Распространение ислама в России: исторический аспект вопроса

Распространение ислама в России: исторический аспект вопроса

Прахт Д. В.

Начало распространения ислама на территории России и знакомство с исламским вероучением относится к VII-X вв. Оно связано с формированием после распада Западно-Тюркского каганата двух новых тюркских государств в Поволжье и Причерноморье: Хазарского каганата и Волжско-Камской Булгарии.

Хазарский каганат — могущественное государство тюрок-уйгуров, находившееся в зените расцвета в VII-IX вв. и исчезнувшее с исторической арены в конце X в. Территория государства хазар первоначально охватывала предгорные районы Северного Кавказа и обширную степную равнину между берегом Каспийского моря, Нижней Волгой на востоке и линией Дона на западе, но постепенно в сферу влияния каганата подпало все Среднее и Нижнее Поволжье, на севере граница влияния хазар простиралась до Оки, на западе она в годы наибольшего могущества проходила по Днепру. Каганату долгое время принадлежали Приазовье, часть Крымского полуострова. В даннической зависимости от хазар, помимо аланов, черкесов и других немногочисленных племен Северного Кавказа, находились Волжская Булгария, Киевская Русь.

Хазарское государство с самого начала своего существования утвердило контроль над важнейшими торговыми путями из Восточной Европы в страны Передней Азии. Это показывает, какую роль для Хазарии играла транзитная торговля. В IX-X вв. в районах Хазарии, где имелись удобные условия для развития земледелия (в том числе и на основе орошения), значительная часть ранее кочевого населения перешла к оседлой жизни и занятию земледелием. Так коренное население Хазарии разводило виноград, например, в Самандаре было до четырех тысяч виноградных лоз.

В условиях возросшего международного значения Хазарии вопрос о ее государственной религии приобрел в VIII в. большую политическую остроту. Хазарская держава была желанным союзником, как для Византийской империи, так и для Арабского халифата. Оба эти государства не однократно пытались обеспечить прочные дружеские отношения с хазарами родственными связями с каганом, и та и другая сторона с еще большей настойчивостью старались навязать свою религию.

Хазарский каганат на протяжении всего своего существования находился в постоянном контакте с халифатом: с середины VII в. до середины VIII в. — период военных действий, когда между халифатом и каганатом шла длившаяся почти сто лет (642-739) война за преобладание на Кавказе; вторая половина VIII-IX вв. — период мирных отношений, когда между ними установились активные торговые контакты. Сведения о событиях арабо-хазарских войн зафиксированы в хрониках арабских историков (IX-X). А о событиях периода мирных отношений — в сочинениях арабских географов (X-XIII).

Проникновение ислама в страну хазар началось уже в VII в. благодаря арабским купцам. Однако длительное время ислам оставался здесь религией социальных низов, арабских и хорезмийских торговцев. В результате нескольких арабо-хазарских войн второй половины VII — начала VIII вв. и успешного похода арабского полководца Мервана ибн Мухаммеда 737 г., каган принял ислам, что ускорило распространение религии победителей в хазарском обществе. Для утверждения новой религии из халифата были присланы два факиха-законоучителя. Уже в конце VIII в. в столице Хазарии городе Итиле действовали большая соборная мечеть (Джума-мечеть) и тридцать квартальных мечетей.

Связанное с Византией христианство издавна и широко было распространено в подвластных Хазарии областях Крыма и Кавказа, и давление на хазар с этой стороны было, без сомнения, если не столь грубым и прямолинейным, как со стороны арабов-мусульман, но зато более постоянным.

Следует отметить, что вынужденное обращение не было прочным, и в качестве государственной религии ислам в Хазарии не утвердился. Хазарские правители рассматривали ислам как религию своих врагов арабов.

Хазары, как известно, выбрали религию, которая обеспечивает им вхождение в круг средневековых цивилизаций и вместе с тем самостоятельное положение между борющимися сторонами, то есть Византией и Халифатом, а именно иудаизм. Время принятия хазарами иудейской религии, по одним данным, относится к первой четверти VIII в., а по другим — к началу IX в.

