Основы ятрохимии как направления в медицине

Содержание



	Введение

	Возникновение ятрохимии

	Сущность работ ятрохимиков

	2.1 Парацельс – основоположник ятрохимии

	2.2 Опыты Ван Гельмонта

	Ятрохимия и болезнь

	3.1 Гармония трех начал: сера, ртуть и соль

	3.2 Польза сурьмы

	3.3 Лекарства и яды

	3.4 Олигоэлементы

	3.5 26 средств Александра фон Бернуса

			Ятрохимия и техническая химия

	Заключение

	Список использованной литературы

	

	
Введение

	

С начала XVI века умозрительная алхимия стала постепенно вырождается. Новых произведений не появлялось, зато получали широкое распространение легенды о могуществе алхимиков прежних веков. Хотя алхимия и сохраняла своё название, в ней все большее и большее значение приобретали практические направления, связанные с ремесленным производством, перерастающем в мануфактуры. Развитие ремесел было более надежным способом накопления богатств, чем туманные обещания алхимиков добиться превращение любого металла в золото. При этом и короли, покровители ремесленников, и сами ремесленники, объединявшиеся в цехи, стали понимать, что очень важно точно описать процесс так, чтобы его можно было воспроизвести. С появлением в XV веке книгопечатания стали издаваться книги, в которых металлурги, стеклодувы, гончары делились своими профессиональными секретами.

В борьбе за создание лекарств на основе точных химических знаний зародилась новая наука, получившая название ятрохимия.

Ятрохимия (Иатрохимия) (от греч. iatros – врач) - это направление в медицине, возникшее в начале XVI века в Западной Европе. Его представители рассматривали процессы в организме человека как химические явления, болезни как результат нарушения химического равновесия.

Появление ятрохимических идей связано условиями жизни при феодализме. Голод, как следствие войн и неурожаев, был причиной эпидемий чумы, проказы, сифилиса, оспы. Во всемирной истории эпоха ятрохимии совпадает с периодом упадка феодализма. Алхимическая вера во всемогущество философского камня в это время отодвигается на второй план. Руководящим началом в изысканиях ятрохимиков становятся служение медицине, борьба с болезнями с помощью химических средств. В период ятрохимии с особой силой проявилась тенденция использования химических знаний в медицинских целях.




1. Возникновение ятрохимии



Развитие всех средневековых наук происходило под сильнейшим и мертвящим воздействием бесплодной схоластической философии, не признававшей опытного исследования природы, довольствовавшейся комментированием старых авторов и решавшей различные вопросы с точки зрения соответствия мнению обязательных авторитетов (отцы церкви и главным образом Аристотель). Даже в начале XVII в. один из начальников иезуитского ордена, которому некий монах хотел показать в зрительную трубу недавно открытые солнечные пятна, отказался от этого, заявив: «Напрасно, сын мой, я дважды прочел всего Аристотеля и не нашел ничего подобного. Пятен нет. Они проистекают от недостатка твоих стекол или твоих глаз».

Когда новые открытия, которыми изобиловали XV и XVI вв., показали неопровержимо, что основные представления старых авторов не верны, то вся система должна была рухнуть. Крушение это произошло в XVI в. одновременно с Реформацией. Реформатором алхимии был Парацельс.
Личность Парацельса до такой степени окружена вымыслом, что невозможно установить биографические события с достоверностью. Источниками для биографии Парацельса служат, во-первых, его сочинения, в которых очень часто встречаются автобиографические данные; во-вторых, воспоминания современников и сочинения его последователей и противников. Однако его собственные сочинения, написанные в преувеличенно хвастливом тоне, переполненные явно неверными данными, могут быть материалом только для косвенных суждений [1].

		Что же касается сочинений современников, то и они, написанные друзьями или врагами в пылу яростной полемической борьбы, дают яркое представление о буре, вызванной деятельностью Парацельса, характеризуют силу его личности, огненного темперамента, но ни в коей мере не могут претендовать на историческое беспристрастие. Насколько малодостоверны наши сведения о Парацельсе, можно судить хотя бы по тому, что сохранившиеся 35 его портретов очень мало походят один на другой.
 Таким было время появления ятрохимии (от греч. «iatros» — врач) — учения о лечении болезней с помощью химических препаратов, сырьем для получения которых служили в основном не традиционные лекарственные травы, а минералы. Ятрохимию называли также «спагирикой», или «спагирическим искусством» (от греч. «стю» — разделяю и «агейро» — соединяю), целью которого было разделение веществ на составные части и их соединение в новые вещества. «Спагирическое искусство, — гласит врачебный трактат начала XVII в., — есть та часть химии, которая имеет своим субъектом природные тела — растительные, животные и минеральные и производит соответствующие операции с конечной целью их применения в медицине». Термин «Спагирическое искусство» был введен знаменитым врачом и алхимиком Парацельсом. 

		Сыграв положительную роль в борьбе с догмами схоластической средневековой медицины, ятрохимия во 2-й половине XVIII веке перестала существовать как направление в медицине, но дало начало экспериментальной химии [3].

