Структурно-типологические и лексико-семантические параметры литературной сказки Дж. Роулинг и ресурсы их передачи

Структурно-типологические и лексико-семантические параметры литературной сказки  Дж. Роулинг и ресурсы их передачи на русский и немецкий языки

Волкодав Татьяна Владимировна

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Краснодар – 2006

Диссертация выполнена на кафедре теории и практики перевода Кубанского государственного университета. 

Общая характеристика работы

Данная диссертация посвящена исследованию лексико-семантических и структурно-типологических параметров произведений в жанре фэнтези и ресурсов их трансляции на русский и немецкий языки.

В современном языкознании проблемами перевода произведений в жанре фэнтези интенсивно занимаются зарубежные исследователи (R. Nagel, L.P. Fernandes, A. Yamazaki, Z. Shavit, A. Pym, I. Hegedus). По сравнению с западными странами фэнтези появилось в России сравнительно недавно. Развитию фэнтези в СССР препятствовал расцвет научной фантастики. В соответствии с советской идеологией, даже фантастическое обязательно должно было иметь научное обоснование. Фэнтезийные произведения рассматривались как детская, «несерьезная» литература. 

Кроме того, классические образцы англо-американского фэнтези, в том числе книги профессора Джона Рональда Руэла Толкина, переводились на русский язык в виде редкого исключения. Первые переводы эпопеи Дж.Р.Р. Толкина, выполненные 3. Бобырь («Повесть о Кольце», 1990 г.) и Н. Григорьевой и В. Грушецким («Властелин Колец», 1993 г.) являются, по сути, вольным пересказом сюжета, незамысловатым переложением оригинала. Наличие большого числа переводов фэнтезийного произведения Дж.Р.Р. Толкина связано с желанием переводчиков представить читателю новую интерпретацию оригинала. Мнения переводчиков о том, как следует переводить эпопею «Властелин Колец» весьма различны. В частности, с позиций перевода рассматривались религиозно-философские вопросы романа «Властелин Колец». Вместе с тем многие аспекты перевода текстов данной категории продолжают оставаться до конца не изученными. В настоящее время недостаточно описаны трудности перевода фэнтезийных произведений, и, соответственно, не разработаны типология переводческих ошибок и переводческие стратегии на основе сравнительно-сопоставительного анализа.

Актуальность темы исследования обусловлена, прежде всего, необходимостью разработки рациональных переводческих стратегий, которые могли бы применяться при переводе текстов в жанре фэнтези. Сравнительно-сопоставительный анализ фэнтезийных произведений с их переводами на русский и немецкий языки позволяет выявить структурно-типологические и лексико-семантические особенности текста, рассмотреть способы их реализации при переводе и выработать основные директивные рекомендации по способам решения ряда переводческих задач.

Объектом исследования являются различные текстообразующие единицы фэнтезийного текста, несущие важную нагрузку (смысловую, эмоциональную, символическую и др.) и варианты их перевода на русский и немецкий языки.

Предметом предпринятого исследования являются ресурсы реализации структурно-типологических и лексико-семантических аспектов в переводах произведений в жанре фэнтези на русский и немецкий языки путем их сравнительно-сопоставительного анализа.

Материалом исследования явились книги Дж. Роулинг «Harry Potter and the Philosopher’s Stone» и «Harry Potter and the Chamber of Secrets» и их переводы на русский и немецкий языки. Три перевода на русский язык выполнены И.В. Оранским, М.Д. Литвиновой, М. Спивак и Ю. Мачкасовым; перевод на немецкий язык произведен Клаусом Фритцем. Перевод, приводимый без указаний, осуществлен автором исследования. Общий объем анализируемых текстов составил более 2000 страниц.

Целью исследования является изучение структурных и лексико-семантических параметров текстов в жанре фэнтези на материале и рассмотрение способов их трансляции при переводе на русский и немецкий языки.

Реализация поставленной цели достигается путем решения следующих задач:

- описать структурно-типологические характеристики анализируемого произведения в жанре фэнтези;

- исследовать национально-культурные и языковые особенности текста анализируемого фэнтезийного произведения;

- провести сравнительно-сопоставительный анализ текстов оригинальных произведений и их переводов на русский и немецкий языки и выявить основные трудности, связанные с переводом анализируемого произведения; 

- проанализировать реалии Первичного и Вторичного миров оригинальных произведений и рассмотреть способы их передачи на русский и немецкий языки; 

- осуществить лингвистический эксперимент по установлению ассоциативных полей вымышленных названий в переводах анализируемого произведения на русский язык и дать лингвистическую оценку переводческим окказионализмам.

Теоретико-методологическую основу исследования составили труды ведущих отечественных и зарубежных ученых по теории и практике перевода (В.С. Виноградов, В.Н. Комиссаров, М.Л. Гаспаров, В.Г. Гак, К.И. Чуковский, Н.Я. Галь, С.И. Влахов, С.П. Флорин, Л.К. Латышев), лингвистике (С.Г. Тер-Минасова, А.Г. Лыков, А.И. Смирницкий, Н.Д. Арутюнова, З.Я. Тураева, К. Райс, Ч.С. Пирс, П.А. Флоренский, Р.О. Якобсон, А. Вежбицкая, Ю.М. Лотман), истории литературоведения (В.Я. Пропп, Дж. Кэмпбелл, Дж.Р.Р. Толкин, Ц. Тодоров), ономастике (Д.И. Ермолович, А.В. Суперанская, О.А. Леонович) и психологии (А.Н. Рыбников, А.Н. Гвоздев, В. Хлебников, Т.Н. Ушакова, К.Г. Юнг).

Цель и задачи исследования обусловили использование комплексной методики анализа с применением ряда конкретных методов и приемов: метод сравнительно- сопоставительного анализа оригинала и переводов на русский и немецкий языки; метод дедукции; метод индукции; метод компонентного дефиниционного анализа; метод этимологического анализа; метод интерпретации; метод лингвистического интервьюирования.

Научная новизна. В исследовании впервые выполнен анализ текстов произведений в жанре фэнтези по системе морфологической классификации волшебной сказки русского ученого В.Я. Проппа, рассмотренной в сопоставлении со схемой универсального мономифа американского исследователя Дж. Кэмпбелла; определена типология анализируемого текста. В рамках работы прослежена эволюция жанра фэнтези в ее типологическом развитии; впервые осуществлен лингвистический эксперимент по выявлению семантики окказиональных образований на материале переводов произведения «Гарри Поттер» на русский язык; произведен сравнительно-сопоставительный анализ произведений Дж. Роулинг с их переводами на русский и немецкий языки; намечены основные стратегии для перевода произведений в жанре фэнтези на русский и немецкий языки; выработаны основополагающие принципы перевода реалий Первичного и Вторичного миров фэнтезийных произведений; выявлены лингвистические единицы перевода детского фэнтези с точки зрения механизмов детской и возрастной психологии (детский юмор, детские окказионализмы, детское мышление, детское восприятие стиха).

Теоретическая значимость: разработан комплексный подход к исследованию проблемы перевода фэнтези. Теоретические результаты выполненной диссертационной работы могут служить рекомендациями к переводу произведений в жанре детского фэнтези. Материалы диссертации могут быть использованы в теоретических исследованиях по проблемам общей теории перевода, а также в исследованиях, посвященных изучению таких явлений, как окказиональность и языковая игра.

Практическая ценность выполненного исследования состоит в возможности использования полученных результатов при чтении теоретического и практического курсов по переводоведению, на семинарских занятиях по проблемам художественного перевода, а также при написании студентами курсовых и дипломных работ.

На защиту выносятся следующие положения:

1. В структуру фэнтезийного произведения Дж. Роулинг «Гарри Поттер» входят элементы мифа и волшебной сказки, что предполагает соблюдение основных требований к переводу волшебных сказок и мифов, а именно: адекватная трансляция символов оригинала, средств Первичной и Вторичной образности, воссоздание индивидуального стиля автора (установка на языковую игру), передача определенного эстетического воздействия. Переводческие стратегии должны быть построены с учетом возможного прочтения и интерпретации произведения на нескольких уровнях (детская и взрослая аудитории), что, с одной стороны, предполагает знание особенностей детской психологии, детского юмора, детского мышления и речи, с другой – использование общеязыковых моделей.

