Великий шелковый путь: формирование и основные этапы развития

Великий шелковый путь: формирование и основные этапы развития

Реферат выполнила Муртазина Р.Н.

Министерство высшего и среднего образования

Ташкентский Государственный Технический Университет им. Абу Райхана Беруни, Энергетический факультет заочного отделения

Ташкент – 1999 г.

Издревле развитие человеческой цивилизации неразрывно связано с формированием транспортных коридоров. Древний Шелковый Путь на протяжении многих веков связывал Восток и Запад. Именно этот путь способствовал бурному развитию науки, техники, технологии, межнациональных и межрегиональных отношений, обмену культурных ценностей. 

Во второй половине третьего века сложились прочные торгово-экономические связи Парфии с Ираном, Индии и Китаем: “Шелковый путь” в Китай – по долине Вахша, через Каратегин и Алайскую долину на Кашгар. Пути на запад шли через Парфию на Экбатану (Иран), оттуда в Сирию, другой путь – вниз по Амударье, и “золотой путь” - в Сибирь через Давань (Фергану) мимо Иссык-Куля.

Из Индии вывозили пряности, благовония, из Китая – шелк, железо, никель, меха.

Источники свидетельствуют о существовании в Парфянском царстве знати и ее значительной роли в политической и экономической жизни. Немаловажную роль сыграло то обстоятельство, что по подгорной равнине Копетдага проходил Великий шелковый путь и парфянские купцы принимали самое активное участие в торговле. “Купцы, - писал китайский автор в I в. до н. э., - производят торговлю с соседними государствами сухим и водным путем”. (И. Бичурин, т. 2, с. 183). Ритоны из слоновой кости, мраморные статуи Афродиты и Артемиды, терракотовые, иногда позолоченные, иногда раскрашенные статуэтки, серебряное изображение Эрота, привезенные из западных центров эллинистического мира, найденные в городище Старая Нисса, свидетельствуют об оживленной торговле с западными странами. 

На эпоху существования Кушанского государства приходится время наивысшего расцвета древней Средней Азии, ее экономики, культуры и искусства. В этот период получает широкое развитие международная торговля, закладываются новые города, но уже не эллинистические. В искусстве и культуре на основе синтеза восточной, эллинистической, индийской и кочевой традиций складывается новое направление - кушанское. Сохранились многочисленные памятники архитектуры и скульптуры на территории Северной Индии, в долине реки Кабул, в Бактрии, по северному и южному побережью Амударьи, которые свидетельствуют о том, что оно было важным этапом в культурном развитии Средней Азии. 

Кушанские правители установили широкие торговые и культурные связи с Римом, Китаем и Индией. Особенно тесные связи были с Индией, причем они были настолько глубоки, что кушанскую культуру часто называют гандхарской, по названию северной части древней Индии, нынешней территории Пакистана. Несомненно, что через Кушанскую империю устанавливаются широкие связи между Средней Азией и Индией в культурной и экономической областях.

Средняя Азия и Индия были связаны многочисленными путями, ведущими через Афганистан. Наиболее оживленным путем был путь Маргиана (Мерв)-Кушка-Герат-Кандагар. Имелась центральная система дорог от Амударьи к перевалам на Гиндукуше, далее в долину реки Кабул и затем к Инду. Здесь были два главных перевала - Бамианский и Чарикарский, преодолеть которые не составляло труда даже огромным массам войск. Путь от Термеза до Кабула через Мазари-Шериф и Бамианский перевал составлял 600 км, что равняется расстоянию от Термеза до Ферганы, и караван проходил этот путь максимум за 20 дней. Третья группа дорог вела через Кундуз, Файзабад, Читрал в долину Кунар. Расстояние здесь не превышало 500 км, и караван преодолевал этот путь за 15 дней. Хотя Афганистан в ту эпоху не имел практически дорог, тем не менее отмеченные пути позволяли легко преодолевать его территорию караванам, массам вооруженных отрядов и толпам кочевников. 

Культурный обмен между Индией и Средней Азией усилился после утверждения императором Ашокой буддизма в качестве государственной религии в конце III в. до н. э. Поощряемый с одной стороны индийскими правителями, с другой - кушанскими императорами, которые также рассчитывали превратить его в государственную религию, буддизм стал в период Кушанской империи важнейшей формой культурного обмена между Северной Индией и Средней Азией.

Старый Термез с его кварталами ремесленников и массой простых людей был, вероятно, самым подходящим местом для распространения буддизма. Он и стал в кушанскую эпоху центром распространения и культивирования нового вероучения по всей Средней Азии. 

Вместе с тем здесь заметно еще и влияние греческой культуры. На обнаруженных вещах, в частности, бронзовых пластинах, можно найти хорошо выполненные изображения Эрота, Геракла, Марена и Александра Македонского. Складывалась и “кушанская” письменность на базе греческого алфавита, но приспособленная для записи ираноязычной речи. 

В то же время древний китайский историк Шицзи пишет: “От Давали (Фергана) на западе до Аньси (Парфия) хотя и говорят различными языками, но в обыкновении весьма сходствуют и в разговорах понимают друг друга” (И. Бичурин, т. 2, с. 161). Видимо, с приходом юечжей распространился и тюркский язык, который делал в Кушанском государстве первые шаги на территории Средней Азии. 

Традиции кушанского искусства (гандхарского) оказали впоследствии огромное влияние на художественную культуру народов Дальнего Востока - Китая, Японии, Индокитая и Индонезии, которое проходит через все средневековье и сохраняется до нашего времени.

После распада Кушанского царства, начавшегося в III в., образовалось два политических центра – один в Пешаваре (Индия), другой – в Согде. 

В искусстве и культуре Согда ведущую роль играли эллинистические формы и мотивы, которые в ряде случаев сочетались с древними архаическими местными традициями. Говорили жители Согда на одном из среднеазиатских иранских наречий, которое Беруни назвал “согдийским”. Французский иранист Готье высказывал мнение, что оно было распространено от Согда до Китая, во всяком случае памятники с таким языком были найдены в Синьцзяне. Писали согдийцы на древнеарамейском шрифте, который, видимо, перешел к ним от парфян, но после утверждения кангюйского господства алфавит начал медленно заменяться уйгурским, который имел широкое распространение на территории Монголии и между Китаем и Средней Азией. 

Известный историк Средней Азии В. В. Бартольд распространение языков и алфавита в древней Средней Азии связывает с развитием торговых отношений и “религиозной пропагандой”. Ни один из других языков не мог соперничать с согдийско-уйгурским алфавитом, который получил применение при записывании религиозных текстов - буддийских, манихейских и христианских. Только много позже, пишет он, эта грамота была вытеснена на западе арабским алфавитом, на востоке - тибетским (В. В. Бартольд. История культурной жизни Туркестана. Ленинград, 1927, с. 12). 

Согд был богатой торговой областью. В нем насчитывалось 30 крупных и 300 малых городов, которые были связаны торговыми путями. Многие иностранцы приезжали в государство для торговли. Городские жители были по тем временам богато одеты. Женщины носили платья из шелковых тканей, а мужчины одевались в камчатные кафтаны (И. Бичурин, т. 2, с. 272). 

Таншу пишет: “Жители пристрастны к вину, любят песни и пляски на улицах. Родившемуся мальчику язык намазывают каменным медом, а на ладони кладут клей, чтоб он был сладкоречив и крепко держал денежку. Пишут поперек. Искусны в торговле и корыстолюбивы. Мужчина, достигший двадцати лет, уезжает в соседние владения и везде побывает, где только предвидит выгоду” (И. Бичурин, т. 2, с. 310). Неудивительно поэтому, что почти все китайские источники постоянно говорят о “богатых домах”, которые держат виноградное вино до тысячи даней (дань - около ста литров). 