Вслед за этим в каганате начинаются антиисламские выступления, так в 913-914 гг. хазарский правитель в отместку за разрушение синагоги в арабском городе Дар-ал-Бабундже приказал разрушить минарет соборной мечети города Итиля и казнить муэдзинов.

В современной литературе, по мнению А.П. Новосельцева, есть определенная тенденция преувеличивать роль иудаизма в Хазарии и даже на Руси [1]. Между тем источники для X в. дают совершенно ясный ответ. В Хазарии жили евреи (этнические) и часть хазар, принявших иудаизм. И те и другие источники, пусть не совсем четко, но различаются. Одновременно известно, что сами хазары исповедали и ислам, и христианство, и иудаизм, и языческие культы, причем показательно, что при перечислении этих религий в источниках иудаизм стоит на последнем месте. Источники говорят, что иудаизм исповедовал царь, окружение царя и его род. Таким образом, о широком распространении иудейской религии среди населения Хазарии даже в X в. говорить не приходится.

Новая религия, по мнению С.А. Плетневой, не объединяла, а наоборот, разъединяла и без того непрочное государственное образование, возглавленное хазарами. Происходило отдаление царя от своих подданных, слабела связь провинций с центром [2]. 

Хазарские христиане, мусульмане, язычники оказались в оппозиции правительству и подчинялись только силе. Положение оказалось безвыходным еще и потому, что свойственная иудаизму исключительность не допускала обращения в государственную религию широких народных масс и обрекала их на беспросветное пребывание в качестве налогоплательщиков своих господ. Естественно, что иудейское правительство, которое не могло опереться на свой народ, вынужденно было постоянно искать союзников за пределами своей страны.

В середине X в. хазары утратили контроль над даннически зависимой Киевской Русью, потеряли побережье Керченского пролива, во второй половине X в. утратили контроль над Волжской Булгарией. Противостояние воинственным печенегам, пришедшим из глубины Азии и Киевской Руси, окончательно истощило силы стремительно распадавшейся империи. Ее процветание, возможное до тех пор, пока большинство контролируемых каганом народов оставались в язычестве, должно было закончиться после обретения ислама Волжской Булгарией, христианства — Киевской Русью. В Восточной Европе начиналась эра конфессионально определившихся государств, избиравших в качестве доминирующей ту или иную мировую религию.

Самым опасным врагом Хазарии стала Киевская Русь, на пути экономического и политического развития которого она оказалась. Ослабленная внутренними междоусобицами, походом русского князя Святослава (?-972) в 964-965 гг., и Владимира Святого (980-1015), вторжениями печенегов в конце X в. Восточная Хазария перестала существовать, и мало-помалу была поглощена хорезмийцами, гузами, половцами. На западе (в Крыму и Тмутаракани) хазары сохранились, но постепенно подпали под власть либо Руси, либо Византии. При этом они вынуждены были принимать православие, хотя не исключено, что часть хазар в Крыму стала мусульманами. Немногие остались иудаистами, дав начало новой народности — караимам.

После 1083 г., когда вернувшийся в Тмутаракань Олег Святославович (?-1115) истребил местных хазар, ранее способствовавших его изгнанию, имя этого народа исчезает из исторических источников. Очевидно, так завершился процесс смешения хазар с православными русичами и византийцами, а так же мусульманами (главным образом родственными им тюрками).

Для киевских русичей, по мнению Р.Г. Ланды и М.Ф. Муртазина, как раз хазары и стали первыми мусульманами, с которыми они могли познакомиться и узнать об их культуре [3]. С этими утверждениями согласны не все исследователи, так Т.С. Саидбаев распространение и знакомство с исламом на территории нашей страны связывает с нашествием войск арабского халифата и считает это неоспоримым фактом [4]. Обширные районы Азербайджана были завоеваны халифатом уже в 18 год хиджры (639 г.). Затем арабы выступили на Дагестан и в 642/43 г. захватили Дербент. В начале VIII в. начинается новый этап арабских завоеваний, продолжавшийся почти сто лет. Первые военные набеги арабов на Мавераннахр (араб. «по ту сторону реки») — земли Средней Азии относятся к VII в. Окончательно Мавераннахр был покорен в начале VIII в. Для утверждения ислама на захваченных территориях арабы освобождали обращенных в ислам от уплаты подушного налога (джизьи). В захваченные города переселяли арабов.

