Идейно-художественное своеобразие романа У. Теккерея "Ярмарка тщеславия"

Реферат



на тему: Идейно-художественное своеобразие романа У.Теккерея «Ярмарка тщеславия»


Введение



Раскрывая тему идейно-художественного своеобразия романа Уильяма Мейкписа Теккерея «Ярмарка тщеславия» (1847-1848), необходимо в первую очередь освятить исторические события Англии середины девятнадцатого века, которые существенно повлияли на создание романа. 

Англия стала первой классической буржуазной страной, и потому, совершенно закономерно, что в 30 – 40-е годы девятнадцатого века ни в одной другой европейской стране различие между богатыми и бедными не чувствовалось так остро, как в Англии. В промышленности мелкое производство вытеснялось крупным, и мелкие производители превращались в наемных рабочих крупного предпринимателя.

Французская революция испугала английскую аристократию, и в начале века эта аристократия стала еще крепче держаться за свои права, традиции, предрассудки. Избирательная система была построена в Англии таким образом и на таких началах, что бедняки были практически лишены возможности иметь своего представителя в парламенте. Таким образом, тяжелое экономическое положение народных масс закреплялось и политическим бесправием.

Следствием этих политических и экономических причин стала мощная борьба за реформы, которая развернулась в Англии в первые десятилетия девятнадцатого века. Ее вдохновителем был утопист Роберт Оуэн. Он, веря в совершенство человеческой личности, полагал, что достаточно указать на несправедливость, как богатые поймут ложность своего положения и станут сторонниками равенства и убежденными противниками угнетения. Его идея, его пафос определяли духовный климат эпохи. Он дал мощный толчок социальному брожению, столь сильному в эти десятилетия.

В 1838 году была опубликована знаменитая хартия, положившая начало важнейшему социально-реалистическому движению девятнадцатого века – чартизму. Чартистское движение просуществовало в стране в течение двух девятилетий. 

Сколь бы неоднозначно, противоречиво, а в целом ряде случаев и откровенно негативно ни было отношение английских писателей-современников к чартизму, все они, так или иначе, откликнулись на него в своих произведениях, в том числе и Теккерей в своем лучшем и наиболее известном романе «Ярмарка тщеславия». 

Во-вторых, также важно отметить художественные предпосылки создания романа. Роман «Ярмарка тщеславия» находится на перекрестке больших дорог литературы Англии. Глубинные истоки шедевра Теккерея – в фольклоре, в средневековом «Видении о Петре Пахаре» Уильяма Ленгленда, в фарсах, театре Панча, в аллегорическом повествовании Джона Беньяна «Путь паломника» (1678). В «Ярмарке тщеславия» ощутима сатирическая традиция художественной прозы восемнадцатого века – традиция «английских юмористов», как называл сам Теккерей своих учителей и предшественников – Свифта, Стиля и Аддисона, Смоллета и Филдинга. 

Таким образом, сложившаяся историческая ситуация первой половины девятнадцатого века и накопленный литературный опыт писателя натолкнули его на создание философско-аллегорического романа «Ярмарка тщеславия» как романа истории нравов определенной эпохи. 


1. Многоплановость романа У. Теккерея «Ярмарка тщеславия»



1.1 Особенности изображения буржуазного общества в романе



В романе перед читателем проходят люди разных социальных кругов – буржуазные дельцы, аристократы, чиновники, члены парламента, помещики, биржевые маклеры, военные, дипломаты, учителя, гувернантки, экономки, лакеи. Все они живут по законам «Ярмарки», где продается и все покупается, где достоинство человека определяется величиной его капитала, всем правит успех и богатство, где «титул и карета четверней – игрушки более дорогие, чем счастье». Ярмарка тщеславия определяется в романе как «место суетное, злонравное, сумасбродное, полное всяческих надувательств, фальши и притворства». 

Теккереем создана целая галерея образов аристократов. Это многочисленные члены семейства Кроули: помещик Питт Кроули, невежественный и грубый, его сыновья и его брат – Бьют Кроули, обладательница огромного состояния престарелая мисс Кроули, в ожидании наследства которой грызутся ее родственники. Ради денег каждый из Кроули готов перегрызть горло своему конкуренту. Корыстные интересы и низменные страсти делают близких людей врагами. 

Колоритна фигура сэра Пита Кроули – «философа с пристрастием к тому, что называется низменными сторонами жизни». Сэр Питт жесток и жаден; он не умет грамотно писать и никогда не стремился чего-либо читать; однако он «весьма щепетильно охраняет свое достоинство и редко выезжает иначе как на четверке цугом». «…Вряд ли нашелся бы другой такой хитрый, низкий, себялюбивый, вздорный и малопорядочный старик. Багровая лапа Питта Кроули готова была полезть в любой карман, только не в его собственный». 

