Психолингвистика и языкознание

2



Министерство образования РФ

Иркутский Государственный Лингвистический Университет

Кафедра общего и классического языкознания























РЕФЕРАТ

По языкознанию

Тема: «Психолингвистика и языкознание»









Выполнил:

Студент I курса

142 группы

Бадмаев В.С.

Проверил:

Ст. преподаватель

Свердлова Н.А.



























Иркутск, 2002 г.

ПЛАН:



	Введение	3

		1.	Предмет и объект науки.	3

		2.	Научная модель и научная теория.	4

		3.	Концептуальный базис теории.	7

		4.	Объект психолингвистики.	8

		5.	Предмет психолингвистики.	9

		6.	Психолингвистика как психологическая наука.	11

		7.	Психолингвистика и языкознание.	12

	ЛИТЕРАТУРА	14






Введение

В первое время существования психолингвистики в нашей стране ее часто рассматривали как область знания, лежащую "на стыке" психологии и лингвистики (языкознания): как бы отчасти психологию, отчасти лингвистику - своего рода гибрид той и другой. Такое понимание психолингвистики и других "пограничных" областей (назовем среди них социолингвистику, этнолингвистику, психогенетику и многие другие) было связано с неточным, приблизительным представлением о системе наук вообще и об их взаимоотношениях - в частности. Поэтому мы начнем наше изложение с некоторых принципиальных положений, касающихся логической структуры научной теории и процесса научного исследования вообще. 

Предмет и объект науки. 



Принято считать, что ряд наук, куда входят, в частности, языкознание, психология, физиология и патология речи, поэтика и др., имеют один и тот же объект. Это означает, что все они оперируют одними и теми же индивидуальными событиями или индивидуальными объектами. Однако процесс научной абстракции протекает во всех этих науках по-разному, в результате чего мы строим различные абстрактные объекты. 


Что это такое? 



 Абстрактные объекты - это "средства для характеристики объективно-реальных индивидуальных процессов (событий, явлений) описываемой области". Более строго абстрактная система объектов (или, что то же, система абстрактных объектов) понимается как "...все множество возможных (моделирующих) интерпретаций", объединяющее логические модели. 

Наряду с индивидуальными процессами (событиями, объектами) мы получаем построенные под определенным углом зрения модели, обобщаемые понятием абстрактной системы объектов. 


Индивидуальный объект (событие, процесс) является представителем абстрактного объекта. Этот последний, в свою очередь, обобщает свойства и признаки различных индивидуальных объектов: это то, над чем мы можем осуществлять те или иные логические операции. Так, говоря о "звуке а", его отличиях от других звуков, его признаках, его изменении при сочетании с другими звуками и т.д., мы оперируем с абстрактным объектом, но относим все эти утверждения к множеству индивидуальных звуков а или, точнее, к каждому из них в отдельности. 


Совокупность индивидуальных объектов научного исследования и есть объект науки. Абстрактная же система объектов или система абстрактных объектов образует предмет науки.


Выше мы говорили об общем объекте ряда наук (языкознания, психологии речи и пр.). Из каких индивидуальных событий или индивидуальных объектов он состоит? 

Ответ на этот вопрос может быть различным в разных направлениях науки. Однако все они сходятся на том, что это - совокупность речевых (а вернее, не только речевых) актов, действий или реакций. Для лингвиста в них важна система средств выражения, для психолога - сам процесс речи, для патолога или коррекционного педагога (дефектолога) - возможные отклонения от нормального течения этого процесса. И каждый из этих специалистов строит свои системы моделей речевых актов, речевых действий или речевых реакций в зависимости не только от их объективных свойств, но и от точки зрения данной науки в данный момент. А эта точка зрения, в свою очередь, определяется как тем путем, который прошла наука при формировании своего предмета, так и теми конкретными задачами, которые стоят перед этой наукой в данный момент. 

Значит, объект может быть у разных наук одним и тем же, а вот предмет специфичен для каждой науки - это то, что "видит" в объекте со своей точки зрения представитель каждой отдельной науки. Языкознание, психология речи и другие науки, занимающиеся речью, оперируют одними и теми же индивидуальными объектами или событиями и, значит, имеют один и тот же объект науки. Однако процесс научной абстракции протекает в каждой из них по-разному, в результате чего мы строим различные системы абстрактных объектов (логических моделей), каждая из которых соответствует предмету данной науки. 

