Этнографические группы чувашей

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Самарский государственный архитектурно-строительный университет

















Реферат по дисциплине

Этничность и политика

«Чуваши»





Проверила: Мухаметшина Н.С.

Выполнила: студентка 3 курса

ИЭФ гр. Эг–63 Котлярова А. В.

















Самара 2008


Чуваши делятся в основном на две этнографические группы: верховых (вирьял) и низовых (анатри), говорящих на разных диалектах чувашского языка и отличающихся особенностями материальной и духовной культуры. Вирьялы проживают в северных и северо-западных районах Чувашии, а анатри — южных и юго-восточных. На стыке этих групп находятся средне-низовые чуваши (анат-енчи), близкие по языку к вирьялам, а по одежде — к анатри. Большая часть чувашской диаспоры относится к низовой группе.

Чувашский язык относится к тюркским языкам, но заметно отличается от большинства из них, так как сохранил в себе черты древнетюркского языка и множество лексических параллелей, свидетельствующих об исторических связях предков чувашей с древними монгольскими и тюркскими народами Центральной Азии.

Историки выводят предков чувашей из древнетюркской этнолингвистической общности, формировавшейся в Центральной Азии в III тыс. до н.э., а в более поздний период (рубеж н.э.) - из протоболгарского единства. В первой половине I тыс. н.э. оногуро-болгары и савиры обосновались на Северном Кавказе, где образовали государства Великую Болгарию и Савирское царство. 

После их распада в VII веке часть оолгар и сувары мигрировали на Среднюю Волгу и основали новое государство - Волжскую Булгарию (Х-ХШ века), разгромленную монголо-татарами. Булгарский период сыграл важную роль в формировании этнокультурного облика чувашей: заложил основы контактов с финно-угорским населением края.

Последующая история предков чувашей развивалась в пределах Золотой Орды, Казанского ханства, а с середины XVI века — Русского государства. Формирование единого чувашского этноса шло в XIII-XVI веках на основе консолидации земляческих групп булгарского населения, мигрировавшего в правобережные районы Волги, и ассимилированного финно-угорского населения. В XVI веке чуваши были вовлечены в общероссийский политический процесс. Христианизация, колонизация восточных земель, петровские реформы — все эти явления отечественной истории затронули чувашей непосредственно и привели к существенным изменениям в картине расселения и характере их этнической культуры.

На территории современной Самарской области чуваши появились во второй четверти XVII веке на Самарской Луке (Ставропольский район). В маленьких, затерянных в укромных местах за лесами и буераками селениях восточной части Самарской Луки - Шелехметь, Борковка, Торновое, Чуракаевка - в конце 30-х-начале 40-х годов вместе с чувашами проживали и мордва — всего около 900 человек. На западе региона первые чувашские селения упоминаются во владениях Савво-Сторожевского монастыря в деревнях Старый Теплый Стан и Новый Теплый Стан, а также в новопоселенной деревне «подле Усы реки ниже переволоки» в 1678 году.

Центральная часть Самарской Луки, где расположено большинство чувашских селений, осваивалось во второй половине XVII века. В этот период здесь возникло около десятка чувашских и мордовских селений: Брусяны, Березовый Солонец, Ширяевские Вершины, Кармалы, Севрю-каево и другие. По ревизским сказкам 1719 года на Самарской Луке отмечено 6 чувашских и 3 чувашско-мордовские деревни. Среди вновь поселенных — Чуракаево, Тойбахтино (Туйбахтино), Чувашская Яблонка и Тайдаково.

Во второй половине XVII века служилыми чувашами были основаны селения Байдеряково и Малячкино, находящиеся на территории Шигон-ского района.

С середины XVIII века, перед третьей ревизией населения (1762-1766), часть чувашей выселилась на юг и восток Самарской Луки и за Волгу, где ими были основаны новые деревни Семейкино, Безво-довка (Туйбахтино), Ижбуддинаполяна (Брусяны). Ивановка (впоследствии с. Никольское), Луговая Александровка, Чувашские Липяги (ныне — в Бе-зенчукском и Волжском районах).

Расселение чувашей в Самарском Заволжье (конец XVII — XVI11 века) вылилось в четыре этапа. Для каждого из них может быть определен свой источник миграции. В первой половине XVIII века значительную часть переселенцев составили выходцы из северо-западных и северных районов Чувашии, то есть преимущественно, вирьялы, верховые чуваши. В течение всего столетия большой поток миграции наблюдался из Свияжского, Казанского и Симбирского уездов, то есть из мест проживания низовых чувашей. Эти особенности отразились на формировании культурно-языковых особенностей самарских чувашей.







Начало расселения чувашей в междуречье Черемшана и Кондурчи относится к концу XVII века, хотя в это время здесь еще не существовало постоянных селений из-за крайней нестабильности политической обстановки - почти каждое десятилетие происходили опустошительные нашествия кочевников. К концу XVII - началу XVIII веков здесь существовало несколько десятков мордовских, чувашских и татарских деревень, располагающихся ныне в Кошкинском, Челно-Вершинском и западе Шенталинского района, а также в прилегающих районах Ульяновской области и Республики Татарстан: Вишневая Поляна, Девлезеркино, Сиделькино, Старое Максимкино, Эштебенькино, Большое Ермаково и другие. По переписи 1710 года здесь имелось 15 селений, в которых проживало примерно 1880 человек. Согласно данным первой ревизии 1719-1720 годов численность чувашского населения в Ставропольском уезде, заселенном к тому моменту части Заволжья, составляла около 2600 человек.