В ряду аристократических снобов находится маркиз Стайн. Этот умудренный жизненным опытом престарелый вельможа, циничный и умный, являет собой образец развращенного до мозга костей богача. Это человек с темным прошлым и воровскими замашками. Но он сумел приобрести себе титул и огромное состояние, женился на знатной аристократке и считается столпом общества. Размеры состояния маркиза Стайна соответствуют степени его подлости. 

На примере судеб Эмилии, принадлежащей к буржуазным кругам, и Ребекки, стремящейся приобщиться к аристократическим сферам, - Теккерей создает широкую панораму английской жизни, показывает обусловленность характеров героев их окружением, раскрывает связь частных судеб с жизнью социально-общественной. «На Ярмарке Тщеславия люди, естественно, льнут к богачам», - этим и объясняются отношения героев. Разоряется и оскудевает семья биржевого маклера Седли, процветает коммерсант Осборн. Разорение Седли заставляет его родственника Осборна отвернуться от него. Выброшенной за борт жизни оказывается и лишившаяся состояния несчастная Эмилия. Лишь получив наследство, она может вновь обрести место в мире буржуазных снобов. (Касательно женских персонажей Эмилии и Ребекки Теккереем рассмотрена также тема семейного счастья, что будет развернуто далее в реферате.) 

Как показано выше, Теккереем в романе создан обобщенный образ буржуазного общества, реалистический символ мира, основанного на несправедливости. Теккерей уловил связь между людьми современного ему общества, основанную на «бессердечном чистогане», на магической власти денег, он выступил обличителем и критиком этого общества, его лицемерной морали. Общество в целом охвачено национальной болезнью – снобизмом: каждый, кто не пробился наверх, мечтает о месте рядом с сильными мира сего. 

Недаром первоначальное название романа Теккерей полагал как «Карандашные зарисовки английского общества». Уже была готова значительная часть рукописи, когда Теккерею пришла идея, заставившая первоначальное название потесниться и стать подзаголовком. То было самое настоящее вдохновение. В своем романе Теккерей осуществил грандиозный план и создал произведение, которое, как он надеялся, «возьмет глупую публику за живое». Писательница Ш. Бронте, современница Теккерея, писала про него, «что он более других способен возродить наше общество и восстановить пошатнувшийся миропорядок; потому, что ни один критик до сих пор не нашел для него правильных слов и верных сравнений».



1.2 Панорама жизни в романе



Родившись в Индии, Теккерей был отправлен в Англию на попечение деда. В молодости Уильям совершил путешествие по Европе. Жил в Германии, посетил Италию, занимался живописью во Франции. Из Парижа он посылал свои статьи о французских писателях и художниках, о судебных процессах и парижских нравах. По поручению журналов или издательств отправлялся в Ирландию, Бельгию, Соединенные Штаты, на Ближний восток. 

Литературному творчеству Теккерея предшествовал большой журналистский опыт, возможность наблюдать жизнь народа в различных точках земного шара. Именно эти наблюдения были включены автором в содержание романа и также являются его отличительной особенностью.

На страницах «Ярмарки тщеславия» развертывается широкая панорама жизни Англии первой половины девятнадцатого века. Столица Британской империи, пригороды Лондона, поместья, города, большие дороги. События романа происходят в Англии, переносятся в Бельгию, Францию, Германию, Италию; говорится об Индии и Африке. «Я не могу не говорить ту правду, которая мне открывается, и не описывать того, что вижу», - говорил позднее Теккерей в своих лекциях, путешествуя по Америке. 


1.3 Философская линия и художественный историзм в романе



Постоянный и пристальный интерес Теккерея к современной ему действительности, к характерам и судьбам людей, деталям быта сочетается со стремлением к созданию обобщенно-аллегорической картины бытия человеческого – Ярмарки Тщеславия, где среди шума и гама под музыку времени исполняют свой танец жизни люди-марионетки, управляемые Кукольником. Тема ярмарочного балагана, мотив театральной игры, сценических подмостков, на которых появляются и исчезают шуты и комедианты, создают, как замечает сам автор романа, впечатление «скорее грустное, чем веселое», побуждают склонного к раздумью читателя погрузиться в мысли, «не чуждые сострадания к человеку». Однако, звучащая в романе Теккерея тема «суеты сует» не создает ощущения безысходности, а приводит к пониманию неизбежности «окончания представления». 

Вопрос о «соединении Истории и Чувства», о сопряжении частных судеб с историческими событиями, о принципах изображения их связей и взаимодействия также имеет принципиальное значение для Теккерея. Особенно эта тема раскрывается в романе в ходе изображения военных событий. 

