Режим талибов в Афганистане в конце ХХ века

РЕФЕРАТ



РЕЖИМ ТАЛИБОВ В АФГАНИСТАНЕ В КОНЦЕ ХХ ВЕКА



террористический талибан афганистан




Уникальность талибского режима в Афганистане заключается в идеологических, политических и экономических особенностях его сущности. Прежде всего, следует отчетливо понимать, что эти особенности являются производными от идеологической доктрины, огнем и мечем навязанной многонациональному афганскому народу толпой недоучившихся пуштунских студентов, во главе которых стояли вполне зрелые, хорошо образованные, амбициозные пуштунские лидеры. Причем не в последнюю очередь это происходило с помощью сил извне. США задумали, Саудовская Аравия финансировала, а Пакистан осуществил процесс рождения и возмужания этого Движения. Делали они это, исходя из своих корыстных, сиюминутных политических целей, поставленных, прямо скажем, с плохо просчитанными последствиями для них самих. Ныне все мировое сообщество прекрасно осознает, что ДТ в Афганистане, захватившее почти 90% его территории, явно вопреки планам создателей (во всяком случае, одного из них, но самого могущественного), по сути дела превратило эту страну в мировой центр наркобизнеса, исламистского экстремизма и терроризма. Режим афганских талибов представляет сегодня угрозу не только региональной, но и мировой безопасности.

В этой связи необходимо еще раз повторить, что первооснова всех опасностей, исходящих из талибского Афганистана, – талибская идеология, воплощенная в политике. Режим ДТ – это предельно идеологизированный режим. В основу его идеологии положены наиболее консервативные средневековые постулаты раннего ислама. Даже среди ныне существующих идеологизированных тоталитарных режимов коммунистической, религиозной или другой окраски, режим афганских талибов выделяется своим фанатизмом и воинственной непримиримостью. Так, талибы силой принуждают афганцев следовать своей и только своей экстремистской версии ислама. Следование другим течениям или школам ислама, не говоря уже об иных религиях или вообще об атеизме, карается смертью.

Все афганцы, находящиеся под строжайшим постоянным контролем талибов, обязаны подчиняться средневековым религиозным правилам, которые нельзя сравнить ни с чем в современном мире. Например, за проведением в жизнь талибских законов пристально следит религиозная полиция, находящаяся в подчинении Министерства добропорядочности и борьбы с пороками. Талибские инстанции контролируют личное поведение каждого человека с утра до ночи и с ночи до утра. Люди, пропускающие обязательные намазы или опаздывающие на них, подвергаются наказаниям, включая жестокую порку. Религиозная полиция следит также за соблюдением правил внешнего вида людей. Мужчины обязаны носить бороды строго определенной длины, головные уборы и одежду, как считают талибы, соответствующие исламским установкам, женщины – паранджу, скрывающую их с ног до головы. Репрессии талибов особенно жестоки по отношению к афганским женщинам и девочкам. Большинству девочек запрещено посещать школы. И за исключением некоторых женщин-врачей и медсестер (в основном гинекологов и акушерок), подавляющее большинство женщин не может работать за пределами дома. Женщинам запрещено появляться вне дома без сопровождения родственников (мужчин или пожилых женщин), управлять автомобилем, пользоваться косметикой и т. д.

За нарушения этих правил религиозная полиция подвергает людей различным суровым наказаниям вплоть до смертной казни. Кроме того, самый настоящие кровавые гонения развязаны в талибском Афганистане против шахмат, детских кукол, плюшевых мишек. Запрещены фотография, (прежде всего – съемка людей), музыка, кино, телевидение, практически все виды искусств. Талибский режим целенаправленно отбрасывает афганцев в раннее средневековье.

Все вышеназванное могло бы быть внутренним делом талибской группировки, захватившей власть в Афганистане (хотя, безусловно, с большими натяжками и допусками, – ведь вопиющее нарушение прав человека, еще невиданное с времен тоталитарных режимов, налицо), если бы не три очень важных момента: 1) талибы осуществляют экспорт своих идей в другие страны; 2) они в качестве и наемников, и добровольцев, и бесправных рекрутов принимают активное участие в террористической, антигосударственной деятельности многочисленных исламистских группировок в мусульманских странах региона, более того, Афганистан, благодаря талибам, стал центром международного терроризма; 3) они являются главными и основными производителями и экспортерами растительных наркотиков в мире. Именно наркотики – финансово-экономический фундамент талибского режима.