Вторая ревизия (1747 года) зафиксировала чувашей на значительно большей территории: в 36 деревнях проживало более 6300 человек. Основная масса переселенцев-чувашей принадлежала к некрещеным. В социальном плане они относились, преимущественно, к бывшим ясачным людям, но в нескольких деревнях вдоль Большого Черемшана - Костюнькино, Артюшкино и др. осели бывшие служилые чуваши. В этот же период продолжался рост «старопоселенных» деревень, расположенных сейчас в Борском районе Самарской области и соседних районах Оренбургской области: Неприк, Геранькино, Алдаркино, Таволжанка и другие. Земли по р. Самаре и ее притокам были в 70-80-х годах относительно свободны, что создавало стимул для вторичной миграции чувашей не только на соседние, но и на более отдаленные земли. Масштабы переселений в этот период были в два раза меньше по сравнению с предыдущим периодом (между II и III ревизиями в Самарское Заволжье мигрировало почти 8,8 тыс. чувашей).

В конце XVIII века практически завершилось освоение земель на указанной территории, значительно ослабла миграция. Такое относительно стабильное состояние сохранилось вплоть до 20-х годов XX века, когда в связи с введением НЭПа происходило выселение части населения на хутора и поселки.

С начала XIX столетия наступил мирный период экономического развития региона. Экстенсивные методы освоения земель уступили место интенсивным способам хозяйствования, при которых экономический успех обеспечивался не за счет переселения на более удобные и плодородные участки, а за счет улучшения форм землепользования.

Общая численность чувашей в регионе к началу XIX века составила около 40 тысяч человек, включая жителей причеремшанских селений, входивших в Чистопольский уезд Казанской губернии. К середине XIX века она увеличилась примерно в 1,3 раза и составила 53 тыс. человек, которые проживали в 108 селениях. В последующие десятилетия численность чувашей по причине их частичного отатаривания росла медленно и достигла к 70-м годам 55 тысяч человек. Некоторый рост показателей наблюдался к концу XIX столетия. По первой переписи 1897 года в Самарской губернии проживало 92 тысячи чувашей, что в 1,7 раза больше по сравнению с серединой века.

В первые десятилетия XX века наблюдался постепенный рост численности чувашей в Самарской губернии, достигший в переписи 1926 года почти 107 тысяч человек. В середине XX века (1959 год) в Самарской (Куйбышевской) области проживало 101,6 тысячи чувашей, в 1950 году — 113,8 тысячи, в 1979 году - 115,8 тысячи, в 1989 году - 117,8 тысячи, в 2002 году — 101,3 тысячи человек.

Исторически чуваши представляли сельское население. В конце XIX века по переписи 1897 года из 91839 чувашей лишь 197 или 0,21% проживали в городах: Самаре (87), Бугульме (65), Бугуруслане (42), Сергиевске (2), Бузулуке (1). В настоящее время (2002 год) чуваши-горожане составляют 37,4% от общего числа представителей данного этноса в Самарской области, что несколько ниже доли городских чувашей в соседних регионах (от 43 до 53%). Наиболее многочисленны группы городского чувашского населения в городах Самаре (более ^тысяч человек) и Тольятти (более 12,5 тысяч человек).



Традиционное хозяйство



Самарское Заволжье по своим природно-климатическим условиям отвечало хозяйственно-культурным потребностям чувашей. Основным занятием их оставалось пашенное земледелие в сочетании с домашним животноводством и промыслами, игравшими незначительную роль. Землепользование чувашских крестьян в Заволжье в XVII — начале XVIII века осуществлялось на основе ясачного права. Земельные наделы по своим размерам и качеству земли превосходили наделы на местах прежнего проживания: почти 19 десятин пашни и 15 десятин на 1 душу мужского пола (д.м.п.) сенокосных угодий против 8 и 4 соответственно в Чувашии. Фактическое земельное содержание ясаков в Заволжье с учетом также размеров «степной десятины» превышало аналогичные показатели в Чувашии в 2-3 раза.

В середине XIX века в связи с демографическими изменениями в регионе (естественным приростом населения и массовой миграцией русских крестьян) экономическое положение чувашей, в частности, обеспеченность землей, несколько ухудшилось: площадь пашни, занимавшей в среднем четверть всех угодий, сократилась в 2-3 раза. Тем не менее, самарские чуваши продолжали пребывать в более благоприятных условиях, чем в Правобережье. Они имели в 3-4 раза больше земли, чем в Казанской и Симбирской губерниях. Немаловажное значение для комплексного хозяйства имели сенокосные угодья, размеры которых различались по уездам и составляли в среднем по 4 десятины на 1 д.м.п.

Плодородные черноземные почвы обеспечивали высокий и относительно стабильный урожай. «Здесь родится столько хлеба, что не только достаточно для продовольствия внутреннего, но и немалое количество отвозится в соседственные губернии, как в Казанскую и Астраханскую, а сверх того променивается хлеб в Оренбурге и Троицке за границу» — писал экономист XIX века Е.Ф. Зябловский. Самарские чуваши еще в XVIII веке отправляли излишки зерна (в основном рожь, пшеницу, овес, полбу, просо) на рынки Ставрополя, Казани и Симбирска. Извозом хлеба занимались местные крестьяне - это было одним из распространенных промыслов в регионе. Чуваши Чистопольского уезда Казанской губернии совершали и дальние поездки в Ирбит, Нижний Новгород, а иногда доезжали до Санкт-Петербурга, Киева и Астрахани. Связь с крупными рынками была сезонной: в основном ездили зимой по санному пути, а на рынки ближайших городов и сел выезжали регулярно по воскресеньям или базарным дням. Наиболее популярными среди чувашей были рынки Бугульмы, Чистополя, Бугуруслана, Сергиевска.

Земледелие велось по пашенной системе при трехпольном севообороте, в Самарском и Бузулукском уездах оно сочеталось с залежной системой, при которой поле после 2-3 лет интенсивного использования оставлялось на 4-10 лет.

Структура почв требовала применения тяжелого плуга «акапусь», аналога сабана. Но большая часть земель в XIX веке обрабатывалась сохой «су-хапусь». Бороновали деревянными боронами.

Весеннюю пашню начинали в середине апреля (по старому стилю), после того, как снег сходил с полей и пашня немного подсыхала. Чуваши стремились закончить сев до языческого праздника «симек», отмечаемого перед Троицей. К этому же сроку было желательно закончить поднятие пара под озимь, потому что после симек наступала пора «синее», с началом которой не разрешалось ни пахать, ни сеять, ни косить, т.е. тревожить землю.

