Равзвитие судебного процесса в России в XI - XIX вв

Введение

   

     В структуре государственного аппарата важную роль играют судебные органы, основная функция которых - осуществление правосудия, судебный процесс. 

    «Древнейшей формой судебного процесса был суд общины, члены которой в равной степени обладали правами и обязанностями в судебных разбирательствах. Поводами к возбуждению процессам служили жалобы истцов, захват преступника на месте преступления, факт совершения преступления». [1]

     «Суд - орган государства, охраняющий от всяких посягательств на интересы

господствующего класса, путем осуществления правосудия, применения мер

государственного принуждения, с лицом, нарушающим установленный

правопорядок. Суд возникает вместе с государством, но выделяется в

самостоятельный орган по мере развития государственного механизма и

образования специального государственного аппарата». [2]

     Судебные органы были необходимы на протяжении всего существования государства и будут не менее нужны и в дальнейшем времени. Но, к сожалению не всегда суд был прав и справедлив, что устранялось и поправлялось с каждым годом. С каждым столетием судебные органы менялись, судебные акты из устных переходили в письменные, с каждым годом в официальных законах приводилось все  больше возможных случаев нарушения законов и влекущее за то или иное содеянное наказание. 

     Судебные процессы следует изучать и придавать им большое значение, по своей сути они очень сложные и именно на судебное решение возлагается огромная ответственность. Ведь не просто так судебная ветвь отделена от исполнительной и законодательной, в противном случае суд был бы зависим от той или иной власти и не смог всегда принимать самостоятельных и правильных решений. Вследствие чего, многие виновные остались бы безнаказанными и, возможно, и дальше совершали деяния, которые приносят вред другим гражданам. Соединение властей в одном органе или в одних руках может привести к тирании и деспотии. Например, как это было при Сталине, создавшем в СССР тоталитарный режим. В наше же время в демократическом государстве все ветви власти действуют независимо друг от друга, создавая систему «сдержек и противовесов». На мой взгляд, абсолютно правильно произнес когда-то Монтескье: «Не будет свободы в том случае, если судебная власть не будет отделена от законодательной и исполнительной».

     Но, в общем, судебные процессы изучаются довольно давно, ими были заинтересованы такие, как М. М. Сперанский, С. И. Зарудный, Анатолий Федорович Кони, Дмитрий Александрович Ровинский и многие другие. Так, например, Ровинский выдвинул и до конца отстаивал идею  введения в России суда присяжных, был активным участником разработки судебных уставов, решительно выступал за отмену телесных наказаний, а когда велась подготовка судебных уставов, их составители разделились в зависимости от своих взглядов на несколько 



[1] – В. А. Рогов.  История государства и права России IX – начала XX веков. Издательство «Зерцало», 1995 г. ст. 249

[2] – Тарановский.  Судебная реформа и развитие политической культуры царской России.





групп, Ровинский входил в группу тех, кто хотел обновления всего судебного строя, полного разрыва со старым судом.  Но о судопроизводстве и судебных процессах можно много говорить и долго спорить.

     В своей курсовой работе я разберу  развитие судебного процесса в России в XI – XIX вв., а именно я рассмотрю судебный процесс по «Русской правде», в период развития абсолютизма, по Судебным уставам, а также развитие инквизиционных форм. Постараюсь найти самую важную информацию и понять, как и в каких ситуациях, судебные процессы менялись и постепенно шли к системе судебных процессов нашего времени.













































































                                      

                                                     Глава 1

                Судебный процесс по «Русской правде».



     Важным источником, в котором можно найти сведения о социальной и политической истории Древней Руси, является «Русская Правда». Этот первый свод законов составлялся в течение полутора веков, отражая и фиксируя в своих нормах эволюцию древнерусского общества. «До наших дней дошло более ста списков Русской Правды. Все они распадаются на три основных редакции: Краткая, состоящая в свою очередь из Древнейшей Правды, или Правды Ярослава (1016 г.), и Устава Ярославичей (1072 г.); Пространная редакция, возникшая в 1113 году и связанная с именем Владимира Мономаха; Сокращенная редакция появилась в середине XV века из переработанной Пространной редакции.»[1]

     Что же говорилось в статьях этих редакций? Итак, «в первой статье Краткой редакции Русской Правды говорится о праве кровной мести за убийство свободного «мужа». С одной стороны, эта норма свидетельствует о сохранении значительных элементов родоплеменных отношений. Но, с другой – некоторые положения этой статьи (ограничение круга родственников, имеющих право мстить, введение альтернативного штрафа за убийство в 40 гривен) свидетельствуют об их распаде и усилении власти князя. В Правде Ярославичей кровная месть уже запрещена. Кроме того, она фиксирует и более сложную структуру общества, в котором появились новые социально неравноправные группы людей. Помимо челяди (рабов), о которой говорилось еще в договоре Олега с Византией (907 г.), - это смерды и холопы. Их жизнь в отличие от свободных защищается вирой в 5 гривен.

     Княжеские люди – тиуны, огнищане (скорее всего управители хозяйств, которые могли набираться из числа холопов – рабов) «стоили» 80 гривен».[2]

     Сейчас, как и в прошлые века существует наказание за убийство, только теперь оно стало справедливей и жестче, теперь нельзя, как это было по «Русской Правде», всего лишь заплатить штраф за убийство, при этом размер штрафа зависит от социального статуса гражданина, которого убили. В наши дни не существует штрафов за убийство, человек, совершивший преступление, получает тюремный срок, длительность которого зависит не от социального статуса погибшего, а от обстоятельств, сложившихся во время совершения преступления.  

     В Пространной же редакции «Русской Правды» была, например, «предусмотрена особая форма обнаружения утраченного имущества – свод. Если после «заклича» пропавшая вещь обнаруживалась у лица, заявившего себя добросовестным приобретателем, начинался свод. Указывался человек, у которого приобреталась вещь, тот в свою очередь, указывал на другого и т. д. Кто не мог указать источник приобретения, считался вором, должен был вернуть вещь (стоимость) и заплатить штраф. В пределах одной территориальной единицы свод шел до последнего лица,

 

   [1] – И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 1996 г. ст. 13 -14.

   [2] – В. Н. Шевелев. История России. Конспект лекций. Издательство «Феникс», 2006 г. ст. 13 - 14.        

     



но если в нем участвовали жители другой территории (города), он шел до третьего

лица, которое выплачивало повышенное возмещение и начинало свод по своему месту проживания (ст. 35 – 39 Пространной Правды).

     Другое процессуальное действие – гонение следа – представляло собой розыск преступника по следам. В случае убийства наличие следов преступника в какой-либо общине обязывало ее членов выплачивать «дикую виру» или разыскивать 

виновное лицо. При терявшихся следах на пустошах и дорогах поиски прекращались (ст. 77 Пространной Правды)».[1]   

     В наше время утраченное имущество тоже разыскивают, только сам процесс стал легче и вора можно найти намного быстрее. 

     «Появление «Русской Правды» отражало сложные процессы, протекающие в Древней Руси. Перерастание родовой общины в земледельческую приводило к потере многими людьми своего социального статуса и социальной защиты со стороны родовых коллективов. Они вынуждены были искать покровительство у князя и его дружинного окружения, попадая при этом в ту или иную степень зависимости. Разложение рода, появление социальных «изгоев», увеличение числа преступлений против личности усилило власть князя, что и нашло отражение в самом появление «Русской Правды», пришедшей на смену традиционному, написанному праву. «Русская Правда» регулировала отношения между людьми в обществе с помощью законов, что позволяло поддерживать социальный порядок».[2] Русская Правда слагалась довольно долго и помогала наиболее правильно оценить сложившуюся жизненную ситуацию и определить какое наказание должно последовать виновным лицам этой ситуации. Этот сборник восточнославянских законов отражал развитие русского общества на протяжении многих веков.

