Промышленный переворот в России

СПбГАСУ 1997г писал я его сам, так что без подвоха пользуйтесь на здоровье. Сергей Хорев    horev@peterlink.ru 

Напишите что вы получили за него.



Промышленная революция в России.



Введение.

     



 В утверждении капитализма в России важнейшее значение имела промышленная революция, которая вызвала коренной переворот производительных сил. Этот исторический процесс утвердил фабрично-машинную систему капиталистического производства с гигантским обобществлением труда рабочего класса, который стал в ходе классовой борьбы ведущей социальной силой и главным фактором революционно-освободительного движения в стране. 

      Этот радикальный переворот в развитии производительных сил начался с внедрением рабочих машин и паровой энергетики сначала в отраслях легкой промышленности, захватив затем все основные сферы материального производства — тяжелую промышленность, транспорт и в последнюю очередь сельское хозяйство. Причем машинизация проходила в различных формах: как путем замещения традиционных ремесленных или мануфактурных производств, так и в ходе создания принципиально новых отраслей капиталистической индустрии. Заключительная фаза промышленной революции — начало регулярного производства «машин машинами», обусловив доминирующий рост производства средств производства, завершала перевод капиталистической экономики на индустриальную основу. В результате промышленной революции была создана адекватная капиталистическому строю материально-техническая базаКлассики марксизма придавали большое значение промышленной революции в России. 

К.Маркс рассматривал первые два десятилетия после падения крепостничества в России как переломную эпоху, когда в стране все более полно и необратимо проявилась тенденция «стать капиталистической нацией по образцу наций Западной Европы». Широкий комплекс материалов, используемый Марксом, позволил ему сделать вывод, что Россия, используя опыт капиталистического Запада, сократила «долгий инкубационный период развития машинного производства», способствуя введению машин, пароходов, железных дорог, и «весь механизм обмена (банки, акционерные общества и пр.), выработка которого потребовала на Западе целых веков» . Быстрое преодоление барьера восприятия современного фабрично-машинного производства экономикой пореформенной России Маркс связывал также и с активной ролью государства, которое «оказало свое содействие ускоренному развитию технических и экономических средств, наиболее способных облегчить и ускорить эксплуатацию земледельца, т. е. наиболее мощной производительной силы России, и обогатить “новые столпы общества"».

Создание железных дорог явилось мощным толчком к разрушению докапиталистических форм производства, форсировало рост крупной капиталистической промышленности и «ускорило социальное и политическое размежевание» .

В литературе не решен вопрос и о времени завершения промышленной революции в пореформенной России. Здесь противопоставляются обычно две даты  рубеж 70—80-х годов и середина 90-х годов XIX в. Основным аргументом сторонников ускоренного завершения промышленного переворота является определение удельного веса фабричного производства продукции шести ведущих отраслей обрабатывающей промышленности (преимущественно легкой и пищевой), где главным критерием служит превышение свыше 50 % общего ее объема. Основным источником этих подсчетов является статистика «Указателя фабрик и заводов Европейской России», составленного П. А. Орловым, за 1879 г.







Часть 1



ПРЕДЫСТОРИЯ ПРОМЫШЛЕННОЙ РЕВОЛЮЦИИ В ДОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ

Промышленная революция началась в буржуазной Англии в последней трети XVIII в. и приняла в первой половине XIX в. всеобъемлющий характер, захватив повсеместно капиталистические страны Европы и Америки. Стремительный рост производительных сил на базе крупной машинной индустрии всемерно способствовал утверждению капитализма как господствующей мировой системы хозяйства.

В этот исторический период в недрах феодально-крепостнической России усиливается вызревание новых, капиталистических отношений, под давлением которых рушились старые, отживающие формы хозяйства. 'Этот прогрессирующий процесс имел глубокие причины: рост общественного разделения труда и внутреннего рынка, широкое распространение крестьянских неземледельческих промыслов, усилившееся первоначальное накопление капитала, развитие капиталистической мануфактуры, рост торгово-промыш- ленных городов и селений, укрепление международных торговых отношений.

В первой половине XIX в. процесс разложения феодализма и развития капиталистического уклада в России носил крайне острый и противоречивый характер, что было обусловлено многообразием социально-экономических условий огромной по территориальным масштабам страны и тормозящим влиянием господствующего класса помещиков-крепостников во главе с царским самодержавием. Прогресс капитализма наиболее ярко проявлялся в области промышленности, где капиталистическая мануфактура становилась главной формой производства. В передовых отраслях промышленности созревали объективные условия для появления первых капиталистических фабрик, эксплуатирующих наемный труд.

Вторая четверть XIX в. вошла в историю России как период подготовки к внедрению машинного производства в ведущих отраслях промышленности и транспорта, завершающий этап складывания предпосылок промышленной революции. 





Складывание предпосылок машинного производства.



Важнейшим фактором расширения и развития внутреннего рынка в дореформенной России стало прогрессирующее общественное разделение труда, которое выражалось во все большем отделении промышленности от земледелия, в четком размежевании промышленных и земледельческих районов, в широкой порайонной производственной специализации, росте промышленных городов, в усиливающейся диверсификации промышленного производства, возрастающей мобильности населения.

  Развитие общественного разделения труда ярко выражалось в росте территориального разделения труда, в углублении межрайонной специализации в сферах промышленности и сельского хозяйства, что имело следствием повышение производительности труда, а в конечном счете увеличение товарности всех ведущих отраслей народного хозяйства России, и как результат этого процесса — рост товарной массы, увеличение объема внутреннего всероссийского рынка. В свою очередь, складывание единого внутреннего рынка способствовало успешной мобилизации материальных и природных ресурсов страны для повышения ее экономического потенциала, усиливало углубление общественного разделения труда, стимулировало развитие капиталистических отношений.

  Прогрессирующий процесс отделения промышленности от земледелия отчетливо проявлялся и в самой дореформенной деревне. Мелкие крестьянские промыслы, выраставшие из ремесла, достигали значительного распространения. В ходе генезиса капитализма на рост крестьянских неземледельческих промыслов особенно большое воздействие оказала денежная оброчная система в конце XVIII в. в крепостной и казенной деревне, ставшая мощным фактором их дальнейшего развития.

Прогрессирующее общественное разделение труда, рост общероссийского рынка разлагающе действовали на феодально-крепостническое хозяйство, разрушая постепенно его территориальную обособленность и связывая его узами товарно-денежных отношений. С ростом городов и промышленных селений увеличивался спрос городского и промышленного населения на продукцию сельского хозяйства.

     Развитие товарного производства все более втягивало дореформенную Россию в систему мирового капиталистического рынка. Внешняя торговля стала приобретать новое содержание и значение для экономики страны. Помещичий хлеб стал составлять основную статью российского экспорта. К середине XIX в. Россия становится одним из главных поставщиков хлеба на европейском рынке. Особенно быстро стал расти хлебный экспорт из России после отмены в 1846 г. хлебных законов в Англии, ограничивающих ввоз хлеба на английский рынок.

    Главным источником повышения доходности помещичьего хозяйства было все более безграничное увеличение феодальной эксплуатации крестьянства. Помещики черноземных губерний стали усиленно расширять барщину при увеличении барской и сокращении крестьянской запашки.

     Многочисленные формы усиления феодально-крепостнической эксплуатации, идущей параллельно с сокращением земельных наделов крестьян вплоть до принудительного обезземеливания, вели к массовому разорению крестьянства. Повышение товарности помещичьих хозяйств шло не за счет прогрессивного развития производительных сил, не за счет улучшения техники и производительности труда, а путем подрыва основы феодальной экономики — мелкого крестьянского хозяйства. Повышая феодальную эксплуатацию и урезая земельные наделы до минимума, помещик способствовал отрыву мелких производителей от средств производства, превращая их фактически в экспроприированное крестьянство. В этом смысле процесс массового разорения крестьянского хозяйства помещиками в предреформенный период носил явные черты первоначального накопления капитала, где «экспроприация земли у

сельскохозяйственного производителя, крестьянина, составляет основу всего процесса» ^ Бесспорно, что процесс первоначального накопления в дореформенной России носил далеко не классическую форму, как в Англии, где имело место полное обезземеливание крестьянства. Но в данном случае это был начальный этап процесса первоначального накопления, характерный для ряда стран Западной Европы.

