Татары Пермского края

Введение.

Татары Прикамья образуют одну из многочисленных групп коренного населения. После падения Казанского ханства свободные земли Южного Прикамья быстро заселяются, в том числе и поволжскими татарами. Наибольшая их концентрация наблюдалась по Тулве, Сылве, Ирени и на прилегающих территориях. К поволжским татарам присоединилась часть сибирских татар, мигрировавшая сюда значительно раньше. Однако пермские татары неоднородны, исследователи выделяют среди них несколько этно-территориальных групп: сылвенско-иренских татар, муллинских татар и тулвинских татар и башкир.













































Татары Пермской области 

Татары проживают почти во всех населённых пунктах Пермского края. Татары в Пермском крае не единая в этнографическом отношении группа. В Прикамье сформировалось несколько этнографических групп татар. Выделяют сылвенско-иренских, муллинских, тулвинских татар, татарское населения Куединского района. На территории Прикамья издавна протекали активные контакты татар и башкир, поэтому в некоторых случаях достаточно сложно провести этнокультурную границу между татарами и башкирами. Прежде всего, это касается тулвинских татар и татар сёл Куединского района.

Татары Прикамья образуют одну из многочисленных групп коренного населения. После падения Казанского ханства свободные земли Южного Прикамья быстро заселяются, в том числе и поволжскими татарами. Наибольшая их концентрация наблюдалась по Тулве, Сылве, Ирени и на прилегающих территориях. К поволжским татарам присоединилась часть сибирских татар, мигрировавшая сюда значительно раньше. Однако пермские татары неоднородны, исследователи выделяют среди них несколько этно-территориальных групп: сылвенско-иренских татар, муллинских татар и тулвинских татар и башкир.

Сылвенско-иренские татары формировались на основе нескольких этнических компонентов тюркско-финно-угорского происхождения. В настоящее время они считают себя татарами и соотносят с другими территориальными группами татар Поволжья и Приуралья. В Тулвинском поречье (Бардымский район Пермской области) наиболее остро встает проблема этнической идентификации татароязычного населения. 

В конце XVI века в Тулвинском поречье начинаются новые этнокультурные процессы, во многом определившие этнокультурное своеобразие группы тулвинских татар и башкир. С XVI века в верхнем течении Тулвы появляются припущенники-тептяри, основу которых составили казанские татары, удмурты и марийцы. В этот же период в низовьях реки Тулвы появляется русское население, под давлением которого башкиры вынуждены переселяться в верховья реки, где они смешиваются с тептярским населением. Именно в этот период башкиры переходят от полукочевого скотоводства к земледелию и основывают постоянные поселения. Родственность татарской и башкирской культур, языка, основанная на общности раннего булгарского компонента, соседское, часто в одних поселениях, проживание, единая земледельческая система хозяйствования, иноэтническое окружение были главными факторами интеграционных процессов XVI-XIX веков, способствовали консолидации группы в единую этнокультурную общность. Удмурты и марийцы в большей части были ассимилированы. Именно участие казанских татар в формировании группы, а также значительное культурное влияние Казани стали причинами того, что к настоящему времени этническое самосознание тулвинских татар и башкир двойственно.

К середине XIX века окончательно сложилась единая этнокультурная общность тулвинских татар и башкир.

В начале 1990-х годов в Пермской области татар насчитывалось 150,4 тыс. человек (4,9%). Татарское население компактно проживает на 12 территориях области: в городах Гремячинске (15,3%), Кизеле (13,5%), Лысьве (16,8%), Чусовом (6,7%), в районах Куединском (6,4%), Кунгурском (8,8%), Октябрьском (32,5%), Ординском (16,4%), Пермском (5,1%), Суксунском (7,9%), Уинском (33,5%), Чернушинском (7,1%).

В Прикамье созданы Региональная национально-культурная автономия татар и башкир Пермской области, национально-культурная автономия татар г. Перми, 12 местных национально-культурных обществ и центров.

