Иван III: внешняя и внутренняя политика

Всероссийская ордена Дружбы народов Академия внешней торговли

Факультет экономистов-международников















Р Е Ф Е Р А Т



«ИВАН Ш: ВНЕШНЯЯ И ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА»







                                                                              Выполнил: Меркулов А.М.

                                                                                                  1 курс, группа 3

       

                                                                               Проверил: Саркисян С.А.



































МОСКВА

1998 год























ОГЛАВЛЕНИЕ







Введение............................................................................................................. 3



Рождение Московского государства................................................................ 3



Детство и юность Ивана Ш............................................................................... 4



Первые годы правления Ивана Ш..................................................................... 6



Борьба с Казанью................................................................................................ 8



Покорение Новгорода........................................................................................ 8



Женитьба на Софье Палеолог. Семейные дела............................................... 11



Поход на Великий Новгород. Конец вечевой республики............................. 12



«Стояние на Угре». Конец ордынского ига..................................................... 13



Покорение Твери и Вятки................................................................................ 16



Успех внешней политики Ивана Ш................................................................  16



Внутренние преобразования............................................................................ 17



Заключение........................................................................................................ 20



Список использованной литературы............................................................... 21



















ВВЕДЕНИЕ



История государства Российского периода Ивана Ш привлекает особенно пристальное внимание исследователей. Это поистине крутой ее поворот, определивший на многие годы судьбы народов и Руси,  и многих стран Европы и Азии. Его изучение позволяет не только понять дух и природу русского характера, но и постичь логику дальнейших исторических преобразований. Выработанная много веков назад внутренняя и внешняя политика Ивана Ш, как оказалось, весьма актуальна и в наши дни. Очень точно и емко сказал об этом Н. M. Карамзин: «Отселе история наша приемлет достоинство истинно государственной, описывая уже не бессмысленные драки княжеские, но деяния царства, приобретающего независимость и величие. Разновластие исчезает вместе с нашим подданством; образуется держава сильная, как бы новая для Европы и Азии, которые, видя оную с удивлением, предлагают ей знаменитое место в их системе политической. Уже союзы и войны наши имеют важную цель: каждое особенное предприятие есть следствие главной мысли, устремленной ко благу отечества. Народ еще коснеет в невежестве, в грубости; но правительство уже действует по законам ума просвещенного. Устрояются лучшие воинства, призываются искусства, нужнейшие для успехов ратных и гражданских; посольства великокняжеские спешат ко всем дворам знаменитым; посольства иноземные одно за другим являются в нашей столице: император, папа, короли, республики, цари азиатские приветствуют монарха Российского, славного победами и завоеваниями от прадедов Литвы и Новагорода до Сибири. Издыхающая Греция отказывает нам остатки своего древнего величия: Италия дает первые плоды рождающихся в ней художеств. Москва украшается великолепными зданиями. Земля открывает свои недра, и мы собственными руками извлекаем из оных металлы драгоценные. Вот содержание блестящей истории Иоанна III, который имел редкое счастие властвовать сорок три года и был достоин оного, властвуя для величия и славы россиян».



РОЖДЕНИЕ МОСКОВСКОГО ГОСУДАРСТВА



Середина ХV столетия застала русские земли и княжества в состоянии политической раздробленности. Существовало несколько сильных центров , к которым тяготели все остальные области: каждый из подобных центров проводил вполне независимую внутреннюю политику и противостоял всем внешним врагам. Такими средоточиями власти были Москва, Новгород Великий, уже не раз битая, но все еще могучая Тверь, а также литовская столица - Вильно, которой подвластна была вся колоссальная русская область , именовавшаяся «Литовской Русью». За полтора века до этого рассеяние политической власти и силы было значительно большим: независимые центры, фактически самостоятельные государства, на той же территории можно было исчислять десятками. Политические игры, междоусобья, внешние войны, экономические и географические факторы постепенно подчинили слабых сильнейшим (прежде всего Москве и Литве); сильнейшие же приобрели такое влияние и такую мощь, что могли претендовать на власть над всей Русью.

Появилась возможность создания единого государства. Выгоды его образования состояли прежде всего в способности общими силами организовать противостояние многочисленным внешним неприятелям: татарским ханствам, образовавшимся после распада Золотой Орды, литовцам, ливонским рыцарям и шведам. Помимо этого оказались бы невозможными внутренние междоусобные войны, а экономическое развитие было бы облегчено введением единого законодательства, единой монетной системы и единых систем мер и весов.

Однако окончательное объединение русских земель и княжеств в могучую державу требовало целого ряда жестоких, кровавых войн, в которых одному из соперников надлежало сокрушить силы всех остальных. В не меньшей степени необходимы были внутренние преобразования; в государственной системе каждого из перечисленных центров продолжали сохраняться полунезависимые удельные княжества, а также города и учреждения, имевшие заметную автономию. Их полное подчинение центральной власти обеспечивало тому, кто первый сумеет это сделать, крепкие тылы в борьбе с соседями и увеличение собственной военной мощи. Иными словами, наибольшие шансы на победу имело отнюдь не государство, обладавшее наиболее совершенным, наиболее мягким и демократичным законодательством, но государство, внутреннее единство которого было бы непоколебимым.

Прошло менее полувека. Не стало Новгородской республики и великого княжества Тверского, литовский рубеж далеко отодвинулся на запад; безоговорочно победила Москва. Она же подчинила себе Казань и Пермь Великую, отбила шведов и ливонцев. Невероятное, с трудом представимое усилие создало за эти несколько десятилетий Московское государство, Россию. До  Ивана Ш, взошедшего на великокняжеский престол в 1462 г., такого государства еще не было, да и вряд ли кто-нибудь мог вообразить себе самому возможность его возникновения в столь короткий срок и в столь впечатляющих границах. Во всей русской истории нет события или процесса, сравнимого по своему значению с образованием на рубеже ХV-ХVI вв. Московского государства. Эти полстолетия - стержневое время в судьбе русского народа. То, в каких условиях и как шло становление Московского государства, на пять веков предопределило социальную, политическую и культурную историю не только русского, но и во многом всех народов Восточной Европы.









ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ ИВАНА Ш



В 1425 г. В Москве умирал великий князь Василий Дмитриевич. Великое княжество должно было перейти его малолетнему сыну Василию. Но младший брат великого князя - князь галицкий и звенигородский Юрий Дмитриевич заявлял свои права на престол, обосновывая их словами духовной грамоты Дмитрия Донского: А по грехом отъимет Бог сына моего князя Василия, а хто будет под тем сын мои (т.е. младший брат Василия), тому княж васильев удел».

В начавшейся после смерти Василия Дмитриевича борьбе за власть было все: и взаимные обвинения, и взаимные наговоры при ханском дворе, и вооруженные столкновения. Энергичный и опытный Юрий дважды захватывал Москву, но в середине 30-х гг. ХV в. он умер на великокняжеском престоле в момент своего триумфа. Однако смута на этом не закончилась. Сыновья Юрия - Василий Косой и Дмитрий Шемяка - продолжили борьбу.

В такие времена войн и смут появился на свет будущий государь всея Руси, о чем скупо обронил летописец: «Родился великому князю сын Иван генваря 22» (1440 г.). В Новгороде Великом прозорливый старец Михаил Клопский говорил архиепископу Ефимию : «Родился у великие княгини... сын Тимофей, дали ему имя (т.е. крестное, христианское имя) Иоанн, яко будет наследник отцу своему и хощет разорение граду нашему, и разорение обычая земли нашея от него будет, злата и сребра сберет много и станет господарь всей земли русской». 

