Орден тамплиеров, как субъекта международных отношений XII-XIV веков

Содержание



	Глава 1. Феномен средневекового рыцарского Ордена в контексте средневекового католического общества. Социальная, политическая и духовная обстановка в Средневековье. 

	1.1. Идеология и практические цели Крестовых походов. Причины создания Ордена Храма. 

	1.2 Роль тамплиеров как ведущей боевой единицы крестоносцев

	Глава 2. Трансформация Ордена и его дипломатическо-финансовая деятельность

	2.1 Трансформация ордена

	2.2 Финансовая деятельность Ордена и его стремления к самостоятельным действиям, независимым от светских и духовных феодалов

	2.3 Политическая деятельность тамплиеров. Падение Иерусалима. 

	Глава 3. Гибель Ордена Храма

	3.1 Гибель Иерусалимского королевства под натиском мусульман. Разрушение Ордена. 

	3.2 Стремления Филиппа IV Красивого установить протоабсолютистскую систему правления. Гибель Ордена Храма. Процес тамплиеров как уникальный пример средневекового права. 

	Заключение

	Документальные источники

	Литературные источники

	Энциклопедические и справочные издания

	Приложения




Введение



Данное исследование посвящено проблемам, связанным с Орденом Тамплиеров как субъекта международных отношений в XII-XIV веках

Актуальность темы исследования определяется целым рядом факторов. 

В период XII - XIV веках человечество входит в новую фазу развития международных отношений. Этот этап характеризуется всесторонним расширением и углублением глобальных экономических и политических отношений. 

В средневековой истории найдется немного сюжетов, которые бы привлекали внимание так, как история ордена Тамплиеров, одновременно находясь в забвении у историков, порождая тем самым самые невероятные домыслы. 

Может быть поэтому в популярной литературе появилась пресловутая фраза “Загадка тамплиеров”. Но, вероятно, проникнуть в тайну тамплиеров невозможно без анализа истории ордена начиная с момента его возникновения как братства Бедных рыцарей, призванного охранять паломников на пути к Святым местам, до мощной организации, сконцентрировавшей огромные материальные и военные ресурсы, каким он стал к концу XIII в.

Хронологические рамки исследования охватывают важный отрезок в социальной, экономической, политической истории в XII-XIV веках.

Географические рамки исследования : Европа, Средиземноморье, Северная Африка (Египет, Тунис, Марокко), Ближний Восток.

Методологическая основа. 

Учитывая комплексность исследования, применялись различные подходы исследования.

Сравнительный подход. Возможность проведения исследования позволила провести сравнения процесса адаптации в различных экономических, политических, исторических условиях ордена тамплиеров, а также проследить развитие отдельных сторон процесса, с целью выявления степени влияния ордена тамплиеров на развитие международных отношений. 

Хронологический подход. Предполагает возможность проведения исследования на основании периодизации развития ордена тамплиеров.

Практическая ценность данного исследования состоит в привлечении современного и исторического научного аппарата для поиска 

Источники.

Комплексность проблематики исследования вызвала необходимость обращения к разнообразным типам источников и литературы, разнообразным как по тематике, жанру, так и по степени достоверности. 

При анализе процесса развития деятельности ордена тамплиеров появляются ссылки на статьи из электронных газет и журналов, разнообразная информация, полученная из интернет-сайтов организаций и персональных электронных страниц приверженцев или участников современных орденов тамплиеров.

Для удобства анализа источников автор выделил две группы: 

В первую группу вошли документальные источники.

В исследовании были использованы материалы уставы, мемуарыи т.п.:

Французский Устав Ордена Рыцарей Тамплиеров. 

Первые сведения об ордене Храма дает историк Гийом Тирский между 1169г. (?1175) и 1184г. (?1185) в своей книге "История заморских событий" ("Historia rerum in partibus transmarinis gestarum"). Согласно ему орден был основан в 1118г. Гуго де Пейн и Годфруа де Сент-Омер которые явились ко двору короля Иерусалима Балдуина II и попросили дозволения охранять паломника на пути от Яффы до Иерусалима. Король отдал в их распоряжение южное крыле дворца, близ Храма Господня. Так через десять лет будущий орден получил свое название – орден Храма. Труд написан в период между 1170-1184 гг., содержит XXIII книги и охватывает историю Иерусалимского королевства от 1100 до 1184 г.

В 1128г. св. Бернар написал в честь ордена трактат (грамоту) "Хвала новому рыцарству" ("De laude novae militiae") где призывал рыцарей благородных кровей пополнять ряды ордена Храма.

Судебный процесс 1307-1314 гг. над духовно-рыцарским орденом Иерусалимского храма, верховным покровителем которого являлся папа римский, нашел отражение не только в протоколах инквизиционного трибунала, решениях Вьеннского вселенского собора, но и в многочисленных историях, трактатах и памфлетах. Начиная с XVII века, этот эпизод правления Филиппа IV Красивого привлекает повышенное внимание профессиональных исследователей и писателей-беллетристов. В историографии четко прослеживается эволюция от представлений об Ордене как силе препятствующей созданию единого национального французского государства к пониманию процесса как ужасной трагедии, а тамплиеров – как заложников религиозной и финансовой политики французской монархии. За более чем трехсотлетнюю историю изучения дело тамплиеров обросло различными историческими легендами и даже откровенными фальсификациями. 

Традиционные для освещения этого сюжета источники можно выделить подлинные документы судебного разбирательства: двухтомный сборник «Процесс тамплиеров» под ред. Ж. Мишле (Париж, 1841-1851), двухтомный сборник «Папство и процесс тамплиеров» под ред. Г. Финке (Берлин, 1887), подборка материалов Ж. Лизерана «Досье процесса тамплиеров» (Париж, 1926), третим томом сборника Э. Балюза «Жизнь пап в Авиньоне» (Париж, 1925), где содержатся буллы и письма Климента V, просвещенные процессу тамплиеров. 

Обращение к материалам этих источников позволяет исследователю сделать вывод о том, что суд над тамплиерами – это яркий эпизод, иллюстрирующий методы политической борьбы во Франции начала XIV века. Орден был раздавлен великолепной и жуткой машиной, созданной легистами Филиппа Красивого. Термином «легисты» обозначают персонал административных и судебных учреждений феодальной монархии, получивший юридическое образование и проводивший в жизнь принцип королевского верховенства. Процесс рыцарей Храма – это шедевр от Гийома де Ногаре и Гийома де Плезиана. Эти люди, опираясь на опыт Пьера Флотта и инквизиционного трибунала, использовали весь доступный арсенал средств - организация судебного разбирательства, предъявление шокирующих (частично вымышленных) обвинений, манипулирование общественным мнением (с помощью памфлетов и трибуны Генеральных Штатов), шантаж, подкуп, угроза применения военной силы. 

Вторая группа источников - повествовательные источники, среди них можно выделить:

Руа Ж. Ж. / История рыцарства 2-е изд. — М.: Алетейа, 2001. — 248 с. Через историю и традиции, обычаи и нравы рыцарства автор рисует образ эпохи, полной контрастов: беззаконие, невежество и грубость, с одной стороны, и проявления чистые и благородные, освященные любовью, отвагой и самопожертвованием—с другой. Морисон Сесиль / Крестоносцы. Пер. с франц. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — 176 с. Крестовые походы 11-14 вв. - одна из интереснейших страниц мировой истории. Об их причинах, организации, последствиях для Востока и Запада живо и увлекательно пишет Сесиль Морисон, известный историк-медиевист, деятельность которой тесно связана с Французским национальным центром научных исследований. Эта небольшая, но удивительно яркая, насыщенная фактами книга будет интересна не только специалистам, но и самым широким читательским кругам. 

 Виймар П. / Крестовые походы: миф и реальность священной войны. Пер. Д. А. Журавлевой. — СПб.: Евразия, 2003. — 384 с. Крестовые походы представляют собой одно из самых головокружительных и привлекательных авантюр мировой истории. Уже сами крестоносцы часто удивлялись своим достижениям. Исследователи до сих пор спорят, чем являлись походы европейцев на Восток для человечества еще одной страницей кровавого разгула или благочестивой миссией. Однако зачастую историки сосредотачивали свое внимание исключительно на крестовых походах как таковых, пренебрегая тем, что происходило в это же время в мусульманском мире, который претерпел значительные изменения, как в политической, так и культурной сфере, столкнувшись с неистовой атакой воинов из Западной Европы. Книга Пьера Виймара исправляет этот недостаток, показывая читателю не только самих крестоносцев, но и их противников, с которыми им пришлось жить бок о бок и бороться на протяжении не одного столетия.

Мишо Г. / История крестовых походов. — М.: Алетейа, 2001. — 368 с. Издание иллюстрировано большим количеством гравюр Гюстава Доре. Отпечатано по изданию: Мишо Г. История крестовых походов / Пер. с фр. С.Л. Клячко. — М., СПб.: Издание товарищества М. О. Вольфъ, 1884.

Книга из серии «Живая память» — обращается к временам средневековья, раскрывая одно из интереснейших явлений этой эпохи — крестовые походы. Невиданный прежде энтузиазм паломников и воинов, отправляющихся в неизведанные земли для освобождения Святой земли, — и гибель тысяч людей из-за необдуманных действий вождей похода; подвиги отваги и благородства на полях сражений — и нравственное падение войска, забывшего о своей высокой цели… Написанная очень живо и образно, эта историческая книга читается, как приключенческий роман. 

 Мельвиль М. / История Ордена Тамплиеров. Пер. с фр. Г. Ф. Цыбулько. Науч. редактор М. Ю. Медведев. - СПб: “Евразия”, 2007. - 368с. Книга Марион Мельвиль - одна из немногих, если не единственная в своем роде, пытающаяся воссоздать эту историю объективно. Ее отличает глубина исторических экскурсов, прекрасное знание политической ситуации, событий, условий жизни, обычаев эпохи. Данное издание представляет интерес как для специалистов-историков, так и для широкого круга читателей.

 Доманин А. А. / Крестовые походы. Под сенью креста. — М.: ЗАО Центрполиграф, 2003. — 431 с. Увлекательное повествование о наиболее ярких эпизодах крестовых походов, движения, возникшего тысячу лет назад и длившегося четыре столетия. Подробно рассказано о том, как оно изменило границы мира и его обычаи. Как повлияло на развитие трех цивилизаций — восточно-христианской, западно-христианской и мусульманской. Книга содержит богатейший иллюстративный материал.

 Гекерторн Ч. У. / Тайные общества всех веков и всех стран. — СПб: издательство Е. Н. Ахматовой, 1876. Репринт: Т.(Ташкент): Шарк, 1994. — 384 с. Книга поражает широтой исторического обзора эзотерических учений, мистических и религиозных течений, философских концепций.

 Ришар Ж. / Латино-Иерусалимское королевство. Пер. с франц. Карачинского А. Ю.; Вступительная статья Близнюк С. В. — СПб: Издательская группа «Евразия», 2002. — 448 с. Отпечатано по изданию Jean Richard / Le royaume latin de Jerusalem. Presses Universitaires de France, Paris: 1953. Книга одного из выдающихся историков ХХ века, специализировавшихся на изучении феномена крестовых походов, их причин и последствий. Серьезный академический труд, охватывающий события ХI-XIV веков.

 Андреев А. Р. / История Иерусалима. - М.: Изд-во Эксмо, Изд-во Алгоритм, 2004. - 416 с. Книга содержит интересные материалы по истории города Иерусалима.

 Торик И. / Энциклопедический путеводитель по Израилю. — Иерусалим: Издательский центр “МарТ”, 2001. — 560 с. Наиболее полный и самый подробный справочник исторических мест Святой Земли, изданный когда-либо на русском языке.

Барбер М. Процесс тамплиеров: Алетейя, Энигма; 1998//Оригинал: Malcolm Barber, “The Trial of the Templars”Перевод: Ирина Тогоева. Книга английского ученого М. Барбера посвящена одному из самых скандальных событий европейской истории — знаменитому судебному процессу, который в начале XIV в. французский король Филипп IV и папская инквизиция вели против рыцарского ордена тамплиеров (храмовников) по обвинению в тягчайшей ереси (отрицании Христа, идолопоклонстве, содомии и т. п.). В результате богатейший и могущественнейший орден христианского мира, насчитывавший почти двухсотлетнюю историю, был разгромлен и прекратил свое существование. Прошли сотни лет, но по сей день у ордена есть как горячие сторонники, так и яростные противники. Книга М. Барбера — одно из самых авторитетных исследований в мире и первая публикация па русском языке — восстанавливает реальную картину происшедшего; опираясь па огромный документальный и научный материал, автор раскрывает подоплеку и истинные причины уничтожения ордена.

Цели исследования. Настоящее исследование ставит целью выработку основных направлений в изучении ордена тамплиеров, как субъекта международных отношений XII-XIV веков.

Задачи исследования:

1. Рассмотреть феномен средневекового рыцарского Ордена в контексте средневекового католического общества. 

2. Определить идеологию и практические цели Крестовых походов. 

3. Определить причины создания Ордена Храма, рассмотрев роль тамплиеров как ведущей боевой единицы крестоносцев, трансформацию Ордена и его дипломатическо - финансовую деятельность.

4. Рассмотреть роль тамплиеров в стабилизации отношений между мусульманами и государствами крестоносцев, в отношениях западноевропейских феодалов.

6. Рассмотреть гибель Иерусалимского королевства под натиском мусульман и разрушение Ордена.

Структура работы. 

Работа состоит из введения и трех основных глав, заключения, библиографии и приложений. 

Первая глава построена по хронологическому принципу, во второй и третьей главе дается обзор и анализ значения ордена тамплиеров в международных отношениях в XII-XIV веках.

	
Глава 1. Феномен средневекового рыцарского Ордена в контексте средневекового католического общества. Социальная, политическая и духовная обстановка в Средневековье



1.1. Идеология и практические цели Крестовых походов. Причины создания Ордена Храма



История средних веков охватывает длительный период, насыщенный многообразными событиями. Он ознаменовался возникновением и развитием новых форм экономической и общественно-политической жизни.

В средние века человечество значительно продвинулось вперед в развитии материальной и духовной культуры по сравнению с предшествующими периодами истории. Наряду с проявлениями феодального насилия, невежества и кострами инквизиции, голодовками и опустошительными эпидемиями средневековье оставило в памяти человечества мощные крестьянские восстания и войны против феодалов и церкви, полную драматизма борьбу горожан с феодальными сеньорами, массовые еретические движения, выражавшие социальные чаяния народных масс, первые буржуазные революции, ранние проявления свободомыслия. От этой эпохи дошли до нас замечательные поэтические произведения, в том числе памятники народного творчества, прекрасные образцы архитектуры, живописи, поэзии; к концу ее относятся первые успехи пробуждающейся научной мысли.

 Общим именем крестовых походов обозначают военно-колонизационные предприятия европейцев на Востоке ,падающие на период между 1096 и1270гг.

В крестовых походах принимали участие самые разнообразные общественные классы,и причины,которые заставляли их двигаться на Восток, были, конечно различны.

Большую роль в этом движении играли, во-первых феодалы. Мелкое рыцарство которое шло в эти походы ,стремилось к захвату новых земель и крепостных крестьян. На их родине большая часть земель была уже занята под пашню. Кроме того, вследствии обычая недробить феод между наследниками, поддерживался порядок единонаследия: феод передавался старшему сыну.В итоге младшие сыновья оставались без земли, возникло своего рода избыточное рыцарское население. К этому присоединялся расчет на прямой грабеж сказочных богатств Востока,о которых у рыцарей было преувеличенное представление. Многие рыцари успели запутаться в долгах и поэтому поход на Восток представлялся удобным предлогом для избавления от кредиторов.

Для крупных феодалов –королей, герцогов, графов-захваты на Востоке обещали расширение их владений, усиление их политического влияния, увеличение доходов. Крупные феодалы мечтали о том ,чтобы на богатых землях Востока основать подвластные им государства по образцу своих европейских владений.

Но не одни феодалы стремились на Восток. В этом движении крупную роль играли города, особенно итальянские, -Генуя, Пиза. Венеция. Для них экспедиции на Восток представляли большой торговый интерес. Так как завоевания турок-сельджуков нарушили и ослабили торговые связи с Востоком ,то захват территорий в Передней Азии должен был укрепить роль итальянских городов как посредников в торговле Востока с Западом. Кроме того, Византия была для них постоянным торговым соперником, даже не смотря на то ,что ее торговое влияние к концу 11века заметно ослабло. Торговые города Италии стремились вытеснить этого конкурента и основать свои фактории на восточном побережье Средиземного моря. Все это побуждало итальянские города к участию в крестовых походах,и их роль была значительна ,так как только они могли взять на себя снабжение армии крестоносцев, и организовать их перевозку по морю.

Но начались крестовые походы с массового движения крестьянства. Это было связано с положением крестьян в 11 веке. Основная их масса была закрепощена и подвергалась усиленной эксплуатации. Они шли в крестовые походы ,чтобы спастись от гнета феодалов, они рассчитывали на новые земли ,и свободу ,которой были лишены на родине. Следует учесть еще один момент, способствующий участию широких масс в походах,-это голод и эпидемии,которые были обычным явлением в феодальной Европе. 

За время между 970 и 1040гг.было 48 голдных лет .С 1089г. Почти до самого первого крестового похода идет непрерывная полоса тяжелых, наполненных голодом и эпидемиями лет.

И последние, необходимо отметить главенствующую идеологическую роль церкви в крестовых походах. Церковь и в частности папы в известном смысле их возглавляли и давали им идеологическое обоснование. Крестовые походы были объявлены благочестивым делом. Но за религиозными лозунгами скрывались чисто практические цели. Для папства, крестовые походы были лишь началом реализации плана господства церкви над всем христианским миром и о создании новых христианских владений на Востоке, не следует так же забывать, что крестовые походы способствовали и росту доходов церкви. Церковь производила сборы на крестовые походы. Эти сборы представляли добровольные пожертвования, но зачастую носили характер принудительных налогов. 

Долгий период крестовых походов охватывает два столетия с 1095 г. по 1291 г., продолжаясь и в позднее средневековье, когда значительно возросло народонаселение, расширились сферы экономического влияния, имели место весьма динамичные социальные процессы, росла политическая консолидация, расцветала культура. 

Безусловно, и в XVI в. нередко поговаривали об очередном крестовом походе, однако именно в XII-XIII вв. понятие крестовых походов стало жизненно важным для судеб большинства жителей христианского Запада.

