Восточная политика Германии в первой мировой войне

Восточная политика Германии в первой мировой войне

Поводом для начала Первой мировой войны стало убийство эрцгерцога Франца Фердинанда 28 июня 1914 г. в Сараеве, столице Боснии и Герцеговины. Австро-Венгрия решила использовать это убийство для развязывания военных действий против Сербии.

При разработке плана войны германский генеральный штаб исходил из необходимости избежать одновременного ведения ее на двух фронтах — против России и против Франции. При этом основным вопросом стратегии кайзеровский генеральный штаб считал правильный выбор направления первого и решающего удара — по Франции или по России. Вести наступление одновременно на двух фронтах Германия не могла, поскольку эти противники вместе превосходили по силе Германию.

В 1915 году, перспектива затяжной войны повышала значение ближневосточного театра, где располагались ценные источники сырья и обширные рынки сбыта. Империалистические державы усилили борьбу за обладание этим районом. Военные действия приобретали все более широкий размах. Они велись на Кавказском, Месопотамском, Сирийско-Палестинском фронтах. Наиболее активный характер операции носили на Кавказском фронте. 

Боевые действия на данном фронте были направлены непосредственно против одной из главных держав Антанты, которая сковывала на Восточном фронте в Европе с начала войны 30%, а в последующем до 50% всех вооруженных сил центральных держав.

Царская Россия вынуждена была выставить против Турции вооруженные силы общей численностью около 200 тыс. человек, что исключало возможность использования этих сил для наращивания наступательной мощи русской армии на Западном фронте в стратегически выгодные периоды.

В случае успеха спланированного немцами турецкого наступления на Закавказье Россия лишалась важнейшего пути, связывающего ее через Персию с союзниками. Закрытие проливов, блокада коммуникаций оказались бы серьезным ударом по странам Антанты.

Хотя Турция и располагала значительными людскими и экономическими ресурсами, однако в военном отношении страна была крайне слабо подготовлена и сколько-нибудь существенно поколебать соотношение сил воюющих группировок, естественно, не могла. Тем не менее вступление Турции в войну на стороне Центральных держав в период их неудач на западных фронтах сыграло роль важного морального фактора. В Германии и Австро-Венгрии этому фактору придавалось особое значение; там были уверены в существовании всеобщей мусульманской солидарности с Османской империей, в том числе и среди народов России.

Первые бои на Кавказском фронте совпали по времени с Лодзинским наступлением немцев на русско-германском фронте. Потерпев неудачу на западных фронтах, германское командование решило перенести центр тяжести войны на восточный театр военных действий. Надо было предотвратить вступление русских войск в Германию, спасти от разгрома основного союзника Германии — Австро-Венгрию. Для того чтобы нe дать возможности русским использовать Кавказскую армию на западе, немцы торопили турок вступить в войну, а затем ускорить наступление на Закавказье.

Однако у турок и их немецких советников сил хватило в первые недели войны только на Кеприкейскую операцию и на прорыв отряда Штанке, которые, разумеется, не могли серьезно повлиять на события европейского театра военных действий. Поэтому немцы, естественно, были недовольны итогами первых боев на Кавказском фронте. Когда после Кеприкейской операции командующий 3-й турецкой армией Хасан Изет-паша потребовал передышки для отдыха и пополнения армии, то по подсказке Лимана фон Сандерса он был отстранен от занимаемой должности. Во главе 3-й армии встал сам военный министр Энвер-паша, а в качестве начальника штаба к нему был прикомандирован немецкий генерал Бронзарт фон Шелендорф. Все важнейшие отделы штаба возглавили также немецкие офицеры, целые расчеты батарей были укомплектованы немецкими артиллеристами. Почти месяц турки и их немецкие инструкторы готовились к наступлению. На ряде участков фронта за счет резервов было достигнуто численное превосходство над русскими частями. Отряд Штанке был увеличен почти вдвое.

22 декабря турецкая армия перешла в наступление по всему фронту. В завязавшихся боях русская Кавказская армия, умело используя горный ландшафт, успешно отражала атаки турок. Но последние, создав численное превосходство на узком участке Олтинского и Сарыкамышского направлений, сумели все же потеснить русские части. 

