Восточные славяне

Вступительная часть



Прошлое каждого народа уникально и неповторимо. Вопрос о происхождении (этногенезе) славян и их выделении как особого этноса до сих пор не имеет единой концепции. Время выделения этнических славян датируется от III тысячелетия до нашей эры до первых веков нашей эры. Древнейшие славянские племена проживали на территории Восточной Европы уже с середины I тысячелетия до нашей эры, а к концу II века до нашей эры на территории южных и центральных районов современной Польши и несколько западнее локализуется пшеворская культура, носители которой относятся по ряду признаков к праславянам. С конца IV века нашей эры племена Восточной Европы оказываются вовлеченными в грандиозное миграционное движение, которое носит название Великого переселения народов.

Первое точное упоминание о славянах связано с их набегами на Византию в VI веке. В этот период происходит мощное колонизационное движение славян на Балканы и восток – на просторы Восточной Европы. Тогда же и происходит разделение славян на западных, южных и восточных.


Основная часть



Расселение восточных славян



Восточные славяне далеко не сразу стали хозяевами просторов Восточно-Европейской равнины. Они заняли территорию не уступавшую по площади Французской империи Карла Великого. Это были территории к востоку от Днестра, по Днепру и Дону, край «обширный, покрытый лесами, опасный болотами». Невозможно установить точную границу леса и степи на древнерусском пространстве, однако и во времена Нестора вокруг Киева высился «лес и бор велик».

Насчитывали на обширной территории около 15 племен. Каждое племя представляло собой совокупность родов, занимавшую сравнительно небольшую обособленную область. Карта расселения восточных славян выглядела так: славяне (ильменские славяне) – на берегах Ильменского озера и Волхова; кривичи с полочанами – у верховьев Западной Двины, Волги и Днепра; дреговичи – между Припятью и Березиной; вятичи – на Оке и Москве-реке; радимичи – на Соже и Десне; северяне – на Десне, Сейме, Суле, Северном Донце; древляне – на Припяти; поляне – по среднему течению Днепра; бужане, волыняне, дулебы – на Волыни, по Бугу; тиверцы, уличи – на самом юге, у Черного моря и у Дуная.



Географическое положение



Соседство леса и степи наложило глубокий отпечаток на русскую историю, на ментальность русского народа. Культура развивалась в тени лесов. В языческую пору это выразилось в религиозно-обрядовой практике – культе дерева и в долгом бытовании среди восточных славян пережитков охотничьей магии. Благодаря лесостепному соседству возникают противоположные уклады народной жизни лесной и степной: земледельческо-промышленный и анархо-казацкий. Соседство леса и степи стало важнейшим природным фактором, который определил ход русской истории; лесная часть России стала вместилищем социальной политической силы, которая создала государство. Еще одна особенность определила разные стороны жизни восточных славян – реки. Восточные славяне селились вдоль рек, а топографическая особенность рек позволяла возводить укрепления, что облегчало оборону от кочевников Великой степи.

Если сравнить природу и образ жизни народов, то можно сказать, что определяющим влиянием географической среды является внешность народа, национальный характер. Геродот записал, что «племена, живущие там, ведут образ жизни, который указала им природа страны». В VII – VIII веках у славян развивается земледелие, совершенствуется орудие труда (соха, рало); в земледелии используют лошадь. Выросшая производительность труда благоприятствует переходу славян от родовой к соседской общине, где каждая семья могла вести свое хозяйство. Функционирует ремесло, а с развитием ремесла связан рост внутренней и внешней торговли. Строятся города, как торговые и военные поселения здесь же появляется постоянное население. Социальное расслоение позволило выделиться племенной знати. Знать опиралась на дружину. И эта сила начинала наводить свой порядок в племени: захватывала земли, облагала население данью. Военная добыча и дань являлись источником обогащения, а значит и усиливалась власть князя и знати.

О язычестве восточных славян как о целостной системе религиозных воззрений можно сказать словами Гельмольда «у славян имеется много разных видов идолопоклонства, ибо не все они придерживаются одних и тех же языческих обычаев». В VIII – IX веках оно (язычество) состояло из накладований различных эпох религиозного творчества. Наиболее древняя религия населяла мир добрыми и злыми духами, могущественными, вездесующими. Славяне старались задобрить их моленьями и жертвоприношениями «клали требы упырям и бережням». Эти существа были началом добра и зла. Злая сила была бесформенна и невидима, ею была пронизана вся природа: зло таилось как «в дереве, так и в листе и корне, и в ветви». Переносчиками зла были 77 ветров. Упырями становились чужаки – убитые враги, умершие преступники, изгнанные из роду или племени. В случае природного бедствия (наводнения, весенние заморозки) крестьяне сообща стремились обуздать упырей, для чего «извергали» их из могилы или пронзали «колием». Вредоносные считались самоубийцы, неестественно умершие «убитые, заблудившиеся, с дерева падшие».

