Жертвы геноцида жители деревни Нарочь

Галён Анастасия,      

                                                                                            ученица 299 группы

                                                                                            Юридического колледжа БГУ

                                       



ЖЕРТВЫ ГЕНОЦИДА – ЖИТЕЛИ ДЕРЕВНИ 

НАРОЧЬ ( КОБЫЛЬНИК) 

МЯДЕЛЬСКОГО РАЙОНА













                                             Научный руководитель:

                                                                     Рызгунская Галина Петровна,

                                                                     учитель русского языка и литературы



 









              Словарь С.И. Ожегова толкует слово геноцид следующим образом: это порождённая империализмом и фашизмом политика истребления отдельных групп населения по расовым национальным или религиозным мотивам. Геноцид – тягчайшее преступление против человечества [6 - с. 119]. Особенно страшные формы приобрела политика геноцида в отношении еврейского народа.

              Есть предположение в исследованиях нашего земляка Ч.Каспаревского, что еврейское население на территории нашей местности  сложилось из двух разных миграционных потоков: первый – в Х – ХI веках – из Киева и Хазарского Каганата. За столетия совместного проживания евреи-пришельцы в значительной степени восприняли быт и культуру края, говорили на славянско-кривичском  наречии, мало чем отличались от местного населения, а некоторые слились по существу с ним. Второй  миграционный поток пришёл с Западной Европы, преимущественно из Германии и Польши, в конце ХVI века. Евреи этого потока оседали в основном в местечках. В своём этническом окружении евреи второго потока пользовались в основном языком идиш, сохраняли специфические черты быта, языка, одежды, питания, обрядов и привычек.

             Политика геноцида  имеет свою историю и на территории нашего района После убийства  российского императора Александра II были приняты законы, дающие возможность организовывать гетто для евреев. Во время правления царя Николая II стало ясно, что положение евреев к лучшему не изменится.

               В БСЭ есть сведения о еврейском советском писателе Кульбак Моисее Соломоновиче (1896 -1940) [1 – с.189]. Нам удалось установить, что его имя связано с нашим краем. В начале  XX века местечко Кобыльник (Нарочь) покинул Арон Ходос с семьёй. Они прижились в Америке. Их дети Гарри и Сэм в середине 60-ых годов прошлого века стали влиятельными людьми в США. Они поддерживали связь с землёй своих предков. От них стало известно, что дедушка поэта М. Кульбака работал плотогоном у помещика Хаминского, гонял плоты из Ольшева в Крулевец. Его сын Соломон  служил в Сморгони, а внук Мойше стал поэтом, прозаиком, драматургом. Писал на еврейском языке. В одном из стихотворений  он описывает местечко Кобыльник, в котором гостил у деда. Поэзия М.Кульбака прославляла человека труда, любовь, любовь к родной природе. Он написал поэму «Город», пьесы «Разбойник Бойтре», «Беньамин Магидов» и др.Перевёл  несколько стихотворений Я.Купалы и Я.Коласа на еврейский язык.  В  возрасте 47 лет стал жертвой сталинского геноцида, как и другие его соратники по перу: Яков Бронштейн, Хацкель Дунец, Изи Харик, Арон Юдельсон и др.

              Как свидетельствуют  архивные документы, которые  находятся в районном музее Народной славы, в начале XX века чиновниками царской России  провоцировались еврейские погромы и на территории Мядельского района. Однако местная интеллигенция и подпольщики объясняли людям, что погромами самодержавие стремится отвлечь внимание людей от настоящих причин   тяжёлого существования трудящихся. Благодаря этому, а также тому, что белорусы и евреи жили дружно, массовых погромов еврейских мастерских и лавок на Мядельщине не наблюдалось, хотя отдельные граждане распространяли листовки, открыто выкрикивали лозунги: «Не покупайте товаров у евреев!»

           В 1967 году вышла книга о жизни евреев на территории нашего государства, отрывками из которой, переведёнными на русский язык Меиром Свирским, одним из уцелевших в годы войны евреем Кобыльника, мы располагаем. Из этих материалов мы узнали о политике фашистов в отношении евреев в нашей местности. Первым шагом оккупантов на захваченной территории стало введение ограничений гражданских свобод местного населения. Особенно страдало еврейское население. В книге «Память. Мядельский район» [5 - 190] имеется выписка из административного распоряжения №1 командующего тылом группы армии «Центр»:

I. Отличительные знаки для евреев и евреек.

1. Все евреи и еврейки, которые находятся на занятой русской территории и которым исполнилось десять лет, в обязательном порядке должны носить на правом рукаве верхней одежды или платья белую полоску шириной  до 10 см с нарисованной на ней сионистской звездой или жёлтую повязку шириной до 10 см.