Итак, ислам на нашу территорию был принесен извне, в результате арабской экспансии. Так же основанием полагать, что восточные славяне уже в начале VIII в. знали арабов служит тот факт, что в районе Днепра находят многочисленные клады арабских серебряных монет. Археолог Ф.А. Асадуллин свидетельствует, что находки на территории современной Москвы и вокруг нее в виде кладов арабских дирхемов относятся к VIII-IX вв.[5] Мусульманский географ перс Ибн Хардадбеха (современник Рюрика и Аскольда) сообщает о славянских купцах «ар-рус», которые возили свои товары к Черному и Каспийскому морям.

Волжско-Камская Булгария в X-XIII вв. занимала территорию от Волжско-Камского междуречья на севере до Самарской луки на юге (сейчас — территория Татарстана, Чувашии, Ульяновской, Самарской областей). Фактически, значительная часть территории бывшего Хазарского каганата вошла в состав Булгарии. В то же время, известно, что Булгария раннего периода находилась под протекторатом Хазарии и ее политического влияния.

Булгария в Поволжье проводила активную международную политику. Она имела связи с другими государствами, в том числе и торговые. Булгария пользовалась широким признанием со стороны мусульманских государств. В Х в. в Булгарии чеканили свою монету, рассчитываясь ею с иноземными купцами. Торговля развивалась очень бурно. Этому способствовало положение Булгарии на торговых путях между Азией и Европой. Поэтому Волжская Булгария уже в IХ в. становится торговым центром Восточной Европы. Шла активная торговля не только с русскими княжествами, но и со Скандинавскими странами, куда продавали меха и металлы. Булгария торговала со Средней Азией, Кавказом, Ираном, Прибалтикой. Торговые караваны не прерывно ходили в Хорезм, Хорасан.

Таким образом, до нашествия монголов Булгария была могущественным царством с богатыми городами. По мере укрепления государства крепло объединение родственных племен. Так образовалась единая народность. Поэтому в Х в. говорят только о двух названиях народов: булгары и сувары. В ХI в. говорят только об одном булгарском народе. Население Булгарии было оседлым. Экономика страны по тем временам была высоко развитой.

Во многих отечественных исследованиях указывается дата официального принятия булгарами ислама — 12 мая 922 г.

Булгары, до принятия ислама, придерживались древнетюркской религии небесного божества Тенгри, изображаемого в виде солнца, коня, орла на голубом фоне. Ее исповедовал, в частности, объединитель булгарских племен итильбер (царь) Шилки (IX-X вв.).

Сын Шилки царь Алмуш (Алмас) был хорошо знаком с исламом и понимал пользу его распространения среди булгар. Стремясь освободится от хазарской зависимости, он вступил в союз с Багдадским халифатом: в 921 г. ко двору абассидского халифа Джаффара ал-Муктадира прибыл посол царя Алмуша Абдаллах с просьбой прислать исламских вероучителей. В мае 922 г. ответное посольство прибыло на Волгу в резиденцию царя Алмуша. Был созван съезд булгарских князей и представителей племен, на котором ислам был всенародно принят в качестве государственной религии. Об обстоятельствах принятия ислама булгарами известно из записок секретаря арабского посольства Ахмеда ибн Фадлана.

