В.И. Срезневский - крупный учёный в области литературоведения и истории, филолог, палеограф, специалист в области рукописной книги

Содержание.



1. Введение.

2. Детство В. И. Срезневского. Атмосфера в семье.

3. Первые годы работы в Библиотеке Академии наук.

4. В. И. Срезневский как учёный хранитель Рукописного                                          отделения.

5. Поездки Срезневского на север и отчёты о них.

6. Характеристика описаний рукописей Срезневского.

7. Собрание революционных изданий Срезневского.

8. Эвакуация Рукописного отделения Срезневским и его возвращение.

9. Большие перемены в деятельности Срезневского.

    Вынужденный выход на пенсию.

10. Последние годы жизни и смерть В. И. Срезневского.

11. Заключение.          
     Всеволод Измаилович Срезневский
       1. Введение.



 Всеволод Измаилович Срезневский – крупный учёный в области литературоведения и истории, филолог, палеограф, специалист в области рукописной книги, член-корреспондент Петербургской Академии наук по Отделению русского языка и словесности. С 1892 по 1931 гг. работал в Библиотеке Академии наук.



       2. Детство В. И. Срезневского. Атмосфера в семье.



  Всеволод Измаилович Срезневский родился 29 мая 1869 г. в Петербурге в семье крупного учёного-филолога Измаила Измаиловича Срезневского. Был последним, восьмым, ребёнком. Как и старшие братья и сестры, он проходил первоначальное обучение в семье под руководством отца. Как самый младший, Всеволод был центром внимания всей семьи. Старшая сестра по поручению и предписаниям отца и сама учила брата и следила за его образованием, присутствовала на его уроках с преподавателями и отдавала отчёт отцу. Мальчик рос в дружной и дружелюбной семье, спаянной авторитетом отца, а затем после его смерти, в 1880 г., - верностью его памяти и делу.

Долгие годы Срезневские вели коллективную работу по завершению одного из крупнейших начинаний отца – словаря древнерусского языка. Рано в это дело включился и младший Срезневский. Труд в семье Срезневских был культом, а образцом для детей был отец. Беспрерывная работа отца над словарём производила особое впечатление своей строгой методичностью. Дети слышали о ней с малых лет. Для семьи Срезневских характерны не только обстановка интеллектуального труда и добрых отношений, но и царивший в ней дух демократизма. По происхождению разночинец (предки Срезневских были государственными крестьянами села Срезнева Рязанской губернии), академик Срезневский стремился воспитать и в детях уважение к трудовому народу. 

Склонность Срезневского к гуманитарным наукам была предопределена всем его воспитанием. По окончании Ларинской гимназии в 1886 году он поступает на юридический факультет Петербургского университета.



3. Первые годы работы в Библиотеке Академии наук.



После окончания университета и отбытия воинской службы Срезневский становится служащим Публичной библиотеки. Спустя полтора года, в 1893г., переходит в Библиотеку Академии наук на должность  младшего помощника библиотекаря первого отделения. С 5 марта 1894г. по представлению А.А. Куника (директора Библиотеки)  Срезневский избирается общим собранием Академии наук на должность старшего помощника библиотекаря первого отделения.

Время поступления Срезневского в академическую Библиотеку совпало с периодом значительного изменения её внутреннего устройства.  Развивающаяся русская наука требовала дальнейшей специализации обслуживания читателей, что было возможно при реорганизации всего книжного фонда Библиотеки. Эта реорганизация шла по линии выделения отдельных комплексов литературы. В первом отделении Библиотеки образовались: в 1883г. славянский отдел, в 1893г.  журнальный и книжный отделы и в 1899г. рукописный отдел. Организация двух из названных отделов – журнального и рукописного – связана с деятельностью Срезневского. 

Мысль о выделении из книжного фонда периодики (сначала газет) была высказана А.А.Куником ещё в 1888 г. Правда речь шла тогда лишь о выделении малоспрашиваемых газет и ведомостей, которые предполагалось уложить в ящики. В 1893 г. план был изменён, от книг были отделены не только газеты, но и журналы. Фонд периодики, сосредоточенный в одном помещении со специально приспособленными тиражами, стал особым фондом литературы в отношении не только хранения и обработки, но и обслуживания. Работы по упорядочению этого фонда провёл в 90-х гг. Срезневский, который понимал свою задачу очень широко. Он не только лично каталогизировал журналы и газеты, т.е. определил состав журнального отдела Библиотеки в 1899 г., но и составил по собственному почину Список русских повременных изданий 1703 – 1899 гг., который был позднее напечатан.

