Сражение на реке Булл-Ран (сражение при Манассасе)

Сражение на реке Булл-Ран (сражение при Манассасе). 

Гражданская война в США 

Первое крупное сражение в ходе Гражданской войны в США произошло 21 июля 1861 года на берегах небольшой речки Булл-Ран около железнодорожных станций Манассас и Сентервилл, штат Вирджиния, в 25 милях южнее Вашингтона. Но вначале немного перенесемся назад во времени, совсем чуть-чуть. 

Ранее я уже упоминал о том, что у южан практически не было своей крупной промышленности, в особенности оружейной. Понимая свои слабости, силы вирджинской милиции 18 мая 1861 года атаковали федеральный арсенал в местечке Харперс-Ферри, что на севере Вирджинии, в котором хранилось более 17 тысяч винтовок и большое количество боеприпасов. Арсенал охранялся отрядом северян численностью всего 45 человек под командованием лейтенанта Р.Джонса. Но южане в этом случае действовали столь нерасторопно, что северяне не только сумели уйти в Мэриленд, но еще перед уходом подожгли склад. В результате этого пожара все винтовки сгорели, и южане остались с носом, но оружейные мастерские при арсенале не пострадали. Вот они-то совсем ценным оборудованием и материалами попали в руки южан и стали одной из главных составляющих оружейной промышленности Конфедерации. 

Северяне почти сразу же ответили ударом на удар. Вечером 23 мая войска федералов захватили Длинный мост, который соединял Вашингтон с Вирджинией, и заняли важный железнодорожный узел Александрию. Перед началом крупных сражений северянам удалось захватить еще ряд более мелких плацдармов на территории Вирджинии, с которых они намеревались развивать свое наступление на Ричмонд. Ведь Ричмонд был главным городом штата, а 20 июля Конфедерация перенесла сюда свою столицу из алабамского городка Монтгомери. 

Но наибольшее беспокойство у южан вызвало отпадение от Конфедерации Западной Вирджинии. Для наведения порядка в непокорные округа было направлено около восьми тысяч солдат под командованием генерала Р.Гарнетта, который вместо того, чтобы немедленно взять ситуацию под свой контроль, застрял у города Беверли. Он объяснял свою задержку тем, что его войскам надо подготовиться к решительному удару. Следует заметить, что в обеих армиях практически не было офицеров и военачальников, имевших опыт боевых действий. Отсюда и их нерешительность, медлительность, топтание на месте и страх потерпеть поражение. 

Тем временем на арену событий выдвинулся и новоиспеченный генерал северян Джорж МакКлеллан. В начале мая губернатор штата Огайо за никому неизвестные заслуги произвел капитана МакКлеллана сразу в бригадные генералы. Почти сразу же его вызвали телеграммой в Вашингтон и вручили приказ срочно отправляться в Западную Вирджинию. Генерал вернулся к своей бригаде в столицу штата Огайо Коламбус, откуда можно было достигнуть Западной Вирджинии пешим ходом не более чем за три дня. Но тут бравый генерал заупрямился. Он заявил, что его войска недоукомплектованы, что у него катастрофически не хватает артиллерии и прочего вооружения, и т.д. Он двинулся в путь во главе двадцатитысячного войска только после того, как из Индианы ему прислали несколько батарей. 

Несколько дней МакКлеллан довольно бестолково передвигал свои войска, пока в ночь на 3 июля его войска не атаковали лагерь южан близ города Филиппи. Конфедераты беспечно ночевали в эту дождливую ночь и были застигнуты врасплох. После нескольких орудийных залпов, не успевшие еще окончательно проснуться, южане бежали под проливным дождем, и не подумав оказать сопротивление. В темноте и под дождем огонь северян не был особенно метким, так что в захваченном лагере было обнаружено всего 15 убитых и раненых южан. У северян оказалось двое раненых. Однако в посланном в Вашингтон донесении генерал МакКлеллан так представил эту сумбурную стычку, что на Севере ее приняли за величайшее сражение, а пресса северян с этого времени начала превозносить генерала МакКлеллана. 