Острое начало было предоставлено духами предков, родоначальников – чуров (пращуров). Их важнейшее охранительное значение для родичей заключалось в формуле: чур меня! – то есть «храни меня, пращур». Славянский щур являлся оберегателем родовых полей и границ, - эту его функцию донесло до нас слово «чересчур», то есть нарушение границы.

Наши предки имели случай ставить сосуд с прахом сожженного родича на придорожном столбе у распутья, который служил межевым знаком родовых владений. Поэтому перекресток и считался опасным местом: родич оказывался на границе охраняемого чуром родного поля, переступив которую он попадал на чужбину. Ослабление родовых связей приводило к тому, что наряду с родовым чуром все большее почитание выпадало на долго домового-хранителя отдельного дома. Славяне считали, что домовой – душа избы. Строительство дома для них было исполнено глубочайшего религиозного смысла, ведь человек уподоблялся Богам. Он строил свой мир, создавал на новом месте что-то новое, чего не было в природе. Выбирали время для начала работ, выбор места, выбор строительных материалов. Строили дом так, чтобы внутри помещения оказывались живые деревья (дубы, ясени, березы). Дерево растущее внутри дома, было для славян, и не только для них, воплощением Мирового Древа. Порою дерево, растущее внутри сруба, оставалась там до конца строительства, да еще дополняли его христианской иконкой. Часто вместо дерева ставили деревянный крест; и крест в данном случае по христианской традиции Голгофа, где принял муки Иисус Христос, центр Вселенной; и во время библейского потока Голгофа «вершина мира» не была залита. И крест, возводимый на месте будущего дома, нес ту же нагрузку – человек создавал свою Вселенную – маленькую, домашнюю, и ее следовало должным образом «урядить».



Я знаю, что деревьям, а не нам

Дано величье совершенной жизни…

Н.Гумилев



Деревья для славян были не просто строительным материалом. Согласно легендам, были сотворены первые люди из дерева. И срубить дерево – убить человека.

Какой же находили выход древние славяне? Никогда не срубали дерево, выросшее на могиле, старое дерево, не вырубали – это было грехом, и покусившийся на порубку таких деревьев, должен был сойти с ума, покалечиться. Не строили из деревьев с аномалиями развития – с дуплами, вросшим в ствол камнем, с необычной формой ствола. Не строили дом из «проклятых» деревьев – сосны и ели. Не строили из мертвых деревьев, в таких деревьях печать смерти – можно занести ее в дом. А если и никто в таком доме не умрет, то заболеет «сухоткой». Не строили дом из буйных деревьев. Такие деревья могли погубить и лесоруба, а даже одна щепка от такого дерева могла разрушить дом. Такие деревья росли на заброшенных дорогах, на перекрестках дорог. А славяне дороге приписывали большой мифологический смысл – отрицательный. Дорога, уходящая вдаль символизирует путь на тот свет – ибо за пределами племенной территории начиналось царство неведомых сил. Дорога мыслилась язычниками как «горизонтальная проекция» Мирового Древа, соединявшего миры. Не случайна загадка:



«Когда свет зародился, тогда дуб повалился, а теперь лежит».

Не строили дом из садовых деревьев, их считали едва ли не членами семьи. Вот почему в русских народных сказках с деревьями разговаривают, советуются. («Крошечка-хаврошечка», «Молодильные яблоки»)

Славяне считали, что если деревья рубят, оно плачет. И перед тем, как срубить дерево, ему объясняли, что не выродок замахнулся на дерево, снять перед деревом шапку, поклониться земным поклоном и рассказать о нужде, заставившей покуситься на его зеленую жизнь. Положить около дерева кусочек хлеба, чтобы древесная душа выбежала из дерева поесть хлебушка, и ей не было больно. А вернувшись из лесу, необходимо попоститься и вымыться: чтобы души деревьев «потеряли след». Так же славяне поступали после охоты, убийства врага. Лесоруб после того, как срубил дерево, жил в отдельной хижине, не входил в общий дом, не сидел у очага, чтобы не навлечь беду на родных. А как умно поступали славяне при выборе места для избы! На земле есть места, благоприятные и неблагоприятные для жизни и деятельности человека. Это связано с расположением силовых линий, энергетических полей нашей планеты и с местными факторами (родники, не достигшие поверхности). Наши предки умели отличать «добрые» и «недобрые» места. Для выбора места для молодого жеребца, отправлялись в лес. Срубали дерево, и жеребец шел, куда ему вздумается. Где останавливался – можно было селиться. При постройке дома, при устройстве внутреннего жилища было множество условностей, традиций, в которые непреложно верили славяне. Религиозное осмысление красного угла связано с христианством. Священным местом, центром, в доме была печь. Печь и Божий угол – это христианский и языческий центры. Это как иллюстрация к русскому двоеверию первых веков после принятия христианства. Смена официальной религии очень мало изменила в традиционной культуре народа.

