Основные этапы первобытного общества

1









Содержание.





	Введение.	2

	1. Периодизация первобытной истории.	3

	2. Антропогенез.	7

	2.1. Австралопитековые.	7

	2.2. Питекантроп.	11

	2.3. Неандерталец.	14

	2.4. Кроманьонец.	17

	2.5. Общие проблемы антропогенеза.	18

	3. Прародина и расселение человечества.	21

	3.1. Расселение древних людей на территории бывшего СССР.	26

	4. Эволюция человеческого сообщества.	28

	Заключение.	30

	Литература.	33






Введение.



Около 3 млн. лет тому назад человек отделился от животного мира. Ко времени 35 – 10 тысяч лет тому назад относится формирование современного человека. И только 5 – 1 тысяча лет тому назад в разных частях земного шара складываются классы и государства. Ученые подсчитали, что если всю историю человечества приравнять к одним суткам, то на время с момента образования классов до наших дней придется только 4 минуты. 

Из всей истории человечества первобытнообщинный строй был самым длительным по времени – более миллиона лет. Определить его нижнюю грань сколько-нибудь точно нелегко, так как во вновь обнаруживаемых костных остатках наших далеких предков большинство специалистов видит то предчеловека, то человека, и время от времени преобладающее мнение меняется. В настоящее время одни ученые считают, что древнейший человек (а тем самым и первобытное общество) возник 1,5 – 1 млн. лет назад, другие относят его появление ко времени более 2,5 млн. лет назад. Верхняя грань первобытнообщинного строя колеблется в пределах последних 5 тыс. лет, различаясь на разных континентах. В Азии и Африке первые классовые общества и государства сложились на рубеже 4 и 3 тысячелетий до н.э., в Америке – в 1 тысячелетии н.э., в других областях ойкумены – еще позднее.

История зарождения из животных существ человека – и поныне загадка природы. Где, когда и почему появился человек и человеческое сообщество – до сих пор единого мнения ученых нет. А вопрос весьма интересный, тем более, что памятников того времени – ни письменных, ни архитектурных – не существует. Остается лишь исследовать костные останки древнейших людей, раскапывать захоронения и обиталища людей – и на основе такого скудного материала делать обобщающие выводы, строить далеко идущие предположения, говорить об истоках современного человека и современных цивилизаций. В этом отношении более позднее время, медный или бронзовый и железный век, более “благодатная” почва для исторического исследования – памятников, в том числе и письменных и архитектурных, того времени все же сохранилось достаточно, а потому и загадок, порожденных тем этапом истории все же гораздо меньше. Именно поэтому цель данной работы – уделить больше внимания самому древнему прошлому человечества, тем боле, что последние десятилетия преподнесли множество сенсационных открытий, во многом переворачивающих наши представления о древнейшей истории человечества.




1. Периодизация первобытной истории.



Отметим сразу, что в настоящее время среди ученых, занимающихся исследованием древнейшей истории человечества единого мнения о периодизации этой истории нет. Существуют несколько специальных и общая (историческая) периодизации первобытной истории, частично отражающие характер дисциплин, которые участвуют в их разработке.

Из специальных периодизаций наиболее важна археологическая, основанная на различиях в материале и технике изготовления орудий труда. Известное уже древнекитайским и древнеримским философам деление древнейшей истории на три века – каменный, бронзовый (медный) и железный – получило научную разработку в XIX – начале XX в., когда были в основном типологизированы эпохи и стадии этих веков. 

На заре культурного развития человечества выделяется период каменного века, по длительности в несколько сотен раз превышающий всю последующую историю человечества, а периодизация внутри этого периода осуществляется в соответствии с изменением и усложнением форм каменного инвентаря. Внутри палеолита, как уже говорилось, обычно выделяются эпохи нижнего, среднего и верхнего палеолита, характерный для австралопитеков олдувейский этап, как раз и представляет собою начало нижнепалеолитической эпохи. Именно эта эпоха соотносится в широких хронологических рамках со временем питекантропов, длительность ее громадна, и она сама по себе обнаруживает значительную динамику в формах поселений древнейших коллективов людей и типах изготовляемых ими каменных орудий.

Итак, каменный век начинается с древнекаменного (палеолита), в котором сейчас большинство ученых выделяет эпохи раннего (нижнего), среднего и позднего (верхнего) палеолита. 

Затем следует переходная эпоха среднекаменного века (мезолита), который иногда называют “послепалеолитом” (эпипалеолитом), или “преднеолитом” (протонеолитом), иногда же не выделяют вообще. 

Заключительная эпоха каменного века – новокаменный век (неолит). В конце его появляются первые орудия из меди, что дает основание говорить об особой стадии энеолита, или халколита. 

Схемы внутренней периодизации новокаменного, бронзового и железного веков на стадии у разных исследователей сильно отличаются друг от друга. Еще более различаются выделяемые внутри стадий культуры или фазы, называемые по тем областям, где они были впервые обнаружены.

Для большей части ойкумены нижний палеолит закончился приблизительно 100 тыс. лет, средний палеолит – 45 - 40 тыс., верхний палеолит – 12 - 10 тыс., мезолит – не ранее 8 тыс. и неолит – не ранее 5 тыс. лет назад. Бронзовый век длился до начала 1 тысячелетия до н. э., когда начался век железа.

Археологическая периодизация всецело основана на технологическом критерии и не дает полного представления о развитии производства в целом. В настоящее время археологическая периодизация превратилась из глобальной в совокупность региональных, но и в таком виде она сохраняет немалое значение.

Более ограничена по своим целям палеоантропологическая (палеантропологическая) периодизация первобытной истории, основанная на критерии биологической эволюции человека. Это выделение эпох существования древнейшего, древнего и ископаемого современного человека, т. е. архантропа, палеоантропа (палеантропа) и неоантропа. Систематика собственно людей, выделяемых как семейство гоминид или подсемейство гоминин, их родов и видов, а также их наименований, очень разнится у разных исследователей. Наиболее спорно периодизационное место так называемого человека умелого, в котором одни исследователи видят еще предчеловека, другие – уже человека. Тем не менее палеоантропологическая периодизация в своей наиболее устоявшейся части перекликается с археологической периодизацией первобытности.

Особый аспект периодизации первобытной истории состоит в подразделении ее на историю первобытных обществ, существовавших до появления первых цивилизаций, и обществ, сосуществовавших с этими и позднейшими цивилизациями. В западной литературе они различаются как, с одной стороны, преистория, с другой – прото-, пара- или этноистория, под которыми понимаются не только разделы науки, но и изучаемые ими эпохи. Но это – главным образом источниковедческое различение: преистория изучается преимущественно археологически, протоистория – также и с помощью письменных сведений соседствующих с первобытными обществами цивилизаций, т. е. собственно исторически. Между тем выделение тех и других обществ имеет и содержательно-историческое значение. И те и другие относятся к одной общественно-экономической формации, так как критерием принадлежности к формации является способ производства, а не эпоха его существования. Однако они не тождественны по степени самостоятельности своего развития: как правило, первые испытывали меньше сторонних влияний, чем вторые. Поэтому в последнее время многие исследователи различают их как апополитейные первобытные общества (АПО) и синполитейные первобытные общества (СПО).

При всей важности специальных периодизаций первобытной истории ни одна из них не в состоянии заменить обшей (исторической) периодизации древнейшего прошлого человечества, разработка которой ведется уже более столетия, главным образом по этнографическим и археологическим данным.

Первая серьезная попытка в этом направлении была предпринята выдающимся американским этнографом Л. Г. Морганом, близко подошедшим к историко-материалистическому пониманию первобытной истории. Использовав установившееся в XVIII в. членение исторического процесса на эпохи дикости, варварства и цивилизации и основываясь главным образом на критерии уровня развития производительных сил (“производства средств к жизни”), он выделил в каждой из названных эпох низшую, среднюю и высшую ступени. Низшая ступень дикости начинается с появления человека и членораздельной речи, средняя – с возникновения рыболовства и применения огня, высшая – с изобретения лука и стрел. Переход к низшей ступени варварства знаменуется распространением керамики, к средней – освоением земледелия и скотоводства, к высшей – внедрением железа. С изобретением иероглифического или алфавитного письма начинается эпоха цивилизации.

Эта периодизация была высоко оценена Ф. Энгельсом, который в то же время положил начало ее пересмотру. Он обобщил периодизацию Моргана, определив эпоху дикости как время присваивающего, а эпоху варварства – как время производящего хозяйства. Он подчеркнул также качественное своеобразие начального. соответствующего низшей ступени дикости этапа первобытной истории как своего рода формативного периода “человеческого стада”. Такое же качественное своеобразие заключительного этапа первобытной истории, соответствующего высшей ступени варварства, было показано им в особой главе (“Варварство и цивилизация”) его работы “Происхождение семьи, частной собственности и государства”. Недоучет в схеме Моргана принципиальных граней, отделяющих этап зрелости первобытного общества от этапов его становления и упадка, и значительное расширение в дальнейшем фактического материала сделали необходимой разработку новой историко-материалистической периодизации первобытной истории.

Ряд периодизаций был предложен в советской науке в довоенные и особенно в послевоенные годы, но даже наиболее продуманные из них не выдержали проверки временем. В частности, выяснилось, что применение в качестве критерия периодизации первобытной истории только уровня развития производительных сил ведет к теоретическим неувязкам. Так, даже создатели некоторых цивилизаций еще не знали производственного применения металлов, между тем как часть поздне-первобытных племен уже освоила плавку железа. Чтобы выйти из этого противоречия, пришлось бы учитывать уровень не столько абсолютных, сколько относительных производительных сил, а тем самым в конечном счете отказаться от монистического принципа периодизации. Поэтому ученые, и прежде всего этнографы, обратились к тому критерию, на котором основано формационное членение всего исторического процесса: различиям в способе производства и, в частности, в формах производственных отношений. В связи с этим была предпринята попытка проследить развитие форм первобытной собственности, что привело к выделению, помимо этапа первобытного человеческого стада, этапов первобытной родовой общины и первобытной соседской общины.

