Общественно-культурная жизнь Беларуси во время немецкой оккупации 1941-1944 гг

Курсовая работа по истории Беларуси на тему:

Общественно-культурная жизнь Беларуси во время немецкой оккупации 1941-1944 гг..











































План

Введение…………………………………………………………………………………………3

1Глава. Политика оккупационных властей в сфере культуры...............................7

2.Глава. Работа общественных и культурных организаций в условиях оккупации………………………………………………………………………………………. 12

а. Молодежная политика германских оккупационных властей……………………12

б.Деятельность Белорусской  Рады доверия и Белорусской Центральной Рады………………………………………………………………………………………………16

3.Глава. Деятельность советских организаций в период немецкой оккупации………...23

а. Деятельность советских организаций ………………………………………………..23

б. Деятельность Компартии Белоруссии……………………………………………....29

Заключение………………………………………………………………………………………37

Список литература………………………………………………………………………………39











































































Введение.



 Представленная курсовая посвящена общественно-культурной жизни Беларуси во время немецкой оккупации 1941-1944 годах. Введение своей курсовой работы, начну с историографический обзора  литературы по теме «Общественно-культурная жизнь Беларуси во время немецкой оккупации 1941-1944 гг.». Тема является сложной, потому что,  литературы, которая могла бы рассказать всю правду или просто показать, что происходила в культурной и общественной жизни во время немецкой оккупации вышло в свет сравнительно мала, а если и были публикации, то вся литература, которая вышла в советский период была субъективной. Показывала одну сторону оккупационного режима на Беларуси, негативные стороны немецкой оккупации, литература была пропитана советской идеологией. Однако тема является   актуальной, потому что слабо изучена.

Не будет преувеличением сказать, что как в советской, так и в западной литературе долгое время не существовало трудов, в которых на должном научном уровне были бы представлены внутренняя жизнь на оккупированных гитлеровцами советских территориях и деятельность оккупационной администрации. Причина этого понятна: при обращении к указанной проблематике обнаруживалось слишком много "неудобных" для советских властей фактов, которые не вписывались в рисуемую пропагандой идиллическую картину морально-политического единства, советского патриотизма и дружбы народов. Сюда относятся прежде всего значительный размах сотрудничества с оккупационными властями и оживление деятельности националистических организаций в военные годы (как с ведома оккупантов, так и независимо от них), приводившие подчас к гибели, депортации и массовому бегству десятков и сотен тысяч ни в чем не повинных людей.

Достаточно упомянуть в этой связи о терроре, который был развязан экстремистским крылом Организации украинских националистов против поляков Волыни и Восточной Галиции и об участии ряда соединений польской Отечественной армии (Армии Крайовой) в операциях против советских партизан. Из-за роста антисемитских тенденций в политике послевоенных лет официальная пропаганда зачастую умалчивала и о массовом истреблении еврейского населения на оккупированной территории (как и о грабеже имущества, который устраивали местные жители после уничтожения их недавних соседей), в лучшем случае обозначая жертв эвфемизмами "мирные жители" и "советские граждане" и никак не поясняя причин их гибели. Следует также иметь в виду, что во время оккупации немецкие власти в пропагандистских целях разоблачали преступления сталинской поры (например, расстрел польских офицеров в Катынском лесу под Смоленском), поэтому обращение к истории тех лет неизбежно было связано и с напоминаниями о приводившихся гитлеровской пропагандой реальных фактах. Поэтому неудивительно, что о жизни на оккупированных территориях из доступной советскому читателю литературы можно было узнать немного. Основное внимание исследователи уделяли советскому партизанскому движению и антифашистскому подполью. О механизме же оккупационной власти, социальном облике тех, кто с ней сотрудничал, а также о пропаганде, которая велась на занятых территориях, имелась лишь скудная информация. Общим недостатком советских документальных публикаций и мемуаров, отражающих события тех лет, является обилие неоговорённых цензурных купюр, количество которых подчас увеличивалось от одного издания к другому.

Даже материалы Нюрнбергского процесса, как известно, на русском языке не были изданы целиком (полного русского их издания нет и до сих пор). Лишь в 1960-е гг. благодаря некоторому ослаблению цензурных ограничений стали появляться написанные с большей объективностью мемуары (в том числе переводные) и научные исследования. В целом, однако, указанная проблематика была изучена совершенно недостаточно. Что же касается западных авторов, то для них были почти недоступны советские архивы, что неизбежно снижало ценность их работ. 

Как ранее упоминалось литературы про немецкую оккупацию вышло  в советский период очень мало, вот некоторые из них. При изучение духовной жизни людей, культуры Беларуси военного периода, то этот период был  одним с центральных направлений исследовательской работы обществоведов  республики. Первые публикации по проблеме начали появляться еще  в ходе войны. Значительным историографическим фактам этого времени стола обнародование материалов. Ученые Беларуси, которые  были эвакуированы  в советский тыл, с гневом говорили в своих выступлениях на сессии о уничтожении гитлеровцами культурных ценностей  республики.

В целом по вопросам всей культуры Беларуси военного времени в названный период опубликованный только небольшой артикул Ц.С.Гарбунова.В нем приведено в основном бегущие данные  по воссозданию заведений, культуры, сведения о культурной жизни республики на время  1944 г. К артикула  Ц.С. Гарбунова тесно присоединяется работа Г.Сафьяна "Белорусская культура и немецко-фашистские "культуртрегеры", которая вышла в первые послевоенные годы. Небольшая по объему публикация несет значительную новую информацию по проблеме. К уже известных фактов уничтожения высшей школы в Беларуси автор добавляет новые штрихи и детали.

В первые, послевоенные годы тема культуры в период Великой Отечественной войны  затрагивалась в публикациях союзных журналов, которые выходили в центральных издательствах СССР. Исследователи Беларуси в второй половине 40-начала 50-х годов шаг за шагом углублялись  в изучение разных  аспектов культуры республики военного времени. Появляются работы, которые пробуют провести разбор всей белорусской литературы периода войны. Публикация М.М.Барсток, читателю предлагается во многом новая информация: кто с писателей с какими изданиями сотрудничал в годы войны, называются литераторы, приводятся сведения о контактах белорусских писателей и поэтов с русскими литературоведческими.

Продвигалась вперед и исследование вопросов, связанных с рождением, становлением и развитием подпольной советской печати Беларуси периода войны. Два артикулы при светила подпольной "Звяздзе"  одна со создателей газеты Я.М.Савицкой. Она рассказывает про выпуск первых листовок в Минске осенью 1941 г.

Настоящий информационный "взрыв" по теме произошел в 60-80-я годы. Это в первую очередь содействовал выход в мир ряд крупных работ на союзном уровне. Материал по истории культуры Беларуси периода Великой Отечественной войны  содержится в 6-томнай "История Великой Отечественной войны Советского Союза , монография «Патриотизм учителей и школьников Белоруссии» авторы П.М.Кобринца, А.И.Залески.В 1977 году вышла в свет книга И.И.Сачанки «Публицистика белорусских писателей в года Великой Отечественной войны».

В литературе этого периода скрывается тема коллаборационизма,  с выявлением тех причин и условий, которые толкали людей к сотрудничеству с оккупантами. В социологическом отношении эта тема почти не рассматривалась советскими авторами, поскольку при обращении к ней обнаруживалось, что численность коллаборационистов была весьма значительной. Ранее в историографии господствовали упрощённые оценки этого явления. Советские авторы нередко "зачисляли" в партизаны чуть ли не всё гражданское население и полагали, что в органы гражданской администрации и особенно полиции по доброй воле шли исключительно "сволочи". Однако реальная картина была иной. Если под коллаборационизмом понимать стремление к выживанию на оккупированной территории, то в той или иной степени коллаборационизм проявлялся на всех социальных уровнях. Что же касается службы непосредственно в органах местной администрации, включая полицию, то, как свидетельствуют архивные материалы, в первые месяцы оккупации в добровольцах не было недостатка. 

Как применительно к немецким чиновникам, так и применительно к местным уроженцам, сотрудничавшим с оккупантами, трудно нарисовать социальный портрет коллаборациониста. Наиболее полно этот вопрос рассмотрен на материале сохранившихся личных дел полицейских чинов ("полицаев"), которых в 1944 г. было зарегистрировано около 2200 человек. В основном полиция состояла из молодых людей (18-22 лет), главным образом белорусов и русских, около одной пятой составляли поляки. Более 70% полицейских было набрано из крестьян, лиц с высшим образованием в полиции было крайне мало. Около трети из них служили ранее в Красной Армии или в советской милиции. Что касается мотивов, по которым местные уроженцы шли в полицию и иные карательные органы, то далеко не всегда такая служба объяснялась принуждением со стороны оккупантов. Часть "полицаев" была в обиде на советскую власть (особенно в западнобелорусских землях, где в 1939-1941 гг. ускоренным темпом проводились социалистические преобразования). Для других служба в полиции была средством самоутверждения, предоставляла возможность повысить свой социальный статус. Для некоторых групп, в частности, поляков, полицейская служба гарантировала большую личную безопасность и одновременно давала шанс способствовать формированию подпольных структур Армии Крайовой и т.д.. Не последнюю роль, разумеется, играли стремление к обогащению и сведению личных счётов, нередко обусловленных национальными предрассудками. 

После развала Советского Союза в свет много вышла литературы, которая менее субъективная.

Положение стало меняться лишь в самые последние годы.  В 2001 году  человечество отметило печальный юбилей - 60-летие начала второй мировой войны. В преддверии этой даты в стране и за рубежом вышел в свет ряд монографий, авторы которых пытаются заново осмыслить горький опыт военных лет и исследовать не изученные ранее вопросы. К числу таких трудов относится и книга Бернгарда Кьяри, посвящённая одной из самых трагических страниц белорусской истории - периоду гитлеровской оккупации 1941-1944 гг. В России выходят в свет новые публикации документов,3 мемуары и дневники 4 и, наконец, научные труды различного объема и качества. 

Сходным образом обстоит дело и в других бывших союзных республиках, в том числе и в Белоруссии. В новых трудах белорусских учёных в той или иной мере затрагивались проблемы, связанные с гитлеровской оккупацией БССР.В последние годы ряд трудов был подготовлен совместно белорусскими и немецкими исследователями. Вот например работа под редакцией Коваленя  Беларусь в годы Великой Отечественной войны или Туронак Ю. «Беларусь пад нямецкай акупацыяй». И всё же в этих работах оставался недостаточно изученным целый ряд важных вопросов - например, проблема коллаборационизма. 

Книга Коваленя основана на обширном документальном материале, извлечённом из 15 различных архивов Германии, Англии, Белоруссии и России. Многие из использованных фондов до недавнего времени были недоступны для исследователей (документы КГБ Белоруссии, фонды ЦК КПСС, трофейные фонды Особого архива в Москве и др.). Впечатляет и список использованных в книге опубликованных источников и литературы, насчитывающий около 800 названий.

В своей курсовой работе я попытался показать две стороны общественно-культурной жизни с одной стороны что делали немецкие оккупационные власти в этой сфере, другая сторона какие мероприятия были  проведены советскими организациями. В курсовой работе я постараюсь разобрать подробна политику как фашистских так и советских властей по отношению молодежи, как повлияла политика  оккупантов на  культурную жизнь Беларуси и как противостояли советские организации политике оккупантов в сфере культуры. Подробно будет разобраны такие организации как «Союз Белорусской молодежи», «Центральная Белорусская Рада», «Комсомольская организация» и компартия Беларуси. Будет проанализирована их деятельность. Прежде чем перейти к основной части курсовой, я кратко расскажу что происходила на Оккупированной территории Беларуси. 

Территория Беларуси, целиком или частично, находилась под оккупацией с июня 1941 г. к июля 1944 г.Оккупационный режим в Беларуси - это система политических, экономических, военных и идеологических мер, направленных на ликвидацию советского общественно-государственного строя, грабеж национальных богатств и ресурсов, заключение и уничтожение белорусского народа. Оккупационная политика была итогам государственного курса фашистской Германии, разработанного в директивных документах и программных выступлениях нацистских руководителей.

Идеологической основой оккупационной политики были  человеконенавистнистнической

теории нацистов: о "расовому перевесу" немецкой нации над всеми другими; о "исторической необходимости" расширения "жизненного пространства" для немцев и их "неотъемлемом праве" на мировое господство.

В соответствия с планом "Барбаросса" оккупанты уничтожили государственность белорусского народа и территориальную целостность республики. Территория генерального округа Беларуси, которая состояла  примерно 1/3 территории БССР, была включено в рейхскомиссариат "Остланд" с резиденцией в Риге и разделена на 10 "округов. Для руководства генеральным округом, округами и районами создавался центральный административный аппарат гитлеровцев.

Во главе генерального округа Беларуси стоял генеральный комиссариат, который возглавлял один с соратников Гитлера Вильгельм Кубэ. После уничтожения Кубэ минскими подпольщиками 22 сентября 1943 г. его места занял групенфюрер войск СС Курт фон Готберг.

Фашисты утвердили бело-красно-белое знамя и герб "Погоня" - символы эмигрантского правительства БНР, которое сотрудничал с немцами. Сделал это гаулейтер Беларуси Кубэ: "Цвета бело-красно-бело должны быть в будущем признаком Белорутении".Вся полнота власти принадлежала фашистской военной и штатской оккупационной администрации. Главным средствам поддержания "нового порядка" были армии и разные службы: СС (охранные отряды); СО (штурмовые группы); СД (служба безопасности); гестапо (политическая полиция); жандармерия и др.

Стремясь духовно поработить народ, гитлеровцы разграбили все ВУЗ, НИИ, Беларуски государственный исторический музей, Государственную картинную галерею, уничтожили тысячи памятников древности, истории, культуры, архитектуры Беларуси, разорили музеи, театры, клубы, более чем 7 тыс. школьных зданий и г.д.

Посредством специально созданных школ, газет, журналов, радио, кино и других средств агитации и пропаганды гитлеровцы стремились привить населению Беларуси дух покорности, послушание, развить национальную враждебность, сломать их свободу к борьбы за независимость, против фашистской Германии.

Чтобы расколоть единство белорусского народа, найти в нем опору, гитлеровцы пробовали создавать националистические организации. Да, 22 октября 1941 г. была создано Белорусская народная самопомощь (БНС). Ее статус был утвержденный Кубэ. БНС хотела признания за собой право на самоуправление и делала попытки создать своего военизированное формирование - Белоруски корпус самоохраны (БКС).

С разрешения оккупантов в июни 1943 г. был созданный Союз белоруской молодежи (СБМ), который объединял около 8 тыс. юношей и девчат. Руководители третьего рейха стремились готовить юношей к службы в вермахте, были сформированный даже роты СС для борьбы с партизанами. Союз белоруской молодежи в многом напоминал немецкий "Гитлерюгенд".

В декабри 1943 г. была создано Белорусский центральный совет (БЦР). Совет ставила целью мобилизацию всех сил белорусского народа для уничтожения большевизма.

В марте 1944 г., когда армии Германии оказались в катастрофическом положении, оккупанты разрешили создать в Беларуси большие, чем раньше, вооруженные национальные формирования. Было организованно 55 батальонов Белоруской краевой защиты. Но широко развернуть свою деятельность БЦР, БКА уже не удалось. Красная армия начинала подготовку операции по высвобождению Беларуси.

Во время оккупации, как бы не хотелось немецким оккупантом продолжали действовать советские организации. Гитлеровцы активно стремились уничтожить все большевистские организации.

Советские организации комсомол и Компартия активно  проводили агитацию населения, создавали школы по советскому образцу, выпускали газеты на оккупированной территории. Не находились и в стороне и от культурной жизни Беларуси, хоть некоторым стоила жизни, так как оккупационные власти безжалостно уничтожали всех подсобников советской власти.

В результате всего выше сказанного, возникают следующие задачи, какие мероприятия были проведены немецкими  властями в сфере культуры Беларуси, как повлияли коллаборационисие и советские организации на историю культуры Белоруссии с 1941-1944 гг.. 







































1Глава. Политика оккупационных властей в сфере культуры.

 "Когда я слышу слово культура, я снимаю предохранитель своего браунинга", -заявил герой одной из пьес Ганса Йоста, принадлежавшего к числу ведущих официозных драматургов фашистской Германии.В этих словах - едва ли не кредо нацистов. Гитлер в своих рассуждениях о культурном процессе в самой Германии и на завоеванных землях только чуть более широко  выражал эту же позицию:"Культура и знания  представляют определенную опасность для класса господ.Но свободный доступ к культуре является еще более опасным для сохранения класса рабов.Идеал культуры,доступной только привилегированным"[16,c.45].

Опыт удушения культурной среды, не устраиваивавшей нацистов, они приобрели еще задолго до вторжения в Беларусь. В Германии и в захваченных странах Западной и Центральной Европы обыденностью стали убийства и  изгнание творческих работников,запрет произведений неугодных авторов,сжигание "вредных" и "опасных" книг, уничтожение других культурных ценностей, объявленных ненужным хламом.

Глумлению подвергалось культурное достояние народов Беларуси.Поведение германских солдат было сформулировано в  приказе генепал-фельдмаршала фон Рейхенау войскам, где подчеркивалось, что "никакие исторические или художественные ценности на Востоке не имеют значения"[4,c.78].Эти указания в полной мере претворялись оккупантами и на белорусской земле.За 1941-1945гг. нацисты уничтожили в Беларуси свыше 500 крупных памятников культурного и научного характера, нанесли огромнейший урон культурным учреждениям республики. Ими было разрешено свыше 5300 клубов и красных уголовков, более 200 библиотек, 26 музеев, много других очагов культуры.Ущерб, причиненный захватчиками только учреждениями сферы искусства, исчислялся в 163,4 млн. рублей  в ценах того времени.Разрушались и разграблялись вузы, средние специальные учебные заведения и  школы.Оккупанты полностью уничтожили в Беларуси 6177 школ и повредили 2648, уничтожили в школах республики 20-миллионный книжный фонд, разорили около 2200 медучреждений, свыше 2600 детских заведений.

