Правда Ярославичей

Реферат

Тема: Правда Ярославичей




Содержание



Введение

1 Исторические условия принятия Правды Ярославичей

2 Нововведения Ярославичей

Заключение

Список использованной литературы




Введение



Русская Правда - правовой кодекс Руси. Русская Правда содержит в себе прежде всего нормы уголовного, наследственного, торгового и процессуального законодательства; является главным источником правовых, социальных и экономических отношений восточных славян. Нормы Русской Правды были постепенно кодифицированы киевскими князьями на основе устного племенного права, с включением моментов скандинавского и византийского права, а также церковного влияния.

Традиционно сохранившиеся многочисленные варианты Русской Правды разделяются на две основных редакции, во многом отличающиеся, и получившие наименования «Краткая» (6 списков) и «Пространная» (более 100 списков). В качестве отдельной редакции выделяется «Сокращенная» (2 списка), представляющая собой сокращённый вариант «Пространной редакции»

Β исследованиях XVIII - начала XX в. установилось традиционное и верное деление Краткой Правды на Правду Ярослава, или Древнейшую Правду и Правду Ярославичей, или Домениальный устав (большой вклад в позитивную разработку истории текста КП внес в начале XX в. немецкий ученый Л. К. Гетц).

Это деление, но с еще большими различиями в датировке и в определении места издания ее составных частей, сохранилось в литературе 20-80-х годов XX столетия: Правда Ярослава, или Древнейшая Правда и Правда Ярославичей, или Домениальный устав. Соответственно время издания Правды Ярослава - 30-е годы XI в. и Правды Ярославичей -1072 г. (М. Н. Тихомиров, С. В. Юшков) или - 1015-1016 годы, 70-е годы XI в. (Б. Д. Греков, А. А. Зимин, Л. В. Черепнин, Б. А. Рыбаков и другие).

Решающее значение при составлении средневековых законов имели прецеденты. Трое братьев Ярославичей - Изяслав, Святослав и Всеволод - собрались на съезд вместе с тысяцкими воеводами от главных городов Южной Руси и, не отменяя старую Правду, дополнили ее текст новыми постановлениями. Новый кодекс получил заголовок: «Правда установлена Руской земли, егда ся совокупил Изяслав, Всеволод, Святослав, Косячко, Пренег, Микифор Кыянин, Чюдин Микула».

Древняя Правда в основном зафиксировала нормы обычного права. Правда Ярославичей регламентировала новые явления жизни, связанные с появлением княжеского домена. Важнейшие постановления Ярославичей последовали после восстаний в Киеве, Новгороде и Ростово-Суздальской земле 1068-1071.

Правда Ярославичей сохранилась лишь как часть Пространной Правды, т. е. дошла до нас в более поздней редакции. Статьи 2 и 65 позволяют установить ее примерный объем. Текст ее кончался еще до статьи 53, с которой начиналось изложение законов Мономаха. Вычленяя следы кодификаторской деятельности Мономаха, а также дополнения времен Святополка (ст. 47-52) ученые представляют себе контуры Правды Ярославичей, включавшей в себя статьи 1-3, 12-14, 16, 17, 23-25, 40-42, 45, 46 и 65 Пространной правды).




1 Исторические условия принятия Правды Ярославичей



Правда Ярославичей может быть более или менее точно датирована.

Съезд Ярославичей мог состояться только между 1054 и 1073 гг., так как в 1054 году умер Ярослав, а в 1073 году Святослав выгнал из Киева старшего брата Изяслава, и после этого Ярославичи вместе уже никогда не собирались. За это время наше внимание обращает одна дата - 1072 г., когда, по словам летописи, Ярославичи «совокупишася» в Вышгороде для перенесения мощей Бориса и Глеба. Слово «совокупишася» в памятниках XI - XIII вв. часто обозначает княжеский съезд. Так, в Поучении Владимира Мономаха говорится о встрече с Ярополком Изяславичем: «на ту зиму идохом къ Ярополку совокуплятися на Броды, и любовь велику створихом».