С июля начиналась «жаркая страда» - заготовка сена, жатва. После жатвы ржи и ее обмолота начиналась жатва овса, затем пшеницы, гороха и, в последнюю очередь, гречихи. Жали серпами, а горох и гречиху косили. Сжатый хлеб, предназначенный для озимого посева или на продажу, молотили в поле, а остальной хлеб свозили на гумно и складывали в одонья округлой формы — «капан». Для просушивания снопов строили специальные сооружения — овины, а чаще более простую конусовидную конструкцию из жердей — «шиш». Молотьбу производили цепами «тапач» или с помощью лошадей — «аштарни»: снопы раскладывали по кругу на земле и по ним гоняли лошадь, привязанную в центре круга. Обмолот заканчивали до декабря, и зерно везли на ближайшие рынки и пристани.

Второе место после земледельческих занятий отводилось разведению домашнего скота при стойловом его содержании в зимний период и выгоне на пастбища в весенне-летне-осенний период. В чувашских хозяйствах разводили коров, быков, овец, коз, свиней. Последних разводили только крещеные чуваши, а некрещеные считали свинину «нечистой» пищей. Количество поголовья скота определялось как нуждами хозяйства, так и возможностями для его разведения. Последние во многом зависели от природно-ландшафтных условий. Наиболее благоприятные условия для разведения скота имелись в лесостепях Бугурусланского и Бузулукского уездов, где поголовье овец в хозяйстве достигало 25-30 голов. В середине XIX века в хозяйствах самарских чувашей имелось в среднем по 3-4 лошади, 2-3 головы крупного рогатого скота, 5-6 овец или 1-2 козы. Кроме скота чуваши содержали большое количество домашней птицы — кур, гусей, уток

В значительно меньшей степени были развиты промыслы и другие отрасли хозяйства — огородничество, садоводство, рыболовство, пчеловодство (на ранних этапах - бортничество). Население региона, ориентированное преимущественно на выращивание зерновых культур и картофеля, почти не занималось разведением садов и выращиванием овощей, однако свекла, картофель, морковь, капуста, хмель, огурцы были известны чувашам еще в XVIII веке.

Пчеловодство играло наравне с хлебопашеством и скотоводством важную роль в традиционном комплексе хозяйства самарских чувашей и входило в конце XVIII века в триаду основных занятий. Но в XIX веке оно пришло в упадок из-за сокращения лесов и лугов. Рыболовством занимались жители прибрежных селений Волги и ее притоков. Большая часть улова шла на собственное потребление, и лишь незначительная часть — на продажу на местных рынках. Рыбный промысел не имел среди самарских чувашей такой популярности, как в Казанской и Симбирской губерниях. Более широкое распространение имела охота на зверей и птиц.

Крестьянское хозяйство чувашей носило полунатуральный характер, а связь с рынком была эпизодической. В то же время сохранялась определенная специализация в области ремесла и промыслов. Изготовление орудий труда, хозяйственного инвентаря, домашней утвари требовало специальных знаний и опыта, которыми обладал ограниченный круг лиц. Почти в каждом селении имелись кузнецы, гончары, плотники, бондари, сапожники, однако чуваши неохотно нанимались на такие работы, предпочитая им земледелие. Чаще всего ремеслом занимались русские, татары или чуваши из Казанской губернии. Самарская губерния ежегодно принимала несколько тысяч отходников из губерний Поволжья и Центральной России. Самарские чуваши могли найти работу по уборке урожая или извозу хлеба. На первом месте среди промыслов в губернии были «наем и возделывание казенных и частных земель», на втором — извоз, а также пастушество, пчеловодство, мелкая торговля, плотничный промысел, работа на заводах. Определенный доход чувашские общины получали от содержания мукомольных мельниц и питейных заведений.

В отличие от чувашей Правобережья, вынужденных за недостатком и плохим качеством земли добывать на жизнь различными промыслами и развивать комплексное хозяйство, самарские чуваши все свои усилия направляли на земледельческие занятия и скотоводство. Поэтому в их хозяйстве не был представлен весь спектр экономических связей и отношений, имевшихся в Чувашии. Самарские чуваши были слабее включены в рыночные отношения, а их основным товаром на рынке являлась продукция земледелия и скотоводства.



Крестьянская утварь



В настоящее время роль земледелия в личном хозяйстве самарских чувашей заметно снизилась вследствие того, что производством зерновых культур занимаются коллективные хозяйства и фермеры, а в сфере индивидуального труда остаются только огороды и сады. Большая часть овощей производится для собственного потребления, но в ряде селений население специализируется на выращивании определенных овощей для рынка. Садоводство в Заволжье не получило большого распространения из-за неблагоприятных климатических условий, хотя в ряде районов ягоды и плоды поставляют на рынок. В зависимости от размеров семьи и трудоспособности ее членов в хозяйстве самарских чувашей имеются 1-2 головы крупного рогатого скота, 3-4 овцы, 2-3 свиньи, домашняя птица. В последние годы чуваши активно разводят лошадей для выполнения хозяйственных работ.

Наличие скота и приусадебных участков позволяет семьям полностью обеспечивать себя мясом, молочными продуктами и овощами, что составляет значительный вклад в доход семьи. Пчеловодство и рыболовство по-прежнему играют вспомогательную роль, почти исчезли традиционные промыслы. Часть хозяйственного инвентаря, принадлежности женского ремесла закупаются на рынке, и лишь кузнецы, валяльщики шерсти (в осенне-зимний период), плотники (по заказам) и пастухи (летом) занимаются специализированным промыслом. Из женских ремесел распространены обработка шерсти и вязание из шерстяных ниток носок, варежек и одежды. Ткачество, вязание кружев, вышивка, столь значимые и популярные в недавнем прошлом, вытеснены из современного, быта чувашской семьи за отсутствием спроса на изделия.



