Военная Медицина в Древнем Риме

Военная Медицина в Древнем Риме

Реферат создан студентом 2 курса ФВО ММА имени И.М.Сеченова  У.П.А (Ленин)

Москва , 2005 г.

Предисловие

Рим поистине вечный город, и не только потому, что, выйдя из тьмы варварства в 7 веке д.н.э., он продолжает стоять на берегах реки Тибр и в наше время. За свою более чем двухтысячелетннюю историю он прошел путь от маленькой крестьянской общины до мировой державы, создав культуру, которая легла в основу нашей цивилизации. Герои Рима спустя тысячу лет после падения остались постоянными спутниками человека европейской культуры. Философы и поэты, политики и полководцы, медики, беседовали с ними, спорили и опровергали, любили и ненавидели словно своих современников.

История Рима непосредственно связана с военным делом доблестных сынов Римской империи, отдававшие свои жизни ради расширения, процветания и величия Империи.

Поэтому даже медицина связана теснейшим образом с военным делом, что привело к развитию военной медицины, расцвет которой был при правлении Августина.

Но прежде чем об этом подробно рассказать, необходимо сначала разобраться и проследить во-первых - историю создания самой Римской империи, а во-вторых - зарождение, расцвет и процветание медицины в разные эпохи ее существования. 

И так, начнем!!!!??!!!!

История создания Рима.

История Рима началась на левом берегу Тибра, в 23 км от его устья, на холмах в I в. до н. э 21 апреля 753 г. до н.э. (по нашему летосчислению). Географическое положение Рима было выгодным во многих отношениях: он стоял на судоходной реке, вблизи моря. По левому берегу Тибра, у самого подножия холмов, на которых зародился город, проходила древняя «соляная дорога», по которой в глубь страны везли соль, добываемую в устье Тибра. Холмы, особенно Капитолий и Палатин, имевшие обрывистые склоны, были удобны для обороны от врагов. Не исключено, что в VII в. до н.э. в это объединение вошла еще этрусская община, поселившаяся на одном из холмов. Предполагают, что само слово «Рим» (по-этрусски Ruma) этрусского происхождения. Таким образом, Рим возник как территориальная община, как союз, основанный не на племенной общности, а на соседской. Воспоминание об объединении трех общин при образовании Римского государства сохранилось, в частности, в том, что и в более позднюю эпоху полноправное население Рима делилось на три трибы (племени): Рамнов (латинян), Тициев (сабинян) и Луцеров (этрусков?) в конце VIII в. до н.э. 

Древнеримские легенды связывали основание Рима с Троянской войной. Они рассказывали, что, когда погибла Троя, некоторым троянцам удалось спастись. Во главе их стоял Эней. Корабли беглецов долго носились по морским волнам. Наконец они прибыли в Италию и основали г. Альбу-Лонгу в Лации. Прошло много времени. Один из потомков Энея, царь Нумитор, был свергнут своим братом Амулием. Боясь мести со стороны детей или внуков Нумитора, Амулий принудил его дочь Рею Сильвию стать весталкой. Весталки, жрицы богини Весты, покровительницы домашнего очага, не имели права вступать в брак. Однако у Сильвии от бога Марса родились два сына-близнеца, Ромул и Рем. Чтобы избавиться от них, Амулий приказал бросить их в Тибр. Но младенцы были чудом спасены: волна выбросила младенцев на берег, где их вскормила волчица. Затем воспитателем детей стал пастух. В конце концов братья узнали о своем происхождении, убили Амулия, восстановили в правах своего деда, а сами основали новый город — Рим. При основании города между братьями возникла ссора, во время которой Ромул убил Рема. Ромул стал первым римским царем, и город получил название от его имени: Рим но-латыни Roma. В соответствии с этой легендой римляне воздвигли позже на Капитолии бронзовую статую волчицы. 

Периодизация истории и медицины.

В истории Рима Выделяют три основных этапа:

1) Царский период (8-6 вв до н.э.), когда древняя Италия не представляла собой единого государства, а была совокупностью самостоятельных городов-государств, среди которых был и Рим.

2) Период Республики (509-31 гг до н.э.), когда Рим подчинил себе территории древней Италии и начал завоевательные войны за пределами Апеннинского полуострова.

3) Период Империи (30 г до н.э. – 476 г н.э), время расцвета и кризиса рабовладельческого строя в регионе Средиземноморья, находившемся под властью Рима.

Царский период в Риме.

В VII—VI вв. до н.э. этруски установили свое господство в Северной и Средней Италии. Рим тоже попал в сферу их влияния. Неизвестно, был ли Рим завоеван этрусками; скорее в VII в. до н. э. происходило мирное взаимодействие между ними и латино-сабинекой общиной. В VI в. до н.э. 

Рим сложился как город-государство. По преданию, в Риме правили семь царей; последние трое были этруски. Ученые считают этих трех царей — Тарквиния Древнего, Сервия Туллия и Тарквиния Гордого — реальными историческими личностями. 

При этрусских правителях Рим стал значительным центром ремесла и торговли. В это время в нем поселилось много этрусских ремесленников, возникла Этрусская улица. Рим был обнесен каменной стеной, в городе была устроена канализация; сооруженная при Тарквинии Древнем так называемая Большая клоака — облицованный камнем широкий подземный сточный канал — действует в Риме и поныне. При Тарквинии Древнем в Риме был построен первый цирк для гладиаторских игр, еще деревянный. На Капитолии этрусские мастера воздвигли храм Юпитера, который стал главной святыней римлян. От этрусков римляне унаследовали более совершенный вид плуга, ремесленную и строительную технику, медную монету — асс. У этрусков было заимствовано и одеяние римлян — тога, форма дома с атрием (внутренним помещением с очагом и отверстием в крыше над ним), письменность, так называемые римские цифры, способы гадания по полету птиц, по внутренностям жертвенных животных. 

