Основные реформы в России от Петра I до Столыпина

Московский институт сферы социальных отношений



























Реферат



по предмету:История России.



на тему:

Основные реформы в России от Петра 1 до Столыпина.









Выполнил:студент группы

Бухгалтерский учет и аудит

Бурмакин Д.В.





Проверил:















Петропавловск-Камчатский

1998г.

Содержание.

Реформы Петра I.	

Первые реформы.	

Сенат и коллегии	

Реформа местного управления.	

Финансы и бюджет.	

Реформы Екатерины II.	

Губернская реформа.	

Реформа центральных учреждений.	

Жалованная грамота дворянству 1785 г.	

Жалованная грамота городам 1785 г.	

Реформы Николая I.	

Реформы Александра II.	

Основные положения реформы 19 февраля 1861 г.	

Либеральные реформы 60-70-я годов.	

Реформы Николая II.	

Историческое значение столыпинской аграрной реформы.	

Список литературы.	




Реформы Петра I.

Первые реформы.

Говоря о первых преобразованиях Петра 1, необходимо помнить, что их корни находились в уходящем XVII веке. Уже тогда были введены, полки нового 'строя (солдатские, рейтарские, драгунские), основаны первые крупные железоделательные производства. В том же XVII в. обозначились и сдвиги в области быта и культуры: при Федоре, в 1681 г., было приказано являться при дворе в коротких кафтанах, а не в традиционных охабнях и однорядках, появились немецкое платье, первые бритобородые щеголи; основана Славяно-греко-латинская академия и т.д.

Преобразования Петра 1 начались со строительства азовского флота с помощью натуральной государственной повинности и чрезвычайных поборов-способах, типичных для деспотического крепостнического государства. Организация постройки возлагалась на сформированные усилиями самих дворян, духовных чинов и горожан (по указу царя!) специальные “кумпанства”. Всего их было создано белее 30.

Строительство велось на Дону, в воронежских лесах. Лес заготовляли в соседних с Воронежем уездах. Срок работ по указу царя был чудовищно малым - 2 года. Столь стремительные темны работ обеспечивались огромной массой насильно согнанных работных людей. Из-за рубежа были наняты за огромные деньга специалисты, но далеко не все из них оказались подлинными мастерами. В работе активно участвовали сам царь: и как “проектировщик”, и как простой плотник, и как “менеджер”.

Одновременно со строительством, и даже чуть раньше, Петр 1 обеспокоился о кадрах морских офицеров: для их подготовки было отправлено учиться за рубеж пятьдесят комнатных стольников и спальников.

В итоге, если не весь задуманный, флот, то целая эскадра была все-таки построена в срок. В марте 1699г. уже готовились к предполагаемому Керченскому походу, ибо Петр 1 считал, что, не владея Керчью, флоту нельзя было войти в Черное море.

Эскадра уже в конце апреля вышла из Воронежа и через месяц была у Азова. Летом же, 18 августа 1699 г. 22 российских корабля при громе пушечного салюта бросили якорь близ Керчи. В истории России это было великое событие, удивившее и озадачившее, в частности, и османского султана и крымского хана.

Преобразования затронули также и армию. В ноябре 1699 г. появились указы о комплектовании профессиональной армии путем насильственного набора “даточных людей” (будущих рекрутов). Почти одновременно началось формирование полков из наемных вольных людей. Платили им в год до II руб., т.е. почти вдвое больше, чем стрельцам. В феврале 1700 г. было обнародовано устное разрешение царя отпускать на волю холопов и крестьян, с тем чтобы они шли на службу в солдаты.

В итоге первых шагов по созданию новой армии было сформировано 29 пехотных и два драгунских полка. Наряду с бывшими потешными полками (Преображенским, Семеновским, Лефортовым полками) они составили костяк новой армии.

Одновременно в новые земли Приазовья и в Азов отправляли всякого рода несостоятельных должников, а также осужденных разбойников и грабителей (кроме убийц) на поселение и заведение хозяйства в тех краях. Введены были в Азове и каторжные работы для строительства необходимых сооружений.

В области государственного управления важнейшей и первоочередной мерой стала, реформа суда и налогообложения городского населения. Это была попытка введения своеобразного городского самоуправления. Прекрасно понимая крепостническую суть статуса посадского человека (и купца, и ремесленника), которого нещадно давила законными и незаконными поборами архаичная машина государственного управления, Петр 1 решил изъять города из-под воеводского и приказного управления в собственное, царское, подчинение, рассчитывая при этом получить от налогов в бюджет больше денег, чем раньше. И эта была главная задача. 30 января 1699 г. Петр издал указ о самоуправлении городов и выборах бурмистров. Избранники образовывали собой бурмистерскне палаты или ратуши, отныне ведавшие сбором доходов и управлением в городах. Главная Бурмистерская палата (Ратуша) в Москве ведала всеми выборными людьми в городах России, а ее члены с докладом прежде всего о денежных поступлениях входили прямо к государю.

Сначала система бурмистерских палат вводилась на местах на добровольных началах и с условием уплаты двойных налогов. В конечном счете жизнь заставила и добровольность самоуправления, и двойные поборы отменить. Только тогда реформа городского управления получила реальное воплощение.

В первые годы царствования Петра 1 громоздкая и рыхлая приказная система государственного управления структурно почти не изменялась; первые преобразования лишь намечали контуры будущих отраслей государственного управления. Например, Иноземный и Рейтарский приказы слились в новый Приказ Военных дел, вместо Стрелецкого возник Приказ Земских дел и т.д. Наряду с новыми приказами (Морской, Артиллерии, Провиантский и др.) возникали некоторые канцелярии (Главная Ближняя Канцелярия, мундирная, банная и т.п.). Плавному изменению подверглось и ключевое звено государственного управления - Боярская дума. Из сосредоточения родовитости и знатности это учреждение превращалось в собрание деятелей разного происхождения: все больше появлялось выходцев из рядового дворянтва и приказных людей. Первым лицом в Думе стал простой стольник князь Ф.Ю. Ромодановский. В думные бояре теперь почти не возводили, а в силу возраста прежние думные бояре становились меньшинствoм. Да и практическая деятельность
Думы шла на убыль.

Немалая забота была проявлена и о казне. С легкой руки Алексея Курбатова, безвестного дотоле дворецкого Б.П. Шереметева, введена была гербовая бумага для деловых документов, что дало казне немалую выгоду: цена бумаги зависела от суммы заключаемой сделки. В 1700 г. у владельцев территории торжков было отнято право сбора пошлин, отменены архаичные тарханы. В 1704 г. все постоялые дворы были взяты в казну (как и доходы с них).

Важные коррективы внесли в денежную систему. В конце ХVII в. серебряных копеек и денежек не хватало и вместо них распространились суррогаты: разрубленные пополам или на трети копейки, а также кожаные “жеребьи” (“доли” копейки). По указу царя с марта 1700 г. были введены вместо суррогатов медные денежки, полушки и полуполушки. С 1700 г. стали входить в оборот и крупные золотые и серебряные монеты. За 1700-1702 гг. денежная масса в стране резко увеличилась (почти в десять раз). Началось неизбежное, хотя и медленное обесценивание монеты.

Важнейшим направлением реформ было форсированное строительство казной железоделательных заводов (доменных и молотовых комплексов, оружейных мастерских). Их строительство велось на северо-западе России (в Карелии на Олонце, Белозерье и в Устюжском крае). Но особенно активно велось строительство на Урале, где уже в 1701 г. начали действовать Каменский и Невьянский заводы.

На манер судостроительных компаний была попытка (бесплодная) основать и купеческие компании, что растревожило западных негоциантов. Только на уровне проекта остались и намерения Петра 1 объединить управление городов и уездов, основав так называемые провинции.

Сенат и коллегии

Знаменитый Сенат был “рожден” Петром 1 как бы экспромтом. Отправляясь в Прутский поход в феврале 17II г., Петр обнародовал указ: “Определили быть для отлучек наших правительствующяй Сенат, для управления...”. Состав его был невелик (9 сенаторов), да и создан он был как бы временно. Вдогонку первому указу 2 марта пришел второй с перечнем полномочий (попечение о правосудии, об устройстве государственных доходов, общем управлении, о торговле и хозяйстве). Вскоре Сенат стал высшим судебным и управленческим органом. Поначалу Сенат был коллегиальным органом из 9 сенаторов, обладавших равными голосами. Связь Сената с губерниями осуществляли губернские комиссары.

Практически одновременно с Сенатом Петр 1 основал новый контрольно-ревизионный институт так называемых фискалов. Это была целая армия официальных лиц, действовавших тайным образом  и выявлявших все неправедные действия, наносившие ущерб государству (казнокрадство, взяточничество, нарушение законопорядка и т.д.). Во главе фискалив стоял обер-фискал при Сенате. У него в подчинеии было 4 фискала (два от купечества и два от дворянства). При губернских правлениях было также по 4 фискала, в городах - 1-2 фискала. Фискалы не получали жалованья, в награду за труды им полагалась в первые годы половина, а том треть конфискованного имущества. Фискалы все свои наблюдения отправляли в Расправную палату, откуда дела поступали в Сенат. Над самим Сенатом с 1715 г. надзирал специальный сенатский генерал-ревизор, а с 1721 г. контроль вели помесячно штб-офицеры гвардии.