Наше рассуждение соответствует так называемому генетическому методу построения научной теории, когда "отправляются как от исходного от некоторых налично данных объектов и некоторой системы допустимых действий над объектами". Существует еще и так называемый аксиоматический метод, при котором "область предметов, относительно которой строится теория, не берется за нечто исходное; за исходное берут некоторую систему высказываний, описывающих некоторую область объектов, и систему логических действий над высказываниями теории". 


Выше мы уже не раз упоминали в связи с предметом науки термин модель. Что это такое? 



Научная модель и научная теория. 



 Модель - это логическая (знаковая) конструкция, воспроизводящая те или иные характеристики исследуемого нами объекта при условии заранее определенных требований к соответствию этой конструкции объекту. 

Строго говоря, понятие модели шире: это вообще всякая "...мысленно представляемая или материально реализованная система, которая, отображая или воспроизводя объект исследования, способна замещать его так, что ее изучение дает нам новую информацию об этом объекте". Внутри множества моделей выделяют теоретические или идеальные модели (в отличие от моделей, представляющих собой физические, материальные объекты - например, модель самолета, продуваемая в аэродинамической трубе). В свою очередь, они делятся на наглядные модели (элементы которых имеют какое-то сходство с элементами моделируемого объекта) и модели знаковые и логические, для которых не обязательно внешнее сходство с моделируемым объектом (но зато обязательно функциональное сходство). Впрочем, термины знаковая и логическая модель (конструкция) не кажутся нам удачными, и целесообразно вслед за Ю.А. Ждановым (1963) говорить о "...моделях, конструируемых из воображаемых элементов". 

Моделирование не есть любое отображение объекта в модели. Моделируя реальный объект, мы конструируем другой - реальный или воображаемый - объект, изоморфный (Мы сознательно упрощаем проблему, не вводя здесь понятия гомоморфности. На самом деле в науках о человеке мы имеем дело чаще с гомоморфизмом (такое соответствие модели объекту, которое является принципиально односторонним: все, что смоделировано на географической карте, можно найти на местности, но не все, что есть на местности, отображено на карте), чем с изоморфизмом (полное взаимное соответствие: из алгебраического представления функции можно вывести геометрическое, но и наоборот).) данному в каких-то существенных признаках. 


А то новое, что мы узнаем при этом о моделируемом объекте, - это такие его черты, которые "автоматически" переносятся в модель, когда мы сознательно обеспечиваем ее изоморфность этому объекту по заранее определенным параметрам. 


Иногда понятие модели излишне сужается, например, считаются единственно научными только аксиоматические модели или только математические модели. Это неправомерно. Всякое достаточно правильное, то есть отвечающее определенным требованиям адекватности моделируемому объекту (изоморфности этому объекту) и при этом эвристически значимое (дающее нам новую информацию об этом объекте) описание объекта есть его логическая модель и подчиняется общим закономерностям моделирования. 
Моделирование объекта - необходимый компонент его познания, но на нем это познание отнюдь не заканчивается. 

Мы можем построить бесконечное множество моделей одного и того же объекта, которые в равной мере соответствуют его свойствам, но отличаются друг от друга - ведь модель отражает не только эти реальные, объективные свойства, но и нашу точку зрения на этот объект, те требования к соответствию модели моделируемому объекту, которые мы в каждом случае предъявляем. Письменный (печатный) текст, фиксирующий устную речь, и фонетическая транскрипция устной речи - знаковые модели одного и того же реального события, но требования к соответствию объекту у них разные. 


Ни одна модель не является полной, не исчерпывает всех свойств объекта. Такое исчерпывающее описание и невозможно, и не нужно. В науке мы каждый раз при моделировании вычленяем определенные свойства объекта, оставляя другие вне своего рассмотрения. Даже моделируя одни и те же свойства, отображая их в рамках одной науки под определенным, достаточно узким углом зрения, мы можем построить несколько несовпадающих моделей в зависимости от системы используемых при этом понятий и операций и в зависимости от конкретной задачи моделирования. Так, например, модель системы фонем русского языка различается в "ленинградской" и "московской" фонологических школах. С другой стороны, любой лингвист знает, как трудно "перевести" на язык привычной ему модели описание того или иного языка, выполненное при помощи иной системы исходных понятий и операций (например, системы понятий американской дескриптивной лингвистики или порождающей грамматики Н. Хомского).