В этот период истории (и вплоть до конца 3 в. До н.э.) врачевателей-профессионалов в г. Риме не было, так как пока римляне были нацией грубых солдат и закаленных крестьян, потребность во врачах и их помощи была невелика. Каждый помогал себе, как мог, при помощи домашних средств. Лекарства были под рукой – достаточно было пройти в огород или походить по лугу и лесу. Так, отваром горлянки (наша тыква древним была неизвестна) укрепляли расшатавшиеся зубы, он же помогал от зубной боли. Раны хорошо смазывать таким снадобьем: возьми горлянку целиком, запеки ее и разотри вместе с гусиным жиром. Если болят ноги, к ним надо прикладывать сырую репу, истолченную вместе с солью. От кашля помогает редька с медом; надо есть ее по утрам натощак. При язвах во рту надо есть лук с хлебом; глаза хорошо натирать луковым соком: зрение становится острее. Отваром красной свеклы моют голову при парше, и это средство очень действеное; сырой свекольный сок помогает от головной боли и головокружения. Если в ушах стоит звон, сок капают в уши, и звон проходит. Прекращается от него и зубная боль. Весной следует есть крапиву: это предохранит на целый год от болезней. Отваром ее лечат кашель и простуду. Настой луковиц лилии на вине помогает при отравлении грибами и от змеиного укуса. Венок из темно-красных левкоев отрезвлял пьяного и прогонял тяжесть в голове. Корень желтого левкоя варили в уксусе и натирались этим при болях в селезенке и при подагре; листья, сваренные с медом, прикладывали к нарывам на голове: они вытягивали гной. Если из носу идет кровь, надо растереть сухую крапиву и засунуть ее в ноздри. Еще лучше натереть ее корень и втягивать этот порошок носом, а при насморке класть на нос примочки из настойки ее семян на виноградном соке, предварительно уваренном до половины прежнего объема. Луковицы асфодели, сваренные в ячменном отваре, считались превосходным лекарством при чахотке. Больным, ослабевшим после длительной болезни, рекомендовалось давать полбяную кашу с овечьим или козьим молоком и медом. Существовал целый ряд лекарственных настоек. Глисты, например, гнали настойкой гранат на терпком красном вине; прострел лечили можжевеловой настойкой; желудочные заболевания и боли в боку – миртовой и многие другие рецепты как помочь себе и ближнему. 

Аптек в Риме не было ни в республиканское время, ни при империи. Травы собирали и сушили дома и дома же приготовляли всякие лекарственные снадобья. Были и особые "фармакополы" (слово греческое, значит "торговцы лекарствами"); люди эти бродили по городам и ярмаркам, предлагали целебные травы, готовили настойки и порошки и слыли отъявленными шарлатанами. Появились они довольно рано; уже Марк Порций Катон, говорил о них как о краснобаях-обманщиках, которых можно послушать, но которым ни один больной не позволит лечить себя. Судя по их греческому наименованию, можно думать, что первые фармакополы и были греками, но вскоре появились у них и местные италийские конкуренты. Вели они себя, конечно, так же, как их греческие собратья, о которых кое-какие сведения сохранились в IX книге Феофрастова "Исследования о растениях": старались тоже придать себе больше веса, рассказывали о том, с какими трудностями связано их ремесло, какие опасности угрожают при собирании некоторых трав. Интерес к лекарственным растениям в римском обществе был, конечно, большой. Когда Помпей разбил Митридата, в его руки попало сочинение понтийского царя о лекарственных растениях: Митридату присылали их со всех концов его царства и он составил описание их вида и свойств. Помпей велел перевести эти записки на латинский язык своему отпущеннику Ленею, человеку образованному и знатоку обоих языков. "Таким образом победа Помпея принесла не меньше пользы людям в их частной жизни, чем государству", – заметил по этому поводу Плиний.

А в I в. н.э. в Риме уже существовал небольшой ботанический сад, и его хозяин, Антоний Кастор, великий знаток целебных трав, разводил их здесь во множестве. Плиний знал его уже столетним стариком; он сохранил и память, и умственную свежесть и оставил после себя книгу, которая была одновременно и определителем медицинских растений, и лечебником, излагавшим, какими растениями, в каких случаях и каким образом пользоваться. Судя по книгам Плиния, посвященным медицине, лечение травами и народными средствами прочно держалось в римском обществе и только было усложнено всякими гигиеническими и физиотерапевтическими предписаниями, которые внедрялись греческими врачами, постепенно забравшими в свои руки почти целиком дело врачевания.

Но если же лечение травами помогало мало, то прибегали к искусству марсийских и этрусских кудесников. Постепенно это привело к большому смешению лечебных мероприятий с религиозными обрядами, выражением чего было почитание определенных божеств; наряду с богиней врачевания в собственном смысле слова , «Dea Salus» , существовали другие боги, к которым прибегали при различных страданиях: при лихорадке обращались за помощью к Dea Febris (богиня лихорадки) и Mephitis; во время родов – к Карманте и Люцине; всем этим богам приносились различные дары, всего чаще в форме изображений заболевших частей тела. Эти меры дополнялись различными формулами закленаний и колдовства.

Медицина Периода Республики (конец 6 в. До н.э. – 31 г до н.э.)

Условным рубежом между царским и республиканским периодами истории раннего Рима считается 510 г до н.э. – год восстания римлян, свержение этрусского царя Тарквиния Гордого и утверждение республики.

В области медицины этот период характеризуют: развитие санитарного законодательства и строительство санитарно-технических сооружений появлением врачей-профессионалов, становление и развитие медицинского дела и элементов его государственной регламентации формирование материалистического направления в медицине.

В эту раннюю эпоху, римляне понимали значение общих санитарных мероприятий. Так, закон 12 таблиц (450 лет до н.э.). Они были записаны на медных досках и вывешены для всеобщего обозрения на центральной площади Рима – форуме. Они являлись характерным сводом законов раннеклассого общества (защита патриархальных традиций, сочетание принципа талиона и денежных штрафов и т.д.). Например:

Таблица V.

