Влияние колониального фактора на Дальневосточную историю Франции

Реферат на тему:

"Влияние колониального фактора на Дальневосточную историю Франции"






Введение



История колониализма вообще, и французского в частности, не есть что-то обособленное, хотя в ней, несомненно, имеется своя специфика. История колониализма является неотъемлемой, составной частью как всесемирно-исторического процесса, так и национальной, французской в частности, истории. Развитие колониальной экспансии Франции органически связано с ее экономической и политической историей, борьбой классов и партий, с ролью Франции в системе международных отношений, с деятельностью ее руководителей.

По подсчетам французских экономистов, в середине 50-х годов XX в. прибыль, получаемая капиталистов Франции от эксплуатации колоний, составляла ежегодно 100–120 млрд. фр. Она примерно в 2,5 раза превышала колониальные инвестиции.

Под воздействием второй мировой войны, начинается крушение французской колониальной империи. Более чем 20-летний период ее распада характеризовался крайне болезненными формами. С 1946 по 1962 г. Франция вела непрерывные колониальные войны. Это объяснялось множеством причин – отсутствием у Франции после окончания войны иных «козырей» кроме колониальной империи, колониально-ростовщической природой французского капитализма, крайней заинтересованностью представителей капитала в эксплуатации колоний, отсутствием реализма и политической гибкости в правящих кругах Четвертой республики.

Распад колониальной империи оказал серьезное влияние на формирование современного французского государственно-монополистического капитализма. Он наложил тяжелый отпечаток на всю экономическую и социальную жизнь, на внешнюю политику послевоенной Франции. С полным основанием можно утверждать, что вся послевоенная история Франции вплоть до середины 60-х годов была отмечена глубоким воздействием фактора развала французской колониальной империи и вызванных им социально-экономических последствий.

Французский Индокитай, бывшее французское владение в Юго-Восточной Азии, включавшее Вьетнам (с протекторатами Аннамом и Тонкином и колонией Кохинхиной), Лаос и Камбоджу. Эти три страны получили независимость 1954. Одновременно Вьетнам был разделен по 17 параллели, так что Тонкин и северная часть Аннама вошли в состав Демократической Республики Вьетнам, а Кохинхина и южная часть Аннама образовали Республику Вьетнам.






Создание французской колониальной империи в Индокитае



Индокитай

На Дальнем Востоке основным объектом французских устремлений являлся Китай, а необходимым этапом на этом пути было окончательное подчинение Индокитая. Завоеванием Индокитая Франция пыталась создать барьер между британской Индией и Китаем. Разумеется, Индокитай представлял для Франции и самостоятельное значение. Уже первые миссионеры сообщали французскому правительству о «сказочных» богатствах Аннама и Тонкина (Центральный и Северный Вьетнам). Хотя миссионеры во многом и преувеличивали реальные богатства Индокитая, этого было вполне достаточно, чтобы возбудить аппетиты французской буржуазии. Там имелся богатый ассортимент сельскохозяйственного сырья, среди которого на первом месте стоял известный своим высоким качеством индокитайский рис, а также кукуруза, просо, кунжут, различные клубневые культуры. Богато представлены тропические продукты – чай разных сортов, ароматические масла, корица, сахарный тростник, хлопок, конопля, индиго, опиум, а из фруктов – бананы, апельсины, лимоны, ананасы, манго. Богат Индокитай и полезными ископаемыми, особенно его северная часть – Тонкин, к завоеванию которого Франция и приступила в начале 80-х годов XIX в. В Тонкине имелся каменный уголь, цинк, олово, свинец, вольфрам, золото, платина, медь, марганцевые руды.

В овладении Северным Вьетнамом были особо заинтересованы французские торговые и банкирские дома, занятые коммерческими и кредитными операциями в Китае и Индокитае. За захват Тонкина ратовали французские колониальные власти в Кохинхине, министерства флота, колоний и иностранных дел. Для кредитования французской торговли и поощрения колониальной экспансии в Индокитае в 1875 г. крупнейшие банкирские дома Франции основали Индокитайский банк, просуществовавший до наших дней, с главной конторой в Сайгоне. К концу 1878 г. банк имел в обороте на 7 млн. фр. банковых билетов.

Перед экспедицией в Тонкин французы решили закрепить свои позиции в Аннаме, где военные действия велись с 1873 г. 23 августа 1883 г. генеральный комиссар Франции в Индокитае Арман предъявил императору и правительству Аннама ультиматум. Под дулами французских пушек аннамское правительство 25 августа 1883 г. было вынуждено подписать договор о протекторате Франции над Аннамом и находившимся от него в вассальной зависимости Тонкином.

Намерение Франции подчинить Тонкин встревожило китайское правительство, которое имело на него собственные виды. Китай поспешил объявить войну Франции и ввел свои войска на территорию Тонкина. Однако техническое превосходство французской армии предрешило быстрый исход конфликта. Военные действия не продолжались и года. 11 мая 1884 г. в Тяньцзине китайские дипломаты подписали конвенцию «о дружбе и добрососедстве» с Францией, по которой Китай обязался вывести свои войска из Тонкина и «уважать» договоры Франции с Аннамом. Воспользовавшись выгодной ситуацией, Франция 6 июня 1884 г. навязала Аннаму новый кабальный договор о протекторате.

Однако мир в Тонкине был недолгим. Вскоре франко-китайская война разгорелась с новой силой. Китайские войска сумели нанести ряд серьезных поражений французам, а одно из них (при Лангшоне 27–28 марта 1885 г.) даже решило участь кабинета Ж. Ферри, прозванного за это поражение «тонкинцем». Тем не менее, отдельные успехи китайской армии не могли изменить хода войны. Феодальный Китай явно был не в силах долго противостоять нажиму капиталистической Франции. Уже 4 апреля 1885 г. были подписаны прелиминарные соглашения, а 9 июня 1885 г. заключен Тяньцзинский договор, в котором подтверждались условия предыдущего соглашения от 11 мая 1884 г. и определялась граница Тонкина с Китаем. Тонкин окончательно переходил под французский протекторат.