В роман «Ярмарка тщеславия» включены исторические события. Действие романа отодвинуто в прошлое – в эпоху наполеоновских войн, но явления, описываемые в нем, типичны и для современной автору Англии. Судьбы действующих лиц романа связаны с битвой под Ватерлоо, которая произошла 18 июня 1815 года, и в результате которой под натиском англо-голландских и прусских войск под командованием Веллингтона и Блюхера армия Наполеона I потерпела поражение, а сам он был вынужден вторично отречься от престола. Бытовые сцены чередуются в романе с военными эпизодами, тема войны и тема пира перекрещиваются. Однако, как заявлял Теккерей, «мы не претендуем на то, чтобы нас зачислили в ряды авторов военных романов. Наше место среди невоюющих».

Автора интересует проблема воздействия исторических событий на социальную, политическую и частную жизнь. Так, например, в романе битва при Ватерлоо, вошла в судьбу большинства персонажей, разорение буржуа Седли вызвано походом Наполеона в Россию, история Джозефа Седли определяется торговой экспансией Англии. Подлинно историческими Теккерей считал такие произведения, которые соответствуют «духу эпохи», раскрывают ее своеобразие, содержат правдивые картины жизни общества, дают верное и яркое представление об обычаях и морали своего времени. 

В глазах Теккерея события частной жизни имеют не меньшее значение, чем крупные военные баталии, а судьба ничем не выдающегося человека может сказать о своей эпохе больше, чем многословное описание деяний великого полководца. Автор романа отказывается от какой бы то ни было романтизации войны. Его интересуют не столько батальные сцены, сколько то, что происходит в тылу. Внимание «летописца» направлено, прежде всего, на людей, которые непосредственными участниками великих событий не являются, хотя последствия происходящего определяют их судьбу. Теккерей полагал, что об истории нельзя судить только по официальному парадному фасаду. Необходимо видеть еще и глубинную, ускользающую от поверхностного взгляда связь между историческим событием и повседневными судьбами незаметных, рядовых людей. 

Уводя читателя за кулисы парадной истории, он раскрыл, во что обходится невольным участникам исторической драмы блеск побед. Фигуры умолчания, к которым прибегает Теккерей, полны обличительного смысла, например, когда он «отказывается» следовать за войсками на поле сражения при Ватерлоо и совершенно умышленно занимается лишь происходящим в тылу союзных войск в Брюсселе. Всеобщая паника, спекуляция, откровенное делячество весьма выразительно показывают, что скрывается под прикрытием казенного патриотизма и высоких фраз выскочек-буржуа. 

Теккерей решителен в своем осуждении бесчеловечности и неразумия войны. Ее последствия страшны и губительны. Зеленые поля, тучные пастбища Бельгии «запестрели сотнями красных мундиров». «А между тем Наполеон, притаившись за щитом пограничных крепостей, подготовлял нападение, которое должно было ввергнуть этих мирных людей в пучину ярости и крови и для многих их них окончиться гибелью». 

Одной из многих жертв войны становиться Джордж Осборн. Его судьбу разделили тысячи других людей. «Пройдут столетия, - комментирует автор, - а мы, французы и англичане, будем по-прежнему бахвалиться и убивать друг друга, следуя самим дьяволом написанному кодексу чести». В этих словах выражена мысль о том, что война – один из законов «дьявольского кодекса» мира Ярмарки Тщеславия. 


2. Особенности художественных приемов Теккерея



2.1 Образ автора в системе образов и сатира в романе



К 1847 году Теккерей уже определил социальное и нравственное пространство для художественного освоения, и выработал сам способ изображения – сатирическое осмеяние порока при строжайшем и безоговорочном следовании природе, правде. 

Для изображения безрадостной картины человеческой «ярмарки тщеславия» Теккерей использовал форму пикарески и «романа воспитания», наполнив их новым эстетическим содержанием. В романе отчетливо ощутимо планомерное, в значительной мере полемическое отталкивание от развлекательной, полудетективной литературы, весьма популярной у читателей той эпохи. Убежденный, что художник во всех своих начинаниях должен следовать природе, Теккерей постепенно пришел к выводу, что сюжет, основанный на приключениях и далекий от реальности, – самый несущественный момент повествования. В этом смысле Теккерей на новом историческом и литературном этапе развил уже существовавшую национальную традицию. 

В сущности, Теккерей изобрел абсолютно оригинальную форму. «Ярмарка» - это четкая и логическая структура, скрепленная единством сатирико-пессимистического взгляда Теккерея, по которому два порока – суетность и себялюбие – определяют характеры и поступки людей. 