КРЕПКИЕ КОРНИ 



 Ильдус ЗАКИРОВ,

редактор пермской областной 

татарской газеты "Халык чишмэсе" 

делегат I и II Всемирных конгрессов татар в Казани



Вот уж поистине, татар, как цыган, исторические ветры и житейские обстоятельства раскидали по всему белому свету. Разница только в том, что вечно странствующий цыган привык устраиваться на ночлег где угодно, хоть на придорожном лугу под телегой. А татарин предпочитает жизнь оседлую, размеренную и, даже оказавшись на чужбине, непременно берется строить дом, обзаводиться своим садом-огородом, чтобы пустить, как говорится, корни.

На прошедшем в Казани в последних числах августа 1997 года Втором Всемирном конгрессе татар делегаты и гости какие только страны и континенты не представляли.

Вплоть до Великобритании, США, Японии, Австралии и чуть ли не Папуа-Новой Гвинеи.

Впрочем, не будем долго о татарах дальнего зарубежья, которых там не так уж много - где пара тысяч, где и сотни не наберется. Нам бы со своими отечественными разобраться: их, поданным статистики, набирается семь с лишним миллионов - второй по численности народ в России. И лишь четвертая часть проживает в сегодняшнем Татарстане.

Многие мои сородичи осели "на отшибе", вдали от Казани, ежели заглянуть в историю, еще во времена Золотой Орды, или сбежали куда глаза глядят от насильного крещения после казанского похода Ивана Грозного в 1552 году. Имею в виду татар астраханских, касимовских (нынешняя Рязанская область), сибирских, да и наших пермских, поселившихся здесь, в бассейне реки Тулвы (нынешние Бардымский и Осинский районы), еще в XIII-XIV веках. И не только их, но и тех, кто угодил под "великое переселение" уже в XX веке. Только в период первых сталинских пятилеток в 30-е годы из Татарстана уехали по вербовке на "великие стройки" 300 тысяч человек - почти десятая часть всего тогдашнего населения республики. В одном 1940 году из Татарстана в далекий Донбасс проследовали 33 эшелона "телячьих вагонов" с вербованными рабочими. Только на шахтах Донецкого угольного бассейна число рабочих-татар превысило сто тысяч! Не зря нашим народом сложено столько пронзительных песен о тяжкой горняцкой доле-участи.

А сколько их, вербованных или сосланных как "кулацко-контрреволюционный элемент", понаехало в пермские края - на шахты Кизела, Гремячинска, Углеуральска, Губахи, в северные леспромхозы Коми-Пермяцкого автономного округа, Красновишерска, Горнозаводска, на сплавные рейды, грузчиками на камские пристани... Достаточно назвать хотя бы почетного гражданина "столицы химии" города Березники Мирсаида Ардуанова, тоже уроженца Татарстана, "перековавшегося" из грузчика в первостроителя гиганта отечественной индустрии. "Железный нарком" Серго Орджоникидзе наградил труженика и отдельной квартирой в новом благоустроенном доме, и персональной легковушкой.

Между прочим, сам я тоже из той, самой "отколотой" части нации: в послевоенном 1951 году наша семья, потерявшая на фронте отца, оставшаяся на полном иждивении матери-учительницы, вынуждена была в поисках лучшей доли переехать из Татарстана в Пермскую область, где в ту пору пустовали многие деревни. Потому что и здешние крестьяне, тоже в поисках лучшей доли, подались от "палочек-трудодней" на "великие стройки" - на сооружение Камской ГЭС, на шахты, заводы, лесоповал. Ирония судьбы: работали они бок о бок с вербованным людом из того же Татарстана.



ТАК ВОТ, О ПЕРМСКИХ ТАТАРАХ

По данным Всесоюзной переписи населения 1989 года, из проживавших тогда в области 3 миллионов 91 тысячи 481 человека более чем 100 национальностей 150 тысяч 460 человек составляли татары. Это 6,6 процента от всего населения области. Мы здесь второй, после русских, по численности народ. Нас чуть ли не вдвое больше, чем коренных жителей - коми-пермяков, имеющих с 1925 года в составе Пермского региона свой национальный автономный округ, который ныне входит в число 89 субъектов Российской Федерации.

