Гражданская война в произведениях русских писателей ХХ века

2







Волгоград 2004



















Реферат по литературе 





« Гражданская война в произведениях русских писателей

ХХ века»







                                                                                                                             Выполнил: 

                                                                                                           ученик 11А класса 

                                                                                                           Архипов Алексей

                                                                                                         

                                                                                                           Преподаватель:

                                                                                                           Скоробогатова О.Г. 























Содержание



Введение………………………………………………………………….3

 

Глава 1.   Тема революции и гражданской войны 

                  в творчестве русских писателей.

 

 1.1.          А.А. Фадеев – «важнейший зачинатель советской литера-

                 туры, певец юности нового мира и нового человека».

                 Роман «Разгром»………………………………………………__



1.2. 	Свойственные жизни  противоречия эпохи классовой борьбы,

	изображаемые в романе М.А. Шолохова «Тихий Дон»…….__



1.3.           Конфликт между человеческой судьбой из интеллигенции и                                 

                 ходом истории в произведениях М.М. Булгакова «Дни                 

                 Турбинных» и «Белая гвардия»………………………………__



1.4.           «Конармия» И.Э. Бабеля – «летопись будничных злодеяний»,

                 времён революции и гражданской войны…………………...__



Заключение……………………………………………………………….__



Список литературы………………………………………………………__











Введение





                                                                                                                 Здесь Бог с дьяволом борется, 

                                                                                                                а поле битвы — сердца людей! 
                                                                                                                                    Ф. М. Достоевский 
Гражданская война 1918—1920 годов — один из самых трагичных периодов в истории России; она унесла жизни миллионов, заставила столкнуться в жестокой и страшной борьбе народные массы разных сословий и политических взглядов, но одной веры, одной культуры и истории. Война вообще, а гражданская в частности — действо изначально противоестественное, но ведь у истоков любого события стоит Человек, его воля и желание: еще Л. Н. Толстой утверждал, что объективный результат в истории достигается путем сложения воль отдельных людей в единое целое, в одну результирующую. Человек — крохотная, порой невидимая, но вместе с тем незаменимая деталь в огромном и сложном механизме войны. Отечественные писатели, отразившие в своих произведениях события 1918—1920 годов, создали ряд жизненных, реалистичных и ярких образов, поставив в центр повествования судьбу Человека и показав влияние войны на его жизнь, внутренний мир, шкалу норм и ценностей. 
Любая экстремальная ситуация ставит человека в крайне сложные условия и заставляет его проявить самые значительные и глубинные свойства характера; в борьбе доброго и злого начал души побеждает сильнейшие, а совершаемый человеком поступок становится итогом и следствием этой борьбы.

   Революция – слишком огромное по своим масштабам событие, чтобы не быть отраженным в литературе. И лишь считанные единицы писателей и поэтов, оказавшиеся под ее влиянием, не коснулись этой темы в своем творчестве.

   Надо также иметь в виду, что Октябрьская революция – важнейший этап в истории человечества – породила в литературе и искусстве сложнейшие явления.

   Много бумаги было исписано в ответ на революцию и контрреволюцию, но лишь немногое, что вышло из-под пера творцов рассказов и романов, смогло  в полной точности  отразить все то, что двигало народом в столь трудные времена и именно в том направлении, в котором нужно было наивысшим постам, не имеющим единого лица. Также не везде описана моральная ломка людей, попавших в наитруднейшее положение зверя революции. А тот, кто возбудил, развязал войну.… Разве им стало лучше? Нет! Они тоже оказались в руках того чудовища, которое они сами же и породили. Эти люди из  высшего света, цвет всего русского народа – советская интеллигенция. Они подверглись тяжелейшим испытаниям со стороны второй, большей части населения страны, перехватившим прогресс, дальнейшее развитие войны. Некоторые из них, особенно молодые люди, сломались…

   Многие писатели использовали различные приемы воплощения и передачи всех своих мыслей по поводу революции в полном объеме и в той форме, которую они сами испытали, будучи в самих центрах гражданской войны.

   К примеру, сам А.А. Фадеев был таким же человеком революционного дела, как и его герои. Вся его жизнь и ее обстоятельства были таковы, что А.А. Фадеев родился в семье сельских прогрессивно настроенных интеллигентов. А сразу же после школьной скамьи ринулся в битву. Про такие времена и таких же молодых ребят, втянутых в революцию он писал: «Вот мы все разъехались на лето, а когда вновь съехались осенью 18 года, уже совершился белый переворот, шла уже кровавая битва, в которую был, втянут весь народ, мир раскололся…  Молодые люди, которых сама жизнь непосредственно подвела к революции – такими были мы, - не искали друг друга, а сразу узнавали друг друга по голосу; тоже происходило с молодыми людьми, шедшими в контрреволюцию. Тот же, кто не понимал, кто плыл по течению, увлекаемый неведомыми ему быстрыми или медленными, иногда даже мутными волнами, тот горевал, обижался, почему так далеко оказался он от берега, на котором вот еще были видны вчера еще близкие люди…»

   Но выбор еще не определял судьбы. Среди тех, кто ушел вместе с А.А. Фадеевым в партизаны, были и «соколята», были и такие, кто «пришел не воевать, а просто прятаться от возможности быть мобилизованным в армию Колчака».

  Другой пример - М.А. Булгаков «человек поразительного таланта, внутренне честный и принципиальный и очень умный» производит большое впечатление. Следует сказать, что он не сразу принял и понял революцию. Он, как и А.А. Фадеев, во время революции много видел, ему довелось пережить сложную полосу гражданской волны, описанную затем в романе «Белая гвардия», пьесах «Дни Турбинных», «Бег» и многочисленных рассказах, в том числе – гетманщину и петлюровщину в Киеве, разложение деникинской армии. В романе “Белая гвардия” много автобиографического, но это не только описание своего жизненного опыта в годы революции и гражданской войны, но и проникновение в проблему “Человек и эпоха”; это и исследование художника, видящего неразрывную связь русской истории с философией. Это книга о судьбах классической культуры в грозную эпоху лома вековых традиций. Проблематика романа чрезвычайно близка Булгакову, “Белую гвардию” он любил более других своих произведений.  Булгаков всецело принял революцию и не мог себе представить жизни вне культурного подъема, постоянно, напряженно и самозабвенно работал, внес свой вклад в развитие литературы и искусства, стал крупным советским писателем и драматургом.

   Наконец И.Э. Бабель, работая в качестве корреспондента газеты «Красный кавалерист» под псевдонимом К. Лютов в первой Конной армии, написал на основе дневниковых записей цикл рассказов «Конармия».

   Литературоведы отмечают, что И.Э. Бабель очень сложен в человеческом и литературном понимании, в связи, с чем он подвергался гонению еще при жизни. После его смерти вопрос о произведениях, созданных им, до сих пор не разрешен, поэтому отношение к ним не однозначное. 

Согласимся с мнением К. Федина: «Если биография художника служит конкретным руслом его представления о мире, то на житейскую долю Шолохова выпало одно из самых бурных, самых глубоких течений, какое знает социальная революция в России».

Путь Б. Лавренева: осенью я ушел с бронепоездом на фронт, штурмовал петлюровский Киев, ходил в Крым». Известны также слова Гайдара: «когда меня спрашивают, как это могло случиться, что был таким молодым командиром, я отвечаю: это не биография у меня не обыкновенная, а время было необыкновенное».

Таким образом видно, что многие писатели не могли находиться в стороне от событий своей Родины, среди множества социальных, политических, духовных разногласий и царящего сумбура, но всегда честно выполняли свой писательский и гражданский долг.

Чем, какими веками различаются этапы движения искусства? Особенностями конфликта? Возникновением не разрабатывавшихся ранее, сюжетов, жанров? Прогрессом художественной техники, наконец?

Конечно, всем этим, да и многим другим тоже. Но, прежде всего появлением нового типа личности, выражающей ведущие черты времени, воплощающей народное стремление к будущему, к идеалу.

Человек в истории, литературе, философии, искусстве - это всегда первоочередное, весомее всего остального, во все времена актуально. Именно с этой позиции расцениваем  возрастание  актуальности исследуемой темы, потому что на фронтах гражданской войны, во главе, прежде всего люди, описанные в художественных произведениях – Чапаев, Клычков, Левинсон, Мелехов…

Литература в ярких образах запечатлела черты реальных героев, создала собирательные фигуры современников писателей, отразив мысли, чаяния, идейные мытарства и мировоззрение целого поколения русского общества, из которого складывается его менталитет.

Эти литературные аспекты позволяют потомкам обосновать многие исторические процессы, объяснить духовный потенциал, психологию и нынешнего поколения.

	Вот почему данная тема является значимой и актуальной.

	Нами поставлены следующие задачи:

Раскрыть формирование исторического представления о литературном процессе, раскрывающем тему революции и гражданской войны в России, значение исторической обусловленности данной тематики и проблематики в русской литературе.

