Мартов и Абрамович

Мартов и Абрамович

Автор: Аверченко А.Т.

Сказка про белого бычка. 

Существуют на свете два молодых человека - прекрасных, как майское утро, и обаятельных, как принцы из волшебной сказки... Это - Мартов и Абрамович. Они - эсдеки. Они издают газету "Социалистический Вестник". И носятся слухи, что эту газету даже кто-то читает. Летом ее тираж больше, зимой меньше. Летом, как известно, разводятся мухи - этот бич населения. И вот, если разложить на столе "Социалистический Вестник", он через час почернеет от дохлых мух. Очень полезно. Если же подойти к этой газете, как к материалу для чтения, то у читателя получается ощущение, какое, вероятно, бывает у голодной собаки, когда озорной мальчишка дает ей проглотить кусок сала, привязанный к крепкой бичевке, и потом начнет подергивать за другой конец бичевки. Я полагаю, что собака в этом случае питает страстное желание вывернуться наизнанку, только чтобы избавиться от навязанного ей ощущения. Те же эмоции испытывает и читатель, решивший проглотить одним духом соблазнительное издание Радика и Дудика - Мартова и Абрамовича. Однажды я прочел в этой газете энергичный и трогательный протест против расстрелов, практикующихся советской властью. Мартов и Абрамович категорически утверждали, что расстрел эсдеков - возмутительный произвол, и что эсдеков большевики расстреливать не имеют права. О не-социалистах ничего не было сказано: значит, их расстреливать можно. Протестовали и правые эсеры против расстрелов правых эсеров, и левые эсеры протестовали тоже - против расстрела левых эсеров. Вышло как-то так, что меня - не эсдека и не эсера - может всякая каналья расстрелять, и ни эсдек, ни эсер даже не почешется. Так как я человек беспартийный, то я собираюсь сузить этот принцип еще больше: меня зовут Аркадий, и я накатаю обращение ко всему миру с протестом против расстрела всех Аркадиев. Раз человек носит поэтичное имя: Аркадий - не трожь его, скотина! Расстреливай Геннадиев и Апполинариев, если уж так тебе приспичило. Другие человеки тоже могут организоваться по своим отличительным признакам: брюнеты напишут протест против расстрела брюнетов, рыжие станут грудью за рыжих, косоглазые за косоглазых и привычные кретины за... Впрочем, последнего не надо. Уже сделано. * * * Однако, как говорят французы - "вернемся к нашим баранам" - к Мартову и Абрамовичу. Итак, они энергично протестуют: против расстрелов эсдеков, против удушения эсдековской прессы и против невключения эсдеков в число правящего класса. А представьте вы себе такую картину: сидят Мартов с Абрамовичем у себя в редакции, тихо, мирно испускают "Социалистический Вестник" - вдруг является депутация русских мужичков и, повалившись в ноги, голосит: - Земля наша очень велика и обильна, большевики вырезаны - придите княжить и володеть нами! Пражские эсеры позеленеют и лопнут от зависти, что не их пригласили править, но Мартову и Абрамовичу уже не до них: мало ли какие бедные родственники корчатся по передним царственных домов. - Наша взяла! - радостно гаркнет Мартов, и тут же покосится на Абрамовича, подумав: "Эх, хватил бы тебя паралич - можно бы тогда начать устраиваться без компаньонов!" А Абрамович крепко пожмет Мартову руку, и мелькнет в его светлой голове мысль: - Эх, не руку бы тебе так сжать, а горло! Ведь, знаю, поеду в Москву - сейчас же за мной потащишься! Но наружно оба будут сиять и, ужимая коленами пухлые чемоданы, пообещают делегации: - Раз вы передаете власть в наши эсдекские руки - всякий произвол и насилие прекратятся! Долой гнет печати, долой расстрелы и Че-ка!.. * * * Вот и Москва развернула свои пышные красоты перед двумя новыми Рюриком и Синеусом. - С чего ж мы начнем? - спросил деятельный Абрамович. - Надо составить коалиционное правительство! Мартов поморщился: - Значит, с эсерами и кадетами? - С какой радости? Что у нас, меньшевиков мало, что ли? Составим коалиционный кабинет из меньшевиков левых, меньшевиков правых и меньшевиков так себе. * * * Пришел Абрамович к Мартову - лица на нем нет: - Вы послушайте, какое хамство! Эсеры ругательски изругали нас в своей газете за то, что мы их не включили в кабинет! Можете представить - меня назвали бездарным слизняком! По-моему, эту их паршивую газету нужно закрыть навсегда! - Ну, положим, - усмехнулся Мартов, - это недостаточный мотив для закрытия. - А про вас написали, что вы пузатый Калигула с темпераментом скопца-менялы! - Гм... да. Тогда мотивы для закрытия, пожалуй, достаточны. Заготовьте ордерок. * * * Снова прибежал Абрамович к Мартову - снова лица на нем нет. Вместо лица - трагическая маска. - Послушайте! После закрытия нами эсеровских и кадетских газет - эти каторжники совсем на стену полезли: получил сведения, что они организуют заговор с целью нас свергнуть. - Кукиш с маслом! - воскликнул, с царственным жестом, Мартов. - Нам нужно создать особый орган, который следил бы за общественной безопасностью и раскрывал заговоры. - Чрезвычайную Комиссию? - Дубовая голова! Разве можем мы воскрешать Че-ка, вызывать к жизни мрачные страницы большевизма? Нет, нужно создать Обыкновенную Комиссию. - Значит, Об-ка? - Об-ка - это звучит спокойно и безобидно. * * * Через год за границей встретились двое русских. - Вы каким образом из России? - Бежал от ужасов Об-ка. * * * Я не моралист, но я только хотел доказать читателям - что такое партийная власть. Всякий человек, говорящий "А", неизбежно произносит и следующую букву... Когда расстреливают всю Россию, а Черт Иванович протестует только против расстрела Чертей Ивановичей, такой человек у власти будет самым сугубым Нероном, только без его умения играть на цитре. Партийные люди напоминают бездарных, с болезненным самолюбием, актеров. А ведь сказано: - Не всякий император на месте Нерона был бы актером, но всякий актер на императорском месте будет Нероном.