Историко-материалистическая периодизация первобытной истории основана на эволюции производительных сил. В соответствии с этой схемой история человеческого общества делится да три больших этапа в зависимости от материала, из которого изготовлялись используемые человеком орудия труда: каменный век – 3 млн. лет тому назад – конец III тысячелетия до н.э.; бронзовый век – с конца III тысячелетия до н.э. – 1 тысячелетие до н.э.; железный век – с 1 тысячелетия до н.э.

Общая периодизация первобытной истории разрабатывалась и разрабатывается также многими западными исследователями. Такие попытки делаются преимущественно некоторыми исторически ориентированными учеными США. Наиболее распространено различение эгалитарных и стратифицированных, или иерархических, обществ. Эгалитарные общества соответствуют обществам эпохи первобытной родовой общины,  стратифицированные – обществам   эпохи классообразования. Между эгалитарными и стратифицированными часто помешают также ранжированные общества. При этом сторонники этих схем считают, что в ранжированных обществах существует только социальное неравенство, а в стратифицированных – также и имущественное неравенство. Наиболее существенная и привлекательная черта этих схем – признание в них эгалитарного характера первобытного общества, т. е. первобытного коллективизма. 

Таким образом, критериев периодизации человеческой истории более чем достаточно – можно найти на любой “вкус и цвет”, т.е. проблемы классифицировать те или иные первобытные сообщества, орудия труда или хоты, даже окаменелые останки не существует. Существует же проблема т.н. “родины человечества”.

Итак, взгляды на характер основных эпох первобытной истории единообразнее взглядов на их соотношение с археологическими и палеоантропологическими эпохами. Только, если исходить из наиболее устоявшихся точек зрения, эпохи общей (исторической) периодизации могут быть составлены с важнейшими звеньями археологических и палеоантропологических схем следующим образом.



Исторические эпохи

Археологические эпохи

Палеоантропологические эпохи

Эпоха праобщины

Нижний и средний палеолит

Время архантропов и палеонтропов

Неолит

Стадия раннепервобытной (раннеродовой) общины

Верхний палеолит и мезолит





Время неонтропов



Стадия познепервобытной (позднеродовой) общины





Эпоха классообразования

Поздний неолит, энеолит или век раннего металла





Еще труднее указать абсолютный возраст этих эпох, причем не только из-за расхождений во взглядах на их соотношение с археологическими и палеоантропологическими эпохами. Ведь начиная со времени уже раннепервобытной общины человечество развивалось крайне неравномерно, что привело к отмеченному выше сосуществованию самых разных по своей стадиальной принадлежности обществ.



2. Антропогенез.



2.1. Австралопитековые.



В настоящее время известно большое количество сделанных в различных областях Старого Света находок ископаемых человекообразных обезьян конца третичного периода. К сожалению, большинство их плохо сохранилось, и поэтому суждение о многих находках основывается лишь на исследовании отдельных частей скелета. Все же методы исследования, разработанные палеонтологией  и сравнительной морфологией, часто дают возможность по фрагментам скелета составить представление о морфологии животного в целом и даже о его образе жизни. 

Наиболее близкой к человеку оказывается группа так называемых дриопитековых обезьян. Остатки дриопитеков обнаружены в позднетретичных слоях различных областей Западной Европы, Африки и Азии. Среди них выделяется несколько видов, обнаруживающих, однако, отчетливое морфологическое своеобразие, позволяющее объединять их в систематическую категорию более высокого порядка – подсемейство или семейство. Дриопитеки представляли собой приматов, по размерам в среднем напоминавших современных павианов и шимпанзе. 

Из характерных морфологических признаков всей группы, важных для определения ее систематического положения, следует отметить некоторое уменьшение клыков и диастемы – промежутка между резцом и клыком. Диастема, как и сильное развитие клыков, – неотъемлемая особенность строения приматов. В то же время и диастема, и сильно развитые клыки отсутствуют у человека. Таким образом, 

В морфологии дриопитеков можно отметить заметный сдвиг в сторону приближения к человекообразному типу. Сходные формы антропоморфных приматов найдены также в позднетретичных слоях богатых палеонтологических местонахождений Западной Индии и Грузии. В последнем случае речь идет о единственной находке таких форм на территории бывшего СССР. Так же как и для дриопитеков, для них характерны некоторые черты, указывающие на прогрессивное развитие по пути выработки человеческих особенностей.

Наибольшее значение для создания отчетливого представления о непосредственных предках семейства гоминид имеют многочисленные и хорошо сохранившиеся находки в Южной Африке (первая была сделана Раймондом Дартом в 1924 г., число их продолжает увеличиваться). Сейчас в Южной и Восточной Африке открыто несколько ископаемых видов антропоморфных обезьян, которые объединяются в три рода – австралопитеков, парантропов и плезиантропов, – выделяются в подсемейство или семейство австралопитековых. Часть исследователей включает эти формы в семейство гоминид. По-видимому, они не отличались по росту от дриопитековых обезьян, но характеризовались относительно крупным мозгом (550 – 600 см3)и двуногой локомоцией, т. е. передвижением на задник конечностях. Последняя особенность, как полагают многие приматологи и антропологи, являлась приспособлением к жизни в открытой местности. Исследования фауны, найденной вместе с австралопитековыми обезьянами, показывают, что они вели хищнический образ жизни и охотились на мелких животных. Таким образом, изучение австралопитековых подтверждает мысль Энгельса о большой роли мясной пищи в становлении человека и указывает на то, что охота на мелких животных занимала преобладающее место у предков гоминид.

Древнейшие предки современного человека походили еще на человекообразных обезьян. Однако в отличие от животных они умели производить орудия труда. В научной литературе этот тип человекообезьяны получил название homo habilis — человек умелый.

Вместе с австралопитековыми найдено большое количество черепов, рогов и расколотых трубчатых костей травоядных животных, а также расколотые черепа павианов. Предполагается, что австралопитеки охотились на павианов и черепа их раскалывали с помощью острых камней. Вместе с камнями в качестве орудий могли использоваться деревянные палки и палицы, а также рога и трубчатые кости крупных травоядных животных. Спорным является вопрос о знакомстве австралопитековых с огнем, на чем настаивают некоторые южноафриканские и английские специалисты.

Произведенные за последнее время определения геологического возраста австралопитековых позволили датировать их эпохой нижнего плейстоцена. Возможно, что некоторые находки относятся к началу среднего плейстоцена. Это обстоятельство вместе с некоторыми морфологическими особенностями позволило ряду исследователей высказать предположение, что австралопитековые не были прямыми предками семейства гоминид, а представляли собой специализированную ветвь антропоморфного ствола, законсервировавшуюся в условиях относительной изоляции Африканского материка и дожившую до эпохи появления гоминид. Не вызывающие сомнений случаи обнаружения орудий труда вместе с костными остатками австралопитеков значительно дополняют тот список морфологических особенностей, в первую очередь прямохождение, которые говорят о прогрессивном строении австралопитеков и их сходстве с людьми. 

Однако как бы ни решался вопрос о генеалогической связи австралопитеков с гоминидами, ясно, что их изучение проливает свет на строение и образ жизни непосредственных предков человека.

Чрезвычайно важная находка была сделана в 1959 г. в раннечетвертичных слоях Олдовейских гор (Танзания) английским археологом Л.Лики. Эти раскопки позволяют полагать, что возникновение человекоподобных существ произошло около 1750 тысяч лет тому назад. Найденный здесь Homo habilis отличается уже не только прямохождением и кистью, могущей хватать и удерживать орудие, но также способностью делать последнее. Обнаруженный там череп примата, получившего название зинджантропа, сохранился сравнительно хорошо, что позволило составить о зинджантропе довольно полное представление. Он отличался некоторыми своеобразными признаками, находящими аналогии в строении гориллы, но передвигался на двух конечностях, имел большой мозг и человеческие особенности в морфологии зубной системы. Возраст зинджантропа определялся приблизительно в полтора миллиона лет. Таким образом, очевидно, что основные морфологические особенности гоминоидного ствола имеют глубокую древность. Однако эта находка не разрешила проблему древности использования орудий. Найденная вместе с зинджантропом каменная индустрия состоит из грубо обработанных орудий неопределенной формы, но принадлежность их зинджантропу остается весьма спорной.

Проблема наиболее ранних орудий труда и морфологического типа создавшей их формы получила разрешение благодаря находке в тех же Олдовейских горах в 1960 г. костных остатков так называемого человека умелого – Homo habilis, но в слоях несколько более ранних, чем находка зинджантропа. Поэтому новая форма была названа презинджантропом. Ее выделение в качестве особого рода не находит поддержки в морфологических особенностях найденных фрагментов скелета, но наличие многих человеческих черт в строении черепа и мозга несомненно. Эти прогрессивные особенности подтверждают и обнаруженные в том же слое, непосредственно вместе с костными остатками, грубые рубящие орудия, которые в данном случае, очевидно, могут быть определенно увязаны с соответствующей морфологической формой. Хронологический возраст презинджантропа – 1 850 000 лет.