Изучить и проанализировать тему революции и гражданской войны в творчестве А.А.Фадеева, М.А.Шолохова, И.Э.Бабеля, М.А.Булгакова, взгляды и оценку литературных критиков на отражение исторической проблемы данными авторами.  

Создать представление и выявить наиболее характерные черты личности данного периода, основные общественно-духовные конфликты и ценности, отразившиеся в литературе о революции и гражданской войне.

Ценность рассматриваемых нами художественных произведений состоит в правдивом изображении революции и гражданской войны, тех, кто, втянутый эпохой, совершал революцию и сражался на фронтах.

Каким был человек времен революции и гражданской войны? Почему он шел в бой? О чем он думал? Как менялось его отношение к происходящему? Людям нашего поколения интересно узнать, как изменялся этот человек, что появилось в нем нового, как окрепли и утвердились в нём те качества, которых требовало от них жестокое, кровавое время, какие уроки истории вынесло из пережитого человечество.

С этой целью мы приступаем к изложению проведенного исследования.             



   





                                                                                 

	                        









Глава 1. Тема революции и гражданской войны    

      в творчестве русских писателей.





1.1.  А.А. Фадеев – «важнейший зачинатель советской литературы, певец юности нового мира и нового человека». Роман «Разгром»



                                                                                            А  где   он,   бог-то?  – 

                                                                     усмехнулся   хромой. – 

                                                                    Нет бога-то… нет, нет,

                                                                    нет,     ядрена     вошь!

                                                                                     А.А. Фадеев, 



Роман, который и поныне находится в обращении, выдержавший проверку временем, - это «Разгром» А.А. Фадеева. В романе «тесный мирок партизанского отряда представляет собой художественную миниатюру реальной картины большого исторического масштаба. Система образов «Разгрома», взятая в целом, отразила реально-типическое соотношение основных социальных сил нашей революции». Не случайно, что ядро партизанского отряда составляли рабочие, шахтёры, «угольное племя» составляли наиболее организованную и сознательную часть отряда. Это Дубов, Гончаренко, Бакланов, беззаветно преданные делу революции. Всех партизан объединяет единая цель борьбы. 

   Со всей своей страстью писателя-коммуниста и революционера А.А. Фадеев стремился приблизить светлое время коммунизма. Эта гуманистическая вера в прекрасного человека пронизывала самые тяжелые картины и положения, в которые попадали его герои.

   Для А.А. Фадеева революционер не возможен без этой устремленности в светлое будущее, без веры в нового, прекрасного, доброго и чистого человека.

   Характеристика большевика Левинсона, героя романа «Разгром», как человека стремящегося и верующего в лучшее, заключена в следующей цитате: «…все, о чем он думал, было самое глубокое и важное, о чем он только мог думать, потому что в преодолении этой скудости и бедности заключался основной смысл его собственной жизни, потому что не было никакого Левинсона, а был бы кто-то другой, если бы не жила в нем огромная, не сравнимая ни с каким другим желанием жажда нового, прекрасного, сильного и доброго человека. Но какой может быть разговор о новом, прекрасном человеке до тех пор, пока громадные миллионы вынуждены жить такой первобытной и жалкой, такой несмыслимо-скудной жизнью».

   Романы А.А. Фадеева становились огромными событиями в литературной жизни, вокруг них нередко возникали споры, и они ни кого не  оставляли равнодушными. И «Разгром» не исключение из этого полемического списка.

   Если брать чисто внешнюю оболочку, развитие событий, то это действительно история разгрома партизанского отряда Левинсона. Но А.А. Фадеев использует для повествования один из самых драматических моментов в истории партизанского движения на Дальнем Востоке, когда объединенными усилиями белогвардейских и японских войск были нанесены тяжелые удары по партизанам Приморья.

   Оптимистическая идея «Разгрома» не в финальных словах: «…нужно было жить и исполнять свои обязанности», не в этом призыве, объединившем жизнь, борьбу и преодоление, а во всей структуре романа, именно в расположении фигур, их судеб и их характеров.

   Можно обратить внимание на одну особенность в построении «Разгрома»: каждая из глав не только развивает какое-то действие, но и содержит полную психологическую развертку, углубленную характеристику одного из действующих лиц. Некоторые главы так и названы по именам героев: «Морозка», «Мечик», «Левинсон», «Разведка Метелицы». Но это не значит, что эти лица действуют только в этих главах. Они принимают самое активное участие во всех событиях жизни всего отряда. Фадеев, как последователь Льва Николаевича Толстого, исследует их характеры во всех сложных и порой компрометирующих обстоятельствах. В то же время, создавая все новые психологические  портреты, писатель стремится проникнуть в самые сокровенные уголки души, пытаясь предвидеть мотивы и поступки своих героев. С каждым поворотом событий обнаруживаются все новые стороны характера.

   Чтобы определить основной смысл романа я выбрал способ нахождения основного героя произведения. Таким образом, можно рассмотреть, как из обыкновенных, повседневных ребят, как из нормальных, ничем не отличающихся друг от друга рабочих вырастают дети революции.

   Но не так легко ответить на такой, казалось бы, наивный вопрос. Одного главного героя можно видеть в командире партизанского отряда Левинсоне. Другую личность можно вообразить, сливая воедино образы Левинсона и Метелицы, потому что своими особенными чертами они вместе воплощают истинный героизм борьбы. Третья композиционная окраска романа лежит в сознательном противопоставлении двух образов: Морозки и Мечика, и в связи с таким замыслом писателя личность Морозки выдвигается на первые места. Существует даже такой вариант, где подлинным героем романа становится коллектив – партизанский отряд, слагаемый из множества более или менее детально описанных характеров.

   Но все-таки тему такого многогеройного романа «ведет» Левинсон, ему отдан голос в самых важных размышлениях о целях революции, о характере взаимоотношений между руководителями и народом. С ним соотнесены, сравнены и противопоставлены почти все основные персонажи.

   Для молодого Бакланова, «геройского помощника» командира отряда, Левинсон «человек особой, правильной породы», у которого следует учиться и за которым надо следовать: «…он знает только одно – дело. Поэтому нельзя не доверять и не подчиняться такому правильному человеку…» Подражая ему во всем, даже во внешнем поведении, Бакланов вместе с тем незаметно перенимал и ценный жизненный опыт – навыки борьбы. К таким же людям «особой, правильной породы» Морозка относит командира взвода шахтера Дубова, подрывника Гончаренко. Для него они становятся примером, достойным подражания.

   Кроме Бакланова, Дубова и Гончаренко, сознательно и целеустремленно участвующих в борьбе, с Левинсоном соотнесен и образ Метелицы, бывшего пастуха, который «весь был огонь и движение, и хищные его глаза всегда горели ненасытным желанием кого-то догонять и драться». Со слов Бакланова, намечен и возможный путь Метелицы: «Давно ли коней пас, а годика через два, гляди, всеми нами командовать будет…» Это человек, для которого революция – цель и смысл существования.

   Соотнесены с образом Левинсона также Морозка и Мечик – две важнейшие фигуры в романе. Как писал сам А.А. Фадеев: «В результате революционной проверки оказалось, что Морозка является человеческим типом более высоким, чем Мечик, ибо стремления его выше, - они и определяют развитие его личности как более высокой».

   Что же касается юного Мечика, то перед ним был один из главных моментов выбора жизненного пути. И как человек молодой и неопытный он избрал для него романтический путь. О таких моментах в жизни А.А. Фадеев сказал: «…уже свершился белый переворот, шла уже кровавая битва, в которую был втянут весь народ, мир раскололся, перед каждым юношей уже не фигурально, а жизненно вставал вопрос: «В каком сражаться стане?» 

   А.А. Фадеев, ставя Мечика в различные положения, показывает, что его драма не в столкновении романтической мечты с суровой реальностью жизни. Сознание Мечика воспринимает лишь внешнюю, поверхностную сторону явлений и событий.

   Завершающим для понимания юноши и его судьбы становится ночной разговор с Левинсоном. К этому времени накопилось не мало обид. Мечик оказался мало приспособленным к партизанской жизни. Как человек посторонний, смотревший на отряд со стороны он с предельной, ожесточающей откровенностью говорит Левинсону: «Я теперь никому не верю… я знаю, что, если бы я был сильнее, меня бы слушались, меня бы боялись, потому что каждый здесь только с этим и считается, каждый смотрит только за тем, чтобы набить себе брюхо, хотя бы для этого украсть у своего товарища, и никому нет дела до всего остального… Мне даже кажется иногда, что, если бы они завтра попали к Колчаку, они так же служили бы Колчаку и так же жестоко расправлялись со всеми, а я не могу, а я не могу этого делать!..»