		

		
2. Сущность работ ятрохимиков

		

		Парацельс утверждал, что задача алхимии – изготовление лекарств; при этом медицина Парацельса основывалась на ртутно-серной теории. Он считал, что в здоровом организме три принципа – Ртуть, Сера и Соль, – находятся в равновесии; болезнь представляет нарушение равновесия между принципами. Для его восстановления Парацельс ввёл в практику лекарственные препараты минерального происхождения – соединения мышьяка, сурьмы, свинца, ртути и т.п., – в дополнение к традиционным растительным препаратам.

К представителям ятрохимии (спагирикам, как называли себя последователи Парацельса) можно отнести многих известных алхимиков XVI – XVII веков: А. Либавия, Р. Глаубера, Я.Б. Ван Гельмонта, О. Тахения [4].

		Андреас Либавий (1540-1616) прославился первым в истории учебником химии – "Алхимия", – вышедшим в 1597 году. Соглашаясь с Парацельсом в том, что главная задача алхимии состоит в служении медицине, Либавий, тем не менее, считал, что трансмутация возможна, и её осуществление явится венцом науки. В то же время Либавий яростно критиковал туманно-мистические элементы в учении Парацельса. Важную роль в развитии рациональной алхимии сыграл Иоганн Рудольф Глаубер (1604-1670), разработавший способы получения целого ряда неорганических веществ. Другой известный алхимик Отто Тахений (1620-1699) попытался внести изменения в ртутно-серную теорию, утверждая, что все соли образованы двумя принципами – кислотой и щёлочью. Ещё один представитель иатрохимии Ян Баптист ван Гельмонт (1577-1664) был одним из первых учёных, поставивших вопрос об истинных простых составных частях сложных тел [3].

		Другими выдающимися деятелями ятрохимического направления были Сала, Тюрке де Майерк, Ван Минзихт, Сильбий. Им удалось изготовить различные препараты, важные для фармации. Среди них рвотный камень Андриана Минзихта и его еliхiг уitгiоli Мinsiсhti, составленный в 1631 году; ацетат аммония Раймунда Миндерера, известный в медицине как «миндереров спирта». Хлористый калий применялся как лекарство Сильвием и был известен под названием «сильвиева приотиволихорадочная соль», натрия сульфат (глауберова соль) использовали как слабительное. Неорганические соли аммония были получены и подробно описаны Либавием, Глаубером и Тахением. Хотя неумеренное употребление этих средств приводило к тяжелым последствиям, они рекомендовались врачами-ятрохимиками, а металлическая сурьма даже прописьтвалась в виде вечных пилюль.

		

2.1 Парацельс – основоположник ятрохимии



ПАРАЦЕЛЬС (Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон ГОГЕНГЕЙМ) (1493 - 1541) - швейцарский врач и астролог, профессор университета. Родился в Швейцарии. . В 1510 году Теофраст поступил в Феррарский университет на медицинский факультет (Италия). Пребывание в Ферраре оказало большое влияние на формирование характера и мировоззрения Теофраста. Здесь он провел юношеские годы, когда особенно был обострен интерес к окружающим общественным явлениям, а социальные и научные идеи воспринимались как откровение. 

В Ферраре он познакомился с великолепными произведениями искусства, с гуманистическими тенденциями в науке и получил первые уроки свободного отношения к авторитетам, которым схоластическая наука предавала роль непогрешимости. Во время учебы Теофраст посещал соседние университеты Падуи и Болоньи и принимал активное участие в студенческой жизни. В Ферраре же из желания греколатинизировать свое родовое имя он присоединил к нему прозвище Парацельс, т.е. «подобный Цельсу» [2].

Медицина Галена, обновленная сочинениями Авиценны и других арабских ученых, преподавалась, в то время как церковная догма. Теофраст обладал глубокими знаниями трудов арабов и древних, Галена же он изучил столь досконально, что мог наизусть цитировать нужные места из его сочинений. Однако схоластическое преподавание наук вызывало у него бессильный протест. 

Окончив обучение, доктор Теофраст фон Гогенгейм начал свое многолетнее странствование. Он побывал в Германии, Италии, Франции, Нидерландах, Дании, Швеции и России; считают, что он даже посетил Индию, когда был пленен татарами и доставлен к хану, сына которого впоследствии сопровождал в Константинополь. В своих странствованиях он собрал много полезных сведений, причем не только от врачей, хирургов и алхимиков, но и от общения с цирюльниками, пастухами, повитухами и предсказателями. Парацельс черпал знания от великих и от малых, у ученых и среди простонародья. Проведя в скитаниях десять лет, то, применяя на практике искусство врача, то, преподавая, по обычаю тех времен - алхимию и магию, в возрасте тридцати двух лет он возвратился в Германию [6].

Этот знаменитый врач-естествоиспытатель прожил недолгую жизнь, всего 48 лет. Но за этот срок сумел прославиться в веках, прежде всего правилом дозирования лекарств, которое сам вывел и установил. Несмотря на то, что к 1515 году Парацельс только получил звание врача, он был уже знаменит в Европе, а врачебно-философские постулаты лекаря, типа - задача доктора в том, чтобы притупить страдания и путем долгих опытов найти для страдальца избавление - абсолютно не признавались его коллегами по всему миру. Врачеватели XVI века отказывались верить в лекарства, полученные химическим путем, и по старинке использовали лишь лекарственные травы.