Любопытный материал дает анализ имен, упомянутых в заголовке Правды Ярославичей. Упомянутый первым Коснячко был в 1068 г. киевским воеводой при Изяславе. Двор Коснячки был разграблен восставшими киевлянами. Микыфор Кыянин (т.е. киевлянин) упоминается в летописи вместе с двором Чудина под 945 годом, но в такой фразе, которая ясно говорит о более позднем времени, вероятнее всего, – о 70-х годах XI в. Летописец замечает, что раньше двор княжий существовал на другом месте, чем в его время –«бе бо тогда вода текущи въздоле горы Киевськия, и на подольи не седяху людье, но на горе. Градъ же бе Киевъ, идеже есть ныне дворъ Гордятинъ и Никифоровъ, а дворъ княжь бяше в городе, идеже есть ныне дворъ Воротиславль и Чюдин» (ПВЛ). О Чудине летопись упоминает как о лице, державшем Вышгород от имени князя в 1072 году при съезде Ярославичей («и бе тогда держа Вышегородъ Чюдинъ», по ПВЛ). Наконец, некий Микула упомянут в сказании о перенесении мощей Бориса и Глеба в Вышгород как старейшина «огородников».

Таким образом, в Правде Ярославичей перечислены действительные участники событий второй половины XI в. Возникновение Правды Ярославичей, по-видимому, следует отнести к 1072 г. Она была составлена в Вышгороде, на что указывает участие в ее составлении Чудина и Микулы, связанных с Вышгородом.

Законодательство Ярославичей носило заглавие «Суд Ярославль Володимеричь» (нововведения княжичей рассматривались лишь как дополнения к законам времен Ярослава) и даже структурно походило на Правду их отца, тоже принятую после народного восстания (в Правде Ярославичей все те же три раздела - об убийстве, ранении и краже). В условиях начавшегося распада Древней Руси на различные государственные образования княжичи пытались представить новое законодательство в качестве модифицированного варианта Правды их отца, принятой еще во время государственного единства Киевской Руси. Но во второй половине XI в. в социально-экономической и политической жизни общества произошли серьезные перемены, которые повлияли на характер принятой Ярославичами Правды. Крупные успехи сделало княжеское и отчасти боярское землевладение. Домениальное законодательство князей уже существовало несколько десятилетий, оказывая все большее влияние на нормы общегосударственного права.

После разгрома восстания 60-х - начала 70-х годов XI в. Ярославичи решили укрепить основы феодальной государственности, чтобы предотвратить дальнейшие попытки социальных движений. Главным в созданной ими Правде была переработка Правды Ярослава и княжеского устава в единый общегосударственный закон. Домениальное право как бы распространялось на все государство, но делалось это под девизом «все, яко же Ярослав судил, тако же и сынове его уставиша». Для Ярославичей понятия княжого домена и всего государства сливались воедино, причем государство как бы становилось их личным доменом. В этом своем главном начинании Ярославичи являлись продолжателями дела Ярослава, который также уже в одном случае (установив виру за убийство общинника при отсутствии мстителя) распространил дружинное право на все государство.

В конце 60-х - начале 70-х годов XI в. в различных частях Киевской Руси вспыхивали народные восстания, во главе которых становились волхвы, олицетворявшие собой не только языческую религию, но и весь отживающий старый быт. В восстаниях также принимали участие и смерды, протестуя против новых форм эксплуатации. Поднимались на борьбу и жители городов. Словом, укрепление раннефеодального государства и распространение феодальных отношений вызывало бурный протест различных слоев древнерусского населения. С большим напряжением сил восстания были подавлены.

После разгрома народных движений князья Изяслав, Святослав и Всеволод Ярославичи собираются на съезд в Вышгороде, где принимают новый общерусский кодекс - Правду Ярославичей. Можно допустить, что Ярославичи дважды собирались для принятия законодательных решений.

В основу Правды Ярославичей положено предшествующее законодательство. Чрезвычайные обстоятельства не позволили «триумвирам» провести большую кодификационную работу. Но тем значительнее оказались их принципиальные нововведения.