 За этот период западное христианское сообщество испытало по отношению к крестоносцам целую гамму чувств — от экзальтированного восторга по поводу взятия Иерусалима во время Первого крестового похода до горького, все усиливавшегося разочарования, свойственного XIII в., когда столь многие из войн за Гроб Господень закончились поражением. Духовно-рыцарский орден, разместившийся на Храмовой горе, где когда-то стоял храм царя Соломона, изначально возник именно в связи с активной деятельностью крестоносцев и в первые два столетия крестовых походов сформировался и окреп благодаря чрезвычайному воодушевлению, царившему в массах и вызванному первыми успехами крестоносцев, которые и подняли орден на вершину славы, благосостояния и могущества, однако потом сами же народные массы и низринули его с этой вершины, подвергнув унижениям и разгрому, поскольку идеалы первых крестоносцев оказались поруганы и искажены, а новые крестовые походы неизменно оканчивались поражениями.

Военно-монашеские впервые сообщества появляются на территории Иерусалимского королевства, поэтому для понимания причин и предпосылок их возникновения, необходимо рассмотреть роль этого государства для Европы и первые этапы его развития.

Датой возникновения королевства принято считать 14 июля 1099, когда крестоносные войска захватили Иерусалим.

Обет, данный участниками похода, был выполнен, поэтому большая часть войска вернулась в Европу.

Крестовые походы мыслились современниками паломничеством. В жизни католических христиан XI – XII вв. паломничество имело ключевое значение. Многие считали, что благотворная духовная энергия действует концентрированно в местах упокоения святых. Из всех святынь наиболее почитаемым был Гроб Господень; прикосновение к которому было самым действенным средством искупить свои грехи. Паломничество в Иерусалим в наибольшей мере соответствовало пониманию слов Иисуса Христа «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» Людям свойственно было приписывать паломничествам не только исцеление души, но и физических болезней.5 Рассказы вернувшихся паломников о чудесах дальних стран также привлекали и просто любителей путешествий.6 Всеобщее значение паломничества приобрели в связи с эсхатологическими ожиданиями в первой половине XI в.7 Именно тогда ношение оружия с собой8 и групповые паломничества9 становятся распространённым явлением. Начиная с середины XI в. священники используют паломничество в качестве епитимии. «Путь в Иерусалим», как самый долгий для европейских жителей, накладывается в случае наиболее тяжких прегрешений.

Наконец, в проповеди на Клермонском соборе в 1095 г Урбан II благословил войну против неверных, которая по сути своей явилась вооружённым паломничеством.

Описанные основания для совершения паломничества затрагивают все слои населения. Исходя из этого, значение поселений в Леванте13 для католиков связано с движением паломничества. Поэтому и решение всех социально-политических и религиозных вопросов для иерусалимских правителей во многом определяется этим вопросом.14

Получив феоды на завоёванных территориях, крестоносцы пытались использовать социальные нормы, привычные им по европейской жизни, однако сразу натолкнулись на ряд сложностей. Аутремер отличался малым количеством франкского населения, большой удалённостью от католических стран, географическим неудобством защиты и малым войском. Широкомасштабная экспансия начальных лет после Первого Крестового похода возможна была лишь ввиду конфликтов между мусульманскими странами. Король Балдуин I до крестового похода 1104-1105 гг. тщетно ожидал прихода регулярных воинских формирований. Использование местного населения для защиты городов не могло быть решением проблемы, поскольку среди коренных жителей доля исповедующих католический обряд была крайне мала, не говоря уже о том, что среди них было немало мусульман. Для защиты от набегов рекрутировались паломники.

Многие из них разрывали вассальные связи с мирскими сеньорами и отправлялись в «Святую землю» для борьбы с неверными, не желали больше связывать себя вассальными узами с мирской властью, пусть даже в Иерусалиме, и стремились к служению высшему сюзерену – Богу.

Напряжённая внешнеполитическая обстановка на границах государств усложнялась недовольством местного населения, которое составляло абсолютное большинство. Крестьяне, пользуясь подходящим случаем отсутствия регулярных войск, совершали набеги и восстания. 

Первые годы крестоносцам сравнительно несложно было осуществлять защиту королевства, поскольку среди мусульман были распространены эсхатологические ожидания конца света и неминуемого, в связи с этим, прихода орд Гога и Магога, которых многие ассоциировали с крестоносным ополчением. Однако, с 1106 г всё активнее становятся разорительные набеги, и ситуация для защитников ухудшается.

Подводя итог, отметим, что Иерусалим и прилегающие к нему территории были главным религиозным центром для католиков в XI – XII вв. Почитание святых мест происходило в форме паломничества, чему препятствовали частые вооружённые конфликты с мусульманским населением страны и мусульманскими странами. Это выявляет исторические условия становления в Иерусалимском королевстве служения воинов-монахов, возможность которого полагается нахождением на территории Иерусалимского королевства рыцарей, стремящихся к освобождению от вассальной зависимости прежним сюзеренам, мотивируется идеалом нахождения в Святой Земле и защиты Гроба Господня, а необходимость задается потребностью защиты Аутремера от внешних врагов и собственного в своем большинстве мусульманского крестьянского населения, которая не могла быть обеспечена дружинами феодалов, получивших здесь феоды, нуждой в регулярных и мобильных воинских формированиях. 



1.2 Роль тамплиеров, как ведущей боевой единицы крестоносцев



В сложившейся ситуации в Иерусалиме в 1118 г. возникает братство тамплиеров для защиты паломников на дорогах Аутремера.

Идею создания ордена поддержал св. Бернард Клервосский, соотечественник первых тамплиеров, сам герой частной инициативы (за четыре года до идеи де Пэна он основал монастырь, ставший ядром будущего ордена цистерцианцев). Бернард написал по просьбе де Пэна и Андре де Монтбара (с которым был в родстве) трактат "De laude novae militiae", название которого на русский правильно перевести как "Слава новому рыцарству".

Когда в 1128 г. поместный собор в Труа утверждал устав тамплиеров, сочинение Бернарда служило им идеологической программой, да и устав из 72 статей составил Бернард (а св. Джон Солсберийский посвятил всю шестую книгу своего сочинения "Поликрат" апологии нового, христианского рыцарства). Более того, Бернар предложил тамплиерам (и де Пэн принял) носить ту же одежду, что и монахи его собственного, цистерцианского ордена: белую. Только позднее тамплиеры стали нашивать на белую одежду красный крест — как и все, связанные с крестовыми походами.

Рассмотрим более подробно:

В годы, последовавшие за взятием Иерусалима в 1099 г., франки постоянно укрепляли свои заморские территории, но им вечно не хватало людских ресурсов, ибо многие из участников Первого крестового похода вернулись на Запад, а созданные на Востоке новые государства крестоносцев так и не привлекли достаточного количества поселенцев, способных должным образом защищать границы этих государств. В результате паломники, каждый год являвшиеся на поклон к палестинским святыням, часто подвергались нападениям разбойников и мусульманской конницы, ибо крестоносцы были просто не в состоянии обеспечить им должную охрану. Изначально именно эти обстоятельства и послужили причиной создания ордена храмовников. Вот как эти скромные начинания описывает архиепископ Тирский Вильгельм:

В том же году несколько благородных рыцарей, людей истинно верующих и богобоязненных, выразили желание жить в строгости и послушании, навсегда отказаться от своих владений и, предав себя в руки верховного владыки церкви, стать членами монашеского ордена. 

Среди них первыми и наиболее знаменитыми были Гуго де Пейн и Год фру а де Сент-Омер. Поскольку у братства не было пока ни своего храма, ни жилища, король предоставил им временное убежище у себя во дворце, построенном на южном склоне Храмовой горы. Каноники стоявшего там храма на определенных условиях уступили часть обнесенного стеной двора для нужд нового ордена. 

Более того, король Иерусалимский Болдуин (Балдуин)II, его приближенные и патриарх «Духовная юрисдикция по соглашению с Византией принадлежала патриарху Константинопольскому, как светский вассалитет — императору Византии» со своими прелатами сразу обеспечили ордену поддержку, выделив ему некоторые из своих земельных владений — одни пожизненно, другие во временное пользование — благодаря чему члены ордена могли бы получать средства к существованию. В первую очередь им было предписано во искупление своих грехов и под руководством патриарха «защищать и охранять идущих в Иерусалим паломников от нападений воров и бандитов и всемерно заботиться об их безопасности».

Итак, собравшись вдевятером, братья нового ордена заручились поддержкой таких важных лиц из числа крестоносцев, как Гуго, граф Шампани, и Фульк V, граф Анжуйский, однако об их деятельности мало кто знал до Собора в Труа в 1128 г., на котором орден был признан официально и Бернару Клервоскому поручили разработать его Устав, в который были бы сведены основные законы ордена(приложение 1).

Согласно большинству источников, орден рыцарей Храма – Бедных рыцарей Храма Соломона – был создан в 1118 году(приложение 2), однако у нас есть серьезные основания предполагать, что к этому времени он уже существовал не менее четырех лет. 

Официальная цель тамплиеров – это защита пилигримов на Святой Земле. 

Тем не менее, дошедшие до нас факты свидетельствуют, что эта цель была лишь фасадом и что рыцари Храма вынашивали более амбициозные и грандиозные планы, в которые были вовлечены цистерцианский орден, св. Бернар и граф Гуго Шампанский, один из первых покровителей и патронов как цистерцианцев, так и тамплиеров. В 1124 году граф сам стал тамплиером, а первым Великим Магистром ордена был один из его вассалов, Гуго де Пейен. Среди других отцов-основателей ордена был дядя св. Бернара Андре де Монбар.

Считалось, что до 1128 года – к этому моменту Давид I уже в течение четырех лет был королем Шотландии – орден тамплиеров состоял только из девяти рыцарей, хотя сохранившиеся документы свидетельствуют еще о нескольких членах. Помимо Гуго Шампанского, в их число входил Фульк Нерра – герцог Анжуйский, отец Жоффруа Плантагенета и дед Генриха II Английского. Тем не менее, поначалу число членов ордена было относительно невелико. Затем на Соборе в Труа орден получил монашеский устав – если можно так выразиться, эквивалент конституции – и стал официальным. 

Численность тамплиеров за первые 10 лет существования братства существенно не изменилась. Военной организации требовались люди, умеющие профессионально владеть оружием,  имеющие доспехи  и боевого коня.

 Государства Аутремера были небольшими и не могли позволить себе большого количества владельцев феодов. По сути, только владельцы феодов удовлетворяли описанным требованиям и могли считаться полноценными братьями. Среди паломников могли быть рыцари, совершающие епитимию, однако не многие из них были при этом подобающе экипированы.

 Таким образом, желающих, кого можно было бы принять в братство, в Иерусалиме и его окрестностях было не много. 

Если бы таковые и были, то в эти годы тамплиеры не могли принимать рыцарей в свои ряды, потому что подобная инициация для военного сообщества подразумевали установление отношений вассалитета. Вассальные отношения предписывали сюзерену после принятия оммажа дать вассалу феод. Но это противоречило самой идее основанного братства, так как каждый из его членов согласно обету ничего своего не имел, поэтому и не мог в качестве феода передать что-либо другому. Даже если бы удалось решить этот правовой казус, оставался другой вопрос. Последующее принятие обетов новопосвященным исключило бы для него возможность использования феода, что противоречило логике вассалитета. Несмотря на это, вассалитет был не целевым, а статусным контрактом, что давало ему возможность быть формой духовных отношений, так как материальная составляющая была не ключевой. 

Объединение рыцарей, появившееся в 1118 г. по сути своей было не более чем устной договорённостью, которую нельзя было считать ordo. Тамплиерам необходимо было новое понимание вассальных отношений для рыцарей, где отношения в группе строились бы согласно нормам, принятым в монашеских орденах. 

Духовное начинание, которым мыслилась защита паломников, не будучи признанным папой римским, не могло быть ни епитимией, ни тем более формой аскезы, поэтому, строго говоря, члены сообщества и не могли считаться духовным братством, потому что общепризнанных духовных задач они не решали.

Решение вопросов крестоносного движения изначально было уделом папы римского, как и создание монашеских общежитий. Одним из тамплиеров был Андре де Монбар, дядя Бернара из Клерво, с которым они находились в дружеских отношениях. 

Гуго Шампанский, ставший собратом ордена в 1126 г., пожаловал Бернару из Клерво земли Сито и между ними установились тёплые отношения. Бернар был влиятельной фигурой в церковной жизни,  и Гуго де Пейн не преминул воспользоваться этим.

Исходя из вышесказанного, отсутствие общепризнанных правовых норм, регламентирующих новую форму общежития воинов-монахов, вынудили тамплиеров искать благословения нового ордена со стороны папы римского. Другой причиной было привлечение новых рыцарских формирований крестоносцев для защиты Иерусалимского королевства.

Положение государств крестоносцев на Ближнем Востоке после Первого Крестового похода стало причиной возникновения в начале XII в. новой монашеской формы общежития воинов, совмещающих монашескую аскезу и рыцарское служение. Новое братство тамплиеров, будучи религиозным, стало искать признания со стороны папы римского для утверждения устава и привлечения новых членов из стран Европы.

В 1128 был разработан устав ордена. Он был очень похож на устав сурового ордена Цистерианцев. У них же была заимствована форменная одежда тамплиеров — белый плащ с красным крестом. Монах-воин должен быть целомудренным, и вступая в братство, становился слугой и рабом ордена. Еда рыцаря была простая, в основном хлеб и вода. Запрещена роскошная одежда. Запрещено сквернословие, неудержный смех, пустые разговоры. 14 января того же года в Труа созвали собор. На этом соборе орден Храма и его устав на латинском языке был официально утвержден папой Гонорием II.

"Мы обращаемся в первую очередь ко всем тем, кто скрыто отвергает свою собственную волю и желает с чистым сердцем служить Царю небесному как рыцарь, и желает с усердием нести вечно благородное оружие послушания. Этим мы увещеваем вас, кто доныне вел жизнь светских рыцарей, для которых закон Иисуса Христа не был основанием, последовать за теми, кого Господь избрал из народов, обреченных на вечные муки, и кому он повелел в великой милости своей защищать Святую Церковь, и спешить присоединиться к ним навеки." 1.

"Затем мы собрались в Труа из различных земель из-за гор, во всей радости и во всем братстве, по просьбе Магистра Гюго де Пэйнса, кем вышеупомянутое рыцарство милостью Святого Духа, было основано, на праздник Св. Илария в год 1128 от воплощения Христа, на девятый год после основания сего рыцарства. И на общем Соборе мы слушали о началах и деяниях Ордена Рыцарей из уст Магистра Гюго де Пэйнса и по мере нашего разумения восхваляли то, что казалось нам хорошим, и избегали того, что казалось нам неправильным." 

 Этого Устава придерживалась небольшая группа членов Ордена, быстрое пополнение которого зависело от воли случая. Следовательно, требовался некий дополнительный толчок. Поскольку предметом данного исследования является изучение жизни тамплиеров в середине XIII столетия, представляется излишним подробно останавливаться на анализе этого первоначального Устава. Все же следует напомнить его основные положения.

Прежде всего Устав подчинял Орден тамплиеров церковной власти, что было нормально, учитывая его принадлежность к монашеству. Особенно подчеркивалась связь с патриархом Иерусалимским, которому даже предоставлялось право заполнить лакуны соборного текста Устава. Провозглашалась подсудность тамплиеров церковному суду. Что касается их религиозных обязанностей, то они не могли быть такими же, как у монашеского ордена созерцательного толка. Тамплиеры должны были участвовать в богослужении, проводившемся черным духовенством Иерусалима, — кроме тех членов Ордена, которых обязанности удерживали вдали от обители и которые в этом случае могли заменить заутреню 13-кратным, обедню 7-кратным, а вечерню — 9-кратным чтением «Отче наш». На богослужении следовало присутствовать до конца. Кроме того, в Уставе приводился список праздников и обязательных постов.

С момента вступления в Орден нового брата Устав рекомендовал соблюдать благоразумие. Послушникам рекомендовалось читать правила внутреннего распорядка до тех пор, пока они не усвоят, как им следует себя вести. После испытательного срока магистр и братия решали, следует ли дать согласие на принятие пострига или же ответить соискателю отказом. Как ни странно, французское переложение Устава опускало послушание и дозволяло быстрое принятие решения, после чего по воле магистра и капитула незамедлительно следовал постриг. Латинский текст, по-видимому, запрещал прием отлученных рыцарей, в то время как французская версия рекомендовала принимать их, хотя и с некоторой осторожностью. Возможно, переводчик просто посредственно владел латынью. Но могло быть и так, что тамплиеры желали давать возможность искупления тем, кого епископы подчас отлучали в припадке гнева.

Касаясь вступления в Орден, первоначальный Устав формально запрещал принимать детей или подростков, даже если при сем присутствовали их родители. Этот запрет находил свое очевидное оправдание в строгости порядков и в необратимом характере вступления, что предполагало личное волеизъявление при полном осознании мотивов такого шага и без всякого принуждения извне. Кроме того, запрет согласовывался с правилами, распространенными среди рыцарей, согласно которым не следовало посвящать в рыцари слишком юных мальчиков, еще не способных в силу своего возраста носить латы со всеми необходимыми принадлежностями, хорошо управляться с копьем и особенно тяжелым мечом: следовало поражать не острием, а лезвием, поэтому нужно было обладать достаточной силой, чтобы манипулировать таким мечом, держа его за рукоятку. Иначе говоря, для посвящения в рыцари следовало достичь 20-летнего возраста, стать взрослым мужчиной с развитой мускулатурой.

Первоначальный Устав, вне всякого сомнения, отражая реальную ситуацию, распределил членов Ордена по четырем категориям: рыцари; служители и оруженосцы; священники; братья-труженики.

В противоположность общепринятому мнению, не все рыцари являлись выходцами из знати. Требование быть рыцарем, сыном рыцаря либо считаться таковым утвердилось в ту эпоху, когда рекрутирование новых членов уже не представляло для Ордена проблемы. Также следует отметить, что братья-служители могли быть людьми родовитыми, особенно если пребывание в этом ранге было для них временным. Но в любом случае именно средний класс — деревенское дворянство и буржуазия — принес Ордену тамплиеров славу. Надо ли добавлять, что представители именно этого класса играли заметную роль в обществе той эпохи!

Есть еще один момент, на котором хотелось бы остановиться: это искусство составителей Устава. Они постоянно проявляли сдержанность, не пытались предусмотреть все, они избегали вводить строгие ограничения и жесткую структуру. Напротив, они оставляли место для инициативы, сочетая твердость с гибкостью, соблюдая строгость в правилах, но меру в их применении. Устав предоставлял магистру Ордена тамплиеров почти абсолютную власть над братией, хотя перед принятием решений он все же должен был советоваться с капитулом. Тем не менее соборные отцы поостереглись входить в детали полномочий магистра или директивно определять состав капитула: вся братия или наиболее умудренные среди них — в зависимости от конкретного случая и, конечно же, от степени необходимости. Соборные отцы не хотели стеснять деятельность магистра и предоставили ему свободу в выборе советников.

