Петр I - рождение империи

Министерство образования Российской Федерации

Тюменский Государственный Нефтегазовый Университет

Практическая работа по истории

	Тема: «Петр I – рождение империи»

Выполнила студентка 1 курса группы ЭАТ-04 заочного отделения

Курманова Лариса Мухаметкалыевна

Тюмень

2004

Петр I – рождение империи.

План:

	A)	Начало правления Петра I

B)	Реформы Петра I

C)	Внешняя политика

	D)	Итоги правления Петра I

Список литературы:

Ю.Ф. Козлов	Петр I Алексеевич // «От князя Рюрика до императора Николая II» - Саранск, “Мордовское книжное издательство”, 1992.

С.Ф. Платонов	Эпоха реформ Петра Великого // «Учебник русской истории» - Спб.: “НАУКА”, 1994.

А.Н. Сахаров	Транформация придворного быта // «История России с начала XVIII до конца XIX века» - М.: ООО “Издательство АСТ-ЛТД”, 1998.

С. Г. Пушкарев	«Обзор русской истории» - Ставрополь, “Кавказский край”, 1993.

Петр I – рождение империи.

A)	Начало правления Петра I (вступление на престол и борьба с царевной Софьей)

Итак, после смерти Федора наследниками остались, по сути дела, два его брата: Иван от Марии Милославской – больной, полуслепой, слабоумный – и малолетний Петр от Натальи Нарышкиной.

Выполняя волю Федора, патриарх провозгласил и благословил на царство Петра. По известному обычаю при малолетстве царя правление государством переходило к его матери, царице Натальи Нарышкиной. Мысль, что царем стал Петр, что мачеха теперь царица, душила царевну Софью. Она часто причитала и наговаривала перед народом, что якобы ее брата Федора отравили враги зложелательные, то есть сторонники Нарышкиных: Борис Голицын, Иван Голицын, Долгорукие (Яков, Лука, Борис, Григорий), Одоевские, Шереметевы, Куракин, Урусов. Сторонники же Софьи: Милославские, Толстые, Иван Хованский, Максим Санбулов, Цыклер, Шакловитый, Озеров, Череминов и другие убеждали стрельцов: «Видите, в каком вы теперь ярме у бояр; а кого царем избрали? Стрелецкого сына по матери; теперь уже не дают вам ни платья, ни корму, а что дальше будет? Станут отправлять вас… в неволю постороннему государю. Москва пропадет; веру православную искореняет…». Таким образом, в борьбе за власть возникли противоборствующие стороны: одна – Нарышкиных, стремящихся удержаться и закрепиться на троне, вторая – сторонников Софьи, жаждущих власти и проталкивающих на престол Милославских. Эти стороны так ненавидели друг друга, что спор мог дойти до ножей. Вот почему, когда обе стороны пошли на царское собрание, некоторые под платье надели панцири. Сначала стрельцы отказались целовать крест Петру, и только после больших уговоров они это сделали.

Софья продолжала подстрекать стрельцов. Ее сторонники стремились истребить приверженцев Петра, возвести на престол Ивана, лишить престола Петра. Правительство сделало ряд уступок бунтующим стрельцам, им выплатили за несколько лет жалованье в размере 240 тысяч рублей. Это в некоторых укрепилась мысль, что правительство идет на уступки, потому что оно не законное. В этот огонь раздора масла подливала Софья. Она объявила стрельцам, что назначает на каждого из них по десять рублей. Эта сумма будет собираться с крестьян, церковных имений и приказных людей. Кроме того, стрельцам было обещано право продавать имущество убитых или ими сосланных лиц. Таким образом, стрельцы полностью настроились против Нарышкиных, против царицы Натальи и царя Петра.

Милославские стали распространять слух, что Нарышкины якобы удушили Ивана. Составили ложный список убийц. С образом Божьей Матери при колокольном звоне и барабанном бое, стрельцы вторглись в Кремль. Принудили деда Петра К.П. Нарышкина постричься и потребовали вывести к ним Ивана и Петра. Их вывели здоровыми и невредимыми. Тогда, не удовлетворившись, стрельцы приказали, чтобы Иван указал изменников – бояр, которые его изводят. «Меня никто не изводит и жаловаться мне не на кого», - ответил царевич Иван. Были убиты братья Натальи – Иван и Афанасий, князья М.А. Черкасский, Ю.А. Долгорукий с сыном Михаилом, Ромодановские Григорий и Андрей, бояре А.С. Матвеев, Салтыковы и другие. Стрельцы разбили Холопский приказ и провозгласили свободу господским людям. И все это происходило на глазах малолетнего, но весьма смышленого Петра.

Софья выдвинулась на первый план, и никто ей не мог помешать. Это было единственное лицо, которое жаждало управлять. Она спешила удовлетворить все требования стрельцов и на деле уже управляла государством, хотя царем оставался Петр. Тогда стрельцы предложили провозгласить царями Ивана и Петра вместе, причем Ивана – первым, Петра – вторым, чтобы принизить роль Натальи.

Для Ивана и Петра сделали даже двойной трон. Он имел два сиденья. Разделенные поручнем посередине, и третье, тайное место, расположенное за спинкой сиденья. Оно было сделано для сестры царевичей Софьи или Никиты Зотова, воспитателя Петра, или для тех, кто помогал детям в проведении сложных переговоров.

В 1684 году Иван Алексеевич вступил в брак с дочерью боярина Федора Борисовича Салтыкова – Прасковьей. Теперь он вовсе не мешал своей сестре Софье утвердиться на троне в качестве правительницы.