Франко-английские противоречия в 80–90-х годах были одними из самых острых в системе международных отношений конца XIX в. Борьба Франции и Англии за раздел мира разворачивалась и в Африке (в первую очередь за обладание Египтом), и на Дальнем Востоке. В 1882 г. Англии удалось вытеснить Францию из Египта и оккупировать страну. Не случайно Ж. Ферри писал: «Для нас… оккупация Тонкина была, прежде всего, возмещением за египетские дела».

В 1884 г., когда Англия еще «осваивала» Египет, ей было выгодно, чтобы Франция как можно глубже увязла в Тонкине и не мешала бы ей в Египте. Поэтому английская дипломатия всячески препятствовала заключению перемирия между Францией и Китаем. В 1885 Англия меняет тактику и даже посредничает в переговорах о перемирии. Главной причиной такого поворот в британской позиции была реальная угроза в начале 1885 г. англо-русской войны из-за раздела сфер влияния в Средней Азии. Кабинету королевы Виктории было выгодно отвлечь внимание Китая на север с тем, чтобы столкнуть его с Россией.

Когда угроза англо-русской войны миновала, очередной задачей Великобритании в Индокитае стал захват Верхней Бирмы с целью воспрепятствовать французскому проникновению в этот район. У англичан были все основания опасаться этого, так как Франция уже давно пыталась расширить границы своих владений на западе Индокитайского полуострова. По признанию французских историков, руководители Третьей республики мечтали о том, чтобы не только Лаос и вся Камбоджа перешли к Франции, но и о том, что «Сиамское королевство подпадет под протекторат французской власти… и что Верхнебирманское царство сделается буфером между французскими владениями и англо-индийской державой». Однако французским планам относительно Верхней Бирмы и Сиама не суждено было осуществиться. 1 января 1886 г. Англия ввела свои войска в Верхнюю Бирму. Франции удалось лишь на основе соглашения с Сиамом от 3 октября 1893 г. присоединить к своим владениям в Индокитае Лаос. Несколько ранее, в 1887 г., приобретенные владения (Аннам, Тонкий, Кохинхина и Камбоджа) были объединены в Индокитайский союз и там была учреждена французская колониальная администрация.

Китай

После захвата Индокитая французская экспансия на Дальнем Востоке развивается в направлении Срединной империи, и прежде всего ее южных провинций, граничащих с Тонкином. В стремлении «занять место» в Китае Франция столкнулась не только со ставшим уже традиционным английским соперничеством, но и с захватническими устремлениями Японии. К франко-английским противоречиям в Китае прибавляются и франко-японские. Франция всерьез опасалась захвата Японией ведущих позиций в Китае и ее утверждения на морских коммуникациях близ южного побережья Китая и Индокитая. Не случайно, поэтому Франция вмешалась в японо-китайскую войну 1894–1895 гг. Французское правительство не только не желало допустить монопольного утверждения Японии в Китае, но и под прикрытием лозунга защиты Китая от Японии намеревалось включить Южный Китай в сферу своего влияния.

Формы подчинения Китая, практиковавшиеся в тот период капиталистическими державами, были своеобразны. Это были так называемые «аренды» территорий, получение концессий на разработку природных богатств и «разрешений» на строительство железных дорог. В 1896 г. «железнодорожная лихорадка» обострилась до предела. Европейские державы ведут ожесточенную борьбу за захват концессий на постройку железных дорог в Китае. В Южном Китае борьба развернулась между Англией и Францией. 20 июня 1895 г. по франко-китайской конвенции о демаркации границы в Тонкине и торговой конвенции Франция добилась значительных льгот для своих подданных в южных провинциях Китая (Юньнань, Гуанси и Гуандун), получила «разрешение» на строительство железной дороги из Тонкина в Юньнань и Гуанси, а также приобрела исключительное право на разработку копей в этих провинциях.

Франция активно участвует и в борьбе за аренду территорий. 22 апреля 1898 г. по соглашению с Китаем Франция получила в концессию сроком на 99 лет территорию и бухту Гуанчжоувань. Французы получили право возводить здесь военные укрепления, держать войска, строить железные дороги из Гуанчжоуваня в другие районы Китая. Франция вынудила цинское правительство дать обязательство не уступать никакой другой иностранной державе провинций Юньнань, Гуанси, Гуандун и о-в Хайнань.

Таковы были результаты дальневосточной экспансии Франции к началу XX в.



Освоение заморских владений в Индокитае



Индокитайский Союз

После покорения Тонкина французское правительство в 1886 г. объединило все завоеванные территории Индокитая в Индокитайский союз. Разные районы Индокитая получили различный статус. Так, Кохинхина, завоеванная французами еще в 1863 г., сразу же стала французской колонией, в то время как Аннам, Тонкин, Камбоджа и Лаос были объявлены протекторатами. Обычно протекторат устанавливался там, где завоевателям было выгодно использовать веками складывавшуюся туземную феодальную власть, превращавшуюся в опору колонизаторов.

По конституции, введенной французским декретом из Парижа в 1887, протектораты Тонкин, Аннам и Камбоджа, а также колония Кохинхина были объединены в Индокитайский Союз. Несколькими годами позже в него вошел Лаос. Правительство Союза возглавлял ответственный перед министром колоний Франции генерал-губернатор, который обладал широкими административными полномочиями. При нем в 1928 был создан консультативный орган – Большой Совет по экономическим и финансовым делам. Половину членов Совета составляли высокопоставленные французские чиновники, представители Колониального совета Кохинхины и Торговой и Сельскохозяйственной палат. Вторая половина была образована представителями местного населения. Совет рассматривал проекты бюджетов Союза и его членов, а также предложения по налоговой политике.