   Есть у А.А. Фадеева и еще одна идея: «Цель оправдывает средства». В этом отношении перед нами предстает Левинсон, который не останавливается ни перед какой жестокостью, чтобы спасти отряд. В этом вопросе ему помогает Сташинский, давший клятву Гиппократа! А сам доктор и, казалось бы, Левинсон происходят из интеллигентного общества. До какой степени нужно измениться, чтобы убить человека. Этот процесс «ломки» человека можно наблюдать, принимая во внимание то, как преображается Мечик: «Люди здесь другие, надо и мне как-то переломиться…»

   В конце романа перед нами плачущий Левинсон, командир разгромленного партизанского отряда:

   «…он сидел потупившись, медленно мигая длинными мокрыми ресницами, и слезы катились по его бороде… Всякий раз, как Левинсону удавалось забыться, он начинал снова растерянно оглядываться и, вспомнив, что Бакланова нет, снова начинал плакать.

   Так выехали они из леса – все девятнадцать».

   Сам А.А. Фадеев, определил основную тему своего романа: «В гражданской войне происходит отбор человеческого материала, все враждебное сметается революцией, все не способное к настоящей революционной борьбе, случайно попавшее в лагерь революции отсеивается, а все поднявшееся из подлинных корней революции, из миллионных масс народа, закаляется, растет, развивается в этой борьбе. Происходит огромнейшая переделка людей».

В главной теме перевоспитания человека в революции полнее, чем в других, выражается идейное содержание романа; это находит отражение во всех элементах произведения: композиции, отдельных образах, всей образной системы. Подчеркивая эту мысль, ?А. Бушнин?  пишет: «каждый из основных персонажей «Разгрома» имеет свой законченный, индивидуально выраженный образ. Вместе с тем сцепление человеческих фигур в романе, совокупность всех социальных, культурных, идейных и нравственных разновидностей (большевик Левинсон, рабочие – Морозка, Дубов, Гончаренко, Бакланов, крестьяне – Метелица, Кубрак, интеллигенты – Сташинский, Мечик и т.д.) образуют сложную «противоречивую картину духовного становления  нового человека, советского гражданина, в практике революции»

   Непобедимость революции – в ее жизненной силе, в глубине проникновения в сознание зачастую самых отсталых в прошлом людей. Подобно Морозке, эти люди поднимались к осознанному действию ради самых высоких исторических целей. В Морозке А Фадеев показал обобщенный образ человека из народа, перевоспитания людей в огне революции и гражданской войны, «переделку человеческого материала», дал историю выработки нового сознания, пережитого миллионами людей в первые годы новой власти. 

А. Фадеев писал: «Морозка – человек с тяжелым прошлым. Он мог украсть, мог грубо выругаться, мог грубо обойтись с женщиной, очень много в жизни не понимал, мог врать, пьянствовать. Все эти черты его характера, бесспорно, огромные его недостатки. Но в трудные, решающие моменты борьбы он поступал так, как нужно для революции, преодолевая свои слабости. Процесс участия его в революционной борьбе был процессом формирования его личности». В этом и была главная оптимистическая идея трагического романа «Разгром», который и сейчас дает возможность обратиться к вопросу о революционном гуманизме, который, вобрав прогрессивных идей  прошлого, явился новой степенью нравственного развития человечества.

Подведя итог всему выше сказанному, можно отметить, что писатель в романе «Разгром» утверждал торжество революционного дела, связывая его с правдивым, исторически-конкретным воспроизведением действительности, которую изображал со всеми ее противоречиями, показывая борьбу нового со старым, проявляя при этом особый интерес к показу  процесса рождения нового человека в условиях нового времени.

Характеризуя эту особенность романа, К. Федин писал: «… в двадцатых годах А. Фадеев был одним из первых, кто поставил себе задачу коренной важности для всей литературы – создание  положительного героя – и выполнил эту задачу в романе «Разгром»…»

Конкретизируя эту мысль, можно привести высказывание самого А. Фадеева, который, характеризуя свой творческий метод, говорил, что он стремился прежде всего полнее «передать процессы изменения в ________, происходящие в людях, в их желаниях, стремлениях, показать, под влиянием чего происходят эти изменения, показать, через какие этапы совершается развитие, формирование нового человека социалистической культуры». 

«Разгром» явился знаменательным событием в истории ранней советской прозы, став на время средоточием горячих споров о дальнейших судьбах литературы. Успех романа Фадеева, новаторского произведения, основывается на высоких  идейно-художественных достоинствах. Талантливо изобразив процесс становления нового человека, в революции и гражданской войне, Фадеев зарекомендовал себя  как превосходный мастер психологического анализа, вдумчивый проникновенный художник, воспринявший традиции классической литературы. 









1.2. Свойственные жизни противоречия эпохи классовой борьбы, изображаемые в романе М.А. Шолохова «Тихий Дон»

                                                                                        





«Я хотел бы, чтобы мои книги

помогали людям стать лучше, 

 стать чище душой, пробуждать

 любовь к человеку, стремление активно

 бороться за идеи гуманизма и прогресса человечества».

М.А. Шолохов 



    М.А. Шолохов пришел в литературу с темой рождения нового общества  в накале и трагедиях классовой борьбы. Его романы «Тихий Дон» и «Поднятая целина» получили единодушное и широкое признание миллионов людей как правдивая художественная летопись исторических судеб, социальных стремлений и духовной жизни народа, совершившим революцию, построившим новое общество. Писатель стремился воплотить героику и драматизм революционной эпохи, раскрыть силу и мудрость родного народа, донести читателям « очарование человечности, и отвратительную сущность жестокости и вероломства, подлости и стяжательства как страшного порождения порочного мира.

    В годы гражданской войны Шолохов жил на Дону, служил в продовольственном отряде, участвовал в борьбе с бандами белых. После окончания гражданской войны Шолохов работает каменщиком, чернорабочим, статистиком, счетоводом. 

    Шолохов принадлежит к тому поколению советских писателей, которых сформировала революция и  гражданская война. 

    В Тихом Доне Шолохов выступает, прежде всего, как мастер эпического повествования. Широко и свободно развертывает художник огромную историческую панораму бурных драматических событий. Тихий Дон охватывает период в десять лет - с 1912 по 1922 год. То были годы небывалой исторической насыщенности: Первая Мировая Война, февральский переворот, Октябрьская революция, гражданская война. Со страниц романа вырисовывается целостный образ эпохи величайших перемен, революционного обновления. Герои живут той жизнью, которая является идеалом миллионов и миллионов людей. Кто же они? Казаки, труженики, земледельцы и воины. Все они живут в хуторе Татарском, расположенном на высоком берегу Дона. Немалое расстояние отделяет этот хутор от ближайшего города, не сразу долетают вести из большого мира до казачьих куреней. Но именно хутор с его укладом и традициями, нравами и обычаями, именно мятущаяся душа, «простой и бесхитростный ум «Григория Мелехова, пламенное сердце Аксиньи, нетерпеливая и угловатая натура Мишки Кошевого, добрая душа казака Христони явились для художника тем зеркалом, в котором отразились события большой истории и перемены в быту, сознании и психологии людей». 

В «Тихом Доне» развеяна легенда о сословной монолитности, социальной и кастовой замкнутости казачества. На хуторе Татарском действуют те же закономерности социального расслоения, классовой дифференциации, что и в любом месте крестьянской России. Повествуя о жизни хутора, Шолохов, по существу, дает социальный срез современного общества с его экономическим неравенством и классовыми противоречиями.

	Неотвратимо «шагает» по страницам Тихого Дона история, в эпическое действие  втягиваются судьбы десятков персонажей, оказавшихся на перепутьях войны. Грохочут грозы, в кровопролитных схватках сталкиваются враждующие станы, и на фоне разыгрывается трагедия душевных метаний Григория Мелехова, который оказывается заложником войны: он всегда в центре грозных событий. Действие в романе развивается в двух планах – историческом и бытовом, личном. Но оба плана даны в неразрывном единстве. Григорий Мелехов стоит в центре Тихого Дона не только в том смысле, что ему уделено больше внимания: почти все события в романе либо происходят с самим Мелеховым, либо так или иначе связаны с ним. «Наша эпоха – эпоха обострения борьбы за Мелеховых…в условиях всемирной популярности шолоховской эпопеи особенно бросаются в глаза неточность и ограниченный подход к образу Мелехова как образу отщепенца, морально деградирующего человека, которого ждет, якобы, неизбежная гибель. Это противоречит отношению к нему самого автора и большинства читателей. Шолохов учит мудрому соединению политической проницательности и принципиальности с гуманностью и чуткостью», - эти слова принадлежат А.И. Метченко, который высоко оценил роман-эпопею Шолохова в своих статьях « Великой силой слова» и «Мудрость художника». Шолохов с шекспировской глубиной лепит образ, нигде и никогда не теряющий такого человеческого качества, как очарование личности. А.И. Метченко утверждает, что перед нами не только образ заблудившегося на перепутьях истории донского казака, но и тип эпохи и та распространенная психологическая и политическая ситуация, при которой человек должен сделать свой выбор: прошлое или будущее, уже испытанное и пережитое или неизвестное, неясное.