Так вот, пользуясь представившейся возможностью, со страниц уважаемого журнала "Жизнь национальностей" мне хотелось бы отдать поклон коренным пермским татарам с их многовековой родословной. Они даже в самые лихие времена сумели сберечь себя как этнос, общаясь на родном языке, соблюдая традиции, обычаи, обряды своего народа.

С давних времен татары расселились на Пермской земле не вразброс, а компактно, целыми деревнями, поселками, а то и районами. В этом отношении особенно уникален, конечно, Бардымский район, который вполне можно назвать национальным: из 30 тысяч его населения 92 процента составляют татары и башкиры. Кстати, пермские башкиры почти поголовно считают своим родным языком татарский. Это можно объяснить в первую очередь тем, что в Пермской области нет ни одной башкирской школы. А татарских школ - 92. По числу их Пермская область неизменно занимает одно из ведущих мест в России, уступая лишь Татарстану, а также Башкортостану, среди населения которого татарская диаспора, как известно, тоже занимает значительное место.

Совместными усилиями башкир и татар в 1989 году было создано первое национальное объединение - Пермский областной татаро-башкирский общественный центр. А с конца 1998 года, с переходом в другой статус, центр преобразован в Региональную национально-культурную автономию татар и башкир Пермской области.

Цели у нас общие, неразрывные - сохранение в условиях преимущественно русскоязычной территории самобытности, традиций, культуры, обычаев татар и башкир. И потому далее, когда речь пойдет о сородичах и земляках, позвольте мне не называть, кто из них татарин, а кто башкир. Тем более что многие имена и фамилии у наших народов звучат одинаково.



СИЛА НАРОДА, ДУХ ЕГО - В ПОДВИЖНИКАХ

При подготовке этого материала, роясь в домашнем архиве, я наткнулся на прелюбопытнейший листочек. Это было приглашение на первую национальную конференцию, состоявшуюся 20 мая 1989 года в Перми и посвященную созданию областного татаро-башкирского общественного центра имени Мулланура Вахитова (нашего земляка, уроженца Кунгура, ставшего после революции 1917 года Верховным комиссаром по делам мусульман при Совнаркоме России, а в 1918-м, 25 лет от роду, убитого ворвавшимися в Казань белочехами).

Помню ту шумную конференцию. В зале - море делегатов, съехавшихся из многих, даже самых отдаленных городов и районов Прикамья. Что лишний раз убедило: да, мы - сила, с которой придется считаться властям.

В создание областного национального общественного объединения существенный вклад внесли выходцы из Бардымского района. И сейчас без бардымцев не обходится ни одно мероприятие областного масштаба: ни сабантуй, ни концерт, ни конференция. Они приезжают в Пермь из своего района целыми автобусами, разумеется, при поддержке местной администрации, возглавляемой Рифом Исмагиловым. И участвуют во всем: поют, танцуют, музицируют, верховодят в спортивных состязаниях, особенно национальной борьбе.

А заместитель главы администрации Бардымского района, член координационного совета областной администрации по национальным вопросам Салим Назин - душа нашего татаро-башкирского объединения с момента его создания. Бывая в Перми, он непременно заглядывает в 308-ю комнату культурно-делового центра, где разместилось наше правление. Да и двери гостеприимной квартиры самих Назиных всегда открыты для нас. Супруги Салим и Нурия (а у них в семье пятеро детей!) - радушные хозяева: непременно угостят чаем, предложат отведать молока, сметаны со своего подворья.

Конечно, дорожат традициями не только в Бардымском районе. В Октябрьском районе, который мне тоже довелось исходить вдоль и поперек, действуют 18 национальных школ, вокруг не умолкает татарская речь, звучат родные напевы. И везде есть свои заводилы, неуемные подвижники. Это Маймуна Мамонова из райцентра, учительница Ишимовской школы Светлана Гайнетдинова, глава мусульманской общины села Енопаево поэтесса Масхуда Миркадамова. Это Виль Камильский из села Иштиряки Уинского района, ставший несколько лет назад лауреатом Всетатарского конкурса гармонистов имени Файзуллы Туишева, - бессменный участник наших мероприятий, непревзойденный знаток народной музыки. Это член правления национально-культурной автономии, сын погибшего фронтовика, мой однофамилец Данир Галимзянович Закиров. Благодаря своему деятельному, подвижническому характеру он прошел путь от горняка Кизеловского угольного бассейна до доктора технических наук, академика Международной академии энергетической безопасности, генерального директора Ассоциации энергетиков Западного Урала.