Поселения



Основными типами чувашских поселений, встречающихся на территории Самарского Заволжья, являются села и деревни — «ял». Исторически для чувашей были характерны небольшие по размерам деревни, а также починки и выселки, образовавшиеся в результате отпочкования от многодворных поселений. Формирование сел началось в середине XVIII века в связи с массовой христианизацией нерусских народов.

В начальный период расселения в Самарском Заволжье большинство чувашских селений были малодворными и состояли преимущественно из 20-40 дворов. При средней людности двора в 6-7 человек численность населения в них составляла 120-200 человек. К середине XVIII века рост людности происходил в основном в «старопоселенных» деревнях — до 550 человек, а в «новопоселенных» она не превышала 300 человек. Малолюдными были селения, образовавшиеся в результате отпочкования от материнских — менее 50 человек. К концу века размеры чувашских селений редко превышали 100 дворов. Более половины чувашских селений в то время насчитывали от 150 до 350 человек, примерно четверть — до 600.

К середине XIX века в чувашских селениях насчитывалось в среднем 50-70 дворов. Размеры селений различались по уездам: в северных они были в 2-3 раза меньше, чем в восточных. В 70-х годах численность населения в селениях с преобладающим чувашским населением варьировала в основном в пределах от 300 до 600 жителей. В пяти селениях (Девлезеркино, Микушкино, Среднее Аверкино, Старое Ганькино и Пронькино) она превышала 1000 человек.

Преобладающим типом заселения в Самарском Заволжье является долинный. Чувашские селения расположены вдоль рек бассейна Большого Черемшана, Кондурчи, Сока и Кинеля. В северо-восточных районах региона (территория современных Клявлинского, Исаклинского, Похвистневского районов) важную роль играет рельеф местности — склоны холмов Бугульмино-Белебеевской возвышенности, под которыми расположены многочисленные чувашские селения. Холмы надежно защищают селения от суровых северных ветров и южных суховеев. Историческая застройка поселений формировалась с учетом этих же факторов: северная сторона жилого дома остается глухой, и окна выходят на южную сторону.

	Источниками водоснабжения в чувашских селениях издавна служили реки, вдоль которых они расположены, а также ручьи, ключи, озера, искусственные источники — колодцы и водопровод.

	Национальную специфику расселения чувашей в регионе представляла своеобразная кучевая планировка селений, состоявших из родовых гнезд «курмышей». В «курмыше» были объединены до 20 и более домо-хозяйств, представлявших, по замечанию краеведа А. Глинского, «сплошную массу построек: изб, анбаров, конюшен, хлевов, сараев и бань почти четверти народо-населения, сомкнутых одна к другой безо всякого расчета под одну соломенную крышу». Застройка «курмышами» резко отличала чувашские деревни и «концы» в многонациональных селениях от мордовских и русских сел, устроенных по уличному принципу. Кучевая планировка создавала опасность при пожаре.

Изменения в планировке чувашских селений происходили во второй половине XIX века, в результате которых сложилась современная уличная планировка селений при овражно-приречном типе заселения. Центральные и главные улицы имеют двурядную застройку, а параллельные застроены в один ряд. В большинстве селений выделяется административный центр, совпадающий с его историческим центром. Однако в некоторых из них и поныне сохраняется традиция беспорядочного расположения домов при отсутствии четко выраженной линии улицы.



Жилище

чуваш самарский этнокультурный облик

Наиболее раннее описание двора «картиш» и жилой избы «пюрт-сюрт» самарских чувашей дано в работе русского исследователя XVIII века И.И. Лепехина: «Каждый житель имеет особливый дом, который, смотря по достатку крестьянина, или тыном, или забором огорожен. Среди самого двора ставят жилые их избы, которые никакой пристройки не имеют, как то сени или чуланов, но двери прямо отворяются во двор. Заживные между ими имеют при каждой зимней избе и летнюю, которая против зимней ставится и соединяется с ней переходом». Внутреннее убранство избы состояло из глухих нар, располагавшихся около стены напротив входа. Нары служили и кроватью, и ларем для хранения домашних принадлежностей, а также местом содержания молодняка скота в зимний период. Над нарами завешивали полог. Избы топились по-черному, а маленькие волоковые окна затыкались задвижками. Во дворе, кроме жилой избы, имелись постройки для скота и хранения хлеба и сена. Здесь же располагалась парная баня, в которой, по сообщению И.И. Лепехина, они «еженедельно парятся... в несносном жару и в 2 веника».

К концу XIX —началу XX века преобладающим типом жилища среди самарских чувашей стали двухкамерные дома, состоящие из избы и сеней, а в некоторых — еще из клети. У бедняков продолжали бытовать избы с крыльцом, без сеней. В качестве временных жилищ служили шалаши «хюше», полуземлянки «сер пюрт», лачуги, амбары, глинобитные избы

В советское время, особенно в послевоенный период, происходил интенсивный рост камерности домов либо путем сооружения приделов, либо путем строительства домов-крестовиков.

Избы традиционно строились на низкой подклети. Для ее возведения применялись различные строительные материалы: дерево, саман, кирпич, реже — камень. Основным материалом служили бревна различных пород дерева, но чаще хвойных. В технике домостроительства использовались различные приемы: срубная, столбовая, глинобитная кладка. Основной способ рубки бревен «в обло». В начале XX века в связи с удорожанием лесоматериала и обнищанием крестьян в регионе получили распространение саманные и глинобитные дома.

При выборе места для дома соблюдали традиционные обычаи: не разрешалось ставить дом на месте жертвоприношения умершим родственникам «таса выран» или духам местности «хаяр выране». Место, выбранное под дом, освящали — «чук туна». В передний угол окладного венца и под матицу клали монеты, под переводины — монеты, зерна, кусочки ткани. В подполе строящегося дома приносили жертву домовому «херт-сурт», а перед вселением в дом справляли новоселье «сене сюрт».

