Герой и толпа в лирике Маяковского

Герой и толпа в лирике Маяковского

Лирика Маяковского близка традициям романтической поэзии: в ней воплощается конфликт исключительного человека и толпы. За внешней грубостью лирического героя скрывается ранимое и нежное сердце. Его вызов – от боязни непонимания и одиночества. Герой раннего Маяковского романтичен по своему мироощущению. Он тоскует, видя беззвездное небо:

И, надрываясь

в метелях полуденной пыли,

врывается к богу,

боится, что опоздал,

плачет,

целует ему жилистую руку,

просит –

чтоб обязательно была звезда! –

клянется –

не перенесет эту беззвездную муку!

Это стихотворение – вдохновенная мечта о красоте мира: Послушайте! Ведь если звезды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно?

Это необычное для Маяковского стихотворение, потому что написано оно белым стихом, а Маяковский всегда придавал огромное значение рифме. Все стихотворение – страстная тоска по красоте. Сила чувства, стремительность порыва выражены в восклицательной интонации, в нагнетании глагольных форм.

Но красота нужна не только герою – она нужна людям. Без этого нельзя жить, – нельзя быть счастливым. И вот новый интонационный поворот – герой заботливо спрашивает любимую:

Ведь теперь тебе ничего?

Не страшно?

Да?!

Аллегорический образ «звезды», традиционный в литературе, получает новое звучание. Высокое стремление преодолеть мрачную беспросветность, «беззвездную муку» контрастирует с обыденностью образов: звезды сияют «над крышами», их «зажигают» (как фонари); «кто-то» направляется к богу без всякой торжественности, даже у самого бога «жилистая рука».

В стихотворении «А вы могли бы?» поэт утверждает, что поэзия имеет право преображать будничную действительность.

Я сразу смазал карту будня,

плеснувши краску из стакана.

В этом стихотворении город изображен живописно и музыкально. Образы первого ряда образуют поэтический натюрморт: карта, краски, блюдо студня, чешуя жестяной рыбы. Эти образы можно представить, увидеть. Звуковой ряд образуют флейта, ноктюрн. Под студнем поэт понимает застывшее, холодное, неживое искусство, сквозь которое проступает грандиозный образ бурного океана деятельности. В зрительных образах (чешуя жестяной рыбы напоминает губы, призывающие будущее) поэту чудятся музыкальные мелодии. Поэтому в финале стихотворения водосточные трубы не случайно превращаются во флейту. Настоящий поэт на таком странном инструменте может сыграть даже такие тонкие и сложные пьесы, как ноктюрн. Андрей Платонов так понял это стихотворение: «Всякий человек желает увидеть настоящий океан, желает, чтобы его звали любимые уста, необходимо, чтобы это происходило в действительности». Поэт заменяет отсутствие этого в реальности своим воображением. Стихотворение трагично – оно отражает состояние человека в обществе непонимания. Чем резче разрыв между зовом губ и чешуей вывесочной рыбы, между океаном и студнем, тем страшнее и горше трагическое одиночество лирического героя.

Стихотворение можно толковать по-разному. Но в любом случае оно выражает настроение трагического одиночества поэта, его способность романтически преображать окружающий мир, противопоставлять его устоявшимся обычаям и традициям.