Все пять членов Индокитайского Союза сохраняли свои собственные административные системы и местные правительства. Прямое правление французских чиновников было учреждено только в Кохинхине, имевшей статус колонии, а не протектората. Ее губернатору, который подчинялся генерал-губернатору, помогал Колониальный совет, включавший французов и 12 коренных жителей. Кохинхина имела также, в отличие от других участников Союза, своего представителя в палате депутатов Франции. В протекторатах управление осуществлялось через местных чиновников, уцелели и традиционные административные институты. В Аннаме и Тонкине власть олицетворяли императоры, а Камбодже – король. Лаос тоже возглавлял монарх, но его прерогативы распространялись лишь на область Лаунгпхабанг в северо-центральной части страны. Францию в каждом из протекторатов, где были созданы консультативные ассамблеи, представлял верховный резидент, в Лаосе ее представитель именовался администратором. Судопроизводство в Кохинхине осуществлялось французскими магистратами, под юрисдикцией которых находились как иноземцы, так и местные жители. В протекторатах коренное население было ответственно перед собственными органами юстиции, а французские суды рассматривали дела иностранцев. Апелляции поступали в суды высшей инстанции в Сайгоне и Ханое, состоявшие из французских юристов, которым при разборе дел туземцев ассистировали местные чиновники.

Достижения и неудачи французов

Экономическое подчинение Индокитая осуществлялось в разных направлениях и поэтапно. Прежде всего, колониальная администрация задалась целью захватить богатейшие земли и недра Индокитая.

До установления французского господства в Индокитае верховным собственником земли там являлось государство в лице аннамского императора, который раздавал ее в вечное пользование своим подданным, которые, в свою очередь, уплачивали за это налог в государственную казну. В деревне основой землепользования и землевладения была община. Французское правительство объявило себя собственником всех «свободных» земель в Кохинхине, а в протекторатах контроль над ними постепенно захватили французские резиденты.

В 90-е годы XIX в. колониальные власти начинают наступление на общинные земли, в результате чего площади этих земель значительно сократились. К 30-м годам XX в. в Кохинхине их сохранилось только 3%, в Тонкине – 21%, в Аннаме – 25% от общего количества обрабатывавшихся земель. Экспроприированные общинные земли раздавались французским колонистам, чиновникам, миссионерам и военным. По официальным французским данным, к 1921 г. французы получили в концессии около 300 тыс. га земель, в том числе 71 тыс. га в Тонкине и 186 тыс. в Кохинхине.

В то же время колониальные власти старались не затрагивать интересов императорской и королевских семей, дворцовой знати и помещиков с целью создать в их лице социальную опору своего господства в Индокитае.

Большое внимание с самого начала французы уделяли дорожному строительству в Индокитае. Из всех заемных средств, предоставленных Индокитаю метрополией в период правления генерал-губернатора Думера (1897–1902 гг.), около 90% были использованы на строительство железных дорог.

Широкая разветвленная сеть дорог была необходима французским колонизаторам по двум соображениям. Во-первых, дороги имели для них большое экономическое значение, так как позволяли французскому капиталу проникнуть в самые отдаленные уголки Индокитая. Без хорошо налаженных путей сообщения было практически невозможно обеспечить вывоз сырья, производимого в шахтах и рудниках Индокитая. Сеть железных, шоссейных и гужевых дорог строилась, прежде всего, в Тонкине, где находился главный район добычи полезных ископаемых. Во-вторых, дороги имели большое военно-стратегическое значение как для борьбы с повстанцами, так и для обороны французских колониальных владений от возможных посягательств со стороны других империалистических держав. До первой мировой войны протяженность железных дорог в Индокитае составляла 1,5 тыс. км, а к началу второй мировой войны было построено 3 тыс. км железных и 32 тыс. км асфальтовых дорог.

В первый период французского господства в Индокитае, до начала XX в., вся деятельность колониальной администрации была направлена на создание наиболее благоприятных условий для французских инвестиций в индокитайскую экономику. С начала XX в. приток французских капиталов в Индокитай значительно усилился. Если за период с 1888 по 1908 г. французские капиталовложения в Индокитай составили примерно 40–50 млн. золотых фр., то в 1888–1918 гг. они возросли примерно до 500 млн. золотых фр. Эти капиталовложения распределялись следующим образом; в промышленность – 249 млн. золотых фр., в транспорт – 128 млн., в сельское хозяйство – 40 млн. В целом французские капиталовложения достигли 492 млн. золотых фр.

Однако до первой мировой войны вывоз французского капитала в Индокитай в целом был всё же невелик.

Когда французы захватили Индокитай, перед ними встала задача установить свою монополию и в торговле новой колонии. С этой целью колониальные власти с самого начала проводят протекционистскую таможенную политику. Еще в 1874 г., т.е. до завоевания Тонкина, был принят закон о снижении тарифов на французские товары на 50%. В 1887 г. был издан указ о значительном повышении тарифов на все иностранные товары, кроме французских, а с 1892 г. французские товары вообще не облагались пошлинами. В результате этих мер иностранный импорт в Индокитай сократился на 56%, в то время как доля Франции и ее колоний неуклонно возрастала. В 1879–1883 гг. она составляла в среднем 16% общего импорта, 1883–1888 гг. – 30%, 1894–1898 гг. – 37%, 1899–1903 гг. – 47%.

Уже в начале XX в. стал явным неравноценный обмен Индокитая с Францией, который истощал ресурсы Индокитая, превращал его в аграрно-сырьевой придаток метрополии. Из Индокитая вывозилось огромное количество дешевого сырья и ввозилось значительно меньшее количество дорогих промышленных товаров. Главными статьями вывоза из Индокитая были рис, каучук, кукуруза, каменный уголь, олово, цинк. Причем удельный вес тех или иных товаров колебался в зависимости от конъюнктуры на мировом рынке. Французские колонизаторы поощряли те отрасли экономики, которые сулили им большие доходы. Примером могут служить каменный уголь, каучук и рис.

Экономическое подчинение Индокитая осуществлялось, как уже отмечалось, постепенно, поэтапно. Если до начала XX в. колониальные власти лишь расчищали почву для проникновения в Индокитай французского капитала, то с 20-х годов наблюдается значительное увеличение французских капиталовложений в промышленность и сельское хозяйство колонии. К середине 30-х годов французские монополии подчинили себе всю хозяйственную жизнь Индокитая. Французский капитал глубоко внедрился во все сферы экономики страны и получал там колоссальные прибыли. Даже по подсчетам буржуазных экономистов, с 1934 по 1938 г. из Индокитая выкачивалось ежегодно более 1 млрд. фр.