7 июля 1445 г. московские полки были разбиты в битве с татарами у Спасо-Евфимьева монастыря под Суздалем, а мужественно бившийся великий князь Василий Васильевич, отец Ивана, попал в плен. Вспыхнул пожар, уничтоживший все деревянные строения Москвы. Великокняжеская семья покинула страшный полыхающий город...

Василий П возвратился на Русь после внесения огромного выкупа в сопровождении татарского отряда. Москва бурлила, недовольная поборами и приходом татар. Часть московского боярства, купцов и монахов строила планы возведения на престол Дмитрия Шемяки, злейшего врага великого князя. В феврале 1446 г., взяв с собой сыновей Ивана и Юрия, великий князь отправился на богомолье в Троице-Сергиев монастырь. Узнав об этом, Дмитрий Шемяка без труда захватил столицу. Его союзник, князь Иван Андреевич Можайский, захватил в плен великого князя и привез в Москву, где его спустя три дня ослепили. Во время этих трагических событий Иван с братом укрывались в монастыре у тайных сторонников свергнутого великого князя. После отъезда Ивана Можайского княжичей перевезли сначала в село Боярово - Юрьевскую вотчину князей Ряполовских, а потом в Муром. Так уже в шестилетнем возрасте Ивану пришлось испытать и пережить весть о военной неудаче, пленение отца, горе матери и бабушки, испуг и смятение сенных боярынь и нянек, тревоги бояр, неизвестность, страх.

Но уже в Муроме ему была предначертана крупная политическая роль - он стал символом сопротивления, знаменем, под которое стекались все, кто остался верен свергнутому Василию Темному. Понимал это и Шемяка, поэтому и приказал доставить Ивана в Переяславль. Оттуда его привезли к отцу в Углич, в заточение. Вместе с другими членами семьи Иван Васильевич стал свидетелем исполнения хитроумного плана своего отца, который, едва приехав в Вологду (пожалованный ему Шемякой удел), устремился в Кирилло-Белозерский монастырь. Здесь его освободили от крестного целования (т.е. клятвы верности) недругу.

В Твери у великого князя Бориса Александровича семья изгнанников нашла приют и поддержку. И опять Иван стал участником большой политической игры. Великий князь тверской согласился помочь не бескорыстно. Одним из его условий был брак Ивана Васильевича с тверской княжной Марией. Несмотря на то, что жениху было шесть лет, а невесте еще меньше, вскоре в величественном Спасо-Преображенском соборе их обручение совершил епископ тверской Илия.

Пребывание в Твери завершилось отвоеванием  Москвы в феврале 1447 г.

Таким образом, Иван Васильевич рано оказался в гуще политической борьбы. Опасаясь новой борьбы за престол в случае своей смерти, Василий Темный провозглашает Ивана великим князем (так он титулуется в летописях уже с 1448 г.) и своим соправителем. Задолго до вступления на престол в руках Ивана Васильевича оказываются многие рычаги власти; он выполняет важные военные и политические поручения. В 1448 г. он находился во Владимире с войском, прикрывавшим от татар важное южное направление, а в 1452 г. отправился в свой первый военный поход. Это был последний поход времен династической борьбы, хотя обессиленному Шемяке удалось скрыться на северных просторах от возглавляемого 12-летним великим князем войска. Тем не менее войско Ивана основательно ограбило местное племя кокшаров.

В том же году настало время выполнить обещание о породнении московского и тверского великокняжеских родов: «Того же лета женися князь великий Иван Васильевич месяца июня 4, в канун Троицыному дню». Год спустя в Новгороде неожиданно умер Дмитрий Шемяка - по мнению многих, отравленный по тайному приказу Василия П. Перевернулась очередная страница истории, для Ивана Васильевича кончилось детство, которое вместило столько драматических событий, сколько иной человек не переживал за всю жизнь.

С начала 50-х гг. ХV в. и до смерти своего отца в 1462 г. Иван Васильевич овладевал искусством управления государством. Постепенно в его руки сходились все нити управления сложной системой, в самом сердце которой был стольный град Москва, наиболее сильный, но пока еще не единственный центр власти на Руси. От этого времени дошли до наших дней грамоты, запечатанные собственной печатью Ивана Васильевича, а на монетах появились имена двух великих князей - отца и сына. После похода великого князя в 1456 г. на Новгород Великий в тексте мирного договора, заключенного в местечке Яжелбицы, права Ивана были официально приравнены к правам его отца. К нему должны были приезжать новгородцы, чтобы высказывать свои «обиды» и искать «управу». Появляется у Ивана Васильевича и другая важная обязанность: оберегать московские земли от татарских отрядов. Трижды - в 1454, 1459 и 1460 гг. - полки, возглавляемые Иваном, выступали навстречу неприятелю и заставляли татар отойти, нанося им урон.15 февраля 1458 г. у Ивана Васильевича родился первенец, которого назвали Иваном. Раннее рождение наследника давало уверенность, что усобица не повторится, а «отчинный» (т.е. от отца к сыну) принцип наследования престола восторжествует.



ПЕРВЫЕ ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ ИВАНА III



         В конце 1461 г. был раскрыт заговор в Москве. Его участники хотели освободить томящегося в неволе серпуховского князя Василия Ярославича и поддерживали связь с лагерем эмигрантов в Литве - политических противников Василия II. Заговорщики были схвачены и в начале 1462 г., в дни Великого поста преданы мучительной казни. Кровавые события на фоне великопостных покаянных молитв знаменовали собой смену эпох и постепенное наступление самодержавия. Вскоре, 27 марта 1462 г., в 3 часа ночи великий князь Василий Васильевич Темный умер. В Москве теперь был новый государь - 22-летний великий князь Иван.  

Иван, и без того уже управлявший государством, остался единым великим князем. Начало его единовластия не представляло в сущности никакого нового поворота против прежних лет. Ивану оставалось идти по прежнему пути и продолжать то, что было им уже сделано при жизни отца. Печальные события с его отцом внушили ему с детства непримиримую ненависть ко всем остаткам старой удельно-вечевой свободы и сделали его поборником единодержавия. Иван был человек крутого нрава, холодный, рассудительный, с черствым сердцем, властолюбивый, неуклонный в преследовании избранной цели, скрытный, чрезвычайно осторожный; во всех его действиях видна постепенность, даже медлительность; он не отличался ни отвагою, ни храбростью, зато умел превосходно пользоваться обстоятельствами; он никогда не увлекался, зато поступал решительно, когда видел, что дело созрело до того, что успех несомненен.

    Возможно прочное присоединение русских земель к Московскому государству было основной целью его внешнеполитической деятельности; следуя в этом деле за своими прародителями, он превзошел всех их и оставил пример подражания потомкам на долгие времена. Рядом с расширением государства Иван хотел дать этому государству строго самодержавный строй, подавить в нем древние признаки земской раздельности и свободы, как политической, так и частной, поставить власть монарха единым самостоятельным двигателем всех сил государства и обратить всех подвластных в рабов своих, начиная от близких родственников до последнего земледельца. И в этом Иван Васильевич положил твердые основы: его преемникам оставалось дополнять и вести далее его дело. В первые годы своего единовластия Иван Васильевич не только уклонялся от редких проявлений своей главной цели — полного объединения Руси, но оказывал при всяком случае видимое уважение к правам князей и земель, представлял себя ревнителем старины и в то же время заставлял чувствовать как силу тех прав, какие уже давала ему старина, так и ту степень значения, какую ему сообщал его великокняжеский сан. У Ивана Васильевича, как показывают его поступки, было правилом прикрывать все личиною правды и законности, казаться противником насильственного введения новизны; он вел дела свои так, что полезная для него новизна вызывалась не им самим, а другими.