Стоит также отметить, что обсуждался вопрос и о братьях-тружениках — иначе говоря, работниках. С 1128 года те, кто именовал себя «бедными рыцарями Христовыми», получили возможность содержать за вознаграждение слуг, хотя и в ограниченном количестве. Впрочем, рыцарям было почти невозможно обойтись без помощников. Они не могли самостоятельно ни возить в походе имущество, даже ограничиваясь самым необходимым, ни содержать в порядке свое оружие и доспехи, ни ремонтировать их по мере необходимости, ни заниматься многочисленными лошадями и конской сбруей: седлами, поводьями и т.д. Совершенно очевидно, что с самого начала главная резиденция тамплиеров в Иерусалиме давала приют столь необходимым мастеровым: кузнецам, шорникам, пекарям, поварам и многим другим, одни из которых постоянно работали по своей специальности, другие же нанимались на время.

Одежда должна была быть одного цвета, будь то белая, черная или «бурая», то есть серо-коричневая. В качестве отличительного знака, чтобы показать, что они «примирились» с Создателем, рыцари, принявшие монашеский обет, облачались в белые мантии, которые представляли собой длинные плащи. Ведь белый — цвет невинности и целомудрия, бодрости духа и телесного здоровья! Это формальное отличие требовалось, чтобы отделить рыцарей-хозяев от оруженосцев и служителей, которых принимали на работу временно, «из милости», которые иногда оказывались женатыми людьми и могли причинить вред репутации Ордена тамплиеров, надев белые одежды. Очень вероятно, что это различие было введено Гуго де Пайеном в ответ на некоторые злоупотребления. В остальном Устав рекомендовал придерживаться скромности, в облачении тамплиеров не должно было быть никаких излишеств: им не дозволялось носить башмаки «с клювом» (с острым, загнутым кверху носком) и любой мех, кроме овчины. Никакого стремления к элегантности, этому источнику гордыни: следовало коротко стричь волосы и отпускать длинную бороду. Оружие и сбруя должны были быть добротными, но без всяких украшений. По одежде магистр ничем не отличался от остальной братии.

Дисциплина, и религиозная и военная, была очень суровая, что являлось принципом и особым отличительным признаком Ордена. Пищу следовало принимать в молчании и вдвоем из одной чашки — в знак смирения. Но пищевой рацион учитывал и тот факт, что тамплиеры являлись воинами, вследствие чего посты, практиковавшиеся в других монастырях, здесь были ограничены. С той же целью Устав не советовал братии стоять во время церковной службы — им следовало беречь свои силы для дозоров и битв.

В общем, Устав 1128 года был попыткой соединения обычаев, бытовавших в Ордене тамплиеров в течение первых девяти лет его существования, с Уставом Ордена святого Бенедикта. Он немного расширил первоначальное уложение, официально учредив братство тамплиеров, утвердил за ним право взимать десятины и иметь в собственности не только домены, но и фьефы — в соответствии с феодальной системой.

 .....Не лишены интереса Уложения, где рассматриваются некоторые проступки и на примерах, почерпнутых из внутренней истории Ордена, показано, как на практике действовал «уголовный кодекс» тамплиеров. Относительно преступления симонии составитель кодекса ссылается на прецедент, имевший место во времена магистра Армана де Перигора, то есть между 1229-м, годом его избрания, и 1244-м, датой смерти. Многие тамплиеры, заслужившие очень хорошую репутацию, вдруг догадались, что были приняты в Орден благодаря актам симонии. Они поделились своим открытием с некоторыми известными мужами Ордена, славившимися мудростью, которые посоветовали им обратиться к магистру. Арман де Перигор оказался в весьма затруднительном положении, ведь виновные принадлежали к элите Ордена. Он приказал им держать пока все в секрете ради репутации Ордена, а сам тем временем собрал свой личный капитул. Условились не прибегать к обычной процедуре, но передать дело на усмотрение папы, который поручил архиепископу Кесарийскому, другу Ордена тамплиеров, исследовать дилемму. Арман де Перигор, его советники и рыцари, на которых пала тень, предстали перед архиепископом. Братья, лишенные духовного звания, были оправданы архиепископом, вернулись к прежней деятельности и снова заняли свое место в рядах тамплиеров. «Таково было решение, ибо они давно состояли членами Ордена и прославились благоразумием и мудростью, праведной и благочестивой жизнью». Одного из обвиняемых впоследствии даже избрали магистром Ордена тамплиеров — это был Гийом де Соннак, скончавшийся в Мансуре в 1249 году, во время 1-го Крестового похода Людовика Святого. Комментатор добавляет: «Если бы эти братья действительно были недостойны, они бы никогда не сподобились подобной любезности».

С другой стороны, он сообщает о многочисленных проявлениях строгости правосудия тамплиеров. Один из наиболее типичных случаев произошел с братом из Шастель-Пелерена (Сафит, одна из главных крепостей Ордена, в графстве Триполи). Этот брат, надзиравший за овчарней, получил повеление командора продемонстрировать запасы провизии.

Он скрыл один кувшин масла, был уличен командором и изгнан из Ордена.

Измена (переход на сторону сарацин, отречение от креста, даже ради спасения собственной жизни и только на словах, но не в сердце) считалась непростительным преступлением. Составитель приводит печальный пример Роже Немецкого, захваченного в плен в Газе. Сарацины заставили его «поднять палец и произнести суру». По возвращении он был закован в колодки, затем решение по его делу было отложено. Переданный на суд магистра, он оправдывался, что не знал, что именно означало то, что сарацины заставили его сказать, но все равно был исключен из Ордена. Но случалось и по-другому: некий брат из Сафета (близ Тивериадского озера) приготовил свое снаряжение, намереваясь покинуть рыцарей Храма, и ночью направился в казаль (укрепленная ферма), в недавнем прошлом принадлежавший немцам, но отнятый у них сарацинами. Он провел в их обществе остаток ночи, но утром, терзаемый угрызениями совести, явился в командорство Акры. Капитул рассудил, что раз виновный предполагал, что казаль принадлежал христианам, он не собирался в действительности переметнуться к сарацинам. Он не был исключен, но приговорен к лишению духовного звания.

Содомия почиталась среди тамплиеров настолько отвратительным грехом, что они едва решались произнести само это слово. И тем не менее на скандальном процессе 1307 года одно из главных обвинений, возводимых против них, касалось именно этого пункта. Уложения точно показывают, как именно карали содомитов: «В Шастель-Пелерене нашлись братья, которые предались тяжкому греху и ночь проводили в одной комнате. Находившиеся поблизости, а также те, кто пострадал от подобного злоупотребления, сообщили о том магистру и честным мужам Ордена. Магистр собрал совет; было решено не передавать дело на усмотрение капитула, ибо оно было слишком отвратительно, но вызвать братьев в Акру». Они явились. Магистр тайно посадил их под замок.

С них сняли духовное звание и заковали в «огромные колодки». Один из обвиняемых умудрился бежать из тюрьмы и ночью перешел к сарацинам. Из двух оставшихся один был убит при попытке к бегству, а другой провел в заключении долгие годы.

Среди проступков, каравшихся лишением духовного звания, фигурировал отказ от повиновения. Что конкретно под этим понималось? Составитель Уложений сообщает: «Однажды в Тортосе командор дал приказ одному брату, а тот ему ответил: «Возможно, я это и сделаю» (сегодня мы сказали бы: «Сей момент!»). Командор его «попрекнул», а капитул приговорил к лишению духовного звания».

Куртуазность, подчеркнутая любезность, чего постоянно требовал Устав, а сановники Ордена стремились реализовать на деле, внедрялись не без труда, особенно в Святой Земле. Не стоит забывать, что там тамплиеры вели солдатский образ жизни, часто вступая в бой — то с бандами грабителей, которые кишели вокруг, то с регулярным войском противника. Подобная деятельность плохо сочеталась с монастырским образом жизни. Отсюда проистекала жестокость, проявлявшаяся в беспорядках, драках, ссорах. Терпение далеко не всегда являлось доминирующим качеством тамплиеров. Этим объясняется происхождение некоторых историй, собранных автором Уложений и требующих объективного подхода. В Акре писцы выкрали несколько голубей, позолоченных в голубятне тамплиеров. Командор поручил некоему брату Германту, ответственному за коровник (загон для крупного рогатого скота), разыскать воров. Тот посадил в засаду одного из своих подчиненных. Писцы были крайне удивлены, когда Германт с помощником застали их на месте преступления и нещадно избили. Один из жуликов получил даже тяжелую травму головы. Он пожаловался папскому легату, который схватил зачинщика драки. Магистр передал обвиняемых на суд капитула, который приговорил их к лишению духовного звания и тюремному заключению, «потому что драка была слишком отвратительна!».

В Яфете вспыхнула драка в спальне. Около полуночи был неожиданно объявлен подъем. Один из братьев, изрядный грубиян, схватил своего соседа за волосы и швырнул его на пол. Их видели и донесли о случившемся Гуго де Монло, в то время маршалу Ордена тамплиеров. Подвергшийся порицанию грубиян стал просить прощения. Капитул уклонялся от ответа. Старшие братья взывали к милосердию, упирая на то, что кровь не пролилась. Другие придерживались мнения, что следует поступить по Уставу. Маршал поддержал их, и виновного заковали в железо, а затем перевели в другое место.

Все приведенные примеры, трактующие получившие огласку случаи мелких правонарушений, имеют одну и ту же пикантную окраску. В Сафете брат-служитель обители тамплиеров послал другого брата в обувную мастерскую за башмаками. Мастер отказал. Тогда брат потребовал выдать ему ключи от шкафа, где были заперты башмаки. Мастер заявил, что ничего не даст. Разъяренный брат взломал шкаф, взял башмаки и отнес их брату-служителю. Доложили командору, который вынес происшествие на обсуждение капитула. Следовало ли квалифицировать инцидент как мелкую кражу? Капитул дал на этот вопрос отрицательный ответ, потому что захваченное братом имущество не было вынесено за пределы обители. В этом ответе чувствуется хозяйственный дух, присущий Ордену: кражей считалось только то, что ненадлежащим образом изымалось из стен командорства, нанося ущерб Ордену.

Однажды даже некоего командора приговорили к лишению духовного звания, потому что он по собственной вине, поддавшись легкомыслию и своенравию, погубил лошадь. Один человек привел свою больную лошадь к тамплиерам, которые славились как хорошие ветеринары. Животное выздоровело, и этот командор оседлал ее и пустил галопом. Вдруг он заметил зайца и погнался за ним. Лошадь упала, покалечилась и погибла от потери крови. Орден оказался перед трудным выбором: заменить владельцу пропавшее животное или выплатить издержки.

Сколь ни досадно, этот случай квалифицировался как воровство. Аналогичной епитимье подвергли другого слишком раздражительного брата, который, нечаянно разбив стеклянный кубок, швырнул осколки на пол. Воровство, и к тому же сознательное! Так же квалифицировали оплошность некоего брата из Монпелье, который решил испытать свой меч и сломал его. Воровством считалось и проявление недозволенной инициативы, если она оборачивалась бедой — как, например, в случае с братом Жаком де Ра-ваном, который в обществе братьев-служителей и туркополов вышел из Акры, направился по Казаль-Робертской дороге (между Назаретом и Тивериадским озером) и подвергся нападению сарацин, перебивших весь отряд. Брата Жака лишили духовного звания и заковали в колодки. Воровством — причем в особенно тяжких размерах — посчитали легкомыслие садовников и виноградарей, без разрешения покинувших Акру, чтобы весело поужинать за городом. Возвращаясь обратно в ночное время, они наткнулись на сарацин. Те, кому удалось спастись, не лишились духовного звания только по причине полученных серьезных ранений. Воровством являлись и несанкционированные расходы, даже мелкие, ибо они наносили урон Ордену. Брат Жан Бушдельевр (может быть, его имя следует читать Бек де Льевр) пошел по неверному пути, истратив двести безантов на строительные работы, и не смог дать точный ответ, как именно тратилась эта сумма. Его спасла хорошая репутация, но все же он был исключен из Ордена. В тот же день капитул приговорил к лишению духовного звания брата, который продолжал держать свою свечу зажженной, несмотря на то, что командор приказал ему потушить ее.

По нескольким приведенным примерам видно, какие именно проступки выносились на обсуждение капитула и как применялся Устав. Автор Уложений, живший в Святой Земле, приводит случаи, иллюстрирующие преимущественно повседневную жизнь и атмосферу, царившую в среде тамплиеров на Востоке, хотя некоторые прецеденты имели место в Испании или Лангедоке (происшествие с мечом в Монпелье).

Подчищая свои пергаменты, наш тамплиер избегал неприятных инцидентов, которые были неизбежны в карьере рядового брата. Он получил доступ на заседания капитулов. Суждения его отличались вдумчивостью, он имел собственное мнение, иногда позволял себе сдержанно пошутить. Он исходил из тех соображений, что справедливость на Востоке незначительно отличается от того, как ее понимают на Западе. Создавалось даже впечатление, что на Востоке правосудие более сурово. Действительно, по свидетельству Уложений, близость и обыденность смертельной опасности, частые стычки с врагом требовали большей бдительности и не располагали к проявлению снисходительности. Подвергнутые епитимье не имели права участвовать в битвах, но в силу необходимости, вероятно, исполнение наказания отсрочивалось либо его сроки сокращались. Острая нехватка личного состава, усугубленная потерями, не позволяла отказываться от умелых воинов. Ведь наиболее доблестные бойцы далеко не всегда становились образцовыми монахами, даже под знаком креста тамплиеров...

Собор, созванный в Труа, в 1128 г., поставил перед участниками сложную задачу слияния образов монаха и воина не в аллегорическом смысле, как это мыслилось прежде, а в буквальном. Позиция церкви относительно использования монахами оружия претерпела за историю развития христианства существенное изменение. И для понимания сложности и значимости решения, принятого на этом соборе, необходимо проследить развитие взаимоотношений церкви и воинов.

Но вначале необходимо рассмотреть организацию ордена и его структуру.

В обычное время тамплиеры формировали небольшую постоянную армию из нескольких тысяч человек, основу которой составляли пять сотен рыцарей и примерно тысяча братьев-служителей. В военное время к ним присоединялись отряды наемников, рекрутированных на месте и зачастую уступавших рыцарям по своим боевым качествам. Среди этих «крестоносцев поневоле» были и осужденные на смерть, но помилованные с целью отправки в Святую Землю.

Рыцари и братья-служители Ордена тамплиеров подчинялись, соответственно, своим командорам. Все они находились под руководством верховного магистра и его штаба, который включал в себя: сенешаля; маршала; командора Иерусалимского королевства; командоров Триполи и Антиохии; кастеляна; туркоплье; под маршала (брат-служитель); гонфалоньера (брат-служитель). Магистр никогда не носил титула Великого магистра Ордена тамплиеров. Это название встречается в более поздних грамотах и документах процесса над тамплиерами. Напротив, в хрониках его иногда именуют Верховным магистром. Именно в XIII веке он осуществлял верховное управление замками и владениями Ордена в Святой Земле, равно как и в провинциях Запада, хотя его полномочия были ограничены решениями капитула и строго определялись Уставом. Будучи господином для всех тамплиеров, он вместе с тем подчинялся обязательной для всех дисциплине и в принципе был одним из братьев среди прочих, назначенным Орденом и ответственным перед ним в своих решениях(приложение 2)

Необычного в тамплиерах было то, что они совмещали монашество с войной, пожизненные обеты нищеты, послушания и безбрачия — с намерением орудовать мечами. Орден госпитальеров возник раньше — в 1070-е годы, — но воевать госпитальерам не разрешалось. Само монашество (и духовенство) не могло браться за оружие — ведь христианин не может убивать, и если возможно послабление для "обычных" христиан, то монах — "настоящий" христианин. 

А Бернард писал: "Солдаты Христа ... ни в малейшей степени не боятся ни того, что совершают грех, убивая врагов, ни опасности, угрожающей их собственной жизни. Ведь убить кого-либо ради Христа или желать принять смерть ради Него не только совершенно свободно от греха, но и весьма похвально и достойно" .  

 Конечно, Бернард не был кровожаден. Он ненавидел насилие и кровь, зло и ложь, и потому так обрадовался появлению тамплиеров, которые должны были с насилием бороться. "Новая милиция" была действительно нова относительно обычного рыцарства. Веками всадник с мечом, феодал, рыцарь, сражался за земное — ради имения, ради славы своего рода, своей нации (и это в лучшем случае, а то и просто ради наживы). "Новые рыцари" сражались за добро, ради Христа, а "если человек сражается за доброе дело, то не может сражение привести ко злу, точно так же как не может победа считаться благом, если сражение велось не за доброе дело или из дурных побуждений" . "Прежняя милиция" любила почести, деньги, красивое вооружение — "новая милиция" защищала простой народ, держала себя скромно, оборонялась от демонов молитвами и обетами, прежде всего — целомудрием. "Прежняя милиция" истребляла людей, "новая милиция" истребляла зло (на латыни у Бернара выходил каламбур: одни занимаются "гомицидом" ("человекоубийством"), другие "малицидом" ("злоубийством"). "Новая милиция" оказывалась самым совершенным и активным элементом общества, воплощением единства светского и церковного, верно служащим и Церкви в целом, и Святому Престолу. Предположение, что вовсе никакой милиции — ни пышной, ни скромной, ни женатой, ни неженатой — невозможно иметь христианам, не рассматривалось ни в 12 веке, ни много веков спустя. Главное же: очень рациональное, логичное обоснование необходимости борьбы со злом с мечом в руке не учитывало того, что мир и человек в основном иррациональны. Святой Бернард восхвалял тип "нового милиционера" за то, что "он не боится ни демона, ни рыцаря. Воистину не боится смерти тот, кто жаждет смерти". При этом святой не замечал, что "жажда смерти" — не христианская добродетель, а состояние души скорее демоническое или, во всяком случае, ненормальное. Жажда смерти не может быть разделена на жажду смерти своей или чужой, это жажда, через которую в душу входит пустота и мрак. 

Первоначально тамплиеры делились на две категории: рыцари носили оружие, а служители — нет. Первые назывались "братья шевалье", вторые — "братья сержанты". К членству в орден не допускались женщины (во избежание соблазнов). Женатые рыцари в орден принимались, но они не могли носить белого одеяния. После смерти женатых тамплиеров их имущество отходило ордену, а вдове платили пенсию. Само мужнино поместье она должна была оставить, чтобы не попадаться на глаза храмовникам и, опять же, их не искушать. Первоначально в орден не принимали священников, но постепенно их стало довольно много, они образовали особый разряд членов (ибо священник все же не мог проливать кровь). Управлялся орден наподобие бенедиктинского: великому магистру принадлежала практически неограниченная власть, он созывал капитулы, назначая их членов, так что всегда мог подобрать лояльных к себе людей. Папы издали несколько булл, даровавших ордену некоторые (не слишком важные по современным меркам) привилегии. Булла 29 марта 1139 Omne datum optimum даровала им автономию от местных светских и церковных судебных властей, разрешила обращать в собственность ордена трофеи. Булла 9 января 1144 Milites Templi давала индульгенцию жертвующим на орден. Булла 7 апреля 1145 года Milicia Dei разрешила тамплиерам строить особенные, орденские церкви и устраивать в их оградах кладбища для членов ордена. Паломники, прибывавшие в Палестину, глядели на тамплиеров с восхищением и благодарностью, несколько преувеличивая значение тех, с кем непосредственно имели дело. Им казалось, что все замки в королевстве крестоносцев принадлежат либо тамплиерам, либо госпитальерам. Соответственно, и позднейшие историки часто преувеличивали значение ордена, его влияние и богатство. 