Постепенно пробивала себе дорогу и такая, форма госурственного управления, как коллегия. Еще в 17II г. был дан проект организации особой коллегии для руководства горной промышленностью. В следующем году появились проекты организации Коммерц-коллегии и Ревизион-коллегии, а 715 г. Коммерц-коллегия стала уже функционировать. Того же, в 1715 г., начата была проработка, вопроса об органиции центральных органов управлениями изучения опыта Дании, Швеции и Австрии. Три наиболее важные коллегии Военная, Адмиралтейская и Иностранная) стали работать уже в 1718 г. Всего было учреждено II коллегий (остальные восемь: Берг-коллегия. Мануфактур-коллегия, Коммерц-колгия, Камер-коллегия, Штатс-контор-коллегия, Вотчинная коллегия, Ревизион-коллегия и Юстиц-коллегия). Структура
функции коллегий вплоть до организации делопроизводства, процедуры заседаний были подробно разработаны в Генеральном регламенте и регламентах отдельных коллегий. Так была заложена основа унификации и бюрократизации государственного управления.

К числу центральных учреждений должен был принадлежать Синод, или Духовная коллегия. В свое время после а смерти патриарха Адриана царь назначил на этот пост лишь исполняющего обязанности (местоблюстителя), а выборы патриарха не провел. Причиной тому было сдержанное, если враждебное, отношение духовенства к преобразованиям царя, причастность духовенства к делу царевича Алексея. В итоге в 1721 г. был образован Синод во главе с президентом, бывшим местоблюстителем престарелым Стефаном Яворским. Фактическим главой Синода был вице-президент
невский архиепископ Феофан Прокапович. Именно он сочинил Духовный регламент - свод важнейших организацииных и идеологических установлений церковной организации в новых условиях абсолютизма. По Регламенту члены Синода присягали, как и все чиновники, на верность царю и обязывались “в мирские дела и обряды не входить ни для чего”. За всем этим незримо стояла не забытая опасность гордыни патриарха Никона. Теми же мотивами были продиктованы принципы коллегиального управления церковью и вменено в обязанность священникам нарушение тайны исповеди в случаях, “грозящих государственным интересам”. Внешне все это, по рассказам, выглядело довольно устрашающе. Как пишет Н.И. Павленко, царь, на встрече с иерархами церкви уяснив, что они хотят избрать патриарха, поднял Духовный регламент и заявил: “Вы просите патриарха вот вам духовный патриарх”. А на ропот  недовольных он обнажил кортик и со словами: “А противомыслящим вот булатный патриарх”, - ударил им в стол.

В 1718-1722 гг. Сенат был реформирован. В частности, его членами стали все президенты коллегий. Была введена должность генерал-прокурора. С появлением его стала действовать целая армия прокуроров во всех центральных и губернских учреждениях. Ему же подчинялись и все фискалы империи. Генерал-прокурор и обер-прокурор Сената подчинялись только государю. Он мог опротестовать и приостановить решение Сената. Основная функция прокурорского контроля-забота о соблюдении правопорядка. Первым генерал-прокурором был Павел Иванович Ягужинский.

В 1720 г. в Петербурге был воссоздан на правах центрального учреждения Главный Магистрат, а на местах вновь образованы городские магистраты, в какой-то мере отражавшие сословные интересы купечества. Наконец, в дополнение к Преображенскому приказу для решения дел политического сыска в Петербурге был учреждена Тайная Канцелярия.

Реформа местного управления.

Реформа центральных и местных органов власти была огромным шагом вперед по сравнению со старой приказновоеводской системой государственной власти. Создана была система органов управления, каждое звено которой отличалось от других строго определенными функциями на всей территории страны. Новые органы управления имели коллегиальный характер. При этом все члены коллегии - от президента до асессора - были наемными чиновниками, получавшими государственное жалованье. Такое положение всвою очередь подразумевало профессионализм каждого чиновника. Это коренным образом отличало новую систему управления абсолютной монархии от старой феодальной системы. В новой системе логика развития чиновной бюрократии начисто отвергала старые порядки. Отныне попытки использовать власть, должность, чин в корыстных целях были уже правонарушением.

Однако строительство новой бюрократической машины
государственного управления шло отнюдь не гладко. Первая
губернская реформа очень скоро выявила свою неэффективность. Трехуровневое управление оказалось излишне сложным. Поэтому уже с 1719 г. стала проводиться в жизнь вторая губернская реформа. Губернии были сохранены, но основной административной единицей становится провинция. Из 50-ти провинций наиболее важные, “знатные”, возглавлялись генерал-губернатором, губернатором, вице-губернатором или обер-комендантом. Во главе остальных стояли воеводы. Провинции, созданные реформой 1719 г., стали предшественницами екатерининских губерний. Губернаторы всех
II-ти губерний имели реальную власть лишь в губернском
городе и одноименной провинции. Круг полномочий воеводы
был теперь очень широк: “во всем царского величества интерес и государственную пользу тщательно остерегать”. Это финансовые, военно-хозяйственные, полицейские, торговые и многие другие направления деятельности. Число и структура провинциальных контор при воеводе не только сохранились, но умножились.

Провинция, как и в первой реформе, по-прежнему делилась на дистрикты. Во главе их теперь стояли земские комиссары. Они собирали налоги, передавая их в рентерею, ведали полицией. Им подчинялись так называемые нижние земские комиссары, у которых, в свою очередь, были в подчинении сельские сотские и десятские, старосты и разного рода выборные люди, т.е. общинные структуры поддержания порядка.

Поначалу воеводам подчинялись города и городские магистраты. Но с 1721 г. магистраты подчинялись только главному магистру и городское население было исключено из ведения воевод. В период проведения первой ревизии система гражданской власти была существенно деформирована. В провинциях были созданы переписные канцелярии, а в дистриктах - полковые дворы со штаб- и обер-офицерами и воинскими командами. Переписные канцелярии главенствовали над гражданской администрацией. Помимо прямой обязанности контролировать сбор подушной подати, полковые
дворы, подменяя гражданскую власть, выполняли полицейские и даже судебные обязанности. Правда, у воеводы оставалась судебная власть.

Важнейшим звеном административных реформ было создание системы судебных органов. На верху этой системы были Сенат и Юстиц-коллегия. В провинциях-хофгерихты, или надворные апелляционные суды в крупных городах России, н так называемые провинциальные коллегиальные нижние суды, которые тоже функционировали в крупных городах. В ведении провинцмальных судов были гражданские
и уголовные дела всех сельских жителей (исключая монастырских крестьян), а также горожан, не входящих в посад. Во всех остальных случаях действовал городовой (или земский) судья. Это был так называемый единоличный (тоженижний) суд. Таким образом, реформаторы стремились создать суд, не - зависимый от исполнительной власти. Но на практике из этого ничего не вышло. Очень скоро воевода. обрел право контроля за судебными инстанциями провинции. В 1722 г. нижние суды были уничтожены. В тех же провинциях, где не было надворных судов, были введены новые провинциальные суды, возглавляемые уже воеводой.

В начале петровских преобразований были попытки внедрить в систему государственного управления сословно-выборное начало (с выборностью бурмистров н товарищей воевод). Однако в итоге лишь в городовых магистратах уцелели принципы выборности бурмистров и ратманов. Главной тенденцией являлось усиление жесткой структуры власти, возглааляемой “самовластным монархом, который никому на
свете о своих делах ответу дать не должен”. А из всех функций системы нового государственного управления наиболее широко были представлены фискальная, оборонительная и карательно -  охранительная.

Финансы и бюджет.

К 1704 г. вместо примитивной монетной-системы представленной одной лишь изготовлявшейся из серебряной проволоки однокопеечной монетой и ее частями, сложился полновесный набор серебряных монет в одну копейку, алтын (3 кол.), пятачок (5 кои.), гривенник (10 кол.), полуполтяну (25 кол.), полтину (50 коп.) и, наконец, рубль. Вместо серебряных деньги (0,5 коп.) и полушки 1
(0,25 коп.) стали выпускать медные монеты этого же достоинства. С 1718 г. из меди стали делать алтыны и полуполушки, а с 1723 г. -пятачки, которые и стали в итоге самой мелкой медной монетой.

Чеканка монет еще с конца XVII в. сопровождалась уменьшением содержания серебра и меди в монетах. С 17II г. серебряные монеты стали выпускаться 70-й пробы. При рыночной цене пуда меди в 6-8 руб., с 1704 г. из пуда стали делать медных монет на целых 20 руб. (38-я проба), а с 1718 г. - на 40 руб. Наконец, была введена в обращение золотая монета рублевого достоинства, а с 1718 г. ее сменил двухрублевик 75-й пробы. За 25 лет XVIII в. “денежные дворы” отчеканили серебряной монеты на 38.4 млн. руб., а медной - на 4,3 млн. руб.