Отстранив Наталью от государственных дел, Софья стала правительницей. Все важные преобразования, которые замышлял Федор Алексеевич, были прекращены. Софья принимала меры по текущим делам, издавала указы и грамоты, но все это делала ради стремления показать свою принадлежность престолу. Она стала задумываться о средствах, которые бы упрочили ее положение. Видя, как чахнет Иван и набирает силу Петр, она стала понимать, что власти ее может прийти конец, и принимает решение стать самодержицею всея Руси. Софья помышляла даже о братоубийстве, советовалась по этому вопросу с князем, своим фаворитом, В.В. Голицыным, который сам мечтал о престоле. Она вошла в связь с главою Стрелецкого приказа Ф.Л. Шакловитым и спланировала новый мятеж. Петра планировали убить во время пожаров в Преображенском, затем в Кремлевском дворце, на дороге из Преображенского, стерегли его на пути. Даже сам Шакловитый иногда забирался на крышу Грановитой палаты, а другие – на церковь распятия Христа, чтобы наблюдать за Петром. К счастью, такой заговор не удался, заговорщики побоялись того, чем это может для них кончиться в случае неудачи.

Набиравший силы Петр начал вникать во все государственные вопросы, стал поправлять свою сестру, показывать свое царское и гордое «я». И свое спасение Софья снова видит в стрельцах. Она приводит к присяге еще одну группу верных ей людей. Распространяет слух, что Ивана хотят отправить. Однако на этот раз не все стрельцы пошли за Софьей, а некоторые ее просто предали. Находясь с матерью и патриархом в Троицком монастыре, Петр сам встретил группу стрельцов и объяснил им положение дел. Со сторонниками своей сестры Петр на этот раз жестоко расправился. Он прибыл в Москву, затем, на следующий день, начался допрос в селе Преображенском. Допросы велись под руководством князя Ф.Ю. Ромодановского, который заведовал Преображенским приказом. Было устроено 14 застенков, признания добывались жестокими пытками. Сначала били кнутом до крови, затем клали на раскаленные уголья, для чего постоянно поддерживались 30 костров. Здесь же присутствовали лекари, но не для того чтобы вылечить казненных, а с целью привидения их в чувство для дальнейшего допроса. Петр добивался от стрельцов показаний, обвиняющих Софью. Саму Софью допрашивал лично Петр. Всего арестованных стрельцов было 1714 человек. Затем приказано было поставить виселицы. Патриарх Андриан пытался остановить казнь и просил милости опальным. Но Петр прогнал его прочь. Казни проходили во многих местах Москвы, в основном все стрельцы, что были арестованы, жестоко казнены.

Петр предложил Софье добровольно удалиться в монастырь, но данное предложение ею было отклонено, и она собралась бежать в Польшу. Тогда Петр послал Троекурова в Москву с повелением взять Софью и заключить ее в Новодевичий монастырь, что и было сделано. Ей отвели просторное, хорошее помещение окнами на Девичье поле и пользовалась она всеми благами сестры царя: при ней находились постоянно ее кормилица Вяземская, девять постельниц и два казначея. Не плохо она обеспечивалась и продуктами. В 1688 году. Находясь в монастыре, Софья сумела организовать еще один бунт стрельцов, тогда Петр приказал ее постричь, и она была названа именем Сусанна. Проведя в монастыре в общей сложности 15 лет, с 1689 по 1704 год, Софья умерла. Ее фаворит В.В. Голицын был сослан в Архангельский край.

Софья правила примерно семь с половиной лет. При ней стали даже выпускать монеты и медали с ее изображением в короне, порфире, со скипетром и надписью: «Божиею Милостию Великие Государи Цари и Великие князья Иоанн Алексеевич, Петр Алексеевич и Благоверная Государыня Царевна и Великая княгиня София Алексеевна, всея Великая, Малыя и Белыя Россия самодержцы». И только 7 сентября 1689 года от имени обоих царей состоялся указ, в котором говорилось, чтобы ни в каких делах имени бывшей правительницы не упоминать.

Государством по-прежнему правили два государя, но царь Иван лишь формально занимал царское место, вся власть была у Петра. Видя такое положение, Иван сам передал всю полноту власти брату. 29 января 1696 года Иван скончался, на 30-м году от рождения. Петр до последних дней его жизни оказывал свою любовь ему и сохранял глубокое уважение к вдовствующей царице и ее дочерям. Двоевластие братьев, и на редкость мирное, продолжалось 14 лет, из них семь с половиной лет – заняло удивительное, парадоксальное явление в государстве – троевластие

Петр стал самодержцем.

	B)	Реформы Петра I (экономическая, административная, церковная, военная, образование и быт)

Экономическая реформа

До Петра московское правительство половину своих доходов получало в виде своих податей, а другую собирало в виде пошлин и доходов от продаж казенных товаров (регалий). Петр изменил прямую подать, сделав ее подушною и распространив ее на холопов, он увеличил это податное поступление значительно. Но столь и значительно он поднял и косвенные налоги, не только увеличив вообще пошлины, но изобретая и новые источники казенного дохода. При нем первые была пущена в обращение «орленая» (гербовая) бумага; стали брать пошлины с бань, с продажи дубовых гробов, с бород тех «бородачей», которые не хотели бриться, и т.д. Казна деятельно искала себе новых статей дохода; была учреждена даже особая должность «прибыльщиков», обязанных следить за правильностью поступления доходов и измышлять возможное их увлечение, «прибыль. В видах увеличения казны, Петр изменил вес и чекан монеты. До него ходили иностранные ефимки (талеры), а русская монета чеканилась только мелкая – деньги и копейки. Петр указал чеканить новые рубли и полтины, однако с тем, чтобы рубль был равен не двум ефимкам, как раньше, а только одному, а полтина была в половину ефимка (чтобы не смущать народ легким весом новой монеты, на монете делали надпись: «монета добрая, цена рубль»). В результате Петру удалось очень поднять государственные доходы. До него казна получала до 2 ½ миллионов рублей в год (старою монетою), а в конце царствования Петра возросли до 10 миллионов с лишком (новою монетою).