Жилые дома у самарских чувашей имели различия по конструкции и форме крыши, расположению по отношению к улице. В северных районах они имели двускатные крыши и стояли узкой стороной к улице, а в северо-восточных и восточных — четырехскатная крыша сочеталась с расположением широкой стороной к улице. Традиционно крыши покрывали соломой. В лесистых районах использовали тес, дранку, а в степных — камыш, черепицу. В XX веке в практику вошли железо и шифер. Пол и потолок настилали досками. На улицу прорубали в стене 2-3 косящатых окна (у пятистенков — больше). Вход в дом располагался или с улицы, или со двора.

Стены также обмазывали глиной или белили, что наряду с четырехскатной крышей придавало дому типологическое сходство с южнорусской избой. Наружное оформление такого жилища не было обременено архитектурными деталями — минимально украшались резьбой фронтон и наличники окон. Резной орнамент распространился с начала XX века.

Во внутренней планировке дома на протяжении столетий сохранялись традиционные черты. Печь «камака» располагалась справа или слева от входа, была обращена челом к передней стене и могла иметь вмазаный котел. Такая планировка близка к среднерусскому типу. В пятистенных домах передняя изба отапливалась печью-голландкой. В настоящее время хлебопекарные печи комбинированы с водяным отоплением и подтопкой. По диагонали от печи стоял стол, а в смежном с печью углу, у входа, стояла кровать. В «красном углу» у крещенных чувашей находилась божница. Угол избы перед печью «камака уме» выполнял функцию кухни по традиции печь ставили на деревянное основание, к которому пристраивали неподвижную скамью. В XIX над входом устраивали «полати сентре», вокруг стола, вдоль передней и боковой стены устраивали неподвижные скамьи «сак» рядом мог стоять сундук с вещами, в кухонной части имелся посудный шкаф. В настоящее время мебель домашнего изготовления заменена фабричной. Интерьер жилища в прошлом украшался домоткаными полотенцами, половиками, вязаными скатертями, салфетками, подзорами.

Дощатые или бревенчатые сени «сельник» использовались для хранения продуктов, а также в качестве летнего жилища. Перед входом в сени устраивалось крыльцо, украшенное архитектурными деталями.

Надворные постройки (амбар, клеть, хлев) располагались во дворе либо в виде буквы Г, либо — П. В восточных районах области встречалось свободное расположение построек. Во дворе находился «лась», использовавшийся для приготовления пива или выпечки хлеба. Баня «мунча» по соображениям пожароопасности выносилась за пределы двора и ставилась ближе к источнику воды. Материалом для строительства хозяйственных построек служило дерево, камень, кирпич. Овощи, консервированные и скоропортящиеся продукты хранили в погребе «нюхреп». Двор замыкался либо изгородью из плетня, либо дощатым забором с воротами (с крышей или без нее). Первые носят название русских ворот, вторые — чувашских.

В 60-90-х годах XX века происходили существенные изменения в технике домостроительства: увеличилась камерность (3-5 комнат), дерево частично вытеснено кирпичом, а в некоторых селениях строятся блочные и щитовые дома. Однако дерево преобладает при возведении хозяйственных построек.



Национальный костюм



Национальные традиции наиболее ярко отразились в женском костюме. При изготовлении рубах и других деталей костюма самарские чуваши использовали те же материалы, что и живущие в Чувашии: белый холст «пир», крашенину, пестрядь «улача», кумач, фабричные ткани, шерстяные и шелковые нитки, тесьму, позумент, бисер, кораллы, раковины каури. Рубаха имела туникообразный крой с вставными боковыми клиньями, что наряду с декором сближало ее с рубахами чувашей этнографической группы анат-енчи. Она украшалась вышивкой и нашивками на груди, спине и плечах. С конца XIX века вышивка на рубахах стала постепенно вытесняться нашивками из покупных, преимущественно красного цвета, тканей — сатина, ситца и др.

С конца XIX века в быт самарских чувашей входит пестрядь, и пестрядинные рубахи вытесняют белохолщовые у чувашей, обитавших севернее р. Большой Кинель. Пестрядь получила распространение в районах совместного проживания с татарами. Ее ткали преимущественно из ниток домашнего изготовления, крашенных фабричными красками. Существовали два приема орнаментации домотканины — «в клетку» и «в полоску». Из пестряди «в клетку» шили женские рубахи.

Появление пестряди повлекло за собой изменения в композиционном разрешении декора рубахи: исчезли нашивки вдоль швов, наспинная и нагрудная вышивка, сами нашивки упростились, а в более поздних вариантах (с 30-х годов XX века) заменялись складками. Изменился покрой рубахи: непременной частью его стала оборка, пришитая по подолу и имевшая 2 или 3 яруса. За счет оборок рубаха удлинялась. Оборку шили из покупных тканей красного или синего цвета - в тон нашивкам. На пестрядинных рубахах рукава кроились шире проймы и пришивались к основному полотнищу, будучи собраны в плечах. Ношение пестряди первоначально ограничивалось повседневностью, а на праздники, особенно на «мункун» (Пасху) и «симек», полагалось надевать белохолщовые рубахи, а появление в обществе в пестряди считалось грехом. Белые, а впоследствии ситцевые рубахи светлых тонов чуваши продолжают носить в христианские праздники — на Троицу и Петров день.

Религиозная ориентация групп самарских чувашей — христианская, языческая и мусульманская — во многом предопределила судьбу национального костюма. Отатарившиеся чуваши быстро переходили на татарский костюм, а православные постепенно меняли чувашскую рубаху на русскую «юбку с кофтой», вместо «сурпана» повязывали голову домотканым или фабричным платком. Дольше всех национальный костюм сохраняли некрещеные чуваши, у которых он наряду с религией выступал одним из критериев этнической самоидентификации.

Обязательной деталью женского костюма самарских чувашей был передник «черситти» - с грудкой или без нее, сшитый из холста или ткани. Головной убор самарских чувашей — «хушпу» - имел некоторые отличия от аналогичного убора, распространенного в Правобережье. Заволжские хушпу имеют шлемообразную форму и сочетают в декоре серебряные монеты различного достоинства и кораллы, пришитые рядами. Остов связан из грубой шерстяной нити или сшит из холста, верх открыт, а к нему пришита цилиндрическая верхушка. Хушпу имел хвост, украшенный рублевыми монетами и бисером.