В последнее время высказывается мнение, что «воспитательное воздействие образа Мелехова возрастает». В чем же состоит оно, прежде всего? Наверное, в исступленном правдоискательстве, в этической бескомпромиссности. На наш взгляд эта книга тем поучительна и важна молодым читателям , что напоминает о праве и обязанности каждого на свой выбор. При всем том, что Григорий Мелехов тяжело ошибается в поступках, он никогда не кривит душой. Величие Мелехова состоит в том, что в нем нет «второго человека».

    	Мелехов охарактеризован в романе разносторонне. Юношеские годы его показаны на фоне жизни и быта казачьей станицы. Шолохов правдиво рисует патриархальный строй жизни станицы. Характер Григория Мелехова формируется под воздействием противоречивых впечатлений. Казачья станица воспитывает в нём с ранних лет отвагу, прямодушие, смелость, и вместе с тем она внушает ему многие предрассудки, передающиеся от поколения к поколению. Григорий Мелехов умён и по-своему честен. Он страстно стремится к правде, к справедливости, хотя классового понимания справедливости у него нет. Этот человек яркий и крупный, с большими и сложными переживаниями. Нельзя понять до конца содержание книги, не уяснив сложности пути главного героя, обобщающей художественной силы образа.

Немалое достоинство роману «Тихий Дон» придает сочетание эпического изображения великих исторических событий с удивительной лиричностью повествования, передачей тончайших интимных переживаний людей, раскрытием их самых сокровенных чувств и мыслей, и в большей мере это относится I к описанию женских образов простых русских женщин.

Смолоду был добрым, отзывчивым к чужой беде, влюблённым во всё живое в природе. Как-то на сенокосе случайно зарезал дикого утёнка и «с внезапным чувством острой жалости глядел на мёртвый комочек, лежавший у него на ладони». Писатель заставляет нас запомнить Григория в гармоничной слитности с миром природы. 

Как трагедия пережита Григорием первая пролитая им человеческая кровь. В атаке он убил двух австрийских солдат. Одного из убийств можно было избежать. Сознание этого страшной тяжестью легло на душу. Скорбный облик убитого являлся потом и во сне, вызвал «нутряную боль». Описывая лица попавших на фронт казаков, писатель нашёл выразительное сравнение: они напоминали «стеблинки скошенной вянущей и меняющей свой облик травы». Таким скошенным вянущим стеблем стал и Григорий Мелехов: необходимость убивать лишала его душу нравственной опоры в жизни.

Григорию Мелехову много раз приходилось наблюдать жестокость и белых, и красных, поэтому лозунги классовой ненависти стали казаться ему бесплодными: Хотелось отвернуться от всего бурлившего ненавистью, враждебного и непонятного мира … Тянуло к большевикам – шёл, других вёл за собой, а потом брало раздумье, холодел сердцем.

Междоусобицы измотали Мелехова, но человеческое в нём не угасло. Чем больше втягивал Мелехова водоворот гражданской войны, тем вожделённее его мечта о мирном труде. От горя утрат, ран, метаний в поисках социальной справедливости Мелехов рано постарел, утратил былую удаль. Однако не растерял «человеческое в человеке», его чувства и переживания – всегда искренние – не притуплялись, а пожалуй, обострялись. 

Проявления его отзывчивости и сочувствия людям особенно выразительны в завершающих частях произведения. Героя потрясает зрелище убитых: «обнажив голову, стараясь не дышать, осторожно» объезжает он мёртвого старика, растянувшегося на рассыпанной золотой пшенице. Проезжая местами, где катилась колесница войны, печально останавливается перед трупом замученной женщины, поправляет на ней одежду, предлагает Прохору похоронить её. Он похоронил невинно убитого, доброго, трудолюбивого деда Сашку под тем же тополем, где в своё время последний похоронил его и Аксиньи дочь. В сцене похорон Аксиньи перед нами предстаёт убитый горем, выпивший до краёв полную чашу страданий, до срока постаревший человек, и мы понимаем: ощутить с такой глубинной силой горе утраты могло только великое, хотя и израненное сердце.

В заключительных сценах романа Шолохов обнажает страшную опустошенность своего героя. Мелехов потерял самого любимого человека – Аксинью. Жизнь утратила в его глазах весь смысл и всё значение. Ещё раньше осознавая трагизм своего положения, он говорит: «От белых отбился, к красным не пристал, так и плаваю как навоз в проруби…». В образе Григория заключёно большое типическое обобщение. Тот тупик, в котором он оказался, разумеется, не отражал процессов, происходивших во всём казачестве. Типичность героя заключается не в том. Трагично поучительна участь человека, не нашедшего своего пути в жизни. Нелегко сложилась жизнь Григория Мелехова, трагически завершается его путь в «Тихом Доне». Кто же он? Жертва заблуждений, испытавший всю тяжесть исторического возмездия, или индивидуалист, порвавший с народом, ставший жалким отщепенцем? Трагедия Григория Мелехова зачастую воспринималась критикой как трагедия человека оторвавшегося от народа, ставшего отщепенцем, или как трагедия исторического заблуждения. Казалось бы, ничего, кроме неприязни и презрения, не может вызвать такой человек. У читателя же остается впечатление о Григории Мелехове как  человеке ярком и сильном; недаром в его образе писатель стремился не только показать пагубность решений и поступков, обусловленных иллюзиями собственнического мира, но и передать «очарование человека».

В сложной обстановке гражданской войны Григорий не может найти верного пути с силу политической малограмотности, предрассудков своей страны. Шолохов, изображая путь мучительных исканий правды, которым шел Григорий, прочерчивая дороги, уводившие его в лагерь врагов революции, и сурово осуждая героя за преступление перед народом и человечностью, все же постоянно напоминает, что по своим внутренним задаткам, глубоко коренящимся нравственным стремлениям этот самобытный человек из народа постоянно тянулся к тем, кто боролся в лагере революции. Поэтому не случайно его кратковременной пребывание у красных сопровождалось обретением душевного равновесия, нравственной устойчивостью.

Образ Григория невозможно понять, анализируя лишь его поступки и не учитывая состояние его внутреннего мира, тех мотивов, которые объясняют его поступки.

Трагично завершается путь героя в романе, и все сильнее и  напряжение звучит мотив страдания, неотступнее становится наше желание благополучного исхода  его судьбы. Особого напряжения этот мотив достигает в сцене гибели Аксиньи. Психологически проникновенный портрет Григория и образ бесконечного космического мира, перед которым он предстал один на один, передает глубину трагедии.

Но все же трагедия не заслоняет в романе мотив исторического оптимизма, мысли о реальной возможности преодоления трагических конфликтов в ходе исторических катаклизмов. Именно таков пафос « Тихого Дона» как эпопеи народной жизни на крутом историческом рубеже. Шолохов показал, что процесс всякого обновления, перестройки, требует напряжения всех сил, приносит лишения, порождает острые конфликты и смятение народных масс. Это отражено в судьбе Григория Мелехова. Его образ выступает как олицетворение высоких человеческих возможностей, которые в силу трагических обстоятельств не получили своего полного осуществления.

 Григорий Мелехов проявил незаурядное мужество в поисках правды. Но для него она – не просто идея, некий идеализированный символ лучшего человеческого бытия. Он ищет её воплощение в жизни. Соприкасаясь с множеством маленьких частиц правды, и готовый принять каждую, он обнаруживает их несостоятельность при столкновении с жизнью.

Внутренний конфликт разрешается для Григория отказом от войны и оружия. Направляясь к родному хутору, он выбросил его, «тщательно вытер руки о полу шинели».

Проявлениям классовой вражды, жестокости, кровопролития автор романа противопоставляет извечную мечту человека о счастье, о согласии между людьми. Он последовательно ведёт своего героя к той правде, в которой заключена идея единства народа как основы жизни.

Что же будет с человеком, Григорием Мелеховым, который не принял этого враждующего мира, этого «недоумённого существования»? Что с ним будет, если он, как самка стрепета, которую не в силах спугнуть залпы орудий, пройдя всеми дорогами войны, упрямо стремится к миру, жизни, труду на земле? Автор не отвечает на эти вопросы. Трагедия Мелехова, усиленная в романе трагедией всех родных и дорогих ему людей, отражает драму целого края, подвергшегося насильственной «классовой переделке». Революция и гражданская война изорвала и исковеркала жизнь Григория Мелехова. Память об этом страшном месиве незаживающей раной ляжет на душу Григория.

«Тихий Дон» – эпопея народной жизни в исторически знаменательные годы воспроизведенная писателем с ее героикой и трагизмом. Шолохов показал, как в ходе революции и гражданской войны открывается возможность претворения высших идеалов человечности, вековых народных чаяний. Шолохов изобразил эту эпоху как историческое действие, овеянной героикой и трагизмом.   

	







1.3. Конфликт между человеческой судьбой из интеллигенции и ходом истории в произведениях М.А. Булгакова «Дни Турбиных» и «Белая Гвардия»







                                                      А  почему   давно   не   идут  «Дни

                                                      Турбиных» драматурга Булгакова?