2. Произведения в жанре фэнтези относятся к типу текстов, ориентированных на форму, что обусловливает необходимость сохранения художественных средств языка фэнтези при переводе. Текст перевода фэнтезийного произведения считается эквивалентным, если переводчик может достигнуть равноценного воздействия с помощью воссоздания формы оригинала в соответствии с его эстетическими, стилистическими и семантическими параметрами. 

3. Специфической чертой жанра "фэнтези" является его высокая по сравнению с другими жанрами степень национально-особенного, поскольку истоки эволюции западно-европейского фэнтези начинаются с древних легенд, рыцарских романов средневековья, в том числе артуровских романов, древних германских саг о Нибелунгах, ирландских героических сказаний, кельтского и германского фольклора. Сохранение культурного своеобразия оригинала достигается не только посредством творческого воссоздания всего идейно-художественного содержания произведения, передачи мироощущения автора, его стиля и манеры письма средствами родного языка, но и путем обязательного создания переводческого комментария и справочных ссылок в силу высокой степени интерактивности читателей фэнтезийных произведений.

4. Ономастическое пространство детского фэнтези является не только ценнейшим компонентом в системе средств художественной выразительности, но и отражает реальный и вымышленный миры произведения, поэтому переводчику необходимо довести до сознания своего читателя внутреннее содержание, аллюзии, ассоциации имен собственных фэнтезийного произведения. 

5. Вымышленные реалии фэнтезийного произведения необходимо передавать посредством грамотного создания окказиональных слов на основе словообразовательных элементов ПЯ в соответствии с принципами словотворчества детей (гибридные слова, «осколки» слов, «чужие» окончания, «синтетические слова» и т.д.). Квазисобственные имена, этнографические реалии, топонимы, зоонимы и др. обозначения реалий и имен фэнтезийного произведения с затемненной внутренней формой целесообразно передавать на ПЯ посредством калькирования, транслитерации или транскрипции.

Апробация работы. Теоретические положения и практические результаты исследования отражены в статьях и докладах на научных всероссийских и межвузовских конференциях: «Кросс-культура и межкультурная коммуникация» (г. Краснодар, 2002 г.), «Вопросы теории и практики перевода» (г. Краснодар, 2005 г.); «Молодые исследователи в науке XXI в.: прошлое, настоящее и будущее» (г. Краснодар, 2005 г.), «Перспективы направления лингвистики и литературоведения XXI в.» (г. Краснодар, 2006 г.), Четвертая всероссийская научно-техническая конференция «Вузовская наука – региону» (г. Вологда, 2006 г.), «Язык, образование и культура в современном обществе» (г. Ставрополь, 2006 г.).

Основные положения работы отражены в семи публикациях, общий объем которых составляет 6,4 п.л.

Объем и структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического списка, включающего 225 наименований; Списка словарей, включающего 27 наименований; Списка художественной литературы на немецком, английском и русском языках, состоящего из 10 наименований; 14 Приложений. Общий объем диссертации составляет 185 страниц.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, формулируются предмет, объект, цель и сопутствующие задачи работы; определяется новизна исследования, раскрываются его теоретическая и практическая значимость, указываются сведения о материале и методах исследования; описывается структура работы; выносятся положения на защиту. 

В первой главе «Структурно-типологические параметры фэнтезийного произведения Дж. Роулинг «Гарри Поттер» в аспекте перевода» рассматриваются особенности жанра фэнтези, его происхождение и трансформация на протяжении столетий. «Фэнтези» рассматривается в данном исследовании как самоценный жанр, обладающий собственными, только ему присущими особенностями: смешение жанров, детально разработанный Вторичный мир, изобилие квазисобственных имен (то есть имен значимых, выдуманных автором для обозначения несуществующих реально объектов), темы борьбы добра со злом, квест (от англ. quest – поиск) как основная сюжетная линия жанра, религиозно-философские вопросы и т. д. Специфической чертой жанра «фэнтези» является и его высокая по сравнению с другими жанрами степень национально-особенного, поскольку истоки эволюции фэнтези начинаются с древних легенд, рыцарских романов средневековья, в том числе артуровских романов, древних германских саг о Нибелунгах, ирландских героических сказаний, кельтского и германского фольклора. Национальная специфика жанра фэнтези пронизывает текст на всех его уровнях и требует сохранения при переводе. Соответственно подмена английской культуры и английского менталитета русскими или немецкими в рамках фэнтезийного произведения лишает ребенка возможности постигать богатства культурного многообразия. Сохранение культурного компонента произведения «Гарри Поттер» приводит к огромному числу незнакомых или непонятных для ребенка-реципиента слов, значение которых нуждается в дополнительных объяснениях, толкованиях. Читательский интерес к подобного рода комментарию и объясняет возросшую популярность Интернет сайтов, электронных и печатных изданий, которые посвящены книгам о Гарри Потере. У читателя появляется возможность воспринять целостный художественный образ, разобраться в интересующих его чужих реалиях и малопонятных словах, обращаясь к справочному материалу. Переводчику приходится учитывать, что произведение Дж. Роулинг перешло из разряда «детской» книги во «взрослую» и имеет несколько уровней прочтения, что в значительной степени осложняет процесс перевода. В свою очередь, это означает, что именно комментарий берет на себя разъяснительную нагрузку, тем самым частично освобождая переводчика от излишних пояснений в тексте. 

Произведение «Гарри Поттер» соединило в себе элементы волшебной сказки такие как: блуждание по волшебной стране, совершенно особый вид «нехватки» (В. Пропп) главного Героя, мир иной реальности, Помощник (проводник), сражения с невероятными чудовищами, мудрые старики, фантастические существа, различные волшебные предметы (плащ-невидимка, метла, волшебная палочка), награда за подвиги, ряд испытаний, многособытийность, всевозможные превращения, «кольцевая композиция», символические элементы), а также мифа: рождение героя, его детство, злые приемные родители, недостаток, нехватка чего-то жизненно необходимого, смертельная опасность для Героя и его мира, спасение мира, змееборчество, испытания, помощники, решающее испытание, награда, отказ от возвращения в реальный мир. 

Картина фантастического мира, в котором герою приходится встречаться с самыми загадочными существами, обрамляется в «Гарри Поттере», как и в волшебной сказке, картиной реального мира: она, как правило, и начинается и заканчивается на реальной Земле. В этой «кольцевой картине» все реально: и обстановка, и герои и т. д. А затем начинается нереальное, фантастическое. Таким образом, как и во всех видах сказок находим в «Гарри Поттере» своеобразное сочетание реального и нереального, обычного и необычного, жизненно правдоподобного, вполне вероятного и совершенно неправдоподобного, невероятного. Именно как результат столкновения этих двух миров (реального и нереального), двух типов сюжетных ситуаций (вероятных и невероятных) и возникает то, что делает повествование сказкой. 

В целом, говоря о специфике мифотворчества Роулинг, необходимо отметить следующее: автор активно используют материал мифов различных культур, подвергая его определенному переосмыслению или переработке. Миф – это сказка максимального накала; сказка – это искусственно смягченный миф. Миф дает почти обнаженное представление эдипальной ситуации; в сказке все завуалировано позднейшими смещениями и наложениями. Сказка ориентируется в основном на инфантильные (доэдипальные) возрастные кризисы, а миф – на постэдипальные (Е.М. Мелетинский). 

В рамках данного исследования в целях определения структуры фэнтезийного произведения «Гарри Поттер», существующего на стыке волшебной сказки и мифа, руководствуемся морфологической классификацией волшебной сказки В. Проппа (1928). В соответствии со структурным подходом к изучению сказки В. Я. Пропп рассматривает сказку как единую структуру, в которой существуют постоянные и устойчивые элементы, функции, и функции эти не зависят от того, как и кто их осуществляет, число функций ограничено, последовательность неизменна. Из 31 функции Проппа в произведении «Гарри Поттер» по отношению к главному герои реализованы 26, что указывает на структурную близость к волшебной сказке. 