Однако и эта находка не древнейшая. С 1967 г. начала работать большая международная экспедиция в долине р. Омо в Эфиопии. За 30 лет ею открыты костные остатки более чем десяти индивидуумов. Правда, они еще не описаны настолько, чтобы о них можно было судить подробно, но авторы предварительных отчетов – авторитетные палеоантропологи безоговорочно относят новые находки к австралопитековым. Их хронологический возраст, установленный с помощью калий-аргонового метода, – от 4 до 2 млн. лет, что вдвое превышает древность презинджантропов. Исключительно важен факт обнаружения галечных орудий в тех же слоях, что и находки костей австралопитеков. Древнейшие из них происходят из слоя, датируемого 3,1 млн. лет, т. е. немного древнее, чем орудия, обнаруженные с презинджантропом.

Еще более сенсационные открытия были сделаны Луисом, а затем его сыном Робертом Лики (начиная с 1965 г.) в районе оз. Рудольфа на севере Кении. Среди многочисленных остатков австралопитековых имеется фрагмент нижней челюсти, возраст которой 5 – 5,5 млн. лет. В тех же отложениях найдены галечные орудия, более древние (древнее на 500 000 лет), чем в долине р. Омо, – им 2,6 млн. лет. Все эти находки значительно удревняют родословную древнейшего человечества.

Какие формы приобрела орудийная деятельность австралопитеков, какой материал они использовали для изготовления орудий, каковы были сами орудия? Как ни ограниченна до сих пор наша информация, мы можем сейчас с той или иной степенью подробности ответить на все эти вопросы. Выше уже упоминалось, что в Южной Африке вместе с костями австралопитеков были обнаружены крупные кости и рога копытных, сохранившие следы специальной подправки и ударов. Южноафриканский анатом и антрополог Раймонд Дарт, открывший первого австралопитека, исследовал эти кости и выделил древнейший этап орудийной деятельности, назвав его остеодонтокератической, или костной, индустрией. Вывод Дарта о существовании такого этапа на заре человеческой деятельности встретил критику со стороны многих ученых, но эта критика не смогла поколебать основы его наблюдений – реальности самих следов подправки на костях и использование их в качестве ударных орудий – и касалась лишь существа интерпретации этих следов. В общем, после этой работы Дарта трудно отрицать, что удобная для держания в руке кость могла использоваться в качестве орудия. Использовалось, очевидно, и дерево, служившее для изготовления дубин и других ударных орудий.

Но главным материалом были, конечно, каменные породы. Древнейшие каменные орудия, найденные вместе с австралопитеками и синхронные костной индустрии Дарта, получили наименование олдувейской культуры. Именно эта культура выделяется теперь в качестве древнейшего этапа палеолитической индустрии всеми археологами. Она состоит из валунов и галек, подвергнутых простейшей обработке, т. е. имеющих грубые сколы искусственного происхождения. Характерная особенность этого древнейшего этапа обработки камня состоит в том, что сколы не обнаруживают какой-либо регулярности, поэтому за орудия могут быть приняты и камни со сколами естественного происхождения. Но в целом все же олдувейская индустрия – результат несомненно целенаправленной деятельности, то, с чего началось дальнейшее развитие палеолита.

Имеются сведения и о других сторонах жизнедеятельности австралопитеков, свидетельствующих о высоком уровне их развития. Речь идет о каком-то правильном расположении крупных валунов в слое с остатками презинджантропа: многие исследователи интерпретируют их как основание какого-то надземного жилища. Если это действительно так, то австралопитеки и в этом отношении сделали какой-то шаг на пути к человеческим формам общежития. 

Переходя к времени очеловечивания, мы целиком и полностью зависим от тех датировок древнейших палеоантропологических находок, которые опираются на геологические обстоятельства их местонахождений и на постоянно совершенствуемые, но пока еще недостаточно точные способы абсолютного датирования. До выдающихся палеоантропологических открытий в Африке древность человеческой родословной не уводилась больше чем на миллион лет от современности. Сохраняя осторожность, наверное, не следует ориентироваться на самые древние находки с неясной морфологией, целесообразнее начинать исчисление с находок, прогрессивные особенности которых могут быть более или менее ясно доказаны либо непосредственным морфологическим наблюдением, либо с помощью объективной морфологической реконструкции. С этой точки зрения дата начала антропогенеза в 2,5 – 3 млн. лет является наиболее реалистичной. Именно в эту эпоху, по-видимому, оформилось прямохождение, освободившее переднюю конечность для труда, возможно, переход к прямохождению сопровождался и какими-то прогрессивными изменениями в структуре мозга.



2.2. Питекантроп.



В конце  XIX в. (1890-1891 гг.) сенсацию вызвали находки ископаемых остатков человекоподобного существа в раннеплейстоценовых отложениях р. Соло на о-ве Ява. Там были найдены черепная крышка и длинные кости нижних конечностей, на основании изучения которых было сделано заключение о том, что существо передвигалось в выпрямленном положении, почему и получило наименование Pithecanhropus erectus, или “обезьяночеловек прямоходящий”. Сразу же после открытия остатков питекантропа вокруг него возникла оживленная полемика. Высказывались взгляды о том, что черепная коробка принадлежала огромному гиббону, современному микроцефалу, просто современному человеку, и приобрела свои характерные особенности под влиянием посмертной деформации и т.д. Но все эти предположения не получили подтверждения при тщательном сравнительно-морфологическом исследовании. Наоборот, оно неопровержимо доказало, что своеобразие находки не может быть объяснено за счет патологии. Кроме того, начиная с 30-х годов XX столетия на о-ве Ява были найдены остатки еще почти 20 подобных же особей. Таким образом, в реальном существовании питекантропов не приходится сомневаться.

Другая замечательная находка остатков человека раннеплейстоценовой эпохи была сделана в 1954 – 1955 гг. в Северной Африке. К сожалению, она еще более фрагментарна, чем находки на о-ве Ява. Были обнаружены лишь нижние челюсти неполной сохранности, принадлежащие трем индивидуумам, получившим наименование Atlanthropus mauritanicus. Однако они залегали в непереотложенном состоянии и вместе с орудиями, что значительно повышает ценность находки.

Важнейшие для понимания эволюции морфологического типа древнейших гоминин открытия были сделаны начиная с 1927 г. в северном Китае, недалеко от Пекина в пещере Чжоукоудянь. Раскопки обнаруженного там лагеря древнейших охотников доставили огромный археологический материал и костные остатки более чем 40 индивидуумов – мужчин, женщин и детей. Как по развитию культуры, так и по своему морфологическому облику эти люди оказались несколько более продвинувшимися на пути приближения к современному человеку, чем питекантропы. Они относятся к более поздней эпохе, чем питекантропы, и были выделены в самостоятельный род и вид Sinanthropus pekinensis – пекинский обезьяночеловек. Сохранность костного материала дала возможность почти полностью исследовать строение скелета синантропа и тем восполнить пробелы в наших знаниях, обусловленные фрагментарностью находок питекантропа и других древнейших гоминин.

Синантроп, как и питекантроп, был существом среднего роста и плотного телосложения. Объем мозга превышал объем мозга питекантропа и колебался у разных индивидуумов от 900 до 1200 см3  составляя в среднем 1050 см3. Тем не менее в строении черепа еще наблюдалось много примитивных признаков, сближающих синантропа с человекообразными обезьянами.

Косвенным аргументом в защиту этого заключения может служить сравнительно высокий уровень трудовой деятельности синантропов. Орудия разнообразны, хотя и не имеют полностью устойчивой формы. Двусторонне обработанных орудий, так называемых ручных рубил, мало, и они также не отличаются типологическим единообразием. Синантроп уже убивал таких крупных животных, как олени, газели, дикие лошади и даже носороги. Он имел постоянные места обитания в пещерах.

Очень древнюю датировку имеют, вероятно, еще две европейские находки. Одна из них была сделана в 1965 г. на стоянке Вертешселлеш в Венгрии. Это затылочная кость взрослого индивидуума. Некоторые исследователи оценивают морфологические особенности кости как очень примитивные и предполагают, что она оставлена питекантропом. При незначительности сохранившегося фрагмента трудно решить вопрос определенно, но восстановленный по затылочной кости объем мозга превышает 1400 см3, что ближе к неандертальским величинам. Возможно, кость принадлежала очень древнему неандертальцу или какой-то переходной европейской форме от питекантропов и синантропов к неандертальцам. Правда, не исключено и предположение, что определенный по столь малым фрагментам объем мозга может быть ошибочным.

Вторая находка сделана в 1972 – 1975 гг. на стоянке Бильцингслебен в Тюрингии. Найденные с ней орудия и фауна также свидетельствуют о ее раннем возрасте. Обнаружены были фрагменты лобной и затылочной костей. Надглазничный рельеф характеризуется исключительной мощностью, и поэтому можно думать, что мы имеем в данном случае дело с очень ранним типом гоминид, возможно, с европейским питекантропом.

Наконец, остатки существ, морфологически похожих на питекантропов, найдены в древних раннеплей-стоценовых и среднеплейстоценовых слоях во многих местонахождениях Африки. По строению своему они достаточно своеобразны, но по уровню развития и объему мозга не отличаются от яванских обезьянолюдей.

Обезьяноподобные люди – питекантроп, синантроп, атлантроп, гейдельбергский человек и другие – жили в теплых климатических условиях в окружении теплолюбивых животных и не расселялись далеко за пределы области своего первоначального появления; судя по ископаемым находкам, заселены были большая часть Африки, юг Европы и юг Азии.

Существование рода питекантропов охватывало громадный промежуток времени и относилось как к нижнему, так и к среднему плейстоцену.