Сатирические обобщения Теккерея имеют вполне определенный социальный смысл, они антибуржуазны по своему характеру. Его смех заключал в себе большую разрушительную силу, был направлен против господствующих классов, на все привилегированные слои английского общества вплоть до самых верхов. В осуждении буржуазно-аристократического общества, его пороков и низменных страстей проявилась народность точки зрения писателя на происходящее. «Творчество Теккерея народно в своей основе» - делает вывод литературовед Н. Михальская. 

Смех Теккерея имеет не только разрушительный, но и созидающий характер. Не случайно в одном из писем к матери (март 1851) Теккерей отмечал: «Все писатели как бы инстинктивно заняты теперь тем, что развинчивают гайки старого общественного строя и подготавливают его к предстоящему краху. Я нахожу своеобразное удовольствие в том, что понемножку участвую в этом деле и говорю разрушительные вещи на добродушно-шутливый лад». 

Для усиления сатирического эффекта Теккерей использовал новаторский прием включения в систему образов романа образа автора, наблюдающего за происходящим и комментирующего события, поступки, суждения действующих лиц. Авторский комментарий, звучащая в нем ирония помогает выявить все смешное, уродливое, нелепое и жалкое, что происходит на сцене театра марионеток, усиливает сатирические звучание романа. 

Это особенно отчетливо видно при осмыслении многозначной метафоры кукол и Кукольника. На первый взгляд создается впечатление, что этот шут-моралист обладает полнотой всезнания, вольно распоряжается выходами героев-кукол, умудрен жизненным опытом, что от его скептического взгляда не могут укрыться никакие тайные побуждения или душевные противоречия его актеров. Однако это не совсем так. Чтобы узнать мысли, побуждения своих героев, Кукольник, в известной мере, должен стать как бы одним из них, а для этого ему необходимо отделиться от автора. Этот Кукольник, не просто, прервав повествование, комментирует происходящее, высказывает то или иное суждение о характере, поведении персонажа, он подслушивает чужую речь, втиснувшись в карету, узнает чужие секреты, заглядывая через плечо в записку, которую читает Бекки. Иными словами, автор допускает, что герои свободны от его авторской воли, что им дано право самораскрытия пред читателем.

В этом смысле интересна и трансформация авторских отступлений в романе. Их немало в тексте: в отступлениях как бы происходят раздвоение автора на всезнающего повествователя и на участника той же вселенской ярмарки тщеславия, против которого, как против любого персонажа романа. может быть обращено острие сатиры. 

Скептицизм Теккерея объективно оказался основой и причиной многих его творческих открытий. Люди – пленники среды, игрушки в руках обстоятельств. Недаром столь важна в романе многозначная метафора куклы. Однако такая позиция и такой взгляд на мир заставляли Теккерея напряженнее искать правду – социальную, психологическую и эстетическую,– не позволяли ему отказываться от нее даже в угоду идеалу, который был так существен в художественных идейных и философских поисках многих его современников и коллег по перу. 

Так, например, в сатирико-ироническом плане написаны Теккереем батальные сцены и предшествующие им эпизоды. Таковы картины увеселительных балов и бесконечных развлечений, которым предаются оказавшиеся в Брюсселе знатные господа и дамы накануне решительной битвы. Таково, в сущности, и лаконичное описание самой битвы, а также едко-насмешливые замечания о военачальниках. 

Каждую деталь, штрих Теккерей использовал в целях обличения. Продолжая традицию значащих имен, имен-вывесок, освоенную еще в ранних сатирических повестях, он заклеймил порок и через фамилии героев: например, Кроули – производное от глагола «crawl» - «пресмыкаться, ползать и т.д. Иронией проникнуты и собственные имена членов этого многочисленного семейства, каждый из которых окрещен в честь какого-нибудь политического деятеля, стоявшего при рождении этого «достойного» отпрыска у власти. Иронический, снижающий оттенок имеет фамилия даже наиболее симпатичного персонажа романа – полковника Доббина: «dobbin» - «кляча».

Ирония позволила Теккерею создать психологически многомерные образы и его «безнравственных» персонажей. Не приукрашивая и не идеализируя их, Теккерей спешит внушить читателю, что бессердечие, бесчувственность, лицемерие, страсть к наживе – следствие не их личной нравственной испорченности, а неблагоприятных обстоятельств – неправильного воспитания, развращающего влияния среды. 

