Русские в Золотой Орде (положение, следствия, борьба)

Министерство Путей Сообщения РФ



Иркутский Институт Инженеров Транспорта









кафедра истории

















Русские в Золотой Орде



















Выполнил: Мещеряков Юрий Владимирович

                               ЭПС-00-2

                                  Проверил (а): Лена Александровна


Завоевание Руси монголами стоило жизни тысячам ее жителей. Многие были угнаны в плен, и следы их затерялись на огромных степных пространствах Нижней Волги, на Северном Кавказе, в Крыму. В Орду вынуждены были ездить русские князья, их послы, высшее духовенство. Позднее сюда стали добираться и русские купцы. Проследить судьбы русских в Золотой Орде в какой-то степени позволяют письменные источники - летописи, записки путешественников и католических миссионеров, дипломатическая переписка, ханские ярлыки, духовные и договорные грамоты русских князей, жития святых. Развернутые в последние 35 лет археологические раскопки дали обширный конкретный материал, характеризующий экономическое и правовое положение, образ жизни, занятия русских, попавших в чуждую этническую, культурную и географическую среду. И если круг письменных источников практически уже не пополняется, то новые археологические материалы появляются почти с каждым полевым сезоном. Прежде всего, это предметы, связанные с православием, - каменные и металлические крестики, иконки, детали церковного убранства. Не менее выразительна древнерусская керамика, резко отличающаяся от ордынской.

При раскопках золотоордынских памятников обнаружены височные кольца, перстни, подвески, имеющие восточнославянское происхождение, сосуды и украшения из стекла, сваренного по русскому рецепту, костяные стили  («писала») - острия, которыми на Руси процарапывали буквы по бересте и воску. Эти вещи свидетельствуют о русском происхождении некоторых жителей ордынских поселений. 


В результате монгольских завоеваний роль рабского труда значительно возросла. Основная масса русских, попадавших в Орду - в результате похода или набега, за долги по уплате дани, - становились рабами. Кого же предпочитали брать в плен завоеватели? Так, Плано Карпини, итальянский монах-францисканец, посланный с грамотой к монголам папой Иннокентием IV в 1245 году, сообщает в своих записках, что при взятии осажденного города «татары спрашивают, кто из них (жителей) ремесленники, и их оставляют, а других, исключая тех, кого захотят иметь рабами, убивают топором». О том же повествуется и в другом месте: «В земле Саррацинов и других, в среде которых они являются как бы господами, они забирают лучших ремесленников и приставляют их ко всем своим делам. Другие же ремесленники платят им дань от своего занятия»'. Об этом же говорит и арабский автор Ибн аль Асир (ХIII век). По его сведениям, сын Чингисхана, обманом взявший среднеазиатский город Мерв, приказал: «...напишите мне список купцов города старшин его и богачей, да напишите мне другой перечень - художников и ремесленников»'. 

Мастера различных специальностей нужны были Орде для строительства городов, здании, украшенных цветными изразцами и резьбой, для изготовления оружия, украшений, керамики - всего того, чем впоследствии была знаменита Золотая Орда. Именно согнанные из разных стран ремесленники и создали ее пеструю и яркую материальную культуру.

Наблюдательный путешественник Плано Карпини выделяет две категории рабов-ремесленников — тех, кто живет в своем жилище со своею семьей и получает какое-то продовольствие от хозяина, и тех, кто не имеет ничего. Интересно, что при раскопках Царевского городища (Новый Сарай — вторая столица Золотой Орды) был открыт район, занятый в конце XIII века в основном маленькими землянками с очагом. Там могли жить со своими семьями зависимые ремесленники. Здесь же раскопана большая и глубокая землянка со стенами, выложенными сырцовым кирпичом. Видимо, это охраняемые общежития рабов. Тесные полуземлянки, лишенные отопительных устройств, с русской керамикой и несколькими крестиками раскопаны на Водянском городище. В одном из жилищ и вокруг него обнаружены остатки железоплавильного ремесла. Интересна найденная на городище каменная литейная форма для отливки круглых подвесок с изображением креста, принадлежавшая, по-видимому, русскому ювелиру. На боковой стороне процарапана тамга — знак собственности, что должно свидетельствовать о зависимости русского мастера от ордынского хозяина мастерской. Несколько русских жилищ времен Золотой Орды исследовано в Болгаре (Татарстан) — здесь также прослеживаются остатки ремесел (железоплавильного, меднолитейного, косторезного).

