Ирония — действенное средство художественной литературы

Ирония — действенное средство художественной литературы

Я никому не сделал в жизни зла. 

Н. А. Некрасов 

Ирония, от греческого «притворство, насмешка», достаточно распространенный в нашей литературной классике прием, используемый поэтами и писателями для осмеяния, а в конечном счете искоренения пороков общества и человека. 

В 50-е годы XIX века, на начальном этапе творчества, Николай Алексеевич Некрасов довольно часто использовал этот художественный метод для того, чтобы в форме отрицания высмеять явления и характеры, достойные этого, подчеркнуть двойной смысл, где истинным будет не прямо высказываемый, а противоположный ему, подразумеваемый; чем больше противоречий между ними, тем сильней ирония. В «Современной оде» ирония подчеркивается и названием стихотворения. Как известно, ода — хвалебная песнь. Так кому же «поет хвалу» автор? 

Не обидишь ты даром и гадины, 

Ты помочь и злодею готов, 

И червонцы твои не украдены 

У сирот беззащитных и вдов. 

В дружбу к сильному влезть не желаешь ты, 

Чтоб успеху делишек помочь, 

И без умыслу с ним оставляешь ты 

С глазу на глаз красавицу дочь. 

Перед глазами читателей вырисовывается до боли знакомый портрет карьериста-выскочки, который идет к намеченной цели, не разбирая средств — все хороши на этом пути. 

Не спрошу я, откуда явилося, 

Что теперь в сундуках твоих есть: 

Знаю: с неба к тебе все свалилося 

За твою добродетель и честь!.. 

Украшают тебя добродетели, 

До которых другим далеко, 

И — беру небеса во свидетели — 

Уважаю тебя глубоко... 

Ирония очевидна, ведь если бы автор говорил все это серьезно, он бы употреблял при этом более подходящее в русском языке местоимение «вы» и не был бы так беспощадно прямолинеен. «Колыбельная песня» относится к этому же ряду произведений, где явно виден второй план. Поэт говорит одно, а подразумевает совсем другое, и читатели это прекрасно понимают. Подзаголовок «Подражание Лермонтову» только подчеркивает данную позицию автора. 

Спи, пострел, пока безвредный! 

Баюшки-баю... Подрастешь и мир крещеный 

Скоро сам поймешь, 

Купишь фрак темно-зеленый 

И перо возьмешь. 

Скажешь: «Я благонамерен, 

За добро стою!» 

Спи — твой путь грядущий верен! 

Баюшки-баю. 

Если в первых двух стихотворениях автор нам рассказывает о своих героях, выводя их в «антигерои», то в произведении «Нравственный человек» мы слышим самооценку самого действующего лица. Стихотворение написано в форме исповеди человека, достаточно уверенного в себе, живущего, по его убеждению, «безгрешно». Живя согласно с строгою моралью, Я никому не сделал в жизни зла. А перед читателем разворачивается совершенно иная картина. Жена от такого «благодетеля» сначала сбежала к любовнику, а потом «слегла в постель и умерла». В дружбе он тоже оказывается «высоконравственным человеком». 

Приятель в срок мне долга не представил. 

Закон приговорил его в тюрьму. 

В ней умер он, не заплатив алтына, 

Но я не злюсь... Я долг ему простил того ж числа. 

С кем ни общается этот «безгрешный», все погибают, а он в полной уверенности, что 

Живя согласно с строгою моралью, 

Я никому не делал зла. 

Это двустишье повторяется в стихотворении рефреном, нагнетая авторскую иронию, переходящую в сарказм. Н. А. Некрасову подвластны любые темы, художественные методы. Он мог быть лиричен и суров, трагичен или бесшабашно весел, саркастически зол, но всегда из-под его пера выходили прекрасные стихотворения, составившие «золотой фонд» нашей великой литературы.