Теккерей заставляет читателя увидеть, что Бекки в нравственном отношении ничуть не хуже Джоза Седли, этого «набоба», разжиревшего в своей прибыльной и необременительной должности сборщика налогов у индийских туземцев, ничуть не порочнее семейства Кроули. И, безусловно, она не хуже знатных особ из «высшего света», которых Теккерей обдумано наделяет непочтительными фамилиями, намекает на их прямое родство с лошадьми, баранами и другими скотами. И конечно, Бекки не хуже своего циничного, распутного и жестокого покровителя маркиза Стайна (наделенного Теккереем также «говорящей» фамилией «Stein» - по-немецки «камень»). И потому, несмотря на все козни Бекки, вряд ли можно считать Стайна ее жертвой.

Автор уверенно ведет читателя к важному выводу: отнюдь не оправдывая Бекки, он, тем не менее, показывает, что в тех общественных условиях, в которые она поставлена, ее неблаговидные поступки вполне «нормальны» - как естественное средство самозащиты и самоутверждения.

Такой широкий взгляд на личность требовал привлечения новых средств в раскрытии характера, используя детали окружения, предметы быта. Детализация становиться у Теккерея иронической: часы старика Осборна, украшенные скульптурой, изображающей жертвоприношение Ифигении, не только раскрывают безвкусицу пышной и тяжеловесной обстановки угрюмого и богатого дома, но и содержат намек на будущие драматические события, которым суждено свершиться в этих стенах.

Кроме осмысления имен и иронической детализации в арсенале Теккерея-сатирика имеются и такие приемы, как сатирические сравнения, речевые характеристики, ироничная защита с несостоятельной аргументацией. Важную роль играет раскрытие внутренней сущности человека через его поступки. 

И все-таки сквозь сатиру и юмор современники Теккерея усматривали в романе благородство образа автора, о чем писало «Эдинбургское обозрение»: «…Роман превосходит все написанное этим автором. Главное обаяние произведения – в его полной свободе от нарочитости и вычурности, как в стиле, так и в чувстве, в доверительной откровенности с читателем, в благородной небрежности, с которой автор позволяет мыслям и чувствам, подсказанным событиями, течь их естественным руслом, словно он сознает, что ничто мелкое или недостойное, нуждающееся в приукрашивании или сокрытии, не может исходить от него. Одним словом, это книга человека благородного по духу, а не просто претендующего на благородство. …Снова и снова мы восхищаемся тем, как тонкая и добрая натура его остается свободной от суеты и гордая своим высоким умом, все же платит дань сердцу». 

Большинство литературных критиков, современников Теккерея, довольно точно расшифровали идею романа, так как их отзывы созвучны с его литературными взглядами: «Писатель юмористического склада, пожалуй, от природы склонен к состраданию: он наделен великой чуткостью, мгновенно отзывается на боль и радость, легко угадывает свойства окружающих людей, сочувствует их смеху и любви, слезам и развлечениям. Участие и человеколюбие так же для него естественны, как для них вспыльчивый нрав, рыжие волосы или высокий рост». 

Но Теккерей призывал, питая в душе сердечные привязанности и пламенные чувства, «обнаруживать их с великой осторожностью и скромностью», так как «избыток слез и смеха подозрителен, их подлинность не вызывает доверия».

Освещая особенности теккереевской сатиры нельзя не отметить одно существенное уточнение, связанное с выходом романа в России. Дело в том, что первый перевод произведения был осуществлен И.И. Введенским (1850), который, убежденный в своей правоте, «облегчал» Теккерея. Так в своей статье в журнале «Современник» (1850) Введенский пишет: «Да, мои переводы не буквальны, и я готов признаться, что в «Базаре житейской суеты» (первый перевод Введенским заглавия романа) есть места, принадлежащие моему перу, но перу, настроенному под теккереевский образ выражения мыслей». 

Желчь и иронию Теккерея Введенский заменял легкой, забавной шуткой, вписывал в его произведения увлекательные пассажи или опускал те, которые казались ему скучными. Так нарушалось художественное единство прозы писателя, сюжеты которого – не детективно-увлекательные, но психологические по своей сути – особенно страдали от любого механического ущемления. 

На сегодняшний день «Ярмарка тщеславия» выходит в переводе Михаила Алексеевича Дьяконова (осуществлен в 1933 году), который не был удовлетворен привычным переводом заглавия романа, и искал такой, который бы соответствовал библейской цитате, выбранной Теккереем для названия. 


2.2 Роман без героя



Теккерей видел свою основную задачу в том, чтобы «суметь по возможности точно воспроизвести ощущение правды». Авторитетов, кроме разума и природы, для него не существовало. Теккерей не верил аффектированным романтическим чувствам: «Мне не по вкусу красота, которой, словно театральной сценой, нужно любоваться издали». 

