Анализ проблемы повседневности в современном любовном романе

Введение



Термин массовая литература часто воспринимается в негативно-оценочном аспекте. В связи с этим примечательно определение в КЛЭ:

"Массовая литература (паралитература, сублитература) – крупнотиражная развлекательная и дидактическая беллетристика 19–20 вв.; является составной частью "индустрии культуры".

Критик С.И. Чупринин в статье о массовой литературе выделяет следующие важные проблемы:

Массовую литературу упрощает и доводит до предела,

Классическая литература всегда открывает человеку нечто новое: о нем самом, о мире, массовая литература, как волшебная сказка, подтверждает то, что человеку давно известно.

3. Массовая не "нагружает" читателя избыточно серьезными новыми проблемами.

	4. Массовая литература не озабочена стилистическими поисками, транслируя свои сообщения в формате "формульного письма", где речевые и сюжетные штампы, безошибочно опознаваемые характеры и мотивации – не свидетельство литературного брака, но тот код, к какому ее читатели привыкли и с помощью которого оценивают и себя, и окружающих, и реальность в целом.

Благодаря чему у массовой литературы появились такие уничижающие синонимы, как чтиво, жвачка, тривиальная, бульварная, рыночная, низкая (низменная), китч– и трэш-литература, и она превратилась в антипод собственно изящной словесности.

В современном дискурсе тема "других литератур" впервые была поднята в журнале "Новое Литературное Обозрение". Массовая литература рассматривалась как проблема, к которой современники остаются глухи: "дело в самой филологической рутине, не пропускающей ни малейшей мысли, идеи, которые отмечены интересом к сегодняшней жизни или возможностям и ее понимания. Согласитесь – все-таки это странная наука о литературе, которой не интересно, которую не занимает 97% литературного потока, то, что называют "литературой" и что читают подавляющее большинство людей. Может, сведем всю биологию к бабочкам?" – пишет социолог Л.Д. Гудков.

Массовая литература стала объектом изучения филологов и философов, психологов и социологов, поэтому существует множество определений массовой литературы.

М.Ю. Лотман рассматривает массовую литературу как историко-культурную проблему и пишет о ее двойственной природе: "Выступая в определенном отношении как средство разрушения культуры, она одновременно может втягиваться в ее систему, участвуя в строительстве новых структурных форм".

В беседе культурологов, поэтов и критиков (Денис Датешидзе, Василий Ковалев, Алексей Машевский, Александр Мелихов, Александр Фролов, Елена Чижова) центральной темой являлась массовая культура, тезисы, которые были выдвинуты в ходе беседы, напрямую относятся к массовой литературе. Интересны некоторые характеристики массовой культуры в сопоставительном аспекте с истинной культурой (некоторые из них будут далее подробнее рассмотрены непосредственно по отношению к дамскому роману):

массовая культура ни в малейшей степени не осознает себя отдельной сферой, она смешивает себя с жизнью, не чувствует собственных границ – в отличие от подлинной культуры;

все экзистенциальные вопросы массовая культура выдает в виде некоторых упрощенных ответов, в то время как вообще искусство занимается постановкой вопросов;

культура подлинная – исторична и контекстуальна, любое настоящее произведение искусства помнит (в крови у него это, в генетике) то, что было написано сто, двести, тысячу лет назад, оно живет этой кровью, оно развивается как живой организм. Что же касается массовой культуры, она вырастает всегда как бы на пустом месте и ничего не помнит о массовой культуре прошлого.

Главным жанром массовой прозы стал роман, который и в качественной литературе занимает доминирующее положение, или заметить, как ловко масскульт присвоил себе художественную иронию, не свойственную ни лубку, ни самодеятельному словесному творчеству, зато обеспечившую успех и ироническим детективам (Дарья Донцова, Марина Воронцова, Галина Куликова и др.), и ироническим любовным романам (Екатерина Вильмонт, Диля Еникеева и др.).

Таким образом, цель данной работы: на примере современной массовой литературы (жанр мелодрамы) выявить поэтику быта и повседневности.

Задачи:

Определить черты современной мелодрамы.

Выявить особенности изображения действительности в современном отечественном романе.






Жанр мелодрамы



Прежде всего, мелодрама – это жанр театрального (драматургического или сценического) произведения и сам термин возник в 17 в. в Италии и первоначально применялся как одно из обозначений оперы. По сравнению с комедией или трагедией, ведущих свою историю с глубокой древности, жанр мелодрамы очень молод.

Весьма любопытно формируется способ зрительского восприятия этого жанра. Фактически мелодрама не имеет особого отношения к реальной жизни, однако последовательное и принципиальное использование архетипических коллизий и сюжетов позволяет зрителю олицетворять себя с героем; причем не столько себя настоящего, сколько себя вымышленного, идеального, представляемого в мечтах и грезах. Собственно говоря, мелодрама сродни сказке для взрослых, в которой обычный человек попадает в неправдоподобные обстоятельства и становится их игрушкой.