Ущербный режим порождает ущербную экономику, которая базируется на наркобизнесе. Экономика Афганистана, и в лучшие времена не отличавшаяся мощью и имевшая ярковыраженный полуфеодальный характер, за более чем 20 лет непрерывных войн была практически разрушена. Уничтожены свыше 200 тыс. га посевных площадей, погибли миллионы голов скота, взорваны ирригационные сооружения и древние каналы водоснабжения, выведены из строя многие сотни километров шоссейных и горных дорог, энергосистемы, десятки промышленных предприятий и мастерских1, погибли или уехали из страны тысячи специалистов. Миллионы афганцев были обречены на голодную смерть. И в этих условиях наркобизнес стал, пожалуй, единственной (если не считать контрабанду и торговлю) отраслью экономики, благодаря которой одни просто выживали, другие сказочно обогащались, а третьи уходили от тяжелой повседневности в наркотическое забытье.

После прихода к власти талибов в Афганистане наблюдается небывалый бум наркобизнеса: расширяются посевные площади опиумного мака, наращивается производство опиума и героина. Афганистан уже обогнал такие наркопроизводящие страны как Мьянма (Бирма), Лаос, Таиланд, Колумбия и Пакистан вместе взятые. Официальные цифры просто поражают. Еще в 1996 г. талибы увеличили площади посевов наркосодержащих культур на 33% и стали контролировать более 96% территорий, где произрастает опиумный мак2. Дальше – больше: только за 1999 г. посевные площади опиумного мака в контролируемой талибами части Афганистана увеличились на 43 % – с 64 тыс. га в 1998 г. до 91 тыс. га в 1999 г.3 Согласно данным Международной программы ООН по контролю за наркотическими средствами, доля Афганистана на мировом рынке героина только за несколько последних лет возросла с 40 до 75%4. В реальных цифрах динамика роста такова: в 1984 г. в Афганистане было произведено чуть более 41 т опиума-сырца, в 1989 г. – 650 т, в 1996 г. – уже 2300 т5, в 1998 г. – почти 2800 т, а в 1999 г. (страшный рекорд) – по разным источникам от 46006 до 49507 т. И это по сравнению с 1650 т во всех других странах мира8.

По данным специалистов по борьбе с наркобизнесом, около 60% полученного в Афганистане урожая опиума перерабатывается на предприятиях, расположенных вдоль границы с соседними странами9. Оттуда героин и оставшийся опиум переправляется хорошо вооруженными и оснащенными современной техникой наркокурьерами на рынки сбыта. Так, часть наркотиков контрабандными тропами идет через страны Центральной Азии и Казахстан на запад – в европейские районы России, а оттуда – на Украину, в Беларусь, Молдову, в страны Балтии и далее – в Восточную и Западную Европу, а также на север и восток России – в Сибирь и на Дальний Восток. Другая часть – в Пакистан, Иран и далее через Иран несколькими маршрутами в Турцию и далее – в Европу; на Кавказ и далее – в Россию; на север и далее – «везде»; на юг – в страны Персидского залива и далее – «везде». Этот путь нарекли «Золотым полумесяцем».

Резкая активизация контрабанды наркотиков создает очаги напряженности в сопредельных государствах практически по всему периметру афганской границы. Так, ситуация на таджикско-афганской границе, которую охраняют российские военнослужащие, в последнее время становится все более сложной. От отдельных стычек дело сегодня дошло до широкомасштабных боев с наркокурьерами. Такая же взрывоопасная обстановка и на ирано-афганской границе. По сообщению иранской прессы, только с марта 1998 по март 1999 г. на границе с Афганистаном были уничтожены сотни наркодельцов и наркокурьеров, разгромлены десятки тайных баз наркобизнесменов. В боях с контрабандистами погибли 80 иранских военнослужащих10.