Он не стремится к преувеличениям, избегает приема гиперболизации. Он не склонен изображать человека ни отъявленным злодеем, ни существом идеальным. Для него важно раскрыть сложность взаимодействия различных начал в характере человека, понять причины, заставляющие его совершать тот или иной поступок. Теккерей был убежден, что человек – это смесь героического и смешного, благородного и низкого, что человеческая природа бесконечно сложна, а долг честного писателя, заботящегося об истине, не создавать увлекательные истории на потребу толпе, но в меру сил и отпущенного таланта показывать человека во всей его противоречивости, сложности, неповторимости.

Подобная эстетика, эстетика полутонов, порожденная новым взглядом на человека, была тогда еще в будущем. Ее начнут разрабатывать в конце девятнадцатого столетия, освоят в начале двадцатого. 

Очевидно, именно потому, что в каждом человеке наряду с достоинствами заключены недостатки, Теккерей и избегает кого бы то ни было из действующих лиц своего романа называть «героем», человеком идеальным во всех отношениях. По его убеждению, таких людей в романе не существует. Для Теккерея быть героем означает не плыть по течению, смотреть на действительность и на себя без иллюзий. 

Проблема положительного героя представляла для Теккерея неразрешимую трудность и по другой причине. Теккерей в «Ярмарке тщеславия» не выходил за пределы изображения буржуазно-аристократических кругов общества и, оставаясь верным жизненной правде, был объективен в их оценке. В этих кругах он не мог найти героя, достойного занять центральное место в романе.

Вот, например, «героиня», как заявлял Теккерей, Бекки Шарп, которая обладает умом, энергией, силой характера, находчивостью и красотой. Но от ее зеленых глаз и неотразимой улыбки становится страшно. Бекки коварна, лицемерна, корыстолюбива, во что бы то ни стало она хочет быть богатой и «респектабельной». Добиваясь своей цели, Бекки приводит в движение ярмарочную карусель, но подлинной героиней в человеческом, нравственном плане Ребекка Шарп быть не может. 

В круговороте Ярмарки Тщеславия единственным, кто сохраняет доброту и отзывчивость, самоотверженность и скромность, остается Уильям Доббин, «добрый Доббин», самоотверженно любящий Эмилию, спешащий на помощь тем, кто в нем нуждается. Но и этот персонаж, как и все остальные, связан со звучащей в романе темой «суеты сует». Его любовь оказалась обманутой: она отдана женщине ограниченной и эгоистичной, его стремления пусты и суетны, постигшее его разочарование неизбежно. 

Отказ от героя также переключает внимание с отдельной личности на общество в целом. Все одинаково порочны в буржуазном мире с его погоней за наживой и всепроникающим снобизмом, тщеславием, эгоизмом. Иногда Теккерей сомневается в возможности искоренения зла, пороки Ярмарки представляются ему свойственными всему человеческому роду, и тогда проскальзывают грустные мотивы «суеты сует».


2.3 Композиция «Ярмарки тщеславия»



Это – новый тип романа в английской литературе девятнадцатого века, где переплетаются многие сюжетные линии, и нет традиционной интриги и развязки. 

Сюжетным центром книги автор делает одну из вечных тем мировой литературы – историю двух женщин, подруг и соперниц. Эмилия и Ребекка – эти две девочки изначально разные, и на протяжении всего повествования автором постоянно подчеркивается различие между ними. 

Мисс Шарп была лукавой «простушкой». Мистер Родон обожал свою красавицу жену за шарм, непосредственность и острый язычок, признавая, что умнее его «маленькой» Бекки нет никого на свете. Эмилия была милой, кроткой, доверчивой девушкой, которую невозможно было не полюбить. Она вышла замуж за «божество», считая себя недостойной партией для него, и без своего обожаемого Джорджа она не могла прожить и дня. 

Теккерей по-своему раскрывает тему семейного счастья в романе: на многих примерах он убеждает читателя, что деньги не приносят счастья, но извращают чувства и представления людей, ломают их жизнь. «Когда герой и героиня переступают брачный порог, - пишет Теккерей в «Ярмарке тщеславия», - романист обычно опускает занавес, как будто драма уже доиграна, как будто кончились сомнения и жизненная борьба, как будто супругам, поселившимся в новой, брачной стране, цветущей и радостной, остается только, обнявшись, спокойно шествовать к старости, наслаждаясь счастьем и полным довольством». Теккерей строит свой роман иначе. Он включает читателей в сложные перипетии супружеской жизни Эмилии Седли и Бекки Шарп. О нем можно сказать, что он срывает все сентиментально-трогательные покровы с буржуазного брака. 