7а .Если человек впал в безумие, то пусть власть над ним самим и над его имуществом возьмут его агнаты или его сородичи.

Таблица IV. 

(Цицерон, О законах, III. 8. 19: С такой же легкостью был лишен жизни, как по XII таблицам, младенец, [отличавшийся] исключительным уродством.)

Таблица VIII.

25. (Гай, 1. 236 pr. D. L. 16: Если кто-нибудь говорит об яде, то должен добавить, вреден ли он или полезен для здоровья, ибо и лекарства являются ядом.)

Таблица X.

1. Пусть мертвеца не хоронят и не сжигают в городе.

2. Свыше этого пусть не делают. Дров для [погребального костра] пусть топором обтесывают.

4. Пусть [на похоронах] женщины щек не царапают и по умершим не причитают.

5. (Цицерон, О законах, II, 23. 59: Пусть костей мертвеца не собирают, чтобы впоследствии совершить погребение, за исключением лишь того случая, когда смерть постигла на поле битвы или на чужбине.)

ба. (Цицерон, О законах, II. 23. 59: Кроме того, в законах устанавливаются еще следующие [правила]: отменяется бальзамирование, [умащивание ] рабов и питье круговой чаши. "Без пышного окропления, без длинных гирлянд, без курильниц".)

6б. (Фест, De verb. Signif, 154: В XII таблицах постановлено не ставить перед умершими напитков с миррою.)

8. А также золота с покойником пусть не кладут. Но если у умершего зубы были скреплены золотом, то не возбраняется похоронить или сжечь его с этим золотом.

9. (Цицерон, О законах, II. 24. 61: Закон запрещает без согласия собственника устраивать погребальный костер или могилу на расстоянии ближе чем 60 футов от принадлежащего ему здания.)

10. (Цицерон, О законах, II. 24. 61: Закон запрещает приобретать по давности место захоронения, а равно и место сожжения трупа.)

В это же время были построены акведуки, термы, канализации. 

Несмотря на это, вплоть до 2-го века до нашей эры у римлян не было ни настоящей медицины, ни настоящих врачей.

Лишь рабы, которых приводили с собой римляне после войн, научили своих господ благодеяниям развившегося врачебного искусства; такими учителями были рабы-греки.

Если среди них были не всегда настоящие врачи, а только медицинский персонал, они тем не менее умели сделаться совершенно необходимыми для своих господ, так что каждый римский гражданин, состояние которого позволяло содержать большое количество рабов, считал своим долгом обзавестись подобного рода врачем-рабом. В Риме создалось таким образом своеобразное положение, при котором лишь известное число обеспеченных могло пользоваться настоящей врачебной помощью, тогда как масса населения была лишена ее. Правда, врачи-рабы часто отпускались своими господами для оказания медицинской помощи и вне, но во всяком случае все это тормозило развития врачебного искусства в Риме, чем способствовал этому развитию.

На границе между 3-м и 2-м веками до нашей эры свободные греческие врачи сделали, по-видимому, первую попытку поселиться в Риме. Из числа первых был Архагат - врач-профессионал появившийся в Риме в 219 г. до н.э. Был он греком из Пелопоннеса и был специалистом-хирургом, лечившим раны. Приехал он как раз ко времени: надвигалась война с Ганнибалом и практика ему предстояла немалая. Архагата встретили с радостью, дали ему римское гражданство (а римляне на этот дар были скупы) и предоставили ему купленное на государственные деньги помещение, где он лечил бы своих пациентов. Вскоре, однако, способы, которые он применял при лечении, навлекли на него общую ненависть. "Он так жестоко резал и прижигал, – рассказывает Плиний, – что его имя стало обозначением палача; к медицине и ко всем врачам начали относиться с отвращением". Катон противопоставлял прадедовский верный способ лечения смертоубийственным измышлениям чужеземцев. "Считай, что слова мои пророческие..., – писал он сыну, – греки дали друг другу клятву погубить своим лечением всех варваров; этим именно они у нас и занимаются и за это берут деньги, – иначе им не стали бы верить и не так легко было бы им изничтожить нас. Варварами они ведь нас называют... Я накладываю тебе запрещение на врачей".

Греческим врачам пришлось бороться со многими предубеждениями царившими тогда в Риме. Эти трудности были двоякого рода. Прежде всего, все усиливающаяся во 2-ом веке в Риме влияние греческой культуры и греческого образования, которое вызвало среди националистически настроенных римлян сильную реакцию. Об этом говорит появление таких людей, как цензор Катон, которые самым энергичным образом и не без успеха боролись с греческим влиянием, боясь, что при дальнейшем проникновении греческих нравов древнеримская простота исчезнет, опасаясь также усиления изнеженности под влиянием врачей. Другой трудностью было непрочное и низкое социальное и правовое положение чужестранцев в Риме. Этим объясняется, что как свободные врачи, так и рабы-врачи долго не могли добиться себе признания в Риме ни самих себя, ни своей профессии.

Врачи-рабы завоевали себе более свободное положение постепенно. Некоторые из них получили свободу от своих господ в благодарность за удачное лечение: после этого они, в качестве свободных врачей, пользовались уже некоторой самостоятельностью, которая делала для них возможной врачебную работу. Число таких врачей из волноотпущанных скоро значительно возросло, и мало-помалу создались условия, благоприятные для образования врачебного сословия. К этому присоединилось и то обстоятельство, что римляне постепенно изменили свой взгляд на врачебную профессию. Медицинская профессия стала либеральной, она стало противопоставляться всякого рода знахарям, колдунам и просто мошенникам. Когда настоящие врачи впервые были поставлены на доску с риторами, учителями, адвокатами и землемерами, то впервые в Риме возникло врачебное сословие в собственном смысле слова.

Так Август возвел своего придворного врача Антония-Музу, принадлежавшего к классу вольноотпущенников, в звание всадника и освободил его от уплаты налогов; эта льгота, дарованная Антонию-Муза за оказанные им услуги, была распространена затем на всех врачей. Этим сразу признано было существование, по крайней мере с внешней стороны, однообразного врачебного сословия в Риме.