                                                                                      И.В. Сталин



     В 1934 году в связи с пятисотым спектаклем “Дней Турбиных” друг М. Булгакова П. С. Попов писал: “"Дни Турбиных" — одна из тех вещей, которые как-то входят в собственную жизнь и становятся эпохой для самого себя”. Ощущение, выраженное Поповым, испытали едва ли не все люди, которые имели счастье видеть спектакль, шедший в Художественном театре с 1926 по 1941 год. 
    Ведущей темой этого произведения стала судьба интеллигенции в обстановке гражданской войны и всеобщего одичания. Окружающему хаосу здесь, в этой пьесе, противопоставлялось упорное стремление сохранить нормальный быт, “бронзовую лампу под абажуром”, “белизну скатерти”, “кремовые шторы”.   

Пьеса «Дни Турбиных» М.А. Булгакова изначально имела цель показать, как революция меняет людей, показать судьбу людей, принявших и не принявших революцию. В центре оказывается трагическая судьба интеллигентной семьи на фоне развала белой гвардии, бегства гетмана, революционных событий на Украине.

 В центре пьесы - дом Турбиных. Его прообразом во многом стал дом Булгаковых на Андреевском спуске, сохранившийся до наших дней, а прототипами героев - близкие писателю люди. Так прототипом Елены Васильевны была сестра М.Булгакова, Варвара Афанасьевна Карум. Все это и придало булгаковскому произведению ту особую теплоту, помогло передать ту неповторимую атмосферу, которая отличает дом Турбиных. Дом их - это центр, средоточие жизни, причем в отличие от предшественников писателя, например, поэтов-романтиков, символистов начала XX века, для которых уют и покой были символом мещанства и пошлости, у М.Булгакова Дом - это средоточие духовной жизни, он овеян поэзией, его обитатели дорожат традициями Дома и даже в трудное время стараются их сохранить. В пьесе "Дни Турбиных" возникает конфликт между человеческой судьбой и ходом истории. Гражданская война врывается в дом Турбиных, разрушает его. Емким символом становятся не раз упоминаемые Лариосиком "кремовые шторы" - именно эта грань отделяет дом от охваченного жестокостью и враждой мира. Композиционно пьеса строится по кольцевому принципу: действие начинается и заканчивается в доме Турбиных, а между этими сценами местом действия становятся рабочий кабинет украинского гетмана, из которого сам гетман бежит, бросая людей на произвол судьбы; штаб петлюровской дивизии, которая входит в город; вестибюль Александровской гимназии, где собираются юнкера, чтобы дать отпор Петлюре и защитить город. 

Именно эти события истории круто изменяют жизнь в доме Турбиных: убит Алексей, искалечен Николка, да и все обитатели турбинского дома оказываются перед выбором.  

 «Дни Турбиных», конечно, пьеса психологическая. Вместе с сильно выраженным лирическим началом дает себя знать юмор в изображении разоблачения гетмана, бандитского существования петлюровцев. И трагическим концом заканчивается крушение убеждений честного и сильного человека – Алексея Турбина. Старый мир рушится и перед оставшимися героями пьесы встает проблема выбора.

Остановимся подробнее на героях этой бессмертной пьесы. Семья Турбиных, типичная интеллигентная семья военных, где старший брат — полковник, младший — юнкер, сестра — замужем за полковником Тальбергом. И все друзья — военные. Большая квартира, где есть библиотека, где за ужином пьют вино, где играют на рояле, и, подвыпив, нестройно поют российский гимн, хотя уже год как царя нет, а в Бога никто не верит. В этот дом всегда можно прийти. Здесь вымоют и накормят замерзшего капитана Мышлаев-ского, который бранит на чем свет стоит и немцев, и Петлюру, и гетмана. Здесь не очень удивятся неожиданному появлению “кузена из Житомира” Лариосика и “приютят и согреют его”. Это дружная семья, все любят друг друга, но без сентиментальности. 
    Для восемнадцатилетнего Николки, жаждущего битв, старший брат является высшим авторитетом. Алексей Турбин, на наш теперешний взгляд, очень молод: в тридцать лет — уже полковник. За его плечами только что закончившаяся война с Германией, а на войне талантливые офицеры выдвигаются быстро. Он — умница, думающий командир. Булгакову удалось в его лице дать обобщенный образ именно русского офицера, продолжая линию толстовских, чеховских, купринских офицеров. Особенно близок Турбин к Рощину из “Хождения по мукам”. Оба они — хорошие, честные, умные люди, болеющие за судьбу России. Они служили Родине и хотят ей служить, но приходит такой момент, когда им кажется, что Россия гибнет, — и тогда нет смысла в их существовании. 
    В пьесе две сцены, когда Алексей Турбин проявляется как характер. Первая — в кругу друзей и близких, за “кремовыми шторами”, которые не могут укрыть от войн и революций. Турбин говорит о том, что его волнует; несмотря на “крамольность” речей, Турбин сожалеет, что раньше не мог предвидеть, “что такое Петлюра”. Он говорит, что это “миф”, “туман”. В России, по мнению Турбина, две силы: большевики и бывшие царские военные. Скоро придут большевики, и Турбин склонен думать, что победа будет за ними. Во второй кульминационной сцене Турбин уже действует. Он командует. Турбин распускает дивизион, приказывает всем снять знаки отличия и немедленно скрыться по домам. Турбин говорит горькие вещи: гетман и его подручные бежали, бросив армию на произвол судьбы. Теперь уже некого защищать. И Турбин принимает тяжелое решение: он не хочет больше участвовать в “этом балагане”, понимая, что дальнейшее кровопролитие бессмысленно. В его душе нарастают боль и отчаяние. Но командирский дух в нем силен. “Не сметь!” — кричит он, когда один из офицеров предлагает ему бежать к Деникину на Дон. Турбин понимает, что там та же “штабная орава”, которая заставляет офицеров драться с собственным народом. А когда народ победит и “расколет головы” офицерам, Деникин тоже убежит за границу. Турбин не может сталкивать одного русского человека с другим. Вывод таков: белому движению конец, народ не с ним, он против него. 
    А ведь как часто в литературе и кино изображали белогвардейцев садистами с болезненной склонностью к злодействам! Алексей Турбин, потребовав, чтобы все сняли погоны, сам остается в дивизионе до конца. Николай, брат, верно понимает, что командир “смерти от позора ждет”. И командир дождался ее — он погибает под пулями петлюровцев. Алексей Турбин — трагический образ, это цельный, волевой, сильный, смелый, гордый человек, который пал жертвой обмана и предательства тех, за кого он сражался. Строй рухнул и погубил многих из тех, кто ему служил. Но, погибая, Турбин понял, что был обманут, что сила у тех, кто с народом. 
    Булгаков обладал большим историческим чутьем и верно понимал расстановку сил. Долго не могли простить Булгакову его любви к своим героям. В последнем действии Мышлаевский кричит: “Большевики?.. Великолепно! Мне надоело изображать навоз в проруби... Пусть мобилизуют. По крайней мере буду знать, что я буду служить в русской армии. Народ не с нами. Народ против нас”. Грубоватый, громкоголосый, но честный и прямой, хороший товарищ и хороший солдат, капитан Мышлаевский продолжает в литературе известный тип русского военного — от Дениса Давыдова до наших дней, но он показан в новой, небывалой еще войне — гражданской. Он продолжает и заканчивает мысль старшего Турбина о гибели белого движения, мысль важную, ведущую в пьесе. 
    В доме есть “крыса, бегущая с корабля”, — полковник Тальберг. Он вначале пугается, врет о “командировке” в Берлин, потом о командировке на Дон, дает лицемерные обещания жене, за которыми следует трусливое бегство. 
    Мы так привыкли к названию “Дни Турбиных”, что не задумываемся над тем, почему так названа пьеса. Слово “Дни” означает время, те считанные дни, в которые решалась судьба Турбиных, всего уклада жизни этой русской интеллигентной семьи. Это был конец, но не оборванная, погубленная уничтоженная жизнь, а переход к новому существованию в новых революционных условиях, начало жизни и работы с большевиками. Такие, как Мышлаевский, будут хорошо служить и в Красной Армии, певец Шервинский найдет благодарную аудиторию, а Николка, наверное, будет учиться. Финал пьесы звучит мажорно. Нам хочется верить, что все прекрасные герои булгаковской пьесы действительно станут счастливыми, что минует их участь многих интеллигентов страшных тридцатых, сороковых, пятидесятых годов нашего непростого века.    

    М.А. Булгаков мастерски передал события, произошедшие в Киеве и в первую очередь сложнейшие переживания Турбиных, Мышлаевского, Студзинского, Лариосика. Перевороты, волнения и им подобные происшествия накаляют обстановку, после чего мы видим не только судьбу интеллигентных людей, которые втянуты в эти события и вынуждены решать вопрос: принимать или не принимать большевиков? – но и то скопище людей, которое противостояло революции – гетманщину, ее хозяев – немцев. Как гуманист, Булгаков не принимает дикое начало Петлюры, с гневом отвергает Болботуна и Галаньбу. Также М.А. Булгаков высмеивает гетмана и его «подданных». Он показывает, до какой низости и бесчестия доходят они, предавая Родину. Человеческая подлость имеет свое место в пьесе. Таковыми событиями являются бегство гетмана, его низость перед немцами. В сцене с Болботуном и Галаньбой автором с помощью сатиры и юмора раскрыто не только античеловеческое отношение, но и разгулявшийся национализм.

