Образ княжны Марьи в романе Толстого "Война и мир"

ОБРАЗ КНЯЖНЫ МАРЬИ



В романе “Война и мир” Толстой рисует мастерски и убедительно несколько типов женских характеров и судеб. Порывистая и романтичная Наташа становится в эпилоге романа “плодовитой самкой”, средоточием материнских жизненных энергий. Красивая, развращенная и экзотически глупая княгиня Элен Курагина, воплотившая в себе все достоинства и недостатки столичного общества, княгиня Друбецкая — мать-наседка, юная “маленькая княгиня”, Лиза Волконская, — нежный и скорбный ангел повествования, и, наконец, княжна Марья, сестра князя Андрея.

Княжна безвыездно проживает в имении Лысые Горы со своим отцом, сиятельным екатерининским вельможей, сосланным при Павле и с тех пор никуда не выезжающим. Ее батюшка, Николай Андреевич, — человек не из приятных: часто брюзглив и груб, ругает княжну дурой, тетрадки швыряет и в довершение всего педант.

А вот портрет княжны: “Зеркало отразило некрасивое слабое тело и худое лицо”. И далее Толстой словно поражен увиденным: “глаза княжны, большие, глубокие и лучистые (как будто лучи теплого света иногда снопиками выходили из них), были так хороши, что очень часто, несмотря на некрасивость всего лица, глаза эти делались привлекательнее красоты.

Вместе с князем Андреем княжна Марья показана нам в романе как совершенный, абсолютно цельный психологически, физически и нравственно человеческий тип.

Одновременно, как и любая женщина, по мысли Толстого, она живет в постоянном, бессознательном ожидании любви и семейного счастья. То, что глаза — зеркало души, общее место. Но душа княжны действительно прекрасна, добра и нежна. И это ее светом лучатся глаза Марьи.

Княжна Марья умна, романтична и религиозна. Она покорно переносит эксцентрическое поведение отца, его издевки и насмешки, не переставая бесконечно глубоко и сильно любить его. Она любит “маленькую княгиню”, любит своего племянника Николая, любит предавшую ее компаньонку-француженку, любит брата своего Андрея, любит, не умея выказать это, Наташу, любит порочного Анатоля Курагина. Ее любовь такова, что все находящиеся рядом подчиняются ее ритмам и движениям и растворяются в ней.

Толстой наделяет княжну Марью удивительной судьбой. Он реализует для нее любые, самые смелые романтические грезы провинциальной барышни. Она переживает измену и смерть близких, ее спасает из рук врагов бравый гусар Николинька Ростов, ее будущий муж (как тут не вспомнить Козьму Пруткова: “Если хочешь быть красивым — иди в гусары”). Долгое томление взаимной влюбленности и ухаживаний, и в конце — свадьба и счастливая семейная жизнь.

Иногда складывается впечатление, что автор изящно и умно пародирует бесчисленные французские романы, которые были неотъемлемой частью “женского мира” и оказывали значительное влияние на формирование духовного мира русской барышни начала XIX века. Конечно, это не прямая пародия. Толстой слишком велик для этого. Особым литературным приемом он всякий раз выводит княжну Марью за пределы сюжета. Всякий раз здраво и логично она осмысливает любое “романтическое” или близкое к этому сочетание событий. (Вспомним ее реакцию на адюльтер Анатоля Курагина и француженки Бурьен.)

Ее ум позволяет ей стоять обеими ногами на земле. Ее развитая романами мечтательность позволяет ей мыслить некую параллельную, вторую “романтическую” реальность.

Ее религиозность проистекает из ее нравственного чувства, а оно добросердечно и открыто миру.

Несомненно, в этом контексте привлекает внимание ее литературная предшественница. Это, конечно же, Лизонька из “Пиковой дамы” Пушкина. В некоторых случаях рисунок их судеб совпадает  до мелочей. “Лизавета Ивановна была домашней мученицей, — пишет Пушкин, — она разливала чай и получала выговоры за лишний кусок сахара; она вслух читала романы и виновата была во всех ошибках автора”. Как тут не вспомнить жизнь княжны Марьи с ее отцом в Лысых Горах и в Москве!

В образе княжны Марьи гораздо меньше литературной типичности и гораздо больше живой трепетной души и человеческой привлекательности, чем у других женских персонажей романа. В ее судьбе вместе с автором живое участие принимаем и мы, читатели. Во всяком случае, истинное удовольствие доставляет описание ее уютного семейного счастья с ограниченным, но глубоко любимым мужем среди детей, родных и близких.