Наряду с хушпу у бузулукских чувашей в традиционном костюме был представлен и другой элемент — височная подвеска «пусь йеппи», применявшийся всегда в комплексе с налобной повязкой «масмак». Пусь йеппи представлял собой сетку, сплетенную из разноцветного бисера, которая пришивалась к кумачовой полоске трапециевидной формы. На голове она держалась при помощи двух медных булавок, соединенных медной цепочкой; ими одновременно протыкали сурпан и масмак, закрепляя обе детали на голове.

Значительные различия имеются в размерах и принципе оформления сурпанов (головных полотенец). В причеремшанском ареале бытовали длинные (до 2,8 м) и широкие сурпаны с ткаными из белых и красных ниток концами. По всем параметрам и способу ношения они близки к сурпа-нам низовых чувашей. В междуречье Сока и Кинеля были представлены сурпаны с полихромным оформлением. У бузулукских чувашей они были уже и короче (до 2 м) и отличались от сурпанов северных групп также по стилю орнаментации.

Сурпаны носили в комплексе с хушпу и нагрудным украшением «сурпан сякки», но старые женщины повязывали голову вторым, меньшим по размеру полотенцем — «пусьтутри».

В комплекс женских украшений самарских чувашей входили шейное украшение «май сиххи» или «майя», нагрудное украшение «сурпан сякки», бусы «шарся», ушные украшения «алка», поясные подвески «сара» или «хюре». Майсиххи изготавливались из разноцветных бус, бисера и монет, нанизанных в 2-3 ряда на нити, концы которых были соединены.


Самарские чуваши в XX веке: общественно-политическая жизнь



Самарская губерния была одной из активных арен христианизаторского просветительства во второй половине Х1Х-начале XX века: здесь были открыты школы с преподаванием на чувашском языке, осуществляли перевод литературы на чувашский язык, проводили съезды миссионеров (1899, 1906 годы). В 1917 году в Самаре возникло чувашское общество «Земля и Воля», которое, в частности, ставило задачу распространения в губернии литературы на чувашском языке, что способствовало бы приобщению чувашей к родной культуре.

В 20-е годы в Самаре был образован клуб национальных меньшинств имени товарища Сталина (в 1926-1931 годах он работал по адресу: ул. Л. Толстого, 72), где наряду с семью другими национальными секциями активно работала чувашская секция им. Д. Эльменя. Основными направлениями в деятельности клуба были: организация библиотек, кружков (драматического, политического), соцсоревнований, шефской связи с колхозами, культмассовой и антирелигиозной пропаганды. Здесь ставили спектакли, проводили встречи с писателями и поэтами. Чувашским клубом руководил уроженец села Два Ключа И.Ф. Иванов. При клубе работал чувашский хор из 80 человек, руководителем которого был уроженец села Стюхино Сергей Лучков. Руководителем чувашской секции при Губисполкоме был Смагин А.И.. Несмотря на то, что он был русским, по словам очевидцев, он прекрасно изъяснялся на чувашском.

В это же время в Самаре существовала чувашская военно-политическая школа, курсантами которой были более 100 юношей и девушек из чувашских сел губернии — малограмотные молодые люди, имевшие за плечами 1-2 класса образования и воевавшие на фронтах гражданской войны. После 5-6 месяцев обучения в школе они возвращались в свои части в качестве комиссаров и политруков. Руководителем школы был И.В. Соловьев — идейный вдохновитель и организатор всего чувашского движения в Самаре, уроженец Чувашии, выпускник Симбирской чувашской школы. Курсанты школы выпустили первую газету самарских чувашей «Юлдаш».

25 декабря 1922 года в Самаре была открыта чувашская школа-интернат второй ступени для детей-1 сирот (ныне ул. Ленина, 73). Его выпускники стали известными деятелями чувашской словесности: В.З.Иванов-Паймен, Ф.Е. Афанасьев-Уяр, Стихван Шавлы, Владимир Бараев-Сркке, В. Погильдяков и др. Ученицами этой школы были сестры классика чувашской поэзии К.В. Иванова — Прасковья, Валентина и Евгения. Здесь учились чувашские ребята из сел Среднее Аверкино и Туарма С. В. Захарови И.П. Захаров, впоследствии ставшие известными офтальмологами. Это был Своеобразный центр чувашской культуры, в котором могли собираться и общаться наиболее образованные представители чувашского населения Самары и области. В 1923-1924 годах здесь было особенно многолюдно: собирались студенты ВУЗов, выпускники чувашской школы, курсанты совпартшколы, учителя, красноармейцы и рабочие.

В 30-е годы Самара стала центром Средневолжского края, в котором насчитывалось до 300 тысяч чувашского населения. Одно время обсуждался вопрос о создании в Бугурусланском уезде чувашского автономного округа с центром в с. Большое Микушкино, где чувашское население составляло 60%.

Деятельность всех этих учреждений и организаций находилась под идеологическим давлением ВКП(б), и все же 20-30 годы XX века можно считать первым этапом в этнокультурном движении чувашей Самарской области.

С ужесточением тоталитарной системы был взят курс на нивелирование вопросов национальной политики. Защита интересов этнических (национальных) меньшинств стала трактоваться как уклон в национализм; с практикой поддержки организаций нацменов было покончено. В середине 30-х годов был репрессирован В.З. Паймен. В 1938 году закрыта газета «Колхозник», к этому времени не стало в Самаре и чувашской школы.

Великая Отечественная война 1941-1945 годов породила патриотический подъем у всех народов России. Чуваши на полях Великой Отечественной проявили себя как стойкие бойцы и патриоты своей Родины. Двое из них стали Героями Советского Союза — Ф.Н. Ижедеров и Г.Д. Дюдюкин.