Другим методологическим аспектом исследования является и схема универсального мономифа, построенная на основе психоанализа, дающая ключ к тайнам языка символов, общего для мифов всех мировых культур с их архетипическим героем. Переходя от психологической плоскости анализа к метафизической, героическое путешествие представляется как космогонический цикл. Пройдя через испытания инициации, преодолев порог «между бытием и ничто», герой как воплощение микрокосма и макрокосма растворяется в Высшей Самости, тем самым завершая свой путь. В соответствии с данным подходом все герои, включая Гарри, и легенды, с ними связанные, типичны для всех мировых культур: Герой отваживается покинуть мир повседневности и отправиться в чудесную область сверхъестественного. Там на его долю выпадают фантастические встречи и приключения, и, в конце концов, он одерживает решительную победу. Герой возвращается из своего таинственного путешествия, одаренный способностью творить благо ближним. Путешествие героя (Гарри Поттера) можно разделить на три этапа: Отправление, Посвящение и Возвращение (Дж. Кэмпбелл). 

Таким образом, фэнтезийное произведение «Гарри Поттер» содержит такие темы мифа как: рождение героя (чудесное спасение Гарри как его второе рождение), его детство (Гарри воспитывается в семье Дурслей), отказ от возвращения в реальный мир (Гарри неохотно возвращается к Дурслям). Как и в мифологии, чтобы сразиться с темными силами мироздания, героям Дж. Роулинг приходится встречаться лицом к лицу с темными силами внутри себя. Каждое новое приключение показывает им, что они достойны победы. Все эти мифические элементы, образы и сюжеты живут в подсознании каждого человека, т.е. являются «архетипами» (К.Г. Юнг).

Учитывая синтез волшебной сказки и мифа в структуре фэнтезийного произведения, приходим к следующему выводу: при переводе детского фэнтези необходимо учитывать основные требования к переводу волшебных сказок и мифа, а именно: бережное отношение к образной системе произведения-оригинала, к средствам первичной и вторичной образности; воссоздание индивидуального стиля автора; передача определенного эстетического воздействия с учетом возможного прочтения и интерпретации произведения на нескольких уровнях. 

Книги о Гарри Поттере были изданы миллиоными тиражами, переведены на шестьдесят языков мира, включая американский английский, латинский, древнегреческий и различные диалекты. В данной связи интересным в исследовании представляется анализ решений и стратегий переводчиков книг о Гарри Потере на разные языки мира. В основном переводчики стремились раскрыть значение, ассоциативные связи, дополнительные коннотации в процессе перевода «говорящих» имен и вымышленных названий; прибегали к приему транскрибирования; пользовались приемом замены реалии исходной культуры реалией культуры реципиента. Для того чтобы сделать текст книги более понятным для американского реципиента, редактор американского издания «Scholastic» внес в текст книги о Гарри Потере некоторые изменения в лексике (crumpets – English muffins, jelly – Jell-O, jacket potato – baked potato, treacle toffee – treacle fudge), орфографии (mum – mom) и грамматике (got fond – grown fond, he's got flu – he's got the flu, teddy – the teddy, shift the slime – get the slime off, end of term – end of the term). Кроме того, в переводах были расширены и сокращены некоторые эпизоды в пределах нескольких предложений, заменено название первой книги (в коммерческих целях) и удален курсив, которым выделены некоторые слова и выражения. 

Переводчики «Гарри Поттера» на латинский и древнегреческий языки Питер Нидхэм (Peter Needham) и Эндрю Уилсон (Andrew Wilson) столкнулись с проблемами другого плана, однако также как и другие переводчики выработали собственные переводческие стратегии преодоления трудностей. Например, ввиду того, что Эндрю Уилсон определил в качестве реципиента своего перевода грека, жившего в четвертом веке до нашей эры, ему пришлось перевести все названия, т.е. прием транслитерации был исключен. Процесс перевода осложнялся еще и тем фактом, что сага о Гарри Поттере еще не завершена, что означает бережное отношение к переводу деталей, поскольку их опущение или неверная передача могут вызвать трудности в процессе перевода следующей части. Например, испанские переводчики перевели имя Professor Sinistra как Profesor Sinistra (мужской род), и вынуждены были в следующей книге исправить его на Profesora Sinistra (женский род). Путаница с именами имела место и в работе немецкого переводчика Клауса Фритца. Разночтения имен встречаются в русских переводах издательства «Росмэн», когда у одного персонажа существует и транслитерированный вариант имени и «переведенный» (напр., Невилл Долгопупс / Невилл Лонгботтом). 

В «Гарри Потере» имеется философская идея, которую при переводе необходимо было сохранить всем переводчикам. Одна из основных тем произведений Дж. Роулинг – это борьба темных и светлых сил. Однако помимо этого, существует очевидная тесная связь между словами и поступками героев книг Дж. Роулинг и учением гениального швейцарского философа Карла Густава Юнга, согласно которому целью всякой работы души является "индивидуализация" личности, обретение "самости". Человек индивидуализируется, когда он синтезирует в себе все возможные измерения психического, в этом процессе он обретает самость, становится самим собой. Обретение самости означает также интеграцию зла. Нужно воспринять зло как момент собственной судьбы, часть своей личности, а не принимать его как нечто внеположенное, принять его как часть себя. Другими словами, смысл книг Роулинг, не только борьба Добра и Зла, но и борьба со злом внутри себя, самопознание личности, которая синтезирует в себе все возможные измерения психического, в том числе и Зло. Философские идеи входят в движение сюжета, являются основой образной системы и смысловой наполненности стиля, играют существенную роль в определениях фантастической действительности. Христианские темы любви и самопожертвования являются основными на протяжении всех книг о Гарри Потере (C. Neal, J. Killinger), и переводчику также необходимо их точно отражать, ничего от себя не дописывая.

В рамках исследования доказывается выдвинутая гипотеза о том, что фэнтезийное произведение «Гарри Поттер» относится к типу текстов, ориентированных на форму (классификация по К. Райсу). Переводчику необходимо переводить его по принципам, применимым к текстам, ориентированным на форму, сохраняя при этом прагматический потенциал текста, учитывая главного реципиента – ребенка. Таким образом, текст детского фэнтези сообщает содержание, но теряет свой специфический характер, если при переводе не сохраняется внешняя и внутренняя форма, определяемая нормами поэтики, стилем или художественными устремлениями автора. Так, если при переводе, ориентированном на содержание текста, можно оставить без внимания игру слов, не снижая при этом инвариантность плана содержания, то в тексте, ориентированном на форму, необходимо найти функциональное соответствие, отвечающее художественной и эстетической функции стилистической фигуры. Если различия в структуре языков не позволяют передать игру слов в том же месте, приходится выбирать между заменой другой языковой фигурой с аналогичным эстетическим воздействием или включением игры слов там, где в исходном тексте ее не было, но в тексте перевода представляется для этого возможность. 

При переводе детского фэнтези «Гарри Поттер» необходимо учитывать стиль автора, способ изложения, художественные средства языка, определенное эстетическое воздействие и способность текста оказывать необходимое воздействие. Высшей заповедью перевода детского фэнтези должно быть стремление к достижению равного эстетического воздействия. Для текстов детского фэнтези может быть характерно то, что с ними всегда связано намерение, определенный экстралингвистический эффект. Переводчик должен стремиться к тому, чтобы текст перевода мог вызывать тот же эффект, что и оригинал. 

Во второй главе «Лексико-семантические аспекты фэнтезийного произведения Дж. Роулинг «Гарри Поттер» и ресурсы их передачи на русский и немецкий языки» рассматриваются иноязычные вкрапления, символизм, лексические (каламбуры, окказиональность, анаграммы, прием единоначатия, авторские метафоры, стихи, загадки, песенки), графические (капитуляция, курсив, дефис, многоточие) и орфографические (нерасчлененный речевой поток, орфографические аномалии) средства языковой игры анализируемого произведения и их реализация при переводе на русский и немецкий языки.