Вскоре у нее появились и другие поводы для этого. 11 июля у горного прохода Рич и 13 июля у брода Гаррик через реку Чит части северян разбили еще два отряда южан, которые после этого покинули Западную Вирджинию. Это были очень незначительные победы, но генерал в своих донесениях назвал их грандиозными и утверждал, что сумел разбить две армии мятежников во главе с опытными генералами. Пресса северян возликовала и нарекла МакКлеллана "маленьким Наполеоном". А бравый генерал, который действительно имел маленький рост, стал охотно позировать фотографам в наполеоновской позе, заложив руку за отворот мундира. 

Но многим на Севере хотелось все-таки более внушительных побед. Так создатель и редактор газеты New York Daily Tribune Х.Грили ввел в своем издании постоянную шапку: 

"Вперед, на Ричмонд!" 

Ведь после широко разрекламированных успехов "маленького Наполеона" на Севере окончательно поверили, что южане побегут после первого же сильного удара. Самое печальное для северян было в том, что в это верили не только обыватели, но и командование федератов. 

Имея несколько крохотных плацдармов в Вирджинии, северяне назначили 27 мая генерала Ирвина МакДауэлла командующим войсками на северо-востоке Вирджинии. В его распоряжении находилось около 35 тысяч солдат. Еще несколько дней назад он был простым армейским майором, а теперь ему предстояло командовать самой крупной армией за всю историю США. Естественно, что опыта для управления такой большой армией у него еще не было и быть не могло. Ему противостоял генерал П.Борегар, уже знакомый нам по захвату форта Самтер, под началом у которого было около 23 тысяч солдат. Силы южан были сконцентрированы в районе железнодорожных станций Манассас и Сентервилл близ реки Булл-Ран. Однако в долине реки Шенандоа, несколько севернее города Винчестер, был расположен пятнадцатитысячный отряд южан под командованием генерала Джзефа Джонстона. Эти войска можно было очень быстро по железной дороге перебросить на соединение с войсками Борегара. Джонстону противостоял генерал северян Р.Паттерсон. Его войска были в полтора раза больше, чем у южан, но он все время требовал у Скотта подкреплений, не вел никаких наступательных действий и, вообще, вел себя крайне пассивно. 

Генерал МакДауэлл прекрасно знал обо всем этом и не спешил атаковать войска южан, дожидаясь или подкреплений, или более благоприятных условий для сражения. Но правительство Севера всячески торопило его, и 24 июня план наступления войск Союза на район Манассаса был утвержден. По этому плану наступление северян должно было начаться 8 июля. Дело в том, что общественное мнение Севера требовало немедленного отмщения за поражение в стычке, которая произошла 10 июня близ Йорктауна. Там генерал Б.Батлер, вдохновленный подвигами МакКлеллана, решил своими силами из форта Монро атаковать позиции южан. Однако северяне действовали столь неумело, что небольшой отряд под командованием полковника Д.Х.Хилла легко отразил нападение и обратил северян в бегство. При этом северяне потеряли 76 человек убитыми и ранеными, а южане только 11. 

Естественно, что пресса Севера подняла вой и требовала немедленного отмщения. Побед МакКлеллана в Западной Вирджинии было явно мало. Однако МакДауэлл ссылалсы на то, что войска Борегара и Джонстона могут легко соединиться. Поэтому он не намерен рисковать жизнями своих солдат до тех пор, пока они не будут достаточно хорошо экипированы и подготовлены. Президент Линкольн в нескольких личных посланиях убеждал МакДауэлла, что отряд Джонстона надежно скован двадцати двухтысячным войском под командованием генерала Р.Паттерсона. Правда он при этом умалчивал, что войско последнего состоит в основном из новобранцев. Наконец сопротивление МакДауэлла было сломлено, и 16 июля его армия выступила в поход. Правда, курс был не на Ричмонд, а только на Манассас. 