Второе значение Мелодрама получила во второй половине XVIII в. во Франции для обозначения особого рода пьесок с одним или двумя действующими лицами (монодрамами или дуодрамами), декламация которых сопровождалась музыкой, заполнявшей также перерывы между лирическими монологами. Образцом такой мелодрамы считается "Пигмалион" (1762) Ж.Ж. Руссо.

Третье значение термин Мелодрама получила в годы Директории во Франции для обозначения авантюрной обстановочной драмы с внезапными острыми сценическими положениями и с приподнятым, эмфатическим стилем.

Интересно отметить характерные черты мелодрамы 18 века:

Морально-дидактическая установка, находящая выражение в пропаганде определенных классовых идеалов и жизненных норм путем эмоционально заостренного, трогательного и волнующего действия.

Дидактическая установка жанра выражается в том, что трагедийное действие завершается "счастливым концом", т.е. разоблачением и наказанием порока, торжеством и награждением добродетели.

До крайности упрощенные и схематизированные образы, которые сводятся к четырем основным типам: влюбленному герою, добродетельной героине, черному злодею и добродушному комику-простаку.

Все действие строится на чередовании резко контрастных ситуаций, по возможности трогательных, "душещипательных", исторгающих потоки слез у неискушенного зрителя.

В основе пьесы заложены элементарные конфликты и, в силу своей примитивности, универсальные, общепонятные.

Романтическая драма – жанр, который формируется в первой половине 19 в. в эпоху Романтизма, в котором проявились новые для мелодрамы черты: воинствующий индивидуализм, прославление чувства и воображения, пристрастие к экзотизму, культ таинственности, ужасов и кошмаров, стремление к воспроизведению колорита места и времени, субъективный лиризм, патетизм, эмфаза в слоге, сниженная бытовая лексика, отрицание "трех единств" в композиции, прозаическая форма вместо александрийского стиха.

Судьба мелодрамы в России

В 30-е годы XIX века в России в обстановке жестокой политической реакции, наступившей после разгрома декабристского движения, важные задачи выполняет направление прогрессивного романтизма. Романтический театр раскрывает внутреннюю драму человека, наделенного стремлением к свободе и социальной справедливости, и выражает бунт мыслящей личности против окружающего ее мира насилия и произвола. В России широкое распространение получают переводные мелодрамы, а также первые оригинальные мелодрамы.

Первыми оригинальными мелодрамами стали переделки "Бедной Лизы" Н.М. Карамзина, пьес Н.В. Кукольника, Н.А. Полевого, Р.М. Зотова. Воздействие жанра мелодрамы ощутимо в "Маскараде" М.Ю. Лермонтова. Мелодраматические мотивы использовал А.Н. Островский в пьесах "Горячее сердце", "Таланты и поклонники", а его пьесы "Поздняя любовь" и "Без вины виноватые" можно считать классическими образцами этого жанра. Повышенный интерес к мелодраме проявлял в первые послереволюционные годы возрождающийся и зарождающийся театр. Оживление мелодраматических тенденций наблюдается в драматургии 1950–1980-х годов (пьесы А.Н. Арбузова, А.Д. Салынского, A.M. Володина и др.).



Современный русский любовный роман



После окончательного распада Советского Союза на литературный рынок хлынули массы переводных книжных изданий. По данным еженедельника "Книжный бизнес", более 90% – это книги наибольшей расходимости популярных развлекательных жанров: криминальные и авантюрно-приключенческие романы, триллеры, мелодрамы, фантастика. На "высокую" литературу приходилось немногим более 2%. Большую популярность в начале 90-х годов приобрел жанр любовных романов. В 1995 году любовных романов в переплете издавалось почти столько же, сколько детективов (до 25%), а в мягкой обложке – больше всех других жанров (до 33%).  При этом стоит отметить, что любовные романы, выпускаемые в России в этот период, практически все – переводные. Это неудивительно, поскольку в отечественной литературе жанр любовных романов долгое время не развивался из-за идеологических ограничений. На сегодняшний день, как утверждают специалисты, рынок любовных романов является одним из самых прибыльных и динамично развивающихся книжных рынков России.

Уже в начале 90-х такие крупные издательства как "Эксмо", "Радуга", "Панорама", "Центр 2000", "Авангард", "АСТ", "ОЛМА-Пресс" и другие выпускают целые серии любовных романов, например, "Русский любовно-авантюрный роман", "Мужчина и женщина", "Любовь в большом городе" (Эксмо), "Мелодрама-мини", "Сказки о любви для женщин", "Любовь нашего времени" (Олма-пресс) и т.д. (ср.: по состоянию на 1 января 1998 года в справочнике книжных серий можно насчитать почти 1900 наименований). Помимо переводных романов появляются литературные мистификации: "российский автор скрывается за западным именем и западным антуражем".