Древнейшей формой анимизма было почитание источников, болот, рек, то есть не их самих, а духов, обитавших в них.

Наряду с верой в населяющих природу духов, божков у восточных славян бытовала архаическая форма языческого монотеизма как представление о единстве космическом всего сущего мира. Культ этот Прокошит описал: «они считают, что один из богов – создатель молний – именно он и есть единый владыка всего, и ему приносят в жертву быков и всяких жертвенных животных». Космическое божество восточных славян носило имя Рода. Но нельзя связывать с культом Рода высший момент в развитии восточно-славянского язычества. В VIII – IX веках это божество уже потеснили новые поколения богов. Родоначальником славянских богов был Сварог – бог неба. Сварог был третьим царем после потопа. При нем с неба упали клеичи и «поча люди оружие новости». После Гефеста царствует его сын, «именем Солнце, его же наричють Дажьбог». Дажьбог выступает в роли наделителя благ. «Слово о полку Игореве» именует славян – «Дажьбожьими внуками». Чрезвычайно почитаемым божеством восточных славян был Волос/Велес. Идол Велеса стоял в Ростове. Его культ восходит к 100-35 тысячелетия до нашей эры. Имя этого божества связано с мехом («волоха» по Далю – «шкура») и его называют «скотий бог». Медвежья лапа вывешивалась во дворах для охраны скота. Но уже в IX веке Целее уже и покровитель торговли и достатка.

В «Слове о полку Игореве» певец Боян назван Волосовым внуком, из чего можно заключить, что это божество покровительствует поэзии.

В отношении Перуна – почитание его связано с рождением государственности. Но ограничение культа Перуна социальными рамками вряд ли ограничено. Перун долгое время держался на окраинах Руси, и его славянизированное обличье летописец передает такими словами: «Начал княжить Володимер один в Киеве, и постави болван на холме вне двора теремного: Перуна древяного, глава серебряна, ус злат…»

Единственным женским божеством восточных славян была Макань (Макуша, Мокуша). Ее имя входит во все поучения XI – XIV веках против язычества. Ее изображение в образе женщины с большой головой и длинными руками, поднятыми к небу. Ее имя связано с культом матери сырой земли плодородия. Но Макошу считают иноплеменным божеством, а от такого можно ожидать всяких несчастий. Это видно из поговорки: «Бог не манишь, чем-нибудь да потешит» (А по Далю «манишь» - канючить, докучать просьбой).

Но божествам восточнославянским не хватало главного – духовного, этического и интеллектуального элементов: они олицетворяли силы природы, и ничего более. Христианство застало восточное славянское язычество не в период расцвета, как в Греции и Риме, а в момент его становления, неокрепшим и неразвившимся.

Религиозные представления о душе и загробной жизни нашли отпечаток дуализма. С одной стороны эти представления возвысились до идеи бессмертия души, а с другой стороны – все еще были тесно связаны с материальным началом – паром, дымом, ветром. Религиозные мысли восточных славян дошли до идеи рая, носившего название «ирий» - страны тепла и света. Загробная жизнь в ирии мыслилась как продолжение земной, поэтому и находим в захоронениях бытовые вещи.

Это представление о загробной жизни порождало погребальный обряд – трупосожжения. «Когда кто-то из них умирает, его сжигают на огне, а их женщины, если кто-то умер, ранят себя ножом руки и лицо. На другой день после сожжения этого умершего, они идут к нему, берут пепел с этого места, кладут его в сосуд глиняный и ставят на холм. Когда проходит год после того, как он умер, они берут 20 кувшинов меда, менее или более того, и направляются к тому холму собираются родственники умершего, там пьют и едят, затем удаляются». (Ибн Русте)

Что же касается религиозного обоснования трупосожжения, то Ибн Фадлан после церемонии сожжения тела услышал такие слова от купца Руса: «Вы, о, арабы, - глупы! Воистину вы берете самого любимого для вас человека и из вас самого уважаемого вами и бросаете его в землю, и съедают его прах и гнус и черви… А мы сжигаем его во мгновение ока, так что он входит в рай немедленно и тотчас».

Еще одним признаком неразвитости восточнославянского язычества было отсутствие в нем жреческой касты. Место жрецов занимали волхвы, чье имя связано с именем Велеса. Волхв – это гадатель, жрец – избранник Бога. Волхвом человек называет сам себя, статус его поддерживается, соответствующими действиями: предсказыванием, лечением болезней и т.д. А жрец – это тот, кого изберет и признает в этом статусе определенная группа людей.

