины Севастополя. Его защитники по наплавному мосту переправились на северный берег Севастопольской бухты и соединились с “наблюдательным корпусом”. На этом боевые действия в Крыму практически прекратились. Город пал, однако и враг понес тяжелейшие потери и уже не помышлял о походе вглубь России. Поставить Россию на колени не удалось.

Последним аккордом Восточной войны стало взятие русским войсками после длительной осады Карса (16 ноября 1855 г.) и фактический разгром Анатолийской армии турок. Ход боевых действий на Кавказском театре дает представление о том, как сложился бы ход этой войны, не вмешайся в нее Франция и Великобритания. 

16 марта 1856 г. был заключен Парижский мирный договор, положивший конец войне. По его условиям Россия получала обратно Сеавастополь (в обмен на Карс, возвращаемый Турции), но теряла Южную Бессарабию с устьем Дуная (в т.ч. и знаменитый Измаил) и право содержать на Черном море флот и строить крепости. Формально не должны были иметь флота на Черном море и турки, но они, обладая Проливами, просто могли перебазировать все свои корабли в Средиземноморье и вернуть их обратно в случае необходимости за считанные дни. Более того, Турция поучала право пропускать по своей воле в Черное море военные корабли третьих стран, что открывало возможность британцам держать все русское побережье под прицелом в любое нужное им время. Наконец, Россия теряла право покровительства христианским подданным Турции, которые были поставлены под протекторат всех великих держав.



Заключение

Николай I проводил активную экспансионистскую и весьма удачную аннексионистскую политику.

В результате победоносной русско-персидской войны 1826—1827 гг. он присоединил к империи в 1828 г. Эриванское и Нахичеванское ханства (общей площадью 27777 кв. км с населением свыше 400 тыс. человек). Во время правления Николая была установлена стабильная граница с Персией, которая существует до сих пор.

После окончания русско-турецкой войны 1828—1829 гг. к России отошли территории дельты Дуная, всего Кавказского побережья Черного моря от устья реки Кубань до Аджарии и Ахалцихского ханства (10 тыс. кв. км, 100 тыс. чел.).

В свое время император проводит активную внешнюю политику в Средней Азии и на Дальнем Востоке. В 1845—1846 гг. казахи Букеевской орды и Старшего жуза приняли российское подданство, а в состав империи вошли Киргизская степь, низовья Сырдарьи и Заилийский край. В 1850 г. царь основывает город Николаевск-на-Амуре и по реке обозначает границу с Китаем. В 1854 году он приказал построить укрепление Верное — современная Алма-Ата, бывшая столица Казахстана.

При Николае I население России возросло на 18 млн. человек и составило к концу его царствования 65 млн. жителей, а территория увеличилась на 1 млн. кв. км, и ее площадь превысила 20,5 млн. кв. км.

В целом за годы царствования Николая I русская армия потеряла 403,6 тыс. военнослужащих, из которых 79,7 тыс. погибли в бою и от боевых ран, а иные от тифа, дизентерии и холеры.

Многочисленные войны истощили не только людские, но и финансовые ресурсы страны. На все войны было потрачено более 1,2 млрд. рублей, или пять годовых доходов страны

	В европейской истории Николай оставил ощутимый след в качестве жандарма Европы, чьим именем в сопредельных странах матери пугали непослушных детей — вплоть до Первой мировой войны, когда роль страшилища стал выполнять правнук царя и его тезка.

Международная реакция на политику русского царя была связана не только с возросшей мощью империи, но и с определённым недостатком его дипломатических способностей.

	Наиболее ошибочной была политика Николая в отношении Австрийской империи и Пруссии, чьи монархии он спас от революционной гибели в 1849 г. Их позиция в годы Крымской войны привела к сосредоточению половины русских войск на западной границе и в немалой степени способствовала поражению русской армии в Крыму. Война закончилась позорным поражением и, возможно, привела к гибели государя.

	Старания Николая I на внешнеполитической арене носили весьма противоречивый и парадоксальный характер.