И еще, Парацельс запомнился человечеству, как один из основоположников ятрохимии: он отвергал учение о четырёх соках в организме человека и считал, что всё происходящее в нём, это химические процессы. Выделял лекарства из растений, развил новое представление о дозировке лекарств и использовал для лечебных целей минеральные источники. Пожалуй, никто не помнит, что Парацельс был тем первым, кто изобрел таблетку. С тех времен, таблетка слегка трансформировалась и деформировалась, но все же увлажнять и прессовать порошок придумал Парацельс [2].

Парацельс всю сознательную жизнь и врачебную практику посвятил пропаганде гигиены и чистоты, будучи уверенным, в том, что мыло, которое, к слову сказать, именно он и начал варить первым, может не только уничтожить болезнетворные бактерии и очистить тело, но и стать настоящей панацеей от бушевавшей во времена Парацельса чумы. Первым, заговорив о гигиене, Парацельс убеждал непросвещенную, потную и грязную общественность в пользе принятия ванн. Потеряв сына и жену, будучи сам тяжело больным чумой Парацельс продолжил свои опыты в ятрохимии, естествоиспытатель был уверен, что правильное дозирование лекарств полученных химическим путем - это будущее науки. В этом, да и в остальном он оказался правым! Парацельс в посмертной записке написал всего три слова: борьба, жизнь, разум. Медицина и фармация эпохи Возрождения, как и все естествознание того времени, характеризовались решительным устремлением к опытному знанию.

Парацельс как человек был неуравновешенной личностью. Он предавался пьянству, временами страдал манией преследования, любил неологизмы и сквернословия, верил во влияние звезд и талисманов. И между тем, этот человек был предметом восхищения народа и профессиональной зависти коллег. Он произвел в медицине революцию. 

С точки зрения интересов, направленности мышления и деятельности, Парацельс был естествоиспытателем. Он стремился познать природу, ее тайные силы, и с помощью этих знаний изменять природу, в первую очередь, природу самого человека, чтобы победить силу болезней. Развиваясь в этом направлении, Парацельс понял глубокую связь медицины и химии, и не только провозгласил это, но и поставил перед собой задачу: на этой основе переделать все врачебное дело.Он впервые ясно и просто показал, что процессы, совершающиеся в живом организме, «суть химические процессы, и химии суждено сыграть огромную роль в решении проблемы здоровья человека».

Парацельс одним из первых показал ложность пути алхимии, он попытался создать новую науку ятрохимию — химию, подчиненную медицине и занимающуюся отысканием, исследованием и изготовлением лекарств. При этом, однако, он придерживался воззрения Василия Валентина о том, что в живом теле участвуют «элементы», входящие в состав всех тел природы, а именно - сера, ртуть и соль. В здоровом организме они находятся в известном равновесии, а если же один элемент преобладает над другими или находится в недостаточном количестве, то возникают различные заболевания. Так, преобладание серы в организме вызывает лихорадку и чуму; преобладание соли - водянку и расстройство желудка, избыток ртути — параличи.

Все химические процессы в организме — по Парацельсу — управляются верховным началом — археем. Архей вложен в него творцом для отделения полезного от вредного и для препятствия действия яда. Теофраст учил: организм — реторта, в которой происходят химические реакции. Отсюда и первостепенное значение химии для лечения болезней: химия должна дать медицине эффективные лекарства. Считая причиной хронических заболеваний, расстройство химических превращений при пищеварении и всасывании, Парацельс ввел в лечебную практику различные химические вещества и минеральные

Однако следует отметить, что Парацельс не отрицал возможности философского камня; в его сочинениях можно найти подробный рецепт приготовления гомункула.

Одной из величайших заслуг Парацельса была та, что он впервые ввел понятие о действующем начале как о химическом веществе. С целью лекарственного использования им изучались соединения различных металлов: ртути, свинца, меди, железа, сурьмы, мышьяка и др.

Состав лучших лекарств Парацельса остался неизвестным. Это были таинственные средства. Между тем, Парацельс считался популяризатором такого вещества, как сурьма. «Сурьма очищает тело так же, как она очищает золото», - писал он.

Широко применялась «золотая тинктура», которую ятрохимики назначали при проказе, водянке, эпилепсии, при сердечной недостаточности. Теофраст предложил также «железную тинктуру» - лекарство, содержащее соединения железа; лауданум — сложный лекарственный препарат, содержащий опий. «Огнепостоянный мышьяк» представлял собой арсенат калия. Парацельс широко использовал сильнодействующие препараты: «Все есть яд, и ничто не лишено ядовитости. Одна только доза делает яд незаметным».

Наряду с химическими препаратами, Парацельс применял в лечебной практике и лекарства растительного происхождения. При выборе лекарственного растения он придерживался возникшего еще в древности наивного учения о сигнатурах, согласно которому форма растения, его окраска, вкус и запах могут служить указанием на заболевание, при котором его следует применять. Например, при желтухе нужно использовать растения с желтыми цветками (бессмертник, чистотел), растения с почковидными листьями — при заболеваниях почек. Колючий чертополох применялся при коликах в желудке и для отпугивания «нечистой силы», а сходство корней женьшеня и мандрагоры с фигурой человека дало основание рассматривать их как панацею.