Только жреческая каста способна поддерживать религию, систематизировать и создавать мифологию, т.е. укреплять религиозные верования. Еще две важные особенности отсутствия жреческой касты у восточных славян объясняются отсутствием храмов и человеческих жертвоприношений.



Рождение Киевской державы



В VI – VIII веках славяне - народ сильный и энергичный – имели большие успехи. Население множилось за счет моногамных браков.

Для славян было бедствием соседство с древними руссами, которые сделали своим промыслом набеги на соседей Руссы в свое время, побежденные готами, бежали на восток. Часть руссов, ушедшая на Восток занимает три города: Куята (Киев), Арзания (Белоозеро), Старая Русса. Руссы грабили своих соседей, захватывали в плен женщин и детей. Добычей руссов было тогда все самое ценное: меха, воск, мед, дети. Неравная борьба длилась долго и закончилась в пользу руссов в период власти Рюрика. Рюрик по «профессии» - наемный воин, по происхождению – русс. В 862 году он вернулся в Новгород, захватил власть при помощи Гостолчысла. Вспыхивает восстание против Рюрика, которое возглавил Вадим Храбрый. Но Рюрик убивает Вадима, подчиняет себе Новгород и прилегающие области Ладогу, Белоозеро и Изборск. Путем подчинения окрестных славян, финно-угров и балтов он создал свою державу. Согласно летописи Рюрик умер в 879 году, оставив сына Игоря, который был мал, и власть принял воевода по имени Хельги, т.е. Олег. Хельги – это не имя, а титул, обозначавший «колдун», «военный вождь». Олег с воинами двинулся по великому пути из «варяг в греки» - из Новгорода к югу по реке Ловать и по Днепру, заняв попутно Смоленск. Варяги и малолетний Игорь дошли до Киева, в котором жили славяне и стояла небольшая дружина Аскольда. Олег выманил Аскольда и вождя славян Дира на берег Днепра и там убил их. После этого он подчинил себе Киев. Это случилось в 882 году. В 883 году он занял Псков, обручил малолетнего Игоря с псковитянской Ольгой.

Итак 882 год считается исходной датой начала существования Русского государства. Династия Рюриковичей просуществовала до 1 598 года. Олег, опекун малолетнего Игоря покорил племена древлян, северян, радимичей. А после смерти Олега во главе Руси оказался князь Игорь.

К IX веку раскол славянского единства привел к созданию новых народов. В результате смешения славян с иллирийцами появились сербы и хорваты; смешение с пришлыми кочевниками положило начало болгарскому этносу. Растущая пассионарность славян разбросала их по всей Европе.



Славяно-руссы и Византия



Образовавшееся русско-славянское государство с центром в Киеве усилилось и начало расширяться. В этом движении грозным противником славяно-руссов стала Византия. Византия вынуждена была бороться с коалицией мадьяр и славяно-руссов. Скованностью сил греков воспользовались арабские пираты, вырезав христианское население острова Крит. Были захвачены острова Эгейского моря, разграблен второй по величине город Фессалоника, была поытка покушения на Константинополь, призвав для этого на помощь к руссам-дромитам (дромиты – «дромос» - бег). В 907 году Олег, а в 941 и в 944 годах Игорь предпринимает походы на Константинополь. Эта днепровская вольница совершила первый набег на Константинополь еще в 860 году. Но стены города оказались непреступными, и руссы отошли, заключив мир. Это было начало воин славяно-руссов с Византией, длившихся до конца X века.

Сын Игоря Святослав, развил обширную внешнеполитическую деятельность, проведя всю жизнь в походах. Он присоединил землю вятичей, разгромил Булгарию (мусульманское государство на Волге). Святослав завоевал 80 городов на Дунае и обосновался в новом, заложенном в дельте Дуная города, которому дал имя Переяславец. В Киев его вынудила вернуться осада города печенегами (969 год). Но в Киеве он совсем не ко двору. Здесь крепнет христианская община.

Киевская Русь – объединение полутора десятков племенных союзов. И в каждом племени – свои племенные боги, мало пригодные к условиям большого государства, устраивающегося на совершенно иных основах, чем прежние родо-племенные союзы. 

В древнем славянстве мы имеем дело не с пантеоном, а с пантеонами племенных богов, не с едиными языческими «представлениями славян о природе», а с представлениями, едиными по существу, но разными в местных культах отдельных племен. Слияние таких пантеонов в единый «пантеон» - безнадежен, практически и совершенно не пригодно для целей феодального государства. Классового первенства ни один из прежних языческих богов не мог утверждать. Но в это время в Киеве уже легально существует христианство, какая-то часть бояр крещена, преимущество христианства очевидно.