Как всегда в момент перехода власти, оживились внешние противники. Новгородцы давно уже не выполняли условий Яжелбицкого договора с Москвой. В Казани у власти был недружественный Москве хан Ибрагим. Василий Темный в своей духовной прямо благословил старшего сына «своей отчиной» - великим княжением. С тех пор как Батый подчинил Русь, престолами русских князей распоряжался ордынский повелитель. Теперь же его мнения никто не спрашивал. Вряд ли мог смириться с этим Ахмат - хан Большой Орды, мечтавший о славе первых покорителей Руси. Неспокойно было и в самой великокняжеской семье. Сыновья Василий Темного младшие братья Ивана Ш, получили по завещанию отца все вместе почти столько же, сколько унаследовал великий князь, и были недовольны этим.

         В такой обстановке молодой государь начал действовать решительно. Уже в 1463 г. к Москве был присоединен Ярославль. Местные князья в обмен на владения в Ярославском княжестве получили земли и села из рук великого князя. Но не так относился Иван Васильевич к более сильным князьям — тверскому и рязанскому. С тверским, своим шурином, он тотчас по смерти отца своего заключил договор, в котором положительно охранялось владетельное право тверского князя над своею землей не в политике Ивана Васильевича было раздражать без нужды соседа, княжившего на перепутье между Москвою и Новгородом, в то время, когда московский великий князь предвидел неминуемую разделку с Новгородом и должен был подготовлять союзников себе, а не Новгороду против себя. Рязанский великий князь уже прежде был в руках Москвы. Иван Васильевич не отнял у него земли его, а в 1464 году женил его на своей сестре, признал самостоятельным владетелем, но совершенно взял в свои руки; никогда уже после того Иван Васильевич не имел повода обращаться с своим зятем иначе, так как рязанский князь не выходил из повиновения у московского.



 Псков и Новгород, недовольные властной рукой Москвы, легко смогли найти общий язык. В том же году в псковские пределы вошли немецкие полки. Псковичи обратились за помощью одновременно в Москву и Новгород. Однако новгородцы не спешили помочь своему «младшему брату». Великий князь же три дня не пускал «на очи» прибывших псковских послов. Лишь после этого он согласился сменить гнев на милость. В результате Псков принял наместника из Москвы, а его отношения с Новгородом резко обострились. Этот эпизод демонстрирует приемы, с помощью которых Иван Васильевич обычно добивался успеха: он старался сначала разъединить и рассорить противников, а потом заключить с ними мир поодиночке, добившись при этом выгодных для себя условий. На военные столкновения великий князь шел лишь в исключительных случаях, когда были исчерпаны все другие средства.

Уже в первые годы своего правления Иван Ш умел вести тонкую дипломатическую игру. В 1464 г. на Русь задумал пойти надменный Ахмат - повелитель Большой Орды. Но в решительный момент, когда татарские полчища были готовы хлынуть на Русь, в тыл им ударили войска крымского хана Азы-Гирея. Ахмат вынужден был подумать о собственном спасении. Таков оказался результат соглашения, заранее достигнутого между Москвой и Крымом. 



БОРЬБА С КАЗАНЬЮ



Неотвратимо надвигался конфликт с Казанью. Боевым действиям предшествовала длительная подготовка. На Руси еще со времен Василия П жил татарский царевич Касым, имевший несомненные права на престол в Казани. Именно его Иван Васильевич намеревался утвердить в Казани как своего ставленника. Тем более что местная знать настойчиво приглашала Касыма занять трон, обещая поддержку. В 1467 г. состоялся первый поход московских полков на Казань. С ходу город взять не удалось, а казанские союзники не осмелились выступить на стороне осаждавших. В довершение всего Касым вскоре скончался.

Ивану Васильевичу срочно пришлось менять свои планы.  Почти сразу после неудачной экспедиции татары совершили несколько набегов на русские земли. Великий князь распорядился укрепить гарнизоны в Галиче, Нижнем Новгороде и Костроме и занялся подготовкой большого похода на Казань. Были мобилизованы все слои московского населения и подвластных Москве земель. Отдельные полки целиком состояли из московских купцов и посадских людей. Братья великого князя возглавили ополчения своих владений.

Войско делилось на три группировки. Первые две, руководимые воеводами Константином Беззубцевым и князем Петром Васильевичем Оболенским, сходились под Устюг и Нижний Новгород. Третья рать князя Даниила Васильевича Ярославского двинулась на Вятку. Согласно замыслу великого князя, основным силам следовало остановиться, не дойдя до Казани, тогда как «охочии люди» (добровольцы) и отряд Даниила Ярославского должны были заставить хана поверить, что главного удара следует ожидать именно с этой стороны. Однако, когда стали выкликать желающих, почти вся рать Беззубцева вызвалась идти на Казань. Пограбив окрестности города, эта часть русских полков попала в трудное положение и вынуждена была с боем пробиваться к Нижнему Новгороду. В итоге главная цель вновь не была достигнута.

В сентябре 1469 г. новая московская рать под командованием брата великого князя - Юрия Васильевича Дмитровского - вновь подступила к стенам Казани. В походе участвовала и «судовая рать» (т.е. войско, погруженное на речные суда). Осадив город и перекрыв доступ воды, русские вынудили хана Ибрагима капитулировать, «взяли мир на своей воле» и добились выдачи «полона» - соотечественников, томящихся в неволе.



ПОКОРЕНИЕ  НОВГОРОДА



Новые тревожные вести пришли из Новгорода Великого. К концу 1470 г. новгородцы, воспользовавшись тем, что Иван Васильевич был поглощен внутренними проблемами, а потом войной с Казанью, перестали платить Москве пошлины и вновь захватили земли, от которых отступились по договору с прежними великими князьями. В вечевой республике всегда была сильна партия, ориентировавшаяся на Литву. В ноябре 1470 г. новгородцы приняли князем Михаила Олельковича Это был так называемый кормленый князь, каких прежде часто приглашали к себе новгородцы, уступая им известные доходы с некоторых своих волостей.. В Москве не сомневались, что за его спиной стоял соперник московского государя на Руси - великий князь литовский и король польский Казимир IV. Иван Васильевич полагал, что конфликт неизбежен. Но на протяжении нескольких месяцев, вплоть до лета 1471 г., он вел активную дипломатическую подготовку. Благодаря усилиям Москвы Псков занял антиновгородскую позицию.

Главным покровителем вольного города был Казимир IV. В феврале 1471 г. его сын Владислав стал чешским королем, но в борьбе за престол у него появился могущественный конкурент - венгерский государь Матвей Корвин, которого поддержали Папа римский и Ливонский орден. Удержаться у власти без помощи отца Владислав не смог бы. Дальновидный Иван Васильевич почти полгода выжидал, не начиная боевых действий, пока Польша не втянулась в войну за чешский престол. Казимир IV не решился воевать на два фронта. Хан Большой Орды Ахмат также не пришел на помощь Новгороду, опасаясь нападения союзника Москвы - крымского хана Хаджи-Гирея. Новгород остался один на один с грозной и могущественной Москвой.

В мае 1471 г. был окончательно разработан план наступления против Новгородской республики. Решено было нанести удар с трех сторон, чтобы заставить неприятеля раздробить силы. «Того же лета... князь велики с братию и с всею силою поиде к Новгороду Великому, с все сторона воюючи и пленяючи» - писал об этом летописец. Стояла страшная сушь, и это делало обычно непроходимые болота под Новгородом вполне преодолимыми для великокняжеских полков. Вся Северо-Восточная Русь, послушная воле великого князя, сходилась под его знамена. Готовились к походу союзные рати из Твери, Пскова, Вятки, прибывали полки из владений братьев Ивана Васильевича. В обозе ехал дьяк Стефан Бородатый, чье умение говорить по памяти цитатами из русский летописей позже весьма пригодилось при переговорах с новгородцами.