Языковая игра как доминирующий авторский прием является одной из причин необычайной привлекательности книг Дж. Роулинг о Гарри Поттере и, следовательно, нуждается в адекватной передаче на русский и немецкий языки. Языковая игра призвана не только развлекать, но и развивать мышление и язык, креативные способности ребенка, его представление о грамматическом значении слова, вскрывать пограничные, парадоксальные случаи функционирования языкового знака (Л. Витгенштейн, Ю.Д. Апресян, Т.А. Гридина, В.З. Санников, В.В. Виноградова, А.Н. Гвоздев, Т.В. Булыгина, А.Д. Шмелев, Е.А Земская). 

Одним из видов языковой игры анализируемого произведения является каламбур. Например, в названии каламбура Headless Hunt (клуб, организованный призраками людей, которым отрубили голову) просматриваются две составляющие англ. headless -- не имеющий головы, безголовый; обезглавленный; и англ. hunt -- 1) охота (ловля); 2) охота (группа охотников со сворой собак). Headless Hunt созвучно head hunting – "охота за головами" – понятие из сферы рынка вакансий, т.е. агрессивная политика поиска нужного работника и переманивание его с прежнего места работы, если в этом есть необходимость. Подразумевается, что наниматель больше заинтересован в работнике, чем работник в найме. Напротив, членства в этом клубе много лет безуспешно добивается привидение Почти Безголовый Ник (Nearly Headless Nick). Кроме того, возможно созвучие с кельтской Дикой Охотой (Wild Hunt), к которой могли примкнуть души умерших при определенных обстоятельствах. Данный каламбур осложнен приемом единоначатия, который был воспроизведен в переводе М.Спивак – Безголовая Братия. Переводчик Ю.Мачкасов создал каламбурное сочетание Безголовая Охота (безголовый = бесшабашный/без головы). 

Анализ переводов выявил целый ряд приемов передачи каламбуров фэнтезийного произведения таких как: при передаче каламбура лексика не должна обозначать понятия, находящиеся вне реальности ребенка; стилистическая окраска каламбура должна соответствовать особенностям языка детского произведения; каламбур должен естественно входить во всю систему стилистических и образных средств перевода, подчиняться главной цели всего произведения и не искажать идейно-художественный характер подлинника, создаваться только в типичной для него ситуации; создание компенсирующего каламбура прямо противоположно процессу нейтрализации, вынужденному “сглаживанию” двуплановости каламбурных контекстов; для усиления компенсирующих или созданных на измененной семантической основе каламбуров использовать аллитерацию, рифму или графические средства: шрифтовые выделения, заглавные буквы, курсив. 

Аналогичного рассмотрения в контексте анализируемых произведений заслуживает игра в слова в авторской метафоре. Метафора в фэнтезийном произведении «Гарри Поттере» заставляет обратить внимание на некоторое сходство персонажей с животными или существами волшебного мира, например: cf. англ. : Mrs. Mason screamed like a banshee… – рус. (Л): Миссис Мейсон закричала дурным голосом, не хуже ирландского привидения, приносящего весть о близкой смерти… Несмотря на то, что при передаче фразы-сравнения screamed like a banshee была сохранена ее метафоричность, перевод у М.Д. Литвиновой получился громоздким, во многом благодаря развернутому объяснению понятия banshee, в то время как цель метафоры заключается в том, чтобы лаконично и точно выразить суть предмета. 

Достаточно распространенным видом языковой игры произведения «Гарри Поттер» является использование приема единоначатия, т. е. повтора первых согласных. Несмотря на то, что переводчики по-разному передавали этот стилистический прием языковой игры, прослеживаются некоторые тенденции: сохранение единоначатия путем транскрибирования имени/названия (cf. англ.: Bathilda Bagshot – рус. (М): Батильда Бэгшот – нем. (Ф): Bathilda Bagshot), сохранение единоначатия путем создания окказиональных слов (cf. англ.: The Chudley Cannons – рус. (Л): "Пуляющие пушки" – рус. (М): «Пушки Педдл») и передача «каламбурности» путем создания окказиональных слов (cf. англ.: Professor Vindictus Viridian – рус. (С): профессор Мститтус Вирусиан, Leg-Locker Curse – рус. (М): Сглаз-ноговяз). 

Отдельным частным проявлением языковой игры произведения «Гарри Поттер», который так часто импонирует детям, является искажения отдельных слов (оговорки). Например, одной из многочисленных оговорок мистера Уизли является слово escapators (имеются в виду эскалаторы в Лондонском метро; escape (англ.) – бежать, избежать, спастись). Переводчики обыграли это слово как эскапаторы рус. (С); экскалаторы рус. (Л); Trolltreppen нем. (Ф) (cf. нем. Rolltreppe – эскалатор и Trolltreppen – от нем. Troll – тролль, гном, горный дух). Переводчики обыгрывали эти слова, используя «каламбурные», «игровые» возможности русского и немецкого языков, прибегая и к такому переводческому приему как компенсация. Таким образом, несмотря на неизбежные потери, наиболее полно обеспечивается эквивалентность перевода. 

Языковая игра, используемая при словообразовании, помогает переводчикам осмыслить процесс создания новых слов, усвоить основные словообразовательные модели. Благодаря языковой игре дети усваивают представление о внутренней мотивационной форме слова, что способствует обогащению словарного запаса, в некоторых случаях помогает давать определения новым, ранее неизвестным словам, позволяет создавать собственные слова, выражающие необходимый для ребенка смысл. Способность ребенка к собственному словотворчеству позволяет ему адекватно воспринимать и интерпретировать случаи языковой игры в художественных произведениях. Так, в переводах произведения «Гарри Поттер» много окказиональных слов, связанных с реалиями вымышленного, фантастического мира. Переводчиками создаются новые гибридные наименования, созданные путем контаминации (слияние, скрещивание слов или частей слов в одно неразложимое целое, например: медвеклоп, тортелики, шоколадушкa, Смертенины, Шелкокрылая муха, Мертвоморрис, Мадам З. Дослёз, Всеэссенция, вспомнивсёль, колдолентa). Среди переводческих окказионализмов есть и такие, которые близки к так называемым потенциальным словам (например, отбивной, загонщик), т. е. лексическим единицам, которых нет в словаре данного языка, но которые легко образуются по тем или иным словообразовательным моделям, заполняя пустые клетки словообразовательных парадигм. 

Лингвистический эксперимент по установлению ассоциативных полей вымышленных имен и выявлению семантики окказиональных образований, каламбуров и других видов языковой игры выявил трудность понимания окказиональных образований и каламбуров, поэтому разнообразие толкований, предложенных детьми, не случайно: 1) в данных детьми-информантами объяснениях-толкованиях преобладают дефиниции, выявляющие внутреннюю форму номинации (медвеклоп – это комар, который кусает медведя, насекомое блоха). Дети пытались найти рациональное объяснение тому или иному новообразованию. При этом им явно сложно было определить слова-прототипы, послужившие базой для окказиональной трансформы; 2) слова переосмысливались по принципу ложной этимологии, по ассоциативному созвучию с другими словами (златоглазка – зло смотрит, лупильник – всех бить через микроскоп, лупу) или рифмовались с другими словами (Гошок – горшок; Дрюзга – мелюзга, Грифук – грейпфрукт); 3) транскрибированные имена с «пустым» лексическим значением представляли для понимания детей наибольшую трудность, поскольку не вызывали у детей никаких ассоциаций или приобретали новое значение (например, Вафлинг – вафли делает; Спинет – спины нет, без спины; Моргана – моргает); 4) в описании детьми-информантами окказиональных наименований проявляется стремление ребенка "найти в звуковом образе слова буквальное отражение каких-либо свойств предмета" (Слизерин – слизь, слизняки). 

