Редакторское и журналистское наследие М.К.Седина

Редакторское и журналистское наследие М.К.Седина

Заватская Ирина Викторовна

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Краснодар 2007

Диссертация выполнена на кафедре истории журналистики и коммуникативистики факультета журналистики Кубанского государственного университета

Общая характеристика работы

Актуальность исследования связана с тем, что исследование и анализ регионального компонента, отраженного в судьбах отдельных творческих личностей, связавших свою жизнь с редакторской и журналистской деятельностью, представляет собой важный и все еще находящийся в стадии разработки аспект в изучении истории отечественной журналистики. 

Важность данного аспекта понималась еще в начале двадцатого столетия статистиками и историками, занимавшимися исследованием проблем развития культуры той или иной области, края или губернии. 

В этом контексте своего рода программной можно считать речь, произнесенную 21 октября 1910 года Федором Андреевичем Щербиной на годовом собрании членов Общества любителей изучения Кубанской области. Свое выступление он озаглавил «Темы для изучения Кубанской области», а полный текст его был опубликован два года спустя в V выпуске «Известий ОЛИКО» (1912). 

Выдающийся кубанский историк обозначил ключевые моменты, которые можно легко экстраполировать как на изучение общей картины становления кубанской журналистики начала двадцатого века, так и на анализ творческой манеры ряда наиболее заметных журналистов в контексте общественной жизни эпохи:

«Какими материалами может воспользоваться любитель изучения Кубанского края при разработке этой темы?

Прежде всего – периодическими изданиями и, преимущественно, газетами. Одним статистическим учетом по области количества получаемых населением газет местных и столичных, с подразделением их на группы по направлению, можно с достаточной точностью наметить как общий размах движения, так и характерные его особенности. Наибольшим потреблением газет со стороны населения в известных пунктах определятся центры умственного движения; в преобладании газет определенного типа и направления – прогрессивных над консервативными, или, наоборот, выразятся господствовавшие в области течение мысли и самосознания; распределением подписчиков на газеты по сословиям или общественному положению выяснится руководящая роль известных групп и т.п.

Но если от общей физиономии газет перейти к важнейшим их отделам, соединить статистический их учет с описательными приемами, выделить, положим, хотя бы передовые статьи с подразделением их на группы по основным темам газетной публицистики, тогда получится более конкретная и яркая картина тех отдельных звеньев, из которых сложилось все умственное движение».

Изучение проблем истории региональной журналистики органично соотносится с быстро развивающейся в последние десятилетия исторической дисциплиной, получившей наименование «локальной истории», которая пересматривает традиционные подходы к так называемым региональным или местным проблемам и к историческому краеведению, которое долгое время считалось не вполне научной дисциплиной.

Изучение истории региональной журналистики (как творчески активного локального сообщества) с этой точки зрения более чем наглядно отвечает задачам локальной истории.

Детальный анализ исторических микросистем не просто восстанавливает причинно-следственные связи в локальной истории, но и позволяет увидеть специфику взаимодействия условного разделения «большой» и «малой» истории. Локальная история уделяет пристальное внимание изучению «микросообществ», то есть людей, активно проявивших себя в том или иной историческом отрезке и оставивших свой след в истории данного региона.

Поэтому наряду с локальной историей, которую можно воспринимать «как своего рода реакцию на глобальные, а по сути своей, упрощенные схемы «большой» истории, в которой специфика региона просто игнорируется», на первый план в изучении региональной журналистики выдвигается «микроистория», связанная с изучением судьбы отдельного человека, которую можно считать прецедентной для понимания той или иной эпохи. 

Ю. В. Лучинский, описывая комплексный подход к изучению кубанской периодики, наряду с анализом языковых особенностей и жанровых аспектов региональной журналистики, делает акцент «на разработку и написание творческих биографий деятелей, связанных с историей кубанской журналистики». (Лучинский Ю.В. Актуальные проблемы изучения и преподавания региональной журналистики. Ростов н/Д., 2006. С.113-126).

Выбор в качестве темы настоящего диссертационного исследования творческой личности Митрофана Карповича Седина (1861 – 1918), фигуры ставшей для Кубани знаковой в виду ряда политических и исторических причин, приобретает особое звучание в связи с тем, что, помимо прецедентности его журналистской судьбы для истории кубанской журналистики, возникает настоятельная необходимость пересмотра сложившихся и далеких от реальности стереотипов в интерпретации данной личности, созданных в середине двадцатого века. 

Творческое наследие этого яркого журналиста, редактора, публициста и литератора осталось практически неизученным в связи с тем, что сам Седин, которого можно было бы назвать «кубанским Горьким», стал объектом мифологизации, что в свое время закрыло путь к непредвзятому исследованию его журналистских и литературных текстов, а также к рассмотрению их идеологической составляющей вне предложенных партийных догм.

Достаточно сказать, что произведения М. К.Седина ни разу не переиздавались после его смерти, за исключением небольших фрагментов, опубликованных в журнале «Кубань» к юбилейной дате.

Тем не менее, художественное, публицистическое, редакторское наследие М. К.Седина является достаточно важной составной частью журналистики Кубанской области. 

Как известно, по роду занятий писатель-самородок М. К.Седин, ставший впоследствии незаурядным журналистом и редактором, был кузнецом, и считался одним из самых талантливых представителей этого цеха на Кубани, неоднократно получая престижные профессиональные премии. 

М. К. Седин вообще обладал многими талантами. Он был неравнодушен к театру и, помимо занятий драматургией, активно участвовал в создании первого Рабочего театра в Екатеринодаре. Не имея профессионального музыкального образования, он неплохо играл на скрипке и одно время даже служил регентом церковного хора. 

Процесс становления М. К. Седина как журналиста, литератора и публициста пришелся на период становления частной прессы в Кубанской области, который, в свою очередь, совпал с введением Временных правил повременной печати от 24 ноября 1905 года. Его первые литературные и журналистские работы увидели свет на страницах газеты «Кубань», ставшей своеобразной кузницей «кадров» для зарождавшейся кубанской журналистики. 

Естественно, что в период общей политизации общества начинающий автор затрагивал такие злободневные проблемы, как взаимоотношения казаков и иногородних в Кубанской области, а также пересмотр истории заселения Кубани запорожскими казаками в конце XVIII столетия. 

Увлеченность казачьей тематикой органично совпала с украинофильскими симпатиями, нашедшими отражение в специфике используемого им в журналистских и литературных произведениях языка. Его тексты пестрят украинскими заимствованиями и диалектными выражениями, что придает своеобразный колорит его писательской манере. 

Несколько позже Седина увлекли идеи борьбы за профессиональные, экономические и политические права рабочих, а также необходимость повышения интеллектуального уровня рабочей среды. В этом контексте он подчеркивал важность своевременного решения женского вопроса, который тесно связан с положением женщины-труженицы на фабриках и заводах.

События Первой мировой войны повлияли на формирование Седина-редактора, что стало новым этапом в его творческом развитии. Создание журнала «Прикубанские степи» определило дальнейшее направление журналистских устремлений Седина, а также его место в кубанской периодике своего времени. 

