Сербская литература

Сербская литература 

А. Добровольский 

Первые зачатки С. л. относятся к концу XII и началу XIII в. (так наз. «Евангелие Мирослава» и пр. памятники). Эта и почти вся последующая средневековая С. л. носит церковный характер. Это — евангелия, требники, каноны, жития святых и апокрифы. Немного более широкой известностью среди этих памятников — а их около 2 000 — пользуется только «Кодекс царя Душана» (Душанов законик) XIV в. как важный исторический памятник. Есть среди этих памятников и ряд средневековых романов, совершенно неоригинальных, напр. роман об Александре Македонском.  На переходе от средних к новым векам сербское государство погибает, сербский господствующий класс («властела») переходит в магометанство и денационализируется. Литературное дело с XV—XVIII вв. культивируется только в монастырях и продолжает обслуживать исключительно потребности церкви. Но зато получает громадное развитие фольклор, особенно эпос, прославляющий древних сербских царей (царь Лазарь и пр.), героев (Кралевич Марко, Милош Обилич и пр.) и «гайдуков», гибель сербского государства в битве на Коссове и т. п. Исследования показали, что большинство этих сербских народных песен возникло значительно позже (спустя 200 л.) после гибели сербского государства, когда турецкий гнет стал невыносимо усиливаться, так что гибель национального государства стала восприниматься как потеря свободы вообще, хотя крепостные отношения существовали у сербов и до прихода турок. Воспетая в эпосе борьба сербских крестьян против феодального гнета турецких помещиков и турецких властей имеет религиозно-национальную окраску, но в нем можно встретить и ряд моментов, где эта борьба отчетливо воспринимается как классовая борьба («Бунт против дахий» — «Буна на дахије», песни о гайдуке «Старце Вуядине»). Художественная ценность сербского эпоса очень высока, хотя часто она преувеличивалась сравнением с песнями «Илиады» и пр. Собирателем сербского фольклора явился живший в первой половине XIX в. Вук Стефанович Караджич (1787—1864). 

С. л. в собственном смысле возникла лишь в XVIII в. среди сербской буржуазии (гл. обр. торговцев), развившейся в условиях эмиграции сербов, поселившихся в южной Венгрии. Она окрепла в значительной степени благодаря покровительству австрийского императора Иосифа II. Более раннюю дубровницкую литературу следует отнести как по языку, так и по ее историческим судьбам к одному из исторических периодов хорватской литературы. Вначале она, так же как и средневековая собственно сербская, является скорее «письменностью», чем литературой. Язык ранней сербской письменности — не сербский народный, а так наз. «славяносербский» — смесь из русского, сербского народного и церковно-славянского языков. Эта литература находилась под сильным русским влиянием, т. к. сербские священники, почти единственные грамотные люди в это время, учились в России или имели русских учителей. Еще Петр I прислал сербам первого учителя словесности М. Т. Суворова — это были первые литературные зачатки панславистской политики царской России по отношению к сербам, политики, конкретно являвшейся в данном случае маневром против Австрии и Турции. Из литературных памятников XVIII в. можно упомянуть «Славяно-сербскую хронику» графа Георгия Бранковича (1645—1711) и сочинения Захария Стефановича-Орфелина (1726—1785) — «Житие Петра Великого» и пр. К концу XVIII в. (1791) появилась в Вене первая сербская газ. «Сербские Новини». К концу XVIII в. в связи с развитием класса сербской буржуазии  и тягой к созданию национально независимого государства пробуждается стремление к. организации сербского литературного яз. из элементов сербской же народной речи. Конечно этот язык был еще весьма мало разработан и отражал идеологию класса, бывшего его основным организатором — класса сербской буржуазии эпохи разложения феодализма и назревания капиталистических отношений в специфических исторических условиях борьбы с турецким феодальным гнетом. Первым писателем на народном сербском языке, хотя и порядочно засоренном «славяно-сербщиной», был Досифей Обрадович (1742—1811) — пионер господствовавших в это время на Западе просветительских идей среди сербов. Главные его сочинения: «Живот и приключения» (1783) и «Басни» (1788). Эпоху Обрадовича так и принято называть «эпохой рационализма». Она была литературной предвестницей и спутницей борьбы сербов против турецкого феодального гнета в начале XIX в. 