И как не сказать хотя бы несколько слов о нынешнем председателе правления национальной автономии Фаузии Сунгатовне Пак, сумевшей организовать впервые в истории миллионной Перми детсад-школу "Чулпан" ("Венера") для татарских и башкирских малышей?! Как обойти вниманием Саубана Габдурахмановича Чуганаева - композитора, музыканта, певца, чьи песни "Яран гюль" (Герань"), "Балан" ("Калина") и другие звучат сегодня по всему татарскому миру - и в России, и в зарубежье?! Нельзя не назвать и нашего юного талантливого шахматиста, школьника Ильдара Хайруллина, который уже в 9 лет стал чемпионом России среди юниоров, а в 10-летнем возрасте завоевал шестое место на Всемирном чемпионате юных шахматистов в Испании.

Неравнодушное отношение к делу, профессионализм отличают пермских татар и башкир. Они настоящие хозяева и на общественном поле, и на своем подворье. Заезжайте в любую из наших деревень - вы непременно увидите отливающие желтизной крепкие дома, от вида которых, кажется, и вокруг, и на душе становится светлее. Только в Бардымском районе ежегодно поднимаются до трехсот свежесрубленных просторных домов усадебного типа. Они строятся с расчетом на сыновей, дочерей, внуков. Чтобы и новые поколения врастали корнями в родную землю и ставили рядышком новые дома для своих потомков.

А дом, обустроенный быт, крепкие корни - святое для моих сородичей. Так было, есть и будет.



ДОБРЫЕ ТРАДИЦИИ САБАНТУЯ

Сабантуй стал одним из самых массовых и любимых национальных праздников пермских татар и башкир. Исторические корни праздника уходят в глубокую древность. Он символизирует пробуждение природы, плодородие земли. В наши дни праздник посвящается окончанию весенне-полевых работ, чествованию тружеников села, хлеборобов.

Заразительная лихость, всеобщее веселье, жизнеутверждающий народный юмор - все это характеризует неповторимую атмосферу праздника. Каждый из присутствующих одновременно участник и зритель. Сабантуй развивает национальную самобытность и культуру татар и башкир, формирует уважение к историческим корням народа. 

30 июня 2001 года в Перми, по инициативе Региональной национально-культурной автономии татар и башкир Прикамья и при поддержке администрации области, состоялся грандиозный праздник. В программе: парад делегаций городов и районов области, чествование победителей весенне-полевых работ, выступления художественных и фольклорных коллективов, конкурсы гармонистов, национальные игры и аттракционы, выставка-продажа изделий народных промыслов и национальных блюд, соревнования по борьбе курэш и другим национальным видам спорта, народные забавы для детей и взрослых.

В этом народном празднике приняло участие около десяти тысяч человек. Организация его в условиях нашего региона приобретает важное значение, а участие в торжестве руководителей области придает ему высокий статус.

ФОНЕТИКА

По составу фонем говор пермских татар не отличается от татарского литературного языка. В нем совершенно отсутствуют черты, составляющие специфику башкирского литературного языка (Дмитриев, 1948; 23-32; Махмутова, 1962-в: 59). Однако говору присущи архаичные явления, а также довольно интересные с точки зрения истории языка особенности.

Исследование собранных нами материалов показало, что основные фонетические особенности говора охватывают всю территорию его распространения. Тем не менее, в нем имеются такие фонетические черты, которые носят локальный характер и являются второстепенным или побочным признаком, или которые охватывают лишь отдельные группы слов и т. д. (Бурганова Махмутова, 1962: 10).

По своим фонетическим особенностям исследуемый говор относится к среднему диалекту. Но в то же время в нем обнаруживаются и такие особенности, наличие которых говорит о сходстве данного говора с восточным и мишарским диалектами. .........



