Даниэль Дефо. Радости и горести знаменитой молль Флендерс

Даниэль Дефо. Радости и горести знаменитой молль Флендерс

В обиходе это произведение Дефо называют кратко: «Молль Флендерс», а с подзаголовком название еще длиннее: «(…), которая была двенадцать лет содержанкой, пять раз замужем, двенадцать лет воровкой, восемь лет ссыльной в Виргинии, но под конец жизни разбогатела».

Основываясь на том, что история её жизни «написана» героиней в 1683 г. (как всегда, повествование у Дефо ведется от первого лица, а сам он скрывается за маской «издателя») и что самой ей в ту пору должно быть семьдесят или семьдесят один год, определяем дату её рождения: около 1613 г. Молль родилась в тюрьме, в Ныогете; беременная ею воровка добилась смягчения приговора и после рождения дочери была сослана в колонию, а шестимесячную девочку отдали на попечение «какой-то родственнице». Каков был этот надзор, можно догадаться: уже в три года она скитается «с цыганами», отстает от них, и городские власти Колчестера определяют её к женщине, некогда знавшей лучшие времена. Та обучает сирот чтению и шитью, прививает им хорошие манеры. Трудолюбивая и смышленая девочка рано (ей восемь лет) сознает унизительность уготованной ей участи прислуги у чужих людей и объявляет о своем желании стать «госпожой». Неглупый ребенок понимает это так: быть самой себе хозяйкой — «собственным трудом зарабатывать на хлеб». На необычную «госпожу» приходят посмотреть жена мэра с дочерьми и прочие расчувствовавшиеся горожанки. Ей дают работу, дарят деньги; она гостит в хорошем доме.

Умирает престарелая воспитательница, наследница-дочь выставляет девочку на улицу, прикарманив её деньги (потом она их вернет), и четырнадцатилетнюю Молль берет к себе «добрая настоящая госпожа», у которой она гостила. Здесь она прожила до семнадцати лет. Положение её не совсем понятно, обязанности по дому не определены — скорее всего, она подружка дочерей, названая сестра, «воспитанница». Способная, переимчивая девушка скоро не уступает барышням в танцах и игре на клавикордах и спинете, бойко говорит по-французски, а поет даже лучше их. Природа не обошла её своими дарами — она красива и хорошо сложена. Последнее сыграет роковую роль в жизни «мисс Бетти» (Элизабет? — мы так и не узнаем её настоящего имени), как зовут её в доме, поскольку в семье, помимо девочек, растут двое сыновей. Старший, «большой весельчак» и уже опытный дамский угодник, неумеренными похвалами её красоте кружит голову девушке, льстит её тщеславию, превознося перед сестрами её достоинства. Уязвленные «барышни» настраиваются против нее. Между тем старший брат (он так и останется безымянным) обещаниями жениться и щедрыми подарками добивается «так называемой высшей благосклонности». Разумеется, женитьбу он сулит, «лишь только вступит во владение своим имуществом», и, может быть, искренне полюбившая его героиня еще долго довольствовалась бы ожиданием (хотя более эти обещания не повторялись), не влюбись в нее младший брат, Робин. Этот бесхитростен и прост пугая мать и сестер, он не скрывает своих чувств, а у «мисс Бетти» честно просит руки и сердца — его не смущает, что она бесприданница, Считая себя женой его старшего брата, та отказывает Робину и в отчаянии (счастливый шанс упущен) призывает к решительному объяснению своего любовника-мужа. А тот вроде бы и не отказывается от своих обещаний, но, трезво оценивая реальность («мой отец здоров и крепок»), советует ей принять предложение брата, внести мир в семью. Потрясенная вероломством любимого, девушка заболевает горячкой, с трудом поправляется и в конце концов соглашается на брак с Робином. Старший брат, с легким сердцем осудив «безрассудство молодости», откупается от любимой пятьюстами фунтами. Явные черты будущего психологического романа проступают в описании обстоятельств этого замужества: лежа с мужем, она всегда представляла себя в объятьях его брата, между тем Робин — славный человек и совсем не заслужил смерти пять лет спустя по воле автора; увы, по поводу его кончины вдова не проливала слез.

Двоих детей от этого брака новоиспеченная вдовушка оставляет у свекрови, живет безбедно, имеет поклонников, но «блюдет» себя, поставив целью «только брак, и притом выгодный». Она успела оценить, что значит быть «госпожой» в расхожем смысле этого слова, её претензии возросли: «если уж купец, то пусть будет похож на господина». И такой находится. Бездельник и мот, он меньше чем за год спускает их невеликое состояние, терпит банкротство и бежит во Францию, предоставив жене скрываться от кредиторов. Родившийся у них ребенок умер. Соломенная вдова перебирается в Минт (лондонский квартал, где укрывались от полиции несостоятельные должники). Она берет другое имя и с этого времени называется «миссис Флендерс». Положение её незавидно: без друзей, без единого родственника, с небольшим, стремительно тающим состоянием. Впрочем, друга она скоро находит, хитроумной интригой пособив одной горемыке заполучить в мужья чересчур разборчивого капитана. Бдагодарная товарка распускает слухи о богатой «кузине», и скоро Молль из кучи набежавших поклонников выбирает полюбившегося. Она честно предупреждает соискателя её руки о своем незначительном приданом; тот, полагая, что испытывается искренность его чувств, объявляет (в стихах!), что «деньги — тщета».