25 декабря турки заняли ряд укрепленных пунктов, прикрывавших правый фланг Сарыкамышской группы русских войск. Линия фронта подошла непосредственно к Сарыкамышу. В этот же день отряд Штанке занял г. Ардаган.

Положение русской армии становилось критическим. Казалось, что разработанный Шелендорфом и его штабом план окружения и разгрома Кавказской армии и захвата Закавказья был близок к осуществлению.

Однако Кавказский фронт не дрогнул. Русская армия выдержала натиск противника.Упорное сопротивление оборонявшихся частей русской армии позволило командованию осуществить перегруппировку сил, подтянуть подкрепления и направить их на те участки фронта, где складывались критические ситуации.

На помощь частям генерала Геника, ведшего тяжелые бои с отрядом Штанке, из Ахалцихе подоспела сибирская казачья бригада генерала Калитина.

В подкрепление войскам, оборонявшимся на Олтинском направлении от превосходящих сил противника, из-под Карса двинулась 3-я кавказская стрелковая бригада под командованием генерала Габаева.

В самый трудный для защитников Сарыкамыша час прибыли части генерала Баратова. 29 декабря эти части совместно с частями генерала Крыжановского под общим командованием последнего нанесли туркам под Сарыкамышем внезапный удар. Смелые и решительные действия русских войск вызвали смятение в рядах неприятеля. 1 января 1915 г. один из отрядов русских войск, прорвавшись в тыл противника, занял перевал Бардус, имевший важное значение для развертывания дальнейших наступательных действий. Это ухудшило положение турок.

4 января русские войска перешли в решительное наступление в районе Сарыкамыша. Турки дрогнули. Началось их поспешное отступление, сопровождавшееся огромными потерями личного состава и военного снаряжения.

В районе Ардагана Сибирская казачья бригада наголову разбила отряд Штанке. Турки потеряли несколько тысяч человек убитыми, ранеными и пленными. Почти все боеприпасы и снаряжение отряда были захвачены. Остатки отряда двинулись в сторону Олты, но в пути были настигнуты и окончательно разгромлены. Сам Штанке в сопровождении нескольких сот человек успел бежать в сторону Хопа.

5 января русскими войсками было полностью восстановлено положение, которое они занимали до наступления турок.

В этих боях, известных под названием Сарыкамышской операции, туркам был нанесен сокрушительный удар. Турецкая 3-я армия потеряла две трети своего состава. Энвер-паша и генерал Бронзарт фон Шелендорф, оставив войска, бежали в Константинополь.

Перенося боевые действия в основном на турецкую территорию, русские войска закрепились на занятых позициях.

Сарыкамышская операция, завершившаяся полным провалом немецко-турецких планов, оказала существенное влияние на соотношение сил на Ближневосточном театре военных действий. Турки вынуждены были снять с Месопотамского и Сирийско-Палестинского фронтов войска, чтобы преградить путь русским на Востоке.

В 1915 г. протурецкая пропаганда в Персии, Западном Азербайджане и Афганистане, поддержанная немецкой агентурой, достигла широких масштабов. Но дело этим не ограничилось. Неудачи войск стран Антанты на западном театре военных действий при очевидных успехах Центральных держав побудили сторонников Центральных держав перейти к активным действиям.

Шахское правительство под давлением прогермански и протурецки настроенных политических деятелей приняло решение потребовать от России вывода войск из северных областей Персии.

Одновременно немецко-турецкой агентуре, проникшей в командование персидской жандармерии, удалось склонить ее к вооруженному выступлению против русских сил. Наряду с этим в Персии сосредоточилось большое число бежавших из восточных районов России австро-германских военнопленных. Они становились ядром вооруженных отрядов, формировавшихся из местного населения для выступления против русских войск. Оружие для этих отрядов доставлялось из Афганистана. Общее число вооруженных лиц вместе с шахской жандармерией составляло несколько десятков тысяч человек.

Для того чтобы поддержать эти силы ударом против Кавказской армии, турки в районе озер Ван и Урмия сосредоточили крупные воинские соединения. Однако русским войскам упреждающими ударами, нанесенными в течение июля — августа, удалось измотать, а затем и окончательно разгромить группировку турок в Алашкертской долине.