По материалам Всесоюзной переписи 1979 года татар в Пермской области насчитывается 157 726 человек, Они расселены островками среди русских, марийцев, удмуртов и других в южных районах области, в основном по бассейнам рек Тулвы (Бардымский район), Мулянки (Пермский район), Ирени (Октябрьский, Ордынский районы), Сылвы (Суксунский, Усть-Кишертский районы) и ее притоков Шаквы (Березовский район) и Бырмы (Кунгурский район) и др.

Татары Пермской области делят сами себя на две группы: гайнинцы (гэйнэ ягы - гайнинская сторона) и кунгурцы {Конгер татарлары, - кунгурская сторона), хотя гайнинцы не приемлят названия гайнинцы. Такое разделение, естественно, связано с историей формирования татар Пермской области, т. е. имеет под собой историческую почву.

После падения Казанского ханства и с постепенным присоединением бывших под протекторатом этого ханства земель к Русскому государству, предки современных пермских татар оказались разделенными на две административные единицы. Первая из них возникла в связи с основанием г. Кунгура (1648 г.) и образованием в Пермском крае Кунгурского уезда, который охватывал почти всю территорию края, заселенную татарами (см., например, Шишонко, 1872). В Кунгурский уезд входили все вышеуказанные поречья за исключением нижнего течения и левобережья реки Тулвы (как сообщают писцовые книги от 1623/24 года, кунгурцы занимали и небольшую часть поречья Тулвы: В. Шишонко. Там же). Кунгурская часть татар, после установления в крае власти Русского государства, ясак платила в город Чердын, потом в город Верхотурье. Уезд был разделен на 4 четверти: Карьевскую, Шаквинскую, Верхиренскую и Сылвинскую. В архивных источниках и исторической литературе такие названия, как иренские татары, сылвинские татары, карьевские татары, кунгурские татары, шаквинские татары и т. д. фигурируют вплоть до начала XX века.

Возникновение второй административной единицы и включение в нее части предков нынешних пермских татар, связано с падением Казанского ханства и образованием в 1568 году Уфимского края, именованного Башкирией. На северо-западе территория этой административной единицы-Башкирии охватывала и "Беловоложскую землю", т. е. бассейн реки Белой в пределах ее нижнего течения. Как известно, "Беловоложская земля" в русских источниках до XVII в. фигурировала как отдельная единица, наряду с такими делениями, как "Башкирские улусы", "Орды Нагайская" и др. Данный регион постоянно находился под влиянием поволжских татар и сохранял свое постоянство по территориально-административной принадлежности: Булгарскому государству, далее Казанскому ханству (Дмитриев, I; Шпилевский: 159; Смирнов, 1938; 1951; 1952; 1957: 99; Руденко, 1955: 31; История, 1937; Греков, Калинин, 1948: 102; Усманов, 1960; Мажитов, 1971: 15; Халиков, 1971: 34; Кузеев, 1974: 408, 482 и др.).

После падения Казанского ханства "стало возможным присоединение к Русскому государству всего Западного Урала" (История, 1976:45), и бассейн нижнего течения р. Белой в пределах традиционных границ, т. е. включая и пригород Казани (город Оса), оказывается в ведении Казанского приказа (ЦГАДА, ф. 1209, on. I, кн. 153) и далее-до 1728 года - как часть Уфимской провинции, находится в составе Казанской губернии (История, 1937: 487).

Тем самым, татар, оказавшихся в ведомстве г. Осы в составе Уфимской провинции, со II половины XVI в. коснулись все законы, принятые ведомством к исполнению всем населением Уфимского края. В то же время законы эти отличались от принятых их соплеменниками в Кунгурском крае.