С 1995 года начинается становление отечественного любовного романа. Появляются романы Е. Вильмонт (Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры", "Полоса везения, или Все мужики козлы", "Хочу бабу на роликах!", "Плевать на всё с гигантской секвойи"), А. Дубчак ("Визиты к одному мужчине"), М. Юденич ("Я отварила перед тобою дверь", "Исчадие ада", "Сен-Женевьев де Буа"), А. Берсеневой ("Возраст третьей любви"), А. Алексеевой ("Любовь провинциалки, или Нелегкие опыты любви", "Замужество Зиночки Пенкиной", "Тетя Шура, любовь и старый дом"), И. Ульяниной ("Все девушки любят богатых", "Все девушки любят женатых") и др.

Однако в отличие от других жанров массовой литературы, таких как детектив или фантастика, жанр "розового" романа воспринимается скептически и вызывает полемику со стороны писателей, издателей и критиков. Писательница Татьяна Сотникова (пишет под псевдонимом Анна Берсеньева) в своей статье "Функция караоке", рассуждая о будущем жанра любовного романа, приходит к некоторым интересным выводам:

русский любовный роман – термин эфемерный, выдуманный, гипотетический;

произведения этого жанра "ютятся в самом глухом секторе книжного рынка, не пользуются большим спросом ни у оптовиков, ни у читателей и имеют мизерные для массовой литературы тиражи";

отвечая на вопрос о технологии написания ("Что-что такое надо сочинить, чтобы все-все покупали и чтобы за это платили бы много-много твердой валюты?") Т. Сотникова приходит к выводу о том, что чем больше дамский роман (или серия романов) отходит от неких критериев, обязательных для этого жанра, от некоторого набора клише, тем больший читательский интерес он вызовет;

русского любовного романа "не было никогда, нет и не будет";

некоторые причины, почему жанр не приживается на русской почве:

существует определенный набор клише, отойти от которого невозможно ("слезы должны быть определенной формы и по определенному поводу и т.д."), в таком виде этот жанр потребляется во всем мире и главным образом в Америке, а попытки создания русского любовного романа – "все равно, что пытаться сделать конструктор "Лего" из хлебного мякиша. Цвет, форма, материал; из хлебного мякиша такое не слепишь. Да и зачем?".

любой из женских журналов ("Космополитен", "Она", "Женские секреты", "Домашний очаг", "Лиза" и т.д.) выполнит функции любовного романа:

– функцию репрезентации человеческих отношения (предоставляет модели поведения в различных жизненных ситуациях, "расхожие рецепты на все случаи жизни"),

– эстетическую функцию ("Заодно во всех подробностях и с точными адресами опишут отечественную "красивую жизнь"),

– компенсирующую или терапевтическую функцию (функцию восполнения необходимого количества положительных эмоций).

"Так ради чего же городить еще и огород любовных романов?" – задается логичным вопросом Т. Сотникова;

у отечественных читательниц чувства более тонкие и глубокие, более широкий эмоциональный диапазон, чем представляют себе авторы "розовых" романов;

отчасти виновата школьная программа: "раз уж роман построен на перипетиях чувств, читатели хотя бы подсознательно сравнят их с чувствами очень многих предшествующих героев. Или хотя бы с собственными эмоциями. Проверят таким образом, есть ли в книге своего рода "функция караоке".

Таким представлялось будущее жанра любовного романа писательнице Т. Сотниковой. Однако с этими выводами можно поспорить. Например, с тем, насколько "розовый" роман не популярен. Как ранее упоминалось, по данным еженедельника "Книжный бизнес": В 1995 году любовных романов в переплете издавалось почти столько же, сколько детективов (до 25%), а в мягкой обложке – больше всех других жанров (до 33%). Примечательно, что еженедельник "Книжный бизнес" и статья Т. Сотниковой вышли в одном году. Это оспаривает позицию писательницы касательно популярности жанра любовного романа на русской почве.

Еще интересный факт. В своей статье писательница пишет: "Именно вопросы о технологии задавали мне почти все, кто интересовался моим мнением о так называемом русском любовном романе. В то, что никакой технологии может не быть, мало кто верил". Сейчас на страницах интернета можно найти объявление: "Как написать и опубликовать остросюжетный роман. Как написать детектив. Курс ведет Татьяна Сотникова" и следующее описание курса: "На протяжении десятилетий остросюжетный роман остается единственным стабильно востребованным жанром. Шанс написать успешный остросюжетный роман есть у каждого – необходимо только следовать определенным правилам игры <…> Вместе с Татьяной вы сможете: – выбрать наиболее подходящий вам жанр (женский, мистический, исторический, детский, триллер) – правильно выстроить интригу своего произведения – выбрать персонажи – поддерживать саспенс и читательский интерес на протяжении всего романа – построить захватывающую развязку Татьяна даст необходимые рекомендации о том, как необходимо продавать свой роман и добиваться его публикации многотысячным тиражом. Если у вас уже есть задумки и наработки – вы сможете обсудить их прямо на семинаре!" Это объявление опять же в пользу популярности жанра любовного романа.