Тем более будут отличаться так называемая "теоретическая" грамматика языка и, скажем, алгоритм автоматического анализа и синтеза того же языка при машинном переводе, даже если они в равной степени отражают свойства объекта (языка). Каждая из этих моделей оптимальна для определенной цели: будучи заложена в компьютерную программу, самая лучшая теоретическая грамматика окажется бесполезной. Другой характерный пример - описание языка в различных учебниках этого языка. Вообще в науке все больше утверждается принципиальное положение о множественности моделей одного и того же моделируемого объекта. 


Абстрактный объект как раз и есть обобщение множества возможных моделей данного конкретного объекта (совокупности конкретных объектов, или, как часто говорят, "предметной области"), а именно инвариант этих моделей. (Не всех, а тех, которые отображают именно данные объективные свойства моделируемого объекта: ведь у него могут быть и другие, не менее существенные, но изучаемые другими науками под другими углами зрения.) Ведь все эти модели уже по определению обладают общими, инвариантными характеристиками, отражающими сущностные свойства объекта и остающимися без изменения при переходе от одной модели к другой. Вот эти-то инвариантные характеристики и могут быть объединены в понятии абстрактного объекта или, как мы уже говорили, в понятии предмета данной науки. 


Перейдем теперь к другому важному понятию логики науки - к понятию теории. 

 Научная теория есть "...система обобщенного и достоверного знания о том или ином "фрагменте" действительности, которая описывает, объясняет и предсказывает функционирование определенной совокупности составляющих ее [конкретных - Авт.] объектов". Или, что то же, это "целостная система абстрактных объектов, ...разновидность знания, в рамках которой осуществляется поиск нового знания, объяснение уже известных и предсказание новых фактов".

Иногда теория понимается как продукт верификации (проверки) модели. Это не так. Верифицированная модель (например, показавшая свою правильность в ходе эксперимента) еще не становится от этого теорией: просто сначала мы имели дело с каким-то допущением, гипотезой, затем выяснили, что это допущение справедливо, что эта гипотеза верна. Но из того, что оно справедливо, еще не следует, что мы обладаем целостным и достоверным знанием об объекте - только знанием о каких-то отдельных сторонах, о некоторых свойствах объекта! 


В отличие от модели, которая, чтобы стать из безответственного высказывания по поводу объекта истинной моделью этого объекта, нуждается в верификации, теория в принципе не может быть проверена в эксперименте. Модель (во всяком случае, знаковая или логическая, построенная из воображаемых элементов), как правило, полностью подается формализации и операционализации. К теории это не относится. Но зато "...зрелая теория представляет собой не просто сумму связанных между собой знаний, но и содержит определенный механизм построения знания, внутреннего развертывания теоретического содержания, воплощает некоторую программу исследования; все это и создает целостность теории как единой системы знания". 


Теория включает в себя следующие компоненты: 

Исходные основания теории или ее концептуальный базис - исходные понятия и основные отношения между этими понятиями. 

Логика теории - "множество допустимых в данной теории правил вывода и способов доказательства". 

Совокупность законов и утверждений, логически выведенных из исходных оснований. 

Возможны ли различные теории одного и того же объекта? Да, если мы опираемся на различные исходные понятия и действуем по различной логике, вообще если в основе разных теорий лежат различные методологические и философские представления. 

Тонкие мысли о сущности и особенностях психолингвистических моделей были высказаны Р.М. Фрумкиной (1972; 1980), с которой мы в основном солидарны. 



Концептуальный базис теории. 



В любой науке следует разграничивать два рода используемых в ней понятий. Часть из них - это категории, имеющие общенаучный, а иногда и философский характер и выступающие в данной науке лишь частично, наряду с другими науками. Иначе говоря, одна эта наука не может претендовать на сколько-нибудь полное и всестороннее раскрытие сущности данной категории. Примером таких категорий могут выступать система, развитие, деятельность. Они входят в число конкретно-научных (например, психологических, лингвистических, этнологических) понятий, получают соответствующую интерпретацию в психологическом, лингвистическом и тому подобных аспектах, на конкретном материале данной науки. Но нельзя до конца понять суть системности в языке, не обращаясь к понятию системы в других науках и к более общим методологическим основаниям понятия системы. По удачному определению Э.В. Ильенкова: "Категории как раз и представляют собою те всеобщие формы (схемы) деятельности субъекта, посредством которых вообще становится возможным связный опыт, т.е. разрозненные восприятия фиксируются в виде знания". 