Отдельные мастера благодаря своему искусству могли достичь довольно высокого положения. Плано Карпини встретил при дворе великого каана Гуюка в Каракоруме (Монголия) русского ювелира Козьму (для этого правителя мастер сделал трон и вырезал печать), а также русского плотника, женатого на француженке, который «умел строить дома, что считается у них выгодным занятием». Несмотря на привилегированное положение пленных ремесленников, труд их был подневольным. Другой монах — минорит Гильом Рубрук, посланный французским королем Людовиком IX с дипломатической миссией к великому каану в Каракорум (1253), в своих записках прямо называет рабом матери каана парижского мастера Вильгельма Буше, взятого в плен в Венгрии и так же, как Козьма, работавшего при дворе. Поэтому слова Л. Н. Гумилева о том, что при хане Мунке «русские мастера ездили в Каракорум на заработки», как видим, источниками не подтверждаются. Недаром русские пленники всячески стремились освободиться и бежать на родину. Под 1259 годом летопись упоминает о русских мастерах, бежавших к Даниилу Галицкому: «...и мастера всякие бежали из татар: седельники, и лучники, и тульники, и кузнецы железу и меди и серебру».

Помимо ремесленников, монголы использовали пленных мужчин, годных к военной службе. Плано Карпини писал, что «люди собираются на войну со всякой земли державы татар». И в другом месте: «И вот что татары требуют от них [покоренных народов], чтобы они шли с ними в войске против всякого человека когда им угодно». О насильственном участии пленных русских в боевых операциях летопись сообщает, например, под 1262 годом; после восстания в нескольких русских городах «была... великая нужа от поганых и угоняли людей и велели с собой воевать».

В первые десятилетия после нашествия монголов пленных воинов использовали с особенной жестокостью. В донесении венгерского францисканца Иоганки епископу Перуджи (1238) читаем: «Годных для битвы воинов и поселян они, вооружившие, посылают против воли в бой впереди себя... если даже они хорошо сражаются и побеждают, благодарность невелика; если погибают в бою, о них нет никакой заботы, но если в бою отступают, то безжалостно умерщвляются татарами». Сходную картину рисует и Плано Карпини: «...и эти пленники будут первыми в строю. Если они плохо сражаются, то будут ими убиты, а если хорошо, то татары удерживают их посулами и льстивыми речами... а после того, как могут быть уверенными на их счет, что они не уйдут, обращают их в злосчастнейших рабов... И, таким образом, вместе с людьми побежденной области они разоряют другую землю».

Вероятно, в XIV веке принудительное привлечение русских воинов сменилось наемничеством. Наемники получали жалованье и свою долю добычи. Л. Н. Гумилев считал, что в XIII веке это были люди, «не ужившиеся с князьями Рюрикова дома и предпочитавшие военную карьеру в войсках, руководимых баскаками. Там им была открыта дорога к богатству и чинам». Излишне радужная эта картина могла относиться ко времени не раньше середины XIV века.

Захваченных в рабство использовали и для домашних работ, здесь особенно ценились русские женщины. Арабский автор, перечисляя богатую добычу, доставшуюся Тимуру, переходит на стихи: «Что я скажу о подобных пери — как будто розы, набитые в русский холст». Родившиеся в Орде дети пленников также становились рабами.