К середине V в. формируется новое мощное государство на территории Средней Азии – Эфталитское. 

Эфталиты принимали большое участие в международной торговле с Ираном, Византией, Индией, Китаем. Торговали шелком, стеклом, пряностями, драгоценными камнями, красками и пр. Употреблялись монеты сасанидские и местного чекана, с подражанием иранским монетам с двумя надписями. Они получили название “монет бухар-худатов”, так как предполагают, что они чеканились в Бухаре. Были и другие монеты, например, согдийские. Заметна связь монет раннего Хорезма с эфталитскими (например, деформация черепа и начертание тамги).

В Прикамье найдены несколько серебрянных чаш, на которых вырезано письмо, близкое к письму на хорезмийских монетах. Нахождение этих чаш в Прикамье и хорезмийских монет в Поволжье подтверждает факт торговых и политических связей эфталитов с Поволжьем. Следовательно, существовали также торговые и политические связи Хорезма и с Поволжьем.

К эфталитскому периоду относится развитие производства цветного стекла, вывозившегося из Средней Азии в Китай. Этот период характеризует расцвет и начало разложения рабовладельческого общества, зачатки раннего феодализма.

Политические и торговые связи взаимообогащали культуру народов Востока и Средней Азии. Археологам удалось выявить новую хорезмийскую цивилизацию в эпоху кушан-эфталитов, которая предстала как сложное целостное явление античного мира и определила пути культуры Средней Азии на последующем раннесредневековом этапе его развития. По технике исполнения и стилю стенная роспись при эфталитах имеет много общего с росписями, открытыми в буддийских храмах и пещерах в V-VI вв. в Восточном Туркестане, а также содержит ряд специфических черт, характерных только для эфталитов. Пластинка дворцовой штукатурки очень близка к иранской росписи, к искуству Индии и Восточного Туркестана.

В V-III вв. до н.э., на Алтае жили многочисленные племена, предки многих народов Сибири, азиатских степей и др., говорящие на различных диалектах восточной ветви тюркских языков, понятных каждому племени.

Природа Алтая оказалась щедрой и благодатной, и численность племен Ашины стала быстро расти. Горы были покрыты хвойным лесом и богаты железом. Земля в долинах была ровной и травянистой, климат дождливым, влажным. Скот размножался беспрепятственно, люди богатели. В стране было изобилие мяса, молока, шерсти, кожи, бурно развивалось растениеводство. Постепенно владения этих племен расширялись, и к концу V в. они владели уже всем Семиречьем. 

Значительную роль в росте их могущества сыграло развитие торговых отношений. Кочевые империи всегда представляли собой большую притягательную силу для купцов разных стран, находивших здесь выгодный сбыт своим товарам, особенно тканям, главному предмету ввоза к кочевникам. В то же время кочевники в большом количестве предоставляли им продукты животноводства - кожу, шерсть, кости, мясо, животный жир. В связи с этим в VI в. наблюдается сдвиг торговых путей на север. Путешественники из Самарканда, минуя Фергану, отправлялись через Ташкент и Аулие-Ата (ныне Джамбул) в Семиречье, к берегам Чу, оттуда по южному берегу Иссык-Куля и через перевал Бедель в Аксу. 

Во второй половине VI в. тюркоязычные племена народов Алтая объединились с народами Семиречья и Центральной Азии в Тюркский каганат. 

Народы Каганата столкнулись на Амударье с могущественным Ираном, который стремился завладеть Эфталитской державой. Сначала их отношения были дружественными, а когда тюрки разгромили эфталитов, отношения испортились.

После неудачных попыток завязать торговые связи с Ираном, тюрки послали в 568-569 гг. посольство в Константинополь с тем, чтобы завязать торговые отношения с Византией. Путь их проходил по северу Каспийского моря, через Кавказ. В Тюркский Каганат византийцы отправили своих послов, которые должны были совершить очистительную процедуру: пройти между огнями. 

Начиная с 70-х до 80-х гг. VI в. тюрки вели непрерывные войны с Китайской империей, Ираном и арабским халифатом, которые лишь обогащали верхушку воено-племенной знати и стимулировали застойные явления, которые остановили прогресс в развитии производительных сил, истощили силы тюркских племен и обусловили поражение Тюркского каганата и его распад. 

В начале VII в. в западном Каганате наблюдается подъем, укрепляются отношения с Китаем.

В 30-х гг. VII в. в Средней Азии проходила вторая волна согдийской колонизации Семиречья и Восточного Туркестана. Китайский паломник Сюан-Цян, посетивший Среднюю Азию в 630 г., отмечает большое количество городов, в том числе Суяб, где проходили большие ярмарки. 

В 630 г. наступил период подъема западной части Тюркского каганата. Как и при эфталитах, границы его доходили до берегов Инда. Рост городов оживил торговлю с Китаем, Ираном. Караваны шли через Мерв-Чарджуй-Бухару-Самарканд-Чач-Исфиджаб-Талас-Суяб и дальше к оазисам Восточного Туркестана. Согдийские колонии встречались вплотную до озера Лоб-Нор.

Вхождение Средней Азии в состав Тюркского каганата имело свои положительные стороны. Тюркские правители обеспечили краю необходимый покой и в то же время не вмешивались во внутренние дела покоренных народов. Согдийские города сохранили практически независимость, сохранили ее и города Ферганы и лишь выплачивали бекам и ханам дань. “Эффективно работал” Великий шелковый путь, огромная масса шелка, бархата, различных других тканей, стеклянных изделий, украшений, парчи, кожаных изделий потоком шла из Китая в Византию и обратно, оседая в Бухаре, Самарканде, Ташкенте, Мерве, Кашгаре, Суябе, Куче и Турфане. 

Внутренняя и внешняя торговля оставалась одним из основных занятий населения. В Бухарской области г. Пайкенд назывался “городом купцов”. 

Особенно оживленно шла торговля с Китаем. Только в 627-647 гг. в Китай было направлено 9 торговых посольств. Согдийские колонии появились на пути из Чимкента до Китая, в долине Таласа и по реке Чу.

При Тахаридах до XI в. и особенно при Саманидах основные области Мавераннахра и прежде всего долина Заравшана были в хозяйственном отношении передовыми. Постоянно увеличивающийся товарооборот между городом и деревней, между городом и деревней, между сельскими земледельческими районами и кочевой степью, а также рост караванной торговли, стимулировали развитие сельского хозяйства, горного дела и ремесел.

Большое внимание в Мавераннахре уделялось ремеслу. В ремесленном производстве было занято большое количество людей как в городах, так и в селениях. В селении Зандана, например, выделывали бумажную ткань, которую переправляли в Иран, Фарс, Хиндустан. Из Искиджкета вывозили хлопчатобумажные ткани, из Бухары - овечью шерсть, жир, масло для смазывания волос, ткани для настила полов в гостиницах, ушмунские (египетские) ткани, конские седла и табаристанские материи, особые сорта мяса и дынь.

Из Самарканда вывозились самаркандские ткани, ткани симгин (серебристые), парча, красные (мамараджиль), синизи, разные шелковые ткани, платки, стремена, удила, ремни, большие медные котлы, орехи и т. д., и т. п. 

В двух фарсахах от Самарканда находилось селение Ведар. Здесь производилась хлопчатобумажная ткань, очень красивая, с желтоватым оттенком, мягкая и плотная. Одежду из ведарийской ткани носили только эмиры, везири, кадии и другие представители богатых слоев общества. Платье из них стоило от двух до 10 динаров. 