Почти сразу после свадьбы автор «окунает» обе молодые пары в высшее общество, балы, приемы – в общем, весь калейдоскоп небезызвестной «ярмарки». Для Бекки выход в свет стал триумфом, и чтобы закрепить свой потрясающий успех, она, дочь художника и танцовщицы, решила «воспользоваться» Эмилией, дочерью уважаемого и состоятельного господина. Сравнение оказалось не в пользу родовитой миссис Осборн. Своим триумфом Ребекка доказала, что на самом деле происхождение по большому счету ничего не значит. Но убедила она в этом только читателей, а отнюдь не «снобов из великосветского общества». 

Затем на долю обеих новобрачных выпала разлука с мужьями, причиненная войной. Эмилия предстает «бедной, невинной» жертвой войны. «Ни один мужчина, жестоко раненный… не страдал больше, чем она». Эмилия не понимает причин происходящего, «победа или поражение – для нее все равно; ее беспокоит судьба любимого». Ребекка, оправившись после всех тревог и огорчений, вызванных проводами мужа в опасный поход, занялась расчетами и обсуждением своего положения в случае смерти «любимого супруга». Волею судьбы Эмилия стала юной вдовой, а Ребекка и Родон «проводили зиму 1815 года в Париже, среди блеска и шумного веселья». 

И только рождение сына вновь пробудило в Эмилии любовь и надежду. Джордж-младший удостаивался самого лучшего и был всегда любим, как должен быть любим каждый ребенок. Для Ребекки ее сын стал вечной помехой и обузой. «Она не любила его. Он хворал то корью, то коклюшем. Он надоедал ей». Но несколько раз Бекки всеже вспоминала о ребенке, например, когда узнала, что Родон-младший стал наследником сэра Питта Кроули. Такая любовь к самому родному человечку вызывает у читателя отвращение к матери-кукушке. 

Развязкой служит новое, счастливое замужество Эмилии и позорное падение Ребекки. Бекки Шарп обнаруживает родство с героями плутовского романа. Эта связь закреплена и в ее фамилии: она «востра» (sharp), принадлежит к породе «ловкачей», «мошенников» (sharpers). Но для Теккерея традиции плутовского романа уже не самоценны. Его занимают не столько похождения отдельного «правонарушителя» (Бекки Шарп), сколько его социальная типичность. 

Наряду с обличением людских пороков в линии Бэкки и Эмилии Теккереем параллельно развернута тема истинной любви в человеческих отношениях. По мысли английского литературоведа Лесли Стивена (1832-1904) творения Теккерея «насквозь проникнуты тончайшей впечатлительностью, по ним легко понять, как высоко ценил он нежность, отзывчивость и чистоту души, ценил, как может только тот, кто наделен и сам редчайшей добротой. Короче говоря, если в романах Теккерея есть какой-либо урок, то состоит он в том, что любовь к жене, ребенку, другу – единственный священный проблеск в человеческой натуре, гораздо более драгоценный, чем все свершения и чувства, какие только можно им противопоставить; он говорит, что Ярмарка тщеславия лишь потому и стала таковой, что поощряет в человеке стремление к пустым и недостойным целям, и недостойны они потому, что отвергают эти чувства».

Сам Теккерей, читая лекции в Нью-Йорке в 1852 году, говорил, «что юмор сочетает остроумие с любовью; в одном, по крайней мере, я уверен: чем лучше юмор, тем в нем больше человечности, тем больше он проникнут участием и добротой. Любовь эта из тех, что не нуждается в словах и внешнем выражении… Любовь видна в его поступках, в его верности, в неизбывном желании видеть свою избранницу счастливой; главу семьи такое чувство на целый день усаживает бодро за работу, скрашивая постылый труд и тягостные странствия, торопит домой в счастливом нетерпении обнять жену и деток. Такой любви не свойственна порывистость, это сама жизнь. Конечно, и она в положенное время нежит и голубит, но преданное сердце излучает ее каждое мгновенье, даже когда жены нет рядом, и малыши не прижимаются к коленям».


2.4 Писатель-художник Теккерей



Наше небольшое исследование идейно-художественного своеобразия романа Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия» было бы не полным без одной существенной детали. Иллюстрации автора к роману органически входят в его содержание и композицию, являются продуманным комментарием автора к собственному тексту и не мене важными в структуре произведения, чем слово. Иногда Теккерей ссылается на них или вставляет в середину фразы. Поэтому по завещанию писателя «Ярмарка тщеславия» должна была издаваться только с авторскими рисунками. Однако в России произведения Теккерея печатались или вовсе без иллюстраций, или же с иллюстрациями других художников. 