     ««Русскую Правду» можно определить как кодекс частного права – все ее субъекты являлись физическими лицами, понятия юридического лица закон не знал. С этим связаны некоторые особенности кодификации. Среди видов преступлений, предусмотренных «Русской Правдой», нет преступлений против государства. Личность самого князя как объекта преступного посягательства рассматривалась в качестве физического лица, отличавшегося от других только более высоким положением и привилегиями.

     С конкретными субъектами связывалось содержание права собственности; оно могло быть различным в зависимости и от объекта собственности. «Русская Правда» еще не знает абстрактных понятий «собственность», «владение», «преступление». Кодекс строился по принципу казуистичности, законодатель стремился предусмотреть все возможные жизненные ситуации.

     Эти юридические особенности обусловлены источниками «Русской Правды». Включенные в нее нормы и принципы обычного права несовместимы с абстрактным понятием юридического лица. Для обычая все субъекты равны, и все они могут быть только физическими лицами.

     

   [1] – В. А. Рогов. История государства и права России IX – начала XX веков. Издательство «Зерцало», 1995 г. ст. 250.

   [2] – В. Н. Шевелев. История России. Конспект лекций. Издательство «Феникс», 2006 г. ст. 13.

    

        

     Нормы «Русской Правды» защищали частную собственность (движимую и недвижимую), регламентировали порядок ее передачи по наследству, по обязательствам и договорам».[1]

     «Другой источник – княжеская судебная практика – вносит субъективный элемент в определении круга лиц и в оценку юридических действий. Для княжеской судебной практики наиболее значительными субъектами являются такие, которые всего ближе стоят к княжескому двору. Поэтому правовые привилегии распространяются прежде всего на приближенных лиц».[2] Это несправедливо по отношению к другим, в данное время фактически считаются все равными перед законом, но практически, я думаю, это все же не так. Коррупция процветает и в наше время, сейчас большое значение имеют деньги и хорошо обеспеченные люди все же могут остаться безнаказанными за свои неправомерные поступки. А как же во времена существования «Русской Правды» определяли виновного в сложившихся обстоятельствах?

     Необходимо отметить, что во времена существования «Русской правды», судебный процесс не делиться на гражданский и уголовный. Такое разделение появляется гораздо позднее. Таким образом, как для гражданских, так и для уголовных дел существовал единый процессуальный порядок рассмотрения. 

     «Судебный процесс носил ярко выраженный состязательный характер: он начинался только по инициативе истца, стороны в нем (истец и ответчик) обладали равными правами, судопроизводство было гласным и устным, значительную роль в системе доказательств играли «ордалии» («суд божий»), присяга и жребий. Процесс делился на три этапа (стадии).

     «Заклич» означал объявление о совершившемся преступлении (например, о пропаже имущества), производился в людном месте, «на торгу», объявлялось о пропаже вещи, обладавшей индивидуальными признаками, которую можно было опознать. Если пропажа обнаруживалась по истечении трех дней с момента заклича, тот, у кого она находилась, считался ответчиком. (ст. 32, 34 ПП).

     Вторая стадия процесса – «свод» (ст. 35 – 39 ПП) напоминал очную ставку. Свод осуществлялся либо до заклича, либо в срок до истечения трех дней после заклича. Об этом уже рассказано выше, в рассмотрении Пространной редакции Русской Правды.

     «Гонение следа» - третья стадия судебного процесса, заключавшаяся в поиске доказательств и преступника (ст. 77 ПП). При отсутствии в Древней Руси специальных розыскных органов и лиц гонение следа осуществляли потерпевшие, их близкие, члены общины, все добровольцы.

     Система доказательств по «Русской Правде» состояла из свидетельских показаний («видоков» - очевидцев преступления и «послухов» - свидетелей доброй славы, поручителей); вещественных доказательств («поличное»); «ордалий» (испытания огнем, водой, железом); присяги. На практике существовал также судебный поединок, не упоминавшийся в «Русской Правде». В законе ничего не говорится также о собственном признании и письменных доказательствах.»[3]     

       

   [1] – И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 2001 г. ст. 44.

   [2] – И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 1996 г. ст. 17.

   [3] – И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юритсъ», 1996г. ст. 19-20.





     Также в «Русской Правде» статья 74 предусматривала вознаграждение княжеской администрации за осуществление ими судебных функций, а статья 86 устанавливала «железный урок»: 40 гривен – в казну, 5 гривен – мечнику. Судебные пошлины законом рассматривались как плата судье за решение дела, и – статья 107 предусматривала их размеры в зависимости от характера дела, указывала на круг должностных лиц, в пользу которых они поступали. 

«Русская Правда» всегда указывает при необходимости на принадлежность к конкретной социальной группе (дружинник, холоп и т.д.). В массе статей о свободных людях, именно свободные и подразумеваются, о смердах речь заходит лишь там, где их статус необходимо специально выделить. 

     ««Русская Правда» – закон феодальный. Он защищает интересы господствующего класса феодального общества, т. е. крупных землевладельцев, укрепляет их права на землю и сидящих на этой земле землевладельцев – крестьян, которых тогда называли смердами.

      …Много важных деталей из жизни как высших классов общества, так и «низов» отмечено в «Русской Правде». Мы можем войти в жилище феодала, увидеть его хозяйство, непосредственно зависимых от него производителей разных категорий (смерды, рядовичи, холопы и др.). Можем увидеть, как и в каких условиях работают эти люди, как трудно им живется, как дешево ценится их жизнь». Действительно «Русская Правда» большое внимание уделяла определению порядка отыскания пропавших вещей и холопов, защищая право собственности феодалов.

     Рассмотрим же положение крестьян как феодально-зависимого класса. «На основании «Русской Правды» В. И. Ленин впервые вскрыл положение смерда-крестьянина в Киевской Руси. Сделать это было нелегко, так как буржуазная наука настолько запутала вопрос, что в конечном счете в лице А. Е. Преснякова признала его неразрешимым.

     Если мы поставим изучение социально-экономического положения крестьян-смердов на более широкую базу источников, если мы будем привлекать славянские «Правды», то замечательный вывод В. И. Ленина найдет новое неоспоримое подтверждение.

     В «Русской Правде» смердов касаются шесть статей. Из них наиболее важны в «Правде» Ярославичей – ст. 25 и 26, где имеется перечень непосредственных производителей в феодальной княжеской вотчине («А в рядовници княже 5 гривен, А в смерде и в холопе 5 гривен»), и в «Пространной Правде» - ст. 90, гласящая, что если смерд умрет без сыновей, то его имущество переходит князю». [1]  Хоть эти статьи всегда были спорными, т. к. в одном из списков древнейшей «Правды» первый текст звучит иначе («А в смердьи в холопе»), возникает вопрос: считать ли зависимого смерда приниженным до уровня холопа или смерда рабовладельцем, эксплуататором чужого труда? Ведь во всех славянских «Правдах» зависимый крестьянин изображен в приниженном положении и эксплуататором чужого труда нигде не является. Несмотря на это, все равно видно разное положение разных слоев населения в судебном процессе.



   [1] – Б. Д. Греков. Киевская Русь. Ст. 541, 543 – 544.          

       





     «Русская Правда», представлявшая собой первоначально большей частью свод церковных правил и языческих обычаев, постепенно превращается в свод правил исходящих от администрации, и в первую очередь от государства.

     Уже в это «темное» время появляются элементы современной правовой системы, такие как подобие присяжных заседателей. По мере развития «Русской правды» процесс из обвинительного приобретает состязательный характер.

     ««Русская Правда» - свод феодального права Киевской Руси в 11 – 12 вв. основные источники: обычное право, княжеское законодательство, судебная практика. Нормы Русской Правды легли в основу Псковской и Новгородской судных грамот, а также украинского, белорусского и литовского права.» [1]  



































































   [1] – Большая школьная энциклопедия. Том 1. Издательство «Олма-пресс», 2000 г., ст. 270.