Из Арбинджана (Рабинджана) вывозились зимние плащи из красной шерсти, кожи, оловянные сосуды, конопля, сера. Из Дизака (Джизака) - прекрасная шерсть и одежда. Из Бинакета (Ташкента) - туркестанские ткани. Область Шаша славилась выделкой кож и кожаных изделий. Из Шаша отправлялись высокие седла из лошадиной кожи, колчаны, палатки и невыделанные кожи; а также плащи, молитвенные коврики, наплечники, хлебное зерно, прекрасные луки, иголки, хлопчатая бумага и ножницы.

В X в. Илакский округ (между Шашем и Ферганой) был центром разработки серебряно-свинцовых руд. В Илаке был открыт третий в Мавераннахре монетный двор (один был в Самарканде, другой в Бухаре), Восточная Европа являлась крупнейшим потребителем среднеазиатского серебра в саманидских дерхемах.

В Уструшане добывалось много железа. Металлические изделия изготавливались в Минке и Мареманде в начале каждого месяца открывалась однодневная ярмарка, на которую съезжались из отдаленных мест. 

Из Ферганы вывозились предметы вооружения и изделия из меди и железа. В Асбаре(Исфаре) добывали каменный уголь, в Фергане - нефть.

Из Хорезма вывозили меха соболей, горностаев, хорьков, ласок, куниц, лисиц, зайцев и коз, а также свечи, стрелы, кору белого тополя, высокие шапки, рыбий клей, рыбьи зубы, касторовое масло, амбру, выделанные лошадиные кожи, мед, лущеные орехи, соколов, панцири, березовую кору, славянских рабов, баранов и коров - все это получали от булгар, т. е. в Хорезме была развита транзитная торговля. Кроме того, в самом Хорезме можно было закупить сушеные фрукты и сласти, полосатое сукно, ковры, парчу для подношений, покрывала из ткани мульхам, замки, ткань арандж, луки, рахбин (сыр), сыворотку, рыбу, лодки.

При Саманидах в Мавераннахре огромное значение имела караванная торговля, которая связывала Юго-Восточную Европу через Среднюю Азию, Иран и Кавказ с Монголией и Китаем.

Если раньше (в VIII-IX вв.) перевозили исключительно предметы роскоши, то при Саманидах (в X в.) предметы первой необходимости встречаются чаще: это и продукты питания, и ремесленное сырье.

Магистраль, соединявшая Переднюю Азию с Монголией и Китаем, шла от Багдада на Хамадан, Нишапур, Мерв, Амуль (Чарджоу), Бухару, Самарканд, Шаш, Бинакет, Тараз (Джамбул), Кулан (ст. Луговая), Мерке, Баласагун, Суяб, южный берег Иссык-Куля и дальше через Восточный Туркестан в Китай.

Громадное значение имел путь из Средней Азии в Европу. В период борьбы с Хазарским царством он проходил через Мерв, Бухару и Хорезм, т. е. по Среднеазиатской дороге. Из Бухары купцы отправлялись по реке Джейхун (Амударье) до Кята (Хорезма), затем до Ургенча (Джурджании), оттуда на Замджан, а потом по реке Эмбе через Яик (Урал) в Самару, Кинель, Черемшан и до Булгар.

Хорезм имел прочные культурные и торгово-экономические связи с Итилем и другими областями Хазарского царства.

Купцы в X в. были объединены в торговые компании, в торговых операциях очень часто употреблялись чеки. Большие суммы денег можно было сдать в каком-либо городе любому саррафу (меняла), взять у него чек и по предъявлении последнего в назначенном месте получить полностью сданную сумму (“чек” - слово персидское, обозначает в указанном смысле документ).

Торговля в основном была меновая, деньги служили лишь единицей счета. купцы оценивали свой товар в определенную сумму и меняли его на другой, такой же оцененный товар. при расчетах старались товаром же покрыть разницу в цене. В Китае, например, не признавали серебряных дирхемов и рассчитывались товаром, а в Восточной Европе дирхемы служили и деньгами, и товаром.

Караванная торговля требовала сложного обслуживания. В городах и селениях строились караван-сараи, в них имелись худжры для купцов и обслуживающего персонала, помещения для лошадей и верблюдов, мулов и ослов, необходимый фураж и провиант.

Иногда в караван-сараях можно было продать или купить оптом товар, узнать коммерческие новости и цены.

Существовали специальные купцы или даже компании, которые брали на себя перевозку товара, т. е. организацию транспорта. Вьючных животных обслуживали прислуга и проводники. Караваны имели при себе вооруженную стражу.

При караванах часто держали переводчиков (толмачей). Караваны насчитывали от нескольких десятков до нескольких тысяч вьючных животных. Например, в 922 г. от халифа ал-Муктадира направился в страну Булгар караван в 3 тыс. единиц вьючных животных и 5 тыс. человек.

Значительную роль в развитии торговли играли кочевники-скотоводы. Они брались сопровождать караваны, предоставляли скот для питания и в качестве транспортного средства, и целые роды специализировались на караванной торговле. Караванная торговля не смогла бы развиваться без их участия. 

Караваны были не только торговой организацией. Зачастую они везли ремесленников, художников, мастеров, ученых, путешественников, дипломатические миссии, иногда купцам поручались дипломатические дела. Так караван 922 г., кроме торговых целей, выполнял дипломатические, военно-технические и религиозные поручения. В составе посольства был тюрк и славянин, а также араб Ахмед ибн-Фадлан (секретарь посольства), который оставил свои записи. Из Китая в Среднюю Азию привозили шелк, дешевые ткани и шитую золотом и серебром парчу. Из Средней Азии в Китай шло стекло, особенно ценилось своим высоким качеством самаркандское стекло. Оно рассматривалось раньше как предмет роскоши. Из Средней Азии в Китай везли также лошадей.

В Восточную Европу, в Итиль и Булгар из Средней Азии поставлялись чеканные дирхемы, рис, хлопчатобумажные, шерстяные и шелковые ткани. Из Восточной Европы в Хорезм привозилось большое количество кож, меха, пушных зверей, кору для дубления кож, скот и рабы. Из Северной Европы, помимо мехов и кож, везли мед и невольников.

Главной заботой Саманидов было распространение ислама и усиленнию влияния мусульманского духовенства. Буддистские храмы в Средней Азии были превращены в мечети. Забота о развитии торговли была связана также с распространением ислама. Обязанность совершать в течение жизни паломничество в Мекку способствовала развитию торговых путей, увеличивая общую мобильность населения и знания в географии. Существование арабской империи обеспечивало безопасность караванных путей и оживление городской жизни. Утвердившись сначала в Дамаске, а затем в Багдаде, халифат добился создания развитой сети дорог между Индией и Китаем, с одной стороны, и славянскими народами, Византией и Европой - с другой. Главные торговые пути находились в пределах халифата, и его правители посредством установления сложной системы пошлин сделали их источником огромных доходов, часть которых шла на содержание блистательных дворов в Багдаде и Дамаске. 

На каждом этапе этих дорог, в каждом крупном Центре от Испании до Китая имелись мусульманские общины, мечети, гостиницы, где принимали только мусульманских торговцев. И вскоре практически на всех караванных дорогах и торговых центрах утвердились только купцы, принявшие мусульманскую веру. Мусульманские специалисты во всех сферах торговли, науки и письменности охотно принимались во всех государствах. Вскоре при всех дворах, во всех крупных центрах большинство военных советников, торговых агентов и специалистов по ирригации, а также ученые и астрологи были мусульмане. 

Первые успехи ободрили Саманидов. Они начинают широкую экспансионистскую политику, поощряют колонизацию степей переселенцами из Мавераннахра, которые должны были пропагандировать ислам. Так возникли три мусульманских города в нижнем течении Сырдарьи - Джент, Хувара и Янгикент, местоположение которых не установлено. Не довольствуясь этим, Саманиды предпринимают походы с целью насильственного утверждения ислама. В 893 г. они завоевывают город Талас и превращают существовавшую там христианскую церковь в мечеть. Как вновь сооруженные города, так и завоеванный Талас стали центрами широкой торговой деятельности в Средней Азии, и от каждого из этих городов дорога вела к Иртышу, куда Саманиды также пытались проникнуть. 