Парацельс впервые ввел в медицинскую практику спиртовые извлечения из растений (экстракты и настойки). С помощью спирта или «воды жизни», незадолго до этого полученного алхимиком Луллием, он попытался выделить из них «квинтэссенцию», т.е. лекарственное вещество в чистом виде. Галеновые препараты, получаемые с помощью других растворителей (воды, уксуса, меда), он считал недостаточно очищенными и поэтому мало эффективными. Однако после смерти Парацельса его «квинтэссенции» также стали называть галеновыми препаратами, так как они мало, чем от них отличались. Свои средства Парацельс называл спагирическими, но термин этот не удержался в позднейшей медицине и фармации.

Парацельс глубоко верил в целительные свойства минеральных источников. Им было написано сочинение о целебных источниках Бадена, Вильдбада.

Парацельс уделял особое внимание аптеке. В послании магистру г. Базеля он раскрывал недостатки работы аптеки, требовал принятия мер по повышению образования фармацевтов, разоблачал недобросовестность врачей и аптекарей. От фармацевтов Парацельс требовал хорошего знания химии, так как аптеки, по его мнению, должны быть одновременно и хорошими химическими лабораториями. Теофраст и его последователи намного увеличили количество лекарственных веществ, обосновали учение о дозе, усовершенствовали многие приборы и аппараты для изготовления и анализа лекарств. При изготовлении лекарственных средств Парацельс настоятельно рекомендовал пользоваться весами. 

Великого врача с полным основанием считают одним из основоположником фармацевтического анализа [6].



2.2 Опыты Ван Гельмонта



Голландский естествоиспытатель, врач Ян Баптист ван Гельмонт родился в Брюсселе. В юности он изучал богословие, а затем обратился к медицине. В Лувене он получил теологическое и медицинское образование. Будучи в начале своей медицинской практики противником школы Парацельса, Гельмонт вскоре убеждается в преимуществах ятрохимии и примыкает к ней. Жизнь и характер этого человека прямо противоположны всему тому, что мы знаем об основателе ятрохимии – Парацельсе. Гельмонт получил основательное образование, но отказался от степени магистра, не придавая значения всякого рода отличиям. В противоположность беспутному пьянице Парацельсу Гельмонт – человек строго умеренного образа жизни. 

Некоторое время он занимался врачебной практикой и много путешествовал, но затем вернулся на родину, поселился в деревне и стал заниматься исключительно наукой.

В своей работе Гельмонт, будучи горячим сторонником основной идеи ятрохимии – применения химических препаратов, отказывается от крайних взглядов Парацельса и его наиболее рискованных средств. В области химии Гельмонт проводит интересные исследования и высказывает некоторые положения, далеко опережающие его время. 

Гельмонт в своих взглядах на строение материи делает шаг, на который не отваживался Парацельс. Он отрицает не только четыре элемента Аристотеля, но и три начала Парацельса. Сторонник эксперимента, он не может удовлетвориться приведением всего многообразия веществ живой и мертвой природы к трем воображаемым началам и полагает, что в состав всех веществ входят не предполагаемые носители определенных свойств, а реальные вещества. Этим утверждением Гельмонт положил начало учению о химических элементах.

Однако все это не помешало ему уверовать в «философский камень» после того, как какой-то неизвестный алхимик произвел при нем «превращение» ртути в золото.

Весьма примечателен опыт Ван Гельмонта с серебром: точно взвешенное количество серебра было растворено в крепкой водке (азотной кислоте), раствор выпарен, остаток прокалён и сплавлен. Вес полученного серебра оказался в точности равным исходному. "Серебро не теряет своей сущности оттого, что было растворено в крепкой водке, хотя оно исчезло с глаз и сделалось совсем прозрачным" – писал Ван Гельмонт. Этот опыт интересен и как один из первых примеров количественного исследования явления. 

Ван Гельмонт впервые провёл экспериментальные исследования процесса питания растений, которые стали основой для т. н. водной теории питания растений. Вырастив ветку ивы в бочке он установил, что почти 40-кратное увеличение её в весе за 5 лет не сопровождалось сколько-нибудь значительным уменьшением веса земли. Несмотря на ошибочность, эта теория, рассматривавшая жизнь растений как процесс, происходящий только под влиянием материальных сил, нанесла удар религиозно-идеалистическому мировоззрению.

Ван Гельмонт одним из первых стал использовать нитрат серебра (ляпис) для прижигания ран, воспалений и бородавок. Он полагал, что в пищеварении решающую роль играет кислота желудочного сока, и поэтому предлагал лечить щелочами болезни, вызываемые избытком кислот в желудке. Ввёл в химию термин «газ», произведенного им от греческого слова chaos– хаос, что дает некоторое указание на существование у Гельмонта представления о хаотическом движении частиц [2].




3. Ятрохимия и болезнь



Парацельс, внедряя химию в медицину, следовал глубокому интересу к царству минералов (ведь он был врачом на рудниках), а также и духу времени, так как в XVI веке врачи обратились к ятронаукам.