Зная исход данного сражения, возникает вопрос: не были южане в курсе предстоящей операции? Оказалось, что они были прекрасно осведомлены о предстоящем наступлении северян! Дело в том, что, предвкушая скорый разгром мятежников, во многих газетах Cоюза были опубликованы материалы, в которых указывалось не только направление удара северян на армию Борегара, но даже довольно точно был указан маршрут следования войск МакДауэлла. 

Но южанам удалось узнать и о времени выступления войск северян. Ставшая впоследствии очень знаменитой шпионка южан Роза Гринхау передала 10 июля генералу южан М.Бонхэму сообщение о том, что северяне выступают где-то в середине июля. Для уточнения этого важного сообщения на связь с Гринхау в Вашингтон был выслан специальный агент. Вечером 15 июля он получил от Розы шифрованную записку, в которой указывалось, что северяне выступают вечером 16 июля. Хотя агент решил не рисковать и добрался к своим кружным путем, через Мэриленд, но к моменту выступления северян донесение от Гринхау было уже в руках у Борегара. 

Получив столь важное сообщение, Борегар немедленно выдвинул свои войска на передовые позиции, а также послал в Ричмонд телеграмму с требованием о немедленной присылке армии Джонстона. Командование южан не промедлило, и Джонстону был выслан приказ: немедленно начать движение на соединение с Борегаром. Джонстон очень легко перехитрил Паттерсона, оставив пролив него лишь незначительные заслоны под командованием Эдмунда Кэрби-Смита, которые имитировали присутствие всей армии Джонстона, постоянно совершая мелкие наскоки на позиции северян. Такой не хитрой шуткой южане несколько дней водили северян за нос. А основные силы Джонстона были немедленно переброшены на соединение с армией Борегара. 

Северяне же вели себя очень нерешительно. Уже 18 июля авангард МакДауэлла наткнулся на передовые дозоры Борегара, которые немедленно отошли назад. Однако МакДауэлл еще три дня в нерешительности провел на северном берегу речки Булл-Ран. Тем временем разведка Борегара довольно точно установила численность войск северян и примерный план их действий. МакДауэлл еще ни о чем не подозревал, а к Борегару уже начали прибывать части генерала Джонстона, и к вечеру 20 июля МакДауэллу противостояла уже тридцати двухтысячная армия южан, а не только двадцать тысяч Борегара. 

Утро в воскресенье 21 июля выдалось солнечным и тихим...

Утро в воскресенье 21 июля выдалось солнечным и тихим. К этому времени по приказу Борегара были блокированы все известные переправы и броды через Булл-Ран, а основные силы южан расположились к югу от Сентервилла. Это было сделано для того, чтобы в ходе сражения ударить по этому городку и отрезать северянам пути отхода на Вашингтон. Как можно видеть, амбиции южан тоже были не маленькими! 

Позволю себе маленькое отступление. Некоторые из читателей задали мне вопрос о том, почему данное сражение имеет у меня двойное название. Дело в том, что южане называли это сражением у Манассаса, а северяне - сражением у реки Булл-Ран. Но так как в войне победили северяне, то в США закрепилось второе название сражения. Для сохранения объективности я решил привести оба варианта названия данного сражения. 

Жителям Вашингтона как-то стало известно, что решительное сражение состоится именно в воскресенье, и с раннего утра десятки повозок и экипажей устремились в район Сентервилла и его окрестностей. Дамы были в нарядных платьях, а мужчины позаботились о запасах виски и закусок. Все надеялись приятно провести время и бесплатно понаблюдать за представлением, в ходе которого отважный генерал МакДауэлл должен был устроить показательную порку этим трусливым мятежникам. Никого не насторожили отряды солдат северян, бредущие без сохранения строя им навстречу. Это торопились вернуться домой те добровольцы, чей трехмесячный срок службы только что истек. Их патриотизм успел уже улетучиться в неизвестном направлении, так как обещанная молниеносная победа над южанами почему-то так и не пришла за прошедшие три месяца, а дома было очень много других неотложных дел. Были среди этих бредущих солдат и те, кто не стал дожидаться истечения трех месяцев. Этот факт неплохо характеризует боевой дух северян в то время. 