Мощный взрыв производства наркотиков в талибском Афганистане породил практически неуправляемую ударную волну их сбыта и потребления, обогнувшую весь мир. Рекордный выброс афганских наркотиков на черные рынки сбыта резко снизил цену на них при сохранении более высокого качества, чем бирманские или колумбийские аналоги. Так, цена 1 кг опиума в этом году упала с 60 до 37 долл11. Подобная ситуация привела к резкому увеличению потока более дешевого афганского героина в Европу, где употребляется уже 80% наркотиков афганского происхождения12.

Аналогичное положение сложилось и в бывших советских республиках Центральной Азии и Закавказья, а также России, куда потоком идут афганские наркотики. Более того, почти двукратное удешевление опиума и одновременно двойное увеличение его количества на мировых рынках делает наркотики более доступными и во много раз расширяет круг их потребителей. Причем, все это нисколько не уменьшает баснословные прибыли наркодельцов. По предварительным оценкам, стоимость опиума в 1999 г. составила порядка 180 млн. долл. (против 100 млн. долл. 1998 г.). К моменту, когда он попадает на улицы европейских и американских городов в виде очищенного героина, его стоимость уже составляет миллиарды долларов.

Британские источники приводили доказательства, что наркобизнес – важный, если не основной, финансовый источник талибов. Однако справедливости ради надо отметить, что лидер афганского Движения талибан Мохаммад Омар заявил недавно, что руководство афганских талибов примет ряд жестких мер, чтобы соответствовать международным стандартам в области борьбы с наркобизнесом. Этими мерами предусматривается выявление и уничтожение лабораторий по производству героина и плантаций наркотических растений, строгое, в соответствии с законами шариата, наказание наркодельцов. Однако, по нашему мнению, реальное воплощение этих планов в жизнь маловероятно. Причин тому несколько. Одна из главных сугубо политическая. Известно, что еще в конце 1998 г. талибы высказали готовность объявить войну производству и распространению наркотиков лишь в обмен на международное признание их режима и получение широкомасштабной помощи от мирового сообщества. Подобный политический шантаж, безусловно, не может быть принят цивилизованным миром и расцениваться в качестве серьезных намерений афганских талибов. Тем более намерения эти довольно лицемерные. Они не более чем пропагандистский трюк, политическая демагогия, призванная обелить сверхэкстремистский исламский режим в глазах мировой общественности. Антинаркотическим мерам талибского режима (если бы он и стремился к их осуществлению) объективно противятся его финансово-экономическое положение, поголовная нищета и отсутствие реальных перспектив даже простого выживания у подавляющего большинства населения, воздействие внешних наркомафиозных сил, но главное – необходимость использования неисчерпаемого источника финансов для осуществления своей экстремистской и экспансионистской политики как в самом Афганистане, так и за его пределами. Анализ обстановки с наркобизнесом в оккупированной талибами стране свидетельствует, что наркотики для талибского режима – это деньги, деньги и деньги, на которые можно приобретать оружие и претворять в жизнь идеи средневекового ислама.

Таким образом, наркобизнес по всей его цепочке – выращивание, переработка, производство, хранение, транспортировка, поиск и охрана коммуникаций к рынкам сбыта – стал, можно сказать, государственной отраслью талибской экономики. Объективные данные ООН свидетельствуют, что самое негативное влияние на состояние наркообстановки в регионе и даже в мире оказывает именно Афганистан, который, особенно после захвата власти талибами, стал наркотическим проклятьем всего мира, одним из главных источников производства и распространения опиума и героина. В этой связи примечательны заявления Пино Арлакки, заместителя Генерального секретаря ООН и руководителя управления ООН по контролю за наркотиками и предупреждению преступности. Он, выразив озабоченность неконтролируемостью ситуации с наркобизнесом в Афганистане, высказал необходимость рассмотрения этого вопроса на Совете Безопасности и на Генеральной Ассамблее ООН. «Терпению мирового сообщества может прийти конец», – подчеркнул Пино Арлаки13.

Проблема борьбы с наркобизнесом – это общемировая проблема. На ее решение должны быть брошены все возможные силы мирового сообщества. Сегодня, когда реально невозможно покончить с наркобизнесом в самом Афганистане, необходимо активное взаимодействие всех соседних с ним государств, международных организаций, прежде всего ООН. Именно для этого необходимо оказать реальную финансовую и материальную помощь в этом благородном деле сопредельным с Афганистаном странам, которые находятся на передовой фронта антинаркотической борьбы. Это было бы наиболее гуманистичное вложение капиталов США и стран НАТО. Необходим эффективный заслон транспортировке и контрабанде наркотиков, в целом – мощный санитарный кордон вокруг Афганистана.