Следует отметить, что данные письменных источников и археологических материалов указывают на то, что камско-волжские булгары до 922 г. находились в довольно тесных торгово-экономических и культурных контактах с народами уже исламизированной Средней Азии. Этим, видимо, объясняется тот факт, что ко времени прибытия в Булгар миссии Ибн-Фадлана там была определенная прослойка мусульманского населения. М.З. Закиев так же придерживается мнения, что ислам распространялся среди булгар значительно раньше — более чем за сто лет до его официального принятия [6]. Исследователь Г.М. Давлетшин подчеркивает, что утверждение об официальном принятии ислама в Волжской Булгарии в 922 г., то есть после приезда багдадского посольства не обосновано, так как ни в записках Ибн Фадлана, ни в других источниках об этом ни чего не говорится. Ислам как государственная религия был принят еще до прихода багдадского посольства [7]. Изучая вопрос о времени принятия ислама Булгарией, М.А. Усманов приходит к выводу, что ранний ислам в Булгарах (до 922 г.) был еще на примитивном уровне. Поэтому вряд ли дату исламизации Волжской Булгарии следует пересматривать в пользу удревнения. Надо ставить вопрос не о первых знакомствах с исламом, а с какого года ислам стал официальной идеологией и религией. Таким годом, был 310-й г. по хиджре, когда мусульманский правитель сменил свое языческое имя Алмуш на Джафар, а имя отца Шилки — на Абдулу [8]. 

Это фиксирует Ибн-Фадлан: царь булгар, сын язычника, уже мусульманин; мусульмане его домочадцы. Этот ислам, которого придерживалась определенная часть общества, проник туда из Средней Азии еще до приезда арабов. Но это были лишь зачатки ислама.

Таким образом, приобщение к исламскому вероучению шло постепенно. Сначала одни, а потом другие группы булгар самостоятельно приняли ислам. Провозглашение же Алмушем ислама официальной религией явилось естественным итогом этого исторического процесса.

В XI-XII вв. Волжскую Булгарию называют мусульманским государством известные ученые и путешественники: Бируни из Средней Азии, ал-Гарнати из Испании, арабский историк ал-Балхи. Тут в городах Булгар, Сувар, Билляр, Казань формируются крупные центры науки, которые распространяли воззрения известных арабских философов и ученых.

С принятием ислама прежняя руническая письменность заменяется арабской, и закладываются основы булгарской письменной культуры. А это в, свою очередь, сыграло существенную роль в формировании и развитии научно-философской мысли. Стало быстро увеличиваться число мечетей, а с ними и школ. В Булгарии появились талантливые ученые в разных областях науки: математике, астрономии, медицине, истории и т.д. Были организованы астрономические наблюдения. Широкое признание получили труды ученого Хаджиахмета ал-Булгари, философа Хамида бин Идриса ал-Булгари и других. Издавались книги о лекарствах, по ораторскому искусству, по литературоведению, которые написал Бурханатлин бин Юсуф ал-Булгари. Издавались так же книги Тажетлина Булгари по медицине. Появились сочинения Махмута Булгари, Хисамутдина Муслими-Булгари и другие.

Успешно развивалась не только наука, но и литература. Наиболее известен поэт Дауд Саксин-Суари, который писал в начале ХII в. Он был выходцем из города Саксина и принадлежал к народности сувар. Широко известна книга поэта «Сад цветов, излечивающих болезни». Она состоит из 67 разделов. В начале каждого раздела автор дает описание жизнедеятельности какого-либо ученого или же иной знаменитой личности.

Широко известен выдающийся поэт ХIII в. Кол Гали. Его поэма «Легенда о Юсуфе» получила всемирное признание, его читали в Булгарии не одну сотню лет. В настоящее время в Татарстане учреждена премия имени Кол Гали.

Относительно быстрое распространение ислама в Булгарии объясняется тем, что общество в социально-экономическом, политическом и культурных отношениях было уже готово для принятия ислама, то есть новой монотеистической религии. Еще до прихода на Волгу булгары унаследовали от своих древнетюркских предков своеобразный языческий монотеизм. Булгары поклонялись Бер-Тенгри — единому богу Тенгри. Замена одного языческого бога Тенгре другим богом — мусульманским Аллахом было актом не слишком болезненным. Естественно, древнетюркский Тенгре и привнесенный из вне Аллах пришли в определенный конфликт в сознании людей, который в конечном итоге решился своеобразным компромиссом. Тенгре стал синонимом Аллаха. Его имя встречается на булгарских мусульманских памятниках — надгробных эпитафиях, а его символы в виде схематических изображений солнца украшают эти камни. Со времени принятия ислама начинается культурный расцвет Булгарского государства. Мусульманская религия настолько вошла в жизнь булгар, что они сами сделались ее активными распространителями.