Эта наука о весьма древнем стремлении врачей для всего, что относится к медицине, находить объяснение, теорию, систему. Ятромеханику, которая тогда получила развитие, следует разделить на три части — на ятроматематику, ятрофизикy и ятрохимию, причем ятроматематическая часть занимала особое место [4].

Общим для них всех является стремление создать пригодную систему. Ятроматематика при этом самая древняя из них, но она не научна, хотя существует и в наши дни, так как ее следует отождествлять с астрологией. Напротив, ятрохимия и ятрофизика всегда основывались на науке и поэтому относятся к другой области. Ятроматематика исходила из представления, что все происходящее во вселенной должно оказывать влияние также и на жителей земли, т. е. на каждого человека, и что движения в макрокосмосе определяют судьбу микрокосмоса, т. е. каждого человека. Сюда относился весь жизненный путь человека (также и его болезни), и если кто-нибудь вступал в борьбу с этой верой, то астрология находила сторонников и покровителей в лице императоров, пап, полководцев, могущественных и рядовых людей.

Развитие ятроматематики выразилось в том, что между макро- и микроорганизмом устанавливались параллелизмы, или аналогии, причем знаки зодиака отождествлялись с частями тела, например, овен — с головой, сердце как источник теплоты — с солнцем и т. д.

Далее, так как врачи наблюдали ритм больших небесных тел, а с другой стороны — ритм человеческого организма, то для ятроастрологов было бесспорным, что определенные вмешательства, например кровопускание, дозволены только при определенном расположении небесных светил и что от него же зависит время сбора лечебных трав. Также и прием лекарств, в том числе и слабительных, этих важнейших лекарств всех времен, был приведен в соответствии с правилами, предписанными астрологией. В те времена врач должен был быть также и астрологом; таково было требование времени. Перед назначением лечебных ванн тоже требовалось сначала запросить звезды, так как лечение, проведенное при неблагоприятном положении светил, могло нанести вред, например, повлечь за собой бесплодие или отставание в росте [8].

С древних времен большое значение придавалось луне, ритм которой уже очень давно послужил основанием для ятроматематических выводов. Понятие критических дней возникло тоже в древности; его можно найти уже у Галена, и оно снова появилось в средние века, когда астрологи и ятроматематики снова привлекли к себе очень большой интерес. Учение о четырех соках, соответствующее учению о четырех темпераментах, ятроастрология привела в соответствие с движением планет, и это объяснило поведение людей того или иного темперамента.

Продолжая цепь этих мыслей, врачи связали появление болезней, особенно эпидемии, с небесными светилами. Так, Павел из Миддельбурга, врач, астролог и богослов, в 1484 г., основываясь на особенном положении Юпитера, Марса и Сатурна в созвездии Скорпиона, заранее предсказал вспышку инфекционной половой болезни, которая должна была из Франции перейти в Германию. Пророчество это он обосновал астрологически. Упомянутое выше астрологическое предсказание насчет сифилиса можно найти и у других авторов: у Иоганна Мюллера из Кенигсберга и у Пауля Альмана.

Совсем иным было положение ятрохимии: она была построена на мало-мальски научной основе или на опыте. Ведь Парацельс, основатель ятрохимии, был врачом, руководствовавшимся своими наблюдениями. Само собой разумеется, что химические вещества, особенно минералы, применялись с лечебной целью уже задолго до Парацельса. Ведь люди с ними сталкивались в природе, и больной человек путем наблюдения, случайно или умозрительно находил также и в царстве минералов вещества, казавшиеся ему пригодными как лекарства, причем косметические соображения, возможно, преобладали над лечебными [7].



3.1 Гармония трех начал : сера, ртуть и соль



Парацельс утверждал, что задача алхимии – изготовление лекарств: "Химия – один из столпов, на которые должна опираться врачебная наука. Задача химии вовсе не в том, чтобы делать золото и серебро, а в том, чтобы готовить лекарства". 

Подобно алхимикам, Парацельс исходил из представления, что все вещества состоят из элементов, способных соединяться друг с другом. При разложении веществ элементы разъединяются. Но в отличие от алхимиков Парацельс подчеркнул вещественный характер трех начал: «серы» — начала горючести, «ртути» — начала летучести, «соли» — начала огне постоянства. Считая, что каждый из четырех элементов Аристотеля должен состоять из этих начал, Парацельс писал: «Каждый элемент состоит из трех начал: ртути, серы и соли» [6].

Существенно новым в учении Парацельса было то, что он таким же образом рассматривал состав всех тел, включая и человеческий организм. Человек, считал Парацельс, образован духом, душой и телом. Нарушение взаимного равновесия главных элементов ведет к болезни. Если в организме избыток серы, то человек заболевает лихорадкой или чумой. При избытке ртути наступает паралич. А слишком большое обилие солей вызывает расстройство желудка и водянку. Задача врача — выяснить отношение между основными элементами в теле больного и восстановить их равновесие. 

Следовательно, это нарушенное равновесие можно восстановить при помощи определенных химических препаратов. Поэтому первоначальной задачей химии Парацельс считал поиск веществ, которые могли быть использованы как лекарственные средства. С этой целью он проверял действие на людей различных соединений меди, свинца, ртути, сурьмы, мышьяка. Особую славу приобрел Парацельс, весьма успешно применяя ртутные препараты для лечения широко распространенного в то время сифилиса [5]. 