      Развитие капитализма в предреформенной России, разрушая патриархально-натуральный уклад крепостнической деревни, предъявляло большой спрос на рабочие руки. В этих условиях частичное лишение крестьянства средств производства, малоземелье и рост относительной перенаселенности деревни вызывали интенсивный рост промыслового отхода, получивший наибольшее развитие в центрально-промышленных губерниях России. По обобщающим подсчетам В. А. Федорова, в конце 50-х годов XIX века только из семи губерний промышленного Центра на заработки уходило 887 тысяч человек, что составляло 26,5 % мужского населения деревень, при этом наивысший процент отходников был в Московской и Тверской губерниях — до 43 % работников-мужчин, во Владимирской, Костромской и Ярославской — 30—36 % Из Вышневолоцкого и Кашинского уездов Тверской губернии, а также, из Рыбинского уезда Ярославской губернии на заработки уходило почти все взрослое мужское население .

 Основная масса крестьян-отходников из центрально-промышленных губерний направлялась в Москву и Петербург, играя важную роль в развитии этих ведущих промышленных центров страны. В 1841 г. пришлые крестьяне-отходники составляли 46 % жителей Петербурга .

Промысловый отход играл важную роль в процессе отрыва крестьянина от земледелия и пополнении армии наемного труда. Отходничество усиливало процесс социального расслоения крестьянства. Из массы отходников постепенно выделялась небольшая прослойка зажиточных «хозяев» в лице скупщиков, подрядчиков, светелочников и торговцев, применявших наемный труд и скапливающих нередко значительный капитал.

   Имущественное неравенство перерастало в прямое разложение крепостного крестьянства как класса феодального общества. Интенсивные формы этот процесс принял в нечерноземных промышленных губерниях, особенно близ столиц, на больших речных магистралях, в портовых городах, связанных с капиталистическим рынком. В результате отходничество создавало рынок рабочей силы и являлось базой для формирующейся буржуазии.

В первой половине XIX в. быстро растущая крестьянская промышленность России характеризуется тенденцией «к все большему употреблению наемного труда, к образованию капиталистических мастерских», несмотря на крепостнические преграды. Примером разложения мелкотоварного производства и перерастания его в капиталистическую мануфактуру служит история многочисленных промышленных селений Центрально-Промышленного района России. Так, в вотчинном с. Иванове Владимирской губернии уже в конце 80-х годов XVIII в. действовали 226 набоечных «изб» с 633 работниками, где производилась набойка красками по холсту и миткалю. Из них только в 73 «избах» набойка производилась силами своей семьи, что характерно для домашнего мелкотоварного производства. В остальных набоечных мастерских применялась наемная рабочая сила, при этом большинство нанимало 1 —2 работников. Но уже в этот период действовали 7 заведений, где работало до 25 наемных рабочих, что превращало их в капиталистическую мастерскую. Наличие значительной части рабочих позволяло ввести здесь рациональное разделение труда, повышающее производительность труда и прибыль предпринимателя. В результате через несколько лет они выросли уже в крупные капиталистические мануфактуры, которые возглавляли «крестьяне-фабриканты» Гарелин, Грачев, Ямановский и др. Через 20 лет в 1808 г. в Иванове насчитывалось всего 81 заведение с 3 тыс. работников, из них на 13 крупных мануфактурах было занято свыше 2,7 тыс. человек, или более 90 % всех наемных рабочих .      

Капиталистическая эксплуатация в этих ранних крестьянских мануфактурах нередко сочеталась с крепостническими формами закабаления наемных рабочих.

В развитии капиталистических отношений в крепостной деревне важную роль играл торговый капитал. Трудность реализации своих изделий на рынках неизбежно вызывала власть скупщика товаров. Дореволюционный автор капитального труда об особенностях строя русского деревенского товарного производства А. К. Корсак отмечал, что продукция мелкой текстильной промышленности в России «в чрезвычайно редких случаях» продается самими товаропроизводителями, даже самым самостоятельным из них «часто недостает важного условия — прямой связи производителей с рынком; отсюда вторгаются монополисты-перекупщики, которые уничтожают выгоды этой формы промышленности и для производителей и для потребителей»  Следующей ступенью в подчинении крестьян-кустарей торговому капиталу являлась раздача сырья скупщиком в кредит за повышенную плату. В результате кустарь постепенно становился наемным рабочим, работающим у себя на дому на капиталиста, а торговый капитал скупщика перерастал здесь в промышленный капитал .

 Одновременно с формированием рынка наемной рабочей силы в первой половине XIX в. в России развивался и другой процесс, составляющий вторую сторону первоначального накопления, — сосредоточение денежных богатств в руках немногих предпринимателей и прочих лиц для последующего вложения их в крупные капиталистические предприятия.

 Основным источником накопления в России являлась внутренняя торговля. Основной причиной, заставлявшей купцов вкладывать капиталы в промышленное предпринимательство, являлась перспектива получения огромных прибылей. История текстильной промышленности России дает множество примеров перерастания скупщика в капиталистического предпринимателя. При этом большинство крупных фабрикантов были выходцами из крепостных крестьян.

 Кроме внутренней торговли, крупными источниками первоначального накопления в России являлись откуп и разного рода монополии на продажу, получившие широкое распространение еще в XVIII в. Откупами были охвачены многие отрасли хозяйства: производство соли, соды, поташа, дегтя, продажа табака. Однако самым значительным из источников накопления были винные откупа, которые были введены еще во времена Петра 1 и просуществовали вплоть до 1863 г. Доход казны от винных откупов достигал значительной суммы: в 1859—1863 гг. — 128 млн. руб., или 40 % всех государственных доходов. Прибыли откупщиков были громадны: одни только легальные доходы в середине XIX в. ежегодно составляли 600—780 млн. руб. Они положили начало громадным капиталам таких крупных предпринимателей, как Яковлевы, Сапожниковы, Кокоревы, Бенардаки и др.

Большую роль в накоплении крупных денежных состояний в дореформенную эпоху играла система государственного долга. За период с 1843 по 1861 г. государственный долг России вырос более чем в 2,7 раза, достигнув 1264 млн руб.  Государственный долг в основном возрастал за счет непроизводительных военных расходов, но в форме внутренних займов оседал в стране, способствуя концентрации капиталов. Банковские операции с государственными займами приносили большие доходы горстке банкиров, основателей крупных промышленно-финансовых ^ фирм, таких, как Штиглицы, Лазаревы и др.

 Источником огромных обогащений являлась грабительская политика царизма в так называемых внутренних колониях на ^раинах России, таких, как Башкирия, Туркестан, Сибирь и т. действия здесь монопольных предприятий типа Русско-Американской торговой компании на Дальнем Востоке приносили их вла-зльцам миллионные барыши.

К источникам первоначального накопления в России следует гнести значительные обогащения на военных казенных поставках, особенно во время войны. Громадные состояния крупнейших военных поставщиков Яковлевых, Шемякиных, Шепелевых, Мальцевых других имели своим важным источником военные поставки и ицепия. Энгельс отмечал, что русская буржуазия образовываясь из откупщиков водочных заводов, военных подрядчиков и казнокрадов.

Источниками массового накопления денежных богатств в 'реформенной России являлись и широко распространенное ростовщичество и спекуляция валютой. В условиях крайне слабой шаткой финансовой системы в годы николаевского режима ростовщический кредит принял поистине чудовищные размеры  начале 50-х годов предприниматели, пользующиеся ростовщическим кредитом, вынуждены были платить до 72% в год .

 Определенные сдвиги наметились в развитии кредитных учреждений для купечества. В 1818 г. в Петербурге был открыт первый Коммерческий банк с отделениями в Москве, Одессе, Нижнем Новгороде, Риге, Архангельске и Астрахани, которые принимали вклады и выдавали ссуды «под товары российского произведения». Однако Коммерческий банк испытывал сильное давление крепостнических тенденций: ассигнования получали преимущественно горнопромышленники, владельцы вотчинных и посессионных предприятий, а также купцы первой гильдии ^. В 30—40-х годах расширилась сеть городских купеческих банков, общая численность которых к 1857 г. достигла 150. Последние открывались не только в промышленном Центре, но и на окраинах страны, в частности в Сибири, что свидетельствовало о вовлечении их в общекапиталистический процесс, хотя по указу царского правительства деятельность этих банков носила крайне ограниченный характер. Проблема развития коммерческого кредитования для развивающейся капиталистической промышленности и торговли оставалась одной из самых острых в  предреформенную эпоху.

К мерам, стимулирующим развитие промышленности, относилось учреждение Мануфактурного и Коммерческого советов — совещательных буржуазных организаций при Министерстве финансов.

Важнейшим показателем вызревания объективных условий для развития машинного производства являлся значительный рост капиталистической мануфактуры.

 Возникновение мануфактуры в промышленном производстве России, так же как и на Западе, относится к феодальному периоду. Мануфактура являлась вершиной производительных сил в эпоху феодализма, наиболее прогрессивным элементом, несущим в себе залог будущей перегруппировки общественных сил.

