Советская экономическая мысль в 1917-1930-х гг.

2



Министерство образования и науки Российской Федерации

ГОУ ВПО "Рязанский Государственный Университет им. С.А. Есенина"









Контрольная работа

по предмету

"История экономических теорий России"





"Советская экономическая мысль в 1917–1930-х гг."































Рязань, 2009 год


Содержание



Введение

		Особенности экономической мысли в 17–30-х годах

		Модели социалистической экономики

		О роли социалистического государства

		О товарно-денежных отношениях и рынке

		О содержании и задачах планирования

		Об индустриализации народного хозяйства

Заключение

Список литературы






Введение



Мне бы хотелось начать с того, что в развитии экономической мысли в нашей стране после 1917 г. выделяются пять основных этапов: 1) 1917–1930-е годы; 2) 40–50-е годы; 3) 60-е – первая половина 80-х годов; 4) вторая половина 80-х – начало 90-х годов; 5) с начала 90-х годов по настоящее время.

В советский период экономическая мысль базировалась в основном на марксистской теории и преследовала цель создания целостного экономического учения о социализме.

В своей контрольной работе я хотел бы подробнее остановиться на этапе развития экономической мысли с 1917–1930-е годы. Рассмотреть также модели социалистической экономики, содержание и задачи планирования, товарно-денежные отношения, осветить вопрос, касающийся индустриализации народного хозяйства, в общем, о роли социалистического государства.






Особенности экономической мысли в 17–30-х годах



Первый этап развития экономической мысли в нашей стране связан с разработками проблем перехода к новому общественному строю. Это был самый драматичный, представленный различными школами и идеями период в развитии отечественной экономической науки. Основные его особенности состоят в следующем.

Во-первых, началось формирование экономической концепции строительства социализма. При этом речь не шла о разработке методологически безупречного целостного учения. Осмысливались и изучались, прежде всего, проблемы очередных экономических мероприятий новой власти. В силу этого почти все проблемы носили дискуссионный характер, предлагались различные пути их решения.

Во-вторых, развернулась теоретико-идеологическая борьба между представителями марксистской и немарксистской экономической мысли, а также среди самих приверженцев марксизма. Причем огромный накал классового противостояния привел к тому, что в этой борьбе для доказательства своей правоты большевики чаще использовали политические инструменты, чем теоретические и практические аргументы. В результате глубокие разработки многих проблем, проделанные учеными немарксистского направления, оказались невостребованными и на долгое время были преданы забвению.

С 1917 до конца 30-х годов советские экономисты исследовали огромный круг экономических проблем, среди которых наиболее значительными были следующие:

пути и формы строительства социалистической экономики;

экономическая роль государства;

		товарно-денежные отношения; народнохозяйственное планирование; индустриализация народного хозяйства;

		аграрные отношения и кооперирование сельскохозяйственного производства.



Модели социалистической экономики



Основной сферой экономических дискуссий явились вопросы, связанные с характером и формами социалистического строительства. Ответы на них предопределяли все остальные проблемы. В свою очередь, экономические мероприятия новой власти во многом зависели от теоретического образа будущей социалистической экономики, первоначальная модель которой базировалась на прогностических оценках К. Маркса и Ф. Энгельса. Затем она была уточнена в работах В.И. Ленина, Н.И. Бухарина и др. Эта модель характеризовалась следующими чертами:

а) установление общественной собственности посредством национализации основных средств производства;

б) детальное планирование производства и распределения продукции;

в) жесткое прикрепление потребителей к производителям;

г) принудительный труд;

д) уравнительно-натуральное распределение продуктов и услуг между членами общества.

В самом начале социалистических преобразований, по свидетельству В.И. Ленина, было два варианта путей продвижения к социализму: постепенный (предполагающий использование старых хозяйственных структур и компромисса с буржуазией) и молниеносный (предусматривающий быстрое устранение экономического господства капитала). Под влиянием ряда обстоятельств (иллюзий о легкости формирования экономики социализма; отказа от политического сотрудничества с другими социальными силами; необходимость централизованного управления хозяйством в условиях разрухи и голода) победил вариант ускоренного и непосредственного перехода к новому строю. Это привело к осуществлению с 1918 по весну 1921 г. политики "военного коммунизма". Ряд мер, проводимых в это время, носил вынужденный характер и был вызван экономической разрухой и гражданской войной. Однако в своей основе "военный коммунизм" представлял осознанную и целенаправленно реализуемую политику новой власти. К весне 1921 г. эта политика привела страну к социально-экономическому краху и была заменена другой – новой экономической политикой.