Тамплиеры, хотя и взяли в руки меч, вовсе не превратились в машины для убийства. Их задачей было поддержание мира, и, по мере возможности, они исполняли свою задачу без насилия. Сейчас уже трудно вполне оценить все действия храмовников. Это тем труднее сделать, что довольно скоро те же самые власти, которые помогли ордену организоваться, стали возмущаться ими. Патриарх Иерусалимский (католический) был недоволен тем, что орден, которому он столько помог, перешел под власть Папы, — это ущемляло его достоинство. 

В ранней христианской церкви отношение к службе в армии было резко отрицательным.66 Иисус толковал ветхозаветные заповеди расширительно, согласно их духу, а не только букве. Заповедь «не убивай» он понимал не только как запрет убийства как такового, но даже гневного слова [Мф 5, 21 - 22]. [21, С. 920] «До сих пор, - якобы сказал будущий святой Мартин Турский императору, - я служил тебе как miles. Позволь мне теперь стать miles Dei. Пусть тот, кто должен служить тебе, принимает donativum: я – солдат Христа, и мне не позволено сражаться». [84, С. 34] При этом христианские писатели, следуя апостолу Павлу, использовали военную терминологию, когда речь шла о служении Богу.67 Таким образом, служба мирским властям и власти духовной не только противопоставляется, но и соединяется.

Полное отрицание воинской службы шло вразрез с необходимостью служить в мирской жизни князьям. Христиане могли позволить себе полный отказ от службы до тех пор, пока они были в меньшинстве среди основной массы исповедующих другие религиозные культы.

 Первым, кто сделал существенный шаг в примирении службы в армии и службы Богу, стал Августин Аврелий Иппонский. Он считал, что о нравственной стороне поведения нельзя судить только по его событийному содержанию, вырванному из общего контекста; при оценке меры жестокости того или иного поступка необходимо принимать во внимание состояние духа совершившего его человека, преследуемые цели и правомочность действий лица или учреждения, по чьей воле или с чьего попущения этот поступок совершался. 

Пример, поданный Августином, начал закрепляться комментаторами Нового Завета, которые находили подтверждение его положениям в сакральных текстах.70

Ключевым моментом в изменении отношения к войнам в католической церкви стал упадок Римской империи и последующая христианизация народов, населивших Европу. Католическая церковь, как крупный землевладелец, была постоянным объектом посягательств со стороны нехристианских народов, и это спровоцировало папу римского на поиск защитника сначала в лице франкского короля Пипина Короткого, а затем Карла Великого.

В X веке вводится новое трёхчастное деление общества. Воинское сословие выделяется из мирян и ставится в один ряд с духовенством. Подобное деление христианские писатели сравнивают с Троицей.

Со временем различие между вооруженными людьми и всеми остальными становилось всё сильнее. В сознание внедрялась привычка проводить главную границу среди мирян уже не между «князьями» и «простонародьем», но между «землепашцами» и «героями». Не малую роль в этом сыграли разорительные набеги мусульман, норманнов и венгров, которые повысили роль защитника.

Коренное изменение ситуации произошло после крещения норманнов, и укрепления границ. Когда миновала военная опасность, необходимо было положить конец бесчинствам рыцарей, которые мыслили свою жизнь войной, и поэтому с урегулированием внешнеполитической обстановки превратили жизнь в непрерывные междоусобицы. 

В X-XI вв. на епископских соборах возникает движение «Божьего мира». Изначально, оно было направлено на защиту церковной собственности,80 но затем теологи стали мыслить мир среди христианских народов как спасение мистического тела Христа. Служение рыцаря отныне подразумевает не только умение владеть оружием и высокую доблесть, но и следование нравственным нормам. Смерть при защите христиан воспринимается как мученичество и уподобляется подвигам христианских аскетов. 

Церковные власти понимали, что ограничение агрессии рыцарей в междоусобных войнах необходимо компенсировать военными действиями иного характера. Своё выражение эта идея нашла в Реконкисте, особенно после захвата мусульманами Компостелы. 

Осада Барбастро в 1063-1064 годах стала первый прецедентом в каноническом праве, когда участникам давалось отпущение грехов.8 Развитие идея священной войны получила при папе Григории VII (1073-1085), найдя широкий отклик в среде рыцарства. В сознании современников убийство неверного не нарушало заповеди «не убий», поскольку язычники рассматривались лишь как скот для заклания.

Кульминацией в развитии идеи Священной войны становится призыв Урбана II в. крестовому походу на Ближний Восток. 

Совмещение, на первый взгляд противоположных, практик «Божьего мира» и «Священной войны» взаимно дополняло друг друга, поскольку мир мыслился христианами как сакрализованное эсхатологическое понятие, одно из предвоплощений райского мира. Священная война же была битвой предшествующей окончательному райскому миру. Такого рода синтез противоположных начал мы видим и в рыцарях, которые с одной стороны убивали людей, с другой покровительствовали слабым, вдовам и сиротам. Процесс сближения воинского и монашеского идеалов шел не односторонне. Монашество не было в полной мере изолировано от мирской жизни, и мир оказывал влияние на монастырскую жизнь.

Между рыцарями и монахами начала XII века сходство было в модели обращения неофитов, которая соответствовала нормам феодального общества. 

Клюнийские монахи мыслили свою жизнь как войну со злом. Оружием у них была молитва, которую они исполняли вполне воинственно. Вдохновлённые идеей, в Первый Крестовый поход пошли не только миряне, но и священники, наравне с другими мечом изгоняющие неверных из Иерусалима.

Возникновение нового жизненного идеала священной войны в христианском сознании с необходимостью вело к появлению людей, истово следующих ему. Для традиции свойственно было людей, выражающих идеал, признавать монахами, поскольку люди эти показывали свою всецелую устремлённость в служение Богу.

Образ Роланда, погибающего в Ронсевальском ущелье, стал прототипом идеального рыцаря. Этот образ использовался не только трубадурами в Chansons de Geste, но также встречается и в христианской иконографии.

Первыми воинами, в полной мере выразившими идею защитника в понимании католической церкви, наиболее соответствующими образу Роланда, стали тамплиеры.98

Изменение отношения к войне и воинам в католической церкви происходило от полного неприятия в начале до следования идее священной войны в XII веке. Вместе с принятием мирянами элементов монашеского образа жизни, происходило обмирщение самого монашества и к первой половине XII в. это вылилось в возможность принятия идеала, совмещающего воинское служение с монашеским. Первыми, кто воплотил его в полной форме, стали тамплиеры.



Выводы к главе 1



Город Иерусалим и его окрестности являлись в XI – XII вв. для католиков наиболее значимым центром паломничеств. После Первого Крестового похода отношения с мусульманами резко ухудшились. Неспокойная обстановка в странах Аутремера мешала паломничеству христиан из Европы.

Исключительное значение Иерусалима и влияние мусульманской традиции способствуют возникновению военно-монашеского братства Тамплиеров. Его члены берут на себя монашеские обеты, а также дополнительный обет вооружённой защиты паломников. На формирование такого сообщества повлиял опыт участия европейцев в реконкисте, а также древнегерманские традиции военных культов. Высокая потребность в таких защитниках была связана с одной стороны в усилении мусульманских стран Ближнего Востока, с другой стороны с дефицитом европейских воинских формирований в Леванте, единственным источником которых были паломники в Святую Землю.

Для развития братства Тамплиеров, а значит привлечения новых защитников Иерусалимского королевства, необходима была легитимация новой формы военной организации, которая бы совмещала в себе монашеское и воинское служение. Признание такой формы монашеской организации возможно было только со стороны папы римского. Родственные и сеньориальные связи помогли тамплиерам привлечь на свою сторону известного монаха и проповедника Бернара из Клерво, благодаря протекции которого на соборе в Труа в 1128 г. был принят устав для ордена тамплиеров.

История развития Католической церкви показала изменение оценки воинской службы от её полного отрицания для христиан в первые века н.э. до проповеди священной войны, которая вылилась в Первый Крестовый поход. Поступательный процесс подобного изменения отношения к воинской службе обусловил появление людей, истово следующих новому воинскому идеалу, предлагаемому Католической церковью. К первой половине XII в. реформы монашества сделали возможным принятие нового воинского идеала не только мирянами, но и монахами.




Глава 2. Трансформация Ордена и его дипломатическо-финансовая деятельность



2.1 Трансформация ордена



С 1128 года орден стал стремительно расширяться, причем не только за счет массового прилива новых членов, но и за счет крупных пожертвований, как денежных, так и в виде собственности. Через год тамплиеры владели землями во Франции, Англии, Шотландии, Испании и Португалии. 

В течение десяти лет их владения распространились на Италию, Австрию, Германию, Венгрию и Константинополь. В 1131 году король Арагона завещал им треть своих земель. К середине двенадцатого столетия орден Храма превратился в самую богатую и влиятельную организацию в христианском мире, за исключением папства.

В течение нескольких лет после Собора в Труа Гуго де Пейен и другие основатели ордена активно разъезжали по всей Европе, пропагандируя как сам орден, так и достоинства совместных владений в Палестине. Известно, что Гуго с братьями посетили и Англию, и Шотландию. «Англо-саксонские хроники» свидетельствуют, что Гуго встречался с Генрихом I, и что:

«…король принял его с большим почетом и преподнес богатые дары золота и серебра. Затем король послал его в Англию; и там он был принят всеми добрыми людьми, и они одаривали его; и в Шотландии было то же– И он звал людей в Иерусалим; и люди пошли с ним и за ним, числом гораздо большим, чем прежде».

Во время этого первого визита Филип де Харткорт подарил ордену прецепторию Шипли в Эссексе. Считается, что прецептория в Дувре (остатки ее церкви сохранились до наших дней) основана примерно в то же время.
Будучи Великим Магистром, Гуго де Пейен назначал магистров каждой из «провинций» ордена – так назывались анклавы и владения тамплиеров в каждой стране. Первым Магистром Англии стал Гуго Д’Аржантен, о котором практически ничего не известно. Его сменил сначала молодой норманнский рыцарь Осто де Сент-Омер, возглавлявший провинцию в 1153– 1154 годах, а затем Ричард де Гастингс. Во времена этих двух магистров тамплиеры осуществили одно из самых новаторских и смелых своих предприятий, перевод части Ветхого Завета на родной язык. Этот вариант Книги Судей принял форму рыцарского романа об Иисусе Навине и его храбрых рыцарях.

Отношения между тамплиерами и монархами тех земель, где орден имел свои владения, были непростыми.

 Во Франции, например, эти отношения даже в лучшие времена оставались натянутыми. В Испании же они сохранялись неизменно хорошими. В Англии орден тоже пользовался благосклонностью монархов. Как мы уже видели, Генрих I принял первых рыцарей Храма с распростертыми объятиями, а Стефан, захвативший власть в 1135 году, был сыном графа Блуа, одного из руководителей первого крестового похода, и поэтому с особым одобрением относился к деяниям тамплиеров на Святой Земле. При его покровительстве Англию покрыла целая сеть прецепторий. Граф Дерби передал в дар ордену Бишам, граф Уорик выделил земли для прецепторий в самом Уорике, Роджер де Буиль предложил участок земли в Уиллоутоне, Линкольншир. Жена самого Стефана Матильда подарила тамплиерам участки в Эссексе и Оксфорде, которые превратились в две самые влиятельные прецепторий того периода, Темпл-Крессинг и Темпл-Коули.

В эпоху правления Стефана тамплиеры также построили свой главный объект в Англии. «Старый Темпль» был расположен в Холборне и состоял из зданий прецепторий, церкви, огорода, фруктового сада и кладбища; все это было обнесено защитным рвом и, как полагают некоторые историки, стеной. Располагался он примерно в том месте, где сейчас находится станция метро в верхнем Холборне. Однако эта прецептория недолго оставалась главной резиденцией ордена Храма в Лондоне. К 11б1 году рыцари уже обосновались в «новом Темпле»; сохранилось не только название этого места, но и оригинальная круглая церковь, а также несколько могил. Воротами на территорию ордена был «Barram Novi Templi», или Темпл-Бар, на пересечении Флит-стрит и Стрэнд. В период своего расцвета «новый Темпль» тянулся от Олдвича вдоль Стрэнд и до половины Флит-стрит, а затем к Темзе, где тамплиеры имели собственную пристань. Раз в год здесь проводилось собрание капитула, на котором присутствовал Великий Магистр Англии и другие высшие лица ордена в Британии, включая приоров Шотландии и Ирландии.

Генрих II продолжил традицию тесного сотрудничества английской монархии с тамплиерами, которые особенно активно пытались помирить его с Томасом Бекетом. Однако наиболее прочными эти связи стали во времена правления сына Генриха II, Ричарда Львиное Сердце. И действительно, он находился в таких близких отношениях с орденом, что его часто считают кем-то вроде почетного тамплиера. 

Он регулярно общался с рыцарями Храма, путешествовал на их кораблях, останавливался в их прецепториях. Когда, поссорившись с другими монархами, Ричард был вынужден бежать на Святую Землю, он сделал это в облике тамплиера и в сопровождении настоящих рыцарей ордена. Он принимал активное участие в тайных сношениях тамплиеров с их исламскими собратьями по религиозному фанатизму, хашишинами, или «ассасинами». Король также продал храмовникам Кипр, который на некоторое время стал их официальной резиденцией.

Однако орден к тому времени стал достаточно влиятельным и сильным, чтобы добиться уважения и дружбы короля Джона, брата Ричарда и его злейшего врага. Подобно Ричарду, Джон регулярно останавливался в лондонской прецептории, сделав ее временной резиденцией в течение последних четырех лет своего правления (1212-1216). Магистр Англии Аймерик де Сен-Map был ближайшим советником Джона, и именно он уговорил короля в 1215 году подписать Великую хартию вольностей. Когда Джон поставил свою подпись под документом, Аймерик находился рядом. Он тоже подписал хартию и, следовательно, был назван одним из исполнителей воли Джона.

Официально основной сферой деятельности ордена Храма считалось Иерусалимское королевство. Европа должна была стать тыловой базой, источником людских и материальных ресурсов, а также каналом их транспортировки на Святую Землю. Поэтому тамплиеры никогда не забывали о «заморских территориях» – именно так они называли Ближний Восток. Их деятельность охватывала территорию от Египта до Константинополя. Ни одно решение руководителей крестоносцев и ни одно событие на этих землях не обходились без участия ордена. 

В то же время тамплиеры – свидетельство тому их роль в подписании Великой хартии вольностей – принимали активное участие во внутренних делах большинства европейских монархий. В Англии они пользовались особыми привилегиями и правами. Так, например, магистр ордена занимал место в парламенте рядом с первыми дворянами королевства. Кроме того, орден Храма был освобожден от налогов, и металлические кресты тамплиеров, украшавшие их дома и владения в крупнейших английских городах, служили предупреждением сборщикам налогов. Образцы таких крестов с улицы тамплиеров в Лидсе можно увидеть в музее ордена св. Иоанна в Клеркенуэле. Внутри таких анклавов рыцари жили по своим собственным законам. Они обладали правом предоставлять убежище, как и всякая другая церковь. У них были собственные суды для рассмотрения местных преступлений. Они проводили свои ярмарки и базары. Они были освобождены от транзитных пошлин на дорогах, мостах и реках страны.

Владения тамплиеров в Англии были обширными и располагались на всей территории страны. Некоторые из них – правда, далеко не все – сохранили в своем названии Приставку «темпл», например, район Лондона Темпл Форчун, расположенный к северу от Голдерс-Грин. Считается, Что там, где на Британских островах в географических названиях встречается префикс «темпл», когда-то находились владения тамплиеров. В настоящее время невозможно составить точный список владений ордена, но даже самые осторожные оценки дают нам минимум семьдесят четыре крупных объекта собственности, включая тридцать полноценных прецепторий, а также сотни более мелких – деревень, поселков, церквей и ферм. Иногда коммерческая деятельность ордена приводила к необходимости строить собственные города. Так, например, город Балдок, расположенный в Хартфордшире, неподалеку от Летчуэрта, был основан тамплиерами примерно в 1148 году. Его название происходит от Багдада.

Немалая часть современного Бристоля тоже когда-то принадлежала тамплиерам. И действительно, Бристоль был одним из основных портов ордена, откуда совершались регулярные рейсы в главную атлантическую базу тамплиеров, французскую крепость Ла-Рошель. В тайных архивах Генриха III упоминаются два судна храмовников: «La Templere» и «Le Buscard». Одна из самых доходных привилегий ордена – это право экспортировать произведенную в его владениях шерсть. Наряду с перевозкой пилигримов, экспорт шерсти приносил огромный доход, сравнимый с доходами от земель ордена. В 1308 году доходы от владений тамплиеров только в Йоркшире составили 1130 фунтов стерлингов. (В те времена средней величины замок можно было построить за 500 фунтов. Рыцаря с оруженосцем можно было нанять за 55 фунтов в год, а арбалетчика за 7 фунтов. Содержание лошади обходилось в 9 фунтов – дороже арбалетчика.)

В Ирландии владения тамплиеров были столь же многочисленны, хотя документальных свидетельств о них осталось меньше. В стране насчитывалось как минимум шесть прецепторий – одна в Дублине и не меньше трех на восточном побережье в графствах Уотерфорд и Уэксфорд. В Ирландии, как и в Англии, тамплиерам принадлежало большое количество поместий, ферм, церквей и замков. Прецептория Килсарен в графстве Лаут, к примеру, владела двенадцятью церквами и собирала десятину еще с восьми. На западном побережье располагалось по меньшей мере одно поместье – Темпл-Хаус в Слиго. Как мы убедимся позднее, вопрос о других объектах тамплиеров на западе Ирландии имеет ключевое значение.

Документы о владениях ордена в Шотландии крайне отрывочны и ненадежны. Отчасти это объясняется бурными событиями в королевстве в конце тринадцатого века, а отчасти намеренным сокрытием этих сведений. В стране действовали по меньшей мере две большие прецептории. Одна из них, Maryculter, находилась неподалеку от Абердина. Другая, Balantrodoch – в переводе с гэльского «земля воинов» – была больше по размерам и представляла собой главную базу тамплиеров в Шотландии. Она расположена в окрестностях Эдинбурга и теперь называется Темпль. Однако информация о владениях тамплиеров в Шотландии основывается на показаниях только одного рыцаря, Уильяма де Мидлтона, которого допрашивала инквизиция. 