Известно, что в 960 г. ислам принял тюркский народ, проживавший между Алтаем и озером Иссык-Куль, количеством в 200 тыс. шатров, ставший затем ядром караханидской династии. В том же X в. ислам приняла и часть огузов, живших по нижнему течению Сырдарьи. Чего не смогли добиться арабские военачальники с помощью оружия, Саманиды добились с помощью торговли. 

Создание сильной централизованной власти в государстве Караханидов с установлением строжайшего порядка на дорогах, с хорошо налаженной почтовой службой, с почтовыми станциями на определенных расстояниях обеспечили в целом оживление торговли. Расширился и поток товаров по Шелковому пути, в особенности по его шашской ветви, проходившей через Ташкент, Отрар, Сайрам, Баласагун, Иссык-Куль и т. д. Это привело к новому подъему ремесленного производства в караханидском каганате и прежде всего гончарного, ткацкого, стекольного, кузнечного, медицинского и ювелирного дела, переработки продуктов сельского хозяйства и строительства. 

Складывалась специализация отдельных областей. В Чаткальской долине действовал горно-металлургический комплекс, где осуществлялось обогащение и плавка медных руд, здесь же были найдены печи по обжигу кирпича и винодельня. В городище Шельджи в Таласской долине существовало мощное железоделательное производство и в долине обнаружены печи для плавки серебро-свинцовых руд. Ткачеством занимались во всех городах империи, но самыми развитыми центрами были Бухара и Самарканд; в Кашгаре и Барахане отливали котлы и колокола, в Афрасиабе, Куве, Ахсикете, Узгене, Варахше и Таразе производили изделия из стекла. Из стекла же делали столовую посуду, предметы быта и украшения, парфюмерные флаконы. В горах Таласа добывали железо, медь, олово, золото, нефть и бирюзу - известно 73 выработки и места плавки этих руд. В Ахсикете добывалось золото, на горе Сох (Южная Фергана)- ртуть, в Узгене - нашатырь. 

Главными потребителями всех изделий этих ремесленных центров были дворы каганов, местных правителей, городское население и жители сельскохозяйственных районов, а также кочевники. Связь между отдельными районами обеспечивал Шелковый путь и его многочисленные ответвления. В XI-XII вв. в Мавераннахре сформировался отдельный экономический район с устойчивой кооперацией между отдельными регионами и специализацией по отраслям производства. Большую роль в торговом обмене и районировании производства играли кочевники, которые не только обеспечивали постоянный устойчивый рынок сбыта для широкого ассортимента изделий, но и связь между отдельными районами, активно участвуя в процессе обмена между центрами ремесленного производства. 

Хорезм в составе Саманидского государства был полунезависимым владением. В период образования Караханидского и Газневидского государств Хорезм, благодаря своему окраинному положению, не вошел ни в одно из них. Позднее он оказался в весьма благоприятном положении, так как находился на перекрестке торговых путей из Поволжья через Среднюю Азию в Монголию и Китай, с одной стороны, и в Иран с другой. Кроме того, он вел торговлю с гузской степью.

Географы X в. описывают Хорезм как страну, богатую разнообразной продукцией сельскохозяйственного производства со множеством городов и высоким уровнем культуры. 

После падения Караханидов в Бухаре зародилась своеобразная династия духовных феодалов-садров, которые держали в своих руках не только духовную, но и светскую власть, владели в городе недвижимостью – лавками на базарах, караван-сараями, мельницами и т. д., участвовали в караванной торговле. При садре Абд-ал-Азизе Бухара вела независимую политику в системе Караханидского государства.

Материальные ресурсы богатого и Культурного Хорезма в XI в. тоже продолжали расти, Хорезм по развитию ремесел не уступал ни одному городу Мавераннахра. Хорезмийским купцам принадлежало ведущее место в торговле со степью и дальними странами. Неизменно поднималось благосостояние земледельческих хозяйств свободных земледельцев, живших в домах-усадьбах.

В начале XII в. Мавераннахр был завоеван кара-Китаями. Кара-Китаи подчинили огромные территории от Хорезма до Кашгара. Кара-китайские императоры - гурханы - в качестве своей столицы сохранили старую столицу Караханидов - Баласагун. Во всех завоеванных территориях они не тронули прежнюю политическую, экономическую и социальную структуру, ограничившись в ряде случаев назначением наместников. При каждом из старых правителей гурханы поставили своих представителей, большей частью духовных лиц, которые играли роль надзирателей и наблюдателей за исправной уплатой налогов. Ежегодная дань была практически единственной формой подчинения кара-Китаям. Налог взимался в виде подворного обложения - с каждого двора один золотой, независимо от того, сколько человек там проживало. 

Влияние кара-Китаев на внутреннюю жизнь Мавераннахра было невелико, но они сыграли огромную роль в возвышении Хорезма, разгромив сельджуков и расчистив таким образом путь к утверждению могущественного государства хорезмшахов, что дало новую ступень в социально-экономическом и политическом развитии Мавераннахра. 

В условиях оседания кочевой части тюркского населения, роста городов и развития ремесленного производства сложилось переплетение интересов кочевого и оседлого населения и утвердилась форма сосуществования и сотрудничества тех и других в пределах одного централизованного государства. Это была основа всего позднейшего среднеазиатского абсолютизма. 

В этом общественно-политическом механизме большое значение имели следующие факторы: международная торговля, которая способствовала росту материального могущества государства и укреплению взаимной заинтересованности оседлого и кочевого населения, выделение значительных средств на содержание государственного аппарата и вооруженных сил и интеграция в социально-экономическую структуру государства тюркских кочевых племен, являвшихся главными поставщиками воинских контингентов. Удачное сочетание этих факторов создало благоприятные условия для быстрого возвышения государства хорезмшахов, которое в XII-XIII вв. становится на короткий исторический миг великой мировой державой. 

В X в. город Гургандж, расположенный на левом берегу Амударьи, приобрел большое экономическое и политическое значение благодаря тому, что являлся конечным пунктом караванной торговли с Сибирью и Южной Россией. Отсюда караваны следовали до Отрара, где они вступали в следующий отрезок пути в Китай. Другая дорога вела в Бухару и здесь подходила к разветвлению дорог, которые вели в Китай, в Индию или же через Мерв и Хорасан - на Ближний Восток. 

Большое военно-политическое и экономическое значение приобрели три города по нижнему течению Сырдарьи, довольно рано принявшие ислам, - Дженд, Хувара и Янгикент. Среди них выделялся Дженд, через который проходил караванный путь из страны кипчаков в Бухару. Отсюда набирались лучшие воинские части армии хорезмшахов и военачальники, отсюда происходило также высшее чиновничество. Достаточно сказать, что легендарный Текеш, до провозглашения его хорезмшахом, являлся наместником Дженда, а заняв престол государства, назначил сюда наместником “самого любимого своего сына” Насир ад-Дина Маликшаха. В указе Текеша говорилось, что Дженд является “основой и началом” государства и ему придавалось такое же значение, как самому Хорезму. 

Предметом особых забот хорезмшахов была торговля. Сохранился указ Текеша, в котором предписывалось одинаково справедливо относиться ко всем купцам - дальним и близким, тюркам и иноземцам, не препятствовать торговым сделкам, обеспечивать безопасность на дорогах, защищать товары и жизнь купцов от грабежа и насилий (3. М. Буниятов. Государство хорезмшахов-ануштегенидов. М., 1986). Хорошо организованная охрана дорог и караванных путей стимулировала развитие внутренней и внешней торговли. Рассказывают, что хорезмийские купцы со своими товарами доходили до Андалузии и Китая. 