В первой половине XIX в. в связи с некоторыми успехами в этой борьбе, частичным освобождением Сербии от турок и дальнейшим прогрессом в среде сербской буржуазии в пределах капитализировавшейся Австрии происходит выделение художественной литературы из словесности вообще. Появляется ряд писателей, поэтов и романистов, писавших отчасти на народном, отчасти на «славяно-сербском» языке; но их сочинения (напр. стихи Лукияна Мушицкого (1777—1837) или романы Милована Видаковича (1780—1841)) давно устарели и имеют лишь исторический интерес. Исключение составляет живший в то же время (1813—1851) черногорский епископ и глава государства Петр Петрович Негош, автор знаменитой поэмы «Горский Вијенац», одного из лучших произведений С. л., в котором дается описание жизни и быта черногорцев. В это же время жил и подвизался известный среди славистов реформатор сербского языка и письма Вук Стефанович Караджич. Крупнейшим его литературным делом было собирание сербских народных песен. Эпоха революции 1848 и ликвидации основ феодализма в Европе является эпохой, когда реформаторские идеи Караджича в области языка получили всеобщее признание (около 1840—1860). Аналогично подобным же явлениям на заре капиталистического развития в Европе и в С. л. широко развиваются поэзия и проза в стилевых формах романтизма, отвечавших запросам тяги к буржуазному перерождению сербских писательских кругов. Крупнейшими писателями такого типа были поэты: Бранко Радичевич (1824—1853) — жизнерадостный лирик; Змай-Йован Йованович (1833—1904) — образованнейший писатель этого времени, очень плодовитый, с широким кругозором, сумевший дать и прекрасные песенки для детей, и политическую сатиру, и воспеть идеалы во вкусе национально-демократического миросозерцания, и, что интереснее всего, Парижскую коммуну; Гюра Якшич (1832—1878) — романтик, поэт большой силы (но в прозе очень слаб); отчасти Лаза Костич (1841—1910) — поэт и драматург; Йован Илич и пр. Из  писателей-прозаиков ни один не достиг такого всеобщего признания, как первые три из поэтов. Несколько выделяются Стефан Митров Любиша (1824—1878) и М. Г. Миличевич (1831—1898), давшие в своих произведениях интересный фольклористический и лингвистический материал, а также М. П. Шапчанин. Как драматурги известны К. Трифкович (1848—1875), а еще больше его предшественник Йован Стерия Попович, сатира которого «Годолюбци», изобличающая мелкобуржуазный патриотизм, актуальна и по сей день. В эпоху романтизма в С. л., в частности в поэзии, сильна еще тематика и художественные приемы фольклора, но проникают и влияния Запада. Однако влияние западной литературы чрезвычайно слабо по сравнению с фольклорной стихией. В революции 1848 сербы вместе со своими литераторами играли контрреволюционную роль, что тоже привело к усилению национальной замкнутости и в литературе. Во второй половине XIX в., наоборот, в связи с ростом капиталистической буржуазии, развитием более широких связей с иностранным рынком меняются и общие идеологические установки в сербском литературном процессе. В 70—80-х гг. XIX в. широко развивается буржуазно-реалистическая литература, которая уже не отгораживается от «гнилого Запада», а приобщается к нему и учится у него. Сербия, ставшая к этому времени политически независимой страной, притягивает к себе культурные силы тех частей сербского народа, которые жили в Австро-Венгрии. Если раньше, в XVIII и в начале XIX вв. центр С. л. был на чужбине, в Вене и Будапеште, а в середине XIX в. — в гор. Новый Сад, в южной Венгрии («Сербские Афины»), то теперь таким центром все больше становится собственно Сербия и в частности Белград. Тем не менее общекультурное развитие и в частности развитие С. л. в Австро-Венгрии не слабеет, а усиливается. Здесь происходит более тесное сближение сербов и хорватов, но все-таки слияния С. л. с хорватской не происходит. 

Эпоха буржуазного реализма ознаменовалась перестройкой «романтиков», вроде Змай-Йована Йовановича, на «реалистический лад» и появлением ряда писателей, вносящих в литературу реалистические приемы и социальные и политические тенденции. Вообще до этого времени С. л. свойственны просветительская дидактика, славянофильство и больше всего национализм, но лишь немногие писатели умели художественно выразить эти тенденции. «Эпоха реализма» означает и в этом отношении перелом, но в С. л. еще долго живут элементы романтизма, т. к. они больше соответствуют господствующей националистической тенденции порою переходящей в шовинизм. 