В Минске захватчики уничтожили государственную картинную галерею, расхитили представлявшие значительную ценность картины и скульптуры (более 500 произведений).Были разгромлены Белорусский театр и балета, 1-й Белорусский драмтеатр,Дома союзов писателей, художников и композиторов.Все, что представляло ценность, объявлялось собственностью рейха, вывозилось и растаскивалось различными конкурирующими ведомствами и службами оккупантов. Остальное бросалось бесхозным, просто уничтожалось на месте. Генеральный комиссар Беларуси В.Кубе, в частности, в письме к Розенберг,датированном 29 сентября 1941г., признавал, что в Белгосуниверситете бессмысленно "уничтожены и разграблены  приборы стоимостью в миллионы марок"[18,c.46].

Оккупанты разграбили хранилища культурного достояния и во многих других городах республики, а также старинные замки Беларуси, храмы и памятники старины.Так, только из Витебска они вывезли 25 вагонов культурных ценностей, из Могилева -13 вагонов.

В военных условиях верховным функционерам гитлеровской клики, и нацистским деятелям, задействованным непосредственно в оккупационной администрации на местах, приходилось вырабатывать хоть какие-то временные ориентиры в социально-культурном процессе в захваченных областях. Насчет  долговременных перспектив в этой сфере некоторую ясность вносили директивы и установки нацистских "бонз",касающиеся общего подхода к разрешению "славянской","восточной" проблемы и Беларуси."Если мы будем обучать русских, украинцев  и киргизов читать и писать, то впоследствии это обернется против нас. Образование даст более развитым из них возможность изучать историю, овладеть историческим опытом, а отсюда развивать политические идеи, которые не могут не быть губительными для наших интересов ...- предостерегал своих приверженцев Гитлер.-Нельзя, чтобы они знали больше, чем значение дорожных знаков. Обучение в области географии может быть ограничено одной -единственной фразой-"столица рейха-Берлин"...Математика и все прочее совершенно не нужно"[18,c.54].Гиммлеру "культурный" уровень людей в захваченных областях в идеале виделся таким:"...простой счет, самое большое до 500, умение расписаться, внушение, что божественная заповедь заключается в том,чтобы повиноваться немцам, быть честными, старательными. Умение читать я считаю не нужным"[18,c.54].Такими главари нацистов видели будущих своих рабов на Востоке, поставляющих рейху всевозможные жизненные блага.

Однако меняющаяся  ситуация в оккупированной Беларуси, военная обстановка на фронтах, которая складывалась не в пользу немцев, заставляли непосредственных проводников в жизнь германской политики на Востоке  действовать не совсем так, как это требовалось в вышеизложенных сентенциях фашистских вождей. Часть гитлеровцев, и в первую очередь гауляйтер Кубе, для достижения своих целей избрали "гибкую" тактику как наиболее надежный путь к освоению захваченных военной силой пространств, к победе в длительной тяжелой войне. Только этим можно объяснить, что в условиях тотального террора и зверств  СС,СД и гестапо, других карательных служб в Беларуси все же предпринимались  попытки налаживания школьного дела, в условиях военной разрухи выходили некоторые газеты, другая печатная продукция, обращенная к населению. 

В оккупированной Белоруссии издавалось множество коллаборационистских газет и журналов: «Беларуская газета» ( "Белорусская газета "), «Пагоня» ( "Погоня "), «Bieіaruski hoіas» ( "Белорусский голос "), «Новы шлях» ( "Новы путь ") и т. д. Эти издания вели антисемитскую, антисоветскую и профашистскую пропаганду. В специальной статье, опубликованной 25 сентября 1943 года после уничтожения Кубе в «Белорусской газете», редактор этой газеты Владислав Козловский писал: «Сердце сжимает скорбь… Его  нет больше среди нас. Генеральный комиссар Вильгельм Кубе был одним из наилучших, наисердечнейших друзей…, который думал и говорил так, как каждый белорусский националист…».[13,c.25]

Переполненные апологией "нового порядка",теплились некоторые другие  очаги белoрусской культурной жизни. Эту возможность дало сочетание разных тенденций в практике германской оккупационной политики на белорусских землях.

Беспощадно жесткий, варварский подход возобладал в безудержном уничтожении еврейского населения, а также его духовно-культурных ценностей, нарабатывавшихся веками. Ярко проявился и в уничтожении носителей знаний и интеллекта, традиций и опыта народа - интеллигенции. Истребление  интеллигенции было одним из методов подрыва "биологической силы" славянских народов. Не делалось исключения и для народа Беларуси.

По замыслам гитлеровцев, в первую очередь подлежала исчезновению новая генерация интеллектуалов выросшая и сформировавшаяся в условиях советской действительности. В ней нацисты  не без оснований видели серьезного политического противника. Генеральный план "Ост" предусматривал полное уничтожение "коммунистической интеллигенции".

По большому счету, гитлеровцы опасались не только интеллигенции, активно способствовавшей утверждению  советского строя и вошедшей  в состав ВКП(б),но и всей интеллигенции захватываемых областей как таковой. Есть немало свидетельств этому. Так, нацистские идеологи заявили:"Мы должны вырвать их мозг. Мы должны уничтожить культурные слои" [18,c.61].Как написала гитлеровская газета "Национальцайтунг", после победы Германии на Востоке придется "медленно истребить и уничтожить и ту часть интеллигенции, которая сохранится на оккупированной немцами территории"[16,c.27].

По воспоминаниям профессора-медика Д.А.Маркова, принудительно вывезенного в Германию и оказавшегося в лагере Ноймаркт, фашистами, которые временами были склонны поговорить с образованными заключенными, почти всегда приводился аргумент:"Ваша страна, эта страна чернорабочих...И нам не нужна ваша неполноценная, не арийская интеллигенция, а нужны только рабочие руки"[16,c.38].

С первых дней вторжения на белорусскую землю гитлеровцы начали осуществлять задуманное.Они убили, замучили в концлагерях и тюрьмах, гетто вывезли в Германию многие тысячи представителей интеллигенции Беларуси. В Барановичской области например, только учителей ими было истреблено более четырехсот. Из Брестской области на принудительные работы в рейх было отправлено свыше 300 педагогов.

В условиях текущей военной действительности, расширяющейся партизанской борьбы оккупационными властями осуществлялись попытки использовать кадры творческого, умственного труда в соответствии с нуждами рейха.

Активным проводником такой тактики был гауляйтер Кубе.По его установкам возможности инициировавшегося "роста белорусского национального самосознания" виделись в первую очередь в упорно-повседневной "культурнической" работе. Уже в начале своей деятельности в Минске Кубе заявил, что обратит особое внимание на развитие культуры. В подобных пропагандистских декларациях не было недостатка в белорусской столице и в другие времена, при других оккупационных правителях. Поэтому ожидать каких-либо серьезных действий от таких намерений не приходилось, тем более в Беларуси, уже разбомбленной, разграбляемой и уничтожаемой, поднимавшейся на беспощадную партизанскую войну. Однако Кубе и его сторонники в оккупационной администрации попытались отойти от примитивных насильственных методов, преследуя интересы  рейха. В данном случае оккупанты, применив хитроумную тактику, решили сыграть на белорусской национальной идее.

 В органе  управления "Белорутенией"-генеральном комиссариате, подчиненном Кубе, были созданы отделы политики, пропаганды и культуры. Отделы культуры, просвещения  и другие, родственные им, были организованы также при городских, окружных и районных органах управления. С подачи Кубе деятельность уцелевших и восстанавливаемых культурных очагов, образовательно-просветительных учреждений, информационно-пропагандистских органов получила национально-белорусскую окраску.

 Населению оккупантами навязчиво внушался тезис о том, что Германия является центром культуры и именно из её пределов культура распространялась на весь мир; фашисты изображались обладателями высших духовных ценностей. Германия-"освободительница" подавалась как опекун муз, искусства, культуры, науки. В коллаборационистской среде допускалась культуротворческая деятельность, но, конечно, под немецким контролем, по немецкому распорядку.

В своих целях нацисты использовали воздействие театра. Так, в Минске из голодающих, обнищавших актеров, не успевших эвакуироваться, приказом по городской управе была утверждена труппа Белорусского драматического театра, начал работу 1 сентября 1941г.Свидетельством того, как оккупационные власти приспосабливали к пропагандиским целям постановку театрального дела в Минске, являются воспоминания актера театра им.Купалы Н.И.Сченсновича: "Снова и снова появлялись приказы...И в каждом: за невыполнение-расстрел! Все должны идти на работу по своей специальности... а ослушники будут расстреляны...Труднее всего было в драме. Что играть? Советские пьесы нельзя...Причем некоторые не знали белорусского языка. А играть приказано по-белорусски. Оккупантам нужно было создать видимость "свободного белорусского государства", со своим правительством, своей оперой, драмой,балетом..."[6,c.35].Кроме Минска деятельность белорусских театральных трупп оккупанты стремились использовать в Витебске, Смоленске, некоторых иных городах.

Разрешалось литературное творчество, хотя без политического уклона не обходилось и здесь. В выходивших периодических оккупационных изданиях печатались Н. Арсеньева, Л.Гениюш,А. Соловей, М. Седнев, В. Клишевич, Л. Случанин,Т. Лебеда и другие авторы. За преобладание "литературщины" перед политическими публикациями немцы, следившие за печатью, взыскивали с редакторов изданий.Ту же Л.Гениюш, по ее воспоминаниям, всяческими средствами пытались перетащить из Праги в Минск на пропагандистскую работу. Н. Арсеньевой приходилось писать тексты для военных маршей коллаборационистских формирований ("Беларусь наша маці-краіна","У гушчарах").

Использовать оставшиеся в силу разных причин научно-преподавательские кадры гитлеровцы попытались посредством создаваемого Белорусского научного товарищества (БНТ).Кубе в июне 1942г. даже был объявлен его "почетным президентом".От ученых  требовали разработки научных тем исходя из задач, диктуемых военными условиями. Вплоть до осени 1943 г. оккупационные власти пытались активизировать деятельность БНТ, во многих существовавшего лишь фиктивно. Позже было уже не до него.

Свои цели преследовались и в школьном деле. В практической политике на местах под давлением обстоятельств администрации приходилось переступать очерченные в Берлине образовательные рамки для покоряемого населения. С 1 октября 1941 г. захваченной гитлеровцами Беларуси вводилось обязательная  школьное обучение для детей в возрасте с 7 до 14 лет, открывались начальные, в ряде мест - семилетние так называемые народные школы, основное количество таких школ пришлось на центральную и западную часть Беларуси. В отдельных случаях властями разрешалось открытие средних школ; кроме того, было позволено функционирование некоторого числа профессиональных школ и курсов, обучение местной молодежи сельскохозяйственными и рабочим профессиям входило в планы оккупантов - рабочие руки рейху были нужны.

Школа, разрешенная захватчиками, должна была, по их замыслу, прививать воспитанникам дух "Новой Европы", преклонение перед величием Германии, желание служить вождям рейха. Стремясь распространить свое влияние на школьную молодежь, оккупанты принуждали ее посещать занятия в организуемых школах, грозя родителям за отсутствие детей в классах штрафами и другими наказаниями. Учебный процесс, по замыслам немцев, должен был служить воспитанию послушания и покорности. Гитлеровцы стремились претворить в жизнь принцип:"В лучшем случае приемлемо образование, которое готовит для нас полезных марионеток"[6,c.53].Вдохновитель и проводник "гибкой" тактики в Беларуси Кубе в газете "Минскер цайтунг" вполне откровенно высказывался о цели осуществления "школьной политики"- необходима было достигнуть "немецкой ориентации белорусской молодежи"[6,c.51].Ориентации на фашистский рейх служило содержание преподавания. Ему оккупационные власти стремились придать откровенно пропагандистскую профашистскую окраску. Как в иных случаях,"школьная  политика" проводилась с опорой на белорусских коллаборационистов.

Себе во благо оккупанты попытались использовать религиозную ситуацию в Беларуси. В лице религиозных организаций и структур они видели серьезное средство, влияющее на местное население, и постарались держать их в русле своей политики. С приходом немецких войск религиозная жизнь в Беларуси, лишь теплившаяся при большевиках  оживилась. Ее восстановлению оккупационные власти не препятствовали, даже способствовали населению в этом, надеясь на приобретение политических выгод, расположения, симпатии со стороны определенных слоев народа. Гитлеровцы не мешали открытию храмов, закрытых при советской власти, в ряде случаев даже официально присутствовали на торжественном открытии церквей.

Идеологический надзор, слежка, преследования нелояльных были повседневностью всех разрешенных фашистами культурно-цивилизационных "асяродкаў".Допущение культуротворческой деятельности в коллаборационистской среде сопровождалось жестким контролем со стороны оккупантов, регулированием, внедрением немецких установок, идеолого-пропагандистских образцов. Поощрялась также встречная инициатива коллаборационистов в  практических культуротворческих акциях, сориентированных на создание элементов культуры, альтернативной культуре БССР. Одной из иллюстраций к этому может служить выдержка из сообщения подпольщиков Минска  в октябре 1942 г. за линию фронта:"Из артистов оперной группы создан церковный хор ...Духовенством устраивались специальные концерты духовной музыки...В эстрадной группе часто выступают баянисты.Свои концерты начинают исполнением марша Гитлера... В драмтеатре сейчас готовят пьесу, написанную Вильгельмом Кубе. Им написано несколько вещей ...Был издан приказ по театру, что каждый артист обязан сдать за четыре класса белорусской национальной школы, в противном случае будет снят с работы. Требовалось знание белорусского нацдемовского языка, а не такого, которым владели артисты. Приказано было также каждому артисту заполнить анкету: принадлежал ли к какой-либо левой партии, состоял ли членом ВЛКСМ или компартии, имеются ли в роду евреи...Помимо белорусских песен и плясок участники кружков разучивают немецкие гимны и марши, стихи на белорусском и немецком языке, посвященные Гитлеру..."[23,c.64].

Об активных пропагандистско-культурнических контактах оккупантов с коллаборационистами свидетельствуют многочисленные документы.Вот красноречивая выдержка из одного такого - докладной записки немецкого окружного комиссара в Барановичах :"Важным пропагандистским средством является участие всех немецких учреждений в местных национальных торжествах, торжественных собраниях и культурных мероприятиях, чтобы тем самым показать свое руководство...На проводившихся всегда в округе 1 мая торжествах, а также празднованиях 22 июня и 25 марта кульминационным пунктом... являлось вручение наград,дипломов и подарков особо отличившимся местным служащим, а также местные солдаты, крестьяне и рабочие приглашались на совместный с немцами товарищеский ужин. Такая практика оказалась очень ценной"[21,c.34].

Следует отметить, что после гибели Кубе в сентябре 1943 г. возглавившему оккупационную администрацию в генеральном округе Беларусь фон Готтбергу менять тактическую линию предшественника не пришлось, после поражений под Курском и Орлом еще более изменилась точка зрения официального Берлина на взаимоотношения с народами оккупированных территорий. На местах предписывалось проводить мероприятия, которые действовали бы"успокаивающе" на население, тщательно маскировать истинные цели фашизма в войне на востоке. Поэтому эсэсовцы Готтбергу пришлось продолжить "культурничество" Кубе. Пойдя на создание Белорусской центральной рады(БЦР),Готтберг постарался придать пропагандистскую эффективность этому событию. В области культуры провозглашалось право БЦР на самостоятельные решения. В конце 1943-1944 гг. немцы стремились создавать видимость национального государства белорусов со своим правительством, миражную картину "расцвета" белорусской культуры.































































































2.Глава.Работа общественных и культурных организаций в условиях оккупации.

а.Молодежная политика германских оккупационных властей.

Опираясь на аппарат местного самоуправления, оккупанты стремились получить надежную опору среди молодого поколения, пытаясь воспитывать его в духе национал-социализма. Разумеется, только демагогические пропагандистские лозунги не способствовали решению этой проблемы. Кроме того, сильное влияние на молодежь оказывало патриотическое настроение партизан и подпольщиков. Тем не менее Кубе, по-видимому, не терял надежды на успех, когда писал в журнале "Белорусская школа":"Школьная политика решает самую важную задачу в каждой стране. Школьное управление для нас, немцев, дело само собой разумеющееся.Государственный муж Адольф Гитлер видит в руководстве народом самую важную задачу. И она начинается в школе. К этому мы и обратились".[5,c.9]

В газете "Минскер цайтунг" Кубе прямо указывал, что цели системы образования - онемечивание белорусской молодежи. Чтобы полнее представить намерения захватчиков в организации школьного дела, обратимся к документу, определявшему временный школьный порядок, который был обнародован в октябре 1941 г. В нем говорилось: "Забота о белорусской культуре, обычаях и просвещении является одной из существенных задач школ генерального округа Беларусь. Другие народности, поляки и русские, проживающие на этом жизненном пространстве, должны усвоить белорусскую культуру. В связи с этим должны быть привлечены к должны быть привлечены к учительской работе с дальнейшей проверкой знаний по специальности, моральных и политических взглядов все мужчины и женщины, способные работать учителями. Преподавание в школах будет на белорусском языке. В местностях, заселенных польским меньшинством, в школах в каждом классе должно быть не менее 6 часов в неделю занятий на белорусском языке. К работе в школе привлекаются не только народные учителя, но и все другие силы, которые были до этого заняты в других учреждения, включая специальные и высшие школы".[9,c17]

Более циничное заявление трудно представить. Ведь в это время происходили массовые убийства детей и учителей, разрушались школьные здания, музеи и библиотеки. Только в Барановической области было убито более 400 учителей. За годы войны "защитники" белорусской культуры уничтожили и повредили 8826 школьных зданий, их 20-миллионный книжный фонд.

В ином разделе документа подчеркивается, что "высшей инспекцией в области руководства и надзора за школой является генеральный комиссар, другими инстанциями является уездные надзоры за школой". Как видим, германская сторона не допускала и мысли выпускать из поля зрения эту важнейшую сферу формирования мировоззрения молодежи. Именно школе отводилось одно из ключевых мест в системе воспитания подрастающего поколения в духе национал-социализма. С этой целью "Временный школьный порядок" предписывал:"В начале первой лекции каждого дня следует показывать знания новой Европы под руководством Адольфа Гитлера. Любое большевистское влияние, выходящее из школы, будет наказываться смертью, так как подрастающая молодежь генерального пространства Беларуси должно быть выращена в духе новой Европы под руководством Адольфа Гитлера".[6,c79]

Чтобы не упустить из-под идеологического воздействия детей, было введено обязательное общее начальное образование (кроме детей евреев). За отказ посылать своих детей всенародные школы родители и учащиеся подвергались различным наказаниям. Родители штрафовались от 500 до 1000рублей, некоторые лишались хлебных карточек.[6,c.79]

Чтобы основательно укрепить свое влияние на школьную молодежь Беларуси, учебный процесс носил ярко выраженную прогерманскую окраску как по форме, так и по содержанию. Каждый класс должен был иметь портрет фюрера. Учитель обязывался, войдя в класс, приветствовать учеников известным нацистским жестом и восклицанием "Хайль Гитлер" или "Жыве Беларусь".Ученики должны были в такой же форме отвечать учителю. Перед началом уроков в течение 30 минут проводились беседы по биографии Гитлера и его соратников.