Нэп предполагал формирование нового общества посредством использования ограниченной предпринимательской активности, системы рыночных регуляторов под контролем государства. В результате нэпа были заложены основы смешанной модели экономики, где система государственного регулирования дополнялась рыночным механизмом. В разработке новой экономической политики огромную роль сыграл В.И. Ленин. В дальнейшем для ее утверждения значительные усилия приложили Н.И. Бухарин, А.И. Рыков, Ф.Э. Дзержинский, Г.Я. Сокольников и другие. Однако большинство членов коммунистической партии и ее руководства оставались убежденными сторонниками непосредственного перехода к социализму. Нэп они воспринимали лишь как временное отступление от "истинного социализма". Поэтому, несмотря на все усилия сторонников углубления нэпа, кардинального изменения первоначальной модели социалистической экономики так и не произошло: ее достижение было отодвинуто на более поздний срок. После ожесточенной внутрипартийной борьбы в 1928–1929 гг. снова возобладали чрезвычайные и административные формы строительства экономики. Такой "великий перелом" был осуществлен И.В. Сталиным. Политико-экономические воззрения Сталина явились законченным выражением административно-командной модели экономики. Последняя уже в середине 30-х годов была принята за эталон социалистической системы хозяйства.

Следует заметить, что подобную эволюцию социалистической экономики предвидели и убедительную ее критику уже в начале социалистических преобразований дали русские либеральные экономисты П. Струве, Л.Н. Милюков, Б.Д. Бруцкус и другие. Наиболее обстоятельная критика содержится в работах Б. Бруцкуса, который, по сути дела, впервые разработал теорию "логической и практической неосуществимости социализма. Затем его идеи нашли широкое распространение в западной либеральной экономической мысли 20–30-х годов.



О роли социалистического государства



Одной из центральных для советской экономической мысли является проблема экономической роли социалистического государства. Ее разработка тесно связана с общей экономической концепцией социализма, а также с характером строительства нового общества. Исследования по данной проблеме были начаты Лениным сразу после революции" Он считал, что "социализм немыслим… без планомерной государственной организации", отмечал, что именно "государственная власть организует производство и распределение в общенациональном масштабе". Ленин выделял такие инструменты государственного руководства экономикой, как планирование, учет и контроль, организация хозяйственного расчета, материальное стимулирование.

В дальнейшем советские экономисты, продолжая ленинские традиции, стали абсолютизировать экономическую роль государства в строительстве социализма. Такая позиция отвечала духу времени. Известные экономисты К.В. Островитянов, Н.А. Вознесенский и другие полагали, что экономические отношения социализма сознательно формируются пролетарским государством, а само государство превращается в элемент экономического базиса общества. В результате многие ученые законом движения советской экономики объявляли диктатуру пролетариата или плановое начало в управлении народным хозяйством.

Такое смешение объективных и субъективных начал в развитии советской экономики нельзя считать случайным или ошибочным. Это вполне соответствовало действительному ходу дел, поскольку возникновение социалистического общества представляло собой сознательно регулируемый процесс.



О товарно-денежных отношениях и рынке



Одной из важнейших в 1917–1930-е годы была проблема товарно-денежных отношений и рынка. Подходы к ее решению оказались прямо противоположными – от полного отрицания товарно-денежных отношений до признания их в качестве специфической формы производственных отношений социализма.