Таким образом, в настоящее время наиболее близкой к действительности представляется точка зрения тех исследователей, которые на основании морфологии относят австралопитеков к семейству гоминид (подразумевая, конечно, что речь идет о представителях всех трех родов – австралопитеках, парантропах и плезиантропах), выделяя их в качестве подсемейства австралопитековых. Остальные более поздние и прогрессивные формы объединяются при этом во второе составляющее семейство гоминид – подсемейство гоминин, или собственно людей. 

Подавляющее большинство серьезных современных исследователей рассматривают все без исключения известные нам формы древнейших людей в качестве представителей одного-единственного рода.

Сделанный выше беглый перечень палеонтологических находок антропоморфных приматов позднетретичного и раннечетвертичного периодов, а также австралопитеков, наглядно иллюстрирует сложность проблемы прародины человества. Остатки ископаемых приматов, которые могут быть сближены с гоминидами, обнаружены на разных материках Старого Света. Все они приблизительно синхронны между собой в пределах геологического времени, и поэтому палеонтологические данные не дают возможности сделать выбор территории, на которой произошло выделение человека из животного мира. Геологические, палеозоологические, палеоботанические и палеоклиматологические данные рисуют картину достаточно благоприятного для высших приматов местообитания на широких пространствах Центральной и Южной Африки и Центральной Азии. Выбор между Евразийским и Африканским материками затрудняется еще и отсутствием выработанных предпосылок для определения области прародины человечества. Одни ученые считают, что выделение человека из животного мира произошло в условиях скалистого ландшафта каких-то предгорий, другие – что непосредственные предки семейства гоминид были жителями степей.

Исключив несостоятельные с фактической точки зрения гипотезы о возникновении человечества в Австралии и Америке, которые вообще не входили в зону расселения высших приматов, будучи отрезаны от Старого Света непроходимыми для них водными барьерами, мы в настоящее время не имеем возможности решить проблему прародины человечества с должной определенностью. Ч. Дарвин, исходя из большего морфологического сходства человека с африканскими антропоидами по сравнению с азиатскими, считал более вероятным, что прародиной человечества был Африканский материк. Находки ископаемых высших приматов в Индии, сделанные в начале нашего столетия, поколебали чашу весов и склонили ее в пользу Азиатского материка. Однако обнаружение ископаемых остатков австралопитековых обезьян, зинджантропа, презинджантропа и других форм опять обращает взгляды исследователей на Африканский материк как на колыбель человечества.

 



2.3. Неандерталец.



Где-то в районе 250 – 300 тыс. лет тому назад происходит трансформация гомо эректуса в пренеандертальца (есть и другие названия: антенеандерталец, ранний неандерталец).

В самом начале вюрмского времени, примерно 80—70 тыс. лет назад, пренеандертальцы превращаются в собственно неандертальцев. Долгое время неандертальцев, первая находка черепа которых была сделана в 1856 г. в одной из пещер долины реки Неандерталь, восточнее Дюссельдорфа, относили еще к “обезьяночеловеку”. Но теперь почти признан другой вид неандертальцев – гомо сапиенс неандерталензис – человек разумный неандертальского типа. 

В истории палеолитического человечества нет полного совпадения между этапами формирования физического типа древнейших и древних людей и кардинальными прогрессивными сдвигами в их культуре, это совпадение носит частичный характер. Неандертальский тип человека сформировался еще в ашельскую эпоху, и начало его формирования отстоит от современности, по-видимому, на 200, может быть, даже на 250 тыс. лет.

Неандерталец является непосредственным предком человека разумного – современного вида живущих на Земле людей, а его технические достижения в изготовлении каменных орудий стоят на очень высоком уровне, значительно более высоком, чем у предшествующего ему гомо эректуса.

Времени жизни развитых неандертальцев археологически соответствует мустьерская эпоха. 

Объем головного мозга неандертальца соответствует объему мозга современного человека, а иногда даже превосходит его, достигая 1600 см3. О высоком интеллекте неандертальца свидетельствуют новые черты его жизни и структуры первобытного общества на этой стадии. Появляются хорошо организованные жилые пространства на стоянках, первые четко оформленные жилища, зачатки искусства, одежды, но главным было высочайшее мастерство неандертальцев в выделке орудий. Все это в совокупности позволило неандертальцу не только выжить в суровых условиях оледенений эпохи вюрма, но и распространиться по всей еще не заселенной территории Старого Света, исключая лишь самые северные районы. Стоянки неандертальцев хорошо известны в Западной и Восточной Европе, на Ближнем Востоке, на Кавказе и в Средней Азии, на Алтае, в Монголии, Пакистане. 

Хронологические рамки мустьерских стоянок определяются по-разному, но чаще всего в 80 – 40(35) тыс. лет. Этот период охватывает две эпохи вюрмского оледенения и два или три теплых интерстадиала внутри ледникового периода. Интерстадиалы считают короче по времени, чем межледниковья, но окончательно этот вопрос пока не решен.

Неандертальский тип не оставался постоянным и претерпевал значительную эволюцию. Так, по мнению многих антропологов, среди европейских находок выделяются две группы – более раннего и более позднего времени. Ранняя группа характеризовалась более прогрессивным строением мозга и связанным с этим более высоким сводом, менее развитым надбровным валиком и вообще прогрессивностью морфологического типа, в какой-то мере приближавшегося к типу современного человека. По степени концентрации типично человеческих признаков она сближалась с палестинскими неандертальцами, хотя и уступала им в этом отношении. Поздняя группа, наоборот, выделяется примитивностью строения и по многим признакам напоминает гоминин раннего и среднего плейстоцена. В антропологической литературе эти группы чаще всего фигурируют под именем неандертальцев группы Эрингсдорф и группы Шапелль (по названию мест наиболее типичных находок). Различия между ними, по-видимому, отражают разные пути их эволюционного развития.

Нижний палеолит охватывает наибольшую часть палеолитического времени, продолжаясь до эпохи мустье, т. е. эпохи, отстоящей от современности примерно на 200 тыс. лет.

Ашельскаях эпоха почти целиком соотносится с нижним палеолитом. Эта эпоха получила наименование по названию одноименного города во Франции. Она уже может быть наполнена конкретным археологическим содержанием, так как ее изучение опирается на богатейшие результаты раскопок нижнепалеолитических памятников на разных материках. Ашель непосредственно следует за олдувейской культурой и составляет второй, более развитый этап нижнепалеолитической культуры. Хронологический этап между олдувейской и ашельской эпохами или культурами не очень ясен, если говорить об абсолютных датах, но можно думать, что речь идет о какой-то минимальной дате, близкой к миллиону лет.

Все сказанное свидетельствует об известной оседлости первобытных человеческих коллективов, что, в свою очередь, означает наличие вокруг мест поселений так называемых охотничьих территорий, т. е. района, в пределах которого осуществлялась охота и приобреталась охотничья добыча. Остатки фауны на стойбищах говорят о том, что в сферу добычи попадали и крупные млекопитающие. Разумеется, охота на них была невозможна в одиночку с помощью тех очень слабых средств, которые находились в распоряжении ашельского человека. Эта охота была, несомненно, загонной, но о ее характере можно пока только гадать.

В плане качества производства орудий позднеашельские памятники, соответствующие этому физическому типу человека, отличаются от более ранних прежде всего доведенными до самого высокого уровня совершенства приемами изготовления бифасов. Некоторые из бифасов конца ашеля отличаются даже какой-то изощренностью изготовления и такой тонкой обработкой поверхности, что детальность и тщательность ее просто нельзя объяснить с точки зрения функций орудия. Это уже отражение эстетического вкуса древнего мастера.

На предыдущем этапе первобытный человек не мог еще проявить свои художественные вкусы и мало заботился о внешней форме и красоте обработки орудий. Его заботили только утилитарные цели. Теперь, в связи со стабилизацией жизни, большей устойчивостью человеческих коллективов, общим развитием сознания и, вероятно, с появлением свободного времени, позднеашельские мастера могли позволить себе значительно более детальную обработку поверхности орудия. Формируются определенные эстетические вкусы. 

Одним словом, наметились существенные изменения в технике производства орудий, их заметное улучшение. Оно, может быть, и не напрямую, но все-таки было связано с появлением на Земле нового физического типа человека – неандертальца.

К настоящему времени накоплен громадный, почти необозримый археологический материал, рисующий основные этапы обработки кремния,   показывающий   магистральные линии развития каменной технологии палеолита, позволяющий установить технологическую преемственность между хронологически разновременными группами палеолитического населения, наконец, вообще демонстрирующий мощное поступательное движение человечества, начиная с достаточно примитивных орудий олдувайской культуры в Африке в кончая изощренной каменной и костяной индустрией верхнепалеолитической эпохи. Однако, к сожалению, при анализе факторов прогрессивного развития человеческого общества на пути к производящему хозяйству и цивилизации остаются за пределами рассмотрения два важных момента – расселение человечества из областей предполагаемой прародины, т. е. этапы и последовательность освоения ойкумены с ее разнообразными экологическими нишами, и рост его численности.

Первый из этих моментов отражает взаимодействие общества с природной средой, характер этого взаимодействия и его усовершенствование силами самого общества – другими словами, некий уровень познания природы и географической среды и подчинение их потребностям общества, обратное влияние на общество географической среды, особенно в ее экстремальных формах. Второй момент является важнейшей демографической характеристикой, аккумулирующей фундаментальные биологические и социально-экономические параметры. 





2.4. Кроманьонец.