Как свидетельствует летопись, в 986 г. к Великому киевскому князю Владимиру прибыли четыре посольства из разных стран, каждое из которых расхваливало религию своей страны и убеждало князя Владимира принять ее. Это были: волжские булгары — мусульмане, хазарские евреи, посланцы Рима и Византии.

О мусульманах в летописном рассказе говорится: «Ты, князь, мудр и смыслен, а закона не знаешь. Уверуй в закон наш и поклонись Магомету». И спросил Владимир: «Какова же вера ваша?» Они же ответили: «Веруем богу, и учит нас Магомет так: совершать обрезание, не есть свинины, не пить вина, зато по смерти, говорит, можно творить блуд с женами. Дает Магомет каждому по семидесяти красивых жен, и изберет одну из них красивейшую, и возложит на нее красоту всех. Та и будет ему женой… Если кто беден на этом свете, то и на том». И другую всякую ложь говорили, о которой и писать стыдно. Владимир же слушал их, так как и сам любил жен и всякий блуд… Но вот что было ему не любо: обрезание, воздержание от свиного мяса и от питья и сказал он: «Руси есть веселие пить, не можем без того быть» [9]. Папских посланцев он отсылает со словами: «Идите опять яко отцы наши сего не приняли суть» [10]. Иудаизм князь Владимир отверг указывая на отсутствие у евреев своей земли: «Аще бы Бог любил вас и закон ваш то не бысте росточени по чужим землям еда и нам то же мыслите прияти» [11]. 

Представитель греков «философ» произносит речь, которая, очевидно, произвела сильное впечатление. Вслед за этим Владимир уже сам посылает послов в разные страны. Мусульманское богослужение показалось послам смешным и нелепым, западное христианство — недостаточно красивым, греческое, напротив, понравилось и князь Владимир совершает выбор.

Видный историк русской Церкви митрополит Макарий (1816-1882), считает, что в этой истории нет ничего странного и невероятного ни вообще, ни даже в подробностях, за исключением весьма немногого, и, следовательно, нет достойного основания считать все сказания вымыслом. Ничего странного в том, что к Владимиру приходили разные миссионеры, из которых каждый хвалил свой закон и порицал все прочие: история представляет не один подобного рода случай. Вспомним, что говорили послы хазарские, приходившие к греческому императору Михаилу просить себе христианского учителя. Они говорили: «Евреи убеждают нас принять их веру, а сарацины преклоняют к своей». И святой Кирилл Философ (ок. 827-869), отправившийся к ним по этому случаю, должен был состязаться в вере с мудрецами еврейскими, сарацинскими и хазарскими [12].

Однако ученый Д.Е. Фурман считает историю выбора веры князем Владимиром, помещенную в летопись, наполовину легендой, наполовину — чисто литературным произведением [13]. Большую долю вымышленного видит и видный историк Русской Церкви А.В. Карташев, при этом, соглашаясь, что материал сказки, хотя и в преломлении, все-таки отражает историческую быль [14]. По мнению Д.Е. Фурмана как бы не соотносился рассказ с реальными историческими событиями, в нем содержится одна очень важная истина — Владимир и его окружение совершили жизненный выбор, выбор сложного целого (религии), основывавшимся на неполном знании этого целого [15]. 

Принятие населением Древней Руси христианства оказалось возможным, благодаря достигнутому еще до этого высокому уровню культуры, в особенности уровню религиозного сознания, которому соответствовал и характер языка с достаточно развитой терминологией. Русская летопись отражает облегченный вариант спора, как бы ориентированный не на специалистов-богословов, а на более широкую аудиторию.

Летописное свидетельство о выборе веры князем Владимиром пусть и не лишенная неточностей и фольклорных элементов, определенно подтверждает факт знакомства Киевской Руси с началами мусульманской веры. Хотя князь Владимир и отклонил ислам, но в дальнейшем характер российской государственности определялся тесным взаимодействием ислама и христианства на протяжении многих столетий.