2. Такими повязками обеспечивают себя сами евреи и еврейки.

3. Евреям категорически запрещается здороваться.

Нарушители будут строжайшим образом  наказываться местным комендантом по месту жительства.

Командующий тылом группы армии «Центр» фон Шенкендорф, генерал пехоты.

             Меир Свирский вспоминает, что евреи Кобыльника очень быстро почувствовали  отношение новых властей. С первых же дней оккупации  евреям было запрещено ходить по тротуарам, посещать рынок, выходить из дому по вечерам. Каждый был обязан ежедневно работать там, где было указано властями. Над рабочими издевались  морально и физически. На принудительных работах были заняты как взрослые, так и подростки. «Мне было 14 лет, и я уже работал ежедневно на разных работах. Мы пилили дрова, прокладывали дорогу у местечка Шеметово, ремонтировали дорогу у деревни Глубокий ручей, сортировали картофель, выполняли разные поручения немцев. Особенно запомнились мне работы по очистке дороги от снега у деревни Вереньки. Зима выдалась тяжёлой и холодной. Работали не менее четырнадцати часов в день, фактически без тёплой одежды, еды и отдыха, под насмешки и издевательства смотрителей. Возвращались домой ночью, пройдя 8 км пешком под пронизывающим насквозь холодным ветром. За работу не платили и никакого продовольствия не давали» - пишет М.Свирский в книге «Кобыльник» [ 4 -   с.249-250].

            Евреи перестали показываться на улице, закрылись в своих домах, не зажигали свет по вечерам, чтобы лишний раз не привлекать внимание, жили в полной изоляции, лишь по ночам через огороды старались держать связь  между собой и  с теми местными жителями, которые, несмотря на угрозу строгого наказания за связь с евреями, продолжали сочувствовать и помогать им.  

              Запомнился евреям местечка день 12 июля 1941 года. Полицаи заставили группу евреев вынести из синагоги все святые книги и Торы, чтобы сжечь их в центре рынка. Книги облили горючим и велели евреям поджечь их. Никто не согласился, хотя их избивали, особенно молодого раввина Лейбу Маковского. Тогда кто-то из присутствующих зажёг свечу и бросил в кучу книг. Огонь мгновенно вознёсся вверх и от святыни осталась лишь горстка пепла. Ночью украдкой евреи собрали и захоронили святой пепел.

               Вскоре произошли и первые убийства. 5 октября 1941 года в Кобыльник прибыла особая часть немцев, начались аресты евреев. Был задержан 51 еврей. 12 из них были посланы рыть яму  в лесу возле кладбища. Один из  двенадцати, впоследствии житель Израиля Иосиф Блиндер вспоминает: «Это случилось в три часа дня. Обречённых провели по Виленской улице к месту казни, заставили снять обувь и верхнюю одежду. Хайка Ботвинник, находящаяся там с грудным ребёнком, умоляла пощадить своего младенца. В ответ  немец схватил кроху и сильным ударом о дерево размозжил ему голову. Трепетавшее тельце было сброшено в яму и тут же была расстреляна Хайка. Началась стрельба. Люди падали в яму, раненых достреливали,  а некоторых закопали живыми»      - [4 - с. 185]. Очевидцы потом рассказывали, что яма двигалась ещё и на следующий день: было в ней немало раненых. Всего в этот день погибло 44 человека, среди них 19 детей.

           Смерть детей была самым страшным проявлением геноцида. Это нельзя забыть никогда. Об одном из эпизодов вспоминает Меир Свирский: « Давида Глета убили по обманному доносу за связь с партизанами. Когда пришли за его  женой и детьми, матери не оказалось дома, и немец приказал вывести двух детей. Гиршелю было 3 года, а Енту, которой не было ещё года и которая не умела ходить, нёс на руках на расстрел её дядя

Авраам Киевский, которого заставили это сделать. По мостовой Поставской улицы стучат сапоги немца и топают ножки маленького Гиршеля. Мальчик ничего не понимал и был рад, что вышел на улицу, потому что долгое время  был заперт в доме, чтобы не попасть на глаза немцам и полицаям. Его тёмные кудряшки развевались на ветру. Он радостно подпрыгивал. Через некоторое время со стороны леса послышались выстрелы. Убитых нужно было похоронить. Мы с братом ночью  крадёмся к кладбищу. Луна освещает страшную картину: ребёнок лежит на боку с протянутыми вперёд ручками, словно о чём-то умоляет, на личике застыла улыбка, глазки остались открытыми. Кажется, что он просто отдыхает после приятной прогулки. Его маленькая сестрёнка лежит рядом – так она могла б лежать в колыбельке, но по крови на её пелёнке видно, где прошла пуля. Наши сердца разрываются от стона: «Палачи! Убийцы детей!» Детей мы похоронили рядом с их отцом на древнем еврейском кладбище. Любившие друг друга в жизни, они не расстались и после смерти» [ 4 - с.183].