2 Нововведения Ярославичей



Изложенный ниже материал является изысканиями ученого А.А. Зимина, опубликованными уже после его смерти. Ученый тщательно сравнивает изменения в словах текста Краткой Правды и Пространной Правды. Именно, исследуя эти изменения, можно вычленить более древний пласт Правды Ярославичей в составе текста Пространной Правды.

Первым пунктом реформы, по Зимину, была отмена кровной мести.

Зимин перечисляет существующие точки зрения по поводу мести. Он говорит, что Б. Д. Греков писал, что Ярославичами «месть была официально ликвидирована». В литературе существуют и другие объяснения статьи 2 Пространной Правды. По В. И. Сергеевичу, «убиение за голову» означает не месть, а смертную казнь. Поэтому Ярославичи отменили не месть, а казнь за убийство. По В. Ф. Инкину, «речь шла об установлении штрафа за совершенную месть».48) По Н.А. Максимейко, «убиение за голову» - понятие более широкое, чем месть. Своеобразно трактует статью И.Я. Фроянов. Исходя из того, что упоминаемые в статье 1 штрафы в 80 и 40 гривен продолжали существовать и после реформы Ярославичей, он полагает, что «падение кровной мести, приписываемое инициативе Ярославичей, не состоялось. Возможно, княжичи пытались кое-что предпринять в этом направлении, издав какое-то «установление», но реформа оказалась чересчур скороспелой и пришлось опять вернуться к старой политике».

В полном соответствии со ст. 2 Пространной Правды находится и другое - установление новой кары холопа за оскорбление им свободного человека (ст. 65 Пространной Правды: «Ярослав был уставил убити и, но сынове его по отци уставиша на куны, любо бити и розвязавше, любо ли взяти гривна кун за сором»). Если учесть, что в восстании принимали участие смерды и холопы, то запрещение их убийства за оскорбление свободных явилось своего рода амнистией, вырванной восставшими в ходе движения. Введя в княжеском уставе 80-гривенную виру за убийство огнищанина, Ярославичи не отменили кровную месть. Государственная власть тогда еще не имела правовых оснований для вмешательства во взаимоотношения феодала и общинника, если убийство было вызвано местью за гибель сородича. Исключение касалось только огнищан; за их убийство даже в «обиду» (т. е. за месть) платилась вира. Государственная власть руками «княжих мужей» иногда даже использовала месть против общины, натравливая «нарочитых» (зажиточных) мужей на восставших волхвов.

Таким образом, кровная месть в условиях классового общества стала принимать иную функцию. Если при Ярославе, который пошел навстречу требованиям новгородцев, ее действие было ограничено, то теперь, после восстаний смердов и горожан, она была окончательно заменена вирами. Будучи по форме уступкой (такой же, как запрет убийства холопов-оскорбителей), по содержанию это постановление означало упрочение нового феодального права. Кровнородственные правовые начала сменились классовыми, а орбита влияния раннефеодальной государственности значительно расширилась.

Отмена кровной мести прокламировалась в статье 2 Пространной Правды, а предшествующая статья оставлена была княжичами в основном в том виде, как она существовала ранее, хотя содержавшаяся в ней форма о «мести» уже была анахронизмом («аще не будеть кто его мьстя» и «мьстити»). Такой прием изложения нововведений характерен для кодификатора древнерусского права (в ст. 65 также сначала говорится о том, что было при Ярославе, а затем об «установлениях» княжичей). Но не вся статья 1 потеряла свою силу. Начало статьи («аже убиет... братню сынови») не содержит чего-либо существенно нового. Правда, вместо устаревшего счета по материнской линии («сестрину сынови») появилось более соответствующее новым условиям «братню сынови».