Он упомянул о Maryculter и Balantrodoch, как о двух местах, где он лично проходил службу. Это не исключает существования и других прецептории, где он не служил. Кроме того, у него были все основания «экономно расходовать правду». На самом деле в средневековых хрониках остались упоминания о владениях тамплиеров в Бервике (в те времена это была часть Шотландии) и в Листоне, неподалеку от Фолкерка. Свидетельства присутствия тамплиеров можно обнаружить совсем рядом с Аргайллом, а также еще как минимум в десяти районах Шотландии. Правда, теперь не представляется возможным выяснить, насколько велики были эти владения и что они собой представляли – прецептории, поместья или просто фермы.




2.2 Финансовая деятельность Ордена и его стремления к самостоятельным действиям, независимым от светских и духовных феодалов



За тамплиерами закрепилась репутация «банкиров Запада». Их финансовый успех даже представляют как одну из причин гибели ордена: богатство достаточно хорошо сочетается с корыстолюбием и высокомерием, вот только с религиозным служением все это находится в противоречии. 

Хотя автор данной работы считает, что в интересах выполнения своей задачи орден должен был развивать финансовую деятельность. 

Взносы, взимавшиеся с домов Запада, responsiones, были необходимы для существования орденов на Востоке. Даже в ситуации полного краха восточной политики булла папы Николая IV от 1291 г. снова напоминает об этом. Теоретически эти отчисления составляли треть дохода, но были сведены до десятой его части, а затем, в начале XIV в., в Арагоне, превратились в фиксированную сумму размером в тысячу марок. Интересы ордена Храма побуждали его обращать большую часть своей прибыли в деньги и приобретать как можно больше налогов на ярмарки и рынки, а также выгодные монополии, например исключительное право на «взвешивание», выкупленное у графа Шампани в ущерб горожанам Провена.

Орден Храма занимался деятельностью, характерной для всех монастырей — служил убежищем, как для людей, так и для имущества.

 Монастыри военных орденов внушалиеще большее доверие; самые значительные из них — в Париже, Лондоне, Ла-Рошели, Томаре и Гардени, - защищенные стенами и обороняемые многочисленными братьями, казались застрахованными от всяких поползновений. Именно так, начиная с хранения ценных предметов, драгоценностей, денег, были накоплены «сокровища» ордена Храма, которые кое-кто ищет и поныне...

 Таким образом, первая финансовая функция ордена была пассивной: он выступал в роли несгораемого шкафа западного мира. В Арагоне это осталось почти единственной его ролью. В 1303 г. король Арагона хранил драгоценности короны в Монзоне. Частные лица отдавали на хранение украшения, иногда являвшиеся закладом при совершении других операций, к которым орден, возможно, также имел отношение. Кроме того, они хранили у ордена денежные суммы, предназначенные для конкретных целей, осуществление которых откладывалось на какой-то срок. Каждая вещь, отданная на хранение, помещалась в ларь, ключ от которого находился у казначея дома Храма и открыть который можно было только с согласия владельца. Во время первого крестового похода Людовика Святого, орден Храма перевозил на одном из своих кораблей, превращенном в настоящий плавучий банк, ларцы множества крестоносцев. В своем повествовании, которое стало знаменитым, Жуанвиль рассказывает, как с помощью небольшого торга сумел добиться того, чтобы их открыли, и раздобыл денег, необходимых для выкупа короля.

Орден Храма обеспечивал свою финансовую безопасность тремя способами: с помощью закладов, процентов и штрафов. Взамен на предоставляемые деньги получатель отдавал свое имущество в залог ордену, который сохранял его на случай невозвращения долга. Так произошло в рассмотренных выше случаях, имевших место в Арагоне. Процент часто маскировался под операцию обмена одной валюты на другую. Однако когда взгляды Церкви на этот вопрос претерпели изменение, епископ Сарагосы в 1232 г. открыто признался, что уплатил ордену Храма проценты: действительно, он погасил долг в пятьсот пятьдесят морабетинов, из которых пятьсот представляли собой основную сумму, а пятьдесят — ростовщический процент. Однако орден Храма предпочитал другое обеспечение для своих ссуд: контракт оговаривал значительный штраф, или interesse, в случае невыполнения условий «кредита» со стороны заемщика. К этому приему прибегали все ростовщики, о чем свидетельствуют многочисленные примеры из венецианских архивов. Штраф мог составить от 60 до 100 процентов одолженной суммы. 

Если тамплиеры не принимали непосредственного участия в совершении финансовых операций, то они выступали в качестве рекомендателей, свидетелей или заверителей: важная сделка подобного рода была заключена госпитальерами в Венеции в июне 1181 г. в присутствии дожа и двух братьев-тамплиеров.

Храмовники так же внесли свой вклад в развитие финансовых технологий (аккредитивы) и бухгалтерии. Например, благодаря записям кассовых журналов мы можем видеть, как функционировал парижский филиал, самый значительный на Западе. Утром брат X открывает одно из пяти или шести окошек банка; в кассовой книге он записывает число и свое имя; затем он подробно расписывает приходные операции, если это приходная касса, и дебет, если она расходная. Денежные суммы выплачивались реальными деньгами, которые, как известно, существуют в различных формах. Кассир записывал их в свою книгу в валюте расчета, т. е. в том виде денег, которые использовались в операциях. Вечером, закрывая кассу, он переводил все средства в монеты парижской чеканки.

На Востоке орден Храма вел такую же кредитную политику. Одним из первых указаний на это являются ссуды, выданные Людовику VII во время Второго крестового похода. Дополнения к уставу, составленные во второй половине XII в., упоминают о ссудах как об обычной практике: магистр имел право по собственному решению предоставлять займы размером до тысячи безантов. Развитие кредитной деятельности ордена Храма в Сирии-Палестине по времени совпало с расцветом крупной международной торговли и притоком драгоценных металлов, в основном серебра, в латинские государства в 1160-е гг.

 Возникает вопрос: откуда поступали деньги, которыми орден Храма располагал на Востоке? Существует два противоречащих друг другу объяснения.

Финансовые средства поступали с Запада, из «тыловых» командорств, а это предполагает перемещение значительных средств.

Д. Меткалф сомневается в объемах этой «перекачки» денег и предлагает другую версию: в самой Сирии-Палестине орден Храма нашел значительные источники средств, поступавших от эксплуатации его владений в Святой земле, от пожертвований, сделанных пилигримами и крестоносцами в Иерусалиме, от дани, выкупов и военной добычи, захваченной у неверных, и, наконец, от собственно банковских операций. По мнению этого автора, главной причиной развития банковской деятельности ордена являлась прибыль, открывшая возможность получить дополнительный доход. С его точки зрения, «на Востоке богатство тамплиеров Святой земли следует оценивать в свете их социального и политического значения; а на Западе исходя из той роли, которую они там играли».

Не преувеличивает ли Д. Меткалф размеры средств, находившихся в распоряжении ордена Храма в Иерусалиме? Добыча, дань и выкупы не были «улицей с односторонним движением». Можно даже полагать, что военно-политическая конъюнктура становилась все более неблагоприятной для латинских государств: им чаще приходилось платить выкупы и дани, чем получать.

С другой стороны, документы, по-видимому, доказывают, что на Востоке орден Храма не обладал головокружительными суммами и, для того чтобы предоставлять ссуды, ему самому приходилось брать в долг, в первую очередь у итальянских банкиров. Так, в апреле 1244 г. на Кипре Иоланта де Бурбон заняла у ордена Храма десять тысяч сирийских безантов, обещав выплатить равноценную сумму, или три тысячи семьсот пятьдесят турских ливров, парижскому дому ордена. Однако 12 мая нотариус в Лимассоле заверил обязательство ордена Храма уплатить итальянцам, к которым он вынужден был обратиться, чтобы раздобыть эти десять тысяч безантов, на ближайшей ярмарке в Ланьи (т. е. в январе). Таким образом, будучи далеки от того, чтобы соперничать, тамплиеры и итальянские банкиры дополняли друг друга. Итальянцы не всегда представляли себе финансовое положение своих клиентов на Святой земле; они искали гарантий от ордена, пользовавшегося превосходной репутацией. Вероятно, они предоставляли тамплиерам ссудный процент, когда те обращались к ним, чтобы удовлетворить запросы своего клиента. Во всяком случае, ясно, что орден Храма не мог действовать себе в убыток .

Аргументация Д. Меткалфа ведет к тому, чтобы усмотреть своего рода расхождение в развитии ордена на Востоке и на Западе и свести к минимуму контакты между этими двумя аренами его деятельности.

Линии сообщения внутри ордена были надежными, а передача идей, касавшихся банковских технологий, вероятно, была быстрой и эффективной. Перемещение фондов силами ордена, по-видимому, имело сравнительно небольшое значение, хотя объем перевозимых сумм сравнительно сложно оценить.

Однако, опровергая доводы Д. Меткалфа, можно доказать, что деньги тамплиеров Запада перетекали в Палестину.

Коммерческая экономика того времени страдала от нехватки наличности, компенсировать которую могло быстрое обращение наличных денег. Однако циркуляция происходила медленно. Чтобы исправить положение, требовалось избегать транспортировки реальных денег, чтобы ограничить трансферты («перекачку» денег) и увеличить количество фиктивных трансфертов: брали заем на Западе и расходовали или выплачивали его на Востоке, и наоборот. 

Каково бы ни было значение перевозки денег, она представляла собой лишь одно из направлений деятельности ордена Храма в Средиземноморье.

Тамплиеры были прекрасными посланниками. Во Франции королевская власть охотно возлагала на них временные поручения исключительной важности, выполнять которые, как правило, поручали комиссарам. Между 1236 и 1250 гг. брат Жиль, казначей ордена Храма в Париже, вместе с бальи Никола де Отвильером был отряжен принимать клятвы верности королю.

Но главным образом, светские и церковные власти использовали знания тамплиеров в области финансов.

Эти финансовые отношения с властями установились очень быстро. «Мы представить себе не можем, - писал Людовик VII в письме к Сугерию, - как бы нам удалось продержаться в этой стране без помощи тамплиеров. Они одолжили нам весьма значительную сумму. Ее необходимо им вернуть. Поэтому мы умоляем вас безотлагательно выплатить им две тысячи марок серебром». В другом послании король уточняет механизм займа: «Пусть мое заступничество в их пользу не пропадет втуне: ведь они обещали вскоре вернуть то, что заняли с целью оказать мне услугу.» [Ibid. T.XV.P.496-501. Этот заем Людовика VII почти частное дело. Но он положил начало традиции, продолжавшейся до самого конца крестовых походов: готовясь к отбытию в Святую землю, короли обращались к военным орденам: они либо отдавали им на хранение свои деньги в преддверии похода, как поступил Генрих II, либо просто брали в долг: так, Эдуард I, прежде чем отправиться на Восток, занял у ордена двадцать восемь тысяч ливров. Так было положено начало того, чтобы доверить орденам управление финансами государства.

Но в Англии он был сделан только наполовину, в том смысле что только часть королевской казны была отдана на хранение ордену Храма в конце правления Генриха II. Другая часть - гардероб - находилась под надежной охраной в Лондонской башне. 

Во Франции, напротив, вся королевская казна хранилась в парижском доме Храма (Тампле) еще с середины XII в.

Финансовая активность ордена Храма была заметна и в других областях. В Англии тамплиер Гилберт Хокстон собирал десятину для короля, но немного оставлял себе. Когда об этом стало известно, король его простил, а магистр — нет и подверг суровому наказанию. 

Не смотря на то, что тамплиеры славились как финансисты и банкиры, со второй половины XII века общая репутация ордена постоянно ухудшалась. 

Это зависело от событий происходивших на Святой Земле, там тамплиеры располагали двумя десятками мощных замков с гарнизонами и армией в размере около 300 рыцарей и несколькими тысячами сержантов, в условиях, когда объединенная армия Иерусалимского короля редко когда превышала 1000 рыцарей, они были грозной и влиятельной силой. Орден часто пытался следовать собственной политике, и очень часто это политика шла в разрез с интересами крестоносных государств и других орденов.

Европа была прекрасно осведомлена о часто неприглядной деятельности ордена на востоке, но как это обычно бывает, они еще обрастали слухами, говорили, что орден специально сдал Иерусалим мусульманам, винили его в неудачах крестовых походов и даже обвиняли в вероотступничестве. Особенно ополчилось на него европейское духовенство, ведь у него на это были и свои причины- тамплиеры были их прямыми экономическими конкурентами. 


2.3 Политическая деятельность тамплиеров. Падение Иерусалима



Первые предпосылки к появлению врагов у ордена проявились, когда паломник Иоанн Вюрцбургский, после II крестового похода, посетивший Иерусалим, отмечал, что орден Храма раздает щедрые милостыни приверженцам Христа, но даже не десятую часть того, что дает орден госпитальеров. Однако благотворительность ордена Храма была велика и ее оказывали с благородной учтивостью. 

После падения Иерусалима в 1187 г. и горькой участи многих бедняков, за которых не был внесен выкуп, молва обвинила тамплиеров в отказе заплатить за бедняков выкуп. По мнению Мелвиль, с этого момента, белые плащи рыцарей Храма перестают олицетворять чистоту и невинность.
 Во время ожесточенной борьбы меж папой и Фридрихом II тамплиеры выступили на стороне папы, всячески противодействуя стремлениям Фридриха захватить власть в Иерусалиме и на Кипре. Его письма, разосланные всем европейским дворам, полны змеиного шипения и распространяют ядовитые обвинения о сговоре рыцарей Храма с врагом. Многие подозрения, нависшие в дальнейшем над Домом, берут начало в речах императора.

 Орден приобрел 2 сильных врагов – родственника Фридриха, герцога Ричарда Корнуэлльского и Матвея Парижского, монаха Сент-Олбанского монастыря. Последний, по мнению Мелвиль, опередил свое время на 3 века, будучи сторонником того, что, впоследствии было прозвано протестантизмом. Он испытывал отвращение к финансовым делам тамплиеров, обвиняя их в порочности. С их желчными речами намечается тенденция на сплочение врагов Ордена Храма.

Тамплиеры пользовались неприкосновенностью на войнах меж христианами и связями с знатнейшими родами для влияния политику. Мельвиль приводит пример как они во время столкновений короля Англии Генриха II с архиепископом Кентерберийским Томасом Бекетом в 1164 г. привели Бекета к подписанию Кларендонских коституций. 

Папа Урбан IV поручил 3 храмовникам контролировать состояние замков в Папской области, а в Акре тамплиерам одинаково доверяли и Ричард I, и Филипп Август.

Орден получал от феодалов право управления территориями – напр. договоры меж орденом и графами Беренгариями в Испании, получение замков и фьефов в Палестине.

На Востоке храмовники показали себя прекрасными дипломатами. Несмотря на статус непримиримых врагов сарацин, они вступили в отношения с теми, у кого красный крест вызывал ужас. После провала II крестового похода у стен Дамаска прослеживается четкая ориентировка ордена на доброжелательные отношения с Дамаском - против Мосула. Незадолго до похода, храмовников посетил «самый обворожительный из послов» от султана Дамаска Усама ибн Мункид, который описал свое пребывание:

Во время посещения Иерусалима я вошел в мечеть Аль-Аксар. Когда я вступил в мечеть Алъ-Аксар, занятую тамплиерами, моими друзьями, они мне предоставили эту маленькую мечеть творить там мои молитвы. Однажды я вошел туда и восславил Аллаха. Я был погружен в свою молитву, когда один из франков набросился на меня, схватил и повернул лицом к Востоку, говоря: "Вот как молятся". К нему кинулась толпа тамплиеров, схватила его самого и выгнала… .

Через 10 лет после этих событий фаворит каирского халифа Насреддин убил господина, его братьев и визиря. Усама, живший в Каире, был замешан в заговоре. Заговорщикам пришлось бежать. Сестра халифа пообещала тамплиерам щедрую награду за бежавших. Те захватили Насреддина и брата Усамы. Усама ускользнул. Орден выдал Каиру Насреддина за 60 000 динаров. Усама вскоре встретился с Зенги, атабеком Мосула, который захватил Дамаск и, с его помощью, обменял своего брата на тамплиера по прозвищу Меченый. Усама рассказывает эту историю четко и без проявления неприязни по отношению к тамплиерам. Но Гийом Тирский, ненавидивший храмовников, обвинил их в предательстве по отношению к Насреддину, якобы искавшему у них помощи, собиравшемуся стать христианином и изучить французский язык за 4 дня..

Критическое отношение к фактам доказывает лживость рассказа, сочиненного, чтобы очернить орден, могущество и богатства которого уже породили завистников.

В феврале 1167 года храмовники сыграли ведущую роль в заключение договора меж иерусалимским королем Амальриком и каирским халифом, скрепив его неслыханным для мусульман рукопожатием. Фактически договор заключил тамплиер Жоффруа Фуше.

В 1172 году Старец Горы, глава секты исмаилитов (ассасинов), обосновавшейся на отрогах Ливанских гор, направил своих посланников в Иерусалим, предлагая союз против сарацин; он, якобы, изъявлял желание принять Христа со всеми ассасинами. Амальрик без колебаний принял предложения Старца Горы и отправил посланцев с письмами и подарками этому шейху, тамплиеры напали на них и перерезали всех. Амальрик принес извинения Старцу Горы и потребовал у магистра ордена выдачи виновных. Одон де Сент-Аман ответил, что убийцей был брат Готье дю Месниль, которого будет судить капитул; передать его в руки короля он отказалсяАмальрик с несколькими отрядами осадил командорство Сидона и захватил самого брата Готье. Одновременно король поведал Гийому Тирскому, что намеревается укротить орден, независимость которого начала угрожать королевству; внезапная смерть помешала осуществить эти планы. В магистерство Одона де Сент-Амана (1170-1180) тамплиеры и госпитальеры, завидовавшие друг другу, довели свои отношения до бурной ссоры. Но, кажется, магистры обоих орденов осознали, что подобная борьба неуместна, так что с одной стороны брат Одон и Роже де Мулен - с другой выработали условия, которые, в случае конфликта, следовало рассмотреть прежде всего трем братьям из каждого ордена, выбранным командорами Домов; если же они не придут к согласию, должно было воззвать к общим друзьям и в конце концов — к магистрам орденов.

Одна из главных причин трагедии ордена, по мнению Мелвиль - правление Великого магистра Жерара де Ридфора (1184-1189), избрание которого вслед за де Сент-Аманом не нашло понимания среди рыцарства Храма. Он воспользовавшись постом, предался мести за обиды молодости, предприняв гибельные решения, обернувшиеся уничтожением мощи ордена при Хаттине в 1187 г. и потерей Иерусалима.