Категории могут быть философскими и собственно научными. (Различать их исключительно важно в методологическом отношении: это позволяет нам избежать позитивистского сведения философских категорий к "языку науки".) Говоря о собственно научных (общенаучных) категориях, целесообразно вслед за П.В. Копниным  различать в них категориальный аппарат формальной логики и категории, свойственные отдельным предметным областям. Но и последние остаются при этом категориями, не носят узко специализированного характера: другое дело специализированное научное понятие как компонент научной теории. 


В структуре или "языке" той или иной науки можно, таким образом, выделить понятия разного уровня - от наиболее общих философских категорий до конкретно-научных понятий. В психологии примером такой иерархии могут быть соответственно субъект (философская категория), понятие (логическая категория), деятельность (общенаучная категория), аффект (конкретно-научное понятие). В лингвистике аналогичным примером могут быть развитие (философская категория), признак (логическая категория), знак (общенаучная категория) и фонема (конкретно-научное понятие). Различать эти уровни очень важно, когда мы стремимся установить объективную взаимосвязь соответствующих им сущностей внутри предмета данной науки. Но возможна и иная постановка вопроса - когда мы стремимся раскрыть сущность и качественное своеобразие той или иной категории, рассматривая ее во всем многообразии не только внутри-предметных, но и межпредметных или "надпредметных" связей и отношений, когда для нас важно раскрыть все те системы связей, в которые данная сущность может вступать, независимо от их "ведомственной принадлежности" предмету той или иной науки. 


Из всего сказанного выше можно сделать важный вывод о том, что научное знание в принципе едино и абсолютно, а место в нем предмета конкретной науки факультативно и относительно. Соответственно и научные специальности (психолог, лингвист, этнолог) - это совсем не разные профессии, это - в силу ограниченности познавательных и творческих возможностей конкретного ученого и в силу различия сфер практического приложения научного знания - условная сфера деятельности данного ученого. В некоторые периоды развития науки появляется тенденция к сужению этой сферы до традиционного предмета той или иной науки, в другие - тенденция к ее расширению за его пределы и, соответственно, к появлению более широких предметных областей.



Объект психолингвистики. 



Какие конкретные объекты или конкретные события изучает психолингвистика? Выше уже говорилось о других "речеведческих" науках, в частности о лингвистике (языкознании), что общим для них объектом являются речевые акты, или речевые действия, или речевые реакции. Сейчас время уточнить это положение. 


Введем понятие фрейма как фиксированной системы параметров, описывающих тот или иной объект или событие. Так например, "Личный листок по учету кадров" (параметры сформулированы в явной форме) или стандартная международная форма Curriculum vitae (параметры не сформулированы в явной форме) есть фрейм, описывающий данного человека, по крайней мере те его качества, которые существенны при приеме на работу. 


Конкретные события, моделируемые в науке, обычно характеризуются по принципу фрейма. Так, в отечественной психологии наиболее часто используется "деятельностный фрейм": мы как бы задаем событию определенные вопросы (Цель? Мотив? Условия? Вид деятельности - трудовая, познавательная, игровая? и т.д.) и характеризуем это событие по данным параметрам как тот или иной акт деятельности или его компонент (действие, операция). А в американской психологии вплоть до 1960-х гг. господствовал иной, "бихевиористский" фрейм, когда на то же самое событие "накладывались" другие вопросы и соответственно оно с самого начала получало иную интерпретацию - как стимул или как реакция определенного рода. 


Различные направления в психолингвистике рассматривают ее объект, т.е. конкретные речевые события, через "призму" разных фреймов. Но во всех случаях, независимо от методологического подхода к речи, диктующего нам тот или иной фрейм, в структуре этого фрейма обязательно или как правило представлены такие характеристики, как процессуальность, субъект речи (хотя при разных подходах в этом субъекте выделяются различные свойства и характеристики), объект речи или ее адресат, мотив или потребность, интенция или речевое намерение, цель (хотя в бихевиористском фрейме она факультативна), содержание или предмет речевого общения, языковые или семиотические средства. 



 Объектом психолингвистики, как бы его ни понимать, всегда является совокупность речевых событий или речевых ситуаций. Этот объект - общий у нее с лингвистикой и другими "речеведческими" науками.

Предмет психолингвистики.