Слова Пространной Правды «любо отцю ли сыну» (вместо «или сынови отца любо отцю сына» Краткой Правды) М. Н. Тихомиров считал сокращением Краткой Правды. Но это было одновременно и унификацией изложения. В парах отец и сын, племянник и кузен наблюдается определенная система: они соединены союзом «любо», а внутри пар употреблено «ли». Появление формулы «ли братню сынови» (племянник) нельзя считать «только порчей текста». Ведь она не совпадает с понятием «братучада» (двюродные братья). Замена родственного счета по женской линии («сестрину сынови») счетом по мужской «братню сынови» свидетельствует об изживании пережитков матриархата.

Несколько неожиданно 40 гривен «за голову» статьи 1 Краткой Правды заменяется 80-гривенной вирой за убийство «княжа мужа» и «тиуна княжа». Это изменение сделано на основании ст. 19-22 Краткой Правды с той разницей, что вместо огнищанина мы находим киевского княжого тиуна. Последняя часть ст. 1 оставлена почти без изменений.

Итак, если в Краткой Правде первые 40 гривен означали головщину, шедшую общине за убийство «мужа» в случае отсутствия мстителя, то теперь они заменены были двойной вирой за убийство высшего члена дружины; жизнь низших дружинников оставалась защищенной тем же штрафом, что и общинника. Таким образом, ст. 1 Пространной Правды стала говорить лишь о вире, являясь в этих пределах действующим законом. Вира в 80 и 40 гривен существовала еще при жизни Ярослава, поэтому князья Изяслав, Святослав и Всеволод вынесли ее в ст. 1, а лишь затем дали свои нововведения. Однако при их отце головничество платилось только за гибель общинника и то в случае отсутствия мстителя. Теперь же ограничения, основанные на кровнородственном принципе, уничтожались, и тем самым устанавливалась компенсация родичам любого погибшего «людина». Поэтому Ярославичи вынесли вопрос о головничестве в самостоятельную статью (ст. 2 Пространной Правды): они «отложиша убиение за голову, но кунами ся выкупати». Хотя в законе нет прямых указаний на размер головничества, но, вероятно, оно равнялось, как и прежде, 40 гривнам. Ссылки на него есть в ст. 5 Пространной Правды: «сплатити им вообчи 40 гривен (т. е. виру), а головничьство самому головнику».

Здесь впервые появляются термины «головничество» и «головник» (например ст. 4 Прогстранной Правды «без головника» и ст. 3 Пространной Правды «головника не ишють» вместо прежнего «убийца» в ст. 20 Краткой Правды).

Отсутствие четко фиксированных размеров платы родичам убитого объясняется тем, что само государство этого вознаграждения не получало, а поэтому не включило его в шкалу штрафов. Головничество, как и вира, платилось за убийство как общинника, так и феодала. Ст. 5 Пространной Правды говорит о 40-гривенной вире и головничестве (тоже 40 гривен) как об обычном всеобщем явлении, не оговаривая какие-либо иные размеры головничества за людина (когда надо было различать размеры виры, то людина выделяли особо, как в ст. 3 Пространной Правды).

На сорокагривенные размеры головничества намекает договор 1189-1199 гг. с немцами, где за изнасилование женщины платилось князю «40 гривн ветхъми кунами» и 40 гривен самой женщине. Изнасилование женщины приравнивалось к ее убийству. В связи с изменениями, происшедшими в праве наследования (о них ученые сделали выводы, изучив законы Мономаха), головничество идет теперь уже не общине, а семье как простолюдина, так и феодала. Конечно, когда «головника не ищють» (ст. 3 Пространной Правды), вервь платила только виру, а не головничество.

Итак, кровная месть пала. Она была исторически обречена уже на заре феодализма. В условиях упрочения феодальных отношений она перестала удовлетворять как господствующий класс, так и массы населения деревни и города. С одной стороны, кровная месть (являясь таким же наследием «золотого века», как и язычество) сплачивала низы общества против феодалов. Но, с другой стороны, и княжеская власть использовала ее проявления в своекорыстных целях. В итоге преобразований Ярославичей сложилось законченное раннефеодальное право. Жизнь старшего дружинника защищается вдвое большей вирой, чем младшего и рядового члена общины. В первом случае убийца платил 120 гривен (80+40), а во втором - 80 (40+40). Выплатить такую огромную сумму одному лицу практически было невозможно.