Примерно 40 тыс. лет тому назад на смену неандертальцу приходит гомо сапиенс, или человек разумный. (Его называют еще гомо сапиенс сапиенс.) По месту первой находки этот тип человека называют также кроманьонцем. 

Советские и российские антропологи считали и считают, что человек разумный, последняя форма эволюции человека, возник в результате эволюции неандертальца, хотя конкретные пути этой эволюции остаются еще неразгаданными. Современная наука полагает, что такие изменения могли совершиться лишь в результате генетических изменений — мутаций. Раньше считали, что такой скачок от одной формы человека к другой мог быть результатом медленных изменений, появлением новых качеств, связанных с приспособлением к малоизменяющейся среде. Однако современная генетика отрицает возможность такого изменения без мутации.

К концу среднего и к верхнему плейстоцену, исключая его последний этап, относятся формы, занимающие промежуточное положение между только что описанными и человеком современного вида. Они характеризуются большим морфологическим разнообразием и потому неоднократно описывались даже в качестве разных видов. Но более тщательное их изучение показало, что все они относятся к одному виду Homo primigenius называемому иначе неандертальским человеком – по имени места первой находки в Германии близ Дюссельдорфа. Позднее скелетные остатки взрослых неандертальцев и неандертальских детей были обнаружены в Англии, Бельгии, Германии, Франции, Испании, Италии, Швейцарии, Югославии, Чехословакии, Венгрии, в Крыму, в разных областях Африканского материка, в Средней Азии, Палестине, Иране, Ираке, Китае.

Ранее неандертальский тип рассматривался как тупик в развитии, не оставивший следа в последующей эволюции рода Homo. Однако такая точка зрения не учитывала морфологической преемственности между Homo primigenius и Homo sapiens, a также полностью игнорировала археологические данные, свидетельствующие о сложении верхнепалеолитической культуры на основе культуры неандертальского человека. Исходя из этих фактов, российские и многие зарубежные антропологи защищали теорию неандертальской фазы в развитии человека современного вида, впервые сформулированную известным чешским антропологом, работавшим в США, Алешом Хрдличкой. Согласно этой теории, неандертальский человек является предком современного, а морфологический тип последнего сформировался в результате перестройки неандертальского типа. Кстати сказать, большую роль в обосновании неандертальской стадии сыграла находка в 1939 г. А. П. Окладниковым неандертальца в Узбекистане, в пещере Тешик-Таш. До этой находки территория Средней и Центральной Азии, плохо изученная археологически, часто фигурировала в качестве прародины современного человека в работах сторонников его независимого от неандертальца происхожения.





2.5. Общие проблемы антропогенеза.



Прояснению многих проблем антропогенеза способствует интенсивно ведущаяся в ряде стран исследовательская работа над морфологией уже известных находок, их сопоставлением с геологической датировкой и историко-культурной интерпретацией сопровождающего археологического инвентаря. В итоге можно сформулировать несколько тезисов, в которых отражаются модификация наших знаний в области антропогенеза на протяжении последних десятилетий и наши современные представления.

1. Палеогеографическая интерпретация экологической ниши человекообразных плиоценовых приматов в Сиваликских холмах в южных предгорьях Гималаев вместе с расширением знания их морфологии дала возможность с достаточно надежными основаниями высказать мысль о выпрямленном положение тела и двуногой локомоции у этих приматов – как полагают многие исследователи, непосредственных предков человека. При прямохождении передние конечности были свободны, что создавало локомоторную и морфологическую предпосылку к трудовой деятельности.

2. Датировка наиболее древних находок австралопитеков на территории Африки вызывает острые дискуссии. Если следовать не за наиболее крайними точками зрения и опираться не на единичные даты, а на серии дат, то и в этом случае древность наиболее ранних австралопитеков должна быть определена в 4 – 5 млн. лет. Геологические исследования в Индонезии указывают на значительно большую, чем считалось раньше, древность питекантропов и доводят возраст наиболее архаичных из них до 2 млн. лет. Примерно тот же, если не более почтенный, возраст имеют находки в Африке, которые условно могут быть отнесены к группе питекантропов.

3. Вопрос о начале истории человечества тесно связан с решением проблемы о месте австралопитеков в таксономической системе. Если они входят в семейство гоминид, или людей, то приведенная дата их наиболее раннего геологического возраста действительно знаменует начало человеческой истории; если нет – это начало не может быть отодвинуто от современности больше чем на 2 – 2,5 млн. лет, т. е. на возраст наиболее древних находок питекантропов. Бум, поднятый в научной литературе вокруг так называемого человека умелого (homo habilis), не получил поддержки с морфологической точки зрения: находку оказалось возможным включить в группу австралопитеков. Но обнаруженные вместе с нею следы целенаправленной деятельности, находки орудий в слоях с костными  остатками  австралопитеков, остеодонтокератическая, или костяная, индустрия южной группы африканских австралопитеков, морфология самих австралопитеков – полностью освоенное двуногое передвижение и заметно более крупный, чем у человекообразных обезьян, мозг – позволяют позитивно решить вопрос о включении австралопитеков в состав гоминид, а потому датировать появление первых людей 4 – 5 млн лет назад.

4. Многолетняя дискуссия в биологической  таксономии коснулась и разработки классификации ископаемых гоминид, приведя к появлению схемы, в которой все семейство гоминид редуцировалось до одного рода с тремя видами – человеком австралопитековым, человеком прямоходящим (ранние гоминиды – питекантропы и синантропы) и человеком современного физического типа (поздние гоминиды – неандертальцы и верхнепалеолитические люди). Схема получила распространение и стала использоваться во многих палеоантропологических работах. Но тщательная и объективная оценка масштабов морфологических различий между отдельными группами ископаемых гоминид заставляет отвергнуть ее и сохранить родовой статус питекантропов, с одной стороны, неандертальцев и современных людей – с другой, при выделении нескольких видов внутри рода питекантропов, а также выделении неандертальцев и современных людей в качестве самостоятельных видов. В пользу такого подхода говорит и сравнение величин различий между ископаемыми гоминидами и родовыми и видовыми формами в мире животных: различия между отдельными формами ископаемых гоминид ближе к родовым, чем к видовым.

5. Чем больше накапливается палеоантропологических находок ископаемого человека (хотя их число все равно ничтожно), тем очевиднее становится, что древнейшее человечество с самого начала существовало во многих локальных формах, ряд которых, возможно, оказались тупиками эволюционного развития и не приняли участия в формировании более поздних и прогрессивных вариантов. Многолинейность эволюции ископаемых гоминид на всем протяжении их истории доказывается этим с достаточной определенностью.

6. Проявление многолинейной эволюции не отменяет стадиального принципа, но накопление информации о конкретных формах ископаемых людей и все более совершенные способы оценки их хронологического возраста ограничивают слишком прямолинейное использование этого принципа. В отличие от воззрений предшествующих десятилетий, согласно которым переход от более ранней к более поздней и прогрессивной стадии морфологического развития осуществлялся панойкуменно, справедливой кажется концепция, в соответствии с которой имели место постоянные задержки и ускорения эволюционного развития, обусловленные степенью территориальной изоляции, характером расселения, уровнем хозяйственного развития той или иной группы гоминид, ее численностью и другими причинами географического и социально-исторического порядка. Сосуществование на протяжении рада тысячелетий форм, относящихся к разному уровню стадиального развития, может считаться сейчас доказанным в истории семейства гоминид.

7. Стадиальность и многолинейность эволюции нашли яркое отражение в процессе формирования современного человека. После открытия неандертальских скелетов в Восточной Азии весь Старый Свет вошел в ареал человека неандертальского вида, что лишний раз подтвердило существование неандертальской фазы в эволюции человека. Продолжающаяся дискуссия между сторонниками моноцентрической и полицентрической гипотез происхождения человечества в значительной мере потеряла свою остроту, так как аргументы в пользу той или иной точки зрения, опирающиеся на старые находки, вроде бы исчерпаны, а новые находки остатков ископаемого человека появляются крайне редко. Идея преобладающего положения Средиземноморского бассейна, особенно восточной его части, и Передней Азии в формировании человека современного типа, пожалуй, правомерна для европеоидов и африканских негроидов.

Классические формулировки полицентрической и моноцентрической гипотез выглядят сейчас устаревшими, а современная концепция многолинейной эволюции применительно к процессу происхождения современного человека требует гибкого подхода в трактовке перечисленных фактов и должна быть освобождена от крайностей в пользу лишь моноцентризма.

3. Прародина и расселение человечества.



Как ни велики достижения в палеогеографической реконструкции событий четвертичной истории, наши конкретные знания недостаточны, чтобы, пользуясь этими реконструкциями, детально восстановить характер расселения человеческих коллективов в эпоху палеолита, особенно на его ранних стадиях. Ограничимся поэтому лишь некоторыми общими соображениями.

Местом преимущественного расселения древних людей служила обширная территория, включавшая Африку, Переднюю Азию, Южную Европу. Наилучшие условия для жизни человека имелись в районе Средиземного моря. Здесь он заметно отличается по своему физическому облику от как бы заторможенных в развитии южных европейцев, вынужденных приспособляться к нелегким условиям приледниковой зоны. Недаром Средиземноморье сделалось колыбелью самых ранних цивилизаций древнего мира.

Можно, по-видимому, с достаточной определенностью утверждать, что районы высокогорий не были заселены в нижнем палеолите: все находки костных остатков австралопитеков и питекантропов сосредоточены в предгорьях на умеренной высоте над уровнем моря. Только в среднем палеолите, в эпоху мустье, высокогорье было освоено человеческими популяциями, чему есть прямые доказательства в виде стоянок, открытых на высоте свыше 2000 м над уровнем моря.