Левая ориентация журнала не раз становилась поводом для политических преследований главного редактора, что, в свою очередь, и привело его в лагерь большевиков и революционных движений. 

К сожалению, трагическая гибель Седина в начале гражданской войны не позволила продолжить ему редакторскую деятельность, связанную с выпуском таких газет, как «Рабочий и солдат» и «Революционный фронтовик». 

Степень научной разработанности проблемы. Стоит отметить, что количество работ, посвященных личности М. К. Седина, явно недостаточно. Впрочем, остается пока еще малоизученным и пласт кубанской журналистики интересующего нас периода, что связано, с одной стороны, с известной политизацией историко-журналистских работ, затрагивавших данную тематику, а с другой стороны, с недостаточным вниманием к истории региональной прессы, не попадавшей под категорию большевистских и революционных периодических изданий.

Поэтому до сих пор сохраняют свою значимость работы известного кубанского библиографа и историка прессы Б. М. Городецкого. В частности, важным источником для изучения кубанской периодики конца XIX и начала XX веков является «Очерк развития русской периодической печати на Северном Кавказе», впервые опубликованный в виде доклада в 1913 году в «Известиях Общества любителей изучения Кубанской области». В нем, опираясь на справочно-библиографические материалы, он емко и достаточно детально рассмотрел ставропольскую, кубанскую и терскую печать.

Итоговая справочно-библиографическая работа Б. М. Городецкого «Периодика Кубанско-Черноморского края», вышедшая в 1927 году, по сути, является единственным обобщающим трудом, посвященным истории кубанской журналистики рассматриваемого периода. 

Важными работами по истории и типологии региональной прессы России являются монографии и статьи таких ученых, как Г. В. Антюхин, Е. В.Ахмадулин, А. К. Бобков, Е. Е. Воронцова, Н. В. Жилякова, А. И. Кондратенко, Л. Е. Кройчик, К. М. Мартыненко, Ю. Л. Мандрика, О. И. Лепилкина, Ю. В. Лучинский, Л. С. Любимов, В. В. Пугачев, А. И. Станько.

Возросший интерес к истории региональной печати доказывается переизданием в 2006 году монографии А. И. Станько «История журналистики Дона и Северного Кавказа» в Ростове-на-Дону, а также появлением коллективных сборников, таких, как «Российская провинциальная частная газета» под редакцией Л. Е. Кройчика и Ю. Л. Мандрики в Тюмени, «Книжное дело на Северном Кавказе: история и современность» под редакцией А. И. Слуцкого в Краснодаре, «Журналистика: историко-литературный контекст» под редакцией Ю.В.Лучинского в Краснодаре, «i-формат. Журналистика провинции» под редакцией О. И. Лепилкиной в Ставрополе. Немаловажным аспектом в изучении региональной журналистики стали работы санкт-петербургского исследователя Н. Г. Патрушевой, посвященные деятельности Кавказского цензурного комитета.

Все вышеуказанные работы позволяют уточнить общие концептуальные моменты, связанные с типологией развития региональной печати на определенных этапах исторического развития, а также заполнить имеющиеся лакуны в изучении локальной прессы.

Однако вопрос систематизации регионального медийного пространства и связанная с ним проблема описания журналистских персоналий далеко не исчерпана и требует дальнейших исследований.

Первую попытку описать жизнь и деятельность М. К. Седина и его семьи в годы революционного подъема предпринял К. Катаенко в своей книге «Седины», написанной в 1956 году и сохранившей все атрибуты своего времени. 

Спустя год эстафету исторической реконструкции биографии М. К. Седина сделала его дочь – Анастасия Митрофановна. В духе «оттепели» она показала основные моменты биографии своего отца по канонам принятой в то время мемуаристики. И в дальнейшем А. М. Седина активно разрабатывала данную тему, что в определенной мере препятствовало объективному освещению роли М. К. Седина в культурной и политической жизни Кубани начала ХХ века. Эту тему она начала в книге «Страницы из истории рабочего движения на Кубани» и продолжила в монографиях «Прикубанские степи» и «Митрофан Седин». 

Еще один исследователь личности и творчества М. К. Седина – С. М. Тарасенков, выпустивший в 1972 году монографию «Митрофан Седин и его произведения». Обратившись к творчеству Седина в 1964 году, этот ученый многое сделал для восстановления исторических фактов, связанных с фигурой писателя. Однако в поле внимания С. М. Тарасенкова почти не попала журналистская и редакторская деятельность.

Но воспоминания дочери М. К. Седина, как и труды К. Катаенко и С. М. Тарасенкова не могут служить полноценной доказательной базой, так как с годами многие важные события и их интерпретация неизбежно подверглись идеологическому искажению, что было связано существовавшими партийными клише.

Личность М. К. Седина заинтересовала также таких кубанских краеведов, как Н. Ф. Веленгурин и В. П. Бардадым. Многие факты, приведенные ими, позволили более масштабно оценить личность М. К. Седина. Однако научная составляющая их работ переплетается с авторскими размышлениями и художественными отступлениями, что переводит эти исследования в разряд научной публицистики.

Отдельные публикации к очередным юбилейным датам на страницах кубанской периодики позволяет уточнить некоторые моменты в творческом наследии М. К. Седина, но не решают вопроса о системном описании его личности в истории региональной журналистики.

Объектом исследования является литературная, журналистская, редакторская деятельность М. К. Седина в контексте развития кубанской журналистики начала ХХ века. 

Предмет исследования составили журналистские и литературные тексты самого М. К. Седина, а также издательская модель редактируемого им журнала и газет. 

Теоретическую базу исследования составили труды отечественных ученых, таких, как А. И. Акопов, Е. В. Ахмадулин, Б. И. Есин, Я. Н. Засурский, С. Г. Корконосенко, Е. А. Корнилов, А. А. Тертычный. Их разработки, выводы и рекомендации позволили сформулировать концептуальную базу нашего исследования. 

Источниковую базу диссертации составили материалы Государственного архива Краснодарского края, отдела редких книг краевой библиотеки им. А.С.Пушкина, документы Санкт-Петербургской государственной театральной библиотеки, материалы Центра документации новейшей истории Краснодарского края, а также мемуарная литература, посвященная личности М. К. Седина. 

Целью данного исследования является полномасштабное изучение творческой биографии М. К. Седина, включенное в общий контекст истории журналистики Кубани начала ХХ века. 

Цель работы предполагает решение следующих задач: 

- определить основные этапы творческого пути М. К. Седина, включая журналистскую, литературную и редакторскую деятельность;

- подробно описать журналистскую и литературную составляющие творчества М. К. Седина;

- показать взаимосвязь журналистской и редакторской деятельности М. К. Седина с политическими и социокультурными процессами эпохи;

- ввести в научный оборот архивные данные, ранее не описанные в специальной литературе.

Методологическая основа. Методы исследования включают в себя историко-типологический подход, сравнительно-сопоставительный и контекстуальный анализ.