Как все государственные люди той эпохи, главное богатство страны он видел в деньгах, в золоте и серебре, и думал, что всего легче привлечь в государства драгоценные металлы торговлей, устроив торговый оборот так, чтобы больше товаров вывозить за границу, а меньше ввозить, и разницу получать деньгами, в которых и будет заключаться барыш. Для такой цели Петр всячески поощрял торговлю и покровительствовал ей. Чтобы было чем торговать с заграницей, кроме малодоходного сырья, Петр всячески поощрял промышленность, сам заводил фабрики, пускал их в ход и затем передавал в частные руки. Он искал также новые природные богатства, на которые можно было бы направить предприимчивость промышленного люда. Словом, Петр сознательно и деятельно искал средств народного обогащения и желал подъема производительности в своем народе. Для этой цели он применил принятую в то время в Западной Европе систему протекционизма, опекая каждый шаг народной торговли и производства. Петр всему хотел указывать, и все хотел направлять к общей пользе государства.

Административная реформа

В Московской Руси система управления отличалась значительной простотой. Во главе всех дел стояла боярская дума, в которой бояре и думные люди, в присутствии царя и без него одинаково, слушали дела и «приговаривали», причем боярский приговор «по государеву указу» обращался в закон. Под руководством думы действовали приказы, которые ведали определенный круг дел (Посольский приказ – внешние сношения, Разряд – военные дела), либо определенный круг лиц (Стрелецкий приказ – стрельцов, Холопий приказ – зависимых людей). И, наконец, определенную часть государства (Казанский дворец, Сибирский приказ). Всех приказов было до 40; в них сидели бояре и дьяки (секретари) – сколько было нужно по количеству дел. В каждом городе сидел воевода, а иногда вместо него губной староста. Воеводы управляли городом и уездом, причем под их ведением находились выборные власти: земские старосты у тяглых людей и окладчики у дворян и детей боярских. Первые из них собрали подати, а вторые вели учет служилым людям. Выходило так, что каждый житель имел над собою своего окладчика или старосту; те повиновались воеводе; воевода – приказу; приказ – боярской думе с государем во главе. Такова была нехитрая лестница властей в Московском государстве.

Петр перестал созывать боярскую думу и все важнейшие дела и законы обсуждал сам, в своем «кабинете» (то есть в собственной канцелярии), с доверенными лицами и любимцами. Эти лица, однако, не составляли собою никакого учреждения, так что старая законодательная боярская дума осталась без всякой замены. Считалось, что всякий закон исходит прямо от лица государя. Для руководства же всем управлениям и для высшего суда Петр в 1711 г. учредил правительствующий сенат. Сенат, состоявший из небольшого числа государем назначаемых лиц, сам не мог издавать законов; он только обнародовал данные ему государем законы и указы; следил за правильностью и законностью действий администрации и решал те дела, административные и судебные, которые затрудняли низшую администрацию или же доходили до сената по жалобам. При сенате Петр учредил в 1722 г. особую прокуратуру для надзора за законностью действий администрации. Ее начальник, генерал-прокурор, имел контроль над самим сенатом, был в сенате «оком государевым» и служил посредником между государем и сенатом. Генерал-прокурору были подчинены обер-прокуроры и прокурору, состоявшие для надзора при других учреждениях в столице и провинции. Сверх явного надзора Петром был учрежден при сенате еще и тайный присмотр: под начальством генерал- и обер-фискалов везде существовали фискалы, обязанные «тайно проведовать, доносить и обличать» злоупотребление должностных лиц. Кроме общего контроля и направления администрации, Петри передал сенату те дела старых московских приказов, которые не разместились по вновь учрежденным коллегиям. Поэтому сенат, например, ведал много дел о дворянстве, именно дела Разряда и Поместного приказа (генеалогические и земельные) и т.п.

Взамен старых приказов с 1718г. стали действовать коллегии, из которых каждая имела определенный круг дел. Всех коллегий считали 12. Из них три было «главных» или «государственных» (военная, морская, иностранных дел); три коллегии ведали финансами (камер-коллегия ведала доходами, штатс-коллегия – расходами, ревезион-коллегия - контролем); три коллегии ведали торговлей промышленностью (комерц-коллегия, мануфактур-коллегия и берг-коллегия). Остальные были: юстиц-коллегия, осуществлявшая надзор за судами; главный магистрат, ведавший городами; духовная коллегия или синод, управлявший церковными делами. В каждой коллегии дела обсуждались и решались присутствием (из президента, вице-президента, коллежских советников и асессоров), а исполнялись канцелярией (под начальством коллежских секретарей). Петр везде старался насадить именно коллегиальные учреждения, так как твердо верил, что коллегиальный способ ведения дел есть наилучший.

В 1708 г. Петр впервые ввел в своем государстве деление на губернии. По нескольку прежних уездов соединялись в «провинцию», а несколько провинций – в «губернию». Сначала было образовано 8 губерний, а затем число их стало расти. Во главе губернии стоял губернатор (или генерал-губернатор), подчиненный сенату; во главе провинции и уездов – воеводы (по-новому – «коменданты»). При них состояли выборные от дворян ландраты, позже – земские комиссары, помогавшие им в управлении как общим советом, так и порознь в уездах. В губерниях действовали новые «надворные суды». Надобно сказать, что Петру не удалось подводить в управлении губерний однообразный порядок и вполне провести предложенную систему; поэтому и при нем, и после его смерти в местном управлении России господствовал некоторый хаос.