Исходный пункт в оценке товарно-денежных отношений составили взгляды Маркса и Энгельса о нетоварном характере социалистической экономики. Политика "военного коммунизма" была попыткой прямой реализации марксистского учения, создания нетоварного социалистического хозяйства. Отрицание товарно-денежных отношений в это время носило абсолютный характер. Экономисты занялись даже поисками новой системы учета, распределения и оценки хозяйственной деятельности, призванной заменить рыночный механизм. Они предлагали системы натуральных показателей и норм не только для оценки производства, но и для характеристики потребления (А.В. Чаянов, А.Л. Вайнштейн, Л.Н. Крицман), систему трудового учета непосредственно в часах рабочего времени (С.Г. Струмилин, В.Е. Мотылев). Попытки введения новой системы учета затрат и результатов труда оказались тщетными и провалились. Как справедливо предвидел Б. Бруцкус, эти попытки вылились в создание громоздкой системы авторитарного распределения ресурсов и продуктов, бюрократизации хозяйственной жизни.

С переходом к нэпу началось восстановление товарно-денежных отношений. Это побудило экономистов рассмотреть вопросы о причинах, природе и границах использования товарно-денежных отношений в процессе становления советской экономики. В ходе исследований сложились три позиции. Одна из них, названная формальной, предполагала, что стоимостные отношения сохраняются в связи с существованием частного производства. Сторонники этого направления считали, что наряду с использованием рыночных отношений государство должно создавать условия для их подрыва и ускоренного перехода к социалистическому распределению. Такое упрощенное понимание товарно-денежных отношений было характерно для Е.А. Преображенского, А.Ф. Кона, Л.Н. Лигошенко, Л.М. Гатовского и других.

Вторая позиция, разделившаяся большинством ученых, исходила из того, что стоимостные отношения имеют корни и в государственном секторе экономики. Предполагалось, что товарно-денежные отношения еще долго будут использоваться в советской экономике. Вместе с тем представители этого направления (А. Айхенвальд, Л.А. Мендельсон, В.Е. Мотылев, К.В. Островитянов, Н.А. Вознесенский) считали, что стоимостные отношения под воздействием государственного регулирования теряют стихийную форму проявления, и все больше подчиняются закономерностям планового хозяйства.

Наряду с этими основными позициями о товарно-денежных отношениях в середине 20-х годов сложилась и третья оценка их роли. По мнению ее сторонников, советская экономика представляла собой специфическую систему товарного производства, где государство – основной субъект экономики – регулирует хозяйственную жизнь на основе требований закона стоимости. Наиболее значительными фигурами среди приверженцев этой позиции были В.В. Новожилов и Л.Н. Юровский. В. Новожилов, в частности, характеризовал строй, созданный в СССР, как государственный капитализм и подчеркивал необходимость преимущественно рыночного регулирования, а основной задачей государства считал соблюдение рыночного равновесия. Такие взгляды разделяли Л.Н. Юровский, Н.Д. Кондратьев, В.А. Базаров и другие. По сути дела, сторонники этого направления разрабатывали концепцию смешанной экономики.

В 1934 г. Сталин выдвинул тезис о необходимости длительного сохранения в социалистической экономике торговли и денег – вплоть до перехода к коммунизму. Это придало дискуссиям о товарно-денежных отношениях новый характер. Теперь ученые занялись поисками причин существования товарно-денежных отношений в условиях социализма. Одни видели такую причину в необходимости учета и измерения труда (учетная концепция), другие – в особенностях распределения труда (распределительная концепция), третьи в качестве причины объявляли существование двух форм собственности государственной и кооперативной. Однако все участники дискуссий были едины в том, что стоимостные отношения действуют в социалистической экономике в преобразованном виде и подчиняются плановому регулированию государства.

Ключевой проблемой, разрабатывавшейся на первом этапе развития экономической мысли, было народнохозяйственное планирование. Ее значение определялось тем, что социалистическая экономика в отличие от капиталистической мыслилась как плановая.

Поэтому сразу после прихода к власти большевики попытались построить плановое хозяйство. Нижний уровень планового регулирования должны были представлять органы рабочего контроля на предприятиях, а высший – единый экономический центр в лице государства. Вся эта система должна была функционировать ради выполнения единого хозяйственного плана страны, содержание которого стало основной темой дискуссий в годы "военного коммунизма". Одни (Л. Крицман, Ю. Ларин) считали, что в едином плане государству необходимо детально расписать, что, сколько и за счет каких ресурсов производить, как распределять и кому поставлять готовую продукцию. Другие (Л. Троцкий, С. Гусев) утверждали, что такая детализация не нужна и предлагали сосредоточить внимание экономического центра на выделении ведущих звеньев каждого планового периода, оставив конкретизацию задач местным органам власти. В условиях военного коммунизма плановая работа свелась к централизованному распределению ресурсов и результатов производства и привела к созданию бюрократической системы директивного планирования и управления экономикой.

