Николай Петрович и Павел Петрович Кирсановы

Николай Петрович и Павел Петрович Кирсановы

(по роману И. С. Тургенева «Отцы и дети)

Показывая в своем романе конфликт между «отцами и детьми», И. С. Тургенев раскрывает его не как конфликт поколений, а гораздо глубже. Перед нами конфликт двух социальных групп, двух классов — дворянства и разночинцев, выходящих на сцену общественной жизни во второй половине XIX столетия. Это не просто противоречия — это битва взглядов, убеждений, принципов, которым не ужиться друг с другом. Разногласия между ними настолько сильны, что компромисс невозможен, борьба неизбежна. Какую же силу противопоставляет автор «новому герою времени» — демократу и нигилисту Базарову? Кто олицетворяет в романе «Отцы и дети» устои старого привычного мира? И. С. Тургенев, никогда не разделявший мысли о революционных преобразованиях в стране, принадлежащий к либерально настроенным дворянам, был, прежде всего, честным писателем. Он считал, что «точно и сильно воспроизвести истину, реальность жизни есть высочайшее счастье для литератора, даже если эта истина не совпадает с его собственными симпатиями».

Николай Петрович и Павел Петрович — помещики-либералы, образованные люди, наделенные и интеллектом, и эстетическими чувствами, и гуманностью. Они явно возмущались действиями Салтычихи и поддерживали либеральные разговоры о грядущем освобождении крестьян. Однако, готовясь к реформе — отмене крепостного права и зная, что часть помещичьего владения должна отойти крестьянам, Николай Петрович продает лес, росший на этой земле, то есть «снимает сливки», оставляя крестьянам пеньки, землю, в которую придется вложить много труда, чтобы она стала пригодной для пахоты. «Скот плохой, и лошади разбитые. Строения тоже подгуляли, а работники смотрят отъявленными ленивцами» — вот завидный итог его хозяйствования. И дело не только в том, что такое имение приносит убыток самому помещику, в убытке и его люди, но самое главное — это безделье и попустительство развращает их души.

Утонченные дворяне, так следящие за своими костюмом и следующие европейской моде, они годами мирятся с дискомфортом, с неудобствами в элементарном — «в комнате английский рукомойник, а дверь не запирается». С одной стороны, они охотно поддерживают разговоры о новых введениях, о демократизме, о свободе слова, но при этом страшно боятся перемен. Вспомните, как огорошило и испугало их заявление Базарова, что он отрицает все. Павел Петрович, заядло споривший со своим оппонентом, даже побоялся произнести, что входит в это понятие «все».

Более того, гордясь своей свободой и говоря об уважении к личности, о европейской широте взглядов, Павел Петрович сознательно подчеркивает свою принадлежность к элите. Это и его изысканные костюмы, и холеные руки с длинными ногтями, и нарочно искаженные нормы произношения русских слов. Братья Кирсановы строят свое благополучие на службе отечеству. Николай Петрович, получив университетский диплом, удалился в свое имение, Павел Петрович ушел в отставку, чтобы ездить повсюду за княгиней, в которую был влюблен. Благо доходы с имения позволяли им не работать, постепенно приучая их к жизни, практически бесцельной и паразитической.

Поэтому и защищает так рьяно государственные устои Павел Петрович, нападая в споре на демократа Базарова, собирающегося «место расчистить» от всего, что составляет основу жизни Кирсановых. Павел Петрович настолько горячится в споре, что забывает о правилах хорошего тона, ведет себя некорректно по отношению к оппоненту. В защите своих прав он не остановился бы и перед вызовом противника на дуэль.

Конечно, принадлежность к дворянской верхушке дала нашим героям возможность получить хорошее образование, приобщиться к достижениям культуры и искусства. Более того, мы видим перед собою действительно лучших представителей дворянства, для которых Рафаэль — не пустой звук и которые способны испытывать истинное наслаждение от поэзии и музыки. Николай Петрович не становится в позу, когда сын вручает ему, по совету Базарова, «Stoff und Кraft», а честно пытается разобраться в этой немецкой брошюре. И Павел Петрович, как бы он ни относился к Базарову, не отталкивает безоговорочно книгу, а прежде всего интересуется, не забыл ли брат немецкий язык.