Но во всяком случаи остались в силе основания старого административного порядка. До Петра и при нем одинаково государство управлялось сверху чиновниками, а внизу выборными властями. Самоуправление было подчинено бюрократии, помогло ей управлять и само имело узкосословный характер. Только при Петре было нарушено старое единство подчинения. Словом, дело управления значительно усложнилось и не во всех частях было одинаково выработано.

Церковная реформа

Поведение Петра, его нелюбовь к московской старине и «немецкий» характер его реформ вооружали против Петра слепых ревнителей старины. Представители «старой веры», раскольники, ненавидели Петра и почитали его прямо анархистом. И между «никонианами» находилось достаточно людей, которые не могли примириться с Петром и думали, что необходимо протестовать против его действий и нравов. Все такие люди искали опоры в патриархе и ждали, что именно он и возьмет на себя долг стать против «ересей» Петра. Бывший в юности Петра патриархом Иоаким, очень далеко разошелся с государем в отношении к иноземцам. Его приемник Адриан (1690 - 1700) был менее настойчив и крут, чем Иоаким, но также не сочувствовал Петру и не скрывал своего осуждения всему тому, что делал молодой государь. Также несочувственны Петру были и прочие архиереи старого московского направления. Так, например, знаменитый св. Митрофан Воронежский умел поддержать Петра в его борьбе за Азов, но открыто осуждал его за пристрастие к иноземному. При таких обстоятельствах, когда Адриан умер (1700), Петр и не решился избрать нового патриарха. Он поручил исправление патриаршей должности («местоблюстительство патриаршего престола») рязанскому митрополиту Стефану Яворскому и надолго оставил этот временный порядок. Только в 1721 г. последовала реформа церковного управления, которую Петр обдумал со своим любимцем и сотрудником, ученым псковским епископом Феофаном Прокоповичем. Реформа состояла в том, что патриаршество было упразднено вовсе и заменялось «соборным управлением». Учреждена была из лиц, принадлежащих к духовенству, духовная коллегия, названная синодом. Состав синода был такой же, как и прочих коллегий: президент (Стефан Яворский), два вице-президента (из них был сам Феофан Прокопович), советники, асессоры и секретари. При синоде состоял и обер-прокурор. В делах веры синод имел силу и власть патриаршескую, но вместе с тем он стоял в ряду прочих коллегий, подчиняясь надзору генерал-прокурора и сената. Так разрешил Петр вопрос о церковном управлении, коренным образом уничтожив возможность столкновения представителей царской и церковной власти.

При Петре было очень сокращено, можно даже сказать, почти уничтожено еще существовавшее в XVII веке церковное общество. Церковные крестьяне в 1701 г. были вместе с вотчинами духовенства переданы в управление светского «монастырского приказа», и доходы с них стали сбираться в казну, а казна по установленным штатам выплачивала от себя постоянные ежегодные оклады их прежним владельцам (с течением времени синод исхлопотал, чтобы управление церковных вотчин перешло от «гражданских правителей» в ведение синода). Рекрутская повинность и подушная подать были распространены на всех приписанных к церкви людей, кроме только священнослужителей и церковнослужителей с их семьями. Право церковного суда было ограничено: многие дела были переданы в ведение светского суда, а в церковном суде стали участвовать представители светской власти. Наконец, в 1724г. Петр издал особый закон о монашестве, который ставил иноков под строгий надзор и вовсе уничтожал состояние перехожих, бродячих монахов. Поводом к изданию этого закона послужило известное Петру враждебное отношение монашества к его деятельности и личности. Таким образом, при Петре государственная власть сильно ограничила состав церковного общества, взяв из него в государственное подчинение большую часть составляющих его лиц, и установила больший контроль над внутреннею жизнью и деятельностью церкви.

Военная реформа

Петру Великому приписывают устройство в России регулярного войска. Это не совсем точно. Уже при царе Михаиле стали в Москве заводить регулярные полки иноземного строя. Потешные полки Петра в этом отношении не представляли собой особой новости. Петр не выдумал нового рода войск, которого бы не знали его предшественники. Тем не менее, военная реформа, произведенная Петром, очень важна и велика. Она состояла вот в чем.

Петр постепенно упразднил войска старого типа. Он уничтожил стрелецкие полки сразу после знаменитого стрелецкого розыска 1698 года. Он постепенно упразднял дворянские конские ополчения, преобразовал гарнизонных пушкарей, казаков и стрельцов в регулярные гарнизонные войска.

Петр увеличил число регулярных полков, сделав их единственным видом полевых войск. На комплектование этих полков были учреждены «рекрутские наборы» с податных сословий. В эти же полки обращались, за малым исключением, вся дворянская молодежь. Словом, была введена всеобщая воинская повинность, поголовная для дворян, рекрутская для прочих сословий (по рекруту приблизительно с 20 дворов). Только семьи духовенства были избавлены от солдатчины.

Так как регулярная армия Петра формировалась в военное время, в походах, то не было возможности устраивать солдатские полки пол старому обычаю – слободами. Солдаты отрывались от своих семей и занятий, принадлежали исключительно службе, стояли в лагерях, а в мирное время живали на «постое» в обывательских дворах. Долгое время у правительства не было средств на постройку казарм или слобод для новой громадной армии; поэтому при Петре регулярные войска получили совсем новое хозяйственное устройство, чем имели ранее.

Наконец, Петр приобщил к своей армии казачьи войска в качестве постоянной составной части. Раньше с донскими казаками надобно было договариваться о каждом походе или же нанимать их отдельными отрядами. Малороссийские же казачьи полки были автономными союзниками Москвы. Петр, после Булавинского бунта, ввел на Дону свои порядки и точно определил число войск, какое должно было получать государство с Дона. Так же и на днепровских казаков смотрел он как на безусловно ему подчиненных воинских людей.