Французские инвестиции в Индокитае к началу второй мировой войны, по данным большинства исследователей, оцениваются примерно в 10–12 млрд. фр. Иностранные (нефранцузские) инвестиции составляли менее 3% всех капиталовложений и распределялись в основном в торговле. Таким образом, 97% иностранных инвестиций в Индокитае были французского происхождения. Налицо очень высокая степень монополизации индокитайской экономики французским капиталом.



Крушение империи



Вторая мировая война и подъём национально-освободительного движения

Мощный подъем национально-освободительного движения охватил Французский Индокитай. В 1919–1921 гг. происходили крестьянские восстания в Лаосе. В 1927 г. во Вьетнаме (Намдин и Бьенхоа) прошли первые организованные забастовки. В 1925 г. Хо Ши Мин создал первую вьетнамскую марксистскую организацию Товарищество вьетнамской революционной молодежи. В 1926–1929 гг. по Вьетнаму прокатилась волна экономических и политических забастовок. В это же время вспыхнули крестьянские восстания в Камбодже. Крупным событием явилось основание в феврале 1930 г. Коммунистической партии Вьетнама. В феврале же 1930 г. в Иенбае произошло восстание вьетнамских солдат французских колониальных войск, подготовленное буржуазной Вьетнамской национальной партией, действовавшей с 1927 г.

В октябре 1930 г. ЦК Коммунистической партии Вьетнама принял решение о создании массовых организаций и Единого национального фронта для завоевания национальной независимости и осуществления буржуазно-демократической революции. Тогда же компартия была переименована в Коммунистическую партию Индокитая.

В годы Народного фронта во Франции освободительное движение в Индокитае, как и в других французских владениях, добилось определенного смягчения колониального режима. Однако в начале 1939 г. колонизаторы предприняли новое наступление на права и свободы, отвоеванные в 1936–1938 гг. Компартия Индокитая вынуждена была уйти в глубокое подполье.

Нарастание кризиса во французской колониальной империи ускорялось по мере приближения конца войны, в ходе которой народы многих французских владений непосредственно были вовлечены в борьбу против фашистских агрессоров. В ряде французских колоний возникло мощное движение Сопротивления японским оккупантам и германо-итальянским захватчикам, поднявшее национально-освободительное движение на новую, более высокую ступень. Там, где вишистская администрация встала на путь сотрудничества с агрессором, национально-освободительное движение уже в ходе войны приобрело антифранцузскую направленность. Это прежде всего относилось к Индокитаю.

Стратегически выгодное положение Индокитая явилось той причиной, по которой японские милитаристы обратили внимание на эту территорию. Еще до начала Второй мировой войны они потребовали от Франции закрыть железную дорогу, связывающую Тонкин с китайской провинцией Юньнань, по которой шли военные поставки китайцам.

Особенность ситуации, сложившейся в Индокитае, состояла в том, что его территория с согласия правительства Виши летом 1941 г. была оккупирована японской армией. При этом номинально власть в Индокитае до поры до времени сохранялась за французским генерал-губернатором адмиралом Деку.

Еще в сентябре 1940 г., когда началось японское проникновение в Индокитай, Коммунистическая партия Индокитая предложила адмиралу Деку совместно организовать оборону, однако колониальная администрация отклонила это предложение и предпочла капитуляцию. В 1940–1941 гг., когда по всему Вьетнаму прокатилась волна антияпонских восстаний, в их подавлении, наряду с оккупантами, приняли участие и французские войска.

В мае 1941 г. образовался демократический национально-освободительный фронт – Лига независимости Вьетнама («Вьет-Мин»), в котором объединились все демократические партии, рабочие и крестьянские организации. В стране повсеместно стали создаваться партизанские отряды, которые в декабре 1944 г. были объединены в Народную армию Вьетнама.

В это же время в Лаосе возникла антияпонская националистическая организация «Лао Итсала» («Освобождение Лаоса»), включившая представителей средней и мелкой буржуазии, интеллигенции, патриотически-настроенных помещиков и местной аристократии. Активную роль в деятельности «Лао Итсала» играл принц Суфанувонг. Одновременно на территории Таиланда возникла другая националистическая организация, «Лао Пен Лао» («Лаос для лаосцев»). Обе организации, объединив усилия, начали подготовку к вооруженному антияпонскому восстанию.

В Камбодже освободительное движение в годы войны было направлено не столько против японцев, сколько против французских колонизаторов. 12 марта 1945 г. молодой король Камбоджи Нородом Сианук провозгласил независимость страны.

К началу 1945 г., когда державы «оси» стояли на грани поражения, ситуация в Индокитае резко изменилась. В Индокитае, где, по выражению А. Верта, «деголлизм долгое время не подавал признаков жизни», в среде французской администрации и армии начинает встречать понимание идея де Голля о том, что без участия в войне против Японии будет невозможно сохранить индокитайские владения.

Как только японцы почувствовали, что голлистские настроения всё больше распространяются среди французов Индокитая, они резко изменили тактику. 9 марта 1945 г. японские власти предъявили адмиралу Деку ультимативное требование передать под их командование все французские вооруженные силы в Индокитае. Не дожидаясь ответа, 10 марта японские войска разоружили французские гарнизоны, арестовали представителей колониальной администрации и взяли на себя управление Индокитаем. Этот акт сопровождался демагогическим заявлением правительства Японии о «конце колониального статуса Французского Индокитая» и провозглашением «независимости Аннамской империи». На трон Аннама был посажен «император» Бао Дай. Однако японскому империализму не удалось обмануть народ Вьетнама, который под руководством коммунистической партии поднялся на борьбу с захватчиками.

Часть французских войск также выступила против японских оккупантов. 5 тыс. французских и 15 тыс. вьетнамских (колониальных) солдат с боями отошли в горно-лесистые районы и развернули там партизанское движение в тылу японских войск. Руководство этими силами взяли да себя генералы Алессандри и Сабатье. Цели французов только внешне совпадали с задачами освободительной борьбы вьетнамского народа. Если вьетнамские патриоты ставили конечной целью достижение полной национальной независимости, то французы боролись лишь за свои «права» на Индокитай, для того чтобы не допустить его выпадения из колониальной империи Франции.