3.2 Польза сурьмы



Сурьма среди солнечных металлов играет не менее существенную роль, поскольку ее символом для алхимиков является Земля, наша планета.

Алхимия во многом является вдохновителем антропософической медицины: в свое время Рудольф Штайнер порекомендовал Александру фон Бернусу заинтересоваться алхимической медициной. Последний, изучая алхимию, пришел к выводу, что в сурьме существует нечто такое, что напоминает человеческую волю [3].

Сурьма является третичной формацией: ее месторождения находятся в зонах неподвижных первобытных скал: Од, Арьеж, Венде - скал, которые образованы породами новой формации; сурьма выражает, следовательно, соответствующее омоложение нашей планеты.

Считается, что первым, кто описал сурьму, был Василий Валентин, который посвятил ей целое исследование, названное "Триумфальной колесницей Сурьмы". Произведение прокомментировано в конце XVIII века розенкрейцерами достаточно подробно для того, чтобы можно было по достоинству оценить "почти вселенскую силу действия сурьмы", как подчеркнул Александр фон Бернус.

Вот один из этих комментариев: "Сурьма является предметом, из которого можно создать всю фармацию, поскольку она содержит рвотное, слабительное, кровоочистительное, успокоительное и мочегонное средства. Она является apenens и obstmens, solvens и соаgulans, это бальзам, мазь и пластырь in summa summarum: она может применяться во всех состояниях cum maximo usu fructu. Это хозяйка над всеми болезнями и защитник человеческой природы. При условии правильного применения практикующим врачом, она действительно обладает virtus ubiquota" [4]

Парацельс проявлял большой интерес к этому средству. Доктор Р.А.Б. Оостеруис замечал, что Парацельс, возможно, был первым врачом, обратившим внимание на следующее: гепатическим заболеваниям часто предшествуют болезни, которые он называл "камнеобразующие". Говоря о ревматиках, часто упоминают выражение "ржавые суставы", подобно "трубопроводам с образовавшейся накипью". Парацельс использовал сурьму и ее производные в лечении ревматизма и подагры, и добился в этом, как нам кажется. Значительных успехов. Равным образом, он приписывал сурьме кровоочистительное действие и способность улучшать работу печени [6].

Безусловно, Василий Валентин и Парацельс были первыми, кто начал систематически применять сурьму. Однако этот металл иногда предписывался также и египетскими врачами, и греческими медиками, и арабскими врачами-алхимиками. Впоследствии его использовали Арнольд из Виллановы и Раймонд Лулий.

Применение сурьмы было прекращено в XIX веке, и повторному возвращению этого средства мы обязаны Александру фон Бернусу. Он обращал, в частности, внимание на ряд ценных характеристик сурьмы, которыми пренебрегает современная медицина: так, входящие в состав этого металла органические вещества чрезвычайно эффективны в лечении сонной болезни.

Традиционно сурьма использовалась вначале как терапевтическое средство, повышающее защитные силы организма. Возможно, именно по этой причине средневековые алхимики называли маленький шарик с сурьмой "пилюлей вечности", активно используя его в терапевтических целях. В своих лекциях, посвященных металлам, Вильгельм Пеликан настаивал на признании того, что "благодаря своим свойствам, сурьма обладает способностью приводить в движение проходящие через кровь определенные структурные силы организма". А Рудольф Штайнер отмечал в одном из своих выступлений, что "человек, в сущности, состоит из сурьмы, если абстрагироваться от всего того, что вносится в него извне".

Посмотрим, как объясняет фундаментальную роль этого металла один из медиков-антропософов Виктор Бот. Его объяснение представлено однако, уже в более современной терминологии, чем у его предшественников: "Сурьма, кристаллизуясь в светящихся тонких иглах, обладает способностью к структуризации, особенно в отношении белка. Мы можем говорить о том, что она действует в организме подобно Я (мыслящему субъекту), который в течение определенного времени может замещать самого себя, позволяя организму обрести новые силы. Ее соединение с серебром, называемое dyskrasite определяется больными, как "бьющее через край" по своему воздействию, как на психику, так и на физическое тело".

Если сурьма попадает в руки человека, незнакомого с ее эзотерическим и священным значением, этот металл перестает быть чем-то вроде панацеи (в том числе и от истерии) и становится опасным ввиду своей токсичности [7].



3.3 Лекарства и яды



В начале XVI столетия в состав ядов стали включать не только соли мышьяка, меди и фосфора, но и соки ядовитых растений, привезенных из Нового Света. Иглы, духи, кольца с ядом, отравленные перчатки, белье, косметика — многое из того, что поражает наше воображение при чтении исторических романов, существовало в действительности. А.Паре в своем «Трактате о ядах и противоядиях» сообщал о флорентийских мастерах по изготовлению духов и женских украшений, содержащих яд. «Этих духов надо избегать как чумы», — писал он. 

В Италии уже в середине XIV в. аптекари имели право продавать яды только тем людям, которых они хорошо знали. В Германии и Франции в XV в. продажа ядов была запрещена, однако вспомним: в известной трагедии В.Шекспира Ромео отправляется за ядом в аптеку. И хотя аптекарь говорит ему, что «за продажу ядов законы Мантуи карают смертью», деньги быстро склоняют его к нарушению закона. Врачи иногда были известны не столько своим врачебным искусством, сколько рецептами противоядий, которые держали в строгом секрете.