В октябре 1941 г. при генеральном комиссариате был создан Инспекторат  белорусских школ, который возглавил чешский немец И. Сивитца. Определенное влияние на систему школьного образования имели созданные с разрешения оккупационных властей общественные организации Белорусская народная самопомощь, а также Союз белорусской молодежи, Белорусская Рада Доверия.

Идеологическое воспитание планировалось начинать с дошкольного возраста, опираясь на некоторый советский опыт. Так, на территории генерального округа были открыты 23 детских садика и 25 детских домов, где воспитывались 2807 детей, С октября 1941 г. открывались начальные школы. По данным "Белорусской  газеты", в 1941/42 учебном  году действовало около 3 тыс.школ, в которых обучалось 270 тыс. детей, учебную работу вели около 9 тыс. учителей. В 1942/43 учебном году начали работать 7 прогимназий, 16 профессиональных школ, 6 учительских семинарий. Но в связи с недостатком школьных помещений и педагогических кадров, довоенный уровень не был достигнут.Например, в Минске до войны работало 49 школ, а в 1941/42 учебном году - только 12, где обучалось 6 тыс. детей.

Политика оккупантов в системе школьного образования была только частью общего плана восточных территориального порабощения белорусской молодежи. Осуществлялось воздействие на молодежь и вне школы. С этой целью 22 июня 1943 г. по инициативе немецких властей был создан Союз белорусской молодежи (СБМ). С самого начала возникновения СБМ планировался как самостоятельная белорусская молодежная организация, подчиненная немецким оккупационным властям. Создание СБМ преподносилось как акт "гуманизм" и "лояльность" германских властей по отношению к населению Беларуси. Цели, задачи, функции и рамки деятельности были изложены в уставе и программе организации, которые утвердил В.Кубе. Они преследовали цель подготовки новой генерации белорусов в духе национал-социализма.

Еще в мае 1942г.руководители молодежной фашистской организации гитлерюгенд Артур Аксман, подписал приказ об организации при имперском руководстве гитлеровской молодежи (ГМ) главного отдела АФ VI(работа среди молодежи оккупированных восточных областей).Это ведомство занималось разработкой молодежной политики на захваченных Германией восточных территориях. Согласованным решением министра восточных областей Розенберга и молодежного лидера Германии Аксмана в начале сентября 1942 г. образовано Восточное управление имперского руководства молодежи в составе  восточной областной организации Национал-социалистической рабочей партии Германии

(НСДАП) с резиденцией в Берлине. При администрациях генеральных округов Литва,Латвия,Эстония,Беларусь рейхскомиссариата "Остланд" были открыты отделы по работе с юношами и девушками. Молодежный отдел генерального комиссариата Беларусь возглавлял банфюрер В.Шульц.

Имперское руководство гитлерюгенда разработало план создания общеевропейского союза германской молодежи. С целью изучения возможностей создания такой организации Аксман побывал в 1942г. на оккупированных территориях. Первым шагом на пути осуществления этой идеи стала организация национальных союзов молодежи. Уже в сентябре 1942г. в прибалтийских республиках были основаны первые на оккупированной территории Советского Союза молодежные союзов. Подобные решения принимались на самом высоком уровне и не являлись инициативой отдельных немецких "гуманистов" вроде Кубе. Реализация молодежной политики оккупантов зависела в значительной степени от событий на советско-германском фронте. Когда первые успехи сменились неудачами под Москвой,Сталинградом, особенно под Орлом и Курском,немецкой администрации пришлось решать множество других проблем, кроме идеологических. К тому же оккупанты убедились в том, что подавляющая масса молодежи настроена патриотически и не приемлет ни "нового порядка", ни нацистской идеологии. Не зря руководитель политического отдела генерального комиссариата Беларусь Мирш отмечал:"Идеологическое воспитания молодежи в Советском Союзе достигло цели, в чем могли убедиться германские солдаты, которым пришлось сражаться с воинскими частями, укомплектованными из комсомольцев".[9,c.18]

Разумеется, требовалось время, чтобы воспитать подрастающее поколение в новом измерении морально-политических ценностей, а для этого нужны были соответствующие кадры. Поэтому  еще в начале войны в Германии были организованы 6-месячные курсы по подготовке пропагандистов национал-социализма. Главными задачами выпускников были подготовка кадров для СБМ и создание организаций этого создание организаций этого союза. Значительная часть центрального и окружного аппаратов, руководители школ СБМ являлись выпускниками этого политического курса.Как правило, это были выходцы из Беларуси,бывшие молодые офицеры Красной Армии, добровольно сдавшиеся в плен.Например, шеф руководящего штаба СБМ Михаил Ганько в 1941г. сдался в плен немцам. Он окончил курсы пропагандистов. Работал переводчиком отдела пропаганды. являлся тайным доносчиком Кубе. За преданность оккупантам Кубе назначил его шефом руководящего штаба СБМ.

Следует отметить, что по инициативе коллаборационистов попытки создания молодежных организаций предпринимались и ранее. Так, школьный инспектор Барановичского округа еще в 1942г. обратился в генеральный комиссариат Беларусь по поводу создания организации "Молодой дубок".Организационно это формирование было аналогично организации немецкой молодежи. В уставе определялась основная задача: "Воспитание белорусской молодежи вне школы в духе новой Европы, избавление молодого поколения от влияния жидо-большевизма".Организации должны были создаваться в основном в школах. Однако власти не дали официального разрешения.[13,c.95]

Наибольшее же распространение на оккупированной  территории Беларуси получил Союз белорусской молодежи, который активно поддерживался руководством генерального комиссариата молодежь. Уже в апреле 1943 г. на совещании гебитскомиссаров, которое проходило в Минске, руководитель политического отдела генерального комиссариата Беларусь заявил: "Молодежь на сегодняшний момент либо пассивно относится к нам, либо совсем нас отвергает. Когда на родине последние силы мобилизуются для тотальной войны, здесь тысячи и тысячи молодых людей ничего полезного для нас не делают  и являются балластом для немецких властей. Мы должны использовать эти резервы на войну и потому ищем необходимые методы". Далее говорилось, что для более эффективного использования белорусской молодежи она будет организована в союз наподобие гитлерюгенда.Задачи союза были сформулированы предельно ясно:"Создание молодежной  организации имеет цель поднять среди белорусского народа доверие к немецкому руководству. СБМ возглавляется немцами. Руководство организацией возлагается на отдел политики, культуры и СД. Чтобы придать организации самостоятельный характер, будет организован главный штаб из белорусов. Руководителей назначает генеральный комиссар. В штаб каждого округа входят трое немцев и один белорус."[13,c.120]

Выступая на этом совещании, руководитель молодежного отдела генерального комиссариата Беларусь баннфюрер Шульц обозначил цели СБМ, главная из которых - использование потенциала белорусской молодежи на нужды Германии. Всеми возможными средствами необходимо завоевать доверие белорусского народа, чтобы он "проникся политикой немецкого руководства и добровольно участвовал в осуществлении германского дела".

Обращаясь к гибитскомиссарам, Кубе потребовал уделить молодежной проблеме наибольшее внимание, взять в свои руки работу по вовлечению молодежи в организацию, планирование работы и обслуживание молодежи. Вопросы создания СБМ обсуждались неоднократно на всех уровнях управления. На совещании в Слонимском округе, которое проходило в начале мая 1943 г. в присутствии 400 бургомистров, старост, полицейских, один из лидеров союза СБМ Б. Суровый призывал руководителей оккупационной администрации включиться  в работу по созданию организаций СБМ в каждой области в районе.

Проводимая работа по созданию СБМ убедительно раскрывает замыслы германского оккупационного руководства - привлечь подрастающее поколение на сторону нацистской Германии. Заранее было укомплектовано руководящее ядро СБМ,лидеры которого обучение и национал-социалистскую обработку на специальных курсах.

Отмечу, что захватчики всячески скрывались истинные цели создания молодежных союзов. Большинство принятых документов о создании и основных направлениях их деятельности носили строго конфиденциальный характер.

Официально СБМ был провозглашен 22 июня 1943 г. После этого три месяца велась активная организаторская работа. 17 июля были назначены руководители отделов главного штаба, 5 окружных и 5 исполняющих обязанности окружных руководителей. По уставу в члены СБМ могла вступать молодежь 10-20-летнего возраста, кроме евреев. Каждый вступающий должен был дать письменную клятву безоговорочно выполнять все требования своих руководителей.

В июне 1943 г. были открыты  специальные школы В Минске, Альбертине (около Слонима) и в Флорианове (недалеко от Ляховичей) по подготовке руководящих кадров. Уже в первом выпуске Минской школы был подготовлен 21 курсант. В Флорианове проходили обучение руководители женской молодежи, в Альбертине-среднего звена СБМ. Известно, что только Альбертинскую школу окончили около 700 юношей.

Курсанты отбирались из наиболее образованной части молодежи в возрасте15-25 лет.Руководящие кадры СБМ готовились не только для территории генерального округа Беларусь. Выпускники направлялись в прифронтовые районы, а также для организаций  СБМ, создававшихся в Германии среди молодежи, насильно вывезенной из Беларуси. 

Многочисленные призывы вступать в "ряды европейской молодежи", обещания лучшей жизни мало способствовали росту членов СБМ. В декабре 1943 г. руководители оккупационной администрации вынуждены были издать постановление, которое обязывало директоров школ заставлять всех детей, достигших 10-летнего возраста, вступать в члены СБМ. Но и эти меры не дали необходимых результатов.

К июню 1944 г. было подготовлено не менее 1300 организаторов СБМ, которые сумели создать организации СБМ в 56 районах генерального округа и в 4 округах прифронтовой зоны Беларуси, а также среди молодежи, вывезенной в Германию.

По данным различных источников, численность СБМ достигала 12,5 тыс. членов, из них в генеральном округе - до 8 тыс., в прифронтовой зоне - около 1тыс.и среди вывезенных в Германию не менее 3,5 тыс. человек.

Недостаток архивных сведений не позволяет определить полностью социальный и возрастной состав союза. Однако можно представить облик отдельных организаций. Например, ивацевичская организация в сентябре 1943г. насчитывала 87 человек, из которых 8 служили в полиции,20 были служащими различных оккупационных учреждений, 9 работали на предприятиях и 35 учащиеся школ. Койдановская организация вначале 1944 г. объединяла 105 детей: 91 - до 14 лет и только 14 - старше.

По неполным данным можно установить, что до 70% членов СБМ не достигали14-летнего возраста, половину из них составляли девочки. Организации преимущественно удавалось создать в населенных пунктах, где размещались немецкие или полицейские гарнизоны.

СБМ имел форму полувоенной организации. Члены союза носили униформу, руководители имели звания, носили погоны или нашивки.

С конца 1943 г. началась активная вербовка во вспомогательные воинские формирования и отряды СС. В декабре 1943 г. шеф СБМ Ганько издал секретный приказ о мобилизации в роту СС юношей 1920-1927 гг. рождения. Окружные руководители обязались до 10 января 1944 г. закончить подбор кандидатов. По имеющимся сведениям, в первую из сформированных рот СС набрали 116 юношей. Весной 1944 г. оккупанты и их помощники вынуждены были начать принудительную вербовку 15-20-летних юношей для службы на фронте и в тылу. Радио,газеты,листовки призывали молодежь вербоваться в Германию. "Ты будешь иметь хорошее питание, хорошую одежду и заработную плату":"Твоя семья будет поддержана и защищена"-такими обещаниями и призывами оккупанты рассчитывали пополнить свои ряды.[2,c.18]

Оккупационные власти прилагали усилия к созданию и пополнению СБМ, надеясь с его помощью решить несколько проблем. Во-первых, необходимо было склонить на свою сторону ту часть населения, которая оставалась нейтральной по отношению к немцам и не участвовала в сопротивлении им. Во-вторых, участие молодежи в СБМ должно было  ослабить партизанское движение и подпольную борьбу. В-третьих, СБМ, по расчетам оккупантов, мог стать источником трудовых ресурсов  для промышленности и сельского хозяйства Германии, а также пополнить ряды понесшего большие потери вермахта.

Перелом в войне в пользу СССР вынуждал даже ортодоксальных нацистов менять свои расовые представления, искать на захваченных территориях политических союзников. Местным коллаборационистским силам было разрешено создавать различные партии, союзы, национальные движения, деятельность которых не противоречила политическим целям Третьего рейха.

Представляется, что эти шаги должны были обеспечить устойчивое управление оккупированными регионами, с одной стороны, а с другой стороны-межнународный резонанс. Германские власти стремились демонстрировать западной общественности привлекательность оккупационной политики, ее широкую поддержку местными жителями.

Наряду с организацией Союза белорусской молодежи создавались и другие национальные молодежные организации.Причиной послужило то, что  после поражения германских войск под Орлом и Курском на территорию Беларуси прибыло значительное количество беженцев, в основном тех, кто спасался от преследований за сотрудничество с оккупационными властями. Скопилось много и военнослужащих из восточных воинских формирований, которые сражались на стороне вермахта.

Весна 1944 г. стала периодом объединения всех антибольшевистских сил. Чтобы противостоять массовому развитию партизанского движения и подпольной борьбы, а также наступлению Красной Армии,германские власти инициировали создание в Бобруйске Союза борьбы против большевизма (СБПБ).Согласно манифесту и программе СБПБ, которая была опубликована в газете "Речь", главной целью союза являлась борьба против все проявлений иудо-большевизма. Руководителем организации был назначен капитан М. Октан. Имелись и региональные отделения в Осиповичах,Лапичах,Пуховичах и других местах. Юноши и девушки в возрасте 10-18 лет объединялись в молодежное объединение союза.Предполагалось, что в будущем СБПБ выступит консолидирующим ядром всех прогерманских молодежных союзов.Однако имевшиеся противоречия организационного и идеологического характера не позволили реализовать этот замысел.

Созданные молодежные союзы призваны быть стать надежным средством идеологического воспитания молодежи, вовлечения ее в борьбу  на стороне нацистской Германии против Красной Армии и партизан. Однако расчеты оккупантов оправдались частично. В ряды прогерманских молодежных союзов, включая СБМ, вступило немногим более 13 тыс. человек. Белорусские юноши и девушки в большинстве своем не восприняли национал-социалистскую идеологию.Даже пропагандируемая идея национально-государственного возрождения Беларуси не могла стать привлекательной  на фоне массовых репрессий, чинимых различными карательными органами оккупантов.

б.Деятельность Белорусской  Рады доверия и Белорусской Центральной Рады.

В   созданном военно-административном оккупационном аппарате не последнее место отводилось прибывшим в обозе наступающих немецких частей белорусским эмигрантам, являвшимся "доверенными" лицами немецкого военного командования. С их помощью осуществлялось привлечение местных активных пособников оккупантов к участию в создании административных структур в Беларуси. Эти лица оказывали оккупантам активную помощь в подавлении зарождавшегося партизанского движения.

Для укрепления "нового порядка" с 22 сентября 1941 г. при непосредственном содействии В. Кубе во всех округах Беларуси начинает действовать Белорусская самопомощь, функции которой оказались аналогичными для работы Белорусских комитетов самопомощи, действовавших накануне войны в Германии и Польше, Белорусская самопомощь, вербуя себе сторонников среди белорусского населения, явилась опорой оккупационной администрации В.Кубе. 

Накануне краха фашистской захватнической политики на Востоке, создавая иллюзию возможности образования самостоятельного белорусского государства под протекторатом фашистской Германии, испросив  для этого разрешение в Берлине, В . Кубе пошел на образование в Беларуси Рады доверия при Генеральном комиссариате, которая была образована 27 июня 1943 г., накануне разгрома фашистских войск под Орлом и Курском, когда призрак "неминуемой катастрофы встал перед фашистской Германией", чего не могли не знать и оккупационные власти в Беларуси.

Пресса того времени сообщала, что в состав Рады доверия вошли:Вацлав Ивановский,Сымон Цитович, Модест Яцкевич,Язеп Душевский,Михаил Ганько.Старшиной Рады назначен В.Ивановский, заместителем -Ю.Соболевский.

27 июня 1943 г. на совещании в Генеральном Комиссариате по поводу провозглашения Рады доверия, которая именовалась тогда и как Комитет доверия при Генеральном Комиссариате Беларуси, наряду с представителями оккупационных властей присутствовали бургомистры, корреспонденты газет и радио, руководители белорусских профсоюзов, вожаки Союза Белорусской Молодежи.

Перед собравшимися выступил В.Кубе, который заявил: "Рада доверия будет административной комиссией, которая будет совещательным органом при немецком управлении.

...Я объявляю, что этот комитет будет помогать советом руководителям отделов  Генерального Комиссариата. Она будет создана следующим образом: каждая округа посылает через своего окружного комиссара по одному представителю.