                                                Глава 2

          Судебный процесс в XV – XVII вв. Развитие        инквизиционных форм.



     «Основными источниками общерусского права в XV – XVII вв. были великое княжеское (царское) законодательство (жалованные, указные, духовные грамоты и указы), «приговоры» Боярской думы, постановление Земских соборов, отраслевые распоряжения приказов.

     Создаются новые сложные формы законодательства: общерусские кодексы – судебники, Соборное Уложение, указные (уставные) книги, в которых систематизировались нормы, не вошедшие в основной текст Судебников (Уставная книга Разбойного приказа, указные книги Поместного и Земского приказов). «Дополнительные статьи» стали промежуточным этапом кодификации русского права в период между судебниками и Соборным Уложением (первая половина XVII в.).

     Все большое место в системе источников права начинают занимать различные частные акты – духовные грамоты, договоры («ряды»), акты, закрепляющие собственность на землю, и др.

     Закон, как источник права в Московском государстве принимал форму уставных грамот князей, вечевых грамот и приговоров, княжеских договоров. Узаконения, исходившие от верховной власти облекались в форму отдельных грамот или целых сборников (судебников). Характерно, что большинство этих актов в своем содержании воспроизводили уже существующие правовые обычаи и практику, которые власть санкционировала. Тем самым исчезая как особая форма, правовой обычай сохранялся в княжеских узаконениях в качестве правого источника. Вытесняя обычай в XVI – XVII вв., закон окончательно победит его лишь в XVIII в.

     Отдельные узаконения в XIV – XV вв. носили название грамот, во второй половине XVI в. – указов и приговоров (Боярской думы и Земских Соборов). Эти акты могли выдаваться как отдельным физическим и юридическим лицам, так и целым территориям.

     Даже после издания судебников отдельные грамоты продолжали выходить в свет и действовать, поскольку судебники не были в состоянии регламентировать все аспекты государственной, общественной, экономической и т. п. жизни.

     Классификация грамот, издаваемых московскими государями в XV – XVI вв. включает следующие их виды: жалованные, уставные, судные, таможенные. Кроме грамот, издаваемых верховной властью, существовали также грамоты, содержавшие акты, совершаемые частными лицами между собой (купчие, духовные, дарственные и др. гражданско-правовые акты)». [1] Наиболее ранними уставными грамотами были Двинская (1397 или 1398 г.) и Белозерская (1488 г.) Памятником финансового права является Белозерская таможенная грамота 1497 г., предусматривавшая откупной порядок взимания внутренних таможенных пошлин. На мой взгляд, 



[1] – И. А. Исаев. История государства и права. Издательство «Юристъ»,2001. ст.146 – 147. 



  

уставные грамоты наместнического управления были нужны для централизации государства, подчинения мест власти московского князя, они регламентировали деятельность кормленщиков, ограничивали в какой-то мере их произвол. 

     Но и в то время уставные грамоты, которые можно сравнить с нынешними различными кодексами и законодательствами, действовали не отдельно друг от друга, а в зависимости, как бы подчинялись главному закону. В наше время это Конституция РФ, тогда – «Важным правительственным мероприятием было создание в 1497 г. Судебника – первого свода законов единого государства. В Судебнике была сделана попытка определить компетенцию должностных лиц, установить процессуальные нормы, наказания за наиболее опасные для феодального государства преступления». [1] Судебник 1497 г. был самым крупным памятником права этого периода. Он внес единообразие в судебную практику Русского государства. Судебник имел и другую цель - закрепить новые общественные порядки, в частности выдвижение мелких и средних феодалов - дворян и детей боярских. В угоду этим социальным группам он внес новые ограничения в судебную деятельность кормленщиков, а главное – положил начало всеобщему закрепощению крестьян, введя так называемый Юрьев день.

     Источниками Судебника явились Русская Правда, Псковская судная грамота, текущее законодательство московских князей. Но он не просто обобщил накопившийся правовой материал: больше половины статей было написано заново, а старые нормы часто в корне переработаны. Судебник 1497 г. содержал главным образом нормы уголовного и уголовно-процессуального права. Хотя он указывает собой новый шаг в развитии права, но некоторые вопросы в нем регламентировались менее полно, чем в Русской Правде. Это относится, в частности, к гражданскому, особенно к обязательственному, праву. Отсюда можно предположить, что Судебник не целиком заменил предшествующее законодательство. Некоторые нормы Русской Правды, очевидно, продолжали действовать наряду с Судебником.

      «К концу XV в. государство сосредоточило в своих руках судебные функции по всем важным делам, что было закреплено в Судебнике 1497 г. Вотчинная юстиция теряла свое значение, за ней остались лишь малозначительные дела. Судебная функция стала областью государственной деятельности с определенным штатом исполнителей, дьяков и судей, на содержание которых требовались деньги. В Судебниках 1497 и 1550 гг. определен размер судебных пошлин.

     Параллельно с состязательным развивался розыскной процесс, при котором инициатива ведения следствия и процессуальных действий принадлежит государственным органам, а стороны теряют самостоятельность в выборе действий. В состязательном процессе по гражданским делам роль государственного суда и его инициатива в проведении следственных действий значительно возросли. Укрепление состязательных начал основывалось на понимании законодателем разницы в процессе по гражданским и уголовным делам. Состязательный процесс начинался обычно по жалобе истца, розыскной – по инициативе государства.

    

[1] – Под редакцией профессора П. П. Епифанова, профессора В. В. Мавродина. История СССР. С древнейших времен до 1861 года. Издательство «Просвещение», 1983 г., ст. 179.







      В области гражданского процесса особенно важными были земельные споры. В 

XV в. еще не все земли подверглись документальной регистрации. Отсутствие

документов, расчистка пустошей и новых земель продолжали ожесточенные споры сторон, упорно приписывающих себе оспариваемые участки. Сохранилось довольно много свидетельств о таких тяжбах. Именно для пересечения земельных споров и стимулирования хозяйственной активности в Судебниках установлена шестилетняя исковая давность для земель великого князя и трехлетняя для остальных земель. Однако доказательств при рассмотрении земельных тяжб часто не хватало, а свидетели давали противоречивые показания. Поэтому Судебники разрешают судебные поединки. Участие в поединках подробно регламентируется, стороны 

могут использовать наемных бойцов (для женщин, малолетних и т. д.), допускается примирение сторон. Использовались и традиционные доказательства, включая присягу. Процесс тщательно документировался, свидетельские показания записывались, а стороны получали копии приговоров с подписями и печатью.

     К концу XV в. начало развиваться специальное процессуальное действие – «облихование». В условиях роста профессиональной преступности и разбойничьих шаек необходимо было отличить «лихого человека» от обычного преступника, поскольку для «лихого» совершение преступления грозило вынесением смертного приговора. Особенно  широко практиковалось облихование во время реформ 30 – 50-х г. XV в.

     Облихование представляет собой опрос добропорядочного  окрестного населения о принадлежности подозреваемого к категории «лихих». Как следует из текста Судебника 1550 г., 10 – 15 человек «детей боярских» или 15 – 20 «добрых людей» большинством голосов выносили вердикт о принадлежности к «лихому». Если голоса разделялись поровну, к подозреваемому применялась пытка. Не признавшего себя «лихим» при равенстве голосов заключали в тюрьму до открытия новых обстоятельств по делу или брали на поруки местные жители. Со временем 

 устанавливалось правило, по которому «обыскные люди», участвующие в «облиховании», при ложном вердикте назывались кнутом.