Анаграмма занимает исключительно важное положение в ряду других текстовых явлений произведения «Гарри Поттер». Дж. Роулинг использует анаграммы как один из способов кодирования информации например, имя Tom Marvolo Riddle (Том Марволо Риддл) означает I am Lord Voldemort (досл. Я есть Лорд Вольдеморт). Следовательно, для того, чтобы набор букв соответствовал анаграмматически зашифрованному тексту (Я ЛОРД ВОЛЬДЕМОРТ (рус. (С)); лорд Волан-де-Морт (рус. (Л)); TOM VORLOST RIDDLE-IST LORD VOLDEMORT (нем. (Ф))), переводчики на русский и немецкий языки перевели имя Tom Marvolo Riddle как: ТОМ ЯРВОЛО РЕДДЛЬ (рус. (С)); Том Нарволо Реддл (рус. (Л)); TOM VORLOST RIDDLE (нем. (Ф)). Читатель, прочитывая шифр, открывает анаграмму как готовую, хотя и неявную формулировку смысла текста, почти готовую интерпретацию. Соответственно, задача переводчика – сохранить и смысл анаграммы и ее игровой принцип. 

Для текста произведения «Гарри Поттер» характерно частое использование капитуляции, многоточия, тире, заглавных букв и курсива. Графика в данном случае выполняет не только функцию воссоздания живой речи, смыслового выделения слова, передачи интонации, но и своего рода инструмента воздействия на эмоциональное восприятие и сферу чувств ребенка-реципиента, поскольку помогает ему ощутить определенный спектр эмоций персонажа. Переводчики на русский и немецкий языки крайне редко прибегали к использованию курсива, которым в оригинале также отмечались, помимо отдельных слов или фраз, заклинания, названия школьных дисциплин, учебников и т. д. Скудность графики также делает перевод наименее эмоциональным. 

Дж. Роулинг использует прием намеренного нарушения орфографии, например, в целях описания социального статуса персонажа Хагрида, его сомерсетский говор: cf. : англ.: "Las' time, you was ,Yeh, yer, yeh've got, fer cryin'. Переводчики на русский язык постарались передать особенности речи персонажа через разговорный стиль или просторечие (как я погляжу, субчики, на ум взбредет, допер, но раздери меня совсем, ну один в один просто, вылитый папаша, прям хоть кричи!), а так же путем введения слов, находящихся в сфере употребления малограмотных людей (ихнее). Немецкий переводчик более точно воспроизвел речь Хагрида не только путем введения разговорной лексики, но и благодаря опущению подлежащего, выраженного личным местоимением (War keine leichte Reise) и использованию апострофа для усечения слов, артиклей и предлогов (noch 'n Baby, ich hätt nie gedacht, Könnte 'ne Tasse Tee vertragen, er 'n bißchen stärker). 

Создание текста, не расчлененного междусловными пробелами, выполняет в произведении «Гарри Поттер» функцию передачи живой ускоренной речи, насыщенной синтаксическими шаблонами. Применение сцепления слов и словосочетаний позволяет почувствовать передачу убыстренной аффективной или нечленораздельной речи. Кроме того, в детском фэнтези «Гарри Поттер» встречается прием нерасчлененного текста, который частично расчленяется посредством дефиса, подчеркивая ироничность высказывания. Немногим переводчикам удалось совершенно точно уловить принцип передачи нерасчлененного текста, например: cf. англ. : "Whassamatter?" said Harry groggily. – рус. (С): Сстосусилоссь? – спросил Гарри неразборчиво, как пьяный. – рус. (Л): Что…что такое? – сонно пробормотал Гарри. – рус. (М): Ч-чего? – сонно пробормотал Гарри. – нем. (Ф): »Wasn los?«, sagte Harry noch ganz benommen. Переводчик М. Спивак совершенно точно уловила принцип перевода нерасчлененного текста и удачно перевела реплику гнома, однако фраза Сстосусилоссь? ассоциируется с шепелявым, нежели с сонным бормотанием. 

Сопоставительный анализ переводов стихов произведения «Гарри Поттер» показал, что при переводе детской поэзии необходимы творческая фантазия, прагматическая адаптация, сохранение эмоциональной стороны текста, игры слов, аллюзий, ритма и отсутствие лексики, находящейся за пределами понимания ребенка. Работа над переводом детской поэзии требует от переводчика знания детской психологии, понимания того, что ребенок не просто реципиент, он сам поэт. 

В детском фэнтези «Гарри Поттер» символ имеет особенно большое значение. Символом в произведении служат не только животные, явления, предметы, вторичный мир, но и игра Quidditch. Название игры состоит из некоторых букв четырех мячей: (Qu)affle + Blu(d)ger + Blu(d)ger + Sn(itch); возможно существует некоторая связь с словом "quiddity", т.е. "the essence or real nature of a thing" (англ. суть, сущность). Не случайно, что именно профессор Минерва МакГонагалл (cf. римск. мифол. Минерва, или греч. Афина, богиня мудрости и войны) привела Гарри в игру «квиддич», таким образом, помогая ему отправиться в символический квест. Предпринимая квест, герой неизбежно вступает в справедливую борьбу, войну, противодействие. 

Все, что связано с игрой Quidditch (названия игроков, мячей и т.д.) символично. Например, задача Гарри как игрока состоит в том, чтобы поймать золотой снитч (the Golden Snitch), качественные характеристики которого весьма интересны. Во-первых, важен сам факт того, что он сделан из золота, так как косвенно одной из тем книги «Гарри Поттер и философский камень» является алхимия. Однако в данном случае алхимия связана не только с созданием философского камня и превращением простых металлов в чистое золото, но и с духовной трансформацией человека в символическом значении, так же как Юнг сравнивал этот процесс с глубинным поиском золота в недрах человеческаой души. 

Во-вторых, золотой снитч трудно поймать, так как он очень быстро летает, прячется. Рассмотрим, как переводчики передали значение the Golden Snitch: cf. рус. (С): Золотой Проныра – рус. (О): золотой снитч – рус. (М): Золотой Щелчок – нем. (Ф): Der Goldene Schnatz. Глагол to Snitch в переводе с английского означает ябедничать, доносить, ловить (с помощью петли) (cf. snatch – хватание, схватывание; хватка). Переводчик М.Спивак перевела the Golden Snitch как Золотой Проныра в соответствии с его характеристикой: пронырливый, ускользающий, увиливающий, быстрый. Ю.Мачкасов перевел его как Золотой Щелчок, воспользовавшись более старым и уже утераченным значением этого слова. Вариант переводчиков издательства «Росмэн» является допустимым, поскольку обычно все спортивные термины транскрибируются. В переводе на немецкий язык это словосочетание было передано как Der Goldene Schnatz. Существительное Schnatz переводится как головной убор невесты (крёстной матери); возможно произошло от немецкого глагола schnatzeln (наряжать, убирать) или прилагательного schnatzig (нарядный, красивый) и означает что-то красивое, прекрасное. В данном случае перевод, в отличие от других вариантов, представленных на русском языке, в наибольшей степени отражает аллегорический смысл этого понятия.

Метод транслитерации, который доминирует при передаче системы символов произведений «Гарри Поттер», делает практически невозможным процесс извлечение означаемого из символа. Внутренняя структура символа (соотношение знака и означаемого) должна становится постоянным источником знаний об этом объекте, постепенно приближающих нас к его познанию. Проведенный анализ символа «квиддич» показал, что он обладает способностью к сложному семантическому моделированию, характеризуется высокой степенью гносеологической ценностью, обладает текстообразующей функцией в значительно большей мере, чем символы первой степени. 