Он и в самом деле любит её и потому достаточно легко переносит крушение своих расчетов. Молодожены плывут в Америку — у мужа там плантации, самое время по-хозяйски вникнуть в дела. Там же, в Виргинии живет его мать. Из разговоров с нею Молль узнает, что та приехала в Америку не своей волей. На родине она попала в «дурное общество», и от смертного приговора её спасла беременность: с рождением ребенка наказание ей смягчили, сослав в колонию. Здесь она раскаялась, исправилась, вышла замуж за хозяина-вдовца, родила ему дочь и сына — теперешнего мужа Молль. Некоторые подробности её истории, а главное — имя, каким она звалась в Англии, приводят Молль к ужасной догадке: её свекровь не кто иная, как её собственная мать. Естественно, отношения с мужем-братом чем дальше, тем больше разлаживаются. У них, кстати, двое детей, и третьим она беременна. Не в силах таить страшное открытие, она все рассказывает свекрови (матери), а потом и самому мужу (брату). Она не чает вернуться в Англию, чему он теперь не может препятствовать. Бедняга тяжело переживает случившееся, близок к помешательству, дважды покушается на самоубийство.

Молль возвращается в Англию (всего она пробыла в Америке восемь лет). Груз табака, на который она возлагала надежды встать на ноги и хорошо выйти замуж, в дороге пропал, денег у нее мало, тем не менее она часто наезжает в курортный Бат, живет не по средствам в ожидании «счастливого случая». Таковой представляется в лице «настоящего господина», приезжающего сюда отдохнуть от тяжелой домашней обстановки: у него душевнобольная жена. Между «батским господином» и Молль складываются дружеские отношения. Приключившаяся с ним горячка, когда Молль выходила его, еще больше сближает их, хотя отношения остаются неправдоподобно целомудренными целых два года. Потом она станет его содержанкой, у них родится трое детей (в живых останется только первый мальчик), они переедут в Лондон. Их налаженная, по существу супружеская, жизнь продолжалась шесть лет. Новая болезнь сожителя кладет конец этому почти идиллическому эпизоду в жизни Молль. На пороге смерти «в нем заговорила совесть», он раскаялся «в беспутной и ветреной жизни» и отослал Молль прощальное письмо с назиданием также «исправиться». Снова она «вольная птица» (ее собственные слова), а точнее — дичь для охотника за приданым, поскольку она не мешает окружающим считать себя дамой состоятельной, со средствами. Но жизнь в столице дорога, и Молль склоняется на уговоры соседки, женщины «из северных графств», пожить под Ливерпулем. Предварительно она пытается как-то обезопасить уходящие деньги, однако банковский клерк, намаявшись с неверной женой, вместо деловых разговоров заводит матримониальные и уже предлагает по всей форме составить договор «с обязательством выйти за него замуж, как только он добьется развода». Отложив пока этот сюжет, Молль уезжает в Ланкашир. Спутница знакомит её с братом — ирландским лордом; ослепленная его благородными манерами и «сказочным великолепием» приемов, Молль влюбляется и выходит замуж (это её четвертый муж). В недолгом времени выясняется, что «ланкаширский муж» мошенник: сводничавшая ему «сестра» оказалась его бывшей любовницей, за приличную мзду подыскавшей «богатую» невесту. Обманутые, а точнее — обманувшиеся молодожены кипят благородным негодованием (если эти слова уместны в таком контексте), но дела уже не поправить. По доброте душевной Молль даже оправдывает незадачливого супруга: «это был джентльмен (…), знавший лучшие времена». Не имея средств устроить с нею более или менее сносную жизнь, весь в долгах, Джемми решает оставить Молль, но расстаться сразу не выходит: впервые после горькой любви к старшему колчестерскому брату, с которой начались её несчастья, Молль любит беззаветно. Она трогательно пытается уговорить мужа поехать в Виргинию, где, честно трудясь, можно прожить и с малыми деньгами. Отчасти увлеченный её планами, Джемми (Джеймс) советует прежде попытать счастья в Ирландии (хотя там у него ни кола ни двора). Под этим благовидным предлогом он таки уезжает.

Молль возвращается в Лондон, грустит по мужу, тешится сладостными воспоминаниями, покуда не обнаруживает, что беременна. Родившийся в пансионе «для одиноких женщин» младенец уже заведенным порядком определяется на попечение к крестьянке из Хартфорда — и недорого, что не без удовольствия отмечает избавившаяся от «тяжелой заботы» мать.

Она испытывает тем большее облегчение, что не прерываемая все это время переписка с банковским клерком приносит добрую весть: он добился развода, поздно хватившаяся жена покончила с собой. Поломавшись приличное время (все героини Дефо отменные артистки), Молль в пятый раз выходит замуж. Одно происшествие в провинциальной гостинице, где совершилось это предусмотрительно припасенное событие, пугает Молль «до смерти»: из окна она видит въехавших во двор всадников, один из них несомненно Джемми. Те вскоре уезжают, но слухи о разбойниках, в тот же день ограбивших неподалеку две кареты, укрепляют Молль в подозрении относительно промысла, каким занимается её недавний благоверный.