Научная новизна диссертационной работы заключается в том, что:

1) проведена системная переоценка творческой личности М. К. Седина на фоне описания историко-типологических трансформаций, имевших место в кубанской прессе начала ХХ века;

2) детально исследованы культурно-политические причины, повлиявшие на создание таких изданий, как «Прикубанские степи», «Прикубанская правда», «Рабочий и солдат», «Революционный фронтовик»;

3) установлен ряд новых фактов, проясняющих особенность творческой личности М. К. Седина как редактора, журналиста и литератора, в частности, доказано, что М. К. Седин являлся редактором газеты «Революционный фронтовик», выходившей в 1918 году на станции Тихорецкой.

4) доказано авторство М. К. Седина в написании таких произведений, как пьеса «Поповская правда», а также ряда стихотворений, незафиксированных в традиционной библиографии М. К. Седина.

Теоретическая значимость проведенного исследования заключается в комплексном изучении биографии творческой личности М. К. Седина и редактируемых им периодических изданий, ставших составной частью журналистского процесса в Кубанской области начала ХХ века и отразившего сущностные характеристики эпохи. 

Практическая значимость исследования состоит в том, что положения, изложенные в диссертации, могут быть использованы в университетских программах по журналистике, таких, как «Региональное информационное пространство», «История отечественной журналистики» и в спецкурсах «История кубанской журналистики», «Дисциплина специализации». 

На защиту выносятся следующие положения:

1. Развитие частной прессы на Кубани совпало с общим подъемом революционного движения 1905-1907 годов, что определило типологические особенности периодических изданий данного периода.

2. Первые литературные опыты М. К. Седина пришлись на период отсутствия независимой прессы в Кубанской области, и поэтому они не получили выход на широкую читательскую аудиторию. 

3. Начало журналистской биографии М. К. Седина пришлось на период становления частной прессы на Кубани и в тематическом плане совпало с основными тенденциями журналистики этого времени, воплотившегося в издательской модели таких газет, как «Заря», «Кубанская жизнь», «Кубань», «Жизнь Северного Кавказа», что способствовало популярности его текстов и развитию его творчества в литературно-журналистском аспекте.

4. События Первой мировой войны резко изменили лицо кубанской журналистики и повлияли на решение М. К. Седина издавать собственный журнал «Прикубанские степи».

5. Кризис 1917 года укрепил социал-демократические взгляды М. К. Седина и привел его как редактора к участию в революционном движении.

Апробация основных положений работы. Основные положения диссертации докладывались на всероссийских и региональных научно-теоретических конференциях в Краснодаре, Воронеже, Санкт-Петербурге. Отдельные аспекты работы публиковались в различных научных изданиях по истории журналистики. Основные результаты исследования внедрены в курсы «Регионально-информационное пространство» и «Теория и практика СМИ», читаемые в Кубанском государственном университете.

Хронологические рамки диссертации учитывают динамику развития творческой личности М. К. Седина и включают в себя период с 1899 года, когда появилась первая пьеса автора, по август 1918 года – время редакторской работы на ст. Тихорецкой и трагической гибели, а также 1960-е годы, связанные с попыткой популяризации имени М. К. Седина. 

Структура и объем диссертации. Структура диссертации «Редакторское и журналистское наследие М. К. Седина» определяется указанными задачами и особенностями предмета исследования и состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка из 443 источников и приложения.

Основное содержание диссертации

Первая глава «Становление творческой личности М. К. Седина» состоит из трех разделов. 

В первом разделе «Специфика литературно-журналистского процесса в Кубанской области начала ХХ века» рассматривается становление частной прессы в данном регионе, а также основные тенденции развития литературно-публицистического процесса на Кубани. 

Как известно, в начале ХХ века на территории Кубанской области выходила лишь одна газета – официоз «Кубанские областные ведомости». На все прошения об открытии частных повременных изданий администрация области отвечала категорическим отказом, опасаясь нежелательных последствий. И только накануне обнародования Высочайшего манифеста о даровании свобод 1 октября 1905 года в Екатеринодаре вышел первый номер частной ежедневной газеты «Кубань», основанный усилиями московских журналистов братьев Филипповых.

24 ноября 1905 года вышли «Временные правила о повременной печати», отменившие предварительную цензуру и упростившие порядок регистрации новых периодических изданий. Поэтому с декабря того же года Канцелярия начальника Кубанской области и Наказного Атамана Кубанского казачьего войска была засыпаны письмами с прошениями на открытие газет различных направлений, что совпало с созданием российского парламентаризма и активным партийным строительством.

Заявленные программы изданий варьировались от умеренно-консервативных до крайних левых. Многие газеты в период 1906 – 1907 годов были чрезмерно политизированы, что приводило либо к их закрытию за публикацию «подстрекательских материалов», либо к смене названия и редактора.

Так, один из сотрудников газеты «Кубань» Н. М. Рындин 25 марта 1906 года организовал газету под названием «Кубанская жизнь», официальным редактором которой выступил бывший исполняющий обязанности редактора «Кубани» А. Д. Торопов. Но уже в августе того же года издание прекратило свое существование.

Вскоре Рындин предпринял вторую попытку, создав «политическую, общественную и литературную газету» с кадетским уклоном под названием «Свобода». Тираж газеты достигал 4-5 тысяч экземпляров. Однако осенью 1907 года за помещение ряда статей антиправительственного содержания газета была закрыта, а сам Рындин арестован.

По цензурным соображениям газета «Свобода» часто меняла свое название: (17 декабря 1906 года - 7 апреля 1907 года) – «Свобода слова», (8 - 29 апреля 1907 года) – «Свобода жизни», (16 мая – 12 декабря 1907 года) – «Свобода печати». 

Ежедневная политическая, литературная и общественно-экономическая газета «Заря» (первый номер вышел 1 апреля 1906 года), издателем которой был И.Ф.Бойко, а первым редактором В. И. Жуковский уже в августе того же года была вынуждена поменять свое название на «Утро». А в сентябре она, формально изменив состав редакции, выходила как «Новая заря» - газета беспартийная, но с социал-демократическим уклоном.

К 1908 году ситуация в России стабилизировалась, что сказалось и на региональной прессе. Чтобы привлечь читателей, многие газеты по образцу столичных периодических изданий в первом номере указывали фамилии авторов–сотрудников. Так, в анонсе газеты «Слово Кавказа», увидевшей свет в октябре 1908 года, можно было прочесть: «… будет выходить при ближайшем участии следующих лиц: В. Альшанский, П. Петрович, Митрофан Седин, П. Северянин, Б. М. Городецкий и многие другие литературные и общественные деятели Кавказа».

Таким образом, можно прийти к выводу, что к 1908 году Митрофан Седин стал вполне заметной фигурой в журналистском и литературном мире Кубанской области.