При составлении «Списка» Срезневский произвёл сверку академического фонда газет и журналов с фондом Публичной библиотеки и с имеющейся библиографической структурой. В результате, «Список» Срезневского является, по сути дела, первым  полным списком русских журналов и газет, издававшихся в России. Срезневский проводил исследования, чтобы указать в «Списке» изменения в заглавиях отдельных периодических изданий и «переход одних изданий в другие». Большую ценность представляет указатель, дополняющий «Список», по которому легко устанавливается, какие периодические издания выходили в провинциальных городах России. «Список» Срезневского, т.к. в нём отмечено наличие или отсутствие в Библиотеке Академии Наук каждого периодического издания, имел большое значение в практической работе журнального отдела. Позднее он дополнился указаниями о новых поступлениях. В целом работа представляет большой том в 1114 страниц. Она даёт 3124 названия (3051 в основной части и 73 в прибавлении).

Наряду с заведованием журнальным отделом на Срезневского была возложена забота о рукописном собрании Библиотеки. Рукописные материалы в Русском отделении хранились издавна отдельным комплексом. Рукописное собрание к моменту прихода Срезневского представляло печальную картину. Из-за отсутствия печатных описаний значительное число рукописей было совершенно неизвестно исследователям. Рукописи стояли вперемешку со старопечатными книгами. Некоторые ценные рукописи считались утраченными, например, Кёнигсбергская летопись.        

Срезневский, перегруженный работой в журнальном отделе, лишь урывками мог заниматься рукописями. Ему удалось в целях упорядочения фонда, во-первых, отделить рукописи от старопечатных изданий, во-вторых, ввести крепостную расстановку, в результате чего рукописи и старопечатные книги получили шифр, указывающий на шкаф, полку и место на полке, и, в-третьих, составить шкафные описи. В их описях был дан краткий перечень рукописей каждого шкафа с указанием времени их написания. Опись как бы закрепляла крепостной шифр каждой рукописи. 



4. В.И. Срезневский как учёный хранитель Рукописного отделения.

 

2 октября 1899 года на Общем собрании Библиотеки был выдвинут план создания Рукописного отделения как центрального хранилища рукописей Академии наук. В 1900 году  в Библиотеке была утверждена должность учёного хранителя рукописей с окладом 1800 рублей, на которую, по представлению директора Библиотеки, Общее собрание избрало Всеволода Измаиловича Срезневского.

Став учёным-хранителем, Срезневский развил сразу же кипучую деятельность. Во-первых, он продолжал составлять свои шкафные описи. Эта работа привела к открытию важнейших документов и рукописей. Например, вскрыв 2 ящика, находящиеся в рукописном собрании с давних  времён, Срезневский обнаружил в них столбцы времён Михаила Фёдоровича и Алексея Михайловича, а также Меньшиковские бумаги. Последние были настолько важны, что Академия приостановила печатание первого тома бумаг Меньшикова. Во-вторых, Срезневский сразу же приступил к описанию рукописей. План Срезневского включал: 1)описание вновь приобретённых рукописей («Сведения»); 2)описание всего ранее накопленного фонда («Охранная опись»). В «Охранной описи» предполагалось посвятить каждой рукописи отдельный подробный обзор и указать все данные о ней: время, содержание, палеографические особенности, особенности языка, библиографические сведения и т.д. Однако составление «Охранной описи», начатое Срезневским с описания книг церковных, далее первого выпуска не пошло. Вести 2 издания Срезневскому оказалось не под силу. Описание новых материалов, увеличившихся значительно благодаря деятельности самого Срезневского, занимало в ближайшие годы его время. 



5. Поездки Срезневского на север и отчёты о них.