О непопулярности любовного романа также пишет социолог Б. Дубин: "Молодые женщины либо принимают вместе с образованием мужские пристрастия (к детективу или фантастике), либо предпочитают мелодраматический эффект, но тогда уже делят это предпочтение со старшими. Причем в центре традиционная ипостась женской роли (жена и мать). Характерно, что их привлекают именно сосредоточенные на проблемах семьи сериалы, а не любовные романы: женщины более старших возрастов, даже образованные, их чаще всего не читают".

Следует добавить, что был проведен социологический опрос среди 50 человек разного возраста (от 15 до 70 лет), образования и пола. Один из вопросов был сформулирован следующим образом: подчеркните фамилии авторов, произведения которых вы читали, двумя линиями, о которых вы хотя бы мельком слышали – одной: Т. Устинова, Т. Толстая, Л. Улицкая, Д. Рубина, О. Робски, Л. Петрушевская, Д. Донцова, Е. Вильмонт, Е. Колина, Н. Нестерова, А. Берсенева, А. Маринина, А. Дубчак, Т. Полякова, П. Дашкова, М. Юденич. Результаты этого задания заставляют задуматься: из 50 человек отметили, что только слышали выделенных авторов дамских романов – 9, что читали – 4.

В заключение этой проблематики стоит упомянуть утверждение О. Вайнштена о том, что "в розовом жанре заложена такая программа беспроигрышной занимательности, которая автоматически превращает его в идеальный товар на книжном рынке".

Таким образом, вопрос о популярности жанра любовного романа остается спорным, так как статистика утверждает, что этот жанр пользуется популярностью среди читателей, обратное утверждает писательница Т. Сотникова и социолог Б. Дубин, мною проведенный опрос говорит о том, что либо опрашиваемые скрывают свои интересы, каким-то образом стесняются, либо возраст потребителя составляет приблизительно от 25 лет и старше. Из этих противоречий можно сделать вывод, что несмотря на популярность мелодрамы как жанра массовой литературы в целом, прочим жанрам, таким как детектив и фантастика, жанр дамского романа уступает.

Подводя итоги становления жанра мелодрамы, можно сделать выводы, что отечественный любовный роман прошел свой путь жанрового становления от примитивных сказок о Золушках до сложного жанрового объединения, сочетающего в себе черты любовного, иронического и авантюрного романа.

Русский любовный роман отражает "дух времени", воспроизводит гендерные стереотипы об отношении мужчины и женщины, использует кинематографические приемы, показывает картину современной повседневности, изображает нового человека, и это уже не "маленький человек" в большой литературе, а большой человек – как модель личности нового века.



Поэтика быта и повседневности в любовном романе



С конца ХХ века поэтика быта и повседневности становится в центре исследования социологов, историков, культурологов и филологов. Одним из наиболее значимых является труд П. Бурдье "Практический смысл" , который состоялся как классический труд социологии XX в., так как П. Бурдье совершил попытку синтезировать разнородное. П. Бурдье построил собственную систему анализа родственных и матримониальных обменов, представив их как основанные на практическом смысле и чувстве игры, а не на правилах и моделях, которые нашли в них структурные антропологи. Основной для понимания концепции П. Бурдье является триада: практика – сознание – габитус. В связи с этим важным является понятие габитус. Габитус – это "ансамбль интериоризированных социальных отношений". Габитус – это воплощаемое в поведении, речи, походке, вкусах человека прошлое (его класса, среды, быта, семьи) и будущее. Теория П. Бурдье представляется актуальной и значимой при определении феномена повседневности и ее роли в системе культурных кодов. Она позволяет осмыслить и некоторые художественные приемы, актуальные для массовой литературы.

Быт и повседневность – те константы, в которых находит свое отражение "дух времени", социальная сторона общества. Они являются маркерами определенного времени и целой эпохи. В частности Ю.М. Лотман подробнейшим образом рассмотрел и описал быт и нравы, обыденную культуру России XVIII–XIX веков в контексте мировой культуры. Им рассмотрены общественная и образовательная системы, мода, этикет, обычаи (обряды), а также исторические события и личности в свете обыденной культуры. Повседневная жизнь для автора – категория историко-психологическая, система знаков, то есть в своем роде текст. И беседы Лотмана ставят своей целью научить пониманию этого текста и осознанию неразделимости бытийного и бытового. Создается представление о неразрывной связи глобальных явлений с повседневными, обыденными, прослеживается мысль о непрерывности культурно-исторического процесса.