Тремя потоками вошли московские полки в новгородские пределы. На левом фланге действовал 10-тысячный отряд князя Даниила Холмского и воеводы Федора Хромого. На правый фланг был послан полк князя Ивана Стриги Оболенского, чтобы не допустить притока свежих сил из восточных владений Новгорода. В центре, во главе самой мощной группировки, выступил сам государь.

14 июля 1471 г. 40-тысячное войско - все, что смогли собрать в Новгороде, - сошлось в битве с отрядом Даниила Холмского и Федора Хромого. Как повествует летопись, «... вскоре побежали новгородцы, гонимые гневом Божиим... Полки же великого князя гнались за ними, кололи их и секли». В плену оказались посадники, у которых был найден текст договора с Казимиром IV. В нем, в частности, были и такие слова: «А пойдет князь великий Московский на Великий Новгород, ибо тебе нашему господину честному королю всести на конь за Великий Новгород противу великого князя». Разъяренный государь московский безжалостно казнил пленных новгородцев, отказываясь от переговоров с прибывавшими из Новгорода посольствами.

Только после приезда в ставку великого князя в Коростыне архиепископа Новгородского Феофила Иван Васильевич внял его мольбам, предварительно подвергнув послов унизительной процедуре. Вначале новгородцы били челом московским боярам, те в свою очередь обратились к братьям Ивана Васильевича, чтобы они упросили самого государя. Правота великого князя доказывалась ссылками на летописи, которые так хорошо знал дьяк Стефан Бородатый. 11 августа был заключен Коростынский договор. Отныне Новгородская внешняя политика полностью подчинялась воле великого князя. Вечевые грамоты выдавались теперь от имени московского государя и скреплялись его печатью. Впервые он признавался верховным судьей в делах дотоле вольного города Новгорода. Новгород отрекся от связи с литовским государем, уступил великому князю часть Двинской земли, где новгородское войско было разбито московским. Вообще в Двинской земле (Заволочье), которую Новгород считал своею собственностью, издавна была чересполосица. Посреди новгородских владений были населенные земли, на которые предъявляли права другие князья, особенно ростовские. Это было естественно, так как население подвигалось туда из разных стран Руси. Великий князь московский как верховный глава всех удельных князей и обладатель их владений считал все такие спорные земли своею отчиною и отнял их у Новгорода, как бы опираясь на старину. Новгород, кроме того, обязался заплатить «копейное» (контрибуцию). Сумма «копейного» означалась в пятнадцать с половиною тысяч, но великий князь скинул одну тысячу. Во всем остальном договор этот был повторением того, какой заключен при Василии Темном. 





Верный своему правилу действовать постепенно, Иван Васильевич не уничтожил самобытности Новгородской земли, а предоставил новгородцам подать ему вскоре повод сделать дальнейший шаг к тому, чего веками домогалась Москва над Великим Новгородом. Ближайшим последствием этой несчастной войны было то, что Новгородская земля была так разорена и обезлюдена, как еще не бывало никогда вовремя прошлых войн с великими князьями. Этим разорением московский государь обессилил Новгород и на будущее время подготовил себе легкое уничтожение всякой его самобытности.

Иван Васильевич удержал за собою Вологду и Заволочье, а в следующем 1472 году отнял у Великого Новгорода Пермь. Эта страна управлялась под верховною властью Новгорода своими князьками, принявшими христианство, которое с XIV века, со времени проповеди св. Стефана, распространилось в этом крае. В Перми обидели каких-то москвичей. Иван Васильевич придрался к этому и отправил в Пермскую землю рать под начальством Федора Пестрого. Московское войско разбило пермскую военную силу, сожгло пермский город Искор и другие городки; пермский князь Михаил был схвачен и отослан в Москву. Пермская страна признала над собою власть великого князя московского.

Мастерски проведенная военная кампания и дипломатический успех делали Ивана Васильевича подлинным «государем всея Руси». 1 сентября 1471 г. въехал он в свою столицу с победой под восторженные крики москвичей. Несколько дней продолжалось ликование. 30 апреля 1472 г. состоялась торжественная закладка нового Успенского собора в Кремле. Он должен был стать зримым символом московского могущества и единства Руси.

В июле 1472 г.  хан Ахмат, который все еще считал Ивана Ш своим «улусником», т.е. подданым, неожиданно напал на Русь. Обманув русские заставы, ждавшие его на всех дорогах, он внезапно появился под стенами Алексина - небольшой крепости на границе с Диким Полем. Ахмат осадил и зажег город. Отважные защитники погибли, но не сложили оружия. Вновь грозная опасность нависла над Русью. Только соединение всех русских сил могло остановить ордынцев. Подошедший к берегам Оки Ахмат увидел величественную картину. Перед ним простирались «многыя полкы великого князя, аки море колеблющееся, доспехи же на них бяху чисты вельми, яко сребро блистающи, и вооружени зело». Ахмат отступил. Таким образом, объединенное Иваном Ш государство стало способно выставить крупное организованное и хорошо оснащенное войско и противостоять некогда непобедимым силам ордынцев. 



ЖЕНИТЬБА  НА  СОФЬЕ  ПАЛЕОЛОГ.

СЕМЕЙНЫЕ  ДЕЛА



Первая жена Ивана III, тверская княжна Мария Борисовна, скончалась еще 22 апреля 1467 г. А 11 февраля 1469 г. в Москве появились послы из Рима - от кардинала Виссариона. Кардинал этот, природный грек, был прежде митрополитом Никейским и на Флорентийском соборе вместе с русским митрополитом Исидором принял унию.  Они приехали к великому князю, чтобы предложить ему жениться на жившей в изгнании после падения Константинополя племяннице последнего византийского императора Константина ХI Софье Палеолог. Для русских Византия долгое время была единственным православным царством, оплотом истинной веры. Византийская империя пала под ударами турок (1453 г.), но, породнившись с династией ее последних василевсов, Русь как бы заявляла о своих правах на наследие Византии, на величественную духовную роль, которую эта держава когда-то играла в мире. Вскоре в Рим отправился представитель Ивана Ш, итальянец на русской службе Джан Баттиста делла Вольпе (Иван Фрязин, как его называли в Москве). В июне 1472 г. в соборе Святого Петра в Риме Иван Фрязин обручился с Софьей от имени московского государя, после чего невеста в сопровождении пышной свиты отправилась на Русь. В октябре того же года Москва встречала свою будущую государыню. Первым делом Софья отстояла молебен в церкви, а потом в сопровождении митрополита Филиппа отправилась в покои великой княгини Марии Ярославны, где встретилась со своим будущим мужем. В тот же день в недостроенном еще Успенском соборе состоялся обряд венчания. Греческая принцесса стала великой княгиней московской, владимирской и новгородской. Отблеск тысячелетней славы некогда могучей империи озарил молодую Москву. 