Отменив кровную месть, допускавшуюся ими ранее, Ярославичи видоизменили ряд законов, бытовавших в их стране. Так, они запретили убивать огнищанина даже «в обиду» (сравним ст. 19 Краткой Правды), приравняв его к убийству «в разбое» ( ст. 20 Краткой Правды). На основе этих двух старых законов они создали новое - ст. 3 Пространной Правды). Всякое убийство княжа мужа рассматривалось отныне как разбойное. Таков был ответ княжеской власти на народные восстания 60-х - начала 70-х годов XI в.

Составители не только Пространной Правды в целом, но и Правды Ярославичей стремились придать своим узаконениям общегосударственный, а не узко домениальный характер.

В Правде Ярославичей более четко проводится различие между старшей и младшей дружиной. Первую составляют высшие военные сподвижники князя и судебно-административные чиновники (тиуны).

Меняется смысл некоторых понятий, ранее относившихся к младшей дружине. Так, «русин» ст. 1 Пространной Правды теперь приобретает иной смысл - горожанина, и противостоит «словенину» - рядовому общиннику-новгородцу. Это связано с ростом значения городов. Теряет дружинный смысл и «купец», становясь просто торговым человеком. Младшую дружину составляют по-прежнему «гридь» и «мечник». Их удельный вес в составе княжеской дружины, вероятно, понизился. Мечник теперь стал обычным чиновником на судебном процессе (сравнение ст. 41 Краткой Правды со ст. 86 Пространной Правды).

Помещен в Правде Ярославичей и перечень вир и уроков за убийство лиц княжеского двора (ст. 12-14, 16, 17 Пространной Правды Пр.). Так, ст. 12 Пространной Правды говорила о каре за убийство огнищанина и конюха , ст. 13 - сельского и ратайного старосты, ст. 16 - смерда и холопа, ст. 17 - кормильца и кормилицы.

Следующая часть Правды Ярославичей посвящена была штрафам за оскорбления и ранения. И в ней основные изменения вызывались отменой кровной мести. Отныне штрафами карались лица, наносившие удары и оскорбления в любом случае, а не в случае невозможности оскорбленного или избитого лица отомстить. Поэтому из закона изымаются оговорки о возможности мести. Так, в ст. 27 Пространной Правды, составленной по материалам ст. 5-6 Краткой Правды, уже нет оговорки о мести («тогда чада смирять»). В ст. 29 Пространной Правды, восходящей к ст. 2 Краткой Правды, отсутствует фраза «аще ли не можеть (мстить), ту тому конец». В ст. 25 Пространной Правды, основывающейся на ст. 3 Краткой Правды, отсутствует фраза «аще сего не постигнуть... то ту конець». В виде исключения допускалось, «не стерпев», ударить мечом в ответ на оскорбление («не терпя ли противу тому ударить мечемь, то вины ему в томь нетуть», ст. 26 Правды Павды.).

Второе крупное изменение в Правде Ярославичей сводилось к тому, что прежняя пеня «за обиду», шедшая потерпевшему, окончательно превращается в «продажу», т. е. в штраф, платившийся князю, причем уже не только при защите его собственности и слуг, но и в случаях других правонарушений. Домениальное право отныне становится общегосударственным. Одновременно с этим в пользу потерпевшего вводится компенсация «за век», увечье (как бы соответствующая головничеству).

Наиболее ярко эти изменения могут быть прослежены при сравнении ст. 28 Пространной Правды со ст. 7 Краткой Правды.

Ст. 7 Краткой Правды:

«Аще ли перст утнсть который любо, 3 гривны за обиду»	

Ст. 28 Пространной Правды:

«Аже перст утнеть кии любо, 3 гривны продаже, а самому гринна кун».