Татары, оказавшиеся в составе Кунгурского уезда, были ясачными крестьянами, за ними прочно укрепилось название ясачные татары. А татары, оказавшиеся в ведомстве г. Осы, позже в составе административной единицы Башкирии, были наделены, как и местное тюркское население Башкирии, вотчинными правами. На них, как и на все местное население, распространялось сословное название "башкиры". Употребление слова "башкиры" относительно привилегированного сословия способствовало еще более устойчивому противопоставлению кунгурских татар осинским "башкирам" (Литературу вопроса см.: МТД, 3: 92 и далее; Рахматуллин, 1981: 7; Рамазанова, 1980; 1984; 1985).

Таким образом, в течение длительного времени пермские татары оказались разделенными на две группы, находясь в ведении различных административных центров, значительно отличающихся друг от друга по своему положению. В деловых документах, отсюда и в различных работах справочного и различного другого характера, всегда пермские татары оказывались разделенными на две группы, т. к. изучение хозяйственных, экономических и других данных велось по административным единицам (см., например, многочисленные "Списки населенных мест..."; такие работы, как "Россия", 1914; Мозель, 1864; Попов, ч. III, 1813 и мн. др.). Эти две административные единицы отличались между собой способом управления со стороны царского правительства и характером общественных отношений. Все это в совокупности привело к утверждению в исторической литературе различного отношения к этим двум группам, отразилось в определенной степени и в самосознании самих пермских татар.

О выделении подговоров. Эти же события послужили исторической предпосылкой для возникновения и формирования у исследуемого говора подговоров. Раздельное существование (1. Тулвинская, потом Гайнинская, волость Осинской дороги; 2. Кунгурский уезд Чердынской, потом Вятской провинции, далее Пермской губернии) продолжалось в течение нескольких столетий. В результате выделились бардымский подговор и кунгурская группа подговоров.

Как известно по письменным источникам, уже в середине XVII в. кунгурская группа пермских татар была разделена на четыре четверти. С территорией этих четвертей и совпадают пределы распространения выявленных подговоров: карьевский, шаквинский, сылвинский, верхиренский.

Муллинский подговор включает в себя нас.пп. Верхнемуллинского и Пермского районов. Деревни Кояново и Янычи Пермского района в материалах XVII в. фигурируют в составе Кунгурского уезда. Однако потом они оказались в Осинском уезде и дер. Кояново совместно с дер. Башкултаево составляли Мул-Гайнинский род (по делению П. И. Рычкова). Необходимо в связи с этим указать, что в то время названия административных единиц воспринимались и как родовые деления. Дер. Башкултаево в письменных документах до XIX в. называется Шигирко-Култаево или Шакиро-Култаево. Население его состояло в башкирском сословии. В начале XX в. слово Шакиро изменилось в башкиро.

По языковым особенностям они имеют и свои специфичные черты и еще локальные черты, сближающие их с бардымским подговором.

В настоящее время пермские татары расселены отдельными островками по бассейнам рек Тулвы, Ирени и их притоков. Это, в свою очередь, приводит к ослаблению культурно-экономических и др. связей между ними и возникновению в них тенденции к самостоятельному развитию. В то же время, жители разных районов области общаются с татарами различных областей. Например, Дж. Валиди в свое время отметил, что нукратские татары имели торговые и культурные связи с татарами города Перми и его окрестностей, чему способствовало наличие такого удобного пути, как р. Кама (Валиди: 143). При исследовании же нами установлено, что говор деревень окрестностей Перми (муллинский, в определенной мере, и шаквинский подговор) по некоторым особенностям отличаются от говоров других локальных групп, сближаясь в то же время с говором нукратских татар. 

Наличие локальных диалектизмов, позволяющих выделить подговоры, может быть связано и с процессами субстратного характера, или же может случалось и так, что при заселении разных районов преобладали выходцы разных областей. 

Подговоры выделены нами также и на основании того, что они различаются между собой не только наличием или отсутствием отдельных особенностей, характерных для всего говора, но и своеобразным сочетанием их на данной небольшой территории. Например, бардымский подговор по некоторым особенностям проявляет общность с сылвинским подговором, однако эти общие с бардымским подговором особенности последнего выступают в сочетании с особенностями, характеризующими третий - верхиренский подговор, и так далее.

Подговоры характеризуются также и отличиями в области лексики. 