Брак московского государя с греческою царевною был важным событием в русской истории. Собственно, как родственный союз с византийскими императорами это не было новостью: много раз русские князья женились на греческих царевнах, и такие браки, кроме первого из них, брака св. Владимира, не имели важных последствий, не изменяли ничего существенного в русской жизни. Брак Ивана с Софьею заключен был при особых условиях. Во-первых, невеста его прибыла не из Греции, а из Италии, и ее брак открыл путь сношениям Московской Руси с Западом. Во-вторых, Византийского государства уже не существовало; обычаи, государственные понятия, приемы и обрядность придворной жизни, лишенные прежней почвы, искали себе новой и нашли ее в единоверной Руси. Пока существовала Византия, Русь хотя усваивала всю ее церковность, но в политическом отношении оставалась всегда только Русью, да и у греков не было поползновения переделать Русь в Византию; теперь же, когда Византии не стало, возникла мысль, что Греция должна была воплотиться в Руси и Русское государство будет преемственно продолжением Византийского настолько, насколько русская церковь преемственно была костью от костей и плотью от плоти греческой церкви. Кстати, Восточная Русь освобождалась от порабощения татарского именно в ту эпоху, когда Византия порабощена была турками. Являлась надежда, что молодая русская держава, усилившись и окрепши, послужит главным двигателем освобождения Греции. Брак Софьи с русским великим князем имел значение передачи наследственных прав потомства Палеологов русскому великокняжескому дому.

Вскоре после свадьбы Иван Ш отправился в Ростов к больной материи и там получил известие о смерти брата Юрия, который был всего на год моложе великого князя. Вернувшись в Москву, Иван Ш решается на небывалый шаг. В нарушение древнего обычая он присоединяет все земли умершего Юрия к великому княжению, не поделившись с братьями. Назревал открытый разрыв. Примирить сыновей сумела мать - Мария Ярославна. По заключенному ими соглашению Андрей Большой (Углицкий) получал город Романов на Волге, Борис - Вышгород, Андрей Меньшой - Тарусу. Дмитров, где княжил покойный Юрий, остался за великим князем. Сбылся давний замысел Ивана Васильевича об увеличении своей власти за счет братьев - удельных князей. Еще незадолго до похода на Новгород по примеру своего отца он провозгласил своего сына великим князем. По Коростынскому договору права Ивана Ивановича были приравнены к правам отца. Это поднимало наследника на небывалую высоту и исключало претензии братьев Ивана Ш на престол. И вот теперь был сделан еще один шаг, закладывавший основу новых отношений между членами великокняжеской семьи.

В ночь с 4 на 5 апреля 1473 г. скончался во время сильного пожара в Москве митрополит Филипп. Его преемником стал епископ Коломенский Геронтий. А 20 мая обрушились стены почти достроенного Успенского собора. Великий князь решил сам заняться возведением новой святыни. По его поручению в Венецию отправился Семен Иванович Толбузин, который вел переговоры с искусным каменных, литейных и пушечных дел мастером Аристотелем Фиораванти. В марте 1475 г. итальянец прибыл в Москву. Он возглавил строительство Успенского храма, доныне украшающего соборную площадь Московского Кремля. 



ПОХОД  НА  ВЕЛИКИЙ  НОВГОРОД.

КОНЕЦ  ВЕЧЕВОЙ  РЕСПУБЛИКИ



Побежденный, но не подчинившийся до конца, Новгород беспокоил великого князя московского. 21 ноября 1475 г. Иван Ш прибыл в столицу вечевой республики «миром». «Вятшие люди» - вечевая верхушка во главе с владыкой Феофилом - устроили пышную встречу. Почти 2 месяца продолжались пиры и приемы. Великий князь принимал не только дары от жителей, но и их жалобы на произвол властей. 25 ноября представители Славковой и Микитиной улиц подали ему жалобу на самоуправство высших новгородских чиновников. После судебного разбирательства были схвачены и отправлены в Москву посадники Василий Онаньин, Богдан Есипов и еще несколько человек, все - лидеры и сторонники «литовской» партии. Не помогло заступничество архиепископа и бояр. В феврале 1476 г. великий князь возвратился в Москву.

Общество новгородской вечевой республики давно уже разделилось на две части. Одни поддерживали Москву, другие - короля Казимира IV. В феврале 1477 г. в Москву приехали новгородские послы. Приветствуя Ивана Ш, они назвали его не «господином», как обычно, а «государем». Подобное обращение выражало полное подчинение, и Иван Ш немедленно воспользовался этим обстоятельством: в Новгород отправились бояре Федор Хромой, Иван Тучкоморозов и дьяк Василий Долматов, чтобы осведомиться, какого «государства» хотят от великого князя новгородцы. Собралось вече, на котором сторонники «литовской» партии обвинили побывавшего в Москве боярина Василия Никифорова в измене: «Переветник, был ты у великого князя и целовал ему крест против нас». Василий и еще несколько активных сторонников Москвы были убиты. Шесть недель волновался Новгород. Послам было заявлено о желании жить с Москвой «по старине», т.е. сохранить Новгородскую вольность. 

Иван Ш не спешил с новым походом. Он понимал, что с каждым днем противоречия внутри новгородского общества будут усиливаться, а число его сторонников станет расти под впечатлением нависшей вооруженной угрозы. Так и произошло. Когда великий князь выступил из Москвы во главе объединенных сил, новгородцы не смогли даже собрать полки, чтобы попытаться отразить нападение. В столице был оставлен молодой великий князь Иван Иванович. По дороге в ставку то и дело прибывали новгородские посольства в надежде завязать переговоры, но их даже не допускали к государю. Когда до Новгорода оставалось не более 30 км, приехал сам архиепископ Новгородский Феофил с боярами. Они называли Ивана Васильевича «государем» и просили «отложить гнев» на Новгород. Однако, когда дело дошло до переговоров, оказалось, что послы недостаточно отчетливо представляют себе сложившуюся ситуацию и требуют слишком многого. 

Великий князь с войском прошел по льду озера Ильмень и стал под самыми стенами города. Московские рати со всех сторон окружили Новгород. Подходили подкрепления: псковские полки с пушками, братья великого князя с войском, касимовские татары царевича Данияра. Положение в осажденном городе ухудшалось: не хватало продовольствия, начался мор, усилились междоусобные склоки. Наконец, 7 декабря 1477 г. на прямой вопрос послов, какого «государства» хочет Иван Ш в Новгороде, государь московский ответил: Хотим государства своего как на Москве, государство наше таково: вечевому колоколу в отчине нашей в Новгороде не быть, посаднику не быть, а государство нам свое держать как у нас на низовской земле». Новгородской вечевой вольнице был вынесен приговор. Территория собираемого Москвой государства увеличилась в несколько раз. Присоединение Новгорода - один из важнейших итогов деятельности Ивана Ш, великого князя московского и «всея Руси». 



СТОЯНИЕ  НА  УГРЕ.

КОНЕЦ  ОРДЫНСКОГО ИГА



12 августа 1479 г. в Москве был освящен новый собор во имя Успения Божьей Матери, задуманный и построенный как архитектурный образ единого Русского государства. «Бысть же та церковь чюдна вельми величеством и высотою, светлостью и звонкостью и пространством, такова же преже того не бывала в Руси, опроче Владимерскыя церкви...» - восклицал летописец. Торжества по случаю освящения собора продлилась до конца августа. 

Но не прошло и месяца с начала празднеств, как грозное предзнаменование грядущих бед потрясло столицу. 9 сентября Москва неожиданно загорелась, пожар подступил к стенам Кремля. Лишь к утру стихия была побеждена жителями города, вместе с которыми тушили пожар и Иван Ш, и его сын.

До Москвы доходили слухи о назревающем заговоре в Новгороде. Иван Ш вновь отправился туда «миром». На берегу Волхова он провел остаток осени и большую часть зимы. Одним из результатов его пребывания в Новгороде был арест архиепископа Новгородского Феофила. В январе 1480 г. опального владыку под конвоем отправили в Москву. Новгородской оппозиции был нанесен ощутимый удар.