Фактически до хрущевской оттепели тема национальной культуры была под запретом, поскольку считалось, что с развитием социализма формируется новая многонациональная общность — советский народ.

Прошло несколько десятилетий, и на волне перестройки возродилось этнокультурное движение самарских чувашей. 15 мая 1992 года в селе Салейкино Шенталинского района было создано Самарское областное чувашское культурное общество «Пехиль». Впоследствии, с переводом общества в областной центр, деятельность его приобрела более масштабный характер. Первые мероприятия во Дворце спорта авиационного завода, загородном парке культуры и отдыха им. М. Горького, первые теле- и радиопередачи на чувашском языке сыграли свою роль в пробуждении национального самосознания чувашей Самарской области.

В настоящее время в Самарской области работают семь чувашских общественных объединений: Самарское областное чувашское культурное общество «Пехиль» (первый руководитель А.А. Кудряшов, с 1995 года - В.Д. Калмыков), Самарское городское отделение СОЧКО «Пехиль» (руководители П.В. Абрамов, в настоящее время — Л.А. Долгова), Самарское областное чувашское культурно-просветительское общество «Хастар» (руководители Е. Ягафова, В. Глухова, Н. Осипова), Тольяттинское городское чувашское культурно-просветительское общество «Шанчак» (руководитель А.П. Глухов), Тольяттинское некоммерческое партнерство культурный центр «Наследие» (руководитель Н.Н. Измайлова), Региональная общественная организация «Улах» (Челно-Вер-шинский район Самарской области, руководитель Н.М. Головин) и Чувашское культурно-просветительское общество «Малалла» (Кошкинский район, руководитель А.Д. Моисеев).

Благодаря усилиям этих общественных объединений при организационной и финансовой поддержке Администрации области сегодня стали традиционными ежегодные праздники «Акатуй», областной фестиваль чувашской культуры, фестиваль «Играй, гармонь» и многие другие массовые мероприятия.

У чувашей Самарской области хорошо сохранился традиционный этнографический пласт культуры. Почти в каждом селе есть фольклорные коллективы, многие из которых принимают участие в областных праздниках чувашской культуры и представляют народную культуру на Всероссийском уровне.

Так, далеко за пределами области известен чувашский народный ансамбль «Улах» (село Туарма Шенталинского района), который в 1992 году став участником акции ООН «Шелковый путь», с огромным успехом выступал в концертных залах Швеции, Германии, Франции, Бельгии и Голландии. Руководитель коллектива заслуженный деятель культуры РФ Е.И. Артюкова-Шепталова много делает для пропаганды чувашской народной культуры.

Около 30 лет в селе Стюхино Похвистневско-го района существует единственный в области народный чувашский театр «Стюхаль». Бессменным его режиссером является заслуженный деятель культуры РФ Н.Е. Ижмурков. За эти годы силами самодеятельного театра было поставлено более 45 пьес различных жанров. Театр является лауреатом многих региональных фестивалей самодеятельного творчества, хорошо известен в чувашских селах области.

Большой вклад в сохранение и развитие чувашской музыкальной культуры вносят: заслуженный работник культуры РФ В. Трофимов (ансамбль «Самар ен», г. Самара), заслуженный работник культуры Чувашской Республики Н.Н. Измайлова (ансамбль «Теллей», г. Тольятти), заслуженный работник культуры Чувашской Республики Н.В. Анчиков (руководитель чувашского общества Шенталинского района), заслуженный работник культуры Чувашской Республики Н.С. Карлин (ансамбль «Асамат», Сергиевский район).

С каждым годом растет мастерство самодеятельных артистов из фольклорных' ансамблей «Сёлкусь» (село Большое Микушкино Исаклинс-кого района, руководитель Н. Савельева), «Тере-гель» (село Рысайкино Похвистневского района), «Уяв» (с. Ново-Эштибенькино Челно-Вершинского района) и др.

В последнее время радуют успехами детские фольклорные коллективы: «Селкус» (с. Четырла Шенталинского района), «Шанкарав» (с. Резяп-кино Клявлинского района), «Путене» (с. Карма-ло-Аделяклово Сергиевского района), Самарская земля является родиной многих замечательных людей, внесших большой вклад в развитие культуры чувашского народа. Среди них — режиссер, заслуженный деятель культуры РФ Л. Родионов, писатели В. Погильдяков, В. Самойлов и Ф. Уяр, поэт В. Энтип, солистка театра оперы и балета Чувашской Республики Т. Смирнова и многие другие.

Духовной родиной стала самарская земля и для великого просветителя чувашского народа И.Я. Яковлева. С мая 1864 по ноябрь 1865 года молодой И. Яковлев работал землемером в Сызранской удельной конторе, объездил многие села и деревни Самарской губернии. В селе Винновка он впервые задумался о том, что только развитие письменности и образование народа, литература на родном языке смогут сохранить народ как таковой. Впоследствии именно И.Я. Яковлев, будучи директором Симбирской чувашской школы, открывал в деревнях Самарской губернии школы. При его содействии в 1871 году в с. Девлезеркино было открыто инородческое 2-классное училище Министерства народного просвещения. В 1879 году в с. Туарма Бугульминского уезда была учреждена церковноприходская школа.

Сегодня в Самарской области 67 чувашских образовательных учреждения (62 общеобразовательных и 5 воскресных школ). На ниве чувашского просвещения лучшими считались Салейкинс-кая средняя школа (долгие годы директором здесь работал заслуженный учитель Чувашской Республики И.В. Воронцов), Четырлинская средняя школа (директором был заслуженный учитель Чувашской Республики Г.Н. Сидоров). Интересен опыт Севрюкаевской средней школы Ставропольского района (директор А.В. Федоров), ставшей лауреатом международного движения «Красивая школа» и Всероссийского конкурса «Школа года».

В 1921 году учениками самарской чувашской школы был издан первый номер рукописной газеты «Юлдаш» - орган Чувашского политотдела Самарского губернского отдела по делам национальностей и Чувашской секции губкома РКП (б) Самары.

