Т.Б. Маколей об "идеальном" историке

Т. Б. Маколей об "идеальном" историке

Томас Бабингтон Маколей родился 25 октября 1800 года , в Ротлей – Темпле в Леспершире, в семье весьма состоятельного предпринимателя и известного аболициониста и Захария Маколея.

Ребенок очень рано обнаружил все признаки замечательного ума. В три года он почти не разлучался с книгой. Он проводил за ней целые часы, лежа на ковре перед камином. Игры его не интересовали. Его голова постоянно была занята прочитанным или собственными фантазиями на прочитанное. Экономка и мать были постоянными слушательницами этих импровизаций, переписанных "печатным словом". Первым его чтением, по выбору родителей, были книги духовного содержания, а затем, по выбору самого ребенка – "Потерянный Рай" Мильтона, "Странствие пилигрима" Бэньяна, Вальтер Скотт и все, что давало пищу его воображению. Он постоянно жил в области вымыслов аллегорических фигур, деятелей прошлого. Ребёнка не устраняли от разговора старших, и мало по малу он тоже начал принимать участие в семейных дебатах и делах, что по моему мнению, и повлияло на дальнейшую судьбу и интересы Томаса.

Маколей учился в Кембридже, но не удостоился каких – либо наград из- за своего равнодушия к математике. После университета по желанию отца он поступил в практическую школу юристов и стал членом корпорации адвокатов. Однако и юриспруденция не привлекла его, он продолжал литературные занятия, начатые еще на студенческой скамье. Главным образом Маколей сосредоточился на критических этюдах и исторической публицистике, что принесло ему общенациональную известность и место в парламенте, где он проявил себя как выдающийся оратор. В 1847 году, проиграв выборы, решил целиком и полностью посвятить себя литературе и науке. историк маколей история англия

Среди ранних работ Маколея есть статья под названием "История". Она была опубликована в майском выпуске "Эдинбургского обозрения" за 1828 год и содержала многие из теоретических предпосылок, которыми руководствовался Маколей при написании "Истории Англии от восшествия на престол Якова II"

Маколея занимает проблема соотношения двух начал в истории: научного и художественного. Эта проблема интересует его с практической точки зрения: как написать безупречную историю, которая не отклонялась бы ни в ту, ни в другую сторону, а именно – соединяла в себе научную точность и литературные достоинства. По мнению Маколея, с подобной задачей способен справиться лишь идеальный историк. Перечислим основные черты, выделенные Маколеем для характеристики идеального историка, и попытаемся сопоставить полученный портрет с самим автором.

Маколей проводит различие между воображениями, необходимо для создания художественного произведения, и воображением историка. В статье "История" он пишет: "Идеальный историк должен обладать таким воображением, которое делало бы его повествование живописным и действующим на чувства. В то же время ему необходимо достаточное самообладание, чтобы довольствоваться только имеющимися материалами и удерживать себя от восполнения недостающего из собственной фантазии". Он должен быть глубоким и изобретательным логиком и не поддаваться искушению отбирать факты только в пользу собственной теории.

Как в теории, так и на практике Маколей придавал особое значение изобразительности в истории. Для того, чтобы передать "дух и характер времени", писал он, необходимы "живые образы, выступающие на каждой странице". Однако именно повествование, - это "умение затронуть чувства и дать пищу для воображения" - является, согласно Маколею, основой для хорошей истории. Если, с одной стороны, нынешние историки преуспели во всяческого рода доказательствах, то, с другой, - они чрезмерно пренебрегают самим искусством повествования, умением затронуть чувства и дать пищу для воображения. Похоже, историки страдают чем –то вроде аристократического презрения к авторам мемуаров, полагая, что для тех, кто пишет о судьбах целых народов, непристойно входить в такие подробности, которые, на самом деле, и составляют всю прелесть жизнеописаний.

Знание о прошлом не ограничивается суммой фактов, не сводится к их запоминанию. Маколей выразил это следующим образом: "Если идеальный историк вознамерится писать историю Англии, он, конечно, не упустит ни сражений, ни переговоров, ни мятежей, ни смены министерств. Но при этом он сопроводит их такими подробностями, которые придают неповторимое очарование историческому роману."

Для того чтобы увидеть возвышенное, историк, согласно Маколею, должен "пережить" описываемые события и заставить читателя "пережить"их. Когда историку удается встать вровень с событиями, он становится частью прошлого. Вместе с тем на нем лежит ответственность за настоящее, поскольку созданные нравственные образцы имеют своей целью направлять и воспитывать читателя.

А смог ли сам Маколей реализовать заявленные требования "идеального" историка в своем основном труде "Истории Англии" (1849-1861), охватывающая события 1685 – 1702гг? Является ли он сам идеальным историком?

"История Англии" занимает промежуточное место между научным исследованием и историческим романом.

"Идеальный историк показывает в миниатюре дух и характер века". В данном высказывании, как мне представляется, показана одна из особенностей подхода Маколея к написанию истории. Этот подход в полной мере проявлялся в "Истории Англии". Выполненные им наброски отличаются краткостью содержания, но вместе с тем вполне исчерпывают предмет. Он не позволит себе сослаться ни на один факт или высказать какое – либо суждение, которые не подтверждены убедительными свидетельствами. Но зато благодаря взвешенному отбору и расположению материала он придает истине привлекательность. В его повествовании соблюдается должная соразмерность: одно выходит на первый план, другое отступает в тень, но лишь от того, насколько они характерны для состояния общества. Он показывает и двор, и военный лагерь, и сенат, но в то же время и всю нацию в целом. Даже устные рассказы, особенности нравов или пословицы не покажутся ему незначительными при рассмотрении законов, религии и просвещения. Вот тогда люди прошлого и станут воистину близки тем кто будет знакомиться с историей.