Излишки рабочей силы продавались на рабских рынках Крыма и Кавказа, что приносило большой доход рабовладельцам. Рабов, в том числе и русских, продавали в Египет, государства Западной Европы. С середины XIII века на Черном море развили бурную деятельность итальянские купцы-работорговцы — из Венеции, Пизы, Генуи и Флоренции. Часть рабов оседала в Крыму, остальные переправлялись в Италию и Францию. В нотариальных актах конца XIII века генуэзских колоний Пера и Каффа (совр. Судак) упоминаются рабы-славяне, то есть русские. Характерно, что женщины стоили особенно дорого. По нотариальным актам и другим архивным материалам установлены и цены на рабынь. После русских выше всего ценились черкешенки, татарки стоили дешевле.

В документах французского города Руссильона нередко упоминаются «белые татары» наряду с «желтыми». Имена «белых татар» — Лукия, Марфа, Мария, Катерина — говорят об их русском происхождении.

Положение рабов было исключительно тяжелым. В Венеции оно закреплялось рядом законодательных актов XIII века. Провинившихся могли подвергнуть любым пыткам и казням. Дети рабыни становились рабами, даже если она вступала в брак со свободным. Католика нельзя было обратить в раба, а относительно других христианских конфессий строгих установок не существовало.

При раскопках золотоордынских поселений обнаружено довольно много предметов, связанных с православием. Больше всего личных вещей — наперсных крестов и иконок, изготовленных из камня, меди и ее сплавов. Принадлежали эти предметы бедным и незнатным жителям Руси, попавшим в плен и сохранявшим эти реликвии, как последнюю связь с родиной. Некоторые из металлических вещей представляют собой вторичные отливки; они изготовлены на месте путем оттиска в глине крестика или иконки и заполнения образовавшейся формы металлом.

Однако встречаются и более дорогие, изящно исполненные изделия. Очень редкую для Руси XIV века находку представляет собой половинка бронзового креста-складня с эмалевыми изображениями св. Николая в центре и святых в концах креста. Эмалью выполнена и надпись. Этот крест происходит из золотоордынского слоя города Болгара, где найдено довольно много русских вещей. В оригинальной художественной технике были исполнены две иконки — каменная и янтарная (от них, к сожалению, сохранились только обломки). Каменная, с изображением бородатого святого (надпись не читается), найдена в Болгаре, а янтарная (такие и на Руси встречаются редко), изображающая святых Константина и Елену и крест между ними, обнаружена в Иски-Казани.

Некоторые находки прямо указывают на существование в ордынских городах православных церквей. Такова круглая иконка XIII века из Сарая с изображением Иоанна Предтечи из композиции Иеисуса; она была, по-видимому, вставлена в напрестольный крест. К церковной утвари относятся и кадильница, несколько держателей и цепей от больших лампад, обломки бронзового церковного паникадила в виде дракона.

Один из держателей лампады найден на Водянском городище (ныне Волгоградская обл.). Этот памятник отождествляется с летописным Бездежем (Бельджаменом, по восточным источникам). Согласно летописному рассказу, в 1319 году в Бездеж привезли и поставили во дворе церкви тело убитого в ханской ставке на Северном Кавказе Михаила Тверского. Летописец сообщает, что в Маджаре (золотоордынский город на Северном Кавказе) тело убитого князя поставить в церкви не позволили. Логично предположить, что церкви или часовни были и в Бездеже, и в Маджаре, и, вероятно, во всех городских центрах Золотой Орды, где было русское население.

Поездки в Орду русских князей, естественно, отражались летописями с наибольшей полнотой. Князья «ходили в Орду» в течение двух столетий. С самого установления ига хан Батый вызывал к себе всех русских князей, чтобы они, признав его власть, получили от него ярлык на княжение. В дальнейшем князья отправлялись в Орду при воцарении нового хана; в случае же смерти кого-либо из князей к хану шли наследники. В XIV веке князья возили в Орду «выход» — дань со своего княжества.