В 1198 меж тамплиерами и госпитальерами вспыхнула настоящая война по поводу фьефа, находившегося между Маргатом и Валанией. Вскоре Орден был втянут в войну меж королем Киликийской Армении Львом II и Боэмундом IV Триполитанским, - в борьбу, ставкой в которой было княжество Антиохийское. На стороне армян выступили госпитальеры. Тамплиеры выстояли в кровавой борьбе, насыщенной предательством, интригами, взаимными жалобами магистров в Рим, отлучениями феодалов и вышли победителями в 1213 г., вернув свои владения и сыграв главную роль в отлучении армянского короля от церкви. Вышеупомянутый император Фридрих II, отлученный от церкви, не сумев захватить власть в Палестине, сделал все для ослабления обороноспособности Святого Града, забрал себе все осадные машины из города – позднее он отослал часть их султану Каира как «своему доброму другу». Глава семейства Д`Ибелен Жан, непримиримый враг Фридриха незадолго до смерти стал братом ордена Храма. Кончина главы Д'Ибеленов, бывших главными претендентами на иерусалимский трон отдали власть в руки патриарха и магистров Храма и Госпиталя. Тамплиеры возвращались к идее альянса с Дамаском. Видя, что опасность шла из Каира, они желали приобрести союзника разобщенным христианам. Госпитальеры склонялись к договору с Египтом. Рыцари обоих орденов избивали друг друга на улицах Акры и осаждали одни других в командорствах. Тамплиеры изгнали тевтонских рыцарей, сторонников Фридриха II, из Акры и принудили укрыться в принадлежавшем им замке Монфор.

Подвиги тамплиеров на поле битвы можно отнести еще к I половине XI века, когда они принимали активное участие в испанской Реконкисте. Первым общепризнанным европейскими феодалами военным успехом тамплиеров было спасение жизни многим французским крестоносцам и королю Людовику VII в горах Лаодикеи, в 1146 г., когда крестоносцы попали в засаду, под град турецких стрел. Тамплиеры, ветераны необъявленного крестового похода в Испании, организовали спасение лошадей и поклажи.

25 ноября 1177 года храмовники были в первых рядах отряда под командованием героя Святой Земли – короля Балдуина IV. Тогда горстка христиан стремительно атаковала у Лидды и обратила в бегство многотысячную орду Саладина.

Ярким примером доблести и чести тамплиеров является Одон де Сент-Аман, умерший в плену после захвата Саладином замка Шатле в 1179 году. На предложение выкупа брат Одон заявил, «что тамплиер может предложить в качестве выкупа лишь свой боевой пояс».

Жак де Витри так охарактеризовал тамплиеров: «…почему они вызывали такой ужас у врагов веры Христовой - ведь они в одиночку способны были выступить против тысячи, а вдвоем могли преследовать десять тысяч». Арабский историк Ибн ал-Асир, наиболее внимательный летописец Саладина, считал тамплиеров и сердцевиной и движущей силой войска франков. После победы над франками при Тивериадском озере в 1187 г. Саладин приказал отрубить головы пленным тамплиерам и госпитальерам, ведь «они проявили большее рвение в бою, чем остальные франки». В 1241 г. монголы обрушились на Европу. Тамплиеры провинций Рига, Славония и Венгрия пали в первых рядах у Легницы и Мохи. В 1244 году на христиан обрушились орды египетских мамлюков и туркмен, изгнанных монголами, под командованием бывшего монгольского раба Бейбарса. 17 октября бесчисленные войска азиатов атаковали христиан и их союзников из Дамаска. Через 2 дня Великий магистр ордена Храма Арман Перигорский погиб в бою с 300 рыцарей Храма и 200 рыцарями Госпиталя. Магистр Госпиталя был захвачен в плен. Фридрих II в поражении обвинил храмовников, предавшихся Дамаску и рыцарей-мирян Святой Земли, «взращенных в роскоши».

В последние дни Иерусалимского королевства братья были в первых рядах христиан, павших в неравном бою. 16 мая 1291 года Великий магистр Гийом де Боже погиб при героической обороне Акры. Командование принял маршал Пьер де Севри. Султан клятвенно обещал сохранить жизнь всем сдавшимся в плен. Но слово не сдержал…

Резиденция тамплиеров была последней христианской твердыней в Акре. Сложившие оружие братья погибли в последней схватке с сарацинами султана-клятвопреступника. Оставшиеся в живых братья заперлись в Храме. Турки стали подкапывать основание. 18 мая Храм обрушился, похоронив всех христиан и более 2000 конных сарацин. На Святой Земле еще остались 3 очага сопротивления – замки ордена Храма Сайет, Бероф и Атлит. Гарнизоны Сайета и Атлита, видя безысходность, отплыли на Кипр. Братья Берофы доверились клятве эмира – все были повешены палачами клятвопреступника.

Некоторые храмовники, находившиеся в Европе, пользовались своим положением, творили жестокости и несправедливости. Ярким примером этого служит Шотландия, где все тамошние рыцари Храма были англичанами и пользовались большими привилегиями во времена правления ненавидимого шотландцами короля Эдварда Длинноногого. Магистр ордена в Англии и Шотландии Брайан де Джей и послужил для Вальтера Скотта образцом беспринципного и алчного тамплиера, с которого был списан образ Бриана де Буагильбера для произведения «Айвенго». Де Джей прославился своей алчностью и жестокостью в отношении шотландцев. Он нарушил Устав ордена, когда выступил на стороне английского короля во врем восстания Уильяма Уоллеса в Шотландии. Брайан де Джей погиб в битве под Фалкирком в 1298 году, храбро сражаясь в первых рядах против шотландских бунтовщиков, по словам английских хронистов



Выводы к главе 2



Реконструкция возникновения военно-монашеского братства тамплиеров и важнейших особенностей этого братства позволяет выявить общие черты становления сообщества воинов-монахов: монашеские обеты; следование единому орденскому уставу; мотивация идеалом угодного Богу благотворительного и воинского служения; слияние идеи жизни в Земном Граде и Граде Небесном, а значит и монашеского и воинского служения ради защиты Небесного Града; функция вооруженной защиты паломников и охраны Святой Земли; обеспечение воинов-монахов доходами из имущества короля и сеньоров. Такая организация позволяла орденам стать эффективными моделями влияния церкви, играть существенную роль в ее стабилизации и развитии. Благодаря своим обширным владениям, многочисленности, Дипломатическому и военному искусству орден Храма пригрел огромное политическое и военное влияние. Однако финансовая мощь тамплиеров была столь же велика, и их деятельность существенно повлияла на основы экономики той эпохи.

Орден нередко выполнял функции банкира, чему способствовала интернациональная природа этой организации, но главной целью его учреждения была военная защита государств, созданных крестоносцами на Востоке; собственно, и сам орден зародился на этих землях и благодаря своей тамошней деятельности приобрел славу и могущество. Однако в 1291 г. христианские поселенцы были изгнаны из Палестины египетскими мамелюками, и существование тамплиеров, таким образом, лишилось своего основного смысла.


Глава 3. Гибель Ордена Храма



3.1 Гибель Иерусалимского королевства под натиском мусульман. Разрушение Ордена



Политическая деятельность рыцарей Католической Церкви не ограничивалась только Западом - и с Исламским миром Орден установил тесные деловые отношения. Даже сарацины, против которых боролись крестоносцы, оказывали Тамплиерам гораздо больше уважения, чем другим европейцам.

 Рыцари-храмовники имели сношения даже с Ассасинами, исламским террористическим религиозно-политическим Орденом, который платил тамплиерам дань. Почти на всех политических уровнях храмовники выступали как официальные третейские судьи, и нередко короли признавали их авторитет.

Однако же основным направлением деятельности тамплиеров была война с сарацинами, и именно на эту войну уходило большинство богатств ордена. Практически все Западные командорства трудились ради Святой земли - они поставляли деньги на содержание крепостей и наёмников и, конечно, отправляли в Палестину новых воинов. По всей территории Иерусалимского королевства храмовники развернули широкую военную деятельность - они участвовали практически во всех вооружённых столкновениях, поддерживали все крестовые походы, самостоятельно осаждали замки неверных и нападали на их отряды. Известно, что тамплиеров и госпитальеров мусульмане боялись особенно сильно. Султан Саладин настолько ненавидел рыцарей - монахов за их неустрашимость, что сказал Я очищу землю от этих поганых орденов". 

Все крупные битвы проходили при непосредственном участии тамплиеров. В 1153 году во время осады Аскалона погиб Великий ордена магистр Бернар де Трембле и сорок рыцарей, которые ринулись в пролом в стене, но пали, блокированные защитниками города. В течение XII века тамплиеры играли главенствующую роль на полях сражений в Палестине. Людовик VII предводитель второго крестового похода, писал, что тамплиеры оказали ему огромную поддержку: +мы не можем себе представить, как бы мы смогли прожить хотя бы миг в этих краях без их помощи и участия+" 4 июля 1187 года магистр тамплиеров Жерар де Ридфор был инициатором атаки войск Саладина у Рогов Хаттина, где войска крестоносцев потерпели крупное поражение. Тамплиеры заплатили огромную цену за тактическую ошибку - 230 рыцарей погибли, магистр попал в плен. Но даже катастрофа при Хаттине не поколебала мощь ордена.

1187 войска египетского султана Саладина взяли Иерусалим, тамплиеры перенесли свою резиденцию в Акру. После падения Иерусалима. Ордена Тамплиеров и Госпитальеров заняли и почти все важные замки севера Сирии, расширив или восстановив девять крепостей из десяти. Ожесточенное соперничество, развернувшееся в XIII веке между тамплиерами и госпитальерами, двумя крупнейшими орденами крестоносцев, ослабило и тот и другой и имело для них плачевные последствия. Несмотря на лишение Святого Города Тамплиеры не оставили борьбы и принимали активное участие в третьем крестовом походе, проявив столько же благоразумия, сколько и воинственного пыла. Тамплиеры превращались в истинных правителей Иерусалимского королевства: они отлично ориентировались на местности, лучше разбирались в политике на Святой земле, чем предводители крестовых походов и обладали превосходной дисциплиной. 

Когда в 1228 году Фридрих II заключил с мусульманами договор, по которому последние передавали христианам Иерусалим, тамплиеры пришли в негодование и резко высказались против этого шага. Рыцари Храма, которые провели многие годы в Палестине, отлично понимали, что Иерусалим, находящийся в кольце мусульманских замков, может быть захвачен в любой момент и бессмысленный договор принесёт христианам гораздо больше вреда, чем пользы. Фридрих II пошёл на открытый конфликт с тамплиерами, на что тамплиеры ответили ему, что если он не уберётся, они отправят его туда, откуда он не вернётся больше". В устах тамплиеров эти слова не были пустыми угрозами, и напуганный император в скорм времени покинул Святую землю, оставив её в гораздо более бедственном положении, чем до его прибытия.

Седьмой крестовый поход под предводительством Людовика Святого разрушил договор установленный между тамплиерами и султаном Дамаска. Людовик был плохим знатоком арабского мира и не понимал выгоды этого альянса; он горячо порицал Великого магистра тамплиеров за этот союз. Однако храмовники знали, что Людовик IX скоро возвратится в Европу и это придаст смелости мусульманам. Отсюда их стремление заручиться хотя бы нейтралитетом Дамаска. Зная, как дальше развивались события,+мы не можем не признать правоту тамплиеров и не признать их прозорливость". Когда в 1254 году Людовик Святой покинул Палестину, от государства крестоносцев оставалась лишь видимость: не было не центральной власти, ни границ. Внешнее положение остатков Иерусалимского королевства становилось всё более угрожающим, внутри его терзали междоусобные войны. При подобных обстоятельствах на магистра ордена Храма легла большая ответственность: фактически духовно-рыцарские ордена оставались единственной реальной силой и властью в Святой земле. Дело крестовых походов уже было проиграно, но эти последние рыцари не оставляли начатого. Два последних главы Дома на Востоке, Тома Беррар и Гийом де Боже, оказались на высоте своего призвания, хотя им становилось всё труднее при непрерывных катастрофах, изматывающих Святую землю, и возрастающем безразличии западных властителей. 

В то время, когда вокруг всё рушилось, тамплиеры оставались верными себе, но даже этих твёрдых духом монахов не могли не потрясать потери, одна за другой подводящие Святую землю к окончательному падению. В 1265 году, после потери Арсуфа, один неизвестный тамплиер написал известную поэму под названием Гнев и боль+", в которой выразил общее настроение, царившее в то время в Палестине. 

Уже в 1273 году, при вступлении на пост магистра - Гийома де Боже, территория Иерусалимского королевства ограничивалась несколькими городами со столицей в Акре. Христиане теряли последние города, и 5 апреля 1291 года султан Килавун осадил Акру - последний оплот христианства в Палестине. В жестоких уличных боях погиб магистр, в городе началась резня. Тамплиеры и госпитальеры действовали необыкновенно слажено - перед лицом смертельной опасности враждующие братья полностью помирились. В конце концов, в разрушенном городе остались только полностью окружённые храмовники. Они укрылись в башне собственной резиденции и в течение нескольких дней оказывали сопротивление войскам султана. Вскоре мусульмане бросили все силы на башню ордена Храма, и она была подкопана. 18 мая 1291 года, когда на башню со всех сторон стали взбираться враги, та обрушилась, погребая под собой и христиан и неверных.

Оставшиеся в живых тамплиеры и госпитальеры скрылись в башне своей резиденции, где им удавалось некоторое время оказывать сопротивление врагу, но мусульмане, которые не могли их оттуда «достать», придумали способ решить все разом. Они начали одновременно подкапывать и разбирать башню, что и привело к ее обрушению. Она упала, погребя под собой и рыцарей, и сарацинов. 

Все эти события в один момент закрыли эту главу истории христианского рыцарства, поставив точку в повести об Иерусалимском Королевстве.

Оставшиеся тамплиеры обосновались на Кипре, но некоторое время спустя, перенесли свою главную резиденцию в Париж. Начиная с этого времени, орден, лишённый основной цели, начнёт свой путь к падению.


3.2 Стремления Филиппа IV Красивого установить протоабсолютистскую систему правления. Гибель Ордена Храма. Процес тамплиеров как уникальный пример средневекового права



Ранним утром 13 октября 1307г., в пятницу, члены ордена, проживавшие во Франции, были внезапно арестованы чиновниками короля Филиппа IV именем Святой инквизиции, а владения тамплиеров переходили королю. 

Братьев обвиняли в тягчайшей ереси - в том, что они отрекались от Иисуса Христа, плевали на распятие, питали склонность к гомосексуализму, и поклонялись идолам на своих собраниях. Эти обвинения основывались на доносах некоторых рыцарей, исключенных из ордена за пороки и недостойные поступки. Некоторые из этих рыцарей лично были знакомы с будущими обвинителями ордена. В октябре и ноябре арестованные тамплиеры почти одновременно признали свою вину. 

Ко многим заключенным применялись ужасные пытки, а ведь многие из допрашиваемых были не закаленными в бою, полными сил воинами, а служителями, работавшими в хозяйствах ордена или пожилыми ветеранами, ушедшими на покой в Европу. Затем де Моле публично повторил свое признание перед собранием теологов Парижского университета. 

Со своей стороны Филипп написал монархам христианского мира с просьбой последовать примеру и произвести аресты тамплиеров, поскольку все они стали отъявленными еретиками. 

Климент V воспринял эти аресты как посягательство на его авторитет. Однако после вспышки возмущения он попытался взять ответственность за случившееся на себя. 22 ноября 1307 г. он издал буллу «Pastoralis praeeminentiae», в которой отдал приказ всем монархам произвести аресты тамплиеров и именем папы начать отчуждение их земель. Булла положила начало процессам в Англии, на Пиренейском полуострове, в Германии, Италии и на Кипре. Два кардинала были посланы в Париж для того, чтобы лично допросить руководителей ордена. 

Однако в присутствии представителей папы де Моле и генеральный смотритель де Пейро отказались от признаний и настоятельно просили остальных сделать то же. В начале 1308 г. папа приостановил инквизиционные процессы. 

Филипп IV и его легисты целых полгода тщетно пытались воздействовать на папу, побуждая его вновь начать следствие, манипулируя общественным мнением и мнением богословов, а также намекая папе на возможность санкций против него. Кульминацией этой кампании явилась встреча короля и папы в Пуатье в мае-июне 1308 г. Папа начал два расследования: одно должно осуществляться папской комиссией внутри ордена, второе - серия судебных процессов на уровне епископств, где местные суды должны были определить виновность каждого брата ордена. 

На октябрь 1310г. был намечен Вьенский собор, которому предстояло вынести решение по делу тамплиеров. В Шинон были посланы три кардинала, чтобы выслушать признания руководителей ордена. Те вернулись к исходным показаниям. Епископальные расследования, проводившиеся под давлением со стороны епископов, связанных с французским престолом, начались, видимо, в 1309 г., и, в большинстве случаев тамплиеры повторили свои первоначальные признания после применения тяжких продолжительных пыток. Папская комиссия, расследовавшая деятельность ордена в целом, начала слушания по делу лишь в ноябре 1309 г. 

Сперва казалось, что все пойдет по хорошо проторенному пути «добычи» признаний, однако, сперва неуверенно, а затем со все большей убежденностью, братья-тамплиеры перед лицом папской комиссии, вдохновляемые двумя талантливыми братьями-капелланами - Пьером де Болоньей и Рено де Провеном, - последовательно защищали орден и достоинство. К началу мая 1310г. почти шестьсот тамплиеров пришли к решению защищать орден, отрицая истинность вырванных под пытками признаний, сделанных либо перед инквизиторами в 1307 г., либо перед епископами в 1309 г. Папа поняв, что близкого конца процессу не предвидится, отложил Собор на год. Филипп IV предпринял жесткие меры. Архиепископ Санса, ставленник короля, вновь начав расследование по делу отдельных братьев в рамках своей епархии, установил, что сорок четыре человека виновны как повторно впавшие в ересь, передал их светскому суду. 12 мая 1310г. пятьдесят четыре тамплиера были приговорены к сожжению на костре и казнены в предместье Парижа. 

Один из двух главных вдохновителей защиты ордена в суде, Пьер де Болонья, чудесным образом исчез, а Рено де Провен был приговорен советом провинции Сане к пожизненному тюремному заключению. Благодаря этим казням удалось заткнуть рот почти всем непокорным - сопротивляться продолжали лишь особо отважные братья, и многие тамплиеры вернулись к своим первоначальным показаниям. Слушания папской комиссии также закончились в июне 1311 г. Летом 1311 г. папа объединил свидетельские показания, полученные им из Франции, с материалами следствия, мало-помалу поступавшими из других стран. Лишь во Франции и в тех районах, что находились под ее влиянием, от тамплиеров под пытками добились признания. В октябре состоялся Вьенский собор, и папа потребовал роспуска ордена на том основании, что тамплиеры обесчестили себя.

 Сопротивление святых отцов во время Собора было, весьма значительным, и папа под давлением короля Франции настоял на своем, заставив аудиторию молчать под страхом отлучения от церкви. Булла «Vox in excelso» от 22 мая 1312 г. возвестила о роспуске ордена, а согласно булле «Ad providam» от 2 мая вся собственность ордена безвозмездно передавалась другому крупному ордену - госпитальерам. 