В годы нэпа в связи с появлением самостоятельно хозяйствующих субъектов и использованием товарно-денежных отношений исследования в области планирования приобрели новое качество. Этот период оказался наиболее плодотворным в развитии теории и практики планирования. Ученые сделали вывод о необходимости сочетания перспективного и текущего планирования (Г.М. Кржижановский); разработали основы балансового метода (под руководством П.И. Попова в ЦСУ СССР был подготовлен межотраслевой баланс за 1923/24 гг. на основе метода "затраты – выпуск", впоследствии получившего широкое распространение в западной экономической мысли); сформировалась советская экономико-математическая школа, исследования которой в моделировании микро- и макроэкономических процессов во многом опередили аналогичные западные разработки, были подготовлены несколько вариантов проекта первого пятилетнего плана.



О содержании и задачах планирования



В 20-е годы в экономической мысли сложились два основных подхода к пониманию содержания и задач планирования. В значительной степени они были связаны с определением места рыночных механизмов в плановом регулировании государства. Первый из этих подходов (генетический) базировался на учете текущих тенденций в экономическом развитии и экстраполяции их на будущее. Второй (телеологический) исходил из целевой установки плана на будущее и намечал способы его реализаций. Генетический подход предлагался экономистами, придерживавшимися принципа приоритета рыночных механизмов в регулировании экономики. Телеологический подход был характерен для экономистов-марксистов, которые абсолютизировали роль государственного планового руководства в достижении поставленных целей. Между тем условия нэпа требовали сочетания обоих методов в зависимости от характера переживаемого момента и объективных задач предстоящего периода.

Одним из первых на необходимость сочетания этих методов планирования обратил внимание, известный русский экономист и философ В.А. Базаров. Он считал, что оба подхода дополняют друг друга, причем поле телеологического конструирования расширяется за счет генетического прогноза. В. Базаров считал, что для национализированных отраслей экономики должен разрабатываться телеологический план, а для сельского хозяйства – генетический. Крупнейший русский экономист Н.Д. Кондратьев тоже выступал за разумное сочетание обоих методов. В отличие от Базарова он считал, что оба метода должны использоваться как для государственного, так и для частного сектора экономики с учетом возможностей косвенного (рыночного) и прямого (планового) воздействия на них государства. Н. Кондратьев был против излишней детализации планов, большое значение придавал экономическим прогнозам, целью планирования считал развитие производительных сил. В целом он создал стройную концепцию научного планирования для условий нэпа, где государственное вмешательство в экономику базировалось на рыночном механизме, обеспечивало рыночное равновесие между развитием промышленности и сельского хозяйства.

	Кроме того, Н.Д. Кондратьев является всемирно признанным автором Концепции длинных волн и циклов в экономическом развитии. Он установил существование длинных (40–60-летних) экономических циклов, которые связывал с коренным изменением пассивной части основного капитала. Внутри длинных волн он выделил средние промышленные циклы (7–11 лет), которые объяснял сменой активной части основного капитала – станков, машин, орудий. Наконец, он указал на существование коротких волн (3–3,5 года), вызванных колебаниями рынка. Со второй половины 20-х годов преобладающих в планировании стал телеологический подход. Ученые, в той или иной степени, поддерживающие генетический подход или его разумное сочетание с телеологическим, стали именоваться пособниками капитализма, а их научные разработки были отвергнуты. Такой перелом нашел отражение в содержании и целевых установках планов. Последние стали изобиловать цифровым материалом, а их главными целями объявлялось, прежде всего, достижение социально-политических задач, например, увеличение доли государственного и кооперативного секторов экономики по сравнению с частным. Такая участь постигла и первый пятилетний план развития народного хозяйства СССР (1928/29–1932/33 гг.).