После капитуляции Японии

Поражение японского милитаризма в войне ускорило развитие революционного процесса в Индокитае. Августовская революция во Вьетнаме заставила Бао Дая отречься от престола. 19 августа 1945 г. была провозглашена независимая Демократическая Республика Вьетнам (ДРВ). 2 сентября того же года на площади Ба-Динь в Ханое на многотысячном митинге Хо Ши Мин зачитал Декларацию независимости. Он сказал: «Французы бежали, японцы капитулировали, император Бао Дай отрекся от престола. Наш народ разбил цепи колониального рабства, сковывавшие его в течение почти столетия, и создал независимый Вьетнам… Отныне мы объявляем недействительными договоры, которые Франция подписала относительно Вьетнама, аннулируем все привилегии, присвоенные французами на нашей территории».

12 октября 1945 г. в результате вспыхнувшего в Лаосе восстания был низложен король, сотрудничавший с японцами. Народный комитет провозгласил независимость Лаоса.

Таким образом, национально-освободительное движение в Индокитае сразу после окончания войны одержало победу большого международно-исторического значения. В колониальной империи Франции образовалась значительная брешь. На протяжении восьми лет французский колониализм тщетно пытался заделать эту брешь, стремясь всеми силами сохранить свое господство в Индокитае.

В своей политике в Индокитае после поражения Японии Франция сочетала два метода – уступки либерального характера и военный нажим. Первая линия проистекала из Декларации Временного правительства по Индокитаю от 24 марта 1945 г., согласно которой три индокитайские страны должны были объединиться в федерацию в рамках Французского союза при главенствующей роли Франции. Данная декларация представляла серьезную уступку со стороны французского колониализма. Де Голль не учел только одного: то, что еще могло быть приемлемо для народов Индокитая до второй мировой войны, после ее окончания уже не соответствовало новым реальностям. Именно по этой причине попытка включить Вьетнам, Лаос и Камбоджу в тесные рамки Французского союза потерпела провал.

Главным фактором, воспрепятствовавшим реализации целей французского колониализма в Индокитае после окончания войны, явилось мощное сопротивление народов трех индокитайских стран, провозгласивших свою национальную независимость.

Другим немаловажным фактором, затруднявшим «возвращение» Франции в бывшие индокитайские владения, было усилившееся за годы войны стремление США «занять место» Франции в Индокитае, не допустить ее возвращения в этот район. Это было проявлением, как межимпериалистических противоречий, так и пробудившегося к концу войны в правящих кругах США стремления к глобальному «присутствию». Характерно, что американское проникновение в Индокитай осуществлялось под маской антиколониализма.

По условиям Потсдамского соглашения территория Индокитая подлежала оккупации чанкайшистскими (к северу от 16 параллели) и английскими войсками. Первоочередная задача Франции в тот момент состояла в том, чтобы получить согласие чанкайшистов и англичан на французское участие в разоружении японских войск и на военное «присутствие» Франции в этом районе. В своем стремлении «вернуть» Индокитай де Голль рассчитывал, прежде всего, на поддержку Англии. Эти расчеты не были лишены оснований. Правительство Великобритании с беспокойством следило за нарастанием национально-освободительного движения в Индокитае, у границ Британской империи, и было крайне заинтересовано в его подавлении. На это и сделали ставку французские правящие круги.

8 октября 1945 г. был подписан франко-английский меморандум, по которому Англия признавала французскую юрисдикцию на территории Индокитая. За месяц до этого, 6 сентября, батальон французских войск с санкции британского командования высадился вместе с английскими войсками в Сайгоне якобы «для разоружения японцев», а спустя две недели этот же батальон под командованием полковника Седиля осуществил военный переворот в Сайгоне, ликвидировав на юге органы народной власти, созданные Августовской революцией. Общие колонизаторские интересы Франции и Великобритании позволили французам «вернуться» в бывшую колонию и закрепиться на юге Вьетнама. Теперь предстояло добиться того же в Центральном и Северном Вьетнаме, оккупированном чанкайшистами.

В феврале 1946 г. после долгих и трудных переговоров Чан Кайши согласился признать «права» Франции во Вьетнаме в обмен на возвращение Китаю территории Гуанчжоувань и отмену прежних колониальных привилегии Франции в Китае. Французское правительство согласилось также предоставить китайским торговцам некоторые льготы в Северном Вьетнаме.

Правительство ДРВ, руководствуясь желанием сотрудничать с Францией на равноправных началах, неоднократно предлагало французскому правительству обсудить спорные вопросы. В результате этих усилий 6 марта 1946 г. Франция и ДРВ подписали соглашение, общий смысл которого сводился к необходимости создать благоприятную обстановку для разрешения франко-вьетнамских проблем, По этому соглашению Франция признавала ДРВ как «свободное государство», входящее в состав Индокитайской федерации и Французского союза.

Однако, как вскоре показали события, со стороны Франции соглашения 6 марта были лишь маневром для того, чтобы проникнуть в Северный Вьетнам. Используя одну из статей соглашения, предусматривавшую замену чанкайшистских войск в Тонкине вьетнамскими и французскими частями, правительство Франции постоянно стремилось увеличить контингент своих войск на территории ДРВ. В Южном Вьетнаме французы в одностороннем порядке предприняли шаги по созданию сепаратистского государства в противовес ДРВ.

По инициативе правительства ДРВ 6 июля 1946 г. в предместье Парижа Фонтенбло начались переговоры между вьетнамской делегацией во главе с Хо Ши Мином и французской делегацией, возглавляемой одним из лидеров клерикальной партии МРП («Народно-республиканское движение») М. Андре. В повестке дня конференции стояли вопросы о вхождении Вьетнама во Французский союз, о его внешнем представительстве, о будущем статусе Кохинхины и др. Конференция, длившаяся более трех месяцев, завершилась 14 сентября подписанием компромиссного соглашения о «модус вивенди». В соглашении предусматривалось продолжение переговоров в январе 1947 г. Французская сторона были вынуждена согласиться на консульское представительство ДРВ в соседних с нею странах. Самыми острыми были противоречия по вопросу о Кохинхине. Сторонам удалось договориться о проведении там референдума. Правда, французы добились того, чтобы сроки проведения референдума не были указаны в соглашении. Им был ясен неблагоприятный для Франции исход референдума, и они пытались выиграть время. Правительство ДРВ пошло на значительные уступки, согласившись предоставить всевозможные льготы французским предпринимателям и техническим специалистам во Вьетнаме.