Капиталистическая мануфактура в значительной степени способствовала расширению внутреннего рынка. Главным орудием для завоевания спроса на мануфактурную продукцию являлось удешевление товаров. Последнее осуществлялось путем совершенствования производства за счет систематического разделения труда, внедрения новых инструментов и орудий, повышения квалификации части рабочих и грубой эксплуатации рабочей силы. Однако сохранение ручного труда как базиса мануфактуры при возрастающих требованиях рынка на определенном этапе развития капитализма становилось тормозом для действия основных экономических законов капиталистического воспроизводства — получения прибавочной стоимости и накопления капитала. Сфера применения техники в условиях мануфактурного капитализма была довольно узка. Неизбежно наступал поворотный момент, когда введение машины и новых организационных форм становилось объективной необходимостью для капиталистического производства. Благодаря машине создавалась безграничная возможность увеличения производства прибавочной стоимости. Вводя впервые машину и тем самым увеличивая производительность труда, капиталист значительно понижал индивидуальную себестоимость товара, получая избыточную прибавочную стоимость, что являлось главным стимулом   внедрения машин. Маркс указывал, что «в течение того переходного периода, когда машинное производство остается своего рода монополией, барыши достигают чрезвычайных размеров, и капиталист стремится как можно основательнее использовать “первой страсти миг златой " посредством возможно большего удлинения рабочего дня. Большой барыш обостряет неутолимую жажду еще большего барыша».

 Немаловажным фактором, усиливающим начальный процесс внедрения машин в промышленное производство, являлось сосуществование России на мировом рынке с развитыми капиталистическими странами Запада, где бурно развивалась промышленная революция. Индустриальная экономика западных государств усиливала свой спрос на техническое сырье, зерно, экспортируемые из России. Первое место во внешней торговле России занимала капиталистическая Англия. По европейской границе доля Англии составляла около трети ввоза и до половины вывоза.





Появление первых хлопчатобумажных фабрик.



     Главным моментом в техническом перевороте являлась замена ручного труда машиной, что знаменовало собой переход от мануфактуры к фабрике. Но в ранний период развития машинной индустрии не только в России, но и в странах капиталистического Запада первоначально встречались предприятия, оснащенные рабочими машинами, приводимыми в действие водяными двигателями, конным приводом и даже человеческой силой. Подобного рода предприятия переходного типа были широко распространены в дореформенной России.

Первой отраслью промышленности, захваченной техническим переворотом, стало хлопчатобумажное производство. Капиталистическая организация хлопчатобумажной промышленности стимулировала и обусловливала необходимость совершенствования производства, широкий внутренний рынок и быстрый оборот капитала, высокопроизводительный труд вольнонаемных рабочих обеспечивали быстрый прогресс этой отрасли. Решающую роль в этом прогрессирующем развитии играл фактор отрыва значительной части беднейшего крестьянства от натурального хозяйства, зависимость его от товарного производства и рынка. Современники отмечали, что именно широкие слои «народных низов» стали потреблять хлопчатобумажные ткани и этим способствовали увеличению этого производства.

Хлопчатобумажное производство включает три основные отрасли: бумагопрядение, ткачество, набивку и окраску тканей. В России хлопчатобумажная промышленность стала развиваться первоначально с набойки ткани. В последние десятилетия XVIII в. ситценабивное производство получило распространение под Петербургом, где имелась значительная по размерам Шлиссельбургская мануфактура, а также в промышленном селе Иванове Владимирской губ., где еще с 1776 г. стала действовать первая крупная ситценабивная мануфактура М.И.Гарелина. В первой половине XIX в. ситценабивное производство и ткачество бумажных изделий получили широкое распространение в Московском промышленном районе, вызвав широкий спрос на бумажную пряжу.

Машинное производство в хлопчатобумажном деле впервые было внедрено в бумагопрядении на импортном хлопке в Петербургском районе. Первой хлопчатобумажной фабрикой в России стала Александровская казенная мануфактура близ Петербурга на Шлиссельбургском тракте. Основанная в 1798 г. предпринимателем Осовским, она на следующий год после его смерти была передана в казенное ведомство и финансировалась «сохранной казной».

В 1821 г. на мануфактуре впервые развернулось машинное льнопрядение. К концу 20-х годов Александровская мануфактура представляла собой крупную механизированную фабрику с несколькими корпусами. Здесь действовала система машин, оснащенная тремя паровыми двигателями общей мощностью в 89 л. с. Несколько сот прядильных машин имели до 35,5 тыс. веретен, на которых в 1828 г. было произведено 20,7 тыс. пуд пряжи, что составляло в среднем 23,3 фунта пряжи на веретено. Это свидетельствует, что за 1810—1828 гг. производительность прядильного производства на этой фабрике в ходе технического прогресса возросла в 2,3 раза. Александровская мануфактура в эти годы производила свыше 55 % всей отечественной пряжи. Ее продукция продавалась через комиссионеров ткацким предпринимателям Центрального промышленного района. В 20-е годы значительно расширилась деятельность механической мастерской при Александровской мануфактуре, сыгравшей значительную роль в оснащении первых частных бумагопрядилен машинным оборудованием и техническими кадрами.

Вторая половина 30-х и начало 40-х годов XIX в. были важным периодом в истории российского бумагопрядения, связанным с началом притока в это дело крупных капиталов. Необходимо учитывать, что доминирующее положение Англии как «промышленной мастерской мира» оказывало постоянное воздействие на необходимость расширения размеров первых бумагопрядильных предприятий, что обусловливалось как импортом английского оборудования, так и конкуренцией английских товаров. Новая техника была рентабельна только на крупных капиталистических предприятиях с массовым производством. Значительную роль в относительно слабых темпах внедрения машинного производства играла и дешевизна рабочей силы. В этом отношении характерно замечание гамбургского мануфактур-корреспондента Ф. Буссе в письме министру финансов в 1838 г. по поводу внедрения новейших машин в российское бумагопрядильное производство, который риторически пишет:  “…везде ли в России годны сельфакторы, если принять в соображение, что заработная плата в России вообще очень умеренна, а разность в цене сельфактора перед обыкновенными мюль-дженни очень значительна".

Начиная с 1843 г. в России ежегодно возникает по несколько бумагопрядильных фабрик. В конце 1843 г. в стране их насчитывалось 59, они были оснащены 324 тыс. веретен с общей выработкой 325 тыс. пуд. пряжи. Из них на Московскую губ. приходилось 22 предприятия со 138 тыс. веретен и производством до 132 тыс. пуд. пряжи. Через четыре года, в 1847 г., в России насчитывалось 64 бумагопрядильни, оснащенных 765,3 тыс. веретен, из коих полностью действовали 650 тыс. Из них на долю восьми бумагопрядилен Петербурга приходилось 279 тыс. веретен, или 43 % от числа всех действующих в России '^. В результате частные бумагопрядильные фабрики завоевали прочные позиции в хлопчатобумажной промышленности, оставив далеко позади производство казенной Александровской мануфактуры, удельный вес которой в отечественном производстве в эти годы снизился до 3 % пряжи. В Центральном районе насчитывалось 55 бумагопрядилен, из них 35 купеческих и 20 вотчинных. Из капиталистических предприятий выделялось восемь наиболее крупных, оснащенных 20—30 тыс. веретен, в их число входили бумагопрядильни 3. С. Морозова (Богородско-Глуховская мануфактура, основанная в 1842 г.) купцов Лепешкина, Мазурина, Малютина, Симонова, Хлудова. Коншина. Среди вотчинных бумагопрядилен доминировали мелкие предприятия, оснащенные 2—3 тыс. веретен.

В результате значительного прилива капитала в бумагопрядение усилилась конкуренция между фабрикантами, вызывая значительное снижение цен со стороны наиболее мощных фирм и ликвидацию маломощных предприятий.

Важными показателями утверждения фабричного бумагопрядения в России является динамика ввоза хлопка-сырца и бумажной пряжи из-за границы.

Только с конца 40-х годов XIX в. наметился незначительный сдвиг в механизации ткачества. Во Владимирской губ. первая ткацкая машинная фабрика была основана в 1846 г. в г. Шуе фабрикантом Поповым как отделение на его действующей бумаго-прядильне, где первоначально были поставлены 108 станков. Рост прибыльности позволил предпринимателю через 5 лет увеличить число ткацких станков до 150  . В 1848 г. начинается постройка механической ткацкой фабрики на Никольской мануфактуре Саввы Морозова в пос. Никольском в Орехово-Зуеве. Однако механическое ткачество в этот период имело ничтожную величину.

Начальный этап машинизации хлопчатобумажной промышленности стимулировал и обусловливал рост первых капиталистических фабрик. Прогрессирующий процесс развития хлопчатобумажной промышленности был общеевропейским явлением.