Результаты военных преобразований Петра были поразительны: в конце его царствования он располагал армией, в которой было около 200000 регулярных войск (полевых и гарнизонных) и нем менее 75000 казачьих иррегулярных; кроме того, во флоте считалось 28000 человек, 48 кораблей и до 800 мелких судов.

Образование

Выучиться чему-нибудь необходимо было для жизни, для дела, для того чтобы тотчас приложить знания на практике. Дворянин должен был знать грамоту и счет – для пользы службы, к которой он готовился смолоду. Для пользы службы надо было дать служащим техническую выучку. Так возник при Петре ряд практических школ для преподавания знаний по грамоте русской, по иностранным языкам, по математике, морскому делу, счетоводству и т.д.

Он принимал меры и к тому, чтобы независимо от надобностей данной минуты вообще поднять культурный уровень общества. Для этого, Петр заботился о переводе с иностранных языков разного рода полезных книг и об издании их в свет. Переводить он приказывал общедоступным разговорным языком, а не высоким славянским книжным слогом. Печатать же книги приказывал новым упрощенным шрифтом («гражданской азбукой»), причем сам придумал форму этого нового шрифта. В конце своего царствования Петр задумал и совершенно подготовил учреждение в Петербурге Академии наук для научных исследований и обучения наукам. В эту академию были вызваны ученые из Германии в надежде, что они со временем подготовят и русских ученых.

Быт

Новые бытовые формы культуры властной рукою великого царя были жестоко внедрены в жизнь дворянской элиты, да и не только элиты. Все началось с новой одежды, с бритья бород и ношения париков. В Москве новая мода «насилу установилось за три года». Жители сибирских городов выпросили освобождения от новой одежды по скудости своей. Да и портным было много мороки. В 1700 г. у ворот Кремля были даже выставлены манекены с образцами новой одежды (венской, саксонской и французской). В конечном счете, дворянство восприняло нововведение: ведь реформы возбудили в первую очередь во дворянстве желание даже внешне выделяться из общей массы.

Оригинальная фигура царя, соблюдавшего по началу традиционные церемонии лишь на дипломатических приемах, внесла разительные перемены в дворцовый быт. Знаменитая дружеская «компания» состоящая из ближайших сподвижников царя практически не различала деловые совещания и дружеские пирушки. Внешняя фамильярность обращения «компанейцев» с царем вносила в придворный быт новые черты. Хотя придворному быту царя не чужды были и забавы с карликами, и юмор шутов. Упрощались традиции, исчезала скованность. С 1718 г. по указу царя введены были «ассамблеи», которые узаконили формы царского общения с нужными и приятными ему людьми. Вскоре «ассамблеи» получили довольно широкое распространение. На этих вечерах все было необычно: гостей не встречали и не провожали, хозяин мог быть, но мог и отсутствовать. Были игры, танцы, чай, лимонад, шоколад и т.д. Причем каждый мог уйти в любое время. Конечно, в первые годы чувствовали себя скованно, особенно женщины.

Наконец, нельзя вспомнить и о народных гуляньях в столицах по торжественным датам, в честь той или иной «виктории» в Северной войне (взятие Азова, победа под Полтавой и т.п.). Тогда устраивались торжественные процессии с множеством украшений, макетами замков, кораблей. В моде были красочные фейерверки, грандиозные маскарады. На площадях выставлялись угощения (фонтаны из вина, жареные туши). Однако участниками всего этого были лишь ничтожная часть общества.

C)	Внешняя политика (Азовские походы, Северная война, Прусский поход и Русско-Персидская война)

Азовские походы

Смерть матери заставила царя Петра самого приняться за дела управления. Ему в ту пору было уже 22 года. Предстояла новая война против турок и татар в исполнении договора с королем Яном Собеским 1686 года. Петр видел неудачу двух московских походов против Крыма и не хотел повторять эту затею. Он принял другое решение – идти на турецкую крепость Азов в устьях Дона. В Москве всегда понимали важность этой крепости, служившей как бы ключом к морю для всего Дона. Весною 1695 года, для того, что бы замаскировать свое движение к Азову, Петр послал на низовья Днепра большое войско, угрожавшее оттуда походом на Крым; а сам с регулярными полками по Дону и Волге направился к Азову. Осада Азова затянулось до осени 1695 года и не имела успеха, потому что крепость получила с моря водою припасы и подкрепления и могла держаться. Петр сам участвовал в военных действиях (по его собственным словам, «зачал служить с первого Азовского похода бомбардиром»). Он понял причины своей неудачи и, когда вернулся в Москву, начал немедля готовиться к новому походу, проявив необыкновенную энергию и упорство. Он задумал построить флот, который помог бы осадить Азов и с моря. На реке Воронеже под г. Воронежем, была устроена верфь для судов; шли работы и в самой Москве, и в других городах: везде готовили части судов и снасти. Весною в Воронеже был готов «морской караван» в 30 военных судов и собраны сотни речных стругов и плотов. Московская рать с флотом явилась к лету 1699 г. под Азовом и, окружив его, крепко осадило, и скоро взяла. Это был громадный и неожиданный успех.

Северная война

Первые годы войны. С 1699 года Петр начал приготовления к войне со шведами. Он вступил в союз с Августом II, саксонско-польским королем и курфюрстом, и с датским королем Христианом. Союзники убедили его, что наступило очень удобное время для действий против Швеции, так как на шведском престоле воцарился слишком молодой и легкомысленный король Карл XII. Однако Петр не решился начать войну с Карлом, пока не будет заключен мир с турками. В августе 1700 года получил он известие о том, что его послы добились мира в Константинополе с уступкою Азова Москве, - и тотчас же московские войска были двинуты к Балтийскому морю. Началась знаменитая шведская война – на целых 21 год.