Советский исследователь Г.Г. Кадымов отмечает: «Заключенные соглашения имели для ДРВ в целом невыгодный характер, но, несмотря на это, они сохраняли мир во Вьетнаме, продлевали мирную передышку, что давало возможность правительству ДРВ продолжить работу по укреплению народной власти, восстановлению экономики и усилению Народной армии. Подписание «модус вивенди» показывало французскому народу стремление правительства ДРВ к миру, к решению всех спорных вопросов путем переговоров».

Что касается французской стороны, то для нее соглашение о «модус вивенди», как и соглашение 6 марта, служило лишь ширмой, за которой готовилась военная интервенция против освободившихся от колониального гнета народов Индокитая.

Позднее всплыли многочисленные факты заблаговременной подготовки французами интервенции в Индокитае. Выступая 9 октября 1945 г. перед офицерами французских войск в Индокитае, верховный комиссар Франции в Индокитае адмирал Т. д’Аржанлье категорично заявил: «Мы восстановим права Франции в Индокитае в их прежней форме… До конца года суверенитет Франции будет повсюду восстановлен». Руководитель французской разведывательной службы в Северном Вьетнаме генерал А. Жакэн, присутствовавший на выступлении адмирала, вспоминает, что оптимизм верховного комиссара был скептически встречен некоторыми из участников совещания. Отвечая одному из скептиков, полковник Килишини, командующий французскими войсками в Китае, в грубых выражениях дополнил адмирала: «Когда 2-я танковая дивизия высадится в Тонкине, все революционеры в собачьей шкуре исчезнут…». Подобная солдафонская прямота лучше всего характеризовала истинные намерения сторонников «силового» решения индокитайской проблемы.

18 марта 1947 г., выступая в Национальном собрании, депутат П. Кот огласил ставший известным текст секретной инструкции, которую 10 апреля 1946 г. французское Командование направило начальникам гарнизонов и командирам частей, дислоцированных на территории Вьетнама. Инструкция прямо вменяла им в обязанность обеспечение организации военного переворота на местах. Министр по делам заморской Франции М. Мутэ был вынужден признать подлинность документа.

Подготовка к интервенции шла полным ходом. Прежде всего, в нарушение соглашений 6 марта 1946 г. французы увеличили численность своих войск во Вьетнаме. С марта по ноябрь 1946 г. она возросла с 5 до 70 тыс. человек.

Война

В середине ноября 1946 г. французское командование сочло, что подготовка к военным действиям, в общем и целом завершена. Оставалось получить соответствующий приказ из Парижа. В ночь с 22 на 23 ноября 1946 г. временно исполняющий обязанности верховного комиссара Франции в Индокитае генерал Валлюи с ведома правительства Бидо телеграфировал начальнику французского гарнизона в Хайфоне полковнику Дебессу: «Настал момент дать вьетнамцам суровый урок. Всеми средствами, имеющимися в вашем распоряжении, Вы должны стать полным хозяином положения в Хайфоне и вынудить вьетнамское правительство и армию к раскаянию». Получив приказ, полковник Дебесс подверг Хайфон жестокому артиллерийскому обстрелу, в результате которого погибло более 6 тыс. мирных жителей. Подобные акции имели место и в других районах ДРВ.

Президент Хо Ши Мин по радио обратился с призывом к Национальному собранию Франции «восстановить в Хайфоне и Лангшоне положение, существовавшее там до 20 ноября». Когда 18 декабря социалист Леон Блюм сформировал новый кабинет, президент ДРВ обратился к нему с личным посланием, в котором призывал прекратить интервенцию и соблюдать «модус вивенди». Все обращения Хо Ши Мина остались без ответа. Французская реакция избрала свой способ разрешения индокитайской проблемы – войну, типично колониальную, вскоре получившую название «грязная война». Со стороны народов Индокитая это была справедливая, освободительная война, вошедшая в историю как «война Сопротивления». Определяя задачи войны, президент Хо Ши Мин говорил: «Целью войны Сопротивления являлось отстоять и развить завоевания Августовской революции, то есть мир, единство, независимость и демократию».

На долгих восемь лет затянулась индокитайская война, став одной из центральных проблем для правящих кругов Франции.

К 1950 г., после трех с лишним лет войны, для правящих кругов Франции стало совершенно очевидным, что без иностранной, прежде всего американской, помощи подавить национально-освободительное движение народов Индокитая не удастся. Разумеется, правительство Франции сознавало опасные последствия американской помощи, но явно их недооценивало. Соображения антикоммунизма, по которым США вмешались в индокитайский конфликт, отнюдь не делали их отношения с Францией «братскими», как того хотелось бы французскому правительству. Напротив, финансируя войну, американцы считали себя вправе давать «рекомендации», а то и прямые указания французам.

Помощь США с каждым годом становилась всё более значительной. Если в 1951 г. она оценивалась в 137 млн. долл., то в 1954 г. составила уже около 1 млрд. долл. Без этих субсидий Франция не могла бы вести военные действия в Индокитае. Что касается американской помощи, то помимо задачи подавления национально-освободительного движения в Индокитае она служила орудием американского проникновения в этот район. «Принимая американскую помощь, – писал впоследствии генерал Наварр, – мы почти теряли Индокитай. Это была подлинная драма нашей политики». Чем глубже увязала Франция в Индокитае, тем сильнее становилась ее финансовая зависимость от Вашингтона и тем жестче становился контроль США над ходом войны в Индокитае.

Однако даже обильные долларовые вливания не могли изменить хода войны, которая, как это стало очевидным к концу 1953 г., для Франции была проиграна. В это время во Франции крепнут настроения в пользу окончания войны не только в левых, но и в центристских партиях. В период американо-корейских переговоров о перемирии в левоцентристских кругах во Франции возникла идея связать окончание войны в Корее с мирным урегулированием в Индокитае. Однако американский нажим не дал возможности осуществить эту идею.