...Членам Рады доверия будет предоставлены различные возможности для работы на пользу собственного народа и новой Европы Адольфа Гитлера. Сюда, в первую очередь, относятся духовная готовность распознавать  еврейский большевизм, как смертельного врага белорусского народа, и бороться с ним. Здесь должна быть проявлена отвага и готовность стать на сторону Европы, верно выполняя свои обязанности перед вождем и немецкой армией".[20,c.15]

К декабрю 1943 г. деятельность Рады доверия сводилась к тому, что члены Рады активно участвовали в совещаниях при руководителях отделов Генерального Комиссариата.Они написали ряд предложений. Например, в меморандуме "О борьбе с партизанами", переданном в Комиссариат В.Кубе, в частности говорилось:"... и позволяем себе предложить для борьбы с бандитами следующее:создание совместного немецко-белорусского органа для борьбы с партизанами, в который бы входили представители Генерального Комиссариата, СД, СС и белорусов, который бы имел цель вырабатывать соответствующие мероприятия и контролировал их проведение в борьбе с партизанами; создание белорусской тайной полиции для борьбы с бандитами; оживление пропаганды через белорусскую прессу..." [20,c.16]

Создание Рады доверия не имело ничего общего с личными "симпатиями" В.Кубе к белорусскому народу, о чем пытаются говорить отдельные авторы в своих публикациях. Рада доверия просуществовала 3 месяца и была по сути таким же придатком административному аппарату оккупантов, как и другие организации типа Белорусской самопомощи, СБМ и т.п., что подтверждают уставы и другие организационные документы. Так, в уставе Белорусской самопомощи провозглашалась необходимость работы ее активистов и рядовых членов для "лучшего культурного развития" белорусского народа и опеки над нуждающимися в помощи людьми. На практике же отделы опеки самопомощи оказывали такую помощь лишь семьям полицейских, самооховы и иным участникам карательных операций из числа белорусов, которые пострадали в боях с партизанами. Опеку над школами осуществлял пропаганды самопомощи, работавший в духе нацистской пропаганды. 

После осуществления партизанами боевой операции 22 сентября 1943 г., в результате которой был уничтожен Вильгельм Кубе, его преемником на посту генерального комиссара стал Курт фон Готтберг.Если Кубе являлся непосредственным ставленником нацистской партии на временно оккупированной территории Беларуси, то фон Готтеберг стал генеральным комиссаром как представитель высшего военного командования вермахта и в первую очередь войск СС.

Начало деятельности "команды" Готтберга совпало с коренным изменением обстановки на фронтах Великой Отечественной войны. Провал "молниеносной войны" против СССР стал реальностью, о чем открыто высказывались как в кругах оккупационной администрации, так и в Германии. Спасая свои жизни, главари фашистской партии уступали свою верховную власть более подготовленным профессионалам из военных. 

По опыту, проверенному нацистами в других странах оккупированной Европы, геноцид проводился с использованием активных немецких пособников, которые служили в местных волостных, окружных управах, что ранее неоднократно давало желаемых результаты  в тоже время являлось одним из характерных признаков начала агонии нацизма как политического течения еще находившего поддержку у определенной части населения оккупированной территории. В этой обстановке возник, а затем был реализован план создания политической организации белорусских националистов, которая способствовала сплочению немецкой гражданской администрации с белорусским народом, а точнее с той частью, что хотела сотрудничать с оккупантами.

Такой организацией на базе Рады доверия Кубе других организаций, созданных накануне по инициативе оккупационного аппарата, и попыталась стать Белорусская Центральная Рада.

По замыслу фон Готтеберга, она могла стать послушным исполнителем приказов и указаний оккупационных властей, чем впоследствии и оказалась. Собрали Раду за счет активных пособников немцев, в первую очередь тех, кто числился в "доверенных лицах" немецкого военного командования и имел влиятельных покровителей высокого ранга, фон Готтеберг сделал ставку на белорусских националистов из среды эмигрантов, прибывших в Беларусь, также "команде" Готтберга пришлось также прибегнуть к помощи пособников из местных националистов и лиц, в той или иной мере "обиженных" советской властью, которые лучше приезжих знали особенности работы с населением. Это были лица, настроенные пронемецки. Именно из них отбирались и кандидаты в члены БЦР, которую лично формировал Готтберг. Сама по себе обстановка оккупационного режима исключала возможность демократических начал при образовании Белорусской Центральной Рады. Созданием БЦР преследовались конкретные военные и политические цели, которые решались путем осуществления трех требований, поставленных Берлином перед Генеральным Комиссариатом Готтберга.

Во-первых, добровольное, в сочетании с принудительными мерами, привлечение большого количества мужского населения в особые отряды, которые после кратковременной подготовки могли бы войти в состав немецких полицейских полков. Эти вооруженные отряды должны были вступить в борьбу с партизанами в Беларуси под командованием немецких офицеров. Все эти части должны участвовать в подавлении партизанского движения. Таким образом, с помощью белорусских "особых отрядов" немцы намеревались не только ликвидировать партизанские силы в Беларуси, но и освободить для нужд фронта воинские части, которые отводились сюда для переформирования или отдыха. Борьба с партизанами возлагалась гитлеровцами на самих белорусов. Следует отметить, что использование БЦР для массовой мобилизации мужского населения в батальоны БКО было достаточно продуманным, что объяснялось не столько личным желанием генерального комиссара выслужиться перед руководством в Берлине, сколько вынужденной мерой администрации  фон Готтберга, направленной на пополнение вооруженных сил новыми резервами, необходимыми командованию фашистских армий группы "Центр" для борьбы партизанского движением в Беларуси.

"Команда" Готтберга намеревалась путем всеобщей мобилизации от имени Белорусской Центральной Рады пополнить ряды немецкой армии и вывести местное мужское население из Белоруссии накануне ее освобождения Красной Армией. 

Готтбергу в определенной степени удалось решить эту задачу, инсценировав создание БЦР и поручив ей создать "национальные" батальоны БКО, которые затем были введены в ряды действующей немецкой армии и подчинены немецким офицерам. Мобилизация в БКО, проведенная БЦР, пополнила ряды полицейских  и других войск. Главное заключалось в том, что Готтберг с помощью лидеров БЦР попытался использовать батальоны БКО вначале для разгрома партизанских сил, против соотечественников, как нередко для этого поступали все предыдущие оккупационные власти.

Во-вторых, задачу, которую должна была решить БЦР, можно охарактеризовать как  провокаторскую. По замыслу фон Готтберга и СД,БЦР в повседневной деятельности, добившись признания со стороны некоторой части населения, используя опыт нацистской части населения, используя опыт нацистской пропаганды, должна была попытаться оправдать преступления гитлеровцев, совершаемые на белорусской земле(политику геноцида, угон населения на каторжные работы в Германию, грабеж материальных ресурсов Беларуси и др.).

В-третьих, задачей БЦР, по замыслу гитлеровцев, являлось привлечение к сотрудничеству с оккупантами новых пособников, что успешно решали лидеры, другие активисты Рады. Они сгруппировались вокруг Р.Островского и его ближайших единомышленников. В этой среде оказались не только белорусские националисты эмигранты, но и многие из тех, кто попытался связать свою судьбу с оккупантами в силу каких-либо причин. Стало известно, что Готтберг подыскивая кандидатуры на пост лидера Рады, который смог бы прилечь в ее ряды других лиц, обратились с предложением советнику Генерального Комиссариата по вопросам прессы и пропаганды, который одновременно выполнял функции цензора белорусских газет, Юрию Соболевскому и к руководителю БНС Николаю Шкеленку. Однако они от первой роли отказались. В это время в Минске оказался Р.К. Островский -"доверенное лицо немецкой армии", бежавший накануне из Могилева вследствие стремительного наступления Красной Армии. Немцы предложили ему сформировать состав Рады, так как они хорошо знали его по работе во главе административного аппарата оккупантов в Минске, Брянске, Смоленске, Могилеве, где он непосредственно участвовал в работе по созданию окружных администраций. Р.К. Островский умело подбирал угодных "новому порядку" местных начальников из числа активных немецких пособников, используя свои личные связи.

Предлагая своим единомышленникам вступать в Раду, Р.К. Островский даже в среде своего близкого окружения пытался изобразить БЦР как "национальное" правительство. Уверял, что гитлеровцы предоставляя БЦР независимость и самостоятельность в управлении Беларусью, а за собой якобы сохранят право "союзника и гостя", как это провозглашали в Беларуси в 1918 г. немецкие оккупанты. Некоторые согласились с доводами Р.К. Островского, хотя и должны были видеть истинные причины формирования гитлеровцами такого "правительства". Не многие знали, что весь состав Рады подбирался и проверялся с помощью сотрудников СД. Никаких выборов членов БЦР не было. Они назначались оккупационными властями и  утверждались администрацией Готтберга. Гитлеровцы полностью контролировали всю организационную сторону создания БЦР, заменив  ею бесславно просуществовавшею 3 месяца белорусскую Раду доверия.21 декабря 1943 г. в большом зале Генерального Комиссариата Белоруссии в торжественной обстановке состоялась представительное собрание, посвященное образованию оккупантами Белорусской Центральной Рады. Собрание открыл, выступив с речью, Курт фон Готтберг. Генеральный комиссар заявил :"Мы находимся под впечатлением могучего натиска людей и вооружений, который большевики развернули против нас. В этой борьбе за свободу европейских культур и народов немецкий солдат несет главную тяжесть".[20,c.87]Фон Готтберг, зачитав устав ЦБР,объявил, что назначает Р.Островского президентом новой Рады, которому было предоставлено слово для доклада о программе деятельности Рады. Одновременно попытался завуалировать факт создания оккупантами Рады национальными лозунгами и якобы исполнением давнишних желаний и стремлением белорусского народа к самостоятельности с помощью немецкого государства. Он отметил происходивших в Минске событий с фактами национальной истории, Р.Островский, в частности, заявил:"Историческое минувшее дает много доказательств, что белорусская политическая мысль всегда была направлена в сторону Германии.Так было в прошлом, когда наше государство искало помощи у немецкого народа. Так было в 1918году, когда Рада послала историческую телеграмму немецкому правительству, прося помощи в борьбе с большевизмом, и теперь.." [20,c.88]

Островский огласил Декларацию Рады, которая по замыслу оккупантов, должна определять основные направления деятельности лидеров БЦР. Суть ее сводилась к перспективам предлагавшегося оккупантам "возрождения" белорусского народа, что мыслилось нацистами только под руководством Германии. Судя по тексту учредительных документов БЦР, утвержденные Генеральным Комиссариатом, белорусы в "ближайшего будущем" должны были пройти "по пути прогресса всеобщему счастью" с помощью идеального немецкого правления к равенству с другими народами "новой Европы".[20,c.89]

Если в уставе говорилось, что Белорусская Центральная Рада имеет  задание мобилизовать все силы белорусского народа на уничтожение партизанского движения и"право и обязанность высказывать для этого все необходимые предложения" и не более, то текст Декларации БЦР в определенной степени завуалировал демагогическими фразами истинные намерения оккупантов. В частности, Раде дозволялось "проводить необходимые мероприятия в области социальной, культурной и школьной жизни".Это в условиях военного времени и оккупации Беларуси было неосуществимо, что затем и подтвердилось в реальной жизни. Тем не менее находились люди, которые на время поверили в возможность реализации этих намерений, одновременно понимая, что не немецкий фашизм провидит открытую политику геноцида.

Другими словами, оккупационные власти лишали Раду всяческих прав, наделяя ее обязанностями, которые осуществляли ее лидеры, выполняя безукоснительное задания немецкой оккупационной администрации и командования вермахта.

Нацистская пропаганда широко освещала в прессе по радио события, связанные с образованием БЦР и содержанием ее устава. Об этом много говорили сами лидеры Рады, публикуя материалы в газетах, обращаясь к народу с воззваниями и т.д.

Уставом БЦР предусматривалось, что главой Рады назначается президент, который в любое время мог оказаться  смещенным по приказу генерального комиссара,  другие члены Рады, по предложению президента, утверждались также Готтбергом.

Никаких высоких санкций со стороны верховных властей Германии для утверждения Рады как возможного национального правительства устав БЦР не предусматривал. Состав Рады и ее президент при их вхождении в должности никем из высшего руководства "третьего рейха" приняты не были, хотя определенные попытки со стороны Р.Островского устроить такую церемонию и предпринимались. Все это свидетельствовало, что БЦР создавалась Готтбергом в качестве своеобразной национальной ширмы, в которой нуждался его Комиссариат для прикрытия все той же политики проводимого в Беларуси геноцида, Рада была необходима оккупантам в качестве административного инструмента, состоявшего  из коллаборационистов, которые под надзором СД и аппарата генерального комиссара Белоруссии довольно добросовестно выполняли возложенную на них оккупантами роль и не более.

Декларация БЦР в отличие от устава являлась словесным прикрытием истинных намерений гитлеровцев по отношению к белорусскому народу и вуалировала планы оккупантов, их военные и политические цели по использованию Белорусской Центральной Рады. Тем не менее автором Декларации удалось провести некоторые демократические положения.

Например, об отношении к религиозным убеждениям верующих, к воспитанию белорусской молодежи, которую оккупанты с помощью БЦР постоянно использовали в своих политических и военных целях. Если в Декларации в провозглашались какие-то намерения Рады, реально осуществить их никогда бы не удалось.

Необходимо отметить, что, оказывая активную помощь оккупантам, Р.Островский и его окружение, выслуживаясь перед "новом порядком", могли реально рассчитывать лишь на очередные обещание гитлеровцев. В связи с чем Р.Островский и руководители Рады шли на любые уступки оккупантам, преследуя личные интересы. С этой точки зрения лидеры БЦР коллаборационистам-организаторам Рады оправданий нет и быть не может.

Готтберг, создавая БЦР, торопился. 19 января 1944 г. он утвердил структуру аппарата Рады в составе канцелярии президента, общей канцелярии БЦР с отделами хозяйственным и финансовым; отделы молодежи; школьного отдела, администрации и коммунальных хозяйств, кооперации и торговли.

22 января 1944 г. В Минске, как хорошо разыгранный спектакль, состоялось торжественное провозглашение Белорусской Центральной Рады. Р. Островский как президент Рады в присутствии фон Готтберга, других представителей оккупационных властей, полиции и гостей объявил состав БЦР.

Приказом №4 от 24 января 1944 г. Р. Островский объявил о распределении функций членов Рады. Николай Шкеленок и Юрий Соболевский утверждались вице-президентами БЦР. При распределении служебных функций руководителей Рады контроль за корпусом Белорусской Краевой Обороны Р. Островский как прерогативу президента взял на себя. Кроме того, он руководил и контролировал работу школьного отдела. В функции президента входили контроль и консультации в работе отделов и подотделов: персонального, молодежи, кооперации и  торговли, охраны здоровья, общей и личной канцелярий, а также хозяйственного и финансового подотделов.

Другим словами, все ключевые позиции в работе  Рады и вопросы молодежи Р.Островский контролировал лично. Он имел возможность распоряжаться финансовой и хозяйственной деятельностью.

Состав Белорусской Центральной Рады в тот период насчитывал  75 человек.

В марте 1944 г. в десяти окружных комиссариатах Белоруссии, образованных оккупантами в качестве отдельных административных единиц, Фон Готтберг утвердил наместничества БЦР. Наместниками Белорусской Центральной Рады после предварительной проверки каждой кандидатуры в СД стали наиболее преданные оккупантам люди, проявившие себя до этого добросовестной работой в немецком административном аппарате. Все они на своих новых должностях утверждались фон Готтбергом.

Созданная Готтбергом Белорусской Центральной Рада, как и прежняя Рада доверия при Кубэ, не имела ни административной, ни военной власти в центре и на местах, являясь пропагандистской организацией, послушно выполняющей задания оккупантов. Например, сотрудники отдела пропаганды БЦР за короткое время смогли создать широкую сеть своих агитаторов, направив их на заводы, деревни.Последним мероприятием БЦР на территории Белоруссии стало проведение 27 июня 1944 г. (за неделю до освобождения Минска) в Минске Второго Всебелорусского конгресса. Название конгресса было выбрано для подтверждения преемственности с Первым Всебелорусским конгрессом, состоявшимся в 1918 году также в условиях немецкой оккупации. Делегаты конгресса объявили о разрыве дипломатических отношений с Россией, провозгласили БЦР единственным представителем белорусского народа и приняли решение об отправке Гитлеру заявления о его поддержке.

28 июня 1944г., на следующий день после завершения работы 2-го Всебелорусского конгресса БЦР, Президент Белорусской Центральной Рады Островский спешно объявил сбор всех служащих Рады в большом зале.

Присутствующим сообщили о необходимости срочной эвакуации из города,так как Минск окружали части Красной Армии и в ближайшее время может быть оставлен немецкими войсками. Всем сотрудникам и членам их семей выдавались "охранные грамоты" для переезда в Восточную Пруссию по железной дороге. Однако всем членам БЦР выехать в этот день не удалось. Самостоятельно из Минска уехали лишь некоторые.  Эвакуация БЦР была фактическим бегством ее сотрудников с отступающими немецкими войсками.

Сотрудники БЦР после бегства из Беларуси, лишились контроля со стороны гитлеровцев, в буквальном смысле разбежались в разные стороны. Белорусская Центральная Рада практически перестала существовать. Покинув Минск, лидеры Рады потеряли связи со своими единомышленниками. С тех пор БЦР не могла уже представляла белорусский народ даже формально. Бежав в Германию члены Рады лишились не только поддержки сторонники из числа активных пособников оккупантов в Беларуси и тех, кто эмигрировал, так как все белорусы за границей оказались совсем бесправными, были вынуждены подчиняться законам воюющей Германии.

БЦР в Берлине понадобилась военно-политическому руководству нацистской Германии в качестве инструмента, с помощью которого можно было снова попытаться использовать белорусских националистов в войне против Советского Союза как свой внутренний резерв. Поэтому в Берлине БЦР впервые получила признание в качестве "исключительного и единственного представителя белорусского народа". Министерство восточных территорий и спецслужбы Германии определили ей новые задачи: создание воинских формирований из белорусов, осуществление политического контроля над работой тысяч белорусов, насильно вывезенных сюда для работы в германской промышленности. Кроме того, БЦР активно использовалась нацистской службой пропаганды.

Р.К.Островский, другие лидеры Рады, продолжая верно служить фашистской Германии, начали с того, что от имени БЦР заявили протест Советскому Союзу по поводу освобождения БССР от немецко-фашистских захватчиков, обратившись с этим документом ко "всем правительствам и народам".Факт изгнания оккупантов с белорусской земли расценивался ими как "нарушение международного права", само же освобождение Беларуси как "временная военная оккупация" ее территории. Лидеры БЦР снова попытались под эгидой спецслужб Германии и Министерства восточных территорий мобилизовать "весь белорусский народ как в крае, так и за его границами для скорейшего освобождения своей Батьковщины".Активисты БЦР в Германии должны были склонять белорусскую молодежь к службе в немецкой армии.