    Во второй половине XVI в. в связи с усилением государственных начал при Иване IV судебные поединки полностью исчезают из судебной практики. Власть в любых случаях сама стремилась вынести приговор, не отдавая решения судебного спора на волю сторон».[1]

     Судебники 1497 и 1550 гг. усложнили систему наказаний и выработали новые цели наказания – устрашение и изоляция преступника. Высшей мерой наказания является смертная казнь, но она могла быть отменена помилованием государя. Другим тяжким наказанием была торговая казнь – битье кнутом на торгу. Широко применялись членовредительные и телесные наказания. В качестве дополнительных наказаний принимались штрафы и денежные взыскания. Размер штрафа зависел от тяжести поступка и социального статуса потерпевшего. 

     В Судебнике 1497 г. были две главные цели: распространить юрисдикцию 

 

 [1] – В. А. Рогов. История государства и права России IX – начала XX веков. Издательство «Зерцало», 1995 г., ст. 251 – 253. 





великого князя на всю территорию централизованного государства; ликвидировать правовые суверенитеты отдельных земель, уделов и областей. В уголовном праве в рассматриваемый период произошли значительные изменения. Раньше «Русская Правда» определяла преступление, как обиду, т. е. причинение материального или морального ущерба отдельному лицу или группе лиц, а Судебники 1497 и 1550 гг. стали относить к преступлениям деяния, причинявшим ущерб как частным лицам, так и государству. Преступление – это нарушение установленных норм, предписаний и воли государя.

     Судебник 1497 г. вводил две формы судебного процесса. Обвинительно-состязательная форма применялась по делам о мелких преступлениях и гражданским делам. Для этой формы судебного процесса характерны следующие положения: в суде велся протокол заседания, вызовы в суд осуществлялись специальными грамотами, существовало понятие исковой исковой давности, судебного решения оформлялись «правой» грамотой. В качестве доказательств выступали: собственное признание, присяга, свидетельские показания, письменные документы (грамоты, договоры и т. п.) развивается система обжалования судебных решений. Решения местных судов можно было обжаловать в приказы, в Боярскую думу или великому князю. За подачу иска в суд, получение судебного решения, розыск ответчика и т. д. Судебником устанавливались высокие судебные пошлины, вследствие этого для низших слоев населения обращение в суд было малодоступным делом.

      Вторая форма судебного процесса – розыскная. Розыск применялся по государственным и другим тяжким преступлениям, по делам «лихих людей». Дело начиналось по инициативе государственного органа или должностного лица. Главными доказательствами были поимка с поличным, обыск и собственное признание, для получения которого могла применяться пытка. Судоговорение не велось, основными формами розыскного процесса были допросы, очные ставки и пытки.

      Процесс характеризовался развитием старой формы, т. е. состязательного процесса и появлением новой – розыска. При состязательном процессе дело начиналось по жалобе истца, которая называлась челобитной. Она обычно подавалась в устной форме. По получении челобитной судебный орган принимал к доставке ответчика в суд. Явка ответчика обеспечивалось поручителями. Если ответчик каким-либо образом откланялся от суда, то он проигрывал дело даже без разбирательства. Истцу в таком случае выдавалась так называемая бессудная грамота. Неявка истца в суд означала прекращение дела.     

       Судебник 1497 г. более четко, чем Русская Правда, выделял обязательства из причинения вреда, правда, лишь в одном случае: ст. 61 предусматривала имущественную ответственность за потраву. Как своеобразные обязательства из причинения вреда рассматривает Судебник некоторые правонарушения связанные с судебной деятельностью. Судья, вынесший неправое решение обязан был возместить сторонам происшедшие от того убытки. Такая же мера применялась к лжесвидетелям. Закон прямо указывает, что наказанию су за свой проступок не подлежит (ст. 19). 

      





     В соответствии с изменением понятия преступления усложнялась система преступлений. Судебник вводит преступления, не известные Русской правде и лишь намеченные в Псковской судной грамоте, - государственные преступления.
Судебник указывал два таких преступления – крамолу и подым. Под крамолой понималось деяние, совершаемое преимущественно представителями господствующего класса. Именно как крамолу стали рассматривать великие князья отъезд бояр к другому князю. Тверской летописец, например, называет крамольниками князей и бояр, отъехавших в 1485 г. из Твери к московскому великому князю. Понятие "подым" является спорным. Можно предположить, что подымщиками называли людей, подбивающих народ на восстание. Мерой наказания за государственные преступления устанавливалась смертная казнь. 

     Судебник 1550 г. (царский судебник) был принят земским собором. Он состоял из ста глав-статей. Более подробную регламентацию получили судебный процесс, уголовно-правовые и имущественные отношения. Усиливались черты розыскного процесса, был расширен круг субъектов преступления, а тяжесть наказания была поставлена в зависимость от социальной принадлежности. Законодатель разработал формы вины, было введено положение о том, что закон не имеет обратной силы. 

     В основу Судебника 1550 г. были положены статьи Судебника 1497 г. Округ, регулируемых в нем вопросов, стал значительно шире. Появились специальные статьи о феодальном землевладении (вотчинах), о губном и земском управлении, подробнее регламентированы вопрос о розыске «лихих» людей, судебный процесс. Была значительно усилена роль центральных судебных органов, возросло значение великокняжеского суда. Увеличилось число деяний, признаваемых преступными. Тяжесть наказания иногда прямо поставлена в зависимость от социальной принадлежности потерпевшего. Впервые было введено положение о том, что закон не имеет обратной силы. Подробнее и обстоятельнее в нем были представлены отношения дворян и крестьян. Есть основания полагать, что этот Судебник был принят после его обсуждения представителями различных сословий. Вне сомнения, он был направлен на достижение общегосударственной стабильности после полосы межсословных разногласий в период малолетства Ивана IV. О значении закрепленных в нем правовых принципов свидетельствует тот факт, что в момент учреждения опричнины царь настойчиво добивался не принимать их во внимание, желая развязать себе руки при переходе к террору против противников усиления царской власти. После смерти Ивана IV различные правительства в России стремились восстановить в полном объеме правовые принципы, закрепленные в
Судебнике 1550 г.

     «Структура второго Судебника почти полностью повторяет структуру первого. В отличие от него Судебник 1550 г. делит свой материал на статьи или главы (около 100) и не использует заголовков, (которые на первом Судебнике часто не соответствовали содержанию). Второй Судебник подвергает материал более строгой систематизации: статьи по гражданскому праву сосредоточены в одном отделе (ст. 76 – 97), кодификатор специально предусматривает порядок пополнения Судебника новыми законодательными материалами (ст. 98) и т. п.

     







     Новых статей, по сравнению с первым Судебником, в Судебнике 1550 г. насчитывается более 30, третья часть всего Судебника. К наиболее важным нововведениям относились: запрет выдачи тарханных грамот и указание на отзыв уже выданных грамот (ст. 43); провозглашение принципа закон не имеет обратной силы, выраженного в предписании впредь все дела судить по новому Судебнику (ст. 97); процедура дополнения Судебника новыми материалами (ст. 98).

     Новыми положениями, явно связанными с государственной политикой Ивана IV, были также: установление строгих уголовных наказаний судьям за злоупотребление властью и неправосудные приговоры (первый Судебник говорил об этом невнятно); подробная регламентация деятельности выборных старост и целовальников в суде наместников, «судных мужей» в процессе (ст. 62, 68 – 70). 

     Судебник 1550 г. конкретизирует виды наказаний (для Судебника 1497 г. в этом отношении была характерна неопределенность) вводя между прочим новое - тюремное наказание. Новый Судебник вводит также новые составы преступлений (например, подлог судебных актов, мошенничество и др.) и новые гражданско-правовые институты (подробно разработан вопрос о праве выкупа вотчины, уточнен порядок обращения в холопство – ст. 85, 86).