Сопоставим несколько определений предмета психолингвистики, дававшихся разными авторами на протяжении ее полувековой истории. 



В начале этой истории мы находим следующее определение: 

 "Психолингвистика изучает те процессы, в которых интенции говорящих преобразуются в сигналы принятого в данной культуре кода и эти сигналы преобразуются в интерпретации слушающих. Другими словами, психолингвистика имеет дело с процессами кодирования и декодирования, поскольку они соотносят состояния сообщений с состояниями участников коммуникации" (Здесь и далее, где цитируются оригинальные тексты (не на русском языке), перевод принадлежит автору настоящей книги).

Другое определение, данное Ч. Осгудом (которому вместе с Т. Сибеоком принадлежит и первое), звучит следующим образом: 

  Психолингвистика "...занимается в широком смысле соотношением структуры сообщений и характеристик человеческих индивидов, производящих и получающих эти сообщения, т.е. психолингвистика есть наука о процессах кодирования и декодирования в индивидуальных участниках коммуникации". 

С. Эрвин-Трипп и Д. Слобин столь же кратко определили 

 Психолингвистику как "...науку об усвоении и использовании структуры языка".

Европейские исследователи дают сходные определения. Так, П. Фресс считает, что 

 "Психолингвистика есть учение об отношениях между нашими экспрессивными и коммуникативными потребностями и средствами, которые нам предоставляет язык". 

Наконец, Т. Слама-Казаку после детального анализа и нескольких последовательных определений приходит к краткой формулировке, что 

 Предметом психолингвистики является "...влияние ситуации общения на сообщения". 

Интересно, что многие авторы, в названиях работ которых есть слово "психолингвистика", откровенно (или не очень) избегают этого термина в тексте. Так, ничего не говорится о психолингвистике как таковой ни в книге Х. Херманна (1981), ни в объемистой монографии Г. и Э. Кларк (1977), а Г. Лист после двух книг о психолингвистике отказалась от этого термина и назвала третью "Психология языка".

В высшей степени интересное определение психолингвистики, так сказать, "снаружи" дала Е.С. Кубрякова - не психолингвист, а "чистый" лингвист, - в своей книге о речевой деятельности. Вот что она пишет: 



 "В психолингвистике... в фокусе постоянно находится связь между содержанием, мотивом и формой речевой деятельности, с одной стороны, и между структурой и элементами языка, использованными в речевом высказывании, с другой".

Автор настоящей книги в 1968 году дал одновременно два различных определения психолингвистики. Первое из них обобщало понимание психолингвистики другими учеными: 

 "Психолингвистика - это наука, предметом которой является отношение между системой языка... и языковой способностью". 

Второе было дано, так сказать, "на вырост": 

 "Предметом психолингвистики является речевая деятельность как целое и закономерности ее комплексного моделирования". 

Именно поэтому в СССР в качестве синонима термину "психолингвистика" долго употреблялось выражение "теория речевой деятельности". В 1989 г. автор считал, что 

 "Предметом психолингвистики "является структура процессов речепроизводства и речевосприятия в их соотношении со структурой языка (любого или определенного национального). Психолингвистические исследования направлены на анализ языковой способности человека в ее отношении к речевой деятельности, с одной стороны, и к системе языка - с другой". 



Наконец, в 1996 г. автор писал, что 



 "Целью психолингвистики "является ... рассмотрение особенностей работы этих механизмов (механизмов порождения и восприятия речи) в связи с функциями речевой деятельности в обществе и с развитием личности".

По этим определениям можно проследить эволюцию взглядов на предмет психолингвистики. Вначале он трактовался как отношение интенций (речевых намерений) или состояний говорящего и слушающего (языковой способности) к структуре сообщений, как процесс или механизм кодирования (и соответственно декодирования) при помощи системы языка. При этом "состояния" участников коммуникации понимались исключительно как состояния сознания, а процесс коммуникации - как процесс передачи некоторой информации от одного индивида к другому. Далее появилась идея речевой деятельности и уже не двучленной (языковая способность - язык), а трехчленной системы (языковая способность - речевая деятельность - язык), причем речевая деятельность стала пониматься не как простой процесс кодирования или декодирования заранее данного содержания, а как процесс, в котором это содержание формируется,. Параллельно стало расширяться и углубляться понимание языковой способности: она стала соотноситься не только с сознанием, но с целостной личностью человека. Претерпела изменение и трактовка речевой деятельности: ее стали рассматривать под углом зрения общения, а само общение - не как передачу информации от одного индивида к другому, а как процесс внутренней саморегуляции социума (общества, социальной группы). 