Однако вскоре Ливонский орден впервые за много лет напал большими силами на земли Пскова. Из Орды доходили смутные известия о подготовке нового нашествия на русь. В самом начале февраля пришла еще одна плохая новость - ьратья Ивана Ш князья Борис Волоцкий и Андрей Большой решились на открытый мятеж и вышли из повиновения. В этих условиях московская помощь Пскову сделалась невозможной. Иван Ш спешно покинул Новгород и выехал в Москву.

Государство, раздираемое внутренними смутами, перед лицом внешней агрессии было обречено. Прежде всего он вступил в переговоры с братьями, недовольными планомерным наступлением московского государя на принадлежавшие им удельные права полунезависимых властителей, уходившие своими корнями во времена политической раздробленности. Но великий князь не мог в уступках им перейти грань, за которой начиналось возрождение прежней удельной системы, принесшей на Русь столько бедствий в прошлом. Начавшиеся переговоры с братьями зашли в тупик.              

Своей ставкой князья Борис и Андрей избрали Великие Луки - город на границе с Литвой - и вели переговоры с Казимиром IV. О совместных действиях против Москвы договорился с Казимиром и Ахмат.

Весной 1480 г. стало ясно, что достичь соглашения с братьями не удастся. В эти же дни пришло страшное известие - хан Большой Орды во главе огромного войска начал медленное продвижение на Русь, ожидая поддержки Казимира. Опытный воин и честолюбивый политик, Ахмат надеялся полностью восстановить ордынское господство над Русью. Собственно говоря, великий князь московский на деле уже был независим от Орды: она пришла тогда к такому ослаблению, что вятские удальцы, спустившись по Волге, могли разграбить Сарай, столицу хана. Великий князь перестал платить вынужденную определенную дань, ограничиваясь одними дарами; а это не могло уже иметь смысла подданства, так как подобным образом дары от московских государей и впоследствии долго давались татарским владетелям во избежание разорительных татарских набегов. Таким образом, освобождение Руси от некогда страшного монгольского владычества совершилось постепенно, почти незаметно. Бывшая держава Батыя, распавшись на многие царства, была постоянно раздираема междоусобиями, и если одно татарское царство угрожало Москве, то другое мешало ему поработить Москву.

Из Крыма пришло отрадное известие. Туда по указанию великого князя отправился Иван Иванович Звенец Звенигородский, который должен был любой ценой заключить с крымским ханом Менгли-Гиреем договор о союзе. Послу была поставлена задача добиться от хана обещания, что тот в случае вторжения Ахмата в русские пределы ударит ему в тыл или, по крайней мере, нападет на земли Литвы, отвлекая силы короля. Цель посольства была достигнута. Заключенный в Крыму договор стал важным достижением московской дипломатии. В кольце внешних врагов Московского государства была пробита брешь. 

Приближение Ахмата ставило великого князя перед выбором. Можно было запереться в Москве и ждать врага, надеясь на прочность ее стен. В этом случае огромная территория оказалась бы во власти Ахмата и ничто уже не смогло бы помешать соединению его сил с литовскими. Был другой вариант - двинуть русские полки навстречу врагу. Именно так поступил в 1380 г. Дмитрий Донской. Последовал примеру своего прадеда и Иван Ш.

В начале лета на юг были посланы большие силы под командованием Ивана Молодого и верного великому князю брата Андрея Меньшого. Русские полки разворачивались по берегу Оки, тем самым создавая мощный заслон на пути к Москве. 23 июня в поход выступил сам Иван Ш. В тот же день из Владимира в Москву была привезена чудотворная икона Владимирской Божьей Матери, с заступничеством которой связывали спасение Руси от войск Тамерлана в 1395 г.

В течение августа и сентября Ахмат искал слабое место в русской обороне. Когда ему стало ясно, что Ока крепко охраняется, он предпринял обходной маневр и повел свои войска к литовской границе, надеясь в районе устья реки Угры прорвать линию русских полков. Иван Ш срочно выехал в Москву «на совет и думу» с митрополитом и боярами. 

В Кремле состоялся совет. Митрополит Геронтий, мать великого князя, многие из бояр и высшего духовенства высказались за решительные действия против Ахмата. Было решено готовить город к возможной осаде. Московские посады были сожжены, а их жители переселены внутрь крепостных стен. В те же дни к Ивану Ш пришли послы от Андрея Большого и Бориса Волоцкого, которые заявили о прекращении мятежа. Великий князь пожаловал братьям прощение и повелел им двигаться со своими полками к Оке. Затем он вновь покинул Москву.

Тем временем Ахмат попытался форсировать Угру, но его атака была отбита силами Ивана Молодого. Несколько дней продолжались бои за переправу, которые также не принесли ордынцам успеха. Вскоре противники заняли оборонительные позиции на противоположных берегах реки. Началось знаменитое «стояние на Угре».

Ахмат предпринял попытку переговоров: он потребовал, чтобы к нему с изъявлением покорности явился сам великий князь, или его сын, или брат, а также чтобы русские выплатили дань, которые задолжали за несколько лет. Все эти требования были отклонены. На подходе были силы Андрея Большого и Бориса Волоцкого. Менгли-Гирей, выполняя свое обещание, напал на южные земли Великого княжества Литовского.

Наступила зима. Угра замерзала и из водной преграды превращалась в ледяной мост, соединяющий враждующие стороны. Сохранение войска сделалось главной заботой Ивана Ш. Цена необдуманного риска была слишком велика. В случае гибели русских полков Ахмату открывалась дорога в самое сердце Руси, а король Казимир IV не преминул бы воспользоваться случаем и вступить в войну. Не было уверенности и в том, что сохранят лояльность братья и недавно подчиненный Новгород. Да и крымский хан, видя поражение Москвы, мог быстро позабыть о своих союзнических обещаниях. Взвесив все обстоятельства, Иван Ш в начале ноября приказал отвести русские силы от Угры к Боровску, который в зимних условиях представлял собой более выгодную оборонительную позицию.

И тут, неожиданно, Ахмат начал спешное отступление, похожее на бегство. В погоню за отступающими ордынцами были отправлены небольшие русские силы. Иван Ш с сыном и всем войском вернулся в Москву. Ахмат, спустя несколько месяцев, был убит в Орде заговорщиками, разделив судьбу другого неудачливого завоевателя Руси - Мамая. 

Современникам спасение Руси показалось чудом. Однако неожиданное бегство Ахмата имело и земные причины, не исчерпывавшиеся цепочкой счастливых для Руси военных случайностей. Стратегический план обороны русских земель в 1480 г. был хорошо продуман и четко осуществлен. Дипломатические усилия великого князя предотвратили вступление в войну Польши и Литвы. Свою лепту в спасение Руси внесли и псковичи, к осени остановившие немецкое наступление.   

Да и сама Русь была уже не той, что в XШ в. во времена нашествия Батыя, и даже в ХIV в. - перед лицом орд Мамая. На место полунезависимых, враждующих друг с другом княжеств пришло сильное, хотя еще и не совсем окрепшее внутренне, Московское государство. Эту эпоху обыкновенно считают моментом окончательного освобождения Руси от монгольского ига, но в сущности, как мы заметили выше, Русь на самом деле уже прежде стала независимою от Орды. Во всяком случае событие это важно в нашей истории как эпоха окончательного падения той Золотой Орды, ханы которой держали в порабощении Русь и назывались ее царями.

Тогда, в 1480 г., трудно было оценить значение случившегося. Многие вспоминали рассказы дедов о том, как всего через два года после славной победы Дмитрия Донского на Куликовом поле Москва была сожжена войсками Тохтамыша. Однако история, любящая повторы, на этот раз пошла по другому пути. Иго, тяготевшее над Русью два с половиной столетия, окончилась. 