Надо полагать, что густые леса тропического пояса также не были доступны человеку как регулярное место обитания при слабой технической вооруженности в нижнепалеолитическое время и были освоены позже. В центральных районах обширных пустынь субтропического пояса, например в пустыне Гоби, существуют многокилометровые участки, в пределах которых не было открыто никаких памятников даже при самой тщательной разведке. Отсутствие воды полностью исключало такие участки не только из границ древнего расселения, но и из возможного района охоты.

Все это заставляет полагать, что неравномерность расселения с самого начала человеческой истории была его существенной характеристикой: ареал древнейшего человечества в палеолитическое время не являлся сплошным, он был, как принято говорить в биогеографии, кружевным. Вопрос о прародине человечества, о месте, где произошло выделение человека из животного мира, до сих пор, несмотря на обилие посвященных ему работ, далек от своего решения. 

Огромное количество палеолитических памятников, в том числе и архаического облика, обнаруженных на территории Монголии в последние годы, вновь заставило исследователей обратить свои взоры на Центральную Азию. Не меньшее число палеоантропологических находок на Африканском континенте, иллюстрирующих ранние этапы антропогенеза, приковывает  внимание  ученых  археологов и палеоантропологов к Африке, и именно ее многие из них считают прародиной человечества. Однако нельзя забывать, что Сиваликские холмы помимо исключительно богатой третичной и раннечетвертичной фауны дали костные остатки более древних, чем австралопитеки, форм—тех форм еще человекообразных обезьян, которые стоят у начала человеческой родословной и непосредственно (и морфологически, и хронологически) предшествовали австралопитекам. Гипотеза южноазиатской прародины человечества благодаря этим находкам также обретает сторонников. Но при всей важности исследований и дискуссионных обсуждений проблемы прародины человечества к рассматриваемой теме о древнейшем расселении человечества она имеет лишь косвенное отношение. Существенно лишь то, что все предполагаемые области прародины располагаются в тропическом поясе или в примыкающих к нему субтропических зонах. По-видимому, это единственный пояс, который был освоен человеком в нижнем палеолите, но освоен “чересполосно”, исключая районы высокогорий, безводных пространств, тропических лесов и т. д.

В эпоху среднего палеолита продолжалось дальнейшее освоение человеком тропического пояса и субтропиков за счет, если можно так выразиться, внутренних миграций. Увеличение плотности населения и повышение уровня технической оснащенности позволили начать освоение горных районов вплоть до обживания высокогорья. Параллельно с этим шел процесс расширения ойкумены, все более интенсивного распространения среднепалеолитических коллективов. География стоянок среднего палеолита дает бесспорные доказательства расселения носителей ранних вариантов среднепалеолитической культуры по всей Африке и Евразии, за исключением, может быть, лишь районов за полярным кругом.

Ряд косвенных наблюдений привел некоторых исследователей к выводу о том, что заселение Америки было осуществлено в среднепалеолитическое время еще коллективами неандертальцев и, следовательно, азиатская и американская Арктика были освоены человеком на несколько десятков тысяч лет раньше, чем предполагалось до сих пор. Но все теоретические разработки подобного рода еще требуют фактических доказательств.

Переход к верхнепалеолитическому   времени   ознаменовался крупной вехой в истории первобытного человечества – освоением новых материков: Америки и Австралии. Заселение их осуществлялось по мостам суши, очертания которых сейчас с большей или меньшей степенью детализации восстановлены с помощью многоступенчатой палеогеографической реконструкции. Судя по радиоуглеродным датам, полученным на территории Америки и Австралии, освоение их человеком уже к концу верхнепалеолитической эпохи стало историческим фактом. А отсюда следует, что верхнепалеолитические люди не только заходили за полярный круг, но и освоились в тяжелейших условиях заполярной тундры, сумев культурно и биологически приспособиться к этим условиям. Обнаружение палеолитических стоянок в заполярных районах подтверждает сказанное.

Таким образом, к концу палеолитической эпохи вся суша на ее более или менее пригодных для жизни людей участках была освоена, границы ойкумены совпали с границами суши. Разумеется, и в более поздние эпохи имели место значительные внутренние миграции, заселение и культурное использование пустующих ранее территорий; повышение технического потенциала общества позволяло эксплуатировать те биоценозы, которые нельзя было использовать раньше. Но факт остается фактом: на рубеже перехода от верхнего палеолита к неолиту вся суша в своих границах была заселена людьми, и до выхода человека в космос историческая арена жизни человечества   не   расширилась сколько-нибудь существенно.

Каковы последствия расселения человечества по всей суше нашей планеты и обживания самых разнообразных экологических ниш, в том числе и экстремальных? Эти последствия выявляются как в сфере биологии человека, так и в сфере его культуры. Адаптация к географическим условиям различных экологических ниш, так сказать к различным антропотопам, привела к резко выраженному расширению диапазона изменчивости практически всего комплекса признаков у современного человека по сравнению даже с другими зоологическими видами-убиквистами (видами с панойкуменным расселением). Но дело не только в расширении диапазона изменчивости, но и в локальных сочетаниях морфологических признаков, с самого начала своего  формирования  имевших адаптивное значение. Эти локальные морфофизиологические комплексы выявлены в современном населении и получили наименование адаптивных типов. Каждый из этих типов соответствует какому-либо ландшафтному или геоморфологическому   поясу—арктическому, умеренному, континентальной зоне и зоне высокогорья—и  обнаруживает  сумму генетически   детерминированных приспособлений к ландшафтно-географическим, биотическим и климатическим условиям этого пояса, выражающимся в физиологических характеристиках, благоприятных в терморегулятивном отношении сочетаний размеров и т. д.

Сопоставление исторических этапов расселения человечества по земной поверхности и функционально-адаптивных комплексов признаков, получивших наименование адаптивных типов, позволяет подойти к определению хронологической древности этих типов и последовательности их формирования. Со значительной долей определенности можно предполагать, что  комплекс морфофизиологических приспособлений к тропическому поясу является изначальным, так как он сформировался еще в областях первоначальной прародины. К эпохе среднего палеолита относится сложение комплексов приспособлений к умеренному и континентальному климату и зоне высокогорья. Наконец, комплекс арктических адаптаций сложился, очевидно, в эпоху верхнего палеолита.

Расселение человечества по земной поверхности имело огромное значение не только для формирования биологии современного человека. В интересующем нас контексте предпосылок появления цивилизации еще более впечатляюще выглядят его культурные последствия. Заселение новых районов сталкивало древнейших людей с новой, непривычной для них охотничьей добычей, стимулировало поиск иных, более совершенных способов охоты, расширяло ассортимент съедобных растений, знакомило с новыми породами пригодного для орудий каменного материала и заставляло изобретать более прогрессивные способы его обработки.

Вопрос о времени возникновения локальных различий в культуре до сих пор не решен наукой, вокруг него не затихают острые споры, но уже материальная культура среднего палеолита предстает перед нами в большом разнообразии форм и дает примеры отдельных своеобразных памятников, не находящих сколько-нибудь близких аналогий.

Материальная культура в ходе рас селения человека по земной поверхности перестала развиваться единым потоком. Внутри ее сформировались отдельные самостоятельные варианты, занимавшие более или менее обширные ареалы, демонстрировавшие культурную адаптацию к тем или иным условиям географической среды, развивавшиеся с большей или меньшей скоростью. Отсюда отставание культурного развития в изолированных районах, его ускорение в областях интенсивных культурных контактов и т. д. Культурное разнообразие человечества в ходе заселения ойкумены стало еще более значительным, чем его биологическое разнообразие.

Все сказанное выше опирается на результаты сотен палеоантропологических и археологических исследований. Тому, о чем пойдет речь ниже, а именно определению численности древнейшего человечества, посвящены единичные работы, в основе которых лежит в высшей степени фрагментарный материал, не поддающийся однозначной интерпретации. Вообще палеодемография в целом делает лишь первые шаги, исследовательские подходы не суммированы полностью и базируются часто на значительно различающихся исходных посылках. Состояние фактических данных таково, что наличие значительных лакун в них заранее очевидно, но заполнены они быть не могут: до сих пор и наиболее древние стоянки первобытных коллективов, и костные остатки древнейших людей открываются в основном случайно, методика планомерного поиска еще очень далека от совершенства.

Численность каждого из ныне живущих видов человекообразных обезьян не превышает нескольких тысяч особей. Из этой цифры и нужно исходить при определении числа индивидуумов в популяциях, выделившихся из животного мира. Палеодемографии австралопитеков посвящено крупное исследование американского   палеоантрополога А. Манна, использовавшего весь костный материал, накопленный к 1973 г. Фрагментарные скелеты австралопитеков найдены в сцементированных отложениях пещер. Состояние костей таково, что заставило ряд исследователей предполагать искусственное происхождение их скоплений: это остатки индивидуумов, убитых леопардами и принесенных ими в пещеры. Косвенным свидетельством такого предположения является преобладание неполовозрелых особей, на которых предпочитают охотиться хищники. Коль скоро находящиеся в нашем распоряжении конгломераты костей не представляют собой естественных выборок, относящиеся к ним цифры числа особей имеют лишь ориентировочное значение. Примерное число индивидуумов, происходящих из пяти основных местонахождений в Южной Африке, колеблется в соответствии с разными критериями подсчета от 121 до 157 особей. Если учесть, что нам известно до сих пор лишь ничтожное число местонахождений из общего их числа, то можно предполагать, что порядок этих цифр более или менее соответствует численности современных человекообразных обезьян. Таким образом, численность человечества началась, надо полагать, с 10 – 20 тыс. особей.