             В августе 1942 года Меир Свирский покинул Кобыльник. Вместо отца он был отправлен на принудительные работы в Мядель, где он узнал о том, что туда  прибывает                                                                                                            

  карательный отряд для окончательного уничтожения евреев Мяделя и Кобыльника, но  не было времени и возможности сообщить об  этом родным.    21 сентября 1942 года состоялось последнее массовое убийство евреев Кобыльника. Погибло 120 евреев, среди них 51 ребёнок. С этим расстрелом закончилась история существования евреев в местечке. Всех их согнали в Народный дом возле костёла как бы для переселения в гетто в Мядель. Окна и двери здания были заколочены досками. Так в тесноте, голоде и страхе их продержали более двух суток, а после все сто двадцать человек – старики, женщины и дети – прошли  страшный путь по дороге смерти от Народного дома к братской могиле, где были расстреляны.

         Примерно 375 евреев проживало в Кобыльнике до 1941 года. 320 из них погибло за годы немецкой оккупации. Спаслись и остались в живых 52 человека, которым удалось уйти в начале войны на восток и пережить её в советском тылу. В книге «Память. Мядельский район» имеется список жертв геноцида на  его территории, составленный М.Свирским [5 - с. 329]. Жертв было бы ещё больше, если бы не помощь  страдальцам местного населения. Спасли от гибели еврейские семьи Адольф Желубовский, Иосиф Тункевич, Ян Валай. Рисковали своей жизнью, жизнью своих родных, но понимали, что в тяжкое время испытаний нужно спасать людей от фашистской пули. Национальный мемориал Катастрофы и Героизма «Яд Вашем» в Иерусалиме признал наших земляков-белорусов Иосифа Тункевича, Яна Валая и Адольфа Желубовского «Праведниками народов мира», их имена высечены на стене Почёта на аллее Праведников, а их  родственники в Нарочи получили Грамоты и медали. 

            В период с 1945 по 1960 год в Израиль переехало 30 человек, остальные поселились в США, Канаде, Германии, Швеции, Польше. Некоторые из них поддерживают связь с нарочанской землёй. В 1950 году в Израиле было создано  товарищество выходцев из Кобыльника, оно насчитывало более 40 человек и возглавил его былой житель Кобыльника Исаак Гордон. Раз в год члены товарищества встречаются. Член общества Меир Свирский  с родными в 1990 году приехал впервые после войны в д.Нарочь. Началась работа по восстановлению  древнего еврейского кладбища и братской могилы. И в 1992 году во время второго визита в страну своего детства Меир Свирский в присутствии множества нарочанцев и гостей открыл  мемориал на месте братской могилы. Памятные места, связанные с историей еврейского народа на нашей земле, содержатся в порядке всеми местными жителями и учениками местной школы, которые каждую весну приводят в порядок всю территорию кладбища, сажают цветы возле памятника на месте братской могилы. День 21 сентября становится Днём памяти о жертвах Холокоста. Нужно знать и помнить прошлое, каким бы страшным и больным оно не было, чтобы не допустить его повторения на земле.



     

































Литература



1. Беларуская савецкая  энцыклапедыя, т.6,  Мн.,1972.

2.Великая Отечественная война советского народа  (в контексте Второй мировой войны) под ред. А.А.Ковалени, Мн.,2005

3.Высоцкі Алесь. “Кабыльнік – гэта частка мяне”, г. “Нарачанская зара”, № 202-204 ад 24 снежня 2004 года

4. Меир Свирский. Краткая история евреев Кобыльника. Перевод с идиш 1 части книги “Кобыльник”, 1967.

5. Памяць. Мядзельскі раён. Мн.,1972.

 6. С.Ожегов.Толковый словарь русского языка. М, 1972

 7. В.И,Мельницкий “Всесожжение”,Мн.:ОДО “Парус”,2004.