Теккерей – не единственный среди писателей пример сочетания живописного и литературного дарования, свидетельства переизбытка творческой энергии, настоятельно требующей выхода. Он рисовал всюду, прерывая текст письма, чтобы быстрее «договорить» мысль карандашом. 

Может быть, это было еще вызвано и тем, что, как свидетельствует Энтони Троллоп (1815-1882), «у Теккерея не было великого таланта собеседника. Не думаю, чтобы он блистал когда-нибудь в так называемом широком обществе. Он был не из тех, кого ценят в застолье как блестящего рассказчика. И только, если собиралось два-три человека, он излучал веселье сам и заражал им остальных, но и тогда это бывало благодаря какой-нибудь шутке или забавной выходке, а не в разговоре на общие темы».

Внимание Теккерея-иллюстратора сосредоточено не на портрете, а на жизненных ситуациях, в которые попадают персонажи романа, например: сэр Питт, стоящий на коленях перед своей гувернанткой; паническое бегство Джозефа Седли из Брюсселя; опустившаяся Бекки за игорным столом и т.д. Важное композиционное значение имеют изображения паяца, марионеток, напоминающие о кукольной драме. 

Однако же в некоторых иллюстрациях себя узнавали вполне конкретные исторические лица. Так, например, было с портретом лорда Стейна, который слишком напоминал маркиза Хартфорда. Национальный биографический словарь так и пишет о маркизе, что его помнят в основном как прототипа лорда Стейна в «Ярмарке тщеславия» Теккерея. Что маркиз послужил прототипом Стейна – несомненно, а, следовательно, несомненно и то, что, рисуя Стейна, Теккерей имел в виду маркиза. Можно предположить, что своими иллюстрациями художник хотел подчеркнуть сходство созданных в романе персонажей с реальными людьми буржуазного общества. Острый язык писателя и сатирические иллюстрации беспощадно высмеивали все неестественное, вычурное, неискреннее. Его перо разило монархов и политических деятелей. 

Также Теккерей позаботился, чтобы зрительно определить свою роль в повествовании. На обложке первого издания «Ярмарки» он поместил свой автопортрет – в шутовском колпаке на подмостках ярмарочного балагана. Тем самым он отождествил себя с «шутом-моралистом», призвание которого– говорить людям горькую, хорошо им известную, но от самих себя скрываемую, правду. Этот шут-моралист, убежден, что все в мире – «суета сует и всяческая суета».


Заключение



Современные литературные критики утверждают, что ни одно из поздних произведений Теккерея не знало взлета сатирического мастерства, которое по праву делает «Ярмарку тщеславия» самой яркой и запоминающейся книгой писателя. В известной степени все поздние произведения Теккерея, так или иначе, повторяют ее. Меняются костюмы, декорации, а драма человеческой жизни, метафорически определенная Теккереем как «ярмарка тщеславия», остается той же. 

Английский критик Арнольд Кеттл писал о романе: «Широта охвата действительности, яркость изображаемой картины, жизненность образа Бекки, богатство и красочность комических персонажей и ситуаций – все эти достоинства берут начало в проницательности, с которой Теккерей сумел заглянуть в сущность буржуазного мира, и в той честности, с которой он живописал его». 

Теккерей в «Ярмарке тщеславия» сумел сказать удивительно многое не только о своей эпохе, современном ему английском обществе, но и о жизни, нравственной природе человека, о движении времени. Социальное обличение, сатира и философия слились в нем воедино. 

В романе история с гигантской общественной платформы переведена в область человеческих, семейно-личностных отношений, в которой особенно явно просматривается нравственный аспект явлений. Нравственные оценки писателя, в частности, не приятие любых проявлений позерства, фальши, неестественности помогут внимательному читателю выработать собственные критерии добра и красоты. Поэтому и в наши дни роман Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия» не утратил остроты своего звучания. 


Список литературы



	Винтерих Д. Приключения знаменитых книг. – М.: Книга, 1979. – 160с.

	История всемирной литературы в 9 томах. Том 6. – М.: Наука, 1989. – 880с.

	История всемирной литературы в 9 томах. Том 7. – М.: Наука, 1990. – 830с.

	Краткая литературная энциклопедия в 9 томах. Том 7. – М.: Советская энциклопедия, 1972. – 1008 с.

	Михальская Н. «Ярмарка тщеславия» У. М. Теккерея. / Вступительная статья к книге У. Теккерей «Ярмарка тщеславия». – М.: Художественная литература, 1983. – 734 с.

	Сумина Е. Две героини. – Газета «Литература» №31, 2001. – с.14. 

	Теккерей У.М. Творчество. Воспоминания. Библиографические разыскания. – М.: Книжная палата, 1989. – 488 с.

2