Писателями наиболее типичными для этой эпохи являются отличный стилист, новеллист «сербский Тургенев» Лаза Лазаревич (1851—1890), Милован Глишич (1847—1908), первый реалистический бытописатель сербской деревни, хороший переводчик с русского («Войны и мира»), Сима Матавуль (1852—1908), бытописатель всех буржуазных общественных классов на  территории современной Югославии, юморист-реалист Стеван Сремац (1855—1906), поэт Воислав Ильич (1862—1894), с которого начинается современная сербская поэзия. На этот период приходится также начало литературной деятельности популярного юмориста и драматурга Бранислава Нушича (р. 1864) и впоследствии крупного поэта Алекси Шантича (1868—1924), имевшего большое влияние на сербскую националистическую молодежь до 1914. Наряду с усилением влияния западной литературы (французской и пр.) в эту эпоху заметно также немалое влияние и русской литературы, т. к. значительная часть сербской интеллигенции училась также и в России. В это время было сделано много переводов русских классиков: Гоголя, Пушкина, Лермонтова, Тургенева, Толстого, Достоевского и пр. В эпоху переходную к реализму развивается деятельность Светозара Марковича (1846—1875), ученика и последователя Чернышевского и русских народников, положившего начало интересу к социализму в Сербии и на Балканах. Собственно литературой он занимался мало, написав только две статьи на тему о поэзии и реализме, но они имели большое влияние и способствовали утверждению в С. л. реализма. 

На пороге XX и в XX в. буржуазная С. л. поднимается на высшую ступень. Несмотря на то, что С. л. и в этот период не дала произведений, вошедших в мировую литературу, тем не менее ряд сербских писателей не отстали от таких же, имеющих «местное» значение писателей других стран, чему много способствовало установление в Сербии в 1903 конституционно-демократического режима, давшего еще более широкий простор развитию капитализма в Сербии. В 1901 появился литературный журнал «Српски књижевни гласник» и ряд др. Развилась литературная критика (Богдан Попович, (р. 1863) — Йован Скерлич (1877—1914)). Ведущим родом литературы в это время, как и в XIX в., является поэзия. Виднейшими представителями сербской поэзии в это время были Йован Дучич (р. 1871), воспитавшийся под сильным влиянием французской буржуазной литературы, Милон Ракич, один из лучших мастеров сербской поэзии, Алекса Шантич, бард сербского национализма, Стеван Лукович, «декаденты» С. Пандурович и Вл. Петкович-Дис (1880—1917), М. Коралия (р. 1886) и пр. Буржуазная С. л., отражая соответственные процессы в социальном политическом развитии сербского буржуазного общества, выделяет целый ряд идеологов мелкой буржуазии, беднейшего крестьянства, подымающих голос против отдельных сторон буржуазного строя. Так, напр. среди прозаиков следует упомянуть Петра Кочича (1877—1916) — идеолога национально и социально порабощенного сербского боснийского крестьянства (замечательна его сатира «Суд над барсуком»), И. Чинико — изобличителя кулачества (роман «Пауки»), Рад. Домановича (1873—1908) — автора сатиры «Кралевич Марко второй раз среди сербов», Бор. Станковича — бытописателя  разрушающихся патриархальных общественных отношений в сербской южной провинции, Милутина Ускоковича — первого бытописателя городской жизни в Сербии. В это же время встречаются и признанные поэтессы и писательницы, как Доница Маркович (р. 1879), Исидора Секулич (р. 1877). В драматургии пользуется успехом комедиограф Бр. Нушич (р. 1864). Следует отметить, что только что начавший развиваться в Сербии пролетариат успел в это время выдвинуть талантливого, но рано умершего поэта Косту Абрашевича (1879—1898). 