Во втором разделе «Первые литературные опыты М. К. Седина» рассматривается начало творческой деятельности уроженца города Ейска Митрофана Карповича Седина, которое пришлось на 1890-е годы. Он обдумывает сюжеты на казацкие темы, записывает воспоминания казаков. Чувствуя несовершенство своих первых произведений, Митрофан Карпович не посылал их в редакции, а ранний архив писателя, к сожалению, не сохранился. К числу ранних пропавших произведений относятся пьесы на украинском языке «Сужену конем не объедешь», «Что посеешь, то и пожнешь», опера «Тиховский».

Среди близких по духу авторов он числил Фонвизина, Грибоедова, Гоголя, Шевченко и Островского, у которых Седин не раз заимствовал сюжетные линии, перерабатывая и подстраивая их к местным нравам. 

Интерес к театру сложился под впечатлением от большого количества постановок (с преобладанием украинского репертуара) любительских театров, гастролировавших в городах и станицах Кубанской области. Часто ставились «Наталка-Полтавка» И. Котляревского, «Запорожец за Дунаем» С. Гулак-Артемовского, «Маруся Богуславка», «За двумя зайцами» И. Старицкого, «Кохайтесь чернобрывы та не з москалями» (переработка «Катерины» Т. Г.Шевченко) и другие. 

В этом контексте необходимо прояснить данные, касающиеся появления пьесы М. К.Седина «На Черномории. Маруся казачка». В. Бардадым, Н. Веленгурин, С. Тарасенков относят ее к первым произведениям Седина, основываясь на воспоминаниях А. М. Сединой, которая в книге «Митрофан Седин» утверждает, что пьеса была постановлена в Екатеринодаре в 1893 году. 

Но если сопоставить архивные данные, а также воспоминания Н. Я. Горленко, режиссера драматического кружка, открытого М. К. Сединым в 1915 году в Екатеринодаре, то выясняется, что впервые пьесу хотели поставить лишь в 1916 году. Но разрешения от атамана области они не получили, в связи с чем пьеса была поставлена в 1920 году, после установления советской власти.

Возможно, данное произведение несколько раз переписывалось. Известно, что в 1910 году ее перевел с украинского языка на русский К. Ф. Катаенко уже как драму в 5 действиях. А за два года до этого под таким же названием вышла повесть Седина на русском языке, отпечатанная в типографии «Основа» с посвящением Ф. Е. Яблуновскому. Но зрелость самой пьесы, в основе которой социальные противоречия и конфликт отцов и детей, говорит в пользу создания ее в более поздний период. 

В основе драмы – враждебные отношения между иногородними и казаками, социальное и сословное неравенство. Сюжет прост, особый интерес представляют фольклорные вставки – казацкие байки, прибаутки, песни. Хотя автор (согласно по сюжету) симпатизирует иногородним, нельзя не заметить его любви к традициям казачества. 

В дальнейшем М. К. Седин часто использовал героев драмы «На Черномории. Маруся казачка», делая их главными персонажами своих повестей. 

Известно также, что М. К. Седин написал в 1899 на смешанном русско-украинском языке драму «Пластуны», текст которой до сих пор не найден. В станице Ивановской на русском языке было написаны драмы «Наказание» (1899), «Камень преткновения» (1900), «На возвратном пути» (1901), в которых автор несколько упрощенно решал проблемы добра и зла, представая перед читателем как глубоко религиозный человек. 

Указанные пьесы так и не были опубликованы, а их рукописный текст, отосланный в свое время цензурою в столицу, хранится в Государственной театральной библиотеке в Санкт-Петербурге.

В целом, характеризуя первые пьесы М. К. Седина, можно сказать, что в его произведениях божья кара за все человеческие грехи неизбежна. Его герои наказаны за обман, измену, воровство сумасшествием и смертью.

Позже автор пришел к выводу, что невозможно решение социальных конфликтов только в моральном аспекте, и начал работу над серией исторических очерков, используя воспоминания старых казаков и почти не обращаясь к архивным документам, что дало возможность Н. Веленгурину и В. Бардадыму обвинить его в излишней идеализации некоторых исторических персонажей. Так, например, атаман Ф. Я. Бурсак, по их мнению, меньше всего подходил для образа положительного героя, тогда как в трагедии «Бурсак», написанной в 1902 году, М. К. Седин показывает атамана в образе смелого, самоотверженного воина в гоголевском и отчасти лермонтовском духе. 

В 1903 году М. К. Седин с семьей переехал в Екатеринодар, где у него появилась возможность ознакомиться с архивными данными. Полученные сведения, вместе с записями рассказов из истории «далекой старины», послужили материалом для создания художественных произведений, связанных с историей казачества, в частности, пьесы «Косолап. Атаман войска Азовского», изданной 1903 году в типографии И. Ф. Бойко.

В третьем разделе «Первые журналистские опыты М. К. Седина» рассматривается период в жизни литератора после его переезда в Екатеринодар. Он задумал написать очерки об исторических деятелях Кубани – Кухаренко, Завадовском, Матвееве и др.

Его творческие интересы совпали с появлением частной периодики в Кубанской области. Вокруг газеты «Кубань» стал формироваться круг литераторов и публицистов, печатавших произведения на историческую тематику. С этим кругом сблизился и Седин. Он несколько позже писал (немного путая даты) в письме В. Г. Короленко: «Труды мои не пропали даром. В 1904 году меня пригласили сотрудничать в местной газете «Кубань», где я писал исторические и бытовые рассказы. Потом я сотрудничал в «Кубанском листке» и в «Жизни Северного Кавказа». ( Бережной А.Ф. Новое о М.К.Седине // Советская Кубань. 19 апреля 1963. № 93. С.4).

Оценил литературные опыты М. К. Седина и владелец типографии Иван Федорович Бойко. Именно в его газете «Заря» 2 апреля 1906 года было напечатано первое стихотворение М. К. Седина «Унылые песни «Кошмар»», а 20 апреля в этой же газете появилось реклама книгоиздательства И. Ф. Бойко, в которой указывалось, что из печати вышли новые книги таких авторов, как Л. К. Розенберг, И. К. Гордика, а также книга М. К. Седина «Косолап. Атаман войска Азовского», которую предлагалось купить по цене 50 копеек. Данное объявление появлялось в течение всего месяца.

Почему книга, выпущенная в 1903 году, анонсировалась в 1906 году?

Во-первых, цензор мог долгое время не давать разрешение на печать большого тиража, во-вторых, можно допустить, что книга М. К. Седина не раскупалась или тираж так быстро разошелся, что И. Ф. Бойко предпринял попытку перепечатки.

С июня 1906 года начался новый этап в журналистской деятельности М. К. Седина. 15 июня в газете «Кубань» под рубрикой «Северный Кавказ» вышел его первый репортаж «Ст. Старовеличковская», в котором он обличал священника отца Кондрата в том, что тот превратил «алтарь... в трибуну для освещения политических вопросов». 

Спустя две недели М. К. Седин принес редактору газеты «Кубанская жизнь» свой очерк «Матвеев. Атаман войска Черноморского», в предисловии к которому писал: «Читая исторические очерки Черноморского края г. Короленко и добытые мною рукописные записки очевидцев тех же событий, я положительно становлюсь в недоумении: между очерками и рукописями существует такая разладица, что даже теряется вера в правдоподобность тех и других». (Газета "Кубанская жизнь",1906г., 1 и 4 июля).