По свидетельствам современников, положение русских князей по прибытии в Орду становилось унизительным и опасным. Условия жизни князей и свиты в непривычном кочевом быту были очень тяжелы. «Они посылают также за государями земель, чтобы те явились к ним без промедления, а когда они придут, то не получают никакого должного почета, а считаются наряду с другими презренными личностями. Для некоторых они находят случай, чтобы их убить ...иным же позволяют вернуться, чтобы привлечь других, некоторых они губят также напитком или ядом», — сообщает Плано Карпини. От русских князей, прибывших по вызову Батыя, требовалось исполнить языческие обряды; во время приема князья и послы стояли перед ханом на коленях. Летопись сообщает, что Даниил Галицкий, избавленный от «злого их бешения и кудейства», все же должен был кланяться хану и пить кумыс. Покорностью Даниил сумел завоевать расположение Батыя. «О, злее зла честь татарская!»14 — восклицает по этому поводу летописец. Кумыс вызывал особое отвращение у русских. Рубрук, привыкший к кумысу за время своих странствий по Орде, с удивлением отмечал, что русские, греки и аланы не пьют его и не считают себя христианами, когда выпьют15.

За первые 100 лет ига из-за перенесенных лишений и волнений в Орде умерли, по-видимому, своей смертью, шесть князей. Несколько князей были отпущены больными и умерли по дороге домой, в том числе Александр Ярославич Невский. По крайней мере, 10 князей были убиты в Орде по прямому приказу хана. «Во всех завоеванных странах они без промедления убивают князей и вельмож, которые внушают опасение, что когда-либо могут оказать какое-либо сопротивление», — сообщает венгерский монах Юлиан, побывавший в завоеванных монголами землях в 1237—1238 годах. Это была политика, направленная на уничтожение верхушки русских земель, чтобы сломить и обезглавить возможное сопротивление.

Позднее, во второй половине XIV века, убийства в Орде русских князей также диктовались политическими соображениями. Так, в результате соперничества Москвы и Твери, в котором хан Узбек поддерживал более слабое Московское княжество, погибли несколько тверских князей. Чтобы ослабить соседнее Рязанское княжество, в Орде убили четырех рязанских князей. Вместе с князьями погибали и сопровождавшие их бояре, слуги, иногда и духовники. Порою, ханы годами держали при себе русских князей или их сыновей. Во время каких-либо переворотов («замятни») русские подвергались грабежу. В житии Сергия Радонежского говорится,

что отец Сергия обнищал из-за частых поездок с князем в Орду, где их грабили. Большие средства уходили на подарки ханам, их женам, чиновникам, от которых зависела выдача ярлыка на княжение.

С усилением Московского княжества и ослаблением власти Орды поездки русских князей к ханам становились все более редкими. В 1476 году последний представитель золотоордынской династии Ахмед-хан потребовал личного присутствия Ивана III в Орде. Московский князь послал для переговоров Бестужева: речь шла, видимо, о прекращении выплаты дани.

Князья не только сами ездили в Орду, но и отправляли туда своих послов, которых летопись называет «кили-чеями». Очевидно, что это чиновники княжеской дипломатической службы, которых посылали к хану в особо важных случаях. Возможно, одному из них принадлежало оплечье, состоявшее из 9 серебряных позолоченных медальонов и полых серебряных бус, найденных в Болгаре в составе клада вместе с болгарскими височными кольцами. Подобные оплечья найдены в русских кладах второй половины XII — начала XIII века, их делали главным образом во Владимире. Эти оплечья считаются регалиями, знаками достоинства, возможно, боярского.

Вообще же вещей, которые могли принадлежать князьям или боярам, при раскопках почти не находят (они, безусловно, представляли материальную ценность). Но все же можно назвать сравнительно недавнюю находку в золотоордынском Азаке (Азов) — резную костяную накладку с изображением змеено-гой,   крылатой богини, пьющей из кубка. Несколько накладок такой формы, отличающихся высоким искусством резьбы, найдено в основном в Новгороде. Накладки могли прикрепляться к кожаным сумкам, седлам. Состоятельным людям должны были принадлежать янтарный и каменный образки, упомянутые выше, и серебряные височные кольца.