Итогом денежной реформы стало создание полноценной монетной системы, основанной на десятичном принципе и полностью удовлетворявшей потребности экономики. Общий доход казны от выпуска монет составил 10,7 млн. руб. Таким образом, денежная реформа решающим образом содействовала успеху первого, наиболее тяжелого периода Северной войны. Ведь правительство Петра обошлось без иностранных займов. Между тем военные расходы в первый период войны достигали 70-80% бюджета. В первые годы
денежная реформа улучшила и бюджет. В 1680 г. прямые налоги составляли 33,7%, косвенные - 44,4%, а монетная регалия всего 2,7%. В 1701 г. доля прямых налогов сократилась до 19,8%, доля косвенных почти не изменилась (40,4%), а доля монетной регалии возросла до 26,8%.

К концу второго десятилетия XVIII в. монетная регалия уже не давала прежнего эффекта, а огромное количество  налогов дошло до возможного максимума. Вот тогда-то и  пошли в ход идеи “прибыльшиков” о переходе от подворного  к подушному обложению прямым налогом, что дало бы возможность резко увеличить число налогоплательщиков. В 1718 г. 28 ноября вышел указ о переписи всего податного мужского населения. С 1722 г. началась проверка результатов переписи - “ревизия”. Она дала поразивший умы итог - было выявлено около 2 млн. душ мужского пола, не попавших в перепись. С тех пор и сами переписи стали называть “ревизиями”.

Реформы Екатерины II.

Губернская реформа.

Потрясенная до основания гигантским социальным взрывом дворянская империя Екатерины II почти сразу же приступает к своеобразному ремонту своей государственной машины.

В первую очередь было реорганизовано ее наиболее слабое звено - местные органы власти. Умудренные опытом крестьянской войны крепостники подвергли местное управление кардинальной перестройке. Активнейшую роль в этом сыграла и сама Екатерина II. В письме к Вольтеру в конце 1775 г. она сообщала: “Я только что дала моей империи “Учреждение о губерниях”, которое содержит в себе 215 печаных страниц... Это плод пятимесячной работы, исполнен мною одной”. Конечно, Екатерина разрабатывала этот проект не одна. Было подано 19 проектов, составленных видными
сановниками и государственными деятелями.

По проекту вся Россия делилась теперь на 50 губериай вместо 23 прежних. Основной фигурой в губернии являлся отныне губернатор, стоявший во главе “губернского правления”. Функции губернского правления были довольно обширны, но главная из них - широкое объявление закона правительственных распоряжений, надзор за их выполнением и, наконец, право отдачи под суд нарушителей закона.
Губернскому правлению подчинялись все местные суды и полиция. Всеми расходами и доходами в губернии, ее промышленностью, сбором налогов ведала казенная палата. Она же брала на себя часть функций центральных коллегий. Совсем новым учреждением был “приказ общественного призрения”. За столь безмятежным названием, звучащим на манер благотворительного заведения, скрывались довольно прозаические функции - охрана “порядка” в интересах господства дворян. Приказ общественного призрения был помощником губернской полиции, хотя ведал он и народным
образованием, и охраной здоровья населения, и общественной благотворительностью, и смирительными домами. Наконец, в губернии были губернский прокурор и целая система судебных учреждений с приданными к ней прокурорами. Самыми высшими из судов были две палаты: палата гражданских дел и палата уголовных дел, имеющие право пересмотра дел губернских и уездных судов. Сами же губернские суды были сословными, т.е. для дворян был свой суд (он назывался “верхний земский суд”), для купцов и мещан свой (“губернский магистрат”). И, наконец, был губернский суд для “свободных” (государственных) крестьян (“верхняя расправа”). В каждом из этих судов были два департаментам двумя
председателями (по уголовным и гражданским делам). уголовные дела из всех судов попадали для утверждения в палату уголовных дел. Но в палату гражданских дел попадали лишь те дела, по которым иск был ценой не ниже 100 руб., притом если тяжущийся вносил еще и в залог 100 руб. Для подачи апелляции в Сенат иск должен был быть не менее 500 руб., а залог - 200 руб. Вот здесь и выходит наружу классовый характер суда, так как право апелляции могли осуществить практически лишь представители имущего класса.

Спустимся теперь на ступеньку ниже, в уезд. В каждой губернии было теперь в среднем 10-15уездов. Главным исполнительным органом был здесь так называемый “низший земский суд”. Он вместе со стоящим во главе его. капитан-исправником имел всю полноту власти в уезде. Наблюдение за выполнением законов, исполнение распоряжений губернских властей, исполнение судебных решений, розыск беглых крестьян - вот лишь важнейшие функции этого учреждення. Огромную власть имел теперь капитан-исправник, принимавший любые меры для восстановления порядка в уезде. Капитан-исправник и два-три заседателя нижнего земского суда выбирались только дворянами и только из местиых помещиков.

Судами в собственном смысле слова в уезде были “уездный суд” (для дворян) и “нижняя расправа” (для государственных крестьян). Дворяне практически господствовали не только в своем суде, но и в “нижней расправе”. О дворянских вдовах и сиротах заботилась теперь “дворянская опека”. Для выборов кандидатов на многочисленные должности собирались уездные и губернские дворянские собрания, руководимые уездным предводителем дворянства и губернским предводителем.

Город по реформе 1775 г. стал самостоятельной админнстративной единицей. Основными учреждениями в городе были: городской магистрат, совестный суд и ратуша в посадах. Компетенция городового магистрата с городским головой во главе была аналогична компетенции уездного суда, а состав городового магистрата выбирался местным купечеством и мещанством. У купечества и мещанства появилась те перь и своя опека на манер дворянской опеки - городовой сиротский суд. Таким образом, на первый взгляд, в городе была создана своя сословная полноправная система выборных учреждений. Поэта только на первый взгляд. Если дворяне в уезде избирали капитан-исправника н у него была полнота всей власти, то во главе города стоял городничий, которому также принадлежала огромная власть, но... городничий назначался Сенатом из дворян.

Совсем необымным учреждением стал “совестный суд”. Он подчинялся генерал-губернатору, а в его функции входило лишь примирение сторон, контроль за арестами.

Все эти преобразования, ускоренные Крестьянской войной, назревали еще до нее. Но, идя навстречу интересам помещиков, проведением губернской реформы ЕкатеринаII одновременно существенно усилила государственную власть на местах.
В 1789 г. были введены городские полицейские управы получившие трогательное, но лживое наименование “управ благочиния”. Эти управы в Москве и Петербурге возглавляли полицмейстеры, а в остальных городах - городничие. В состав управ входили два пристава (по уголовным и гранжданским делам) и два советника (ратманы). Каждый город делился на участки в 200-700 домов, а каждый участок -на кварталы по 50-100 домов. Во главе участков стоял частный пристав, а во главе кварталов - квартальный пристав. Под зорким наблюдением полиции был теперь каждый дом, каждый горожанин.

Децентрализуя управление, царица сохранила вместе с тем мощный и действенный контроль центральной власти над губерниями. Над каждыми 2-3 губерниями Екатеринам II поставила наместника или генерал-губернатора с неограниченными полномочиями.

Система местных губернских учреждений оказалась настолько прочной, что просуществовала в своей основе вплоть до реформы 1861 г., а в некоторых деталях вплоть до 1917 г.

Реформа центральных учреждений.

Теснейшим образом с губернской реформой 1775 г. были связаны и преобразования центральных учреждений. Их общая тенденция одна - освобождение центральных учреждений от дел текущего управления и сосредоточение власти в руках императрицы.

Еще в 1763 г. Сенат окончательно утратил свои широкие полномочия. Тогда он был разделен на 6 департаментов. Два из них (один в Петербурге, а другой - в Москве) занимались судебными делами, одни ведал делами Украины и Прибалтики, еще один департамент выполнял функции Московской сенатской конторы и т.д. Лишь один из шести департаментов сохранил за собой какое-то политическое значение (публикация законов). Таким образом Сенат стал высшими судебно-апелляционным учреждением.

Одновременно резко возросла роль генерал-прокурора Сената и обер-прокурора. Через генерал-прокурора (а им при Екатерине II долгие годы был князь А.А. Вяземский) императрица и сносилась теперь с Сенатом. У генерал-прокурора была огромная власть. Вяземский сконцентрировал в своих руках. функции министра финансов, юстиции и государственного казначея.

Важнейшим звеном государственного управления стал Кабинет Екатерины II с его статс-секретарями. В Кабинете рассматривались теперь многие вопросы внутренней политики (сенатские дела, вопросы промышленной политики и т.д.). Важнейшими фигурами стали статс-секретари Екатерины такие как А.В.Олсуфьев, А.В.Храповитский, Г.Н. Теплев и др. Через них Екатерина вела основную часть дел по управлению государством. Некоторые екатерининские вельможи выполняли персональные поручения в определенной части внутренней политики. Так, И.И.Бецкой был главной фигурой в области просвещения, Л.И.Миних - в области таможенной политики и т.д. Так постепенно зарождался принцип единоличного управления, что впоследствии вылилось в организацию министерств. С течением времени обнаружилась необходимости в создании совета при императрице из ближайших и влиятельных сановников. С 1769 г. стал действовать Императорский совет.