     Вместе с тем, как и предшествовавший ему Судебник, Судебник 1550 г. не полностью отражал тот уровень, которого достигло русское право XVI в. Отметив тенденции к государственной централизации и обратив основное внимание на развитие судебного процесса, Судебник довольно мало внимания уделял развитию гражданского права в значительной мере базировавшегося на нормах обычного права и юридической практике.» [1]

     Действительно, не всем вопросам Судебник уделял нужное внимание. Издавалось еще множество актов, дополнительных к Судебнику указов пока не приняли Соборное Уложение 1649 г., непосредственным поводом принятия которого послужило вспыхнувшее в 1648 году восстание посадского люда в Москве. Посадские обратились к царю с челобитными об улучшении своего положения и о защите от притеснений. В это же время свои требования царю предъявили и дворяне, которые считали, что их во многом ущемляют бояре. Царь подавил восстание посадских, но был вынужден отложить сбор недоимок. В июле 1648 г. он приказал начать разработку проекта нового закона под названием "Уложение".
     Над его составлением работала особая комиссия во главе с боярином князем Н.И. Одоевским. Источниками Соборного Уложения были Судебник 1550 г., указные книги Поместного, Земского, Разбойного и др. приказов, коллективные челобитные московских и провинциальных дворян, посадских людей и т.д., а также Кормчая книга (византийское право), Литовский статут 1588 г. и др.                                               Всего в Уложении было 25 глав, 967 статей. В нем были разработаны вопросы государственного, административного, гражданского, уголовного права и порядка судопроизводства. В ряде глав были закреплены нормы, обеспечивающие защиту царя, церкви, дворян от выступлений народных масс. В гл. II и III было разработано понятие о государственном преступлении, под которым подразумевались прежде

 [1] – И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 2001, ст.151. 





всего действия, направленные против личности монарха, власти и ее представителей. За действия "скопом и заговором" против царя, бояр, воевод и приказных людей полагалась "смерть безо всякой пощады". Гл. I была посвящена защите интересов церкви от "церковных мятежников". Соборное Уложение 1649 г. брало под защиту дворян за убийство холопов и крестьян (главы XX—XXII). О резкой социальной дифференциации и защите государством интересов "верхов" свидетельствует разница в штрафах за "бесчестье": за крестьянина — 2 руб., гулящего человека - 1 руб., а за лиц привилегированных сословий — до 70-100 руб.     В гл. XI ("Суд о крестьянах") собраны статьи, разрабатывающие вопрос о крестьянской крепости. Этими постановлениями окончательно оформлялось крепостное право — устанавливалась вечная потомственная зависимость крестьян, отменялись "урочные лета" для сыска беглых крестьян (ст. 2), за укрывательство беглых устанавливался высокий штраф (ст. 10). Соборное Уложение 1649 г. лишило помещичьих крестьян права судебного представительства по имущественным спорам.                                                                                                                                    Гл. XIX ("О посадских людях") провозглашала ликвидацию частновладельческих слобод в городах, возвращение в тягло "беломестцев", "закладчиков", массовый сыск беглых посадских людей; посадское население прикреплялось к посадам и государеву тяглу. Положение кабальных холопов регламентировано гл. XX. Главы XVI ("О поместных землях") и XVII ("О вотчинах") посвящены вопросам дворянского землевладения. В них устанавливались нормы поместных дач по чинам, запрещалась продажа поместных земель в вотчину, продажа вотчинных земель духовенству, но было узаконено наследование поместий женами и детьми феодала.                                                                                                                             Всего в Уложении было 25 глав, 967 статей. В нем были разработаны вопросы государственного, административного, гражданского, уголовного права и порядка судопроизводства. В ряде глав были закреплены нормы, обеспечивающие защиту царя, церкви, дворян от выступлений народных масс. В гл. II и III было разработано понятие о государственном преступлении, под которым подразумевались прежде всего действия, направленные против личности монарха, власти и ее представителей. За действия "скопом и заговором" против царя, бояр, воевод и приказных людей полагалась "смерть безо всякия пощады". Гл. I была посвящена защите интересов церкви от "церковных мятежников". Соборное Уложение 1649 г. брало под защиту дворян за убийство холопов и крестьян (главы XX—XXII). О резкой социальной дифференциации и защите государством интересов "верхов" свидетельствует разница в штрафах за "бесчестье": за крестьянина — 2 руб., гулящего человека - 1 руб., а за лиц привилегированных сословий — до 70-100 руб. В гл. XI ("Суд о крестьянах") собраны статьи, разрабатывающие вопрос о крестьянской крепости. Этими постановлениями окончательно оформлялось крепостное право — устанавливалась вечная потомственная зависимость крестьян, отменялись "урочные лета" для сыска беглых крестьян (ст. 2), за укрывательство беглых устанавливался высокий штраф (ст. 10). Соборное Уложение 1649 г. лишило помещичьих крестьян права судебного представительства по имущественным 





спорам. Гл. XIX ("О посадских людях") провозглашала ликвидацию частновладельческих слобод в городах, возвращение в тягло "беломестцев", "закладчиков", массовый сыск беглых посадских людей; посадское население прикреплялось к посадам и государеву тяглу. Положение кабальных холопов регламентировано гл. XX. Главы XVI ("О поместных землях") и XVII ("О вотчинах") посвящены вопросам дворянского землевладения. В них устанавливались нормы поместных дач по чинам, запрещалась продажа поместных земель в вотчину, продажа вотчинных земель духовенству, но было узаконено наследование поместий женами и детьми феодала.  Вопросам судопроизводства была посвящена самая большая гл. Х ("О суде", ст. 287). В ней подробно регламентируется порядок следствия и судопроизводства, определяются размеры судебных, пошлин, штрафов, разработаны вопросы умышленного и преднамеренного преступления, регулируются отношения собственности (спорные имущественные дела и др.). С гл. Х связаны также главы XI ("Суд о крестьянах"), XII ("О суде патриарших приказных и дворовых всяких людей и крестьян"), XX ("Суд о холопах"), XXI ("О разбойных и татиных делах"), XXII (перечень "вин", за которые "чинити смертная казнь" или "смертию не казнити, а чинити наказание") и др. Организации вооруженных сил страны посвящены гл. VII ("О службе всяких ратных людей Московского государства"), VIII ("О искуплении пленных"),XXIII ("О стрельцах").                                                                                                                                     Вопросам судопроизводства была посвящена самая большая гл. Х ("О суде", ст. 287). В ней подробно регламентируется порядок следствия и судопроизводства, определяются размеры судебных, пошлин, штрафов, разработаны вопросы умышленного и преднамеренного преступления, регулируются отношения собственности (спорные имущественные дела и др.). С гл. Х связаны также главы XI ("Суд о крестьянах"), XII ("О суде патриарших приказных и дворовых всяких людей и крестьян"), XX ("Суд о холопах"), XXI ("О разбойных и татиных делах"), XXII (перечень "вин", за которые "чинити смертная казнь" или "смертию не казнити, а чинити наказание") и др. Организации вооруженных сил страны посвящены гл. VII ("О службе всяких ратных людей Московского государства"), VIII ("О искуплении пленных"),XXIII ("О стрельцах"). По сравнению с Судебниками 1497 и 1550 гг. Уложение увеличилось и стало подробней рассматривать многие вопросы. В нем стали регулироваться не отдельные группы общественных отношений, а все стороны общественно-политической жизни того времени.

      «Соборное Уложение укрепляло централизованное государственное управление и самодержавную власть царя, ликвидировало последние пережитки феодального сепаратизма, оформляло крепостническую зависимость крестьянства, изменяло положение посадского люда. «Урочные лета» для сыска беглых крестьян всех разрядов (дворцовых, черносошных, помещичьих) были отменены. Теперь их можно было разыскивать без срока и возвращать прежним владельцам с женами и детьми «и со всеми их крестьянскими животы» (имуществом). Соборное Уложение сделало русского крестьянина «крепким» к земле и своему господину. Уложение признавало за дворянами право передавать поместье по наследству, как вотчину, 



правда, при условии, что сыновья будут служить как отец. Ограничено было церковное землевладение, ранее расширявшееся покупкой вотчин светских феодалов или по их завещаниям «в вечной поминок»».[1]   

     Большое внимание Уложение, как и Судебники, уделяет процессуальному праву (самая большая гл. X о суде). В кодексе проявилась определенная тенденция к созданию суда, не взирающего на сословные привилегии, когда дело касается государственного интереса.