Для того, что бы увязать сжатость изложения с полнотой изображения, историк прибегает к отбору материала. Теоретическое обоснование подобно подхода Маколей дает в уже упоминавшейся мною статье об истории: "Он (идеальный историк) не позволит себе сослаться ни на один факт или высказать какое – либо суждение, которое не подтверждены убедительными свидетельствами. Но зато благодаря взвешенному отбору и расположению материала он придает истине привлекательность, свойственную одному лишь вымыслу".

Рассуждения Маколея о воображении, а также отмеченные особенности его работы над "Историей" позволяют сделать первое замечание. Эстетика в "Истории" - не необходимость пользоваться фантазией в отсутствие достаточного количества материалов. Напротив, историк предстает перед нами в качестве писателя там, где обилие достоверного материала дает ему возможность пустить в ход воображение и нарисовать яркую картину прошлого. Важно подчеркнуть, что изобразительный уровень, играющий огромную роль в "Истории", не оттесняет на задний план повествовательные задачи. Он хочет проследить ход этой истории и записать ее основные события.

"История" заключает в себе двойную систему видения: видение прошлого и настоящего. Не ставя перед собой задачу принизить значение прошлого, Маколей восхваляет настоящее, берущее свое начало в истории. Историк хочет "представить англичанам XIX века истинную картину жизни предков". Он восстанавливает прошлое во всех подробностях, и оно оживает, становится актуальным, превращается в "нереальную" реальность- в "роман, основанный на фактах".

Чтобы показать своеобразие описываемой эпохи, Маколей пытался выявить характерные черты, присуще ей, и типическое, связанное с повторяющимся, общим, позволило историку приблизиться к пониманию сущности эпохи, которая заключается, по его мнению, в крупных исторических личностях.

Историк убежден, что выдающегося человека можно понять посредством знакомства с эпохой, в которую он жил.

Задача, которую ставит перед собой историк, не сводится к тому, чтобы рассмотреть личность на фоне эпохи как своего рода иллюстрацию для ее лучшего понимания. Маколей пытается представить саму эпоху, отразившуюся в индивидуальной судьбе человека. Впрочем, персонификация – не единственное условие исторических образцов, созданных Маколеем. Картина прошлого вырастает в "Истории" и вне всякой связи с личностным началом. В предисловии к "Истории" он пишет: "Я попытаюсь рассказать историю народа наравне с историей правительства, проследить развитие полезных и изящных искусств, описать возвышение религиозных сект и перемены литературных вкусов, изобразить нравы сменяющих друг друга поколений и не оставить без внимания даже перевороты, которые произошли в одежде, обстановке, еде и общественных увеселениях". В этом отношении интересна третья глава "Истории", в которой автор рассматривает вопросы, связанные с особенностями повседневной жизни англичан последней четверти XVII века. Он знакомит читателей с устройством городов, центральных и провинциальных, перечисляет название улиц, местечек и площадей, описывает их застройку. Отдельно осматривает каждый район Лондона. Пишет о состоянии дорог и придорожных гостиниц, о работе почты и т. п. Маколей прослеживает развитие науки и литературы, упоминая при этом об особенностях мужского и женского образования. Историк рассказывает о быте сельских джентльменов и городских обитателей, аристократов и бедняков.

Подробности повседневной жизни призваны создавать ощущение реальности всего происходящего в "Истории"; великие события также реальны как предметы обихода.

В "Истории Англии" сосуществуют два плана повествования – фактологический и образный. Эта двусоставность повествования имеет определенные теоретические основания: представления Маколея об истории как науке и истории как процессе. История как наука, согласно Маколею, научной строгости и художественной выразительности. Подобно литературе, история является искусством подражательным. Отличие заключается в том, что литература создает мир вымышленный, нереальный, тогда как история имеет дело с объективно существующим миром прошлого. Историю как процесс можно представить в виде последовательно сменяющих друг друга законченных картин, которые не зависят от исследователя, но доступны для наблюдения. Задача историка – как можно точнее воспроизвести готовые образцы. Но его мастерство не сводится к механическому копированию: метафоричность изучаемого им языка, а также искусная группировка материала придают истории образность, свойственную художественным произведениям.

Следует отметить, что приступая к созданию "Истории Англии", Маколей изучил огромное количество опубликованных и архивных материалов не только официального характера, но также мемуары, письма, народные песни, памфлеты и сатиры. Татаринова, например, пишет о том, что Маколей лично познакомился со всеми местностями связываемые с событиями описываемой эпохи. У него не было недостатка в сведениях, скорее перед ним стояла проблема отбора. И Маколей выбирает, самые яркие черты, наиболее характерные оттенки предмета, господствует над обширным материалом, упорядочивает его.

Безусловно, Маколей выполняет многие, свои же пожелания для "идеального историка", но быть по настоящему великим историком есть редчайшее свойство ума. Томас Маколей жил в эпоху романтизма, а романтические настроения действительно стимулировали интерес к историческим исследованиям и повысили восприимчивость общества к их результатам. Более того, наблюдался значительно больший, чем раньше, интерес к экономическим явлениям как таковым. "История Англии" лорда Маколея превосходно иллюстрирует то, что подразумевается под "живописной" историей: историю, сосредоточенную на красочных военных и политических событиях и повествующую о них только с точки зрения их эмоционального воздействия. Но у Маколея имеются главы, описывающие экономические и социальные условия, которые являются эффектными картинами, но совершенно другого рода.