В связи с передачей большей части дел текущего управления на места, в губернские учреждения роль коллегий резко снизилась и в 80-х годах назрела необходимость их ликвидации. Из коллегий продолжали сохранять прочное положение лишь три - Иностранных дел, Военная и Адмиралтейская. Сохранил свое положение в качестве одной из коллегий и Синод, но теперь Синод находился в полнейшем подчинении светской власти.

В итоге всех этих преобразований окрепла самодержавная власть абсолютного монарха, окрепла и диктатура дворянства на местах, создана была прочная полицейско-бюрократическая система учреждений, просуществовавшая вплоть до эпохи падения крепостного права.

Жалованная грамота дворянству 1785 г.

Помимо реформирования государственного механизма управления Екатерина огромное внимание уделила сословной политике. Это был систематический свод всех прав и привилегий, которые в течение десятилетий одну за другой получали дворяне в XVIII столетии. В Жалованной грамоте подтверждалось вольность дворянства от обязательной государственной службы, свобода от уплаты податей, постоя в дворянских домах войск, от нанесения дворянам телесных наказаний за какие ли-бо преступления. Вместе с тем в Грамоте подтверждалась исключительная прерогатива дворянства во владении населенными имениями, т.е. землей и крестьянами (так называемой крещенной собственностью). Дворянина имели право судить толко равные ему. Имения дворян не подлежали конфискации, даже если владелец, оказался преступником, - они передавались его наследникам. Жалованная грамота закрепляла за дворянами право заниматься торговлей, иметь в городах дома, строить промышленные заведения и т.д.

Важным моментом в Жалованной грамоте была кодификация дворянского самоуправления. У дворян, имеюших обер-офицерский чин, было право организации дворяннских обществ (дворянского собрания) в уездах и губерниях, что стимулировало государственную службу. Участвовали в дворянском собрании лишь владельцы населенных имений. Право быть избранным на выборные должности в губернии или в уезде имели теперь лишь дворяне, обладавшие доходом не менее чем в 100 руб. Это отсекало от дворянской корпорации прослойку деклассированного и разорившегося дворянства.

Вместе с тем по Жалованной грамоте сословное самоуправление дворянской корпорации было поставлено под контроль государственной власти. Право созыва дворянских собраний (раз в 3 года) принадлежало лишь генерал-губернатора и губернатору. Губернатор утверждал результаты выборов дворян вплоть до выборов губернского предродителя.

Роль губернских и уездных предводителей дворянства с течением времени получала все большее значение. Это были покровители и защитники дворян, всюду охранявшие их монопольные права и привилегии.

Жалованная грамота городам 1785 г.

Одновременно с Жалованной грамотой дворянству в 1785 г. была утверждена “Грамота на права и выгоды городам Российской империи”. Важнейшим ее положением было деление всех городских жителей на шесть групп или разрядов. К первой, высшей группе или разряду принадлежали все городские домовладельцы и землевладельцы. Сюда же включены были и владельцы городских строений. Поскольку домами или землей в городе владели главным образом дворяне, чиновники и духовенство, они и составили высший разряд городского населения. Во вторую группу или разряд объединялось купечество всех трех гильдий. Но имущественный ценз для зачисления в купцы был резко увеличен (до 1000 руб.). Горожане второго разряда наряду с уже состоявшимися льготами по уплате подушной подати, по рекрутской повинности освобождались теперь от некоторых казенных служб (продажа соли, вина н т.д.). Первые две гильдии были освобождены от телесных наказаний. И это вновь давало иллюзию их приближения к дворянам.

Третий разряд городского населения составляли все ремесленники, записанные в цехи (мастера, подмастерья, ученики). Четвертый разряд - иногородные н иностранцы, проживающие в данном городе. В пятую категорию горожан были зачислены “именитые граждане”. Ими были крупнейшие торговцы и преддриниматели с объявленным капиталом более 50 тыс. руб., банкиры с капиталом от 100 тыс. руб. Сюда же входили бургомистры, городские головы, заседатели магистратов и т.п., прослужившие более двух сроков, ученые, художники, музыканты.

Наконец, о шестом разряде. Это основная масса горожан -простые “посадские люди”. Наиболее острый вопрос о крестьянах, ставших фактическими жителями городов, остался по-прежнему нерешенным. Оставались в действии и все прежние преграды на пути перехода крестьян в городские сословия.

Наиболее интересная часть законодательства в городах -городское самоуправление. На смену городовому магистрату, совестному суду и ратушам как единственным органам самоуправления пришли теперь “общая городовая дума”, “шестигласная дума” и “Собрание градского 'общества”.

Право участия в “Собрании градского общества” (а его значение в городском самоуправлении было немаловажным) имели лишь горожане, имевшие процентное отчисление с капитала (введенное вместо подушной подати) не менее 50 руб. Это значит, ч*о нужно было иметь капитал не менее 5 тыс. руб. Таким образом, в общее городское собрание могла войти лишь богатейшая городская верхушка. Туда не имели доступ даже купцы третьей гильдии! “Собрание градского общества” избирало городского голову, бургомистров и всех должностных лиц в органах самоуправления. Наряду с “Собранием” в городе существовала теперь “Общая градская дума”. Ее выбирали граждане всех разрядов, но и компетенция думы была не весьма широкой. Она ведала нуждами городского хозяйства и проводила выборы в третий орган городского самоуправления - “шестигласную думу”. Это оригинальное название дал думе ее состав - шесть человек от каждого разряда. В думу входил городской голова. В ведении шестигласной думы были нужды населения, городское хозяйство.

Наряду с новыми учреждениями был сохранен и городской магистрат. К судебным его функциям добавились некоторые административные. Губернский магистрат контролировал городские органы самоуправления. Но главный контроль и руководство над городскими учреждениями осуществляли органы государственного местного управления. По-прежнему огромны были полномочия губернатора, губернского правления, городничего с его командой, управы благочиния и т.д. вплоть до квартального надзирателя. В их руках была вся власть.

Реформы Николая I.

Показания декабристов, данные во время следствия, открыли перед Николаем широкую панораму российской жизни со всеми ее неустройствами. Он приказал составить свод из этих показаний, держал его в своем кабинете и часто к нему обращался. Многое из того, о чем говорили декабристы, ему приходилось признать справедливым.

Вскоре после воцарения Николай удалил Аракчеева. Это, однако, не означало конец аракчеевщины. Многие люди, выдвинутые Аракчеевым, оставались при должностях и пользавались доверием Николая. Аракчеевские традиции были сильны до конца его царствования.

Тем не менее в первые годы правления в числе ближайших сподвижников Николая оказался ряд крупных государственных деятелей. Это прежде всего М.М.Сперанский, П.Д.Киселев и Е.Ф. Канкрин. С ними связаны главные достижения николаевского царствования.

Оставив мечты о конституции, Сперанский теперь стремился к наведению порядка в управлении, не выходя за рамки самодержавного строя. Он считал, что эту задачу невозможно решить без четко составленных законов. Со времени Соборного уложения 1649 г. накопились тысячи манифестов, указов и “положений”, которые друг друга дополняли, отменяли, противоречили один другому. Отсутствие свода деист вующих законов затрудняло деятельность правдтельства, создавало почву для злоупотреблений чиновников.

По распоряжению Николая работы по составлению Свода законов были поручены группе специалистъв под руководством Сперанского. Прежде всего были выявлены в архивах и расположены по хронологии все законы, принятые после 1649 г. Они были опубликованы в 51 тоне “Полного собрания законов Российской империи”.

Затем началась более сложная часть работы: были отобраны, расположены по определенной схеме ” отредактированы все действукнфю законы. Иногда действующих законов не хватало для заполнения схемы, и Операм кому с помощниками приходилось “дописывать” закон, на основании норм зарубежного права. К концу 1832 г. закончил ась подготовка всех 15 томов “Свод законов Российской империи”. “Император всероссийский есть монарх самодержавный и неограничейный, - гласила статья 1 “Свода законов”. - Повиноваться верховной его власти не токмо за страх, но и за совесть Сам-БОГ повелевает”.

19 января 1833 г. “Свод законов” был одобрен Государственным советом. Николай 1, присутствовавший на заседании, снял с себя орден Андрея Первозванного и возложил его на Сперанского. Таков был путь этого крупнейшего государственного деятеля. Начинал он с конституционных проектов, которые теперь пылились в архивах. Закончил - составлением “Свода законов” самодержавного государства.

В первые годы своего царствования Николай 1 не придавал большого значения крестьянскому вопросу. Постепенно, однако, царь и его ближайшее окружение прихошми к мысли, что крепостное право таит в себе опасность новой пугачевщины, что оно задерживает развитие производительных сил страны и ставит ее в невыгодное положение перед другими странами - в том числе и в военном фтиошеиии.