Пеня за обиду (3 гривны) превратилась в продажу, но добавлена компенсация «самому», т. е. «за век» (гривна), отсутствовавшая ранее. Единая линия законодательства сказывается и в том, что даже этот штраф («продажа») иногда назывался «полувирьем» (ст. 27 Пространной Правды: «полувирье 20 гривен, атому за век 10 гривен»). «Продажа» появляется и в тех статьях закона, где ранее смысл пени не четко раскрывался. Если в ст. 10 Краткой Павды стояло: «аще ли ринеть мужь мужа любо от себе, любо к собе, 3 гривне», то теперь в ст. 31 Пространной Правды оговаривалось: «3 гривны продажи». В некоторых случаях старое понятие «за обиду» просто изымалось. Так, в ст. 2 Краткой Правды было: «взяти ему за обиду 3 гривне, а летцю мьзда». Ст. 30 Пространной Правды теперь гласила: «то 3 гривны, а самому гривна за рану же лечебное».

Новое законодательство еще только вводилось, поэтому систематическую и четкую смену терминов в Правде Ярославичей можно обнаружить не всегда. Иногда термин «продажа» просто вставлялся в старый текст статьи, наряду с «обидой». Иногда, как и в Краткой Правде, характер штрафа специально не оговаривался. В одном случае замена «обиды» «продажей» привела к недоразумению. При механической замене «продажей» получилось так, что или штраф «продажа» платился потерпевшему, или он сам ее платил князю. Оба толкования бессмысленны. На самом деле князю платил продажу не потерпевший, а ответчик, признанный виновным. Потерпевший же получал не «продажу» в 3 гривны, а лишь «самому гривна за рану же лечебное».Более четкой стала и шкала «продаж». Она в основном соответствовала старой шкале штрафов «за обиду».

К числу новых статей Правды Ярославичей, навеянных предшествующим законодательством, относится ст. 30 Пространной Правды, говорящая о штрафе за удар мечом. Это правонарушение каралось 3 гривнами продажи, тогда как по ст. 23 аналогичный удар с целью оскорбления (такой смысл приобретали слова «за обиду») стоил ответчику 12 гривен. Честь феодала расценивалась особенно высоко. В отличие от ст. 5 Краткой Павды., каравшей 40 гривнами штрафа преступника, отрубившего руку, ст. 30 Пространной Правды устанавливала виру только за удар мечом, причинивший смерть («потнеть ли на смерть, а вира»). За отсечение руки, а также (добавлено теперь) ноги и выколотый глаз платилось только полувирье (20 гривен) и «за век» (10 гривен) по ст. 27 Пространной Правды. В законодательстве изживались следы патриархальных представлений, когда потеря трудоспособности равнялась смерти. Эта сторона дела уже не интересовала кодификатора, проводившего резкое различие в штрафах за убийство и за ранение.

Шкала платы за «век» уже теперь четко различает штраф от компенсации за увечье. В случае небольшого увечья платилась 1 гривна (за ранение мечом, ст. 30), а ранее говорилось неопределенно о «мзде» лекарю. В случае отнятия руки или ноги «за век» шло 10 гривен (ст. 27 Пространной Правды). Штраф в княжескую казну в этом случае вдвое больше (20 гривен), чем компенсация потерпевшему, а в других случаях втрое (ст. 28). Законодательство прежде всего стояло на страже интересов государства.

Сходные тенденции в развитии феодального права обнаруживаются и в законодательстве Ярославичей, охранявшем собственность. Если ранее «продажа» была штрафом за кражу, совершенную в княжеском имении, то теперь ею карается любое хищение собственности. Этот штраф также заменил старую пеню «за обиду». Потерпевший получал только компенсацию за стоимость похищенной вещи (как «за век» при ранении). Из домениального устава Ярославичи взяли лишь три статьи о краже: ст. 40 Пространной Правды (ст. 38 Краткой Правды),73) 41 Пространной Правды (ст. 31 Краткой Правды) и 42 Пространной Правды (ст. 40 Краткой Правды), в которых есть все разновидности «продажи»: 12 гривен - 3 гривны - 60 кун (старые - 60 резан). Законодатели не стремились в своей Правде предусмотреть все случаи кражи, а только установили, определили размеры «продажи» и сформулировали лишь принцип ее взыскания на отдельных примерах.