Положение врачей и их профессии таким образом значительно улучшилось; с другой стороны, по мере превращения Рима из областного города в мировую столицу, потребность во врачебной помощи становилась все более и более ощутительной: и с начала 1-го века до нашей эры свободные врачи греческого происхождения снова начинают поселяться в Риме.

Существенным условиям правильного отправления врачебной профессии служило издавна существование больниц. Там, где были вторжения римлян если эти учреждения существовали, они просто переходили в их собственность; затем их стали устраивать в Риме. Кроме того, в нем возникали лечебные учреждения особого типа, приспособленные к своеобразным римским условиям; речь идет о так называемых валентрудиях. Своим возникновением они обязаны потребности, с одной стороны, определенной группы населения, с другой – войска. Громадные латифундии богатых римлян обрабатывались целыми толпами рабов; для владельца такой латифундии было совершенно необходимо создать для своих заболевших рабочих возможно более благоприятные условия в отношении их выздоровления; эта необходимость обуславливалась тем, что каждый раб, будучи собственностью своего господина, представлял для него известную ценность, и интересы господина требовали, чтобы заболевший поскорее получил возможность вновь встать на работу. Благодаря этому в последние десятилетия до нашей эры многие крупные землевладельцы основали валентрудии. Некоторые из них были, по-видимому, очень велики, и ими пользовались не только рабы, но, в случае необходимости, также и собственник со своей семьей, а также и посторонние лица. Подобное же существовало и в армии.

Во времена республики все попечение о больных и раненых солдатах состояло в том, что их, когда в том являлась необходимость, транспортировали в Рим или в один из расположенных по соседству больших городов и сдавали там на попечение частным лицам. Если перевозка была невозможна, то больной или раненый оставался в одной палатке со здоровыми товарищами. 

Во времена республики многие греческие врачи, поселившиеся в Риме, привезли с собой и различные направления греческой медицины. 

Этим направлениям римляне могли противостоять только древнеримскую народную медицину. 

Развитие медицины в Риме прежде всего связано с именем греческого врача Асклепиада, создавшим медицинскую школу в нем.

Он родился около 120 г. До нашей эры в Прузе, занимался риторикой, философией, медициной, и следуя духу времени переселился около 90 г. До н.э. в Рим; там он сумел найти доступ к таким высокопоставленным людям, таким как М. Антоний и Кв. Муций и, кроме того, вообще завоевать расположение всего римского общества. Успех Асклепиада зависел прежде всего от того, что:

на место традиционной терапии с самыми различными мероприятиями и массой лекарств он ввел по возможности простое и «согласное с природой» лечение; своей доступностью эта терапия импонировала массам; 

этой терапии он дал теоретическое обоснование в духе эпикурейской философии и этим нашел ключ к сердцам образованных римлян (так как римляне всегда смотрели на научные вопросы с практической трезвой точки зрения, а кроме того, и наоборот, у них было стремление все практические вещи облекать в научное одеяние).

Согласно его учению, человеческое тело (как и все в мире) состоит из «основных веществ – атомов»; свойства их имеют решающие значение для всех жизненных явлений как в здоровом так и в больном организме. Его учение не имеет одностороннего характера; не отдавая предпочтение ни гуморальной патологии, ни плотным веществам организма, он пытается спаять эти принципы в одну систему. Всего яснее это видно из его учения о болезни.

По представлениям Асклепиада, болезнь возникает большей частью как следствие «застоя телец». Этот застой обуславливается величиной или формой частиц, их количеством или слишком быстрым движением, или перегибом пор. В соответствии с различениями органа и пор возникают различные болезненные формы. 

Но не все болезни возникают из-за застоя частиц, так в основе не которых лежат расстройства соков и пневмы - вещества из чрезвычайно мелких частиц. При попытках точнее локализовать местные болезни Асклепиад пользовался анатомическими данными, которые в других случаях его мало интересовали. Так, эпилептические судороги он рассматривал с изменением мозговых оболочек, а плеврит – воспаление плевры. 

В своей терапии Асклепиад руководствовался определенными принципами. Он требовал, чтобы в каждом отдельном случае врач испробовал 2-3 средства и отдавал предпочтение простым и «естественным» мероприятиям: диетам, движение, ванны, потение, водолечение и т.д. 

В отдельных случаях Асклепиад стремился согласовывать свои лечебные методы с теоретическим обоснованием, причем главную задачу терапии он видел в расширении пор и проведении вновь в движение частицы; в редких случаях, когда, наоборот, движение частиц было слишком оживленным.

Вообще в целом, Асклепиад хотя и пытался выводить каждое свое терапевтическое действие из своего учения о болезни, но в сущности практический успех для него всегда был на первом плане, и теоретическое обоснование ему он подыскивал только потом.

Излюблиными средствами Асклепиада были растирания , вино, вода и «пассивные движения». Применение этих средств было им разработано самым детальным образом, причем он всегда старался приспособить терапию к каждому отдельному случаю. Он охотно назначал и строгую диету, вплоть до поста. Медикаменты назначались лишь в виде исключения.

Асклепиад был новатором, сумевшим отлично приспособиться к тем особенным условиям, которые он нашел в Риме, и удачно их использовать. На последующие развитие медицины в Риме он во всяком случае оказал большое влияние как благодаря своему личному авторитету, так и своими идеям. Из его учеников замечательным является Темисон из Лаодикеи.

Так как большинство римских врачей было лишено возможности приобрести знания, необходимые для выполнения их профессии, то Тимисон взял на себя труд переработать терапевтическую систему своего учителя Асклепиада, - систему, которая требовала оригинальной личности, - в легко усваиваемый практический терапевтический метод, и, таким образом, основал медицинскую школу, сторонники которой называли себя «методиками»,- назвали потому, что эта школа свою главную задачу видела в создании «простого пути» к лечению болезней. 