Разрешение крестьянского вопроса предполагалось вести постепенно и осторожно, рядом частичных реформ. Первым шагом в этом направлении должна была стать реформа управления государственной деревней. В 1837 г. было создано Министерство государственных имуществ, которое возглавил П.Д. Киселев. Это был боевой генерал и деятельный администратор с широким кругозором. В свое время он подавал Александру 1 записку о постепенной отмене крепостного права. В 1837-1841 гг. Киселев добился проведения ряда мер, в результате которых удалось упорядочить управление государственными крестьянами. В их деревнях стали открываться школы, больницы, ветеринарные пункты. Малоземельные сельские общества переселялись в другие губернии на свободные земли.

Особое внимание киселевское министерство уделяло поднятию агротехнического уровня крестьянского земледелия. Широко внедрялась посадка картофеля. Местные чиновинки принудительно веделяли из крестьянского надела лучшие земли, заставляли крестьян сообща сажать там картофель, урожай изымали и распределяли по своему усмотрению, иногда даже увозили в другие места. Это называлось “общественной запашкой”, призванной страховать население на случай неурожая. Крестьяне же увидели в этом попытку внедрить казенную барщину. По государственным деревням в 1840-1844 гг. прокатилась волна “картофельных бунтов”.

Помещики тоже были недовольны реформой Киселева. Они опасались, что попытки улучшить быт государственных крестьян усилят тяготение их крепостных к .переходу в казенное ведомство. Еще большее недовольство помещиков вызывали дальнейшие планы Киселева. Он намеревался провести личное освобождение крестьян от крепостной зависимости, выделить им небольшие земельные наделы точно определить размер барщины и оброка.

Недовольство помещиков и “картофельные бунты” вызвали в правительстве опасение, что с началом отмены крепостного права придут в движение все классы и сословия огромной страны. Именно роста общественного движениям больше всего боялся Николай 1. В 1842 г. на заседании Государственного совета он сказал: “Нет сомнения, что крепостное право, в нынешнем его положении у нас, есть зло, для, всех ощутительное и очевидное, но прикасаться к нему теперь было бы делом еще более гибельным”.

Реформа управления государственной деревней оказалась единственным значительным мероприятием в крестьянском вопросе за все 30-летнее царствование Николая 1.

В 1825 г. внешний долг России достигал 102 млн. руб. серебром. Страна была наводнена бумажными ассигнациями, которые печатало правительство, пытаясь покрыть военные расходы и платежи по внешнему долгу. Стоимость бумажных денег неуклонно падала. 

Незадолго до своей кончины Александр 1 назначил на пост министра финансов известного ученого-экономиста Егора Францевича Канкрина. Убежденный консерватор, Канкрин не ставил вопрос о глубоких социально-экономееких реформах. Но он трезво оценивал возможности экономики крепостной России и считал, что правительство должно исходить именно из этих возможностей. Канкрин стремился ограничить государственные расходы, осторожно пользовался кредитом и придерживался системы протексционизма, облагая высокими пошлинами ввозимые в Россию товары. Это приносило доход государственной казне и защищало от конкуренции неокрепшую русскую промышленность.

Главной своей задачей Канкрин считал упорядочение денежного обращения. В 1839 г. его основой стал серебряный рубль. Затем были выпущены кредитные билеты, которые можно было свободно обменивать на серебро. Канкрин следил, чтобы количество нахаююшихся в обраврнии кредитных билетов в определенной пропорции соответствовало государственному запасу серебра (примерно шесть к одному).

Денежная реформа Канкрина (1839-1843) оказала благоприяеное влияние на экономику Россини способствовала росту торговли и промышленности. Кодификация законов, реформа управления государственными крестьянами; и денежная реформа  таковы основные достижения николаевского царствования. С их помощью Николаю 1 к концу ЗО-х годов удалось укрепить свою Империю.

Реформы Александра II.

Основные положения реформы 19 февраля 1861 г.

С момента публикации законов 19 февраля 1861 г. помещичьи крестьяне перестали считаться собственностью - отныне их нельзя было продавать, покупать, дарить, переселять по произволу владельцев. Правительство объявило бывших крепостных “свободными сельскими обывателями”, присвоило им гражданские права - свободу вступления в брак, самостоятельное заключение договоров и ведение судебных дел, приобретение недвижимого имущества на свое имя и пр.

Крестьяне каждого помещичьего имения объединялись в сельские общества. Свои общие хозяйственные вопросы они обсуждали н решали на сельских сходах. Исполнять решения сходов должен был сельский староста, избираемый на три года. Несколько смежных сельских обществ составляли волость. В волостном сходе участвовали сельские старосты и выборные от сельских обществ. На этом сходе избирался волостной старшина. Он исполнял полицейские и админнстративные обязанности.

Деятельность сельского и волостного управлений, а также взаимоотношения крестьян с помещиками контролировались мировыми посредниками. Они назначались Сенатом из числа местных дворян-помещиков. Мировые посредники: имели широкие полномочия. Но администрация не могла использовать мировых посредников в своих Целях. Они не подчинялись ни губернатору, ни министру и не должны были следовать их указаниям. Они должны были следовать только указаниям закона. В первом составе мировых посредников было немало гуманно настроенных помещиков (декабристы Г.С. Батеньков и А.Е. Розен, Л.Н. Толстой и др.).

Вся земля в имении признавалась собственностью помешика, в том числе и та, которая нахошилась в пользовании крестьян. За пользоаание своими наделами лично свобоодные крестьяне должны были отбывать барщину или платить оброк. Закон признавал такое состояние временным. Поэтому лично свободные крестьяне, несущие повинности в пользу помещика, назывались “временнообязанными”

Размеры крестьянского надела и повинностей по каждому имению следовало раз и навсегда определить по соглашению крестьян с помещиком и зафиксировать в уставной грамоте. Введение этих грамот было основным занятием мировых посредников.

Допустимые рамки соглашений между крестьянами и помещиками были обозначены в законе. Кавелин, предлагал оставить за крестьянами все земли, которыми они пользовались при крепостном праве. Помещики нечерноземных губерний не возражали протаю этого. В черноземных же губерниях они яростно протестовали. Поэтому в законе была проведена грань между нечерноземными и черноземными губерниями. В нечерноземных в пользовании крестьян оставалось почти столько же земли, как и прежде. В черноземных же под давлением крепостников был введен сильно уменьшенный душевой надел. При пересчете на такой надел (в некоторых губерниях, например Курской опускался до 2,5 дес.) у крестьянских обществ отрезались “лишние” земли. Там, где мировой посредник действовал недобросовестно, в числе отрезанных земель оказывались необходимые крестьянам угодья-прогоны для скота, луга, водопои. За дополнительные повинности крестьяне вынуждены были арендовать у помещиков эти земли. “Отрезки”, сильно стеснившие крестьян, на протяжении многих лет отравляли отношения между помещиками и их бывшими крепостными.

Рано или поздно, полагало правительство, “временнообязанные” отношения закончатся и крестьяне с помещиками заключат выкупную сделку - по каждому имению. По закону крестьяне должны были единовременно уплатить помещику за свой надел около пятой части обусловленной суммы.

Остальную часть уплачивало государство. Но крестьяне должны были возвращать ему эту сумму (с процентами) ежегодными платежами в течение 49 лет.

В принципе, в основу суммы выкупа должна была бы лечь доходность выкупаемых земель. В отношении черноземные губерний примерно так и было сделано. Но помещики нечерноземных губерний считали такой принцип для себя разорительным. Они давно уже жили в основном не с доходов от своих бедных земель, а за счет оброка, который платили крестьяне из своих сторонних заработков. Поэтому в нечероназемных губерниях земля была обложена выкупными платежами выше ее доходности. Выкупные платежи, которые правительство в течение многих лет выкачивало из деревни, забирали все накопления в крестьянском хозяйстве, мешали ему перестроиться и приспособиться к рыночной экономике, удерживали русскую деревню в состоянии нищеты. 

Опасаясь, что крестьяне не захотят платить большие деньги за плохие наделы и разбегутся, правительство ввело ряд жестких ограничений. Пока производились выкупные платежи, крестьянин не мог отказаться от надела и уехать навсегда из своей деревни без согласия сельского схода. А сход неохотно давал такое согласие, потому что ежегодные платежи спускались на все общество, невзирая на отсутствующих, больных и немощных. За них приходилось платить всему обществу. Крестьяне были связаны круговой порукой и прикреплены к своему наделу.

Помещикам-крепостникам удалось ввести в закон еще одну поправку. По соглашению с крестьянами помещик мог отказаться от выкупа, “подарить” крестьянам четверть их законного надела, а остальные земли забрать себе. Крестьянские общества, клюнувшие на эту уловку,* впоследствии горько раскаялись. Очень скоро села “дарственников” на своих крошечных наделах катастрофически обнищали.