Петр направил свои войска к Финскому заливу и осадил шведскую крепость Нарву. Но в это время обнаружилось, что юный и легкомысленный король Карл XII обладает огромной энергией и военным талантом. Как только союзники начали против него войну, он собрал свои наличные войска, бросился на Копенгаген и принудил датчан к миру. Затем он направился на русских к Нарве и напал на них так быстро и неожиданно, как на датчан. У Петра под Нарвою было все его регулярное войско (до 40000 человек). Оно стояло укрепленным лагерем на левом берегу р. Наровы. Карл ворвался с запада в этот лагерь, смял и погнал русских к реке (19-го ноября 1700). Имея всего один мост на Нарове, русские спасались вплавь и гибли. Только «потешные» полки Петра (Преображенский и Семеновский) отстоялись у моста и с честью перешли реку после того, как остальная армия бежала. Карлу досталась вся артиллерия и весь лагерь московского войска. Довольный легкою победою, Карл счел силы Петра уничтоженными, не преследовал русских и не вторгся в московские приделы. Он пошел на своего третьего врага Августа и этим сделал крупную ошибку: Петр быстро оправился и восстановил свою армию; сам же Карл, по выражению Петра, надолго «увяз в Польше», куда от него укрылся Август.

При приближении Карла Петр уехал в Новгород в уверенности, что шведы вторгнутся в Россию и что надо готовить русские крепости к обороне. Увидевшись со своим союзником королем Августом (в м. Баржах), Петр заключил с ним новый договор о том, как им держаться вместе против Карла.

Согласно с этим договором, все последующие годы Петр вел войну в двух разных областях. Во-первых, он помогал Августу в Речи Поспалитой. Во-вторых, Петр отдельно от своего союзника, предпринял завоевание Финского побережья и вообще старых Ливонских земель (Эстландия и Лифляндия), пользуясь тем, что главные силы Карла были отвлечены на Польшу. Шереметев разорил страну, разбил два раза шведский корпус генерала Шлиппенбаха (при Эрестфере и Гуммельсгофе) и взял старые русские города Ям и Копорье. Сам Петр осенью 1702 г. явился при истоках р. Невы и вял шведскую крепость Нотебург, стоявшую на месте старого новгородского Орешка. На весну 1703 г. русские спустились к Невским устьям и взяли, при впадении р. Охты в Неву, шведское укрепление Ниеншанц. Пониже этого укрепления на Неве, в мае 1703г., Петр заложил Петропавловскую крепость и под ее стенами основал город, получивший имя «Питербурха», или Санкт-Петербурга. На Ладожском озере (точнее, на р. Свири) строились наспех морские суда и в том же году были спущены на воду. Осенью этого года Петр начал работы на Котлине-острове для постройки морской крепости Кроншлота (нынешнего Кронштадта). Эта крепость стала гаванью для нового Балтийского флота. В 1704 г. были взяты сильные шведские крепости Дерпт (Юрьев) и Нарва. Таким образом, Петр не только приобрел для себя выход на море в своем «парадизе» Петербурге, но и защитил этот выход рядом твердынь с моря (Кроншлот) и с суши (Нарва, Ям, Копорье, Дерпт). Допустив Петра до такого успеха, Карл сделал неповторимую ошибку, которую он задумал загладить тогда лишь, когда справится с другим своим неприятелем Августом.

Годы 1707 и 1708. К началу 1707 г. Августу пришлось прекратить свою борьбу с Карлом XII. Несмотря на русскую помощь, Карл изгнал, Августа из Речи Поспалитой, затем вторгнулся в Саксонские владения Августа. Шведы в конце 1707 г. начали свой поход в Московское государство.

Тяжелые годы войны утомили народ, вызывали ропот, а на окраинах государства даже бунты. Еще в 1705 году произошел мятеж в Астрахани против «бояр и немцев». Он был подавлен скоро. С 1705 г. началось движение среди башкир за Волгою и перешло понемногу в открытый бунт, с которым воеводы не могли сладить до 1709 г.

В 1707 г. впервые получил Петр донос на малороссийского гетмана Ивана Мазепу в том, что он сноситься с польским королем Станиславом и желает изменить Москве. Он был доволен гетманом и не поверил доносу. Но донос повторился в 1708 году; на Мазепу доносили важные лица: генеральный (главный) судья малороссийский Кочубей и один из малороссийских полковников Искра. Было произведено следствие; донос не был доказан, и доносчики были выданы Мазепе и казнены им. Однако гетман действительно готовил измену и сносился с врагами Петра. 

В самом начале 1708 г. Карл XII взял г. Гродно, где стояли тогда русские войска, и оттуда двинулся по направлению к Москве. С ним было более 40000 отборного войска и, кроме того, он ждал к себе на помощь из Лифляндии генерала Левенгаупта с 16000 солдат и военными запасами. На дороге при с. Головчине и в Могилеве овладели переправою через Днепр. Петр ожидал их марша к Смоленску; но вместо этого Карл пошел на юг в Малороссию в расчете на измену Мазепы, о которой Петр еще не знал. Левенгаупт со своим войском остался теперь позади Карла и должен был его нагонять. Сообразив это, Петр не дал им соединиться: он напал на Левенгаупта на р. Соже, при дер. Лесной (в сентябре 1708 года), и разбил его отряд, положив на месте более половины его людей и отняв весь обоз (5000 повозок). Карл остался без пороха и провианта. Он и в Малороссии не нашел того, чего ожидал. Когда пришло время Мазепе соединиться открыто со шведами, русский полководец Меншиков узнал про его измену и едва не схватил его самого. Мазепа убежал к Карлу лишь с небольшим отрядом казаков, а русские войска штурмом взяли гетманскую столицу Батурин и предупредили возможность восстания Украины против Москвы. Карл и Мазепа расположились на зимовку в Малороссии (между Ромнами и Гадячем), а русские войска окружили их своими отрядами. Население же Малороссии осталось верным Москве и смотрело на шведов, как на врагов.