Но большая часть армии северян все же оставалась на своих позициях и готовилась к сражению. Еще в субботу саперы обнаружили не обозначенный на картах брод через реку Булл-Ран, который, естественно, никем не охранялся, и генерал МакДауэлл решил нанести удар именно в этом месте. В два часа ночи ударный отряд северян отправился в обходной марш протяженностью в двенадцать миль, который выводил их в тыл армии южан. Одновременно МакДауэлл планировал нанести удары по каменному мосту через Булл-Ран и по позициям южан к югу от Сентервилла. 

На рассвете ударная группа северян в составе двух дивизий во главе с самим МакДауэллом переправилась через не охраняемый брод и оказалась в тылу левого фланга южан. Однако сразу же ударить по врагу им не удалось. Дело было в том, что новобранцы были измучены долгим марш-броском, а многие к тому же съели свои пайки и разбрелись по окрестностям в поисках ягод, грибов или еще чего-нибудь съестного. Атака северян началась только в 10 часов утра, но она оказалась на удивление успешной, так как разведчики южан умудрились просмотреть выход в их тыл такого большого отряда. Позиции южан оказались смяты, и они начали отступление. 

Атака через каменный мост развивалась не столь успешно, но и там северянам удалось несколько потеснить противника. Воодушевленный такими успехами своих войск, МакДауэлл отправил в Вашингтон телеграмму о блестящей победе северян. Он несколько поторопился! 

Генерал Борегар находился на правом фланге своих войск, и не сразу узнал об атаке северян. Он отдал приказ об атаке на левый фланг северян с направлением на Сентервилл. Но приказы проходили по войскам крайне медленно, и когда данный приказ прибыл по назначению, ситуация для южан ухудшилась еще больше и стала просто катастрофической. Их левый фланг был уже полностью смят и перемешался с центром. Прискакавший на место сражения Борегар немедленно бросил на северян резервную бригаду виргинцев под командованием Томаса Джэксона, которой удалось остановить мощный натиск северян. Генерал Б.Би на коне преграждал дорогу бегущим солдатам и кричал: 

"Стойте! Смотрите на солдат Джэксона! Они стоят как каменная стена!" 

Этим удалось остановить, начавшуюся было, панику и вернуть уверенность в своих силах и другим частям южан. А генерал Т.Джэксон получил после этого сражения прозвище Каменная Стена и носил его до своей гибели в 1863 году. Он с честью оправдывал свое прозвище. 

Отступление южан прекратилось. Северяне бросали в бой все новые силы, но новых успехов достигнуть так и не смогли. Даже бравая атака полковника Уильяма Шермана (одного из будущих героев войны) не дала никакого результата, хотя сам Шерман и получил за это сражение звание бригадного генерала. В общем, к двум часам дня наступление северян полностью выдохлось. Да и не мудрено! Ведь многие солдаты находились на ногах без отдыха уже по двенадцать часов, и у многих уже закончились боеприпасы и не было никакой еды. Многие солдаты попросту выпадали из боя: они собирались небольшими группами для отдыха, ложились на траву, а многие даже занялись мародерством. 

Практически никто из участников или наблюдателей этого сражения впоследствии так и не смог описать, что же в это время происходило на поле боя. Где-то пытались атаковать северяне, в других местах уже контратаковали южане, в некоторых местах из-за отсутствия патронов завязался рукопашный бой. Но все были едины в том, что к середине дня натиск северян ослаб, и южане начали постепенно отвоевывать утраченные позиции. Намечался перелом в ходе сражения! 

И он наступил, после того как в три часа дня в Манассасе выгрузилась бригада Кэрби-Смита (еще накануне получившая приказ о срочном прибытии в Манассас) и сразу же вступила в бой. Особенно отличился полк луизианцев, который смял левый фланг северян. Затем Кэрби-Смит нанес удар по центральным позициям северян, оказавшийся решающим. Позиция северян рухнула, как карточный домик, и началось повальное бегство к Сентервиллу. 