Изменилась не только трактовка языковой способности и речевой деятельности, но и трактовка самого языка. Если раньше он понимался как система средств кодирования или декодирования, то теперь трактуется в первую очередь как система ориентиров, необходимая для деятельности человека в окружающем его вещном и социальном мире. Другой вопрос, используется эта система для ориентировки самого человека или с ее помощью обеспечивается ориентировка других людей: в обоих случаях мы имеем дело с понятием "образа мира". 



Таким образом, если попытаться дать современное определение предмета психолингвистики, то оно будет следующим. 



 Предметом психолингвистики является соотношение личности со структурой и функциями речевой деятельности, с одной стороны, и языком как главной "образующей" образа мира человека, с другой.



	Психолингвистика как психологическая наука.



Приведенное только что определение предмета психолингвистики показывает, что психолингвистика на современном этапе ее развития органически входит в систему психологических наук. Если вслед за А.Н. Леонтьевым понимать психологию как "...конкретную науку о порождении, функционировании и строении психического отражения реальности, которое опосредствует жизнь индивидов", то язык и речевая деятельность участвуют и в формировании и функционировании самого этого психического отражения, и в процессе опосредования этим отражением жизнедеятельности людей. 


Отсюда категориальное и понятийное единство психолингвистики и других областей психологии. Само понятие речевой деятельности восходит к общепсихологической трактовке структуры и особенностей деятельности вообще - речевая деятельность рассматривается как частный случай деятельности, как один из ее видов (наряду с трудовой, познавательной, игровой и т.п.), имеющий свою качественную специфику, но подчиняющийся общим закономерностям формирования, строения и функционирования любой деятельности. (В других направлениях психолингвистики, где нет понятия речевой деятельности, соотношение психолингвистики и психологии аналогичное: так например, для бихевиоризма психолингвистика занимается речевыми реакциями, а бихевиористская психология в целом - любыми реакциями человека.) Та или иная трактовка личности также непосредственно отражается в психолингвистике. Но особенно существенно, что через одно из своих основных понятий - понятие значения - психолингвистика самым непосредственным образом связана с проблематикой психического отражения и, в частности, с концепцией образа мира. При этом психолингвистика не просто пользуется понятиями и результатами исследования, предоставляемыми другими областями психологической науки: она, со своей стороны, обогащает другие предметные области психологии как в теоретическом плане (вводя новые понятия и подходы, по-иному, более глубоко трактуя принятые понятия и пр.), так и в плане прикладном, позволяя решать практические задачи, недоступные другим традиционно сложившимся психологическим дисциплинам. 


Наиболее тесно психолингвистика как психологическая наука связана с общей психологией, в особенности с психологией личности и с когнитивной психологией. Так как она имеет непосредственное отношение к общению, еще одной весьма близкой ей психологической дисциплиной является социальная психология и психология общения как часть последней. Далее, поскольку формирование и развитие языковой способности и речевой деятельности тоже входит в объем психолингвистики, психолингвистика самым тесным образом связана с психологией развития (детской и возрастной психологией). Наконец, она взаимодействует и с этнопсихологией. 

В своем прикладном аспекте психолингвистика связана практически со всеми прикладными областями психологии: с педагогической психологией патопсихологией, медицинской психологией, нейропсихологией, психиатрией и коррекционной педагогикой (дефектологией) инженерной, космической и военной психологией, психологией труда и эргономикой судебной и юридической психологией наконец, с политической психологией, психологией массовой коммуникации, психологией рекламы и пропаганды. В сущности, именно эти прикладные задачи послужили непосредственным толчком к возникновению психолингвистики как самостоятельной научной области. 

Психолингвистика и языкознание.



Языкознание (лингвистика) традиционно понимается как наука о языке как средстве общения.

При этом ее предмет, как правило, четко не определяется. Очевидно, что объектом лингвистики является речевая деятельность (речевые акты, речевые реакции). Но лингвист выделяет в ней то общее, что есть в организации всякой речи любого человека в любой ситуации, те средства, без которых вообще невозможно охарактеризовать внутреннее строение речевого потока. Предметом лингвистики и является система языковых средств, используемых в речевом общении (коммуникации). Другой вопрос, на чем делается акцент в каждом отдельном случае: на системности этих средств (как устроен любой язык) - и тогда мы имеем дело с так называемым общим языкознанием, или на индивидуальной специфике того или иного конкретного языка (русского, немецкого, китайского). 