   Болботун говорит дезертиру-сечевику: «А ты знаешь, що роблють з нашими хлеборобами германские офицеры, а там комиссары? Живых у землю зарывают! Чув? Так яж тебя самого закопаю у могилу! Самого!»

   Драматическое действие в «Днях Турбиных» развивается с огромной скоростью. А двигающей силой является народ, отказывающийся поддерживать «Гетмана всея Украины» и Петлюру. И от этой основной силы и зависит судьба гетмана, и судьба Петлюры, и судьба честных интеллигентов, в том числе белых офицеров – Алексея Турбина и Виктора Мышлаевского.

   В знаменитой сцене, когда Алексей Турбин распускает артиллерийский дивизион, состоящий из юнкеров и студентов, действие достигает своего наивысшего состояния. Все готово взорваться. Юнкера готовы разорвать, убить Алексея Турбина. Но вдруг он прямо спрашивает: «Кого вы желаете защищать?» И отвечает: «Гетмана? Отлично! Сегодня в три часа утра гетман, бросив на произвол судьбы армию, бежал, переодевшись германским офицером, в германском поезде, в Германию… Одновременно с этой канальей бежала по тому же направлению другая каналья – его сиятельство командующий армией князь Белокуров…»

   Сквозь гул, смятение и растерянность юнкеров и студентов прорывается голос разума. Алексей Турбин отказывается участвовать «в балагане», начавшегося еще в три часа утра, не хочет вести дивизион на Дон, к Деникину, как предлагают капитан Студзинский и некоторые юнкера, потому что он ненавидит «штабную сволочь» и говорит юнкерам в открытую, что и на Дону они встретят « тех же генералов и ту же штабную ораву». Как честный и глубоко осмысливающий события офицер он понял, что белому движению пришел  конец. Остается только подчеркнуть, что основным мотивом, двигавшим Турбиным, является осознание им одного  события: «Народ не с нами. Он против нас».

   Также Алексей говорит юнкерам и студентам о деникинцах: «Они вас заставят драться с собственным народом». Он предсказывает неизбежную гибель белого движения: «Я вам говорю: белому движению на Украине конец. Ему конец в Ростове-на-Дону, всюду! Народ не с нами. Он против нас. Значит, кончено! Гроб! Крышка!..»

   Заглядывая в историю гражданской войны, нами замечено интересное высказывание генерала Пётра Врангеля, писавшего о наступлении Антона Деникина: «Население, встречавшее армию при её продвижении с искренним восторгом, исстрадавшееся от большевиков и жаждавшее покоя, вскоре стало вновь испытывать на себе ужасы грабежей, насилия и произвола. В итоге – развал фронта и восстание в тылу»…

   Пьеса заканчивается трагической безысходностью. Петлюровцы покидают Киев, в город входит Красная Армия. Каждый из героев решает вопрос, как ему быть. Происходит столкновение Мышлаевского со Студзинским. Последний собирается бежать на Дон и там драться с большевиками, а другой ему возражает. Мышлаевский, как и Алексей уверен в крахе белого движения в целом – он готов перейти на сторону большевиков: «Пусть мобилизуют! По крайней мере буду знать, что я буду служить в русской армии. Народ  не с нами. Народ против нас. Алешка прав!»

   Не случайно, что в заключении Мышлаевскому уделено особое внимание. Уверенность Виктора Викторовича, что за большевиками есть правда, что они то и способны построить новую Россию, - эта убежденность, характеризующая выбор нового пути героя, выражает идейный смысл пьесы. Поэтому образ Мышлаевского оказался так близок М.А. Булгакову.  

Михаил Афанасьевич Булгаков — писатель сложный, но в то же время ясно и просто излагающий самые высокие философские вопросы в своих произведениях. Его роман “Белая гвардия” рассказывает о драматических событиях, разворачивающихся в Киеве зимой 1918-1919 годов. Писатель диалектически рассуждает о деяниях рук человеческих: о войне и мире, о вражде человеческой и прекрасном единении — “семье, где только и можно укрыться от ужасов окружающего хаоса”. 

Эпиграфом из “Капитанской дочки” Пушкина Булгаков подчеркнул, что речь идет о людях, которых настиг буран революции, но которые смогли найти верную дорогу, сохранить мужество и трезвый взгляд на мир и свое место в нем. Второй эпиграф носит библейский характер. И этим Булгаков вводит нас в зону вечного времени, не внося в роман никаких исторических сопоставлений. 
    Развивает мотив эпиграфов эпический зачин романа: “Велик был год и страшен по рождестве Христовом 1918, от начала революции второй. Был он обилен летом солнцем, а зимой снегом, и особенно высоко в небе стояли две звезды: звезда пастушеская Венера и красный дрожащий Марс”. Стиль зачина почти библейский. Ассоциации заставляют вспомнить о вечной Книге бытия, что само по себе 
    своеобразно материализует вечное, как и образ звезд на небесах. Конкретное время истории как бы впаяно в вечное время бытия, обрамлено им. Противостояние звезд, природный ряд образов, имеющих отношение к вечному, вместе с тем символизирует коллизию времени исторического. В открывающем произведение зачине, величавом, трагическом и поэтическом, заложено зерно социальной и философской проблематики, связанной с противостоянием мира и войны, жизни и смерти, смерти и бессмертия. Сам выбор звезд дает спуститься из космической дали к мир у Турбиных, поскольку именно этот мир будет противостоять вражде и безумию. 
    В “Белой гвардии” милая, тихая, интеллигентная семья Турбиных вдруг становится причастна великим событиям, делается свидетельницей и участницей дел страшных и удивительных. Дни Турбиных вбирают вечную прелесть календарного времени: “Но дни и в мирные, и в кровавые годы летят как стрела, и молодые Турбины не заметили, как В крепком морозе наступил белый, мохнатый декабрь.