В результате победы над гитлеровской Германией и разгрома нацизма в Европе последовал крах Белорусской Центральной Рады, других националистических организаций. Потерпела фиаско идея создания независимого белорусского государства под протекторатом фашисткой Германии. Идея "возрождения" государственности в Беларуси, принесенная на штыках германских оккупантов, была отвергнута народом, вступившим в борьбу с немецко-фашистскими захватчиками. Эта идея не соответствовала справедливому решению вопроса о самостоятельной государственности народа. Она была неприемлема в Беларуси как навязанная силой по воле оккупационной администрации, а вместе с ней не было принято широкими массами населения и навязанное ему "правительство" Р.К. Островского.

Разгром Германии окончательно парализовал пособническую деятельность нацистам лидеров Рады, которые до этого оказывали помощь вермахту в формировании частей войск СС из воинов-белорусов, затем погибших или пленных в боях с англо-американскими войсками.

Рада исчерпала свои возможности в попытке организовать повстанческую работу среди населения Западной Беларуси.

Главным же поражением БЦР следует считать то, что потерпела крах сама идея использования национальных лозунгов и пользу использования национальных лозунгов в пользу иноземных захватчиков, которые могли быть поддержаны широкими слоями населения Беларуси.

В январе 1945 г., когда разгром гитлеровской Германии был предрешен, лидеры БЦР Р.К.Островский, Н.Шкеленок, В.Родько и другие стали думать о бегстве на сторону командования анго-американских войск в надежде не быть выданными советскому правосудию. Они видели спасение вначале в переезде в западную часть Германии, которая должна стать зоной оккупации союзников. С этой целью в феврале 1945г. по решению руководства БЦР началась частичная эвакуация архивов и ценностей БЦР.

Члены и сотрудники БЦР, остававшиеся в Берлине, с приближением советских войск были вывезен в г. Вайден. Это произошло 12-13 апреля 1945 г.Паника, как и в период бегства из Минска, охватила всех. Некоторые служащие рады убегали в разных направлениях, не ожидая отправки в город Вайден. Крах БЦР не мог не отразиться на судьбах самих лидеров Рады, сотрудников аппарата БЦР. Все они сбежали к англо-американским войскам, но опасались быть выданными советскому правительству. Для того чтобы обезопасить себя от арестов, они приобретали фальшивые документы, переходили на нелегальное положение. Так,Р.К. Островский, после того как оказался в американской зоне оккупации, некоторое время жил в Германии по чужим документам, выдавая себя за поляка. В 1947гю Островский смог выехать в Аргентину.

Можно подвести черту Белорусской Центральной Рады, как видно  с помощью Белорусской Центральной Рады фашисты  попытались уничтожить партизанское движение в Беларуси, сформировав батальоны карателей и Белорусскую Краевую Оборону, и подавить любое сопротивление оккупантом. Активными пособниками гитлеровцев были те, кто отправлял тысячи белорусов на каторжные работы в Германию, оказывал помощь карателям в уничтожении советских людей в гетто и тюрьмах. Пособниками оккупантов были и те, кто возводил клевету, пытаясь убить в народе надежду на освобождение Родины, восхвалял нацистские идеалы, убеждал молодежь принять идеи фашизма, вербовал в СБМ, другие националистические организации, а затем формировал из белорусов части СС, посылал их воевать за чуждые интересы в Италию и Францию.

Анализ деятельности БЦР подтверждает, что вопросы самоопределения народа, его государственности, иные национальные проблемы нельзя решать путем вооруженной борьбы, опираясь на поддержку интервентов или экстремистских элементов. Это вывод следует считать одним из серьезных уроков истории национального движения в Беларуси.









































































3 Глава. Деятельность советских организаций в период немецкой оккупации.

А.молодежная политика советских.

Организация  и работа советских школ на оккупированной  территории  Беларуси в годы войны была непростой.

  На захваченной территории Беларуси в 1941-1944гг. развернулась острая военно-политическая и идеологическая борьба между немецкой оккупационной властью и патриотическим движениям за будущее Беларуси. Разумеется, осуществить в полном объеме учебный процесс и воспитательную работу в условиях  жестокого оккупационного режима было сложно и даже невозможно.   Так, с большой идейно-политической работой в тылу врага значительное внимание с бока подпольных партийных и комсомольских комитетов и организаций придавалась детям. Потому там, где было возможно, они брали на себя воспитание детей. В местах, где гитлеровцы открывали школы, подпольщики и партизаны видели свою задачу в том, чтобы сорвать замыслы врага и осуществлять занятий  как в советских  школах.

   Одной с наиболее активных форм идеологической борьбы белорусского народа против школьной политики немецких властей было тайное обучение детей в тех населенных пунктах, которые находились под контролем оккупантов. Огромное распространение получила такая форма обучения, как тайные, или подпольные, школы и группы. Они были строго законспирированными, и до нас почти  не дошли документы о их учебно-воспитательной работе. Тем не менее, некоторые  собранные материалы позволяют показать историю организации  тайных школ, которые работали на оккупированной территории.

   Тайные школы начали стихийно возникать уже в первые дни оккупации Беларуси."Надо убедить школьную молодежь,- писала в своем дневнике 15 августа 1941г. учительница одной с подпольных школ Лиды,- что она не должно тратить время и нельзя оставаться без обучения даже в такое тяжелое время"[7,c.45]. Учителя организовывали обучение детей непосредственно в домах. В деревне Заполичи Свислочского района с первых дней оккупации была организована тайная школа. Ее начальные  классы стали посещать 15 детей школьного возраста. Обучались они по советским учебникам. От окружных и уездных школьных руководителей в инспектрият белорусских школ неоднократно поступали жалобы на широкое распространение тайного обучения. Школьный инспектор  Лидского округа И.Пратасевич писал, что "много детей стали навещать  тайные школы"[7,c.46].

   Начиная с осени 1942г. тайное обучение принимает более организованные формы. Под руководством партийных органов комсомольские организации прикладывали много усилий в деле организации и налаживания тайного обучения  детей. ЦКЛКСМБ в известном постановлении отметил, что комсомол Беларуси несет большую ответственность за большевицкое воспитание детей.  Далее подчеркивалась необходимость  широкого использования разнообразных методов работы с детьми, которые соответствуют их положению и возраста."Дети младшего возраста, какие не имели возможности учится в школах,- говорилась в нем,- должны учится дома по советским учебникам. В работы с детьми старшего возраста использовать формы легальных и полулегальных кружков, используя методы индивидуальной или массовой работы в зависимости о обстоятельствах. Во всех    случаях работу с детьми  необходимо строго конспирировать, чтобы не ставить под удар врага ни комсомольцев, ни самих детей"[7,c.46]. Эти положения стали достояниям всех комсомольских организаций республики, появился неофициальный устав об тайных советских школах на оккупированной территории Беларуси.

   В процессе исследования было выявлено  немало случаев, которые свидетельствуют о широком распространении тайного обучения по всей территории Беларуси и в особенности в западных районах республики. Только в одном с районов Гродненской области, по неполным сведениям, работала 20 тайных школ домов. Барановичской области, северно-западных районах Минской и северных районах Пинской области, в тайных советских  школах в 1941-1942гг. училось около 180-200тыс.  детей, их обучали примерно 7тыс. учителей[7,c.48].

   Вместе с организацией тайного обучения яркую страницу в историю народного образования Беларуси в период ее оккупации вписали школы партизанских зон. В условиях, которые способствовали зарождению  школ такого типа, определялись прежде всего размахом партизанской борьбы. Уже к 1943г. партизанские зоны охватили более чем 60% от всей территории Беларуси. Работа школ являлась одной с неотъемлемых существенных признаков советского строя жизни  населения партизанских зонах.

   Первые партизанские школы начали открываться зимой и весной 1942г. В большинстве своем это было  стихийное явление, вызванное необходимостью дальнейшего обучения детей, которые из-за войны остались вне школ.  Согласна архивным документам, первая сеть организованных школ появилась в деревнях Ветринского района Витебской области, где с 1 сентября 1942г. начали работать советские школы  [7,c.50].   С осени 1942г. подпольное партийное и комсомольское руководство Беларуси в связи с расширением партизанского движения активизировала свои действия, которые касались организации советских школ в партизанских зонах. Инициативу и настойчивость в этом деле проявлял ЦК ЛКСМБ и в особенности его секретари  К.Т. Мазурав и М.В. Зимянин. Они посещали партизанские соединения, проводили совещания с партийными и комсомольскими работниками, беседовали с населением и учителями."Мы были очень озабоченный в это время,- вспоминал  К.Т.Мазурав,-не только тем, как сберечь детей, но и как организовать их обучение"[23.c.146].

   В первой половине ноября 1942г. районный комитет КП(б)Б совместно с ЛКСМБ разослал во все партизанские отряды и населенные пункты районы сообщение о том, что в Октябрьском районе созывается первая за все время немецкой оккупации конференция учителей по поводу открытия в этих районах советских школ.

   Уже 14 ноября на конференцию прибыли учителя С.С. Кавалевич, С.М. Сосновский и др.(всего 21 человек)[7,c.48]. Конференцию открыл секретарь комсомола В.Г. Козырь. В своем выступлении он поставил задачу открытия во всех населенных пунктах Октябрьского района советских школ. Было принято решение проводить занятия по довоенным программам, учителям и ученики должны изучать огнестрельное оружие, санитарное дело. На конференции говорилась о политической необходимости работы советских школ в тылу врага, о создании их материальной базы, помощи с бока коммунистов, партизан и население в деле налаживания их работы. Учители на конференции сразу получили назначения на работу и разъехались по школам."Получив указание и понимая политическое значение организации школ в глубоком тылу врага, - вспоминала после конференции учительница М.С.  Марцинович,- учителя сразу взялись  за работу. Было проведено родительское собрание, на котором ознакомили с программами преподавания, сообщили о важности работы школы"[7,c.49]. 16 ноября были проведены первые занятия в школе поселке Октябрь. Школу посещало 40 учеников: 3 класс - 13 человек, 4 класс - 13 человек, 5 класс - 6 человек, 6 класс - 8 человек. В этот же день начали работать другие школы района: Заволенская - 30 учеников, Залеская-  28 учеников, Зацишская - 28 учеников, Карпиловская  - 47 учеников, Новадубравская - 52 ученика, Рудницкая - 20 учеников, Рудобельская - 10 учеников, Старадубравская - 26 учеников ( всего 241 человек). Уже 22 ноября Т.К.Мазурав сообщил  в ЦКЛКСМБ, что несмотря на трудности - отсутствие помещений учебных, бумаги, письменных приборов - школы все же открываются. Октябрьском районе было открыто 13 школ [23, с.158].

   Сведении об открытии школ Октябрьском районе  начали распространилась на другие районы Любанские и Старобинские партизанские зоны. Первыми подхватили призыв о создании школ в партизанских  зонах и лесных лагерях для населения, потом инициатива комсомольцев распространилось по Минской, Пинской, а затем и по другим областям. В штабы партизан  начали поступать сообщения из-под Глуска, Харомцав, Любани, Слободы и других населенных пунктов, что там также начали работать советские школы.

   Там, где нельзя было организовать школу, учителя-партизаны обучали детишек по кружкам в крестьянских домах. Так, в Столинскам районе Пинской области партизаны не только выполняли боевые задачи, но и проводили занятия с детьми в деревнях Варони, Струя, Пуховичи, Ольшаны, Комары и др. [7,c.49].

    В процессе подготовки школ приходилась преодолевать многочисленные трудности. Не хватала помещений, учебников, отсутствовали школьные пособия. Их приходилась добывать в ходе боевых операциях. Всем партизанам, которые отправлялись на боевые задания, были обязаны  отыскивать учебники, тетради,  все что необходимо для обучения детей. Однако в большинстве случаев сами учителя и ученики выходили с тяжелого положения и обеспечивали школу всем необходимым для обучения. 13 учителей учили детей без книг и тетрадей. Они писали на песке и на небольших кусочках бумаги. Азбуку учителя и ученики делали с дубовой коры, на березовой  коре  писали расписание занятий, таблицу умножения. [7,c.50].

   Отдельное место в истории народного образования республики в период войны занимали лесные школы, широкое распространение они получили с осени 1943г. в это время в лесах Беларуси находилась большое количество мирного населения, которое из-за жестокого террора побросала свои дома и ушло к партизанам. Поданным, сверх миллиона жителей  Беларуси довольно долгое время прятались в лесах.

   Среди лесных жителей  находилась и большое количество детей школьного возраста. Только в Налибокской пущи, под охраной партизан находилась 1480 жителей, с их 240 детей. В семейном лагере партизанского отряда имени Димитрова среди 455 его жителей было 187 детишек.[7,c.50].

    Сегодня известно о нескольких десятках лесных школ, которые действовали в лесах Брестской, Витебской, Минской и других областях республики. При лесных школах были организованы даже подготовительные группы детей дошкольного возраста. "С детьми дошкольного возраста,- указывалась в постановлении Барановичского обкома комсомола от 26 апреля1944г." О работе ЛКСМБ в партизанских лагерях, - необходимо проводить двигательные игры, разучивать новые танцы, советские песни, стихотворения, повествования, положивши в основу работы советскую учебную программу "[7,c.50].в этом же постановлении отмечалась:"Одобрить инициативу Воложинского РК ЛКСМБ о организации в семейном лагере бригады "За Советскую Беларусь" общеобразовательной школы для детей. Предложить всем  ЛКСМБ, на территории которых есть семейные лагеря, организовать обучение детей школьного возраста. Райкомам комсомола и комсомольским организациям семейных лагерей обеспечить школы 

письменными инструментами" это постановление, утвержденная Барановичским РК КП(б)Б, стала известной каждой комсомольской организации области, которые сразу взялись за ее выполнение. [7,c.50].

   Архивные документы свидетельствуют о том, что подпольные партийный и комсомольские органы, придавали большое внимания воспитанию и обучению детей, в деревнях, семейных лагерях, партизанских зонах, и в других местах, где  позволяли обстоятельства, открывались советские школы. Эти школы были представлены  разветвленной сетью, которая охватывала значительное количество детей. Деятельность в тыле врага советских школ служила не только объединению и воспитанию детей, но и укреплению веры взрослых в неизбежное изгнание немцев.

   С первых дней  организации советских школ началось напряженное обучение детей. Учителя учили школьников чтению и письму, знакомили  с другими дисциплинами. Занятия проходили на основе самостоятельно разработанных планов, на основе каких были положены программы, утвержденные наркоматами просвещения БССР еще в 1940г. большое внимание придавалось изучению русского, белорусского  языка и литературы, арифметике, истории, географии и физическому воспитанию.

   Основной формой обучения была классно-урочная система. Но что касается тайных школ, то там в основным планом была  индивидуально-групповая система.

   Лесные школы, как и школы партизанских зон, в своем  большинстве  были начальные:2- комплектная, 3- комплектная и даже 4- комплектная. В отдельных местах работали семилетки. В их записывали детей от 7 к 15 лет. Основной контингент учеников складывался из  первоклассников. Так, с 58 учеников начальной школы при семейном лагере имени А.А.Жданава бригады имени Я.М.Свердлова насчитывалась 30 первоклассников. В школе №2 отряда имени Макаревича тот же бригады было 98 учеников. С их 61 человек училось в 1 классе. Такое большое количество учеников  в 1 класс объяснялось  увеличением количества детей, которым по возрасту надо было посещать другие классы.

   На уроках письма и чтения ученики младших классов усваивали букварь, учились правильно складывать простые предложения. На таких уроках педагогами проводилась работа по развитию языка: заучивание небольших стихотворений, пересказов оглавления, рассмотрение картинок и так далее. Значительное внимание придавалась наглядности, глубокому и прочному освоению знаний учащимися. Важное место отводилась самостоятельной работе.

   На уроках арифметики ученики младших классов обучались сложению и вычислению в границах 20, решали устные задачи. С большим желанием дети решали задачи, которые касались боевых действий партизанских отрядов. Подсчитывали, сколько бойцы их соединения убили, взяли в плен немецких солдат, а также количество трофея.

   На уроках географии учителя учили школьников теоретическим и практическим навыкам правильно ориентироваться на местности. Эти знания были нужны не только для изучения географии. Но и имели важное военное значение. Ученики знакомились с методами маскировки и жизни в лесу.

   Немаловажное значение имели  уроки песен. Так, учительница одной с лесных школ Брестчины А.Н.Караткова вспоминала, что дети очень любили петь патриотические песни, в особенности про партизан. [7,c.51].

    Условия военного времени наложили отпечаток на характер преподавания  в советских школах. Большинство уроков, когда была возможность, всегда начинались со сводки  Совинфорбюро. Дети не только усваивали информацию, но и записывали, распространяли ее среди своих родителей, родных и знакомых. Сводки нередко служили материалам для изучения географии и истории СССР. Сообщая о продвижения войск Советской Армии на запад, учителя рассказывали школьникам о городах, озерах, реках, промышленных центрах страны, о тех богатствах, что находятся в недрах земли.

   Конечно, в итоге военно-идеологической борьбы учебный процесс в советских школах был пропитан глубокой идейностью, политической заостренностью. Педагоги прививали  детям ненависть к врага, преданность сваей  Родине и веру в победу советского народа над немецкой Германией.

       Несмотря на невзгоды, исключительно тяжелые материальные и бытовые условия, советские школы добивались значительных успехов в учебно-воспитательной работе. Ученики в  большинстве окончили 1943/44 учебный год с хорошими отметками. Так, с 490 учеников, которые занимались в школах при партизанских отрядах имени М.И.Калинина и  имя А.М.Василевского Брестской области, 430 успешно окончили 1943/44 учебный год и были переведенный в следующий класс. В одной со школ отряда имени М.И.Калинина, где работали учителя П.И.Ивановски и Ф.П.Карабецян, с 50 учеников 42 были переведены в следующий класс, 22 с их - с отличными отметками. [7,c.52] 

   Вместе с ответственными партийными и комсомольскими работниками, учителя в партизанских зонах регулярно проводили педагогические советы и совещания, на которых обсуждались  вопросы школьной жизни, осуществлялся обмен опытам в деле организации учебно-воспитательной  работы. Для улучшения работы лесных школ Брестский области, подпольный обком партии и обком комсомола провели собрание учителей  области. На нем большое внимание уделялась первоочередным задачам - задачам воспитания детей и дальнейшей организации советских школ. Похожее заседание с учителей лесных школ было проведено в Барановичской области.

   Большую работу проводили учителя с родителями учеников. Так, в отчете лесной школы при партизанском отряде имени М.И.Калинина бригады имени Ф.Э.Дзержинского отмечалась, что родителями проведено 9 собраний на которых обсуждались  вопросы по улучшению  работы школы, ее посещение, обучения.