    



                                 1.3  Начальные шаги машиностроения

   Начало технического перевооружения текстильной промышленности вызывало настоятельную потребность в машинном производстве. Но в условиях отсталой феодально-крепостнической системы хозяйства создание отечественного машиностроения наталкивалось на объективные, сложно преодолеваемые трудности, связанные с требованием высоких капиталовложений в новую организацию производства, наличием инженерно-технических кадров и квалифицированной рабочей силы. Поэтому новая отрасль промышленности — машиностроение до середины XIX в. находилась в зачаточном состоянии. Изготовление машин и усовершенствованных орудий в этот период производилось на трех типах предприятий: на казенных заводах и мануфактурах, в механических мастерских при крупных частных мануфактурах и фабриках и специализированных механических заводах. Но на всех этих типах предприятий новые машины изготовлялись ремесленно-мануфактурными методами, что являлось общемировым явлением.

Основным центром зарождающейся машиностроительной промышленности издавна был Петербург. Здесь в пригородном районе были расположены Ижорские Адмиралтейские заводы, оснащенные усовершенствованным оборудованием и квалифицированным контингентом рабочих. На этих заводах строились первые металлообрабатывающие станки, канатные машины и паровые двигатели. Здесь была изготовлена первая в стране самоходная паровая землечерпалка.

С 1804 г. началась постройка паровых двигателей на первом частном машиностроительном предприятии заводчика Ф. Берда в Петербурге. К 1820 г. это предприятие имело 3 паровых двигателя общей мощностью в 42 л. с. и 70 металлообрабатывающих станков. Завод выпускал ежегодно до 10 паровых машин преимущественно для пароходов.

Имя Торогута фигурировало на дебатах в английском парламенте в 1825 г., когда один из его членов — Галловейт назвал его «искуснейшим механиком» в Комитете по рассмотрению вопроса о запрещении вывоза машин из Англии ^. Машинами с завода Торогута была оснащена писчебумажная Ярославская фабрика кн. Гагарина. Несмотря на высокое качество машинной продукции завода Торогута, предприятие оказалось малорентабельным и было ликвидировано. А предприниматель вынужден был перейти на службу в Луганский механический и литейный завод. Этот казенный завод в Екатерино-славской губ., основанный еще в конце XVIII в., длительное время являлся убыточным предприятием из-за отсталой социальной структуры, базируемой на подневольном труде. Обстоятельное исследование Е. И. Дружининой свидетельствует, что в 30-е годы на Луганском заводе был проведен ряд мероприятий по его техническому и социальному подъему. Был упразднен архаический институт непременных работников. Заводские мастеровые были объединены в артельную организацию труда на сдельной оплате, что вызвало известную заинтересованность в работе, более бережном отношении к инструментам. В результате заводская продукция стала выпускаться, более высокого качества при более низкой ее себестоимости.

В 1847 г. по ходатайству Московского отделения Мануфактурного совета в Москве был открыт машиностроительный завод предпринимателей Риглея и Гоппера. В отчете Департамента мануфактур и внутренней торговли за 1847 г. отмечалось, что это новое механическое заведение «будет приготовлять большую часть машин, выписываемых доселе из чужих краев, и вместе с тем починять уже находящиеся на фабриках английские и другие иностранные машины ». Это предприятие, получившее денежное пособие от казны, возглавил английский инженер-механик Л. Риг-лей, который получил привилегию от правительства на беспошлинный ввоз в Россию машинного оборудования из-за границы. Первоначально на заводе было занято 115 рабочих и здесь же «безвозмездно» практиковались воспитанники Технологического института. Однако это предприятие оказалось малорентабельным. После 4-летнего действия завода его предприниматели в 1852 г. подали прошение в Департамент мануфактур и торговли о ликвидации его «по невыгодности и даже убытку» . Среди главных трудностей в организации отечественного машиностроения было сохранение в стране крепостного права. Господство принудительных форм труда в горнодобывающей и металлургической промышленности в сильнейшей степени тормозило внедрение машинного производства и развитие машиностроения. За 1830—1850 гг. число машиностроительных предприятий в России возросло с 7 до 25 заводов.

Но в целом это были небольшие предприятия с общим числом рабочих в 1475 человек с производительностью в 423,4 тыс. руб. Несмотря на известный рост отечественного производства, в оснащении развивающейся капиталистической промышленности главное место принадлежало импорту машинного оборудования, который к 1850 г. почти в 2,5 раза превосходил отечественное производство.                                 

Таким образом, в 30-40-е годы XIX в. общий рост продукции машиностроительных заводов по сравнению с бурным развитием хлопчатобумажного производства, особенно бумагопрядения, следует признать ничтожным, особенно учитывая возросший спрос на машиностроительную продукцию этой отрасли.

Подготовительный период промышленного переворота протекал в условиях разложения и кризиса феодально-крепостнической системы, что налагало свой отпечаток на этот исторический процесс.





Часть 2



НАЧАЛО  ПРОМЫШЛЕННОЙ  РЕВОЛЮЦИИ  В  РОССИИ  50-х  ГОДОВ XIX в.







50-е годы XIX в. занимают особое место в мировой истории и в истории России. Именно в эти годы окончательно созревают внутренние и внешние факторы, ускорившие падение крепостничества.

В эти же годы промышленный переворот в капиталистических странах Европы и США ускоряет свои темпы. Начало крупномасштабного железнодорожного строительства и парового судостроения в этих странах усиливает производство продукции тяжелой индустрии и общий промышленный потенциал. Эти факторы оказывали сильное воздействие на феодально-крепостническую Россию, экономический строй которой переживал тяжелый кризис. В 50-е годы в экономической структуре России, глубоко втянутой в мировой капиталистический рынок, окончательно укрепляется буржуазный уклад в ведущих сферах хозяйства.

Резкое обострение международных противоречий привело к Крымской войне 1853—1856 гг., окончившейся поражением царизма» и продемонстрировавшей «гнилость и бессилие крепостной России». Острая экономическая и политическая необходимость введения новых капиталистических форм хозяйства, нарастающая непримиримая антифеодальная борьба народных масс  заставили царское правительство пойти на отмену крепостного права.

Нарастающая промышленная революция в стране повлекла за собой не только изменения в технике и организации промышленного производства, но и вызвала глубокие общественные перемены.



2.1.  Переход к массовой машинизации

  текстильного производства



  Общемировой процесс промышленной революции в середине ХIХ. в. глубоко захватил развитые отрасли промышленной экономики дореформенной России. Массовое внедрение машинной техники началось с ведущих отраслей текстильной промышленности, где наблюдалось наибольшее применение форм наемного труда с его высокой производительностью в отличие от крепостнических мануфактур.

Как и в других странах Запада, главной сферой распространения фабрики стала молодая хлопчатобумажная промышленность, которая по темпам роста шла впереди всех других отраслей. На хлопчатобумажных предприятиях почти не применялся крепостной труд, что было одним из важнейших факторов высоких темпов развития. Благодаря внедрению машинной техники, концентрации производств и применению вольнонаемного труда  хлопчатобумажная промышленность стала обладать важными преимуществами над другими отраслями, сдавленными оковами феодально-крепостной монополии. Для быстрой механизации хлопчатобумажных предприятий большое значение имело использование российскими предпринимателями передового технического прогресса машинной индустрии Англии, где с 1842 г. был снят запрет на вывоз машин за границу.

Наивысший прогресс в становлении крупного фабричного производства был достигнут в наиболее прибыльной отрасли хлопчатобумажной промышленности — в хлопкопрядении. За 50-е годы механизация бумагопрядильного производства России приняла особо бурные формы.

В середине XIX в. наиболее отчетливо проявилась важнейшая особенность российского фабричного бумагопрядения — высокая концентрация производства при дальнейшей усиленной машинизации последнего.

Главной причиной усиленной концентрации бумагопрядильного производства в России в этот период являлась всевозрастающая капиталистическая конкуренция, выдерживали только крупные рентабельные конкурентоспособные предприятия с более совершенной машинной техникой. Большинство мелких бумагопрядильных предприятий в начале 60-х годов оказались не конкурентоспособными и вынуждены были прекратить свое существование.

Наиболее интенсивно развивалась хлопчатобумажная промышленность Петербурга, большинство фабрик которой были акционированы, и давали огромные прибыли.