Введение в ткань произведения факта, репрезентирующего иную языковую систему (английский язык) уже несет в себе ту информацию, что действие разворачивается не в России, но за ее пределами, а именно в Англии, причем заклинания являются важной реалией вымышленного мира. Например, заклинание Finite Incantatem (от англ. "incantation" или лат. "incantationem", т.е. колдовство, волшебство; чары, заклинание, магическая формула и лат. "finis", т.е. конечный, ограниченный, имеющий предел), отменяющее действие других заклятий, передано как Фините Инкантатем (рус. (Л); рус. (С)) и Finite Incantatem (рус. (М); нем. (Ф)). Таким образом, переводчики издательства «Росмэн» и М.Спивак транскрибировали заклинания без пояснений, рассчитывая, по-видимому, на контекстуальное осмысление. Считая их элементами колорита, атмосферы, для ощущения которых не обязательно их смысловое восприятие немецкий переводчик Клаус Фритц дает их в оригинальном написании без дополнительных разъяснений. Переводчик Ю.Мачкасов также использует иноязычные вкрапления, однако доводит до читателя их значение посредством сносок и ссылок. 

В третьей главе «Средства выражения реалий Первичного и Вторичного миров в фэнтезийном произведении Дж. Роулинг «Гарри Поттер» и их передача на русский и немецкий языки» рассматриваются ономастическое пространство исследуемого произведения (личные имена собственные, смысловые имена, топонимы и зоонимы) и этнографические реалии (реалии-деньги, реалии-меры, названия товарных знаков, письма, названия праздников и еды).

В художественном тексте «Гарри Поттера» наблюдается смешение двух стилей повествования: фантастического (допускается нарушение законов природы) и реалистического, с преобладанием то одного, то другого. На реалистическом фоне возможны фантастические вкрапления и, наоборот, в фантастических вещах наблюдаются реалистические прослойки (даже главный персонаж Гарри является одновременно героем волшебной сказки и современником читателя). Антропонимическое пространство романа позволяюет одновременно отразить и реальный, существующий мир, и фантастический, вымышленный, волшебный. В произведении «Гарри Поттер» система собственных имен образует особый мифологический пласт языка, представляя собой некоторый другой, иначе устроенный язык, который поддается переводу при помощи переводческих трансформаций и соответствующих языковых преобразований. 

В тексте романа представлены различные именования персонажей, причем один и тот же персонаж может иметь несколько именований различного характера: некоторые из них представляются вариантами одного и того же имени, другие функционируют как параллельные имена. Voldemort (сf.: рус. (О): Волан-де-Морт; рус. (С); рус. (М): Вол(ь)деморт) – You – Know – Who (сf.: рус. (М): Сами-Знаете-Кто; нем. (Ф): Du-weißt-schon-wer).

В произведении наблюдаются однословные единицы (Nott/Нот, Moon/Мун), среди которых фамилии, имена и прозвища, двучленная модель, представленная конструкциями, среди которых преобладают традиционные конструкции типа имя + фамилия, например, Bill Weasley (сf.: рус. (О): Бил Уизли) и конструкции типа имя + прозвище и трехчленные именования такие, как SIR NICHOLAS DE MIMSY-PORPINGTON (сf.: рус. (О): сэр Николас де Мимси-Дельфингтон, рус. (М): сэр Николас де Мюмзи-Порпингтон, рус. (С): сэр Николас де Мимси-Порпиньон), Nearly Headless Nick (сf.: рус. (О): Почти Безголовый Ник, нем. (Ф): Der Fast Kopflose Nick).

Антропонимы произведения могут классифицироваться по ономастическим разрядам: личные имена, фамилии, прозвища. Наиболее многочисленными являются личные имена. В основу таких номинаций положены следующие основные признаки: характер занятий героя, профессия – Argus Filch (рус. (О): Аргус Филч) – хогвартский сторож (Аргус, "всеглаз" – в гречеcкой мифологии стоглазое чудовище, которому ревнивая Гера, жена Зевса, поручила следить за Ио, новой фавориткой мужа); внешняя характеристика героя – привидение Nearly Headless Nick (Почти безголовый Ник); особенности характера героя, отражение его внутреннего мира: – Dudley Dursley (рус. (О): Дурсль, Дадли) – 'dud', что озачает «a boring person», т.е. скучный человек.

В рамках данного произведения имена несут на себе заметно выраженную смысловую нагрузку, имеют необычный звуковой облик, обладают скрытым ассоциативным фоном, поэтому в переводе имена собственные должны быть стилистически верными и точными, соответствовать всему духу, идее, целям произведения, нести характерный колорит, особое значение, в котором сконцентрированно выражена авторская идея. Так, в произведении «Гарри Поттер» упоминаются фамилии Borgin и Burkes, которые несут аллюзии к известным злодеям: Borgin – Борджиа, семейству флорентийской знати, многие члены которого прославились своей жестокостью, и Burkes – ирландскому убийце Уильяму Бёрку, душившего свои жертвы с тем, чтобы продавать их тела для анатомирования (настолько знаменитому, что его фамилия перешла в разряд нарицательных – глагол to burke означает "душить" убить, задушить. Благодаря транслитерации переводчики Ю.Мачкасов и К.Фритц сохранили единоначатие – Борджин и Беркс (рус. (М)), Borgin und Burkes (нем. (Ф)), в то время как в переводах издательства «Росмэн» и М.Спивак наблюдается частичное воссоздание каламбурности – Борджин и Д'Авило (рус. (С)), Горбин и Бэркес (рус. (Л)). С точки зрения переводоведения транслитерированные варианты имеют право на существование, однако эти названия не будут нести никакой смысловой нагрузки, поскольку теряются намеки, аллюзии и ассоциации, которые важны для ребенка-реципиента. 

Смысл говорящих имен выявляет только контекст, и только при таком осмыслении переводчик обязан довести до сознания своего читателя их внутреннее содержание. Переводчику необходимо найти средство, если не раскрыть внутреннюю форму такого имени, то хотя бы ненавязчиво подсказать ее наличие. Так, имя профессора Sprout (от англ. побег, росток; корешок; черенок; отросток) переводчик И.В. Оранский передал как Проф. Стебль (использована конкретизация и сужение семантики исходного слова), что не соответствует даже дословному переводу; переводчики Мачкасов Ю. и Спивак М. перевели имя как Проф. Пророст и Проф. Спаржелла соответственно. Последний вариант действительно звучит оригинально, принимая во внимание тот факт, что имя принадлежит ведьме.

Одна из задач, которая стоит перед переводчиками произведений Дж. Роулинг, является "изобретения" эквивалентов ее слов в своих родных языках. В большинстве случаев переводчики пошли по пути транслитерации, оставив попытки передать смысл значимых имен. Однако надуманность и неправдоподобие в переводе выдуманных имен, названий, вымышленных реалий привели к потерям комизма. Подобная передача имен на русский служит причиной неадекватного восприятия читателем перевода, особенно если это ребенок. Как известно, дети мыслят прежде всего аналогиями, и если таковые искажены или недоступны для понимания, то задача переводчика не достигнута. 

Анализ имен собственных «Гарри Поттера» выявил тот факт, что в переводах произведения на русский язык отсутствует какая-либо четкая закономерность передачи английских букв или звуков. Взяв за основу типологию ономастических типов соответствий в переводе, предложенную Д. И. Ермоловичем, были выделены следующие методы формирования и типы соответствий в переводах «Гарри Поттера» на русский и немецкий языки: прямой графический перенос (cf. англ.: Alohomora – рус. (М): Alohomora! – нем. (Ф): Alohomora!), транскрипция аллофоническая, фонематическая, «практическая» (cf. англ.: Johnson, Angelina – рус. (О): Джонсон, Анджелина), транслитерация (cf. англ.: Johnson, Angelina – рус. (С): Ангелинa Джонсон), морфограмматическая модификация (cf. англ.: Brown, Lavender – рус. (С); рус. (М): Браун, Лаванда; cf. англ.: Bulstrode, Millicent – рус. (О): Булстроуд, Миллисента), семантическая экспликация (cf. англ.: Dean the West Ham fan – рус. (Л): поклонник футбольного клуба "Вест Хэм" Дин), традиционное именование (cf. англ.: Circe – рус. (С); рус. (М): Цирцея – нем. (Ф): Circe), транспозиция ИС из ресурсов принимающего языка (cf. англ.: Spinnet, Alicia – рус. (М): Спиннет, Алиса), калькирование (cf. англ.: Privet Drive – рус. (С): Бирючиновая аллея – нем. (Ф): Ligusterweg), функциональная аналогия (cf. англ.: Banshee – нем. (Ф): Todesfee), онимическая замена (cf. англ.: Helga Hufflepuff – рус. (О): Пенелопа Пуффендуй), деонимизация (cf. англ.: Banshee – рус. (Л): ирландское привидение, приносящее весть о близкой смерти), функционально-смысловой перевод значимых имен собственных (cf. англ.: Mortlake – рус. (Л): Прудсмерт; cf. англ.: Madam Z. Nettles – рус. (Л): Мадам З.Крапивинс; cf. англ.: Mortlake – рус. (С): Мертвоморрис).