На продолжении войны настаивали и хозяева Франции – крупные монополии, связанные с эксплуатацией природных богатств Индокитая.

Во время дебатов в Национальном собрании по вопросу Индокитайской войны, состоявшихся 18 мая 1953 г., депутат-коммунист Ж. Коньо ознакомил членов парламента с данными, говорящими о заинтересованности представителей крупного капитала в продолжении войны. «Страна всё больше убеждается, – заявил Ж. Коньо, – что эта война означает огненный и стальной ливень для одних и золотой дождь для других. Обратимся к следующим цифрам: Индокитайский банк исчислял свою прибыль в 1951 г. в 502 млн. фр. против 53 млн. фр. в 1947 г.; Камбоджийская компания – в 717 млн. фр. против 44; «Плантация красных земель» – в 1071 млн. фр. против 100; 45 капиталистических компаний, чьи балансы лежат сейчас передо мной, признают, что они положили себе в карман в 1951 г. 10101 млн. фр. против 1250 млн. фр. в 1947 г. А это только небольшая часть их действительных прибылей… Иными словами, крупный капитал хочет, чтобы война продолжалась».

В конце 1953 – начале 1954 г. война достигла наивысшего накала. Французское командование, осуществляя так называемый план Наварра, суть которого сводилась к развертыванию широких наступательных операций, окружению и разгрому Вьетнамской Народной армии (ВНА) в районе Дьенбьенфу, было уверено в успехе. Однако с самого начала этот план обнаружил свою несостоятельность. Французские войска, перешедшие в ряде районов в широкое наступление, вскоре сами оказались в окружении. Наиболее значительные силы генерала Наварра были окружены в северо-западном районе Вьетнама у крепости Дьенбьенфу, где с марта 1954 г. развернулось самое крупное в истории индокитайской войны сражение. Главнокомандующий французскими войсками в Индокитае генерал Наварра придавал большое значение этой крепости. В приказе начальнику французского гарнизона Дьенбьенфу полковнику де Кастри он подчеркивал, что крепость «должна быть удержана любой ценой». По замыслу Наварра, необходимо было притянуть к крепости как можно большие силы ВНА, а затем окружить их и уничтожить. Со своей стороны, вьетнамское командование также придавало большое значение предстоящему сражению, в котором оно поставило целью взять крепость и сорвать замыслы противника. В середине марта 1954 г. части ВНА перешли в контрнаступление и плотным кольцом окружили Дьенбьенфу. Началась двухмесячная осада крепости.

Ситуация вокруг войны и итоги

Недовольство ходом «грязной войны» охватило к началу 1954 г. даже те общественные круги Франции, которые до этого выступали за ее продолжение. Оппозиция клерикальному правительству Ланьеля–Бидо, прозванного «кабинетом войны», росла из месяца в месяц. Индокитайская политика правительства подвергалась острой критике не только слева, по и справа, прежде всего со стороны голлистской партии РПФ («Объединение французского народа»), опасавшейся американского утверждения в Индокитае. В конце октября 1953 г. Национальное собрание высказывается за необходимость «умиротворения» в Индокитае.

Международная обстановка также благоприятствовала мирному урегулированию конфликта. В начале 1954 г. правительство СССР выступило с инициативой рассмотреть комплекс мероприятий по ослаблению международной напряженности, и в частности вопрос об Индокитае.

26 января 1954 г. в Берлине было созвано совещание министров иностранных дел СССР, США, Англии и Франции. На этой встрече было принято решение о созыве 26 апреля 1954 г. в Женеве международного совещания по мирному урегулированию в Корее и восстановлению мира в Индокитае.

В преддверии Женевского совещания французское правительство требовало от своего командования в Индокитае удержать Дьенбьенфу любой ценой для того, чтобы создать как можно более благоприятные военные условия для политического разрешения конфликта. Это означало, что французские войска в Индокитае должны во время женевских переговоров обеспечить своей дипломатии «сильные» позиции. Но данная задача была явно не по силам французскому экспедиционному корпусу. Кольцо окружения вокруг Дьенбьенфу становилось всё уже. «Пятачок», занимаемый французским гарнизоном, был настолько мал, что стало почти невозможно сбрасывать с самолетов осажденным снаряжение и продовольствие.

7 мая 1954 г. после почти двухмесячной осады Дьенбьенфу, сопровождавшейся ожесточенными боями, генерал де Кастри капитулировал. За период осады и боев гарнизон потерял убитыми и пленными 16 200 человек. Среди взятых в плен были один генерал, 16 полковников, 1749 офицеров и унтер-офицеров. Было уничтожено в воздухе и на земле 162 французских самолета. Всё военное снаряжение французского гарнизона попало в руки ВНА. Под Дьенбьенфу были окончательно похоронены военно-политические планы французского империализма в Индокитае.

Падение крепости явилось тяжелым ударом по правительству Ланьеля–Бидо, которое 14 мая едва удержалось у власти мизерным количеством голосов. Ослабли и французские позиции на Женевском совещании. Попытка французской дипломатии проводить «твердую» собственную линию после сдачи Дьенбьенфу была сорвана. Уделом французской делегации в Женеве, возглавляемой Ж. Бидо, стало послушное следование «советам» Даллеса.

Линия на срыв договоренности о мирном урегулировании индокитайской проблемы встречала растущий протест во Франции. 12 июня 1954 г. «кабинет войны» пал.

18 июня 1954 г. новое правительство сформировал лидер радикал-социалистов, давний противник «грязной войны» Пьер Мендес-Франс, получивший при голосовании в Национальном собрании поддержку коммунистов. Мендес-Франс выражал мнение той части правящих кругов Франции, которая осуждала ультраколониализм и выступала с неоколониалистских позиций. В этом отношении П. Мендес-Франса можно считать одним из предтеч французского неоколониализма, наиболее ярким представителем, которого уже в годы Пятой республики стал генерал де Голль.