Окончательно переводится на деньги и стоимость того «лица», которое ранее легко обнаруживалось в обозримых пределах «мира». Розыск похищенной вещи становился все более затруднителен, и легче было взыскать с вора ее стоимость, чем обнаружить украденное. Поэтому Ярославичи ввели в свой закон «уроци скоту» (ст. 45 Пространной Правды), содержащие расценки украденного скота, взятые из практики княжеского хозяйства.

Новая жизнь властно врывалась в законодательство Ярославичей. Теперь уже не в узких рамках «мира», а в широких пределах «города» владелец похищенной вещи мог ее вернуть себе. Старые общинные обычаи трансформировались в новые, основанные на феодальном административном делении государства. И в данном случае (как и в законодательстве о ранении) «продажи» только еще утверждаются в качестве общегосударственного штрафа. Даже сам штраф не всегда называется этим термином. Превращение штрафа «за обиду» в «продажу» наиболее отчетливо прослеживается на эволюции статьи о краже челядина. Статьи 16 и 29 Краткой Правды были переработаны в ст. 38 Пространной Правды, согласно которой хозяину следует «опять воротить челядина, а свои поиметь, и протор тому же платити, а князю продаже 12 гривен» (по ст. 29 Краткой Правды: «а оже увидеть чюжь холоп... платити ему за обиду 12 гривне»).

Сходную эволюцию претерпела и статья об укрывательстве челядина: «3 гривне за обиду» из ст. 11 Краткой Правды превратились в «оному платити 3 гривны продажи» (ст. 32 Пространной Правды).

Отличие изучаемых статей Правды Ярославичей от их домениальной редакции состоит еще и в том, что в них отдельные казусы даны уже в обобщенной форме (вместо 10 воров ст. 31 Краткой Правды - «много» в ст. 41 Пространной Правды; вместо 10 лиц, укравших одну овцу, ст. 40 Краткой Правды - тоже абстрактное «много» воров в ст. 42 Пространной Правды.

Еще одно нововведение. Если величина штрафа князю по домениальному уставу зависела от стоимости украденного скота (за коня и вола - 3 гривны по ст. 31 Краткой Правды, за овцу и козу по ст. 40 Краткой Правды - 60 резан), то теперь размер «продажи» определялся характером самого преступления. Кража, совершенная в хлеву (или даже «клети»), расценивалась в 3 гривны (ст. 41 Краткой Правды), а на «поли» - 60 кун (ст. 42 Пространной Правды). В более раннее время закон не знал кражи «на поли». Теперь закон стал защищать феодальную собственность, где бы она ни находилась, и более сурово карать нарушителей.

Подтверждая старое правило об убийстве татя на месте преступления (ср. ст. 40 Пространной Правды со ст. 21 и 38 Краткой Правды), закон обобщает единичные казусы: так, появляется «у клети или у которое татбы» вместо «у клети, или у коня, или у говяда, или у коровье татьбы» (ст. 21 Краткой Правды) и вместо «на своем дворе, любо у клети, или у хлева» (ст. 38 Кравдой Правды). Впервые в законе устанавливается размер платы за убийство татя, если его «додержат света», - 12 гривен. Величина штрафа равнялась цене холопа высшей категории (ср. ст. 17, 65, 89 Пространной Правды).

Ни одна статья Правды Ярославичей домениального происхождения не называет «продажей» штраф, шедший в пользу князя, хотя в ст. 40 Краткой Правды (которая соответствует ст. 42 Пространной Правды) штраф в «60 кун» уже носит это наименование. Между тем в домениальных статьях, попавших в Пространную Правду в ходе кодификации, проведенной позднее (Мономахом), «продажа» упоминалась уже в 13-ти случаях, причем иногда в новых статьях, а иногда и в старых, заменяя отжившее понятие «за обиду». Обработка домениального законодательства в Правде Ярославичей сводилась преимущественно к обобщению материала. Позднее законодатель пользовался иным (более распространенным) текстом княжеского устава.