Лингвистика выделяет в речевой деятельности то, что непосредственно не диктуется ее психологической (психофизиологической) структурой, а относится к вариантности внутри предоставляемых этой структурой возможностей. В речи на любом языке не может не быть членения на слоги. Но какова структура русского, немецкого, китайского слога - это уже проблема лингвистическая. В любом языке обязательно есть гласные и согласные звуки - это тоже диктуется психофизиологией. А вот сколько этих звуков, какие они, в каких отношениях находятся друг к другу - это уже дело лингвиста. 


В лингвистике есть множество направлений и школ, описывающих принципиальную общую структуру любого языка или "индивидуальную" структуру того или иного конкретного языка на основе различного концептуального базиса (различной системы понятий и различного понимания отношений между ними). Поэтому здесь трудно дать общую характеристику лингвистическому подходу к трактовке речевой деятельности. Перечислим здесь эти антиномии: 



1. Язык - речь; 

2. Этический - эмический; 

3. Система - норма; 

4. Синтагматика - парадигматика; 

5. Синхрония-диахрония; 

6. Активный - пассивный; 

7. Дескриптивный - прескриптивный; 

8. Устный-письменный; 

9. Общеязыковый-диалектный; 

10. Литературный - нелитературный. 



Главные тенденции в развитии современного языкознания сводятся к следующим. 

Во-первых, как уже говорилось, изменилось само понимание языка. Если раньше в центре интересов лингвиста стояли сами языковые средства (фонетические, т.е. звуковые, грамматические, лексические), то теперь ясно осознано, что все эти языковые средства суть только формальные операторы, с помощью которых человек осуществляет процесс общения, прилагая их к системе значений и получая осмысленный и целостный текст (сообщение). Но само это понятие значения выходит за пределы общения - это и основная когнитивная (познавательная) единица, формирующая образ мира человека и в этом качестве входящая в состав разного рода когнитивных схем, эталонных образов типовых когнитивных ситуаций и т.д. Одним словом, значение, бывшее раньше одним из многих понятий лингвистики, все больше превращается в основное, ключевое ее понятие. Соответственно и психолингвистика все больше превращается в "психосемантику" в широком смысле слова. 


Во-вторых, круг интересов лингвистики до последних десятилетий хорошо суммируется известным афоризмом Станислава Ежи Леца: "В начале было Слово, а в конце - Фраза". Но ведь фразой, или предложением, или высказыванием общение не кончается - оно "работает" с целостными, связными, осмысленными текстами. И психолингвистика все больше интересуется именно текстами, их специфической структурой, вариантностью, функциональной специализацией. 

В-третьих, с момента своего возникновения и до наших дней лингвистика была и остается наукой "европоцентричной". Основные понятия общего языкознания сформированы на материале европейских языков - от латинского и греческого до английского, немецкого, русского. Совершенно отличные от них по структуре языки Азии, Африки, Океании, индейские языки Америки до сих пор часто описываются в системе этих понятий, к ним не всегда применимых. Важнейшим шагом вперед в лингвистике является четкое понимание и разграничение того, что в ее понятийном аппарате действительно универсально (применимо ко всем языкам без исключения), а что справедливо лишь для языков определенного типа, определенной структуры. 


Итак, ясно, что психолингвистика имеет наиболее тесные связи с общим языкознанием (общей лингвистикой). Кроме того, она постоянно взаимодействует с социолингвистикой, этнолингвистикой и прикладной лингвистикой, в особенности с той ее частью, которая занимается вопросами компьютерной лингвистики.





ЛИТЕРАТУРА



 




Ахманова О.С. О психолингвистике. М., 1957.  

Гийом Г. Принципы теоретической лингвистики. М., 1992. 

Леонтьев А.А.. Психолингвистика и проблема функциональных единиц речи // Вопросы теории языка в современной зарубежной лингвистике. М.,1961. 

Леонтьев А.А. Психолингвистика.  Л., 1967. 

Леонтьев А.А. Психолингвистика // Тенденции развития психологической науки. М., 1989. 

Леонтьев А.А. Основы психолингвистики. М.: "Смысл", 1997.