При получении инвеституры Мендес-Франс торжественно обещал достигнуть соглашения по Индокитаю в месячный срок. Правительство Мендес-Франса получило вотум, какого давно не знало ни одно французское правительство. За него было подано 419 голосов, против – всего 47. Это было выражением настойчивого желания Франции положить конец «грязной войне» в Индокитае. Мендес-Франс, получивший также портфель министра иностранных дел, немедленно выехал в Женеву, где начался второй этап переговоров.

Уже первые заседания второго раунда переговоров показали, что цель нового главы французского правительства заключается в том, чтобы добиться раздела Вьетнама и попытаться сохранить позиции Франции на юге Аннама и в Кохинхине.

В отличие от Бидо, который всячески избегал встреч с главой делегации ДРВ Фам Ван Донгом, Мендес-Франс часто встречался и с ним, а также с советскими и китайскими представителями. В ходе этих встреч постепенно преодолевались существовавшие противоречия.

В работе совещания явно наметился сдвиг, что вызвало открытое недовольство Дж. Даллеса, демонстративно покинувшего Женеву и перепоручившего дела своему помощнику генералу У. Беделл-Смиту. 14 июля 1954 г., в день национального праздника Франции, Даллес под благовидным предлогом прибыл в Париж, где встретился с П. Мендес-Франсом и главой английского кабинета А. Иденом. Цель Даллеса заключалась в том, чтобы попытаться воспрепятствовать урегулированию в Индокитае. Что касается Мендес-Франса, то его задача состояла в том, чтобы уговорить Даллеса вернуться в Женеву для «поддержания духа» и позиций Франции.

В конечном счете, с помощью британского премьера Мендес-Франсу удалось уговорить Даллеса лично или через Беделл-Смита оказать поддержку Франции на завершающей стадии Женевского совещания. Со своей стороны Даллес добился от Мендес-Франса и Идена согласия на участие их стран в создаваемом по инициативе США военном блоке, предназначенном для «обороны Юго-Восточной Азии от коммунизма». К 20 июля в Женеве был разрешен последний спорный вопрос о линии разграничения французских и вьетнамских войск. Французские войска должны были быть отведены за демаркационную линию, проходящую южнее 17 параллели, а войска ДРВ – к северу от этой линии. На следующий день, 21 июля 1954 г., представители воюющих сторон подписали соглашение о прекращении военных действий в Индокитае. В заявлении французского правительства отмечалось, что в урегулировании всех проблем, связанных с восстановлением и упрочением мира в Камбодже, Лаосе и Вьетнаме, правительство Французской республики будет исходить из уважения независимости и суверенитета, единства и территориальной целостности Камбоджи, Лаоса и Вьетнама.

В сентябре 1954 г. такой блок с участием Франции и Англии был создан. Он получил название СЕАТО.	

Так, благодаря активной деятельности миролюбивых сил был положен конец восьмилетней «грязной войне» французского империализма в Индокитае.

Война потребовала от Франции напряжения всех ее сил и возможностей. Военные расходы составляли ежегодно 10% всего государственного бюджета и достигли к моменту окончания войны 3 трилл. фр. Франция понесла в Индокитае значительные потери. Во время войны там находилось 26% офицерского и 37% унтер-офицерского корпуса французских вооруженных сил. К 1954 г. экспедиционный корпус в Индокитае был доведен до 216 тыс. человек, а марионеточная армия – до 207 тыс. человек. Долгое время французское правительство скрывало истинное число убитых, раненых и взятых в плен в Индокитае французских военнослужащих. Теперь уже известно, что более 20 тыс. французов нашли смерть в индокитайских джунглях, а 28 тыс. попали в плен. В Индокитае была уничтожена десятая часть офицерского корпуса французской армии – более 2 тыс. офицеров. К этому можно добавить около 30 тыс. убитых солдат Иностранного легиона и 45 тыс. солдат марионеточной армии, павших за интересы французского капитализма. По данным ВНА, за годы войны было захвачено 255 французских орудий, более 130 тыс. винтовок, 504 грузовых автомобиля. За это же время было уничтожено 344 орудия, 1478 железнодорожных вагонов, 9292 грузовых автомобиля и большое количество всевозможного военного снаряжения.

Ежегодные потери во французском офицерском корпусе в Индокитае равнялись в среднем годовому выпуску главной кузницы командных кадров – Сен-Сирского военного училища (323 офицера).

Такого крупного поражения Франция не знала со времен 1940 г. Главным итогом поражения французского империализма в Индокитае явилось международное признание национальной независимости и полного суверенитета индокитайских государств – вчерашних колоний Франции. Другим итогом этого поражения явилось вытеснение Франции из Индокитая американским империализмом, который, приняв эстафету от ослабевшего французского партнера-соперника, продолжал до начала 70-х годов проводить в Юго-Восточной Азии политику империалистической экспансии.

1954 г. принес независимость и четырем французским владениям в Индии – Махе, Карикалу, Пондишери и Янаону, которые вошли в состав Республики Индия *. С утратой Индокитая и владений в Индии некогда обширная азиатская часть французской колониальной империи исчезла с политической карты мира.

Пятое французское владение в этом районе – Чандернагор добился независимости от Франции и вошел в состав Индии несколько ранее, в 1951 г.






Список литературы



1. Нарочницкий А.Л. Колониальная политика капиталистических держав на Дальнем Востоке (1869–1895). М., 1956, с. 299.

2. История XIX века / Под ред. Лависса и Рамбо. М., 1939, т. 8, с. 267.

3. Лаврищев А.А. Индокитайский вопрос после второй мировой войны. М., 1960, с. 95.

4. Débats de L’Assemblée Nationale, Séance du 18 mai 1953, p. 2718–2719.

5. Navarre H. Agonie de L’Indochine (1953–1954). P., 1958, p. 33.

6. Хо Ши Мин. Избранные статьи и речи. М., 1959, с. 143.

7. Jacquin H. La guerre secrète en Indochine. P., 1979, p. 169.

8. Верт А. Франция 1940–1955 / Пер. с англ. М., 1959, с. 288–287.

9. Поповкина Р.А. Французские монополии в Индокитае: (накануне второй мировой войны). М., 1960, с. 13, 16.

2