Принятие ислама помогло булгарской аристократии объединить разрозненные племена, укрепить мощь и государственность булгар, личную власть хана. Таким образом, Булгарское ханство, приняв в IX-X вв. ислам, стало частью мусульманского мира, булгары, став мусульманами, становились вассалами арабских халифов.

Важным следствием превращения ислама в государственную религию Булгарии, отмечает Г.Б. Фаизов, явилось то, что вместе с ним почти во все слои населения проникают письменность и элементы арабской культуры, алфавит. Все это способствовало формированию качественно нового мировоззрения и дальнейшему расширению экономических и культурных связей народов Поволжья и Приуралья с арабо-персидскими мусульманскими государствами [16].

Усиление государственности Булгар позволяло им строить свои отношения с другими государствами, в том числе с Древней Русью, на более высоком уровне, то есть волжские булгары, непосредственно соседствующие с древнерусскими княжествами, сотрудничали с ними на договорной основе.

Источники по внешнеполитической истории Волжской Булгарии X-XI вв., главным образом по ее связям с Киевской Русью, показывают, что эти связи были в основном добрососедскими, если исключить несколько инцидентов, вызванных чисто экономическими причинами (сбор дани, ограбление купцов). В этот период еще не ставятся широкие политические цели, нет стремления к расширению границ.

Булгария стремилась поддерживать дружественные отношения с русскими княжествами. В 985 г. был заключен договор между Булгарией и Киевом. Стороны договорились о вечном мире: «Тогда не будет между нами мира, когда камень начнет плавать, а хмель — тонуть» [17]. В 1016 г. был заключен торговый договор с киевским княжеством: булгарские купцы получили право торговать на русских землях. В 1024 г. в Суздальском княжестве разразился страшный голод. Жителей от голодной смерти спасли булгары.

С образованием Северо-Восточной Руси с политическим центром во Владимиро-Суздальской земле изменяется характер русско-булгарских взаимоотношений. Обострение отношений выразилось в двусторонних походах.

Взаимоотношение московских князей с правителями Волжской Булгарии складывались не скоро и довольно трудно, периоды мирного сосуществования перемежались разорительными набегами и разрушениями. Во многих источниках о Древней Руси, дошедших до наших дней, больше внимания уделяется военным эпизодам, нежели истории заключений мирных соглашений. С принятием Волжской Булгарией ислама, а Русью — православия во взаимоотношениях государств появляется новый элемент — религиозный, две мировые религии (опираясь на мощь халифата и Византии) начали соперничать в регионе.

Известно, что с первых веков существования Русь тесно соприкасалась с мусульманским миром. Ростово-Суздальское княжество граничило и поддерживало дипломатические и торговые связи с Волжско-Камской Булгарией, население которой исповедовало ислам. Были завязаны торговые отношения Руси с Багдадским халифатом, до которого русские купцы добирались через Волгу и Каспий.

Волжская Булгария развивалась в условиях, когда ислам являлся государственной религией и, несмотря на исторические катаклизмы, включая исчезновение самого государства, тогда были заложены основы для закрепления ислама в этом регионе. Следует отметить, что в Поволжье и Приуралье развивалось и укреплялось наиболее «гибкая» форма ислама — ислам ханифитской школы, характеризующийся терпимостью к другим конфессиям. Ислам в Булгарии и в ордынское время оставался в лоне суннизма ханифитского мазхаба, был ориентирован на Среднюю Азию и прежде всего на Хорезм.

После победы на реке Калке (1223) монголы повернули к Булгарии. В 1235 г. состоялся курултай монголов, на котором обсуждалась военная стратегия. В наступательной операции было задействовано 200 — 250 тысяч человек, это без учета вспомогательных войск. Противостоять таким силам Булгары не смогли, хотя оборонялись до последнего. Монголы разгромили южно-булгарские города, взяли они и город Булгар. Осенью того же года монголы подступили к столице Булгарии — городу Биляру. Оборону столицы возглавил сам хан Габдулла ибн Ильгам. Город пал, после чего монголы его жестоко разрушили. После этого монгольское войско прошло всю страну: все города и крепости были разрушены. После этого они беспрепятственно пошли на русскую землю.