В массовой литературе, с одной стороны, описывается повседневность, социальные и жизненные бытовые реалии, с другой стороны, реалии современности сочетаются с неправдоподобностью, сказочностью героя. Сказочные представления являются трафаретными, пересказывающимися из романа в роман. Пример такой "трафаретности быта" можно наблюдать в типичном представлении о замужестве героини – это дорогая, пышная и красивая свадьба:

Через две недели свадьба… И платье сшито… Вверх изысканности – тончайший шелк цвета слоновой кости с брюссельскими кружевами… И свадебное путешествие заказано. НА Мальдивские острова.

Ровно в полдень новенькая серебристая "Нексия" уже стояла у входа в загс. Анфиса в алом атласном платье, накинув на плечи шубу, вылетела из машины, держа в руках набитую деньгами сумочку, и, велев жениху с "подругой" ждать её тут и никуда не отходить, ринулась в храм Гименея. (Богданова А.В. Пять лет замужества. Условно)

В связи с этим можно говорить о фольклорной традиции в массовой литературе. Писатель, литературовед и критик А. Генис образно представляет связь массовой литературы с фольклором: "Масскульт, творческой протоплазмой обволакивает мир, это и тело, и душа народа. Здесь, еще не расчлененное на личности, варится истинно народное искусство, анонимная и универсальная фольклорная стихия". В массовой литературе как аналоге фольклора обнаруживаются очерки современных нравов и картина жизни города:

Она действительно не могла полюбить Москву. Это всегда было так, еще когда Рената была школьницей и приезжала сюда с экскурсиями, и это не изменилось теперь. Что она такое, Москва? Она была Ренате непонятна и в непонятности своей казалась суетливой, суетной, бестолковой. В ней не было стройности – ни в одной ее составляющей не было, и в образе московской жизни стройности не было так же, как в планировке улиц. Здесь-то, на Северо-Западе, это не очень чувствовалось, потому что это был обычный спальный район, похожий на точно такие же спальные районы любого большого города. Но когда Рената оказывалась где-нибудь в арбатских переулках, или у Чистых Прудов, или в Замоскворечье, или, и особенно, на Тверской – одним словом, где-нибудь, где была, она это понимала, настоящая Москва, – ее сразу же охватывало уныние.



4. Поэтика быта и повседневности в мелодраме: на примере романа Е. Вильмонт "Мимолетности, или Подумаешь, бином Ньютона!"



Екатерина Николаевна Вильмонт – одна из самых популярных российских писательниц, работающих в жанре женской прозы. Ее книги любимы читательницами по всей России и на протяжении нескольких лет являются лидерами продаж.

Екатерина Вильмонт – дочь двух крупнейших переводчиков Николая Вильмонта и Натальи Ман. Много лет сама занималась профессиональным переводом. В 1996 году написала свою первую книгу – любовный роман "Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры". А следующая книга Е. Вильмонт неожиданно была написана в жанре детектива для детей. С тех пор из-под пера автора вышел уже не один десяток детских детективов. Их популярность у читателей заслуженно ставит имя Екатерины Вильмонт в пятерку самых знаменитых авторов этого жанра.

Роман "Мимолетности, или Подумаешь, бином Ньютона!" – это один из последних романов Е. Вильмонт. Примечательным уже является заглавие книги. Ключевые слова сентиментального дискурса характерны для дамской беллетристики (Мимолетности – это что-то скоротечное, быстро проходящее, не серьезное, пустяк; любовная мимолетность, прекрасная мимолетность):

– Вы романтик, по-видимому, и очень наивный человек или чересчур самоуверенный… Не знаю. Но не огорчайтесь, Гунар. Это все так, пустяки… Мимолетности… – вспомнила я вдруг Анитино определение. – Да, в жизни много таких любовных мимолетностей… Они украшают нашу жизнь, если не делать из них трагедий.

Он внимательно на меня посмотрел.

– А у вас были мимолетности?

– А как же!

– И вы в состоянии отличить настоящее чувство от мимолетности?

– Не всегда, наверное.

– Значит… Да, я понял, вы слишком умная для меня. И навсегда останетесь прекрасной мимолетностью… Это, черт побери, красиво. Ну, я пошел… Спасибо. Буду утешаться тем, что в моей жизни была прекрасная мимолетность… – И вдруг удивительно красивым голосом пропел: "Как мимолетное виденье, как гений чистой красоты…" Прощайте!

Интересна в самом тексте отсылка к стихотворению А.С. Пушкина "К***" которая действует на читателя, включая в его сознании Пушкинские романтические образы, и заставляет работать на текст романа.