В 30-е годы в исследованиях, посвященных планированию, происходит своеобразное разделение труда. Конкретные вопросы, связанные с использованием балансового метода, техникой и организацией планового процесса, обособляются в отдельную отрасль науки. В общеэкономических же работах рассматриваются лишь социально-экономические аспекты планирования. Основной мотив этих работ состоит в выяснении преимуществ социалистического планирования, в попытках теоретического осмысления планового процесса как объективного явления. Для публикаций 30-х годов характерной становится фетишизация плановой деятельности, преобладание идеологических оценок над серьезным критическим анализом проблем плановой экономики.



Об индустриализации народного хозяйства



С вопросами планирования непосредственно была связана другая крупная проблема экономических исследований того периода – индустриализация народного хозяйства, необходимость которой признавалась всеми экономистами. Она мыслилась как коренная реорганизация материально-технической основы всех отраслей народного хозяйства с целью преодоления экономической отсталости, превращения страны из аграрно-индустриальной в индустриально-аграрную. Однако в вопросе о способах реализации индустриализации не было единства. Основными направлениями дискуссий стали: выделение ведущего звена, источников (финансовых средств) и темпов индустриализации. В этих спорах выявились два противоположных подхода.

Сторонники первого выступали за форсированное развитие тяжелой промышленности за счет эксплуатации крестьян, изъятия не только прибавочного, но и огромной части необходимого продукта сельского хозяйства. Такая логика индустриализации предлагалась Л. Троцким, Е. Преображенским, Л. Каменевым, Зиновьевым, Г. Пятаковым. Наиболее полно эту позицию обосновал Е. Преображенский. Он считал, что единственным источником индустриализации могут стать накопления в сельском хозяйстве. Для их перекачки в промышленность он предлагал установить монопольно высокие цены на промышленные товары и монопольно низкие на сельскохозяйственную продукцию.

Приверженцы другого подхода – Н. Бухарин, Г. Кржижановский, И. Сталин, А. Рыков, Г. Орджоникидзе, Ф. Дзержинский – считали, что индустриализация должна осуществляться в рамках нэпа, при сохранении равновесия между промышленностью и сельским хозяйством, на основе умеренных темпов и в основном за счет собственных накоплений промышленности. XV съезд РКП(б) в 1927 г. принял курс на индустриализацию на основе взвешенного подхода и принципа равновесия в развитии основных отраслей экономики. Сторонники же ускоренной индустриализации были исключены из партии. Однако вскоре после съезда среди, приверженцев победившего варианта индустриализации наметился раскол на два лагеря. Сталин, устранив политических оппонентов, ратующих за сверхиндустриализацию, по сути дела, сам перешел на их точку зрения. Формальной причиной изменения его взглядов послужил кризис в хлебозаготовках в конце 1927-начале 1928 гг., который им был объявлен результатом борьбы кулачества против новой власти. Изменение своих взглядов И. Сталин попытался обосновать "теоретически", выведя две "закономерности", якобы характерные для периода перехода к социализму:

1) сельское хозяйство в своем развитии объективно отстает от промышленности;

2) по мере строительства коммунизма классовая борьба обостряется, поскольку возрастает сопротивление враждебных классов. Эти "закономерности" составили теоретическую базу форсированной индустриализации за счет переобложения данью деревни, что подвело к необходимости стремительной и массовой коллективизации.

В исследованиях первого этапа развития отечественной экономической мысли особое место занимали аграрные проблемы. Это было связано с преобладанием в стране крестьянства и стремлением большевиков провести "социалистическое переустройство деревни". С начала 1918 г. был взят курс на социализацию земли, который предполагал развитие крупных советских хозяйств (совхозов), коммун и товариществ по обработке земли. При этом все виды единоличного землепользования объявлялись "преходящими и отживающими". Спор разгорелся вокруг вопроса о том, какую форму организации сельскохозяйственного производства – совхоз или коммуну – считать основой социалистического переустройства. Большинство склонялось к мнению, что социалистическая экономика должна быть однородной и унифицированной, а потому Совхозы были объявлены единственной формой, соответствующей принципам социализма. Наряду с созданием совхозов – "хлебных фабрик" социализма – началось огосударствление унаследованной от предшествующего периода развитой кооперативной системы в сельском хозяйстве. Таким путем предполагалось создать социалистический земледельческий строй, работающий вместе с промышленностью по единому государственному плану. Однако эта попытка вылилась в насаждение системы продразверстки времен "военного коммунизма".