К сожалению санитарный кордон вокруг Афганистана нужен не только для борьбы с наркобизнесом.

Недавно министр иностранных дел России И.Иванов, сделавший остановку в Дели на пути из Сингапура в Москву, заявил, что из талибского Афганистана исходит не только угроза, связанная с наркотиками и незаконным оборотом оружия, но и не менее реальная угроза исламского экстремизма. События последних лет подтверждают это заявление российского министра. Талибский Афганистан подобно раковой опухоли выбрасывает свои метастазы по всему региону и даже миру. Причем метастазы принимают формы экспорта не только наркотического дурмана, но и экстремистских религиозных идей, а также и прямого террора.

Сегодня становится все более яснее, что международный терроризм – общий враг. Он угрожает всем законопослушным гражданам, всем цивилизованным странам, будь то христианским, мусульманским, буддистским или иудейским. В истории XX в. терроризм имел разные цвета коричневый, красный, а ныне – зеленый. Это не случайность. Просто в определенные исторические эпохи терроризму сподручнее маскироваться и прикрываться различными идеологическими доктринами, определяющими цвета маскировки. Сегодня – это цвет ислама. А суть у всех этих разновидностей террора одна – убийства, убийства и убийства ни в чем не повинных людей и оголтелый шантаж ради захвата власти и контроля за жизненноважными региональными и мировыми ресурсами. Это ныне наблюдается и на Северном Кавказе.

К сожалению, современная геополитическая ситуация способствует усилению терроризма именно в мусульманских регионах планеты. Кровавые следы деяний подобных террористов можно видеть на всем огромном пространстве мусульманского мира от Западной Африки до Индонезии. Политологи высказывают мнение, что существуют несколько региональных центров исламистского экстремизма, представленных многочисленными военно-политическими и террористическими организациями различного религиозного толка. Причем, конечно, нет оснований утверждать, что эти центры имеют общий штаб, но определенная координация действий не вызывает сомнений.

В последние годы на первые роли в этом террористском интернационале выдвинулся небезызвестный Усама бен Ладен, который, используя талибский Афганистан в качестве своей ставки и источника наркодолларов, предпринимает попытки бандитскими методами завладеть стратегическими энергетическими ресурсами Северного Кавказа и Центральной Азии. Бен Ладен, организовавший серию терактов по всему миру под экстремистскими исламскими лозунгами, духовно и идейно очень близок талибским вождям. Именно бен Ладен – финансовая смычка между афганскими талибами и бандами Басаева, Хаттаба, Радуева и других террористов в Чечне. Полевой командир Хаттаб, настоящее имя которого Хабиб Абдул Рахман, прошел подготовку в лагерях бен Ладена. Именно к Хаттабу прибывают новобранцы-террористы из талибского Афганистана, спецслужбы которого снабжают их паспортами, другими документами, деньгами и содействуют проникновению на территорию Таджикистана и дальнейшему просачиванию в Чечню14.

Установление тесных деловых и боевых связей между Движением талибан и чеченскими полевыми командирами подтверждается также тем, что, по данным прессы, накануне вторжения бандформирований в Дагестан в Польше состоялись секретные переговоры представителей талибов с чеченскими сепаратистами. Один из основных вопросов, которые они обсуждали, – возможность координации действий и оказания реальной помощи, в том числе и финансовой, чеченским бандитам со стороны Движения талибан, т.е. другими словами, содействие талибов в проведении исламистскими экстремистами Северного Кавказа террористических акций в России. Как заявил недавно директор службы по борьбе с терроризмом при Конгрессе США Юсеф Бодански, чеченские боевики финансируются «террористом номер один» бен Ладеном за счет средств, поступающих от торговли наркотиками. По его словам, наркобизнес в Афганистане приносит ежегодный доход порядка 8 млрд. долл. При этом на долю самого бен Ладена приходится более 1 млрд. долл., часть из них проходит через чеченскую мафию. Ю.Бодански подчеркнул, что для финансирования террористов используется разветвленная система различных коммерческих предприятий, оперирующих большими суммами денег и имеющих связи с сетью организованной преступности в Европе и США. Отмытые ими афганские наркодоллары вместе с оружием возвращаются назад и поступают исламским боевикам по всему миру, в том числе и в Чечню. Однако экспансия афганских талибов отмечается не только на Кавказе, но и в других регионах планеты15.