Кампания 1708 года окончилась, таким образом. Без успеха для Карла. Расчеты его на Мазепу не оправдались; подкреплений он не получил и был далеко от Москвы. Петр же мог многому радоваться. Его войска одержали крупную победу при Лесной, и везде, где им приходилось сражаться со шведами, они оказались исправными и храбрыми. Малороссию Петру удалось удержать в повиновении. Петр воспрянул духом и бодро готовился к дальнейшей борьбе с Карлом, так как видел затруднительное положение своего пока непобедимого врага.

Полтавская битва. Настал 1709-й год. Карл не раз со своих зимних квартир нападал на русские войска, стараясь, овладеть дорогою к Москве. Но до весны решительных действий не было. Весною же Карл направился на берега р. Ворсклы и осадил малороссийский город Полтаву. Это была битва крепость, устроенная на случай татарских нападений с «дикого поля». Если бы шведы завладели ею, они могли бы выйти на «поле» и оттуда идти к Москве или же завязать сношения с татарами и турками. Петр боялся еще и того, что шведы через Белгород пойдут на Воронеж, где были собраны корабли и сосредоточены запасы хлеба. Так как у Карла было мало пороха, то бомбардировать Полтаву он не мог, а приступы ему не удавались, ибо гарнизон мужественно держался. Осада Полтавы затянулась. Тогда Петр, собрав все свои силы, решил прийти на выручку Полтавы и дать Карлу XII решительный бой. Битва произошла 27-го июня 1709 года близ Полтавы. Оба государя лично участвовали в бою и подвергались большой опасности. Со стороны шведов в бою было до 30000 человек, со стороны русских 42000. У шведов была слаба артиллерия: по недостатку пороха они могли ввести в дело только 4 пушки. К полудню сражение решилось в пользу русских. Шведы были разбиты. Половина их армии была перебита или взята в плен под Полтавою, а половина бежала вдоль Ворсклы к Днепру, к с. Переволочне, и там, настигнутая русскими, сдалась (1-го июля) Меншикову. Русские потеряли убитыми и ранеными менее 5000 человек.

Карл утратил всю свою армию, утратил свою славу. Раненный еще до Полтавской битвы, он был ушиблен в бою и полубеспамятстве был спасен своей свитою, доставившей его в Переволочну. Там его успели перевезти через Днепр, и он с Мазепою скрылся в турецких пределах. Судьба Швеции была решена. До Полтавской битвы Швеции принадлежало главенство на Балтийском море и вообще в северной Европе. Полтавская битва передала это главенство Москве и Петру Великому; в этом и состоит ее значение в истории России и Европы.

Громадное значение Полтавской победы поняли не только русские, но и все враги Швеции, явные и тайные. Петр тотчас после победы перевел свои войска к Балтийскому морю и начал завоевание Лифляндии и Финляндии. В то время им были взяты Рига, Пернов, Ревель, Выборг (1710). Русский флот вышел из Финского залива в открытое море и соединился для действий против Швеции с датским. Дания и Саксония снова объявили войну шведам; снова Август Саксонский стал польским королем. Несчастная Швеция потеряла все свои завоевания и должна была думать лишь о собственном спасении. Она была, как будто оставлена своим королем, который жил в Турции и, не думая о возвращении домой, усердно ссорил турок с Петром Великим.

Прусский поход и окончание Северной войны

Старания Карла XII удались, и в конце 1710 года Турция объявила войну России. Узнав о враждебных намерениях турок, Петр решился сам напасть на них, а не ждать нападения. Давно уже православные подданные султана (греки, славяне, валахи, молдаване), приезжая в Москву за помощью и пособиями, звали русских на Балканский полуостров и говорили, что стоит московскому войску показаться на Дунае, как там последует восстание всех православных народностей против турок. Такие речи говорились и Петру, причем он имел положительные обещания князей («господарей») Молдавского (Кантемира) и Валашского (Бранкована), что они помогут русским. Увлекшись всеми этими обещаниями и рассчитывая на помощь короля Августа, Петр с 40000 войска быстро пошел к Дунаю (весною 1711 года). Но Август не прислал своих войск, а господари не приготовили обещанного провианта, и русские войска оказались в трудном положении в знойных степях на дороге к Дунаю. Кроме того, турки, давно готовые к походу на Россию, встретили русских на севере от Дуная и не допустили армию Петра до дунайских берегов. Только один отряд русской конницы (генерала Рене) дошел до самого Дуная и занял г. Браилов. Главные же силы Петра и сам он были окружены у р. Прута громадным войском турок (200000 человек). Без хлеба и воды, измученные походам и боями, русские войска должны были бы положить оружие, если турецкий главнокомандующий (визирь) не согласился начать переговоры о мире. В два дня мир был заключен, причем Петр уступил туркам Азов и окружающие земли, приобретенные от турок по договору 1700 года. Это было, конечно, горько; но Петр ожидал худшего и считал, что очень счастливо избавился от грозившего ему и его армии плена и позора.