Срезневский начинает свои знаменитые поездки на север в поисках рукописей среди населения. При организации археографических экспедиций Срезневский пользовался поддержкой Отделения русского языка и словесности, предоставлявшего средства на разъезды, на приобретение рукописей, на печатание отчётов, описаний и т.д.

Во время первой поездки, в мае-июне 1901 года, Срезневский посетил Вологду и уездные города этой губернии: Тотьму, Великий Устюг, Сольвычегодск и Кадников с уездом. В заключение проехал по Двине до Архангельска. Задачей Срезневского было: разыскание и приобретение рукописей для Первого Отделения Библиотеки Академии наук. С этой целью Срезневский обследует в посещённых им городах состояние рукописных собраний при церквах, монастырях, государственных и церковных учреждениях, знакомится с частными собраниями и их собирателями. Краткие описания этих собраний с перечнем наиболее ценных рукописей и документов, появившихся в отчёте Срезневского, ввели в научный оборот новые материалы. За эту поездку Срезневский приобрёл 36 рукописей 16 – 18 веков, столбцы крестьянской ветви Строгановых (30 столбцов), пошехонские столбцы 17 в.( документы вотчин князей Ухтомских и дворян Кузьминых), издания времени Петра I и другие материалы. Главный  источник приобретения старины Срезневский видел в сделках с частными лицами. Причём, основными поставщиками старины, по мнению Всеволода Измаиловича, являются те люди, которые держат старину «случайно, большей частью как наследство от родственников». Найти таких людей и является задачей археографа. Срезневский предлагает методику расспросов населения.

Вторую поездку Срезневский осуществил в июне 1902 года уже в три губернии: Олонецкую, Вологодскую, Пермскую. Итогом его работы явился «Отчёт по отделению русского языка и словесности императорской Академии наук о поездке в Олонецкую, Вологодскую и Пермскую губернии (июнь, 1902г.)» Из отчёта видно, что Срезневский продолжал знакомство с местной стариной. Особенно тщательно описаны хранилища церквей Каргополя, Собрания Коряжемского монастыря и 2 частных собрания Екатеринбурга.

После первой экспедиции Срезневский говорил о неподвижности местных собраний. В отчёте о второй экспедиции можно прочитать весьма горькие слова о состоянии этих местных собраний. Выслушав жалобы монахов Коряжемского монастыря на то, что много документов увезено в Петербургский археологический институт, Срезневский воскликнул: «Но хорошо, что они хоть не погибли, как обыкновенно погибают рукописи в руках безграмотных иноков и в особенности инокинь». Срезневский порицает тех местных исследователей, которые скорбят о старине, перешедшей в столицы, но мало печалятся о гибнущих рукописях на месте, не думают описывать то, что хранится в разных монастырях. Сетует он и на тех священников, которые, стремясь якобы к охране рукописей, переплетают их, срезая текст снизу и сверху, ставят ведомственные печати на текст и т.д. В отчёте Срезневского отмечается факт значительного распространения древнерусской книжности в Каргопольском уезде. Всего в 1902 году от частных лиц, преимущественно в Каргопольщине, он приобрёл 137 рукописей, 15 старопечатных книг, много лубочных изданий.

В июне 1903 года Срезневский посетил Петрозаводск, Заонежье. Осмотрев хранилища в городах лишь бегло, Срезневский главное внимание уделил обследованию сельских местностей. Крестьянский район – Заонежье удивил Срезневского богатой стариной. Всеволод Измаилович указал на то, что древняя книжность сохраняется лучше там, где сильно влияние старообрядчества. Он вывел даже своеобразный «закон»: «степень уважения к старой книге и знание её оказывается обратно пропорциональным развитию общей грамотности и православия».

В Заонежье Срезневский собрал больше рукописей, чем в поездках за предыдущие годы. В 1903 году в Библиотеку поступило 240 рукописей XV – XIX веков, 30 старопечатных книг, одно петровское издание 4 лубочных. В 1903 году в Библиотеку были переданы 144 рукописи от епископа и губернатора олонецких, а в 1905 году – собрание епископа олонецкого Павла Доброхотова от петрозаводского священника А.П. Воскресенского. За приобретение собрания Доброхотова Срезневский получил благодарность Академии.