Дом Турбиных противостоит внешнему миру, в котором царят разрушение, ужас, бесчеловечность, смерть. Но Дом не может отделиться, уйти из города, он часть его, как город — часть земного пространства. И вместе с тем это земное пространство социальных страстей и битв включается в просторы Мира. 
    Город, по описанию Булгакова, был “прекрасный в морозе и в тумане на горах, над Днепром”. Но облик его резко изменился, сюда бежали “... промышленники, купцы, адвокаты, общественные деятели. Бежали журналисты, московские и петербургские, продажные и алчные, трусливые. Кокотки, честные дамы из аристократических фамилий...” и многие другие. И город зажил “странною, неестественной жизнью...” Внезапно и грозно нарушается эволюционный ход истории, и человек оказывается на ее изломе. 
    Изображение большого и малого пространства жизни вырастает у Булгакова в противопоставление разрушительного времени войны и вечного времени Мира. 
    Тяжкое время нельзя пересидеть, закрывшись от него на щеколду, как домовладелец Василиса — “инженер и трус, буржуй и несимпатичный ”. Так воспринимают Лисовича Турбины, которым не по нраву мещанская замкнутость, ограниченность, накопительство, отъединенность от жизни. Что бы там ни случилось, но не станут они считать купоны, затаившись в темные, как Василий Лисович, который мечтает только пережить бурю и не утратить накопленного капитала. Турбины иначе встречают грозное время. Они ни в чем не изменяют себе, не меняют своего образа жизни. Ежедневно собираются в их доме друзья, которых встречают свет, тепло, накрытый стол. Звенит переборами Николкина гитара — отчаянием и вызовом даже перед надвигающейся катастрофой. 
    Все честное и чистое, как магнитом, притягивается Домом. Сюда, в этот уют Дома, приходит из страшного Мира смертельно замерзший Мышлаевский. Человек чести, как и Турбины, он не покинул поста под городом, где в страшный мороз сорок человек ждали сутки в снегу, без костров, смену, 
    которая так бы и не пришла, если бы полковник Най-Турс, тоже человек чести и долга, не смог бы, вопреки безобразию, творящемуся в штабе, привести двести юнкеров, стараниями Най-Турса прекрасно одетых и вооруженных. Пройдет какое-то время, и Най-Турс, поняв, что он и его юнкера предательски брошены командованием, что его ребятам уготована судьба пушечного мяса, ценой собственной жизни спасет своих мальчиков. Переплетутся линии Турбиных и Най-Турса в судьбе Николки, ставшего свидетелем последних героических минут жизни полковника. Восхищенный подвигом и гуманизмом полковника, Николка совершит невозможное — сумеет преодолеть, казалось бы, непреодолимое, чтобы отдать Най-Турсу последний долг — похоронить его достойно и стать родным человеком для матери и сестры погибшего героя. 
    В мир Турбиных вмещены судьбы всех истинно порядочных людей, будь то мужественные офицеры Мышлаевский и Степанов, или глубоко штатский по натуре, но не уклоняющийся от того, что выпало на его долю в эпоху лихолетья Алексей Турбин, или даже совершенно, казалось бы, нелепый Лариосик. Но именно Лариосик сумел достаточно точно выразить самую суть Дома, противостоящего эпохе жестокости и насилия. Лариосик говорил о себе, но под этими словами могли бы подписаться многие, “что он потерпел драму, но здесь, у Елены Васильевны, оживает душой, потому что это совершенно исключительный человек Елена Васильевна и в квартире у них тепло и уютно, и в особенности замечательны кремовые шторы на всех окнах, благодаря чему чувствуешь себя оторванным от внешнего мира... А он, этот внешний мир... согласитесь сами, грозен, кровав и бессмыслен”. 
    Там, за окнами, — беспощадное разрушение всего, что было ценного в России. 
    Здесь, за шторами, — непреложная вера в то, что надо охранять и сохранять все прекрасное, что это необходимо при любых обстоятельствах, что это осуществимо. “... Часы, по счастью, совершенно бессмертны, бессмертен и Саардамский Плотник, и голландский изразец, как мудрая скана, в самое тяжкое время живительный и жаркий”. 
    А за окнами — “восемнадцатый год летит к концу и день ото дня глядит все грознее, щетинистей”. И с тревогой думает Алексей Турбин не о своей возможной гибели, а о гибели Дома: “Упадут стены, улетит встревоженный сокол с белой рукавицы, потухнет огонь в бронзовой лампе, а Капитанскую Дочку сожгут в печи”. 
    Но, может быть, любви и преданности дана сила оберечь и спасти и Дом будет спасен? 
    Четкого ответа на этот вопрос в романе нет. 
    Есть противостояние очага мира и культуры петлюровским бандам, на смену которым приходят большевики. 
    Одна из последних зарисовок в романе — описание бронепоезда “Пролетарий”. Ужасом и отвращением веет от этой картины: “Он сипел тихонько и злобно, сочилось что-то в боковых снимках, тупое рыло его молчало и щурилось в приднепровские леса. С последней площадки в высь, черную и синюю, целилось широченное дуло в глухом наморднике верст на двадцать и прямо в полночный крест”. Булгаков знает, что в старой России было много такого, что привело к трагедии страну. Но люди, нацелившие дула пушек и ружей на свое отечество, ничуть не лучше тех штабных и правительственных мерзавцев, которые посылали на верную гибель лучших сынов отечества. 
    Убийц, преступников, грабителей, предателей всех рангов и мастей история неминуемо сметает с пути, и имена их будут символом бесчестия и позора. 
    А Дом Турбиных как символ нетленной красоты и правды лучших людей России, ее безымянных героев, скромных тружеников, хранителей добра и культуры, будет согревать души многих поколений читателей и доказывать каждым своим проявлением, что настоящий человек остается человеком и на изломе истории. 
    Те, кто нарушил естественный ход истории, совершили преступление перед всеми, — в том числе перед усталым и замерзшим часовым у бронепоезда. В рваных валенках, в рваной шинели зверски, не по-человечески, озябший человек засыпает на ходу, и снятся ему родная деревня и сосед, идущий навстречу. “И тотчас грозный сторожевой голос в груди выстукивал три слова: 
    “— Прости... часовой... замерзнешь...” 
    Зачем отдан этот человек бессмысленному кошмару? 
    Зачем отданы этому тысячи и миллионы других? 
    Можно не быть уверенным, что маленький Петька Щеглов, который жил во флигеле и увидел замечательный сон о сверкающем алмазном шаре, дождется того, что сон обещал ему, — счастья? 
    Кто знает? В эпоху битв и потрясений хрупка, как никогда, отдельная человеческая жизнь. Но тем и сильна Россия, что есть в ней люди, для которых понятие “жить” равносильно понятиям “любить”, “чувствовать”, “постигать”, “думать”, быть верным долгу и чести. Эти люди знают, что стены Дома — не просто жилище, а место связи поколений, место, где сохранена в нетленности душевность, где никогда не исчезает духовное начало, символ которого — главная часть Дома — книжные шкафы, наполненные книгами. 
    И как в начале романа, в его эпилоге, глядя на яркие звезды в морозном небе, автор заставляет нас думать о вечности, о жизни будущих поколений, об ответственности перед историей, друг перед другом: “Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле”.
    







 







1.4. «Конармия И.Э. Бабеля – летопись будничных злодеяний» времен революции и гражданской войны.





                                                     Эта летопись будничных злодеяний, 

                                                     которая теснит меня неутомимо,

                                                     как    порок   сердца.

                                                                                       И.Э. Бабель



   Последняя книга принадлежит И.Э. Бабелю. Это наследие, дошедшее до наших времен, стало заметным событием литературной жизни первого послереволюционного десятилетия.

   По словам Н. Берковского: «Конармия» - одно из значительных явлений в художественной литературе о гражданской войне».

   Идея этого романа – выявить и показать все изъяны революции, русской армии и безнравственность человека.

   Роман И.Э. Бабеля «Конармия» - это ряд казалось бы не связанных между собой эпизодов, выстраивающихся в огромные мозаичные полотна. В «Конармии», несмотря на ужасы войны, показана свирепость тех лет, - вера в революцию и вера в человека. Автор рисует пронзительно-тоскливое  одиночество человека на войне. И.Э. Бабель, увидев в революции не только силу, но и «слезы и кровь», «вертел» человека так и этак, анализировал его. В главах «Письмо» и «Берестечко» автор показывает разные позиции людей на войне. В «Письме» он пишет о том, что на шкале жизненных ценностей  героя, история о том, как «кончали» сначала брата Федно, а потом папашу, занимает второе место. В этом заключается протест самого автора против убийства. А в главе «Берестечко» И.Э. Бабель старается уйти от реальности, потому что она невыносима. Описывая характеры героев, границы между их душевными состояниями, неожиданные поступки, автор рисует бесконечную разнородность действительности, способность человека одновременно быть возвышенным и обыденным, трагическим и героическим, жестоким и добрым, рождающим и убивающим. И.Э. Бабель мастерски играет переходами между ужасом и восторгом, между прекрасным и ужасающим.

   За пафосом революции автор разглядел ее лик: он понял, что революция - это экстремальная ситуация, обнажающая тайну человека. Но даже в суровых буднях революции человек, имеющий чувство сострадания, не сможет примириться с убийством и кровопролитием. Человек, по мнению И.Э. Бабеля, одинок в этом мире. Он пишет о том, что революция идет «как лава, разметая жизнь» и оставляя свой отпечаток на всем, чего коснется. И.Э. Бабеля ощущает себя «на большой непрекращающейся панихиде». Еще ослепительно светит раскаленное солнце, но уже кажется, что это «оранжевое солнце катится по небу, как отрубленная голова», и «нежный свет», который «загорается в ущельях туч», уже не может снять тревожного беспокойства, потому что не просто закат, а «штандарты заката веют над нашими головами...» Картина победы на глазах приобретает непривычную жестокость. И когда вслед за «штандартами заката» автор напишет фразу: «Запах вчерашней крови и убитых лошадей каплет в вечернюю прохладу», — этой метаморфозой он если не опрокинет, то, во всяком случае, сильно осложнит свой первоначальный торжествующий запев. Все это подготавливает финал, где в горячем сне рассказчику видятся схватки и пули, а наяву спящий сосед–еврей оказывается мертвым, зверски зарезанным поляками стариком.

   Все рассказы у Бабеля наполнены запоминающимися, яркими метаморфозами, отражая драматизм его мировоззрения. И мы не можем не горевать о его судьбе, не сострадать его внутренним терзаниям, не восхищаться его творческим даром. Его проза не выцвела во времени. Его герои не потускнели. Его стиль по-прежнему загадочен и невоспроизводим. Его изображение революции воспринимается как художественное открытие. Он выразил свою позицию на революцию, стал «одиноким человеком» в мире, который быстро меняется и кишит переменами.

   В. Полянский отмечал, что в «Конармии», как и в «Севастопольских рассказах» Л. Толстого, «героем в конце концов является «правда»… поднявшейся крестьянской стихии, поднявшейся на помощь пролетарской революции, коммунизму, хотя бы и своеобразно понимаемому».

   «Конармия» И.Э. Бабеля в свое время вызвала огромный переполох в цензуре, и, когда он принес книгу в Дом печати, то, выслушав резкие критические замечания, спокойно произнес: «Что я видел у Буденного – то и дал. Вижу, что не дал я там вовсе политработника, не дал вообще многого о Красной Армии, дам, если сумею, дальше»…





                                                           Из   крови, пролитой   в  боях, 

                                                           Из  праха,   обращенных в прах, 

                                                           Из  мук  казненных  поколений, 

                                                           Из душ,  крестившихся в крови, 

                                                           Из        ненавидящей       любви, 

                                                           Из преступлений,  исступлений

                                                           Возникнет     праведная     Русь. 