Высокая механизация производства на петербургских бумагопрядильнях способствовала высокой норме производительности труда, которая была в 2—2,5 раза больше, чем в других промышленных центрах страны. В ходе концентрации хлопчатобумажного производства в 50-х годах стал развертываться прогрессирующий процесс комбинирования, связанный с устройством на крупных бумагопрядильных фабриках механического ткачества и ситцепечатания. Комбинированные фабрики отличались высокой рентабельностью в темпах накопления капитала и роста   производительности труда, а также большими возможностями в конкурентной борьбе. Массовое внедрение машин и комбинирование машинного производства    обеспечили скачок в производительности труда.

 В конце 1857 г. было учреждено Товарищество Кренгольмской бумагопрядильной и ткацкой мануфактуры, главным учредителем и акционером которой стал обрусевший немецкий предприниматель Л. Г. Кноп, фирма которого с 40-х годов держала монополию на поставку английского машинного оборудования для текстильных фабрик России. Это крупнейшее в тот период хлопчатобумажное предприятие не только в России, но и в Европе было выстроено в конце 1859 г. близ г. Нарвы на водопаде р. Нарвы, где была сооружена вначале система 3 мощных водяных колес в 1,5 тыс. л. с. Использование в качестве производственной энергетики силы водопада обеспечивало низкую стоимость производства. На этой комбинированной фабрике действовали два отделения: бумагопрядильное и бумаготкацкое. Первое было оснащено 61,8 тыс. механических веретен. Здесь было занято почти 1 тыс. прядильщиков, еже годно выделывавших до 62 тыс. пуд. пряжи. Норма общегодовой выработки кренгольмского прядильщика достигла 930 руб., или на 44 % превышала общероссийскую. Второе, бумаготкацкое отделение было оснащено 800 механическими станками, где было занято до 700 рабочих, вырабатывавших приблизительно 130 тыс. кусков миткаля, общегодовая норма выработки которых на 20 % превышала норму выработки на фабриках Московского района. В последующие годы это предприятие непрерывно расширяется, широко используя льготы, предоставлявшиеся учредителям царским правительством, в том числе 10-летнее освобождение от оплаты гильдейских платежей, беспошлинный ввоз оборудования, сырья и пр. В 50-е годы значительный сдвиг произошел в становлении фабричного бумагопрядения на хлопчатобумажных предприятиях Московского промышленного района, где происходила реконструкция предприятий на базе современной механизации и усиление паровой энергетики фабрик.

В 1860 г. в бумагопрядильном производстве Московской губ. было занято до 37 % рабочих всей хлопчатобумажной промышленности, которые вырабатывали до 24 % всей стоимости годовой продукции российского бумагопрядения, в то время как петербургские прядильщики, составлявшие 22 % всех занятых рабочих этой отрасли, давали 39 % всей стоимости годовой продукции в связи с большей технической оснащенностью и паровой энерговооруженностью предприятий.

Всего в хлопчатобумажной промышленности России в 1861 г. имелось приблизительно до 10 тыс. механических станков. Таким образом, на долю московской промышленности приходилось около 22 %, а Петербургской — до 39 % ^Начало систематического введения механического ткачества не означало еще конца домашней системы ткацкого производства; Капиталистическая эксплуатация домашних рабочих-ткачей возрастает в этот период в больших размерах. Слабый удельный вес машинного труда по сравнению с ручным позволял мануфактурным капиталистам успешно конкурировать с фабрикой, продавая подчас на рынках товары по ценам более низким, чем фабричные, и в то же время, получая высокие барыши. В результате развитая домашнекапиталистическая система в ткацком производстве длительное время служила мощным тормозом введения машинного ткачества.

В результате если механическое бумагопрядение при самом своем появлении сразу заняло господствующее положение в производстве, то механическое ткачество длительное время далеко уступало ручному, более 80 % хлопчатобумажной продукции производилось ручным способом.

Начало массовой механизации бумагопрядения в 50-е годы обусловило неизбежность технического переворота в отраслях хлопчатобумажного производства. В российской хлопчатобумажной промышленности механизация бумагопрядения в первую очередь способствовала введению машинного производства в ситценабивном деле.

Центрами ситценабивного и красильного производства России являлись Московская и Владимирская губернии. В конце 50-х годов здесь было сосредоточено около 54 % всех российских предприятий этой отрасли с 87 % всех рабочих, производящих 91 % всей продукции.

В 50-е годы усиливается процесс концентрации ситцевой промышленности России. Начало технической революции в хлопчатобумажном производстве не могло не оказать революционизирующего влияния и на другие отрасли текстильной промышленности. Внедрение машин в бумагопрядение в ситцепечатное дело, вызванное здесь повышением производительности труда, а следовательно, и резкое снижение цен на бумажные товары, способствовали прочному завоеванию хлопчатобумажной продукцией внутреннего рынка и значительному вытеснению всех других текстильных товаров. Все это стимулировало другие отрасли, в первую очередь шерстяную, усилить перестройку на основе механизации производства.

 В отличие от бумагопрядильного производства с его наивысшим прогрессом механизации шерстопрядение в предреформенную эпоху было механизировано частично и еще не выделилось в самостоятельную отрасль. Вначале низкая эффективность производительности механического станка по сравнению с ручным слабо стимулировала капиталистов к машинизации шерстяного производства. Только внедрение паровых двигателей резко усилило эффективность рабочих машин, ,в том числе и механических ткацких станков.

Прогресс механизации хлопчатобумажной и шерстяной промышленности в 50-х годах XIX в. не мог не отразиться на полотняной промышленности, переживавшей длительный кризис. В эти годы положение меняется в связи с началом механизации этой отрасли промышленности. Этому способствовали значительное таможенное облегчение возможности импорта льнопрядильных машин из-за границы при их большом удешевлении в этот период, а также ряд новых финансовых льгот правительства предпринимателям механических льнопрядилен.













 2.2  Усиление технической перестройки тяжелой промышленности



Первые проявления технического переворота в российской промышленности вызвали объективную необходимость в организации массового машинного производства. Длительное время российское машиностроение существовало как вспомогательное производство на предприятиях легкой промышленности и металлургических заводах. Но в 50-х годах с началом железнодорожного строительства и развитием пароходства и под влиянием возрастающих требований развивающейся текстильной промышленности постепенно стали возникать самостоятельные машиностроительные предприятия. Наибольшее историческое значение имели заводы, возникшие в эти годы в Петербурге и Поволжье.

Ведущая группа машиностроительных заводов России была сконцентрирована в Петербурге. Они были созданы при помощи правительственных субсидий и льгот, выполняя нередко выгодные казенные заказы. В 1860 г. здесь насчитывалось 16 предприятий с 6695 рабочими, составлявших 56 % от всех рабочих этой отрасли, вырабатывающих продукцию на 7261 тыс. руб., или более 91% от всей суммы производства российских механических заводов. К числу крупнейших механических заводов России относился старейший завод Франца Берда, где строились пароходы, железнодорожное оборудование, паровые машины для фабрично-заводской промышленности.

В зарождающемся отечественном машиностроении преобладали мелкие предприятия, значительная часть которых производила сельскохозяйственные машины, машинное оборудование для бурно развивающегося в эти годы свеклосахарного производства, винокуренной промышленности. К 1861 г. насчитывалось 53 предприятия по изготовлению сельскохозяйственных машин и орудий.

При сохранении крепостного строя все попытки модернизации техники производства в базисной отрасли промышленности не могли принести существенных результатов. Основная металлургическая база  России—горнозаводский Урал продолжал пребывать в кризисном состоянии.





Обострение ломки социально-экономической структуры



 Начало массового внедрения машинного производства в передовых отраслях промышленности явилось качественно новым этапом в развитии производительных сил, резко увеличивших масштабы общественного производства, подчиненного действию основных экономических законов капитализма.

Начало наступательного развития крупной машинной индустрии было связано, как и во всем капиталистическом мире, с ростом хлопчатобумажной промышленности, которая явилась своеобразным «рычагом, перевернувшим промышленность России с мертвой точки на путь более быстрого развития и технического прогресса».

В 50-е годы наметился крупный сдвиг в развитии отечественного машиностроения, связанного с механизацией производств.

Накануне 1861 г. почти все отрасли обрабатывающей промышленности, где имелось крупное капиталистическое производство, были захвачены технической перестройкой.

Развитие промышленного капитализма сопровождалось ростом производительности труда.  Но в условиях феодально-крепостнической России возможности повышения производительности труда длительное время были крайне ограничены как самой организацией общественного труда, так и низким состоянием техники производства. Российская промышленность до середины XIX в. развивалась главным образом экстенсивно, рост техники и производительности труда, за исключением отдельных передовых отраслей, был незначительным, только отрасли, основывавшиеся на вольнонаемном труде, и в первую очередь хлопчатобумажное производство, дали значительное увеличение производительности за первую половину XIX века.