Изготовление ядов часто приписывали алхимикам. Их книги сжигали, и сами они нередко погибали. Человека могли преследовать только за один интерес к сочинениям по алхимии [5]. 



3.4 Олигоэлементы



Морская соль содержит живой магнетизм, активность которого превосходно действует в борьбе с канцерогенными побочными эффектами химических препаратов. В состав морской соли входят натуральный йод, который очень хорошо действует на щитовидку и при этом не представляет, в отличие от йода, полученного химическим путем, никакой опасности; бром, действующий на нервную систему, не ослабляя ее; многочисленные олигоэлементы, играющие фундаментальную роль катализаторов в развитии различных органических процессов, способных избавить от применения антибиотиков.

Вот несколько способов их использования.

	Золото: действует на артриты и артрозы, а также на ретикулярно-эндотелическую систему. И это, как нам кажется, подтверждают знания сакральной медицины о воздействии золота на сердце и систему кровообращения. 

Медь: ее функция в фотосинтезе и, следовательно, в образо¬вании хлорофилла, соотносится в отношении человека и животных с определяющей ролью в образовании гемоглобина. Действует при анемии, повреждениях миокарда и кожи (в особенности, в случаях фурункулеза и инфицирования раны), при нарушениях нервной системы, при заболеваниях кишечника. 

Фтор: хорошо действует на обмен веществ, в котором участвует кальций. Отсюда - его роль в профилактике кариесов зубов, а также в заживлении переломов. 

Кобальт: усиливает действие, оказываемое медью и железом, особенно рекомендуется при недостаточном питании в детском возрасте и анемиях. Бактерицидное действие этого элемента повышает силу действия антибиотика пенициллина и увеличивает защитные свойства клеток и тканей. 

Кремний: его очень много в человеческом зародыше, однако его процентное содержание уменьшается пропорционально возрасту. Кремний также в избытке находится во фруктах, в неочищенных злаках (то есть, в их кожуре). Полезен при старении тканей, атеросклерозе и т.п. Этот олигоэлемент используется также и в других видах терапии, более избирательной, а именно: олигометаллотерапии и литотерапии.	

Конечно же, металлотерапия не без причины играла чрезвычайно важную роль в алхимической медицине. Однако было бы ошибочным считать, что алхимическая медицина ограничивается исключительно металлами. Не будем забывать, что по своему содержанию эта медицина - вибрационная, и это проявляется в самых различных аспектах. 

Во все времена антисептические и заживляющие свойства морской соли использовались для полоскания горла при лечении ангин, для полоскания полости рта при воспалении десен. Компрессы, смоченные соленой водой, помогают при лечении панарициев, абсцессов, фурункулов и т.п. 

Добавленные в кофе две ложечки морской соли, растворенные в минимальном для достижения необходимого эффекта количестве воды и смешанные с порошком глины, образуют очень эффективный пластырь, который нельзя снимать в течение дня. 

Один килограмм морской соли для ванны ребенку и два килограмма - для взрослого позволяют избавиться от физической и нервной усталости [7].




3.5 26 средств Александра фон Бернуса



Немецкие врачи располагают спажирическими способами приготовления лекарств, разработанными Александром фон Бернусом. Их насчитывается двадцать шесть. Способы приготовления капель, бальзамов, мазей, масел и показания для их использования при хронических болезнях содержатся в брошюре, насчитывающей пятьдесят страниц. Эти несколько средств позволяют лечить практически все доброкачественные и злокачественные заболевания.

Врачи-алхимики опубликовали впечатляющие выводы об излечении или улучшении течения заболеваний, которые считаются исключительно тяжелыми даже в наши дни. К ним относятся нервные заболевания (эпилепсия, нервно-мускульное перерождение, психические травмы); гепатические заболевания (даже запущенный цирроз печени, заболевания пищеварительной системы, диабет и т.п.).

Названия говорят сами за себя:

Sanguisol (кровянистый) - используется везде, где речь идет о воздействии на кровообращение.

Hepatic (гепатический) - специфическое средство от всех болезней печени и желчного пузыря.

Lymphatik (лимфатический) - показан в случае заболевания железистой системы, в особенности, лимфатических гланд и лимфатических узлов на коже.

Cerebretic (церебральный) - применяется для лечения центральной нервной системы.

Epidemik (эпидемический) - используется во всех случаях инфекционных и эпидемиологических заболеваний.

Matrigen I и Matrigen II - являются средствами лечения гинекологических заболеваний.

Ophtalmik (глазной) - используется для внутреннего или внешнего употребления (компрессы, окутывание) как специфическое средство для лечения всех заболеваний глаз.

Pulmonik (легочный) - принимается при всех заболеваниях респираторной системы, а также при туберкулезе легких и астме.