Золотая Орда оказалась на старом перекрестке торговых путей Восточной Европы. Международная торговля приносила ханам огромную выгоду, поэтому они старались сделать дороги и рынки безопасными для купцов. О постоянных поездках русских купцов в Орду есть ряд свидетельств восточных авторов XIII—XIV веков. В XIV веке об этом говорят и летописи. Прекрасное знакомство с Волжским путем обнаружил в XV веке Афанасий Никитин. Русские поставляли на ордынские рынки для дальнейшей перепродажи (на восток и на запад) меха, льняные ткани. Закупали они соль, шелковые и хлопчатобумажные ткани, пряности, восточную поливную посуду. В Новгороде находят скорлупу грецких орехов, самшитовые гребни, обрывки шелковых тканей. Второй подъем ввоза в Новгород самшита с Кавказа падает на конец XIII—XIV век. Золотоордынскую поливную посуду находят во многих городах Руси.

Итак, мы видим, что отношение ханской администрации к русским людям строилось не на правовых нормах, а на грубой силе. Нашествие нанесло страшный удар по экономике и культуре русских княжеств, по их людским ресурсам. Лишь в XIV веке Русь начала оправляться от удара и собирать силы для борьбы с завоевателями.


Пример отношений

При описании монгольского нашествия на Русь можно воспользоваться «Повестью о разорении Рязани Батыем».

Повесть начинается сообщением о приходе «безбожного царя» Батыя на русскую землю, его остановке на реке Воронеж и татарском посольстве к рязанскому князю с требованием дани. Великий рязанский князь Юрий Ингоревич обратился за помощью к Великому князю владимирскому, а получив отказ, созвал свой собственный совет рязанских князей, которые решили направить к татарам посольство с дарами.

Посольство возглавил сын Великого князя Юрия Фёдор. Хан Батый, узнав о красоте жены Фёдора, потребовал, чтобы князь дал ему познать красоту своей жены. Фёдор с негодованием отверг это предложение и был убит. Узнав о гибели мужа, супруга князя Фёдора Евпраксия бросилась со своим сыном Иваном с высокого храма и разбилась на смерть. Оплакав кончину сына, Великий князь Юрий стал готовиться к отпору врага. Русские войска выступили против Батыя и встретили его у рязанских границ. В разгоревшейся битве пали многие полки Батыевы, а у русских воинов «один бился с тысячью, а два с тьмою». В бою пал Давид Муромский. Князь Юрий вновь обратился за помощью к рязанским храбрецам, и вновь вспыхнул бой, и едва одолели их сильные полки татарские. Многие князья местные и воеводы стойкие, и воинства удальцы и храбрецы, цвет и украшение Рязани, - всё равно «одну чашу смертную испили». Плененного Олега Ингоревича Красного Батый пытался привлечь на свою сторону, и после приказал казнить. Разорив Рязанскую землю, Батый ушёл во Владимир.

В этот момент в Рязань примчался Евпатий Коловрат, бывший во время татаро- монгольского нашествия в Чернигове. Собрав дружину в 1700 человек, он внезапно напал на татар и так «рубил их нещадно», что даже мечи притупились и «брали русские войны татарские мечи и секли их нещадно». Татарам удалось захватить пятерых израненных русских и от них Батый наконец узнал, кто громит его полки. Евпатию удалось победить Христовлура- шурина самого Батыя, но и сам он пал в бою, сражённый из камнемётных орудий.
Список литературы:



		«Родина» №3-4 Полубояринова «Русские в Золотой Орде» 1997 М.

		«Отечественная история» №4. Горский А.А. «Москвенно- Ордынский конфликт … » М. 1998

		«Вопросы истории» №4 1995. Горский А.А. «Москва, Тверь и Орда в 1300- 1339 гг.»

		«Родина» №7 1993. Берсенев А. «Монголы и русские»

		«Берегиня» №5-6 1993. Обухова Л. «Казаки-порубежники»

		Вернадский Г.В. «Монголы и русские» АЕАН Москва: АГРАФ, 1997



1



2