     «Политизация жизни в царствование Ивана IV и во время «Смуты» усиливала роль государства и подготовила закрепление розыскных начал в судебном процессе XVII в. Справедливый суд был важной основой государственной стабильности, и Уложение дважды (в преамбуле и главе о суде) декларирует принцип: «Людям всякого чина в Московском государстве суд и расправа равна».

     Первые статьи главы о суде предусматривают отвод судей по причине их заинтересованности в деле и недружбы с какой-либо из сторон. После вынесения приговора жалобы на судей не принимались. Судьи несли ответственность за вынесение неправых приговоров в зависимости от сословной принадлежности: от лишения чести до торговой казни (с отстранением впредь от судебной деятельности). При раскрытии ситуации со взятками дело пересматривалось коллегией бояр, а судьи несли наказание. В гражданских делах применялись состязательность, при преобладании в тяжбах о земле и холопах элементов розыска. Уложение предписывало решать дела коллегиально и предусматривало наказания за уклонение судей от выполнения своих обязанностей. При бесхитростном ложном приговоре тяжбы пересматривались. Копии приговоров вручались сторонам и хранились в государственных архивах. 

     По гражданским делам основой возникновения процесса была жалоба (челобитная) с указанием цены иска и места жительства ответчика. К ней прилагались необходимые документы. Вызов сторон в суд осуществлялся на основе «зазывных» грамот, адресованных местным властям. Просрочка явки больше чем на неделю влекла проигрыш дела. Разбор по существу ограничивался недельным сроком, а отлучка во время судебного разбирательства на срок более трех дней приводила к проигрышу дела отсутствующей стороны. Могли применяться и принудительные приводы при уклонении участников процесса от явки или сопротивлении представителям власти. В последнем случае применялись и уголовные санкции. Следствие и суд по гражданским делам проходили практически одновременно. При необходимости практиковались выезды на места для выяснения обстоятельств дела, суд на это время прерывался. В качестве доказательств чаще всего использовались документы и свидетельские показания. Могли проводиться  массовые опросы населения, очные ставки, как крайняя мера допускалась пытка. Присяга сторон (целование креста) дозволялась с 20 лет, в исключительных случаях – с 15 лет. Ей придавалось большое значение; летописи гласят: «В Московском 



[1] – Под редакцией профессора П. П. Епифанова, профессора В. В. Мавродина. История СССР. С древнейших времен до 1861 года. Издательство «Просвещение», 1983 г., ст. 249. 







государстве того не повелось, чтобы нарушить крестное целование». Нарушение 

порядка заседания суда, оскорбление суда, ругань были уголовно наказуемы.

      По уголовным делам процесс возбуждался и проводился по инициативе и усмотрению государственных органов. На допросах и очных ставках выяснялись обстоятельства совершения преступления, при необходимости с применением пыток. Хотя и с учетом сословного статуса, они применялись ко всем социальным слоям. К женщинам пытки применялись в меньшем объеме. В делах о татьбе и 

разбоях примирение потерпевших и подозреваемых запрещалось под страхом уголовных кар. Большую роль играло «поличное» - неопровержимые вещественные улики».[1]

     Суд, как и в предыдущий период, осуществлялся царем, Боярской думой, приказами и местными органами управления. Также действовала вотчинная юстиция.

     Но обращение в суд было весьма дорогим удовольствием. Стороны облагались различными пошлинами. Например, существовала так называемая полевая пошлина, которая платилась даже в том случае, если стороны помирившись, отказывались от судебного поединка. Если же он состоялся, то пошлины уплачивались, кроме боярина и дьяка, еще и специальным должностным лицам, организующим поединок. 

     Соборное уложение завершило юридическое оформление крепостного права в России, упорядочило судопроизводство и усилило центральную власть. Этот памятник феодального права в России имеет большое значении в развитие судебного процесса.

  

     Судебный процесс в XV – XVII вв. менялся в зависимости от преображения сборников постановления по судоустройству, судопроизводству и уголовному праву – судебников. Также с развитием судебных процессов, развивались и инквизиционные формы, которые преобразовывались на протяжении многих лет.   





             

                 

                                 

    







                                        











  [1] – В. А.  Рогов. История государства и права России IX – начала XX веков. Издательство «Зерцало», 1995 г., ст. 253 – 254.









                                                          Глава 3

       Судебный процесс в период развития абсолютизма (конец XVII – XVIII вв.).



     С конца XVII в. вновь делаются попытки разработать новое всеобъемлющее уложение, так как Соборное Уложение частично изменялось и дополнялось царскими указами боярскими приговорами, соборными определениями, совместными узаконениями царя, патриарха и боярской Думы, получившими общее название "Новоуказанных статей", число которых превысило полторы тысячи. Действовали и такие крупные нормативно-правовые акты, как Новоторговый устав 1667 г., Новоуказанные статьи о татебных, разбойных и убийственных делах 1669 г., Новоуказанные статьи о поместьях и Новоуказанные статьи о вотчинах 1676 г. и др.

   Ежегодно издавалось в среднем по 160 законодательных актов, однако все они имели подзаконный характер и издавались на основе именных законодательных актах, по письменному или устному указанию самодержца. В целях упорядочения законотворческой деятельности было установлено, что исполнению подлежат только те указы, которые зарегистрированы в Сенате. В законотворчестве использовался опыт стран Западной Европы, широко практиковалась иностранная лексика. Однако при этом учитывались и отечественный опыт, и местные условия.

     Возглавляет государство абсолютный монарх. Ему всецело и неограниченно принадлежит высшая законодательная, исполнительная и судебная власть. Также он является главнокомандующим армии, что совпадает с нашим временем, только нынешний президент не является абсолютным монархом и не принадлежит ни к одной ветви власти, но и никакая ветвь не принадлежит ему. 

     «Для абсолютной монархии характерно наличие сильного, разветвленного профессионального бюрократического аппарата, сильной постоянной армии, ликвидация всех сословно-представительных органов и учреждений. Эти признаки присущи и российскому абсолютизму. Однако у него были свои существенные особенности: 

    абсолютная монархия в Европе складывалась в условиях развития капиталистических отношений и отмены старых феодальных институтов (особенно крепостного права), а абсолютизм в России совпал с развитием крепостничества;

    социальной базой западноевропейского абсолютизма был союз дворянства с городами (вольными, имперскими), а российский абсолютизм опирался в основном на крепостническое дворянство, служилое сословие.

     Установление абсолютной монархии в России сопровождалось широкой экспансией государства, его вторжением во все сферы общественной, кооперативной и частной жизни. Экспансионистские устремления выразились, прежде всего в стремлении к расширению своей территории и выходу к морям.

     Другим направлением экспансии стала политика дальнейшего закрепощения, принявшая наиболее жестокие формы в XVIII в. Усиление роли государства проявилось и в детальной, обстоятельной регламентации прав и обязанностей 







отдельных сословий и социальных групп. Наряду с этим происходила юридическая

консолидация правящего класса, из разных феодальных слоев сложилось сословие дворянства.  …

     Государство, возникшее в начале XVIII в., называют полицейским не только потому, что именно в этот период была создана профессиональная полиция, но и потому, что государство стремилось вмешиваться во все мелочи жизни, регламентируя их. В отдельные периоды существования абсолютной монархии ее идеологией становилась идеология просвещения: возникали правовые формы, напоминающие западноевропейские (французские, английские), предпринимались попытки создать правовые основы государственности («правового государства»), конституции, культурного правительства. 