Жанровая маркировка российского дамского романа отличается от западных аналогов особым ироническим подтекстом. Название романа Е. Вильмонт отражает сюжетные стратегии поведения главной героини. Подумаешь, бином Ньютона! – "В художественной литературе "бином Ньютона" появляется в нескольких запоминающихся контекстах, где речь идёт о чём-либо сложном":

Он парень талантливый, с сильным характером, через месяц освоит ваши премудрости, подумаешь, бином Ньютона! Вы ж не синхрофазотрон строите.

Данная цитата включает роман в широкий литературный контекст. В частности в художественной литературе "бином Ньютона" встречается:

В рассказе А. Конан Дойля "Последнее дело Холмса"

Знаменита цитата из "Мастера и Маргариты" М.А. Булгакова: "Подумаешь, бином Ньютона!".

Позже это же выражение упомянуто в фильме "Сталкер" А.А. Тарковского.

В повести Льва Толстого "Юность" в эпизоде сдачи вступительных экзаменов в университет Николаем Иртеньевым.

О. Бочарова пишет о том, что любовный роман "достигает довольно высокой степени стандартизации в типах героев и сюжетике. Он прекрасно иллюстрирует гипотезу о том, что формульные истории отражают и повторяют не реальный опыт, а свой собственный мир и опыт, ими созданный и знакомый читателю именно благодаря его "повторению". Примером "формульности" или гендерного стереотипа, как элемента описания картины мира современного человека может служить следующий фрагмент:

Я спустилась вниз, открыла дверь и ахнула. Перед подъездом расстилалась огромная лужа. <…> В этот момент из подъезда кто-то вышел. И присвистнул.

– Ни фига себе! – произнес мужской голос.

– Кошмар какой-то! – сказала я и оглянулась. Мужчина был мне незнаком. Некрасивый, сильно небритый. Лет сорока.

– А, была не была! – произнес он и вдруг схватил меня на руки и мгновенно перенес через лужу. Я даже опомниться не успела, как он уже поставил меня на сушу. – Вот и все, девушка!

<…> Он подошел к припаркованному неподалеку темно-коричневому джипу.

– Садитесь, – напомнил мне таксист. – Счетчик-то тикает.

Я села рядом с ним.

– Надо же, прям как в кино, – причмокнул водитель. – Это ваш знакомый?

– Первый раз его вижу.

– Прям как в кино! Здорово!

– Да, мне тоже понравилось.

– Куда едем?

– Проспект Мира. Самое начало.

– Понял.

А я закрыла глаза. Вспомнила сильные руки, державшие меня всего несколько секунд. Небритую щеку и запах хорошего одеколона. Черт возьми, с такой сцены мог бы начаться роман… Но он даже не спросил, как меня зовут… Он просто мужчина… и, наверное, поступил бы так же, будь на моем месте любая другая женщина. Ну, может, не любая… Нет, он ведь даже не успел меня разглядеть, когда подхватил на руки. Просто мужчина с еще не отмершими мужскими свойствами.

Е. Вильмонт нарисовала стереотипный образ "настоящего мужчины": немного неаккуратно, но мужественного спасителя, смелого защитника, способного постоять за себя и за "даму сердца".

В романе можно отметить маркеры повседневного быта, которые имею социальную значимость для героя – это марки модных вещей:

У меня есть новая сумка от Гуччи. Это рекламный дар, я хотела отдать в премиальный фонд, но раз такое дело…

Ну будет на тебе платье не от Шанель, думаешь, твоя жизнь кончилась?

"Сущность розового романа во всех его жанровых модификациях сводится к любовной истории со счастливым концом". Каноничный для "розового" романа хэппи-энд: главная героиня разбирается в своих чувствах, в итоге взаимная любовь, благополучие и замужество:

Выплакавшись, я почувствовала неимоверное облегчение. Открыла компьютер, достала визитку Степана и отправила ему письмо: "Степан, прости меня, но у нас ничего не выйдет. Я выхожу замуж за Игоря Шувалова, мы любим друг друга, по-настоящему. Пойми и прости".

Ответ пришел почти мгновенно. Он гласил: "Желаю счастья! А впрочем, идите вы оба на…"

Я закрыла компьютер. Мне было легко и хорошо. Я прожила эту любовь. Она оказалась мнимой.

– Что, бамбина? Сделала выбор? Нелегко было?

– Да нет, совсем легко. Подумаешь, бином Ньютона!

Интересно, что дискуссии о массовой литературе перенесены автором в сам художественный текст:

Какое-то бесформенное скучно-гламурное детективище, в которое он попытался впихнуть все, что знает. <…> Все-таки гламур съел этого кандидата филологических наук с потрохами. Полное отсутствие представлений о форме, неиссякаемый поток брендов, самолюбование, вялый детективный сюжет то и дело вспухал историческими отступлениями, совершенно неинтересными и даже неуместными в этом повествовании. Словом, далеко не всем надо писать книги. Ох, не всем, а сейчас пишут практически все. И это беда.