Непосредственное участие талибов в террористических акциях в Чечне и Таджикистане, в других государствах Центральной Азии, в вооруженных провокациях на афгано-иранской границе и в боевых действиях против Индии в Кашмире свидетельствуют о стремлении талибских вождей расширить зону своего влияния. Совершенно справедливо указывал российский министр иностранных дел И.Иванов, что реальная угроза исламского экстремизма из Афганистана направлена не только в сторону Центральной Азии, что непосредственно беспокоит Россию, но и в сторону Индии. Можно еще добавить и в стороны всех государств региона.

Недавно бен Ладен заявил: «Нашими самыми большими врагами являются США и Индия, и мы должны преподать им хороший урок». Известно, что боевики, возглавляемых этим террористом исламистских экстремистских группировок, принимали самое активное участие совместно с пакистанскими военнослужащими во вторжении в Кашмир. Более того, такая действующая в Пакистане организация воинствующих исламистов как «Харкат», имеет теснейшие связи с бен Ладеном. В ее распоряжении находятся несколько тысяч наемников, среди которых в основном пакистанцы, кашмирцы, афганцы и арабы. Подготовку они проходят в хорошо оборудованных лагерях бен Ладена на территории Афганистана. Однако афганские террористы, ведомые бен Ладеном, распространяют свою деятельность и на Узбекистан, и на Таджикистан, и на Киргизию. Он не скрывает свои цели – создания в регионе государства воинствующих исламистских фундаменталистов16.

Афганские террористы не щадят даже своих покровителей – пакистанцев. В конце сентября – начале октября 1999 г. группа террористов, прошедшая специальную подготовку в талибских лагерях на территории Афганистана, проникла из этой страны в Пакистан и убила в ряде городов более 40 членов шиитской общины Пакистана17. Религиозно-идеологическая экспансия талибского режима, безусловно, окажет самое отрицательное непосредственное и опосредованное влияние на всю геополитическую обстановку. Метастазы экстремизма и террора разрушают мир в регионе и на всей планете.

Таким образом, правомерно констатировать, что исламистский экстремистско-террористический режим Движения талибан в Афганистане по всем общепринятым показателям выпадает из мировой системы цивилизованных режимов, не отличающейся кстати одномерностью и однообразием, а скорее наоборот имеющей самый разноцветный спектр политических пристрастий. Именно поэтому мировое сообщество, несмотря на все ухищрения и шантаж талибских исламистских экстремистов, отказывается признать этот режим в качестве единственно законного в Афганистане. На 54-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН осенью 1999 г. Международное сообщество в очередной раз отклонило претензии талибов на постоянное место в этой организации, обвинив их в массовых репрессиях, нарушениях прав человека, нежелании решить внутриафганский конфликт мирным путем и тайной поддержке терроризма и производства наркотиков. Более того, Совет Безопасности ООН намерен усилить изоляцию режима талибов в Афганистане и подорвать его финансовые возможности. В этих целях в штаб-квартире ООН в настоящее время идет разработка проекта резолюции о введении жестких экономических санкций против талибского Афганистана. В этом документе содержится требование к ДТ выдать бен Ладена, который обвиняется в проведении террористических актах по всему миру. В случае отказа талибов выдать «международного террориста номер один» в проекте резолюции предусматривается введение санкций, которые будут включать в себя авиационное эмбарго и замораживание счетов талибов в банках всего мира. Согласно предложенному проекту резолюции. Совет Безопасности ООН должен потребовать, чтобы талибы отказались предоставлять территорию Афганистана для размещения тренировочных лагерей международных террористов. Руководство ДТ должно дать гарантии, что «территория, находящаяся под их контролем, не используется для подготовки и организации террористических актов против других государств или их жителей», и «начать сотрудничать для передачи террористов правосудию»18. Введение санкций ООН против талибов должно дать ясный сигнал, что сообщество наций не будет иметь дело с теми режимами, которые игнорируют общепризнанные цивилизованные нормы бытия.