Зоонимы, имена сказочных и аллегорических животных — сложный материал для перевода. У Дж. Роулинг они построены на игре слов, созвучиях, ассоциациях или подтекстах, например сова Гарри Hedwig носит «говорящее» имя, так как Святая Ядвига считалась покровительницей сирот (что к Гарри имеет прямое отношение). Переводчик Ю.Мачкасов использовал при передаче данного зоонима метод традиционного именования – Ядвига; немецкий переводчик сохранил исходное ИС в латинской графике – Hedwig; в переводах издательства «Росмэн» обнаруживаются два соответствия – Букля и Хедвиг; переводчик М. Спивак создает морфологически модифицированное соответствие на базе транслитерации – Хедвига, поскольку Хедвиг, по сути женское имя, ощущается русским человеком как мужское, вследствие несоответствия окончания имени. При переводе текстов, содержащих зоонимы, переводчику необходимо стремиться к сохранению их ориентированность на определенную ситуацию, яркую мотивированность образной номинации. Если мотивация зоонимов обосновывается контекстом, она воссоздается и в переводе.

Вымышленные топонимы произведения напоминают по форме реальные географические названия в Англии. Прежде чем их переводить, переводчикам необходимо определить для себя, чем именно являются эти названия. Если переводчик расценивает их как продукт авторского словотворчества, то он вынужден придумывать окказиональные слова на основе русских/немецких словообразовательных элементов, например, вымышленное название деревни Ottery St. Catchpole (англ. otter – выдра, catchpole – судебный пристав, судебный исполнитель) по форме похоже на реальное название английской деревушки, переводчик М.Спивак передает с помощью окказионального названия (Колготтери Сент-Инспекторт). Если переводчик рассматривает их как топонимическую единицу первичного и вторичного миров произведения, то он руководствуется основным способом передачи реальных топонимов, а именно: практическая транскрипция. Единственным недостатком этого способа является утрата ассоциативных или каких-либо других дополнительных связей, которые могут возникнуть у носителей английского языка, например название улицы Privet Drive (от англ. privet – бирючина) было передано как Бирючиновая аллея (рус. (С)), Тисовая улица (рус. (О)), Оградный проезд (рус. (М)), Ligusterweg (нем. (Ф)) (от нем. Liguster – бирючина = многолетний кустарник, который высаживается по периметру земельного участка и при правильном уходе образует густые "живые изгороди", так что двор с улицы совершенно не видно). Перевод Мачкасова Ю. в данном случае точно передает смысл понятия. Англоязычный читатель ассоциирует слово privet с подобной изгородью. Общепризнан тот факт, что понятие отражает действительность в самых общих чертах, абстрагируясь от несущественных деталей, беря лишь то общее, что является существенным для предметов и явлений. Однако переводчик может создать на базе транслитерации или транскрипции название, стилизованное под английское. Для этого переводчику необходимо знать специфику географических названий Англии. 

Во Вторичном мире «Гарри Поттера» дома также имеют названия, например, The Burrow (в пер. с англ. – нора, норка, ход), дом семейства волшебников Уизли (Weasley от англ. weasel – ласка, горностай, куницеобразные), представляет собой односоставное название с определенным артиклем. Согласно словарю под редакцией Вебстера, английское слово burrow означает: «1) a hole or tunnel in the ground made by a rabbit, fox, or similar animal for habitation and refuge; 2) shelter or refuge». Переводчики издательства «Росмэн» и Ю.Мачкасов посредством кальки перевели название дома как Нора. Согласно «Толковому словарю русского языка» под редакцией С.И.Ожегова и Н.Ю.Шведовой, слово «нора» означает: (1) жилище животного; 2) темное, неблагоустроенное жилище. Таким образом, передано только первое значение слова burrow; переводчик М. Спивак перевела его как Пристанище (= место, которое может служить приютом), что в полной мере отражает фигуральное значение оригинального слова; немецкий переводчик Клаус Фритц передал его как Fuchsbau (нем. лисья нора). Таким образом, все переводчики отказались от существующей в художественных произведениях практики передачи названий особняков, имений путем их транскрипции.

Денежные единицы волшебного мира «Гарри Поттера» – 1 galleon = 17 sickles или 493 knuts – соответствуют денежной системе, существовавшей до 1971 в Великобритании: 1 фунт стерлингов (pound) = 20 шиллингам (shilling, серебряная монета) = 240 пенсам (pence, мелкая монета из бронзы или медно-никелевого сплава). Можно предположить, что слово galleon, золотая монета, имеет значение галеон (эти испанские корабли перевозили золото в 16-18 веках). Слово sickle, серебряная монета (1 sickle = 29 knuts), переводится с английского языка на русский как серп; что-л. в форме серпа, однако установить дополнительные коннотации названия этой единицы довольно сложно. Слово knut, мелкая медная колдовская монета, вероятно, является вариантом написания nut, т.е. орех, мелкий уголь. Передача денежных единиц волшебного мира «Гарри Поттера» посредством транслитерации или транскрипции абсолютно оправданна, поскольку «расшифровать» их значение представляется затруднительным.

Наименования мер, обозначающих единицы веса, длины, площади, объема жидкостей и т. д. необходимо транслитерировать, поскольку попадая в язык образов, меры-реалии служат не столько для передачи точной информации, сколько для создания в воображении читателя зримого представления об описываемом фрагменте действительности. Их приблизительное значение чаще, чем при других реалиях, можно вывести из узкого контекста, т. е. нередко художественный образ бывает более или менее понятным и без знания точных величин соответствующих единиц. Осмысление незнакомой реалии-меры в узком контексте происходит в его сознании главным образом за счет числительного, а также и некоторых «наводящих» слов — «всего», «целых», «не больше» и т. п.; однако очень часто наблюдается как бы неосознанное приравнивание его к величине собственной меры того же ранга. С другой стороны, детьми и функциональный аналог будет восприниматься как нечто абстрактное. Переводчики детского фэнтези «Гарри Поттер» заменили английские футы метрами.

Следующую группу квазисобственных имен произведения «Гарри Поттер» составляют товарные знаки. В «Гарри Поттере» все товарные названия Вторичного мира также являются окказиональными словами. Как правило, при передаче названий товарных знаков используется метод прямого графического переноса или транслитерации. Переводчики «Гарри Поттера» прибегали к кальке, транслитерации, транскрипции. В итоге в переводах они стали громоздкими и менее всего звучат как названия товарных знаков, например, cf. Grow Your Own Warts kit – (рус. (Л)): набор для желающих обзавестись бородавками.

Письма в книге о юном волшебнике Гарри Потере также играют важную роль, являясь частью реалий вторичного мира. Однако перед переводчиками стояла задача не только попытаться передать их содержание (смысл), но и их форму.

При передаче выдуманных названий праздников волшебного мира переводчики «Гарри Поттера» вынуждены были создать собственные эквиваленты, поскольку метод транслитерации категорически невозможен в данном случае. Так, праздник привидений, который называется the Deathday Party (Death = смерть, day = день), создан по аналогии с birthday (англ. birth = рождение, day = день), что очень точно было передано переводчиками М.Спивак и Клаусом Фритцем: ср. смертенины – именины, Todestag (нем. der Tod = смерть, der Tag = день) – Geburtstag (нем. die Geburt = рождение, der Tag = день). 

