Сравнительный анализ книг С.Л. Тихвинского Восприятие в Китае образа России и Лукина А.В. Мед

Шадрина Анна, студентка группы РГ-62, НГТУ.

Эссе. Сравнительный анализ книг С.Л. Тихвинского «Восприятие в Китае образа России» и Лукина А.В. «Медведь наблюдает за драконом. Образ Китая в Рос-сии в XVII—XXI веках».

В своей работе «Восприятие в Китае образа России» С.Л. Тихвинский рассказывает об истории российско-китайских отношений с середины XVII в. На основе многих письменных и устных источников автор рассматривает восприятие России (Советского Союза) различными слоями населения Китая, начиная с периода правления в стране маньчжурско-цинской династии (1644-1912 гг.) и до наших дней. В книге приводятся цитаты из официальных китайских документов, литературных произведений, отчетов путешественников и дипломатов, материалы китайской прессы, а также свидетельства побывавших в разные годы в Китае российских дипломатов, путешественников, преподавателей, писателей, военнослужащих. Автор делает акцент на то, что в различные периоды китайско-российских отношений представители китайских властей и общественности по-разному воспринимали своего соседа – Россию (Советский Союз) и дает подробное описание событий в хронологическом порядке и примеры того, как воспринимался образ России в Китае в разное время в связи с теми или иными событиями. С начала ХХI в. между правительствами и народами Китая и России установились тесные отношения добрососедства, дружбы и стратегического партнерства, которым принадлежит будущее. Автор считает, что всестороннее развитие связей между обеими странами в области экономики, политики, торговли, образования и культуры позволит изжить сохранившиеся еще кое-где в Китае недружественные стереотипы образа России и россиян. В это время А.В. Лукин в своей книге впервые в научной литературе исследует эволюцию образа Китая в России на протяжении четырех веков и его роль в выработке российской политики в отношении Китая. Основной объем работы «Медведь наблюдает за драконом. Образ Китая в России в XVII–XX веках» составляет конкретное и детальное описание и анализ внутрироссийских дискуссий о Китае. Главной целью исследования является реконструкция и интерпретация образа Китая в современной постсоветской России и оценка его роли в выработке российской внешней политики и во внутриполитической борьбе. В заключительной части работы обсуждаются шаблоны в представлениях о Китае в России, показывается, как эти шаблоны влияют на практическую политику Москвы в отношении Пекина и какое влияние они могут оказать в будущем. Анализируются и возможные варианты российской политики в Восточной Азии в свете существующих в России представлений о растущей роли Китая в этом регионе.

Тихвинский преподносит информацию в жанре простого повествования, понятного любому, даже не подготовленному читателю. В эпиграфах к книге автор отчетливо дает понять, что его субъективное отношение к Китаю весьма позитивное, что объясняет тот факт, что в своей работе автор пытается показать преимущественно доброе отношение китайцев к России и россиянам. В то же время Тихвинский справедливо выявляет в своей книге причины существования ряда недружественных стереотипов в сознании отдельных представителей китайского народа. Мало места Тихвинский в своей работе уделяяет анализу того или иного явления – то ли потому, что хочет ознакомить читателя с фактами и оставить волю самому поразмышлять над тем, почему китайцы думают именно так, и к чему это может привести, то ли потому, что изначально задумывает книгу как полуисторический материал, излагая хронологические факты. Лукин же создает свое исследование «от общего к частному» - рассуждая о многообразии культур, вспоминая об основах международных отношений и говоря о «Столкновении цивилизаций», новом мировом порядке, региональной и международной политике, он постепенно сужает спектр мысли к двум странам-соседям – России и Китаю. В своей работе он употребляет термин «образ», наиболее широко распространенный во внешнеполитических исследованиях для комплексного описания представлений индивидуума или членов группы о другой стране. Под образом Китая в России в книге понимаются представления о Китае, которые разделяют большинство россиян в данный период времени. Поскольку и системы представлений, и культура — сложные структуры, в которых отдельные образы не обязательно связаны между собой логически, чтобы понять (или реконструировать) индивидуальный образ, автор рассматривает более широкую их систему. Таким образом, если в работе Тихвинского мы видим изложение фактов, то Лукин снабжает факты анализом и объяснениями того, как его исследование может и должно быть использовано во внешней политике двух государств. 