Эта школа была проникнута римским духом и приспособлена к римским условиям; в виду этого все время существования Римской империи она сохраняла наибольшее влияние и имела приверженцев, чем все другие.

Основное учение Темисона состоит в следующем:

Знание какой-либо причины не имеет никакого отношения к способу лечения

Для терапии совершенно достаточно руководствоваться известными общими явлениями: - состояние сокращения

- расслабления

- смешанное состояние

Причина болезней состоит в следующем: одни больные выделяют слишком мало, другие – слишком много; у одних одна какая-либо часть тела теряет слишком мало, другая – слишком много. Зависящие отсюда болезни протекают или остро или хронически и находятся в стадии нарастания, покоя или уменьшения.

Правила постановки диагноза и лечения:

Необходимо, прежде всего, распознать в каком состоянии находится организм: 

- если он находится в состоянии сокращения, необходимо предписать разрежение; 

- если он, наоборот, страдает чрезмерным «истечением», необходимо действовать сокращающим образом;

- если организм находиться в смешанном состоянии, то необходимо в первую очередь вступить в борьбу с наиболее опасным проявлением болезни.

Кроме того, острые болезни необходимо лечить иначе, чем застарелые; болезни в стадии нарастания лечатся одним способом, в стадии равновесия – другим, и в стадии, когда имеется уже наклонность к излечению, - третьим. В соблюдении всех этих правил и состоит врачебное искусство.

Согласно этим программным положениям, этиология болезней для Темисона не имеет никакого практического значения. Этиология имеет для него только теоретическое значение. Темисон совершенно не отграничивает одного типа болезни от другого. Из разнообразных симптомов он стремится выделить то общее, что в них есть, и строит таким образом свои основные формы болезней: 

«состояние сокращения», т.е. состояние, когда ткани тела ненормально напряжены, стянуты и благодаря этому поры сужены, а выделения задержаны;

«состояние расслабления» - напряжение тканей ненормально понижено, поверхность тела разрыхлена и отделения всех видов усилены. 

Деление болезней на острые и хронические основывались главным образом не на практическом принципе, согласно которому острые болезни сопровождаются обычно состоянием сокращения, а хронические состоянием расслабления. 

При делении болезненных состояний на стадии Темисону пришлось оставить без внимания первый стадий, когда болезненные изменения еще не настолько выражены, чтобы быть доступными непосредственному наблюдению (гиппократовский стадий). 

Согласно Тимесону, самая болезнь начинается со стадием нарастания, когда симптомы выступают все яснее. Затем следует стадий равновесия, покоя, который в медицине Гиппократа вообще не существовал, и, наконец, период выздоровления. У Тимисона начало конца болезни это – момент, когда начинают действовать врачебные мероприятия.

Принципы терапии Тимисона были чрезвычайно просты, необходимо просто-напросто выявить преобладание той или ной формы процесса болезни, так:

Если у больного состояние расслабления (сильное потоотделение, понос, усиленное мочевыделение и т.д.) – то необходимо применять средства, действующие противоположным образом;

Если у больного состояние сокращения (запор, судороги, бессознательное состояние, задержка мочи, общее напряжение и т.п.) – то лечение направляется на применение «расслабляющих» веществ;

Если у больного в различных частях тела налицо оба состояния, то лечение направляется сперва против того состояния, которое является «преобладающей общностью».

Рассматривая учение Темисона как целое, оно представляет собой нечто двоякое вроде двуликого Януса, и превосходно приспособлено к условиям времени. 

Методическая школа Тимисона – представительница римского взгляда на вещи, поэтому с его времен мы можем говорить о римской медицине.

Медицина периода Империи. (30 г. До н.э. – 476 г. Н.э.)

История Римской империи охватывает пять столетий – время расцвета рабовладельческой формации в регионе Средиземноморья и ее падения. Период Империи принято делить на два этапа: Ранняя Римская Империя (30 г. До н.э. – 192 г. Н.э.) и Поздняя Римская Империя (3-5 вв.н.э.).

Римская наука этого периода в целом сохраняла компилятивный, эмпирическо- описательный характер и свойственный ей практицизм. Исходя из нужд практики, развивались сельское хозяйство, юриспруденция, математика и связанные с ней науки, продолжалось строительство общественных сооружений, в том числе терм и акведуков.

Развитие медицинского дела.

Развитие медицинского дела осуществлялось в городах и провинциях, где государственные власти стали учреждать оплачиваемые должности врачей – архиатров.

При дворе императора служили придворные архиатры, в провинциях - провинциальные, в городах – народные архиатры. В городах назначались по 5-10 врачей в зависимости от количества населения. Первым императорским архиатром в Риме считается грек Ксенофон – личный врач императора Клавдия, которого Клавдий представил как уроженца о. Кос и потомка легендарного Эскулапа (греческого бога Асклепия).

Архиатры объединялись в коллегии и находились под контролем местных властей и центрального правительства, которое строго следили за их выборами и назначением.

Процедура выборов напоминала строгий экзамен, после которого врач получал звание «Врач, утвержденный государством». Архиатры работали при объединениях ремесленников, в банях, театрах, цирках и т.д. Они имели постоянное жалование, но могли заниматься и частной практикой. Имеются сведенья о привлечении врачей в качестве судебных медиков. В обязанности главы городских архиатров входило преподавание медицины в специальных школах, которые были учреждены в гг. Риме, Афинах, Александрии, Антиохи, Берите и др.; в этих школах жалование преподавателям выплачивалось из государственных фондов. Анатомия преподавалась на животных, а иногда – на раненых и больных. Практическую медицину изучали у постели больного.

Закон строго определял права и обязанности учащихся. Все свое время они должны были отдавать учению. Кроме того, Александр Север отвел для лекций по медицине особые аудитории, дал содержание тем врачам, которые желали посвятить себя педагогической деятельности и устроил стипендии для нуждающихся учеников. Медицинское образование таким образом был впервые признано делом государственного значения. 