И продолжал: «Лет 25 тому назад я расспрашивал о событиях, записанных в рукописях 80-летних и даже 90-летних стариков, которые хорошо помнили Матвеева, Безкровного, Завадовского, Кухаренко и почти всех выдающихся панов… В рукописях записывалось только то, что переживалось и виделось воочию очевидцами, тем более, что и записывали-то люди малограмотные и для себя, а потому, думаю, беспристрастно». (Газета "Кубанская жизнь",1906г., 1 и 4 июля).

И все же в очерке, публиковавшемся с продолжением, было слишком много неточностей. Он утверждал, что Матвеев застал и Чепигу, и Бурсака, и графа Ланжерона, не всегда точно указывал фамилии и имена. 

14 июля в № 130 газеты «Кубань» было напечатано несколько глав исторической повести «Полковник Тиховский», которая изначально задумывалась автором как опера. Интересно, что были напечатаны всего лишь несколько глав, а именно 1, 2, 3 и 6. Продолжения, которого ждали читатели в следующих номерах, не последовало вплоть до сентября.

13 августа газета «Кубань» анонсировала «новое сочинение М. Седина «Почетный судья» - рассказ из жизни Кубанских казаков…», а 5 сентября в № 173 вновь были напечатаны главы исторической повести «Полковник Тиховский», но те же самые, что и в № 130. Возможно, цензор разрешил печатать данную повесть, и редактор захотел напомнить читателю сюжет. Но в следующих номерах продолжение повести было частично вырезано, например, четвертая глава так и не вышла.

В письме В. Г. Короленко (1914 год) Седин так объяснял сложности с публикацией своих журналистских исторических расследований:

«А печатать в Екатеринодаре не разрешают все действующие лица моих рассказов - они имеют в настоящее время внуков и эти внуки и правнуки занимают высокие служебные посты. Цензор тоже из их братии и не благоволит ко мне, придрался до мелочей и уже два раза отдавал под суд». (Бережной А.Ф. Новое о М.К.Седине // Советская Кубань. 19 апреля 1963. № 93. С.4).

Постепенно круг журналистских интересов М. К. Седина расширялся, и в феврале 1907 года в газете «Кубань» появились «Очерки станичной жизни. Записки алкоголика», в которых переплелись сатира и драма. Автор обличал невежество атаманов, пьянство и распутство чиновников. И в том же 1907 году отдельной книгой в типографии «Согласие» вышел рассказ «Почетный судья. Рассказ из жизни кубанских казаков», в котором появился почетный судья Очкурня, ставший сквозным персонажем и в повести «На Черномории. Маруся Казачка», и в одноименной драме. 

В мае 1907 года в газете «Жизнь Северного Кавказа» был помещен стихотворный фельетон Седина «Дума», ставший реакцией на работу Государственной Думы. Фольклорные элементы (черные вороны, убийцы темные) сближают его с народными песнями. 

В 1908 году М. К. Седин написал драму «В стране голода. Наши пауки», в которой местный поп запросил с крестьян деньги за молебен о дожде, и, кроме того, присвоил общественную муку. Драму запретили, и только восемь лет спустя в журнале «Прикубанские степи» Митрофан Карпович смог напечатать эту драму под новым названием «В деревне».

В марте 1912 году в газете «Кубанский казачий листок» был напечатан рассказ М. К. Седина «Чертово гнездо», с которым, к сожалению, мы не имеем возможности ознакомиться, так как текст из экземпляра газеты, хранящейся в краевом архиве, вырезан. 

Несмотря на ходульность некоторых сюжетов, неправильность в использовании литературного языка, произведения «кубанского Горького» вызывали интерес, а его имя редакторы екатеринодарских периодических изданий часто использовали для привлечения читателей. 

Вторая глава «Роль М. К. Седина в развитии кубанской журналистики 1915 – 1918 гг.» состоит из четырех разделов.

В первом разделе «Журнал «Прикубанские степи» в контексте кубанской периодики периода Первой мировой войны» рассматривается изменение ситуации в российской и кубанской печати с началом военного противостояния Антанты и Тройственного Союза. 

«Начало Первой мировой войны, или, как ее называли тогда, «второй отечественной», создало принципиально новую ситуацию как для российской журналистики в целом, так и для журналистики региональной».(Лучинский Ю.В. Пресса Кубанской области и Черноморской губернии в 1914 году. С.184). 

Тема войны вытеснила со страниц газет все другие темы. Объявления и местные происшествия, занимавшие прежде большую часть газет, не могли соперничать с корреспонденциями о манифестациях, сообщениями с фронта, статьями, направленными против немцев, пропагандирующими цели войны. «Патриотические чувства в первые месяцы войны перехлестывали через край – на мобилизационные пункты выстраивались очереди, разом прекратились забастовки и антиправительственные выступления».(Лучинский Ю.В. Пресса Кубанской области и Черноморской губернии в 1914 году. С.184). 

В 1914 году временному генерал-губернатору Кубанской области М. П. Бабычу докладывали о том, что «бывшие смутьяны заняли либо нейтральную, либо лояльную позицию по отношению к власти». Такую же позицию заняли частные газеты и журналы, выходившие в то время в Кубанской области. 

Патриотизм первых лет войны корректировался военной цензурой. Первый «Перечень» сведений, которые запрещалось помещать в печати по военным соображениям, вышел 28 января 1914 года. Не дозволялось все, что касалось формирования воинских частей, ремонтных работ, изменений в вооружении армии и флота.

За годы войны быстро изменялось общественное настроение жителей городов, станиц и аулов. Если екатеринодарские манифестации 19-20 июля 1915 года вызвали патриотический подъем среди разных слоев населения, то уже в апреле 1916 года стало нарастать недовольство затянувшейся войной и резко снизившимся жизненным уровнем. 

Периодические издания Кубани занимались перепечаткой материалов центральной прессы. Те, в свою очередь, лишенные возможности общаться с солдатами и офицерами и бывать на передовой, ограничивались пространственными рассуждениями о войне. Сведения, которые получали через официальные органы, содержали в себе весьма незначительную долю правды.

Именно в это время у М. К. Седина зародилась идея издавать свою газету «Прикубанские степи». Чуть позже он изменил свое решение и в марте подал прошение на имя начальника области с просьбой разрешить издавать литературно-художественный журнал «Прикубанские степи». Начальник области генерал М. П. Бабыч не усмотрел в прошении ничего предосудительного и 5 мая 1915 года подписал разрешение. 

Однако, первый номер «еженедельного иллюстрированного, литературно-художественного журнала» «Прикубанские степи» вышел в типографии Бойко только через полгода (в воскресенье 15 ноября 1915 года) на 16 страницах, без обложки, напоминая бульварное издание литературно-художественного характера. 