Приведем некоторые свидетельства северян об этом бегстве. Вот майор Э.Смолл пишет: 

"МакДауэлл делал отчаянные попытки создать новую линию обороны,.. но эти попытки оказались бесплодными... Мы так устали, что не могли покинуть поле сражения с той же скоростью, с какой пришли на него. Солдаты вокруг меня едва тащились и тяжело дышали". 

Лейтенант 57-го нью-йоркского пехотного полка Дж.Фэвилл даже через несколько дней после сражения писал в своем дневнике: 

"Все было в спешке и в смятении, дороги были забиты фургонами и орудийными батареями, а по обе стороны от них растекались солдаты, постепенно теряя всякое подобие войска и на глазах впадая в безрассудство. Не было ни арьергарда, ни иных образований для сдерживания противника, и если бы он действительно появился, то всех нас без труда захватили бы в плен". 

Подобных свидетельств сохранились десятки, так что я не буду продолжать. Разгром армии МакДауэлла был бы еще более сокрушительным, но честь северян спасли пехотный полк Сайкса и кавалерия Палмера. Им удалось на некоторое время приостановить наступление южан и дать возможность своим войскам более спокойно покинуть поле битвы. Впрочем, южане тоже были очень сильно вымотаны, и не могли настойчиво преследовать убегающих северян. Только кавалеристы Стюарта атаковали северян, но ограничились тем, что отогнали части Сайкса и Палмера. 

Пехота, кавалерия, а где же была артиллерия? Батареи находились на своих позициях, но в сражении участия не принимали, так как командующие войсками еще плохо осознавали мощь и значимость данного вида войск. Был произведен всего один выстрел из орудия, да и то на исходе сражения. По дороге от Сентервилла на Вашингтон двигалась обезумевшая от ужаса толпа, состоявшая не только из проигравших сражение солдат, их лошадей и повозок, но также и из большого количества "зрителей", экипажи которых загромождали дорогу и мешали отходу войск. На одном из холмов находилась батарея южан Р.Рэдфорда, которая должна была контролировать эту дорогу в случае контратаки северян. Они решили пошутить и для усиления паники произвели единственный выстрел по дороге: снарядом разворотили какой-то фургон. И без того узкая дорога оказалось блокированной, а паника только усилилась, и раздались крики о приближающейся кавалерии южан, которой там и в помине не было. А артиллеристы от души повеселились. 

Каковы же были итоги сражения? Северяне потеряли 2645 человек, в том числе 418 убитыми, 1011 ранеными и 1216 пропавшими без вести. Южане же потеряли 1981 человека, в том числе 387 убитыми и 1582 ранеными. Теперь эти цифры потерь кажутся почти смешными, но тогда они потрясли всю страну. Кроме того, южане захватили 28 орудий, около пяти тысяч винтовок, 500 тысяч патронов и много прочего снаряжения. 

Получив сообщение о разгроме своих войск, Линкольн немедленно созвал министров на экстренное заседание правительства, которое длилось до утра 22 июля. Было решено вызвать из Нью-Йорка полки новобранцев под командованием полковника Д.Сиклса, которые через несколько дней и прибыли в Вашингтон. Кроме того, Линкольн отправил телеграмму генералу МакКлеллану с приказом немедленно выдвинуть "победоносную армию Западной Вирджинии" для защиты северных проходов из долины Шенандоа, а самому генералу срочно прибыть в Вашингтон. 

Южане же утром 22 июля выдвинули свои дозоры на высоты близ реки Потомак, с которых в бинокли могли рассматривать улицы Вашингтона. А там нарастала паника, которую доставили в столицу Союза бежавшие "зрители" и побежденные войска. Если бы южане рискнули немедленно нанести удар по Вашингтону... Но все воевали еще по старинке, то есть очень медлительно.