   Заметное место в истории советских школ Беларуси в годы оккупации занимает внешкольная деятельность. Важную роль в ней  сыграло  пионерское движение. Первый секретарь ЦК КП(б)Б П.М.Машеров в своей  речи на VI съезде  учителей Беларуси отметил "Среди миллиона тех, кто мужественно и стойко сражается с врагом, есть много пионеров  и школьников, которые с гордостью выдержали вместе с взрослыми экзамен на верность своей Родине" . [7,c.53]

   Тяжело себе вообразить учебно-воспитательную  работу советских школ без деятельности пионерских организаций. В одном с документов  того времени подчеркивается:"Пионеры оказывали большую помощь в налаживания дисциплины и обучения"[7,c.53].. Летом 1941 г. в Беларуси начала действовать первая подпольная пионерская организация в деревни Карповцы Гродненской области. 15 пионеров создали отряд "Пионерский тайник". Подпольные пионерские отряды и группы начали действовать также в Борисове, Жлобине, Лиде и других городах и населенных пунктах[7,c.54]. В одной со школьных отчетов говорилось :Вся работа в школе должно быть направленно на то, чтобы наше подрастающие поколение было воспитано в духа советского патриотизма, самоотверженной преданности Родине, в духа непримиримой ненависти к врагу. [7,c.54] Ведущую роль здесь должны  были играть пионерские организации. Одной с наиболее распространенных форм их работы стал  сбор пионерских отрядов, дружин, встречи с интересными людьми, подготовка и проведения советских праздников, участие в общественно-культурном и хозяйственно-трудовой  жизни школы, лагеря, отряда. Ученики участвовали в работе хоровых, танцевальных, спортивных, военных и литературных групп, сдавали нормы по противовоздушной защите, учились оказывать первую медицинскую помощь, исполняли хозяйственные работы в семейных лагерях партизанских зон, собирали лекарственные травы, смотрели за раненными, которые при необходимости учили детей пользоваться оружием и взрывчато-опасными предметами. 

   При каждой школе создавались специальные пионерские звено по сбору лекарственных трав. Собирали ландыш, кору крушины.   Нередко школьники-пионеры помогали партизанам искать оружие. В донесения, которое было отправлено секретарем комсомола К.Т.Мазуравым в ЦК ЛКСМБ 30 октября 1942 г., сообщалась: "Детишки - до конца преданный народ. Для них партизаны - герои, и они помогают им чем возможно. [23,c.152]

  Самыми массовыми были кружки художественной самодеятельности. Пионеры были инициаторами многочисленных концертов для партизана, раненых бойцов, деревень и лесных поселений. Только пионеры лесной школы при партизанском отряде имени М.И.Калинина организовали 16 выступлений художественной самодеятельности.

   Пионеры и школьники с большим желанием готовили советские праздники. 1 января 1944 г. все  партизанские и лесные школы отмечали 25-хватит провозглашения БССР. В эти дни пионерам и школьникам от имени руководства партизанских отрядов  и школ были вручены подарки.

   Широкое распространение в лесных школах получила физкультурно-оборонная работа. Школа была военизировано, потому партизаны помогали детям строить спортивные площадки. По воспоминаниям секретаря Брестского обкома комсомола Ф.Рома, в одном с семейных лагерей под руководством летчика В.Ф.Кавалева (Героя Советского Союза) построили площадку с перекладиной, беговой дорожкой, шестом и местам для бросания  гранат. [7,c.55]

    Важное значение в работе пионерских отрядов,  лесных школ имела организация трудовой деятельности учеников в после учебное время. В особенности высокая трудовая активность пионеров  и школьников выявилась в процессе хозяйственных работ при семейных лагерях и партизанских отрядах. Так пионерам школы №2 2-га семейного лагеря при партизанском отряде имени Макаревича был посажен огород. В одном с документов  отмечается, что "во всех хозяйственных работах школьники принимали самое непосредственное участие".[7,c.55]

   Таким образом, советская школа, созданная на территории Беларуси во условиях оккупации, рассматривалась как один со средств борьбы с немцами. Массовая политическая и культурная работа, которая проводилась комсомольскими органами и  организациями под руководством партийных органов, сыграла важную роль. Она содействовала идейному объединению и организованности партизан помогала втягивать молодежь  в борьбу против немецких оккупантов. Школы становились центрами пропагандистской и агитационно-массовой работы не только с детьми, но и взрослыми. Их создание и деятельность происходили в невероятно тяжелых  условиях.

Учителя несли ученикам знания, которые оберегали бы  их от морального гнету и физического уничтожения, вырастить детей в духа ненависти к гитлеровцам и преданности своей Родине.

Следует упоминать также про комсомольские организации, которые находились на оккупированной территории.

Установление оккупационного режима, массовый террор, отсутствие связи с руководящими центрами вызвали известную растерянность в рядах патриотов. Оказавшись в новой обстановке, одни патриоты просто не знали с чего начинать, а другие, уходили в советский тыл. В октябре-ноябре 1941г. первый серьезный удар был нанесен патриотам Могилева. В сообщениях полиции безопасности и СД отмечалось, что было выявлено и расстреляно 30 коммунистических организаторов, которые вели агитацию и ставили перед собой цель создать широчайшую сеть большевистского подполья.

Из заблаговременно оставленных на оккупированной территории 73 руководящих комсомольских работников к началу 1942 г. погибло 15 человек, по существу не успевших организовать работу по мобилизации молодежи на борьбу с врагом. Это привело к значительному сокращению руководящих центров комсомольского подполья. Из 19 заранее созданных подпольных областных и районных комитетов ЛКСМБ к декабрю 1941 г. продолжили борьбу только 12.Не все заранее созданные и самостоятельно возникшие молодежные организации сумели развернуть активные действия. Так, ни в одном районе Витебской области даже к концу 1942г. не было достигнута количественный уровень нелегальных комсомольских организаций, которые были заблаговременно созданы к августу 1941г.Такое положение было вызвано рядом причин.

Во-первых, как уже отмечалось, некоторые организации были раскрыты и разгромлены.

Во-вторых, часть подпольщиков при угрозе расправы над ними вливалась в ряды партизан.

В-третьих, определенная часть комсомольцев и молодежи, в условиях  удаления линии фронта от территории Беларуси, под воздействием широко развернутой пропагандистской кампании, умноженная на массовый террор  оккупантов, растерялась. Некоторые ушли в глубокое подполье, другие начали сотрудничать с оккупантами, шли на службу в полицию, органы местного управления, добровольно выезжали на работу в Германию. Только в минской области  служило в полиции, органах абвера и  местной администрации более 40 бывших членов ВЛКСМ.

В-четвертых, ослабление активности молодежного движения осенью-зимой 1941-1942 гг. было связано с общими трудностями развития патриотической борьбы. Сказались недооценка роли народного сопротивления со стороны партийного и государственного руководства страны в довоенный период, а также просчеты, допущенные в ходе создания подполья.

До весны 1942 г. делами белорусской  молодежи занимался в основном М.В.Зимянин и в некоторой степени А.М. Черникова и М.П. Барашков. В постановлении ЦК КП(б)Б  "О мерах по улучшению связи и руководства подпольными партийными организациями и партизанскими отрядами Белоруссии" от 31января 1942 г. даже нет упоминания о необходимости развития комсомольско-молодежного движения на оккупированной территории  Беларуси.

Однако, несмотря на допущенные ошибки, молодежное сопритевление оккупантам в этот период хотя и было значительно ослаблено, но не подавлено.Даже жесточайшая кампания по разгрому патриотического подполья, развернутая карательными органами осенью-зимой  1941-1942 гг.,лишь приостановила, но не прекратила сопротивление молодежи.В крупных городах,деревнях Беларуси молодые патриоты продолжали борьбу с врагом. На смену погибшим вставали сотни новых молодых борцов.

С марта-июля  1942г. начинается новый этап развития комсомольско-молодежного движения.Он характеризуется организационным оформлением областных и большей части межрайонных и районных комитетов ЛКСМБ, созданием комсомольских организаций в партизанских подразделений, расширением сети патриотических организаций в населенных пунктах, городах и поселках оккупированной территории Беларуси.

Важными событиями этого времени, повлиявшими на развитие молодежного патриотического движения, стали организационное кадровое оформление, укрепление и расширение состава Центрального Комитета ЛКСМБ. С марта 1942г. обязанности второго секретаря ЦК ЛКСМБ стал выполнять С.О.Притыцкий, имевший богатейший опыт борьбы в подполье Западной Беларуси.На  Ф.А.Сурганова были возложены обязанности секретаря по пропаганде и агитации.

Весной-летом 1942г. ЦК ЛКСМБ принял ряд мер по укреплению комсомольско-молодежного подполья на оккупированной территории Беларуси.Важным шагом в определении ближайших задач по совершенствованию работы ЛКСМБ в тылу врага явилось постановление ЦК ЛКСМбБ “О ближайших мероприятиях по востонавлению и укреплению комсомольских организаций Белоруссии в тылу немецко-фашистских оккупантов”, принятое в апреле 1942 г. В нем указывалось что главной задачей комсомольских организаций “является мобилизация всех комсомольцев и молодежи Беларуси на войну против гитлеровских захватчиков.выполнения этой задачи должна быть подчинена вся работа комсомольских организаций и руководящих  органов ЛКСМБ сверху донизу. Постановление определяло перспективу деятельности  молодежных органов и организаций на оккупированной территории Беларуси, что было немаловажным фактором, способствовавшим совершенствованию строительства комсомольско-молодежного движения в тылу врага.

Однако это документ не был лишен пропагандистских, риторических шаблонов того времени, Так, в резолюции, в частности, отмечалось, что комсомольские организации должны руководствоваться указаниями, содержащимися в обращении ЦК КП(б) Беларуси, СНК и Президиума Верховного Совете БССР о том, что «каждый патриот Родины, каждый колхозник и рабочий, комсомолец и комсомолка должны быть организаторами отряда, группы или боевой ячейки по истреблению фашистов. Трудно представить, как можно было провести работу, чтобы в сложной обстановке оккупационного режима реализовать данные требования.

Важным направлением в строительстве комсомольско-молодежного подполья на данном этапе являлся отбор и подготовка необходимых кадров, формирование руководящих подпольных органов, которые должны были стать центрами развития сети подпольных организаций в населенных пунктах.

Практическая реализация этой задачи осуществлялось двумя путями. Часть руководящего звена подпольных областных и районных комитетов ЛКСМБ подбиралась в советском тылу и засылалась на оккупированную территорию. Почти половина руководящих комсомольских работников подбиралась  на местах из числа партизан и подпольщиков. 

По сравнению с марта 1942 г. количество подпольных комсомольско-молодежных организаций увеличилось почти в 4 раза. В тылу врага действовала свыше 1300 комсомольских организаций, объединявших 5800человек.

Для оказания практической помощи в налаживании работы комсомольско-молодежного подполья на захваченную территорию Беларуси регулярно посылались инструкторы, уполномоченные ЦК ЛКСМБ.

Авторитет комсомола среди молодежи был, несомненно, высоким. Свидетельством того являлось желание стать членами комсомола не только местной молодежи, но и многих молодых зарубежных антифашистов, перешедших на сторону белорусских партизан из немецкой армии. Например, комсомольская организация партизанского отряда им.С.М.Кирова Брестской области приняла в члены ВЛКСМ сербов Маливука Радонова,Душана Иовановича,Виктора Ембреуша.В бригаде «Штурмовая» Минской области в комсомол вступили словаки Юзеф Цифра,Стефан Длугаш,Юзеф Лавро.

Опыт показывает, что несмотря на беспощадный террор, развернутый оккупантами против участников народной борьбы, число комсомольско-молодежных организаций и их ряды постоянно расширялись, охватывали все большую часть белорусской молодежи. Входе борьбы шло организационное укрепление и расширение сети комсомольско-молодежного подполья в партизанских подразделениях и населенных пунктах оккупированной территории Беларуси. Вырабатывалась наиболее приемлемая организационная структура, совершенствовалась система конспиративной работы, формы внутрисоюзной деятельности.

б.Деятельность Компартией Белоруссии. Задачи идейно-политической работы на оккупированной территории решались Компартией Белоруссии, ее подпольными партийными организациями в рамках традиционных форм идеологической работы Коммунистической партии -печатной пропаганды (листовки, лекции, газеты, журналы),устной агитации и пропаганды(беседы, лекции, митинги), культурного просвещения и наглядной агитации. Широко применяя проверенные временем формы работы в массах, партийные комитеты настойчиво изыскивали и умело применяли новые, отвечающие условиям оккупированной врагом территории республики. Среди них - переписка фронтовиков, тружеников советского тыла с партизанами, посылка делегатов партизан в советский тыл, использование в агитационной работе писем из Германии от граждан республики, изгнанных на фашистскую каторгу, распространение сатирических стихов, частушек, песен, направленных против гитлеровских оккупантов, и др.

Организацией и проведением идейно-политической работы на оккупированной территории республики руководил Центральный Комитет КП(б)Б через отдела пропаганды и агитации.

Идейные семена политико-воспитательной работы Компартии Белоруссии в тылу врага ложились в хорошо подготовленную почву. У населения временно оккупированной территории республики в годы Великой Отечественной войны со всей силой сказывалась весомость морально-политического капитала, приобретенного в предвоенные годы. Лозунги и призывы Коммунистической партии, обращенные к населению оккупированных врагом районов и выражавшие его коренные интересы, давали четкий ответ на вопрос, что делать, становились дня них руководством к действию.

Создание в тылу врага широкой сети подпольных партийных органов позволило Компартии Белоруссии организовать и систематически вести среди населения целеустремленную идейно-политическую работу. Для этого она располагала соответствующими кадрами партийных работников, агитаторов и пропагандистов. В качестве организаторов и руководителей всенародной борьбы в тылу врага ЦК  КП(б) Б направлял в первую очередь тех, кто в предвоенные годы своим трудом снискал полное доверие, заслужил у народа большой авторитет и признание.

На первых порах, когда зарождавшееся партийное подполье в Белоруссии еще не имело прочной связи с ЦК КП(б)Б, задачи идейно-политической работы среди населения определялись с учетом конкретной обстановки на оккупированной территории. Каждый коммунист, где бы он ни оказывался в дни тяжелых для Родины испытании, не дожидаясь указаний, занимал свое место на переднем крае борьбы с фашизмом. Руководством для коммунистов, оказавшихся в тылу врага, был завет В.И.Ленина о том, что в условиях жесточайшего террора члены партии не должны дожидаться указаний из центра, а сами создавать подпольные инициативные группы, пусть сначала небольшие. 

Несмотря на героическое сопротивление части Красной Армии, к концу 1941года территория Белоруссии оказалась оккупированной фашистскими захватчиками. В условиях жестокого оккупационного режима, построенного на политике грабежа и насилия, массовых репрессий перед Компартией Белоруссии встала чрезвычайно важная и сложная задача организации трудящихся республики на борьбу с немецко-фашистскими захватчиками.

Практика работы Компартии Белоруссии по обеспечению политического влияния на население в тылу врага, где находились ЦК КП(б)Б, через печать, радио, а также непосредственно силами подпольных партийных комитетов и организаций, действовавших на оккупированной территории.

Следует подчеркнуть, что общие задачи идейно-политической работы Компартии Белоруссии в тылу врага вытекали из задач всей идеологической работы Коммунистической партии Советского Союза в годы Великой Отечественной войны и сводились к главному-развитию всенародной борьбы против гитлеровских захватчиков. На различных этапах войны эти задачи уточнялись, конкретизировались в зависимости от обстановки на фронте, в советском тылу и на оккупированной территории.

Используя все имеющиеся средства, надо было добиться того, чтобы каждый житель республики, оказавшийся в тылу врага, уяснил сущность преступных замыслов фашистских захватчиков, осознали необходимость выстоять в смертельной схватке с врагом, сохранить высокий моральный дух. Предстояло парализовать натиск фашистской пропаганды, противопоставив ей правдивую информацию о событиях на фронтах о причинах наших неудач в начале войны, разъяснить людям характер происходящих событий, укреплять веру неизбежный разгром фашизма. Главная задача была  укрепить политическую сознательность советских людей, добиться того, чтобы каждый советский человек осознал свою личную ответственность за судьбу Родины. Задача идеологической работы Компартии Белоруссии состояла в том, чтобы выработать у трудящихся республики готовность к длительной борьбе с врагом, формировать такое политико-моральное состояние населения, в котором была бы высокая сознательность и стойкость.

Решение этой задачи для Компартии Белоруссии было сложным в период временных военных неудач Красной Армии. Вражеская оккупация территории республики, резкое ухудшение материально-бытовых условий и другие трудности, безусловно, влияли на людей. Воспитывая население в духе советского патриотизма, партийные организации широко пропагандировали героические подвиги воинов Красной Армии на фронтах, разоблачали лживые измышления фашистской пропаганды, пытавшейся путем клеветы и запугивания подавить волю людей к борьбе. Поэтому каждая весть пропагандиста об успехе на фронтах Красной Армии, героических подвигах ее воинов вселяла в трудящихся республики бодрость духа.

Воспитывая законное чувство ненависти к немецко-фашистским захватчикам, без которой нельзя было победить врага, Коммунистическая партия в тоже время со всей решительностью выступила против национализма и шовинизма, против отождествления клики Гитлера с немецким народом. Определяя отношение к немецкой нации, партия руководствовалась классовым принципом, высказанным В.И. Лениным."Ненависть к немцу, бей немца"- такое был и остался лозунг обычного, т.е. буржуазного, патриотизма,-писал Ленин в условиях развертывания иностранной интервенции весной 1918 года.-А мы скажем:"Ненависть к империалистическим хищникам, ненависть к капитализму, смерть капитализму" и вместе с тем:"...Оставайся верен братскому союзу с немецкими рабочими".[12,c.89]

Руководствуясь этим ленинским положением, в разгар ожесточенных боев на фронтах, в условиях жестокого фашистского оккупационного режима партийные пропагандисты стремились донести и разъяснить массам содержание приказа Верховного Главнокомандующего, народного комиссара обороны СССР И.В. Сталина от 23 февраля 1942 года, в котором подчеркивалось, что Красная Армия не имеет своей целью истребление немецкого народа и уничтожение германского государства, что "было смешно отождествлять клику Гитлера с германским народом, с германским государством." [12,c.89]

Важным направлением идейно-политической работы Компартии Белоруссии среди населения было разоблачение идеологии и политики фашизма в социально-экономической области. Подпольные партийные организации наглядно раскрывали антинародный грабительский характер политики гитлеровцев на временно оккупированной территории СССР, в том числе и в Белоруссии, воспитывали чувство коллективизма, взаимопомощи, призывали трудящихся к сохранению народных богатств от разграбления и уничтожения гитлеровцами, оказанию помощи партизанам.