Огромные выгоды приносила хорезмским купцам торговля с южно-русскими княжествами. Отсюда поступали меха (лисьи, волков и бобров), а также различные товары, производившиеся в русских городах. Выросла торговля с Китаем, особенно после того, как в XII в. на некоторое время был закрыт морской путь в Китай из Персидского залива, и весь поток товаров с запада хлынул в Китай через Хорезм. Практически лет на пятьдесят Хорезм стал важным этапом в торговле всего мира с Китаем. Хорезмские купцы захватили в свои руки всю торговлю с Монголией. Сюда они везли ткани, шитые золотом, хлопчатобумажные ткани и бухарскую ткань зендани (грубая хлопчатобумажная ткань). Монголы принимали хорезмских купцов с большим почетом и ставили для них шатры из белого войлока, считавшиеся знаком особого уважения. 

Развитие международной торговли стимулировало рост городов и ремесленного производства. Благодаря своему выгодному географическому положению два города приобрели особую значимость - Гургандж и Дженд. Они располагались на пересечении важных путей сообщения и стали центрами международной торговли. 

Развитие международной торговли стимулировало и развитие ремесленного производства. В Хорезме аккумулировалось искусство ремесленников самых различных стран, и в то же время появилось большое число собственных умельцев, изделия которых высоко ценились во всех уголках Востока. Гургандж стал средоточием самых искусных ремесленников Хорезма, Всего здесь набчитывалось 50 основных специальностей ремесла. Женщины Гурганджа были искусными вышивальщицами. А кузнецы, плотники, резчики по слоновой кости и дереву, швейники, производители шелка славились своим изящным искусством и тонким ремеслом. В городе было много базаров, и на каждом царил строгий порядок. Была введена специальная должность - мухтасиб, который наблюдал за их состоянием. Он проверял качество товаров, чистоту посуды, свежесть продуктов, следил за точностью мер и весов и пресекал обман и мошенничество. 

В то время как сын Текеша хорезм-шах Мухаммед объединял земли Мавераннахра, Мангышлака и большей части Персии и включал их в состав Хорезмского государства, в далекой Монголии происходил процесс формирования кочевого феодального государства. 

Объединив монголов, в 1209 г. Чингиз-хан совершил поход в страну Тангут (на северо-востоке Китая). В 1211 г. Чингиз-хан с огромным войском начал поход на Северный Китай, и в 1215 г. взяв Пекин, сверг цинскую династию и присоединил Северный Китай к монгольскому государству.

В этот период Хорезм-шах, заканчивая завоевание Мавераннахра, мечтал совершить поход в Китай. Но до него дошли слухи, что Чингиз-хан в 1215 г. взял Пекин. Чтобы проверить слухи, Мухаммед хорезм-шах послал к Чингиз-хану послов, которые нашли его в Китае. Чингиз-хан хорошо принял послов Мухаммеда и просил передать, что считает себя полновластным царем Востока, а Мухаммеда – владыкой Запада.

Через некоторое время из Хорезма было отправлено новое посольство к Чингиз-хану северным путем, минуя государство Кучлука. Посольство явилось с большим торговым караваном, во главе которого стояли Ахмед Ходженди и Ахмед Балчич. Купцы продали Чингиз-хану товары по сходной цене. В ответ Чингиз-хан отправил от себя караван с товарами и подарками, а также своих послов. Во главе их был хорезмиец Махмуд, богатый купец, известный под именем Ялавача-посла.

Мухаммед принял купцов, по видимому, в Бухаре, выслушал послание монгольского хана, в котором говорилось, что Чингиз-хан слышал о могущественном Мухаммед-хане, желает заключить с ним мирный договор и почитает его наравне с лучшими из своих сыновей. Последенее на языке дипломатии означало, что Чингиз-хан намерен относиться к хорезм-шаху, как к своему вассалу. Это унижало достоинство хорезм-шаха. Такая перспектива не могла ему понравиться – он считал себя вторым Александром, вторым султаном санджаром. И ночью, тайно Мухаммед-шах призвал к себе Махмуда Ялавача, напомнив ему, что он хорезмиец и должен служить ему, а не Чингиз-хану. Потребовал рассказать ему о силах монгольского хана, о его завоеваниях и дальнейших намерениях. В конце разговора Мухаммед предложил Ялавачу стать его шпионом при дворе Чингиз-хана. Махмуд согласился или сделал вид, что согласился.

Хорезм-шах отпустил послов, обещая подписать договор с Чингиз-ханом. Последний остался доволен и в 1218 г. снарядил огромный торговый и посольский караван из 450 человек и 500 верблюдов. Караван вез огромные ценности и подарки. Во главе каравана стояли мусульманские купцы. Караван направился в столицу Хорезма Ургенч, где находился Хорезм-шах, но был задержан по пути в пограничном городе Отраре, где стоял хорезмский гарнизон.

Источники не сохранили нам ясной картины происшедших в Отраре событий. Известно только, что Инальчик - комендант крепости Отрара, отдал распоряжение разграбить караван, а всех людей его перебить. Спасся только один человек - погонщик верблюдов. Ему удалось добраться до ставки Чингиз-хана и рассказать о трагической судьбе каравана. 

Чингиз-хан был крайне оскорблен, но сдержал свой гнев и отправил Хорезм-шаху послом ибн-Кефрадж Богру в сопровождении двух верных ему лиц с требованием наказать виновных и наказать Инальчика. Хорезм-шах в ответ на это приказал убить посла, а товарищей отпустить, предварительно сняв с них бороды. Все это обозначало полный разрыв торговых и дипломатических отношений.

Во II половине XII в. Хорезм стал крупнейшим центром международной торговли. Сюда приезжали купцы из Поволжья, Индии, Ирана, отсюда шли торговые караваны на Ближний Восток, в Восточный Туркестан и Китай. Из Ургенча - столицы Хорезма, шли пути в Монголию, через половецкие степи - в Саксин (портовый город в устье Волги), в русские княжества и в Европу.

В 1970-е годы каракалпакские геологи после раскопок на плато Устюрт обнаружили остатки средневековых караван-сараев Белеули, Кос-Булак, Булак, открыли развалины пограничных крепостей и сторожевых сигнальных башен XII - начала XIII в. Особенно интересна крепость Пульжай, развалины которой находятся на юге, Восточном подъеме, на плато, в старинных летописях называемом “Ворота народов”. Открыты “мертвые” города крепости, с развитой системы фортификации, стенами из каменных блоков и с башнями, с караван-сараями, мавзолеями и родовыми усадьбами. Только от побережья Мангышлака с северо-востока и юго-востока Каспия протянулось около десяти крепостей.

Развитие системы коммуникаций подтверждает рассказы очевидцев о том, что в конце XII - начале XIII в. купцы Хорезма держали в своих руках большую часть товарооборота в Средней Азии и имели хорошо укрепленные города. 

К началу XIII в. кочевое феодальное государство монголов достигло своего могущества. Имя Чингиз-хана стало известно не только Центральной, но и Средней и Передней Азии.

Разгром каравана в Отраре и убийство посла Чингиз-хана ибн-Кефраджа Богры ускорило решение Чингиз-хана начать поход на культурные и богатые земли Мавераннахра, который он намечал на более позднее время. 

До лета 1220 г. монголы захватили всю восточную и центральную части современного Узбекистана. В 1221 г. Чингиз-хан взял Балх, затем г. Мерв. После падения Ургенча на территории Средней Азии уже не было никакой другой власти, кроме монгольской.

Для управления областями Средней Азии монголы прибегли к помощи купцов.

Чингиз-хан, а затем Угедей отдали области Средней Азии, которые входили в улус Чагатая, в частности Маверанахр, на откуп в управление одному из богатейших купцов - Махмуду Ялавачу. 