ПОКОРЕНИЯ  ТВЕРИ  И  ВЯТКИ



Спустя пять лет после «стояния на Угре» Иваном Ш был сделан еще один шаг к объединению русских земель: в состав Русского государства было включено Тверское княжество. Тверь долго оставалась одним из крупнейших русских городов, а ее князья были в числе самых могущественных. Однако сын великого князя Бориса Александровича (1425-1461) Михаил уже не имел ни могущества, ни блеска своего отца. Он хорошо понимал, что происходит на Руси: объединение княжеств вокруг Москвы независимо от воли их правителей.

Последней надеждой Михаила сделалась Литва. В 1484 г. он заключил с Казимиром договор, нарушивший пункты достигнутого ранее соглашения с Москвой. Острие нового литовско-тверского союза было недвусмысленно направлено в сторону Москвы. В ответ на это в 1485 г. Иван Ш объявил Твери войну. Московские войска вторглись в тверские земли. Казимир не спешил оказать помощь своему новому союзнику. Не имея сил сопротивляться в одиночку, Михаил поклялся, что больше не будет иметь никаких отношений с врагом Москвы. Однако вскоре после заключения мира свою клятву он нарушил. Узнав об этом, великий князь в том же году собрал новую рать. Московские полки подступили к стенам Твери. Михаил тайно бежал из города. Тверичи во главе со своими боярами открыли великому князю ворота и присягнули ему на верность. Независимое великое княжество Тверское прекратило свое существование.

В 1489 г. к Русскому государству была присоединена Вятка - отдаленная земля за Волгой. С присоединением Вятки дело собирания русских земель, не входивших в Великое княжество Литовское, было закончено. Формально самостоятельными оставались только Псков и Великое княжество Рязанское. Но и они находились в зависимости от Москвы. Расположенные на опасных рубежах Руси, эти земли часто нуждались в военной помощи великого князя московского. Власти Пскова уже давно не решались идти вразрез с волей Ивана Ш. В Рязани правил юный князь Иван, который приходился великому князю внучатым племянником и был ему во всем послушным.







УСПЕХИ  ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ  ИВАНА Ш

        

К концу 80-х гг. Иван Ш окончательно принял титул «великого князя всея Руси». Названный титул был известен в Москве еще с ХIV в., но именно в эти годы он сделался официальным и из политической мечты превратился в реальность. Два страшных бедствия - политическая раздробленность и монголо-татарское иго - ушли в прошлое. 

Достижение территориального единства русских земель было важнейшим итогом деятельности Ивана Ш. Но молодое государство нуждалось в укреплении изнутри. Надлежало обеспечить безопасность его границ. Ждала своего решения и проблема русских земель, попавших в последнее столетие под власть католической Литвы, которая усиливала нажим на своих православных подданных.

В 1487 г. великокняжеские рати совершили поход на Казанское ханство - один из осколков распавшейся Золотой Орды. Казанский хан признал себя вассалом Московского государства. Тем самым почти на 20 лет было обеспечено спокойствие на восточных рубежах русских земель. Дети Ахмата, владевшие Большой Ордой, уже не могли собрать войско, сравнимое по численности с войском их отца. Крымский хан Менгли-Гирей оставался союзником Москвы, и дружественные отношения с ним еще более укрепились после того, как в 1491 г. во время похода детей Ахмата на Крым Иван Ш послал на помощь Менгли русские полки. 

Относительное спокойствие на востоке и на юге позволило великому князю обратиться к решению внешнеполитических задач на западе и северо-западе. Центральной проблемой тут оставалсиь взаимоотношения с Литвой. В результате двух русско-литовских войн (1492-1494 гг. и 1500-1503 гг.) в состав Московского государства удалось включить десятки древних русских городов, среди которых были такие крупные, как Вязьма, Чернигов, Стародуб, Путивль, Рыльск, Новгород-Северский, Гомель, Брянск, Дорогобуж и др. Титул «великого князя всея Руси» наполнился в эти годы новым содержанием. Иван Ш провозгласил себя государем не только подвластных ему земель, но и всего русского православного населения, которое проживало на землях, входивших некогда в состав Киевской Руси. Не случайно Литва долгие десятилетия отказывалась признать законность этого нового титула. 

В последние годы XV века Иван Васильевич, заключивши союз с Данией, в качестве помощи союзникам вел войну с Швецией: война эта, кроме взаимных разорений, не имела никаких последствий. Важнее был в 1499 году поход московского войска в отдаленную Югру (в северозападный угол Сибири и восточный край Архангельской губернии). Русские построили крепость на Печоре, привезли взятых в плен югорских князей и подчинили югорский край Москве. Это было первым шагом к тому последовательному покорению Сибири, которое решительно началось уже с конца XVI века.

К началу 90-х гг. XV в. Россия установила дипломатические отношения со многими государствами Европы и Азии; с императором Священной Римской империи, с султаном Турции великий князь московский соглашался разговаривать только как равный. Московское государство, о существовании которого еще несколько десятилетий назад мало кто знал в Европе, быстро получало международное признание: в 1490 году чагатайский царь, владевший Хивою и Бухарою, заключил с московским государем дружественный союз. В 1492 г. обратился к Ивану иверский (грузинский) царь Александр, просил его покровительства. Был заключен дружественный союз между Данией и Московским государством.  



ВНУТРЕННИЕ  ПРЕОБРАЗОВАНИЯ     



Внутри государства постепенно отмирали пережитки политической раздробленности. Князья и бояре, еще недавно обладавшие огромной властью, теряли ее. Это происходило непросто и порой драматично. Множество семей старого новгородского и вятского боярства насильно были переселены на новые земли. 

В последние десятилетия великого княжения Ивана Ш исчезли удельные княжества. После смерти Андрея Меньшого (1481 г.) и двоюродного дяди великого князя Михаила Андреевича (1486 г.) прекратили свое существование Вологодский и Верейско-Белозерский уделы. Печальна была судьба Андрея Большого, удельного князя Углицкого. В 1491 г. он был арестован и обвинен в измене. Старший брат припомнил ему и мятеж в тяжелом для страны 1480 г., и другие его «неисправления». После двух лет заключения Андрей умер. В 1494 г. скончался последний брат Ивана Ш - Борис. Свой Волоцкий удел он оставил сыновьям Федору и Ивану. По завещанию, составленному последним, большая часть причитавшегося ему отцовского наследства в 1503 г. перешла к великому князю. После смерти Ивана Ш удельная система в прежнем своем значении никогда уже не возрождалась. И хотя он наделил своих младших сыновей Юрия, Дмитрия, Семена и Андрея землями, они уже не имели в них реальной власти.

Уничтожение старой удельно-княжеской системы потребовало создания нового порядка управления страной. В конце XV в. в Москве начали формироваться органы центрального управления - «приказы», которые были прямыми предшественниками петровских «коллегий» и министерств XIX в. В провинции главную роль стали играть наместники, назначавшиеся самим великим князем. Претерпевало изменения и войско. На место княжеских дружин приходили полки, состоящие из помещиков. Помещики получали от государства на время своей службы населенные земли, которые и приносили им доход. Земли эти именовались «поместьями». Учреждение поместного владения не было новостью: по своему основанию оно существовало издавна, но Иван Васильевич дал ему более широкий размер, заменяя таким образом господство вотчинного права господством поместного. Мера эта была выгодна для его самодержавных целей: помещики были обязаны куском хлеба исключительно государю; земля их каждую минуту могла быть отнята; они должны были заботиться заслужить милость государя, для того чтобы избежать несчастия потерять землю. Дети их не могли по праву наследства надеяться на средства к существованию и, подобно своим отцам, должны были только в милости государя видеть свою надежду. Провинность или раннее прекращение службы означали потерю поместья. Благодаря этому помещики были заинтересованы в честной и долгой службе московскому государю. 