В середине XIX в. с внедрением машинного производства становится непреодолимым рост капиталистических отношений, неуклонно завоевывающих одну отрасль промышленности за другой, повсеместно суживая и вытесняя отжившие феодально-крепостнические отношения. Главную роль в этом прогрессирующем процессе играло всевозрастающее рабочее движение, принимающее массовый характер.

Именно с началом промышленной революции в 50-х годах XIX в. связан значительный подъем рабочего движения в предреформенной России.

Аграрно-крестьянская реформа 1861 г. об отмене крепостного права юридически оформила неуклонно нарастающий процесс развития капиталистических производственных отношений. Эта буржуазная реформа явилась решающим моментом ломки общественных отношений в  производстве, обусловив превращение их  в господствующие.







Часть 3



ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ ПРОМЫШЛЕННОЙ РЕВОЛЮЦИИ В ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД (60-70-е годы XIX в.)







  Падение крепостничества в России, положило начало утверждению нового, капиталистического строя. Система наемного труда стала отныне основой развития народного хозяйства страны, обусловив действие объективных законов капиталистического производства — получение прибавочной стоимости и накопление капитала. Этот главный фактор способствовал ускорению промышленной революции, в ходе которой в ведущих отраслях экономики стало утверждаться крупною капиталистическое промышленное производство.

 Промышленный переворот в России в первые десятилетия после реформы развивался крайне неравномерно. Наивысшие темпы становления крупной машинной индустрии наблюдались в ведущих промышленных городских центрах, в то время как в развитие промышленного производства проходило в условиях длительного сохранения сильнейших пережитков крепостничества «с большой постепенностью, среди массы переплетающихся, переходных форм». Широкое распространение получила домашнекапиталистическая система фабрики, что было связано с баснословной дешевизной труда закабаленных сельских рабочих, тормозившей технический прогресс большой постепенностью, среди массы переплетающихся, переходных форм». 



3.1 Проблемы транспортной революции

  

Прогрессирующее развитие машинной техники и рост производительности труда вызвали глубокие преобразования в отраслевом и территориальном размещении производительных сил. Центральное место в этом генеральном процессе принадлежало железнодорожному транспорту. Став общим условием производственного процесса железные дороги стали играть относительно самостоятельную роль мощного фактора, стимулирующего быстрый рост основных отраслей тяжелой промышленности в странах капитализма.

 Революция транспорта, вызвав гигантское распространение железных дорог и парового флота, явилась важнейшей основой циклических подъемов производства мирового капитализма. Железнодорожное строительство в этот период было главной сферой массового расширения основного капитала капиталистического производства в международном масштабе.

В отстающих, аграрных странах, к числу которых принадлежала пореформенная Россия, введение железнодорожной системы транспорта явилось поистине предвестником современной индустрии, могущественнейшим фактором промышленной революции как в смысле ускорителя разрушения докапиталистических форм производства, так и в смысле стимулятора создания современной передовой машинной индустрии.

После падения крепостного права перестройка экономики России в новых, капиталистических условиях хозяйства в первое пореформенное десятилетие носила сложный и затяжной характер. Падение производства в начале 60-х годов распространилось почти на все ведущие отрасли тяжелой и легкой промышленности.

С целью создать постоянный источник финансирования частного железнодорожного строительства царское правительство в 1867 г. создало специальный кредитный «железнодорожный фонд» формально обособленный от государственного бюджета.. Главным источником его пополнения являлись облигационные железнодорожные займы с правительственной гарантией дохода на общую сумму в 600 млн. руб., выпускаемые на лондонском и парижском денежных рынках по ростовщически низким курсам. Из средств этого фонда царская казна покупала акции частных железных дорог, выдавала всевозможные ссуды, субсидии и «вспомоществования» учредителям и правлениям железнодорожных обществ, доплачивала казенные заказы, выдавала премии за выделку рельсов и подвижной состав заводам.

Массовому привлечению иностранного ссудного капитала в железнодорожное дело России способствовала благоприятная конъюнктура заграничного денежного рынка в период промышленного подъема 1868—1872 гг. с его повсеместным акционерным учредительством, кредитной экспансией, грюндерством и биржевой спекуляцией. Этот период вошел в историю российского капитализма под названием концессионной горячки. Железнодорожное строительство приобрело характер спекулятивного грюндерства на основе массового расхищения государственных средств. Железнодорожная горячка вызвала появление целой когорты крупнейших капиталистических воротил — железнодорожных «королей», тесно связанных с банками, иностранным капиталом, правительственной бюрократией и придворными кругами.

 За 1861—  1880 гг. протяженность железных дорог выросла в 14 раз, достигнув 21 тыс. верст. В результате была создана первая разветвленная железнодорожная сеть Европейской России с центром; в Москве, которая делилась на четыре основных, взаимосвязанных между собой узла железных дорог: Московский, Прибалтийский, Азово-Черноморский и Западный. Московский железнодорожный узел стал главным центром сети российских железных дорог, в него входило 18 линий длиной в 8 тыс. км.

Чрезвычайно важное значение для развивающейся капиталистической экономики России имело создание железнодорожной сети в Южном горнопромышленном районе России. Железнодорожная сеть в Южном горнопромышленном районе создавалась несколькими этапами. Первый из них приходится на конец 60-х и 70-е годы XIX в., когда была завершена постройка первых южных железнодорожных магистралей, связавших Донецкий бассейн с промышленным Центром и вывозными портами на Черном и Азовском морях. В 1878 г было завершено строительство Харьково-Николаевской магистрали, связывавшей промышленные центры Нижнего Приднепровья с общей железнодорожной сетью страны.

К концу 60-х годов XIX в. железнодорожный транспорт стал занимать решающее место в грузообороте России. Из года в год железнодорожные перевозки наращивали свои темпы и объем, вытесняя речной транспорт на второстепенные позиции. В 1861—1877 гг. грузооборот на железных дорогах возрос в 25 раз, а на речном транспорте всего лишь на 59 %. Эти показатели свидетельствуют об относительной слабости развития речного пароходства в этот период. Подавляющее число пароходов было сосредоточено на главной водной артерии страны — Волге и Волжском бассейне.

 Внедрение усовершенствованной техники в пароходное дело на Волге позволило крупным акционерным компаниям захватить важные позиции в развитии срочного товаро-пассажирского пароходства.Однако до середины 80-х годов технический прогресс водного транспорта России тормозился из-за малорентабельного древесного топлива, используемого повсеместно речными пароходами.

Создание первой сети железных дорог в пореформенной России превратило железнодорожный транспорт в важнейшую отрасль общественного производства, от уровня развития его организации, техники и экономики стала зависеть торгово-промышленная жизнь капиталистически развивающейся страны.

С конца 70-х годов остро встал вопрос о коренной реорганизации железнодорожного хозяйства в плане его централизации и огосударствления.











Утверждение текстильной фабрики



  В начале пореформенной эпохи российская текстильная промышленность в целом находилась на мануфактурной стадии развития. Здесь были накоплены значительные капиталы и сложились первые кадры квалифицированной рабочей силы, имелся широкий рынок сбыта надежно защищенный охранительными таможенными пошлинами. Капитал, вложенный в текстильное производство, оборачивался быстрее и давал более эффективный результат, чем на фондоемких предприятиях тяжелой промышленности. Эти важные факторы обеспечивали большие и надежные прибыли, привлекали в эту ведущую отрасль экономики значительные внутренние и иностранные капиталы, способствуя быстрому развитию текстильной промышленности в пореформенную эпоху.

Среди отраслей текстильной промышленности пореформенной России ведущим продолжало оставаться передовое хлопчатобумажное производство. Накануне реформы 1861 г. на предприятиях хлопчатобумажной отрасли было сконцентрировано свыше 54 % всех рабочих-текстильщиков, производивших до 68 % всей ценности производства текстильной промышленности России. В 1879 г. хлопчатобумажное производство продолжало сохранять ведущих позиции: здесь был сосредоточен 51 % всех рабочих текстильщиков, производивших 55,4 % ценности текстильного производства.

Широкое применение системы домашнекапиталистического труда в Центральном промышленном районе тормозило технический прогресс хлопчатобумажного производства. В общем, выводе тканье наших бумажных материй, — отмечалось в официальном обзоре 1871 г.,— как в отношении устройства ткацких станков, так и в отношении скорости работы находится еще далеко не на той степени совершенства, как за границею... Машинное же тканье и поныне распространялось в России еще мало.

Низкий уровень техники поддерживался стабильно высокими ценами на хлопчатобумажные изделия на внутреннем рынке, на котором господствующие позиции принадлежали крупному капиталу, диктующему цены.

Низкий уровень техники поддерживался стабильно высокими ценами на хлопчатобумажные изделия на внутреннем рынке, на котором господствующие позиции принадлежали крупному капиталу, диктующему цены. 