Махмуд Ялавач вследствие столкновения с Чагатаем вынужден был покинуть Мавераннахр в 1238 г., но Угэдей в знак признательности за его заслуги назначил его губернатором Пекина, и в этой должности он пребывал вплоть до своей смерти в 1254г. 

Ему наследовал его сын Масудбек, который сохранил эту должность до 1289 г., ему затем наследовали три сына, последний из которых вступил в эту должность в 1303 г. Масудбеку удалось благодаря дипломатическому лавированию продержаться довольно долго и добиться ряда сдвигов в отношениях со своими господами. В Бухаре было построено крупное медресе, восстановлен Отрар, как крупный торговый центр, по его инициативе было начато строительство нового города - Андижана, который оставался до начала XVIII в. главным городом Ферганы. В Хорезме недалеко от прежнего Гурганджа был построен новый город - Ургенч, превратившийся в важный торговый центр, связавший шелковый путь с Золотой Ордой и русскими княжествами. Восстанавливается его значение как одного из главных центров развития тюркской литературы и культуры. 

Рост торговых отношений, складывание единого внутреннего рынка и единого хозяйственного механизма в Мавераннахре, формирование социальных классов способствовали развитию центробежных сил, ведущих к складыванию единого централизованного государства в Средней Азии. Этому способствовал и распад монгольской империи, начавшийся с 1260 г., когда Хубилай, внук Чингисхана, провозглашенный ханом на курултае, перенес столицу из Каракорума в Пекин, положив начало юаньской династии Китая. В связи с этим на месте прежней империи Чингисхана возникают три самостоятельных монгольских государства - в Персии, Золотая Орда и в Мавераннахре. 

В состав Золотой Орды входил Булгар с его областью, на севере граница проходила по русским княжествам, на юге орда владела Крымом с его приморскими городами, Кавказом до Кавказского хребта и Дербента, а иногда и Баку, на востоке ее границы простирались до Западной Сибири и низовьев Сырдарьи, северного Хорезма с городом Ургенчем, на западе до Днестра и дальше.

Центром Золотой Орды была выбрана Нижняя Волга, на восточном берегу которой была основана столица Сарай (дворец), ставшая временной резиденцией ханов, так как в течение большей части года они оставались кочевниками. Не случайно было выбрано это место. Здесь концентрировались обширные пастбища, богатые зерновые области и торговые пути. Самая важная из этих дорог шла параллельно Волге к югу от булгар, где она соединялась с великой трансконтинентальной магистралью между Китаем, Европой и Индией. Западные торговцы, лишенные своих баз в Сирии из-за египетских мамлюков, использовали возможность создать свои базы на черноморском побережье. Венецианские и генуэзские торговцы установили свои торговые колонии вдоль восточного побережья Крыма и в устье реки Дон в Тане, которые приобрели особенно важное значение как западная оконечность северного караванного пути из Китая через Волгу, средоточие огромной части международной торговли XIV-XV вв. 

Все ханы Золотой Орды покровительствовали торговле, видя в ней основной источник богатства государства. Батухан, его брат Верке (1256-1266 гг.) и особенно хан Узбек (1312-1340 гг.) приняли самые решительные меры для установления безопасности на всем протяжении дорог по владениям Золотой Орды и оказания всяческой поддержки купцам, торгующим по этой дороге. Золотая Орда заняла доминирующее положение на всем протяжении северной межконтинентальной караванной дороги, идущей из Китая через Отрар и Хорезм, нижнее Поволжье, Азов, Крым и Европу. Хан Узбек заключил соглашение с венецианцами в Каффе об условиях торговли. Венецианцы за разрешение иметь в Тане торговый центр должны были платить налог три процента от общего дохода всей торговли. На базарах Тана шла бойкая торговля зерном, солью, вином, сыром, шелками, индийскими специями, а также татарскими и русскими детьми, которых продавали в рабство. Генуэзцы должны были за разрешение торговли обслуживать флот на Каспии, который проходил через Волгу до булгар. В самом Сарае торговым людям были созданы самые хорошие условия. Они жили в отдельных кварталах, окруженных стеной для защиты их имущества, были отдельные районы базаров и ремесленников. 

Тимур внимательно следил за событиями в Золотой Орде. Он сам не прочь был завладеть этими богатыми областями и установить контроль над караванными путями и в то же время хорошо представлял опасность, которая могла исходить от объединения двух частей улуса Джучи. Вот почему он радушно принял сына казненного Туй Хаджи-оглана Тохтамыша, бежавшего из Ак-Орды и предложившего свои услуги. Казалось, сама судьба послала ему смертельного врага Урусхана, жаждавшего отомстить за смерть отца. 

У Тимура были свои счеты с Золотой Ордой. Пока существовала караванная дорога из Китая в Европу через Крым, Нижнее Поволжье и Хорезм, нечего было и рассчитывать на экономическое процветание главных владений Тимура. Война Тимура против Тохтамыша и преследовала эту цель - уничтожение караванной торговли. В двух битвах 1391 г. и 1395 г. Тимур наносит сокрушительное поражение Тохтамышу. Захват Астрахани и Сарая Берке, разграбление и полное уничтожение этих городов полностью остановили торговлю. Во всем этом обширном и богатом крае начался резкий упадок рынков и ремесленного производства. Золотая Орда оказалась изолированной и зачахла, а после последнего похода золотоордынских ханов на Москву, закончившегося и вовсе провалом, она приходит в полное запустение. 

Чтобы лишить Золотую Орду источников ее огромных доходов, Тимур направился к устью Дона, к городу Таи, где размещались колонии купцов из Генуи и Венеции, Бискайи и Каталонии и других стран Запада. Город был захвачен и разграблен. Банки, церкви и склады опустошены. Оставшихся в живых купцов отпустили за огромный выкуп, который превышал стоимость всех их товаров. От Тана Тимур двинулся на Астрахань (Хаджи Тархан). Был ноябрь, и Волга замерзла. Город оказал слабое сопротивление, но и этого было достаточно, чтобы разрушить его полностью. Весь народ был изгнан из города в степь, все было сожжено, а правителя утопили в проруби. 

Теперь настала очередь и Сарая Берке. Город был захвачен без всякого сопротивления со стороны жителей, практически у Золотой Орды армии не было и защищать город было некому. Он был сожжен дотла, все здания разрушены до основания. Там, где раньше была столица, остался лишь небольшой холм. Раскопки, произведенные в XIX в., обнаружили торговые подвалы, полные испорченных товаров. Это то, что не сумели унести победители, а все останки людей были без головы, без рук и ног. Сарай Берке больше никогда не был восстановлен и канул в вечность. 

С уничтожением Сарая Берке и сокрушением силы Золотой Орды северная торговая дорога, связывавшая Ближний и Дальний Восток, была ликвидирована и вся караванная торговля переориентирована на юг. Караваны из Китая на Ближний Восток вновь взяли курс через Отрар, Ташкент, Самарканд, Балх, Герат и Султанию на Тир и Силой. Венецианские путешественники Барбара и Контарини в XV столетии сообщали о полном упадке и разорении Таны и Астрахани, а английский посол Дженкинсон в 1558 г. нашел Астрахань “убогим и нищим” городом, а торговые дороги разрушенными и опасными. Ибн Арабшах Бекаре полсле смерти Тимура писал: “Обрабатываемая земля Дашти-Кипчак стала пустынной и сухой, жители бежали, рассеялись, так что если бы кто-либо пошел через нее без проводника или разведчика, он, конечно, сгинул бы, потеряв дорогу, даже летом, так как ветры, поднимающие и разносящие пески, скрыли дорогу, замели и стерли ее”. 