     Эти тенденции были обусловлены не только личностью того или иного монарха (Екатерины II, АлександраI), но и социально-экономической и политической ситуацией. Часть дворянства отказывалась от традиционных и консервативных методов хозяйствования и политики, искала более гибкие формы. Этому способствовало культурное и промышленное развитие страны.

     «Просвещенный абсолютизм» возникал в периоды, когда старые (полицейские и патриархальные) методы управления становились неэффективными. Однако в любой момент мог быть осуществлен возврат к старым приемам (либеральный период правления Екатерины II закончился после крестьянской войны Пугачева).

     Для системы властвования, установившейся в эпоху абсолютизма, характерны довольно частые дворцовые перевороты, осуществляемые дворянской аристократией и дворцовой гвардией. Означало лит это ослабление и кризис системы абсолютной монархии? Видимо нет. Легкость, с которой происходила смена монархов, свидетельствует о том, что в установившейся  и укрепившейся системе абсолютистской монархии личность монарха уже не имела особого значения. Все решал сам механизм власти, в котором каждый член общества и государства был только «винтиком».

     Для политической идеологии абсолютизма характерно стремление к четкой классификации социальных групп и индивидов: личность растворяется в таких понятиях, как «солдат», «заключенный», «чиновник» и т. п. Государство с помощью правовых норм стремится регламентировать деятельность каждого поданного. Для абсолютизма характерен еще один признак – обилие писаных юридических актов, принимаемых по каждому поводу. Государственный аппарат в целом, отдельные его части действуют по предписанию специальных регламентов, иерархию которых замыкает Генеральный регламент». [1]

     Что же при таких обстоятельствах происходит в судебном процессе? 

     «Судебный процесс в Петровскую эпоху развивался в двух направлениях. С одной стороны реформатор стремился к использованию цивилизованных начал судопроизводства, с другой – государственность подминала подданных всех сословий, что диктовало консервацию розыскных начал.

     К концу XVII в. продолжали действовать процессуальные правила Уложения   



  [1] – И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 2001, ст. 217, 219, 220.





1649 г. В 1697 г. Петр I издал указ, в котором свидетельские показания и очные ставки истцов и ответчиков в судах характеризовались как многие неправды и лукавство затягивающие решение тяжб. Спасителем, в понимании Петра I, могло быть всесильное государство. Указ предписывал вместо судов и очных ставок по челобитью всяких чинов людей в обидах и разореньях чинить розыск… во всяких обидах и разореньях»свидетелей допрашивать в приказах»; резко ограничивались «отводы»сторонами неугодных свидетелей. За ложные свидетельские показания и клятвы вводилась смертная казнь.

     Хотя принципы Уложения 1649 г. были до некоторой степени сохранены, состязательность ограничивалась. Неотделенность суда от администрации Петр I рассматривал как нормальное явление, и с созданием Сената и коллегий она еще более усилилась. Реформатор делал попытки совместить это явление с четко расписанной процедурой процесса. В «Кратком изображении процессов» - объемном многостатейном уставе (1716 г.) сказано: «Суд всегда из некоторого числа честных особ бывает, которым от высокого начальства власть и мощь в управлении правосудия дана». Иными словами, утверждалась обычная для воззрений царя «административная коллегиальность». Приписывалось всем судьям знать свои права, соблюдать дисциплину. Допускалось не только розыскное, но и состязательное производство по гражданским делам между истцом и ответчиком, закреплялись их права на иск, показания, жалобы. На случай болезни и других причин стороны имели право доверить ведение дела «адвокатам», но в розыскных делах участие адвокатов не допускалось.

     В «Кратком изображении процессов» зафиксирована система доказательств: 1)признание; 2)свидетельские показания; 3)письменные доводы; 4)присяга. Сформировавшаяся к этому времени система доказательств носит название формальной. Суть ее в том, что значение и сила доказательств заранее закреплены в законе. Запрещалось давать свидетельские показания клятвопреступникам, а также тем, «которые у святого причастия не бывают, явным прелюбодеям», уголовным преступникам, родственникам, лицам, не достигшим 15-летнего возраста, заинтересованным в исходе дела. Свидетели мужского пола имели преимущества перед свидетелями женского пола, духовного звания – перед светским, дворянского звания – перед простолюдинами. При достаточном «подозрении» могли применяться пытки с соблюдением «умеренности».

     В 1723 г. указ «о форме суда» сохранил деление процесса на розыскной и состязательный (в гражданских делах).

     Укрепив неотделенность суда от администрации, Петр I значительно облегчил развитие негативных сторон судебной деятельности в условиях всевластия дворянства».[1] В общих чертах судебный процесс остался таким же, как и при выше рассмотренных сводах законов, только подробнее (предусматриваются возможные различные жизненные ситуации).

     «В 1775 году особым «Учреждением для управления губерний Российской империи» в целях укрепления аппарата на местах и усиления власти дворянства 



   [1] – В. А. Рогов. История государства и права России IX – начала XX веков. Издательство «Зерцало», 1995 г., ст. 255 – 256. 







была проведена губернская реформа. Россия была разделена на 50 губерний. Губернии делились на уезды. Население губернии составляло 300 - 400 тысяч жителей, уезда – 20 – 30 тысяч. Губернию возглавлял губернатор. В помощь губернатору создано было губернское правление, состоявшее из губернатора, двух губернских советников и губернского прокурора. Это учреждение правило губернией и ведало всеми делами. В городах была учреждена должность городничего, назначавшегося правительством.

     Создан был сословный суд. Дворянство было подсудно своему сословному дворянскому суду. И в низшей своей инстанции (уездный суд) и в высшей (верхний земский суд) он состоял из выборных дворян. …

     Губернская реформа 1775 г. не только укрепила государственную власть – она одновременно значительно усилила позиции дворянства, которое добилось того, что в уезде почти полностью хозяйничали дворяне данного уезда, выбиравшие из своей среды уездные власти».[1]

    

     За период правления Петра I было принято более трех тысяч правовых актов. Возникали серьезные трудности в обобщении и толковании этих разнородных и взаимоисключающих норм. Принцип законности не мог проводиться последовательно. Дополнительные трудности создавали недостаточная информация о новых актах, несвоевременная их публикация. Петр I хотел везде преуспеть, поэтому создавал множество реформ, подзаконных актов, делал попытки разработать новое Уложение, но, к сожалению, далеко не все это дало нужные результаты.     

                                       

     



































  [1] – Под редакцией профессора П. П. Епифанова, профессора В. В. Мавродина. История СССР. С древнейших времен до 1861 года.  Издательство «Просвещение», 1983 г., ст. 417, 418.







                                     Глава IV



        Судебный процесс по Судебным уставам 1864 г. 



     «Подготовка судебной реформы началась в конце 1861 г., когда Александр II поручил Государственной Канцелярии приступить в разработке «Основных положений преобразования судебной части в России». К подготовке реформы были привлечены видные юристы страны. Среди них важную роль играл С. И. Зарудный, под руководством которого были выработаны основные начала судоустройства и судопроизводства. После их обсуждения в Государственном совете и  одобрения в сентябре 1862 г. царем они были опубликованы и разосланы для отзывов в судебные учреждения, университеты, известным зарубежным юристам, а затем легли в основу разработки судебных уставов. Для этого при Государственной канцелярии была образована специальная комиссия из трех отделений – судоустройства, уголовного и гражданского судопроизводства. В августе 1864 г. проекты судебных уставов были внесены в Государственный совет, одобрены им, а 20 ноября утверждены Александром II и получили силу закона.