Подговоры отличаются также употреблением различных синонимов слов, выражающих перевязь, отруби, шиповник, зарницу, сабантуй, сороконожку и др.

Таким образом, выделение подговоров в говоре пермских татар проведено нами на основании территориально-лингвистического принципа, с учетом также и самосознания местного населения.

Из истории изучения говора. Он стал предметом наблюдений еще в досоветское время. Первые суждения о языке "башкир" Пермского и Осинского уездов содержатся в "Историко-географическом описании Пермской губернии, сочиненном для атласа 1800 года": "...говорят своим языком, которой столько сходствует с татарским, что почти неможно сказать, чтоб оныя были два особливыя языка: ибо только некоторые в оных слова разнствуют отличным произношением, так, например, один по башкирски бер, по татарски брав, два по башкирски ики, по татарски икав, семь по башкирски зита, по-татарски зида, девять по башкирски тогись, по татарски токуз (вариант с глухим серединным согласным характерен для мишарского диалекта, представители которого часто оказывались в роли информаторов - Д. Р.). Напротив того, большая часть слов как у тех, так и у других равно произносятся: отца те и другие называют атай и проч., для сего башкиры и татары, неучась, одни языки других могут говорить между собою. Из всего сего видно, что татара одного происхождения с башкирцами, что неменьше доказывается сходством их лиц, нравов, обычаев и проч." (§ 37).

Первым ученым, который оставил интересные и в то же время верные наблюдения над языком пермских татар, был ученый-ориенталист А. Г. Бессонов. Он рассматривал татарские "наречия" в порядке степени близости их к казанско-татарскому наречию и говор пермских татар поставил на второе место, т.е. после наречия тептярей. А. Г. Бессонов приводит некоторые соответствия звуков, перечисляет древние названия дней недели, до сих пор продолжающие бытовать в их наречии (Бессонов: 232-233). Таким образом, еще в конце XIX в. было высказано довольно точное определение о месте говора пермских татар в диалектной системе татарского языка. Эти выводы подтверждаются и нашими материалами.

В 20-е годы некоторые наблюдения над татарскими говорами оставил Дж. Валиди, который сделал первую попытку классифицировать татарские диалекты. Он выделяет в татарском языке три диалекта: казанский, мишарский и урало-уфимский. В последний он, видимо, включает и говор пермских татар (1927: 50-64).

В 40-50-е годы ведется значительная работа по выявлению и изучению татарских говоров Л. Заляем. В статье "Татар телендэ диалектлар" он, дальше развивая предыдущую классификацию, урало-уфимский диалект делит на два: 1) Тымытык и близлежащие к нему районы и 2) тобольские татары. Во второй группе рассматриваются бардымские татары (вернее часть татар Пермской области-Д. Р.), приводятся некоторые диалектизмы их говора (Жэлэй, 1938).

В следующей своей работе Л. Заляй уделяет больше внимания интересующему нас говору. В разделе "Язык уральских татар" приводятся отдельные особенности "говора бардымских татар". На основе своих первичных наблюдений, учитывая также и то, что в нем имеются черты, общие как с мишарским (западным - по терминологии автора), так и со средним диалектом, автор сделал вывод, что говор бардымских татар представляет собой междиалектный говор (Жэлэй, 1947: 118). Автор располагал весьма скудным материалом.

Одной из первых работ, посвященных специальному исследованию говора пермских татар, является кандидатская диссертация Д. М. Сарманаевой на тему "Диалектальные особенности говора среднеуральских татар" (Казан, 1948, на тат. яз.). В ней рассмотрены особенности говора татар Бардымского, Уинского, Чернушкинского, Шучье-Озерского (ныне Октябрьского), Верхне-муллинского (ныне Пермского) районов Пермской и Красноуфимского, Манчажского районов Свердловской (ныне Екатеринбургской) областей. Татары, живущие в этих районах, Д. М. Сарманаевой названы средне-уральскими (Урта Урал) татарами; автором приводится большой материал по их истории, этнографии. Д. М. Сарманаева, описав фонетические, морфологические, синтаксические и некоторые лексические особенности, выделяет на исследованной ею территории три говора: бардымский говор среднего, уинский говор западного диалектов и красноуфимско-манчажский междиалектный говор. В диссертации имеется приложение, содержащее сказки, песни, фразеологизмы и др.