«Создавая «Прикубанские степи», редакция имела в виду как раз то, о чем просит нас автор письма – станичник, а именно по мере возможности разъяснять те вопросы, которые читатели, главным образом, станичные не в состоянии разрешить самостоятельно… мы постараемся давать запрашивающие ответы, представляющие общий интерес». («Прикубанские степи». № 1, 15 ноября 1915. С.11).

И только со второго номера журнал стал органом социал-демократов, когда на Кубань приехали пропагандисты и наиболее активные участники революционных групп, такие, как И. Янковский, Е. Дмитриев, М. Марочкин, М. Ольминский, которые и сыграли свою роль в судьбе журнала «Прикубанские степи».

В среду 20 января 1916 года, когда появился второй номер журнала «Прикубанские степи», на первой странице, сразу под титулом, последовало обращение редакции к читателям: «Со второго номера журнал «Прикубанские степи» выходит при участии совершенно нового состава сотрудников и ничего общего, кроме названия и юридического редактора, с предыдущим номером не имеет». («Прикубанские степи». № 2, 20 января 1916. С.1).

В передовой статье большевика И.И.Янковского, прибывшего из Петрограда для налаживания подпольной работы на Кубани, говорилось:

«Наш читатель – это многоликая, но единая рабочая демократия. Ее-то интересы мы и будем защищать. Важнейшей задачей будет формирование общественного мнения рабочей демократии по всем вопросам современности. С этой целью мы будем поддерживать все виды рабочих организаций: политические, экономические, страховые, кооперативные, культурно-просветительные». («Прикубанские степи». № 2, 20 января 1916. С.1).

Со второго номера в журнале появились новые рубрики – «Местная рабочая жизнь», «Местная жизнь», «Корреспонденция», «По России», «Заграничная жизнь», «Приветствия нашему журналу», «Профессиональная жизнь», «Рабочий справочник», «День рабочей печати», «Рабочие писатели и поэты» и «Почтовый ящик». 

В рубрике «Заграничная жизнь» журнал пропагандировал идеи пролетарской солидарности, выступая против войны. В номере третьем от 3 февраля 1916 года была помещена заметка о проведении Циммервальдской конференции, в номере четвертом от 17 февраля того же года - заметки «Верным заветам прошлого» о К. Либкнехте, «Конгресс голландских социал-демократов», что должно было убедить читателей в том, что за границей поднимается волна протеста против войны.

Особое место в журнале занимали материалы о медицинском обслуживании трудящихся. Во время войны на предприятиях увеличилось число заболеваний и увечий. Лечение рабочих оговаривалось на каждом предприятии отдельно, общего закона о медицинском обслуживании не существовало. В начале 1916 года в Екатеринодаре прокатилась волна забастовок, и на страницах журнала под обычными рубриками, например, «Среди портных», «Фабрика весов И. П. Проценко», «Фабрика Буковскаго», «Механический завод В. К. Гусника» были напечатаны материалы, информировавшие читателя о том, что только объединившись, организованно они могут добиться своих требований. 

Несмотря на цензуру, редакции удавалось поместить заметки об арестах членов партии социал-демократов и тех, кто считался «неблагонадежным» не только в Кубанской области, но и в других регионах страны. Часто появлялись в журнале «белые» полосы, то есть материалы были сняты цензорами. Многие номера выходили сдвоенные, периодичность журнала изменялась. 

Известно, что под псевдонимом «Мих. Степанов» выступал Михаил Степанович Ольминский, под псевдонимом «Л. Котомка», «Шмель», «В. Галин», «В. Зеленый», «"Гарольд», «Ирина Зеленая» – Владимир Иосифович Зеленский, сотрудничавший в дореволюционной «Правде», «Валентин С» – Симон Анатольевич Глозман, работник петроградских рабочих касс, «Донецкий Бард», «Д. Бард» – Иван Семенец, «Л. Заветин», он же «Н. Е. Додаев» – поэт Федор Коновалов.

«Вместе с М. Сединым правдисты Л. Котомка, Донецкий Бард, Ф. Коновалов, сотрудничавшие в «Прикубанских степях», сделали журнал одним из самых популярных в предоктябрьские годы в нашей стране. Журнал привлек внимание В. И. Ленина, и он сохранил в своей библиотеке два номера «Прикубанских степей», на одном из которых поставил свою подпись». (Веленгурин Н.Ф. Южная соната. 1979. С.73).

Данное издание распространялось не только на Кубани, известен случай, когда заведующий библиотекой-читальней в Женеве обратился с просьбой к М. К. Седину высылать журнал их читателям.

В июне 1916 года среди сотрудников журнала произошел раскол, и в 10 (11) номере читателям сообщалось, что они вскоре получат новое рабочее издание, не имеющее никакого отношения к М. К. Седину и «Прикубанским степям». Но через несколько дней проблема, связанная с помещением некоторых «небольшевистских» статей, была исчерпана и журнал вышел. 

Журналу по-прежнему недоставало средств. Цены на бумагу и типографские услуги постоянно росли. Чтобы уменьшить расходы М. К. Седин перевел редакцию к себе домой. В тринадцатом номере от 23 июля 1916 года сообщалось о новом адресе – Екатеринодар, ул. Кузнечная, № 81. Тираж удавалось удерживать на уровне 3000 экземпляров. 

Восьмого апреля 1917 года из-за недостатка бумаги вместо журнала «Прикубанские степи» под редакцией М. К. Седина вышла «Рабочая газета Прикубанские степи». В обращении к читателям редактор уверял, что это временно, и вскоре выпуск журнала будет налажен, но этого не произошло.

Во втором разделе «Литературно-публицистическая деятельность М. К. Седина в журнале «Прикубанские степи» подробно рассматривается журналистский вклад Седина в данное издание. Так, в первом номере журнала он публикует написанную в лермонтовском ключе «Колыбельную песню», которую сразу стали распевать рабочие.

Во втором номере в 1916 году появились стихотворение «Старый рабочий» и быль «Подрядчик», в третьем номере – рассказ «Из воспоминаний рабочего», в номере одиннадцать – репортаж «Мы и они», в котором М. К. Седину удалось создать эффект присутствия в духе Эрвина Кича. 

В № 16 за 1916 год М. К. Седин, сам бывший участником рабочего театра, поднял вопрос о работе этих театров в плане решения культурно-просветительных задач и просил режиссеров быть крайне строгими к выбору пьес. 

Драма «В городе» вышла в качестве приложения к 25 номеру журнала «Прикубанские степи». Сюжет драмы основывался на действительных событиях, о которых автор узнал от своего сына – участника забастовочных движений на заводе «Кубаноль». 

Стоит отметить, что создавая главного героя – Александра Сергеевича Дарцева, М. К. Седин наделил его своими чертами характера, дав в «действующих лицах» ему следующую характеристику: «слесарь-механик, сознательно-культурный рабочий, 25 лет», а на второй странице драмы читатель узнает, что Дарцев сотрудничал в рабочих газетах и журналах.

