Три правды в рассказе И. А. Бунина «Сны Чанга»

Три правды в рассказе И. А. Бунина «Сны Чанга» 

Прочитав этот рассказ, кто-то может задать вопрос: “Зачем Бунин пишет о жизни Чанга и капитана, его хозяина?” Как будто предвосхищая этот вопрос, писатель дает ответ на него уже в первых строках: “Не все ли равно, про кого говорить? Заслуживает этого каждый из живших на земле”. 

Рассказ “Сны Чанга” написан в 1916 году, когда возраст писателя приближался к сорока. К этому времени Бунин успел столько пережить, перечувствовать, прочесть и увидеть, что этого хватило бы на несколько жизней. Он не уставал от новых жизненных впечатлений, от встреч и путешествий. Его влекли мудрость веков, красота мира, достижения человеческой культуры. Особенно сильное влияние оказало на писателя путешествие на остров Цейлон и чтение книг об учении Будды. Несомненно, это наложило отпечаток и на бунинскую прозу того периода. В ней сочетаются лирические, философские мотивы и в то же время ощущаются трагические, темные и страстные нотки. Человек — это загадка, — убежден писатель, — а характер его постичь невозможно”. 

Вот перед нами главные герои рассказа — капитан и его верный друг Чанг. Шесть лет они были неразлучны, делили горе и радость. Сейчас они переживают не лучшие -времена: “За шесть лет Чанг с капитаном стали стариками, хотя капитану еще и сорока нет, и судьба их грубо переменилась. По морям они уже не плавают — живут “на берегу” ...в узкой и довольно мрачной улице, на чердаке пятиэтажного дома... Потолок у Чанга с капитаном низкий, комната большая и холодная. 

В ней всегда, кроме того, сумрачно: два окна, пробитые в наклонной стене-крыше, невелики и круглы, напоминают корабельные. Между окнами стоит что-то вроде комода, а у стены налево старая железная кровать — вот и все убранство этого скучного жилища...” Нищета, убожество, мучительные воспоминания о прошлом, существование на грани между сном и действительностью — такова теперь жизнь капитана и Чанга. И не удивительно, что капитан искренне убежден в том, что существует лишь одна правда на свете — злая и низкая. “Ты посмотри кругом, — говорит он, — ты только вспомни всех тех, что ежедневно видим мы с тобой в пивной, в кофейне, на улице! Друг мой, я видел весь земной шар — жизнь везде такова! Все это ложь и вздор, чем будто бы живут люди: нет у них ни Бога, ни совести, ни разумной цели существования, ни любви, ни дружбы, ни честности, — нет даже простой жалости. Жизнь — скучный, зимний день в грязном кабаке, не более...” Его жизненным убеждением стала “правда еврея Иова, правда мудреца из неведомого племени, Экклезиаста”: “Помни, человек, с юности твоей те тяжелые дни и годы, о коих ты будешь говорить: нет мне удовольствия в них!” 

Однако в прошлом было место и другой правде в жизни капитана. Просто тогда он был счастлив. “Он опять стал рассказывать Чангу о том, что ...есть у него, у капитана, во-первых, квартира, во-вторых, красавица жена и, в-третьих, чудесная дочка, и что он, капитан, все-таки очень счастливый человек”. Казалось, весь мир ему подвластен, а любовь делает этот мир волшебным, ярким, великолепным. 

Однако и в это время посещают капитана мысли о тщетности всего земного, о непрочности человеческого счастья, о Пути всегосущего, “коему не должно противиться ничто сущее”. У каждого человека своя судьба, свой жизненный путь, свернуть с которого опасно да и невозможно. Не потому ли так сложилась жизнь капитана, что он попытался изменить свой Путь? “Уж очень я жаден до счастья и уж очень часто сбиваюсь”, — говорит он. Капитан — человек, душа которого обожжена любовью. Сила его чувства так велика, что весь мир для него воплотился в любимой женщине. Капитана самого пугает это — разве можно любить так сильно? Можно ли верить в любовь или это обман? Ведь влюбленного никто не способен убедить в том, что любимый им человек может не испытывать ответного чувства. Так и живет капитан, переживая то восторг и радость любви, то мучаясь тревогой и подозрениями: “Не будет, Чанг, любить нас с тобой эта женщина! Есть, брат, женские души, которые вечно томятся какой-то печальной жаждой любви и которые от этого от самого никогда и никого не любят”. 

Ревность и сомнения сделали свое дело. Дальнейшая жизнь капитана превратилась в цепь катастроф и трагедий. Тут и пьянство, и гибель парохода по его вине, и выстрел в жену. Наконец он очутился на дне жизни — без средств, без хорошего жилья, а рядом только его верный друг, рыжий пес Чанг. Так капитан и умирает — разочарованный, потерпевший поражение в схватке с жизнью, искренне убежденный, что миром правит зло. Это его правда. 

Казалось бы, все понятно — существуют в мире две правды. Одна утверждает, что везде царят несправедливость, подлость и обман. Согласно другой — жизнь прекрасна и удивительна. Однако именно Чангу было суждено узнать третью правду. Ту самую, которая прошла мимо его друга капитана. Эта правда — Любовь. Но не та любовь, которая обожгла душу капитана, исковеркала его жизнь. В этой новой Любви нет места сомнениям и обману. Озарение наступает в тот момент, когда после смерти капитана одинокий и всеми забытый Чанг обретает нового друга и хозяина-художника: “...и глаза их, полные слез, встречаются в такой любви друг другу, что все существо Чанга беззвучно кричит всему миру: ах, нет, нет — есть на земле еще какая-то, мне неведомая, третья правда!” 

Трудно определить словами, что такое эта третья правда. Но вместе с косматым мудрецом Чангом мы чувствуем, что в мире должна царить только она. Возможно, мы никогда до конца не поймем ее, но с ее приходом уйдут из жизни горе, невзгоды, жестокость и ложь. “В мире этом должна быть только одна правда, — третья, — а какая она — про то знает тот последний Хозяин, к которому уже скоро должен возвратиться и Чанг”. Эту мысль И. А. Бунин подтвердил такими словами: “Как ни грустно в этом непонятном мире, но он все же прекрасен...”