В 20-30-е годы выходили газеты «Чухансен сасси» («Голос бедности» - орган чувашского политотдела 5-й армии Восточного фронта, г. Сызрань), «Чала ударнике» («Челнинский ударник» - орган политотдела Челнинской МТС, станция Челна), «Хастар» и «Самрак ударник» (орган РК ВКП(б) и райисполкома Сталинского, а затем Похвистнев-ского района). Наряду с союзными и районными новостями они печатали рассказы и стихи местных авторов. В Самаре были изданы два литературных альманаха «Лед тронулся» и «Средняя Волга». На страницах этих изданий пробовали свои силы молодые литераторы, студенты пединститута, сельские корреспонденты.

В 30-е годы в Самаре с разной периодичностью стала выходить на чувашском языке газета «Колхозник». Одним из первых редакторов был известный писатель Дмитрий Исаев (Авраль). В разные годы в издании газеты и книг на чувашском языке принимали участие известные литераторы И. Тукташ, Н. Янгас, В. Паймен, И. Викторов, И. Кузнецов (Сенек). Здесь же пробовали перо молодые литераторы, студенты пединститута — Степан Шумков (Стихван Шавлы) и Владимир Бараев (Сркке). В Куйбышевском краеведческом музее работал научным сотрудником чувашский поэт А. Петтоки. В.З. Иванов-Паймен некоторое время возглавлял Средневолжскую писательскую организацию. В гостях у самарского «Колхозника» бывали известные поэты и писатели П.П. Хузангай, М. Уйап, А. Алга, Н. Мранька, В. Митта.

С мая 1995 в Самарской области выходит в свет областная чувашская газета «Самарен» («Самарский край»), (редакторы В.Л. Григорьева (1995-2000 годы) и Н.В. Давыдов). Газета издается при поддержке органов власти в соответствии с Областной целевой программой «Разные, но не чужие — мир через культуру».

С 1992 по 2002 год на волнах многонациональной радиостанции «Радио-7 из Самары» выходила в эфир передача на чувашском языке: звучали чувашские песни, музыкальные поздравления (редакторы Н. Осипова, с 1998 года — Л. Архипова).

В 90-е годы XX века популярностью у зрителей пользовалась телепередача ГТРК «Самара» «Мы — россияне», режиссером которой была М.Ф. Дмитриева. Здесь прошли первые телепередачи на чувашском языке об истории, обрядах, литературе и искусстве самарских чувашей. Сегодня сюжеты об одной из древних культур Поволжья можно посмотреть в передачах ГТРК «Самара» «Вести-со-дружество» (редактор О. Христенко).

В начале третьего тысячелетия областные чувашские праздники, гастроли чувашских артистов и театров из Чувашской Республики в Самаре, Тольятти и селах области стали рбычным явлением в культурной жизни региона,. Количественный и качественный рост чувашских коллективов, крепнущие связи с Республикой Чувашия, стремление знать язык и культуру своего народа, деятельность чувашских общественных организаций — эти позитивные факты являются свидетельством роста этнического самосознания у чувашей Самарской области на фоне интеграционных процессов в обществе.


САМАРСКОЕ ОБЛАСТНОЕ ЧУВАШСКОЕ КУЛЬТУРНОЕ ОБЩЕСТВО «ПЕХИЛЬ»



Образовано в 1991 году, имеет отделения в городах и сельских районах области. Является инициатором создания городского ансамбля «Самар ен», областной газеты с таким же названием, чувашских воскресных школ в г. Самаре (школа №62, №141, №146). Основные мероприятия: областные праздники «Сурах ури», «Акатуй» (праздник «Плуга и сохи»), «Уяв»; ежегодные областные смотры-конкурсы: самодеятельных эстрадных коллективов, самодеятельных драматических коллективов, «Играй, гармонь», детский фольклорный конкурс и спартакиада. Победители становятся участниками Все чувашских культурных и спортивных мероприятий, посвященных Дню Государственности Чувашской Республики (г. Чебоксары). Ежегодно проводится областная олимпиада по родному языку и литературе, посвященная Дню рождения классика чувашской литературы Михаила Сеспеля (Кузьмина Михаила Кузьмича).



САМАРСКОЕ ОБЛАСТНОЕ ЧУВАШСКОЕ КУЛЬТУРНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО «ХАСТАР»



Существует с 1998 года. Основные мероприятия: областной праздник «День чувашской культуры», организация выставок работ художницы В. Черновой в Самаре и Чебоксарах, выставки фотохудожника Г. Иванова-Оркова в Самаре, проведение фольклорного праздника «Девичье пиво», выпуск газеты «Хастар», издание книги Е.А. Ягафовой «Самарские чуваши», проведение этнографических экспедиций по чувашским селениям Самарской области (1998— 1999 годы), работа в воскресной чувашской школе, участие в организации ежегодного праздника «Акатуй» и областного фольклорного фестиваля. В 2001 году в рамках проведения «Дней чувашской культуры» состоялось открытие памятной доски на доме по адресу Самарская, 203, где жил известный чувашский писатель В.З. Иванов-Паймен, в 2005 году — памятной доски поэта А.Т. Петтоки на здании Самарского педагогического университета (ул. Л. Толстого, 47).



ТОЛЬЯТТИНСКОЕ НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО КУЛЬТУРНЫЙ ЦЕНТР «НАСЛЕДИЕ»



Создано в 2000 году. Основные мероприятия: праздники «Са-варни» (Масленица), «Уяв» (Хоровод), «Манкун» (Великий день), «Серен» (весенний праздник). При организации работает чувашский фольклорный образцовый семейный ансамбль «Телей» («Счастье») — взрослая и детская группы. Ансамбль участвовал в работе Международного фестиваля тюркских народов в Турции (г. Анкара), Международной конференции «Юнеско» в г. Набережные Челны, Всероссийском фестивале «Золотая амфора» в Греции (г. Парос). Имеет многочисленные награды.