В этой связи поражает запоздалая активность в антиталибской деятельности США. Будучи инициатором создания Движения талибан на территории Пакистана, США планировали направить его деятельность в другое русло. Однако, «посеяв ветер – пожнешь бурю», гласит пословица. Талибы не без помощи США превратили Афганистан в центр международного наркобизнеса и терроризма, которые захлестывают ныне и США. Да и бен Ладен, как отмечают политологи, не считался в Америке террористом, когда воевал в Афганистане против советской армии, когда самолично отрезал головы пленным советским солдатам. Но, похоже, взрывы посольств США в Кении и Танзании, унесшие жизни 12 американцев, лишили Вашингтон радужных иллюзий по поводу возможности управлять и направлять по своему желанию исламистский экстремизм и терроризм. Усама бен Ладен продолжает свою антиамериканскую террористическую деятельность. Так, им была издана «фетва» – религиозная директива, в которой всем его сторонникам было дано указание убивать граждан США по всему миру19. Бумеранг, запущенный США, вернулся. Теперь США в одностороннем порядке запрещают деятельность некоторых афганских компаний на своей территории, замораживают их авуары в американских банках, заносят в «черный список» террористических организаций группировку «Аль-Каида», созданную бен Ладенам, дают спецслужбам бóльшую свободу действий в охоте на «террориста номер один», поддерживают международные санкции против талибов.

Не вызывает сомнений необходимость как можно быстрого введения этих санкций. Но возникает вопрос: будут ли они достаточны и действенны? Бывший высокопоставленный сотрудник ЦРУ Винсент Кэннистрэро, возглавлявший в этом ведомстве отдел по борьбе с терроризмом и ныне считающийся одним из ведущих экспертов по проблеме международного терроризма, полагает, что до тех пор пока талибы будут находится у власти в Афганистане от бен Ладена будет исходить угроза. Движение талибан, по его мнению, предоставляет бен Ладену защиту и возможность осуществлять свои операции с территории Афганистана. До тех пор пока это будет продолжаться поток терроризма и наркотиков из Афганистана не прекратится. Винсент Кэннистэро предлагает оказать широкую поддержку антиталибскому Северному альянсу, который во главе с Ахмад Шах Масудом ведет вооруженную борьбу с талибами, уничтожить этот режим, а также утихомирить Пакистан, военнослужащие которого воюют на стороне талибов, и поддержать Россию в ее антитеррористической борьбе в Чечне. «Терроризм, говорит он, – сегодня распространен по всему миру и, чтобы победить его, требуется международное сотрудничество. Это наш общий враг, и я надеюсь, что российское правительство это понимает. Соединенные Штаты и другие страны должны оказать помощь России в борьбе с этим явлением»20. Правильные слова.

Подводя итог сказанному, можно констатировать, что раковая опухоль международного исламистского терроризма требует не только терапевтических, но и решительных хирургических мер, способных спасти цивилизованный порядок в мире. Поэтому наряду с вышеназванными мерами международного сообщества необходимы самые решительные действия на основе международного права под эгидой ООН вплоть до прямого вмешательства интернациональных сил (в том числе, быть может, и вооруженных), чтобы, наконец, покончить с наркобизнесом и терроризмом, распространяющимися из Афганистана, создать вокруг него мощный санитарный кордон. Именно объединение усилий всего мирового сообщества, прежде всего стран региона, США, России, Индии, Китая, Ирана, стран НАТО перед лицом общей угрозы может спасти мир от наркотической чумы и терроризма.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ



	Арутюнова М.Р. Война и наркобизнес. – Афганистан: война и проблемы мира. М., 1998, с. 31.

	Агентство Рейтер, 10.09.1999.

	Проблемы, события, люди. Издание Государственной российской радиокомпании «Голос России». 15.09.1999.

	ИТАР-ТАСС. 13.09.1999.

	8 Там же.

	Сегодня в мире. Издание Государственной российской радиокомпании «Голос России». 21.09.1999.

	Мир и мы. Вестник иностранной информации о России и СНГ. – ИТАР-ТАСС. 24.09.1999.

	РИА Новости. 07.10.1999.