Мы видим искреннюю привязанность братьев друг к другу, умение ненавязчиво поддержать друг друга. Между Кирсановыми нет ссор о дележе имущества, упреков в неправильном ведении хозяйства. Они действительно уважают свободу друг друга, в том числе и свободу Аркадия, никогда презрительно не отзываются о женщинах. Николай Петрович живо интересуется молодежью, хочет стать настоящим товарищем взрослого сына, боится, чтобы сын не осудил его.

Может, в высшем проявлении человеческой личности — в любви — эти представители дворянской верхушки, обладающие высокими моральными качествами и чувством прекрасного, окажутся на идеальной высоте? Николай Петрович действительно женился по любви, на небогатой, но развитой девушке, прожил с ней десять лет душа в душу, после ее смерти «поседел в несколько недель», а потом всего себя отдал воспитанию сына, «прожил с ним три зимы в Петербурге, почти никуда не выходя и стараясь заводить знакомства с молодыми товарищами Аркадия».

Впоследствии, сойдясь с Фенечкой, дочерью бывшей экономки, и став отцом ее ребенка, Николай Петрович как-то двойственно относится к ней. С одной стороны, он искренне любит малыша и привязан к молодой женщине, с другой стороны, настолько стесняется ее перед взрослым сыном, что готов переселить ее во флигель, с глаз подальше, не задумываясь, какой след это оставит в душе молодой матери. Он оформит свой брак и узаконит сына только после слов брата перед отъездом того за границу. В этой семье будут ровные, спокойные отношения, но никогда не будет равенства, Николай Петрович навсегда останется барином.

Любовь обычно возвышает человека, окрыляет его, выявляя скрытые возможности, делает его лучше, даже если это любовь неразделенная, безответная, как это было в случае с Базаровым. А вот Павел Петрович, которого все считали неординарным человеком, влюбился в женщину «небольшого ума», чье «поведение представляло ряд несообразностей», влюбился во время мазурки, в «течение которой она не сказала ни одного путного слова». «Он терзался и ревновал, не давал ей покою, таскался за ней повсюду». «Он вышел в отставку, несмотря на просьбы приятелей, на увещания начальников, и отправился вслед за княгиней, года четыре провел он в чужих краях, то гоняясь за ней, то с намерением теряя ее из виду; он стыдился самого себя, он негодовал на свое малодушие… но ничего не помогало». Потеряв возможность видеть княгиню, «он состарился, поседел; стал сидеть по вечерам в клубе, желчно скучать, равнодушно спорить в холостом обществе. <…> Десять лет прошло таким образом, бесцветно, бесплодно и быстро, страшно быстро». Страшный итог, если учесть, что эти десять лет могли бы стать лучшими годами его жизни!

«Человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и, когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакой человек — не мужчина». Такой горький вывод делает Базаров, узнав его историю. Может, оценка Базарова и не совсем объективна, так как со стороны всегда легче оценить чьи-то поступки и принять решение, но он сам пережил глубокое, безответное чувство и не изменил своим убеждениям, не свернул с выбранного пути. Братья Кирсановы, по большому счету, не хозяева своей жизни. Они плывут по течению, подстраиваются под обстоятельства, в основном, прислушиваются к собственному «я».

Прообразами героев И. С. Тургенева стали представители его класса. Глядя на их жизнь, писатель искренне сожалеет, что они напрасно растратили лучшие годы, что все хорошее, что было заложено в них, прошло так никчемно. «Вся моя повесть направлена против дворянства как передового класса, — заявляет И. С. Тургенев. — Вглядитесь в лица Николая Петровича, Павла Петровича, Аркадия. Слабость и вялость, ограниченность. Эстетическое чувство заставило меня взять именно хороших представителей дворянства, чтобы тем вернее доказать мою тему: если сливки плохи, то что же молоко? Они лучшие из дворян — и именно поэтому выбраны мною, чтобы доказать их несостоятельность».

Оценивая роман «Отцы и дети», революционер-демократ, издатель первого русского бесцензурного журнала А. И. Герцен отметил, что симпатии автора справедливо оказались не на стороне представителей его собственного класса, что он вынужден был признать превосходство демократа Базарова. «Крутой Базаров увлек Тургенева, и, вместо того чтоб посечь сына, он выпорол отцов», — так А. И. Герцен подвел итог романа «Отцы и дети».