Научные результаты археографических поездок Срезневского 1901 – 1905 годов имеют большое значение. Они показали как много памятников древнерусской письменности, ценных для изучения культуры прошлого, находится ещё в глухих местах. На собирание и сбережение их было обращено внимание широкой общественности. 



6. Характеристика описаний рукописей Срезневского.



Активную деятельность по приобретению рукописей Срезневский сочетал с планомерным их научным описанием. Поступления каждого года описывались в соответствующем выпуске «Сведений», которых вышло четыре: I – поступления 1900 – 1901 годов; II – 1902 года; III – 1903 года, IV – 1904 года. Особое издание посвятил Срезневский описанию рукописей, собранных им в 1903 и 1905 годах в Олонецком крае. Оно вышло в 1913 году.

Описания Срезневского отличаются тщательностью и методической выдержанностью. Рукописи описываются подробно, с указанием всех статей, в том числе и самых мелких, с замечаниями о графике, правописании и языке, с указанием имеющихся в рукописи заставок, миниатюр и других украшений. Во многих случаях указаны водяные знаки, важные для датировки рукописи. Приводятся записи писцов и владельцев рукописи, причём о лицах и географических наименованиях, упомянутых в записях, по возможности даются справки. В отношении литературных памятников указывается редакция их и индивидуальные отличия данного списка.

Методика описаний, выработанная Срезневским, была проведена в дальнейшем с некоторыми изменениями в сторону упрощения (о рукописи сообщалось меньше данных) и при так называемом систематическом описании, которое было начато им в 1907 году. По плану, составленному Срезневским, описание всего собрания рукописей Библиотеки Академии Наук делилось на систематические разделы. В первые пять должны были войти рукописи церковного характера, в VI – рукописи исторические, VII – литературные, VIII – материалы по языкознанию, IX – юридические, X – географические, XI – по естественным и точным наукам. В 1910 и 1915 гг. вышли из печати первые два тома «Описаний Рукописного отделения». 

Описания Срезневского были отмечены учёными, как выдающееся явление своего времени. Отделение русского языка и словесности ежегодно отпускало Срезневскому определённые суммы на описание рукописей. Регулярный выход печатных описаний и годовых отчётов Рукописного отделения поднимал авторитет академического хранилища и среди широкой общественности. Об этом свидетельствует поток пожертвований архивов, коллекций и отдельных документов от частных лиц и общественных организаций. Срезневский особенно стремился обогатить академическое собрание новыми материалами по истории общественного и литературного движения России. В результате в рукописном собрании оказались не только автографы знаменитых писателей, но и декабристские архивы и даже архивы большевистских партийных организаций. Некоторые группы материалов отличались особой полнотой. Так, материалы собрания по Толстому были настолько значительны, что в 1911 – 1912 гг. возможно было создать в Петербурге специальный Толстовский музей, который в 1917 г. стал частью Рукописного отделения и которым Срезневский заведовал до 1929 г. Работа над рукописями Толстого (описание и издание их) была важной темой научных занятии до смерти Срезневского. 



7. Собрание революционных изданий  Срезневского.



Наряду с рукописными материалами Срезневский собирал в фонд Рукописного отделения и печатные материалы, относящиеся к истории революционно-освободительного движения в России. Запрещённая литература поступала в Библиотеку и ранее. Известно, что она хранилась в общем фонде на особом положении, но позже была передана в Рукописное отделение и, следовательно, от Срезневского, как хранителя, зависело теперь, как широко будет комплектоваться эта литература. И надо признать, что Срезневский в этом вопросе сыграл очень прогрессивную роль. Не являясь революционером, но, будучи демократически настроенным и широко образованным учёным, Срезневский придавал большое значение сохранению  всех революционных изданий. Поэтому революционные издания брались в Отделение без всяких ограничений. Фонд обогащался с огромной скоростью. Это в значительной мере объясняется тем, что помощником Срезневского в этом деле был известный революционер-большевик В.Д. Бонч-Бруевич, который доставлял революционные издания в Библиотеку.