Структура раздела Краткой Правды, посвященного штрафам за оскорбления и побои, в Правде Ярославичей претерпела существенные изменения. Теперь статьи были строго систематизированы. Сначала поместили те из них, которые говорили о «порухе чести», оскорблениях, сопровождавшихся ударом мечом или угрозой подобного удара (ст. 23-25). Эти правонарушения карались наивысшей продажей (в 12 гривен). Статьи явно имели в виду в первую очередь оскорбления, наносившиеся вооруженными воинами. Сделана была специальная оговорка о том, что ответный удар мечом наказанию не подлежит (ст. 26).

Вторая часть раздела говорила о причинении увечья (ст. 27, 28) и нанесении побоев в обычной драке, вплоть до синяков (ст. 29-31). Она как бы обращалась уже к рядовому населению Киевской Руси. Зачинщик драки во всех случаях карался. А вот за обычный удар мечом и жердью (без нанесения оскорбления) полагался меньший штраф - в 3 гривны («поруха чести» рядового населения в счет не шла).

Систематизация норм права проведена была, очевидно, создателями именно Правды Ярославичей. Таковы основные контуры Правды Ярославичей, насколько можно судить по ее тексту, включенному в Пространную Правду.




Заключение



Итак, в целостном виде Правда Ярославичей не сохранилась, но ее текст может быть вычленен из первой части Пространной Правды, подобно тому как летописные памятники 70-90-х годов XI в. восстанавливаются на основе «Повести временных лет».

Вероятнее всего, Правда Ярославичей носила название «Суд Ярославль Володимеричь. Правда русьская» (как и озаглавлена первая часть Пространной Правды), ибо Ярославичи стремились представить дело так, что они в основном подтвердили законы своего отца. Позднейшие напластования в «Суде Ярославля Володимерича» сделаны во время редактирования Пространной Правды в целом. При этом некоторые части Правды Ярославичей перемещены были во вторую часть Пространной Правды.

Законы Ярославичей были прямым ответом на волну городских и крестьянских движений конца 60-х - начала 70-х годов XI в.

Основу Правды Ярославичей составляла Древнейшая Правда, сложившаяся окончательно в сходных условиях в Новгороде.

Принятая на княжеском съезде 1072 года, Правда Ярославичей провозгласила ликвидацию кровной мести и общегосударственное утверждение вир и продаж, что означало полное торжество феодальных основ древнерусского права.

Более строгие санкции за убийство феодалов свидетельствовали о росте прерогатив княжеской власти в ходе упрочения феодальных отношений на Руси. В тексте памятника был также использован княжеский устав Ярославичей, нормы которого приобретали общегосударственный характер.

Составители Правды Ярославичей впервые в истории русского феодального законодательства осуществили задачу создания общегосударственного кодекса, содержащего основные нормы уголовного права. В этом памятнике нашел отражение переход Древней Руси от раннего феодализма с его еще неизжитыми чертами патриархальных отношений к развитому феодализму.




Список использованной литературы



1. Зимин А.А. Правда русская. Монография.- М.: «Древлехранилище», 1999.-489 с.

2. История государства и права России /Под ред. Ю.П. Титова.- М.: Проспект, 1999.- 390 с.

3. Рогов В.А. История государства и права России IX-начала XX вв. - М.: Юрист, 1994.- 389 с.

4. Романов Б.А., Люди и нравы Древней Руси.- М. - Л.: Наука, 1966.- 356 с.

5. Свердлов М.Б. От Закона Русского к Русской Правде.- М.: Наука, 1988.- 478 с.

6. Свердлов М.Б. Русская правда. - СПб.: Образование, 1992.- 213 с.

7. Тихомиров М.Н. Исследование о Русской Правде. Происхождение текстов. - М.-Л., 1941.- 378 с.

8. Юшков С.В. Русская правда. - М.: Наука, 1950.- 235 с.