Ликвидировав таким образом опасность вторжения турок в Персию, командование русской Кавказской армии приняло решение направить в Персию специальный экспедиционный корпус с целью уничтожения военных формирований, готовившихся выступить против русских.

В начале ноября такой корпус был уже сформирован и во главе с генералом Баратовым 13 числа высадился в порту Энзели. 20 ноября, с марша заняв Казвин, части экспедиционного корпуса развили наступление в направлении Тегерана, Кума и Хамадана.

С подходом русских войск к подступам Тегерана в городе началась паника. Жандармские части, готовые было выступить против русских, разбежались. Персидскую столицу спешно покидала немецкая агентура из числа влиятельных лиц в окружении шаха. Правительство поспешило заявить о своей лояльности к странам Антанты. Русские войска заняли города Севе и Кум. В боях с 3 по 16 декабря были частью рассеяны, частью разгромлены все воинские формирования, состоявшие из бывших австро-германских военнопленных. Экспедиционный корпус занял Аве и Хамадан.

Таким образом, прочность тыла левого фланга Кавказского фронта была обеспечена, опасность наступления неприятеля на Тифлис и Баку со стороны Персии ликвидирована.

Русские войска получили возможность войти в контакт с английскими войсками, ведшими тяжелые бои в Месопотамии. Однако англичане не захотели в полной мере использовать открывшиеся в этой связи оперативно-стратегические возможности.

Восстановление положения в Персии позволило командованию русской армии высвободить значительные силы, прикрывавшие Закавказье с юга, и использовать их на Кавказском фронте. Но значение итогов Алашкертской и Хамаданской операций не ограничивалось только этим. Весьма существенное значение имело то обстоятельство, что в результате указанных операций долголетние усилия турецких захватчиков и их вдохновителей — германских экспансионистов — использовать мусульман Среднего Востока в борьбе против России оказались сведенными на нет. Авантюристический план пантюркистов провалился.

Наряду с этим в результате Алашкертской и Хамаданской операций впервые блок Центральных держав оказался в своего рода кольце, которое в перспективе могло сомкнуться. Этот факт был предвестником серьезного ухудшения положения германского блока.

Военно-политическая обстановка, сложившаяся на рубеже 1917 — 1918 гг., побуждала как страны Антанты, так и Центральные державы к скорейшему окончанию войны. Первый генерал-квартирмейстер германского генерального штаба Э. Людендорф писал в конце февраля 1918 г. в одной из докладных записок: «У нас нет выбора между миром и войной, пока мы нуждаемся в экономически сильном и обеспеченном отечестве. Но... мы впервые после вторжения во Францию стоим перед необходимостью выбора между наступлением и обороной». Автора записки беспокоил вопрос: сможет ли германское верховное командование «использовать выгоды создавшегося положения для нанесения большого удара на Западе или же должно будет, не предпринимая этой попытки, ограничиться планомерной обороной и организацией отвлекающих ударов где-нибудь в Италии или в Македонии»

Германские стратеги оценивали сложившуюся ситуацию как благоприятную для перехода к решительным действиям с целью в короткий срок сокрушить армии Антанты и победоносно закончить войну. Германии после выхода из войны России, противостоял только один главный фронт — Западный.

Несмотря на неоднократные заявления о необходимости сосредоточить все силы и средства для нанесения решающего удара на Западе, продолжало в начале 1918 г. держать на Восточном фронте свыше 50 пехотных и кавалерийских дивизий.

Возможно, что, сосредоточив все силы и средства на западноевропейском театре военных действий, германское командование могло бы рассчитывать на определенный успех запланированного наступления и заключение мира на приемлемых для себя условиях. Но для этого надо было отказаться от каких бы то ни было захватнических притязаний на Востоке. Такое решение противоречило агрессивной природе германского милитаризма. Планируя решительное наступление во Франции и Бельгии и не отказываясь одновременно от продолжения завоеваний на Востоке, военное руководство кайзеровской Германии во главе с Гинденбургом и Людендорфом вело страну и армию не к победе, а к поражению и национальной катастрофе.

Список литературы

При написании данной работы были использованы материалы сайта http://www.helpeducation.ru/

Работа предоставлена пользователем Student.km.ru.