С. М. Тарасенко в брошюре «Митрофан Седин и его произведения» подчеркивал, что пьеса «В городе» написана «в традиции повести «Мать». В годы мировой войны немногие писатели отважились выступать против царизма. Такой гражданский подвиг совершили поэт-большевик Д. Бедный, автор поэмы «Про землю, про волю, про русскую долю»; Ф. Гладков, написавший рассказ «Пучина», В. Маяковский, создавший поэмы «Облако в штанах», «Война и мир», А. Блок, выступивший в 1916 году со знаменитым стихотворением «Коршун», и др. К этим истинно народным творениям мы вправе отнести и скромные произведения Седина – рассказ «Из прошлого», пьесу «В городе»».

К сожалению, нам до настоящего времени не удалось отыскать пьесу «Дуня», вышедшую приложением к седьмому номеру журнала «Прикубанские степи» за 1917 год. Известно лишь то, что данное литературное произведение было посвящено жене М. К. Седина. 

Кроме того, Митрофан Карпович плодотворно работал в сатирических жанрах. Стихотворные фельетоны «Колыбельная», «Бывшим людям!» и «Песни будущего», появившиеся на страницах журнала «Прикубанские степи», сразу же привлекали внимание читателей. Их учили наизусть, распевали на мотив популярных песен.

Рассказы «Волкодав» и «Официальная бумага» стилистически напоминают ряд произведений А. П. Чехова, Н. В. Гоголя и М. Е. Салтыкова-Щедрина, но с кубанским колоритом.

После февральского переворота 1917 года девятый номер журнала «Прикубанские степи» вышел с тремя статьями М. К. Седина: «Прошлое и настоящее», «Впечатления» и «Катехизис наших дней», причем в статье «Прошлое и настоящее» автор провел параллель между событиями 1825 и 1917 годов, а в статье «Катехизис наших дней» обозначил новые задачи рабочего класса в условиях революции.

В третьем разделе «Редакторская деятельность М. К. Седина в 1917-1918 гг.» анализируются последние два года его журналистско-редакторской деятельности, ставшие самым сложным этапом в жизни Седина.

18 марта 1917 года М. К. Седин обратился в Екатеринодарский совет рабочих и воинских депутатов с просьбой взять под опеку журнал «Прикубанские степи», не предполагая, что спустя несколько месяцев этот совет, большая часть состава комитета которого состояла из эсеров и меньшевиков, станет главным врагом газеты «Прикубанская правда» – преемницы журнала «Прикубанские степи». 

Ответ Исполкома был краток: «Отклонить предложение Седина о передаче Е.С.Р.Д. журнала «Прикубанские степи» и организовать свой журнал «Известия Е.С.Р.Д.» в кратчайший срок». (ГАКК, ф. р-1530, оп.1, д.153. С.2).

Поэтому 8 апреля 1917 года вышел единственный номер газеты «Прикубанские степи» под редакцией М. К. Седина, а через несколько дней поступило предложение войти в редакционный состав нового издания – газеты «Прикубанская правда», которая увидела свет 5 мая 1917 года. В статье «От редакции газеты «Прикубанские степи» говорилось, что «издание газеты «Прикубанские степи» в связи с требованием момента заменяется газетой «Прикубанская правда» под редакцией и издательством Екатеринодарского комитета Р.С.Д.Р.П.», и все подписчики журнала «Прикубанские степи» автоматически стали получать газету «Прикубанская правда».

«Данное издание выходило «на четырех страницах формата «Правды» тиражом 6-8, иногда 10 тысяч экземпляров и распространялась не только в Екатеринодаре, но также по станицам, хуторам и аулам всей Кубанской области. Читали ее и трудящиеся Черноморской губернии, Донбасса». В выходных данных стояло: «Редактор-издатель – Екатеринодарский комитет Р.С.Д.Р.П.». Но во многих мемуарах указывается, что «в состав редакционной коллегии газеты входили М. К. Седин, М. М. Карякин, М. И. Бармин и другие». (Очерки истории Краснодарской организации КПСС. Краснодар,1976. С.168).

В начале июля на общем собрании Воинских депутатов постановили «немедленно закрыть местную большевистскую газету «Прикубанская Правда», а ее руководителей арестовать». 16 июля были конфискованы все дела и документы редакции. 

За два месяца вышло всего 16 номеров газеты «Прикубанская Правда». Следующий 17 номер вышел только 10 апреля 1918 года, когда Екатеринодар перешел на некоторое время в руки большевиков.

После разгрома редакции М. К. Седин переехал из Екатеринодара на станцию Тихорецкую, которая в то время была стратегически важным железнодорожным узлом Северного Кавказа. Там Тихорецкий Совет рабочих, солдатских, крестьянских и воинских депутатов предложил М. К. Седину оказать помощь в организации местного издания.

Первый номер газеты «Рабочий и солдат» под редакцией М. К. Седина вышел 2 февраля 1918 года. К сожалению, экземпляры этой газеты не сохранились, о ее содержании можно судить по воспоминаниям ее сотрудников. Газета «Рабочий и солдат» была органом Тихорецкого Совета рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов и ревкома 39-й дивизии, печаталась на 2 страницах два раза в неделю. «Всего с 15 февраля по 14 июля вышло около 40 номеров. Тираж газеты колебался от 300 до 1000 экземпляров». (Михайлов Е. Рождение газеты// «Тихорецкие вести». 19 сентября. 2002. С.2). 

Практически в каждом номере газеты печатались рассказы, статьи и стихотворения М. К. Седина – «Ужасы дня», «Рассказ военнопленного», фельетон «Приключения кадета», «Молитва Каледина», «Мы победим» и другие. 

На станции Тихорецкой была организована еще одна газета «Революционный фронтовик», орган штаба Главнокомандующего Революционными войсками Кубано-Черноморской и Донской Советской Федеративной Республики, выходила малым форматом. Судя по сохранившимся документам, ее фактическим редактором был М. К. Седин, который подбирал и редактировал материалы, находил бумагу и занимался распространением. «Революционный фронтовик» представлял собой информационный бюллетень и вскоре, по причине нестабильной военной ситуации, прекратил свое существование.

4 июня 1918 года Центральный Исполнительный Комитет Кубано-Черноморской Советской Республики постановил «вызвать из Тихорецкой т. Седина, в виду того, что ЦИК неизвестна судьба т.т. Озерова и Силичева, выехавших в Тихорецкую несколько дней назад». (ГАКК, ф. р-411, оп.2, д.294. С.196). 

По возвращению в Екатеринодар М. К. Седин стал сотрудничать с газетой «Известия Советов народных депутатов Кубано-Черноморской республики», которая часто меняла свое название, становясь то «Известиями Кубанского Областного Исполнительного Комитета и Екатеринодарского Совета Народных депутатов», то «Известиями Кубанского областного исполнительного комитета Совета казачьих, крестьянских, рабочих и горских депутатов и Екатеринодарского Совета рабочих, казачьих и солдатских депутатов».