Конечно, крестьяне ожидали не такую реформу. Наслышавшись о близкой “воле”, они с удивлением и негодованием воспринимали весть, что надо продолжать отбывать барщину и платить оброк. У них закрадывались подозрения, подлинный ли манифест им прочитали, не запрятали ли помещики, сговорившись с попами, “настоящую волю”. Донесения о крестьянских бунтах приходили из всех губерний Европейской России. На подавление высылались войска. Особым драматизмом отличались события в селениях Бездна Спасского уезда Казанской губернии и Кандеевка Керенского уезда Пензенской губернии.

В Бездне жил крестьянин-сектант Антон Петров, тихий и скромный человек. Он вычитывал из “Положений” 19 февраля “тайный смысл” и растолковывал его крестьянам. У него получалось, что почти вся земля должна была отойти именно к ним, а помещикам - “овраги да дороги, и весок да камыш”. Со всех сторон шли в Бездну бывшие крепостные, чтобы послушать “про настоящую волю”. Из села были изгнаны официальные власти, и крестьяне установили свой по-
рядок.

В село были направлены две пехотные роты. По безоружным крестьянам, плотным кольцом окружившим избу Антона Петрова, было дано шесть залпов. 91 человек был убит. Через неделю, 19 апреля 1861 г., Петрова принародно расстреляли.

В этом же месяце разыгрались события в Кандеевке, где солдаты тоже стреляли в безоружную толпу. Здесь погибло 19 крестьян. Эти и другие подобные известия произвели тяжелое впечатление на общественность, тем более что критиковать в печати крестьянскую реформу было запрещено.

Но к июню 1861 г. крестьянское движение пошло на спад. Реформа получилась не такой, какой мечтали ее видеть Кавелин, Герцен и Чернышевский. Построенная на тяжелых компромиссах, она учитывала интересы помещиков гораздо более, чем крестьян, и обладала очень коротким “ресурсом времени” - не более чем на 20 лет. Затем должна была встать необходимость новых реформ в том же направлении.

И все же крестьянская реформа 1861 г. имела огромное историческое значение. Она открыла перед Россией новые перспективы, создав возможность для широкого развития
рыночных отношений. Страна уверенно вступила на путь капиталистического развития. Началась новая эпоха в ее истории.

Велико было и нравственное значение этой реформы, покончившей с крепостным рабством. Его отмена проложила дорогу другим важнейшим преобразованиям, которые должны были ввести в стране современные формы самоуправления и суда, подтолкнуть развитие просвещения. Теперь когда все россияне стали свободными, по-новому встал вопрос о конституции. Ее введение стало ближайшей целью на пути к правовому государству - такому государству, которым упратвляют граждане в соответствии с законом н каждый гражданин имеет в нем надежную защиту.

Надо помнить исторические заслуги тех, кто разрабатывал и продвигал эту реформу, кто боролся за ее проведение - Н.А. Милютина, Ю.Ф. Самарина, Я.И. Ростовцева. великого князя Константина Николаевича, К.Д. Кавелина, А.И. Герцена, Н.Г. Чернышевского, а в более отдаленной перспективе -декабристов, А.Н. Радищева. Нельзя забывать и заслуг выдающихся представителей нашей литературы - А.С. Пушкина, В.Г. Белинского,
И.С. Тургенева, Н.А. Некрасова и др. И, наконец, неоспаримо велики заслуги императора Александра II.

Либеральные реформы 60-70-я годов.

К крестьянской реформе Россия подошла с крайне отсталым и запущенным местным (земским, как тогда говорили) хозяйством. Медицинская помощь в деревне практически отсутствовала. Эпидемии уносили тысячи жизней. Крестьяне не знали элементарных правил гигиены. Народное образование никак не могло выйти из зачаточного состояния. Отдельные помещики, содержавшие для своих крестьян школы, закрыли их сразу же после отмены крепостного права. О проселочных дорогах никто не заботился. Между тем
государственная казна была истощена, и правительство не могло своими силами поднять местное хозяйство. Поэтому было решено пойти навстречу либеральной общественности, которая ходатайствовала о введении местного самоуправления.

1 января 1864 г. был утвержден закон о земском самоуправлении. Оно учреждалось для руководства хозяйственными делами: строительством и содержанием местных дорог, школ, больниц, богаделен, для организации продовольственной помощи населению в неурожайные годы, для агрономической помощи и сбора статистических сведений.

Распорядительными органами земства были губернские и уездные земские собрания, а исполнительными – уездные и губернские земские управы. Для выполнения своих задач земства получили право облагать население особым сбором.

Выборы земских органов проводились раз в три года. В каждом уезде для выборов гласных уездного земского собрания создавалось три избирательных съезда. В первом съезде участвовали землевладельцы, независимо от сословия, имевшие не менее 200-800 дес. земли (земельный ценз по разным уездам был неодинаков). Второй съезд включала себя городских собственников с определенным имущественным цензом. На третий, крестьянский, съезд съезжались выборные от волостных сходов. Каждый из съездов избирал определенное число гласных. Уездные земские собрания избирали гласных губернского земства.

Как правило, в земских собраниях преобладали дворяне. Несмотря на конфликты с либеральными помещиками, самодержавие считало поместное дворянство своей основной опорой. Поэтому земство не было введено в Сибири и в Архангельской губернии, где не было помещиков. Не ввели земство и в Области Войска Донского, в Астраханской и Оренбургской губерниях, где существовало казачье самоуправление.

Земства сыграли большую положительную роль в улучшении жизни русской деревни, в развитии просвещения. Вскоре после их создания Россия покрылась сетью земских школ и больниц.

С появлением земства стало меняться соотношение сил в русской провинции. Прежде все дела в уездах вершили правительственные чиновники вкупе с помещиками. Теперь же, когда развернулась сеть школ, больниц н статистических бюро, появился “третий элемент”, как стали называть земских врачей, учителей, агрономов, статистиков. Многие представители сельской интеллигенции показали высокие образцы служения народу. Им доверяли крестьяне, к их советам прислушивались управы. Правительственные чиновники с тревогой следили за ростом влияния “третьего элемента”.

По закону земства были чисто хозяйственными организациями. Но вскоре они стали играть важную политическую роль. В те годы на земскую службу обычно шли самые просвещенные и гуманные помещики. Они становились гласными земские собраний, членами и председателями управ. Они стояли у истоков земского либерального движения. А представители “третьего элемента” испытывали тяготение к левым, демократическим, течениям общественной мысли.

На аналогичных основаниях в 1870 г. была проведена реформа городского самоуправления. Попечительству городских дум и управ подлежали вопросы благоустройства, а также заведование школьным, медицинским и благотворительным делом. Выборы в городскую думу проводились по трем избирательным съездам (мелких, средних и крупных налогоплательщиков). Рабочие, не платившие налогов, не участвовали в выборах. Городской голова и управа избирались
думой. Городской голова возглавлял и думу и управу, координируя их деятельность. Городские думы проводили большую работу по благоустройству и развитию городов, но в общественном движении были не столь 'заметны, как земства. Это объяснялось долго сохранявшейся политической инертностью купечества и предпринимательского класса.

Одновременно с земской реформой, в 1864 г., была проведена судебная реформа. Россия получила новый суд: бессословный, гласный, состязательный, независимый от администрации. Судебные заседания стали открытыми для публики.

Центральным звеном нового судебного устройства был окружной суд с присяжными заседателями. Обвинение в суде поддерживал прокурор. Ему возражал защитник. Присяжные заседатели, 12 человек, назначались по жребию из представителей всех сословий. Выслушав судебные прения, присяжные выносили вердикт (“виновен”, “невиновен” или “виновен, но заслуживает снисхождения”). На основании вердикта суд выносил приговор. Русское общеуголовное законодательство в те времена не знало такой меры наказания,
как смертная казнь. Только специальные судебные органы
(военные суды. Особое присутствие Сената) могли приговорить к смерти.

Разбором мелких дел занимался мировой суд, состоявший из одного человека. Мировой судья избирался земскими собраниями или городскими думами на три года. Правительство не могло своей властью отстранить его от должности (как и судей окружного суда). Принцип несменяемости судей обеспечивал их независимость от администрации. Судебная реформа была одним из самых последовательных и радикальных преобразований 60-70-х годов.

И все же судебная реформа 1864 г. осталась незавершенной. Для разбора конфликтов в крестьянской среде был сохранен сословный волостной суд. Это отчасти объяснялось тем, что крестьянские правовые понятия сильно отличались от общегражданских. Мировой судья со “Сводом законов” часто был бы бессилен рассудить крестьян. Волостной суд, состоявший из крестьян, судил на основании существующих в данной местности обычаев. Но он был слишком подвержен воздействию со стороны зажиточных верхов деревни и вся кого рода начальства. Волостной суд и мировой посредник имели право присуждать к телесным наказаниям. Это позорное явление существовало в России до 1904 г.