Создаваемые по законам спажирии подобные лекарства не получили во Франции разрешения на их применение медиками, и это совсем не означает того, что они опасны для здоровья. Подобные запреты скорее связаны с нежеланием лабораторий открыть секреты технологии подобных лекарств. Этот фактор стал причиной того, что Александр фон Бернус в свое время проиграл процесс, возбужденный им против одной из лабораторий, производившей поддельные лекарства. Официальная химия не допускает возможности сублимирования щелочной соли. Алхимики же для приготовления своих лекарств и дальнейшего продвижения по пути Великого Делания осуществляют сублимирование солей соединения калия. Следовательно, можно понять Александра фон Бернуса, который предпочел проиграть процесс, но не открыть один из величайших секретов адептов алхимии. Все сложности алхимической медицины аккумулированы в этом тупике. Легализация для алхимика - синоним предательства [8].




4. Ятрохимия и техническая химия



Начиная с эпохи Возрождения, в связи с развитием производства всё большее значение в алхимии стало приобретать производственное и вообще практическое направление: металлургия, изготовление керамики, стекла и красок. В первой половине XVI века в алхимии выделились рациональные течения: техническая химия, начало которой положили работы В. Бирингуччо, Г. Агриколы и Б. Палисси, и ятрохимия, основателем которой стал Парацельс.

Совершенно новое понимание задач алхимии было изложено в трудах основоположников технической химии Ваноччо Бирингуччо (1480-1539) "О пиротехнии" и Георга Бауэра (1494-1555), более известного как Агрикола, "De Re Metallica". Сочинения этих авторов представляли собой своего рода энциклопедии, посвящённые минералогии, металлургии, горному делу, производству керамики, т.е. технологическим процессам, предполагающим химические операции с веществами. Характерной особенностью трудов представителей технической химии стало стремление к максимально ясному, полному и достоверному описанию опытных данных и технологических процессов. Именно в поисках способов совершенствования химической технологии Бирингуччо и Агрикола видели задачу алхимии [2].

Парацельс же утверждал, что задача алхимии – изготовление лекарств; при этом медицина Парацельса основывалась на ртутно-серной теории.

Техническая химия и ятрохимия непосредственно подвели к созданию химии как науки; на этом этапе были накоплены навыки экспериментальной работы и наблюдений, в частности, разработаны и усовершенствованы конструкции печей и лабораторных приборов, методы очистки веществ (кристаллизация, перегонка и др.), получены новые химические препараты.

В целом рациональные течения в алхимии – иатрохимия и техническая химия – достигли довольно значительных экспериментальных успехов и заложили основы для научной химии, становление которой начинается в середине XVII века. Не следует, однако, считать, что появление научной химии автоматически означало конец "классической" алхимии. Алхимические традиции сохранялись в науке ещё долгое время, и многие выдающиеся естествоиспытатели продолжали считать трансмутацию металлов возможной [3].




Заключение



Главным результатом алхимического периода в целом, помимо накопления значительного запаса знаний о веществе, явилось зарождение эмпирического подхода к изучению свойств вещества. Алхимический период стал совершенно необходимым переходным этапом между натурфилософией и экспериментальным естествознанием.

Одним из самых важных достижений эпохи Возрождения было обращение на новом уровне к античным наукам и искусствам, переосмысление природы и человека, возвращение к пониманию мира, как единого организма, единого живого существа, тело которого состоит из звёзд. Человечество античности существовало в мире, наполненном жизнью, в мире, который не разделялся на «живую» и «неживую» природу. Вселенная представляла собой гармонично устроенную систему, иерархию больших и малых, высших и низших существ, объединенных совместной деятельностью, в которой они сознательно и бессознательно участвуют. Они не страдали от чувства трагической пустоты внутри и вокруг себя, как страдает человечество ХХI в., которое в бесконечной вселенной, в окружении миллионов других существ остаётся одиноким. Античный человек чувствовал себя маленькой частью великого целого, частью общества, природы. И он, как и всё сущее, нёс в себе Божественное начало. Это древнее учение стало одной из фундаментальных теорий Парацельса и многих других алхимиков, астрологов, магов и натурфилософов эпохи Возрождения. Исследования средневековых алхимиков привели к накоплению большого фактического материала по природным органическим соединениям. В 16-17 вв. воззрения алхимиков получили развитие в трудах ятрохимиков, считавших, что жизнедеятельность организма человека можно правильно понять лишь с позиций химии.

Парацельс был истинным сыном эпохи Возрождения. Он был одним из тех, кого мы сегодня называем людьми - Титанами, творцами Новой Эпохи и новой культуры.




Список использованной литературы



			Рабинович В.Л. Алхимия как феномен средневековой культуры. — М.: Наука, 1979. - 311с.

			Волков В.А., Вонский Е.В., Кузнецова Г.И. Выдающиеся химики мира. — М.: ВШ, 1991. - 656 с.

			Всеобщая история химии. Становление химии как науки. — М.: Наука, 1983. - 464 с.

			Книга алхимии. История, символы, практика. - М.,Амфора, 2006

			«Медицинская Энциклопедия» М.: 1997г. – 965 с. 

			Гартман Франц «Жизнь Парацельса и сущность его учения» М.: «Новый Акрополь» 1997 г. – 233 с.

			Марчукова С.М. «Медицина Возрождения». М.: 2004. – 237с.

			Сорокина Т.С. «История медицины». М.: 1987. – 377с