Несмотря на широкое использование крепостнических пережитков крупным капиталом, в ходе капиталистической конкуренции и развивавшегося рабочего движения усиливались объективные процессы, обусловливающие внедрение системы машин и механизации труда на хлопчатобумажных фабриках. За 14тлет, с 1866 по 1879 г., коренной поворот в становлении фабричио-машинного производства в хлопчатобумажной промышленности вызвал падение удельного веса ручных станков в производстве «фабричных» тканей более чем в 3 раза, численность ручных ткачей/на централизованных мануфактурах сократилась на 53 %.

На комбинированных прядильно-ткацких фабриках за 1866— 1879 гг. число механических ткацких станков возросло на 160,3 %, на средних механизированных ткацких фабриках число механических ткацких станков возросло за указанный период на 422,7 %, что свидетельствует о крупных процессах перестройки этой отрасли.

С 1859 по 1879 г., число механических ткацких станков на цензовых предприятиях увеличилось в 5,6 раза, а число ручных сократилось в 4,2 раза.

В 70-е годы особенно характерны экстенсивным развитием промышленной революции, когда все больше и больше промышленных селений втягиваются в сложноподчиненную систему зависимости от крупного капиталистического производства.

Таким образом, становление крупного фабричного производства в развитой хлопчатобумажной промышленности в первые пореформенные десятилетия сопровождалось двумя противоречивыми процессами: с одной стороны, в ходе обострившейся конкурентной борьбы усилилась массовая ликвидация самостоятельных мануфактурных предприятий, а с другой — крупный фабричный капитал широко использовал выгодную ему систему ручного труда домашних закабалённых  рабочих.

 Общие условия развития российского капитализма, отягощенного пережитками крепостничества, давили даже на такую передовую отрасль промышленности, как хлопчатобумажное производство, в значительной степени обусловливая живучесть отсталых форм и застойность капиталистической организации производства. Это явление нашло свое отражение в низкой энерговооруженности труда, слабых темпах модернизации технического оборудования и застойности производительности в общероссийских масштабах.

Защищенные стеной покровительственных таможенных тарифов от иностранной конкуренции, российские капиталисты в условиях слабости рабочего Движения и крайней дешевизны рабочей силы предпочитали экстенсивные формы развития предприятий, связанные с максимальной эксплуатацией живого труда и длительным использованием промышленного оборудования. В результате в первый пореформенный период развития российского капитализма главной тенденцией роста промышленного производства являлся непрерывный рост абсолютного числа рабочих в текстильной промышленности при низких темпах машино-, фондо- и энерговооруженности труда. 

В отличие от западноевропейских стран, где внедрение машинного производства сопровождалось резким падением цен на фабричную продукцию, в России крупный капитал широко использовал выгоды охранительного таможенного протекционизма и господствовал на внутреннем рынке. Внедрение машинного производства в хлопчатобумажной промышленности России значительно удешевило себестоимость продукции, однако цены на внутреннем рынке держались на относительно высоком уровне.

Текстильная промышленность России в 60-70-х годах XIX в. переживала сложный переходный период от мануфактуры к фабрике.





Трудности перестройки тяжелой промышленности



В первые пореформенные десятилетия наиболее сложно и противоречиво шла технико-экономическая перестройка предприятий тяжелой индустрии, являвшихся основой военно-промышленного потенциала страны. Длительный застой и отсталость производства были характерны для базисной отрасли — черной металлургии России.

К концу 60-х годов восемь обширных горнозаводских округов Урала оказались полностью несостоятельными и были переданы в казенное управление либо в казенную опеку. Только к 1870 г. уральские частные заводы достигли уровня 1860 г. по выпуску чугуна, а железа лишь к 1872 г. Резкий подъем горнозаводской промышленности, возможно, было осуществить только на основе современной технической реорганизации производства. Но уральские заводовладельцы, основывая свое господство не на капитале и конкуренции, а на монополии и на своём владельческом праве, впервые пореформенные десятилетия почти ничего не сделали в деле технической реконструкции заводов.

Техническому прогрессу в Российской металлургии резко препятствовали феодально-крепостнические пережитки, особенно живучие в горнозаводской промышленности в первые пореформенные десятилетия.

Начиная со второй половины 70-х годов царское правительство 1; прилагало большие усилия, чтобы наладить внутреннее производство продукции тяжелой промышленности для нужд железнодорожного транспорта и военного ведомства. Золотой «дождь» в виде разного рода премий и субсидий из государственной казны способствовал организации в начале 70-х годов 8 передельных рельсопрокатных, 5 паровозостроительных и 12 вагоностроительных  заводов.

 В правительственных инстанциях была разработана новая система стимулирования роста внутреннего сталелитейного производства, основанная на долгосрочных казенных заказах по повышенным ценам и денежных премиях.

В первые пореформенные десятилетия в противоречивой форме шло развитие российского машиностроения. Перестройка промышленности на рельсы фабрично-машинного производства, железнодорожное строительство в этот период требовали огромного количества машинного оборудования. Под давлением фабрикантов царское правительство разрешило беспошлинный ввоз паровых, текстильных и прочих машин. В то же время в целях стимулирования развития отечественного машиностроения в 1861 г. были утверждены «Правила для поощрения машиностроительного дела в России», в которых указывалось, что владельцы машиностроительных заведений, действующих паровыми и гидравлическими двигателями, могут получать дозволение на беспошлинный пропуск им из-за границы чугуна и железа в количестве необходимом для выделывания на их заведениях машин и фабричных принадлежностей.

За 1860—1879 г. наблюдался усиленный рост машиностроительных и механических заводов в России. Число машиностроительных заводов возросло почти в 2, а суммарная ценность производства в 6,5 раза.

Слабость капиталистически организованной топливно-металлургической и машиностроительной базы России в 70-х годах привела к тому, что большинство военных, механических и специализированных железнодорожных мастерских оборудовались и снабжались сырьем и материалами за счет всевозрастающего импорта.

Покровительственная система финансового стимулирования, казенных заказов и таможенных льгот для «насаждения» отечественного машиностроения в результате оказалась малорезультативной и неперспективной для промышленного прогресса страны.

К концу 70-х годов низкая техническая оснащенность машиностроительной промышленности России выражалась в слабой паровой энергетике, на долю которой приходилось около 7 % общей мощности паровых двигателей фабрично-заводского производства страны. Отсталость ее базы отражалась на низком обеспечении промышленности паровыми двигателями отечественного производства.

В переходный период становления российского капитализма еще не сложилась его материально-техническая база. В стране не хватало фабрично-заводских предприятий тяжелой индустрии, создающих средства производства для средств производства.

В условиях бурного роста тяжелой индустрии мирового капитализма, олицетворяющей мощь капиталистической экономики, низкие темпы развития российской топливо металлургической и машиностроительной промышленности вели к обострению противоречий и создавали напряженность в экономическом развитии страны.

Все острее выдвигалась задача создания отечественной материально-технической базы российского капитализма.







Часть 4



ЗАВЕРШАЮЩИЙ ЭТАП ПРОМЫШЛЕННОЙ РЕВОЛЮЦИИ (80-90-е годы XIX в.)



Со второй половины 80-х годов XIX в. промышленная революция в России вступила в завершающий, интенсивный этан, в ходе которого окончательно победила крупная машинная индустрия, обусловив коренной сдвиг в развитии производительных сил и производственных отношений. Этот исторический период, связан с глубокими преобразованиями экономической структуры мирового капиталистического хозяйства. Главенствующую роль в экономике капитализма прочно завоевала тяжелая индустрия с присущей ей гигантской концентрацией производства, сопровождаясь усилением господства крупного капитала, ожесточенной конкурентной борьбой и ростом монополий в ведущих отраслях производства.

В эти переломные годы капиталистическая экономика России, потрясенная мировым аграрным кризисом, промышленными циклическими кризисами и под напором усиливающегося массового рабочего движения, форсировала процессы механизации и интенсификации производства, используя достижения мирового технического прогресса.

В эти переломные годы капиталистическая экономика России, потрясенная мировым аграрным кризисом, промышленными циклическими кризисами и под напором усиливающегося массового рабочего движения, форсировала процессы механизации и интенсификации производства, используя достижения мирового технического прогресса.





4.1   Технический переворот в тяжелой промышленности



Противоречия в развитии промышленного капитализма, осложненном крепостническими пережитками, недостаточностью внутреннего накопления капитала, прогрессирующей узостью внутреннего рынка, жестким давлением иностранного капитала.