Для характеристики Срезневского как учёного хранителя – библиотекаря прогрессивных взглядов представляет интерес его отношение к Бонч-Бруевичу. Срезневский знал о партийной принадлежности  Бонч-Бруевича, знал и о характере его подпольной деятельности, хотя бы потому, что Бонч-Бруевич часто подвергался обыскам, арестам и слежке. Однако Срезневский умел маскировать эту осведомлённость. Многолетние связи Срезневского с Бонч-Бруевичем внешне носили сугубо научный характер. Срезневский высоко ценил работу  Бонч-Бруевича по изучению религиозно-бунтарских движений в русском народе – раскола и сектантства, и брал его материалы по сектантству в академическое хранилище.

Совместная работа Срезневского и Бонч-Бруевича по собиранию нелегальной литературы могла иметь разные последствия для них: первый, как библиотекарь Академии, делал это законно, второй, как частное лицо, противозаконно.

Февральская революция открыла новые возможности для пополнения отдела революционной литературой. Как известно, Срезневский  принял в хранилище, опять по инициативе Бонч-Бруевича, архив Охранного отделения и Департамента полиции, содержавший богатейшие материалы по истории революционного движения, в том числе и печатные: листовки, книги, газеты. Эти печатные материалы были включены в фонд революционных изданий. 

В 1917 году помимо революционных материалов в Рукописное отделение поступило много и древнерусских рукописей и архивов литературного характера. Срезневский принял в марте собрание коллекционера и библиографа В.И.Яковлева, богатое автографами русских писателей.



8.Эвакуация рукописного отделения Срезневским и его возвращение.



Крупным делом Срезневского было осуществление эвакуации Рукописного отделения  в Саратов. Он лично транспортировал наиболее ценные и уникальные рукописи в своём купе. Материалы, сохранённые Срезневским, составляют важную часть в общем фонде материалов по истории революционного движения в России.

Активный характер деятельности Срезневского в первые послереволюционные годы находит выражение в его частых разъездах по стране, что было в то время чрезвычайно сложно. В архиве Срезневского сохранилось несколько разрешений 1918 г. на выезд его в Москву и на обратный въезд в Петроград. В августе 1919 г. он пытается получить разрешение на вывоз хотя бы части рукописей из Саратова. Но ему не удаётся. В 1920 г. Срезневский вновь возбуждает перед Академией наук вопрос о реэвакуации рукописей. Просьба учёного была принята. В два приёма рукописи вернулись в Петроград в декабре 1920 г. и в начале 1921 г. 

Возвращение рукописей в Отделение и переезд его вместе со всей библиотекой в новое здание нормализовали его работу: упорядочивается фонд рукописей. Возросший в 2 раза, и документальных материалов, увеличившихся в 10 раз. Срезневский завершает описание исторических рукописей летописной традиции, идёт описание многочисленных коллекций литературных, исторических, социально-экономических материалов. В 1925 году штат отделения составлял 15 человек. В 1928 г. Срезневский запросил увеличение штата до 25 человек. Сотрудниками отдела должны быть специалисты по истории (русской, церковной, славянской), по литературе XVIII – XX вв., по рукописям на иностранных языках, по редким книгам, гравюрам и лубочным изданиям. Срезневский считал обязательной для сотрудников Отделения подготовку в области вспомогательных исторических дисциплин: палеографии, археографии, книговедению, общему источниковедению. Срезневский планировал также публикаторскую работу.



9. Большие перемены в жизни и деятельности Срезневского.

    Вынужденный выход на пенсию.



Однако  план Срезневского уже не мог быть проведён в жизнь, так как наступило время крутой ломки Рукописного отделения, связанной с общей реорганизацией архивного дела в Академии, и перераспределения вследствие этого архивных фондов между специальными академическими хранилищами. Срезневский не понял целесообразности этой реформы. Он очень болезненно воспринимал каждое изъятие материалов из основанного и взращенного им Отделения. Он воспринимал эти изъятия как личное оскорбление, как нарушение его «прав собирателя». Уже первая крупная передача бывших фондов революционной литературы в 1926 г. и в последующие годы в Институт В. И. Ленина произведена была не без сопротивления Срезневского.