Американский демограф Э. Диви определил численность нижнепалеолитического   человечества   в 125 тыс. человек. Хронологически эта численность относится – в соответствии с датировками процесса антропогенеза, имевшими хождение в ту пору, – к 1 млн. лет от современности; речь идет лишь о территории Африки, которая только и была заселена первобытными людьми в соответствии со взглядами автора, разделявшего гипотезу африканской прародины человечества; плотность населения была при этом 1 человек на 23 – 24 кв. км. Этот расчет выглядит завышенным,   но   его   можно принять для более поздней стадии нижнепалеолитической эпохи, представленной ашельскими памятниками и следующей группой ископаемых гоминид – питекантропами.

Существует палеодемографическая работа немецкого палеоантрополога Ф. Вайденрайха, опирающаяся на итоги изучения человеческих скелетов из известного местонахождения Чжоукоудянь, близ Пекина, но она содержит данные лишь об индивидуальном и групповом возрасте. Диви приводит для неандертальцев цифру численности в 1 млн. человек и относит ее к 300 тыс. лет от современности; плотность населения в пределах Африки и Евразии была при этом, по его мнению, равна 1 человеку на 8 кв. км. Эти оценки выглядят правдоподобными, хотя, строго говоря, их нельзя ни доказать сколько-нибудь определенным образом, ни таким же образом опровергнуть.

В связи с заселением Америки и Австралии человеком в верхнем палеолите ойкумена значительно расширилась. Э. Диви предполагает, что плотность населения составляла 1 человек на 2,5 кв. км (25 – 10 тыс. лет от современности), а численность его постепенно увеличивалась и была равна соответственно примерно 3,3 и 5,3 млн. человек. Если экстраполировать цифры, полученные для населения Сибири к приходу туда русских, то мы получим более скромную численность для исторического момента перехода к производящему хозяйству – 2,5 млн.  человек.  Эта цифра представляется предельной. Такой демографический потенциал, видимо, был уже достаточен, чтобы обеспечить формирование цивилизации в узком смысле слова: концентрацию хозяйственной деятельности в определенных, локально четко ограниченных районах, возникновение поселений городского типа, отделение ремесла от земледелия, накопление информации и т. д.



3.1. Расселение древних людей на территории бывшего СССР.



Расселение древнего человечества по Земле не могло быть постоянным и равномерным. Расселение становилось возможным при изменении климатических условий на более мягкие, вслед за таянием ледников, вслед за миграциями животных, вслед за распространением растительного мира. 

Применительно к заселению территории нашей страны В.А. Ранов дает следующую периодизацию.

Первая фаза – древнейшая. Первоначальное появление человека на территории бывшего СССР. Время – около 1 млн. лет, но, возможно, в дальнейшем будут открыты еще более древние памятники. Достоверные стоянки располагаются или на крайнем западе (Королево), или на крайнем юге (нижние слои Азыха, Кульдара). Господствуют галечные индустрии.

В период раннего палеолита (примерно 700 тысяч лет тому назад) заселение шло с юга. Археологи  находят следы пребывания древнейших людей в Крыму (пещера Киик-Коба), в Абхазии, недалеко от Сухуми (Яштух), в Армении (холм Сатани-Дар неподалеку от Еревана), в Средней Азии (юг Казахстана, район Ташкента). В районе Житомира и на Днестре найдены следы пребывания здесь древних людей 500—300 тыс. лет тому назад.

Вторая фаза – средний ашель, 400 – 250 тыс. лет. Небольшое продвижение к северу отмечается на Кавказе, в Средней Азии (возможно, вплоть до Центрального Казахстана). Преимущественно индустрии с бифасами (Кавказ, Закарпатье), но имеются и культуры без бифасов.

Третья фаза –  поздний ашель, 250 – 100 (80) тыс. лет. Решительное движение на север. Люди ашельского времени появляются на Кавказе, Кубани, Дону, на Украине, Урале. Много бифасов собрано в степях Казахстана, появляются они и в Южной Сибири. Крайние точки зафиксированы севернее 52° широты. Одновременно, как показывают лёссовые стоянки Южного Таджикистана, существуют локальные варианты ашеля без бифасов.

Четвертая фаза – период мустье, 100 (80) – 35 тыс. лет. Продолжается увеличение количества стоянок, достигающих нескольких сотен. Интенсивно идет заселение многих районов нашей страны – Кавказа, Средней Азии, Украины, юга Русской равнины. Самый северный памятник достигает 55° северной широты, где пока подлинные стоянки неандертальцев известны на самом юге Сибири – в Хакасии и Туве. Появляются технические варианты орудий, дающие богатейший набор изделий каменного века.

Пятая фаза – поздний палеолит, 35 – 12 тыс. лет. Человек освоил почти всю Ойкумену. Общее количество палеолитических стоянок на территории нашей страны по примерным подсчетам немного более 2 тыс. Они есть практически везде или почти везде, но особой концентрацией отличаются Русская равнина, Кавказ, Южная Сибирь, долина Алдана. В позднем палеолите выделяются уже не технические варианты, а подлинные культуры эпохи палеолита. Палеолитический человек заселил практически все природные зоны страны – от знойной Средней Азии до берегов Ледовитого океана и от лесистых предгорий Карпат до побережья Тихого океана. Людям мезолита и неолита уже почти не пришлось делать географических открытий, разве что в освобождающейся ото льда Прибалтике.

Из земледельческих культур на территории СССР можно выделить неолитические поселения в Туркмении (близ Ашхабада)  в Армении (близ Еревана) и др. В Средней Азии в IV тысячелетии до н. э. были созданы первые искусственные оросительные системы. На Восточно-Европейской равнине древнейшей земледельческой культурой была Трипольская, названная по селу Триполье близ Киева (V—III тысячелетия до н. э.). Поселения трипольцев обнаружены на территории от Днепра до Карпат. Они представляли собой большие селения земледельцев и скотоводов, жилища которых располагались по кругу. При раскопках этих поселков обнаружены зерна пшеницы, ячменя, проса. Найдены деревянные серпы с кремневыми вкладышами, каменные зернотерки и другие предметы. Трипольская культура относится к медно-каменному веку – энеолиту (III – 1 тысячелетия до н.э.).

На территории бывшего СССР найдены археологические памятники бронзового века, по которым можно проследить разложение первобытно-общинного строя. Это Майкопский курган, Триалети (близ Тбилиси) и др. Например, в Майкопе под десятиметровым курганом обнаружено богатое захоронение, относящееся ко II тысячелетию до н. э. Здесь найдены золотые кольца, бляхи, бусы, 2 золотых и 14 серебряных сосудов, набор бронзового оружия и другие вещи. Одновременно археологи открыли другие захоронения майкопцев с небольшим числом вещей или вовсе без них, что свидетельствует о разделении общества на богатых и бедных.

Широкое распространение железа на территории стран СНГ относится к 1 тысячелетию до н. э. Продвижение земледелия на север от зоны теплого климата привело к тому, что на землях, где жили наши далекие предки – славяне, также стали появляться предпосылки для возникновения частной собственности: возникало классовое общество, складывалась государственность.



4. Эволюция человеческого сообщества.



Изучение первобытной экономики позволило выявить важные различия в отношениях распределения и собственности на основных стадиях развития первобытной родовой общины. В раннепервобытной (раннеродовой) общине, ведшей присваивающее хозяйство и получавшей главным образом лишь жизнеобеспечивающий продукт, господствовали уравнительное распределение и общая собственность; каждый член общины имел право на долю произведенного продукта независимо от того, участвовал ли он в его производстве. В позднепервобытной (позднеродовой) общине, перешедшей к производящему или высокоспециализированному присваивающему хозяйству и получившей относительно регулярный избыточный продукт, наряду с уравнительным получило развитие трудовое распределение, при котором часть продукта поступала в распоряжение отдельных членов общины, и наряду с общей развилась личная собственность. Теоретический анализ позволил также определить предшествовавшую первобытной родовой общине форму как праобщину (первобытное человеческое стадо), а сменившую эту общину форму как первобытную соседскую (протокрестьянскую) общину. Исследование первобытной экономики продолжается, но и то, что уже сделано, показало действенность принятого критерия общей периодизации первобытной история и правомерность отождествления основных этапов этой истории с основными типами развития первобытной общины.

Этот типологический ряд – праобщина (первобытное человеческое стадо), раннепервобытная и поздне-первобытная (раннеродовая и позднеродовая). первобытная соседская (протокрестьянская) общины – и соответствует основным этапам первобытной истории. Однако таксономия некоторых этапов остается спорной, из-за чего их количество у разных ученых неодинакрво. Их четыре, если рассматривать два средних как однопорядковые с первым и последним. Такая периодизация позволяет полнее учитывать важный рубеж, разделяющий эпохи присваивающего и производящего хозяйств. Их три, если рассматривать два средних как субэтапы одного этапа первобытной родовой общины. Такая периодизация хорошо отражает то обстоятельство, что социально-экономические последствия перехода от присваивающего к производящему хозяйству сказались не сразу и позднепервобытные общины долгое время мало отличались от раннепервобытных.

При трехчленной периодизации первобытной истории в советской науке пользуются также и другими наименованиями основных этапов древнейшего прошлого, выразительно характеризующими их содержание. В последнее время их нередко называют эпохами антропосоциогенеза, первобытной родовой общины и классообразования.