Важным участком идейно-политической деятельности Компартии Белоруссии в тылу врага являлось разложение личного состава вражеских войск. Эта работа давала свои ощутимые результаты, способствовала сплочению антифашистских сил для борьбы против главного врага человечества-гитлеровского фашизма. Правдивое большевистское слово, несмотря на трудности доведения, оказывало активное влияние на сознание многих солдат и офицеров противника, осмысливание ими  подлинного значения агрессивной, варварской войны, ведущейся гитлеровским вермахтом.

Большая работа подпольными комитетами и организациями Белоруссии проводилась по срыву попыток гитлеровцев в создании националистических антисоветских вооруженных формирований, разоблачению фашистских марионеток из "Белорусской самопомощи","Белорусской рады доверия","Белорусской центральной рады", профашистского "Союза белорусской молодежи".Эти и другие провокационные затеи оккупантов оказались тщетными. Они не помогли фашистам  и их прислужникам обмануть хотя бы часть населения Белоруссии.

Среди арсенала средств и форм идейно-политической работы Компартии Белоруссии в тылу врага высокой эффективностью отличалось печатная пропаганда. Она являлась одним из сильных средств партии в мобилизации масс на борьбу против немецко-фашистских захватчиков, служила важнейшим звеном, связывающим партию с народом. Уже в 1941-1942 годах на оккупированной территории Белоруссии подпольными партийными комитетами издавалось 13 газет. В числе их следует прежде всего назвать "Звязду","Вицебски рабочы" и ряд других.

Направление газет и ее задачи определили следующие темы: разъяснение населению справедливого характера Отечественной войны, разоблачение кровавых замыслов оккупантов против народа, пропаганда героических подвигов воинов Красной Армии на фронте, освещение  деятельности тружеников тыла, событий за рубежом, вселение в массы уверенности в неизбежном разгроме гитлеровцев и изгнании их из пределов Советской Родины, призыв населения оккупированных районов к разжиганию партизанской войны. Популярности газет во много способствовала публикации известных белорусских поэтов и писателей, обращенные к своему народу.

Большой популярностью среди населения оккупированной Белоруссии и партизан наряду с  агитплакатом "Раздавім фашысцкую гадзіну!",выпускавшимся отделом агитации ЦК КП(б)Б с июля 1941 года,, пользовался успехом у читателей также сатирический листок "Партызанская дубінка".Он публиковал стихотворения, басни, карикатуры. Сатирическими средствами листок разоблачал вероломство фашистских оккупантов, призывал советских людей к активной борьбе с ними. В издании "Партызанская дубінка" активное участие принимали П.Бровка, П.Глебка, К. Крапива, П. Панченко,К. Чорный, Е.Зайцев и другие белорусские писатели и художники.

Огромную роль в работе Компартии Белорусии по мобилизации трудящихся масс на всенародную борьбу против гитлеровских поработителей играл ее печатный орган-газета "Савецкай Беларусь", весь тираж которой доставлялся  в тыл врага.

Ведущей темой "Савецкай Беларусі" было воспитание населения  республики в духе социалистического патриотизма, ненависти к фашистским оккупантам. На ее страницах помещались документы Коммунистической партии и Советского правительства, сводки Совинфорбюро, сопровождавшиеся, как правило, комментариями обозревателей, и т.д.Их содержание раскрывало планы и действия гитлеровцев, развенчало миф о непобедимости фашистской армии, помогало каждому партизану, подпольщику уяснить свое место в священной борьбе за свободу и независимость социалистического Отечества.

Большое внимание уделяло газета усилению политической работы подпольных партийных комитетов и организаций среди партизан, подпольщиков и всего населения республики. Так, 12 июня 1943 года в передовой статье "За боевую политическую агитацию в партизанских отрядах" газета подчеркивала прямую связь усиления ударов вражеским тылам с повышением эффективности политической работы среди партизан, необходимостью привития каждому народному бойцу  чувства священного долга  перед Родиной. Вопросы политической агитации, указывала газета, должны стоять в центре внимания партийных организаций и комиссаров. Дело чести партийных организаций принять все меры к тому, чтобы систематически информировать  партизан о героической борьбе Красной Армии, о жизни тыла. Газета "Савецкая Беларусь" смогла стать подлинным пропагандистом, агитатором и организатором трудящихся масс на борьбу  с гитлеровскими оккупантами. 

На страницах "Савецкай Беларусі" часто выступали видные партийные и советские работники республики.Так, 25 февраля 1943 года газета на двух своих полосах опубликовала статью первого секретаря ЦК КП(б)Б П.К. Пономаренко "Партызанская вайна ў Беларусі", в которой давался анализ истоков и характера партизанского движения.

Большое воспитательное значение имела публикация на страницах "Савецкай Беларусі" писем фронтовиков и тружеников тыла партизанам, родным и знакомым, оказавшимся на оккупированной территории, и ответных писем. В июле 1943 года, например. письмам родственников из советского тыла к партизанам, газета отвела целую страницу под шапкой "Мы з вамі, родныя!. Периодические издания являлись сильным средством политического воспитания партизан и населения, были незаменимым пособием для пропагандистов и агитаторов. Несмотря на не сравнительно небольшие тиражи и объем, они сыграли огромную роль в расширении партизанского движения в Белоруссии,мобилизации трудящихся республики на активную борьбу с оккупантами.Хорошо дополняя издания, поступающие из-за линии фронта, они выступали важным средством идейно-политической работы Компартии Белоруссии в тылу врага.

Особой формой злободневной политической информации в тылу врага являлись листовки. Они представляли собой наиболее распространенный вид печатной пропаганды.Как правило, писались они по конкретному поводу, кратко, образно, звали к действию.Листовки являлись важным средством агитационно-пропагандистской и политико-воспитательной работы.

Центральный Комитет КП(б)Б с первых дней фашистской оккупации территории республики организовал массовый выпуск листовок, призывавших население подниматься на борьбу с гитлеровскими захватчиками.

Отдельной листовкой многотысячным тиражом было отпечатано и широко распространено на оккупированной врагом территории республики Обращение ЦК КП(б)Б к белорусскому народу с призывом -всем, как один,встать на защиту своей социалистической Родины."Дорогие братья и сестры!-говорилось в нем.-Недалек час вашего освобождения из лап кровавого захватчика.Все силы, всю волю свою соберите в железный кулак и бейте, бейте так по врагу, чтобы искры сыпались из его глаз, чтобы горела земля под его ногами." [12,c.125]

Всего за годы фашистской оккупации территории республики ЦК КП(б)Б издал около 70 обращений и листовок, отпечатанных многомиллионными тиражами и распространенных в тылу врага. Только с начала войны до августа 1943 года в Белоруссию было переправлено около 10 миллионов листовок.Огромное количество листовок выпускали  на местах партийные комитеты.Написанные от руки, размноженные на машинке или изданные типографским способом,они оперативно откликались на самые актуальные вопросы жизни и борьбы трудящихся, сообщали населению правду о положении на фронтах, разоблачали лживую фашистскую пропаганду, звали к борьбе.

Партийные комитеты большое внимание уделяли содержанию листовок, заботясь о том, чтобы доходчивее донести народу подлинную правду, помочь каждому советскому человеку лучше понять свою задачу, свой долг перед Родиной.Часто содержанием листовок являлись тексты отдельных выступлений руководителей Коммунистической партии и Советского правительства, обращений ЦК КП(б)Б и правительства БССР к трудящимся республики.

Широкое распространение получили остро сатирические письма партизан Гитлеру, оформлявшиеся в виде листовок.В них высмеивались Гитлер и его подручные, на подлинных фактах показывалась беспомощность оккупантов в борьбе против партизан. Едкий народный юмор,хотя подчас и не всегда в литературных выражениях,меткая характеристика фашистских главарей снискали таким письмам большую популярность у населения и партизан.Каждая листовка, какому бы конкретному вопросу она ни посвящалась, заканчивалась страстными призывами:" Все на борьбу с фашистскими оккупантами!", "Вступайте в партизанские отряды!".

С помощью листовок подпольные партийные комитеты и партийные организации Белоруссии укрепляли свои связи с населением, вовлекали его в активную борьбу с немецко-фашистскими оккупантами. Подсчитать общее количество всех листовок,изданных подпольными партийными комитетами и организациями Белоруссии, отдельными советскими патриотами, не представляется возможным.Многие из них,напечатанные на машинке или написанные от руки, просто не сохранились. Однако можно с полным основанием утверждать, что все подпольные партийные,комсомольские организации,печатали, распространяли листовки и воззвания, которые сыграли важную роль в росте политического сознания населения и партизан.Люди видели, что в тылу врага действуют партийные органы, коммунисты,что в тылу врага действуют партийные органы,коммунисты, что с фашистскими захватчиками самоотверженно борются советские патриоты.Это вселяло бодрость, поднимало настроение жителей оккупированных врагом территорий, звало на борьбу с фашистскими поработителями.

Распространение печати на оккупированной территории было ответственными опасным  делом.За каждую обнаруженную у местного жителя листовку или газеты  гитлеровцы карали смертью.Несмотря на это, тысячи патриотов, рискуя жизнью, несли в массы советские подпольные издания. Они шли на самопожертвование,глубоко веря, что делают нужное для Родины дело.

В работе Компартия Белоруссии в годы войны важное место отводилось литературе и искусству.Учитывая их значение как мощных средств идеологического воздействия на массы, Коммунистическая партия страны через газету"Правда" призвала деятелей культуры "воспитывать во всем нашем народе чувство беззаветной и самоотверженной любви к Родине, чувство священной ненависти к подлому врагу,чувство бесстрашия и презрения к смерти".[12,c.189]Главными темами литературы и искусства в годы войны стали Родина и победа, героический образ советского человека.

Своеобразие и новизна задач, вставших перед советской литературой военного времени, выдвинули на первый план наиболее мобильное писательское оружие - художественную публицистику, очерк. С яркими произведениями политической публицистики выступали Ванда Василевская, Всеволод Вишневский, Борис Горбатов, Леонид Леонов, Николай Тихонов, Михаил Шолохов и многие другие.Лучшие произведения писателей печатались на страницах центральных газет и журналов, значительная часть которых засыпалась во вражески тыл.Огромной популярностью у партизан Белоруссии пользовалась публицистика А.Тостого, его "Кровь народа"," Я призываю к ненависти". 

Большое место в творчестве прозаиков занимали произведения, посвященные борьбе советских людей на временно оккупированной территории. Широко и полно эта тема раскрыта в "Радуге" В.Василевской и "Непокоренных" Б.Горбатова.

Поступки героев художественных произведений представляли вдохновляющий пример служения социалистическому Отечеству.Воспетые на их страницах героизм воинов Красной Армии, партизан,интеллигенции в тылу врага вдохновляли советских людей на оккупированной территории, звали их на подвиг.

С первых дней Великой Отечественной войны по призыву партии в ряды защитников Родины встал большой отряд деятелей литературы и искусства Советской Белоруссии.Литераторы в своих произведениях  обличали зверский облик фашизма, показывали его неизбежную обреченность,звали население оккупированных районов на священную войну,поднимали его боевой дух,воспитовали патриотические чувства.С огромной силой эти мотивы выражены в произведениях народных поэтов Белоруссии Янки Купалы и Якуба Колоса.

Уже первые публицистические выступления Янки Купалы "Поднялась Беларусь", "Земля горит под ногами фашистов","Клич к белорусскому народу" стали яркими документами эпохи, своим острием направленными на разоблачение человеконенавистнистнических планов Гитлера и его подручных. В статье "Поднялась Беларусь", опубликованной В "Известиях" 11 июля 1941 года, Я. Купала убедительно показывал тщетность намерений фашистов сломить гордый дух свободолюбивого белорусского народа, парализовать его волю к борьбе, превратить в своего раба. В статье "Белорусский народ не позволит себя закабалить" Купала писал, что белорусы мужественно сражаются за свободу Советской страны в неразрывном единении со всеми братскими народами; они знают,  что обрести свободу и счастье смогут только в совместной борьбе."Великий русский народ, - говорил Я.Купала,- вместе с украинским, белорусским, грузинским, вместе со всеми народами нашей страны раздавят фашистского гада! Мерзкий позорный знак свастики будет уничтожен навсегда!". [23,c.125]

Я Купала выступал в печати как борец.Его художественное слово с беспощадной силой обрушивалось на головы гитлеровских захватчиков.Поэт верил, что поднявшийся на битву с фашистами народ не склонится перед врагом, не станет его рабом.Поэзия Купалы была полна тех благородных чувств, которыми жил белорусский народ, того пафоса и подъема , которые были так необходимы в суровое время войны. Он был вместе с народом, говорил ему ясно и убедительно о сущности разбойничьих целей врага, гневно разоблачал перед всем миром Гитлера как самого лютого грабителя.

Огромной художественной силы достиг Я.Купала в стихотворении "Беларускім партызанам".Оно сразу же было переведено на русский язык, издано листовкой и широко распространено на временно оккупированной территории. Это стихотворение - вдохновенный документ исторического и поэтического значения, целая программа борьбы, сгусток той ненависти, которую несли в своих сердцах все население республики к фашистским убийцам.

Неповторимым образцом публицистической лирики военных лет является творчество народного поэта Белоруссии Якуба Коласа. Его произведения выражали твердую уверенность в неодолимой силе советского народа, правильности руководства Коммунистической партии. Мотивы ненависти к врагу у Я. Коласа тесно переплетались с патриотическими призывами отстоять независимость Родины, защитить призывами отстоять независимость Родины, защитить свободу. Основным и единым лирическим героем поэзии Коласа военного времени был обобщенный образ советского патриота, верного защитника родной земли, воина Красной Армии, партизана и труженика тыла, живших одним стремлением - одержать победу над врагом, освободить родную землю от врага.

Произведения Я. Коласа против фашистских захватчиков звучали мощным призывом к родному народу, звали его на борьбу.

Яркими художественными страницами в летопись периода Великой Отечественной войны вошли произведения Петра Глебки, Аркадия Кулешова, Михася Лынькова, Кондрата Крапивы, Кузьмы Чорнаго, Михася Машары и других белорусских писателей. В них звучала тема Родины, во всем величии раскрывались высокие идейные и моральные качества советских людей; слышалась острая боль за страдания и слезы родного народа, оказавшегося под игом фашистских захватчиков. С большой поэтической страстью, эта вера народа в правоту своего дела и неизбежную победу над врагом выражена в мужественных строках стиха П. Бровки "Маці":

Не раз мы зносілі насланую бяду,

Не раз знішчалі мы драпежнікаў шалёных;

Змяце зямля і гэтую брыду,-

І выйдзе Беларусь з палону. [12,c.119]

Пламенные слова белорусских писателей были острейшим оружием в борьбе с врагом. Они помогали Компартии Белоруссии в мобилизации духовных сил народа на борьбу против немецко-фашистских оккупантов. Важным средством идейно-политической работы в партизанских формированиях были так называемые малые формы всех видов художественного творчества: стихотворения, песни, плакаты, карикатуры, авторами которых были сами партизаны.

В издаваемых подпольными партийными комитетами на оккупированной врагом территории Белоруссии газетах, а также в рукописных журналах, боевых листках большое место отводилось самодеятельному художественному творчеству. Стихи, рассказы, песни слагали командиры, политработники, рядовые партизаны. В них показывались героические подвиги, мысли и чувства народных бойцов.

Огромное значение в идеологической работе Коммунистической партии в годы войны принадлежало музыке. Основную тематику белорусских композиторов в те годы составляла всенародная борьба трудящихся республики против немецко-фашистских захватчиков в тылу врага. Так, кантаты А.В. Богатырева "Белорусским партизанам" (на стихи Янки Купалы", написанная в 1942 году явились первыми музыкальными произведениями, в которых призыв к мужеству, ненависти к врагам, уверенность в победе вызвали к жизни качественно новый художественный образ, утверждающий духовную силу, патриотизм народа.

Самым распространенным музыкальным жанром была песня - наиболее популярный жанр музыкального творчества. Несшая заряд гражданственности, вселявшая в суровые годы войны и фашистской оккупации мужество, звавшая народ на борьбу, она стала большой политической силой. Песня объединяла партизан и население в единую боевую силу, вдохновляла на подвиги. Особенно большую роль играла революционная песня, и в первую очередь гимн коммунистов "Интернационал".

В дни войны поэт Петрусь Бровка и композитор Е.К. Тикоцкий создали оперу "Алеся" о жизни и борьбе белорусских партизан. Поэт М.Н. Климкович и композитор Н.Ф.Соколовский написали песню "Мы -белорусы", ставшая позже, в 1955 году, Гимном БССР.

В песенном репертуаре  населения Белоруссии значительное место занимали юмористические и сатирические частушки. Высмеивая фашистских поработителей, их авторы показывали, как на борьбу с фашистскими оккупантами встают самые широкие массы трудящихся республики. Гитлеровские оккупанты попадают здесь в комическое положение и нередко бесславно погибают:

І за мёдам, і за гускай 

Лезлі на нас гадзіны;

І за тое куляй рускай 
Штабалямі складзены. [12,c.135]

Из частушек вставал сатирический облик кровожадного Гитлера, планы которого-добиться мирового господства, были обречены на провал:"Цяжка Гітлеру дыхнуць-дыхавіцу спёрла: хоча шар зямны глынуць, ды не лезе ў горла".[12,c.147].В частушках показывалась твердая уверенность народа в скорой победе над врагом, в возвращении к мирной жизни.