Названия сладостей, типичной английской или нетипичной английской волшебной еды зачастую переводчиками транскрибировались без пояснений, комментарий, предоставив, таким образом, место для детской фантазии, например, название haggis (шотландское блюдо из бараньей или телячьей печени, сердца и лёгких, которое заправляется овсяной мукой, околопочечным салом, луком и перцем и варится в бараньем или телячьем рубце), было транскрибировано переводчиками М.Спивак и Ю.Мачкасовым как хаггис. Однако при передаче вымышленных названий еды переводчики создавали окказиональные образования, отказавшись от транскрипции/транслитерации, например: Cauldron Cakes – рус. (С): тортелики, котлокексы; Pumpkin pasties – рус. (С): тыквеченьки.

Таким образом, каждый переводчик, руководствуясь различными справочными пособиями, комментариями, фоновыми знаниями и индивидуальными глоссариями, подходил к проблеме передачи текста по-разному и решал проблему перевода выдуманных имен, названий, вымышленных реалий. 

Анализ лексико-семантических особенностей фэнтезийного произведения Дж. Роулинг позволил выделить переводческие стратегии, согласно которым при переводе произведений в жанре фэнтези, включая книги о Гарри Поттере, необходимо передать:

- посредством транслитерации или транскрипции: названия вымышленных денежных единиц с затемненной внутренней формой, наименования мер (единицы веса, длины, площади, объема жидкостей и т. д.), имена главных героев произведения;

- посредством калькирования, транслитерации или транскрипции: названия товарных знаков, а так же топонимов с затемненной внутренней формой;

- посредством создания окказиональных слов на основе словообразовательных элементов ПЯ: названия вымышленных топонимов, домов, праздников волшебного мира; 

- с помощью функционального аналога, кальки, транслитерации или транскрипции: названия сладостей и типичной английской и нетипичной (волшебной) еды с обязательной сноской, пояснением или комментарием. 

При переводе текстов в жанре детского фэнтези необходимо сохранить: 1) прием единоначатия, т. е. повтор первых согласных; 2) смысл и игровой принцип анаграммы; 3) графические игры (капитуляцию, многоточие, тире, заглавные буквы и курсив); 4) прием нерасчлененного речевого потока; 5) форму и содержание детской стихов и писем; 6) образность и лаконичность метафор; 7) искажения отдельных слов (оговорки); 8) структурно-семантические особенности каламбуров; 9) прием намеренного нарушения орфографии; 10) внутреннюю структуру символа; 11) внутреннее содержание говорящих имен; 12) яркую мотивированность зоонимов и характер их прозвищной/ образной номинации. 

В переводах произведений «Гарри Поттер» на русский язык издательства «Росмэн» (234 транскрибированных названия из 487 проанализированных единиц) и Ю. Мачкасова (218 транскрибированных названия из 460 проанализированных единиц), прежде всего, доминирует прием транслитерации / транскрипции. Однако достоинством текста перевода Ю. Мачкасова являются сноски и подробный комментарий. В переводах М. Спивак, напротив, преобладает принцип создания окказиональных слов на основе словообразовательных элементов ПЯ (174 транскрибированных названия из 487 проанализированных единиц), что выгодно отличает его от других переводов. Сопоставительный анализ оригинала с переводами М. Д. Литвиновой выявил такие погрешности, как: утрата детского юмора оригинала, домысливание ситуации, искажения в названиях цветов, многочисленные добавления, немотивированные опущения слов, словосочетаний и даже предложений, скудность графики. Переводчик М. Д. Литвинова неоправданно часто прибегает к использованию приема экспрессивной конкретизации, т. е. употребления в переводе экспрессивно-оценочной русской лексики, вместо нейтральных слов подлинника, что вызывает изменения не только в интонации оригинала, но и в характеристике персонажей. Кроме того, диалоги между детьми иногда воссозданы переводчиком без учета регистра детской речи; вследствие этого, некоторые фразы в устах одиннадцатилетних детей звучат несколько неправдоподобно в переводах. 

Анализ текста перевода на немецкий язык, показал, что немецкий переводчик смог лишь частично воспроизвести эмоциональный потенциал воздействия фэнтезийного произведения «Гарри Поттер» и сохранить, насколько возможно, идентичность авторской речи. В переводе К. Фритца обнаруживаются неточности при передаче фамилий, имен, оттенков цвета, реалий-мер. Переводчик часто использует нейтральную лексику или стилистически сниженные единицы. Кроме того, для данного перевода характерны константные соответствия, утрата игры слов, детского юмора, изменение речевых интенций персонажей. Немецкий переводчик в основном пользовался приемом транслитерации – из 487 проанализированных лексических единиц произведения «Гарри Поттер» (говорящие имена, вымышленные названия, реалии) только 293 были переведены на немецкий язык. Таким образом, переводчик К. Фритц не в полной мере проявил смысловую и эмоциональную информацию, заключенную в значимых именах «Гарри Поттера» при переводе. 

С точки зрения переводоведения транскрибированные названия имеют право на существование, однако они не несут никакой смысловой нагрузки, поскольку теряются намеки, аллюзии и ассоциации, которые важны для ребенка-реципиента. Чрезмерное транскрибирование привело к тому, что переводы фэнтезийного произведения «Гарри Поттер» на русский и немецкий языки не в полной мере отвечают критериям максимальной эквивалентности текстов, т. е. их смысловой и функциональной близости, одинаковости воздействия на реципиента, равной художественной выразительности и т. д. 

В заключении в обобщенной форме излагаются результаты проведенного исследования. 

Основные положения и результаты исследования отражены в следующих публикациях:

1. Выбор лексических соответствий при переводе литературной сказки Дж. Роулинг на немецкий язык // Образование – Наука – Творчество. Адыгская (Черкесская) Международная Академия Наук. / Сб. науч. ст. – Нальчик – Армавир, 2005. № 6 (0,5 п. л.). 

Фэнтези: имена собственные и проблема их перевода // Образование – Наука – Творчество. Адыгская (Черкесская) Международная Академия Наук. / Сб. науч. ст. – Нальчик – Армавир, 2005. № 8 (1,8 п. л.). 

Окказиональность в переводах литературной сказки Дж. Роулинг на русский язык // Дискурсивное пространство: эволюция и интерпретации / Экологический вестник научных центров Черноморского Экономического Сотрудничества (ЧЭС). – Приложение № 2. Краснодар, 2006 (0,4 п. л.). 

Особенности перевода детской поэзии (на материале песенки Шляпы-Сортировщицы из литературной сказки Дж. Роулинг «Гарри Поттер») // Вестник студенческого научного общества Кубанского Государственного Университета. Краснодар, 2006. Вып. 8 (0,5 п. л. ). 

Вымышленные имена собственные в контексте фэнтезийного произведения // Электронный научно-культурологический журнал «Relga». 2006. № 6 (128) / www. relga. ru (1,9 п. л.). 

Окказиональность как переводческая проблема (на материале литературной сказки Дж. Роулинг) // Вузовская наука – региону: Материалы четвертой всероссийской конференции 21 февраля 2006 г. II том. Вологда, 2006 (0,4 п. л.). 

Природа иноязычных вкраплений в переводах литературной сказки Дж. Роулинг на русский и немецкий языки // Актуальные проблемы современного языкознания и литературоведения: Материалы 5-й межвузовской конференции молодых ученых 28 апреля 2006 г. Краснодар: Кубанский гос. ун-т. Краснодар, 2006 (0,9 п. л.). 

Подписано в печать 22.11.2006 г. Формат 60x90 1/16. 

Усл. печ. л. 1,3. Бумага офсетная. Печать офсетная. 

Тираж 100 экз. Заказ № 373. 

Тираж изготовлен в типографии 

с оригинал-макета заказчика. 

ОАО «Печатный двор Кубани», 350000, г. Краснодар, ул. Горького, 104,

тел. /факс: (8612) 59-42-06.