Счастливый брак с клерком длился пять лет. Молль денно и нощно благословляет небеса за ниспосланные милости, сокрушается о прежней неправедной жизни, страшась расплаты за нее. И расплата наступает: банкир не смог перенести утраты крупной суммы, «погрузился в апатию и умер». В этом браке родилось двое детей — и любопытная вещь: не только читателю трудно перечесть всех её детей, но путается и сама Молль (или Дефо?) — потом окажется, что от «последнего мужа» у нее один сын, которого она, естественно, определяет в чужие руки. Для Молль настали тяжелые времена. Ей уже сорок восемь, красота поблекла, и, что хуже всего для этой деятельной натуры, умевшей в трудную минуту собраться с силами и явить невероятную жизнестойкость, она «потеряла всякую веру в себя». Все чаще посещают её призраки голода и нищеты, пока наконец «дьявол» не гонит её на улицу и она не совершает свою первую кражу.

Вся вторая часть книги — это хроника неуклонного падения героини, ставшей удачливой, легендарной воровкой. На сцене появляется «повитуха», восемь лет назад удачно освободившая её от сына, рожденного в законном (!) браке с Джемми, и появляется затем, чтобы в качестве «пестуньи» остаться до конца. (В скобках заметим, что число восемь играет почти мистическую роль в этом романе, отмечая главные рубежи в жизни героини.) Когда после нескольких краж у Молль накапливается «товар», который она не знает, как сбыть, она вспоминает о сметливой повитухе со средствами и связями. Она даже не представляет, какое это верное решение: восприемница нежеланных детей стала теперь процентщицей, дает деньги под заклад вещей. Потом-то выяснится, что называется это иначе: наводчица и сбытчица краденого. Целый отряд несчастных работает на нее. Один за другим попадают они в Ньюгейт, а там либо на виселицу, либо — если повезет — в американскую ссылку. Молль неправдоподобно долго сопутствует удача — главным образом потому, что она действует в одиночку, полагаясь только на себя, трезво рассчитывая меру опасности и риска. Талантливая лицедейка, она умеет расположить к себе людей, не гнушаясь обмануть детское доверие. Она меняет внешность, приноравливаясь к среде, и некоторое время «работает» даже в мужском костюме. Как прежде в брачных контрактах или при определении содержания оговаривался каждый пенс, так сейчас Молль ведет подробнейшую бухгалтерию своим неправедным накоплениям (серьги, часики, кружева, серебряные ложки…). В преступном промысле она выказывает быстро приобретенную хватку «деловой женщины». Все реже тревожат её укоры совести, все продуманнее, изощреннее её аферы. Молль становится подлинным профессионалом в своем деле. Она, например, не прочь щегольнуть «мастерством», когда крадет совершенно не нужную ей в городе лошадь. У нее уже немалое состояние, и вполне можно бросить постыдное ремесло, однако эта мысль навещает её только вслед за миновавшей опасностью. Потом она об этом и не вспомнит, но и не забудет упомянуть о покаянной минуте в дотошливом реестре всего, что говорит в её пользу.

Как и следует ожидать, удача однажды изменяет ей, и, к злобной радости томящихся в Ньюгейте товарок, она составляет им компанию. Конечно, она горько раскаивается и в том, что некогда поддалась искушению «дьявола», и в том, что не имела сил одолеть наваждение, когда голодная смерть ей уже не грозила, но все-таки горше всего мысль, что она «попалась», и поэтому искренность и глубина её раскаяния сомнительны. Зато ей верит священник, стараниями «пестуньи» («убитая горем», та на почве раскаяния даже заболевает), ходатайствующей о замене смертной казни ссылкой. Судьи удовлетворяют её ходатайство, тем паче что Молль официально проходит как впервые судимая. В тюрьме она встречает своего «ланкаширского мужа» Джемми, чему не очень и поражается, зная его род занятий. Однако свидетели его разбоев не спешат объявиться, суд откладывается, и Молль удается убедить Джемми добровольно отправиться с нею в ссылку (не ожидая вполне вероятной виселицы).

В Виргинии Молль встречается со своим уже взрослым сыном Гемфри (брат-муж ослеп, сын ведет все дела), входит в обладание состоянием, завещанным давно умершей матерью. Она толково ведет плантаторское хозяйство, снисходительно терпит «барские» замашки мужа (тот предпочитает работе охоту), и в положенный срок, разбогатевшие, они оба возвращаются.в Англию «провести остаток наших дней в искреннем раскаянии, сокрушаясь о дурной нашей жизни».

Хроника жизни Молль флендерс кончается словами: «Написано в 1683 г.». Удивительно иногда сходятся даты: в том же, 1683 г., словно на смену «сошедшей со сцены» Молль, в Англию привозят из Франции десятилетнюю Роксану.