В условиях развития борьбы во вражеском тылу появились новые звенья идейно-политического назначения - агитотряды. Первый такой агитотряд возник в январе  1944 года. Он был создан в соответствии с решением Вилейского подпольного обкома партии при партизанской бригаде имени К.Е. Ворошилова. Агитотряд  состоял из ансамбля песни и пляски - это был самый крупный коллектив партизанской художественной самодеятельности ( до 70 человек).Агитотряды часто выступал с концертами в населенных пунктах Поставского, Глубокского и других районов. Только за январь-март 1944 года он дал 67 концертов с охватом около 27 тысяч человек.

Агитотряд пользовался большой популярностью среди населения. На каждом его выступление собирались жители нескольких окрестных деревень. Вот один из  многих отзывов на выступление агитотряда:"Мы, жители деревни Шляпы, остались в большом восторге, прослушав концерт и просмотрев танцевальные номера, которые нам показали артисты, за то, что все посетившие его жители деревни  выносим большую благодарность, а также в будущем просим по возможности заглядывать к нам, а мы будем вас встречать с хлебом-солью." [23,c.125]

Как правило, в программу выступления агитотряда входили: политический доклад, песни. Значительную часть программы составляли номера, в которых остроумно и едко высмеивались фашистский "новый порядок",гитлеровцы и их прислужники. В репертуаре были песни на русском, белорусском, украинском,польском языке.

Распространенной формой идейно-политической работы партийных комитетов и организаций среди населения было самодеятельное изобразительное искусство. Условиям и возможностям художественной агитации в тяжелых условиях оккупации более всего соответствовала "графика малых форм": рисунок, плакат, карикатура, поскольку в тех условиях художественные полотна, скульптурные работы, графические листы больших форматов и объемов были практически трудно осуществимы.

Много графических работ на партизанскую тематику выполнил художник С.Р. Романов. Острой наблюдательностью и лаконизмом отличаются его сюжетные карандашные рисунки "Короткий привал","Бой в гарнизоне","Привели "языка" и другие. Различными по тематике и манере исполнения были рисунки художника Н.И.Обрыньбы. Имея профессиональное образование, он в сложных условиях партизанской войны создал ряд живописных полотен, отличающихся большой документальностью и исторической ценностью. В их числе картина "Выезд партизанской бригады Дубова на операцию", в композицию которой вошло более 50 персонажей. В 1942-1943 гг. художник написал 8 крупных полотен, отображавших зверства фашистских захватчиков, героизм партизан. Развитие в годы войны получила белорусская скульптура. Большую серию скульптурных портретов партизан республики создал в годы войны старейший скульптор Белоруссии З.И. Азгур. Портреты отважных белорусских партизан Героев Советского Союза М.Ф. Шмырева, Михаила Сильницкого, секретаря Минского обкома партии В.И.Козлова - лучшие его работы военного времени.

В произведениях белорусских художников и скульпторов периода войны ощущается дыхание суровых дней героической борьбы. Они играли большую роль в мобилизации населения на борьбу с фашистами, воспитывали ненависть фашистским оккупантом.

Итак, война не остановила духовного развития советского общества.Несмотря на неимоверные тяготы и лишения советских людей в тылу врага,на кровь и смерть,их духовная жизнь оставалась насыщенной и интенсивной.В ее основе лежали высочайшая идейность, нравственность и гуманизм. Именно эти качества определяли сущность дела каждого жителя республики на оккупированной территории.

Социалистическая культура являясь составной частью общества, в годы войны стала культурой воюющего народа.Поставленные партией на службу великой цели разгрома фашизма, советская литература, искусства достойно выполнили свой гражданский долг перед народом,явились мощным оружием борьбы с захватчиками. Писатели и художники, музыканты и артисты штыком и гранатой, пером и кистью, силой правдивого художественного слова били ненавистного врага.Не только ратным подвигом, но и великой духовностью победил немецко-фашистских захватчиков советский народ.

Анализ идейно-политической  работы Компартии Белоруссии в тылу врага позволяет сделать ряд выводов о ее особенностях и роли в решении политических и военных задач.

Во-первых, сила и действенность этой работы, связанной с мобилизацией трудящихся республики на всенародную борьбу против немецко-фашистских оккупантов, заключалась в том, что она опиралась на марксистско-ленинскую теорию, велась с классовых, партийных позиций под непосредственным руководством ЦК ВКП(б).

Во-вторых, в ходе всенародной борьбы развивалась и совершенствовалась система партийного руководства идейно-политическим воспитанием населения на оккупированной территории.

В-третьих, опыт идейно-политической работы партии в суровое военное время показал, что агитация и пропаганда- это особое, сложное искусство политического воспитания и сплочения широких масс, активизации их действий в борьбе с врагом в интересах достижения победы советского народа в Великой Отечественной войне.Силой большевистского слова, близостью к массам, личной безупречностью в служении народу коммунисты являли собой пример для подражания. Люди верили им и шли за ними.

В-четвертых, идейно-политическая работа носила боевой, наступательный характер, выражавшийся в бескомпромиссности в защите правого дела, в наступательно-остром разоблачении идейного обмана, политической лжи, к которой широко прибегали органы фашистской пропаганды. Гитлеровцы создали в Белоруссии разветвленный пропагандистский аппарат, издавали около 50 газет и журналов, выпускали большое количество антисоветских листовок и плакатов. В Минске и Барановичах  работали радиостанции, которые вели передачи на русском и белорусском языках. Министерство Геббельса и гитлеровское командование систематически давали немецко-фашистским офицерам и солдатам наставления в области ведения пропаганды среди населения.

В этих условиях с первых дней фашистской оккупации территории республики на одно из ведущих мест идейно-политической работы Компартии Белоруссии выдвинулась контрпропаганда, направленная на обличение звериного облика фашизма, нейтрализацию, обезвреживание звериного облика фашизма,обезвреживание идискредитацию лживых фашистских измышлений.Результатом этой продуманной и систематической работы было то, что партийным комитетам и организациям удалось успешно защитить социалистическое сознание трудящихся республики от фашистской идеологии, укрепить боевой дух народа.Ставка гитлеровцев на антикоммунизм и антисоветизм как средство оболванивания белорусского народа провалилась



































Заключение.

             На оккупированной территории Белоруссии образовалась два течения коллабораниское и коммунистическое, которые явно и неявно влияло на          культурную жизнь населения. Но если с коммунистически путем все ясно, то с коллаборационистским много тайн. 

   На мой взгляд, коллаборационизм можно рассматривать с двух разных позиций. Если рассматривать коллаборационизм  с точки зрения советских источников, то выходит, что во время войны, гитлеровцы стремились широко использовать в своих целях местное население, заставляя его сотрудничать с ним. Это явление в 1953 г. получила название коллаборационизм (от французского ccolloboration - сотрудничество). Советский военно-исторический словарь объясняет  коллаборационизм как измену своей родине и переход на путь сотрудничества с врагом. Таким образом, оккупанты весь период своего нахождения в Беларуси активно насаждали пропагандистский тезис о высокоразвитой, доминирующей немецкой культуре, ее мировой роли, цивилизаторской в отношении белорусов. Для достижения своих целей гитлеровцами была допущена культуротворческая деятельность белорусских коллаборационистов. С пропагандистской подоплекой старались использовать школьное дело, артистические местные силы. Допускалось и даже поощрялось литературное творчество.

   После войны Соединенные Штаты Америки, начавшие превращаться в одно из сильнейших в мире государств, заинтересовались белорусскими предателями, которые могли им пригодиться в борьбе против СССР. Оставшись без хозяина, коллаборационисты с радостью предложили свои услуги. Поэтому в 1947 году в американской зоне оккупации «Рада БНР» была воссоздана и «президентом» стал Микола Абрамчик. Сей тип не гнушался сотрудничать со спецслужбами западных стран свидетельством чему является тот факт, что при аресте в 1951 году в БССР агента ЦРУ белоруса Ивана Филистовича у него было обнаружено удостоверение, выданное ему 11 марта 1951 г. М. Абрамчиком как члену Рады БНР. В нем М. Абрамчук предписывал сторонникам БНР на территории Белоруссии оказывать «господину Филистовичу всякую посильную помощь». 

   Как видно, вся история «беларускага нацыянальнага руху» - это история коллаборационизма и предательства. Белорусские националисты и белорусский народ всегда были по разные стороны баррикад. И тогда, когда националисты служили кайзеру, и тогда, когда они служили Гитлеру, и сейчас, когда они стали прислужниками американских строителей «Нового мирового порядка». 

   Но можно взглянуть на  коллаборационизм с другой стороны. Коллаборационизм было  долгое время закрыто для широкого читателя. Все время, даже и сегодня, на тех, кто сотрудничал с немецкими оккупантами смотрели и смотрят как на фашистских прислужников, которые предали своей Советской Родине. Однако какой Родине изменил  житель  Западной Беларуси, который родился еще во  временами Российской Империи, короткое время находился в БНР, БССР, жил два двадцать лет  на "Восходніх крэсах", а в Советском  Союзе пожил  только полтора года, с сентября  1939 по июню 1941 г. Неужели он успел стать полноценным гражданином самой "счастливой» в мире стране? А люди с Восточной Беларуси, которые 20 год жили под ужасом ленинско-сталинских репрессий? Те, в кого во время коллективизации отобрали кровью заработанный крестьянский хлеб, те, кто был репрессированный, чьи родственники были убиты  от пуль большевицких пистолетов в Куропатах? Неужели они должны были бороться за возращения  сталинских виселиц? Наиболее метко охарактеризовал тогдашние замыслы интеллигенции известный белорусский ученый Евфимий Кипель в своей книге воспоминаний "Эпизоды": "на немцев надеялись, ведь, представлялось, что хуже, чем при Советской власти не будет никогда". 

Ирония судьбы… Однако  для белорусов Великая Отечественная  война превратилась в гражданскую войну. Одни были по одну  сторону фронта - советскую, вторые - по немецкую; были и те, кто боролся под украинскими, польскими флагами, в отделах армии генерала  Власова. Большая часть белорусов была зажата между этими огнями. 

   22 июня 1941 г. началась немецкая оккупация Беларуси, на захваченной территории постепенно устанавливалась новая власть. Эту власть возглавили  надежные  белорусские политические деятели-эмигранты. В памяти были еще времена первой оккупации (1915--1918), когда немецкое армейское руководство немало способствовала белорусскому возрождению. В этой связи возникает только один вопрос – что делать с предыдущим периодом современной белорусской историографии и идеологии – переписывать или делать вид, что ничего не происходит? Потому что, на мой взгляд, не может быть одновременно частью белорусской истории Битва под Грюнвальдом и битва под Оршей; БНР и БССР; война с фашизмом, партизанское движение, и война с Советским Союзом, которую вели под руководством немецких войск на оккупированной территории и на фронтах последователи БНР. Нельзя быть одновременно и партизаном, и полицаем. Нельзя на одной руке носить нынешний, по сути, советский флаг Беларуси, а на другой – символ БНР - бело-красно-белый.

Война опять выявила стремление белорусов к независимости. Для народа, какой столетиями терпел национальное угнетение и не имел национального государства, сотрудничество с немцами стола единственным шансам спасания и крепления своей отличительности. Это был жест отчаяния, который обусловливался предыдущим российским и польским шовинизмом. Это было сотрудничество с сомкнутыми зубами. Приходилась идти на унижения. Согласно с международным правом такое сотрудничество не считаться преступлением, ведь оно не направлялась против собственного народа. Белорусских националистов нет оснований считать коллаборационистами, то есть единомышленниками нацистов. Настоящими коллаборационистами были только друзья партии Акинчика. Согласно мнениям ряда заграничных исследователей второй мировой войны, сотрудничества советского населения с оккупантами надо рассматривать как движение против сталинизма  и за установление национальных государств (Я. Гофман, Ю. Туронак). В 1941-1944 гг. выходила около 50 белорусских газет, журналов. В периодических изданиях разоблачались сталинские преступления, печатались исторические и этнографические материалы. За годы оккупации было написано около 60 новых музыкальных произведений (Алексей Туранков, Николай  Равенски), десятки стихотворений (Наталия Арсеннева, Масей Седнев). Белорусской интеллигенции удалось воспитать целый слой национально сознательной молодежи, большинство которой была вытолкнута войной в зарубежья.

   Приведения в курсовой работе материалы позволяют показать всю несостоятельности проведения немецкими властями мероприятий направленных на культурную и общественную жизнь Беларуси.Вся политика оккупантов сводилась к одному - сделать из белорусского народа рабов, а рабы в культуре не нуждаются. Оккупационные власти уничтожили государственную картинную галерею, расхитили представлявшие значительную ценность картины и скульптуры (более 500 произведений).Были разгромлены Белорусский театр и балета, 1-й Белорусский драмтеатр,Дома союзов писателей, художников и композиторов.Все, что представляло ценность, объявлялось собственностью рейха, вывозилось и растаскивалось различными конкурирующими ведомствами и службами оккупантов. Остальное бросалось бесхозным, просто уничтожалось на месте. Несколько изменилось положения вещей после провала блицкрига, но незначительно. Хоть и были открыты школы, театры все они были подстроины под нацистскую идеологию.

   Если рассматривать мероприятия проводимые советскими организациями в культурной сфере оккупированной Беларуси, то здесь видны положительные факты, как например  открытие школ, выпуск газет и многое другое. Но опять главная идея всех мероприятий была направлено на мобилизацию населения на борьбу с врагом, а не на духовное развитие развития.

    В результате Великой Отечественной войны Беларусь понесла колоссальные людские и материальные потери. Ни одна из вовлеченных в войну стран не испытала на себе такого ужасающего геноцида и разрушений, как Беларусь. Война оставила глубокий след в истории и менталитете белорусского народа. За годы войны погиб каждый третий житель Беларуси. Разрушению подверглось более 200 из 270 городов и районных центров Беларуси и около 90 процентов строений в Минске. Уничтожено более 9 тысяч деревень. Сумма материальных потерь в довоенных ценах составила около половины национального богатства страны. И как сказал в своем выступлении  Президент Республики Беларусь Александр Лукашенко: «Победа в Великой Отечественной войне - самое великое достояние нашего народа. Мы, благодарные потомки, преклоняемся перед доблестными фронтовиками и тружениками тыла, которые своим бессмертным подвигом в годы Великой Отечественной войны подарили нам возможность мирно жить и трудиться на свободной земле. Ценою многих жизней белорусы завоевали право на самостоятельность». [1,c.64].







Список литература.

1. Акупацыйны рэжым на тэрыторыі Беларусі [1941-1943 гг.] // Мяснікоў А.Ф. Вялікая Айчанная вайна савецкага народа( у кантэксце другой сусветнай вайны): курс лекцый.-Мн,2005.-с33-64

2.Бездзель В.Я. Палітыка акупацыйных улад у адносінах да дзяцей на тэрыторыі Беларусі (1941-1944). В.Я. Бездзель // Весн. БДУ- 2008 –№2-с14-24.

3. Беларусь у гады В.А.В.праблема гістарыяграфіі і крыніцазнаўство. Мн. 1999г. с.258

4.Беларусь в годы В.О.В./ отв. ред. Коваленя А.А,-Минск:Белта 2005г. с.544

5.Болсун Г.А. Фашистская пропаганда на оккупированной территории Белоруссии (1941-1943 гг.)//Веснік  БДУ-1997-№3-с8-10

6.Гамах Н.А. Оккупационная политика в области образования и культуры (1941-1944 гг.) //55 гадоў Перамогі ў В.А.В.:новыя факты, між. вуз. студэнц. навук. -практ. канф.(4-5 мая 2000г.)-Брэст-2000-с17-34

7. Жылінскі М.Г. Арганізацыя і праца савецкіх школ на акупіванай тер. Беларусі у гады В.А.В. //Весці Бел. дзяр. пед. ун-та.-2004-№2-с.45-57.

8.Здановіч У.В. Акупацыйны рэжым на тэрыторыі Беларусі у гады Вялікай Айчыннай вайны: гісторыяграфія праблемы (1940-1980-я гг.) У.В. Здановіч //Весн. Віцеб. Дзярж. ун-та-2008-№2-с45-67.

9.Каваленя А.А. Дзейнасць маладзежных арганізацый на акупіраванай герман. агрэсарамі тэрыторыі Беларусіі. Палітыка трэцяга рэйха у адносінах да маладежы. // Рэспубліка.-1998 18снежня-с15-28.

10.Козак К.И. Германский оккупационный режим на тер.Беларуси 1941-1944:историография и источник. К.И. Козак-Минск:БГУ 2006-с. 268

11.Кравченко И.С. Залеский А.И. Белорусский народ в годы В.О.В. Минск 1959-с.148

Кузняцоў І.А. Драма народа і [Акупацыйны режым  у В.А.В.]// Полымя-1996-№6-с157-179

12.Лемешонок В.И. Идейно-политическая работа компартии Белорусии в годы Великой Отечественной войны. - Мн., "Беларусь".- 1988.;  

13. Лiтвін А. Акупацыя Беларусі (1941-1944): Пытаньні супраціву і калабарацыі. - Мн.:"Беларускі кнігазбор", 2000.  

14.Михайлов В.А. Нацизм и гуманизм несовместимы :[ политика нацизма в Белоруссии] В.А. Михайлов //Сов. Белоруссия.-2006-с4-20.

15. Мюллер Н. Вермахт и оккупация.-М.,1974;  

16.Новікаў С.Я. Беларусь у гады нацысцкай акупацыі у айчыннай і замежнай гістарыяграфіі //Весці НАН Беларусі, сер. гуманіт. Навук.-2005-№1-с42-54

17. Новікаў С.Я. Паўсядзеннасць на тэрыторыі генеральнай акругі. Беларусь (1941—1944 гг.) //Бел. гіст. гасоп.-2004г.-№7-с76-105.

18. Новікаў С.Я. Нямецкі архів.[Дакументы Трэцяга рэйха аб акупацыі Беларусі 1941-1944 гг.] //Бел. думка-2003-№5-с138-157

19.Пинечина Л.А. Изобразительное искусство в годы В.О.В. М.:Знамя,1990 г., с.62

20.Соловьев А.К. Белорусская Центральная Рада: создание, деятельность, крах. — Мн.,1995.; 

21. Соколов Б. Коллаборационисты - "дети советских народов"// Независимая газета, 1992.-20 февраля.  

22. Туронак Ю. Беларусь пад нямецкай акупацыяй/Пер. Ждановiч В. - Мн.,1993.  

23. Юденков А.Ф. Политическая работа партии среди населения оккупированной советской территории (1941-1944 гг.).-М.,1971.