Тихвинский создает книгу как ответ на часто задаваемый ранее ему вопрос «как в Китае воспринимают Россию?». Автор старается дать ответ наиболее развернутый и понятный как заинтересованному читателю-исследователю, так и студенту или рядовому гражданину, который хочет лучше понять историю, культуру и традиции Китая. Лукин пишет книгу, чтобы читатель более верно понимал взгляды различных политических групп современной России на Китай. Для этого он рассматривает более широкие политические концепции, общее видение этими группами мира и места России в нем, а иногда и современную российскую политическую культуру в целом. Лукин дает объяснение внешней политики страны, для этого он исследует ее образ внешнего мира и ее собственной роли в этом мире. Автор уверен, что четкое понимание относительности даже самых общепризнанных и глубоко укоренившихся политических концепций позволит выяснить, каким образом различные культуры, а также бывшие или будущие поколения могут относиться к нашим сегодняшним целям, и взглянуть на наше собственное общество и культуру со стороны. Лукин считает, что этот подход может привнести в современную политику чуть больше терпимости и понимания иных культур. 

Тихвинский на протяжении всей работы не дает четкого определения своей собственной позиции. Однако, высмеивая некоторые абсурдные образы России, бытующие до сих пор в Китае, давая подробное объяснение, почему китайцы считают именно так, он дает читателю намек. Точнее, как бы пытается опровергнуть неверное отношение части китайского населения к российскому и побудить население России «заявить о себе». Автор пишет, что необходимо увеличить интенсивность сотрудничества двух государств во всех сферах – не только в верхах, но и среди населения как такового. Автор подчеркивает, что знания одной страны о другой ничтожно малы, хоть и прирастают в последние десятилетия, подталкивает читателя узнать больше о своем восточном соседе. Дает отличное понимание этого соседа как раз Лукин. Он выступает в своей работе не за систематическое изучение конкретных исторических периодов, но за анализ и объяснение состояния российско-китайских отношений и перспектив их развития путем выяснения закономерностей и шаблонов в российском подходе к Китаю и демонстрации их роли в выработке российской политики в отношении Китая.

Мы анализируем книгу Тихвинского для того, чтобы определить, зачем читаем данную работу, какие главы (исторические периоды) из перечисленных автором нас интересуют больше, что конкретно мы узнали – исторический факт или же, как следствие, -  образ России, появляющийся в сознании китайца. Книгу Лукина стоит проанализировать для того, чтобы прочитанные факты верно использовать в тех или иных рамках. Обе книги предназначены для широкого круга читателей, однако, книга Тихвинского более адаптирована, в то время как Лукин пишет для более подготовленного читателя. Поэтому, читая Лукина, стоит анализировать работу в более широком контексте – не только отношений России и Китая, но и России и мира, Китая и мира, России и Китая и мира. 

Мы анализируем именно книгу Тихвинского, потому что при ее создании были использованы как письменные и устные свидетельства о восприятии китайцами образа России, так и личные впечатления автора, именно в этой работе мы находим не сухие факты «из учебника», но подкрепленные личным опытом ученого замечания, проанализированные исторические факты, усиленные социальной и ментальной окраской. Мы анализируем именно книгу Лукина, поскольку это уникальный всеобъемлющий анализ, который только может способствовать пониманию связи российских представлений о Китае с более общим российским взглядом на мир и с российской политической культурой в целом и дает возможность обсуждать проблемы преемственности и изменений российских политических представлений на конкретном примере эволюции образа Китая в России. В работе Лукина впервые в научной литературе исследуется эволюция образа Китая в России на протяжении четырех веков и его роль в выработке российской политики по отношению к Китаю. 

Я, как читатель данных работ, предполагаю получить достойный и наиболее полный анализ образов России в Китае и Китая в России, чтобы в дальнейшем сравнить их между собой, а также с теми знаниями и суждениями, которыми обладаю сама. Также я хочу получить от такого рода работы максимальное объяснение, почему китайцы (русские) думают именно так, и что из этого следует, как могут правительства государств применить эти факты для сближения отношений или же как эти факты могут помешать установлению более прочных международных контактов. 

Я читаю эти работы как студентка, изучающая культуру и историю Китая и как российская гражданка, имеющая опыт более года проживания на территории Китая, опыт общения с представителями китайского народа разного возраста и вида деятельности. Таким образом, я являюсь представителем той категории, которую исследует в своей работе Лукин и к той, к которой прежде всего обращался в своей работе Тихвинский.

Анализ работ Тихвинского и Лукина позволил сравнить тексты как по содержанию, так и по актуальности, пользе для разного рода читателей. По проведении сравнительного анализа, мной был сделан вывод, что работа Тихвинского интересна своим содержанием, так как при наличии большого количества подобных работ, она впервые дает анализ образа России в представлении китайцев за большой временной промежуток. Работа Лукина, однако, вызывает у меня все же больший интерес, потому что в ней автор не только изложил факты, но и выразил свое предложение о том, как эти факты использовать на практике, в спектре международной политики, в новой мировой эпохе, в новой системе международных отношений. Таким образом, работа Тихвинского для меня представляет больший теоретический, а Лукина – практический интерес.