С переходом к нэпу были допущены свобода торговли и ограниченная трудовая аренда, возродилась сбытовая, закупочная и кредитная кооперация, а также была введена четкая налоговая система во взаимоотношениях государства с сельхозпроизводителями. В таких условиях основной формой землепользования стали единоличные крестьянские хозяйства. Это побудило экономистов повернуться лицом к изучению проблем крестьянских хозяйств, перспектив их развития. При этом выявились две позиции, отстаивавшиеся соответственно экономистами дореволюционной школы и марксистского направления.

Позиция экономистов дореволюционной школы (Б. Бруцкус, Н. Кондратьев, Л Литощенко, А. Чаянов), несмотря на различия их точек зрения в частностях, состояла в поддержке свободного развития крестьянских хозяйств через, широкую сеть кооперации. Указанные ученые не были противниками обобществления сельскохозяйственного производства, считали, что этот процесс должен происходить на основе добровольности, технико-технологической обоснованности и экономической выгодности. Особое место здесь принадлежит А.В. Чаянову, выдающемуся экономисту-аграрнику. Он создал стройную теорию аграрного развития страны, которая включала в себя концепцию организации трудового крестьянского хозяйства, концепцию их кооперирования (теория крестьянской кооперации), а также теорию организации аграрного сектора в целом. А. Чаянов возглавил организационно-производственную школу, которая разработала целостное учение о путях и методах эволюции крестьянского хозяйства. Однако эти исследования оказались невостребованными, а их авторы были объявлены идеологами кулачества и репрессированы.

Экономисты-марксисты, возглавляемые Л.Н. Крнцманом (А.И. Гайстер, М.И. Кубашш и др.), основное внимание уделяли процессам дифференциации крестьянских хозяйств. Преувеличивая масштабы и последствия расслоения среди крестьянства на основе формальных критериев, они сделали вывод о росте кулацких хозяйств и необходимости развития крупных совхозов и колхозов для создания социалистического аграрного строя. Эти идеи оказались созвучными представлениям сталинского руководства партии. На I Всесоюзной конференции аграрников-марксистов (декабрь 1929 г.) окончательно победила позиция, обосновывавшая необходимость ускоренной и сплошной коллективизации единоличных хозяйств. Такой волюнтаризм в развитии аграрного сектора объяснялся необходимостью сверхиндустриализации, перекачкой средств из аграрного сектора для накоплений в промышленности.

В 30-е годы аграрные исследования уже не отличаются оригинальными постановками, для них становится характерным восхваление колхозно-совхозного строя.






Заключение



По завершению своей контрольной работы мне бы хотелось восстановить некую хронологию:

с 1918 по весну 1921 г. политика "военного коммунизма"

в 1927 г. принят курс на индустриализацию

1927-начале 1928 гг. – борьба кулачества против новой власти.

в середине 30-х годов была принята социалистическая система хозяйства.

в 30-е годы происходит своеобразное разделение труда.

В 30-е годы аграрные исследования






Список литературы



		Аникин А.В. путь исканий: Социально-экономические идеи в России до марксизма. – М.: Политиздат, 1990.

		Всемирная история экономической мысли в 6 томах. Том 1/ МТУ им. М.В. Ломоносова / Гл. ред. В.Н. Черковец и др. – М.: Мысль, 1987.

		История экономических учений: учебник для вузов / Под ред. проф. В.С. Адвадзе, проф. А.С. Красова. – М.: ЮНИТН – ДАНА, 2002.

		История России: Конец XVII–XIX век: Учеб. для 10 кл. общеобразоват. учреждений/ в. И. Буганов, П.Н. Зырянов; Под ред. А.Н. Сахарова. – 8-е изд., перераб. и доп. – М.: Просвещение, 2002.

		Василевский Е.Г. История экономических учений. – М.: 1989.

		Вертнев С.А. История экономических учений: Учебник для вузов – М.: 2

		Ядгаров Я.С. История экономических учений: Учебник для вузов. 2-е изд-е. – М.: ИНФРА – М, 1998.