Положение врачей в Риме со временем укрепилось. Они получили большие права, освобождение от тягостных повинностей и даже льготы. Во время войны врачи и их сыновья освобождались от общей воинской повинности. Подобные привилегии привлекли в г. Рим иноземных врачей, что привело к их избытку, конкуренции и в результате – к узкой специализации (отдельные методы лечения, не говоря уже об определенных группах болезней, стали предметами отдельных специальностей. Наряду с глазными, ушными, зубными врачами, существовали врачи, которые лечили только фистулы или только страдания мочевого пузыря; были врачи, которые производили только одну какую-нибудь операцию, например прокол живота, камнесечение, операцию грыжи и т.п.; были, наконец врачи, и такие, которые всю свою деятельность ограничивали каким-либо одним методом лечения, например, одни лечили водой, другие – вином и т.д.)

Положение врача в Римской империи значительно отличалось от положения врача в Древней Греции, где врач был свободен от обязанностей перед государством (в Древней Греции врачеватели привлекались на службу лишь в случае повальных болезней или во время военных походов, по их добровольному согласию). 

Развитие медицинских знаний. 

Римская наука периода Империи имела эмпирическо-описательный и прикладной характер, свойственный римскому практицизму. 

Вобрав в себя достижения всех народов Средиземноморья, римское энциклопедическое знание сформировалось в результате трансформации и взаимного проникновения древнегреческой и восточной культур. 

Наиболее известными именами того времени, чьи ученья стали востребованными на протяжении многих поколений, стали следующие великие деятели, отцы медицинских знаний и искусств:

Корнелий Цельз. 

Цельз не был врачом, но был просто образованным человеком. Его труд, носящий название «De medicina libri octo» , представляет собой часть большой энциклопедии, в которой трактуются риторика, философия, сельское хозяйство, право, а также врачебное искусство. Труд Цельза основывается на греческих и александрийских источниках, но всяком случае на всей его работе лежит, прежде всего, печать влияния методической школы. Труд Цельза имеет очень плановый и систематический характер, тем не менее все изложенные там взгляды и советы никоем образом не могут быть названы «системой медицины». Создание такой системы в круг задач Цельза не входило; единственное, к чему он стремился, было составление практического руководства по медицине, изложив достижения римской медицины периода Ранней империи в области диетики, гигиены, теории болезни, терапии и особенно хирургии. 

Цельз составил свою энциклопедию во времена императора Тиберия, т.е. в начале первого века. Трактат Цельза внес существенный вклад в развитие научной латинской терминологии. Его язык, по мнению Плиния Старшего, классический – «золотая латынь».

Соран Эффесский.

Учился он главным образом в Александрии, а большую часть жизни провел в Риме в эпоху Трояна и Адриана. Принципом, из которого он исходил, было следующее положение: «учение о здоровом теле не имеет никакого значения, если иметь в виду конечную цель медицины»; тем не менее оно должно входить в круг знаний, обязательных для врача, так как «служит украшением науки». Из трудов Сорана до нас дошли: «О женских болезнях» и «Об острых болезнях». В обоих этих сочинениях он с удивительной последовательностью проводит отделение теории от практики. Областями медицины, в которых Соран сделал всего больше, были акушерство и женские болезни.

Соран первый стал работать рационально, освободив эти области медицины от всяких мистических понятий и мероприятий, устранив грубые, насильственные приемы. 

К анатомии и физиологии он относился так же, как и методики. В вопросе о причинах болезней он держится примитивных взглядов. Исследование «темных причин», ускользающих от понимания врача, он считает ненужным и вредным; причины заболевания он делит на причины, подействовавшие, уже оказавшие свое влияние, и причины, продолжающие еще действовать. 

Наиболее выдающуюся сторону его учение составляет учение о признаках болезни. Он составляет резкое и последовательное отделение собственно «признаков болезни», т.е. тех, которые существуют во все время течения страдания, являются выражением его и позволяют распознать характер патологических процессов, лежащих в основе данной болезни от «симптомов» ее, т.е. тех, которые с сущностью болезни ничего общего не имеют, по которым нельзя судить о роде заболевания, а можно только на основании разнообразных симптомов уяснить различия между отдельными случаями болезни. 

Таким образом, симптомы отличаются меньшим постоянством и большим разнообразием.

Как те, так и другие могут быть как субъективными, так и объективными.

Руководствуясь этой не только обдуманной теоретически, но и разработанной практически во всех деталях симптомологией, Соран достиг в описании отдельных  болезней такой точности, какой не знал ни один врач до него; он умел мастерски отграничить болезни, даже очень близкие одна к другой, и в этом смысле является первым творцом дифференциальной диагностики.

Особенностью исследования больного является впервые применение прослушивания (перкуссия). Перкуссией Соран пользовался для определения в области живота границ так называемого «тимпанического звука» или «полунаполненной трубки». При помощи выслушивания ухом, прикладываемым к телу, определялись различные шумы в животе и в груди; таким образом аускультировались шумы в желудке, урчания в кишках, звонкие или трещащие шумы при плеврите, шипящие звуки при перипнеймонии, шумы, происходящие как бы от жидкости, находящейся в замкнутом пространстве и т.д.Усовершенствовал постановки диагноза по пульсу, мокроте, мочи, исследование нервной системы (причем параличи и потеря чувствительности определяется с помощью особых приемов – движения, прикосновения различными предметами).

Лечение производится по принципам методической школы, разработанной Темисоном и Фессалием, но углубив и дополнив эти принципы, таким образом, что в каждом отдельном случае для врача оставался широкий простор.

Многое сделал Соран и в области хирургии; особой труд он посвятил переломам костей и мастерски разработал учение о повязках. 

С Сорана медицина достигла высшего пункта. За счет него методическая школа, представителем которой он являлся, достигла совершенства в своем учении, приспособившись к духу времени и ее требованиям, сделав большой дело, построя мост между римской народной и греческой научной медициной.