В 1497 г. был издан Судебник - первый общегосударственный свод законов со времен Киевской Руси. Судебник вводил единые правовые нормы для всей страны, что явилось важным шагом к упрочению единства русских земель. Суд поручался от имени великого князя боярам и окольничим. Некоторым детям боярским давали «кормление», т. е. временное владение населенною землею с правом суда. В городах суд поручался наместникам и волостелям с разными ограничениями; им придавались «дворские», старосты и выборные из так называемых лучших людей (т. е. зажиточных). При судьях состояли дьяки, занимавшиеся делопроизводством, и «недельщики» — судебные приставы, исполнявшие разные поручения по приговору суда. Судьи получали в вознаграждение судные пошлины с обвиненной стороны в виде известного процента с рубля в различных размерах, смотря по существу дела, и не должны были брать «посулы» (взятки). Судебник 1497 г. гласил: «1. А посулов бояром, и околничим, и диаком от суда и от печалованиа не имати. А судом не мстити, ни дружити никому... 32. А кто по кого пошлет пристава в чем, и что ему в том убытка станет в волоките, или что даст от срочные и от правые грамоты и от бессудные, и правому то все взяти на виноватомь». Тяжбы решались посредством свидетелей и судебного поединка или «поля», а в уголовных делах допускалась пытка, но только в том случае, когда на преступника будут улики, а не по одному наговору. Судебный поединок облагался высокими пошлинами в пользу судей; побежденный, называемый «убитым», считался проигравшим процесс. В уголовных преступлениях только за первое воровство, и то кроме церковного и головного (кража людей), назначалась торговая казнь, а за все другие уголовные преступления определялась смертная казнь. Свидетельство честных людей ценилось так высоко, что показание пяти или шести детей боярских или черных людей, подтверждаемое крестным целованием, было достаточно к обвинению в воровстве. 

Относительно холопов оставались прежние условия, т. е. холопом был тот, кто сам себя продал в рабство или был рожден от холопа, или сочетался браком с лицом холопского происхождения. Холоп, попавшийся в плен и убежавший из плена, делался свободным. Но в быту сельских жителей произошла перемена. Судебник определил, чтобы поселяне (крестьяне) переходили с места на место, из села в село, от владельца к владельцу, только однажды в год в продолжение двух недель около осеннего Юрьева дня (26-го ноября). Это был первый шаг к закрепощению. 

7 апреля 1503 года скончалась Софья, а 27 декабря того же года произведена была в Москве жестокая казнь над приверженцами «жидовской ереси» - сектантского течения, возникшего в Новгороде, которое смешивало догматы иудаизма и христианства. В числе пострадавших был один из способнейших слуг Ивана, дьяк Курицын, один из немногих русских, которым можно было давать дипломатические поручения.

Иван Ш не упускал из поля зрения и вопрос о своем преемнике. В истории  не раз случалось, что споры претендентов на престол ввергали страну в долгие кровавые смуты. В 1490 г. скончался в возрасте 32 лет сын и соправитель великого князя, талантливый полководец Иван Иванович Молодой. Его смерть привела к долгому династическому кризису, который омрачил последние годы жизни Ивана Ш. После Ивана Ивановича остался малолетний сын Дмитрий, представлявший старшую линию потомков великого князя. Другим претендентом на престол был сын Ивана Ш от второго брака, будущий государь всея Руси Василий Ш (1505 - 1533 гг.). За обоими претендентами стояли ловкие и влиятельные женщины - вдова Ивана Молодого валашская принцесса Елена Стефановна и вторая жена Ивана Ш, византийская принцесса Софья Палеолог. Каждого из возможных наследников поддерживали группировки придворной знати. 

Выбор между сыном и внуком оказался для Ивана Ш делом крайне непростым, и он несколько раз менял свое решение. Стремясь отыскать такой вариант, который бы не привел к новой череде междоусобий после его смерти. Поначалу верх взяла «партия» сторонников Дмитрия-внука, и он в 1498 г. был коронован по неизвестному до того чину великокняжеского венчания, несколько напоминавшему обряд венчания на царство византийских императоров. Юный Дмитрий был провозглашен соправителем деда. На плечи ему были возложены царственные «бармы», а на голову - золотая «шапка». 

Однако торжество «великого князя всея Руси Дмитрия Ивановича» продолжалось недолго. Уже в следующем году он и его мать Елена попали в опалу. А еще через три года за ними сомкнулись тяжелые двери темницы. Такова была цена поражения в династической борьбе. Новым наследником престола стал княжич Василий. Торжественного обряда венчания на этот раз не было. 

Ивану Ш, как и многим другим великим политикам эпохи средневековья, пришлось в очередной раз принести в жертву государственной надобности и свои родственные чувства, и судьбы своих близких.

Нередко круто обходившийся с духовенством, он был тем не менее глубоко набожен. Больной государь отправился по монастырям. Поездка была недолгой- как позволило здоровье. Посетив Троицу, Ростов, Ярославль, великий князь вернулся в Москву. В 1505 г. Иван Ш, «божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных» умер. Его называли то Грозным, то Державным, то Правосудом, то Горбатым. Но точнее всего роль этого государя в русской истории выразило еще одно его прозвище - Иван Великий. 



















ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Неоднозначно оценивают правление Ивана Ш российские историки. 

Н. И. Костомаров считает, что «Истинно великие люди познаются тем, что опережают свое общество и ведут его за собою: созданное ими имеет прочные задатки не только внешней крепости, но и духовного саморазвития. Иван в области умственных потребностей ничем не стал выше своей среды. Он создал государство, но без задатков самоулучшения, без способов и твердого стремления к прочному народному благосостоянию; простояло оно два века, верное образцу, созданному Иваном, хотя и дополняемое новыми формами в том же духе, но застылое и закаменелое в своих главных основаниях, представлявших смесь азиатского деспотизма с византийскими, выжившими свое время преданиями.» 

А Н. М. Карамзин утверждает: «Иоанн как человек не имел любезных свойств ни Мономаха, ни Донского, но стоит как государь на высшей степени величия. ...Что оставил миру Александр Македонский? - Славу. Иоанн оставил государство, удивительное пространством, сильное народами, еще сильнейшее духом правления, то, которое ныне с любовию и гордостию именуем нашим любезным отечеством.»          

Личность Ивана Великого была противоречива, как и время, в котором он жил. В нем уже не было пылкости и удали первых московских князей, но за его расчетливым прагматизмом ясно угадывалась высокая цель жизни. Он бывал грозен и часто внушал ужас окружающим, но никогда не проявлял бездумной жестокости и, как свидетельствовал один его современник, был «до людей ласков», не гневался на мудрое слово, сказанное ему в упрек. Он никогда не торопился, но, поняв, что время действовать настало, действовал быстро и решительно. Мудрый и осмотрительный, Иван Ш умел ставить перед собой ясные цели и достигать их. 











































































СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



Карамзин Н. М. «История государства российского», Калуга, «Золотая аллея», 1997 г.

Костомаров Н. И. «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей», М., «Мысль», 1993 г.

Судебники XV-XVI вв., под ред. Б. Д. Грекова, М.-Л., АН СССР, 1952 г. 

Хрестоматия «Чтение по русской истории», Тула, «Пересвет П», 1995 г.

Энциклопедия «История России и ее ближайших соседей», М., «Аванта +», 1995 г.