                                                           Я     за    нее    одну    молюсь… 

                                                                                     М. Волошин





   Последний эпиграф отнюдь не случайно вписался в общую картину рассуждений о революции. Если рассматривать только лишь Русь – Россию, то, конечно же, можно согласиться с М.А. Булгаковым, который принял, предпочел что ни на есть лучший путь для нашей страны. Да, так согласиться практически каждый, но не все задумываются над таинственной кривой ленинской прямой. Судьба страны в руках самой страны. Но как сказал сам народ, что из него как из деревянного полена, смотря, кто его обрабатывает.… Или Сергий Радонежский, или Емельян Пугачев. Хотя под второе имя больше подходит гетман, Колчак и Деникин, а также вся та «штабная сволочь», которые и развязали саму кровавую бойню революции, подразумевавшейся изначально как «прямая». Но, в общем, из всей суматохи, «из крови», «праха», «мук» и «душ» возникла «праведная Русь»! Вот к чему подходил М.А. Булгаков, восклицая через своих героев. К его мнению присоединяюсь и я. Но не следует забывать про М.А. Шолохова и И.Э. Бабеля, они то и показали практически всю ту «кривую», все то, что возникло «из преступлений», «из ненавидящей любви», все то, что «в конце концов» явилось Правдой.





Заключение

Глубоко изучив широкий спектр литературно-художественых произведений прошлого столетия, проанализировав литературную критику, можно утверждать, что тема революции и гражданской войны надолго стала одной из главных тем русской литературы XX века. Эти события не только круто изменили жизнь Российской империи, перекроили всю карту Европы, но изменили и жизнь каждого человека, каждой семьи. Гражданские войны принято называть братоубийственными. Братоубийственна по своей сути любая война, но в гражданской эта ее суть выявляется особенно остро.

Из произведений Булгакова, Фадеева, Шолохова, Бабеля нами выявлено: Ненависть нередко сталкивает в ней людей, родных по крови, и трагизм здесь предельно обнажен. Осознание гражданской войны как национальной трагедии стало определяющим во многих произведениях русских писателей, воспитанных в традициях гуманистических ценностей классической литературы. Это осознание прозвучало, может быть, даже не до конца понятое автором, уже в романе А.Фадеева "Разгром", и сколько бы ни искали в нем оптимистическое начало, книга прежде всего трагична - по описываемым в ней событиям и судьбам людей. Философски осмыслил суть событий в России начала века спустя годы Б.Пастернак в романе "Доктор Живаго". Герой романа оказался заложником истории, которая безжалостно вмешивается в его жизнь и разрушает ее. В судьбе Живаго - судьба русской интеллигенции в XX веке. Во многом близок к поэзии Б.Пастернака и другой писатель, драматург, для которого опыт гражданской войны стал его личным опытом, - М.Булгаков, произведения которого («Дни Турбиных» и «Белая гвардия») стали живой легендой ХХ века и отразили впечатления автора от жизни в Киеве в страшные 1918-19 годы, когда город переходил из рук в руки, звучали выстрелы, судьбу человека решал ход истории.

В процессе исследования нами обнаружены общие тенденции, характерные практически для всех литературных произведений о революции и гражданской войне, что позволило нам сделать следующие выводы.

Судьба человека в период тяжелейших исторических потрясений и испытаний подвержены мучительному поиску своего места и назначения в новых обстоятельствах. Новаторство и заслуга рассмотренных нами авторов (Фадеева, Шолохова, Булгакова, Бабеля) заключается в том, что они дали читательскому миру образцы личностей, мятущихся, сомневающихся, колеблющихся, для которых прежний, отлаженный мир в одночасье рушиться, и их захватывает волна стремительных инновационных событий, которые ставят героев в ситуации нравственного, политического выбора своего пути. Но эти обстоятельства не ожесточают героев, в них нет злобы, безотчетной вражды ко всему без разбора. В этом и проявляется громадная духовная сила человека, его непреклонность перед разрушительными силами, противостояние им.

В произведениях Фадеева, Шолохова, Булгакова, Бабеля с особой наглядностью видно, как история врывается в жизни людей,  как закаляет их ХХ век. За их громовой поступью  не слышен голос отдельного человека, обесценила его жизнь. Как и эпоха, так и человек оказывается перед проблемой нравственного выбора в литературе этого времени. Это и Левинсон, и Мелехов, и Мышлаевский… Трагический исход этого выбора повторяет трагический ход истории. Выбор, перед которым оказался Алексей Турбин в момент, когда подчиненные ему юнкера готовы сражаться, жесток - либо сохранить верность присяге и офицерскую честь, либо сберечь жизнь людей. И полковник Турбин отдает приказ: "Срывайте погоны, бросайте винтовки и немедленно по домам". Выбор, сделанный им, дается кадровому офицеру, "вынесшему войну с германцами", как он сам говорит, бесконечно трудно. Он произносит слова, которые звучат как приговор ему самому и людям его круга: "Народ не с нами. Он против нас". Признать это тяжело, отступиться от воинской присяги и предать честь офицера еще тяжелее, но булгаковский герой решается на это во имя высшей ценности - человеческой жизни. Именно эта ценность оказывается высшей в сознании Алексея Турбина и самого автора пьесы. Совершив этот выбор, командир ощущает полную безысходность. В его решении остаться в гимназии - не только желание предупредить заставу, но и глубинный мотив, разгаданный Николкой: "Ты, командир смерти от позора ждешь, вот что!". Но это ожидание смерти не только от позора, но и от полной безысходности, неотвратимой гибели той России, без которой такие люди не представляют себе жизни. Подобные размышления о трагичности героев отмечалось в рассмотренных произведениях. Поэтому художественная литература о революции и гражданской войне стала одним из наиболее глубоких художественных постижений трагической сущности человека в эпоху революции и гражданской войны. В то же время каждый герой пережил эволюцию своего мировоззрения, отношения к происходящему, его оценки и, в связи с этим, дальнейшим своим действиям в этом мире.

Интересна и характерная позиция самих авторов. Эти произведения во многом автобиографичны либо связаны  с их близкими, родными, соратниками по боевым действиям. Всех без исключения писателей захватывают рассуждения о непреходящих ценностях нашего мира – долг перед Родиной, друзьями, семьей. Авторам и самим в то время было трудно разобраться, за кем идти, против кого выступать, на чьей стороне правда, они часто, как и их герои, оказывались заложниками собственной присяги и чувства чести, подвергались условиям нараставшей советской цензуры, что не давало возможности им четче и прямее обозначить в произведениях свою позицию, высказаться до конца. Показателен в этом отношении  конец любого рассмотренного произведения, где нет ясного логического завершения в его проблематике. Так роман М.Булгакова “Белая гвардия” кончается словами: “Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле. Нет ни одного человека,  который бы этого  не знал. Так почему же мы не хотим  обратить свой взор на них? Почему? ” Существуют вечные ценности, не зависящие от исхода гражданской войны. Звезды – это символ таких ценностей. Именно в служении этим вечным ценностям видел свой долг писатель  Михаил Булгаков, как и Михаил Шолохов, и Александр Фадеев, и Исаак Бабель.

	Лучшие книги о революции и гражданской войне, которыми являются “Разгром”, “ Тихий Дон”, “Конармия”, “Дни Турбиных”, “Белая Гвардия” до сих пор многочитаемы, востребованы, представляют не только интерес, но и содержат воспитательные аспекты по формированию у молодежи гуманизма, патриотизма, чувства долга, любви к ближнему, политической зоркости, умение находить свое место и призвание в любых жизненных обстоятельствах, способности принимать верное решение, которое не противоречит общечеловеческим моральным ценностям.



























СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.



Бабель И.Э.  Сочинения. В 2-х т. Т. 2: Конармия; Рассказы 1925-1938 гг.; Пьесы; Воспоминания, портреты; Статьи и выступления; Киносценарии/ Сост. И подгот. Текста А. Пирожквой; Коммент. С. Поварцова; Худож. В. Векслер.-М.: Худож. Лит., 1990.- 574 с.

Булгаков М.А.  Пьесы.- М.: Советский писатель, 1987.- 656 с.

Булгаков М.А.  «И судимы были мертвые…»: Романы. Повесть. Пьесы. Эссе/ Сост., кр. Биохроника, прим Б.С. Мягкова; Вступ. Ст. В.Я. Лакшина.- М.: Школа-Пресс, 1994.- 704 с.

Фадеев А.А.  Романы./ Ред. Краковская А.- М.: Худож. литература, 1971.- 784 с.

Фадеев А.А.  Письма. 1916-1956/ Ред. Платонова А.- М.: Худож. литература, 1969.- 584 с.

А. Деменьтьев, Е. Наумов, Л. Плоткин «Русская советская литература»  -  М.:Учпедгиз, 1963. – 397 с.





 

 









2