Я похож на идиота? Мы будем издавать только литературу, а не макулатуру. Это могут быть разные книги, но главное, чтобы все было на чистом сливочном масле. Никаких этих звездулек шоу-бизнеса. Если детектив, то качественный, если любовный роман, только качественный. Никаких этих дурацких серий, которые надо чем-то заполнять, вот и заполняют дерьмом. Серии только авторские. И мой девиз – хороший русский язык.



5. Поэтика быта и повседневности в мелодраме: на примере романа А. Берсеневой "Рената Флори"

мелодрама поэтика быт любовный

	Не люблю дамские книги – возразила я. – Хотя Анну Берсеневу вполне можно читать. – Анна Берсенева работает в жанре городского романа. – пояснил книжник. – у нее не найдете откровенных глупостей вроде: "Он подошел к Розе. его синие глаза потемнели от страсти". Вот уж. право, чушь. А Берсеневу возьмите, ей-богу, не пожалеете" (Д. Донцова Уха из золотой рыбки).

Анна Берсенева (настоящее имя Сотникова Татьяна Александровна) родилась в 1963 г. В 1985 г. окончила факультет журналистики Белорусского государственного университета, в 1989 году – аспирантуру Литературного института им. Горького (Москва) по специальности "теория литературы". Кандидат филологических наук, доцент Литературного института. Многочисленные критические и литературоведческие статьи публиковались в литературной периодике (журналы "Континент", "Знамя", "Вопросы литературы", "Литературное обозрение" и др.), в энциклопедических изданиях ("Русские писатели ХХ века" и др.). Автор монографий о Маяковском и Чехове. Замужем, муж – писатель Владимир Сотников. Имеет двоих сыновей. В 1995 году под псевдонимом АННА БЕРСЕНЕВА издала свой первый роман. В настоящее время издано более 20 романов – "Слабости сильной женщины", "Последняя Ева", "Ловец мелкого жемчуга", "Первый, случайный, единственный", "Яблоки из чужого рая", "Азарт среднего возраста" и др. Героинями этих книг являются люди из разных слоев общества – школьная учительница, врач-спасатель, медсестра, спортивный тренер, бизнес-леди, космонавт, театральная актриса и многие другие.

Совокупный тираж книг автора перевалил за отметку в 2 миллиона экземпляров. По романам Анны Берсеневой сняты и показаны на Первом канале многосерийные художественные фильмы "Капитанские дети", "Слабости сильной женщины", "Ермоловы".

Роман "Рената Флори" – это городской роман, в котором присутствуют множество описаний жизни города и связанных с ними общественных нравов. На фоне описаний отражаются взаимоотношения героев:

– Никак к вашим погодам не привыкну, – сказал Коля. – От воды сырость, по улицам ветра сквозные…

– Но ведь зато Невский, – сказала Рената. – И Фонтанка.

Наверное, она выразила свою мысль непонятно, точнее, вовсе не выразила. Она только хотела сказать, что чувству, которое возникает на Невском проспекте, не могут повредить никакие ветра и что по сравнению с самим по себе чудом Фонтанки ничего не значит идущая от ее воды сырость. Но сказать все это с таким вот прямым пафосом она, конечно, не могла – это противоречило всей ее натуре.

Не соответствие взглядов по отношению к городу – первый знак того, что и в дальнейшем взаимоотношения Ренаты и Коли не сложатся.

Интересно, что один из героев говорит о том, что есть два женских типа: московский и петербургский (ленинградский). Таким образом социокультурное пространство романа строится по принципу противопоставления Петербург-Москва (в связи с этим главная героиня будет жить то в Петербурге, то в Москве):

– Мы с тобой очень друг другу подходим, – сказал Коля.

Его голос ворвался в ее размышления так неожиданно, что Рената вздрогнула.

– Ты думаешь? – спросила она.

Она просто не знала, что на это сказать.

– Уверен. Видно, не зря меня судьба к вам занесла. Сколько себя помню, мне девчонки всегда казались какими-то чересчур… бурными. С детского сада еще. А теперь выяснилось, что мне просто подходит не московский, а ленинградский женский тип. То есть петербургский еще – я думаю, здесь всегда женщины именно такие и были.

– Какие – такие? – с интересом спросила Рената.

– Ну, не знаю, как это описать, я же врач, а не писатель. Наверное, уравновешенные. Здравомыслящие – так, может. Без лишних эмоций. Ей-богу, мне это дико нравится! В этом есть аристократизм. Не по биографии, а, так сказать, по месту жительства.