Вскоре после этого Филипп IV изъял у госпитальеров крупную сумму в качестве компенсации за ущерб казне в время «праведного расследования». По мнению Рида, госпитальеры вынуждены были заплатить королю 310000 турских ливров. Что касается тамплиеров, то в отдельных случаях они, помимо тяжкой епитимьи, были приговорены к различным срокам заключения, в иных же случаях, особенно если братья так не признали вины, их ссылали в монастыри, принадлежавшие другим орденам, чтобы они до конца влачили существование. В большинстве европейских государств владения ордена прибрали к рукам светские правители. В Испании владения ордена перешли к другим орденам, например к ордену св. Марии Монтесской или к ордену Калатравы, куда и вступили бывшие тамплиеры. В Португалии король Дионисий оказался преследовать рыцарей – героев Реконкисты и в 1319 г. основал орден Христа, куда вошли бывшие братья Храма. Их предводители предстали перед папским судом 18 марта 1314 г. и были приговорены к пожизненному тюремному заключению. Гуго де Пейро, генеральный досмотрщик ордена, и Жоффруа де Гонневиль, приор Аквитании, выслушали приговор молча, однако Великий магистр Жак де Моле и приор Нормандии Жоффруа де Шарне громко протестовали, отвергая все обвинения, и утверждали, что их святой орден по-прежнему чист пред Богом и людьми. Король незамедлительно потребовал их осуждения как впавших в ересь вторично, и в тот же вечер они были сожжены на одном из наносных островков Сены, Еврейском острове.

Перед казнью де Моле призвал папу и короля явиться через год на Божий Суд. Климент умер 20 апреля, а Филипп погиб на охоте 29 ноября сего года Возможно он покаялся, вспоминая как во время монетного бунта в париже он спасся в резиденции Тампля.

Ночью из соседнего августинского монастыря пришли монахи с другими набожными людьми и бережно собрали обугленные останки рыцарей, словно святые мощи. 

 Данте Алигьери считал храмовников невинными жертвами алчного короля Филиппа, а Раймунд Луллий, мистик с Мальорки считал их виновными в ереси. Роковую роль сыграли народные настроения – во-первых страх перед папой и церковным проклятием, во-вторых боязнь перед дьявольщиной и вера в колдовство. Они упали на благодатную почву из обвинений, против ордена, в падении Иерусалима и накоплении богатств.

В последующие века приспешники пап и королей Франции не признавали в этом поступке величайшую несправедливость, а демократы пытались изобразить братьев невинными жертвами тирании. В XVI в. Анри Корнелий Агриппа в трактате «Философия оккультизма» назвал рыцарей колдунами, а Жан Боден, сторонник конституционной монархии считал их маргинальным меньшинством. Во время борьбы протестантов с католиками, первые приводили в пример осуждение тамплиеров, как признак порочности католической церкви. Томас Фуллер и Эдвард Гиббон отмечают, что тамплиерам были присущи стяжательство и дурной нрав. В эпоху Просвещения, в XVII в. тамплиеров стали воспринимать, как волхвов древних оккультных религий. По мнению Питера Партнера в книге «Убитые волшебники» до наших дней в любой работе тамплиерах встречаются обрывки дикой фантазии и предубеждений из XVII века. Главными проповедниками «тамплиеризма» стали франкмасоны, «вольные каменщики», превратившие рыцарей ордена из исторических персонажей в мифических героев, отыскавших древние реликвии и раскрывших великие тайны. По меткому выражению М. Барбера «возникла своего рода небольшая индустрия, за счет которой питаются ученые, историки исскуства, журналисты, издатели и телевизионщики». Питер Партнер заявил, что «тамплиеризм выдуман шарлатанами, чтобы дурачить простофиль». 

Мальком Барбер писал:«Когда 14 сентября 1307 г. Филипп IV издал тайный указ об аресте тамплиеров, он оправдывал свою акцию тремя основными причинами: тамплиеры виновны в отречении от Бога и оплевывании креста, в непристойных поцелуях и мужеложстве, а также в идолопоклонстве. 

В июле 1308 г. Климент V наконец согласился возобновить судебное расследование, приостановленное в феврале, и 12 августа 1308 г. был выдвинут более полный и систематизированный список обвинений. Он включал 127 статей, которые легко разбиваются на семь основных групп. Во-первых, вступая в орден, неофит отрекался от Христа, а порой и от Пресвятой Девы Марии и всех святых, по требованию тех, кто его принимал, и эти люди утверждали, что Христос — не настоящий Бог, а лжепророк и он вовсе не был распят во имя спасения человечества, но казнен из-за своих собственных прегрешений. А потому у вступавшего не оставалось надежды на спасение души через веру в Иисуса Христа. Затем новичка заставляли плевать на Святое распятие или на изображение Христа, а иногда попирать распятие ногами или мочиться ,на него. Во-вторых, в рассказах об идолопоклонстве тамплиеров особо упоминались кот и голова, и у этой головы иногда было даже три лица. Голове поклонялись как спасительнице и прославляли ее как дающую богатство; она якобы способна заставить деревья цвести, а землю — давать невероятные урожаи. Тамплиеры касались головы или обвязывали ее тонкими веревками, которые затем носили на талии. В-третьих, они не верили в святые таинства, а их капелланы избегали даже произносить святые слова во время мессы. В-четвертых, они считали, что могут исповедаться великому магистру и другим руководителям ордена, которые вправе отпускать им грехи, хотя многие из этих руководителей — миряне. В-пятых, известно, что приоры ордена целуют неофитов в губы, в пупок, в живот, в ягодицы, в спину и пониже спины и что в ордене поощряется мужеложство и подобные отношения даже навязываются новичкам. В-шестых, тамплиеры всегда всеми средствами, законными и незаконными, старались умножить доходы ордена. Пожертвования использовались также незаконно, из них, например, не делалось отчислений в пользу больниц.

В-седьмых, собрания и прием новых членов всегда проходили за запертыми дверями, по ночам, под строгой охраной, и на них присутствовали только члены братства. Братья, которые приоткрывали кому-то из посторонних тайну собрания, карались заключением в тюрьму или смертной казнью».

В 1810 г. в Париже молодой французский адвокат Ф. Ренуар, автор пьесы «Тамплиеры» с разрешения Наполеона Бонапарта изучил папские архивы о процессе тамплиеров и не нашел никаких признаков вины рыцарей. В XIX в. германский историк Г. Пруц доказал, что тамплиеры занимались колдовством. Через 10 лет американский специалист по инквизиции, Г.Ч. Ли доказал, что признания братьев ордена Храма в ереси были выбиты под пытками и обеспечены жесточайшим давлением папской инквизиции.



Выводы к главе 3



Тамплиеры были основной силой христиан на Святой Земле, защищая там интересы папства и обеспечивая своими успехами признание в Европе мудрости папских решений. Для этого им была предоставлена широкая автономия в действиях и крупные средства – в то время как католическая Европа разрывалась на куски в феодальных войнах и жестко контролировалась церковью. Ордену Тамплиеров принадлежали значительные земельные владения как в созданных крестоносцами государствах на территории Палестины и Сирии, так и на Западе, особенно во Франции. 

Орден обладал также широкими церковными и юридическими привилегиями, дарованными ему папой римским, которому он непосредственно подчинялся, и светскими монархами, на землях которых проживали тамплиеры. 

После потери Святой Земли, по вине феодального мира, не желающего сражаться за Святую Землю, орден был обескровлен. Его руководство не заметило угрозы со стороны духовных и светских завистников, и продолжало вести подчеркнуто независимую от политику.

Само существование подобной структуры как Орден Тамплиеров в Европе противоречило старым и новым общественным европейским ценностям.

 Поскольку папство не желало, не было способно решить эту проблему, точка в истории Ордена была поставлена доминирующим на тот период времени европейским государством. Очевидно, что в обвинительном списке содомия, поклонение Дьяволу появились для усиления эмоционального воздействия на обывателя. Именно эти пункты привели к «огненному» финалу.


Заключение



Обобщая исследование, проведенное в данной работе можно сказать, что 

Орден Тамплиеров занимает – даже среди трех великих военно-монашеских орденов – особое место. Достигнув огромного военно-политического могущества, он с великим шумом, вступив в конфликт с королем Франции, которого поддерживал сам глава католической церкви. Это событие надолго осталось в памяти современников и потомков, породив множество слухов, версий, легенд, а затем и исторических исследований.

В результате написания работы были достигнуты поставленные в ведении цели работы и получены слудующие данные:

Орден возник в 1118 году, когда Гюго де Пэйн, Годфруа де Сен-Омер и семь товарищей дали клятву охранять паломников, идущих Святым путем из Яффы в Иерусалим. Они явились ко двору Балдуина II, короля Иерусалима и попросили позволения начать свой Святой путь. Король одобрил их решение, и отвел рыцарям южное крыло дворца, построенное на месте храма Соломона и бывшей мечети Куббат-ал-Захры. Через десять лет орден получил название — Орден Храма.

Благородные рыцари Гуго де Пейн, Годфруа де Сент-Омер, Андре де Монбар, Гундомар, Ролан, Жоффруа Бизо, Пэйн де Мондидье, Аршамбо де Сент-Аман дали обеты целомудрия, послушания и бедности. Любое предприятие требует финансирования. Поэтому Балдуин II со своим двором, а также духовенство снабдили орден доходами со своих имений. Некоторые — навечно, некоторые — на время.

В 1127 году по указу короля Иерусалима Гюго де Пейн был направлен в качестве посла к римскому папе Гонорию II. Цель поездки — организация нового крестового похода, или как альтернатива — хотя бы посильная помощ для улучшения защиты Иерусалима. Также де Пейн должен был нанести визит в графство Анжу, где Балдуин II поручил ему вести переговоры о свадьбе своей дочери Мелисенды с графом Анжуйским Фульком V. Посетил Гюго и Бернара Клервосского, цистерианского аббата, дядю Анре де Монбар.

Бернар родился в Труа, в 1090г. в знатной семье. Чтобы избежать конфликтов, связанных с наследством(у него были старшие родственники) , родители определили Бернару будущее аббата. Будучи аббатом, состоял членом монашеского ордена Цистерианцев. Гюго де Пейн явился к нему с просьбой составить устав ордена Храма.

В 1128 устав был разработан.

Орден получал щедрые дары и быстро повышал свою численность. Многие знатные люди передавали в руки бедных рыцарей земли, финансы, оружие. Орден несмотря на обет бедности получил право управлять землями и вассалами. На протяжении своего существования, огромные богатства попадали в руки ордена.

Тамплиеры показали себя большими дипломатами, торговцами и воинами. Начиная со Второго крестового похода доблестные воины участвовали во всех. Ордена рыцарей храма и ордена св. Иоанна(госпитальеры) были основной ударной силой христианского мира против сарацин. По уставу ордена, выкуп пленных не допускался, а бежавший в бою считался опозоренным, и должен был один год есть с земли. Среди рыцарей ордена можно было встретить представителей наиболее знатных фамилий всей христианской Европы. Железная дисциплина и отличное финансирование делало их непобедимыми.

Знаменательная, и грустная дата в истории ордена — падение Иерусалима, столицы Святой Земли. Для рыцарей это означало уход из мест, которые им должно защищать. А ведь в этой защите и был их смысл жизни…

В 1187 году произошла ожесточенная битва за Иерусалим. Глава мусульман, султан Саллах ад-Дин совершал все новые победы, захватывая все новые города. Так, 5 июля ему досталась Тивериада, с 9 по 10 июля Акра, Яффа, Мирабель, 26 июля был взят Торон… 29 июля ад-Дину достались Сарепта и Сидон, 9 августа — Бейрут. В качество выкупа за сеньоров были сданы Джабайл и Ботрон, 5 сентября сдался Аскалон в качестве выкупа королевы Сибиллы за своего мужа, короля Иерусалима Ги де Лузиньяна.

Салах ад-Дин после того, как предпринял неудачную попытку захвата Тира, и продолжительной осады Аскалона принял решение начать осаду Иерусалима. В столице Святой Земли готовились к этому. В Иерусалим прибыл Балиян д’Ибелин, муж Марии Комниной, вдовы Амори I, и установил временное правление. Посвятив в рыцари шестьдесят аристократов и горожан, начав чеканить монету, д’Ибелин начал подготовку к анти-осадным действиям. Предложение Салах Ад-Дина насчет капитуляции было отвергнуто без раздумий.

Превосходство мусульман было ощутимо, несмотря на то, что христиане, бившиеся за Гроб Господень, сражались как львы… Иерусалим пал. Балиану удалось склонить Салах ад-Дина на свои условия капитуляции, пригрозив разрушить мечеть Омара или весь город вообще. Так, по условиям капитуляции выкуп одного мужчины стоил десять безантов, женщины — пять, и ребенка — один. Это было великодушно, так как за 10 безантов можно было дать свободу десяти детям или двум женщинам. Три-четыре тысячи человек смогли выкупить себя сами, десять тысяч освобождены султаном-победителем. Также, совместными усилиями зажиточных горожан, госпитальеров, тамплиеров и патриарха Иерусалима удалось выкупить еще восемь тысяч человек.

Как уже упоминалось, Орден вел широкую финансовую деятельность. И в числе его должников был даже король франции — Филипп IV Красивый. Власть Филиппа была довольно формальной для Ордена, м их могущество — очень даже завидным. Это не могло не бесить Филиппа.

Под предлогом случайного доноса, были допрошены несколько рыцарей. Далее последовали тайные переговоры с папой — Климентом V.

Произошел небольшой спор, кто будет судить Орден, светская власть или Церковь. Если называть вещи своими именами, то это был спор о том, кому достанутся богатства Ордена.

Светская власть выдвинула следующие обвинения:

	Отречение от Иисуса Христа. Плевок на крест.

	Поцелуи в различные части тела.

	Содомия (по материалам википедии содомия - анальный секс или секс с животными)

	Священники ордена не освящали Святые Дары и при причастии искажали .

	Духовная власть в лице папы выдвинула следующие обвинения:

	Поклонение коту, который являлся на их собрания.

	В каждой провинции у них были идолы, а именно головы идола, называемого Бафометом (некоторые из них имели три лица, а некоторые только одно) и человеческие черепа.

	На своих собраниях они поклонялись этим идолам.

	Почитание этих идолов как представителей Бога и Спасителя.

	Утверждение, что голова идола может сделать их богатыми и спасти души.

	Идолы — причина богатства ордена.

	Благодаря идолам земля плодородна и рыцари таким образом увеличивают урожаи.

	Они обвязывали головы каждого из этих идолов или просто касались их короткими веревками, которые затем носили на теле под рубахой;

	Во время принятия нового члена в ряды ордена ему выдавались вышеупомянутые короткие веревки (или одна длинная, которую можно было разрезать);

	Все, что они делали, они делали из благоволения перед этими идолами.

В последтвии, почти все обвинения были опровергнуты, однако братьев ордена уже было не вернуть. 

Тема исследования связана с современностью.

Значение тамплиеров показательно контрастирует с их малым количеством. На момент расцвета Ордена рыцарей-храмовников всего 15 тысяч тамплиеров сновали по Европе в поисках новых источников прибыли. Инквизиция без крови захватила штаб-квартиру Ордена со 140 вооруженными тамплиерами. Сама идея столь наглого деяния могла возникнуть не ранее перевода казны Франции в Лувр. Инквизиция была административным ресурсом, с которым тамплиеров смогли бы справиться, изначально придерживайся они тактики "выжженной земли". Бегство операндов от тамплиеров к инквизиторам стало возможным в силу того, что властью и светской толпой Инквизиция поначалу воспринималась альтернативой тамплиерам без доминанты ростовщичества. Показательно, что тамплиеров сменили банкиры Северной Италии, до сих пор остающейся деловым лидером современной Италии. Наши постоянные обращения к тамплиеров связаны с тем, что здесь впервые проявляются закономерности современного мира и конфликт толпы со современными спецслужбами.

В целом социальное движение тамплиеров дало толчок к многолетнему процессу формирования современных спецслужб. Показателен тот факт, что практически все крупные и лучшие спецслужбы вынуждены противостоять друг другу на Среднем Востоке, очаге несостоявшейся цивилизации тамплиеров.




Документальные источники



	Брук К. Возрождение XII века. Пер. и комм. Панасьев А. Н. по Christopher Brooke. The Twelfth Century Renaissance. N.Y., 1970. // Agnuz.Info. Католическая информационная служба// http://www.agnuz.info/library/books/bruk_ vozrojdenie_12v/. 

	Вальтер Мап. Об основании ордена тамплиеров (1181 - 93). Пер. с лат. Баранов А. – 2007 по Walter Map, De nugis curialium, ed. M. R. James, rev. C. N. L. Brooke and R. A. B. Mynors (Oxford, Clarendon Press, 1983), 1.18, pp. 54 - 55 // http://www.templiers.info/historical_materials/index.php?id=sources_translation&sources_translation=walter_map-about_the_basis_of_templars_01 

	Гийом Тирский. История деяний в заморских землях. Кн. XII. Гл. VII. Об учреждении ордена тамплиеров (1170 - 84). Пер. с лат. Стасюлевич М. М. // http://www.templiers.info/historical_materials/index.php?id=sources_translation&sources_translation=william-of-tyre-about-the-basis-of-templars-01. 

	Гийом Тирский. О Земле Иерусалимской и её обитателях (1168 - 1187) // Горелов Н. Царствие небесное: Легенды крестоносцев XII - XIV веков – СПб.: Издательский дом «Азбука-классика», 2006 – С. 142 - 154. 

	Латинский Устав Ордена Храма (1128) // http://www.templiers.info/historical_materials/index.php?id=sources_translation&sources_translation=latin_rule_of_the_templars_rus

	Фульхерий Шартрский. Речь папы Урбана II на Клермонском соборе из «Деяний франков» // Хрестоматия по истории Средних веков. Пособие для преподавателей средней школы / Под ред. Н. П. Грацинского и С. Д. Сказкина. Т. 1. – М.: Гос. уч.-пед. изд. Мин. Просв. РСФСР, 1949. – С. 309 - 310.

	Яков де Витри. Истории из проповедей // Горелов Н. Царствие небесное: Легенды крестоносцев XII - XIV веков – СПб.: Издательский дом «Азбука-классика», 2006 – С. 140. 

	
Литературные источники

	

	Андреев А. Р. Монашеские ордена. Бенедектинцы, цистерцианцы, кармелиты, иоанниты, тамплиеры, тевтонцы, францисканцы, доминиканцы, августинцы, капуцины, урсулинки, театинцы, иезуиты и другие. М: Альтернатива – Евролинц, 2003 – 339 с. 

	Андреев А. Р. Рыцарские ордена: С крестом и мечом - М.: Алгоритм, Эксмо, 2004. – 384 с.