Первобытная история начинается с эпохи праобщнны (первобытного человеческого стада, антропосоциогенеза). Эта эпоха открывается появлением целеполагающей орудийной деятельности и, следовательно, возникновением древнейших людей –архантропов, образующих первые, пока еще более или менее аморфные производственные коллективы. Основное содержание эпохи – преодоление в процессе трудовой деятельности остатков животного состояния, унаследованных от стад человекообразных обезьян и предлюдей, упрочение социальных связей, а вместе с тем и завершение биологического развития самого человека. Периодизационные и хронологические границы эпохи остаются спорными. Нижняя граница дискуссионна из-за расхождений во взглядах на различие между предчеловеком и настоящим человеком, верхняя – из-за неодинаковой трактовки социальной организации времени среднего палеолита и палеоантропов. Еще сравнительно недавно многие ученые рассматривали это время как время праобщины, не находя в нем признаков родового строя. Но новые находки показали, что уже тогда возникли искусственные коллективные жилища, четкие признаки спайки человеческих коллективов и другие явления, которые раньше связывались только с наступлением верхнего (позднего) палеолита. Это сделало правомерным вывод, что верхняя граница эпохи праобщины должна быть отнесена до времени среднего палеолита и палеоантропов. Правомерным, но необязательным. Ведь биологический облик палеоантропов продолжал меняться, а следовательно, биологическое развитие человека еще не было, пользуясь диалектической терминологией, “снято” социальным. Поэтому вопрос пока остается открытым.

Эпоха первобытной родовой общины открывается возникновением первых упорядоченных форм социальной организации – рода и родовой общины. Именно здесь получают полное выражение основные черты первобытнообщинного строя – более или менее последовательный коллективизм в производстве и потреблении, общая собственность и уравнительное распределение. Эти черты особенно ярко выражены на стадии раннепервобытной (раннеродовой) общины и сохраняются, хотя уже не господствуют, на стадии позднепервобытной (позднеродовой) общины. Нижняя граница эпохи – средний палеолит (время палеоантропов) или верхний палеолит (время неоантропов), верхняя – как правило, неолит.

Если эпоха праобщины – время становления, а эпоха первобытной родовой общины – время зрелости, то эпоха классообразования – время распада первобытнообщинного строя. Эта последняя эпоха повсюду знаменуется прогрессирующим развитием всех отраслей хозяйственной деятельности и ростом избыточного продукта. Общая собственность рода и общины начинает вытесняться обособленной собственностью отдельных домохозяйств, уравнительное распределение вытесняется трудовым, общинно-родовые связи рвутся и уступают место общинно-соседским в их ранней, первобытной форме. Появляются начальные формы эксплуатации, вместе с которыми избыточный продукт начинает превращаться в прибавочный, происходит зарождение частной собственности, общественных классов и государственности. Нижняя граница эпохи в более продвинутых обществах приходится на время позднего неолита, в менее продвинутых – по большей части на время металлов. Верхняя граница – появление классовых обществ и государств – наиболее продвинутыми обществами перейдена около 5 тыс. лет назад, наиболее отставшими в своем развитии не перейдена и до настоящего времени.



Заключение.



Итак, квинтэссенция всего ранее изложенное может быть представлена набором таблиц. 

Тип

Сущностная особенность

Месторасположение археологических находок

Австралопитек

"Южная обезьяна", ходила на двух передних конечностях - для добывания пищи и защиты

Южная Африка. 1924 г.

Питекантроп

Древний обезьяно-человек

О-в Ява, 1891 г

Синантроп

Древний предок современного человека.

Около Пекина, 1930 г.

Неандерталец

Первобытный человек охотник эпохи палеолита

Долина Неандерталь, Германия, конец XIX в.

Кроманьонец

Потомок неандертальца. Сложился 30 – 25 тыс. лет назад. Homo sapiens –  "человек разумный"



Деревня Кро-Маяьов, Франция,1868г.

Трипольцы

Предки праславян. Племена высокой земледельческой культуры эпохи энеолита.

Село Триполье, Украина, конец XIX в. Село Детчино, Малоярославецкого р-на (1880 г.), д. Гремячево Перемышльского р-на (1898 г.) Калужской области





Все большее число людей осознает, что приобщение к историческому прошлому – это не только знакомство с шедеврами мировой цивилизации, уникальными памятниками древнего искусства и словесности, не только школа нравственного и художественного воспитания, но и неотъемлемая часть современной жизни, в определенной мере оценка настоящего сквозь призму исторического опыта. Историю нельзя знать “кусками”, она непрерывна. Достижения последующих цивилизаций немыслимы без достижений предшествующих обществ. 

В дополнение к огромной археологической работе, имевшей на своем счету немало открытий и показавшей более раннее, чем предполагалось до сих пор, оформление многих общественных институтов и социальных явлений (например, искусства), палеонтропологические исследования демонстрируют сложность и извилистость путей общественного прогресса и оставляют нам все меньше права на противопоставление доистории, или протоистории, и собственно истории. Практически история начинается и выступает в многообразных локальных формах с появления первых австралопитеков, и тому, что мы привыкли называть цивилизацией в узком смысле слова, – земледельческому хозяйству со стойловым скотоводством, появлению городов с ремесленным производством и концентрацией политической власти, зарождению письменности для обслуживания функционально усложнившейся общественной  жизни – предшествовал путь длиною в несколько миллионов лет.









Исторические эпохи

Палеолит – древнекаменный век

Мезолит – среднекаменный век

Неолит – новый каменный век

Энеолит – меднокаменный век

Бронзовый век

Железный век

Хронологические рамки

35 – 10 тыс. лет до н.э.

10 – 6 тыс. лет до н.э.

6 – 4 тыс. лет до н.э.

4 – 3 тыс. лет до н.э.

3 – 2 тыс. лет до н.э.

С 1–го тысячеле-тия до н.э.

Тип человека

Неандерталец













                   Кроманьонец – Homo sapiens

Основные занятия людей

Собирательство, охота на животных

Земледелие

Скотоводство



крупных

Крупных и мелких

Охота





       Рыболовство







Ремесла







Гончарное, ткацкое, плотницкое, литейное, кузнечное

Орудия труда

Каменное рубило, копье, изделия из кости

Лук, гарпун, крючки

Топоры, долота, мотыга, рало, гончарный круг

Появление медных орудий труда и оружия

Бронзовые мечи, ножи, серпы и др. Изобретение колеса

Железные орудия труда и оружие

Коллективы людей

Большие. Жили совместно. Возникновение рода и племени.

Небольшие. Сохранились родо-племенные связи. Выделение вождей и шаманов

Усиление неравенства, превращение вождей и жрецов в царьков

Продолжение усиления неравенства

Объединение племен и создание народностей, имевших общий язык

Усиление власти вождей, выделение воинов, создание племенных союзов, появление государства










Археологические культуры и физический тип человека.



Данная схема хотя и отражает совпадение этапов развития человека н эволюции каменных орудий, но несколько упрощает взаимоотношение физического типа человека и проявления его орудийиой деятельности. Особенно сложными получаются стыки между крупными этанами. В основном можно уверенно сопоставлять Олдувай с гомо габилис, ранний и средний ашелъ – с гомо эректусом, поздний ашель и мустье – с человеком неандертальского типа, а поздний палеолит – с гомо сапиенсом. Но, с одной стороны, выявлены определенные промежутки сосуществования указанных каменных индустрий. Так, в Африке известен период, когда одновременно имели место и олдувайская н раннеашельская культуры.











Литература.





Алексеев В.П., Першиц А.И. “История первобытного общества”. Учебник для вузов. М. 1990.

Амальрик А.С., Монгайт А.Л. “В поисках исчезнувших цивилизаций”.  М. 1966.

Борисковский П.И. “Древнейшее прошлое человечества”. М. 1980.

Ранов В.А. “Древнейшие страницы истории человечества”. М.М. 1988.

Смолякова Н.В. “История Руси и России IX-XIX вв.” М. 1998.

Черниловский З.М. “Всеобщая история государства и права”. М. 1996.

“Древние цивилизации”. Под общ. Редакцией Бонгард-Левина Г.М. М. 1986.

Пособие по истории СССР. Орлов А.С., Георгиев В.А. и др. М. 1987.

Методическое пособие по истории России. КГПУ. Калуга. 1997.


Культура эпох.

К Культуре.

Расселение древнейшего человечества по земной поверхности столкнуло его, как уже отмечалось, с самыми различными экологическими условиями и разнообразным миром охотничьей добычи. Освоение новых ниш было невозможно без наблюдения за ходом природных процессов и природными явлениями, охота – без знания привычек животных, собирательство не могло быть эффективным без запаса сведений о полезных растениях.

Духовной жизни палеолитического человечества, палеолитическому искусству и попыткам реконструкции социальных отношений посвящены тысячи статей и сотни книг. И лишь в единичных работах затрагивается вопрос о положительных знаниях в коллективах людей эпохи потребляющего хозяйства. В настоящее время вопрос этот интересно поставлен и рассмотрен в серии трудов В. Е. Ларичева. В частности, им приведены заслуживающие внимания соображения о невозможности представить себе развитие даже охотничьего и собирательского общества без какого-то календаря и использования в повседневной жизни астрономических ориентиров. Запас знаний, который накопило человечество в ходе расселения по земной поверхности на протяжении 4 – 5 млн. лет, сыграл не последнюю роль в освоении навыков производящего хозяйства и переходе к цивилизации.




Юридический институт МВД РФ



Кафедра _______________________ дисциплин

















                                           



Контрольная работа



по истории на тему:



«ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ ИСТОРИИ ПЕРВОБЫТНОГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА»



(Вариант 5)



















Подготовил студент группы _____



Кулигин Александр Валерьевич

























ТУЛА

1999

     



1



2