	С одной стороны, при решении проблемы европейской части турецкого наследства царь проявил себя как реальный и дальновидный политик. Принцип монархической легитимности играл здесь гораздо меньшую роль, чем поддержка борьбы христианских народов против турецкого ига. Венценосец стоял у истоков независимости Греции, автономии Сербии, а также Валахии и Молдавии, которые после объединения образовали Румынию.

	С другой стороны, в 1832 г. он поддержал турецкого султана в подавлении восстания египетского паши и невольно способствовал продлению существования империи Османов — геополитического, религиозного и политического противника православной России.

	В российской истории Николай оставил противоречивое и неоднозначное историческое наследство. От его многочисленных территориальных приобретений (более 1 млн. кв. км) в составе Российской Федерации сохранилось только черноморское побережье Краснодарского края, всероссийская здравница от Тамани до Абхазии и российско-китайская граница по Амуру, т. е. менее одного процента от всех его многочисленных завоеваний.

	Тем не менее территориальные приобретения сыграли в свое время огромную положительную роль в судьбах многих народов. Так, например, можно отметить, что вхождение в состав империи Армении и Казахстана в немалой степени способствовало сохранению тысяч жизней тамошнего населения, а они ведь запросто могли стать жертвами турецкого и джунгарского геноцида.

Армянский народ избежал полного уничтожения в 1915 г. благодаря тому, что значительная часть Армении находилась в составе Российской империи. В это время в соседней Турции было уничтожено полтора миллиона армян.

	Время правления Николая I Павловича оставило в истории России глубокий след. Проблемы на внешнеполитическом поле обнажили острую необходимость перемен в Российском обществе. Неспособность противостоять многим противникам, техническое несоответствие времени, голод и воровство в армии - вот итоги активной внешней политики. России потеряла свои ведущие позиции на мировой арене, внутри страны оставалось много нерешенных проблем. Вот такое государство передал своему сыну Александру, ставшему в последствии "освободителем", император Николай, получивший в истории имя "Незабвенный".















Список использованной литературы:

	Трехсотлетие Дома Романовых. 1613-1913: Репринтное воспроизведение юбилейного издания 1913 года./ — М.: Современник, 1991.

	Большой справочник школьника./ — М.: Дрофа, 2000.

	А.И. Уткин, А.И. Степанов Николай I: история в лицах, конспект

	Тарле Е.В. Крымская война: в 2-х т./— М.-Л.: 1941-1944.

	Т. Н. Гpaнoвcкий и его переписка. / — Т. II. М., 1897, 456–457. № 360. Москва, 2 октября 1855 г.

	Бларамберг И.Ф. Воспоминания. /— М.: Наука, 1978.

	Краснов П.Н. Картины былого Тихого Дона: Войны с Турцией 1828-1829 гг./ — М, 1909 г

	Буганов В.И., Зырянов П.Н. История России, конец XVIII - XIX в. Учебник для общеобразовательных учреждений. /— М., Просвещение, 1995 - 304 с.

	Восточный вопрос во внешней политике России. Конец XVIII - начало XIX в. Коллективная  монография./ — М., Наука, 1978 - 433 с.

	История России. Под общей редакцией Ю.И. Казанцева, В.Г. Деева./ — М., Инфра-М, 2000- 472 с.

	История СССР с древнейших времён до 1861 года. Под редакцией Н.И, Павленко./ — М., Просвещение, - 1989 - 559 с.

	Киняпина Н.С. Внешняя политика России первой половины XIX в./ — М., Наука, 1963 - 342 с.

	Орлов А.С. Георгиев В.А. История России с древнейших времён до наших дней./ — М., ПБОЮЛ Л.В. Рошников, 2000 - 528 с.

	Россия от дворцовых переворотов до эпохи Великих реформ. Энциклопедия по истории./ — М., Аванта+, 1996 - 603 с.  

	Мунчаев Ш.М., Устинов В.М. История России. Учебник для вузов./— М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА . М, 1998.



1