На должность директора Библиотеки выбирают Платонова. Отношения Срезневского с ним не сложились. По его мнению, Платонов стремился осложнить работу Отделения. Так, Срезневский жаловался, что Платонов передал привезённые из Архангельска древнерусские рукописи в Археографическую комиссию, а не в Рукописное  отделение, куда они более подходят и где они бы не лежали втуне, а изучались.

В 1928 г. Срезневский просит защитить Толстовский музей, который, по его словам, Платонов намерен передать в Пушкинский дом. С большим трудом Срезневскому удалось убедить недоброжелательного к нему директора хранить библиотеку Бонч-Бруевича в Рукописном отделении, которому она была преподнесена дарителем в ноябре 1926 г. Лишь после вмешательства самого Бонч-Бруевича через год Платонов дал согласие на это. При Платонове комплектование Рукописного отделения сократилось. Лишь однажды в 1928 г. Срезневский был командирован на Кавказ для приобретения и вывоза библиотеки Ю.Г.Филимонова с богатым собранием рисунков XVIII – XIX вв., а также для собирания материалов по революционному движению. 

Последние два  года работы Срезневского в Библиотеке, уже при директоре Яковкине, были для него особенно тяжелы. Его письма за 1930 и 1931 гг. к Бонч-Бруевичу полны тревоги за судьбу Библиотеки и Рукописного отделения. Срезневский не понял необходимости перестройки всей работы Библиотеки в соответствии с новыми задачами Академии Наук. Судьба Рукописного отделения его волнует особенно, ибо он был создателем и руководителем его в течение 30 лет. План перестройки Рукописного отделения, выработанный без участия Срезневского, был понят им первоначально как «план полного уничтожения Рукописного отделения». Но Рукописному отделению Библиотеки Академии Наук постановлением  Общего собрания Академии Наук 1930 г. были присвоены функции общеакадемического хранилища рукописной и старопечатной книги. В соответствии с его профилем в 1931 г. отсюда были изъяты архивные фонды, литературные материалы, архивы учёных, акты и переданы в соответствующие хранилища. Рукописный отдел пополнился, соответственно, рукописями из Археографической комиссии, Пушкинского дома и т.д.

Директор Библиотеки Яковкин допустил явную нетактичность в отношении Срезневского. Срезневский не был включён в комиссию по отбору материалов, к нему никто не обращался. Положение Срезневского было таково, что ему пришлось выйти на пенсию. С тяжёлым чувством 7 октября 1931 г. он подал  заявление.



10. Последние годы жизни и смерть В. И. Срезневского.



После выхода на пенсию Срезневский усиленно занимался работой в качестве сотрудника Института языка и мышления Академии Наук по подготовке словаря древнерусского языка. Одновременно он много работает над изданием полного собрания сочинений Толстого, редактируя отдельные тома, разбирает архив отца Измаила Измаиловича Срезневского.

В ночь на 29 июня 1936 года Срезневский  скончался. 

В 1924 г. друзья и почитатели Срезневского выпустили «Историко-литературный сборник. Посвящается Всеволоду Измаиловичу Срезневскому (1891 – 1916)», подготовленный к 25 – летию его учёно-литературной деятельности. 



11. Заключение.



Жизнь Всеволода Измаиловича Срезневского была широкой, многогранной, прекрасной и содержательной. Он внёс огромный вклад в изучение древней книжности. Срезневский много сделал для организации рукописных фондов библиотеки, их пополнения и научного описания. Ему принадлежит большое число научных работ по истории русской литературы и публикации памятников древности. Именно Срезневский положил начало широким археографическим экспедициям, которые оказали большое влияние на становление Рукописного отделения Библиотеки Академии наук.



Использованная литература:

     

1. Энциклопедия «Книга». Москва, 1999 г.

2. Копанев А. И. Всеволод Измаилович Срезневский – библиотекарь Библиотеки Академии наук. // Сборник статей и материалов Библиотеки Академии наук СССР по книговедению. Ленинград, 1973 г. Том 3.

3. Сотрудники Российской национальной библиотеки – деятели науки и культуры: Биографический словарь. Санкт-Петербург, 1995 г. Том 1.

4. Здобнов Н. В. История русской библиографии до начала XX в., 3-е издание. Москва, 1955 г. 

5. История Библиотеки Академии наук, 1714 – 1964. Москва, 1964 г.