В заключение можно констатировать, что какие бы ни существовали мнения по поводу возникновения и жизни Булгарского государства, его границ, внутренней структуры, роли в нем мусульманской религии, важно одно: с периода Хазарского каганата и Волжской Булгарии начинается не просто распространение ислама на территории, находящихся в составе России, но выявление и наращивание потенциала мусульманской культуры в приложении к местной специфике.

Таким образом, в X в. произошел важный духовный и цивилизационный рывок у двух мощных государств: Киевской Руси и Волжской Булгарии. С тех пор, несмотря на некоторый драматизм в отношениях русского народа и его восточных и южных соседей, реальностью Киевской Руси, а далее Российской империи является не только христианский, но и мусульманский вектор.

Уже в первые века существования единого централизованного государства — Киевской Руси происходили самые тесные контакты между этим государством и мусульманским миром. Они были вызваны широкой практикой налаженных торговых связей и спорадических дипломатических сношений между северными окраинами Халифата (Хорезм, Дербент, Мавераннахр), а также географически близкой Волжской Булгарией, с одной стороны, и Русью, с другой. Позднее, включение Владимирского и других русских княжеств в середине XIII в. в орбиту политического, идеологического и культурного влияния Золотой Орды, в которой за исламским вероучением были закреплены прерогативы государственной религии, положило начало еще более тесным контактам мусульман и христиан.

Список литературы

 [1] Новосельцев А.П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. С. 153.

[2] Плетнева С.А. Хазары. 2-е изд. — М.: Наука, 1986. С. 63.

[3] Муртазин М.Ф. Мусульманин в России // Ислам и мусульмане в России. Под общ. Ред. М.Ф. Муртазина, А.А. Нуруллаева. М., 1999. С. 5; Ланда Р.Г. Ислам в истории России. С. 28, 33.

[4] Саидбаев Т.С. Ислам и общество. Опыт историко-социологического исследования. — М.: Наука, 1984. С.19.

[5] Асадуллин Ф.А. Ислам в Москве. — М.: Логос, 2007. С. 10.

[6] Закиев М.З. Татарстан как исламо-христианское пограничье // Исламо-христианское пограничье: итоги и перспективы изучения. Казань, 1994. С. 7.

[7] Давлетшин Г.М. Волжская Булгария: духовная культура. Домонгольский период X-нач XIII вв. / АН СССРКазан. науч. центр. Инст-т Яз., лит. и истории им. Г. Ибрагимова. — Казань.: Тат. кн. изд-во, 1990.С. 77.

[8] Усманов М.А. Исторические предпосылки и последствия принятия ислама Волжской Булгарией // Ислам в Поволжье: история и проблемы изучения. С. 16.

[9] Цит. по: Художественная проза Киевской Руси XI-XIII вв. / перевод с древнерусского Д.С. Лихачева. М., 1957. С.43-44 / Лаврентьевская летопись. Повесть временных лет // Полное собрание русских летописей. Т.1. — 2-е изд. — М.: Языки славянской культуры, 2001. С. 84-85.

[10] Лаврентьевская летопись. Повесть временных лет // Полное собрание русских летописей. Т.1. — 2-е изд. — М.: Языки славянской культуры, 2001. С. 85.

[11] Лаврентьевская летопись. Повесть временных лет // Полное собрание русских летописей. Т.1. С. 85.

[12] Макарий (Булгаков) митрополит. История Русской Церкви. Кн. 1. История христианства в России до равноапостольного князя Владимира как введение в историю Русской Церкви. — М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1994. С. 228-229.

[13] Фурман Д.Е. Выбор князя Владимира // Вопросы философии 1998. № 6. С. 90.

[14] Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. В 2т. — М.: ТЕРРА, 1992. — Т.1. — С. 117.

[15] Фурман Д.Е. Выбор князя Владимира // Вопросы философии. 1998. № 6. С. 91.

[16] Фаизов Г.Б. Государственно-исламские отношения в Поволжье и Приуралье. — Уфа, 1995. С. 27.

[17] Цит по: Мизун Ю.В., Мизун Ю.Г. Ислам в России. — М.: Вече, 2004. С. 189.