         Судебные уставы предусматривали бессословность суда и его независимость от административной власти, несменяемость судей и судебных следователей, равенства всех сословий перед законом, состязательность и гласность судебного процесса с участием в нем присяжных заседателей и адвокатов. Это явилось значительным шагом вперед по сравнению с прежним сословным судом с его безгласностью и канцелярской тайной, отсутствием защиты и бюрократической волокитой.

          Вводились новые судебные учреждения – коронный и мировой суды. Коронный суд имел две инстанции: первой являлся окружной суд ( обычно в пределах губернии, которая составляла в этом отношении судебный округ), второй – судебная палата, объединившая несколько судебных округов и состоявшая из уголовного и гражданского департаментов.

          Принимавшие участие в судебном разбирательстве выборные присяжные заседатели устанавливали лишь виновность или невиновность подсудимого, а меру наказания определяли в соответствии со статьями закона судьи и члены суда. Решения, принятые окружным судом с участием присяжных заседателей, считались окончательными, а без их участия могли быть обжалованы в судебной палате. Решения окружных судов и судебных палат, принятые с участием присяжных заседателей, могли быть обжалованы в Сенате только в случае нарушения законного порядка судопроизводства или обнаружения каких-либо новых обстоятельств по делу. Сенат имел право кассации (отмены или пересмотра) судебных решений. Для этого в его составе учреждались кассационно-уголовный и кассационно-гражданский департаменты. Не решая дела по существу, они передавали его на вторичное рассмотрение в другой суд либо в тот же суд, но с другим составом судей и присяжных заседателей.

           



     

     Для разбора гражданских исков на сумму до 500 руб. и мелких правонарушений учреждался в уездах и городах мировой суд в составе одного судьи, без присяжных заседателей и адвокатов, с упрощенным делопроизводством. Он обеспечивал «скорое» решение дел с учетом «местных условий». Мировые судьи избирались на уездных земских собраниях, а в Москве, Петербурге и Одессе – городскими думами сроком на три года. В губерниях, где не было земств, мировые судьи назначались местной администрацией. Мировым судьей мог быть избрани (или назначен) только «местный житель», в возрасте не моложе 25 лет, «не опороченный по суду или общественному приговору», имеющий высшее или среднее образование, «или прослуживший, преимущественно по судебной части, не менее трех лет». Кроме того, он должен был обладать имущественным цензом, вдвое превосходившим ценз избираемых в уездные земские гласные по первой курии.

          Мировой судья был первой инстанцией, представлявшей собой мировой участок. Второй инстанцией являлся уездный съезд мировых судей, состоявший из всех мировых участковых и некоторых «почетных» судей. Они избирали из своей среды председателя мирового съезда. В рамках уезда они составляли мировой уездный округ. Мировой судья мог приговаривать признанных виновными к денежному штрафу не свыше 300 руб., аресту до 6 месяцев или к заключению в тюрьму на срок не более одного года. Решение мирового судьи можно было обжаловать в уездном съезде мировых судей. Мировой суд, «скорый» в решении дел, без волокиты и материальных издержек, пользовался популярностью у населения.

        Председатели и члены судебных палат и окружных судов утверждались императором, а мировые судьи Сенатом. После этого они по закону не подлежали ни увольнению в административном порядке, ни временному устранению от должности. Их можно было отстранить от должности лишь в случае привлечения к суду по обвинению в уголовном преступлении. Суд выносил решение о смещении их с должности.

         Судебные уставы 1864 г. вводили институт присяжных поверенных – адвокатуру, а также институт судебных следователей – особых чиновников судебного ведомства, которым передавалось изымаемое из ведения полиции производства предварительного следствия по уголовным делам. Председатели окружных судов и судебных палат должны были иметь высшее юридическое образование. Членами этих судов назначались лица прослужившие «по судебной части» не менее трех лет; судебными следователями – занимавшиеся судебной практикой не менее четырех лет; присяжные поверенные помимо высшего юридического образования должны были иметь и пятилетний стаж судебной практики. В присяжные заседатели избирались лица, обладавшие определенном имущественным цензом и проживавшие в данной местности не менее двух лет. Присяжными заседателями не могли быть духовные лица, военные, учителя народных школ, а также «опороченные по суду».

           Надзор за законностью действий судебных учреждений осуществлялся обер-прокурором Сената, прокурорами судебных палат и окружных судов. Они 

подчинялись непосредственно министру юстиции как генерал-прокурору. 







Прокуроры имели штат своих помощников – «товарищей прокуроров».

            В судебной реформе 1864 г. наиболее последовательно были осуществлены принципы буржуазного права. Тем не менее в новой судебной системе оставалось еще не мало черт сословного суда. Так, сохранялись духовный суд по делам духовным и военные суды для военных. Высшие царские сановники – Государственного совета, сенаторы, министры, генералы – за совершенные ими преступления подлежали Верховному уголовному суду, ибо на них не распространялись юрисдикция судебных округов и палат. Последующие узаконения вносили другие отступления от принципов буржуазного права. С 1866 года, когда новые судебные учреждения лишь начали вводиться, последовали различные изъятия, «дополнения» и «разъяснения», ограничивавшие сферу их деятельности. В 1866 году судебные чиновники фактически были поставлены в зависимость от губернаторов: они обязаны были являться к губернатору по первому вызову и «подчиняться его законным требованиям». С 1867 года вместо следователей стали назначать «исправляющих должность следователя», на которых принцип несменяемости не распространялся. Существенным средством давления на судей было право министра юстиции перемещать их из одного судебного округа в другой.

           Закон 1871 г.  передал производство дознания по политическим делам жандармерии, а с 1878 г. значительная часть политических дел изымалась из ведения судебных палат и передавалась военным судам. В 1872 г. было создано Особое присутствие Правительствующего Сената – специально для рассмотрения дел по политическим преступлениям. Закон 1872 г. ограничивал публичность судебных заседаний и освещения их в печати. В 1889 г. был упразднен и мировой суд (восстановлен в 1912 г.).

      В связи с подготовкой судебной реформы была проведена и такая важная мера, как отмена телесных наказаний. Изданный 17 апреля 1863 г. закон отменял по приговору гражданских и военных судов публичное наказание плетьми, шпицрутенами, «кошками» (плети с несколькими просмоленными концами), клеймение. Однако телесные наказания все же окончательно не отменялись: они сохранялись для податных сословий (до ста ударов розгами взамен ареста в смирительном или рабочем доме) и для крестьян по приговорам волостных судов. Применялись розги к штрафным солдатам и матросам, ссыльным и заключенным в арестантские отделения». [1]

     Судебная реформа проводилась на основе новых судебных уставов. Провозглашались отделение суда от органов законодательной и административно-исполнительской власти, независимость и несменяемость судей, гласность, учреждалась адвокатура.











        

[1] – Тарановский. Судебная реформа и развитие политической культуры царской России.





      

                                                Заключение



     В своей курсовой работе я рассмотрела развитие судебного процесса в России в XI – XIX вв., изучила «Русскую Правду», Судебники 1497 и 1550 гг., Соборное Уложение 1649 г., Судебные уставы 1864 г. В каждом из этих законов есть основная часть, которая везде примерно одинакова. С течением времени приводится больше возможных случаев нарушения законов, рассматривается больше жизненных ситуаций, как, например, неявка на судебный поединок по уважительной причине, наказания более соответствуют тяжести преступления. Развитие судебных процессов во многом зависит от того, кто находится у власти.

     Также я еще раз убедилась, что судебные органы необходимы. Если не будет судебной власти – не будет и безопасности.  







































































           Список литературы:



   Под редакцией профессора П.П. Епифанова, профессора В.В. Мавродина. История СССР с древнейших времен до 1861г. Издательство «Просвещение» 1983г.   

    И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 1996 

    И. А. Исаев. История государства и права России. Издательство «Юристъ», 2001

    В. Н. Шевелев История России. Конспект лекций. Издательство «Феникс», 2006  





28