Достигнув прочного мира на юге, Петр с особым рвением взялся за окончание войны на Балтийском море. В последующие годы он занял почти всю Финляндию с городами Або и Гельсингфорсом. В 1714 г. (25-го июля) Петр разбил шведский флот при мысе Гангуте (на юго-западе Финляндии) и занял Аландские острова, откуда мог грозить самому Стокгольму. В то же время совместно со своими союзниками Петр действовал и на южных берегах Балтийского моря, в Германии, откуда шведы были окончательно вытеснены (в 1716 году). Но эти совместные действия привели Петра к ссоре с союзниками (немцы и датчане боялись, что Петр утвердиться в Германии, и относились к нему подозрительно; со своей стороны, Петр очень был недоволен медлительностью общих союзных действий и решил не стесняться союзными обязательствами). Он искал себе нового союзника во французском короле Людовике XV и в 1717 г. посетил Париж. Цель его не была достигнута, и Франция осталась в стороне от балтийских дел. Петру удалось завязать непосредственные сношения с Карлом XII, вернувшимся в Швецию из Турции. На Аландских островах начались мирные переговоры, но смерть Карла (1718) испортило все. На престол Швеции была возведена сестра Карла Ульрика-Элеонора. Шведское правительство прервало переговоры с Петром, поспешила помириться со своими врагами в Германии и с Данией и все силы Швеции решило направить на борьбу с Россией. Но этих сил было уже мало: истощенная Швеция не могла бороться с войсками и флотом Петра. В 1719 и последующих годах русские морем вторгались в самую Швецию и разоряли его до Стокгольма. В 1721 году шведы возобновили мирные переговоры в городке Ништадте (на западе Финляндии) и 30-го августа 1721 года согласились заключить мир на следующих условиях: Швеция уступила России навсегда Лифляндию (с Ригою), Эстляндию (с Ревелем и Нарвою), Ингрию и часть Карелии (с Выборгом); Петр же возвратил Швеции Финляндию: завоеванную им, и, сверх того, обещал заплатить два миллиона ефимков.

Так окончилась долголетняя война, сокрушившая могущество Швеции и обратившая Московское государство в сильнейшую державу Европейского Севера. Петр был необыкновенно рад миру и шумно торжествовал победу в своем «парадизе» в Петербурге, а затем в старой Москве. В С.-Петербурге 22-го октября 1721 года (в годовщину славного освобождения Москвы в 1612 году) Петр принял титул Императора Всероссийского и превратил прежние «великие государства Российского царствия» во «Всероссийскую империю». Так ознаменован был счастливый исход войны. Личные заслуги Петра были почтены тем, что учрежденный Петром (1711) сенат наименовал Петра, независимо от императорского титула, еще «великим» и «отцом отечества».

Русско-Персидская война

По окончании Северной войны Петр начал новую войну – с Персией. Воспользовавшись смутами в Персии (и обещав персидскому шаху, помощь против «бунтовщиков»), в мае 1722 года вступил и занял своими войсками города Дербент и Баку с прилежащими областями, а также провинции Гилянь, Мазандеран и Астрабад на южном побережье Каспийского моря*. В 1723 году Персия заключила мир. Петру оно надо было для того, чтобы овладеть путями на Восток, в Индию, сношения с которою очень занимали Петра.

Таким образом, все войны, какие только вел в свое царствование Петр Великий, имели своею целью приобретение морских берегов: Черноморских (Азовских), Балтийских и Каспийских. Гениальный политик рвался к морям, понимая, какое значение имеют моря в международных сношениях, в движении культуры.

D)	Итоги правления Петра I.

Прежде всего, необходимо отметить как великую заслугу Петра его непрерывное и самоотверженное служение государству и народу российскому, которому он действительно посвящал все свои силы в течение всей своей жизни: он служил как солдат, как офицер, как генерал, как начальник генерального штаба, вырабатывавший планы компаний и руководящей ими; во флоте он служил корабельным плотником, матросом, капитаном и адмиралом, он и создал русский и военный флот; он служил как законодатель, составляя или редактируя множество указов, регламентов, инструкции для всех правительственных учреждений; он служил высшим администратором, контролером, судьею и прокурором, надзирал над правильностью и законностью действий подчиненных органов, преследовал злоупотребление и наказывал виновных.

В государственном управлении он стремился ввести и укрепить принцип законности. В самом начале своего правления (1700 г.) государь указал своим боярам « сидеть у Уложения», т.е. составить новый свод законов. Петр ввел форму присяги «на верность государю и всему государству» и все время внушал своим чиновникам необходимость «хранения прав гражданских», соблюдение законов и заботы об интересах государства. Петр жестоко наказывал за взятки, казнокрадство и служебные злоупотребления, вплоть до смертной казни таких высоких чиновников, как сибирский губернатор князь Гагарин и обер-фискал Нестеров.

Петр открыл России морские пути для сношения с другими народами и ввел Россию в среду европейских народов; созданием первоклассной армии и военного флота. Он сделал Россию великой державой; он создал далекий от совершенства, но все же более пригодный аппарат государственного управления, чем была устарелая, сложная и запутанная система запутанных московских приказов; он сделал Россию экономически самодовлеющей и независимой от иных стран; наконец, он заложил основы русской культуры, которая дала такие «обильные плоды» в XIX столетии.

Проводимая им европеизация носила насильственный, спешный, малопродуманный и потому во многом поверхностный характер, прикрывая лишь «немецкими» кафтанами и париками старые московские слабости и пороки. С другой стороны, резкая и внезапная европеизация общественной верхушки оторвала эту последнюю от народной массы, разрушило то религиозно-моральное и общественно-бытовое единство окружающих, а иногда, отдаваясь припадкам раздражения и гнева, проявлял дикую и совершенно излишнюю жестокость, как в черные дни массовых казней московских стрельцов.

Отношения Петра к церкви и религии было двойственным и небезупречным. Будучи лично религиозным человеком, он, однако, позволял себе в глупом и неприличном шутовстве «всемутейшего и всепьянейшего собора» подвергать публичному осмеянию церковные обряды и свешенные предметы. Упразднением патриаршества и учреждением Духовной коллегии (под надзором обер-прокурора) Петр лишил церковь ее самостоятельности, превратил ее в «духовное ведомство» и способствовал той бюрократизации русской церкви, которая происходила в XVIII XIX вв. и которая, внеся в церковную организацию внешний порядок и «благочиние», способствовало замиранию общественно-приходской жизни падению духовного авторитета церкви среди народа.