Антилл

Наиболее выдающимся хирургом этой эпохи и древности вообще был, без всякого сомнения, Антилл. Антилл работал преимущественно в области хирургии; что касается других отраслей медицины, то теоретически он был сторонником пневматической школы (пневматики – сторонники учения о том, что все процессы в организме зависят от свойств и распределения пневмы), практически же – эклектик чистой воды (эклектики стремились разработать отдельные области медицины или, критически расценивая накопившийся теоретический и практический материал, создать для медицины более широкий и прочный фундамент). 

В хирургии он расширил область показаний к отдельным оперативным пособиям, ввел новые методы и усовершенствовал целый ряд методов, которые были уже известны до него. Большим прогрессом по сравнению с его предшественниками были так называемые «пластические операции», которые им широко применялись; он оставил превосходные описания пластических операций, восстановления разрушенных век, носа, ушей. Но его главной заслугой были операция аневризмы, впервые произведенная им, а также операция удаления катаракты. Что касается первой, то он оставил очень подробное описание этого страдания, установил показания к хирургическому вмешательству и дал краткое, но вместе очень ясное описание операции, наиболее существенным моментом которой служит двойная перевязка мешка с кровью. При операции удаления катаракты, он в отличие от своих предшественников, не ограничивался отдавливанием хрусталика в стекловидное тело, но стал извлекать его через разрез глаза.

Такие успехи в хирургии трудно себе представить без наличности двух условий: асептики и наркоза.Антилл скорее всего строго выполнял все те требования, которые были обязательными для каждого хирурга; такими требованиями были соблюдение строжайшей чистоты со стороны хирурга, его помощников, тщательная очистка операционного поля и инструментов. Выполнение этих требований было необходимо, так как в противном случае результат безупречной в техническом отношении операции сводился бы на нет, благодаря последующему нагноению. О соблюдении асептики говорит до известной степени и характер хирургического инструментария. Сравнительно с древнегреческой эпохой инструментарий стал значительно богаче, и старый принцип - производить возможно больше операций с возможно меньшим числом инструментов – заменился как раз противоположным.

Инструменты делались в большинстве случаев из цельного куска металла и должны были удовлетворять самым строгим требованиям чистоты. Второе условие, без которого невозможно развитие хирургии, также было выполнено, так как хирургия эпохи, непосредственно следовавшей нашей эпохи нашей эры знали наркоз; и именно для общей анестезии они использовали напиток из корня мандрагоры, действующим началом которого является вещество, близкое по своему составу к скополамину, и теперь применяемому для целей наркоза.

Плиний Старший

Плиний Старший – видный представитель энциклопедического направления в римской прозе, писатель, ученый и государственный деятель. Плиний отличался исклучительной пытливостью в наблюдении природы.Из многочисленных трудов Плиния сохранились лишь «Естественная история» в 37 книгах; в ней обобщены знания того времени по астрономии, географии, истории, медицине и другим областям знаний. Обзору медицинских знаний посвящены книги 23-25 его труда. Лекарства животного происхождения описаны в книгах 28-32. на протяжении многих веков данная его работа была одним из основных источников в области наук о природе.

Гален.

Гален был именно тем человеком, который обладал исчерпывающими знаниями в области теории и практики современной ему медицины, человек, одаренный творчеством и достаточным запасом энергии, чтобы путем синтеза всех существующих теорий и мнений создать совершенно новое учение, сделавшее в то же время ненужными все остальные. 

Важнейшими его трудами являются: «Анатомические исследования», «О назначении частей тела» и т.д.

Основной задачей Галена было установить связь между отдельными отраслями медицины; он стремился при этом, чтобы те из них, которые имеют непосредственное отношение к лечению больных, основывались на отраслях медицины, предметом которых была сущность и причины болезней. Последние в свою очередь, должны основываться на знакомстве со здоровым организмом. Таки образом, исходным пунктом служат нормальная анатомия и физиология, на которых строится учение о болезни и учение о действии лекарственных веществ, которые и являются в конце концов основой терапии.

Именно анатомия и физиология, по мнению Галена, являются неразделимым целым, внешним выражением чего служит тот факт, что в его анатомических работах анатомия тесно сплетена с физиологическими замечаниями и опытами, и наоборот. 

Техника вскрытия трупов, разработанная Галеном, отличается большим совершенством; анатомическое препарирование трупов охотно соединялось с вивисекциями. В качестве материала исследования он пользовался главным образом животными, в частности обезьянами, кроме того, вскрывал свиней, собак, львов, слонов и т.д. Вскрытия человеческих трупов производилась лишь в виде исключения.

При своих анатомических исследованиях Гален не ограничивался описанием внешней формы частей тела и органов, но стремился постичь и более тонкое их строение в том правильном соображении, что функция органа обуславливается детальной структурой его. Он видел, например, что мышца состоит не только из мышечного вещества в собственном смысле слова, но также из соединительной ткани и конечных разветвлений двигательных нервов; он доказал, что стенка артерий, желудка, кишок состоят нескольких слоев и т.д

Следовательно, анатомия Галена отнюдь не является только грубой анатомией, а до известной степени является уже гистологией.

По Галену, сердце и артерии сокращаются одновременно; сокращение и расслабление артерий – два незаменимых активных процесса. Он считал, что кровь продвигается вперед рывками, совершая маятникообразные движения; образуется же в печени, обогащается там «естественной пневмой», по венам поступает в правое сердце, через поры в сердечной перегородке частично проходит из правого желудочка в левый, смешивается там с воздухом, поступающим из легких, и одухотворенная «жизненной пневмой», разносится через аорту ко всем частям тела, где утилизируется, обеспечивая их функцией. Гален проследил путь крови из правого желудочка по легочной артерии до легких и, таким образом, был близок к открытию малого круга кровообращения.

Главные заслуги Галена в области физиологии относятся к области эксперимента. Галена по праву можно считать творцом экспериментальной физиологии. Так глубокое впечатление производит способ препарирования головного и спинного мозга у живых животных, наблюдая затем возникающие явления выпадения и умозаключения отсюда о функции отдельных нервов и частей центральной нервной системы, способствовало описанию всех отделов головного и спинного мозга, семи пар черепно-мозговых нервов, 58 спинномозговых нервов и нервов внутренних органов.