Работа в данном издании в качестве члена редакционной коллегии и журналиста была важным этапом в творчестве М. К. Седина, причем К. М. Мартыненко считает, что М. К. Седин с июля 1918 года стал редактором газеты «Известия Кубанского Областного Исполнительного Комитета и Екатеринодарского Совета Народных депутатов». В этой газете были напечатаны рассказы («Утро» и «На Кубани») и стихи («На могилу сыну Глебу Седину, замученному юнкерами 22 января с. г. в Екатеринодаре», «Поэт», «Борцам за свободу», «Борцам») М. К. Седина.

Мы считаем, что тексты «Борцам за свободу», «Поэт», «Буржуям» принадлежат перу М. К. Седина, о чем свидетельствуют стилистические особенности и подпись – «М. С-н». Таким образом, список произведений М. К. Седина, составленный его дочерью А. М. Сединой можно пополнить. 

Кроме того, находясь в Тихорецкой, М. К. Седин напечатал несколько экземпляров своей пьесы «Поповская правда». К сожалению, никаких доказательств, кроме инвентарного номера книги, в Государственном архиве Краснодарского края не сохранилось. Но в пользу выхода этой книги говорят: а) тематическая составляющая; б) М. К. Седин в то время заведовал на станции Тихорецкой типографией и мог воспользоваться случаем напечатать пьесу. 

Стоит отметить и тот факт, что выходящая в наши дни газета «Тихорецкие вести» ведет номерной отчет от газеты «Рабочий и солдат». 

Четвертый раздел посвящен посмертной судьбе творческой личности М. К. Седина. Как известно, новая идеологическая эпоха нуждается в собственном наборе объектов мифологизации, при помощи которых в массовом сознании закрепляются идеалы и символы этой эпохи. Советская эпоха нуждалась в собственных идолах. Начавшись в тридцатые годы прошлого века, этот процесс постепенно приобретал и региональные черты, когда необходимо было найти и создать «местного Чапаева». На Кубани таким «Чапаевым» стал А. И. Кочубей. При этом многие моменты подлинной биографии героя замалчивались в целях построения чистого героического образа. Деятельность, а тем более, героическая смерть М. К. Седина также послужила поводом его «канонизации».

К личности М. К. Седина обратились еще в 1925-1930 годах, но война на время отодвинула работу по созданию мифа о Митрофане Карповиче Седине до 1955 года. Именно в это время К. Катаенко начинает сбор информации о Сединых - Митрофане и Глебе - для своей книги «Седины». Книга вышла в октябре 1956 года и вызвала большой резонанс у читателей. Но Катаенко при написании очерка опирался, в основном, на воспоминания дочери Митрофана Карповича – Анастасии и допустил много фактических ошибок.

Новый интерес к Митрофану Карповичу Седину возник в 1959 году после выступления Н. С. Хрущева на Третьем Всесоюзном съезде писателей, когда первый секретарь ЦК КПСС упомянул одного из корреспондентов журнала «Прикубанские степи», поэта-шахтера Пантелея Махиню. С этого момента могла бы начаться новая страница истории журнала «Прикубанские степи».

После этого выступления В. С. Лебедев (помощник Н. С. Хрущева) в июне 1959 года написал письмо одному из сотрудников М. К. Седина – Василию Григорьевичу Скрипникову, попросив выслать номера журнала «Прикубанские степи», в которых напечатаны стихи Махини. Кроме того, В. С. Лебедев интересовался статьями или материалами о журнале для того, чтобы «иметь более полное представление о «Прикубанских степях»».

Несколько месяцев спустя, в январе 1960 года, бывшие сотрудники журнала «Прикубанские степи» (П. И. Сидоров, хроникер, В. Г. Скрипников, связной по сбору денежных средств по заводам, М. С. Кочин, наборщик, Н. Я. Горнаев, режиссер кружка рабочей самодеятельности) обратились к Хрущеву с просьбой возобновить выпуск журнала. Неизвестно, каков был ответ Н. С. Хрущева, и был ли он вообще, но немного позже (в марте 1960 года) бывшие сотрудники журнала вновь подняли вопрос о возрождении журнала. На этот раз они обратились уже к жителям края, аргументируя идею о возобновлении издания «Прикубанские степи» отсутствием достойной периодики на Кубани. Но ответа также не последовало. 

Появились серии очерков в местной газете «Советская Кубань», такие, как, «Митрофан Седин и царская цензура» и «Революционер-публицист» С. М. Тарасенкова. В августе 1959 года местное телевидение подготовило передачу под названием «Прикубанские степи», в которой осветило историю появления журнала, его цели и задачи. Альманах «Кубань» также напечатала несколько очерков, в основном о редакторской деятельности Митрофана Карповича Седина.

Многие материалы были подготовлены к столетию (1961) со дня рождения писателя и журналиста. 10 февраля 1961 года произошло еще одно событие, привлекшее внимание к личности М. К. Седина. В газете «Советская Россия» была напечатана заметка о том, что спущен на воду танкер «Митрофан Седин». И уже через несколько дней были написаны приветствия экипажу танкера от редактора городской газеты Тихорецка «Ленинский путь» Г. А. Дзекуна, соратника М. К. Седина по газетам «Рабочий и солдат» и «Революционный фронтовик» И. Г. Неженец-Натрусного и т. д. Эти письма до сих пор хранятся в музее Морского Флота России. 

Огромную роль в популяризации М. К. Седина сыграла не только его дочь Анастасия Митрофановна, но и бывшие сотрудники, те, кто писал письмо Н. С. Хрущеву. Именно они следили за правильностью расположения мемориальных досок, настояли на переименовании улицы Седина на улицу М. Седина, чтобы избежать путаницы с заводом, носящим имя Глеба Седина.

В заключении отражены результаты диссертационного исследования, а также намечены перспективы дальнейшего изучения темы.

Основное содержание работы отражено в следующих публикациях:

Дулепова И. В. Митрофан Карпович Седин – редактор и журналист // Средства массовой информации в современном мире. Молодые исследователи. Тезисы межвузовской научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 2003. С. 37-38.

Заватская И. В. Судьба журналиста как объект мифологизации (на примере М. К. Седина) // Коммуникация в современном мире. Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы массовой коммуникации». Воронеж, 2004. С.38.

Заватская И. В. М. К.Седин – редактор журнала «Прикубанские степи» // Экономика. Право. Печать. Научный и информационно-методический журнал. Краснодар, 2004. № 4-5. С. 60-65.

Заватская И. В. История закрытия екатеринодарской большевистской газеты «Прикубанская правда» // Коммуникация в современном мире. Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы массовой коммуникации». Воронеж, 2005. С. 67.

Заватская И. В. «Прикубанские степи» в период первой мировой войны // Средства массовой информации в современном мире. Петербургские чтения. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 2004. С. 260-261.

Заватская И. В. Информационные войны в период становления советской власти на Кубани // PR и коммуникативные процессы. Тезисы докладов и выступлений. Краснодар, 2006. С.11-14.

Заватская И. В. Политическая составляющая кубанской периодики в начале ХХ века // Человек. Сообщество. Управление. Научно-информационный журнал. Краснодар, 2006. №3. С.104-107.