	Баранов И. Иоанниты // Католическая энциклопедия. Т. II: И – Л. – М.: Издательство Францисканцев, 2005. С. 410 – 419.

	Барбер М. Орден тамплиеров в социальном контексте // TemplarHistory.Ru [http://www.templarhistory.ru/ home.php?d6aobbtHkfzrkqwN9dVbjtKkH%26velfzr]. 

	Барбер М. Процесс тамплиеров: Алетейя, Энигма; 1998//Оригинал: Malcolm Barber, “The Trial of the Templars”Перевод: Ирина Тогоева// http://bookz.ru/authors/malkolm-barber/malcolm_barber01.html 

	Бартлетт Р. Становление Европы: Экспансия, колонизация, изменения в сфере культуры. 950-1350 гг. / Пер. с англ. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. – 432 с. 

	Бордонов Ж. Повседневная жизнь тамплиеров в XIII веке / Пер. с фр., предисл. и науч. ред. В. Д. Балакина. – М.: Мол. Гвардия, 2004. – 243 с. 

	Вага Ф. Тамплиеры: история и легенды / Пер. с итал. – М.: Издательство «Ниола-Пресс»; ООО «Издательский дом “Вече”», 2007. – 128 с. 

	Воше А. Средневековая религиозность VIII – XII вв. / реферировал Э. И. Шифман // Идеология феодального общества в Западной Европе: проблемы культуры и социально-культурных представлений средневековья в современной зарубежной историографии: Реф. сб. – М.: ИНИОН, 1980 – С. 75 - 93. 

	Гуревич А. Я. Популярное богословие и народная религиозность средних веков // Из истории культуры средних веков и Возрождения. - М.: Наука, 1976. - С. 65 - 91. 

	Даркевич В. П. Аргонавты Средневековья. – М.: КДУ, 2005 - 254 с. 

	Дафтари Ф. Исмаилиты и крестоносцы: история и миф // Традиции исмаилизма в средние века: Сб. статей: Пер. с англ. - М.: Ладомир, 2006. – С. 160 - 177. 

	Добиаш-Рождественская О. А. Западное средневековое искусство // Добиаш-Рождественская О. А. Культура западноевропейского средневековья: сборник работ. – М.: Наука, 1987. С. 18 - 51.

	Добиаш-Рождественская О. А. Эпоха крестовых походов (Запад в крестоносном движении). Общий очерк. Изд. 2-е, стереотипное. – М.: Едиториал УРСС, 2003. – 120 с. 

	Дюби Ж. Европа в средние века / Пер. с фр. В. Колесникова. - Смоленск: Полиграмма, 1994. – 316 с. 

	Дюби Ж. Трехчастная модель, или представления средневекового общества о себе самом / Пер. с фр. Ю. А. Гинзбург. – М.: Яз. рус. культуры, 2000 - 316 с. 

	Дюби Ж. Тысячный год от Рождества Христова / Пер. с фр. Н. Матяш, - М.: Путь, 1997 - 236 с. 

	Заборов М. А. Крестоносцы на Востоке. – М.: Наука, 1980. – 320 с. 

	Кардини Фр. Европа и ислам. История непонимания / Пер. с итал. Е. Смагиной, А. Карловой, А. Митрофанова, СПб: Alexandria, 2007 – 326 с. 

	Кардини Фр. Истоки средневекового рыцарства / сокр. пер. с итал. В. П. Гайдука; Вступ. ст. и общ. ред. В. И. Уколовой, Л. А. Котельникова. – М.: Прогресс, 1987 - 384 с.

	Карсавин Л. П. Культура Средних веков. / Примеч. А. В. Арсентьев – М.: Издательский дом «Книжная находка», 2003. – 222 с.

	Карсавин Л. П. Монашество в средние века: Учеб. пособие. – М.: Высш. шк., 1992 – 191 с. 

	Конопленко А. А. Орден меченосцев в политической истории Ливонии. Диссертация на соиск. уч. степ. кандидата ист. наук – Саратов, 2005. – 294 с. 

	Лависс Э., Рамбо А. Эпоха крестовых походов / Пер. с фр. М. Гершензона. – Изд. испр. и доп. – М.: АСТ; СПб.: Полигон, 2007. – 1086 с.

	Ле Гофф Ж. Другое Средневековье: Время, труд и культура Запада / Пер. с фр. С. В. Чистяковой и Н. В. Шевченко под ред. В. А. Бабинцева. 2-е изд., испр. – Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2002. – 328 с.

	Ле Гофф Ж. Рождение Европы / Пер. с фр. А. И. Поповой. Предисл. А. О. Чубарьяна. – СПб.: «Александрия», 2007. – 398 с.

	Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада / Пер. с фр. под общ. ред. В. А. Бабинцева; Послесл. А. Я. Гуревича. – Екатеринбург: У-Факториал, 2007. – 560 с.

	Лобе М. Трагедия ордена тамплиеров / Пер. с фр. Журавлевой Д. А., СПб.: Евразия , 2003 - 218 с. - (Clio) - Пер.: Lobet, Marcel. La tragique histore de l'Ordre du temple. - Bruxelles, 1954.

	Лортц Й. История церкви: Рассмотренная в связи с историей идей. – Т. I. Древность и средние века. – М. «Христианская Россия», 1999. – 511 с.

	Лучицкая С. И. Крестовые походы // Словарь средневековой культуры / Под ред. А. Я. Гуревича. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. – С. 234 - 238. 

	Лучицкая С. И. Мусульмане и христиане в Святой Земле (частная жизнь западноевропейских рыцарей сквозь призму взаимных представлений мусульман и христиан) // Человек и его близкие на Западе и Востоке Европы (до начала нового времени) / Под. ред. Бессмертный Ю. Л., Рос. акад. наук. Ин-т всеобщ. истории, М.: Ин-т всеобщ. истории РАН, 2000 – С. 105 - 122.

	Лучицкая С. И. Паломничество // Словарь средневековой культуры / Под ред. А. Я. Гуревича. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. – С. 337 - 342. 

	Мельвиль М. История ордена тамплиеров / Пер. с фр. Г. Ф. Цыбулько. – СПб.: Евразия, 2007. – 363 с.

	Мишо Г. История крестовых походов – М.: Алетейа, 2001 – 368 с.

	Мор Г. Ордены и аналогичные сообщества в современном католицизме // Религии мира. История и современность. Ежегодник 1984. – М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1984. –278 с.-С.31–49. 

	Морисон С. Крестоносцы / Пер. с фр. Е. В. Морозовой. – М.: Издательство «Весь Мир», 2003. – 176 с.

	Настенко И. А., Яшнев Ю. В. История Мальтийского ордена: В 2 кн. Книга I. Из глубины веков: госпитальеры в Святой Земле, на Кипре, Родосе и Мальте. XI - XVIII вв. – М.: «Русская панорама», 2005. – 416 с.

	Овсиенко Ф. Г. Военно-монашеские ордены. Рыцарские ордены // Религиоведение / Энциклопедический словарь. – М.: Академический Проект, 2006. 1258 с. – С. 209 – 210. 

	Перну Р. Крестоносцы. / Пер. с фр. Карачинский А. Ю. и Малинин Ю. П. Науч. ред. Малинин Ю. П. – СПб.: «Евразия», 2001. – 320 с.

	Перминов П. Под сенью восьмиконечного креста. – М.: Междунар. Отношения, 1991. – 168 с.

	Постановление Тюлюжского собора 1046 г. «О Божьем мире» // Хрестоматия по истории Средних веков. Пособие для преподавателей средней школы / Под ред. Н. П. Грацинского и С. Д. Сказкина. Т. 1. – М.: Гос. Уч.-пед. изд. Мин. Просв. РСФСР, 1949. – С. 224 - 226.

	Райли-Смит Дж. Изучение крестовых походов // История крестовых походов / Под ред. Райли-Смит Дж., пер. с англ. Е. Дорман. – М.: КРОН-ПРЕСС, 1998. – 11-22 с.

	Рид П. П. Тамплиеры / Пер. с англ. В. М. Абашкина. – М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2007. – 410 с.

	Ришар Ж. Латино-Иерусалимское королевство. Пер. с фр. Карачинского А. Ю.; Вступительная статью Близнюк С. В. – СПб.: Издательская группа «Евразия», 2002. – 448 с.

	Роулинг М. Европа в Средние века. Быт, религия, культура / Пер. с англ. Л. А. Калашниковой. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2005. – 223 с.

	Руа Ж. Ж. История рыцарства. 3-е изд. – М.: Алетейа, 2004. – 248 с.

	Сбитнева Е. Тайны крестовых походов и рыцарские ордена. – М.: Рипол Классик, 2003. – 429 с.

	Ткач М. И. Тайны католических монашеских орденов. – М.: РИПОЛ КЛАССИК, 2003. – 432 с.

	Ткач М. И., Какабидзе Н. В. Тайны рыцарских орденов. – М.: РИПОЛ КЛАССИК, 2002. – 432 с.

	Усама-ибн-Мункыз. Отрывок из «Книги назидания», Пер. М. А. Салье // Хрестоматия по истории Средних веков. Пособие для преподавателей средней школы / Под ред. Н. П. Грацинского и С. Д. Сказкина. Т. 1. – М.: Гос. уч.-пед. изд. Мин. Просв. РСФСР, 1949. – С. 335 - 338.

	Флори Ж. Повседневная жизнь рыцарей в Средние века / Пер. с фр. Ф. Ф. Нестерова. – М.: Молодая гвардия, 2006. – 356 с.

	Фокчиньский И. Крестовые походы // Католическая энциклопедия. Т. II: И – Л. – М.: Издательство Францисканцев, 2005. С. 1370 – 1376. 

	Французский Устав Ордена Рыцарей Тамплиеров по Upton-Ward, J. M. 1972, The Rule of Templars. Published by The Boydell Press, Woodbridge, Suffolk, UK. / Пер. с англ. Румянцев П., Котенева В., 1997 // ИПИОХ [http://www.templiers.info/templiers/index.php?id=templars_from_within&templars_from_within=the_French_Rule_of_Templars].

	Энциклопедические и справочные издания

	Дубровский И. В. Божий мир // Словарь средневековой культуры / Под ред. А. Я. Гуревича. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. – С. 51 - 54. 

	Дубровский И. В. Феод // Словарь средневековой культуры / Под ред. А. Я. Гуревича. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. – С. 561 - 567. 

	Забияко А. П. Военные культы // Религиоведение / Энциклопедический словарь. – М.: Академический Проект, 2006. - 1258 с. – С. 210 – 211. 

	Забияко А. П. История религии // Религиоведение / Энциклопедический словарь. – М.: Академический Проект, 2006. - 1258 с. – С. 437 – 438. 

	Коновалова И. Г. Средневековый «образ мира» // Средние века: книга для чтения по истории / Российская академия наук; Государственный университет гуманитарных наук; Научно-образовательный центр по истории; В. П. Балакин, А. С. Балезин, М. В. Бибиков и др.; рук. проекта А. О. Чубарьян. – М.: Астрель: АСТ, 2006. – С. 200 - 212. 

	Словарь средневековой культуры / Под ред. А. Я. Гуревича. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. – 624 с.

	Хейзинга Й. Политическое и военное значение рыцарских идей в позднем средневековье // Человек. - № 5. – 1997. 

	


Приложение 1



Список великих магистров Ордена Храма



Гуго де Пейн (1118—1136);

Робер де Краон (1136—1149);

Эврар де Бар (1149—1150);

Бернар де Тремеле (1150—1153);

Андре де Монбар (1153—1156);

Бертран де Бланфор (1156—1159);

Филипп де Милли (1169—1170);

Одон де Сент-Аман (1170—1180);

Арно де Ла Тур Руж (1180—1184);

Жерар де Ридфор (1184—1189);

Робер де Сабле (1191—1193);

Жильбер Эраль (1193—1201);

Филипп де Плессье (1201—1209);

Гийом Шартрский (1209?—1219);

Пере де Монтегаудо (1219—1232?);

Арман Перигорский (1232—1244?);

Гийом де Соннак (1246?—1250);

Рено де Вишье (1250—1252/56?);

Тома Берар (1252/56?—1273);

Гийом де Боже (1273—1291);

Жак де Молэ (1294—1314).


Приложение 2



Ниже представлен текст посвященный учреждению ордена тамплиеров. Это VII глава XII книги труда Гийома Тирского (Guillelmus Tyrensis) посвященного крестовым походам "История деяний в заморских землях" ("Historia rerum in partibus transmarinis gestarum"). Труд написан в период между 1170-1184 гг., содержит XXIII книги и охватывает историю Иерусалимского королевства от 1100 до 1184 г.



ТЕКСТ

Оригинал (латинский) 

Перевод

CAPUT VII. Ordo militiae Templi Hierosolymis instituitur.

Eodem anno, quidam nobiles viri de equestri ordine, Deo devoti, religiosi et timentes Deum, in manu domini patriarchae, Christi servitio se mancipantes, more canonicorum Regularium, in castitate, et obedientia, et sine proprio velle perpetuo vivere professi sunt. Inter quos primi et praecipui fuerunt, viri venerabiles, Hugo de Paganis et Gaufredus de Sancto Aldemaro. Quibus, quoniam neque ecclesia erat, neque certum habebant domicilium, rex in palatio quod secus templum Domini, ad australem habet partem, eis ad tempus concessit habitaculum. Canonici vero templi Domini, plateam quam circa praedictum habebant palatium, ad opus officinarum, certis quibusdam conditionibus concesserunt. Dominus autem rex cum suis proceribus, dominus quoque patriarcha cum praelatis ecclesiarum, de propriis dominicalibus certa eis pro victu et amictu beneficia quaedam ad tempus, quaedam in perpetuum contulerunt. Prima autem eorum professio, quodque eis a domino patriarcha et reliquis episcopis, in remissionem peccatorum injunctum est, ut vias et itinera, maxime ad salutem peregrinorum, contra latronum et incursantium insidias pro viribus conservarent. Novem autem annis post eorum institutionem in habitu fuerunt saeculari, talibus utentes vestimentis, quales pro remediis animarum suarum populus largiebatur. Tandem nono anno, concilio in Francia apud Trecas habito, cui interfuerunt dominus Remensis, et dominus Senonensis archiepiscopi, cum suffraganeis suis; Albanensis quoque episcopus, apostolicae sedis legatus; abbates quoque Cisterciensis, et Clarevallensis, et Pontiniacensis, cum aliis pluribus, instituta est eis regula, et habitus assignatus, albus videlicet, de mandato domini Honorii papae et domini Stephani Hierosolymitani patriarchae. Cumque jam annis novem in eodem fuissent proposito, non nisi novem erant; extunc coepit eorum numerus augeri, et possessiones multiplicabantur. Postmodum vero, tempore domini Eugenii papae, ut dicitur, cruces de panno rubeo, ut inter caeteros essent notabiliores, mantellis suis coeperunt assuere, tam equites quam eorum fratres inferiores, qui dicuntur servientes. Quorum res adeo crevit in immensum, ut hodie trecentos plus minusve in conventu habeant equites, albis chlamidibus indutos: exceptis fratribus, quorum pene infinitus est numerus. Possessiones autem tam ultra quam citra mare adeo dicuntur immensas habere, ut jam non sit in orbe Christiano provincia, quae praedictis fratribus bonorum suorum portionem non contulerit; et regiis opulentiis pares hodie dicantur habere copias. Qui, quoniam juxta templum Domini, ut praediximus, in palatio regio mansionem habent, fratres militiae Templi dicuntur. Qui cum diu in honesto se conservassent proposito, professioni suae satis prudenter satisfacientes, neglecta humilitate (quae omnium virtutum custos esse dignoscitur; et in imo sponte sedens, non habet unde casum patiatur) domino patriarchae Hierosolymitano, a quo et ordinis institutionem, et prima beneficia susceperant, se subtraxerunt, obedientiam ei, quam eorum praedecessores eidem exhibuerant, denegantes; sed et Ecclesiis Dei, eis decimas et primitias subtrahentes, et eorum indebite turbando possessiones, facti sunt valde molesti.

VII. В том же году (1118) несколько благородных мужей из рыцарского сословия (nobiles viri de equestri ordine), преданных Богу, благочестивые и богобоязненные, посвящая себя на службу Христу, дали владыке патриарху, по обычаю католического духовенства, обет жить на будущее время в целомудрии, повиновении и без всякого имущества. Между ними первое и главное место занимали почтенные мужи Гуго де Пэна (de Paganis) и Гуафред из С. Альдемара. Так как у них не было ни церкви, ни определенного помещения, то король отвел им на время жилище в той части дворца, которая на юге примыкает к храму Господню. Каноники же храма Господня уступили им на известных условиях площадь, которую они имели перед дворцом, для хозяйственных построек (ad opus officinarum); кроме того, король со своими первыми вельможами и патриарх с прелатами обеспечили за ними, частью на определенное время, а частью навсегда, необходимые доходы из собственного имущества. Их первая обязанность, возложенная на них патриархом и другими епископами, как средство к отпущению грехов, состояла в том, чтобы главным образом ограждать, по мере сил, пилигримам дорогу от нападения разбойником. Первые девять лет они носили светское платье, какое давал им народ, как доброе дело со своей стороны. Но по прошествии этого времени, когда во Франции был собор в Троа (1128 г.), на котором присутствовали архиепископы Реймсский и Сансский со своим духовенством, епископ Альбано, легат апостольского престола, также аббаты Сито, Клерво, Понтиньи и многие другие, они получили, по распоряжению Папы Гонория и патриарха Иерусалимского Стефана, устав и определенное одеяние, именно белое. В эти девять лет их орден состоял не более как из 9 рыцарей, но с того времени число их стало возрастать и владения распространяться, так что, как говорят, при Папе Евгении, они начали на своих плащах носить кресты из красного сукна в знак отличия, как сами рыцари, так и их младшая братия, называвшаяся служками (servientes). Позднее орден усилился до того, что на настоящее время их конвент состоит почти из 300 рыцарей, которые носят белые плащи, причем не считается бесчисленная младшая братия. Их владения по эту и по ту сторону моря, как говорят, столь обширны, что нет страны в христианском мире, которая не вносила бы податей этой братии за ее земли, и богатства их могут называться королевскими. Так как их жилище находилось рядом с храмом Господним, как мы сказали выше, в королевском дворце, то они носили название храмовников (тамплиры, Fratres militiae Templi). Долгое время они оставались верными своему призванию и выполняли его с большим умом; но впоследствии они отложили свое смирение, охраняющее всякую доблесть и предотвращающее всякую напасть, пока оно хранится в сердце, отвергли свою зависимость от патриарха, которому они были обязаны учреждением ордена и первыми дарами, и отказали в повиновении, которое хранили их предшественники в отношении его. Также и церквам Господним они сделались в тягость, так как они брали с них десятину и первые плоды и производили несправедливые нападения на их собственность.