Теперь весь поток грузов хлынул по дорогам, проходящим через Мавераннахр. Поступления от торговли стали важной частью доходов Тимура, не менее важной, чем поступления от грабежа других городов. На дорогах был установлен полный порядок, и купцы могли без опасений путешествовать по ней. Клавихо, совершивший путешествие от Трапезунда до Самарканда за четыре месяца, находил, что “вся страна была в мире под правлением и управлением Тимура”. От Тебриза по всей хорасанской дороге на станциях держали постоянно готовых лошадей для послов и курьеров, дежурили охранники, которые заботились о безопасности послов и купцов, их багаже и транспорте.

Здесь собирались купцы из Сирии, Венгрии, Генуи, Турции, Багдада, Ормузда, и в сопровождении экскорта караваны направлялись через Мешхед и Балх в Мавераннахр. Отсюда шел поток тканей, стекла, металлических изделий. Из Индии шла дорога через Гинду-куш, Балх. По ней привозили мускатный орех, гвоздику, имбирь и корицу. Из кипчакских земель через Сырдарью везли меха, кожаные изделия, холст. По караванному пути с востока, с реки Хуанхэ, по краю Таримского бассейна везли из Китая самые дорогие из иностранных товаров - шелка, драгоценные камни, включая агат и жемчуг, лекарства и фарфоровые изделия. 

Тимур получал от этой торговли огромную прибыль. Этот бывший кочевник, безграмотный лихой наездник, хорошо понял, что государство одним грабежом не создашь и что подлинные богатства государства создаются на основе торговли. Таможенные пошлины и налоги взимались во всех караванных городах и узлах дорог. С немусульман пошлину взимали вдвое большую, чем с мусульман. Большую часть этих поступлений получал сам Тимур. Неудивительно поэтому, что он старался гарантировать купцам сохранность их товаров. В случае, если товары были разграблены на территории его империи, вся провинция, где был ограблен купец, должна была компенсировать ему потери в двойном размере, а самому Тимуру уплатить в пятикратном размере от потерянной суммы. Если представить, как сообщали западно-европейские купцы, что правитель Азербайджана от одного Тебриза получал доход, во много раз превышавший доходы самого мощного из европейских государств, то можно понять, какие огромные поступления шли ежегодно в имперскую казну от торговых пошлин. 

Вместе с тем Тимур занялся и промышленной деятельностью, которая практически была лишь одной из составных частей его грабительской политики. Он объявил все минеральные ресурсы своей собственностью и распространил свою монополию на эксплуатацию месторождений драгоценных камней. Все шахты Бадахшана, где добывались рубин, ляпис-лазурь и сапфир, взяты были под его охрану, и все добытое доставлялось лично ему, а затем по завышенным ценам отправлялось на рынок. 

Все караванные торговые пути сходились в Самарканде, столице империи. Город стал перекрестком Азии, центром континента. В средневековье географы и историки делили Азию в зависимости от расположения к нему. По замыслу Тимура, Самарканд должен был достойно представлять его могущественную империю и стать самым красивым городом мира. По величине и роскоши он должен был превосходить все то, что могло придумать человеческое воображение. Здесь сконцентрировались все самые честолюбивые устремления завоевателя. По сравнению с его столицей все другие столицы мира должны были выглядеть как жалкие деревушки. С этой целью вокруг Самарканда был создан ряд небольших поселений, которым давали названия крупных городов мира - Багдад, Дамаск, Каир, Шираз, Султания и даже Париж, трансформировавшийся позднее в Фариш. 

Созидательная деятельность в Самарканде имела для Тимура главным образом политическое значение. Все постройки, произведенные при нем, должны были поражать воображение и донести до потомков силу и могущество его империи. А купцы должны были увозить из Самарканда вместе с товарами и впечатление о подавляющем величии империи Тимура и безнадежности сопротивления его воле. Новые постройки должны были по размерам превосходить все прежние сооружения, затмить уже существующие памятники других эпох. 

Вся огромная империя должна была участвовать в возведении имперски величественного державного Самарканда. Через пустыни и горные перевалы спешили к Самарканду обозы, груженные добычей и всем, что можно было вывезти для его украшения. Из Индии шли караваны слонов с сокровищами из опустошенных и разграбленных храмов и дворцов Пенджаба и Делийского султаната. Из Дамаска и Багдада, из Анатолии и Ормузда, с берегов Волги и с Кавказа день и ночь двигались телеги, перевозившие с руин непокорных городов строительные материалы и произведения искусства. 

В начале XVI в. государство тимуридов пало, одной из причин которого была феодальная раздробленность, стремление к сепаратизму отдельных владетелей. 

Шейбани-хан, используя дипломатию и силу, постепенно прибрал к рукам земли Мавераннахра.

Кочевые узбеки, приведенные Шейбани-ханом в Мавераннахр, обосновались в лучших местах: около Ташкента, в долине Заравшана, Кашкадарьинском и Сырдарьинском районах; значительная часть кочевников перешла Амударью и заняла территорию современного Северного Афганистана.

Хозяйственная жизнь городов стала постепенно восстанавливаться. В XVI в. широких размеров достигла ремесленная и торговая деятельность городов Бухары, Самарканда и Ташкента. До наших дней сохранились построенные при Абдулле-хане чорсу – купольные здания, караван-сараи, мечети и другие здания в Бухаре. 

С развитием ремесла оживилась торговля. В XVI в. бухарские и хивинские посольства вместе с торговыми караванами направились в Москву, Индию, Иран, Кашгар, в Сибирь, казахские степи, к ногайцам и т.п. Ответные посольства прибывали и в Бухару.

После присоединения Казанского, а затем Астраханского ханств к Московскому государству, здесь появились в 1557 г. купцы из Хорезма, а в Бухаре – купцы из Московии. 

В 1558 г. в Бухару прибыл англичанин Дженкинсон, совмещающий в своем лице представителя английской “Московской компании” и официального посла Ивана Грозного. В 1559 г. с ним приехали в Москву посольства из Бухары, Балха и Ургенча для заключения торгового договора. В дальнейшем Абдулла-хан направлял несколько раз послов к Ивану Грозному и его сыну. 

Из Московского государства доставлялись “рыбий зуб” (моржовые клыки), меха, выделанные кожи, мед и воск, деревянная посуда, металлические изделия, соколы и кречеты. Из Западной Европы через Московию возили сукно, бархат, зеркала, оружие (тайком, оно было запрещено к вывозу). По особым царским разрешениям в Бухару ввозились серебро и монета.

Из Средней Азии в Московскую Русь шли шелковые, шерстяные и хлопчатобумажные ткани, мерлушка, шелк-сырец, ковры, разные пряности, сушеные фрукты и пр. В Средней Азии торговали рабами, в основном иранцами, захваченными узбеками при набегах на Хорасан, и русскими, которых они покупали у кочевников Дашти-Кипчака.

Возобновились связи с Китаем по Великому шелковому пути.

В начале XVIII в. междоусобные распри и феодальные мятежи парализовали хозяйственную и культурную жизнь Мавераннахра и привели к кризису. 

Одной из внешних причин экономического упадка, очевидно, следует считать открытие морских путей в XVI в. и прекращение торговли по древним караванным путям.

Великий шелковый путь вновь приобретает свое историческое значение. История по сути своей - это великий учитель. Никто не думал, что исторический опыт накануне 21 века, будет оцениваться в качестве самого удобного и современного фактора. 

Интерес и внимание к восстановлению Великого шелкового пути стал еще более возрастать после обретения Узбекистаном независимости. Ибо в прошлом считался и поныне остается сердцем этого древнего караванного пути. И поэтому наше государство является главным инициатором международных мероприятий по восстановлению древнего пути. 

Правительство Республики Узбекистан организовало Международную конференцию по реабилитации Шелкового пути в Ташкенте, которая проводилась 20 - 22 сентября 1999 г. Правительство Республики было представлено ГАК “Узавтойул” в качестве официального организатора, также в проведение конференции внесли свой вклад Международная дорожная федерация (МДФ) и программа ООН/ЭСКАТО. 