Конец романа не соответствует пышному голливудскому хэппи-энду, так как в русском любовном романе такой конец не является строго обязательным. Если в "Ренате" главная героиня обретает тихое спокойное счастье с любимым человеком (примечательно, что в итоге романа для героини стираются пространственные границы):

Они сидели над темной водой, смотрели, как течение несет по каналу яркие осенние листья. Куда несет, в какие города, страны? Разница между городами и странами была так же неощутима, как неощутимо было движение воды. Так, покачивает немного баржу. Если обняться, то и не чувствуется это совсем.

Алексей обнял Ренату, прижал ее к себе. Сила, которая чувствовалась в его объятии, была так же неодолима, как и трепетна.

"Сплошная жизнь, – без слов повторила Рената. – И ничего я не хочу с этим делать".

То в другом романе Анны Берсеневой "Стильная жизнь" конец строится совсем по-другому: в конце героиню ждет обман и неудача на любовном фронте и успех в учебе. В итоге любовь уходит на второй план в сознании героини:

Аля вышла на улицу в том состоянии, которое нельзя назвать ни потрясением, ни ошеломленностью, ни восторгом. Каждого из этих слов было мало, чтобы обозначить то, что с нею происходило. Так много в себя вместило это утро!

Она даже не понимала, что поразило ее больше: известие об обмане Ильи, или о том, что Карталов готов был взять ее на свой курс еще в прошлом году, или о том, что надо будет прийти завтра в ГИТИС с документами…

Нет, мысли об Илье совсем не казались ей сейчас важными! Они были так же мелки, как мелок был он сам, и им просто не хватало места в ее душе, хотя ей казалось, что душа ее все способна сейчас в себя вместить.






Заключение



В ходе работы были определены типологические черты современной мелодрамы, выявлены особенности изображения действительности, выявлена поэтика быта и повседневности на примере современного любовного романа, показан путь жанрового становления дамского отечественного романа от примитивных сказок о Золушках до сложного жанрового объединения, сочетающего в себе черты любовного, иронического и авантюрного романа.

Русский любовный роман отражает "дух времени", воспроизводит гендерные стереотипы об отношении мужчины и женщины, использует кинематографические приемы, показывает картину современной повседневности. Современная мелодрама, как и женский детектив, определяет тот идеал (часто весьма примитивный), отсутствие которого остро ощущается в обществе.






Библиография



	Берсенева А. Рената Флори. – М.: Эксмо, 2010.

	Берсенева А. Стильная жизнь. – М.: Эксмо, 2007.

	Богданова А.В. Пять лет замужества. Условно. – М.: Эксмо, 2008.

	Бочарова О. Формула женского счастья: заметки о женском любовном романе // Новое литературное обозрение. 1996. №22.

	Бурдье П. Практический смысл. – М, 2001.

	Вайнштейн О. Розовый роман как машина желаний // Новое литературное обозрение. М" 1996. №22.

	Вильмонт Е.Н. Мимолетности, или Подумаешь, бином Ньютона!/Екатерина Вильмонт. – М.: Астрель: АСТ, 2010. С. 249.

	Всемирная история. Энциклопедия // Под ред. Смирнова Н.А. – Москва: Издательство социально-экономической литературы, 1959.

	Генис А. Иван Петрович умер. – М., 1999.

	Гудков Л.Д. Массовая литература как проблема. Для кого? // Новое Литературное Обозрение. 1997. №22.

	Дубин Б.В. Слово – письмо – литература: Очерки по социологии современной культуры. М. НЛО, 2001.

	КЛЭ, в 9 тт. Т.9. М., 1978.

	Книгин И.А. Словарь литературоведческих терминов. Саратов: Лицей, 2006.

	Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре: Быт и традиции русского дворянства (XVIII – начало XIX века). СПб.: Искусство – СПБ, 1994.

	Лотман Ю.М. Массовая литература как историко-культурная проблема // Лотман Ю.М. Избр. статьи: В 3 т. Таллинн, 1992. Т. 3.

	Массовая культура: за и против // Нева. 2003. №9.

	Мокульский С. Мелодрама // Литературная энциклопедия: В 11 т. – [М.], 1929–1939. Т. 7. – М.

	Николаенко А.И. Кукольник и Таганрог. Таганрог, 1998.

	Сотникова Т. Функция караоке // Знамя. 1998. №12.

	Справочник книжных серий // Книжный бизнес. – 1998. – №1.

	Успенский В.А. Предварение для читателей "Нового литературного обозрения" к семиотическим посланиям Андрея Николаевича Колмогорова // Новое литературное обозрение. – 1997. – №24.

	Черняк М.А. Феномен массовой литературы ХХ века: монография. – СПб, 2005.

	Чупринин С. Русская литература сегодня: Жизнь по понятиям. – М.: Время, 2007.