Рассматривая в целом деятельность Галена, необходимо подчеркнуть следующие: 

во-первых, то, что его учение было явлением для своего времени чрезвычайным и необычным;

во-вторых - сам Гален был воплощением единой воли, сумевшей свести в одну систему все достижения античной медицины, его сила была в едином, однообразном миропонимании, сумевшем подчинить и заставить себе служить самые разнородные идеи. Гален сумел вобрать в себя все знания древности, что позволило жить его учению и влиять на новые поколения медиков в течение полутора тысячелетия. 

Развитие военной медицины 

Тем самым, как мы видим, медицина Древнего Рима достигла наивысшего расцвета и профессионализма, что способствовало внедрению и применению ее в различные виды организаций и учреждений, в которых работало большое число сотрудников. Так свои врачи были и в публичных библиотеках, и в лукулловских садах, и в школах гладиаторов, 

А также в кузнечных и ткацких цехах. Не исключением была и армия.

Начиная с первого диктатора Суллы (Корнелей Сулла Люций, 82-79 гг. до н.э.), власть римских императоров носила ярко выраженный военный характер и опиралась на армию. Задолго до окончательного падения Республики римская армия, оставалась гражданским ополчением, превратилась в профессиональную армию, окончательное становление которой завершилось при императоре Августе (27 г. До н.э. – 14 г. Н.э.). Его военные реформы придали армии тот вид, который она сохраняла в течение почти двух столетий. Со времен Августа , параллельно с упорядочением различных сторон военной службы , было обращено внимание и на санитарную службу в войсках: как в полевых лагерях, так и в лагерях постоянного типа были устроены особые помещения для больных и раненых , принявшие характер настоящих лазаретов; они также стали называться валентрудиями. Эти ранние военные валентрудии устраивались в определенном месте лагеря, и устройство их вполне напоминает план греческо-римского частного дома. 

Окончательное становление римской армии и широкие завоевательные походы потребовали организации в армии медицинской службы, которая сложилась во времена Трояна. Оказание медицинской помощи во время военных действий изображено на колоне Трояна, воздвигнутой им в Риме в честь победы над даками: младшие медики (капсарии) – в военной одежде перевязывают раненых товарищей прямо на поле боя. 

В конце первого – начале второго века во всех подразделениях (легионах, когортах, аллах и во всех родах римских войск) появились врачи-профессионалы. В каждом легионе (легионы комплектовались из состоятельных римских граждан из провинций; их служба хорошо оплачивалась, и после отставки они получали расчетную сумму и участок земли, в каждом легионе состояло по 5-6 тыс. человек; каждый легион состоял из 10 когорт) был легионный врач, каждая когорта имела четырех врачей. Были в армии и специалисты по лечению ран. Во флоте на каждом военном корабле было по одному врачу. Каждому воину полагалось иметь необходимый перевязочный материал для оказания первой помощи себе и раненым товарищам. 

После битвы раненых отвозили в ближайшие города или военные лагеря, где стали устраивать военные учреждения для раненых и больных – валентрудии по одному на каждые три-четыре легиона. Обслуживающий их персонал состоял из врачей, экономов, инструментариев и младшего персонала. Инструментарии заведовали инструментами, лекарствами, перевязочным материалом. Младший персонал, главным образом из числа рабов, использовались для ухода за больными. 

Эти врачи, в сущности, представляли собой обыкновенных солдат, принадлежавшим к низшим ступеням должностной лестницы и находившимся в непосредственном подчинении у трибунов легиона.

Гораздо более высокое положение занимали врачи тех войсковых частей, которые составляли гарнизоны столицы, в особенности врачи преторианцев, врачи, служившие в предназначенной для обороны Рима врачи войск полиции. Кроме того, можно считать несомненным, что наряду с военными врачами в собственном смысле слова, в частях войск работали также вольнопрактикующие врачи, которые, не занимая официального положения в армии, отдавали ей свой досуг, наподобие врачей-консультантов.

Впоследствии эта система оказания медицинской помощи раненым воинам была принята в Византийской империи и дополнена рядом нововведений. Так, не позднее шестого века нашей эры, в византийской армии стали создаваться специальные санитарные команды из депутатов; набирались они из крепких солдат из расчета по 8-10 на каждые 200-400 воинов. Верхом на лошадях за линией боя депутаты подбирали раненых на левой стороне. Депутаты возили с собой фляги с водой и, возможно, оказывали первую помощь. За каждого спасенного воина им платили золотом. 

Послесловие

Ученые и натуралисты древних Греции и Рима внесли огромный вклад в развитие медицины. Они обобщили полумагические системы древнего Египта, Вавилона, Персии и в результате экспериментов, сумели перевести медицину с уровня магии и заговоров на научный уровень. Конечно, несовершенство техники того времени и незнание людьми фундаментальных законов естества не позволили им полностью избавиться от заблуждений в сфере человеческого тела, однако то, что было сделано, действительно заслужило того, чтобы имена ученых и простых медиков древнего мира были внесены в анналы истории.

С падением Западной Римской империи в 476 г. древняя рабовладельческая система Западного средиземноморья перестала существовать. Наступил новый период истории – эпоха феодализма. Достижения древних рабовладельческих цивилизаций Греции и Рима легли в основу последующего развития европейской, а вместе с ней и мировой культуры.

Список литературы

Т. Мейер- Штейнег: «Древняя Медицина», изд. «Вузовская Книга», М. 1999г.

Т.С.Сорокина: «История Медицины», изд. «Медицина», М. 2004 г.

С.Л Утченко: «Хрестоматия по истории Древнего Рима», 1962г.

«Энциклопедия для детей – Всемирная История»:

И.Портнягина, А Авдеев: «Древний Рим»

И.Портнягина: «Этрурия и Этруски»; изд. «Аванта +», М. 1993 год.