В конференции принимали участие высокопоставленные делегации со всех стран, расположенных по маршруту Шелкового пути, для того чтобы обменяться мнениями и взглядами с представленными международными организациями и финансовыми институтами, государственными и негосударственными организациями, а также с огромным количеством компаний и организаций частного сектора. Следующие государства были представлены официальными делегациями: Азербайджанская Республика, Болгария, Китайская Народная Республика, Грузия, Исламская Республика Иран, Республика Казахстан, Кыргызская Республика, Сирийская Арабская Республика, Республика Таджикистан, Республика Турция и Республика Узбекистан. Следующие страны были представлены соответствующими послами: Республика Румыния и Туркменистан. 

Обшей целью конференции стала систематизация информации по текущей ситуации в коридоре Шелкового пути и существующим проблемам, также определение практических мер, необходимых для возрождения сети дорог Шелкового пути (начиная с Китая, пересекая Центральную Азию, Кавказ) в Европу через территорию всех участвующих стран. 

Конференция решила, что возрождение и реабилитация сети дорог Шелкового пути является первостепенной и наиболее важной задачей для дорожных ведомств стран-участниц. Международные организации, такие как МДФ и международные финансовые институты, будут сотрудничать с дорожными ведомствами в рассмотрении экономических и региональных выгод, также понижения уровня бедности населения. Все международные финансовые институты подчеркивают необходимость скорейшего решения проблем прямых и косвенных пограничных барьеров, укрепления и реструктуризации учреждений дорожного сектора и принятия рыночной политики, основанной на принципе пользовательской платы. 

Конференция заключила, что страны, подписавшие Основное многостороннее соглашение по международному транспорту в Баку 8 сентября 1998 г., должны предпринять меры по ратификации соглашения. Другие страны должны поощряться для вступления в соглашение. 

Конференция уверена, что для всех участвующих стран должен быть гарантирован полный и равный доступ к сети дорог Шелкового пути. 

Конференция предложила, что необходимо учредить Совет министров транспорта и коммуникаций для развития программы по реабилитации сети дорог Шелкового пути. Формулирование таковой сети должно осуществляться в тесном сотрудничестве с ООН/Европейской Экономической Комиссией и ООН/ЭСКАТО. Совет будет заниматься определением приоритетов в дорожной сети и представлением приоритетных проектов по реабилитации во всех имеющих отношение к вопросу секторах транспорта, основываясь на лучших возможных маршрутах, включая паромы и принимая во внимание экономичное время транзита, безопасность и экологический аспект. 

Для оказания помощи в работе такового Совета, необходимо также создать постоянное Ведомство по дорожному коридору, с участием как частного так и государственного секторов. Государственные дорожные ведомства в тесном сотрудничестве и координации с Ведомством по дорожному коридору будут заниматься реализацией проектов, укреплением государственно-частного партнерства и маркетингом в рамках Шелкового пути. В круг задач, решаемых таковым Ведомством также будет входить проведение переговоров с международными финансовыми институтами по вопросам финансирования строительства и реконструкции дорог по возможности на наиболее выгодных условиях. Ведомство по дорожному коридору будет организовывать на периодической основе конференции, сфокусированные на конкретных вопросах, таких как пограничные барьеры, экономические соображения, безопасность и окружающая среда для отслеживания прогресса и выдвижения дальнейших рекомендаций по развитию сети дорог Шелкового пути. 

Конференция уверена, что государственно-частные партнерства для усовершенствования основных дорожных сегментов и продвижения сети дорог Шелкового пути являются единственно подходящим выходом из положения. 

Наибольшее значение придается созданию хороших транзитных условий для стимулирования торговли по сети дорог Шелкового пути в качестве трансконтинентального моста между Азией и Европой. Государствам, пользующимся паромными переправами, которые являются составными частями Шелкового Пути, необходимо совместно рассмотреть и решить вопрос эффективного использования паромов. Аналогично, необходимо рассмотреть маршруты через Иран. Делегаты приняли точку зрения, что пограничные проблемы снижают эффективность усовершенствованных дорог. Устранение косвенных барьеров на пути транзита является важным приоритетом и Совет министров транспорта и коммуникаций должен будет вносить существенный вклад в организацию свободного потока товаров и людей по всем направлениям сети дорог Шелкового пути. 

Совет министров транспорта и коммуникаций будет также способствовать учреждению стандартов, которые должны быть привязаны с аналогичными стандартами в Европейской или Азиатской автомобильной сети и которые будут применяться во всех странах, расположенных по сети дорог Шелкового пути. 

Азербайджанская делегация указала, что государствам, пользующимся паромной переправой Баку - Туркменбаши, которая является составной частью Шелкового Пути, необходимо совместно рассмотреть и решить вопрос эффективного использования паромов. 

Иранская делегация указала, что до настоящего времени маршруты через Иран не рассматривались. Для многих государств в Центральной Азии самыми короткими, быстрыми, надежными и наиболее экологически чистыми маршрутами до глубоководных портов являются маршруты, проходящие через Иран, и они ожидают, что Ведомство по дорожному коридору должным образом рассмотрит эти маршруты. 

Таджикская делегация указала, что важно использовать наиболее короткие и эффективные маршруты для того чтобы оптимизировать влияние экологических и экономических факторов. 

Узбекская сторона сообщила, что начаты работы по проектированию строительства скоростной автомобильной дороги, проходящей через весь Узбекистан с востока на северо-запад по кратчайшему направлению, связывая Китай и порты Каспийского моря. 

В нашей стране под руководством Президента ускоренно ведутся экономические реформы, процесс международной интеграции. А такую актуальную задачу трудно осуществить, не развивая местные и международные пути сообщения. Потому что процесс ускоренной интеграции нашего государства в мировую экономику непосредственно связан с эффективной работой дорожной системы. Современная рыночная экономика также требует этого. Наше правительство, учитывая это, уделяет большое внимание развитию в стране дорожных сетей. На сегодняшний день в Узбекистане имеется 138 тысяч километров автомобильных дорог с твердым покрытием, соединяющих друг с другом все населенные пункты, народнохозяйственные объекты нашей республики. В этом Узбекистан занимает ведущее место среди стран СНГ.

Разрабатываются все новые и новые проекты для приведения дорожных сетей в соответствие с современными требованиями для выхода Узбекистана на мировой рынок. Примером тому может служить работа, проводимая над проектом скоростной магистрали Андижан—Ташкент—Нукус—Кунград. А автомобильная дорога Ташкент—Андижан—Ош—Кашгар, которая является основой программы Великого шелкового пути, соединит Европу с Китайской Народной Республикой через территорию нашей страны, а затем со странами всей Юго-Восточной Азии. Пуск в эксплуатацию этой дороги даст еще одну возможность укрепить экономику и улучшить благосостояние населения стран региона. Достойно внимания то, что большая часть этого пути, в частности строительство дороги протяженностью 398 километров, а также тоннелей на перевалах Камчик и Резак, осуществляется узбекистанскими строителями.

Восстановление Великого шелкового пути было начато в 1993 году на Брюссельской встрече созданием ТРАСЕКА — Транспортного коридора Европа-Кавказ—Азия. Тогда была принята и декларация по данному вопросу. Восстановление Великого шелкового пути стало одной из самых актуальных задач нашего времени. И Узбекистан активно участвует в осуществлении этого крупного международного проекта.

Список литературы

История народов Узбекистана в 2-х частях под редакцией А. Аскарова, 1993 г.;

Хидоятов Г. А. Моя родная история, 1993 г.;

Возрождается Великий шелковый путь, “Народное слово” №185, 1999 г.