Начавшаяся с 1912 эпоха войн для Сербии (две балканских и мировая), осуществление в результате этих войн «вековых мечтаний» сербского народа и полное его объединение в новосозданном Государстве Югославии не дало в литературе соответствующих результатов. Объясняется это тем, что национально-освободительный момент в этих войнах играл совершенно второстепенную роль, как это было отмечено в свое время Лениным. Свободолюбивые национальные мечты, которые вдохновляли сербских поэтов и писателей, были разбиты империалистическими претензиями великосербской буржуазии. Неприглядная действительность войны, унесшей в могилу почти четвертую часть всего сербского народа, и установившиеся в результате ее государственные и общественные порядки привели к большому разочарованию в среде мелкобуржуазных писателей и идеологов той части буржуазии, которая была в той или иной степени обойдена в процессе развития империалистической политики Югославии. Однако указанные общественные слои оказались слишком слабыми и не смогли выделить из своей среды смелых критиков сложившегося строя. Но с другой стороны, ни одно произведение, не содержащее в себе элементов отрицания военной и послевоенной действительности, не пользуется массовым успехом. Оно воспринимается как ложь, казенщина или в лучшем случае как пустоцвет (напр. роман См. Кракова «Кроз буру»). А так как мало таких произведений, которые были бы сколько-нибудь свободными от подобных недостатков — да и те содержат обыкновенно лишь попытки легкой «самокритики», — то в передовых слоях буржуазного общества и в рабочем классе переводная литература пользуется бо́льшим успехом, чем оригинальная, а с другой стороны, имеют успех некоторые хорватские революционные писатели, близкие по духу к пролетарскому движению (М. Крлежа (р. 1893), А. Цесарец (р. 1896) и пр.). В самой С. л. мы видим пока проблески революционного самосознания в произведениях некоторых писателей (Д. Васич, М. Богданович, Й. Попович, Б. Чосич). Следует отметить традицию сербской буржуазии награждать известных писателей синекурой и привязывать их этим к своим интересам, чем также в немалой степени объясняется официозность тона у многих современных сербских писателей. Из более или менее известных современных буржуазных сербских писателей следует упомянуть: М. Настасиевича, Живадиновича, Г. Божовича,  Б. Ефшича, братьев Николаевичей, В. Янковича и пр. и лучшего современного драматурга Иосифа Кулунджича. Передовую мелкобуржуазную критику представляют М. Богданович и В. Глигорич. Большим успехом пользуются произведения советских писателей. Но т. к. их издание по цензурным условиям почти невозможно, то они читаются либо в русском оригинале, либо в немецких и др. переводах. Переводится достаточно много и с зап.-европейских языков. Передовыми издательствами являются «Нолит» («Новая литература»), «Космос» (хорошее издание «Капитала» Маркса) и «Светлость». 

Сербские писатели, выступившие после войны, порою превосходят в отношении формального совершенства своих произведений старых писателей, но ни один не приобрел большой известности и влияния. 

В первые годы после войны, годы культа формализма, основным направлением в буржуазной С. л. был экспрессионизм (М. Црнянский, С. Миличич, Т. Манайович, Г. Петрович, Алексич, Топин, Винавер, Дединац). Пустое и бессодержательное стихотворчество как этого, так и других направлений («зенитизм» Мицича и пр.) часто стремилось заявлять о своем сочувствии Октябрьской революции и революционному пролетариату, но уже эпоха частичной стабилизации капитализма и особенно кризиса и установления военно-фашистской диктатуры в Югославии привела значительную часть писателей этих направлений в ряды фашизма. Однако ряд представителей из других групп, тоже формалистских, в частности из оформившейся в последние годы группы сюрреалистов (М. Ристич, К. Попович, Г. Йованович и пр.) стремятся примкнуть к рабочему движению. 

Характерным явлением для послевоенной С. л. (и связанной с ней хорватской) было появление, начиная с 1919, ряда журналов с более или менее ясно выраженной марксистской идеологией, имевших большое распространение и влияние, но все они раньше или позже были запрещены («Борьба», «Новая литература», «Книжевна Рспублика», «Стожер», «Данас» и пр.). 

Список литературы

Šafárik P. J., Geschichte des serbischen Schrifttums, Prag, 1865

 Murko M., Geschichte d. ält. südslavischen Literatur, Lpz., 1908

 Скерлич И., Српска књижевност у 18 веку, Београд, 1909 (поздн. изд. 1923)

 Его же, Историја нове српске књижевности, Београд, 1914 (поздн. изд., 1921)

 Прохаска Д., Преглед савремене хрватско-српске књижевности, Загреб, 1921

 Stanoyevich M. S., Early Jugoslav literature, 1000—1800, N. Y., 1922

 Seifert J. L., Literaturgeschichte der Čechoslowaken Südslaven u. Bulgaren, Kempden-München, 1923

 Gesemann G., Die serbo-kroatische Literatur, Wildpark — Postdam, 1930.