В 1861 г. военным министром был назначен генерал Дмитрий Алексеевич Милютин 0816-1912). Учитывая уроки Крымской войны, он провел ряд важных реформ. Они имели целью создание крупных обученных резервов при ограниченной армии мирного времени. На завершающем этапе этих реформ, в 1874 г., был принят закон отменивший рекрутчину распространивший обязанность служить в армии на мужчин всех сословий, достигших 20 лет и годных по
состоянию здоровья. В пехоте срок службы был установлен
в 6 лет, на флоте- в 7 лет. Для окончивших высшие учебные заведения срок службы сокращался до шести месяцев. Эти льготы стали дополнительным стимулом для распространения образования. Отмена рекрутчины* наряду с отменой крепостного права, значительно увеличила популярность Александра II среди крестьянства.

Реформы 60-70-х годов-крупное явление в истории России. Новые, современные органы самоуправления и суда способствовали росту производительных сил страны, развитию гражданского самосознания населения, распространению просвещения, улучшению качества жизни. Россия подключалась к общеевропейскому процессу создания передовых, цивилизованных форм государственности, основанных
на самодеятельности населения и его волеизъявлении. Но это были только первые шаги. В местном управлении были сильны пережитки крепостничества, оставались нетронутыми многие дворянские привилегии. Реформы 60-70-х годов не коснулись верхних этажей власти. Сохранялись самодержавие и полицейский строй, унаследованные от прошлых эпох.

Реформы Николая II.

Историческое значение столыпинской аграрной реформы.

Столыпинская аграрная реформа - понятие условное, ибо она не составляет цельного замысла и при ближайшем рассмотрении распадается на ряд отдельных мероприятий. Не совсем правильно и название реформы, так как Столыпин не являлся ни автором ее основных концепций, ни разработчиком. Хотя у него были и свои собственные идеи.

Будучи саратовским губернатором, Столыпин предлагал создавать крепкие крестьянские хозяйства на землях, купленных при поддержке Крестьянского банка. Процветание этих хозяйств должно было стать примером для окружающих крестьян, которые, как надеялся Столыпин, постепенно отказались бы от общинного землевладения. Об ускоренной ломке общины в те времена Столыпин не помышлял.

Когда он возглавил Министерство внутренних дел, оказалось, что там на эту проблему смотрят несколько иначе. Власти уже не стремились сохранить общину, так как не считали ее оплотом порядка. В течение ряда лет группа чиновников под руководством товарища миниспш внутренних дел В.И. Гурко (сын героя русско-турецкой войны 1877-1878 гг.) разрабатывала проект, который должен был осуществить крутой поворот в политике правительства.

В отличие от столыпинского замысла, проект Гурко предполагал сочданис хуторов и отрубов на надельных (крестьянских) землях, а не на банковских. Разница была существвенной. Впрочем, не в создании хутора” и отрубов заключалась первоочередная цель проекта Гурко. Она заключалась в ускоренной ломке общины.

Проект предусматривал, что каждый член общины может заявить о своем выходе из нее и укрепить за собой свой череслолосный надел, который община отныне не вправе ни уменьшить, ни персавинуть. Зато владельцу разрешалось продать укрепленный надел кому угодно: хоть соседу, хоть крестьянину из другой общины. С агротехнической точки зрения такое новшество не сулило большой пользы, поскольку надел оставался чересполосным. Но оно способствовало расколу общины, особенно накануне передела земли.

Конечно, Столыпин не мог не считаться сработай, проделанной в министерстве до его прихода. Не мог он не считаться не мнением помещисов. В мае 1906г. собрался съезд уполномоченных дворянских обществ. Чуть ли не в одни голос дворяне потребовали ликвидации общины, которая сильно им насолила за два года революции. Столь же единодушно они выступили против наделения крестьян землей за счет помещиков.

Но обстановка в стране тогда была неопределенная. Давление дворян уравновешивалось давлением Думы и крестьянства. В конце августа 1906 г. Столыпин провел мероприятия по передаче Крестьянскому банку части государственных и удельных земель для продажи крестьянам. Тем самым он приступил к исполнению своего давнего замысла. По существу, выражаясь современным языком, речь шла о приватизации части государственных земель.

Гурко возражал против этих, мероприятий. Он считал, что они оживят надежды крестьян на переход в дальнейшем помещичьей земли в их рлсн. К тому же Гурко подозревал Столыпина в намерении помочь крестьянам в этом деле. Такое мнение разделяли и другие помещики. В действительности Столыпин не допускал и мысли о полной ликвидации помещичьего землевладения. Иное дело частичное его ограничение. Так, он говорил, что не в крупном землевладении
сила России. Большие имения отжили свой век. Их, как бездоходные, сами владельцы начали продавать Крестьянскому банку. Опора России не в них, а в царе.

В обстановке 1906 г. никто из министров не решился бы явиться к царю с предложением сделать отрезки от помещичьих латифундий. Столыпин, как видаю, считал, что в таком предложении нет надобности, ибо частичное отчуждение помещичьих земель уже идет. Многие помещики, напуганные революцией, продают имения. Важно, чтобы Крестьянский банк покупал эти земли, разбивал на участки и продавал крестьянам. На банковских землях стали появляться
крепкие фермерские хозяйства. До 19II г. объем пролаяв
ежегодно возрастал, а затем начал снижаться. Это объяснят
лось тем, что у помещиков прошел вызванный революцией испуг и они сократили продажу своих земель. Всего за 1907-1915 гг. из фонда банка было реализовано 3909 дес., разделенных примерно на 28О тыс. отдельных участков. Деятельность Крестьянского банка заняла хотя и видное, но все же второстепенное место в аграрной политике правительства. Однако именно это направление было наиболе близко Столыпину.

Главной в аграрной реформе стала реализация проекта Гурко, который лег в основу указа 9 ноября 1906 г. Гурко вскоре ушел в отставку, но Столыпин постепенно проникав его проектом н усвоил его основные идеи. “Надо вбить клин в общину”, - говорил он. Указ 9 ноября 1906 г. был одобрена III Думой и Государственным советом, 14 июня 1910 г. его1 подписал царь. Закон 14 июня 1910 г. заменил указ 9 ноября 1906 г. 

Пока шла революция, крестьяне почти не выходили из общины. Ходил слух, что тем, кто выйдет, не будет прирезка земли от помещиков. Но затем укрепление общинных земель пошло быстрее, тем более что власти всячески к этому подталкивали. В 1908 г. по сравнению с 1907 г. число укрепившихся домохозяев увеличилось в 10 раз и превысило полмиллиона. В 1909 г. был достигнут рекордный показатель 579,4 тыс. домохозяев.

Однако с 1910 г. число выходов из общины стало неуклонно снижаться-Власти долго не могли понять причин этого явления. Апоняв, не хотели их признать. Дело в том что основная часть крестьян, в том числе зажиточных, неохотно выходила из общины. Выходили больше всего вдовы одинокие старики, спившиеся и окончательно разорившиеся домохозяева, многим из них при очередном переделе грозила полная или частичная утрата надеда. Укреплялись и городские жители, вспомнившие, что в родной деревне у них есть заброшенный надел, который теперь можно продать. Выходили из общины и те, кто переселялся в Сибирь. Но и численность переселяющихся с 1910 г. пошла на убыль.

Всего к 1 января 1916 г. из общины в чересполосиц укрепление вышло около 2 млн. домохозяев (примерно 21% общинного крестьянства в тех губерниях, где проводилась реформа). Правда, многие из них были лишь статистическими единицами, а не реальными хозяевами. Всем им принадлежало 14,1 млн. дес. земли (15,5% всей площади. владевшейся на общинном праве).

Огромное количество укрепленной земли шло в продажу. Покупателем иногда являлось сельское общество, и тогда земля возвращалась в мирской кож). Чаще же укрепленные участки покупали отдельные крестьяне-общинники, богатые и средние. Иногда и бедняки покупали по одной-две полосы. Нередко в руках одного и того же хозяина оказывались и укрепленные и общественные земли. Не выхода из общины, он в то же время имел и укрепленные участки. Земельные отношения в деревне еще больше запутывались.

Стремясь привлечь на свою сторону крепких домохозяев, тяготившихся общинными порядками правительство разработало законопроект “О землеустройстве”. 29мая 19II г. он стал законам. Отныне во главу угла всей реформы было поставлено не чересполосное укрепление, а, образование хуторов и отрубов. Предполагалось, что их владельцы станут массовой опорой режима. По просьбе домохозяина его разрозненные земельные полосы могли быть соединены в одно место. Так получался отруб. Если к отрубу присоединялась площадь деревенской усадьбы и на него переносилось жилье он превращался в хутор. Потребовался большой объем землеустроительных работ. Реформа постепенно стала переходить из рук Министерства внутренних дел в руки Главного
управления землеустройства и земледелия.

Землеустроительное ведомство пошло по линии наименьшего сопротивления. Оно предпочитало не заниматься выделами отдельных домохозяев, а разбивать на отруба или хутора надел целого сельского общества. Согласие на такой раздел нередко достигалось путем грубого давления. Началась массовая фабрикация хуторов” отрубов. В общем, потоке землеустраивалась и беднота с ее крошечными наделами. Около половины хуторов и отрубов, созданных на, втором этапе реформы, было нежизнеслособио.