Особенно резко сказывались на неравномерном развитии ведущих отраслей тяжелой промышленности, связанных с материально-техническим снабжением железных дорог. В эти годы особенно остро стал ощущаться разрыв между ключевыми отраслями тяжелой промышленности и сырьевой металлургической базой.

Промышленная буржуазия приняла единодушное решение о незамедлительном введении таможенной защиты отечественной металлургической промышленности и быстрейшей отмене беспошлинного импорта иностранного металла.

Для организации сырьевой металлургической базы правительство вынесло решение о необходимости строительства сети горнозаводских железных дорог в стране.

В период острого экономического кризиса начала 80-х годов под давлением требований промышленной буржуазии царское правительство вынуждено было принять действенные меры для пересмотра таможенной политики в сторону усиления промышленного протекционизма.

 Свое завершение протекционистская политика нашла в утверждении охранительной тарифной системы 1891 г., которая закрепила высокое таможенное обложение для большинства ввозимых иностранных товаров.

Создание железнодорожной сети в Южном горнопромышленном районе явилось важным фактором, стимулирующим рост тяжелой индустрии этого края. Наиболее интенсивно в эти годы развивалась металлургия.

Комбинирование производства, оснащенного передовой для того времени техникой, крупные казенные заказы и жесточайшая интенсификация труда обеспечивали этому предприятию ведущие позиции в южной металлургии. С конца 80-х годов в Южный горнопромышленный район усиливается приток иностранного капитала. Первым и наиболее крупным его детищем было Южно-Русское Днепровское металлургическое общество, учрежденное в 1887 г. Главными его учредителями явились крупная бельгийская промышленно-финансовая фирма «Кокериль» — один из основных импортеров рельсов в Россию и общество Варшавского сталелитейного завода. На нем были объединены все основные процессы производства большой металлургии, действовало восемь отделений: чугунолитейное, бессемеровское, мартеновское, пудлинговое, сталепрокатное, листопрокатное, железопрокатное и механическое.

К числу нововведений следует отметить внедрение электрических аппаратов. Для металлургических заводов Юга была характерной разнотипность и диспропорция в техническом оборудовании. Наряду с мощными доменными печами и совершенными коксовыми установками встречалось старое оборудование и доменные печи, работавшие в аварийном состоянии.

 Внедряя передовую технику в черную металлургию Юга, русские и иностранные капиталисты стремились получить таким путем максимальные прибыли. Дальнейшее техническое усовершенствование производства, его модернизация и механизация при тогдашней дешевизне рабочей силы ими тормозилась. В результате на многих трудоемких процессах южных заводов преобладал тяжелый физический труд.

В металлургическом производстве в эпоху промышленной революции ведущим фактором, обусловливающим коренной сдвиг в производительности, являлось внедрение паровой энергетики в технологический прогресс.

В этом отношении южная черная металлургия коренным образом отличалась от горнозаводских предприятий Урала, где и в 80—90-х годах в заводском силовом  хозяйстве продолжала доминировать водная энергия.

В то же время в 90-х годах на уральских горнозаводских предприятиях отчетливо наметилась перестройка энергетического хозяйства в сторону усиления паровой энергетики.

В 90-х годах в энергетическом хозяйстве уральских заводов появляются электродвигатели. Так, в 1890 г. на Пермском пушечном заводе в Мотовилихе была построена первая в России заводская электростанция. Появление и развитие электроэнергетики имело важнейшее значение для механизации промышленного производства в будущем. Однако в дореволюционную эпоху электрификация еще не имела решающих достижений. В конце XIX в. главным фактором в промышленной энергетике являлись паровые двигателе.

Нарастающее использование машин в промышленности и транспорте стимулировало быстрое развитие каменноугольной промышленности.

Особенностью развития каменноугольной промышленности России, как и во всех странах капитализма, являлась слабая механизация основного производственного процесса. Вследствие этого в каменноугольной промышленности в эпоху промышленного переворота были характерны экстенсивные формы эксплуатации труда, использование ручного труда большой армии горных рабочих.

В последние десятилетия XIX в. бурный рост переживала нефтяная промышленность России. Важнейшими факторами, положившими начало капиталистическому освоению нефтяной промышленности, явилась отмена в 1864 г. принудительного труда приписных крестьян и ликвидация в 1872 г. откупной системы, длительное время тормозившей развитие этой отрасли промышленности. С этого времени усиливается приток капитала в эту отрасль, что, естественно, дает мощный толчок развитию производительных сил.

Промышленная революция в противоречивой форме утверждала становление базисных отраслей тяжелой индустрии страны, что вело к полному перевороту в технике и к широкому употреблению машин.





4.2   Качественные сдвиги в структуре промышленного производства



С 90-ми годами связан наивысший пик железнодорожного строительства, огромный размах которого определил в основном и масштабы роста промышленного производства, в первую очередь тяжелой индустрии.

В Европейской России окончательно складываются восемь основных железнодорожных узлов, охватывающие важнейшие экономические районы. Ведущее место в российской железнодорожно-транспортной системе принадлежало Московскому узлу, обслуживающему наиболее развитые губернии Центрального промышленного района. Другим крупнейшим железнодорожным узлом был Петербург, являвшийся ведущим морским портом страны. Общая производительность Петербургского промышленного района достигала 12,3 % общей стоимости общероссийского производства.

Важное значение для экономического развития страны имело государственное крупномасштабное железнодорожное строительство на окраинах страны. С 1891 г. развернулась постройка крупнейшей Транссибирской магистрали. Важное значение для экономического развития страны имело государственное крупномасштабное железнодорожное строительство на окраинах страны. С 1891 г. развернулась постройка крупнейшей Транссибирской магистрали.

Эта магистраль, состоящая из 12 основных и вспомогательных линий, к 1900 г. открыла прямое паровое сообщение между Европейской Россией и Дальним Востоком.

Индустриальный рост российской экономики в завершающий период промышленной революции нашел яркое отражение в железнодорожных перевозках. В общем, объеме железнодорожного товарного движения за 1893—-1900 гг. ^/з занимали промышленные грузы, а среди них более половины — топливно-металлургическая продукция. Сельскохозяйственные грузы давали немногим более '/з всех перевозимых товаров.

В период экономического подъема 90-х годов XIX в. произошел гигантский скачок в развитии производительных сил российского капитализма. Важнейшая особенность этого периода, заключалась в окончательном складывании индустриально-технической базы, связанной с созданием комплекса крупных предприятий тяжелой индустрии, качественно изменившей экономическую структуру страны.





Заключение





Промышленная революция в России, начавшись в середине XIX в., являлась составной частью всемирно-исторического процесса, в ходе которого произошли необратимые качественные сдвиги в производственной и социально-экономической -сфере.

Началу промышленного переворота предшествовал длительный период подготовки перехода от мануфактуры к фабрике в дореформенной России, связанный как с важными хозяйственными сдвигами в ходе развития капиталистического уклада, так и с мощным давлением мирового капитализма. Создание внутреннего капиталистического рынка, первоначальное накопление, появление массы экспроприированных людей, широкое развитие мануфактуры с высокой степенью общественного разделения труда и контингентом квалифицированных рабочих — эти факторы создавали предпосылки для внедрения машинного производства в ведущих отраслях промышленности и транспорта.

Начало поступательного развития машинного производства было положено хлопчатобумажной промышленностью, на капиталистических предприятиях которой доминировал вольнонаемный труд рабочих из среды оброчных крестьян. Этот важнейший фактор обусловил высокие темпы производительности труда и прибыльность этой передовой отрасли промышленности, которая быстро переросла рамки крепостного хозяйства и создала в его недрах прогрессирующие формы крупной капиталистической фабрики.

В эти годы начинается массовое внедрение машинной техники в ведущих отраслях текстильной промышленности. Возрастает мощь крупной столичной -промышленной буржуазии, связанной с иностранным капиталом, которая становится лидером фабричной перестройки промышленного производства.

Острая экономическая и политическая необходимость введения современных капиталистических форм хозяйства особенно усилились в ходе военного банкротства царизма в Крымской войне 1853—1856 гг. Под напором нарастающей антифеодальной борьбы народных масс царское правительство вынуждено было пойти на отмену крепостничества как главного препятствия на пути социально-экономического прогресса страны.

В структуре промышленного производства произошли глубокие качественные преобразования, обусловившие преимущественный рост отраслей -тяжелой индустрии, производства средств производства, темпы роста которых были почти вдвое выше, чем в легкой и пищевой индустрии. В результате победы промышленной революции в ведущих отраслях промышленности и транспорта утвердилось крупнокапиталистическое машинное производство, по основным показателям которого был достигнут среднемировой уровень развития капитализма.

Крупнейшим социальным результатом промышленной революции в России явилось гигантское обобществление труда.

1



1