Диссертационная работа Д. М. Сарманаевой представляет .собой определенный вклад в татарскую диалектологию своего времени. В ней впервые введен в научный оборот ряд ведущих особенностей данного говора.

С точки зрения сегодняшнего состояния татарской диалектологии в работе имеются некоторые недочеты: охвачены не все районы проживания татар как в Пермской, так и в Екатеринбургской областях, о чем отметила и сама автор; значительное число особенностей указанных говоров осталось вне поля зрения автора; все это было обусловлено методом ее исследования (индивидуально-монографичесним).

Изучение же этих говоров методом лингвистической географии показало, что совокупность выявленных особенностей, их география распространения не позволяют, однако, согласиться с выводами (в частности, о выделении трех говоров в изученном ею ареале) Д. М. Сарманаевой.

В ходе дальнейших исследований говора данной группы татар определилось окончательно место его и под названием "говор уральских татар" он был отнесен к. среднему диалекту (Бурганова, Махмутова, 1962: 13). Справедливость этих выводов подтвердилась и лингво-географическими исследованиями.

Таким образом, говор тюркоязычных населенных пунктов Пермской области неоднократно привлекал внимание ученых, их говор в лингвистической литературе известен под названиями гайнинский говор, говор бардымских (среднеуральских, уральских, пермских) татар и единодушно рассматривается в диалектной системе татарского языка.

Справедливость этого мнения нашло полное подтверждение и в наших исследованиях методом лингвистической географии, что отражено и в "Атласе татарских народных говоров Среднего Поволжья и Приуралья" (Казань, 1989).

История изучения говоров пермских татар включает в себя и такой важный факт, как отношение к данному говору башкирских лингвистов. До 70-х годов говор в системе диалектов башкирского языка не рассматривался (Баишев, 1955; Бhh, 1: 1967). В последние годы говор татароязычного населения современного Бардымского района (т. е. говор части пермских татар) рассматривается в составе южного диалекта башкирского языка под названием гайнинский говор (Бhh, II, 1970: 11; Максютова, 1976: 14 и др.).

Объективный подход к собранным на основе "Программы по собиранию материалов для диалектологического атласа татарского языка" материалам и записям образцов текстов на магнитную ленту (часть которых опубликована, см.: МТД, 3, 1974: 214-219; 5, 1983: 96-103) позволяет не согласиться с таким мнением.

Материалы четко свидетельствуют об отсутствии в говоре пермских татар специфичных черт башкирского языка.

Кроме того, ведущие признаки говора обнаруживаются на всей территории его распространения, т.е., говор в основе своей един. Выявленные особенности, имеющие локальное распространение, не охватывают всю грамматическую категорию или встречаются не во всех словах, и т. д., т. е. могут послужить обоснованием для выделения в составе говора пермских татар лишь подговоров (Бурганова, Махмутова, 1962: 9-10).

Анализ большого фактического материала по говору пермских татар и сравнение его с другими диалектами и говорами татарского языка, также и другими тюркскими языками, а также учет особенностей материальной и духовной культуры и самосознания носителей говора дают полное основание утверждать, что говор тюркского населения Пермской области есть один из говоров татарского языка. По составу фонем, характеру оформления грамматических показателей, основному словарному фонду он является татарским. Говору присущи татарская терминология родства, татарские названия одежды, кушаний, домашней утвари, злаков, трав и др. При этом, по своим ведущим особенностям он относится к среднему диалекту татарского языка, являющемуся опорным диалектом татарского литературного языка (Заляй, 1958: 36-50; Современный, 1969: 6).



Список использованных материалов 

Первый сайт Бардымского района и пермских татар

http://barda-perm.narod.ru/



















































Татарский государственный гуманитарно-педагогический университет

Социально-экономический факультет











Реферат

«Татары в Пермском крае»









Выполнил

Курбанова Ю. гр.15-0916



Проверил

Гафаров   















Казань 2010