Со смешанным чувством относился Столыпин к такому развитию. С одной стороны, он понимал, что только полное расселение на хутора окончательно ликвидирует общину. Крестьянам, рассредоточенным по хуторам, труднее бунтовать. С другой стороны, он видел, что вместо крепких, устойчивых хозяйств землеустроители фабрикуют массу мелких и слабых. Такие хозяйства не могли стать опорой режима. Однако Столыпину так и не удалось развернуть громоздкую машину землеустроительного ведомства, чтобы она действовала не так, как ей удобно, а как лучше для дела.

Действия землеустроителей нередко наталкивались на сопротивление крестьян. Иногда дело принимало трагический оборот. В мае 1910 г. полицейские стражники расстреляли сход в селе Волотове Лебедянского уезда Тамбовской губернии. Конфликт произошел из-за слишком явного покровительства отрубщикам со стороны властей в ущерб остальным крестьянам.

Мужики сопротивлялись переходу на хутора и отруба не по темноте своей и невежеству, как считали власти, а исходя из здравых соображений. Крестьянское земледелие очень зависело от капризов погоды. Получив надел в одном отрубе, крестьянин оказывался во власти стихии. Он разорялся в первый же засушливый год, если его отруб был на высоком месте. Следующий год был дождливым, и очередь разоряться приходила соседу, оказавшемуся в низине. Только большой отруб, расположенный в разных уровнях, мог гарантировать ежегодный средний урожай.

Вообще во всей этой затее с хуторами и отрубами было много надуманного, доктринерского. Сами по себе хутора и отруба не обеспечивали подъем крестьянской агрокультуры. Необходимость повсеместного их введения, строго говоря, никем не доказана. Между тем Столыпин и его сподвижники утвердились в мысли, что хутора и отруба – единственное универсальное средство, способное поднять уровень крестьянского хозяйства на всем пространстве необъятной России.

Несмотря на все старания правительства, хутора приживались только в белорусских, литовских и северо-западных российских губерниях (Псковской, Смоленской). Здесь сказывалось влияние Прибалтики и Польши. Местный ландшафт, изменчивый, изрезанный речками и ручьями, тоже способствовал расселению по хуторам.

В южных и юго-восточных губерниях широкому распространению хуторов препятствовали трудности с водой. Но здесь (на Северном Кавказе, в Степном Заволжье и Северном Причерноморье) довольно успешно развивалось насаждение отрубов. Плодородная степь, ровная, как стол, словно самой природой была создана для отрубного хозяйства.

В центрально-черноземных губерниях главным препятствием к образованию на общинных землях хуторов и отрубов было крестьянское малоземелье. Прежде чем насаждать хутора и отруба, здесь надо было решить именно эту проблему отчасти за счет переселения в Сибирь, а отчасти н за счет раздутых помещичьих латифундий.

В нечерноземных губерниях на хутора и отруба смотрели, как на барскую затею, несущую крестьянину одно разорение. Общинное землевладение в таких краях тесно переплелось и срослось с развивающимися товарно-рыночными отношениями. И общину нельзя было разрушить, не повредив этих отношений. Местные крестьянские общества постепенно переходили 1с многопольным севооборотам и да “широкие полосы”. Это укрепляло общину, и власти под разными предлогами стали запрещать такие переходы. Как говорится, коса
нашла на каменья крестьяне сопротивлялись насаждению хуторов н отрубов, а правительство чуть ли не открыто препятствовало внедрению передовых систем земледелия. Некоторые крестьянские общества переходили к многополью и на “широкие полосы” самовольно, без официального приговора.

Игнорирование региональных различий один из недостатков столыпинской аграрной реформы. Этим она невыгодно отличалась от реформы 1861 г. Другим ее слабым местом была идеализация хуторов х* отрубов, а также вообще частной собственности на землю. Обычно в народном хозяйстве присутствуют различные формы собственности (частная, общественная, государственная). Важно, чтобы их сочетания и пропорции были разумными, чтобы ни одна из них не вытесняла другие.

Еще одно уязвимое место аграрной реформы заключалось в недостаточном ее финансировании. Огромные государственные средства поглощала гонка вооружений, а на поддержку хуторов и отрубов денег выделялось слишком мало.

Всего за годы реформы из общины вышло около 3 млн. домохозяев (чуть меньше третьей части от общей численности их в переделяющихся общинах европейской части России). Из общинного оборота было изъято 22 % земель, около половины из них пошло на продажу. В конечном итоге властям не удалось ни разрушить общину, ни создать достаточно массовый и устойчивый слой крестьян-фермеров. Так что можно говорить об обшей неудаче столыпинской аграрной реформы.

Но огульно отрицательное Отношение к ней было бы не справедливо. Некоторые мероприятия, сопутствовавшие реформе, были полезны. Это касается предоставления крестьянам большей личной свободы (в семейных делах, передвижении и выборе занятий, в полном разрыве с деревней). Несомненно плодотворной была идея (Столыпина о создании хуторов и отрубов на банковских землях, хотя она не получила достаточного развития. Приносили пользу и некоторые
виды землеустроительных работ: устройство отрубов в южных губерниях, размежевание соседних общин в Нечерноземье. Наконец, в рамках реформы небывалого размаха достигло переселенческое движение.

После окончания революции, когда выяснилось, что прирезки помещичьей земли не будет, взоры российских крестьян устремились в Сибирь. Несмотря на спешное развертывание переселенческого дела, правительство едва справлялось с резко возросшим наплывом мигрантов. За 1906-1916 гг. в Сибирь уехало 3,1 млн. человек. В основном это были крепкие молодые люди, принесшие большую пользу Сибири. Были распаханы пустующие земли, появились новые города.
Большинство переселенцев сумело устроиться на новом месте, завести более прочное, чем на родине, хозяйство.

Не всех, однако, встречала удача. Особенно в трудном положении оказывались те, кто получал участок в Лесных и заболоченных местностях. Многие переселенцы, растратив в борьбе с природой и жизненными обстоятельствами все силы и средства, вернулись в родные места, где у них уже не было ни надела, ни дома. В течение 190б-19II гг. возвратилось более полумиллиона человек. Лоток возратившихся особенно возрос с 1910 г.

Обеспокоенный этим, П.А. Столыпин в 1910 г. совершил поездку в Сибирь. Он побывал в предгорьях Алтая, проехал через Кулундинскую степь, посетил переселенческие поселки в Мариинской тайге. С особым интересом осматривал он маслодельные заводы, созданные крестьянскими артелями. Маслоделие в те времена было предметом гордости сибиряков. Экспорт масла из России основывался на сибирском маслоделии. Только в 1907 г. было вывезено 3,6 млн. пудов масла на сумму 47 млн. руб., главным образом из Сибири. Сибирское маслоделие давало России золота вдвое больше, чем вся сибирская золотопромышленность.

Ознакомившись на месте с постановкой переселенческого дела, Столыпин пришел к выводу, что оно находится под слишком жестким бюрократическим контролем. Правительственные чиновники, полагал он, не должны вмешиваться в хозяйственные дела переселенца. Они обязаны лишь в необходимых случаях приходить к немую на помощь. По инициативе Столыпина был начат пересмотр законодательства о
переселениях.

Многие сибирские промышленники жаловались, что часто попадают в безвыходное положение, не имея возможности купить тот участок земли, на котором расположено их предприятие. В Сибири почти не было частной собственности на землю. Она находилась во владении государства или казачьих войск. Во время поездки у Столыпина родился грандиозный по масштабам замысел приватизации сибирских земель. Столыпин говорил, что “главное богатство и мощь государства не в казне и казенном имуществе, а в богатеющем
и крепком населении”.

Сибирь, где не было помещиков, где тон задавал богатый мужик, произвела глубокое впечатление на Столыпина. Он вернулся оттуда со смешанным чувством восхищения и тревог. И сразу же отказался от проекта введения земств в Сибири, решив, что оно будет слишком демократическим. При всей широте своего кругозора он не мог стряхнуть с себя помещика и дворянина.

До начала мировой войны правительство не успело перестроить свою переселенческую политику. Численность переселяющихся по-прежнему снижалась, а возвратившихся росла. Не был осуществлен и проект приватизации сибирских земель.

Переселенческая эпопея 1906-1916 гг., так много давшая Сибири, мало отразилась на положении крестьянства в центральной России. Численность ушедших за Урал составила всего 18% естественного прироста сельского населения за эти годы. С началом промышленного подъема возросла миграция из деревни в город. Но даже вместе эти два фактора (уход в город и переселение) не смогли поглотим естественный прирост. Земельное утеснение в российской деревне продолжало нарастать.


Список литературы.



История России с древних времен до конца 19 века. Под редакцией А.Н.Сахарова

История России с 20 века. Под редакцией В.П.Дмитренко



2